# Пара для Эммы

Юлия Викторовна Меллер

Ознакомительный отрывок. Полную версию книги можно купить на литмаркете или в библиотеке продаман

Эмма даже обрадовалась, когда поняла, что попала в другой мир. Ей казалось, что она вырвалась из круговерти бытовых мелочей и совершит что-то великое, героическое, ведь она ПОПАДАНКА! Но оказалось, что в другом мире тоже надо решать ежедневные проблемы, выживать, как-то устраиваться, чтобы не сгинуть бесследно. Какие уж тут подвиги! Снова, как белка в колесе, только цена за ошибки выше! Но, быть может, многое зависит от того, кто твоя настоящая пара? Что если друг без друга оба жили вполсилы? Что, если вместе способны на большие свершения?

Автор обложки Mika

С ошибками помогала Algambra, гладкость тексту придала Наталья Аристова

## Эмма

## Глава 1


## Попала


- Ну, хоть что-то! - устало пробормотала молодая женщина.

Рюкзак за спиной давно уже невыносимо давил на плечи, а ноги гудели от усталости. Стоя на крутом берегу мелкой речушки, которая стремительно несла свои воды к очередному водопаду, она смотрела на прячущиеся в зелени неказистые домики.


Эмма заблудилась около шести часов назад и, ругая себя на чём свет стоит, всё это время бродила по окрестностям, надеясь выйти хоть на какую-то дорогу. Страшно не было, но обида и недоумение не отступали. Как можно было заблудиться и столько времени таскаться по лесу, она не понимала. Это же не тайга, не дремучие места, а всего лишь лес в паре часов езды от Санкт-Петербурга. И всё же трёхдневный поход со знакомыми закончился позором. Не хватало ещё в сводку новостей попасть из-за своего невезения! Стыдоба!


Она нашла пологий спуск и, пару раз оступившись и проехав на попе, чуть не упала в реку. Бродя по бережку, Эмма выискивала способ перейти на другую сторону, не снимая ботинок. Теоретически это можно было сделать, прыгая с камня на камень, но практически в зоне видимости беспрерывная каменная дорожка нигде не обрисовывалась.


Необходимо было отдохнуть, но мысли о том, что скоро стемнеет и надо бы поскорее дать знать спутникам, что она нашлась, подгоняли Эмму вперёд.

Это был её третий поход, и в этот раз она не чувствовала себя такой слабой или никчёмной, как в первый. Весь год, чтобы избавиться от ощущения собственной беспомощности, она ходила от метро до дома пешком, возвращаясь с работы. Получался час ходьбы. А весной даже пошла в бассейн и на танцы.


Что ещё делать одинокой женщине с двумя браками за спиной? Горевать? Подмечать, что интересных мужчин уже разобрали? Нет! Гордо подняв голову, заниматься тем, на что при создании семьи и заботе о появившихся спиногрызах не будет времени. Вот Эмма и увлеклась короткими летними походами, заодно подтягивая физическую форму.


Она уже нашла место, где можно было перейти речку, но, повинуясь внезапному чувству опасности, подняла взгляд и замерла: на неё смотрел матёрый волчара.

Сквозь страх медленно пробивалось понимание, что волк по размеру ближе к пони, катающему детей. Не тому маленькому, размером с котёночка, а обычному пони, и это очень, очень жутко! Особенно впечатлил мощный загривок.


"Собака сутулая!" подумала Эмма - от избытка впечатлений в голову полезла всякая дурь. Следом непроизвольно вылетели слова:

- Кис-кис-кис!

Вообще-то Эмма хотела бы махнуть рукой и храбро крикнуть что-то вроде "пошёл вон" или "кыш отседова", но вовремя осеклась, глядя на обнажившиеся клыки облизнувшегося зверя, и жалобно начала "кис-кискать".


Где логика, спросили бы свидетели действия? А нет её! Тут надо как-то реагировать, что-то делать, спасаться, а толковые предложения, как назло, почему-то не поступают.


- Кис-кис? - очередной раз жалобно уточнила у волчары Эмма, так как ей показалось, что животное не просто так село на попу, а прямо-таки осело, и смотрит на неё в шоке.


В этот момент из кустов на противоположной стороне реки выскочили ещё два волка и один енот. Они с интересом посмотрели на Эмму и переглянулись. Она же таращилась на них, приоткрыв рот.


В наше время сложно чему-то удивляться. В походе она уже видела зайцев, одного лося, белок, даже лису - и вот теперь сподобилась до волков. Крупноваты, конечно, но здесь же недалеко АЭС, так что, наверное, не зря шутят про мутантов. Однако же енота в приятелях у волков на атомную станцию не спишешь!


Очень хотелось упасть без чувств и очнуться где-нибудь в безопасном месте, и появись тут медведь до кучи, то она точно упала бы. Ходят слухи, что они человека, прикинувшегося мёртвым, не едят, а эти? Пожалуй, не стоит рисковать.


Противостояние у быстротечной речки затягивалось. Эмма больше не решалась даже мяукнуть, а на той стороне появились ещё волки, а потом... медведь. Она ему улыбнулась, как родному, и упала в блаженную темноту. Есть в жизни счастье!


Эмма благополучно пропустила момент, когда несколько зверей обернулись людьми и, споря между собой, решали, откуда на их землях взялась человечка. Является ли она шпионкой пустынных существ или бестолковой парой кого-то из сородичей с дальних территорий? Ни одна из версий не вызвала одобрения и главное оставалось непонятным - откуда здесь взялась молодая самка из расы людей?


Эмма очнулась бы через минутку, но с неё заботливо сняли ненавистный рюкзак и, поддерживая с двух сторон, расположили на медведе. Девушка неосознанно поёрзала на нём, устраиваясь поудобнее, и уснула.


Ещё бы ей не уснуть! Воздух здесь был необычайно свежий! Она второй день в походе, но именно сегодня появилось ощущение, что тело насыщается этим воздухом на полную катушку. Чудеса!


Впрочем, это чудо было лишь маленьким плюсом после всех сегодняшних скитаний. С того момента, как начинающая туристка зашла за огромные валуны, стараясь словить наиболее удачный кадр суровой природы, всё пошло наперекосяк. Именно в этих камнях она и заблудилась!


Три крупных, размером с двухэтажный дом, валуна и несколько камней с неё ростом - а такой эффект! Сначала было даже смешно. Тропинка исчезла, спутники не отзывались, а природа как будто стала величественнее и сказочнее!

Эмма увлеклась и сделала в эти моменты наиболее красивые кадры, пока не сообразила, что она действительно совершенно серьёзно потерялась!

И вот итоги дня: она дрыхнет на медведе незнамо где и непонятно среди кого, а блаженный отдых нарушает единственное желание, чтобы кто-нибудь догадался снять с неё ботинки и помассировать ступни. Увы, телепатов рядом не обнаружилось.


Во время непродолжительной дороги Эмма несколько раз попинала кулаком медведя: ей казалось, что подушка скомкалась и немного жестко упирается в щёку. Когда же её сгружали со спины оборотня, то она крепко вцепилась ему в шерсть, не желая расставаться с удобным ложем.


Сладко посапывающей Эмме не было дела до столпившихся жителей с удивлением разглядывающих её, трогающих руками её странную одежду, рассматривающих, что лежит в рюкзаке. Поднявшийся гвалт она игнорировала напрочь, что поражало нелюдей. Они недоумевали - ну как так можно заснуть, когда вокруг чужие , а возможно и враги?

Оборотни даже обеспокоились, не больна ли она.

Но нет, просто Эмма надышалась чужого воздуха, который действительно был немного иным, чем в привычном ей мире.

Здесь он наполнен магией! Вот откуда удивительная свежесть и ощущение насыщенности. Каждый землянин, попавший сюда, сумел бы проявить свои выдающиеся способности. Талантливые продавцы поняли бы, что они эмпаты; любая медсестра, не говоря уже о хорошем враче, поражённо смотрела бы на свои руки, заметив клубящуюся вокруг них целительскую силу; у властителей цифр и отчётов, скорее всего, проявился бы дар артефакторов...

Впрочем, речь идёт об Эмме, а она работающий в аптеке фармацевт, и можно надеяться на кое-какие перспективы как в области целительства, так и в эмпатии...

Надышавшись, находившись, перенервничав и испугавшись, Эмма в данный момент неосознанно восполняла свои силы. Ну а то, что так беззаботно спит, так это благодаря современному развитию земного общества. Можем позволить себе довериться даже незнакомым людям. Иногда, конечно, это чревато, но определённо - можем рискнуть!


- Альфа, откуда она пришла?

- Кто она такая?

- Что нам с ней делать?


Клан возбуждённо сыпал вопросами, хотя только что сын альфы всем рассказал, как увидел чужачку, и сначала даже подумал, будто перед ним горбатая лешачка. А всё из-за прикрытого тонкой странной накидкой мешка на спине. Следом пришла мысль, что незнакомка скорбная умом.

Про "кис-кис" он и хотел бы умолчать, но у всех здесь был отменный слух, и пришлось признаться самому, чтобы потом не ловить шепотки шушукающихся насмешников. Ну а уж про Топалыча он поведал с особым смаком! Этот медведь мнит себя неотразимым и любит хвастать своей мордой и толстыми боками перед самочками, а тут эффект налицо! Сразил неведому зверушку наповал!


Потом уже все увидели огромную необычную котомку за спиной, с удовольствием принюхались к запаху молодой здоровой самочки и оценили симпатичное личико. Альфа здесь же при всех перебирал её вещи, а енот Ешка выделывался, угадывая их назначение.

Скорее всего, врал, но врал с таким умным видом, что все смотрели на него с уважением. Есть такое поверье среди оборотней: принять енота в клан - к деньгам! Умеют они устраиваться в жизни! Жаль только, что с Ешкой примета дала сбой.


Наконец Альфа окинул тяжёлым взглядом обеспокоенных жителей и, буркнув, что во всём разберётся, велел отнести гостью к себе в дом.


Народ расходиться не желал- всем хотелось хоть какой-то определённости. В последнее время на клан обрушилось много бед и со дня на день ожидалось вынужденное переселение.

Оборотни измучились, тайком гадая на требухе, что их ждёт впереди. Постоянно кто-нибудь срывался и вопил, что не желает покидать место, где ещё щенком бегал отец, дед, прадед, где в лицо знаешь каждую лягушку...


Это тягостное состояние тянулось уже долго. Первые разговоры о переселении начались ещё лет двадцать назад, но, пока была возможность оставаться здесь, с окончательным решением оттягивали. За прошедшие годы пустыня подобралась вплотную к обжитым территориям. Она сожрала большую часть пригодных для жизни земель, и уже никто не сомневался, что остановить это бедствие смогут разве что горы.

Места для охоты сократились настолько, что клан в последнее время живёт впроголодь. И все равно уходить было страшно. Все территории за гномьим хребтом давно поделены, оборотням потребовалось пять лет напряженных переговоров, чтобы вымолить себе землю для жизни. А сколько ещё времени потребуется, чтобы обнюхать каждый куст, освоиться, гордо встопорщить хвост и не чувствовать себя приблудами среди тамошних сородичей?


Окончательным толчком к принятию решения стало то, что на оборотней начали охотиться пустынные существа. Ещё не все они могут проникать в лес, но полулюди-полузмеи делают это легко и с удовольствием. Все чаще случаются жаркие кровопролитные схватки. И хотя у многих соклановцев теперь есть сапоги из шкур этих чудовищ, но правда и то, что змеюки также обзавелись меховыми жилетками из поверженных врагов. И чтобы весь клан не пошёл на воротнички, на днях оборотни покинут свои земли.


Ешка сложил все вещи молодой женщины (да, так и сказал по-научному: не самочки, а женщины!) в котомку и с умным видом пролез вслед за сыном альфы в дом. Там енот заботливо подложил ей под голову подушечку и сел рядом. Пепел сунулся было прогнать наглеца, но отец махнул рукой, веля не мельтешить.

- Ну что скажешь, Еша?

- Надо бы дождаться пробуждения нашей гостьи, а пока могу предположить, что к нам попала магичка, - приосанился енот.

- Ведьма что ли? - сунулся Пепел.

- Может, и ведьма, но у тех в мешках травки, хвостики и прочее, а у этой всякие интересные штуки. Так что мню я, что она магичка.

- Да какая разница?! - с любопытством рассматривая повернувшуюся во сне на бок гостью, бросил Пепел.

- Может, и никакой, да только ведьмы не появляются вдруг из ниоткуда, а вот магички - они учёные, и от них всего можно ожидать.

- Хм, ты сыну не забивай голову всякой ерундой - велел альфа. - Нам без разницы: ведьма или магичка - лишь бы у неё был дар. Клану предстоит длительный и трудный переход, и если чужачка поможет, то будет здорово.


Ешка потянулся за кувшином с квасом, но Пепел был начеку! Руки у него были длиннее, поэтому молодой оборотень ловко перехватил напиток и зловредно присосался прямо к горлышку. Он пил жадно, обливаясь. Наконец довольно причмокнул, оторвавшись от кувшина.

Енот сглотнул, альфа устало вздохнул, а Пепел недвусмысленно показал Ешке глазами на дверь, выпроваживая последнего.

Задерживаться еноту не было смысла: человечка спит крепко, а значит, умная Ешкина голова сейчас альфе без надобности, кроме того, не стоит дразнить вспыльчивого Пепла.


Енот вышел и, весело подмигнув седым самкам, а молодым состроив смешную рожицу, прогулочным шагом направился к себе.

Оборотницы переглянулись, сперва подались к дому альфы, а потом всё же отступили и потянулись за Ешкой.

Самки здраво рассудили, что немногословный альфа уже всё сказал, но тут такое событие, и разве можно обойтись без пояснений, домыслов и страшных фантазий? Никто из них бы не признался, что у самих не хватает воображения строить предположения о чужачке, а вот енот всегда может удивить и соврать что-нибудь интересное! Такой обаяшка и при этом хозяйственный, сообразительный оборотень!


Раньше все юные и молодые самочки смотрели в рот Пеплу, но как только в клане поселился Ешенька, так оборотницы разделились на два лагеря. Со временем самочки пришли к компромиссу. Пепел силён, красив, напорист, удачлив в охоте и безусловный преемник альфы. Не сейчас, конечно, но придёт время - и он сменит отца. Ешка тоже силён, но он енот, и не ему тягаться один на один с волком! Но все же самочки смотрят на него благосклонно. Разоткровенничавшись однажды, Ешка даже сам пояснил своим почитательницам, что их привлекает его харизма!

Опытные свободные оборотницы не спорят - харизма у Ешки что надо! А юные считают, что, действительно, не у каждого самца есть такие длинные ресницы и изогнутые брови. В общем, они все согласны на счёт исключительной харизмы енота.

А Эмма в это время крепко спала и не подозревала, какие сложные взаимоотношения царят у приютивших её простоватых на вид оборотней. К сожалению, мирная жизнь этого клана заканчивалась, и человечке суждено было узнать его жителей с совершенно иной стороны.


## Глава 2


## Определение статуса гостьи


Эмма так умаялась в своих блужданиях, что не проснулась, даже когда дважды свалилась с широкой лавки, куда её положили. Пепел оба раза поднял её, намертво вцепившуюся в подушку, а заодно украдкой засунул свой нос в область шеи незнакомки и прошёлся наглыми ручищами по её фигуре.

Если бы не недовольная чем-то мать, то снял бы с гостьи бесформенную одежду и переложил в кровать. Но матушка беспокоилась, что блестящие штучки на странной плотной рубахе у магички могут оказаться зачарованными и сын пострадает почём зря.

На самом деле ей не нравилось, что Пепел так часто принюхивается к чужачке. Не дай Луна, эта человеческая самка окажется его парой! Есть от магички польза или нет, это ещё неизвестно, а сыну через двадцать-тридцать лет быть альфой, и при́шлая в пару ему не нужна.


- А ты чего молчишь? - раздраженно обратилась она к мужу. - Не видишь что ли, как у сына руки к самке тянутся? Зачем привёл её в наш дом?

- Ласка, ну ты чего расшумелась? - альфа поднялся и крепко обнял жену.

Она прильнула к нему и, вздохнув, зашептала:

- Чую беду, любый мой. Совсем рядом она, а тут ещё чужачка на наши головы свалилась!

- Родная, ты стала много думать о плохом, и за ним совсем не видишь хорошего. Что, если эта гостья прислана нам Луной в помощь? Мы к ней по-доброму отнесёмся, она нам добром ответит.

- Не верю я людям, - погладив мужа, Ласка сильнее прижалась к нему, - даже если магичка и поможет, то после она нам ни к чему, а Пепел уже трётся возле неё. Я смотрю вперёд. Прикипит к ней наш сын сердцем, будет потом нам морока.

- Ты в своих мыслях всех зайцев обогнала, - усмехнулся альфа, целуя жену в висок, в скулу и щекоча за ушком, добиваясь улыбки, - давай сначала клан за гору переведём, а потом уже...

- Как бы поздно не было, - сдаваясь, вздохнула Ласка.

В этот момент Эмма открыла глаза, слегка потянулась и села, осматриваясь.

- Здравствуйте, - улыбнулась гостья насторожившимся хозяевам.

Эмма не подала виду, что её пугает здоровенный босой мужик в широких, грубого льна штанах на завязочках и в расшитой рубашке. Он смотрел на неё оценивающе, тяжеловато, и под его взглядом молодая женщина ощущала себя, как под прессом.

Рядом была хозяйка - а кто ещё может держать в руке ухват и доставать из печи горшок с едой, как только очнулась гостья? Так вот, хозяйку сложно было заподозрить в дружелюбии.

Она так сверкнула глазюками на Эмму, что той захотелось поскорее убраться отсюда подобру-поздорову. У дамочки в крестьянском наряде только росту было под метр восемьдесят и веса не менее центнера, впрочем, в глаза бросалась и широкая кость, и общая крепость тела, и налитые мышцы. Хоть бы где жирок колыхнулся!

Эмма украдкой распрямила спину, до хруста расправила плечи, чтобы казаться подтянутой и спортивной. Наверное, это выглядело жалко, так как хозяйка поморщилась и вопросительно посмотрела на мужа.

И хотя вопроса не прозвучало, но Эмма не сомневалась, что та как бы утверждает: ты видишь это ничтожество? Неужели ты думаешь, что она стоит наших хлопот?

Улыбка сползла с лица Эммы. Ситуация складывалась крайне неприятная. С одной стороны - эти люди нашли её, спасли от волков-мутантов и бешеного медведя, принесли сюда, дали прийти в себя; с другой - гостья явно им в тягость и хозяева ждут не дождутся, когда она освободит их от своего присутствия.

- И тебе здравствовать, коль нам от души этого желаешь, - витиевато ответил мужчина и присел к столу.

Хозяйка тем временем быстро расставляла глиняные миски, кувшин, тарелку с хлебом, огромный горшок с тушёным мясом и овощами.

- Садись, отведай наших угощений, - добавил он, с любовью поглядывая на суетящуюся женщину.

- Батя, я здесь! - в дом заскочил красавец-парень.


Боже, этот образец мужественности оказался пепельным блондином! И он смотрел на Эмму с откровенным мужским интересом! Она побледнела, бросилась поправлять съехавшую набок растрёпанную кичку, запихивать за уши выбившиеся волосы, но поняв, что всё тщетно, обречённо уставилась в миску.

Парень принял покровительно-снисходительный вид и, горделиво расправив плечи, сел рядом с отцом. Мать шлёпнула ему по лбу ложкой, но он лишь рассмеялся.


- Ма, ты так всю посуду об меня разобьёшь!


Эмма сидела, опустив глаза, отчаянно мечтая одновременно о нескольких вещах. Она хотела бы передать весточку товарищам, привести себя в порядок и выйти наконец из этого старорусского дома с заигравшимися в ролевые игры хозяевами.

Парень, безусловно, лапочка, но учитывая все обстоятельства, встречу с ним можно отнести к неудачным моментам.

Ели молча. Эмма мучилась с деревянной ложкой, но не решилась нарушить тишину просьбой о вилке. Хотела подобрать соус кусочком хлеба, но хозяйка так зыркнула, как будто хлеб можно есть только по праздникам, да и то не каждому. Хотя, кто знает, может, и так. Гостья смиренно играла вместе с хозяевами в старинный крестьянский быт.

Кто бы знал, чего ей стоило после чинной трапезы в тишине подойти к угрюмой хозяйке и узнать о том, где можно умыть лицо и сходить в туалет. Та несколько раз громко переспросила какой такой туалет ищет гостья, делая вид, что не понимает, и Эмме пришлось уточнять.

Судя по весёлым взглядам мужчин, хозяйка издевалась, хотя не исчезало ощущение, что женщина сама считает себя предметом насмешек. Будто бы гостья хвастает перед нею, намерено употребляя незнакомые слова.


На возникающие странноватые ощущения, похожие на домыслы и фантазии, полагаться не стоило, но от них было как-то не по себе. На работе она всегда чувствовала, когда покупатель раздражён, торопится или желает поболтать, выслушать рекомендации, изучить рекламу, но сейчас в этом доме Эмме казалось, что ей удаётся ещё полнее воспринимать эмоциональный фон хозяев. Об этом было бы забавно порассуждать с коллегами по работе за чашечкой кофе, но в данный момент разбушевавшаяся фантазия только мешала.


Выйдя во двор, Эмма кое-как обмылась в закутке, а причёсывалась уже под взглядами всей деревни. Бросая на любопытных косые взгляды, она украдкой проверяла, не появилась ли связь на телефоне.


"Вокруг одни сектанты! Куда власти смотрят? Рослые, довольно симпатичные - а мозги набекрень!"


Она вела внутренние монологи, всё больше паникуя и подозревая окружающих в какой-то глобальной подставе. Привычным движением скрутив хвост в кичку и закрепив шпильками, она обвела взглядом всех притащившихся бездельников, потом, будто бы прогуливаясь, приблизилась к забору и с равнодушным видом принялась любоваться деревней. Пастораль. Альпийская милота! При этих мыслях её бросило в пот:


- Святые помидоры! Какие Альпы под Санкт-Петербургом?


Вчера, бродя по густому лесу, она не могла оценить обстановку, потому что чаще под ноги смотрела, чтобы не наступить на гадюку, а стоило бы осмотреться!


- Красиво, да? - шепнул знакомый красавчик прямо в ухо, вызывая мурашки.

Она передёрнулась и почесала мочку из-за вызванной парнем щекотки.


"Эх, ядрёна кочерыжка! Как же жизнь несправедлива!"


Эмма была не прочь замутить легкий роман с этим представителем Спарты, но как отмахнёшься от маячивших перед глазами Альп? Где следы цивилизации в виде антенн, проводов, пролетающих самолётов... и к какой области отнести безумно-жадно-восторженные взгляды местных, когда она щёлкает молнией на куртке или кнопочками на рюкзаке?


"Неужели она попала в прошлое? Не-е", − пришлось сразу отказаться от этой мысли, но не потому что взял верх здравый смысл.

Нет!

Просто по дороге спокойно шёл тот самый медведь, удивлённую "морду лица" которого она, как оказалось, очень хорошо запомнила.


Эмма обернулась к хозяйскому сыночку и, словно призвав его в свидетели, ткнула пальцем в топтыгина. Однако факт вальяжно разгуливающего по деревне медведя никого не смущал. Оставалась надежда, что зверюга дрессированный.

Все воодушевились, кто-то захихикал, а Эмма решила срочно вернуться в дом и поговорить с хозяевами о том, о сём. Она уже подошла к дверям, когда из них вышла хозяйка и, недобро на всех зыркнув (а больше всего на чужачку), плеснула грязной водой, молча развернулась и громко захлопнула за собой дверь. Эмма еле успела отскочить от разлетевшихся брызг.


Медведь решил не проходить мимо: толкнув калитку, он протиснулся во двор и двинулся прямо к Эмме. Она отступала, а зверь, недовольно оттопырив нижнюю губу и игнорируя смешки остальных, продолжал наступать.


Пепельный спартанец не препятствовал, наоборот, всем своим видом демонстрировал, что приготовился к развлечениям! А Эмма не знала, что делать. Сейчас этот бурый монстр откусит ей голову - и как жить дальше?


Она решила повторить свой трюк с "мёртвым человеком" и быстренько разлеглась, крепко зажмурив глаза. Деревенские в это время ржали над ней и каким-то Топалычем, производящим по всеобщему мнению убойное впечатление на самок, как вдруг всё враз переменилось.

Женщины завизжали, мужчины зарычали, медведь ломанулся куда-то бежать, только комья земли из-под его лап попали на Эмму. Она приоткрыла глаза, отплевалась, и приподнявшись увидела, что убегающие люди на ходу превращаются в зверей, а рядом с ней во дворе стоит матёрый волчище и настороженно прислушивается к разносящемуся вокруг вою.


Именно в этот момент часть вопросов отпала сама собою. Куда она попала, кто эти люди, почему связь не работает и самолёты не летают, а гора рядом? Голова Эммы работала со скоростью новейшего компьютера, а ответы были прямо перед нею: другой мир, оборотни, а остальное пока не так уж и важно. Уровень жизни налицо, отношение к людям - удовлетворительное. Плюсом можно считать, что дано знание местного языка, хотя, если мир магический, то эта опция может быть автоматической.

Эмма тяжело вздохнула. Малодушно захотелось, чтобы всё оказалось сном, но реальность не отступала. Всё так неожиданно и страшно, что боязно не верить и прятаться от того, что видишь и понимаешь. Девушка настороженно следила за происходящим.

Вокруг творился хаос: одни бежали к домам, другие выбегали навстречу, принимая на ходу звериный облик.

Эмма с удивлением и недоверием ощущала чужие эмоции - ужас, безумие и растерянность. Только от волчищи исходила уверенность и сила. Его образ слегка затуманился, и теперь вместо зверя перед ней стоял хозяин дома, всё так же прислушивающийся к вою и рыку.

- Что сидишь? - не глядя, бросил он гостье и, не дожидаясь ответа, с сожалением скользнул по ней взглядом: - Хватай вещи и беги со всеми. Пустынные чудовища вышли на охоту. Они никого не щадят, спасение только вон за той горой.


Хозяин вновь обернулся волком и прыгнул через забор. Следом за ним из дома выскочила хозяйка и, на ходу меняя ипостась, кинулась за ним, но нарвалась на его злобный рык и опешила.

Ошалевшая от происходящего Эмма ещё смотрела, пыталась что-то для себя решить, но её деятельная натура взяла верх: девушка метнулась в дом, руки уже всё ровненько уложили в рюкзак, который в следующее мгновение оказался за спиной.

Хозяйка тоже вернулась, поджав хвост и вновь приняв человеческую ипостась, шатаясь, начала хватать вещи. Судя по тому рыку, которым её наградил муж, ей велено было сопровождать стаю и помогать сыну, а может, всё это Эмма сама придумала, исходя из того, что успела заметить и проанализировать. Тут ведь не сложно догадаться.

Девушка выскочила на улицу и остановилась, чтобы понять, в какую сторону бежать. К горе могут быть разные подходы и хорошо бы увязаться за оборотнями, как велел хозяин дома. Оглянувшись, Эмма заметила, что все бежали в разные стороны.


Нервничая, она, наконец, отметила, что влево несутся только самцы, а справа за поворотом скрываются те, кто с семьями, и среди них больше самок.

Быстрым шагом пошла в ту сторону, но неожиданно споткнулась. В спину ударил леденящий ужас, сковывающий тело и заполняющий собою разум. Задохнувшись от накативших эмоций, Эмма поперхнулась слюной, сильно закашлялась и, задыхаясь, вырвалась из навеянного обессиливающим ужасом плена.

Ей не надо было долго стоять и размышлять о том, что сейчас произошло. Она действительно стала легче и лучше улавливать чужое настроение и, видимо, сильнее поддаваться внушению. Вот только осознанно понимая происходящее, можно абстрагироваться от воздействия или сыграть на инстинктах самосохранения. Ей повезло, что она подавилась.


Одновременно Эмма видела, как некоторые оборотни из убегающих семей застывали на месте, тормозя своих родных, а на другой стороне появились наги. Стало невыносимо страшно.


Пустынными чудовищами оказались здоровенные наги, которые шипя кинулись на вожака и других сильнейших оборотней, вставших на защиту своего клана. На этих избранных не действовала внушаемая нагами аура ужаса, а вот эвакуация соклановцев срывалась.


Кто-то из самцов, кто должен был сопровождать семьи, с отчаянием смотрел на своих родных и, преодолевая сковывающее воздействие, бросался на помощь альфе, стараясь выиграть минутки для застывших родных. Сильнее всего страху поддались женщины и дети.

Эмма бросилась вперёд и, раздавая со всей дури ощутимые оплеухи застывшим в ступоре оборотням, кричала:

- Бегите, бегите!


Некоторые женщины, опомнившись, хватали детей, а некоторые крутили головой, пытаясь сообразить, что происходит, и вновь попадали под влияние.


Эмма отбила себе руки, лупя по застывшим оборотням, кидая им в руки малышей. Уже у нужного для побега поворота она свернула немного в сторону, чтобы сбить наваждение у двух семей, но увидела, что не успевает им помочь.


Трое нагов обошли деревню и появились с этой стороны. Эмма швырнула камень в мужчину-оборотня и, уловив его бешеный взгляд, подумала, что он сейчас бросится на неё, но мужчина, видимо, сообразил, что произошло, и, раздав подзатыльники родным, бросился в самоубийственной атаке на нагов.

Его жена с отчаянным воплем обратилась в волчицу и кинулась на помощь мужу, а потом и во второй семье произошло то же самое.

Эмма не знала, что ей делать. Перед ней осталось четверо детей. Двое старших уже начали избавляться от мешков, которыми были обвешаны с ног до головы и хотели тоже обратиться, чтобы помочь родителям, но в этот момент Эмма завизжала:

- Нет!

Метнувшись на несколько метров вперёд, она схватила детей и потащила туда, где уже скрылись те, кто смог уйти.

Один из нагов поймал крайнего малыша за мешок и потянул к себе.

- Брось его, - Эмме казалось, что она орёт, как бешеная, хотя на самом деле от ужаса всего лишь хрипела.


Как она выскользнула с детьми от нагов, не помнила. Кто-то из более крепких самцов кидался на полулюдей-полузмей и не давал преследовать чужачку с детьми. Оборотни и наги сражались жестоко, насмерть!


Уводимые Эммой ребятки оставались в человеческом облике, и даже несмотря на то, что много поклажи побросали при нападении нагов, они всё ещё были обвешаны мешками и котомками. Зверятами им было бы легче бежать, но клан уже давно готовился уходить по продуманному плану и никто не думал, что придётся убегать. Выскочили из домов с давно заготовленными вещами, а дальше уже поздно было что-то менять и переигрывать.


Эмма знала, что не сможет долго бежать с рюкзаком за спиной. Минута, две, а через три она встанет или, скорее, ляжет. Малыши тоже быстро выдохлись, а вот мальчик и девочка постарше даже не раскраснелись. На вид им было около восьми-девяти лет. Крепенькие, выносливые и шокированные.

- Переходим на шаг, равняемся на самых маленьких, - скомандовала Эмма, показывая на малышку лет трёх.

- Если будем равняться на Белку, то нас всех поймают и окажется, что наши родители зря погибли, - зло процедил мальчишка.

Все сжались и посмотрели в сторону деревни.

- Тебя как зовут? - они продолжали идти по узковатой тропинке друг за дружкой, но парнишка понял, что человечка обращается к нему.

- Вьюн.

- Меня Эмма. Так вот, Вьюн, хочешь - беги. Возможно, ты прав.


Мальчишка толкнул под локоть девочку-ровесницу, но та ожгла его взглядом и прошипела:

- Я не брошу брата!

- Дура, сопляки всё равно погибнут при переходе, а так у нас будет хоть маленький шанс! Догоним старших...

- А если они рассудят так же, как ты! Оставят нас, потому что мы для них обуза! - забывая о конспирации, хотя какая там конспирация, выкрикнула она.

- Я не обуза, я сильный!

Позади послышался шорох, и Вьюн, скинув оставшиеся мешки, обернулся зверем и волчонком убежал за ушедшими сородичами.

Эмма, двое малышей и девочка остановились.

- А как тебя зовут? - как ни в чём не бывало, спросила Эмма.

- Искра, а это мой брат Жар, - с гордостью ответила маленькая оборотница.

- Почту за честь умереть рядом с тобою, Искра, - глядя ей в глаза, пояснила свой интерес Эмма, а у самой полились слёзы из глаз.


"Как быстро завершилось моё попаданство!"


Протянув руку к висящему на спине рюкзаку, она вытянула из бокового кармана электрошокер (всё же ходить в поход без защиты неразумно, ну вот и пригодился).

Искра встала рядом с нею, а чуть позади и по бокам расположились Жар с Белкой. Все понимали, что сейчас предстоит схватка. Эмма с жалостью посмотрела на малышей, подумав, что они могли бы спрятаться в кустах, но долго ли они проживут здесь без родных, рядом с ползающими в поисках добычи нагами?


Один из врагов появился внезапно и, довольно оскалившись, увидев самку с детьми, медленно подползал к ним, стараясь придавить аурой страха. Эмма и без давления была напугана так, что ничего не соображала.

Она увидела только наползающую на неё с детьми гигантскую змею, тело которой казалось бесконечным, а потом непроизвольно нажала на электрошокер. Она давила на пуск с такой силой, как будто от этого зависела мощь удара. Немного рано, но Эмма побоялась, что рухнет, не успев ничего сделать.


В принципе она понимала, что наг - не собачка, и жалкая попытка защититься только разгневает его, но неожиданно при нажатии из аппарата вырвалась такая молния, что застывшие дети пришли в себя, а нага прилично поджарило.


Вот тогда она оторвала взгляд от толстого змеиного тела и посмотрела на искажённое мукой лицо. Очень резкие, кошмарно-острые скулы, игольчатые зубы, уродливый приплюснутый нос и ритмично вырывающийся изо рта раздвоенный язык - весь облик вопил об агрессивности существа, но, возможно, это была всего лишь боевая ипостась нага.

Эмма о таких мелочах в этот момент не думала, она, не веря неожиданно мощному действию электрошокера, мстительно нажала ещё раз - теперь змей вообще загорелся!

- Бежим! - пискнула Искра - и все побежали, а чокнувшийся от боли наг рванул было за ними, но поскольку он решил нагнать своих жертв одним прыжком, то почти сразу сорвался в овраг. Был слышен звук ломающихся кустов, шипение чудища, но на погоню у него, похоже, уже не хватило сил.

- Так, мои умнички, переходим на шаг, - запыхавшись, вскоре прошептала Эмма.


Больше их никто не догонял: ни свои, а ведь там ещё оставались оборотни, ни чужие. Через пару часов они соединились с бредущей стаей.


Мужчины бежали в зверином обличье и практически были скрыты под мешками, а женщины с детьми несли вещи в человеческой ипостаси. Эмма уже поняла, что самки намного мельче, хотя и проворнее, но для переноса вещей их звериные облики не годятся.

Девушке и детям все обрадовались, засыпали вопросами, но те ничем не могли утешить волнующихся оборотней.

- Эмма ранила молнией чудовище! - похвастала Искра, с презрением глядя на приблизившегося к Пеплу Вьюна.

- Значит, отец был прав, ты - маг? - красавчик больше не казался неотразимым и не вызывал желания игриво называть его мачо или спартанцем.


Ещё утром великовозрастный сын получал от матери ложкой по лбу, а сейчас на нём оказалась ответственность весь клан, да ещё и в таких сложных условиях.

Он хотел быть рядом с отцом, сражаться, а вынужден уводить стаю. И хотя сейчас он не уверен, что сможет провести соплеменников через гномьи горы, не знает, что делать на новых землях, не готов управлять, но должен. Он сейчас сильнейший. Все те, кто мог бы оспорить его силу, пока он не войдёт в наилучший для альфы возраст, навсегда остались в деревне с отцом.


- Я не маг, - Эмме хотелось соврать и придать себе значимости, но они же будут надеяться на неё, а заряда у электрошокера может не хватить даже на ещё один удар.

Уже то, что это произошло, что прибор сработал, можно считать чудом! Другой состав воздуха, энергия, словно разлитая в воздухе - и из примитивного электрошокера получилось настоящее оружие. Нежданное чудо!

- Искра никогда не врёт, - нахмурился Пепел.


Гостья ему очень нравилась. Стройная и хрупкая. (Эмма была бы в шоке, узнай о такой характеристике, но всё познаётся в сравнении. Оборотни, действительно, были крупноваты, и её восемьдесят килограмм веса не замечали, как и довольно высокий, метр семьдесят, для женщины рост). Орехового цвета волосы, медовые глаза. По окрасу она могла бы быть медведицей, но те не обладали в человеческом виде такой мягкостью в движениях. Они просты, их характер на виду, а гостья по поведению схожа с лисичками. У тех тоже много секретов, таинственности, ничего сразу не скажут, да и по действиям не понять, к чему ведут, но общение с ними завораживает.


- Молния получилась при помощи... артефакта и, скорее всего, его сила уже иссякла.

Разочарованный вздох оборотней послышался со всех сторон. Эмме было неловко, как будто она была их последней надеждой - и обманула.

- Если она не маг, то зачем она нам нужна? - громко спросила у Пепла одна из самок, стоящих рядом с его матерью.

- Не нужна, - нахмурившись, как эхо повторил молодой альфа.

- Нам пригодится лишняя пара рук, - заметил молодой оборотень с выразительными глазами и очень длинными ресницами, выглядящими, как будто они подкрашены.

- Не тебе решать, Ешка, - осадила его старшая самка, всё та же зловредная хозяйка. Эмма недоумевала: за что же женщина так невзлюбила её? Объела она её, что ли, или храпела ночью?

- Если бы не человечка, мы были бы уже мертвы! - возразил один из оборотней, не поворачиваясь к Ласке, а смотря только на Пепла.

- И нам она помогла! На неё не действует ужас чудовищ и она быстро сообразила, как вывести остальных из-под воздействия!

- Она вам оплеухи направо и налево раздавала, - крикнула подружка вредной Ласки и все загомонили, соглашаясь, что такая мелочь многим помогла бежать.

- Можешь идти с нами, но кормить мы тебя не будем. Еды мало, охотиться в горах опасно, - решил Пепел, прислушиваясь к настроению стаи.


Он услышал достаточно доводов в пользу того, чтобы не отталкивать человечку. Мать должна понять, что выказывать личную неприязнь сейчас не время.


- Пусть присматривает за детьми, оставшимися без родителей! - не отстала Ласка, и рядом стоящие оборотницы одобрили её предложение.

Они понимали, что даже своих малышей при переходе будет трудно уберечь, а тут довеском повисли чужие, но бросить их нельзя, а вот передать чужачке... дальше никто даже в мыслях не договаривал. Стыдно, подло, жестоко, но все давно знали, что пока существует угроза в виде пустынных чудовищ, то лучше не рожать, а раз молодые семьи не послушали старших, не дождались перехода за гору, то никто не виноват.


## Глава 3


## Нянька для малышей


Эмма не находила слов, чтобы выразить свое возмущение. Хотелось ткнуть противную Ласку носом в то, что её муж остался сражаться за всю стаю, а она скидывает детей и ответственность на руки неуважаемой ею человечки. Однако Эмма достаточно уже повидала в жизни, чтобы стать осторожной и дальновидной. Раздувать конфликт не время и не место, да и пользы не будет никакой.


Помимо высказываний в сторону Ласки ей хотелось бы по-дружески намекнуть Пеплу, что он неплохой парень, но будучи неуверенным в себе и поддаваясь давлению матери, он станет плохим альфой. Уже в ближайшие дни у него появится куча советников, продавливающих свои интересы, следом он услышит критику, в первую очередь от тех, чьи интересы остались не учтенными, а дальше Пепел "озвереет" и станет самодуром или тираном, обвиняя при этом мать в своих неудачах.


Но все слова окажутся пустыми, если ничего похожего никогда не проходило на его глазах. Эмма в своей жизни видела, что случалось с умными, способными молодыми людьми, если их не вовремя назначали руководить коллективом, но в её обществе это можно назвать естественным отбором, а здесь Пепла заменить некем.


И для стаи у неё получилась бы хорошая речь на тему сплочённости, но вряд ли им понравится слушать наставление или укоры от чужачки. Вот и получается, что умнее молчать. А ещё лучше вспомнить о своей маске беззаботной молодой женщины, у которой всё тип-топ!


- Ну что же, мои самые славные и замечательные подопечные Искра, Белка и Жар, держимся вместе! - бодро объявила она детям.

- Эй, Вьюн, иди к человечке, она за тебя отвечает! - крикнула седая оборотница сынку Серого.

- Я с альфой, - постарался бойко ответить мальчишка, кидая тревожный взгляд на Пепла, но тот не обращал на него никакого внимания.


Эмма смотрела на оборотней - и не чувствовала к ним никакой симпатии. Если бы она могла, то с удовольствием ушла бы от них. Внезапно осиротевшие дети оказались никому не нужны, а те женщины, что остались с малышами на руках только потому, что их мужья были сильны и ушли защищать остальных, выглядели брошенками. За тех и других было больно.

Кто-то довольно сильно подтолкнул Вьюна в сторону чужачки и он, спотыкаясь, пробежал пару шагов, но всё же упал под ноги Искры. Она смотрела на мальчишку с презрением.


- Весь в папашу! - сплюнул кто-то из мужчин.


Эмма сжала кулаки. Может, отец Вьюна и Белки не очень хорош, но он не задумываясь, бросился на нагов, точно зная, что своей смертью подарит семье хотя бы пару секунд. Да и жена кинулась на помощь мужу. Может, поняла, что пары секунд будет мало и всё равно не убежать, а может... Эмма смахнула слезинку и протянула руки к мальчишке:

- Не вымаливай у сильного защиты, сам стань сильным.

- Нам не выжить, - тихо ответил он.

- Просить бесполезно, - покачала головой Эмма, - покровительство или дарят по велению души, или его покупают, в других случаях получишь лишь дополнительные унижения, но тебя всё равно оттолкнут.

- Они обрекают нас на смерть, - и столько ненависти к своим бывшим соседям было в глазах ребёнка, что Эмме стало не по себе.


Она прижала мальчика к себе и тихо, в самое ухо, чтобы не слышали малыши, сказала:

- Я знаю, - не давая себе воли расплакаться, призналась она, - но мы поборемся за свою жизнь. Слышь, пацан? Я не сдамся и вам не дам.


Вьюн спрятал мокрое от слёз лицо в полах куртки Эммы, и она прикрывала его, пока он не успокоился.


- Я вернусь и найду вещи, что дала мне мама, - просипел притихший мальчик.

- Нет, мы уже идём дальше. Тебе не по силам вернуться так далеко и потом догнать нас, к тому же, там слишком близко к деревне. Вряд ли наги уже ушли.

- Кто? Чудовища?

- Полулюди-полузмеи называются нагами.

- Ясно.

- Если можешь, то помоги малышам нести их вещи. Они смогут обернуться в зверят, и им легче станет идти.

- Я помогу, но с оборотом не всё так просто. Белка и Жар слишком маленькие, чтобы оборачиваться без помощи отца или альфы, если что только со страху.

- Тогда надо обратиться к Пеплу... − Эмма тут же поморщилась.

Он поможет раз, два, но постоянно возиться с малышами не будет. Ему не до них, да ещё мать сторожит его.

Искра, Вьюн и Эмма принялись наблюдать за молодым альфой. Ему что-то пытался втолковать оборотень с красивыми глазами...

- Это Ешка, − тихо пояснила Искра, видя интерес человечки.

...а Ласка с оборотницами отпускала ехидные реплики, сводя на нет его доводы.

В конце концов Пепел вспылил и, рявкнув на всех, быстрым шагом ушёл в начало колонны, подавая команду двигаться вперёд.

Эмма погладила по плечу Искру и шепнула ей: "Спасибо", показывая глазами на Вьюна. Девочка зыркнула на парнишку, сжав губы, но кивнула, показывая, что она понимает, что они теперь в одной лодке и грести всем надо дружно.


Белка и Жар, часто слышавшие дома разговоры о чудовищах и будущем переселении, догадывались, что сейчас они уходят из родных мест, но никак не могли осознать, что отныне они одиноки. Оба малыша цеплялись то за Искру, то за Эмму, ища защиты, ободрения или подсказки, что делать, но не находили. Их подгоняли, не давали отдыхать и ещё ни разу не покормили. Детям было страшно, и они с мольбой смотрели на соседей, которые раньше им улыбались, но те хмуро отворачивались, а кое-кто даже отгонял.


Заметив растерянность малышей, Эмма подозвала их поближе и, приобняв, ласково поглаживая по голове и по ручкам, тихонечко стала объяснять:

- Солнышки, нам придётся ещё долго идти, чтобы те жуткие змеи нас не догнали. Будет очень тяжело, но останавливаться нельзя. Вы у меня большие молодцы, я горжусь тем, как вы несли свои вещи и быстро шли. А теперь нужно собраться и вновь отправляться в путь!

Вьюн забрал у детей мешки и обвесившись ими, встал первым. Белка подбежала и требовательно протянула к нему ручки.

- Нет. Иди сама. А если отстанешь, тебя догонят чудовища и съедят.

Обиженная злыми словами кроха скривилась и заплакала. Искра потянула за руку остановившегося возле подружки Жара, а Эмма, с трудом присев из-за тяжёлого рюкзака на спине, вытерла малышке слёзки и спокойно произнесла:

- Они уходят, - показала на оборотней, - если мы отстанем, нас утащат большие змеи. Надо идти, маленькая. Ты можешь плакать, обижаться, только переставляй ножки и иди.

Белка смотрела на усталое и грустное лицо малознакомой самки и на добрых дядю Пуша или тётю Осу, не обращающих на неё внимания. Уходил, не оглядываясь, и брат.

Эмма поднялась, чувствуя, что ноги затекают и она напрасно тратит свои силы. Решила снять рюкзак и потратить минутку на то, чтобы успокоить малышку, отвлечь и втянуть её в игру, чтобы девчушка побежала догонять, но...

Белка увидев, что самочка Эмма поднимается, испугалась. Только она смогла защитить её от шелестящего ужаса, только она не отворачивается от неё теперь, что же будет, если защитница уйдёт? Малышка вцепилась человечке в руку и хотела сказать, что она всё сделает, только бы её не оставляли здесь, но от волнения не смогла.

- Ну что ты, что ты... - Эмма правильно поняла, что происходит с Белкой и успокаивающе погладила её по голове, - идём. Лучше скажи мне, что за ягодки на вон тех кустах? Они съедобны?

Неудачливой попаданке окружающая природа в общем-то была знакома, но чтобы отвлечь малышку она втянула её в разговор, надеясь, что и другие её спутники подключатся. Вьюн и Искра - тоже дети, и им не меньше малышей необходима поддержка.


А ещё Эмму настораживала подобравшаяся к вполне европейским лесам пустыня. Это не вписывалось ни в какие теории. Как могут соседствовать хвойные леса с жаром песков? Впрочем, это уже произошло, и, исходя из существующих реалий, она прислушивалась к тому, что ей отвечали ребята.


Черника, брусника, бузина, рябина, орехи, грибы - всё было съедобно и похоже на земное, только чуточку крупнее. Здесь травы, деревья, насекомые, а соответственно и местные жители, словно бы немного увеличены.

В плане ягод этот факт радует, а вот пересматривать своё мироощущение неприятно. Раньше, надев туфли на каблуках, можно было представлять себя видной молодой женщиной, а теперь её нос находится на уровне чужих подмышек.

Но что самое обидное, так это то, что проблема с лишним весом никуда не делась. Ранее её беспокоили слишком быстро округляющиеся бока, которые сдерживали только плотные джинсы, заодно придавая аппетитный вид, а сейчас она видит, что у оборотниц бока и попа побольше её, но они все крепкие, а она... В общем, жизнь сложная штука.


Отодвинув на второй план происходящие беды, Эмма сравнивала себя с оборотницами и, несмотря на то, что находила себя даже в таком затрапезном виде интересной и более привлекательной, чем они, в то же время страдала из-за своей физической неполноценности. И когда она успела нажрать живот с боками? Пока молодая, она ещё сносно себя чувствует, а что с ней станет через пять-десять лет?

Вот именно на этих мыслях альфа застал ее врасплох, отдав команду остановиться и устраиваться на ночлег. А Эмме стало смешно: о каком будущем она думает? Она сдохнет здесь в ближайшее время, изрядно помучившись! Её затрясло.

С неприязнью девушка смотрела на оборотней, что располагались кучками, теснясь к альфе и его матери. Те, кому не удалось приблизиться к нему, жались к другим мужчинам. Эмма скривилась, видя, как крепким мужикам суют в рот еду, игнорируя детей, но потом поняла, зачем это делали, и устыдилась. Мужчин покормили, и те, вновь обратившись в зверей, побежали охотиться или осматривать территорию в поисках опасности.


- Эмма, - за рукав дёргала Искра, - Эмма?

- Да, моя хорошая?

- Нам надо устраиваться... - девочка посмотрела на своих... бывших своих и перевела взгляд на малышей, которые, едва присев на землю, тут же уснули.

- Сейчас всё сделаем, - Эмма поглядывала на вверенную ей девочку и восхищалась ею. Какая же она умничка, насколько ответственная! Наверное, была отличной маминой помощницей.


Спокойно осмотревшись, Эмма поняла очевидное: на первый взгляд казалось, что гора рядом, рукой подать, но теперь уже стало ясно, что расстояние до неё обманчиво. Им идти до подножия ещё целый день, а пока они только и делают, что бредут по лесу или поднимаются и спускаются по возвышенностям, предшествующим горе. Очевидно, что груз вещей тормозит их, но никто ничего не бросает, словно не боятся, что наги отправятся в погоню.


Хотелось бы уточнить, что по этому поводу думает альфа, но если порассуждать и принять, что такое медленное отступление не беспечность, а обоснованное решение, то напрашивается вывод, что нагам не так важны жизни оборотней, сколько необходима их территория. Несмотря на то, что пески поглощают лес и спустя годы им тут станет принадлежать всё, змеелюдам хочется пожить, познать, что такое другая природа. Хотя Эмма не исключала бы желания некоторых нагов развлечься, устроив охоту на оборотней. Такие особи-охотники есть во все времена и среди любых народов... рас.

Она увидела, что некоторые группы уже подготавливают очаг и решительно показала своим подопечным на сухое местечко.

- Расчищаем и устраиваемся здесь.

- Зачем расчищать? Мы ляжем зверьми и ничего не надо делать, - буркнул Вьюн. На что Искра зло толкнула его.

- Ты! Только о себе всегда думаешь! Поверить не могу, что считала тебя самым смышлёным мальчишкой! Ты изворотливый, себе на уме и подлый!

- Я не подлый!

- Трус! Ты бросил нас там...


Эмма думала, что Вьюн бросится драться, но он всхлипнул и убежал. Жалко, ведь она рассчитывала на помощь мальчишки. Несмотря на усталость убрать камешки и ветки с крошечного пятачка он бы мог.

- Искра, мне очень жаль, но тебе придётся одной расчистить место и выложить местечко для нашего огня.

Девочка хотела что-то спросить, но потом молча кивнула и принялась работать, а Эмма отцепила маленький топорик и взялась за добычу дров. Когда она притащила ворох толстых коротких веток, Искра воспряла духом.

- Сейчас ещё принесу, - улыбнувшись, пообещала ей человечка.


С дровами проблем не было. Эмма нашла тонкие деревца сухостоя и, обрубив торчащие ветки, притащила их к будущему костру. Этого было более чем достаточно, чтобы разогреть хранящуюся у неё в рюкзаке сублимированную еду. К сожалению, заветных пакетиков хватит от силы на два-три дня. Их должно было быть меньше, но сегодня у Эммы день рождения и она хотела побаловать своих товарищей праздничным обедом и ужином, поэтому взяла лишнего.

Она разожгла огонь, подмигивая любопытной Искре, на всякий случай показала, как поддерживать его.

- Пока не стемнело, пойду соберу грибы, - шепнула она девочке, - надо экономить то, что есть.

Та понимающе кивнула и покосилась на устроившихся в стороне сородичей. Там все уже что-то жевали, а большие котелки висели над очагами. Невольно Эмма сглотнула.

- Потерпи немного, а пока вот... - залезла в рюкзак и, отвернувшись ото всех, достала леденец. Развернула его и быстро сунула в рот Искре: - Ты не глотай, а обсасывай его. Это собьёт чувство голода, а потом нормально поедим. Стереги мои вещи, и если что - кричи.

Девочка, заворожённая волшебным вкусом апельсинового леденца, вновь кивнула, а Эмма поспешила к примеченной полянке.

Оборотни знали грибы, иногда употребляли их в пищу, но не любили. Они ели их только тогда, когда больше ничего не было. Сейчас наступила как раз такая ситуация, и Эмма боялась, что её полянку разорят. Быстрым шагом она шла напролом и неожиданно налетела на молодого мужчину с длинными ресницами.

- А я думаю, неужели повезло на тура наткнуться? - весело воскликнул он, - Стою, размышляю - в холку ему вцепиться или нос отгрызть?

- Вот я бы посмотрел, как енот тура завалит! - послышался сбоку голос другого мужчины.

Испугавшейся Эмме было не до разговоров и, сжимая электрошокер в одной руке, а нож в другой, она пыталась уследить за обоими.

- Вереск, ты напугал человечку! - обвинил енот, на что незнакомец только хмыкнул и исчез в кустах.

Эмма помнила, что этот Ешка вроде как заступался за вверенных ей детей, и решилась пообщаться.

- Я за грибами... надо же чем-то ребят кормить, - настороженно поглядывая на босого оборотня в лёгких штанах, объяснила она.


Искра уже растолковала, что взрослые умеют всю одежду использовать при обороте, но это не врождённое, а магия. В каждом из оборотней есть крупица волшебства, и они могут использовать её по своему выбору.

Почти все стараются решить проблему с одеждой, но есть такие, что тратят годы на то, чтобы научиться щелчком пальцев зажигать огонь или подманивать животных на охоте. Это сложно хотя бы потому, что надо искать собственные пути достижения цели, а вот с одеждой могут помочь родственники, так как система уже отработана и остаётся только тренироваться.

- Грибы... - енот поморщился и, прикрыв глаза, прислушался к лесу, - вряд ли всем нашим охотникам повезёт, но я постараюсь что-нибудь найти для вас.

- Даже если не получится, то все равно спасибо, - тут же ответила Эмма, на что он хмыкнул и посторонился, уступая дорогу.

Она оглянулась, надеясь задать ещё несколько вопросов, раз уж представился такой случай, но оборотня и след простыл. Ругая себя за несообразительность, быстрым шагом двинулась вперёд. Ещё пять-десять минут - и сил ни на что не останется. Давно хочется упасть, закрыть глаза и забыть о всех, обо всём, как о страшном сне.

Через двадцать минут Эмма, довольная собою, развязала узелок, который соорудила для грибов из своего нарядного лёгкого шарфика, и перебирала добычу. Все грибочки были крепенькие, прямо идеальные - в голове мелькали рецепты супа, соуса, жаркого, засолки... Пришлось взять себя в руки. Голод всегда подталкивает к лишней суете и бестолковым мыслям.


Эмма достала кружку, ложку, миску, нож и маленький котелок вытянутой овально-прямоугольной формы. В нём аккуратно и плотно были уложены пакетики со сгущёнкой, сублимированной сметаной, маслом, клубникой, а также сахар, соль, и лекарства.

В принципе брать в поход свой котелок не было нужды, но Эмма любила кофе, и эта емкость как раз подходила для его варки. Никто в их группе никогда не откажется просто так выпить чашечку горячего кофе, даже после того, как напился морса, сока или чая. А поскольку Эмма собиралась устраивать праздник, то она запаслась несколькими совершенно лишними продуктами просто для того, чтобы у её "гостей" был выбор и создавалось впечатление роскоши. Как же она рада сейчас этому обстоятельству! Как же рада! Хотя это всего лишь отсрочка, но нельзя заранее отчаиваться, ни за что нельзя! Ей ли не знать!

Она почистила от грязи грибочки, все белые, царские, и начала их резать на развёрнутой мягкой доске. На двух плашечках, не касаясь углей, стоял котелок с водой. Его овальная форма уже привлекла внимание оборотней, но размер вызывал снисходительную улыбку. Дождавшись, когда вода закипит, Эмма часть её перелила в миску, часть - в крышку от котелка, служившую дополнительной миской, а остатки воды как раз вместились в кружку.

В горячий котелок она скинула масло из пакетика и сверху засыпала грибами. Чуть подождала, чтобы те хоть чуть-чуть обжарились, но не начали приставать ко дну, посолила и залила водой. Запах уже шёл вкусный, а когда она добавит сублимированных овощей, то получится отличное второе блюдо. Жаль, что котелок маленький, можно было бы добавить больше воды, и вышел бы суп, а так сухие овощи всё в себя впитают.

- Я тут... вот... - Эмму отвлёк вернувшийся Вьюн, принёсший ягод в наскоро сплетённой из бересты корзинке.

Задремавшая Искра фыркнула, а Эмма обрадовалась.

- Спасибо, очень хорошо! Это позволит сэкономить то, что у меня есть. Буди малышей и дай им пока ягод, а еда скоро будет готова. Но Белку и Жара не удалось разбудить, настолько они вымотались.

- Ладно, пусть пока спят, - она с грустью смотрела на прижавшихся друг к другу детей. У Эммы не было возможности даже устроить их покомфортнее.


Заготовленные овощи не требовали долгого приготовления, поэтому как только грибам осталось чуточку потомиться, Эмма высыпала их в отвар, который прямо на глазах овощи впитывали в себя, изменяя его на похлёбку, а потом и вовсе жидкость осталась лишь в виде соуса, куда Эмма добавила ещё и сублимированной сметаны. Получилось вкусно, довольно сытно, но мало.

- Нет смысла оставлять это на завтра, - грустно подытожила она, разрешая Искре и Вьюну всё доесть. - Но имейте в виду, что наших малышей я завтра подкормлю больше, чем вас, иначе у них не хватит сил идти.


Костерок ещё горел, и Эмма надумала использовать оставшиеся ягоды Вьюна для приготовления лёгкого морса. Она оглянулась, выясняя, откуда Искра смогла принести воду. Девочка уснула сразу же, как поела, а Вьюн её ещё старался сторожить.

- Ты не видел, где здесь вода? Надо бы посуду вымыть... Пока есть огонь, хочу сварить ягодное питьё.

- Давайте, я помою и принесу воду.


Эмма с благодарностью протянула посуду и принялась организовывать спальное место для них всех. Достала свой надувной походный матрасик и, раскрутив его в считанные секунды, надула*. (не путать с матрасами для воды) Несмотря на то, что у неё была самая комфортная и широкая модель, для всей компании будет тесновато, но попробовать стоит. Разложила непромокаемую ткань на землю, сверху бросила свой дорогущий матрас и перенесла малышей на него. Укрыла тонким одеялом, которое сшила сама из тонкой специальной фольги, испорченных стиркой павлопосадских платков и плащёвки. Обычно она свой шедевр складывала пополам, чтобы ощущать хоть какую-то привычную тяжесть, но сейчас одеяло послужит укрытием для всех.

Когда вернулся Вьюн, она пыталась осторожно перенести Искру на матрас.

- Зачем? Пусть она обернётся, - и, потормошив девчонку, он велел ей сменить облик.

Эмма помогла девочке раздеться, и Искра в следующее мгновение буквально выскользнула из рук, став щенком-подростком. Она на заплетающихся лапах добрела до братика, и подперев его боком, вновь уснула.

- Ты тоже ложись, а я попозже, - предложила мальчику Эмма и вскоре увидела второго щенка, теперь уже возле Белки. Она вздохнула. Без неё на матрасе малышам простор, а вот когда она водрузит своё тело, то одного из них точно выпихнет своим задом. Но ей тоже нужен полноценный отдых, даже больше, чем остальным!

- Заждалась, красавица?! - напугал её выскочивший из-за деревьев Еша. В руках у него было две рыбины! Хорошие такие, жирненькие, не какие-нибудь пескарики, а... впрочем, неважно, главное, что съедобные.

Сон слетел, и Эмма живенько начала потрошить, а потом, обернув в лопухи, собралась засунуть рыбок под костёр.

- Не так, - Ешка забрал у неё рыбин и вскоре вернул их обмазанных в глине. - Вот так лучше.

Эмма не спорила. Она бы сама глину не нашла, уже было совсем темно.

- А вы? Вы поели?

- Не волнуйся, красивая, у речки от пуза наелся! - засмеялся парень и скрылся.


За рыбой она уже не стала следить, решив достать её утром. В полусне налила воды в бутылку, а в оставшейся, добавив сахарку, заварила ягоды. Уже ничего не соображая, сняла ботинки и залезла на матрас, двигая бока Искры и Вьюна, а малышей раскладывая валетом. В ногах оказалась Белка, и ей было там вольготно, а Жара Эмма притиснула к груди, чтобы ненароком не вытолкнуть. Так прошла первая ночь новой жизни для Эммы и доверенных ей ребят.


## Глава 4


## Ах, какая могла бы случиться любовь!


Уставшая до смерти Эмма вырубилась мгновенно, а рано утром, когда выспавшиеся малыши освободили матрас, она даже сумела полностью расслабиться.

Мужчины в обличье зверей приглядывали за дорогами, кто-то вновь убежал на охоту, а основная стая продолжала отдыхать.

Вчерашний день всем дался тяжело, и Пепел выделил время, чтобы самочки с детьми хорошо отдохнули, осознали, какой путь им предстоит, свыклись с тем, что как прежде уже не будет.

Ответственная Искра повела носом и разрыла в углях рыбку. Она помнила, что Эмма собиралась утром сытно покормить малявок и решила, что рыба приготовлена для них.

А Эмме в это время снилось её прошлое. Весёлый, наполненный шутками и смехом первый брак. Он длился ровно столько, сколько длилась учёба, а как только супруги получили работу в разных местах, то, занятые карьерой, разошлись.

Во второй раз она выходила замуж также по любви и была счастлива три года. А потом в один прекрасный день она узнала, что её золотко, чудесный любимый Сереженька - игрок, и он сорвался.

Свекровь рыдала, признаваясь, что уже поверила, что большая любовь сына к Эмме поставила точку на пагубном пристрастии. В свое время она с ним много горя хлебнула и не могла нарадоваться, когда сын женился.


Эмме игромания Сергея обошлась в две квартиры, доставшиеся от бабушек, в ярмо в виде пятилетнего кредита и обрыв желанной беременности. На этом потери не закончились.


Раздражённые подруги перестали с ней общаться. Сначала они давили на неё, чтобы не смела искать деньги для совсем недавно завидного, а теперь непутёвого мужа. Когда же Эмма всё-таки вырвала Сергея из лап опасных кредиторов и перенервничав, оказалась в больнице, эти советчицы бросили её уже потому, что она, оказывается, дура, раз после всего выгнала ползающего перед ней на коленях мужика и осталась одна выплачивать кредит.


"Зачем тебе нужны друзья, если не прислушиваешься к ним?" − обиженно сказали девочки ей напоследок.


Эмма пыталась пережить свою беду и осознать то, что у неё теперь совершенно другая жизнь. Раньше она сдавала крохотные квартирки и работала в своё удовольствие, а теперь она делила отремонтированную и обставленную для рождения малыша четырёхкомнатную хрущёвку с двумя девушками-студентками, чтобы хватало выплачивать кредит.


И ей было не до обид подруг, которые не смогли понять, что она всем сердцем любила мужа и не могла позволить его убить. Не поняли они и того, что полностью разрушенная жизнь создала новую Эмму, и эта Эмма не могла больше видеть, слышать, думать о Сергее!


Она еле пережила тот страшный в своей безнадёжности период, и если бы не пришлось крутиться как белка в колесе, то, наверное, не выжила бы.

Но прошло время, Эмма выстояла, примерила на себя маску счастливой, беззаботной молодой женщины и её дела стали потихоньку выправляться. На работе повысили зарплату, а дома появилась третья квартирантка-студентка. Скоро жилички закончат учёбу, и одновременно с их уходом Эмма выплатит весь кредит.


Жить стало чуть легче и будущее уже не казалось безрадостным. Молодая женщина занялась собою, ориентируясь теперь только на собственные интересы, стала искать новый круг общения, придумала ходить в походы.


И вот она открывает глаза, лёжа на своём матрасе, смотрит на вверенных ей детей и понимает, что судьба вновь дала ей пинок под зад.


Жалко себя до чёртиков! За что?! Только из ямы вылезать стала - и вновь нужно начинать всё сначала, да ещё в чужом мире.


А потом Эмма уцепилась за одну робкую мысль. А что, если на Земле она выбрала для себя неверный путь? Обозлилась на всех, стала самолюбивой и даже циничной - куда бы её это привело?


Что, если в этом мире она сможет жить по-другому? Опираясь на прожитый опыт, она уже не будет впадать из крайности в крайность. Жизнь конечно же не карамелька, но и не чёрный зыбкий туман.


Белка, увидев, что Эмма смотрит на неё, облизала пальцы, подобралась поближе и прижалась к её боку, ища подтверждения защиты.


"Ну и чёрт с ней, с той жизнью, в которой считала дни до полной выплаты кредита, а потом начала бы копить на новую квартиру, чтобы сдавать, как прежде..."


Эмма погладила малышку и, усмехнувшись, спихнула её с матраса:

- Ну-ка, грязнуля, иди-ка ты помой личико и ручки.

- А Жар? Он тоже грязный! - возмутилась пахнущая рыбой Белка.

- И Жар тоже. Искра, что слышно, когда мы выдвигаемся?

- Пепел сообщил всем, что когда вернутся разведчики и отдохнут, вот тогда мы продолжим путь. Ещё никто не вернулся.

- Ясно. Вьюн, присмотри за нашими малышами, а мы с Искрой чайку организуем.


Вернувшиеся разведчики рассказали, что наги ушли из поселения и многие оборотни захотели вернуться.

- Они не оставят нас в покое, − угрюмо ответил на такие выкрики Пепел, − я не буду рисковать оставшимися самцами только для того, чтобы потешить ваши пустые надежды!

- Но они ушли, и мы могли бы забрать свои вещи!

- Вот иди и забери, а я поведу всех дальше! Сейчас нас не преследуют, но всё может измениться.

- Мы без припасов, а впереди зима...

- Мой отец заплатил жизнью за то, чтобы вы остались живы, и я не буду обесценивать его решение из-за куска мяса! - рявкнул Пепел.

- Но...

Пепел обернулся зверем и угрожающе зарычал. Все отступили, склоняя головы.


Эмма старательно ловила ощущения оборотней и с интересом пробовала на вкус, что такое давление альфы. Получалось, что некая тяжесть ложилась на плечи, потом увеличивался вес тела, многие оборотни не могли даже стоять под ментальным гнетом, меняли ипостась и укладывались на живот.


Довольно неприятные оказались ощущения, следующим шагом девушка попробовала выскальзывать из чужого восприятия мира. Как человек, она почти не чувствовала давление вожака Пепла, вот его отец, тот был сильнее, и от него исходила тяжесть другого рода. Что-то вроде ауры власти, которой можно противостоять либо молча, скрипя зубами и сверкая глазами, либо собираться с силами и давить умными словами, фактами, своей убеждённостью в правоте.


Эмма услышала поскуливание Вьюна, которого плющило из-за противоборства молодого альфы с сородичами. Она присела и начала массировать щенку лоб, загривок, невольно представляя, какой эффект должно приносить её действие.

Массаж - это приятно и расслабляюще.

Вьюн успокоился, и в то время, когда взрослые склонялись всё ниже, он уже вполне задорно помахивал хвостом. Искра была заметно сильнее мальчика, но и она с малышами интуитивно тесно обступили Эмму и та, посмеиваясь, стала шептать им:

- Эх вы, такие смелые, отважные, а испугались сурового разговора между взрослыми. У меня рук не хватает вас гладить. Вот разве что поурчать могу, как котик. Р-р-ры и ещё раз р-р-р-р. Когда будет у вас всё хорошо, обязательно заведите дома котика, ему никакие альфы не указ. Среди котов есть отважные храбрецы, и их сила духа поражает. Он будет вам урчать - и любые беды покажутся не страшными.


Эмма говорила всякую ерунду, полагаясь на мягкость своего голоса, и ребятня теперь слушала только её. Она сама ощущала, что источает удивительно приятное уютное спокойствие, словно создаёт вокруг себя кокон особого настроения.


Она уловила устремлённый на неё доброжелательный взгляд Пепла, который подарил ей ещё больше уверенности в себе. Всё не так плохо, как могло бы быть. Её с детьми видят, не игнорируют, и есть шанс, что не оставят без помощи. Просто вчера все были на взводе, та же Ласка осталась без мужа... Эмма неосознанно перевела взгляд на женщину и запнулась. Оборотница заметила, куда смотрит сын и, успев ожечь неудобную чужачку злостью, раздражённо что-то высказывала Пеплу.


"Вот же противная баба! У неё тут власть сына подвергают сомнению, а она всё о своём. Как будто ничего не произошло, и нет ничего важнее мелочных симпатий и антипатий!"


Эмма отвернулась, отпустила от себя подопечных и принялась аккуратно складывать вещи, продолжая думать о Ласке.


И чего оборотница к ней прицепилась? А потом решила, что той страшно. Вся жизнь у неё понеслась кувырком! Мужа, с которым она бед не знала, теперь нет. А по старой памяти все наивно ждут от неё решения всех проблем, не видя, не понимая, что она потерялась и находится на грани срыва. Главную самку стаи удерживают сейчас забота о сыне и неприязнь к чужачке. Это зафиксировалось в её сознании и служит руководством к действию, не даёт ей позорно выть от горя.

Усмехнувшись, Эмма внимательно посмотрела на вверенных блохастиков. Её жизненный опыт вкупе с новыми интуитивными способностями помогал ей заглядывать в души, и она не обольщалась насчёт внезапной детской любви к ней.

Если бы их поманил опекать оборотень, то они тут же побежали бы к нему, позабыв о ней. Инстинкты выживания! Разве что Искра, быть может, сказала бы спасибо за то малое, что Эмма уже сделала для них.


- Ладно, меховые лапушки! Отправляемся в путь.


Шли долго. Пепел всю дорогу порыкивал на каждого, кто хоть как-то замедлял ход. Эмма с детьми выбилась из сил. Там, где в семье были мужчины, они забрали на свои спины самых маленьких. Вскоре свободные парни разобрали малышей из семей, где отцы погибли. Эмма, стиснув зубы, смотрела на своих спиногрызов и ждала до последнего, когда кто-нибудь возьмёт измотавшихся Белку и Жара, но бесполезно.

Даже Ешка не подошёл, хотя она понимала, что его зверь был мелковат, чтобы тащить даже одного малыша.

Неожиданно перед взмокшей Эммой возник Пепел. Он следил за всеми, бегая в облике зверя. По его бокам были развешаны мешки, но сейчас он прилёг, показывая головой, чтобы мелкие залезли к нему на спину.

Эмма судорожно выдохнула и подтолкнула уже ничего не соображающего от усталости Жара к вожаку. Шустрая Белка устроилась первой, малыш сел за нею, свесив ноги между мешков и, привалившись к подруженьке, кажется, впал в беспамятство.


- Спасибо, − выдохнула Эмма.


Рядом с нею семенили в виде волчат Искра с Вьюном, с завистью сопроводившие взглядом брата с сестрою. Ехать на альфе было почётно, но уставшие ребята сейчас согласились бы на любого, кто взял бы их на ручки или хотя бы облегчил груз с их спин.

Стоило Пеплу чуть отбежать, как Эмма задержалась и достала пару энергетических батончиков. Развернула их и потихоньку скормила ребятам, засовывая им по кусочку в пасть.


Вечером стая дошла до горы. Эмма вновь собрала грибов по дороге и обжарила их. Обобрала лещину и до темноты колола орехи, чтобы подсушить их и отложить в дорогу. А на рассвете Пепел принёс ей окорок косули. Эмма засуетилась, бросилась готовить. Вместе с нею закопошились несколько семей, где оставались только женщины с детьми. Спускаясь за водой, она узнала, что альфа поделил добычу между ними всеми.


Эмма готовила и вспоминала, как он вроде бы небрежно сунул ей здоровенный окорок. Она уловила, что он стесняется и что ему хотелось бы бросить всю добычу к её ногам, но сейчас он не мог себе этого позволить. Эммина улыбка и слова благодарности его обрадовали. Она это ясно почувствовала, но у Пепла было полно забот, и вожак быстро ушёл.


Утром Эмма сытно накормила своих хвостиков, и ещё оставался кусок на полноценный ужин. Пока она готовила, то поглядывала на альфу. Со слов Искры она поняла, что он всего на пару лет старше её, но разница в темпе и насыщенности жизни накладывала свой отпечаток. Эмма чувствовала себя старше, опытней, а ещё она догадалась, что её подопечная Искра влюблена в Пепла. Она ещё сущий ребёнок, но именно такие умненькие, ответственные малышки умеют беречь своё чувство длительное время.


Восхождение на гору оказалось совсем не таким, каким представляла себе Эмма. Никто никуда не взбирался, не покорял высоту. Все шли как будто вдоль горы, но тропинка была с небольшим подъёмом. Некоторые оборотницы приняли звериную форму и без страха переставляли лапы.


У некоторых вещи убавлялись, у других добавлялись. На коротких привалах разгорались ссоры из-за мешков. Стая теперь разделилась на тех, кто настаивает на быстром продвижении в обличье зверя и на тех, кто хочет унести с собою как можно больше вещей из прошлой жизни, а значит, они пойдут на двух ногах.

Эмма не вмешивалась, лишь просила своих подопечных собирать по пути грибы, ягоды, орехи, понимая, что чем выше они будут подниматься, тем меньше подножного корма будет доступно. Таким образом у их группки поклажа увеличивалась.

Вечером она разогрела для ребят ужин и с сожалением отметила, что вскоре проблемой станут даже дрова.

Незаметно за один день стая поднялась так высоко, что на лес они теперь смотрели сверху, а по пути всё реже попадались островки деревьев, примостившихся на склоне среди камней.


- Вьюн, походи, послушай, что говорят о новых землях, - попросила Эмма.

Мальчик кивнул и отправился на разведку.

- Искра, помоги мне устроить наших малышей, а то они уже засыпают.


Вдвоём они уложили маленьких, а потом Эмма предложила девочке лечь пораньше. Та нашла взглядом Пепла, сидевшего в стороне рядом с матерью и о чём-то спорившего с нею, вздохнула и легла. Вернувшийся Вьюн стыдливо рассказал, что все напряжены и злятся друг на друга. Сильные самки с детьми оказались в подчинении выживших слабоватых семейных или молоденьких самцов. Они жалеют об утраченном статусе, не могут смириться с гибелью мужей. А те, кто уходил семьями, не справляются с возросшей нагрузкой.


- Собачатся, шипят... − зло сплюнул Вьюн.


Что ему могла сказать Эмма? Он ведь один из них, и недалеко ушёл в своих чувствах от сородичей. Даже сейчас, оценивающий их со стороны и направляемый подсказками Эммы, он видит всю неприглядность поступков, осуждает, но одновременно отчаянно завидует тем, кто сумел выбраться из поселения с минимумом потерь.


- Давай спать, − тихонько попросила она его, и сама начала устраиваться рядом с малышами.


За пару дней Эмма определилась в своих симпатиях к детям, но не смела выделять кого-либо. Искра не могла не нравится, не вызывать уважение, но она была не так открыта и ласкова, как Белка. Сестричка Вьюна с лёгкостью заставляла улыбнуться любого, и её всегда хотелось приголубить, чем она умело пользовалась. Эмма поддавалась её обаянию, но чем дальше, тем сильнее испытывала бо́льшую симпатию к Жару.

Этот малыш тяжелее всех переживал гибель родителей и не искал ничьей защиты. Он слушал сестру, что-то решал в своей голове, подчинялся - и горевал.


Ему Эмма подпихивала лучшие кусочки, пока не видит вездесущая Белка, его она прижимала к груди, когда они спали, и вытирала ему слёзы, шепча, что когда Жар вырастет, то сам станет папой и у него вновь появится семья, а пока у него есть Искра.


Ей хотелось бы пообещать малышу, что всё будет хорошо, что она не оставит его, но нужна ли навязанная чужачка маленьким оборотням? Дойдут ли они до новых земель?


Эмме было страшно подарить надежду и не оправдать её. Кто-то в ответ на это лишь недоуменно пожмёт плечами, сказав, что никто не может быть уверен в будущем, а мимолётное обещание может украсить хотя бы кусочек жизни.

Ещё одна ночь прошла в новом мире, где местных и Эмму роднило то, что они все под воздействием обстоятельств вышвырнуты из дома и бредут практически в неизвестность.


Потихоньку идти становилось сложнее, а Эмма к тому же нагружала себя найденными ветками и к вечеру волокла за собою небольшую вязанку. Этот день был самым тяжёлым для неё, но зато вечером она покормила своих подопечных горячей кашей из пакетиков и сушёным мясом.

У неё оставался мизер еды, да и то в основном бестолковый набор сладостей. Заглядывать вперёд было боязно, но Эмма очень надеялась, что кто-нибудь ещё подкинет мяса. Так и случилось. На следующий день Ешка принёс козлёнка, а Пепел помог обратиться малышам в волчат, и ребятня быстро расправилась с подарком. Эмма пила холодную воду и грызла вяленое мясо с галетами. Через пару дней стая достигла гномьих земель.


- Что там? - Эмма осторожно пробиралась вперёд, чтобы посмотреть на гномов и послушать переговоры.

- Не мельтеши, − недовольно бросил ей вслед один из оборотней, но она протиснулась дальше.

- Теперь я альфа, − услышала Эмма слова Пепла, − вы взяли плату за проход, и я хочу, чтобы вы провели нас коротким путём!

- О коротком пути речи не было, − отвечал коренастый бородач, посверкивая прищуренными глазами.


Кустистые брови немного нависали над большим мясистым носом и придавали угрюмое впечатление всему облику, но заплетённая в аккуратные косички борода и толстая золотая цепь с медальоном на короткой мощной шее выдавали в нём франта. Ростом гном был на полголовы ниже Эммы, а Пепел возвышался над ним горой, и всё же именно альфа казался мальчишкой рядом с ним.


- Мы заплатили! - рычал рассвирепевший вожак.

- Кто ж спорит, − насмешливо отвечал гном.

- Проведи нас на другую сторону горы! - требовал Пепел.

- Да разве я отказываюсь, - разводил руками гном, явно издеваясь.


Эмма пролезла в первый ряд и встала почти за спиной Ласки. Переговоры зашли в тупик и гном выжидающе поглядывал на молодого альфу. Ешка протиснулся вперёд, но обозлённая мать Пепла одёрнула енота. Она готова была вцепиться в горло гнома, обманывающего стаю и сына.


Эмма воспользовалась тем, что внимание Ласки было отвлечено Ешкой, наклонилась и почти проползла к альфе с гномом.


- Добрый день, любезнейший, − с улыбкой поздоровалась она.

- Хм, магичка?! Как тебя, горемычную, занесло к загорным оборотням? - удивлённо приподнял бровь бородач.

- Воля великого случая, − немного удивляясь ответу гнома и старательно впитывая выплёскивающиеся эмоции, ответила девушка.


Зла от квадратного представителя горного народа не исходило, а вот желания позабавиться было сколько угодно. Пепел же находился на грани отчаяния. От него так и несло досадой, злостью, ненавистью, сожалением. Разбираться в этой куче эмоций Эмме было некогда, и она решительно воспользовалась доброжелательностью гнома по отношению к себе.


- Скажите, уважаемый, как вас понимать? Вы не отказываетесь от взятых на себя обязательств, но в то же время не желаете помочь пройти на безопасную сторону.

- Мы расчистили дорогу, ведущую через хребет, и не будем препятствовать идущей по ней стае. За это мы взяли плату и честно выполнили обязательства.

- Отец платил за короткую дорогу, а ты нас посылаешь на долгий переход!

- Ты молод и глуп! Не понимаешь, на чём настаиваешь! Если бы за вами по следам ползли змеи, то мы рискнули бы провести вас туннелем, но при этом большая часть твоей стаи сошла бы с ума! Звери не переносят тесноты и замкнутых пространств!

- Но...

- Иди и поторопись! Скоро гору накроет первый снег и тогда тяжело тебе придётся. Каждый день сейчас на счету.


Эмма вздрогнула. Пока что было тело, и она даже ночью не мёрзла, но, возможно, это воздействие близости пустыни? Значит, чем дальше они уходят и выше поднимаются, тем холоднее будет! Сильный толчок в спину, заставил её упасть на колени.


- Ты что себе позволяешь, − прошипела Ласка, надвигаясь на неё.

- Мама! - рявкнул Пепел.

- Весело тут у вас, − хохотнул уходящий гном.


Эмма растерялась. Затевать драку на фоне последних событий было стыдно. Ласка выглядела довольно молодой, но все же она значительно старше, и тратить на неё остаток заряда в электрошокере не позволяла совесть, а по-другому Эмма ей проиграет.


"Это какая-то низкопробная разборка среди девочек-гопниц" − сердито поглядывая на главную самку стаи, ужасалась она.


Но Пепел встал так, чтобы отгородить её от матери, и Эмма молча ушла, подавляя в себе желание всё же искалечить вздорную оборотницу.

Кто-то смотрел на Эмму, как на слабачку, но были и те, кто кривился, глядя на Ласку. Её поведение без твёрдой руки мужа очень сильно изменилось. От неё ждали поддержки, каких-то действий - и это помогло бы всем объединиться, но вместо опоры она стала раздражителем.


Эмма всё подмечала. Ей волей-неволей приходилось разбираться с тем, что она теперь могла чувствовать, иначе бы она запуталась, какие эмоции её собственные, а что навевается извне.

Привыкнув работать в коллективе, Эмма остро ощущала, что раздражение среди оборотней надо гасить или умело направлять на пользу. У Ласки есть необходимая сила и влияние, но она до сих пор не понимает, что прошлая жизнь закончилась, и нет больше привычного распорядка дня, обыденных дел, пустопорожней болтовни, выяснения отношений и привычного само собой разумеющегося уважения.


Эмма добралась до своих детей, что остались сторожить её рюкзак с котелком и пакетами, в которые по пути собирали всё съестное. Она решила держаться в стороне и не забывать, что рядом с нею не люди.


Посмотрела на настороженного Вьюна, который сделал нелицеприятные для неё выводы из-за того, что не дала отпора Ласке. Мысленно Эмма сердито подумала о том, что он сам из слабоватой семьи и его мать абсолютно точно не посмела бы даже тявкнуть на главную самку, но устыдилась. Нельзя так вестись на эмоции, ведь не девочка.

А её политика будет отныне такова: ей нет дела до их назревающих конфликтов! А ещё ей симпатичен Пепел, но стоит ли он того, чтобы связываться с его матерью? Да и вообще, не будет ли слишком большой жертвой с её стороны оставаться в этой стае?

Подтянув спадающие штаны и затянув ремень на новую дырочку, Эмма улыбнулась. За эти дни она значительно окрепла и скинула вес в нужных местах. Проведя рукой по животу, который теперь всего лишь кокетливо обозначался без вульгарного выпирания, выдохнула. У неё есть в запасе три-пять лишних кило для потери, а потом уже можно будет начинать тревожиться и пожинать побочные эффекты худобы.


- Надо самим добраться до туннеля этих коротышек и заставить их пропустить нас! - послышался первый выкрик.

- Зачем вообще было платить им? - добавился ещё голос.

- Непонятно, чем занимался наш альфа, уходя на гору, если мерзкие карлики не предоставляют нам короткий путь?

- Молчать! - заорала взбешённая Ласка. - Да как вы смеете?! Трусливые шавки!


Пепел скрипел зубами, с ненавистью оглядывая крикунов. Их было немного, но они объединились и с завидным умением каждый его шаг ставят под сомнение, а теперь взялись за отца.

Глухой рык поднимался из его груди, пугая вблизи стоящих. Он едва справлялся с собою, чтобы не обернуться зверем, не впрыгнуть в центр склочников и не начать рвать их на куски.


А Эмма тем временем с тоской смотрела на небольшую портативную зарядку с квадратиком солнечной батареи, которую берегла для телефона, и решительно подключила к ней электрошокер. От телефона по прямому назначению пользы нет, как нет ни желания, ни сил слушать закачанную музыку или читать книжку.

Закрепив на липучках зарядку, чтобы она не прекращала потреблять солнечный свет, и засунув своё оружие в карман рюкзака, она отвела детей в сторону, продолжая наблюдать за дальнейшим развитием событий.


Некоторые женщины, обернулись волчицами и начали порыкивать в сторону недовольных, намекая, что их претензии были оскорблением. Самые сильные члены стаи не один раз ходили на гору и вели сложнейшие переговоры, охотились для гномов, перебирались на другую сторону, чтобы добиться новых земель.

Слабые только судачили и советовали. Внешний переход сложен и опасен, но его можно пройти зверем, а вот в гномий туннель надо идти только человеком, и то не все смогут его пройти, даже сильнейшие!


Послышался визг. Две самки сцепились -и все вынуждены были дать им место, теснясь к краям. Вновь кто-то завизжал. Оказалось, что поддавшись эмоциям, столкнули ребёнка, и он уже скатывается вниз. Буквально в прыжке принимая облик зверя, Пепел сумел остановить падение мальчишки, но сам обратно подняться не мог. Мелкие камешки под лапами убегали вниз, утягивая его за собою.

Кто-то догадался бросить верёвочную петлю, и Пепел, вернувшись в человеческую ипостась, посадил на закорки пойманного пацанёнка, а теперь сам, держась за петлю, поднимался наверх.

Свара прекратилась так же неожиданно, как началась. Оборотни неприязненно косились друг на друга, но всё чаще слышались обвинения уже в сторону гномов, на том и сошлись.


Эмма раздала своим подопечным по леденцу, чтобы отвлеклись от неприятной обстановки, и когда все вновь вытянулись в цепочку на узкой тропе, с облегчением зашагала следом.


Вяло переставляя ноги, она воображала, как могла бы обустроиться в этом мире, если бы попала в город.

Первым делом нашла бы жильё, потом озолотилась бы на продаже какой-нибудь мелочи из своих запасов. Ну ладно, не озолотилась бы, но выкупила бы себе время для того, чтобы оглядеться, прицениться к местному товару и придумать заработок.

Это только план на первые дни, недели, а потом она уже освоится, развернётся и устроится с удобством. Приятно было обдумывать, как она обставила бы новое жильё, развивала бы свои новые способности.


Очень волновал вопрос: редкий у неё дар или нет? Можно ли его назвать сильным, или это всего лишь отголосок настоящей магии? Как можно зарабатывать на повышенной восприимчивости к чужим эмоциям?


Эмме нравилось вот так идти и думать о себе, как о попаданке из книжки. Это было гораздо приятнее и интереснее, чем плестись за сварливыми оборотнями день за днём и постоянно испытывать ноющее чувство голода.


Прошло уже два дня с момента встречи с гномами, и стая продолжала своё восхождение. Каждый день кто-нибудь из самцов приносил Эмме кусок мяса для щенков, который она теперь тоже лизала. Её подопечные с удовольствием всё сгрызали в зверином облике, а вот ей без огня и достаточного количества воды было тяжело. У неё оставались ещё пакетики с едой, но их невозможно было приготовить.

Девушка держалась на галетах и леденцах, но силы слишком быстро оставляли её. Несмотря на то, что её группка плелась в самом конце, подчас намного отставая от других, её подопечные оставались рядом, и это поддерживало Эмму.


- Эмма! - вдруг истошно завопила Белка, а Искра с Вьюном вторили ей скулежом, не зная, что делать: бежать или стоять.


Стая единым организмом бросилась бежать, а Эмма ощутила охватившее всех удушающее напряжение и тревогу. Переведя быстрый взгляд на своих детей, находящихся рядом, она поняла, что их инстинкты все же не дают им бездумно мчаться вперёд, нагоняя стаю.

Её ноги вдруг отказались подчиняться, и Эмма не могла сдвинуться с места. Не успев испугаться, увидела, что между нею и убегающей стаей начался камнепад.

Она смотрела, как падают первые камни, раскалываются, пылят и улетают дальше вниз. Это было ужасно.

Вьюн метался, желая успеть проскочить вслед за сородичами и не решаясь бросить не закрывающую рот Белку, которая вопила на одной ноте и тряслась. Эмма, преодолевая свой и чужой ужас, заставила себя схватить малышку, подбежать к замершему у торчащего из склона горы валуна Жару и, подталкивая его, бежать подальше от камней.


Она вынуждена была остановиться только тогда, когда подвернула ногу. Белка упала на Эмму, которая растянулась во весь рост, а рюкзак наехал на голову. Сил больше не было. Отчего-то стало смешно. Упала и лицом уткнулась в потерянную шпильку. Наверное, она выпала из грязных волос.


Лёгкое касание лапой и настороженный взгляд волчонка Искры заставил её с кряхтением развернуться и сесть. Вьюн скулил, вытянув морду в сторону отрезанной стаи, а малыши обречённо смотрели на Эмму. По её лицу расползлась идиотская улыбка.

Вот и всё, отмучились, можно ложиться и помирать!

Но, глядя на детей, она почувствовала отчаянный кураж и бодро воскликнула:


- Без паники! Я с самого начала знала, что этот план нам не годится! У меня совершенно нет времени идти в обход. Скоро зима, надо носки вязать, а мы тут... - развела руками, показывая, что это совсем не то, что хотелось бы.


Дети слушали и не могли поверить её словам. А Эмма поднялась, отряхнулась и стала осматриваться.


- Мы пойдём другим путём! - важно заявила она.

- Каким? - пискнула Белка, вытирая слёзы.

- Коротким, - щёлкнув её по носу, весело ответила Эмма.


## Глава 5


## Тролль, гномы и прочее


Вьюн недоверчиво смотрел на человечку и ничего не понимал. Они едва не погибли под обвалом! Их отрезало от стаи, а она радуется.

- Тогда почему мы раньше не пошли коротким путём? - подозрительно уточнил он.

- Ну-у, тут я вижу две причины, - пытаясь выбить пыль из куртки, протянула Эмма. - Всю стаю не пустили в туннель, и было бы невежливо делать для нас исключение.

Искра, Белка, Вьюн и Жар уставились на неё во все глаза и неуверенно кивнули, поскольку человечка ждала ответа.

- Очень хорошо, что вы это понимаете, - она взялась отряхивать штаны и продолжила говорить:

- Со временем появилась вторая причина. К сожалению, чем очевиднее становилось, что нам не преодолеть переход через горы, тем меньше шансов оставалось на то, что мы найдём гномий туннель самостоятельно. - Эмма беспомощно развела руками, будто предлагая оценить, что они теперь вынужденно столкнулись с этой проблемой.

- Мы бы преодолели горы вместе со стаей, - упрямо возразил Вьюн, с тоской посматривая на засыпанную дорожку и выискивая возможности пройти сквозь неё.

- Нет, малыш.

- Я не малыш!

- Завтра-послезавтра я не смогла бы уже идти, - Эмма чуть скривила губы, понимая, что не так уж она ценна для вверенных ей детей, - а через несколько дней вас перестали бы подкармливать, вы бы отстали и все остальные сделали бы вид, что не видят этого. Чем выше мы поднимаемся, тем становится холоднее и труднее дышать, да и сложнее с охотой. Мне очень жаль, но твёрдого порядка среди ваших сородичей нет, и это только увеличит количество потерь.

- Так что же нам делать? - прижимая к себе братика, спросила Искра, уже давно подметившая, как недоброжелательно косились другие оборотни, когда детям приносили мясо.

Она была согласна с Эммой, и Вьюн интуитивно чуял её правоту, но он очень надеялся на свою хитрость и пронырливость.

- Обвал помог нам вовремя принять решение и отделиться ото всех, так что даже жаль, что этого не случилось раньше.


Произнося эти успокаивающие слова, Эмма чётко осознала, что она абсолютно права! Ей ещё при разговоре Пепла с гномом показалось, что горный народец провёл бы её через туннель, но она связана с детьми оборотней. В тот момент она думала, что невозможно настаивать на проходе вместе с ними.

На каком основании она отделила бы их от стаи? И бросить не могла, понимая, что никому до них нет дела. Даже подкармливали их только потому, что видели её отношение и не желали позориться перед представителем чужой расы. Жаль, что этого стимула надолго не хватило бы, и жаль, что в тот момент она не смогла более чётко интерпретировать свои ощущения. Как говорится, пока "жареный петух не клюнул"!

Эмма посмотрела на небо, проследила взглядом за облаками и улыбнулась. А ведь если отстраниться от всего и посмотреть на случившееся со стороны, то есть у неё какое-то предназначение в этом мире! Определенно есть!

Шагнула в другое измерение она не в диких местах, а значит, уже в этом она особенная. Нападение нагов пережила, от камнепада убереглась, и в туннель попадёт или же неожиданно найдёт другой способ перейти гору!

Надо действовать, тогда легче будет отыскать свой путь-дорожку, а там, глядишь, придёт понимание, ради каких великих дел сюда попала!

От пришедших в голову мыслей стало легче. Права она или нет, но приятно думать, что судьба определённо подкидывает шансы и остаётся их только заметить и использовать.

- Теперь будем искать гномов и просить их помочь нам, - Эмма продолжила объяснять ребятам дальнейшие шаги. - Думаю, имеет смысл немного вернуться назад и очень внимательно осмотреть гору. Нам надо найти гномьи тропинки, чтобы ускорить встречу с кем-либо из них.

Вьюн с Искрой были слишком юны, чтобы понять, насколько права их опекунша. Она озвучивала то, что ребята видели и сами, но отрываться от стаи было тяжело или, как сказала бы Эмма, слишком креативно для них. Ну а малыши полагались на чувства. От ласковой человечки исходило тепло и защита, а вот от привычных сородичей веяло тяжестью, поэтому без них дышалось легче. Если Эмма рядом, то всё хорошо!

Она погладила их по головам и спросила, правда ли вниз спускаться легче, чем подниматься? Белка бросилась проверять, и какое-то время все бежали вниз, весело повизгивая и обгоняя друг друга.


- Уф, всё, отдыхаем, - скомандовала Эмма, плюхаясь на небольшую площадку. Она уже давно раскраснелась и дышала с трудом, но пока дети были увлечены, не хотела останавливаться.


Посидев пару минут и выдав ребяткам питьё с последними галетами, она прикрыла глаза, собираясь попробовать что-то вроде медитации. Состояние было подходящее, тело благодарно расслабилось, даже думать стало лень. Что она хотела получить от бездумной прострации, сама не знала. Быть может, внушить себе, что полна сил и бодрости? А может, как-то использовать свои появившиеся эмпатические способности? Должен же быть толк от её магии!

Медитация перешла в дрёму, а потом в короткий сон. Рядом примостились уставшие малыши, а тёплыми подушками стали обернувшиеся в зверей Искра с Вьюном. Все спали.

Эмме сначала приснились обида и злость. Потом она напряглась, как будто дерётся. Неприятные эмоции испортили блаженный отдых. Открыв глаза и ощутив сладкое спокойствие ребят, она сообразила, что "видела" во сне совершенно чужие чувства.

Девушка стала вертеть головой, пытаясь обнаружить чужих, но никого не видела. Осторожно вылезла из небольшой кучи малы и стала прохаживаться по дорожке, вглядываясь в возвышающуюся гору.

Местами на ней цеплялись за камни корявые деревца, где-то мешали полному обзору крупные валуны, но в остальном казалось, что вся гора на виду. И всё же Эмма уловила движение на фоне камней. Серое на сером.

Глаза поначалу отказывались видеть происходящее, но стоило сосредоточиться, как картинка стала приобретать объём. Эмма не могла оторваться от того, что видела. Довольно крупный каменный тролль размахивал кулаками и пытался оторвать кусок от установленных столбов, а гномы отгоняли его.

- Что там? - тихо спросил подошедший Вьюн, заметив, что Эмма долго смотрит в одну точку.

Она, не отводя глаз от разгорающегося боя, склонилась и направила голову мальчика наверх.

- Я ничего не вижу... ой! - удивился он, - но как же так? Они должны грохотать, а ничего не слышно, да и видно с трудом.

- Не знаю, почему до нас не доносится звук, но чем дольше туда смотришь, тем больше замечаешь, - задумчиво произнесла она.


Обычная на первый взгляд гора менялась на глазах! Хаотичное нагромождение камней, мимо которого не так давно прошла стая, теперь оказалось продуманным: местами это были укрепления, где-то скрытые переходы, а уж от количества не замеченных ранее разбросанных то тут, то там ступенек, помогающих подниматься вверх, становилось просто обидно. Гномы активно и успешно дурили оборотней. И это было жестоко.

За те годы, что велись переговоры, можно было напрямую вырубить лестницу наверх и вниз с другой стороны, но горный народ предоставил обходную дорогу, лишь бы скрыть свои секреты.

Эмма сморгнула, потёрла глаза и упустила картинку. Она вновь смотрела на обычную гору и ничего не видела.

- Куда всё исчезло? - удивился Вьюн.

Боясь упустить гномов, Эмма вновь стала пристально смотреть на ту точку, где ранее уловила движение.

Постепенно ей снова удалось увидеть происходящее. Это походило на книжку со стереограммой. Каким образом гномы смогли использовать этот эффект в свою пользу, оставалось загадкой, но это было потрясающе.

- Я вижу, - прошептал Вьюн.

И тут Эмма решила провести эксперимент. Она отодвинулась от мальчика, и он растерянно заскользил глазами по той части горы, где только что разворачивались интересные действия. Как только она встала позади него, так вскоре он вновь всё увидел. Получалось, каким-то образом именно она помогает ему настроиться.

- Нам надо поспешить, чтобы как-то обратить на себя внимание, - взволнованно бросила Эмма и начала тормошить малышей.

- Встаём, лапушки, живенько собираемся и лезем наверх. Вьюн, расскажи всем, что мы видели, а я буду искать дорожку вверх.

Она попыталась снова сосредоточиться и найти хоть какую-то ступеньку, и ей удалось увидеть ровный ряд ступенек на высоте метров десяти. Но как туда подобраться? Эмма пробежалась вперёд, вернулась, но так и не нашла, где можно было бы начать подъем.

Наверху конфликт разворачивался в полную силу, и вниз полетели камни, сбрасываемые в пылу схватки. Она хорошо чувствовала, что тролль злится, обижается, гномы негодуют, отпихивают огромного по сравнению с ними тролля.

Наконец Эмма нашла небольшой выступ, на который она бы подсадила детей, а дальше уже можно было карабкаться по камням до замеченных ею ступенек.


- Вьюн, я тебя подкину, а ты должен зацепиться за вон тот выступ и помочь влезть Искре, а потом малышам.

- А вы?

- Со мной сложнее. Я вам дам верёвку, и вы поднимете рюкзак, а потом все вместе попробуете вытянуть меня. Если не получится, то я пока не знаю, как нам быть.

Эмма поглядывала наверх и пыталась запомнить, как тянется тропка, по которой можно будет подняться.

- Я готов! - воскликнул мальчик и она, выдохнув, резко подкинула его вверх.

Вьюн зацепился за край и подтянулся. Дальше Эмма подбрасывала вещи, а потом настал черёд Искры. С ней проблем не возникло, а вот малышам не хватало длины рук, чтобы ухватиться за кромку, и они скатывались обратно вниз. Пришлось воспользоваться верёвкой - вскоре Белка с Жаром были на месте и уже принялись изучать дорогу вверх, а Вьюн искал возможность зацепить верёвку так, как велела Эмма.

Напрямую им с Искрой не вытянуть взрослого человека, а вот если зацепить камень, то они хотя бы смогут удерживать верёвку, пока опекунша подтягивается по ней. Высота в пару метров с небольшим далась ей тяжело, но вскоре вся компания уже спешила наверх, помогая друг другу.

Тем временем воюющие стороны прекратили активные действия и, заняв позиции, отдыхали.

- Давайте скорее, не останавливаемся, - пыхтела Эмма, сдувая выбившиеся из-под банданы волосы. Пот тёк по спине, одежда липла к телу, но она упорно лезла вверх, подталкивая малышей. Это их шанс всё решить сейчас, пока ещё есть силы действовать.

- Эй! - наконец крикнула она гномам и помахала им рукой.

В ответ почувствовала раздражение. На что оно было направлено, Эмма не могла определить. В равной степени гномы могли или не хотеть видеть её вместе с детьми оборотней, либо разозлились, что она стала свидетелем их схватки с троллем. А ведь могла быть и ещё какая-нибудь причина для раздражения.

Эмма хотела бы назвать себя будущим магом-менталистом, но её способности всё ещё были слишком расплывчаты и, несмотря на широкий спектр, достаточно поверхностны. Хотя и за этот проявившийся талант она испытывала благодарность. Ничего, что дар не заточен ни под какую службу, зато именно он ей сейчас помогает не погибнуть.

Чутко реагируя на изменившуюся обстановку, она громко закричала:

- Подождите меня, я вам помогу!


Небольшая уловка, но пока она лезет, то придумает, как сделать гномов, а может, заодно и тролля обязанными ей. Эмма так измучилась, что ей срочно была необходима моральная и физическая передышка. Она обязана сделать всё так, чтобы горный народ встретил её как дорогую гостью!

Подъёму на, казалось бы, небольшую высоту не было конца и края! Малыши хрипели, Искра плакала, но лезла, а Вьюн уже ничего не соображал, как и Эмма.

- Я здесь, я сейчас... без меня не начинаем, - прошептала она, заваливаясь грудью на последнюю ступеньку, которая ей была по пояс. Зачем гномам лестница, где каждая ступенька с них ростом? Эти мысли уже уплыли вместе с остатками разума.

На четвереньках она подползла к злобно сверкающему красивыми чёрными глазами троллю и, опираясь на его ногу, стала подниматься. Учитывая, что его рост оказался около трёх метров, то полностью поднявшись, Эмма опиралась на его бедро. Потыкав пальцем в гномов и в тролля, она едва просипела:

- Сейчас со всем разберёмся.

Тролль сложил огромные каменные ручищи на груди и высокомерно посмотрел на коротышек, а те хмуро уставились на вмешавшуюся человечку.

Эмма полила лицо водой, обтёрла шею и немного подумав, вылила остатки на голову. Волосы всё равно мокрые от пота, а она слишком разогрелась, как бы удар не хватил.

- Итак! - намного громче и увереннее обозначила она своё вмешательство в качестве арбитра. - На правах незаинтересованного лица я оказываю вам милость и берусь решить ваш спор.

Эмма чуть отодвинулась от тролля и, строго взглянув на него, спросила:

- Господин тролль, каковы ваши претензии к отважным гномам?

- Э?

- Почему вы здесь и зачем разрушаете их строение?

Эмма даже не сразу заметила, что оторопевшие ребятишки смотрят на неё с огромным уважением, а гномы с удивлением. Ещё бы - человек говорил на самом труднодоступном языке. Языке троллей! А Эмма не догадалась, что при переходе оказалась щедро награждена не только знанием языка первого встреченного народа, а на всякий случай всеми языками этого мира, чему поспособствовала её врождённая восприимчивость, а также желание понимать людей-нелюдей. В данный момент она только чувствовала, что её горло очень уж напрягается при произнесении слов, но пока списала это на волнение.

- Стар я стал, - гудел тролль, - а камень омоложения только у шмакодявок! Мне совсем немного надо, а они не дают, - входил во вкус ябеда. - Шныряют повсюду, еду из-под носа тянут, а то прямо по голове пройдутся, сна лишат. А вот давеча по пальцам били! - он растопырил ладонь и показал отбитый кусочек пальца. Там, где должны были располагаться ногти, подозрительно искрили какие-то редкие камни.

- Возмутительно, - кивала Эмма троллю, - недопустимое поведение! Считаю, что вы имеете полное право на моральную компенсацию.

- Мораль и ком-пес... мне не нужны, а вот кусочек адаманта* пусть отдадут. Он меня укрепит, и я женюсь.


(*прим.авт."...рядом ворота висят на столпах адамантовых прочных" "Энеида" книга 6. А ещё считалось, что Сатана был закован в адамантовых цепях. У нас переводят адамант как алмаз.)


- Хм, адамант - это вот это? - Эмма показала рукой на столбы. Теперь стало видно, что они обрамляли небольшой вход внутрь горы. - Какого размера будем требовать камень?

Она потёрла пальцем столб, чтобы увидеть в нём алмаз, но так и не смогла заподозрить в камне благородства.

Тролль азартно примерился к целой колонне, но посмотрев на вскинувших свои топоры жадных коротышек, с сожалением указал на верхнюю закруглённую часть.

- Вот этого хватит, - вздохнул он и, приняв вид гордого, но непонятого царя, вознамерился ждать возвращения его права. Человеки слыли самыми умными.

Эмму потихоньку отпускало после безумного подъёма в гору. Сможет ли она когда-нибудь повторить нечто подобное или просто действовала в состоянии аффекта - черт разберёт. Как бы там ни было, а реакция тролля на её вмешательство порадовала.

Эмма не особо думала, когда влезла в разборку, она полагалась на чутьё. Обиженный тролль, желающий понимания и возмущённые гномы. Их эмоции подтолкнули выбрать роль арбитра.

Она обвела укоризненным взглядом бородачей и покачала головой:

- Ну как же так?! Я всё понимаю: господин тролль не спросил разрешения, нарушил порядок, покусился на вашу работу, но вы же цивилизованные гномы! Народ с древней историей, познавший тяжёлые времена и периоды расцвета! Кому как не вам знать, насколько трудно живётся малым народам!


Эмма хмурила брови, старалась каждому заглянуть в глаза и подбирала общие фразы.

Собственно, любой продавец умеет правильно говорить, а когда имеешь дело с лекарствами, то чувство ответственности вырабатывает осторожность в словах.

Сейчас ей помогал внутренний индикатор настроения. Конечно, можно было крупно ошибиться и неправильно интерпретировать причины ощущаемых эмоций, но пока что других вариантов действий у неё нет.

Вьюн и Искра с восхищением смотрели на Эмму, пока она извлекала из своего горла сложные звуки, которые понимал только каменный тролль, а потом она заговорила с гномами на их языке.

Горный народ был польщён оказанным уважением. Мало кто из людей мог похвастаться знанием их языка, а магичка к тому же только что возвысила их, причислив тролля к малым народам, тем самым признавая величие гномов над ними.

- Ваше положение обязывает вас заботиться о тех, кто не сумел подняться столь же высоко, как вы! - пафосно заявила Эмма, кося взглядом на тролля.


Она беспокоилась, что он взбунтуется из-за её слов, но тот довольствовался тем, что она стоит рядом и отчитывает мелких пакостников. Он реагировал на интонацию и жесты и делал свои выводы.


- Мы не нанимались кормить троллей! - сплюнув, выкрикнул один из бородачей.

Тролль в ответ ударил кулаком по горе - и некоторые из гномов не устояли на ногах, а Эмме пришлось взмахнуть руками, чтобы удержать равновесие.

Ситуация немного изменилась, градус агрессии повысился, а Эмма срочно поменяла тактику. Сложив руки у груди, она принялась трагически вещать, войдя в образ пифии:

- Враг у порога! Сильный, хитрый, беспощадный, жаждущий ваших сокровищ!

На этих словах гномы схватились за оружие, а тролль приготовился к нападению, и Эмма срочно взялась за пояснения:

- Гигантские змеи, именуемые нагами, пожирают всё живое, уничтожают наши прекрасные леса, и только ваша гора стоит у них на пути. Их тела созданы для того, чтобы проникать в самые затаённые места, скоро они влезут и в ваши дома, проползут по самым узким коридорам, принесут смерть и разорение!

- Мы не пропустим их к себе! Мы закроем гору!


Эмма тем временем поглаживала тролля и сочувственно кивала разошедшимся гномам:

- Это большие жертвы с вашей стороны, но у вас есть союзники! Тролли не допустят нагов на вашу гору! Они будут давить, уничтожать непрошенных визитёров! Тролли - ваши исконные соседи, а теперь они ещё и очень ценные союзники. Всё, что требуется от вас - это немного помочь им.

Эмма встала в пол-оборота и, показывая на своего тролля, провозгласила:

- Этот мудрый представитель своего народа хочет кусочек столба, чтобы стать сильнее, чтобы жениться и родить малыша. А теперь скажите мне, позволит ли он ползать здесь каким-то наглым змеюкам, если у него тут семья? Пока жив этот тролль, вам не придётся замуровывать проходы! Он будет сражаться за спокойствие на горе, за привычный ритм жизни! Так стоит ли этот столб того, чтобы отнять счастье у тролля и обрести ещё одного врага?

- Ну, если так стоит вопрос... - пробормотали некоторые гномы, переглядываясь с товарищами.

- Мы вообще-то не можем решать... но если ему нужна только верхушка...

Эмма одобрительно кивнула:

- В вашей власти положить начало дружбе и сотрудничеству с одним троллем, а правитель уже решит, как действовать дальше, - уверенно заявила она, надеясь, что ни в чём не ошиблась.


Гномы всё ещё неуверенно поглядывая друг на друга, отступили и выжидающе посмотрели на тролля. Эмма гордо произнесла: "Прошу!" и рукою указала на неровный шар на верхушке столба.


Тролль, не упуская из виду коротышек, смахнул дубиной установленное украшение и на лету подхватил его. Гномы с интересом уставились на оружие соседа. По виду оно было обыкновенным деревом, но вместо того, чтобы разлететься на щепки при ударе об адамант, оно лишь звонко пропело.

Пока гномы пытались на глазок оценить незнакомый материал, тролль сжал полученную часть столба, как орех, и с довольным видом по кусочкам съел камень. Наблюдая за этим, Эмма решила, что адамант всё же не алмаз.

С гномами в это время происходило нечто странное. Кто-то из них судорожно дёргал бороду, кто-то держался за сердце, а кое-кто стучал себе по голове рукояткой топора.


Искра не выдержала и хихикнула, а следом засмеялись малыши. Они ничего не понимали, но выглядело всё очень смешно.

Эмма догадалась, что происходит что-то из ряда вон выходящее! Ей невдомёк было, что тролли действительно малочисленны и плохо известны гномам, не говоря уже о других расах. При этом дополнительную путаницу вносит множество разновидностей троллей: каменные, магнитные, железные, чёрные, болотные, просто горные - да мало ли какие ещё они бывают! Редко кто из них образует селения, чаще всего тролли живут одиночками, соединяясь на короткий период в семью. Срок их жизни огромен, и они мало обращают внимания на тех существ, что живут рядом, но прекрасно осведомлены обо всех расах в целом. Всё же солидная продолжительность жизни даёт даже таким созданиям некоторые преимущества.

Не понимая, что наблюдает сейчас редчайшее явление обновления и укрепления организма каменного тролля, Эмма наслаждалась зрелищем. Неровности на тролле сглаживались, трещины в его каменном теле затягивались, а сам он приобретал некоторый блеск и даже стал выше ростом. Гномы отступили, а Эмма с оборотнями одновременно выдохнули восхищённо: "Ах!"

Это действительно было "Ах"!

Тролль потянулся ко второму навершию и, пользуясь ошеломлением коротышек, лёгким движением смахнул его и припрятал в сгиб локтя. Повернувшись к Эмме, он смущённо шепнул:

- Это я в подарок невесте.

Гномы недовольно заворчали, но тролль потянулся вверх, будто разминая мышцы, весело ухнул, выпрямился и, закинув дубину на плечо, бодро зашагал прямо по крутому склону горы.

Эмма смогла наблюдать за ним на протяжении пары метров, потом он непонятным образом слился с другими камнями. Ещё какое-то время она видела что-то вроде перекатывающегося каменного бугра, но стоило моргнуть, как даже эта картинка пропала.

Растерянность витала в воздухе. Эмма не могла придумать, что дальше говорить и как себя вести. Дети, замерев, ожидали от неё чего-то такого эдакого, а гномы начали беспокоиться о том, как они будут отчитываться о случившемся перед начальством.

- Э, госпожа магичка, - обратился к ней тот гном, что дёргал свою бороду, - пройдёмте с нами, чтобы засвидетельствовать и... - он толкнул своего приятеля, и тот угрюмо буркнул: - скажете королю, что это вы нас заставили... - позади стоявший гном ударил говорящего по голове.

- Ты думай, что балаболишь! - сурово бросил он.

Эмма выдохнула и взяла всё в свои руки:

- Уважаемые, так как я стала свидетелем уникального дружеского акта, то считаю необходимым поведать о нём вашему правителю и выразить своё восхищение его дальновидной политикой.

- А эти? - толстый палец указал на маленьких оборотней.

Эмма радостно улыбнулась и торжественно возвестила:

- Мы вступаем в новую эру сотрудничества, и эти малыши - залог нашего благополучия! Каждое великое событие имеет начало, и мы с вами вошли в историю как существа, проложившие путь к мировому процветанию!

Парочка гномов повторяла её слова, пытаясь уловить более полный смысл, но "залог", "вошли в историю", а у гномов это значит, что их включат в летопись, "процветание" - все это прочно укоренилось в нежных сердцах бородачей. Единственное, что им оставалось сделать, чтобы приятные душе изречения были высечены в камне, так это предупредить магичку о слабостях оборотней, дабы ничто непредвиденное не сорвало им замаячившее на горизонте "процветание".


- Госпожа, надо бы связать зверушек, - заикнулся наиболее активный гном.

- Каких зверушек, - не поняла Эмма, и гномы единым жестом указали на детей.

От возмущения она не сразу нашлась с ответом, но видя её выражение лица, бородачи начали объяснять:

- Госпожа, не подумайте, что мы со зла! Перевёртыши не осознают себя в подземельях. Зверь берёт в них верх, и ведут они себя соответственно. Их альфа после нескольких несчастных случаев приказывал связывать своих спутников и удерживал их сознание своею силой, но даже тогда всё заканчивалось плохо. Мы несколько раз пробовали проводить их своими дорогами, но всего лишь несколько перевёртышей смогли преодолеть путь до конца.

- Так вот в чём дело, - расстроилась Эмма, - а люди? С людьми так же?

- У нас мало гостей из вашей расы. Бывало так, что они плохо себя чувствовали, но никто не спрыгивал с клети, не бился, не причинял вред другим, лишь просили вернуть их туда, где есть небо.

- Хм, я поняла. Дайте мне несколько минут.


Гномы начали наводить порядок возле входа, а Эмма подозвала детей и начала им объяснять:

- Лапушки мои, в гостях у гномов мы будем находиться в человеческом облике. Это важно.

- Эмма, откуда ты знаешь их речь? - неожиданно спросила Искра.

- Их речь? Я что... - но продолжать не стала, так как сообразила, в чём дело.


При разговоре с троллем пришлось по-другому задействовать горло, чтобы получались гортанные глухие звуки. Теперь всё время хотелось откашляться и запить першение водой. А когда общалась с гномами, то пришлось следить за вёрткостью языка, чтобы получались труднопроизносимые подряд "ргчгр", которые являлись наиболее популярными звуками в их речи. Она прикрыла глаза, благодаря магию или высшие силы за такой бонус. Это было щедро!

- Неважно, откуда, - мягко ответила она Искре, - зато сейчас важно то, что ваш народ остро реагирует на замкнутые пространства. Это очень серьёзно. Вы должны убедить себя, что этот страх помешает вам выжить, а я дам вам волшебную жвачку, которая поможет не бояться. Как только вам покажется, что стены надвигаются на вас, так начинайте её жевать, перекатывать во рту и пробуйте дуть пузыри. Только не глотайте, а то она слепит вам животик, и вы не сможете больше есть. Думайте об этом, помните о жвачке во рту и держитесь за меня. Всё ясно?

Подопечные с любопытством и страхом смотрели на Эмму, на белоснежную конфету в её руках, от которой она отделила крошечные гладкие прямоугольнички и сунула им в рот.

- Не торопясь начинайте жевать, - велела она оборотням, а гномам крикнула:

- Мы готовы!

Держась за руки, они встали перед стеной, столбы на которой обрамляли вход. Эмма подозревала, что здесь либо отличная маскировка, либо иллюзия, но не ожидала, что земля под ногами окажется лифтовой платформой. Как только дети почувствовали, что пол шаткий и уходит из-под ног, так запаниковали. Чертыхнувшись, Эмма грозно велела им смотреть на неё:

- Смотрите на меня и ничего не бойтесь. Я вас всех держу!

Белка дрожала и пыталась залезть на человечку, сталкивая рюкзак, и Эмма опасалась, что девочка опрокинет её.


- Не смей, - рявкнула она на малышку, - держи меня за руку, слышишь, держи за руку! Искра, помоги мне.

Девочка с широко открытыми от ужаса глазами подчинилась. Когда над головой исчез квадратик неба, а по бокам остались только стены шахты, дети завыли.

- Жуём и не глотаем! - настаивала Эмма, пытаясь перебить их ужас.

Если бы она догадалась заранее, что им предстоит спускаться на лифте, то хоть немного подготовила бы их, а так она уже не успевала их уговаривать.

Рядом стояли два гнома, и один из них приготовился кардинально утихомиривать гостей. Эмма свирепо посмотрела на него:

- Не смейте! Они слишком маленькие. В крайнем случае, свяжем.

Вьюн перестал смотреть на Эмму, его взгляд стал шальным из-за того, что он не успевал отследить уходящую вверх стену.

- Сейчас закончится шахта и эти дурни попрыгают вниз, - предупредил гном.

Эмма обхватила всех, прижимая их головы к своему телу, и принялась шептать.

- Ну что вы испугались? По реке на плоту катались? Это - то же самое, только наша лодочка едет внутри горы.

- Плотик мы сами толкали, а тут... - к удивлению Эммы ей ответил Жар.

- Ах ты мой пушистик! - обрадовалась она. - Как же верно ты заметил! Хозяева этого плотика опускают его вниз, а когда нужно, то поднимают наверх.

- Но я не вижу, как гномы... гребут, - озадачился Жар, а слушая его рассуждения начала успокаиваться и Белка.

- Здесь мало места и нас тянут на верёвке, - Эмма не обратила внимания на хмыканье гномов.

- А вдруг они отпустят? - подключилась Белка.

- Там стоят самые сильные гномы, и вы же видите, что с нами отправились не все. Здесь ровно столько народа, сколько выдержит верёвка.

Внезапно вместо стен со всех сторон открылся вид на гигантскую пещеру. Дети сжались, но, почувствовав больше свободы, старались всё разглядеть, а Эмма, улавливая, что безотчётный ужас сменился на страх и восторг, принялась ворковать:

- Смотрите и запоминайте! На такой высоте летают птицы, и мы им кажемся такими же маленькими, как сейчас вы видите тех, кто внизу.

- Срединный град, - гордо произнёс сопровождающий гном.

- Вот, мы удостоены чести видеть город горного народа!

- Он как муравейник, - не веря своим глазам, прошептала ошеломлённая Искра, крепко держась за Эмму.

- Я никогда не видел столько народа вместе, - уже более осмысленно глядя вниз, пробормотал Вьюн, стоя на напряженных ногах и вцепившись в рюкзак.

- Ваша жизнь меняется. Вы увидите другие города, где много ваших соплеменников и представителей других рас. Мир огромен и разнообразен! Необходимо чуточку храбрости, чтобы познакомиться с ним. Возможно, вам что-то не понравится, напугает, но вы хотя бы сможете узнать, каковы они - ваши вкусы, страхи, предпочтения.

Платформа мелко задрожала, и подопечные сильнее прижались к Эмме.

- Уважаемые, - обратилась она гномам, - а нельзя ли нам посмотреть, как устроен этот подъёмник и узнать причины... вибрации.

- Мы не раскрываем своих секретов.

- Послушайте, это всего лишь дети, которым страшно. Если бы они увидели хоть один механизм, то им было бы легче бороться со своими эмоциями.

- Не положено.

- Ну и ладно, - сердито отмахнулась от них Эмма, - будет время, я вам объясню, как все эти штуки работают, - пообещала она детям.

Гномы высокомерно ухмыльнулись, а подъёмник меж тем ещё пару раз тряхнуло, и он остановился. До низа оставалось метров пять, но устройство не позволяло опуститься до конца.

- Выходите.


Эмма с ребятками вышла на площадку и по лестнице спустилась за сопровождающими. Окружающие с любопытством следили за ними, профессиональным взглядом мастеров приглядывались к заклёпкам на куртке магички, пытались понять, что за ребристая окантовка у застёжки, но гостей вели слишком быстро, и оставалось только гадать о странностях гардероба незнакомки.

- Центральная площадь, - пояснил сопровождающий и пригласил сесть в небольшую вагонетку со скамейками. - До советника по безопасности лучше доехать на рельсовике.

Дети испуганно смотрели, как тележки с высокими бортами сами катились по блестящим полоскам и исчезали в чёрном круглом зеве. Они замотали головами и начали просить их не сажать в эту жуть и не отправлять в страшную тьму.

Гномы недовольно смотрели на разгорающуюся истерику.

- У вас есть закрытые рельсовики?

- Зачем закрытые?

- Ну как же, маленькие светлые комнатки - и не видно пугающего туннеля.

- Нас недра горы не пугают, - развеселились местные.

- А пешком далеко идти? - Эмма с радостью воспользовалась бы их транспортом, так как усталость навалилась нешуточная, но она боялась не справиться с маленькими оборотнями. Им необходимо время, объяснения, неторопливое привыкание.

- Без разрешения советника вы не можете ходить по нашей территории.

- Ясно. Так, мои хорошие, для начала выплюньте жвачку, - вспомнила она и по растерянным лицам поняла, что все как один проглотили её.

- Ой, что же будет, - запаниковала Искра, а Белка ударилась в рёв.

Эмма тяжело вздохнула. Как же, оказывается, непросто с детьми! На них никакого терпения не хватает!

- От одной проглоченной жвачки ничего не будет, - успокоила она их, - но вообще это вредно. А теперь садимся рядом и держимся за меня.

Не обращая больше на них внимания, она без сомнений взошла в вагонетку и уселась на затёртую скамью. Уговоры слабо помогали с этими детьми, и Эмма решила сделать немного по-другому.

Гномы зашли за нею и сделали вид, что закрывают дверцу, вот тогда дети рванули за своей опекуншей. Белка с Жаром сели по бокам, а Искра с Вьюном устроились на полу и обняли Эмму за ногу.

- Держитесь за меня и ничего не бойтесь, - обняв малышей, она прикрыла глаза и начала усиленно создавать вокруг себя воображаемый кокон спокойствия.

Вагонетка дёрнулась, закачалась, потом начала набирать скорость, а Эмма шептала своим оборотням, чтобы они тоже закрыли глаза и представили, что они духи, летающие по ночному небу. Ей самой было некомфортно, так как гномий туннель нисколько не напоминал метро. В нём было темно, тесно и каждое место соединения рельсов отдавалось ощутимым толчком при проезде.

Малыши легко поддались её внушению, а Искра с Вьюном всё же дрожали, но заставляли себя сидеть и не шевелиться.

- Сейчас приедем, - объявил гном, - вы должны быстро подняться и освободить рельсовик, чтобы в него успели сесть следующие пассажиры, и он поехал дальше. Не успеете - будете вечно кататься по кругу!

Эмма с укором посмотрела на запугивающего их гнома. Понятно, что нельзя нарушать график движения, но неужели он не видит, как тяжело детям?

Рельсовик качнуло, и он замер. Она потянула ребят к выходу. Белка с Жаром быстро соскочили, оглядываясь, и уже с некоторым интересом рассматривая самодвижущуюся тележку со стороны.

Искра с Вьюном шли будто на негнущихся ногах. Туннель произвёл на них тягостное впечатление, и если бы не Эммино внушение, то они сорвались бы, отдаваясь инстинктам бежать, спасаться, пробиваться на волю.

Гном провёл их по нескольким переходам. Пещера была просторная и уже не пугала оборотней. Возле открытых массивных дверей он остановился:

- Ну пришли, - выдохнул он.

Через минутку они уже стояли в приёмной и приветствовали советника по безопасности.


Книга продаётся на литмаркете и продамане. Состоит из 1 части (20 глав) и 2 части (28 глав+эпилог) Объём более 600стр