Дремлет Москва раздобревшею старою барыней.
Стужа услужливо взбила ей белые пУшины.
Лавровый вечный венец всемосковский - Бульварное -
Цепью ледовою лёг у подножия Пушкина.
Слышится полузабытая песня старинная -
Песня, принявшая голод, мечты и пожарища,
Долгие вздохи в подвалах и взлёты орлиные,
Славных героев, свободному слову внимающих...

   Любомудры? - нет, попроще.
   Глянь на Пушкинскую площадь,
   Где за час перед закатом
   Буря кроет небо матом.
   Каждый звук зовёт к ответу:
   Флюгером скользить по ветру
   Или корчиться в падучей.
   ...Мчатся тучи, вьются тучи,
   Красно-белым "адидасом" -
   Сразвороту - по мордасам!
   ...Мчатся тучи, вьются тучи,
   Нюх собачий. Нрав паучий.

Что это, "бесы"? А может быть, песенки беличьи,
Что во-саду-в-огороде звенели, растаяли?
Искрятся наземь снежинки пригОршнями мелочи,
Ночь по углам фонари вестовые расставила...
Зря холода закаляли ледышки хрустальные -
Те хрустали скоро пролиты будут и пропиты,
Скоро весна, и да здравствует лёгкое таянье!..
Пушкин стоит, на Бульварное глядя безропотно.

Февраль 1983