Мельник Александр Федосеевич: другие произведения.

славянские сказки

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
 Ваша оценка:


   А.Ф. Мельник
  
   С Л А В Я Н С К И Е С К А З К И
   В стихах
  
   СОДЕРЖАНИЕ
   СКАЗКА О СТАРИКЕ И СТАРУШКЕ
   СКАЗКА О ПРОСТОМ СОЛДАТЕ
   СКАЗКА ПРО СМЕЛУЮ ДОЧЬ
   СКАЗКА О КАЗАКЕ И ВАСИЛИСЕ ПРЕМУДРОЙ
   СКАЗКА О ГРОЗНОМ ЦАРЕ
   СКАЗКА О БЕССМЕРТНОМ КОЩЕЕ
   СКАЗКА О ДИВНОЙ ПТИЦЕ
   СКАЗКА ОБ ОЗОРНОМ ИВАНЕ
   СКАЗКА О ГЛУПОМ ДРАКОНЕ
   СКАЗКА О КАПРИЗНОЙ ЦАРЕВНЕ
   СКАЗКА О КАЗАКЕ И КРЫЛАТОМ ДРАКОНЕ
   СКАЗКА О ДОБРОМ МОЛОДЦЕ
   СКАЗКА ПРО ХИТРОГО ФОМУ
   СКАЗКА О КУЗЬМЕ - БРАВОМ КАЗАКЕ
   СКАЗКА О ТОМ, КАК ЦАРЬ ОМОЛОДИЛСЯ
   СКАЗКА ПРО КАЗАКА И АНЧУТКУ
   СКАЗКА ПРО ЗАВЕТНЫЙ КАМЕНЬ-САМОЦВЕТ
   СКАЗКА О СТЕПАНЕ И СЕРОМ ВОЛКЕ
   СКАЗКА ПРО ТО, ЧТО БЫЛО ДАВНО
   СКАЗКА О ТОМ, КАК ЛИСА ГРУСТИЛА
   СКАЗКА ПРО ИЛЬЮ-БОГАТЫРЯ
   СКАЗКА ПРО ДОБРЫНЮ И ЗЛОБНОГО ЗМЕЯ
   СКАЗКА ПРО НИКИТУ И ЦАРСКУЮ ДОЧЬ
   СКАЗКА ПРО СВЯТОГОРА
   СКАЗКА ПРО ЗЛЫДНЕЙ
   СКАЗКА ПРО ВАНЮ
   СКАЗКА ПРО ИВАНА И КАСЬЯНА
   СКАЗКА О ЧУДЕСНОЙ РУБАШКЕ
   СКАЗКА ПРО МОЛЧАЛИВУЮ КУРОЧКУ
  
   СКАЗКА О СТАРИКЕ И СТАРУШКЕ
   Не сегодня, не вчера,
   А в былые времена,
   Против неба на земле
   Жил старик в одном селе.
   И была у старика
   Ох и странная жена.
   Он бывало скажет ей:
   "Приготовь, жена, нам щей".
   А она ему в ответ:
   "Будет каша на обед!"
   "Да я кашу не хочу,
   Я ведь щи и борщ люблю".
   Говорит уж громче дед,
   А жена: "Ой, нет! Ой, нет!
   Каша, только каша
   Нынче пища наша!"
   И такие слов бои
   Каждый день были слышны
   Над селом и над рекой,
   Что бежала под горой.
   Но однажды, осерчав,
   От старухи муж сбежал
   По тропинке в дальний лес,
   Полный всяческих чудес.
   "Отдохну хотя б часок,-
   Думал бедный старичок,-
   От своей -то от жены,
   Да от трудностей судьбы".
   И вот лесом он идёт,
   Вольно дышит и поёт:
   "Ой ля-ля, ля-ля, ля-ля,
   Веселись моя душа,
   Да порхай как птичка,
   Птичка-невеличка".
   Вдруг за ближним за кустом
   Слышит он протяжный стон.
   И ещё разочек
   Стон потряс лесочек...
   "Ну и ну! Вот это крик.-
   Чешет бороду старик
   И тихонечко идёт
   Посмотреть кто там живет.
   А на старом на пеньке,
   Весь в печали и тоске,
   Змей Горыныч там сидит,
   Сам с собою говорит:
   "Ой жена моя жена,
   Ой побила ты меня...
   А за что - и не понять.
   Ой да как тут не страдать!"
   "А-я-яй! Нехорошо,-
   Тронул дед его плечо, -
   Ты ведь вон какой большой,
   Ну а плачешь, как малой".
   "Да жена моя, змея,
   Ой побила, ой меня!"
   "Эх, нашел о чем страдать.
   Да ведь если хочешь знать,
   То твоя, дракон, жена
   Будет лучше, чем моя.
   Ведь моя меня так бьёт,
   Что и плакать не даёт.
   А как вспомнит, что у нас
   И копейки нет в запас,
   То такое учудит,
   Что уж лучше и не жить".
   Тут рукой он вниз махнул
   Да тоскливо так вздохнул,
   Что Горыныч не себя
   Стал жалеть, а старика.
   Слёзы с глаз он утирает
   И в подарок предлагает,
   Сразу видно - от души,
   Камень дивной красоты:
   "Вот, возьми сей самоцвет
   Да живи с ним тыщу лет".
   "Самоцвет? в подарок? мне?
   Ну спасибо, змей, тебе.
   Доброту твою, брат, я
   Не забуду никогда!"
   И на этом бы сейчас
   Сказка кончилась у нас,
   Если бы уже давно
   Не любил пить молоко
   Змей Горыныч наш любое,
   Но желательно - парное.
   А поскольку он любил
   То, смущаясь, предложил
   Старичку в лесок ходить
   И с собою приносить
   Молоко ему любое,
   Но желательно - парное.
   И за каждое ведро
   Тот получит от него
   Самоцвет, да не простой.
   А блестящий, дорогой.
   От подобных от речей
   Закивал дед поскорей:
   "Да, конечно, он согласен!
   Ах, как мир этот прекрасен!"
   И быстрей домой бежать,
   Чтобы всё жене сказать.
   То не смерч, не ураган
   Из заморских южных стран
   По дороженьке несется
   И клубит, и к небу вьётся.
   То за нашим стариком
   Кружит ветер пыль столбом.
   Он к себе домой спешит
   Да с порога он кричит:
   "Эй, жена, скорей сюда!
   Посмотри, что у меня.
   Посмотри, что я принес
   Да не вешай больше нос -
   Жизнь ведь не кончается,
   А лишь начинается!"
   И старик ей подает
   Прямо в руки камень тот,
   Что был явно не простой,
   А всем видом дорогой.
   Тут жена и ошалела,
   И лишь вымолвить сумела:
   "Ох ты, горюшко моё,
   Да ограбил ты ж кого?
   За кого, когда не спится,
   Нам теперь с тобой молиться?"
   "Что ты! - крестится старик, -
   Я к такому не привык.
   А сей камень дорогой,
   Что сияет пред тобой,
   Змея местного подарок.
   Сон пусть будет его сладок!
   А коль буду в лес ходить
   И с собою приносить
   Для него в ведерке я
   Литров десять молока
   То, клянусь, весьма легко
   Получу ведь и ещё
   Этих камешков цветных,
   Очень ярких, дорогих".
   Баба слушает - не верит,
   А перечить и не смеет,
   Но, на камешек глядя,
   Понимает - не права.
   Видно к старости своей
   Стала чуточку глупей.
   Но не поздно всё исправить,
   Куда нужно всё направить,
   "Эй, старик, хватай ведро
   Да скорее молоко
   Змею глупому неси!
   Ну давай! Давай, спеши!"
   И пока старик с ведром
   Бегал где-то за селом,
   Всё ходила и ходила,
   Места всё не находила
   Для себя его жена.
   Всё ждала она, ждала.
   И в итоге - дождалась!
   Возвернулся муж в тот час,
   Когда шли к себе домой
   Гуси шумною толпой.
   Но до них теперь нет дела.
   "Ну, старик, глядишь ты смело.
   Говори же не таясь,
   Что принес на этот раз?"
   "Вот, гляди, жена, какой
   Самоцветик я большой
   Получил за молоко.
   Пусть же славится оно!"
   И старик ей неспеша
   Вынул тут же из ведра
   Камень явно не простой,
   А блестящий, дорогой.
   Та на камень поглядела,
   Да на час и онемела.
   А потом, когда в себя
   Через час она пришла,
   То, восторга не скрывая,
   Всё шептала, как больная:
   "Ах, блестит как самоцветик,
   Словно солнышка приветик.
   Ах, счастливая пора
   Наконец-то к нам пришла!
   Уж теперь-то заживем
   Всем на зависть мы вдвоем!
   Камень раз и камень два...
   Ой, да скоро их гора
   Будет во дворе лежать
   И сиять вокруг, сиять...
   Ах, с такою перспективой
   Быть мне самою счастливой!
   Но постой... зачем же ждать?
   Очень долго угождать,
   Молоко дарить кому-то?..
   Нет, не вынести мне муку
   Ожидания такого...
   А пути ли нет другого?
   Тут старуха замолчала,
   Головую закачала,
   А потом и говорит
   Так, что сталь в словах звенит:
   "Ну, конечно, зачем ждать,
   Когда можем ведь забрать
   Камни ценные мы змея
   Разом все, себя жалея".
   Дед не понял, но жена
   Объяснила, как могла.
   И, вручив ему ведро,
   Проводила за село,
   Где в последний миг она
   Палку крепкую дала
   Старику да на плечо,
   Непонятно для чего.
   Вот идет старик, идет.
   Молоко в ведре несет.
   А на левое плечо.
   Непонятно для чего,
   Положил себе дубину.
   Видит Змей эту картину,
   Выползает на пенек:
   "Здравствуй, добрый старичок!"
   Тот, конечно, отвечает
   И ведерко предлагает:
   "Вот возьми, друг, молоко.
   Ох и вкусное оно!"
   Но Горыныч лишь кивает -
   Он про это сам ведь знает.
   Молоко скорей берет.
   Из ведёрка прямо пьёт.
   Ну а дед же не зевает -
   Он заданье выполняет,
   Что дала ему жена,
   Провожая у плетня.
   Вот, собрав свою всю силу,
   Поднял он с плеча дубину
   Да и бьет ей поскорей
   Между змеевых ушей!
   Змей Горыныч удивился,
   К старику оборотился:
   "Я не понял. Человек,
   Сократить решил ты век,
   Что природа мне дала
   Для любви и для добра?
   Эх, а мне ведь говорили
   Змеи мудрые, учили:
   Людям, брат, не доверяй,
   Не жалей, не помогай!
   Но не верил ведь им я.
   Теперь знаю - это зря".
   Видит дед - плохи дела.
   На колени он тогда,
   Как подкошенный упал
   Да дракону прокричал:
   "Ой, Горыныч, не губи,
   Душу грешную прости!
   Я ведь это не со зла,
   Я случайно, сгоряча..."
   А дракон ему в ведро
   Только плюнул, и оно
   От такого обхожденья
   Испарилось, как виденье.
   "Эх, старик, твой монолог
   Оправдать тебя не смог.
   Эх, тебя бы съесть годится,
   Но боюсь я отравиться.
   Потому ступай, иди
   Ты к таким же, как и ты..."
   День уж гаснет за рекой.
   Звезды дружною гурьбой
   Появились в небесах.
   Месяц ходит в облаках.
   Сон спустился на село,
   А старуха на крыльцо
   Села как, так и сидит,
   Деда ждет и вдаль глядит.
   И в итоге дождалась.
   Возвернулся дед в тот час,
   Когда первый петушок
   Заиграл им в свой рожок.
   Дед во двор лишь заступает,
   Как старуха начинает
   Камни ценные искать,
   Но их нет. Она понять
   Этого никак не может.
   Подозренье злое гложет
   Душу черную её:
   "Камни где? Уже ль давно
   Ты пропил их, недотепа,
   В кабаке по воле рока?"
   А старик, он лишь вздыхает...
   Он старухе объясняет:
   Так и так, мол, хорошо,
   Что остался жив ещё...
   "Ах ты изверг, лиходей!
   Смех для правильных людей!
   Ой, да как же теперь жить? -
   Стала баба голосить. -
   Значит, снова в нищете
   День встречать мне на заре?
   Ну, старик, я не дракон -
   У меня другой закон.
   От меня добра не жди,
   А другое получи!"
   И она ему метлой,
   Словно молодец лихой,
   По спине и раз, и два...
   Дед бежать, куда глаза
   Его бедные смотрели,
   Куда ноженьки сумели.
   Унести от той жены,
   Что была страшней войны.
   День прошел, потом другой.
   Ходит будто сам не свой,
   Старичок вокруг горы,
   Лишь бы дальше от жены.
   Он и год бы так ходил,
   Но не хватит, знает, сил -
   Без еды и без воды
   Даже волки б не смогли.
   "Но постой,- дед говорит.-
   Ведь в кустах что-то журчит..."
   И, раздвинув куст рукой,
   Видит: лентой голубой
   Средь камней ручей бежит,
   К речке-матушке спешит.
   Дед не думал, не стоял -
   Сразу к ручейку припал.
   Ох и вкусная вода
   В нем, однако же была!
   И усталость, как рукой,
   Сняло с плеч этой водой.
   Губы дед наш вытирает,
   Плечи ширше расправляет,
   Бороденку тормошит,
   В зеркало воды глядит...
   А оттуда, боже мой!
   Хлопец чей-то молодой
   Смотрит дедушке в глаза.
   "Вот так странная вода,-"
   Дед затылок почесал.
   Парень то же делать стал...
   И тогда вдруг старику,
   А, точнее, молодцу
   Ясен чуда стал ответ:
   Став моложе своих лет,
   Это он в воде сейчас
   Отражается не раз.
   "Да, бывает же такое,..
   В первый раз это со мною,-
   Размышляет он опять.-
   Да ведь как бы мог я знать,
   Что в ручье этом текла
   Молодильная вода?
   Ну, да что о том тужить,
   Что нельзя нам возвратить.
   Лучше уж домой пойду
   Да жене все расскажу"
   И пошел, а с ним пошла
   Рядом сказочка моя.
   Ветер веет уж давно
   И калиною в окно
   Он стучит, стучит, стучит,
   Спать старухе не велит.
   От того лишившись сна,
   На крыльцо идет она.
   Только вышла, только села,
   Только охнуть лишь хотела,
   Как к ней резво подскочил
   Да на руки подхватил
   Незнакомец удалой,
   Симпатичный, молодой:
   "Ну, жена моя, жена,
   Заждалась ли ты меня?
   Ты скучала или нет?
   Дай же мужу свой ответ".
   А старухе не до шуток,
   Не до глупых прибауток.
   "Ну-ка, молодец, пусти.
   Да меня лучше не зли.
   Пошутить решил со мной?
   Ой, напрасно, дорогой!
   Я ударить ведь могу.
   Ишь, нашел себе жену..."
   Тот растерянно глядит
   Да ей снова говорит:
   "Да ты что, жена, ты что.
   Посмотри в моё лицо,
   Это я, твой муженек.
   Улыбнись же мне разок".
   "Ты мой муж? - Она взглянула,
   Вправо, влево повернула.-
   Ой, и правда, но какой
   Ты однако ж молодой..."
   "Ах, прости меня жена.
   Виновата в том вода,
   Что ручьем в лесу бежит
   И всех пьющих молодит.
   А я этого не знал
   Потому таким и стал".
   Бабка слушает - не верит,
   А перечить и не смеет.
   Но, на молодца глядя,
   Понимает - не права.
   Видно к старости своей
   Стала чуточку глупей.
   Но не поздно всё исправить...
   "Где родник твой?" - вопрошает.
   "Да в лесочке, за горой
   Лентой вьется голубой".
   "Ну, спасибо, что сказал...
   Лишь бы течь не перестал!"
   И старуха, как стрела
   Полетела со двора
   И, минуя улицу,
   Напугала курицу:
   "Ах, спасибо, что сказал!
   Лишь бы течь не перестал!"
   Муж стоит, мычит корова.
   Солнце греет землю снова.
   А старушки след прямой
   Уж растаял под горой.
   "Вот, куда-то убежала.
   А зачем и не сказала",-
   Муж себе так говорит,
   Сам по прежнему стоит.
   "А ведь там, куда она
   Побежала без меня,
   Ручеек в камнях журчит,
   К речке-матушке спешит.
   И вода в нем ещё та...
   Неужели и жена
   Молодой стать захотела?
   А ведь может она смело
   Выпить целое ведро...
   Эх, не вышло бы чего!"
   Тут он речь свою прервал
   И скорее побежал
   За женой своей туда,
   Где текла эта вода.
   И вот лесом он идет.
   Всюду ищет, не найдет
   Никаких следов жены.
   "Лишь бы не было беды!
   Лишь бы только уцелела
   Да ничем не заболела..."
   А на небе облака
   Стайкой белой свысока
   На него весь день глядят.
   Им, беспечным, не понять
   Суету людских забот...
   Но прервем наш монолог,
   Потому как в этот час
   Слышен стал вдруг чей-то плач.
   Наш герой на плач спешит,
   Куст раздвинул, глядь, лежит
   Не зверюшка там какой,
   А ребеночек малой.
   Маму милую зовет,
   Слезы горькие он льет.
   И текут они в ручей,
   Что журчит среди камней.
   "Да такое и во сне
   Не привиделось бы мне" -
   Размышляет муж старухи,
   Взяв ребеночка на руки,
   Да качает он его:
   "Ах ты горюшко моё.
   Это кто ж тебя, дитя,
   Умирать принес сюда?"
   Вдруг среди густой травы
   Видит платье он жены,
   Лапти, что она носила...
   "Ну и ну. В чем тут причина?
   Да неужто не дитя
   Это вовсе, а жена?"
   Тут он стал совсем не весел,
   Буйну голову повесил
   И повел с ней разговор,
   Полный безответных слов:
   "Эх, жена, зачем же ты
   Перепила той воды,
   Что ручьем к реке бежит
   Да всех пьющих молодит?
   Эх, придется видно мне
   Нянькой стать да при тебе.
   Эх, да что о том тужить,
   Что нельзя уж возвратить..!"
   Вот и всё, мои друзья,
   Сказка - ложь, но, как всегда,
   Есть в ней шутка и намек -
   Добрым молодцам урок!
   2003г.
   СКАЗКА О ПРОСТОМ СОЛДАТЕ
   В сказку верить не грешно.
   А случилось это всё
   В те далёкие года,
   Когда в дом к царю беда
   Тенью черною ворвалась
   И надолго задержалась.
   Интересно ли вам знать
   В чем причина? Продолжать
   Сказку нашу про царя
   Да про странные дала,
   Что творились по ночам
   Во дворце и тут и там?
   Ну так вот, все дело в том,
   Что в богатый царский дом
   Два чертенка заскочили.
   Осмотрелись и решили:
   Чем в аду ужасном жить,
   Лучше здесь им погостить.
   Тут и чисто и еда
   Очень вкусная всегда.
   А, решивши так, они
   Загуляли, как могли:
   По ночам они запели,
   Закричали, зашумели,
   Стали танцы танцевать,
   Стали кошек обижать.
   Вот неделю черти скачут,
   Вот другую буйно пляшут.
   Ну а царь, забыв покой,
   Ходит сам уже не свой.
   Он ночами ведь не спит,
   Голова его болит,
   А как быть, наш царь не знает -
   Ничего не помогает
   Нечисть эту извести
   Да порядок навести.
   Тут как раз с войны домой
   Мимо шел солдат простой.
   Видит: царь в саду скучает,
   Головой своей качает
   И туда он и сюда.
   "Да, и плохи царя дела" -
   рассуждает молодец
   И стучится во дворец:
   Так и так, мол, доложите,
   К царю-батюшке пустите.
   Я хочу ему помочь,
   Правда это, а не ложь.
   Его сразу же впустили,
   К царю быстро проводили.
   И, никак не оробев,
   Наш солдат сказать сумел:
   Так и так, мол, царь-отец,
   Положу беде конец,
   Если только скажут мне,
   Что творится во дворце?
   Царь и этому ведь рад.
   Отвечает он: "Солдат,
   Злая нечисть во дворце
   Не дает покоя мне.
   Скачет, пляшет по ночам,
   Ох и страшно, тут и там.
   Мы прогнать её хотели,
   Но, увы, мы не сумели.
   Не помог и наш указ,
   Что объявлен был не раз:
   В жены дочь отдать тому,
   Кто поможет мне, царю.
   И ведь многие пытались,
   Да без жизни лишь остались."
   Тут опять царь заскучал,
   Головою закачал
   И туда он и сюда...
   "Да, плохи его дела" -
   Говорит себе солдат
   И продолжил: "Буду рад
   Царю-батюшке помочь.
   Нечисть выгоню я прочь!
   Разрешите только мне
   Ночь одну лишь во дворце
   Переждать-пересидеть".
   Царь согласен. Скоро ведь
   Нечисть злая загуляет,
   Царь прекрасно это знает.
   Потому и рад солдату
   Как парку он, как брату.
   Время к вечеру стремилось,
   Солнце с неба закатилось.
   На посту не спит солдат.
   Смотрит прямо он, назад...
   А тем часом же и черти,
   Верьте этому - не верьте.
   Из камина вылезают,
   Спор старинный продолжают:
   Кто из них двоих сильней?
   Да храбрее да умней?
   И так этим увлеклись,
   Что сцепились, подрались.
   Бьют друг-дружку, не жалеют -
   По другому не умеют.
   И кричат при всем при том
   Грубым русским языком.
   Но солдат не удивился,
   Плюнул лишь, перекрестился,
   И пошел их разнимать,
   Чтобы речь свою сказать:
   "Эх вы, черти, стыдно вам
   Бой вести по пустякам!
   А для спорного решенья
   Есть другое предложенье".
   Тут солдат их отпускает
   И веревку вынимает.
   Вяжет он её узлом,
   Чтобы сделалась кольцом.
   А потом и говорит:
   "Вот, кто первым добежит
   До конечного конца
   У обычного кольца,
   Тот и будет самый умный.
   Самый сильный и разумный".
   Черти сразу согласились,
   И с верёвкой той пустились
   Поскорее в даль бежать -
   Невозможное искать,
   Ведь у всякого кольца
   Нет начала и конца.
   Ночь прошла. Царю в оконце
   Заглянуло снова солнце.
   Царь глаза лишь открывает,
   Как солдата замечает.
   Ну а тот ему доклад
   Сообщить уже свой рад:
   Так и так, мол, государь,
   Нечисть мы прогнали в даль,
   Где её и не видать.
   Рад служить вам, так сказать.
   Царь не верит ни чему.
   Дочку он зовет свою
   И на пару с ней вдвоем
   Зорко смотрит царский дом.
   Все углы он проверяет.
   Но чертей не замечает.
   И от этого всего
   Злится доченька давно:
   "Ах, а ведь моей руки
   Добивались короли.
   А теперь, вот им потеха,
   Стану я причиной смеха,
   Потому как ваш Указ
   В жены ведь меня отдаст
   За солдата за простого..."
   Царь в ответ: "Пути иного
   Не оставил нам ведь он.
   Слово царское - закон".
   "А закон ,отец, как дышло -
   Как захочешь, так и вышло".
   Тут они переглянулись,
   Очень хитро улыбнулись,
   Пошептались в уголке,
   Кличут молодца к себе:
   "Ну, солдат, однако ты
   Спас царя от злой беды.
   Потому проси сейчас
   Деньги, золото у нас.
   Всё тебе мы, друг, дадим
   И, в придачу, наградим
   Шубой с царского плеча.
   Ох и теплая она!"
   Эх, друзья, когда бы мне
   Предложили деньги те...
   Но солдат, он ведь простой,
   У него ответ другой:
   "Деньги - это хорошо.
   Но обещано давно
   За спасение такое
   Кое-что совсем иное:
   В жены, царь, ты дочь свою
   Обещал отдать тому,
   Ктo с чертями разберется.
   Кто живым от них вернется.
   Вот он я - перед тобой.
   Справедлив же будь со мной".
   Царь и дочь переглянулись,
   Как-то странно улыбнулись,
   И царевна молодая,
   Мысли все свои скрывая,
   Опустив к земле глаза,
   Тихо молвит: "Я твоя.
   Я готова стать женой,
   Но вначале, друг ты мой,
   Подари мне к свадьбе то,
   Что иметь хочу давно".
   А солдат, он ведь простой.
   Он к царевне всей душой.
   Он готов ради неё
   На любое ремесло.
   А царевна продолжает,
   Разговором удивляет:
   "За морями, за лесами,
   За ковыльными степями
   Обитает злой дракон.
   И владеет только он
   Гуслями, гудят что сами
   Музыкой и голосами.
   Да так звонко, дивно так,
   Что нельзя и устоять.
   Принеси ж мне гусли те,
   А иначе быть беде!"
   "Дочь права,- кивает царь,
   Над солдатом государь.-
   Как не сможешь ты в три дня
   Возвернуться к нам сюда
   С гуслями, гудят что сами
   Музыкой и голосами.
   То лишишься головы.
   Это всё. Теперь иди."
   Делать нечего. Солдат
   Лишь промолвил: "Буду рад..."
   А чему? - не досказал.
   Потому как зашагал
   За моря он, за леса,
   Да за дикие луга.
   В небе солнышко сияет,
   Путь солдату освещает.
   Видит он: из-за холма
   Показалась голова,
   А потом и весь дракон
   Показался за холмом.
   Бьёт хвостом туда-сюда,
   Подползает неспеша:
   "Ну и ну, давненько я
   Не встречал здесь молодца.
   А теперь вот ты пришел,
   Да меня здесь и нашел.
   Ну, спасибо же тебе,
   Завтрак ведь полезен мне.
   Съем тебя я, проглочу.
   Я ведь молодцев люблю!"
   А солдат, он ведь простой,
   Говорит ему: "Постой,
   Не спеши меня глотать,
   Мне ведь рано умирать.
   И не пробуй - будешь бит,
   Я ведь сам не лыком шит.
   А не веришь, так давай
   Мою силу испытай".
   "Это как?" - дракон рычит.
   А солдат и говорит:
   "Очень просто, зверь лесной,
   Мы свистеть будем с тобой,
   Чтобы свист потом сравнить
   И того определить,
   Кто из нас двоих сильнее,
   И храбрее, и умнее".
   "Это можно", - змей шипит.
   Да как дунет, засвистит!
   Так что пыль вокруг столбом
   Поднялась, наверно, с дом.
   "Молодец, - солдат чихает,
   А потом и продолжает,-
   Хорошо свистишь, с душой,
   Но не так как я. Другой
   Свист в почете на Руси.
   Ты б закрыл глаза свои,
   А не то под мой-то свист
   Ты, дружок, лишишься их".
   "Береженого всегда
   Бережет ведь и судьба" -
   Так дракон ваш рассуждает
   Да глаза и прикрывает
   Лапами со всех сторон
   И рычит: "Ну, я готов!"
   А солдат, он ведь простой.
   Размахнулся он рукой
   Да с размаха да и бьёт
   Он дракону прямо в лоб.
   "Ай-я-яй!" - тот закричал
   И затылок почесал.
   А потом и говорит:
   "Да, солдат, вот это свист!
   Признаю твою я силу,
   Век тебя я не обижу.
   Но и ты меня, друг мой,
   Пожалей своей душой.
   Не губи меня напрасно,
   Жизнь ведь так вокруг прекрасна!"
   "Ладно, чудище, ступай,
   Но вначале мне отдай
   Гусли те, гудят что сами
   Музыкой и голосами".
   А дракон тому и рад:
   "Да бери, бери, солдат.
   Только больше не свисти,
   Да живым лишь отпусти".
   Тут они и разошлись:
   Солдат - прямо, дракон - вниз.
   То не призраки какие.
   Не разбойники лихие
   Во дворце всю ночь гуляют,
   То царь с дочкой ожидают
   Там решения судьбы:
   Смотрят, смотрят на часы..
   До назначенного срока
   Стрелка очень недалеко.
   А солдат всё не идет.
   Значит, скоро он возьмет
   В жены дочку не царя,
   А старушку Смерть. Она
   За углом уже стоит
   И косой своей звенит.
   Рада дочка, рад и царь,
   Стороны той государь,
   Что простой солдат не смог
   Принести им гусли в срок.
   Держат вина наготове...
   Но, бывает же такое!
   За минутку, за одну
   Радость их пошла ко дну -
   У открытого окна
   Замечают молодца.
   Улыбается, злодей:
   "Ну-ка, царь, и мне налей
   Ты веселого вина,
   Видишь, гусли у меня..."
   Царь терпел, как только мог,
   Но всему ведь есть порог.
   Как подскочит, закричит:
   "Ах ты злыдень! ах бандит!
   Кто тебя сюда пустил?
   Всё, меня ты рассердил!
   Эй, палач, сюда спеши,
   Головы его лиши!"
   Да и доченька царя
   Говорит: "Давно пора
   Нам смутьяна наказать,
   Чтоб не мог он обижать
   Своим видом наш дворец.
   Смерть ему! Ты прав, отец".
   Солдат слышит это всё:
   "Ну и ну, вот так добро
   Делать тем, кто зол душой.
   Но постой же, царь, постой,
   На твой с доченькой привет
   У меня есть свой ответ".
   Да как стрункой шевельнет,
   Да как гусельки встряхнет...
   Ну а дальше они сами
   Загудели голосами.
   Да так весело, что царь,
   Стороны той государь,
   Каблуками застучал,
   Очень лихо заплясал,
   А царевна, ой-ля-ля!
   Закружилась, как юла.
   Пляшут, скачут по дворцу
   На потеху молодцу
   Может час, может другой...
   "Ой, солдатик, дорогой,-
   Умоляют. - Нас прости,
   Гусли ты ж останови.
   А за это мы всегда
   Ой любить будем тебя!"
   "То-то же", - солдат кивает,
   Гусли разом замолкают.
   "Это был вам мой урок,
   Но пошел ли он вам впрок?"
   "Ой пошел, пошел! - спешит
   Царь солдата убедить, -
   И твою науку я
   Не забуду никогда!
   А теперь же, молодец,
   Веди дочку под венец,
   Потому как и она
   Не забудет никогда".
   Тут они переглянулись
   И солдату улыбнулись
   Как-то криво, еле-еле,
   Словно кислое что съели.
   А солдат, он ведь простой,
   Потому с такой женой
   Расхотелось жить ему,
   Непонятно почему.
   Он тогда на них глядит
   Да и честно говорит:
   "Что ж, спасибо, господа,
   Но в другой вам путь пора.
   Ну-ка, живо одевайтесь,
   В путь-дорожку собирайтесь.
   Надоели вы тут всем!"
   И прогнал их насовсем.
   По дороге царь идёт,
   Рядом доченька бредет,
   Нос платочкам утирает,
   Папу в чем-то упрекает...
   Тут ведь сказке и конец,
   А кто слушал - молодец.
   2003 г.
   СКАЗКА ПРО СМЕЛУЮ ДОЧЬ
  
   Как-то раз старик Кощей,
   С беленой отведав щей,
   Стал о жизни рассуждать
   И при этом он позвать
   Поспешил Бабу Ягу
   В дом свой мрачный на лугу
   У бездонного болота.
   Та пришла - кому охота
   Гневить старого Кощея,
   Всем известного злодея.
   А Кощей кругами ходит,
   Разговор да с ней заводит
   Про тоску по вечерам.
   Да про пыль по всем углам,
   Да про ласку и уют,
   Что хотел бы видеть тут.
   И при этом он в глаза
   Смотрит бабке, но она
   Головой лишь вслед кивает
   Дед же злится, разъясняет,
   Что сегодня после щей
   Головой решил своей
   Наконец-то он жениться.
   Но жена, как говорится,
   В сундуке ведь не лежит.
   Ну и как же теперь быть?
   Где и как найти ему
   Да такую в дом жену,
   Чтоб на зависть всем была
   И красива, и умна,
   Дело всякое любила,
   И была бы не спесива,
   А ещё б умела петь
   Так, как многим не суметь?
   "Да... задача непроста, -
   Говорит ему Яга,
   Таких две всего лишь есть,
   Да не про твою, брат, честь
   Ведь одна из них давно
   Уже замужем, Её
   Смысла нет и обижать.
   А другая, так сказать
   Ещё слишком молода
   Будет, Коша, для тебя".
   "Ну и что с того? - Кощей
   Улыбнулся до ушей
   И зажглись его глаза
   Как два красных уголька:
   Не захочет по добру,
   Силой в дом к себе возьму
   Молодую я девицу
   Словно зверя, словно птицу!"
   Ну а Баба же Яга,
   Отступив на два шага,
   Продолжала объяснять,
   Что напрасно он мечтать
   Так изволил, ведь девице
   Жить дано с отцом в станице,
   А станицу ж у реки
   Охраняют казаки.
   И закон у них суров
   В отношении воров
   Да разбойников из леса...
   А уж дочка, как принцесса,
   За спиной отца живет.
   Он её и бережет,
   И наряды покупает,
   И напрасно не ругает,
   Вот, к примеру, и сейчас,
   Несмотря на поздний час,
   Он из города домой
   По тропиночке лесной
   Вновь с подарками спешит,
   Только пыль за ним летит.
   Тут Кощей Ягу прервал,
   Заплясал, захохотал:
   "Это то, что нам и надо:
   В плен возьмем,а там награда
   Не заставит ждать Кощея -
   Всем известного злодея!
   А награда не простая:
   Казака дочь молодая
   Выкуп пусть сюда несёт,
   А обратно не уйдёт
   Никогда уже она".
   И Кощей, и с ним Яга
   Тут же к лесу побежали,
   Криком страшным закричали
   И схватили казака
   На тропинке у ручья.
   Крепко путами связали
   А потом да и сказали:
   "Всё, казак, у нас в плену
   Ты нашел свою беду.
   Выкуп будем за тебя
   Ждать три ночи мы и дня.
   А пока пиши в письме,
   Чтобы дочь твоя к тебе
   Деньги из дому несла,
   А иначе ведь она
   Станет круглой сиротой
   И от горя за тобой
   Поспешит уйти туда,
   Где нет света и тепла".
   Казаку ведь жизнь своя
   Не особо и важна.
   Да и деньги для него -
   Так, пустое баловство,
   Но иное дело - дочь.
   Ну и как же ей помочь?
   Как не сделать сиротой?
   Не задеть же как бедой?
   "Ладно, так тому и быть.
   Выкуп я готов платить" -
   Говорит казак врагам,
   И письмо сейчас же сам,
   Пишет дочке он домой
   Своей собственной рукой.
   То письмо Кощей берет
   И Яге передает
   С указанием везти
   В дом заветный у реки,
   Где отца давно ждет дочь,
   "Будет сделано точь-в-точь" -
   Обнадежила Яга,
   Да метлу свою взяла,
   Без раздумий долгих села
   И в станицу полетела,
   Всех пугая на пути
   Кличем грозным:"Отойди!
   Не мешай лететь Яге
   В синем небе на метле!"
   Ну и вот уже станица
   Показалась. И не птица
   Там кружит всё ближе-ближе,
   То Яга, спускаясь ниже,
   Приземляется к крыльцу
   Да и видит, как косу
   У окошка заплетает
   И при этом напевает
   Та, что с юности была
   Красотой наделена.
   Да такой, что не сказать
   И пером не описать.
   "Здравствуй, девица-краса" -
   Говорит затем Яга
   И к окошечку идет
   И письмо ей подает.
   "Вот, возьми сей документ.
   И прочти его в момент.
   Ну а мне, прости, пора
   Удалиться! И ушла
   Тут же бабушка с метлой
   За калитку, и лишь вой
   По станице злых собак
   Был тосклив, однако, так,
   Что все дружно выбегали
   И врага везде искали,
   Но напрасно, ведь Яга
   На метле уже была
   Далеко и от станицы
   У реки и от девицы,
   Что сейчас письмо читает.
   В нем отец ей сообщает,
   Что в плену он у Кощея -
   Всем известного злодея,
   И чтоб доченька сама
   Выкуп злыдню принесла.
   А иначе, боже мой!
   Быть ей круглой сиротой.
   Дочь послание читает
   Раз, другой, потом вздыхает:
   "Ах, была бы мать жива,
   Уж она бы помогла,
   Подсказала б, как спасти
   Нам отца от злой беды.
   Но, увы, её здесь нет.
   И самой искать ответ
   Суждено сегодня мне,
   Ведь Кощей давно уже
   Людей силой похищает
   И пощады к ним не знает,
   Платят выкуп или нет.
   Так какой же тут ответ?
   Эх, была б я молодцом,
   То пошла бы за отцом
   Я к злодею без опаски...
   Но постой, для этой сказки
   Есть и радостный исход
   Далеко не через год.
   И тут дивчина лихая,
   Шаровары надевая,
   И рубаху с пояском,
   И картуз да с козырьком,
   Балалаечку взяла
   Да под музыку пошла
   Бравым молодцом к болоту
   Делать нужную работу
   По спасению отца
   От печального конца.
   А у дома,у болота
   Распахнул Кощей ворота,
   Сел на лавочку, сидит,
   Сам с собою говорит:
   "Да, плохи мои дела,
   Ведь не помню что-то я
   Для чего и почему
   Я на лавочке сижу.
   То ли жду, то ли устал.
   Да, забывчив что-то стал
   После пятой сотни лет,
   Да и сил уж прежних нет...
   Вдруг он слышит звук струны
   Раз, другой, и вот пошли
   Звуки дивной чередой
   Между небом и землей.
   А за ними по траве
   С балалаечкой в руке
   Вышел молодец лихой,
   Да веселый, озорной.
   Струной струнку догоняет,
   Да поет он и играет
   Так, как многим не суметь,
   Даже если захотеть.
   Ах, Кощей, польщен до слез
   Чудным пеньем. Словно воз
   Скинул он с сутулых плеч
   Одним махом черту в печь.
   А как бравый музыкант,
   Показавши свой талант,
   Захотел было уйти,
   Дед взмолился: "Погоди,
   Поиграй же мне,сынок,
   Ты еще один часок.
   А за это, не шутя,
   Награжу, ой, щедро я.
   Я такой, на склоне лет
   У меня друзей ведь нет.
   И лишь песня для меня
   И товарищ, и родня".
   Музыкант кивнул: согласен.
   И запел. Ах, как прекрасен
   Голос был! Но нам опять
   Не сказатъ, не описать.
   Потому и перейдем
   Мы к рассказу здесь о том,
   Как, примерно через час,
   Музыкант в последний раз
   Струны ручкой перебрал
   Да Кощею и сказал:
   "Обещал ведь ты меня
   Наградить. Твои слова
   Делом я хочу проверить.
   Но прошу, Кощей, не мерить
   Mнe ни жемчуга, ни злата.
   Ни алмазов в два обхвата,
   А отдай ты мне того.
   Кто невольником давно
   У тебя сидит в чулане,
   Словно зверь лесной в капкане".
   "Ах, того? - Кощей зевает
   Да потом и продолжает, -
   Что ж, бери - ты заслужил.
   Да к тому же я забыл
   Для чего и почему
   Я его там стерегу".
   Ну, на том и разошлись.
   И клубилась долго лишь
   Пыль за молодцем в рубахе
   Да с напарником в папахе.
   На привале же казак
   Объяснять стал: так и так.
   Я б и дальше шел с тобой,
   Но осталась сиротой
   Дома дочь ведь у меня,
   Потому прости. Тебя
   Буду век благодарить,
   Но позволь сейчас отбыть,
   Мой спаситель, мне туда,
   Где мой дом, моя семья".
   Тот, поправив свой картуз,
   Отвечал: "На сердце груз
   Не держи, казак, зазря,
   А иди скорей. Твоя
   Заждалась уж верно дочь.
   Был же рад тебе помочь".
   Шел казак, ой, торопился,
   Редко где он и садился,
   Чтоб немного отдохнуть.
   Но, увы, враз не вернуть
   Прежних сил, ведь там, в плену
   Воду пил лишь он одну.
   Потому, когда пришел,
   Дом он свой уже нашел
   С чисто вымытым крыльцом
   Да и с дочерью на нем,
   Что сидела, вышивала,
   Да отца и поджидала.
   И, конечно, дождалась.
   Дочь к нему. А он: "Я вас
   Нынче видеть не хочу,
   Я вас нынче не люблю!
   Вы меня ведь не спасали,
   Вы меня не выкупали
   Из неволи у Кощея -
   Всем известного злодея".
   Дочь вздохнула лишь, ушла.
   А отец туда-сюда,
   Ходит, мается казак:
   Как же так? Ну как же так?
   Вдруг раздался звон струны
   Раз, другой, и вот пошли
   Звуки стройной чередой
   Между небом и землёй.
   А за ними налегке
   С балалаечкой в руке,
   Да в рубахе с пояском,
   Да в картузе с козырьком
   Вышел молодец лихой,
   Развеселый, озорной
   Струной струнку догоняет
   Да поет он и играет
   Так, как многим не суметь,
   Даже если захотеть.
   Казак гостю ой как рад!
   Лучше царских ведь наград
   Казаку приход того,
   Кто из плена спас его.
   Гостя он тут обнимает,
   Казаков всех созывает
   Да и молвит им тотчас:
   "Братья, вот меня кто спас
   От безумного Кощея -
   Всем известного злодея".
   Ну а бравый молодец
   Снял картуз. И вот отец
   Видит длинную косу,
   И смеётся дочь ему:
   "А теперь меня ты любишь?
   А теперь ты приголубишь?"
   Ах, и он её обнял,
   К сердцу накрепко прижал
   И молчал. И казаки
   Две лишь видели слезы
   В уголках счастливых глаз.
   Вот и весь на этом сказ.
  
   2004г.
  
   СКАЗКА О КАЗАКЕ И ВАСИЛИСЕ ПРЕМУДРОЙ
  
   Стояли как-то у реки
   Заставой дружно казаки.
   Всё было тихо в этот раз,
   Но тут и к ним пришел Указ
   Довольно странный от царицы
   Из белокаменной столицы.
   Указ гласил:" Всех казаков
   Любых земель, любых чинов,
   Что неженаты - оженить
   В недельный срок и доложить."
   Старшой Указ тот прочитал,
   Затылок крепко почесал
   И тут же в круг всех созывает
   И об Указе сообщает.
   Стоят служивые, шумят
   И на Степана все глядят,
   Поскольку оказалось так,
   Что он один лишь неженат.
   Оно понятно - молодой,
   Но парень храбрый, удалой.
   А казакам смешно в кругу:
   Да где же, братцы, взять ему
   Жену в недельный срок, когда
   Кругом лишь горы и леса?
   Но старший тут их прерывает
   Да от себя и добавляет,
   Что всё же есть одна девица,
   Вот к ней и нужно обратиться
   Степану в отведенный срок.
   Да только будет ли в том толк?
   Ведь эта девица-краса
   Уж очень нравом не проста:
   Всем женихам дает отказ
   Она уже не в первый раз.
   Но времени гадать не стало
   И потому, Степан, "на-пра-во!
   И шагом марш да ты к девице
   К премудрой этой Василисе".
   А остальным приказ другой
   Отдал находчивый старшой.
   Какой? - не будем уточнять,
   А будем сказку продолжать.
   Прослышал о девице той
   Однажды и Кощей хромой.
   И замечталось старику
   Вдруг заиметь себе жену
   Да не любую, не простую,
   А Василису озорную.
   Что красотой своей сияет
   И обо всем на свете знает.
   Ну, а раз так, то дед Кощей
   Заковылял да к ней скорей,
   Поскольку знал: кто поспешает,
   Тот все, что нужно, повстречает.
   Идет, идет он... глядь - пенек,
   На нем какой -то старичок
   Слепой сидит и отдыхает.
   И пусть Кощей и поспешает,
   Но тут пройти за просто так
   Не может злыдень ведь никак.
   "Ах, чтобы сделать старичку
   Слепому? вечером? в лесу?" -
   Кощей недолго рассуждает,
   И вот он тихо подбегает
   К пенечку, там у старичка
   Лежала палочка, она
   Его нередко выручала,
   Ему частенько помогала.
   И вот ее злодей схватил
   И в куст терновый запустил.
   Возьми,м ол, старый старичок!
   А сам пустился наутек.
   Слепой же спутницу свою
   Искать отправился в траву.
   Ведь без неё он, как без рук.
   Она ему ведь верный друг.
   И вот он ищет час, другой...
   Пока извилистой тропой
   Не появился там Степан,
   Что мимо шел к своим делам.
   Но тут казак наш задержался -
   Уж больно чудным показался
   Ему какой-то старичок,
   Что от росы уж весь промок.
   А тот про палочку свою
   Поведал хлопцу, про беду,
   Что с ним случилась у пенька,
   Где куст терновый и трава.
   "Ах, вот в чем дело?" - и Степан
   Тотчас же смотрит тут и там.
   И вскоре палка в два конца
   Вернулась в руки старичка.
   А тот так рад! Благодарит.
   И на прощанье говорит:
   "Возьми ж на память от меня
   Иглу стальную, пусть она
   Тебе поможет в нужный час!"
   И разошлись они. И нас
   Вновь ожидает поворот
   Весьма серьезный. Ну так вот...
   Лишь только бледная луна
   На небосвод ночной взошла,
   И в черных низеньких кустах
   Вновь поселился чей-то страх,
   Как зашуршали камыши,
   И показались, и пришли
   Из чащи леса на разбой
   Лохматый черт с Бабой Ягой.
   Они давно так промышляли,
   И дело это твердо знали.
   Вот и сейчас, когда в дали
   Раздались путника шаги,
   Они мгновенно затаились
   И в истуканов превратились.
   Подходит тот. Ещё, ещё...
   И вот к нему через плечо
   Они вдруг разом загалдели
   Да закричали, захотели
   Забрать все денежки, что есть,
   Не то, грозят, умрешь ты здесь.
   Степан, конечно, удивился,
   Но к нечисти он обратился
   Довольно просто: "Господа,
   Да нет ведь денег у меня!"
   А те не верят: "Как же так?"
   А он: "Простите, я - казак".
   И, для наглядности, свою
   Папаху им сует к лицу.
   А в ней игла была, стальная -
   Зато блестит, как золотая.
   Яга иглу ту увидала
   Да черту сразу и сказала:
   "Она моя!" А тот в ответ:
   "Ну нет уж, старая! Ну нет!
   Я посильней, и потому
   Иголку я себе возьму".
   Ой, что там было! Боже мой!
   Да как сцепился черт с Ягой,
   Да как за нос её схватился,
   Да как по кругу закрутился,
   Что показалось, братцы, всё -
   В живых уж быть не суждено
   Отныне нечисти лихой.
   Такой вот там случился бой.
   И бой тот длится уж часок.
   Но у Степана свой ведь срок
   Уж скоро должен завершаться,
   Поэтому друзьям додраться
   Он, к сожалению, не дал,
   А вот что вежливо сказал:
   "Эй вы, налетчики лихие
   Дa очень жадные и злые,
   Чтобы быстрей ваш спор решить,
   Я предлагаю вот как быть:
   Вон горизонт вдали видать.
   Вас попрошу к нему бежать.
   И первым кто туда поспеет,
   Тот пусть иглой да и владеет.
   Ну что, согласны или как?"
   А те кивают: "Будем так
   Мы архиважный спор решать".
   Да и бросаются бежать,
   Да к горизонту, что в дали.
   Увы, не знали же они,
   Что им к нему ведь не попасть,
   Когда бы даже с ног упасть.
   Ну а Степан же посмеялся
   Да дальше в путь свой и подался.
   И вот идет шестой он день.
   И видит новенький плетень.
   Ну а за ним и теремок,
   Что был не низок, не высок.
   Там рядом девочка босая
   Ходила, живность охраняя:
   Овечек, курочек, цыплят
   И развеселых поросят.
   К ней подошел Степан, узнал,
   Что он как раз туда попал,
   Где ей хозяйкою была
   Девица, нравом что крута.
   Ну, тут уж поздно отступать!
   И наш казак велит позвать
   Да эту девицу-красу,
   Как можно вежливей, к крыльцу,
   "Сейчас исполню, казачок", -
   И Дуня тут же в теремок
   Помчалась шустро босиком,
   Чтоб возвернуться да потом
   На то крылечко не одной,
   А с юной девицей такой,
   Поверьте, яркой красоты,
   Что вдруг завяли все цветы,
   Что были только у плетня.
   "Ах, вот какая же она!" -
   Заметил тут Степан себе.
   И вот горит уже в душе
   Бездымным пламенем огонь.
   Всё ясно, братцы: он - влюблен.
   Ну а хозяйка ж теремка
   Так говорит ему с крыльца:
   "Надеюсь я, что ты, казак,
   К нам завернул не просто так.
   Ну, говори же, не молчи,
   Какие ж цели привели
   Тебя в наш терем-теремок,
   Не низок что и не высок?
   Но, впрочем, можешь и молчать,
   Ведь мне не трудно угадать:
   Ты пришел, чтобы жениться.
   Этим можешь ты гордиться,
   Но учти, что уж не раз
   Получали здесь отказ.
   Вот, к примеру, лишь вчера
   Я Кощея прогнала,
   Показав на поворот
   От моих ему ворот.
   Та же участь ждет тебя,
   Ведь скажу я не шутя:
   Лишь того я полюблю
   И супругом назову,
   Кто сумеет отгадать
   То, что буду задавать
   Для проверки я ума.
   А я очень не глупа!
   И мои загадки все
   Равносильны красоте
   Моих чудных, дивных глаз,
   Что проверено не раз.
   А ещё совет скажу
   Я тебе, как казаку:
   Не позорь своих наград
   И ступай-ка ты назад
   Без последнего тут слова,
   Догадайся сам какого".
   Тут Степан в себя пришел,
   Брови сдвинул и нашёл
   Тоже что сказать в ответ.
   Это было, братцы, "нет!"
   "Я, - сказал он, - ведь не рак,
   Чтобы пятиться назад.
   Потому для испытаний
   Я готов без колебаний.
   Но вначале разреши
   Ты в порядок привести,
   Василиса, мне себя,
   Ведь в дороге пыль, жара..."
   "Так и быть, - она сказала, -
   Через час начнем сначала".
   И ушла с Дуняшей прочь.
   А коса, что темна ночь...
   Да, для дивчины такой
   Позабудешь и покой.
   И, смахнувши пыль с сапог,
   Наш Степан опять не смог
   Затушить огонь в груди.
   "Ну же, Боже, помоги!
   Продержаться дай часок".
   Молит Бога казачок.
   Тут дверь в терем заскрипела.
   Вышла Дуня, заревела.
   Платье синее в руках
   У неё да всё в слезах.
   "Ну и ну! Ой, не сладка,
   Видно, долюшка твоя.
   Что случилось? Расскажи,
   Тайну в сердце не держи, -
   Просит девочку казак. -
   Говори же, что и как?"
   "Ах, хозяйка мне велела, -
   Дуня снова заревела, -
   Платье синее чинить.
   Ах, теперь мне и не жить!
   Ведь от старости оно
   Расползается само.
   Вот, куда иглой ни ткну,
   Там я делаю дыру".
   И опять бедняжка в слезы,
   А они, увы, не розы,
   И порой больней клинка
   Ранят сердце казака.
   Но Степан не растерялся.
   Он в папахе покопался
   И достал иглу другую,
   Ту - заветную, стальную,
   Что в подарок дал ему
   Слепой дедушка в лесу.
   "Вот, попробуй, Дуня, ей
   Платье синее зашей". -
   Протянул иглу Степан
   Да и смотрит: как, мол, там?
   Ну а там все хорошо.
   Дело сдвинулось, пошло.
   Там, стежок к стежку кидая,
   Шьет Дуняша, забывая
   Свою прежнюю беду.
   Вот и все. "Ой помогу
   Я ведь тоже в трудный час
   Ой, тому, кто Дуню спас".
   Так девчушка прошептала,
   Улыбнулась, убежала.
   А Степану от того
   Стало на сердце легко.
   Час прошел, как не бывало.
   Вот и времечко настало
   Всю смекалку показать
   Казаку или бежать.
   Но куда? Ведь от стыда
   Не спасут даже года.
   Ну, да поздно отступать
   Там, где надо наступать.
   И Степан на каблучку
   Развернул себя к крыльцу.
   А на нем из теремка
   Появилась уж она:
   Непонятно чем сияя,
   Василиса озорная.
   "Ну, готов ли, казачок,
   Мой исполнить ты урок
   И, не медля, без оглядки,
   Разгадать мои загадки?"
   "Я готов, - Степан сказал. -
   Ведь не зря же я шагал
   Через горы и ручьи.
   Что ж, давай их, говори".
   "Ну так слушай ты сейчас
   И порадуй в первый раз:
   Рук и ног он не имеет,
   А открыть всегда сумеет
   И ворота и окно.
   Ну, так кто же это, кто?"
   И ответа на крыльце
   Ждёт девица, в холодке,
   А из-за её спины
   Глазки Дунины видны,
   И они так и мигают,
   Так ему и намекают,
   Что Степан тотчас ответил,
   Что, возможно, это ветер.
   Красна девица смутилась
   Да немного удивилась:
   А казак то оказался
   Не так прост, как показался.
   Ну да ладно, друг ты мой,
   Вот тебе вопрос второй:
   "Отвечай же мне быстрее,
   Кто на свете всех сильнее?"
   Да, вопрос не из простых.
   Сильных много, а кто их
   Будет все же посильнее?
   Тут я, братцы, и немею.
   А Степан же не таков -
   Ещё миг, и вот готов
   Уж ответ у молодца.
   "Слушай, девица-краса, -
   Говорит спокойно он, -
   Всех сильней на свете сон,
   Потому как без труда
   Валит с ног богатыря
   Он любого тут и там".
   Ай да парень! Ай Степан!
   Василиса же смутилась,
   Ещё больше удивилась:
   А казак-то оказался
   Не так прост, как показался.
   Но, однако, у неё
   Есть в запасе ведь ещё
   Третья, посложней загадка.
   Вот она же, для порядка:
   Днём - как обруч, в ночь - как уж.
   Кто ответит, тот и муж
   Ей на долгие года
   Счастья, верности, тепла.
   "Да, - задумался Степан, -
   А ведь тут-то я пропал.
   Вон и Дуня за спиной
   Вся поникла головой..."
   И при этом, братцы, стал
   Он рукой искать кинжал
   Свой зачем-то на ремне.
   Ох, не быть бы тут беде!
   Но, постой, а почему
   Пробежала по лицу
   Вдруг улыбка у него
   Раз, другой, потом ещё?
   И поправив ремешок,
   Это что же он изрек?
   Нет, всё правильно, друзья.
   "Пояс", - вот его слова.
   Днем - как обруч, в ночь как уж,
   Да, нашелся все же муж
   Для хозяйки теремка.
   Ну, а та ведь расцвела
   Пуще прежнего смеется
   И Степану признается,
   Что влюбилась и она
   Ой давненько в казака
   И согласно уговора,
   Будет с радостью готова
   Разделить теперь с ним всё,
   Что судьбой будет дано
   Им на долгие года
   Счастья, верности, тепла.
   И стоят они, стоят.
   Глаз не могут оторвать
   Друг от друга. Боже мой!
   Наяву ли здесь с тобой
   Всё случилось, друг Степан,
   Или сон приснился нам?
   Я не знаю. Между тем
   Свадьбу сделать в тот же день
   Молодые порешили.
   Да при этом не забыли
   Дуне твердо наказать
   В гости к ним и нас позвать.
   Дуня тотчас убежала.
   Василиса же сказала:
   "Я пойду себя украшу
   Жемчугом на свадьбу нашу.
   А, пока дела идут,
   Ты, Степан, побудь-ка тут.
   Походи вон у плетня,
   Где зеленая трава.
   Да у новеньких ворот,
   Где есть хитрый поворот.
   Словом, будь мой друг, как дома.
   А я к свадьбе уж готова
   Буду скоро. Не скучай!"
   И ушла, как месяц май.
   Время птицею летит,
   В небе солнышко блестит.
   Ходит парень у плетня.
   Где зеленая трава,
   Ходит он и у ворот,
   Где есть хитрый поворот.
   Да внезапно, в два прыжка,
   Скачет к молодцу беда
   В виде черта и Яги
   С криком, с воплями: "Лови!"
   Да хватай же! Да в мешок!
   Что? Попался казачок?"
   И, мешок свой завязав,
   Злыдни делают привал.
   Рады до смерти - сумели
   Взять врасплох для нужной цели
   Ой заклятого врата.
   Ну а цель же их проста:
   Сбросить в реченьку мешок,
   Где сидит тот казачок,
   Что заставил их вчера
   Бегать много, а все зря.
   Ведь, как только не спеши,
   Горизонт всегда в дали.
   А они ж не знали это
   И бежали до рассвета
   К горизонту через кочки
   Да дубовые пенёчки.
   Ничего, зато теперь
   Кое-кто откроет дверь
   В ту страну, где смерть с косой
   Обещает всем покой.
   Вдруг в кустах за поворотом
   Зашуршал листочком кто-то.
   Черт с Ягой переглянулись,
   По привычке встрепенулись,
   И тихонечко они
   Тоже спрятались в кусты.
   Им ведь, злыдням из ночи,
   Днем все шорохи страшны.
   А к воротам, к повороту
   Вышел, явно на охоту.
   Кто-то с пикой и ружьем.
   Вот он ближе... узнаем
   В нем хромого мы Кощея.
   Он, себя давно жалея,
   Каждой косточкой скрипит
   Да себе и говорит,
   Что напрасно, мол, вчера
   Василиса прогнала
   От своих его ворот,
   Указав на поворот.
   Нет, нельзя это простить!
   И теперь готов он мстить
   Без пощады! Без конца!
   Пусть заплачет же она!
   "Не хочу! - раздался крик.
   Дед опешил лишь на миг,
   А потом сообразил,
   Что мешок заговорил.
   "Эй, приятель, расскажи
   Мне про горести свои".
   А из серого мешка
   Снова странные слова:
   "Ой, хотят меня царем
   Сделать важным, чтоб потом
   Ручки-ножки целовать
   Да икрою угощать.
   А я это не хочу,
   Потому в мешке сижу.
   Ой, сижу по воле тех,
   Кому нужен для потех.
   Но, как только скажу, "да",
   Будет мёд мне и халва,
   Будут все меня любить
   И до неба возноситъ"
   Дед Кощей тут удивился,
   Замечтался,оживился,
   Мешок серый развязал,
   Говорить сидельцу стал;
   "А давай-ка мы с тобой
   Поменяемся судьбой.
   Я - в мешочек да в цари,
   Ну а ты, сынок, возьми
   Кошелечек мой тугой.
   Соглашайся, дорогой."
   Ну, Степан и согласился.
   Дед - в мешок, а он пустился
   Злыдней давишних искать,
   Чтоб примерно наказать.
   Солнце ярче припекло,
   Стало тихо и тепло.
   Тут и вывел черт Ягу
   Снова к серому мешку.
   Подошедши оглянулись,
   Друг на дружку улыбнулись
   И, мешочек подхватив,
   С ним бегут ,что было сил
   Прямо к речке под горой.
   Ну а там, под возглас "ой!"
   В воду тот мешок кидают
   Да ручонки потирают:
   "Вот и всё. Конец тому
   Кто идет сейчас ко дну"
   И пошли, пошли гуськом
   В гору весело потом.
   Глядь, у сваленной сосны
   Их казак плюёт в кусты
   Да с тугого кошелька
   Деньги ставит в два столбца.
   "Я не понял", - черт сказал, -
   А как ты сюда попал?"
   " И где денежки нашел?"
   Бабка встряла в разговор.
   "Да известно где - в реке, -
   Тот ответил в тишине.
   Сами ж вы меня туда
   Гостем кинули, друзья".
   Черт с Ягой переглянулись
   Да Степану улыбнулись...
   "Да не бойтесь, там ещё
   Этих денежек полно.
   Там лопатой их гребут
   И для вас лишь стерегут".
   Черт с Ягой не стали ждать,
   А как бросились бежать,
   Сломя голову, к реке,
   Что и нет уж их нигде.
   Ну, не нам по ним скучать,
   Да и лучше б не встречать.
   Потому без лишних слов
   Поспешим-ка все за стол
   И там нашим молодым
   Целоваться разрешим.
  
   2004 г.
  
  
   СКАЗКА О ГРОЗНОМ ЦАРЕ
  
   Жил когда-то грозный царь
   И ему было не жаль
   Никого, кроме себя.
   И вот этого царя
   Посетил однажды сон,
   Что он счастлив, что влюблен,
   Что невеста молодая,
   Красотой своей сияя,
   С ним идет уже к венцу...
   Эх, на горе - на беду
   Будит здесь царя министр.
   Был он ловок и речист,
   Но тут, явно оплошал,
   Так как "свадьбе" помешал.
   Царь такого не прощает.
   Быстро меч он свой хватает
   Да к обидчику идет...
   Ну а тот зазря не ждет:
   Вмиг колени преклоняет
   Да царя и умоляет
   Объяснить хотя бы то,
   Почему с утра его
   Хочет грозный царь казнить
   И нельзя ль повременить?
   "Нет, нельзя - царь отвечает
   И мечом в руке качает, -
   Ведь сейчас я видел сон,
   Что я счастлив, что влюблен
   И что девице я мил.
   А ты взял и разбудил.
   Да как это мне стерпеть?
   Нет, ты должен умереть!"
   "Царь родной, - министр опять
   Начинает умолять, -
   А лицо ты помнишь той,
   Что во сне была с тобой?
   Если вспомнишь, то со слов
   Будет, я клянусь, готов
   Для тебя её портрет
   В сей же час и в сей момент!"
   "Ах, я помню" - и глаза
   Царь заводит в небеса
   Да и начал вспоминать...
   А министр за ним писать
   Очень ловко образ той
   Что своею красотой
   Сердце грозного царя
   Покорила навсегда.
   Вот и всё. Готов портрет
   В сей же час и в сей момент.
   Смотрит царь -глазам не верит,
   То краснеет, то бледнеет...
   "Ах, она! Она! Она!" -
   Шепчут лишь его уста.
   И министр дивится тоже,
   Холодок прошел по коже...
   Да ведь, если сказать прямо,
   Это ведь жена Степана,
   Что в охране царской служит
   Ой, да что теперь то будет?
   Ну а будет дальше то
   Чему сбыться суждено
   Царь портрет забрал себе
   И повесил на стене,
   Посмотрел еще раз пять
   Да и начал горевать
   Да про то, что без жены
   Дни его давно скучны.
   А потом и говорит
   Так, что сталь в словах звенит:
   "Вот что, первый мой министр,
   Ты ведь ловок и речист,
   Потому ты зря не стой ,
   А жени меня на той,
   Чья небесная краса
   Ослепила так глаза".
   "Царь родной, - министр ему
   Отвечал, как на духу, -
   Я бы рад, но ведь она
   Третий год уж как жена.
   Муж её в охране служит,
   И жену он сильно любит".
   Царь в ответ: "Знать не желаю.
   Только лишь о ней мечтаю.
   А ты думай, как нам быть,
   Если хочешь дальше жить".
   Вот такие вот дела,
   Словно ноченька бела...
   Но недаром ведь министр
   Был и ловок и речист.
   Он недолго размышлял,
   А потом взял и сказал,
   Что восьмую ночь подряд
   Кто-то грабит царский сад.
   Яблоки ворует кто-то,
   Хотя заперты ворота,
   Хотя стража там стоит
   И во все глаза глядит.
   И что надобно б туда
   Одного им молодца
   Вместо всех поставить,
   А потом заставить
   Отвечать сполна за то,
   Что и сотне тяжело.
   Так, глядишь, вдовою будет
   Скоро та, что мужа любит.
   Ну а там и под венец
   Царь пойдет с ней, наконец.
   "Что ж, согласен" - царь кивает,
   А затем и вызывает
   Вскоре посланный гонец
   К ним Степана во дворец,
   Что служил в охране царской
   Да был мужем девы красной.
   Тот пришел. Все чин по чину.
   Объясните де причину
   По которой к вам я зван,
   Просит молодец Степан.
   "А причина, друг, проста.
   Ты ведь храбрый был всегда
   А поэтому давай
   К службе новой приступай
   Заступай на пост ты в сад,
   Где восьмую ночь подряд
   Яблоки ворует кто-то,
   Хотя заперты ворота,
   Хотя стража там стоит
   И во все глаза глядит".
   "Да, - Степан затылок чешет, -
   Ваш приказ мне интересен..."
   "А раз так, давай, иди.
   Да смотри, дружок, смотри,
   Коль пропажу поутру
   Снова я в саду найду, -
   Заявляет грозно царь, -
   То лишишься, как ни жаль,
   Головы своей, друг, ты.
   Ну иди же, ну иди!"
   Что ж, приказ - всегда приказ
   Скрылся Степа с царских глаз.
   А царю потеха -
   Валится от смеха:
   Ай да царь, ай молодец!
   Скоро, скоро под венец
   Поведет рядом с собой
   Деву красоты такой,
   Какой прежде на земле
   Не было ещё нигде.
   По такой причине
   Места нет кручине,
   И в задорный пляс
   Царь идет тотчас:
   Каблуками топает
   Да в ладоши хлопает.
   "Ай да царь, ай молодец!
   Скоро, скоро под венец!"
   Но внезапно дверь в тот зал,
   Где царь весело плясал,
   Заскрипела, отошла,
   Пропустила молодца,
   Молодца-Степана.
   "Ой, да что-то рано...
   "Что? Как смел ты возвратиться?
   Жизни хочешь ты лишиться?" -
   Царь рассержен, царь взбешен.
   Он садится грозно в трон.
   Ой, что дальше будет!
   Царь шутить не любит.
   Да и наш Степан свое
   Отшутил давным-давно.
   Он не пятится назад,
   А дает царю доклад:
   Так и так, мол, государь,
   Мне, конечно, очень жаль,
   Что не может мой доклад
   До утра вас подождать,
   Но ведь я нашел вора.
   Им жар-птица, царь, была.
   Я было поймал её,
   Да вот вырвал лишь перо.
   А оно ведь не простое,
   Сразу видно - золотое.
   Смотрит царь, глазам не верит,
   То краснеет, то бледнеет.
   И министру он потом
   Говорит, покинув трон:
   "Это был ведь твой совет -
   Молодца послать в пикет.
   Так, так, так... Теперь хоть плачь.
   А раз так - сюда, палач!"
   "Царь родной, маяк в ночи,
   Признаю свои грехи!
   Но позвольте мне опять
   Кое-что вам подсказать".
   "Ладно, так тому и быть.
   Но смотри, с царем шутить
   Не советовал бы я.
   Ну, так что там у тебя?"
   А того просить не надо.
   Жизнь ведь - сладкая награда,
   За неё в конце концов
   Он на многое готов,
   А тем более - сейчас.
   И, чтоб гнев царя гас,
   Новый он совет спешит
   Государю предложить.
   Что ж, совет и впрямь не плох.
   Царь улыбки скрыть не смог,
   Руку ручкой потирает
   Да Степану заявляет:
   "Мы тут думали-гадали,
   Совещанье мы держали
   И решили: раз ты смел,
   То для новых нужен дел.
   Грустно мне - никто не знает,
   Как мой папа поживает
   Да на свете да на том,
   Куда все, когда умрем,
   Будем в очередь стоять
   Да былое вспоминать.
   Потому ступай туда
   Да узнай всё про отца:
   О чем думает, скучает,
   И о чем без нас мечтает.
   А когда вернешься ты,
   Обо всем и доложи".
   Что ж, приказ - всегда приказ,
   Но Степан на этот раз
   Просит грозного царя
   Об услуге для себя.
   Дескать, тяжек одному
   Путь к покойному царю,
   Потому пойти готов
   Будет он без лишних слов
   Лишь с попутчиком туда,
   Лишь с советчиком царя.
   Царь согласен: "Что ж, бери.
   Но живым не приходи.
   Если папу не найдешь
   Через день и через ночь!"
   Ах, какой прекрасный план
   Был царю министром дан,
   Ведь обратного пути
   С того света не найти
   Никогда и никому...
   Тут пустил наш царь слезу,
   Попрощался с молодцом
   Да с министром-хитрецом
   И ушел к себе опять
   О красавице мечтать.
   Ходоки ж перекрестились
   Да и тоже в путь пустились
   Через кладбище туда,
   Где стояла смерть сама
   В белом саване с косой
   Да с задачею простой:
   Охранять от всех живых,
   Стариков и молодых
   Вход в загробную страну.
   Но тут ей, как на беду,
   В глаз сориночка попала,
   Смерть, конечно, заморгала,
   Отвернулась, отвлеклась,
   А Степан с министром - шась!
   Да и были таковы!
   Проскочили и в дали
   Видят: тянет за собой
   Под ужасный, жуткий вой
   Царь-отец телегу дров
   По мосточку через ров.
   А за ним злой чёрт бежит.
   Бьёт дубинкой и вопит:
   "Ты, покойничек, быстрей,
   Ног своих ты не жалей.
   Тут тебе не белый свет,
   Тут тебе покоя нет..."
   "Ну и ну, плохи дела,
   Видно, батюшки-царя, -
   Думку думает Степан, -
   Да, однако, надо нам
   Самого царя спросить,
   Чтоб сыночку доложить
   О чем папа их мечтает
   Да о чем здесь вспоминает".
   А раз так, Степан тогда
   Вышел к черту, чтоб царя
   Попросить для разговора,
   А в работники другого
   Предлагает старичка.
   Что ж, идея неплоха.
   И вот доблестный министр,
   Что когда-то был речист,
   Покатил телегу дров
   Прямо в пекло через ров,
   А покойный царь-отец
   Дал Степану, наконец,
   Для сыночка свой доклад,
   Как попал он в этот ад.
   А в конце просил сказать,
   Что как будет обижать
   Сын простых людей зазря,
   То и с ним эта беда
   Очень скоро повторится.
   Пусть же сын остепенится.
   Затем царь через плечо
   Плюнул раз, потом ещё.
   Да, напрасно. Не исчез
   Чёрт зловредный - хитрый бес.
   Как бежал, так и бежит,
   Бьёт министра да кричит:
   "Ах, голубчик дорогой,
   Ты мне словно брат родной.
   Рад тебе я, очень рад,
   Что зашел ко мне ты в ад.
   Но пора, увы, прощаться,
   Или хочешь ты остаться?"
   "Нет, нет, нет! Спасибо вам.
   Ой, давай, давай Степан,
   Поскорее собираться
   Да отсюда выбираться!"
   Что ж, так этому и быть.
   Вновь покойный царь тащить
   Принялся телегу дров,
   Ну а те, кто жив-здоров,
   Те в обратный ход пошли
   Да на кладбище пришли.
   Ну а там уж до дворца
   Ясен путь, как дважды-два.
   Только царь их там не ждал.
   Он мечтал, он рассуждал:
   "Вот и ночка на исходе.
   Сгинул, верно, уж в дороге
   Тот, кто смог назло царю
   Заиметь себе жену,
   Краше я каких не знал
   Да на свете не встречал.
   Сгинул он, давно пора,
   Не вернется никогда.
   Не вернется с того света,
   Что ж, хорошая примета".
   Царь доволен: "Ай да я!"
   Когда глядь - из-за угла
   Показался невредим
   Вдруг Степан, да не один.
   Он с советчиком царя
   Подошел на два шага
   И, отдав рукою честь,
   Сообщает все, как есть.
   Так и так, мол, ваш приказ
   Мною выполнен сейчас.
   Мир загробный посетил
   И остался, к счастью, жив.
   А от батюшки привет
   Получите. Двадцать лет
   Черт на нам телегу дров
   Возит в пекло через ров.
   И просил царь передать,
   Что как будет обижать
   Сын простых людей зазря,
   То и с ним эта беда
   Очень скоро повторится.
   Пусть же сын остепенится,
   Наказал вам ваш отец,
   Так закончил молодец.
   Грозный царь ушам не верит,
   То краснеет, то бледнеет.
   На министра покосился -
   Тот кивает, мол, случился
   В самом деле сей пассаж.
   Да, Степан и в этот раз
   Умирать не захотел,
   А все выполнить сумел.
   Царь растерян. Как же быть?
   Как же все-таки сгубить
   Мужа той, что всех милее,
   Всех на свете красивее?
   И министр уже не знает,
   Он плечами пожимает.
   "Ой, не знаю я куда
   Нам послать бы молодца.
   Ой, не знаю, царь, я что
   Поручить ему еще."
   "Так, так, так.., а ведь ты прав". -
   Царь советчика прервал,
   Руку ручкою потер
   И продолжил разговор
   Со Степаном в тот же час:
   "Вот что, молодец, у нас
   О тебе была беседа.
   Мы решили: до обеда
   Отдохни ты, а затем
   Будь готов для новых дел.
   Ты пойдешь теперь туда,
   Я не знаю и куда.
   Принесешь оттуда то,
   Да не знаю я и что...
   А не сможешь угодить,
   Знай - тогда тебе не жить!"
   Ай да царь! ай молодец!
   Уж теперь-то, наконец,
   Быть Степану без удачи,
   Потому как сей задачи
   Невозможен быть ответ -
   He найти того, что нет.
   Не найти ни там, ни тут.
   Ай да царь! а ты не глуп..."
   И, Степана проводив,
   Царь устроил дивный пир.
   Кубки полные вина
   В свою честь он пьет до дна,
   Ананасы кушает,
   Музыкантов слушает.
   Но вдруг видит: у дверей
   Вновь стоит Степан-злодей.
   Да как это он посмел?
   Царь не может скрыть свой гнев
   Ну а тот к нему идет
   Да мешок с собой несет,
   Опустил его на пол.
   "Ваш приказ уже готов! -
   Сообщает он царю,
   Государю своему,-
   Я тут шел от вас туда,
   Сам не знаю и куда,
   И нашел для вас я то,
   Сам не знаю я и что.
   Вот, позвольте предложить,
   Тут, в мешке оно лежит".
   Царь смеется: "Ах дружок,
   Мне не нужен твой мешок.
   Вижу, вижу в этот раз
   Ты не выполнил приказ..."
   "Да в мешок вы загляните,
   А потом уж говорите" -
   Просит молодец царя.
   "Ладно уж, но знаю - зря
   Это все", - царь пробурчал
   Да мешок и развязал.
   А оттуда, вот те на!
   Вылезает неспеша
   Не лягушка, не мышонок,
   А веселенький чертенок.
   Он в аду слишком шалил,
   Потому и угодил
   В этот серенький мешок.
   Но зато теперь наш черт
   Оказался во дворце.
   Ещё миг и на спине
   Очень грозного царя
   Он запрыгал, как коза.
   "Эй, вези меня быстрей,
   Да себя ты не жалей, -
   Закричал шалун царю, -
   Я кататься ведь люблю!"
   Царь и так уже, и сяк,
   Да не может он никак
   Сбросить черта со спины,
   Видно, силы не равны.
   Тут кричит царь: "Помогите!
   От нечистого спасите!
   Заклинаю всех, прошу.
   Всё отдам, озолочу!"
   Что ж, Степан бы мог помочь,
   Благо, день был, а не ночь,
   Но подумал и решил:
   Царь себе ведь только мил.
   Никого ему не жаль.
   Нет,прощай же,государь!
   И ушел.И мы сейчас
   Завершать наш будем сказ.
   Сказ про зло, что долго длится,
   Но однажды прекратится,
   Сказ про то, что иногда
   Даже черт за казака.
  
  
   2004 г.
  
  
   СКАЗКА О БЕССМЕРТНОМ КОЩЕЕ
  
   Сказку эту мне вчера
   В дом сорока принесла.
   Села с нею на кровать
   Да как стала стрекотать,
   Да про то, как на крыльце
   Муж сказал своей жене:
   "Ах, голубушка моя,
   Видишь, в небе облака
   Пробегают чередой
   В край далекий, в край иной?
   Труден, знаю, путь туда.
   Но давно зовет душа
   Даль чужую посетить,
   Чтобы было с чем сравнить.
   Потому, жена, прощай,
   Да меня не забывай!"
   И ушел он, а она
   Осталась совсем одна.
   Дни летели, шли года...
   А Степан все шел туда,
   Где встречается с землей
   Край небесный голубой.
   Голова уж поседела,
   А он шел и шел все смело...
   Но внезапно грусть-тоска
   Догнала его, нашла.
   Стала в сердце колотить,
   Стала душу теребить.
   И, махнув на все рукой.
   Он спешит теперь домой.
   К дому шел да притомился,
   На пенечек опустился.
   "Дай немного отдохну, -
   Рассуждает, - и пойду
   Снова в край я свой родной,
   Чтобы встретиться с женой,
   Чтоб обнять её, она
   Ведь одна там без меня".
   И пока он так сидел,
   То беду и просмотрел.
   Злой Кощей вдруг выбегает,
   Сеть на путника кидает,
   Вяжет крепкую узлом,
   Говорит ему потом:
   "Ну, попался, дорогой?
   Я теперь тебя с собой
   В плен подземный уведу
   Да в темницу посажу.
   Ой люблю ведь я , когда
   Не пустует там она!"
   А Степан ему: "Пусти.
   Откуп хочешь ли? Возьми,
   Я любой тебе отдам.
   В край родной мне надо, там
   Не был я уже давно.
   Не смогу я без иного
   В этой жизни больше жить,
   Грусть-тоску в себе носить".
   "Ах, как жалко! - и Кощей
   Улыбнулся до ушей. -
   Ах, мне жалко так тебя,
   Что уж катится слеза
   Из моих стеклянных глаз...
   Ладно, путник, в этот раз
   Отпущу тебя, прощай!
   Но вначале обещай
   Словом чести отдать то,
   Что имеешь ты давно
   В своем доме, но не знаешь,
   Ну, что ты на это скажешь?"
   Степан думает-гадает,
   Сам с собою рассуждает:
   "Двадцать лет не был я дома,
   Но ведь там мне все знакомо
   До последнего гвоздя...
   Нет, не прогадаю я".
   И Кощею говорит:
   "Вот что, старый, так и быть,
   Обещаю отдать то,
   Что имею уж давно
   В своем доме, но не знаю.
   Словом чести обещаю".
   Лишь сказал, как вмиг Кощей
   Стал намного веселей:
   Он и сеть освободил,
   И Степана проводил
   Из своих краев долой
   "Иди с миром, дорогой,
   Иди, миленький, иди.
   Да продлятся дни твои!"
   Смех и пляски до утра
   Не смолкали у двора.
   То станица была рада
   Возвращению Степана,
   А когда же все толпой
   Разошлись к себе домой,
   Запечалился Степан...
   Ох невесел он вдруг стал.
   Тут жена к нему подходит
   И в тревоге глаз не сводит:
   "Что случилось, милый мой?
   Ведь вернулся ты живой,
   И ведь сын есть у тебя,
   Двадцать лет я с ним ждала.
   А как стал он молодцом,
   То и встретился с отцом.
   А уж как тебе он рад!
   Почему же в старый сад
   Ты ушел из нашей хаты?
   Или в чем мы виноваты?
   В чем причина же, скажи,
   Неожиданной тоски?"
   "Нет, жена, не так ведь всё". -
   И поведал муж про то,
   Как к Кощею в плен попал,
   Как злодею обещал
   За свободу отдать то,
   Что имеет он давно,
   Но не знает, и о чем
   Будет знатъ, вернувшись в дом.
   "Эх, жена, ведь я не знал,
   Что я сына обещал,
   Что родился без отца
   И давно здесь ждет меня..."
   Плачет бедная жена,
   Да и муж свои глаза
   Видно чем-то засорил...
   Свет им белый уж не мил.
   Тут выходит к ним Иван,
   Был он в деда честь так зван,
   Поклонился молодец:
   "Прощай мать и ты, отец!
   Чему быть - не миновать.
   А долг надо отдавать".
   И ушел Иван туда,
   Где ждала его судьба.
   Время времечко летит,
   В небе солнышко блестит.
   На пенечке под сосной
   Сидит парень молодей.
   То Иван, устав ходить,
   Думает, как дальше быть?
   Где ж искать ему Кощея,
   Всем известного злодея?
   И зачем ему он нужен?
   Ведь не гостем же на ужин...
   Вдруг деревья зашумели,
   Тучи в небе почернели,
   Затряслась вокруг земля,
   Гром ударил с высока.
   Да и замерло всё разом
   Под стеклянным, жутким взглядом.
   Грозен дедушка Кощей,
   Дым клубится из ушей,
   И идет он неспеша,
   Каждой косточкой скрипя,
   Прямо к месту, где давно
   Поджидал Иван его.
   Подошел он к молодцу,
   Говорит: "Ну что ж, хвалю,
   Что пришел ко мне ты сам.
   А теперь я, Ваня, дам
   Свой наказ тебе, как другу:
   Окажи же мне услугу
   Да сходи скорей туда,
   Где живет Баба Яга.
   И от этой от Яги
   Дочь мне, Ваня, приведи.
   Я хочу на ней жениться.
   Ведь она мне часто снится.
   А как сделаешь такое
   Дело, в общем-то простое,
   Тут же станешь ты свободен
   Да судьбой своей доволен.
   Ну а нет - не обижайся,
   С жизнью, Ваня, попрощайся!
   "Дед, а сам ты почему,
   Такой важный, весь в дыму,
   Не возьмешь себе девицу,
   Что тебе так часто снится?"
   "Эх, Ванюша, дело в том,
   Что меня и близко в дом
   Не пускает никогда
   Эта вредная Яга.
   Говорит, для жениха
   Слишком стар сегодня я.
   А какой же я старик?
   Кровь во мне так и кипит!
   Мне всего лишь триста лет.
   Я герой! Мне равных нет!"
   "Так- то, так... - Иван кивает,
   А Кощею предлагает:
   Ну а нет ли у тебя
   Другой службы для меня?"
   "Нет, Ванюша, извини,
   И меня лучше не зли.
   Делай то, что я сказал". -
   Тут он ручкой помахал,
   Улыбнулся до ушей,
   И пропал среди камней.
   А Иван перекрестился
   Да и снова в путь пустился.
   Шел Иван тропинкой, шел,
   Пока к речка не пришел,
   Где избушка да стояла,
   Где старушка его ждала.
   Нос у бабушки крючком,
   Ходит бабушка бочком,
   А в руках у ней метла.
   Говорит ему она:
   " Ну-ка, молодец, скажи,
   Да всю правду доложи:
   По причине по какой
   Ты нарушил мой покой?"
   А Иван и разъясняет,
   Да старушке объясняет,
   Что за дочкой он её
   Шел сюда уже давно.
   И, чтоб девицу забрать,
   Готов жизнью рисковать.
   "Что ж, рискуй, - Яга согласна, -
   Только смерть будет ужасна,
   Коль не выполнишь ты то,
   Что тебе будет дано.
   А дано тебе, милок,
   Сделать простенький урок:
   Дочь мою разговори.
   Вот и все дела твои.
   Только знай, что не простая
   Дочь моя, она - немая,
   И молчит всё с той поры,
   Как в лесу её нашли".
   Слушал молодец, дивился,
   Но с заданьем согласился.
   Ведь не в речке же он рак,
   Чтобы пятиться назад.
   И, всё выяснив с Ягой,
   Ждёт он встречи лишь с немой.
   То не ласковое солнце
   Заглянуло вдруг в оконце,
   И не чистая луна
   С неба к нам сюда сошла.
   То красавица лесная.
   Что с рождения немая,
   Подошла и поклонилась...
   Сердце молодца забилось,
   Долго с нею он молчал,
   Но потом, вздохнув, сказал:
   "Здравствуй же, краса-девица,
   Ты нарядна как царица,
   И под стать своим нарядам,
   Черноброва и румяна,
   Долго б мог я так смотреть,
   Да уж бродит где-то смерть,
   Потому без лишних слов,
   По примеру докторов,
   Я начну тебя лечить.
   Но позволь сперва спросить:
   Ты умеешь говорить?"
   Замер, слова ожидая,
   Наш Иван. Увы, немая
   Только руки развела:
   Видишь? Я молчу всегда.
   Тут Иван и не сдержался.
   На ремне кинжал качался,
   Вот его своей рукой
   Он и поднял над собой.
   А клинок так и дрожит,
   А сам ей и говорит:
   "Эх, не вылечил тебя,
   И теперь погибну я,
   Но потом и ты умрешь.
   Правда это, а не ложь!"
   Тут уж Марья не стерпела...
   Руки в бок и зашумела:
   "Да ты явно ошалел
   Или гриб не тот ты съел,
   Если из-за пустяка
   Погубить решил меня.
   Лучше уж в аду гореть,
   Чем такое тут терпеть!
   Эй вы все, быстрей сюда!
   Заберите ж молодца!"
   А Ивану её брань.
   Как лекарственный бальзам.
   Радость светится из глаз,
   Что затея удалась:
   Страхом вылечить немую
   Красну-девицу лесную.
   А она всё говорит...
   А потом как замолчит..
   Посмотрела на него:
   "Ну, добился своего?
   Что ж, Ванюша, я твоя.
   Да ведь сердце у меня
   Сразу было тебе радо,
   И оно звало, кричало:
   Ах, мой милый, дорогой,
   Будь всегда же ты со мной!"
   А Иван от этих слов
   Умереть почти готов.
   Ведь и он в неё влюбился
   И немедленно б женился.
   Но ведь должен он отдать.
   Ах, да как же ей сказать?
   Должен дочку ведь Яги
   Он Кощею привести.
   А бессмертный тот Кощей
   Всех сильнее и всех злей.
   Как же быть? Иван не знает.
   Да все ей и объясняет...
   А та только рассмеялась,
   Да с укором не сдержалась:
   "Ах, нашел о чем страдать
   Да от девушки скрывать!
   Знаю, знаю я Кощея,
   Всем известного злодея.
   Но и я ведь дочь Яги,
   И меня лучше не зли!
   Так что, Ваня, не печалься,
   А в дорожку собирайся,
   Чтоб Кощея навестить,
   Да про жизнь с ним говорить.
   Там на месте всё виднее.
   Ну, идем к нему скорее!"
   Что ж, Иван уже и рад.
   Бросил он последний взгляд
   На избушку у реки
   И пошли они пошли...
   Шли и шли, да притомились.
   С горочки тогда спустились
   И себе у серых скал
   Сделали они привал.
   В небе солнышко блестит
   Ручеёк в траве журчит.
   Хорошо вдвоем им тут,
   Птички весело поют...
   Вдруг деревья зашумели
   Тучи в небе зашумели,
   Затряслась вокруг земля,
   Гром ударил свысока...
   Да и замерло все разом
   Под стеклянным, жутким взглядом.
   Грозен дедушка Кощей,
   Дым клубится из ушей
   И идет он не спеша,
   Каждой косточкой скрипя,
   Прямо к ним: " Ага, явились?
   Вижу, вижу: притомились.
   Да и я ведь тут устал,
   Пока Марью поджидал.
   Но теперь она со мной...
   Да, Иван, а ты - герой!
   Постарался для меня.
   Что ж, сегодня голова
   С твоих плеч не полетит.
   Ты свободен! Можешь жить!"
   Эх, хотел Иван сказать...
   Да решил не рисковать.
   Повернулся лишь кругом
   Да и скрылся за бугром.
   Но ушел не далеко -
   С Марьей было решено,
   Что он спрячется потом
   Где-то рядом под кустом.
   А тем временем Кощей,
   Улыбаясь до ушей,
   Вокруг девицы идет,
   Песни сладкие поет:
   "Ах ты, Марьюшка-краса,
   Улыбнись же для меня.
   Не смотри, что я хромой
   И немножечко косой.
   Я еще ведь хоть куда!
   Улыбнись же и тогда
   Будешь жить ты во дворце,
   Как жемчужина в ларце!"
   А девица - ах! и в слезы.
   Плачет, что всего дороже
   Жизнь ей дедушки Кощея,
   Ведь он всех злодеев злее,
   Но боится ведь она
   Стать вдовой у старика.
   Тут Кощей смеётся так,
   Что теряет левый глаз,
   Глаз назад он свой вставляет,
   Смотрит им и заявляет,
   Что такого быть не будет,
   Потому как жизнь он любит.
   Ну а смерть свою давно
   Он запрятал глубоко.
   А куда? Про то - молчок!
   Он ведь хитрый старичок.
   Хитрый - хитрый, а не знает,
   Что Иван вблизи скучает,
   Слышит все он под кусточком,
   Под зелененьким листочком.
   Марья дальше слезы льет
   Да с вопросом пристает:
   "Ах куда же? Ах куда
   Смерть запрятана твоя?
   Говори же мне, Кощей,
   А иначе и не смей
   На пол шага подойти,
   Да женой стать не проси".
   И Кощей не удержался.
   Хитрым был ведь, а признался,
   Что стоит в лесу гора,
   В ней есть черная нора,
   В той норе на самом дне
   Смерть и спит его в ларце.
   "Только тайну эту ты
   Никому не говори, -
   Просит девицу Кощей,
   Дым пуская из ушей, -
   Лишь одно словечко скажешь,
   Сразу камнем мертвым станешь!"
   Только зря он так пугал.
   Был он хитрым, а не знал,
   Что про тайну про его
   Слышал кое-кто еще...
   Время-времечко летит,
   В небе солнышко блестит.
   А бессмертный злой Кощей,
   Улыбаясь до ушей,
   Все вокруг девицы ходит,
   С ней он глаз своих не сводит,
   Но тут камень застучал,
   Покатился и упал
   Вдруг с горы ему под ноги.
   Что такое? Он в тревоге
   Поднимает вверх глаза,
   Видит Ваню-молодца,
   Что с горы к нему идет
   Да с собой что-то несет.
   "Эй, Иван, -Кощей кричит, -
   Ты раздумал дальше жить?
   Почему идешь сюда
   Ты без спроса у меня?"
   Ну а молодец лихой,
   Пряча что-то за спиной,
   Подошел и говорит,
   Что пришел он не шутить,
   А забрать в невесты ту,
   Что так глянулась ему.
   И при этом Марье он
   Сделал вежливый поклон.
   Тут Кощей смеётся так,
   Что теряет правый глаз
   Глаз назад он свой вставляет,
   Смотрит им и заявляет,
   Что такого бытъ не будет,
   Что за Марью он погубит
   Здесь любого молодца
   Очень быстро, в два хлопка.
   Только зря он так смеялся.
   Ведь Иван с горы спускался
   Где давно уже была
   Очень темная нора
   В ней Кощей на самом дне
   Смерть свою держал в ларце.
   Да вот только не сберег,
   Злыдень страшный, нет не смог.
   Достает из-за спины
   Тот ларец Иван: "Смотри,
   Что в моих сейчас руках!
   Пробил твой последний час
   Злой Кощей. Отныне ты
   Нам не сделаешь беды!"
   И разбил Иван ларец.
   И злодей, как сон, исчез.
   И про то во все концы
   Весть сороки понесли.
   Марья ж к милому спешит,
   Обнимает, говорит,
   Что ждала его, ждала,
   Как умела, как могла...
   А уж он то как ей рад!
   И, бросая нежный взгляд,
   Ей клянется, что теперь
   Быть им вместе каждый день.
   Спит станица уж давно,
   И лишь светится окно
   Там, где верят, там где ждут...
   Дождались! Раздался стук
   И заходит в дом Иван,
   Что был так в честь деда зван.
   Поклонился молодец:
   "Здравствуй мать и ты, отец!
   Вот, вернулся я домой,
   Да стоит рядом со мной
   Та, что сердцу люба так,
   Что сказать не знаю как.
   Дайте ж ваше разрешенье
   Да свое благославенье
   Жить в совете и любви
   С нею мне все дни свои".
   Мать с отцом благословляли,
   Быть счастливыми желали,
   А затем там всю неделю
   Танцевали все и пели.
   Так станица отмечала
   Свадьбу Марью да Ивана.
  
   2003 г.
  
   СКАЗКА О ДИВНОЙ ПТИЦЕ
  
   Как-то раз Баба Яга
   В заповедный лес пошла
   И в кустах густой малины
   Рядом с деревцем рябины
   Натянула крепко сеть,
   Чтобы птицу ей суметь
   Отловить, но не простую,
   Каких много, а такую,
   Что умеет говорить
   И удачу всем дарить.
   Сделав дело же, Яга
   Возвернулась неспеша
   На кровать да на подушку,
   Да в заветную избушку
   Сон свой сладкий продолжать
   Да удачу поджидать,
   С ней мечтала ведь Яга
   Делать в мире больше зла.
   А спустя какой-то срок,
   Вышел в лес и паренек.
   Вот идет он, вольно дышит,
   Вдруг в кустах малины слышит
   Чей-то стон. Иван туда.
   Видит: там, едва жива,
   Птица дивная лежит
   Да ему и говорит:
   "Ах, попала в сеть ведь я
   И теперь уже сама
   Не смогу освободиться.
   Помоги, не дай случиться
   Большей, юноша, беде.
   Ведь за лесом, на горе
   Ждут меня мои сыночки
   И мои малые дочки".
   "Да не плачь ты, помогу" -
   И без страха в крапиву
   Ваня тут же заскочил,
   Сеть порвал, освободил
   Крылья птицы, и она
   Улетает в небеса.
   А наш друг продолжил свой
   Путь извилистой тропой
   Среди леса, среди скал,
   Где не всякий и бывал.
   Ну а Баба же Яга
   Видит сон, а в нем Беда
   Будто машет ей рукой:
   "Ну-ка, старая, постой,
   Подожди меня чуток -
   Я зайду на огонек".
   Тьфу-ты, ну-ты, ой-ля-ля!
   Тут уж бабке не до сна.
   И, вскочив, она бежит
   К тем кустам, где сеть висит.
   Нет, точнее, где висела,
   А теперь лежит без дела
   Среди жгучей крапивы.
   Ну, держись, мои враги!" -
   Рассердилась тут Яга
   И затем метлу она
   Оседлала, как коня,
   И стрелой летит туда,
   Где не всякий и бывал
   Среди леса, среди скал.
   Там, спустившись на пенек,
   Преподать врагу урок
   Мыслит хитрая старушка.
   Ой, не зря она подружка
   Всем злодеям. Ой, не зря.
   Месть её будет страшна!
   Ну а вскоре и шаги
   Стали путника слышны.
   И к пенечку под сосной
   Вышел парень удалой.
   А Яга ж запричитала,
   Умолять парнишку стала:
   "Окажите состраданье,
   Дайте мне на пропитанье
   Хоть кусочек, хоть пылинку,
   Хоть соленую слезинку.
   Третий год я ведь не ела,
   Похудела, заболела.
   Помогите же старушке
   Под сосною на опушке!
   Да не дайте умереть
   И увидеть близко смерть".
   Ваня долго не гадал.
   Тут же он сухарь достал
   Свой последний: "Вот, возьмите
   Да ещё сто лет живите
   На пенечке под сосной
   Вы такой же молодой".
   Ой, а та его хвалить
   Принялась, благодарить,
   Да ещё в подарок он
   Получил и медальон.
   Ваня раз лишь посмотрел
   На него, и обомлел,
   Ведь сиял на нем портрет
   Той, которой равных нет,
   Той, чья дивная краса
   Сушит сердце молодца
   Всё сильнее и сильней
   До его последних дней
   Ну а старая Яга
   Бедолагу обошла,
   Посмеялась от души
   Над Иваном часа три.
   На метлу свою вновь села
   Да и дальше полетела
   Птицу синюю искать
   Да детишек обижать.
   Ваня же стоял, стоял,
   Пока кто-то не позвал:
   "Ах, мой друг и мой спаситель,
   Ты ещё не неба житель,
   Почему же ты молчишь
   И с тоскою в даль глядишь?
   Объясни же мне причины
   Своей грусти и кручины".
   Ваня взгляд свой поднимает -
   Видит птицу, объясняет,
   Что увидел он портрет
   Той, которой равных нет.
   Той, чья дивная краса
   Сушит сердце молодца.
   И готов он умереть,
   Коль не сможет посмотреть
   Наяву волшебный лик,
   Перед ним что вдруг возник,
   Когда чудный медальон
   Получил в подарок он.
   "Ах, мой друг и мой спаситель,
   Ты ещё не неба житель,
   А уже затеял то,
   Что, поверь мне, не умно.
   Ведь красавица с портрета
   Губит молодцев для смеха,
   Для забавы, ведь она
   Очень, Ваня, непроста.
   Ну да вижу: все слова
   Ой, напрасны для тебя.
   Потому бери перо
   И иди за ним, оно
   Приведет нас всех туда.
   Где живет эта краса".
   Так сказав, крылом махала
   И перо к земле роняла
   Птица с дальней высоты
   "Ну же, молодец, лови"
   И наш Ваня удалой,
   Как в решающий все бой,
   Побежал за тем пером.
   Ну и мы за ним пойдем,
   Но тихонько, чтобы нас
   Не заметил лишний глаз.
   Ох, и долго же летело
   То перо, но прилетело
   Всё же к терему, к тому,
   Где наш путник наяву
   Наконец-то и узрел
   Лик волшебный. Онемел
   В тот же миг Иван лихой
   И стоял так день, другой...
   А на третий не стерпела
   Та девица, зашумела:
   "Ты зачем же тут стоишь
   Под окошком и молчишь?
   Говори, зачем пришел?"
   "Ах, я счастье здесь нашел, -
   Отвечал Иван, - и я
   Жить не буду без тебя!"
   "Ой, Иван - она в ответ, -
   Твоим байкам много лет,
   А коль хочешь ты жениться,
   То изволь поторопиться
   И найди вначале то,
   Что другие уж давно
   Ищут в муках вновь и вновь:
   Ты найди мою любовь".
   А Иван: "Ну, если так,
   То, не знаю где и как,
   Но твою любовь найду".
   И пошел искать. Ему
   Мы бы тотчас подсказали,
   Но, увы, и мы не знали
   Этой тайны. Да, была
   Та девица непроста.
   День сменяет ночь, потом
   Ночь торопится за днем,
   А Иван все по лесам,
   По морям да по горам
   Ищет, ищет... вдруг шатер
   Видит удивленный взор,
   А у самого шатра
   Горкой сложена хурма,
   Ананасы, мандарины,
   Финики и апельсины.
   И при этом да при всем
   Слышит молодец потом
   Звуки флейты и рожка.
   И выходит из шатра
   Разнаряженная дива.
   Да, была она красива.
   А как стала танцевать,
   То и глаз не оторвать:
   Ленты алые шуршат,
   Кольца в золоте звенят,
   В бубен ручкой ударяет,
   Ножку ножкою сменяет
   И бросает нежный взгляд,
   Ах, такой, как мармелад.
   А затем, устав кружить,
   Стала дива говорить:
   "Оставайся, друг, со мной.
   Ты найдешь здесь и покой,
   И заботу, и уют.
   Оставайся, милый, тут.
   Не ищи напрасно то,
   Что и глупо и смешно".
   Но Иван, пусть и устал,
   А решительно сказал:
   "Нет, спасибо, не нужны
   Мне роскошные шатры,
   Ананасы, мандарины,
   Танец ваш и апельсины.
   И прошу вас не мешать
   Мне любовь лишь той искать,
   В сердце чей волшебный лик
   Раньше вашего проник".
И ушел. И от шатра
   Не осталось и следа.
   День сменяет ночь, потом
   Ночь торопится за днем.
   А Иван все по лесам.
   По морям да по горам
   Ищет, ищет... Вдруг ему
   Заградил мечом тропу
   Воин в шлеме золотом
   Да с вопросами о том:
   Кто такой, мол, и куда
   Ведет тропка молодца?
   Ну, Иван, как на духу,
   Объяснил: "Любовь ищу,
   Без которой и не жить".
   Да и сам решил спросить:
   По каким делам идёт
   Грозный воин в свой черед?
   Богатырь же отвечает:
   "Есть девица, обижает
   Она молодцев шутя,
   Для забавы, как дитя.
   И от той забавы все
   Сохнут сердцем при луне
   И при солнышке весной,
   Летом, осенью, зимой.
   В плен её хочу я взять
   И примерно наказать.
   Вот она... И он портрет
   Показал. Ах, краше нет
   Для Ивана этих глаз,
   Хотя он уже не раз
   Видел их. И он тогда
   Ломит сук и, им грозя,
   Просит воина учесть,
   Что готов он умереть,
   Но в обиду никому
   Не отдаст эту красу.
   Воин только плечи вскинул,
   Чертыхнулся да и сгинул.
  
   День сменяет ночь, потом
   Ночь торопится за днем.
   А Иван все по лесам,
   По морям да по горам
   Ищет, ищет... Вдруг сама
   Видно смерть к нему пришла:
   Шепелявая, худая
   Старушоночка хромая
   В белом саване о косой
   У обрыва над рекой.
   Наш Иван ей поклонился.
   "Да, а ты не загордился, -
   Замечает Смерть, - хвалю.
   Я таких, Иван, люблю.
   Потому даю часок
   Объяснить мне лишь разок
   Для чего в наши края
   Ты зашел ещё вчера?"
   Что ж, и час ведь не игрушка.
   "Слушай же меня, старушка, -
   Начал исповедь Иван, -
   Медальон мне был вот дан.
   Я ж на нем портрет нашел
   Чудной девы. К ней пошел
   И хотел было жениться,
   Но пришлось остановиться,
   Чтоб любовь её найти.
   Потому и привели
   В этот край ещё вчера
   Ноги Ваню-молодца.
   И теперь хочу узнать,
   Перед тем, как умирать,
   Лишь одно я вновь и вновь:
   Где же все-таки любовь
   Той, ради которой я
   Встретил, старая, тебя?"
   "Ладно, так тому и быть,
   Я согласна подсобитъ. -
   Заявила Смерть худая,
   Шепелявая, хромая, -
   Но вначале, друг, мне ты
   Вот что искренне скажи:
   Кто на свете всех милее,
   Всех на свете красивее?
   Кто? А ну-ка отвечай!"
   "Знай же, бабушка, ой знай:
   Та, которая любима,
   Та всегда неповторима,
   Всех она всегда милее,
   Всех на свете красивее.
   Вот, к примеру, для меня
   Ею будет лишь она..."
   И Иван ей медальон
   Показал тут свой. На нем,
   Как известно, был портрет
   Той, которой равных нет.
   Той, чья дивная краса
   Сушит сердце молодца
   До его последних дней
   Все сильнее и сильней.
   Смерть на образ тот взглянула,
   Ручкой маленькой махнула
   И сказала: "Ах, Иван,
   Вижу, ты судьбой ей дан.
   Потому сейчас замри
   Да смотри, мой друг, смотри...
   И уж нет её с косой.
   А на месте Смерти той
   Заступил, грозя мечом,
   Воин в шлеме золотом,
   А его сменила дива
   Из шатра, что так красива,
   А её вдруг та, чей лик
   В сердце юноши проник
   Уж давно и там остался,
   Но теперь ожил, признался,
   Что все встречи на пути
   Были просто миражи.
   Что с их помощью она
   Проверяла молодца.
   И что с честью он прошел
   Этот путь, и тем нашел
   Свое счастье здесь и то,
   Что другие уж давно
   Ищут в муках вновь и вновь:
   Он нашел её любовь!
   Ваня рад, и под венец
   Уж собрался молодец,
   И невеста тоже хочет
   Да секундочку лишь просит
   Подождать, пока она
   Принарядится в шелка,
   И ещё она просила,
   Как от Вани отходила,
   Чтоб он много не бродил
   Да к двери не подходил,
   Что железом вся обита
   Да за кустиками скрыта.
   Что ж, секунда пролетела,
   И Иван довольно смело
   Стал бродить и тут, и там,
   Да все ближе к тем кустам,
   Где зачем-то дверь укрыта
   Да железом вся обита,
   А невесты нет и нет...
   Ну и в чем же тут секрет?
   И его ведь не узнать.
   Если дверь не открывать...
   А невеста не спешит.
   Ну, да пусть потом простит!
   И Иван засов двери
   Потянул по счету: три!
   Да и тут же с ног упал.
   Ой да кто же, братцы, знал,
   Что за дверью в темноте
   Сам Кощей сидел в норе?
   Его девица-краса
   Там запрятала не зря -
   Он её хотел женой
   Сделать силой. Он такой!
   Да немного просчитался
   И в норе той оказался.
   Но теперь всё позади.
   Ну-ка, прочь все! отойди!
   И бессмертный тот Кощей,
   Что злодеев всех был злей,
   Всё, что мог, перевернул,
   Поломал, в дугу согнул
   И, схватив потом девицу,
   Словно зверя, словно птицу,
   Сгинул с нею без следа.
   Эх, Иван, а ведь она
   Тебя только полюбила
   И про дверь ведь говорила...
   А Иван лежал, лежал,
   Пока кто-то не позвал:
   "Ах, мой друг и мой спаситель,
   Ты ещё не неба житель.
   Почему же ты молчишь
   И в траве весь день лежишь?
   Объясни же мне причины
   Своей грусти и кручины".
   Тут он взгляд свой поднимает,
   Видит птицу, объясняет:
   Что унес старик Кощей
   Очень просто- без затей
   В свое царство нынче ту,
   Что ему здесь на лугу
   Согласилась стать женой
   Самой близкой и родной,
   Самой доброй и красивой,
   Самой ласковой и милой.
   Но Кощей разрушил всё.
   И к тому же он ещё
   Не боится ни меча,
   Ни стрелы, ни топора,
   Потому как смерть его
   Гдe-то очень далеко.
   Эх, ему б её сыскать!
   А уж там бы он намять
   Смог бы злыдню без труда
   Рёбра все и все бока.
   "Ах, мой друг и мой спаситель,
   Ты ещё не неба житель,
   А уже затеял то,
   Что, поверь мне, не умно.
   Ведь собрался ты туда,
   Где живые никогда
   По дорожкам не ходили
   И во сне даже не были.
   Ну да вижу: все слова
   Ой напрасны для тебя.
   Потому бери перо
   И иди за ним, оно
   Приведет тебя туда,
   Где нехожена тропа.
   Там увидишь в поле дуб,
   А на дубе том сундук.
   В нем и спит который год
   Смерть Кощея без забот,
   Потому как этот дуб
   Днем и ночью стерегут
   Шестиглавые драконы,
   Тигры, львы и носороги".
   Так сказав, крылом махала
   И перо к земле роняла
   Птица с дальней высоты
   "Ну же, молодец, лови!"
   И Иван наш удалой.
   Как в решающий все бой,
   Побежал за тем пером.
   Ну а мы, друзья, пойдем
   С вами в сторону другую.
   Ну, кто скажет мне в какую?
   Там в ущельях ветер свищет,
   И голодный волк там рыщет,
   Там край света и сейчас
   Там Кощей в сто первый раз
   Просит девицу-красу
   Стать послушной и к венцу
   С ним пойти, не то опять
   Он её будет пугать.
   Пауками да жуками,
   Да летучими мышами.
   А невольницы ответ
   Лишь один, короткий: "Нет!"
   "Ах, нельзя так поступать.
   Старших надо уважать.
   Я ж тебя озолочу,
   Как царевну наряжу".
   А она опять своё:
   "Мне не нужно твоего.
   Лучше в бедности да с милым.
   Чем в богатстве да с постылым".
   Злится, сердится Кощей
   И, чтоб стала поумней,
   Эту дерзкую девицу
   Тут же садит он в темницу.
   Сам же сел на бугорок.
   Солнце в небе, ветерок...
   Так бы жить себе и жить,
   Ни о чем бы не тужить...
   Да явился вдруг Иван,
   Хотя вовсе был не зван.
   Да, в придачу ко всему,
   Стал дерзить ведь самому
   Он Бессмертному Кощею.
   Говорит, не пожалею
   Тебя, Старый, если ты
   Не вернешь по счету: "три!"
   Моей девицы-красы,
   Моей будущей жены.
   Рассмеялся тут Кощей:
   "А я думал - ты умней.
   Ну да ладно, признаю
   Я ошибочку свою".
   А Иван: "Ты не спеши.
   Лучше это посмотри,
   Злой и вредный старичок.
   И толкает сундучок
   Из-за кустика к бугру.
   Смотрит злыдень: ну и ну!
   А сундук-то не простой...
   Он, конечно, не большой,
   Но ведь спит который год
   Его смерть в нем без забот.
   Ну, да раз такое дело,
   То Кощей весьма умело
   Тут же весь переменился
   И к Ивану обратился
   С предложением дружить.
   Тот не хочет. Как же быть?
   Неужели же погубит,
   Не простит, не приголубит
   Добрый юноша больного,
   Жалкого, почти слепого
   Старичка преклонных лет?
   "Ладно уж, - Иван в ответ
   Лишь махнул рукой, - живи!
   Но меня больше не зли".
   "Ах, не буду". И Кощей
   Улыбнулся до ушей
   И уже было хотел
   Взять сундук, да не сумел -
   Не дает его Иван,
   Не дает ведь ни на грамм;
   От того перекосился
   Кощей злобно да и скрылся.
   А к Ивану выбегала,
   Обнимала, целовала
   Та, что сердцу молодца
   Так любима, так нужна.
   И с небесной высоты
   На них падали цветы.
   И кружилась да при этом
   Птица дивная с приветом
   От сородичей лесных
   И от деточек своих.
   Дай же бог, чтоб и у нас
   В жизни был подобный час!
  
   2004 г.
  
   СКАЗКА ОБ ОЗОРНОМ ИВАНЕ
  
   Как в лесочке за рекой
   Рядом с Бабою Ягой
   Жил да был один Кощей.
   Он не жаловал людей,
   Но зато любил цветы
   Больше хлеба и воды.
   А однажды в этот лес,
   Полный всяческих чудес,
   Вышел, сам не зная как,
   Не царевич, не казак,
   А Ванюша молодой
   Из деревни под горой.
   И вот лесом он гуляет,
   Птичек слушает, мечтает...
   Гдядь, среди густой травы
   Хоровод ведут цветы.
   А один так и сияет.
   Так Ванюше и кивает:
   Дескать, молодец, сорви
   Да на память забери.
   Ах, да как тут устоять
   Да цветочку отказать?
   И Иван его срывает,
   А потом опять гуляет
   По тропиночкам лесным
   Да по кочкам моховым.
   И выходит на опушку.
   Видит там Иван избушку
   На куриных на ногах
   И бабуленьку в лаптях,
   Что, качая длинный нос,
   Задает ему вопрос:
   "Ой, да кто ж это такой,
   Молодой да озорной
   Вдруг забрел в наши края?
   Ой, давненько что-то я
   Молодцов здесь не встречала,
   Я уж было заскучала..."
   Ваня старших уважает,
   Тотчас ей он объясняет,
   Как зовут его и что
   В лес запретный привело.
   "Ах, Ванюша, дорогой, -
   Говорит Яга с тоской, -
   Чую, близится беда,
   Ведь идет Кощей сюда.
   А людей он ведь не любит,
   И тебя он враз погубит.
   Ну да ладно, я тебе
   Помогу в твоей беде.
   Вспоминай добром старушку.
   Полезай скорей в избушку".
   Только Ваня там укрылся,
   Как Кощей вдруг объявился.
   Крутит лысой головой,
   А от гнева сам не свой:
   "Где он, этот лиходей?
   Дайте ж мне его скорей!
   Он цветочек мой сорвал,
   Он мне в душу наплевал!
   Всё равно его найду!
   Всё равно ведь погублю!"
   А Яга ему в ответ:
   "Ах, все правда, мой сосед,
   Но обидчик этот твой
   Очень, очень молодой,
   И цветочек, так и знай,
   Он срывал ведь невзначай.
   Потому скажу как другу:
   Окажи ты мне услугу,
   Разреши, чтоб молодца
   В сыновья забрала я.
   А то мне уж триста лет,
   А детей все нет и нет".
   И тут слезы у Яги
   Побежали, как ручьи.
   И бегут они, бегут
   По лужайке прямо в пруд.
   Да, бывает что слеза
   Бьет почище топора.
   Топнул ножкою Кощей
   Раз, другой ещё сильней
   Да, махнув потом рукой,
   Убежал к себе домой.
   Дескать, все свои дела
   Делай, бабка, без меня.
   Ну а та тому и рада.
   "Выходи, - зовет Ивана, -
   Будешь жить теперь со мной,
   Мой сыночек дорогой.
   А, чтоб было веселей,
   Я сварю кастрюльку щей.
   Ты же тут пока побудь
   Да смотри, Вань, не забудь,
   Что цветы нам рвать нельзя,
   Да и в том будет беда,
   Если глянешь за забор
   Ты к соседу словно вор".
   И пошла в избу варить,
   Чтоб сыночку угодить,
   Щи с капустою Яга.
   Ну а Ваня неспеша
   На пенечке посидел,
   Птичек в небе посмотрел,
   Походил вокруг пруда,
   Где соленая вода
   И бочком, бочком, бочком
   Побежал наш друг потом
   Да к соседу под забор,
   Словно нехристь, словно вор.
   Да, всегда сладки, увы,
   Нам запретные плоды...
   А забор- то невысок.
   Чуть подпрыгнул паренек
   Да и дух остановил,
   Да и падает без сил.
   "Щи готовы, все к столу!"
   Кличет бабушка ему.
   А Ванюши нет и нет,
   И молчанье лишь в ответ.
   Подозрением полна,
   Под забор идет Яга.
   Так и есть! Упав в бурьян,
   Там пластом лежит Иван.
   "Что с тобой, сыночек мой?"
   А Ванюша лишь рукой
   Машет в сторону забора,
   Словно крылышком ворона,
   И горят его глаза,
   Как два ярких уголька.
   "Так и есть, - Яга вздыхает, -
   Парень девку вспоминает,
   Что увидел во дворе.
   Ой, да быть теперь беде!
   Ведь та девица-краса
   Вся характером в отца.
   А отец её - Кощей.
   Нет, теперь нам не до щей...
   Тут и Ваня оклемался.
   Речь вернулась, он признался,
   Как навечно, страстно он
   В красну-девицу влюблен,
   Что гуляла во дворе
   За забором в уголке.
   Без неё ему не жить.
   Ах, да как же теперь быть?
   Думы думали, гадали,
   Варианты разбирали.
   Но везде один конец:
   Надо срочно под венец.
   И для этого они
   Сватать девицу пошли
   В дом сварливого Кощея
   По пути себя жалея.
   Вот пришли они. Стучат.
   Петли ржавые скрипят,
   Открывая им ворота.
   Ну, сейчас будет работа...
   И Яга зайти спешит
   И Кощею говорит:
   "Выдавай же дочь свою
   В жены Ване моему.
   Он, хотя и молодой,
   Но веселый, озорной".
   Тот, конечно, удивился,
   На Ивана покосился,
   Еле грубость удержал,
   Слишком ласково сказал:
   "Что ж, не против. Всей душой
   Верю, что он озорной.
   Но, чтоб в жены дочь отдать,
   Должен я ведь испытать
   Для начала жениха
   На предмет его ума.
   У меня такой наказ:
   Пусть сейчас в мой медный таз
   Наберет он решетом
   Из реки воды бегом.
   Если справится за час,
   Значит годен он для нас.
   Если ж нет, тогда прощай,
   Без любимой помирай!"
   Выбор, право, не большой.
   И Иван, схватив рукой
   Решето, бежит к реке.
   А Кощей же в дом к себе
   Удалился на часок.
   Да, затейливый урок
   Он придумал, ведь вода
   Утечет из решета
   В любом случае, и мы
   Знать про это все должны.
   А вот Ванечка не знает.
   Он бежит, он набирает
   В речке воду решетом
   И скорей назад, бегом.
   Но,увы; заветный таз
   Без воды и в этот раз
   Остается. "Ой, беда! -
   Ваня думает тогда
   И у бабушки Яги
Тихо просит: "Помоги,
   Да не дай погибнуть мне
   С решетом пустым в руке".
   Ох и хитрым был Кощей,
   Но Яги он не умней.
   Тесто бабка замесила
   И Ивану предложила:
   "Вот, замажь им решето,
   Чтобы больше не текло.
   Да водичку из реки
   В медный таз скорей неси".
   Час прошел. Кощей, зевая,
   В двор выходит, предвкушая
   Видеть таз пустой и рядом
   Бабу старую с Иваном.
   Что ж, стоят они, стоят...
   Только что-то не дрожат.
   Только что-то слез не льют...
   И Кощей заметил тут,
   Как в тазу блестит вода
   От веселого луча.
   "Неужели? Решетом?
   Что-то верится с трудом..".
   А Яга кивает: "Да,
   Этим способом вода
   До краев налита в таз.
   Так что, старый, в этот раз
   Ясно всем: пора настала
   Дочку выдать за Ивана".
   Ну, да раз такой расклад,
   То Кощей, хотя не рад,
   Тотчас доченьку зовет
   Да за Ваню отдает
   Жить, согласно уговору,
   Без напрасного всем спора.
   Дни летели. Молодые
   Жили так, как все другие:
   Также ночки ночевали,
   Также солнышко встречали.
   Но однажды зятя в дом
   Звал Кощей и там потом
   Говорил ему про то,
   Что давно зовут его
   В путь служебные дела.
   Да вот боязно слегка
   Ключ в дороге потерять,
   Потому решил отдать
   Он заветный ключ Ивану
   Под надежную охрану.
   "Береги его, зятек.
   Ведь им старый сундучок
   Открывается, а там
   Лежит то, что я, друг, дам
   Своей дочке в нужный час,
   Но смотри, Иван, всех нас
   Ждет великая беда,
   Если тайну сундука
   Ты раскроешь раньше срока".
   А затем через ворота
   Да тропинкой в черный лес
   Кощей вышел и исчез.
   Ну а Ваня, ключик взяв,
   И при этом важным став,
   На пенечке посидел.
   Птичек в небе посмотрел,
   Походил вокруг пруда,
   Где соленая вода,
   И бочком, бочком, бочком
   Побежал наш друг потом
   Прямым ходом к сундуку,
   В доме что стоял, в углу.
   Да, всегда сладки, увы.
   Нам запретные плоды.
   Ну а пыльный сундучок
   Будто просит: эй, дружок,
   Поскорей меня открой,
   Я ведь старый, я больной.
   Ах, да как тут устоять?
   Как такому отказать?
   Вот Ванюша и открыл.
   Да всё тут же и забыл,
   Ведь лежала в сундучке
   Шаль волшебная на дне.
   Красотой так и сияла,
   Радость к сердцу так и звала.
   "Эй, жена, сюда иди
   Да со мною посмотри
   Шаль небесной красоты, -
   Кличет Ваня, - где же ты?"
   "Да иду, иду" - жена
   Подошла и наклонилась
   К сундучку да и забылась.
   Глаз не может оторвать,
   Хочет Ване лишь сказать:
   "Ах, Ванюша, дорогой,
   Ты скорей же мне накрой
   Этой шалью два плеча,
   Если любишь ты меня".
   Ну а тот тому и рад.
   Для него других наград
   И не надо, кроме той.
   Что уже дана судьбой.
   Плечи он накрыть спешит
   Да при этом говорит:
   "Ты ж люби, люби меня
   Так, как я люблю тебя".
   А жена ой молодая,
   Перед зеркалом играя,
   Закрутилась, как юла:
   "Ай, да как же хороша, -
   Говорит, - и шаль, и я
   Тоже, кстати, не дурна.
   Да, сомненья позади -
   Краше нас нельзя найти
   В целом мире никого.
   Только жаль, что суждено
   Мне женой быть мужика
   Без особого ума,
   Деревенского, простого,
   Одним словом - никакого.
   Эх, имей бы крылья я,
   Улетела б навсегда
   Птицей в призрачную даль
   Тут она взмахнула шаль
   Над собой и... полетела,
   Ведь та шаль в себе имела
   Силу дивную, о чем
   Мы сейчас и узнаем.
   Кружит птицею жена,
   А Иван ей вслед: "Куда
   Ты собралась улетать?
   И нельзя ли подождать,
   Пока папа не вернется?"
   "Нет нельзя", - жена смеётся
   И, махнув цветным крылом,
   Говорит ему потом,
   Что летит она туда,
   Где Кудыкина гора.
   Где свистит ночной порой
   Рак в свисток волшебный свой,
   Где Макар телят гоняет
   Да частушки распевает
   Старым девам под гармонь
   Про несчастную любовь.
   "Да, плохи мои дела, -
   Ваня думает тогда, -
   И зачем сундук открыл?
   Я сейчас бы жил и жил
   У пенечка без хлопот
   Да на печке без забот.
   Ну, да что о том тужить,
   Что нельзя уж возвратить.
   Да не буду и гадать,
   Где мне счастье отыскать,
   Без которого не жить.
   Знаю, знаю, как мне быть..."
   И спешит он тут туда,
   Где Кудыкина гора,
   Где Макар телят гоняет
   Да частушки распевает.
   Где и как ходил Иван,
   Знает лишь седой туман,
   Да метель, да с ветром дождь,
   Что хлестал его всю ночь.
   Труден, труден путь туда,
   Где Кудыкина гора.
   И, чтоб вас не утомлять,
   Сказку будем продолжать
   Мы с того, как молодец
   Вышел к цели наконец.
   Вот гора, а вот телята,
   Словно малые ребята,
   За Макаром вслед бегут
   И частушки с ним поют.
   А чуть дальше под сосной
   Виден терем весь резной.
   В теремке сидит же та,
   Что Ивану и мила,
   И любима всей душой.
   Ваня к ней. "А ну-ка, стой! -
   Говорит ему она, -
   Я тебе тут не жена.
   Я другая ведь теперь,
   И тебе закрыта дверь.
   А коль хочешь ты опять
   Меня в жены, Ваня, взять,
   То попробуй, заслужи
   Это снова, милый, ты,
   Он согласен, он кивает,
   А зазноба продолжает:
   "Вот, возьми сейчас ведро
   И наполни мне его
   Не песком, и не камнями,
   А солеными слезами.
   Покажи, как ты скучаешь
   Без меня и как страдаешь.
   Ну, а если через час
   Ты не выполнишь заказ,
   То навек, Иван, прощай
   Да меня не вспоминай."
   И исчез в окне с резьбой
   Образ дивный и чудной.
   А Иван ведро берет
   Да вздыхает, но не льёт
   Слез ни капельки туда.
   Эх, была бы здесь Яга!
   А Иван ведь не такой -
   Он веселый, озорной,
   Плакать с детства не умеет
   Да теперь вот и жалеет,
   Но не долго, ведь была
   И у Вани голова.
   Он к Макару подбегает,
   Что телят вблизи гоняет,
   Да и просит соль взаймы:
   Дескать, надо, хоть умри.
   А Макар наш не скупой -
   Тут же соль своей рукой
   Сыпет Ване он в ведро.
   Ну а тот туда ещё
   Родниковой льёт воды,
   Помешал минуты три,
   А затем да и понес
   Он ведерко ложных слез
   Под окно своей жены,
   "Эй, красотка, выходи!
   Ваня весело кричит
   Да стучит в окно, стучит
   Тут она и выбегала,
   Из ведерка отпивала
   И кривилась - солона,
   Ой у Ванечки слеза.
   Затем губки вытирала,
   Целовать их разрешала,
   Да на том ведь и ушли
   Они вместе с той горы,
   Где Макар телят гоняет
   Да частушки распевает
   Днём и ночью под гармонь
   Про завечную любовь.
  
   2004 г.
  
   СКАЗКА О ГЛУПОМ ДРАКОНЕ
  
   В деревеньке да в одной
   Жили-были брат с сестрой.
   Без родителей, одни
   Жили-были, как могли:
   Старший брат работал в поле,
   И в саду, и в огороде.
   Ну а Машенька вела
   Все домашние дела.
   Вот однажды на заре
   Сообщает брат сестре,
   Что пойдет работать он
   Нынче в дальнем поле, в том,
   Что за лесом у реки.
   Просит он: ты принеси
   Мне, сестреночка, туда,
   Если сможешь, молока.
   И лепешек свежих ты
   На обед мне принеси.
   "Милый братик, принесу,-
   Говорит сестра ему,-
   На обед я молока.
   Но найти мне как тебя?
   Ведь на поле у реки
   Мне неведомы пути".
   Брат тогда клубок берет,
   Говорит, что с ним пойдет,
   Оставляя за собой
   След из ниточки цветной.
   А по нитке из клубка
   Ведь легко найдет она
   Лес и поле за холмом,
   Где работать будет он.
   Брат ушел. Заря горит.
   След затейливый бежит
   За деревню в лес, к реке
   Красной ниточкой в траве.
   Все спокойно. Да потом
   Вышел к тем местам дракон,
   Что недавно в лес явился
   Да в лесу и поселился.
   Вышел, яблоки жует.
   Прямо с ветками он в рот
   Их бросает неспеша.
   Ведь спешить с едой нельзя,
   Если хочешь быть драконом
   Очень сильным и здоровым.
   Так учила ещё мать,
   А мать надо уважать!
   Вдруг среди густой травы
   Видит чьи-то он следы
   И затейливую нить...
   "И к чему бы ей тут быть? -
   Рассуждает тот дракон,
   Как всегда с большим трудом.-
   Нет, наверно, неспроста
   Тут проложена она...
   Но и я ведь не простой,
   Я ведь страшный! я большой!
   Я вот спрячусь за кустом,
   Посижу там, а потом
   Как увижу! как узнаю!
   Я ведь тайны обожаю".
   И дракон за куст ползет,
   Притаился там и ждет.
   А над хитрой головой
   Только купол голубой,
   Да лишь ветер иногда
   Гонит стайкой облака.
   А по лесу вниз к реке
   След затейливый в траве
   Красной ниточкой лежит,
   Девочка по ней спешит
   К брату старшему с едой
   Да вдруг слышит: "А ну стой!
   Ты куда это одна
   Тут идешь мимо меня?
   Отвечай! ведь я дракон,
   Мое слово всем закон!"
   "Ах, простите, если вас
   Разбудила я сейчас, -
   Говорит ему она
   В блюдцем круглые глаза, -
   А иду я потому,
   Что обед с собой несу
   Брату старшему туда,
   Где он ждет давно меня."
   "Так, так, так, - дракон кивает,
   А затем и продолжает, -
   Это очень хорошо!
   Но сказать хочу ещё
   Кое-что я по секрету,
   Но доверить тайну эту
   Я могу лишь у куста.
   Подойди же ты сюда".
   Что ж, она идет к нему
   Да, как видно, на беду.
   Ведь дракон её хватает
   Да затем и обещает,
   Что ей воли не видать,
   Но зато все убирать
   В его логове и мыть,
   Шить, вязать, топить, варитъ
   Ей отныне суждено.
   И, чтоб было не смешно,
   Да при этом да при всем
   По земле он бьет хвостом,
   И горят его глаза,
   Как два красных фонаря.
   Время к вечеру стремилось,
   Солнце яркое садилось.
   Брат сестру уже не ждет,
   А по ниточке идет
   Он обратною дорогой
   Да с понятною тревогой:
   Почему ж это сестра
   В поле вдруг не подошла?
   Страшно брату за неё:
   Ох, не вышло бы чего!
   Вдруг в сторонке паренек
   Замечает узелок.
   В нем - лепешки, молоко
   Да к тому же он еще
   Видит зоркими глазами,
   Что истоптана следами
   Вся поляна у куста.
   "Вот и новая беда
   Привалила не спросясь
   Разрешения у нас, -
   Брат задумался, следы
   Для него были новы. -
   Да,скорей всего, дракон
   Побывал здесь. Это он
   Тут на днях ведь объявился
   И без спроса поселился.
   А теперь вот и сестру
   Увел злыдень в леса мглу.
   А, раз так, не буду ждать -
   Буду Машеньку спасать!"
   И забрав с собой клубок,
   Их следами паренек
   Тотчас лесом заспешил,
   Как лишь мог по мере сил.
   А на неба черный свод
   Вышли звезда в хоровод,
   Из-за гор луну позвали
   И до утренней зари
   Разговоры с ней вели.
   Но заря их прочь прогнала:
   "Что вам, право, ночи мало?
   Уходите, день идет".
   Ой, и правда! Хоровод
   Золотистых звезд угас.
   День пришёл, и вот он нас
   Снова в круг всех собирает
   Да и сказку продолжает...
   Раньше в логово дракона
   Залетала лишь ворона -
   Грязь была там ещё та...
   Но сейчас оно, друзья,
   Стало лучше не бывать.
   В чем причина? подсказать?
   А все дело в том, что наша
   Поработала тут Маша:
   Всё помыла, прибрала.
   Ох и умница она!
   А дракона не унять.
   Чисто все, так он опять:
   "Ой, хочу, - кричит, - хочу
   Поиграть с тобой в игру!
   Колокольчик вот возьми
   Да звени же им, звени.
   Ну а я буду тебя
   Тут ловить, закрыв глаза,
   Как поймаю - в уголок
   Станет Маша на часок.
   Если ж нет - опять она
   Будет мыть все допоздна.
   Ну, давай же, не ленись
   Ну, давай же, развлекись!"
   Ох, как Маша не хотела...
   Но что делать?3азвенела
   Колокольчиком она.
   Да, судьба к ней не права...
   Колокольчик же звенит,
   А дракон бежит, бежит,
   Да схватил, да в уголок
   Злыдень Машу поволок.
   А уж как собою рад!
   Словно скушал рафинад,
   Гляньте все, мол, на меня -
   Ах, какой же ловкий я!
   Только девочка в другую
   Смотрит сторону. В какую?
   Да, конечно, в ту, где к ней
   Брат подходит поскорей.
   Видит парня и дракон.
   Ох и сердится же он!
   "Уж не хочешь ли сестру
   Ты забрать, - рычит, - свою?"
   "Ой, да что вы, мой дракон, -
   Брат вступает в разговор, -
   Я по лесу лишь хожу
   Да покрепче дуб ищу."
   "Я не понял, паренек,
   А зачем тебе дубок?"
   "А к нему я привяжусь
   Да тем самым и спасусь, -
   Парень змею объясняет,
   А затем и добавляет, -
   В скором времени земля
   Кувыркнуться ведь должна.
   И тогда под крики "ой!"
   Полетят вниз головой
   С неё все, кроме того,
   Кто себе давным-давно
   Дуб надежный выбирает
   Да сейчас и примотает
   К нему скоренько себя
   Нитью крепкой из клубка".
   "Нет, постой! Я не согласный! -
   Зашипел дракон ужасный. -
   Жизнь прекрасна и чудна,
   Потому давай меня
   Лучше к дубу, друг, вяжи
   Крепкой нитью. Ну, спеши!"
   "Ах, как скажете, дракон".
   И пошел своим клубком
   Парень к дереву вязать
   "Друга" нового, раз пять
   Обежал вокруг него,
   А потом ещё, ещё...
   Пока полностью клубок
   Не смотал наш паренек.
   Вот и все. Дракон лихой
   Вертит только головой,
   Да и то едва-едва
   Он туда ей и сюда.
   Ну а брат над ним с сестрой
   Посмеялись, и - домой!
   А чему они смеялись,
   Вы, конечно, догадались.
   Догадался и дракон
   Через час с большим трудом:
   " Обманули! И кого?
   И совсем да не смешно!"
   К его счастью, той порой
   Пролетала за водой
   На своей метле Яга
   Мимо старого дружка.
   Подлетела, удивилась
   Чуть на землю не свалилась
   Любопытная Яга:
   "Что за странная игра
   У тебя, дракоша, тут?
   Ног не вижу я и рук..."
   А тот просит: "Развяжи
   Без вопросов лишних ты.
   Объясню и расскажу
   Я потом все на ходу".
   Ну она и развязала,
   Да опять запричитала:
   "Почему да почему?"
   Будто дятел по бревну!
   А дракон так и кипит,
   Ещё миг, и вот летит
   Вихрем злобным он с Ягой
   Вслед за парочкою той,
   Что ему теперь была
   Хуже яда в два ведра.
   Дa ведь вскоре и догнали,
   Налетели,напугали,
   Смерть пророчат беглецам...
   "Что ж, кто сильный, тот и прав,
   Согласился брат сестры, -
   А раз так, принять должны
   Все как есть мы без обид.
   Но, позвольте, - говорит, -
   В свой последний час узнать
   То, что не дает мне спать
   По ночам уже давно.
   А вопрос мой про яйцо
   И про курицу. Так вот,
   Подскажите, кто вперед
   Появился в мире этом
   От всевышнего с приветом ?
   Курица или яйцо?
   Ну, так кто же из них, кто?"
   " Ха! - сказал дракон большой, -
   Твой вопрос совсем простой,
   Ведь вначале, как всегда,
   Первой курица была".
   "Нет, нет, нет! друг, не скажи, -
   Иной вывод у Яги, -
   Появиться ведь могла
   Курочка лишь из яйца.
   Значит, как ты не шуми,
   А яйцо, друг, впереди."
   "Ха, ха, ха! Так что ж, яйцо
   Вдруг само себя снесло?"
   И дракон, сказав такое,
   Уважать себя стал вдвое.
   А Яга опять свое,
   И поехало, пошло...
   Заругались, зашумели -
   Это ведь они умели!
   Ну а брат на то с сестрой
   Засмеялись и - домой!
   А чему они смеялись,
   Вы, конечно, догадались.
   Догадался и дракон
   Через час с большим трудом
   Да своею головой
   Вместе с Бабою Ягой:
   Обманули! и кого?
   И совсем да не смешно!
   "Ничего, - дракон рычит, -
   Далеко не убежит
   Брат с сестричкою от нас,
   Несмотря на поздний час!"
   "Нет, нет, нет! - Яга сказала. -
   Я согласья не давала,
   Чтоб погоню продолжать.
   Ведь парнишка, так сказать,
   Слишком ум большой имеет,
   Потому не одолеет
   Его сила никакая:"
   И, сказав, Яга лихая
   На метлу тотчас же села
   Да и напрочь улетела,
   А дракона не унять.
   Ещё миг, и он опять
   Вихрем с места подхватился,
   Подхватился да и смылся
   Чуть заметною тропой
   Вслед за парочкою той,
   Что ему теперь была
   Хуже яда в три ведра.
   "Ничего, - шипел дракон, -
   Справлюсь я и с пареньком
   И с его умом большим.
   Я дракон ведь, а не дым!
   Догоню! Ой, догоню!
   Как букашек раздавлю!"
   Да и вправду ведь догнал,
   "Эй, стоятъ! - им закричал, -
   Ну-ка, парень молодой,
   Покажи-ка ты мне свой
   Знаменитый ум. Яга
   Говорит, что у тебя
   Он в количестве большом.
   Ну, так где же? где же он?"
   "Где мой ум, вы говорите?
   Понимаю...Ах,простите,
   Господин дракон, меня,
   Но его сегодня я
   Дома в спешке позабыл, -
   Говоря так, очень мил
   Был с драконом паренек...-
   Но вы дайте только срок
   И его с сестренкой я
   Принесу для вас сюда".
   "Что ж, согласен, паренек -
   Получай на это срок.
   Но смотри же, но смотри
   Без ума не приходи!" -
   Зарычал ему дракон.
   "Ваше слово нам закон", -
   Засмеялись брат с сестрой,
   Развернулись и - домой!
   А чему они смеялись,
   Вы, конечно, догадались.
   Но дракону мы не скажем.
   Даже вида не покажем,
   Верно ведь, мои друзья?
   А раз так, то сказка вся.
  
   2004 г.
  
   СКАЗКА О КАПРИЗНОЙ ЦАРЕВНЕ
  
   Однажды в царстве за холмом,
   В году не помню уж каком,
   Была жара. И дочь царя
   От той жары туда-сюда
   Ходила с зонтиком своим
   Красивым! Новым! Голубым!
   А всем, как будто, все равно,
   Что ей, бедняжке, тяжело
   От той жары даже в тени.
   "Да как они это могли?
   Ах, что за люди, боже мой! -
   Царевна думает с тоской. -
   Ах, надо папе подсказать,
   Что всех их надо наказать.
   Но это я скажу ему
   Когда чуть-чуть передохну,
   Когда отведаю я то,
   О чем мечтаю уж давно". -
   Решила так царёва дочь
   И ножкой топнула точь-в-точь,
   Как это делал папа-царь,
   Когда хотел отправить в даль,
   За горизонт скорей того,
   Кто чем-то рассердил его
   "Дуняша! Где же ты? А-у"
   Служанку позвала свою
   Затем царевна в царский сад,
   Где рос заморский виноград
   Среди деревьев тут и там
   И где шумел водой фонтан.
   О чем? Увы, нам не понять.
   Не всё, не всё дано нам знать,
   Дуняша тотчас прибежала.
   "Чего изволите?" - сказала.
   А туфелька опять стучит,
   А дочка царская ворчит:
   "Чего, чего. В жару такую
   Я о мороженом тоскую.
   И ты, Дуняша, знать про это
   Обязана сама все лето".
   "Уже бегу!" - Сказала та
   И в миг исчезла, как стрела.
   "Вот то-то же! Всё всем скажи,
   Да всех учи, учи, учи..." -
   Ворчать царевна продолжала,
   Да Дуня тут её прервала:
   "Вот, получите свой продукт
   В тарелочке из наших рук".
   И подает она ей то,
   Что белоснежно, что свежо,
   Что тает сладостью во рту
   Мгновенно в сильную жару.
   Да, впрочем, мне ли объяснять?
   Ведь детям это лучше знать.
   Царевна быстренько берет
   Тарелочку, но задает
   Опять обиженно вопрос:
   "А где же мой любимый морс?
   Или, по твоему, должна
   Я пить водичку из ручья?"
   "Уже бегу!" - сказала Дуня
   И улетела в миг, как пуля.
   "Вот то-то же! Всё всем скажи,
   Да всех учи, учи, учи..." -
   Царевна вслед ей пробурчала.
   А ложка так и застучала
   О край тарелочки с каймой
   Понятно с целью ведь какой.
   Вдруг рядом ветка зашуршала,
   Царевна кушать перестала,
   Глядит и видит: старичок
   Стоит, не выше чем пенек,
   В лаптях, седой и с бородой.
   И кто же это он такой?
   А старичок смеется ей:
   "Да не пугайся, не робей,
   Голубушка, меня ты так -
   Не скорпион ведь я, не рак.
   А я обычный домовой,
   Хотя седой и с бородой,
   И на добро всегда добром
   Мне отвечать велит закон.
   Тебе же, хочешь, подарю
   Я в небе яркую звезду?
   Ты лишь отведать деду дай
   Того, что льется через край
   Твоей тарелочки с каймой".
   Закончил просьбой домовой.
   "Ха-ха, ха-ха! А ты, старик,
   Случайно разумом не сник? -
   Царевна вязью дивных слов
   Решила скрасить разговор. -
   Ишь ты, нашел чем обольщать-
   Звезду на небе предлагать.
   Да, если хочешь знать, то я
   Сама, как яркая звезда.
   Так что, гуляй в свой закуток,
   Не пообедав, старичок!"
   "Ах, вот вы как со стариками?" -
   И домовой в ответ глазами
   Своими часто замигал
   И тихо-тихо зашептал
   Чудное что-то. Раза три
   При этом слышалось "усни!"
   А остальное - не понять.
   И, странно, вскоре очень спать
   Царевна наша захотела
   Да тем же часом и сомлела.
   А домовой тарелку взял,
   Докушал всё, всё облизал
   И, похвалив деликатес,
   Довольный сделанным исчез.
   Куда? Рождается вопрос.
   Я бы сказал, но Дуня морс
   Уже торопится - несет
   И мне ответить не дает.
   "Ваше высочество, а-у!
   Не надо спать вам здесь в жару,
   Потом ведь лобик заболит", -
   Так Дуня нежно говорит
   Капризной доченьке царя,
   Что спит на травке, как дитя.
   "А-у! проснитесь!" Но, увы,
   Попытки разбудить тщетны.
   И понимает Дуня: ей
   Идти к царю нужно скорей,
   Который с грузом важных дел
   На троне во дворце сидел.
   Сходила Дуня, позвала.
   И вскоре в садик не одна
   Она к царевне возвратилась.
   И началось тут, закрутилось!
   Трясет и царь дочь за плечо,
   И все министры, да ещё
   Все воеводы и князья.
   Но все напрасно. Ой, зазря
   Они её лишь растрепали
   Да руку чуть не оторвали.
   В конце концов, устав будить,
   Царю смог кто-то предложить
   Призвать прямёхонько с поста
   На это дело казака.
   Пришел казак. Все чин по чину.
   И видит странную картину:
   Царева дочь на травке спит,
   А рядом царь с толпой стоит
   Князей,министров,воевод
   И этот доблестный народ
   Вдруг казаку дает приказ:
   "Немедленно! Здесь и сейчас!
   Царевну нашу разбудить!
   Не то, грозят, мы говорить
   С тобою будем по другому -
   Весьма жестокому закону".
   "Не понял я, тут хитрость в чем?" -
   Сказал казак и в раз: "Подъём!!!"
   Как закричит, что было сил.
   Ах, царь едва остался жив,
   И с ним министры и князья.
   А что ж царевна? Да... беда!
   Она лежит, как и лежала,
   И спит всё так же без изъяна.
   "Однако тут что-то не так", -
   Домыслил опыт свой казак,
   И просит батюшку-царя
   Ещё хотя бы два часа
   Ему на это дело дать
   И Дуню, чтобы помогать.
   Царь согласился и ушел
   Туда со свитою, где трон,
   Туда, где ждут царя дела.
   "Но только лишь на два часа.
   Ну а потом, ну а потом
   Другой здесь будет разговор!" -
   Напомнил кто-то казаку
   Угрозой злобной на ходу.
   Да ведь бы мог и промолчать,
   И без того казак скучать
   В садочке царском не хотел,
   А к Дуне сразу же подсел
   И предложил, чтобы она
   Последний час дочки царя
   Ему подробно описала.
   Ну, Дуня начала с начала:
   Дескать, пришла к царевне в сад,
   Затем бегом, бегом назад
   На кухню. И опять бегом
   С деликатесом и потом,
   Отдав тарелочку и то,
   Что в ней фарфоровой было,
   Царевне в руки у фонтана,
   Опять она ведь побежала
   На кухню через царский сад
   И с морсом скоренько назад.
   А-у! царевне говорит.
   А та и спит, и спит, и спит...
   А рядом, солнце отражая,
   Лежит тарелочка пустая.
   "Однако странные дела", -
   Казак задумался слегка
   И, взяв тарелку из травы,
   На ней пытается следы
   Найти любые. Ничего.
   Что подозрительней всего,
   "А ну-ка, - Дуне говорит, -
   Извольте снова положить
   В тарелку лакомый продукт.
   Да чтоб побольше было тут!"
   "Конечно, - Дуня закивала, -
   А может вам ещё и сала
   Для подкрепленья принести?
   Так я могу, мне лишь скажи."
   "Ах, Дуня-Дуня, вижу я,
   Что вы обычного ума.
   Несите то, что я сказал".
   И беспокойно зашагал
   Казак по травке взад-вперед.
   Зачем? Да кто ж его поймет!
   А вот и Дуня возвернулась.
   " Однако, быстро обернулась",
   Хвалит Дуняшу наш казак
   И, взяв тарелочку, он в сад
   Отправил девушку гулять,
   Чтоб не мешала, так сказать.
   А сам посудину с едой
   Холодной! вкусной! неземной!
   Поставил около куста
   И спрятался. Да ведь не зря.
   Часы сказали лишь "тик-тик",
   И у тарелочки возник
   Какой-то мелкий старичок,
   Не выше, чем в саду пенек,
   В лаптях, седой и с бородой.
   И вот он ложкой раз, другой...
   О край тарелки застучал.
   Казак его тут и поймал:
   "Ага, проказник озорной,
   Попался вместе с бородой!"
   А тот в ответ: "Ты что, казак,
   Сдурел совсем? Иль шутишь так?
   Я ведь обычный домовой,
   А не проказник озорной.
   И на добро всегда добром
   Мне отвечать велит закон".
   "Ну а с каких же ты причин
   Царевну нашу усыпил?"
   "Ах, вон ты что! - смеется дед. -
   Ну, этой шутке триста лет.
   Да сам ведь знаешь: дочь царя
   Капризна очень и груба.
   Вот оттого и спит сейчас
   За это все она у нас".
   "Оно все так, - сказал казак, -
   Царевну нашу жизнь никак
   Добру и жалости не учит.
   А ведь без них она получит
   Лишь злобу в сердце и тоску.
   Все это так, но попрошу
   Её я все же разбудить.
   Ведь я на службе и служить
   Я честно обещал царю,
   И я его не подведу".
   "Понятно, друг," - и домовой
   Кивнул седою головой,
   Глазами часто замигал,
   Губами что-то зашептал
   .И вскоре доченька царя
   Открыла ясные глаза,
   Но старичок уже пропал,
   Как будто здесь и не бывал.
   И лишь казак остался там,
   Где дочь царя и где Фонтан.
   Царевна между тем привстала
   И казака взгляд повстречала,
   Чему изрядно удивилась,
   А, удивившись, возмутилась
   Но мы, друзья, на этот раз
   Закроем уши, чтобы нас
   Волной словесною не сбило
   И под забор не укатило.
   На шум, возникший у фонтана,
   Сбежалась вся царя охрана.
   А вскоре он пришел и сам.
   Царевна же кричит все там,
   Кричит, не зная остановки.
   Словами поострей иголки.
   "Эге, - подумал царь-отец, -
   А ведь казак-то - молодец!
   Ишь, разбудил мою малютку
   И очень даже не на шутку.
   Ну, а раз так, то казаку
   Её я в жены предложу.
   А что? Идея неплоха..."
   И царь об этом казака
   Тотчас же взял и известил.
   Как говорится, одарил
   За всё про всё его сполна.
   Но что такое? Казака
   Похоже, это не прельщает.
   И он учтиво заявляет.
   Что, мол, служить и без наград
   Всегда Отечеству был рад.
   И, обогнув куст алых роз,
   С тем и ушел к себе на пост.
   А это значит, что и мы
   Закончить сказ этот должны.
   И только тем, кто скажет "мало!"
   Начнем читать мы все сначала
   Про то, как в царстве за холмом,
   В году не помню уж каком,
   Была жара...
  
   2004 г.
  
   СКАЗКА О КАЗАКЕ И КРЫЛАТОМ ДРАКОНЕ
  
   Как-то раз с войны большой
   Шел казак к себе домой.
   Шел, служивый, торопился,
   На привал не становился,
   Потому как побыстрей
   Он хотел обнять детей
   И жену, ведь много лет
   Без него они рассвет
   В стороне родной встречали
   И все ждали, ждали, ждали.
   Да вот только на пути,
   Где казак хотел пройти,
   Появилась вдруг из леса...
   Нет, не дивная принцесса,
   А старушка. И она
   Хворост медленно несла.
   Чуть пройдет, чуть постоит,
   Да тихонько говорит
   Да о том, как тяжело
   Хворост давит на плечо,
   Да о том, что старость -
   Далеко не радость.
   Шел служивый, торопился,
   А вот тут остановился.
   "Дайте, бабушка, я вам
   Помогу, ведь богом дан
   Был завет для казаков:
   Бить везде любых врагов,
   А всем старым помогать,
   Да детей не обижать."-
   И, сказав все это так,
   Целый день потом казак
   Хворост бабушке носил,
   Чистил двор, забор чинил.
   А когда ж прощаться стал,
   Долгих лет ей пожелал.
   Та не знает, как ей быть,
   Как и чем благодарить?
   Но потом все же она
   Молвит так ему с крыльца:
   "На Руси велит закон
   Отвечать всегда добром
   На добро. И вот желаю
   Я, казак, и заклинаю,
   Чтобы нынче сбылись бы
   Все желания твои
   Добрым людям в радость
   Да и нам не в тягость.
   А тем временем у нас
   Дальше движется рассказ.
   Мы поведаем теперь
   Как, открыв пошире дверь,
   Женихов царь приглашает
   Во дворец и обещает
   Поделиться царством с тем,
   Кто с принцессой будет смел,
   Кто сердечко ей пленит
   Да речами обольстит.
   Женихи враз набежали,
   Место в очередь заняли
   И пошли скорей туда,
   Где принцесса их ждала.
   Пляшут, песни ей поют,
   Но напрасно - дни идут,
   И растет, растет число
   Тех, кому не повезло.
   Тот- худой, другой- смешон,
   Ну а этот словно гном.
   Царь терпел, терпел, терпел,
   А потом и зашумел:
   "Да когда же, наконец,
   Ты пойдешь, дочь, под венец?!"
   А у той один ответ:
   "Нет же, папенька! ой, нет!
   Чем несчастной быть женой,
   Лучше смерть мне молодой.
   Пусть уж лучше с дальних мест
   Прилетит дракон и съест!"
   Только вымолвила это,
   Как раздался в небе где-то
   Крыльев шум, и жуткий вой
   Возвестил, что над землей
   Появился с дальних мест
   Тот, кто кушает невест.
   Вот он, сделав низкий круг,
   Опускается на луг,
   Да к принцессе змей ползет,
   Да хвостом о землю бьёт.
   Ах, та плачет и страдает
   Да отца и умоляет
   Защитить, спасти её.
   Царь бы рад, но ведь давно
   Всем известно: давши слово,
   Не ищи пути другого.
   Плачет дочка, плачет царь,
   Женихам всем тоже жаль.
   Вот кого лишь не понять,
   Но не будем уточнять,
   Потому как тут дракон,
   Плюнув пламенем на трон,
   И безумно хохоча,
   Сообщил: "3а дочь царя
   Может всякий ведь сразиться,
   Если смерти не боится".
   "Жду, - сказал он, - смельчака
   До обеда ровно я
   На пригорке у болота".
   И уполз через ворота
   С юной девицей злодей
   Улыбаясь до ушей.
   Женихов такое дело
   Сразу за сердце задело:
   Каждый, вспомнив, что его
   Ждут уже давным-давно
   Папа с мамой через час.
   Так что, мол, поймите нас:
   Мы б и рады бы сразиться,
   Но должны, увы, проститься
   С вами срочно, государь.
   Ах, как все-таки нам жаль.
   Тут они все прослезились
   Да и дружно удалились.
   Царь же, руки опустив,
   Стал от горя еле жив.
   Ладно, царь, но и министр,
   Что всегда был так речист,
   Но и тот в сей трудный час
   Как-то сник весь и угас.
   Ой, ну где же? где же те,
   Кто готов помочь в беде?
   Где они? А-у! А-у!
   Помогите же царю!
   "Что за шум здесь, господа?" -
   И, минуя ворота,
   Тут идет к ним по дорожке
   Некто в ношеной одёжке.
   "Ну и ну! Ты разве болен? -
   Царь министром недоволен. -
   Да как смел этот наглец
   К нам пробраться во дворец?
   Кто такой он? и зачем
   Тут мешает он нам всем?
   Из каких таких он мест?
   Допросите ж, наконец!"
   "Не волнуйтесь, царь, сейчас
   Всё расскажет он у нас".
   Тут министр да и начал,
   Незнакомцу закричав:
   "Эй, стоять, где и стоишь,
   Если жизнью дорожишь,
   Отвечай же без прикрас:
   Кто такой? смотри мне в глаз!
   Может ты злодей лихой
   И пришел к нам на разбой?
   Что ж, теперь все стало ясно -
   Я старался не напрасно,
   И молчишь ты потому,
   Что свою признал вину.
   Государь, вот и ответ:
   Он виновен, спора нет!"
   "Ишь ты, брешет словно пес, -
   Почесал казак свой нос.
   /А ведь это он к царю
   Завернул на крик "А-у"/ -
   Ладно уж, раз хочешь - лай,
   Только, братец, не кусай".
   И лишь так он пожелал,
   Как министр ответил: "Гав!
   Гав, наш царь. Гав-гав, правитель,
   Власть свою вы проявите.
   Знает весь подлунный мир:
   Царь наш мудр и справедлив.
   Гав-гав-гав! Казнить злодея!
   Гав-гав-гав, да не жалея!"
   Что ж, как видно не шутила
   Та, что утром проводила
   В путь лихого казака,
   Объявив ему с крыльца,
   Что желаньям всем его
   Нынче сбыться суждено.
   Царь же этого не знал,
   Потому он так сказал:
   "Ах, мой преданный министр,
   Ты всегда ведь был речист,
   Но сегодня речь твою
   Что-то, друг, я не пойму.
   Что ж, судьбою в наказанье,
   Буду сам вести дознанье, -
   И продолжил царь-отец,-
   Ну, скажи мне молодец,
   Кто такой ты? что и как?"
   Ну а тот; я, мол, казак.
   "Ты казак? А что ж молчал?
   Что же сразу не сказал?"
   "Я б сказал, да ваш министр,
   Сами знаете-- речист.
   В ходе речи-монолога
   Не дал вставить мне ни слова.
   За меня он все сказал.
   Я уж думал, что пропал,
   А царю такой ответ,
   Как надежды робкий свет.
   "Слушай, друг, ты верно смелый,
   Сильный, ловкий и умелый,
   И всегда готов стоять
   Там, где надо воевать?"
   "Ну, да в этом тайны нет" -
   Был немедленный ответ.
   А раз так, то царь умело
   Излагает свое дело:
   "Видишь ли, казак родной,
   Дочь увел дракон с собой
   На пригорок у болота
   Через задние ворота.
   Будь же ласков, помоги,
   Красну-девицу спаси!"
   "Ай-я-яй!Да почему
   Вы молчали про беду?
   Вам бы сразу мне сказать.
   Ну, бегу ж её спасать!
   И стрелой через ворота
   На пригорок у болота
   Полетел казак лихой,
   Чтоб вступить со змеем в бой.
   Ну а тот в траве лежал,
   Да обеда поджидал.
   Вдруг какой-то ветерок
   Сон Горыныча отвлек.
   Веки он приоткрывает
   Да тотчас и замечает
   У пригорка казака.
   Ну и славненько, пора
   Закусить бы, пожевать...
   Начинает змей мечтать.
   А казак летит стрелой:
   " Эй, смотри, смерть за тобой
   Со мной рядышком пришла,
   Протирай скорей глаза!
   Доставай-ка, Змей, свой меч,
   А не то с крылатых плеч
   Скатится твоя башка
   Без особого труда".
   "Ха-ха-ха! - дракон сказал, -
   Не об этом я мечтал.
   Нет, к чему мне рисковать
   Да бой трудный затевать.
   Лучше силой волшебства
   Я, казак, сгублю тебя".
   И змей быстро все проклятья
   Стал шептать и все заклятья.
   Тут, рукою сжав кинжал,
   Наш казак и пожелал,
   Чтобы чары волшебства
   Улетели навсегда
   От крылатого дракона
   Словно черная ворона.
   И лишь так он пожелал,
   Как дракон обычным стал.
   Шепчет змей, твердит слова,
   Чтобы сглазить казака,
   Но увы, ведь не шутила
   Та, что утром проводила
   В путь лихого казака,
   Объявив ему с крыльца,
   Что желаньям всем его
   Нынче сбыться суждено.
   Но дракон про то не знал,
   Потому шептал, шептал
   Он зловредные слова
   Может час, а может два,
   Да напрасно- казачок
   Лишь смеялся в кулачок.
   Видит змей: плохи дела.
   Чует: против казака
   Нынче будет смертный бой
   Только с силою простой.
   Ну, да что тут рассуждать,
   Когда надо воевать.
   И, как молния, клинки
   Засверкали и пошли
   Друг на друга зверь лесной
   Да казак, и вскоре бой
   Разыгрался не на шутку.
   Но прервемся на минутку
   И расскажем вам о том,
   Что случилось с женихом.
   Номер, кажется, восьмой,
   Очень хитрый и худой,
   Получив. как все, отказ,
   Шел подальше с царских глаз.
   Вдруг у самого болота
   Видит он - дерется кто-то
   Так, что пыль летит столбом,
   А чуть дальше, под кустом...
   Тут жених себя щипает.
   Так и есть! он замечает
   Под кусточком дочь царя,
   "А ведь это всё не зря. -
   Рассуждает сам с собой
   Женишок номер восьмой. -
   Царь наш батюшка богат
   И, конечно, будет рад
   Дочь обратно получить
   И при этом наградить
   Не забудет он того,
   Кто обрадует его.
   А вот радовать царя
   Буду, братцы, нынче я".
   И тут он перекрестился
   Да скорей туда пустился,
   Где царевна под кустом
   Слезы лила ручейком.
   Подбежал да заявил:
   "Вижу, белый свет не мил
   Ой, для доченьки царя,
   Но спасти могу ведь я.
   Да, тебе я помогу,
   Если скажешь ты отцу,
   Что дракона я убил,
   Я тебя освободил.
   Соглашайся, а не то
   Будет, ой, как тяжело
   Юной девушке, когда
   Ночь опустится сюда".
   Что ж, царевна с ним согласна.
   Жизнь, друзья, ведь так прекрасна!
   И, пока не кончен бой,
   Плут ведет её с собой
   От пригорка у болота
   Прямо в царские ворота.
   Вот уж виден и дворец.
   На крылечке царь-отец
   Неприкаянный скучает.
   Вдруг и он их замечает.
   Да как вскочит, закричит!
   Ну а дочь к нему бежит,
   Обнимает старика
   Да целует без конца.
   Царь от счастья слезы льёт,
   А потом к себе зовет
   Он того, кто дочку спас.
   "Ах, сынок, проси у нас
   Все, что в голову придет,
   Все, что глаз вокруг найдет.
   Ты дракона ведь убил.
   Ты всё это заслужил".
   Ну а тот тому и рад.
   Целый перечень наград
   Он готов уже сказать
   Да и ручкой указать.
   Когда, глядь, а от ворот
   Казак медленно идет.
   Подошел да сгоряча
   Пожелал, чтоб в два прыжка
   Улетел отсюда тот,
   Кто насчет дракона врет.
   И, как только пожелал,
   Хитрый малый вмиг пропал.
   Ведь нисколько не шутила
   Та, что утром объявила,
   Провожая казака
   В путь у ветхого крыльца,
   Что желаньям всем его
   Нынче сбыться суждено.
   Царь же дел всех тех не знает,
   Головой он лишь качает
   И лишь просит объяснить,
   Так кого же наградить
   Должен он своей рукой?
   Кто же истинный герой?
   Дочь плечами пожимает,
   А казак и заявляет,
   Что дракона час назад
   Он сразил не для наград.
   Он лишь долг исполнил свой
   И теперь спешит домой.
   Ну а царь пусть не скучает
   Да его не забывает:
   Если будет где беда,
   Вновь зовет пусть казака.
   И ушел. И мы сейчас
   Завершаем наш рассказ.
   2004г.
   СКАЗКА О ДОБРОМ МОЛОДЦЕ
  
   В детстве все мы без опаски
   Очень любим слушать сказки
   Про чертей, про чудеса...
   Вот одна из них, друзья:
   По дорожке мимо сёл
   Добрый молодец раз шел.
   Шёл не просто - не гулял,
   А искал, Степан, искал
   Своё счастье. Как вдруг он,
   Огибая пень с кустом,
   На дорожке да споткнулся,
   А споткнувшись, чертыхнулся.
   И вот тут же перед ним
   Возникает господин
   В черной шляпе, в сапогах
   Да с улыбочкой в зубах:
   "Ба?! Степан! Давно-давно
   Здесь не хаживал никто.
   Так какие же дела
   Привели тебя сюда?"
   Ну а молодец Степан
   Был в ответах всегда прям:
   "Счастье, - молвит, - я ищу.
   В чистом поле и в лесу".
   "Да.., однако... цель сложна". -
   И под шляпою глаза
   Заходили ходуном.
   Чёрт, а это был ведь он,
   Ручку ручкою потер
   Да продолжил разговор:
   "Счастье, что ж, оно как птичка,
   Как веселая синичка -
   Где схотела, там и села.
   А пока такое дело,
   Поступай ко мне служить:
   Будешь вволю есть и пить,
   А как только на опушке
   Мы услышим крик кукушки,
   То тут службе и конец.
   И в награду не венец
   Из лаврового листа
   Ожидает, друг, тебя,
   А на выбор, лишь бери!
   С добром ценным сундуки,
   Да ларцы, да закрома,
   Да коровушек стада...
   Ах, да сам себе б служил!
   Но, увы, уж мало сил..."
   А поскольку наш Степан
   Был в ответах всегда прям,
   То и тут без длинных басен
   Он лишь кажет: "Я согласен".
   Дни пошли: один, другой...
   Бесконечной чередой.
   А потом уж и года
   Стали рядом, как стена.
   Да вот только на опушке
   Всё не слышен крик кукушки.
   В чём причина? не поймёт
   Наш Степан и лишь вздохнет
   Он украдкой на пеньке:
   "Эх, да где ж ты, птичка, где?"
   А хозяин налетит,
   Сапогами застучит:
   "Не сиди, Степан,без дела!
   Не сиди, как королева -
   Уговор у нас другой,
   Соблюдай же, дорогой!"
   Ох, и молодец идёт,
   Куда тот его пошлёт
   По закону уговора.
   А за лесом лишь ворона
   Сотрясает небеса
   Своим криком без конца.
   Но однажды вдруг к пеньку,
   Где Степан свою тоску
   Звездам ясным излагал,
   Кто-то тихо подбежал.
   Поднял молодец глаза,
   А то - Настенька, ну та,
   Что и варит здесь и шьёт,
   Моет, чистит и печёт
   Пирожки да кренделя.
   Одним словом - сирота.
   И вот Настя подбежала,
   Подбежала, рассказала,
   Что хозяин их речистый
   Ведь рождением Нечистый!
   А кукушки, вот беда,
   Здесь не жили никогда.
   Но Степан пусть не грустит -
   Только-только заблестит
   Солнце первыми лучами,
   Как раздастся над холмами
   Долгожданное "ку-ку!"
   Словом, молвит, помогу
   Утром я, Степан, тебе
   В твоей путанной беде.
   Да, сказав, и скрылась прочь.
   А Степан не спит всю ночь.
   Всю да ноченьку он ждет.
   И вот утро настает!
   И летит в избытке сил
   Утром в шляпе господин,
   Чтоб на молодца опять
   Сапогами застучать.
   Но постой! постой! В лесу
   Раздается ведь "ку-ку!"
   И ещё, ещё разок
   Насти звонкий голосок
   Озадачил вкруг того,
   Кто знал точно и давно,
   Что кукушки никогда
   Здесь не жили. "Ой-ля-ля!" -
   Головою чёрт качает,
   А Степан напоминает,
   Что, согласно уговора,
   Без обиды и без спора
   Его службе тут конец,
   И наградой не венец
   Из лаврового листа
   Ожидает молодца,
   А, по выбору души,
   С добром ценным сундуки,
   Да ларцы, да закрома,
   Да коровушек стада...
   Ах, услышав это всё,
   Локоть, ногу и плечо
   Сам себе тут чёрт кусает
   Да, скривясь, и объявляет:
   "Что ж, голубчик, выбирай.
   Да смотри - не прогадай!"
   И в момент из-под земли
   Появились сундуки
   Да ларцы, мешки, тюки,
   Овцы, лошади, слоны...
   Ох, да есть что выбиратъ!
   Ну и что ж Степану взять?
   Глянул молодец туда...
   Глянул молодец сюда...
   Обошел с деньгами воз
   Да с алмазами поднос
   И, искомое найдя,
   Улыбнулся он тогда
   Да и молвит: "Вот её
   Выбираю из всего".
   Да и руку подает,
   А она её берет,
   И пошли они, пошли
   Вместе к радости, к любви...
   Ах, забыл сказать ведь вам,
   Что, конечно же, Степан
   Руку Настеньке подал
   Да её лишь и искал.
   Вот теперь, пожалуй, всё.
   Хотя нет - через плечо
   Чёрт заглядывает к нам.
   Я ж тебя...! Ну вот, пропал...
  
   2005г.
  
  
   СКАЗКА ПРО ХИТРУЮ ФОМУ
  
   Раз приснился сон царю:
   Будто яблони в цвету,
   А к ним тихо с высоты
   Солнца падают лучи.
   Царь в сомнениях скучает,
   Царь свой сон не понимает:
   "Ах, зачем? Ах, почему?
   Да... задачка... Ну и ну!"
   А как раз в те времена
   При царе служил Фома.
   Плут, скажу вам, ещё тот...
   Хитрый-хитрый. Ну так вот,
   Про чудесный сон узнав,
   Тот Фома, смекнув, сказал:
   "Знаю, знаю я разгадку..."
   Царь: "Неужто? По порядку
   Ну-ка мне всё изложи,
   Да спеши, дружок, спеши,
   Ведь от царского незнанья
   Один шаг до наказанья."
   Тут Фома, прищурив глаз,
   Да придумав лишь сейчас,
   Говорит, что яблонь цвет
   Обещает жизнь без бед.
   Ах, такое толкованье,
   Словно ангела дыханье
   Для истерзанной души.
   Царь доволен: "Вот, возьми
   Золотой червонец, друг".
   И Фоме из царских рук
   Подает затем монету.
   Ах, и ныне щедрость эту
   Помнит русская земля!
   Но продолжим, господа...
   Царь куда-то удалился,
   А Фома перекрестился,
   Спрятал денежку в карман
   Да и дальше думать стал,
   Как от щедрого царя
   Без особого труда
   Получить ещё деньжат,
   Для порядка, так сказать,
   Ведь не стань Фома хитрить,
   То зачем тогда и жить?
   Ну а если он тайком
   Спрячет что-то, а потом,
   Вновь прищурив левый глаз.
   Скажет, где та вещь сейчас?
   Что ж, идея неплоха...
   Вывод делает Фома
   И бочком, бочком, бочком
   Исчезает за углом.
   Ровно в полдень, как всегда,
   Во дворец спешат князья,
   Академики, купцы,
   Иноземные послы.
   В это время, как всегда,
   Должен царь вершить дела.
   Но сегодня где же он?
   Почему пустует трон?
   Гости важные стоят.
   Ждут. Волнуются. Молчат.
   А за дальними дверями
   Кто-то бегает кругами.
   Ба! да это же наш царь!
   Что случилось, государь?
   "Ах, беда! беда! беда!
   Нет короны у царя!
   В сундучке с утра лежала,
   А теперь она пропала.
   А ведь нам никак нельзя
   Без неё сейчас, друзья!
   Без неё нас не поймут
   Никогда ни там, ни тут.
   Помогите же царю!
   Видит бог - озолочу!"
   Царь едва это сказал,
   Как к нему уж подбежал,
   Пряча в сторону глаза,
   Верноподданный Фома.
   "Государь, отец народа! -
   Шепчет он, - твоя корона
   Не пропала, она тут.
   Посмотри-ка вновь в сундук".
   Царь подходит к сундучку,
   Крышку поднял. Ну и ну!
   Алый бархат уминая,
   Там - корона золотая.
   А ведь не было её.
   Плюнул царь через плечо
   Да скорей да и надел -
   Впереди ведь много дел.
   А Фоме же за намек
   Дарит денег кошелёк.
   До утра тот их считал,
   Даже чуточку устал,
   Но зато, как говорится,
   Быстро смог обогатиться
   Без особого труда.
   Ловкость рук - и все дела!
   "Да ведь если не хитрить,
   То зачем тогда и жить?"
   Тут в приятные мечты
   Крик ворвался: "Помоги!
   Помоги, Фома, царю!
   Ой найди, найди казну!"
   И к Фоме, привычке веря,
   Царь идет страшнее зверя.
   Объясняет: так и так,
   Этой ночью тайный враг
   Выкрал, словно бы шутя,
   Всю до медного гроша
   Государеву казну.
   И теперь приказ ему -
   Ой да умному Фоме:
   Разыскать её к среде,
   А не то... и царь мечом
   Погрозил Фоме потом,
   Дескать, помни: от незнанья
   Один шаг до наказанья.
   День уж к ночи догорает,
   Царь по садику гуляет.
   На ступеньках же дворца
   Ждет, ой ждет среды Фома,
   И, как будто наяву,
   Вспоминает дом, семью...
   Вдруг.., о, боже! Пред собой
   Видит бабушку с косой.
   Подошла незнамо как
   Да и молвит ему так:
   "Ох, я знаю про беду.
   Коль захочешь - помогу.
   Но условие моё
   Будет нынче таково:
   Если царь, казну найдя,
   Наградит, Фома, тебя,
   То ты тут же все дары
   Без особой суеты
   Передашь, голубчик, мне
   За подсказочку тебе.
   Вот и всё. Согласен ли?" -
   "Ах, спаси меня, спаси!" -
   Закричал, вскочив Фома.
   "Ну так знай, казна царя
   В том колодце, где не раз
   Набирал воды ты в таз,
   Чтоб по быстрому умыться..." -
   "Ах, пусть это мне не снится!"
   Просит наш Фома судьбу
   Да бегом, бегом к царю:
   Так и так, мол, вся казна
   До последнего гроша
   В том колодце, где мы все
   Пьем водичку при жаре...
   Царь от новости такой
   Лишь взмахнул, взмахнул рукой...
   Да к колодцу... да туда,
   Гдe как будто бы казна...
   Ой, и правда! - сундуки,
   Зеленея от воды,
   Там, где сказано, лежат:
   Раз, два, три, четыре, пять...
   Царь, восторга не скрывая,
   В пляс пустился, напевая.
   И Фоме потом он тут
   Дарит с золотом сундук
   Из вернувшейся казны:
   "Вот возьми, друг, получи.
   Без тебя бы я пропал".
   Да и дальше заплясал.
   А Фома обнял сундук
   Во всю ширь могучих рук
   Да и думает с тоской:
   "Ах, сундук мой дорогой!
   Как же быть? Ведь дар царя
   Обещать изволил я
   Передать старушке той,
   Что шаталась тут с косой.
   Передать... Ах, передать...
   Ну а как же потом спать?
   Нет уж! Лучше вновь схитрю,
   А подарок утаю!" -
   Вывод делает Фома.
   Да тут сказочка и вся,
   Потому как наш герой
   Вслед за бабушкой с косой
   Убыл срочно к черту в ад.
   Ну, да сам ведь виноват...
  
   2005 г.
  
  
   СКАЗКА О КУЗЬМЕ - БРАВОМ КАЗАКЕ
  
   Хорошо на свете жить,
   Когда не о чем тужить!
   А вот счастья нет когда,
   То на сердце лишь тоска.
   Эх, тоска лежит, тоска...
   Но прослышал раз Кузьма,
   Что в горах, где вечный лед,
   Есть нора и в ней живет
   Некто с длинной бородой,
   Мудрый, важный и седой.
   Все про всё он будто знает,
   Но, однако, не желает
   Простым смертным объяснять
   Как им жить и умирать.
   "Но попытка ведь не пытка,
   Да не в ад к чертям калитка",-
   Рассудил всё же Кузьма
   И пошел, пошел туда,
   Где, быть может, без стесненья
   Некто в виде исключенья
   Ой покажет да ему
   К счастью верную тропу.
   А иначе завсегда
   В сердце будет лишь тоска...
   По пути же в те края,
   Лёд где вечный, где жара
   Даже близко не бывала,
   Где лавины лишь устало
   Стерегут тех мест границу,
   Завернул Кузьма в станицу.
   "Эх, водички бы попить,
   Да и дальше можно житъ, -
   Думку думает Кузьма.
   Когда вдруг из-за плетня
   Две казачки показались
   И в руках у них качались
   Вёдра полные водой.
   "Дай же Бог здоровья той,
   Кто сейчас мне даст попить", -
   Так Кузьма стал говорить,
   Приподняв за козырек
   У картуза уголок.
   Ну а те ему в ответ
   Поклонились. Мол, привет
   И тебе, лихой казак.
   Только что-то тут не так...
   Ведь казачка молодая
   Смотрит в бок как не живая.
   "Ох и гордая ж она", -
   Думку думает Кузьма.
   Ну а мать спешит сказать,
   Что не хочет обижать
   Дочь лихого казака.
   Просто дочь её слепа.
   "Да, с рожденья... Да, никто
   Не смог вылечить её..."
   Пьет казак, пьет из ведра.
   Эх, холодная вода!
   Вышибает аж слезу
   На небритую щеку.
   Впрочем, может та вода
   И не так уж холодна?
   И причина здесь в другом?
   Ну и в чем же тогда, в чем?
   Эх, не нам это решать -
   Нам ведь нужно продолжать...
   Горы, горы, вы всё ближе.
   И всё ниже, ниже, ниже
   Перед вами человек.
   И хотя и сил уж нет,
   Но идет он и идет,
   Куда даль его зовет.
   Цель одна: пускай ему
   К счастью верную тропу
   Разъяснит, укажет тот,
   Кто в горах этих живет,
   А иначе завсегда
   В сердце будет лишь тоска.
   Скалы, лёд, снега, туман...
   Ох, устал Кузьма, устал,
   Поднимаясь день-деньской
   Чуть заметною тропой.
   Выше, выше. Ночь близка...
   Гаснет свет, сквозь облака
   Виден еле диск луны,
   Но иди, казак, иди.
   Выше, выше... И вот луч
   Самый первый в бездну круч
   Полетел посланцем солнца:
   "Здравствуй, день! Открой оконца!"
   "Ох, да как же я устал!" -
   Это лишь Кузьма сказал,
   Как вдруг рядышком скала
   Закачалась, отошла.
   Да и тут же из норы,
   Прорываясь с глубины,
   Голос грозный зазвучал:
   "Ты зачем же сон прервал
   Мне, о дерзкий человек?
   Ох, нигде покоя нет!"
   А затем перед Кузьмой
   Некто с длинной бородой
   Появился, закачался
   Да к тому же засмеялся
   Жутким смехом: "Ха-ха-ха!"
   Тут, конечно, наш Кузьма
   Сразу понял: это - тот,
   Кто в норе черной живет,
   Все про все который знает
   Да гостей не привечает
   И не любит объяснять,
   Как им жить и умирать.
   "Но попытка ведь не пытка
   Да не в ад к чертям калитка", -
   Спешно думает казак,
   Да и молвит: так и так,
   Проживают под горой
   Мать с дивчиною слепой.
   И хотелось бы узнать
   Сколько им ещё страдать?
   И нельзя ли им помочь?
   Жалко ведь и мать, и дочь...
   "Знай же, - был ему ответ, -
   Эта девушка прозреть
   Сможет только лишь когда
   Ей назначенный в мужья
   Той руки ее коснется,
   Где сердечко ближе бьется.
   Но учти, что мой совет
   Должен ты ведь ей суметь
   Передать - и кончить дело,
   Пока солнышко не село.
   А иначе, а иначе
   Не видать нам всем удачи".
   Скалы, лёд, туман, снега...
   Ой, бежит, бежит Кузьма
   Вниз! Быстрей! Что было сил!
   Эх, вот только не спросил
   К счастью верную тропу
   Где и как искать ему.
   Ну да ладно... в другой раз.
   Вниз! Быстрее! Пока нас
   Не накрыла ночи мгла.
   А иначе и нельзя!
   Солнце тоже не стояло:
   Ножек нет, а прибежало
   И оно на край земли.
   Но ещё горят лучи,
   Словно перышки жар-птицы.
   Но уже Кузьма в станице!
   Но уже звенят слова:
   "С возвращением, Кузьма!"
   И Кузьма тут не молчит.
   Он спешит сказать, спешит,
   Что дивчине молодой
   Не навечно быть слепой,
   Что прозреть она должна
   В тот момент, когда в мужья
   Ей назначенный судьбой,
   Вдруг руки коснется той,
   Что имеется вполне
   Да на левой стороне.
   И Кузьма,все объясняя,
   Показал на ней какая
   У неё эта рука.
   Ах! И вдруг её глаза
   Засияли и... прозрели!
   Долго, долго потом пели
   По станицам под гармонь
   Про целебную любовь.
  
   2005 г.
  
   СКАЗКА О ТОМ, КАК ЦАРЬ ОМОЛОДИЛСЯ
  
   Жил когда-то царь один,
   И дожил он до седин.
   А как стал тот царь стареть,
   То стал часто и болеть.
   И вот этого царя
   Лечат, лечат лекаря,
   Но, увы, царь все болеет,
   Все худеет, все бледнеет...
   И тогда решили все,
   Что царя в его беде
   Только то сейчас спасет,
   Что в их царстве не растет.
   Ну а в нем ведь не росли
   Почему-то лишь сады
   С молодильными плодами.
   Да ведь знаем: за морями
   Это всё, конечно, есть,
   Но кому доверить честь
   Раздобыть этот продукт?
   Огляделись все вокруг...
   Да у дальнего поста
   Видят тут же казака.
   Звался тот казак Кузьмой
   И на вид был удалой.
   "Очень кстати", - все решили
   Да его и снарядили
   За целебными плодами
   В те сады, что за морями.
   И пошел казак на юг
   Через речку, через луг
   Да тропинкой диким полем,
   Да на лодке синим морем.
   Шёл не день, не два, не три.
   Да ведь надо. Ведь нужны
   Фрукты дивные царю
   Не забавою к столу.
   Наконец в краю чужом
   Видит сад Кузьма и дом,
   Не иначе как султана,
   Где ему тотчас охрана
   Стала грозно на пути:
   "Кто такой? Не подходи!
   Мы ведь сад здесь охраняем
   Да чужих не подпускаем
   Обрывать в этом саду
   Молодильную еду
   В виде яблок наливных,
   Очень сладких да больших".
   И глаза так и сверкают,
   А клинки уж вынимают...
   Ещё миг - и голова
   Отлетит от казака!
   Да ведь только наш герой
   Не затем шел в край чужой,
   Чтобы голову свою
   Кинуть в пыльную траву.
   "Ой, друзья мои, друзья! -
   Говорит он им тогда. -
   Не спешите убивать,
   Дайте слово лишь сказать".
   "Говори!" - кричит охрана.
   Что ж, Кузьма тут из кармана
   И достал для них кисет,
   Что был с ним уж много лет.
   Да ведь тем и дорог он
   Казаку со всех сторон.
   "Вот, глядите все сюда, -
   Начал речь свою Кузьма, -
   Этот с вышивкой кисет
   К вам я нес почти сто лет,
   Самолично, чтоб отдать
   Да почтенье оказать
   Самому из вас лихому
   Да жестокому и злому.
   Ну и кто же он, друзья?"
   Тут они все: "Это я!"
   Да глазами все сверкают,
   Да все разом вспоминают
   Войны, битвы и набеги.
   И, наверно бы, шумели
   Ещё долго храбрецы,
   Если б им не предложи
   Наш Кузьма такой совет:
   "Так как в споре толка нет,
   То глаза лучше закройте
   Да так с ними вы и стойте.
   И кто дольше простоит,
   Тот у нас и победит
   В притязаньях на кисет.
   Ну, согласны или нет?"
   "Мы согласны!" И охрана
   Иноземного султана
   В миг глаза позакрывала
   Да так с ними и стояла,
   Пока быстренько казак
   Не сходил в султанский сад,
   Где на яблонях росли
   Молодильные плоды.
   Впрочем, может та охрана
   И сейчас стоит у сада
   И не видит ничего?
   Ой, не знает ведь того
   Сказка эта. А казак
   Уж спешит, спешит назад
   Да на лодке синим морем,
   Да тропинкой диким полем.
   Через луг, через реку
   Ой, спешит Кузьма к царю,
   А в котомке у него
   Через правое плечо,
   Излучая аромат,
   Фрукты дивные лежат.
   Царь, как яблоки узрел,
   Сразу чуть повеселел.
   А как скушал в первый раз,
   Так пустился в дикий пляс.
   "Ай да яблоки!" - кричит
   Да сапожками стучит,
   Да кружится, да смеётся,
   Да в любви всем признается.
   Наконец, слегка устав,
   Сделал царь себе привал
   Да и вспомнил казака:
   "Молодец! Хвалю тебя -
   Удружил ты мне на славу
   И за это, друг, награду
   Царь тебе любую даст.
   Ну, что хочешь ты от нас?
   Говори да не зевай,
   Цену смело назначай!"
   А казак ему в ответ:
   "В деньгах, молвят, счастья нет.
   А вот просьбу к вам скажу..."
   Царь торопит: "Ну же,.. Жду!"
   А сам яблочко шестое,
   Молодильное, большое
   Начинает доедать...
   Эх, откуда ж мог он знать,
   Что в количестве таком
   Не велит их есть закон!
   И вот стала у царя
   Вдруг кружиться голова,
   Да как стал он молодеть
   Очень быстро...Ну а смерть
   Тут как тут. Пришла тихонько,
   Покачала лишь легонько
   Своей старенькой косой
   И - готово: на покой
   Улетает в небеса
   Ой да царская душа
   Навсегда из наших мест.
   Мы же тут поставим крест
   И, как будто невзначай,
   Скажем сказочке "прощай!"
  
  
   2005г.
  
  
   СКАЗКА ПРО КАЗАКА И АНЧУТКУ
  
   Начнем, пожалуй, сказку так:
   Давным-давно один казак
   Службу ратную свою
   Отслужив сполна царю,
   По тропинке по лесной
   Шёл решительно домой.
   Долго шел. И всё пешком,
   Ведь казак был пластуном.
   В небе ж синем облака
   Разбежались кто-куда,
   И царил над всей землей
   Оттого там тяжкий зной.
   Этот зной и подсказал
   Сделать молодцу привал
   Неурочный в полчаса.
   И вот сел он у пенька,
   Весь припас, что был, достал,
   Осмотрел, вздохнул, сказал:
   "А ведь хлеба маловато...
   Ну да ладно, небогато
   Мы и раньше, братцы, жили
   Да напрасно не тужили.
   Так не будем и сейчас
   Слезы лить из наших глаз -
   Ими нам ведь не умыться,
   Лучше уж к ручью спуститься
   Да водичкой ключевой
   Обмануть на время зной."
   Сам сказал - и сам полез
   Вниз, туда где в чаще лес
   Средь обломков серых скал
   Вод журчанье охранял.
   Ну а дальше-то ли верьте,
   То ли сами всё проверьте,
   Но в кустах, где дремлет тень,
   Зашумел какой-то зверь.
   Нет, простите, господа,
   То-не зверь, хотя рога
   И венчают его лоб.
   Да, конечно, это - чёрт.
   Впрочем, он ещё малютка,
   А зовут его - Анчутка.
   И вот он из-за куста
   Вылез да скорей туда,
   Где казак свою еду
   Разложил было к пеньку.
   А там хлеба - лишь кусок.
   "Ну и чудненько!" - и вот
   Сорванец тот хлеб хватает
   Да за кустик убегает.
   "Хи-хи-хи! Теперь казак
   Покраснеет,точно рак,
   Закричит, заматерится...
   Ну а черт повеселится,
   Наблюдая это всё.
   Ведь чертям всегда смешно,
   Когда люди сгоряча
   Выставляют так себя.
   Хи-хи-хи! А вот и он,
   Утираясь рукавом,
   От ручья к пеньку идёт.
   Ой, казак, тебя там ждёт
   Преотличная беда.
   Ну, смотри же! Вот она..."
   Смотрит, смотрит наш казак:
   "Ну и ну! Да как же так?
   Неужели хлеб пропал?
   Странно... был ведь здесь... лежал...
   Эх, да верно кто беднее
   Был меня и голоднее,
   Если хлебушек тот взял.
   Ну и Бог с ним!" - так сказал,
   Подтянув ремень казак.
   "Да ты что! Нельзя же так!" -
   Ему черт залепетал.
   Но казак уж прочь шагал.
   "Да, не вышла нынче шутка".., -
   Вывод делает Анчутка
   И, махнув на всё хвостом,
   Тоже скрылся за бугром.
   "Эй, дружок! Ты где? Ау!
   Ой, давно тебя ведь жду,
   Чтобы разуму учить
   Да от глупости лечить.
   Время мой покой уносит.
   Где же, где же тебя носит?
   Ой, напрасно злишь Ягу.
   Ой, предел ведь есть всему!" -
   Так звала и так серчала
   Без конца и без начала
   Между тем Баба Яга,
   И она была права -
   Час назначенный проходит,
   А Анчутка где-то бродит,
   Где-то шляется, злодей.
   Ох, не стать ей с ним добрей!
   Но в конце-концов пришёл
   Этот неслух и без слов
   Тут же хлебушка кусок
   Преподносит на зубок.
   Что ж, Яга тот хлеб берёт
   И жуёт, жуёт, жуёт...
   И глаза её при этом
   Воспылали чудным светом.
   Нет, похоже что не зря
   Учит бабушка мальца.
   Но, однако, есть вопрос:
   От кого и как принёс
   Ей Анчутка ломоть хлеба?
   Отвечай же, непоседа!
   Тот и начал: так и так.
   Шёл тропинкою казак.
   И лишь только зазевался,
   Как я рядом оказался,
   Сделал ловкий жест рукой
   И - хлеб молодца уж мой!
   Думал я, что казачок
   Тут почешет язычок,
   Поминая всех и вся
   Из-за черствого куска,
   Но, увы, не вышла шутка...
   Вывод делает Анчутка.
   "Ах, глупец! Такой-сякой!
   Как же трудно мне с тобой.
   Ведь учу уж с давних пор:
   Не воруй у казаков!
   Да и рядом не ходи,
   Если ценишь дни свои.
   Впрочем, что тут говорить,
   Когда надо просто бить!" -
   Подвела итог Яга.
   И в мешок затем она
   Бедолагу подсадила
   И метлою била, била...
   Пока серенький мешок
   Не сбежал за бугорок.
   А казак тропой лесной
   Всё спешит,спешит домой!..
   Вдруг мешок бежит к нему.
   "Помоги мне, друг, прошу!
   Ой да выпусти ж меня
   Из проклятого мешка! -
   Просит чей-то голосок,-
   А за это тайну чёрт
   Скажет страшную тебе
   На лесной да на тропе."
   Да...забавно... и казак
   Завертел и так и сяк
   Старый, латаный мешок,
   Поднатужился чуток...
   Да и рвет он мешковину.
   И, конечно же, картину
   Видит странную потом.
   Та картина - чёрт с хвостом.
   "Ну а тайна же какая?" -
   "А такая, друг, такая:
   Скоро выползет сюда
   Необычная змея
   Прошипеть тебе "привет!"
   Ну а ты, казак, в ответ
   Поцелуй её с душой.
   И тогда перед тобой
   Не змея будет лежать,
   А красавица стоять!" -
   Так ответив, чёрт пропал.
   Будто здесь и не бывал.
   И лишь рядом у куста
   Закачалась вдруг листва.
   Да...забавно...ну и ну!
   Удивляться есть чему,
   Ведь ползет уже сюда
   Очень крупная змея
   И неясен ведь ответ:
   Она - та? А если нет?
   Смотрит, смотрит казачок...
   Да и молвит: "Пусть же чёрт
   Сам целует сей презент
   В любой час, в любой момент.
   Ну а мне моей станицы
   Больше нравятся девицы."
   Да и вновь тропой лесной
   Он продолжил путь домой.
   "Что ж, опять не вышла шутка...-
   Вывод делает Анчутка,-
   Ох, как бабушка права..!"
   Да тут сказочка и вся.
  
   2005 г.
  
  
   СКАЗКА ПРО ЗАВЕТНЫЙ КАМЕНЬ - САМОЦВЕТ
  
   Слышал я: в одном селе
   В самом центре, на холме
   Жил да был один купец -
   Сыновьям своим отец.
   Жил да помер. Но сейчас
   Не о нем наш будет сказ,
   А про камень-самоцвет,
   Что хранился много лет
   В деревянном сундучке
   Под кроватью на замке,
   А теперь же по веленью
   Да по мудрому решенью
   Бережливого отца
   Детям передан сполна.
   Камень есть. Все рады. Но
   Разделить же как его?
   Да...решенье непростое -
   Сыновей ведь было трое.
   Но мать этих молодцов
   Прекратила сразу спор.
   "Ох, я что-то захворала,-
   Так она им всем сказала,-
   Но в народе говорят,
   Что есть где-то дивный сад
   И что в нем который год
   Чудо-дерево растёт.
   А на дереве на том,
   В счете очень небольшом,
   Есть целебные плоды.
   Ох, они мне так нужны!
   С ними я повеселею,
   Оживу, помолодею.
   И поэтому сейчас
   Вот вам, дети, мой наказ:
   Тот, кто фрукты эти мне
   Дней ли, ночью при луне
   Первым в дом наш принесет,
   Тот в награду и возьмет
   Себе камень-самоцвет,
   Что хранился много лет
   В деревянном сундучке
   Под кроватью на замке."
   Братья долго не стояли -
   Собрались и побежали.
   Причем двое так спешили,
   Что проститься позабыли
   С милой матушкой своей
   На крылечка у дверей.
   И вот молодцы те мчатся,
   Тучки редкие клубятся.
   Пыль, жара, солёный пот
   Ручейками с них течет.
   Двое мыслят: "Да...жара.
   Но зато скоро мечта
   Камнем ценным завладеть
   Будет верный шанс иметь."
   Ну а третий, младший брат,
   Рассуждает ведь не так:
   "Да...жара. Но зато скоро
   Будет матушка здорова.
   Сразу же, как только мы
   Принесем домой плоды
   С деревца весьма чудного."
   В небе ж туч совсем немного,
   Пыль, жара, соленный пот
   С братьев всё сильней течет
   Двое мыслят: "Ох, жара!
   Отдохнуть бы нам пора.
   Ну а камень-самоцвет
   Ждать ведь может много лет..."
   Да и тут же у реки
   Эти двое и легли
   В тень от реденьких кустов.
   Эх, храни тень молодцов!
   Ну а Ваня, меньший брат,
   Рассуждает ведь не так:
   "Да...жара. И всё же скоро
   Будет матушка здорова!
   Будет, будет... только мы
   Чудо-дерева плоды
   Принести должны ведь ей
   Для леченья побыстрей."
   И затем, смахнувши пот,
   Дальше, дальше он идёт,
   Проходя леса и горы,
   И пустынные просторы,
   И овраги, и долины,
   И бездонные трясины.
   Словом, парень не ленился
   И в итоге очутился
   Там, где всем смертям назло
   Чудо-дерево росло.
   А на дереве на том,
   Под листочков перезвон,
   Что-то круглое висело
   Да на солнышке блестело
   Рядом с надписью "не рвать!"
   Но, увы... увы... читать
   Младший брат и не умел,
   О чём он и пожалел.
   Да ведь в прежние года
   Буквы знали лишь князья
   И лишь разные цари
   Для забавы, для души.
   Вот и вышло, что тогда
   Рвет наш Ваня без греха
   С чудо-дерева продукт,
   Да и смотрит он на фрукт
   Как на что-то на родное.
   Ба! Так это ж наливное
   Будет яблочко! Оно
   Сока спелого полно,
   И душисто, и румяно.
   Да вот только как-то странно
   Сердце юное волнует.
   Ох, да что же дальше будет?
   Ну а дальше сказки ход
   Нас в обратный путь ведёт
   Вместе с Ваней по долинам,
   По оврагам, по трясинам,
   По лугам да по горам,
   Да к тому же по лесам,
   Чтобы вскоре у реки
   В добром здравии найти
   В тени реденьких кустов
   Двоих бравых молодцов.
   Братья Ваню вмиг признали,
   Расспросили и узнали,
   Что спешит их брат родной
   С чудо-яблоком домой,
   От которого их мать
   Вмиг разучится хворать.
   "А тогда ведь, а тогда,-
   Мыслят старшие братья,-
   Камень ценный - самоцвет,
   Что хранится много лет
   В деревянном сундучке
   Наш Иван возьмет себе.
   Охо-хо да охо-хо...
   Это ведь не хорошо!"
   Да и тут же отдохнуть
   Нa пяток всего минут
   Братья Ване предложили.
   Предложили, уложили
   В тень, как в мягкую кровать:
   Надо, надо, мол, поспать.
   А пока Ванюша спал,
   Братья строят хитрый план,
   Как им яблоко чудное
   Заменить да на другое.
   Вон, в садочке у ручья
   Этих яблочек - гора.
   А раз так, то хитрый план
   Вскоре явью там и стал.
   Будят Ваню удальцы:
   "Эй, проснись, дружок, должны
   К дому мы уже бежать.
   Дома будешь, Ваня, спать".
   И вот снова братья мчатся.
   Тучки редкие клубятся.
   Пыль, жара, соленый пот
   Ручейками с них течет.
   Двое мыслят: "Да... жара.
   Но зато скоро мечта
   Камнем ценным завладеть
   Будет место ведь иметь."
   Ну а третий - младший брат
   Рассуждает ведь не так:
   "Да... жара. Но зато скоро
   Будет матушка здорова,
   Получив из моих рук
   Дивный, вкусный, спелый фрукт."
   Ох, жара! Совсем пропали
   Тучи с неба. Но стояли
   Уже братья на крыльце.
   "Мама! мамочка! ты где?"
   Мать к сыночкам выходила,
   Обнимала их, журила,
   Что, стремясь к заветной цели,
   Дети явно похудели.
   И опять их обнимала
   Да сквозь слёзы сообщала:
   "Ах, сыночки, как же я
   Вас ждала, ждала, ждала..."
   Ну а Ваня, чтобы ей
   Стало много веселей,
   Тут же яблочко своё
   И даёт. Мол, ешь его
   Да здоровья набирайся
   И на нас не обижайся.
   Мать то яблочко взяла,
   Откусила раз, и два...
   Пожевала, пожевала...
   Да Ванюше и сказала:
   "Что ж, оно и не плохое,
   Но, однако же,- простое.
   Нет, сынок, не то я ждала,
   Не о том ведь я мечтала."
   Ну а старшие братья
   Засмеялись: "Ха-ха-ха!
   Ой, Иван, Иван, Иван,
   Твое яблоко - обман."
   Да и матери другое
   Молодое, наливное
   Смело яблочко дают:
   "Вот, отведай, мать, продукт
   Наш - целебный, дорогой.
   Да будь вечно молодой!"
   И у них она взяла.
   Откусила раз, и два...
   Пожевала, пожевала...
   А потом - как заплясала!
   "Ай да яблочко! - кричит,-
   Ох и чудо! Ой бодрит!"
   Ну а старший сын в ответ
   Речь про камень-самоцвет
   Ей обещанный заводит.
   Средний сын - к тому же клонит.
   "Ой сыночки! Ой сейчас
   Будет камешек при вас.
   Вот сейчас ведь и отдам
   Да в награду его вам
   За целебный, дивный фрукт,
   Что взяла из ваших рук.
   Эх, отдам!" - и враз пошла
   Ой да мама их туда,
   Где надежно на замке
   В деревянном сундучке
   Сберегался много лет
   Ценный камень-самоцвет.
   "Да, - мечтает первый брат,-
   Стану я теперь богат..."
   А второй ему в ответ
   Заявляет: "Ну уж нет!
   Этот камень завсегда
   Во владельцы ждал меня.
   И дождался! Так что, брат,
   Ты был слишком рано рад."
   Ну а первый не согласен.
   Взгляд его ой как ужасен!
   И на вязь красивых слов
   Ой да крепким тумаком
   Уж летит его "привет".
   И вот мира больше нет.
   А есть малая война
   Между братьями тогда.
   И она уже в разгаре,
   Но прервали вдруг, прервали
   Её крики: "Ой, беда!"
   Братья смотрят: где? когда?
   Да и видят мать, что вскоре
   Объясняет хлопцам горе:
   Так и так, мол, в сундучке
   Под кроватью на замке,
   Где хранился много лет
   Камень ценный самоцвет,
   Мыши донышко проели
   И поэтому сумели
   Без особенных хлопот
   Утащить в подземный ход
   и, как видно, навсегда
   Самоцвет из сундука.
   Братья это как узнали,
   Так на месте и упали.
   Да и стонут: "Ой вы мышки!
   Вам сейчас бы наши шишки."
   Ну а нам же их урок
   Пусть пойдет сегодня впрок.
  
   2005 г.
  
  
   СКАЗКА О СТЕПАНЕ И СЕРОМ ВОЛКЕ
  
   Царь Берендей двадцать второй
   Вдруг заболел с утра хандрой.
   А ведь известно: от хандры
   Спасаться чаем все должны.
   Вот и послали в лес Степана
   За шишками для самовара
   Да наказали: мол, давай
   В мешок их больше набирай.
   Ну что ж, пошел с мешком Степан,
   Щебечут птички, воздух пьян,
   Шуршит под сапогом листва,
   Не жизнь в лесу, а - красота...
   И да хранит ее пусть Бог!
   Но мы прервем здесь монолог.
   Поскольку к нам из-за куста
   Вдруг волка вынесла судьба.
   Но не пугайтесь, в этот раз
   Не страшен он, друзья, для нас -
   За ним собаки ведь бегут
   И скоро, скоро будут тут...
   В тоске у Серого глаза:
   "Ох, неужели смерть пришла?
   Прощайте же у синей речки
   О, белоснежные овечки!
   Прощайте, не судите строго
   За то, что кушал вас немного
   И не успел ещё чуток..."
   И видит волк затем мешок
   В руках у молодца Степана.
   И в этом не было обмана -
   Мешок под шишки был ведь взят
   В чулане Стёпой час назад.
   И волк завыл, завыл с мольбой:
   "Голубчик! сладкий! дорогой!
   Не дай погибнуть почём зря,
   Запрячь в мешочек свой меня,
   А я тебе за доброту
   Поверь, друг, тем же отплачу!:" -
   "Что ж, так и быть, залазь". - и Стёпа
   Раздвинул свой мешок широко
   Да глазом не успел моргнуть,
   Как волк залез уже вовнутрь.
   А мимо, громко очень лая,
   Собак уж мчится гончих стая:
   "Гав-гав! гав-гав! Ну, волк, сейчас
   Ты не уйдешь, гав-гав, от нас!"
   И убежали. И была
   Погоня дальше их смешна.
   Но нам ли осуждать здесь тех,
   Кто вызывает часто смех,
   Когда и мы иной порой
   Ныряем в глупость с головой.
   Затихло всё. И вот мешок
   Перекосился на бочек,
   Зашевелился, наклонился
   И потихонечку раскрылся,
   Чтобы затем к земле упасть,
   Являя свету волчью пасть
   И злобой полные глаза.
   Но чья же этому вина?
   "Известно чья, - рычит злодей ,-
   Того, кто волка послабей.
   И потому, и потому
   Его сей час я проглочу!" -
   "Да ты чего? ты шутишь так? -
   Степан попятился, как рак.-
   Я спас тебя, а ты в ответ
   Готовишь мне венок из бед.
   И где ж тут будет справедливость?
   Ведь не в туман же она скрылась..."
   "А вот и скрылась. Ха-ха-ха! -
   Волк к небу закатил глаза.-
   Теперь нигде уж и следов
   Её не видно без очков."
   И, подтверждая свой посыл,
   Волк облизнулся и завыл.
   Да только зря. На этот вой
   Собаки дружною толпой
   К нему тотчас же возвратились
   И в шубу серую вцепились.
   "Ну и дела! - вздохнул Степан.-
   Ещё чуть-чуть, и я б пропал".
   Вздохнём и мы за Степой следом:
   Ура! Не стал наш друг обедом!
   И потому-то без опаски
   Закроем вечером мы глазки,
   И нам приснится дивный сон.
   Ах, тише, тише - близок он...
  
   2005 г.
  
  
   СКАЗКА ПРО ТО, ЧТО БЫЛО ДАВНО
  
   Весной в станице это было,
   Когда с небес весьма учтиво
   Луна гляделась в старый сад.
   Не спалось что-то. И казак,
   А с ним и Настя - его дочь
   Встречали на крылечке ночь.
   А где-то под гармошки ход
   Плясал и пел честной народ.
   Но вот и он угомонился.
   Казак тотчас перекрестился
   И собираться стал в избу:
   Дескать, пора и нам ко сну.
   Но в это время вдруг опять
   Гармонь затеяла играть
   И чей-то голос одинокий:
   Скорее близкий, чем далёкий
   Запел про долю казаков,
   Про расставанья, про любовь.
   Ах, как он пел! Ах, как звучал!
   Ах, как кружил и как взлетал!
   "Да кто же это так поёт?" -
   Вопрос невольно задает
   Отцу родному тихо дочь.
   А звёзды привели уж ночь
   За ручки бережно к крыльцу.
   И вот отец тот про Кузьму
   Тогда всё дочке и сказал.
   Что, мол, так петь он с детства стал,
   Да только всякая беда
   Не отпускает молодца
   Ежеминутно ни на шаг,
   И что себе он - первый враг
   С рожденья самого. С тех пор,
   Мол, и бытует разговор,
   Что тут судьбы не изменить,
   Что так Кузьме и дальше жить.
   Но молодым из века в век
   К словам особой веры нет.
   И потому-то и отцу
   Не верит Настя про Кузьму -
   He верит в то, чтобы беда
   Такою сильною была.
   "Ах вон ты как!" - шумит казак.-
   Тогда поступим, дочка, так..."
   И на тропинку у плетня,
   Что возле дома их была,
   Кладёт он тут же кошелёк
   На показательный урок.
   А в кошельке да в том немало
   Червонцев рядышком лежало...
   Луна меж тем светила ясно
   И оттого-то так прекрасно
   Тропинка виделась и то,
   Что положили на неё.
   Что положили да и ждут...
   Минуты между тем бегут,
   Спеша приветить новый час,
   А с ним приветствуют и нас.
   Но вот шаги. "Ах, это он!" -
   Толкает Настеньку локтем
   Предупредительно отец.
   А по тропинке, наконец,
   Идёт Кузьма. Идёт, мечтает
   И сам с собою рассуждает
   Про жизнь, что не всегда проста
   Да не всегда ведь и легка,
   И многое в ней не понять,
   Коль самому не испытать.
   Да вот хотя бы взять сюда
   Слепых людей для образца.
   Не видят ведь они ни чуть,
   Но как-то же находят путь
   Тот, что им нужен, не спеша.
   "А ну, попробую и я." -
   Кузьма себе приказ спускает
   И тут же следом закрывает
   Свои глаза, да так слепой
   И продолжает путь домой
   Да мимо низкого плетня,
   Да мимо, мимо кошелька...
   А в кошельке ведь в том немало
   Червонцев золотых лежало...
   "Ну что, я прав или не прав? -
   На это всё отец сказал.-
   Нет, казаку с такой судьбой
   До самой смерти жить с бедой!"
   А дочка снова в спор вступает
   Да чью-то мудрость вспоминаете
   Вот, дескать, если б молодцу
   Найти хорошую жену...
   Тогда б он стал совсем другим:
   Красивым! смелым! озорным!
   "Нет,- учит доченька отца,-
   Нужна, нужна Кузьме жена!"
   "Ах вон ты как заговорила!? -
   Отца дочь явно возмутила.-
   Ах вон ты как!? Тогда возьми
   Да делом всё и докажи!"
   И докажу! - сказала та,-
   Давай дождемся лишь утра."
   А утром Настю и Кузьму
   Уж провожали к алтарю.
   И слышалось в станице только
   До вечера им чьё-то "горько!"
   Ну а мораль, друзья, вы сами
   Ищите в сказке за словами.
   А я пока передохну
   У печки лёжа на боку.
  
   2005 г.
  
  
   СКАЗКА О TОM, KAK ЛИСА ГРУСТИЛА
  
   Из века в век под Новый год
   Подарков чудных каждый ждет.
   И оттого, и оттого
   Под Новый год всем хорошо.
   И только кумушка-лиса
   Этой порой всегда грустна.
   Ведь чья-то радость для неё
   Как наказание и зло.
   Но вот однажды это дело
   Исправить быстро и умело
   С утра надумала лиса
   И тут же громко позвала:
   "Эй, Миша! Миша-лежебока.
   Ты где-то здесь или далеко?
   А ну-ка, братец, отзовись
   Да мне немедленно явись!"
   "Ну что такое? - и, блестя,
   Из потайного шалаша
   Глаза медведя показались
   И вправо-влево закачались.-
   Ну что такое? Я так спал!
   И сон такой сейчас видал!
   Ах, сладкий, словно мармелад.
   А ведь ему всегда я рад..."
   Но хитроумная лиса
   Его речь быстро прервала.
   "Ах, Миша, Миша, в этот раз
   Твой мармелад будет у нас
   Не сном под ёлочкой в лесу,
   А очень даже наяву.
   И в этом, безусловно, нам
   Поможет простенький мой план.
   Какой? ты спросишь- я скажу:
   В обмен на девочку одну.
   Она гуляет часто тут.
   Её Снегурочкой зовут.
   Так вот, её надо поймать
   И спрятать, и в плену держать,
   Чтобы подарков целый воз
   Нам дал за внучку Дед Мороз.
   А без подарков этих дети
   От горя слез наплачут реки.
   А мы же будем сладко кушать
   И никого с тобой не слушать.
   И нам от этого всего
   Будет ужасно хорошо!!!"
   "А вот и нет! А вот и нет! -
   Раздалось вдруг лисе в ответ.-
   Я всё про вас всем расскажу
   И этим девочку спасу.
   Спасу! Спасу! Клянусь хвостом!
   И клювом! И своим крылом!"
   Глядит лиса, а на сосне,
   Беспечно радуясь зиме,
   По веткам прыгает сорока.
   Ну та, что видом белобока,
   Ну та, что любит стрекотать
   Про всё, что удалось узнать.
   "Ай-я-я-яй! Плохи дала". -
   С медведем шепчется лиса.
   Но не желает отступать.
   Ведь ей ли способы не знать
   Как находить тому ответ,
   Чему нигде ответа нет?
   И вот поэтому она
   С сорокой речь и повела:
   "Соседка, милая, прошу
   Спуститься вас я к шалашу.
   Я знаю много новостей.
   Спускайтесь же, скорей! скорей!
   Мы будем рядышком ходить,
   И буду вам я говорить
   Тихонько, под большим секретом,
   Как было весело мне летом,
   Как колобок с окошка слез,
   Как у вороны сыр исчез..."
   Но осторожная сорока
   Сидит на дереве высоко
   И в гости, явно, не спешит...
   Лиса же снова говорит:
   "Спускайтесь, не обижу вас,
   Поскольку вышел всем Указ
   Отныне жить не обижая
   Друг друга и не поедая".
   "Ах, как чудесна! Очень кстати,
   А то бегут сюда собаки".-
   Заметила лисе сорока.
   И тут же Миша-лежебока,
   А с ним и кумушка-лиса
   Пустились от сосны в бега.
   "Эй ! Вы куда? Ведь есть Указ -
   Собаки не укусят вас..."
   "Ай-я-я-яй! - лиса в ответ.-
   Да ведь гарантии здесь нет.
   А вдруг собаки эти все
   Забыли азбуку уже
   И к нам, Указа не читая,
   Бежит неграмотная стая?
   Нет, извините, господа..."
   На этом сказка наша - вся.
  
   2005 г.
  
   СКАЗКА ПРО ИЛЬЮ-БОГАТЫРЯ
  
   В славной в Муромской земле,
   В Карачарове селе
   Жил крестьянский сын Илья.
   Жил и жил он там, пока
   Не заслышал поутру
   Нищей странницы мольбу
   Дать ей хлебушка кусочек
   И водички лишь глоточек.
   "Эх, - вздохнул на то Илья -
   Я бы дал, да вот беда:
   Не владею ни руками
   Я своими, ни ногами
   Без минутки тридцать лет..."
   Ну а странница в ответ
   Что-то тихо пошептала,
   Пошептала да сказала:
   "Всё, что было-то прошло.
   Выходи же на крыльцо
   Ой да молодец Илья,
   И пусть добрые дела
   Отмечают те пути,
   Что сумеешь ты пройти."
   Так сказав, она пропала.
   Будто здесь и не бывала.
   Ну а молодец Илья
   Вышел из дому тогда,
   Вышел ведь богатырем
   Да и молвит всем о том,
   Что не хочет он скучать,
   Что пойдет он в Киев-град
   Да дорожкою прямой
   С целью ясной и простой:
   Русь от злыдней защищать
   Да всем слабым помогать.
   "Ох Илья, Илья, Илья...
   Цель, конечно, хороша.
   Но того ты не забудь,
   Что прямой опасен путь!
   Ты бы лучше шел в обход." -
   Посоветовал народ.
   Но Илья лишь улыбнулся
   На подсказку, повернулся
   Да и тронулся туда,
   Куда глянули глаза...
   Шел он день, а может два...
   И вот странные дела
   Замечает вскоре там:
   Словно ветер-ураган
   Прогулялся над землей
   Да над чащей над лесной.
   Всё поломано, побито
   Да к тому же всё изрыто...
   Одним словом - чехарда.
   "А её причина - я!" -
   Вдруг раздалось за спиной.
   Оглянулся наш герой...
   А у дуба на пеньке
   Сидит некто в сюртуке.
   "Я разбойник-лиходей
   И мне кличка - "Соловей".
   Да как стану я свистеть
   Так всем лучше умереть!" -
   Похваляется Илье
   Злыдень в красном сюртуке.
   "Что ж, яви свой чудный дар, -
   Соловью Илья сказал.-
   Я тому ведь только верю,
   Что на деле сам проверю."
   Тут разбойник да как вскочит,
   Да как что-то забормочит,
   Да как начал он свистеть...
   Ох, уж лучше умереть!
   Лес к земле от свиста гнется,
   Пыль по воздуху несётся,
   С корнем рвется трын-трава...
   Одним словом - чехарда.
   "Да, прилично, друг, свистишь.
   Но, увы, не удивишь
   Этим нас ты никогда,-
   Вывод делает Илья.-
   Вот уж если я начну
   Нарушать здесь тишину,
   Да свистеть на свой-то лад,
   То держись и стар и млад!
   Берегите глазки
   От моей от "ласки"!
   Ты бы тоже, Соловей,
   Их закрыл бы поплотней..."
   Тот совет да исполняет,
   Глазки ручкой закрывает
   Да и ждет. А наш Илья,
   Размахнувшись от плеча,
   Тут же крепким тумаком
   Подтверждает правду в том,
   Что на матушке-Руси
   Ещё есть богатыри.
   Соловью ж такое дело
   Ой да сразу надоело -
   Он мгновенно побледнел,
   Чувств лишился и присел,
   И не слышал, как его
   Да себе да на плечо
   Перекидывал Илья
   Да и нес не день, не два
   По дорожке по прямой
   К граду Киеву с собой.
   В Киев-граде же со стен
   Князь взирал на свой удел.
   "Что и как? Везде ли тихо?
   Ой не нужно нам ведь лихо!"
   И вот видит, как к нему,
   Раздвигаючи толпу,
   Богатырь идёт Илья.
   "Эй, откуда и куда
   Держишь, молодец, ты путь?
   И где мыслишь отдохнуть?" -
   Князь привычно вопрошает,
   А Илья и отвечает
   Про село, про дом родной,
   Да дорожкой как прямой
   В Киев-град он шел сквозь лес,
   И дошел ведь, наконец...
   Князь не верит: "Ой не лги -
   Нет прямого к нам пути!
   На пути да на прямом
   Страшный свист и жуткий гром
   Губит бравых молодцов
   Уже тридцать как годков."
   "Всё что было - то прошло,-
   Возразил Илья на то.-
   Я того, кто всех губил,
   Самого в лесу пленил.
   Вот он - этот лиходей
   С хитрой кличкой "соловей".
   И Илья тут свистуна
   Скинул лёгонько с плеча.
   Тот очнулся, стал стонать...
   Князь не верит же опять.
   И поэтому Илья
   Грозно просит Соловья
   Показать свои уменья
   Всем сейчас для подтвержденья.
   "Ну, раз надо - покажу,"-
   Отвечал свистун ему.
   Да как стал затем свистеть...
   Ох, уж лучше б умереть!
   Терема ведь зашатались,
   Кони с привязи сорвались,
   С окон, словно с неба град,
   Стекла веером летят.
   Ну а люди, люди все
   Распластались на земле
   Да так пластом и лежали,
   Пока свист не переждали.
   Да и князь ведь наш потом
   Ой с большим, большим трудом
   Мысли вместе собирал,
   А, собравши их, сказал:
   "Ты, я вижу, Соловей,
   Будешь всех злодеев злей.
   Но одно мне не понять:
   Как тебя сумел поймать
   Да не витязь удалой,
   А крестьянский сын простой?"
   Лиходей же, в раж войдя,
   Отвечает: "Да ведь я
   Больно пьян в ту пору был
   Вот себя тем и сгубил..."
   Как на явную на ложь
   Пробрала Илью тут дрожь.
   Да и взял он Соловья,
   Да и кинул в облака.
   И вот там он и летает...
   И пусть там не забывает.
   Что на матушке-Руси
   Ещё есть богатыри!
  
   8.02.2006 г.
  
   СКАЗКА ПРО ДОБРЫНЮ И ЗЛОБНОГО ЗМЕЯ
  
   Ой да сказывала мать
   Рядом с речкой не гулять
   Да сыночку своему
   Раз пятнадцать поутру.
   Но Добрынюшка-сынок
   Не увидел в этом толк
   И тотчас пошел туда,
   Где крутые берега,
   Где волна вслед за волной
   Пробегает чередой.
   "Эге-гей! - он там вскричал.-
   Здравствуй, вольницы причал!"
   А в ответ из-за куста
   Слышит страшные слова:
   "А... попался? Растопчу!
   Растопчу и проглочу
   Молодца Добрыню,
   Как на грядке дыню!"
   А затем из-за куста
   Появилась голова.
   Голова качается,
   Змеем представляется
   Да глазами зыркает
   Да и дальше фыркает:
   "Будешь, будешь, будешь знать,
   Как покой здесь нарушать
   Сильного и злобного
   Змея подколодного!"
   Но Добрыне-молодцу
   Ведь пугаться не к лицу -
   В дрожь он не бросается,
   А лишь удивляется:
   "Ой, Горыныч - лютый змей,
   Ты меня ведь не сильней.
   Так зачем же лаешься,
   На меня кидаешься?
   Ой смотри, да как бы я
   Не озлился на тебя,
   Не озлился силой
   Для тебя не милой."
   Змей смеется же в ответ:
   "Ой, мне веры в это нет.
   Ой, твою ведь силу
   Что-то я не вижу.
   Ну, так где же? где она?
   Ой не вижу! Ха-ха-ха!"
   "Будет, будет сила,-
   Говорит Добрыня.-
   Только, чтоб дождаться,
   Нужно привязаться
   Сильному и злобному
   Змею подколодному
   К дереву-дубочку
   Да присестъ на кочку."
   Змей на это: "Ха-ха-ха!
   Ой вяжи, вяжи меня!
   Ой твою я силу
   В речку камнем кину!"
   Да и вновь захохотал,
   Пока молодец вязал
   Да его к дубочку
   Да садил на кочку.
   Между тем, закончив дело,
   Добрый молодец умело
   Ломит рядышком дубину
   Да затем и в бок и в спину
   Бьет ведь ею злобного
   Змея подколодного.
   Тут уж змею не до шуток,
   Не до глупых прибауток.
   Тут одно лишь на уме:
   Как спасти бы жизнь себе?
   И вот он уж не кичится,
   Не смеется, не грозится,
   А, исполненный тоски,
   Умоляет: "Друг, прости!
   Ой не бей мне в спину -
   Отложи дубину.
   А за это я клянусь
   В сей же час покинуть Русь,
   Да назад не прилетать,
   Да людей в полон не брать."
   Что ж, Добрыне-молодцу
   Быть без веры не к лицу.
   И вот змею он внимает,
   Змея он освобождает
   И, успев сказать лишь "да",
   Он от змея и следа
   Уж не видит взглядом
   Ни вдали, ни рядом.
   И все было б хорошо,
   Не случись за этим то,
   Что и ныне на Руси
   Вспоминают старики.
   Вспомним же и мы, друзья,
   Как Горыныч-змей спеша
   От Добрыни в новый край
   Выкрал, словно невзначай,
   Ой да княжескую дочь
   Да и сгинул с нею прочь.
   Ой, что было! Ой, беда!
   Всполошились все тогда:
   Стали бегать, голоситъ,
   Князь к тому же есть и пить
   Отжелал вчистую,
   "Ах,- кричит,- тоскую!"
   Но увы, увы, увы,
   Этим не вернуть княжны.
   Ну а чем? Кто знает?
   Князь ведь так страдает!
   Да тут, к счастью, слух прошел,
   Что со змеем, мол, знаком
   Славный молодец Добрыня.
   "Что ж, запомню это имя", -
   Князь себе пообещал
   И, не медля, приказал
   Молодца того сыскать
   Да и тут же в путь послать
   За пропавшею княжной
   В край далекий, в край чужой.
   "Будет сделано!" - сказали
   И вприпрыжку побежали
   Выполнять его приказ
   Все, кто только был горазд.
   И исполнили. И вот
   Добрый молодец идет
   Через реки и долины,
   Через топкие трясины,
   Через горы и леса
   Ой идет, идет туда,
   Где знакомый ему змей
   Скрылся с пленницей своей.
   И дошел ведь, наконец.
   Ай да витязь! Молодец!
   Только змей его же ждал -
   Он в тот день к куме летал.
   А на месте у норы
   Были лишь его следы,
   Да княжна лишь на цепи
   Там сидела у скалы.
   Молвит девица-краса:
   "Ах, зачем? зачем сюда
   Ты пришел незванным, друг?
   Змей ведь очень, очень груб
   И в момент, как дыню,
   Скушает Добрыню."
   "Ну... да это как сказать" -
   Стал Добрыня возражать.
   "Ах, не спорь! - княжна прервала
   Всё равно поверю мало,
   Ведь у змея под горой
   Два бочонка есть с водой.
   А вода в них не простая:
   В первом - сильная, живая.
   Змей её ковшами пьёт
   Да на бой с любым идёт
   Как скала могучий
   Да как лев прыгучий.
   А в другом же завсегда -
   Слабосильная вода.
   Уж её то змей не пьёт...
   Ведь кто выпьет - тот умрёт
   Без огня, без дыма,
   Как в мороз малина."
   "Да... занятная картина" -
   Соглашается Добрыня,
   Да надолго замолкает,
   Да местами и меняет
   Он бочонки под горой
   С удивительной водой.
   Тут как раз и быстрый змей
   Возвернулся из гостей.
   "А, - грохочет - снова ты
   У меня стал на пути?
   Ну, держись! На этот раз
   Пробил твой последний час.
   Ой, да я Добрыню
   Съем сейчас как дыню!
   Съем, но для начала
   Выпью, вместо чая.
   Из бочонка под горой
   Я водички ледяной."
   И тотчас к бочонку он
   Повернулся да - бегом!
   Да ковшом туда-сюда...
   Ох и вкусная вода!
   И не знал он ведь, не знал,
   Что ту воду поменял
   Наш Добрыня-молодец...
   Да тут сказке и конец
   Без огня, без дыма
   Да необратимо.
  
   23.02.2006 г.
  
   СКАЗКА ПРО НИКИТУ И ЦАРСКУЮ ДОЧЬ
  
   Для дружины как-то раз
   Пир устроил старый князь.
   И на пире да на том
   Кубки пенились вином,
   Гости дружно веселились:
   То вставали, то садились,
   Ели, пили, говорили,
   За словами не следили...
   А в конце той суеты
   Князь сказал: "Друзья мои,
   Всем известно, что давно
   Я хотел жениться, но
   Всё никак не мог найти
   Нужной я себе жены.
   Ведь понятно, что она
   Быть красавицей должна
   Да такой, чтобы соседи
   Мне, завидуя, немели.
   Но вчера узнал я весть:
   Есть такая всё же, есть!
   У заморского царя
   Дочь, узнал я, подросла
   Снега белого белее
   Да на свете всех милее.
   Потому вот мой приказ:
   Завтра в самый ранний час
   Снаряжаем корабли
   И без лишней суеты
   Отплываем за моря
   Сватать дочку у царя."
   Все вскричали: "Это - дело!
   Это справим мы умело!"
   И лишь молодец Никита
   Молвил громко и сердито:
   "Ой, да как бы ты наш князь
   Не упал лицом тут в грязь."
   Ну а тот ему в ответ:
   "Тебе слова больше нет!
   Не тебе меня учить
   С кем, когда и как мне жить!"
   Да ногой при этом топнул,
   Да от гнева чуть не лопнул...
   Как обычно, у окна
   Может час, а может два
   Дочка царская сидела
   И, скучая, в даль глядела.
   А пред ней картинкой чудной
   Луг пестрелся изумрудный,
   А по лугу ручеек
   К морю лентой синей тёк.
   И все пело, всё играло,
   Лишь царевна всё скучала
   У раскрытого окна
   Может час, а может два...
   Наконец она вздохнула,
   Тихо ручками всплеснула
   И, сомненьями полна,
   Так промолвила тогда:
   "Всех чудесней царство наше,
   Всех девиц других я краше.
   Так зачем же женихи
   Стали к нам сюда редки?
   Что случилось? Боже мой!
   Где же? Где же рыцарь мой?"
   Да глядит, а там - в дали
   Показались... корабли!
   Ветер дует в паруса
   И спешат они сюда
   Гладью моря-океана
   И не поздно и не рано,
   А как раз наполовинку
   В золотую серединку.
   И на тех на кораблях
   Гордо реет князя стяг.
   Царь заморский Елисей
   Сделал милость для гостей:
   Он не стал их зря томить,
   А велел тотчас впустить
   Через главные врата
   В зал парадного дворца.
   "Ну же, гости, - просит он,
   Отвечая на поклон,-
   Объясните, с чем сюда
   Привела вас всех судьба?
   С доброй вестью или нет?
   Ну, так кто же даст ответ?"
   Тут наш князь и говорит,
   Сделав очень умный вид,
   Что, мол, с дальней стороны
   Прибыл он не для беды,
   А чтоб сватать дочь царя
   Без раздумья за себя.
   "Что ж, нет вести веселей,-
   Царь заметил Елисей.-
   А то что-то женихи
   Стали нынче к нам редки.
   Потому и дочь скучает,
   Плохо ест, недосыпает.
   А ведь вредно ей - она
   Богатырка у меня.
   Но учти, гость дорогой ,
   Стать тому она женой
   Обещала, кто над ней
   Будет силою сильней.
   Ну а силушку твою
   Мы проверим поутру:
   Есть у нас в лесочке тут
   В два обхвата древний дуб.
   Есть и меч на сто пудов.
   Так что будь с утра готов
   Там мечом ты, друг, махать,
   Чтобы силу показать.
   И ещё запомни князь:
   Коль не срубишь дуб за раз,
   То сейчас же с твоих плеч
   Снимет голову мой меч."
   Князь подумал, что, однако,
   Это слишком всё двояко.
   Да и тут же из дворца...
   Да в центральные врата...
   Да на берёг к кораблям...
   Да и выдохнул лишь там:
   "Ох, ребятушки, пора
   Поднимать нам якоря
   Да ночною да порой
   Уходить скорей домой!"
   Все согласно закивали
   Да по трапам побежали.
   И лишь молодец Никита
   Возразил на то сердито:
   "Нет, негоже ночью нам
   Бегать в страхе по морям.
   Ночью, братцы, лучше спать.
   А царю же, князь, сказать
   Утром можно будет так:
   Мол, срубить ты был бы рад
   В два обхвата древний дуб,
   Но одно смущает тут:
   Больно лёгок царский меч.
   Им, конечно, можно сечь,
   Но не князю удалому,
   А дружиннику малому.
   Ну а там уж под шумок
   Я и сделаю урок,-
   Пояснил Никита
   Честно и открыто. -
   Ой срублю дубочек,
   Как в саду цветочек!"
   Князь согласно закивал.
   "Это можно".- он сказал
   И велел не отплывать,
   А всем лечь и крепко спать.
   Баю-баю, баю-бай,
   Спи дружина, засыпай!
   Баю-баюшки, баю
   Да в заморском да в краю.
   И пусть сгинут беды прочь!
   И пусть будет тихой ночь!
   И вот ночь сменилась днем.
   Барабаны бьют "подъём!"
   И уже богатыри
   Меч, сгибаясь до земли,
   В заповедный лес несут.
   И уже собрались тут
   И веселый Елисей
   С милой доченькой своей,
   И дружина в два ряда
   Ой да князя-жениха,
   И, конечно, рой зевак,
   Ведь без них нельзя никак.
   Царь кивнул:"Ну что ж, пора!"
   И затихла враз толпа...
   И вот в этой тишине
   Князь сказал как бы себе:
   Что, мол, слишком лёгок меч...
   И что им пристало сечь
   Да не князю удалому,
   А дружиннику малому.
   А Никита тут как тут:
   Да мечом да с маху - в дуб!
   И от дуба от того
   Не осталось ничего.
   Царь кричит: "Вот это да!"
   А народ за ним: "Ура!
   Слава! слава силачу
   Ой да князю-жениху!"
   Ну а царь кричит опять:
   "Свадьбу нынче же играть!
   Я слова ведь не меняю -
   Я всегда их выполняю!"
   А народ за ним: "Ура!"
   И пошла тут кутерьма
   В честь такой развязки
   Дальше без подсказки.
   А как кончили плясать,
   Стали князя провожать
   К кораблям на море
   Через луг и поле.
   Князь с зазнобушкой идёт,
   Сладки речи с ней ведёт.
   А она же для начала
   Ему ручку только сжала
   Так, совсем легонько,
   И весьма тихонько.
   Князь тут старый и бледнеет...
   Тут наш князь ведь и немеет...
   Ой, не зря царь говорил,
   Что у дочки много сил...
   Ну а девица-краса
   В тот же миг и поняла,
   Что не будет силачом
   Ни сейчас князь, ни потом.
   "Ладно, ладно, старичок,
   Я упомню твой урок,"-
   Про себя она решила,
   Когда пристань проходила.
   А как стали корабли
   Плыть от берега земли,
   Она лишь перекрестилась
   Да в каюте и закрылась.
   Вот спешат, спешат гурьбой
   Корабли к себе домой.
   А у мачты князь стоит,
   Во все стороны глядит.
   Да и видит: на корме
   Спит Никита в уголке.
   Спит, злодей, не шевельнется
   И как будто бы смеется
   Да над князем удалым,
   Но, увы, не молодым.
   А ещё припомнил князь
   Про обещанную грязь
   Да про то, как с ним Никита
   Говорил всегда сердито.
   Всё князь, всё припоминает
   Да Никиту и бросает
   Да за это за корму
   В набежавшую волну.
   Долго, коротко ли там
   Плавал витязь по волнам -
   He могу сейчас сказать.
   Знаю лишь, что он опять
   Оказался на земле.
   Непонятно, правда, где
   Находилась та земля...
   Но и сказка ведь не вся.
   Слышите? Вон под горой
   Раздается жуткий вой.
   А потом там и шаги
   Чьи-то, слышите? слышны.
   Вот всё ближе, ближе и...
   Из ночной тревожной мглы
   Показался бородатый,
   Весь помятый, весь лохматый
   Страшный леший-великан
   Да и спрашивает сам:
   "Эй, что надо молодцу
   На пустынном берегу?"
   Ну, Никита объясняет...
   А тот тут же предлагает:
   "Хочешь, к дому твоему
   Я тебя, друг, отнесу
   На спине да на своей
   Ветра быстрого быстрей?"
   Богатырь, конечно, наш
   Согласился в тот же час.
   И вот мчатся уж они
   Силуэтами вдали
   Над лесами, над горами
   Да над синими морями.
   И домчались. Вот она -
   Наша Русская земля.
   Леший встал на её край:
   "Ну же, матушка, встречай
   Ой да нас лугами
   С яркими цветами!"
   А Никите наказал,
   Чтоб нигде не позволял
   Тот себе хвалиться,
   Как смог прокатиться
   На спине лесовика
   Через горы и моря.
   "А не то, - сказал он грубо, -
   Тебе будет очень худо!"
   Ну а дальше дед лесной
   Лёвой топает ногой
   И мгновенно исчезает.
   А куда? он сам лишь знает...
   "Вот так дед!" - сказал Никита
   Нет, не будет мной забыта
   Его помощь и наказ
   Даже в самый трудный час."
   И - домой! домой! домой!
   Поспешает наш герой.
   Вот и стольный виден град.
   Наш Никита очень рад.
   Рад наш молодец всему:
   Даже хрюшке на лугу,
   Что гуляла неспеша
   Под присмотром пастуха.
   Что гуляла, что гуляла,
   А потом - как побежала!
   А пастух за ней - да в грязь!
   Ой, да это ж старый князь...
   Смотрит молодец, дивится:
   Может это только снится?
   Но престранный пастушок
   Уж бежит через лужок...
   Под бежал, рыдает,
   Всё да объясняет:
   "Ой, засватал на беду
   Ты мне, молодец, жену
   Ой да не простую,
   А ко мне ведь злую.
   И как вызнала она,
   Что нет силы у меня,
   Так в момент из града
   В пастухи услала.
   А сама-то, а сама
   Власть к рукам всю прибрала,
   Прибрала всю разом,
   Не моргнув и глазом.
   Ох, Никита, помоги!
   Всё назад, назад верни!
   Я ж за помощь эту
   Дам тебе конфету."
   Эх, конфетка-мармелад!
   Ей, конечно, каждый рад.
   Тем не менее Никита
   Говорит опять сердито.
   Говорит, как на духу,
   Да про князя "доброту",
   По которой в море он
   Чуть не сгинул топором.
   А поэтому сейчас,
   Мол, пускай исчезнет князь
   Навсегда с нашей земли,
   Пока ноженьки целы!
   Князю это предложенье
   Не нуждалось в повтореньи.
   Эх, конфетка-мармелад!
   Не вернется князь назад.
   А идет зато сюда
   Богатырка, дочь царя
   Молодца узрела,
   Вся враз заалела
   Да и молвит дива
   Тут неторопливо,
   Что ей суженный не тот,
   Кто свиней теперь пасет,
   А кто силой сильных рук
   Раскрошил столетний дуб.
   Что ж, Никита рад. И мы
   Этим тоже веселы.
   И от радости такой
   Пир тут начался горой.
   И опять, как встарь, все пили,
   За словами не следили.
   И Никита пил и там
   Похваляться вскоре стал,
   Как за чудной за спиной
   Ехал он к себе домой.
   И, как это он сказал,
   Прекратился общий гвал,
   Замер в ужасе народ,
   Ведь стоял пред ним вдруг тот..
   Тот - немытый, бородатый,
   Лесной дедушка лохматый.
   "А! - кричит Никите дед,-
   Ты нарушил свой обет -
   Говорить начал про то,
   Что другим знать не должно!"
   "Ой прости меня, прости,
   Но моей тут нет вины.
   Это хмель ведь, а не я
   Похвалялся про тебя" -
   Объясняет богатырь.
   "Что за хмель? - старик завыл,-
   Ну-ка, дайте погляжу.
   Погляжу да проглочу
   Это ваше диво
   Я без перерыва!"
   Тут все разом подбежали,
   Вина в ведра наливали
   И поили старика
   Может час, а может два..
   А как леший опьянел,
   То наделал много дал:
   Всё, что под руку поймал.
   Дед лесной крушил, ломал,
   А затем, устав ломать,
   Завалился тут же спать.
   И проспал, как говорят,
   Трое суток он подряд.
   А как леший пробудился,
   То погрому удивился
   Очень сильно: "Ай да хмель!"
   Да бочком, бочком... и в дверь!
   Да бежать скорей в леса
   От великого стыда...
   Эх, и нам бы не забыть,
   Что и сколько можно пить!
  
   15.03.2006г.
  
   СКАЗКА ПРО СВЯТОГОРА
  
   "На беду ты для врагов
   Народился, Святогор,-
   Пела нянька малышу.-
   Баю-баюшки баю."
   Время шло, и вот уже
   Богатырь наш на коне.
   В битвах бьется, всех разит,
   Кто не гибнет - тот бежит
   От него на край земли.
   А как сгинули враги,
   Святогор да возгордился
   Да не к месту расхвалился
   Своей силой удалой:
   "Эй, смотрите я какой!
   Да мне равных просто нет
   И не будет уйму лет!"
   Скачет, скачет богатырь,
   А за ним клубится пыль,
   Впереди же старичок
   С малой сумочкой идет.
   Шаг пройдет и отдыхает.
   Но, однако же, шагает
   Тем не менее туда,
   Куда глянули глаза.
   "Эй, прохожий, что несешь? -
   Слышит вскоре он вопрос.-
   Сумка ведь твоя мала,
   А идешь ты с ней едва."
   Старичок остановился,
   Святогору поклонился
   Да и молвит: "А вот ты
   Сам её и подними,
   Чтобы здесь без лишних слов
   Нам и кончить разговор."
   Соскочил с коня герой,
   Взял за сумочку рукой,
   Но не смог и шевельнуть
   Он её даже чуть-чуть.
   Богатырь тут распалился
   Да за сумку ухватился
   Да руками уж двумя,
   Но опять всё зря, всё зря -
   Но опять и шевельнуть
   Он не смог её ничуть.
   И лишь пот кровавый льется...
   А с небес вдруг раздается:
   "Не хвались же почем зря,
   Чтобы не было стыда!"
  
   24.03.2007 г.
  
   СКАЗКА ПРО ЗЛЫДНЕЙ
  
   За мосточком,за рекой
   Жили-были муж с женой.
   Жили они-не ленились,
   С утра до ночи трудились
   Да только никак от нужды
   Себя уберечь не могли.
   А всё не могли потому,
   Что злыдни забрались в избу
   И всяческий вред они там
   Творили да всем по пятам:
   То сено сгноят,то-пшеницу,
   А то всю домашнюю птицу
   Отправят на вечный покой,
   Сморив ее страшной чумой.
   Иной от подобных деяний
   Зашелся бы в крике стенаний,
   А наш же хозяин-другой-
   Достал он гуделку и той
   Гуделкой затеял играть
   Да так,что детишки плясать
   Под эту музыку пустились
   И беды все разом забылись.
   Танцуют детишки,смеются,
   Аж стёклышки в окнах трясутся.
   Да вдруг замечает бедняк,
   Что рядом с мальцами гопак
   Танцуют у старенькой печки
   Какие-то не человечки,
   И глазки у них не простые,
   А глазки ужасные, злые.
   И тут уж не надо гадать,
   Чтоб злыдней да в них не узнать.
   А как замолчала гуделка,
   Попряталась эта семейка
   Под печку,да там и сидит.
   Бедняк же хитро говорит:
   "Ах,как же мне вас,злыдни,жалко-
   Вам тесно,наверно,и жарко".
   А те ему враз отвечают,
   Что их теснота не смущает,
   Что будет любое им место
   Всегда ведь не узко-не тесно.
   "Ну-ну!-усмехнулся бедняк.-
   Не верится в это никак-
   Вы в мой ведь кисет с табачком
   Не влезете даже бочком..."
   "Да как бы не так!"-закричали
   И дружно в кисет побежали
   Те злыдни,и новое место
   Не узко им и не тесно.
   Мужик же без долгих тут дум
   Верёвкой кисет свой стянул
   Да вынес его из избы
   Да спрятал на склоне горы.
   И жить стал отныне с женой
   Другой он,однако,судьбой-
   И день его каждый и год
   Счастливый имели исход.
  
   06.02.2009 г.
  
  
   СКАЗКА ПРО ВАНЮ
  
   Вышел как-то пастушок
   Рано утром на лужок,
   А там сена стог горит,
   А в стогу змея шипит,
   Ой шипит, бедняга:
   "Помоги мне, Ваня!"
   Пастушок не растерялся,
   И хотя змеи боялся,
   Но протягивает он
   В пламень палку, а потом
   Та змея да ведь по ней
   Выползает поскорей
   Да на волю да на луг,
   Где и молвит: "Ах, мой друг,
   Спас меня ты от беды
   И за это, друг, возьми
   Ты от дерева росток.
   Он, конечно, не высок,
   Но его ты посади,
   Посади его и жди,
   И в четверг после дождя
   Вырастать будет всегда
   На нем груша золотая."
   И затихла, уползая,
   С луга черная змея,
   И оставила она
   Ване деревца росток.
   И пускай он не высок,
   Но в четверг после дождя
   Появляется всегда
   На нём груши дивный плод...
   Ай да чудо! И народ
   Без конца про это
   Говорил всё лето.
   Слух дошёл и до царя:
   "Это ж надо! Ой-ля-ля!
   Нет, негоже быть такому!
   Нет, по нашему закону
   Чудо дивное должно
   Украшать моё окно!"
   И немедля без прикрас
   Пастушку он шлёт Указ:
   Мол, коль хочешь Ваня жить,
   То спеши пересадить
   Свой росточек ты к царю.
   И приписка: сутки жду.
   Делать нечего. Вздыхая,
   Да себя лишь укоряя,
   Хлопец выполнил Указ.
   Но, увы, на этот раз
   Отвернулась от царя
   И удача и судьба:
   Через день ведь на окошке
   Тот росток загрызли кошки.
   Царь от этого страдает
   И, страдая, умирает.
   А народ, поговорив,
   Взвесив всё и обсудив,
   Дружно выбрал для себя
   Вскоре нового царя.
   А кого избрали -
   Нам не рассказали.
   Ну, да если постараться,
   Можем сами догадаться,
   Потому как на лужок
   Другой вышел пастушок...
  
   08.04.2007г.
  
  
   СКАЗКА ПРО ИВАНА И КАСЬЯНА
  
   Два соседа рядом жили,
   Но, однако, не дружили -
   Беден был сосед Иван,
   Но зато другой - Касьян
   Был богат и у него
   Много было ведь чего.
   "Что ж, такая, знать, судьба" -
   Говорил Иван всегда
   Да и шёл в свой огород,
   Где которой уже год
   У него ведь и росло
   Только вишни деревцо.
   Вишню ту он обрывал
   Да на рынке продавал.
   Тем и жил. Да вот беда:
   Залетела раз сюда
   Птица с дальней стороны
   И склевала все плоды.
   Bce-все-все. ''Ну и дела.." -
   Завздыхал Иван тогда.
   Завздыхал он, затужил -
   Он ведь вишней лишь и жил...
   А на это с высоты
   Птица молвит: "Погоди,
   Не тужи ты так, не надо -
   Будет щедрая награда
   Для тебя, ты лишь садись
   Мне на спину да держись."
   Сел Иван, и вот они
   Уж летят за край земли.
   Там - за краем - океан,
   И ещё есть остров там,
   А на острове гора
   Изумрудов, серебра...
   Ух! сверкает и блестит.
   Птица ж снова говорит:
   "Вот, бери себе Иван
   Всё, что ты захочешь сам."
   Ух! А ведь добра - гора!
   И гора та не мала..
   Раззадорился Иван
   Да в карманы и набрал
   Понемножку тех камней,
   Что гляделись веселей.
   А на Русь как возвратился,
   Так с нуждой и распростился;
   Дом построил новый и
   Ел теперь мясные щи.
   Через год про то сосед
   Разузнал и на обед
   Тут же с фляжечкой винца
   Объявился у крыльца.
   "Ах, - рыдает, - помоги!
   Помираю от жары!
   Разреши ж в твой огород
   Мне прямой проделать ход
   И под вишней у тебя
   Полежать денёчка два."-
   "Да лежи, лежи Касьян,-
   Соглашается Иван -
   Да лежи хоть до зимы
   Ты под вишенкой в тени."
   И не минул часа срок,
   Как Касьян уже мешок
   Постелил под деревцом
   Да и ждет, и ждет на нем
   Повторения чудес...
   И дождался, наконец.
   Чу! Летит, летит опять
   Птица вишенки клевать.
   А премудрый наш Касьян,
   Птицу видя, застонал
   Да заохал на лады:
   "Гибну! гибну от нужды!
   Ой заела ведь меня
   Эта вредная нужда!"
   Птица, выслушав, сказала:
   "Будет щедрая награда
   И тебе, ты лишь садись
   Мне на спину и держись."
   Сел Касьян с мешком и вот
   Начинается полет
   К тому месту, где Иван
   Годом раньше побывал.
   Долго ль-коротко летели,
   Но, однако, прилетели.
   Вот он - остров и гора
   Драгоценного добра.
   Ух! Огнем так и горит!
   И Касьян спешит, спешит
   Взять побольше в свой мешок
   И ещё, ещё чуток
   За рубаху и в штаны
   Этой яркой мишуры.
   Наконец угомонился
   И на птицу взгромоздился
   "Ну же, милая, вези
   К сладкой жизни впереди!"
   Океан волной шумит,
   Птица по небу летит.
   Ох, а ноша-тяжела...
   Машут, машут два крыла..
   Да устали, задрожали,
   И от этого упали
   В воду, сделав нам намек,
   Жадный скряга и мешок.
   Бульк!
  
   26.04.2007г.
  
  
   СКАЗКА О ЧУДЕСНОЙ РУБАШКЕ
  
   Жил да был когда-то встарь
   На земле да нашей царь.
   И вот царь раз захворал
   И за лекарем послал.
   Долго-долго лекарь тот
   Делал пристальный обход
   Вокруг батюшки-царя...
   И ещё часочка два
   Думал, думал, а потом
   Говорит с почтенъем_он.
   Что, мол, вылечит царя
   Лишь рубашка да с плеча
   Да того, кто без забот
   Всем доволен круглей год.
   А раз так, то вмиг гонцы
   Уж бегут во все концы.
   Ищут, ищут хоть одно
   Там подобное лицо,
   Но, увы, "таковских нет!" -
   Всюду им звучит ответ.
   Тут гонцы и всполошились
   Да за голову схватились:
   О-ё-ёй! да о-ё-ёй!
   И вдруг рядом под горой
   Слышут песню без забот...
   Все - туда, а там Федот
   Веселится от души
   На песочке у реки.
   "Эй, милок, а может ты
   В счастье все проводишь дни?"
   "Точно так", - Федот кивает
   И веселье продолжает.
   "Слава Богу! Слава нам!" -
   Пробежало по рядам
   Царских слуг, и вот они
   Предлагают: "друг, возьми
   С нас себе любой презент,
   Но взамен ты в сей момент
   Дай рубашку нам свою,
   Чтоб снести её к царю." -
   "Я бы дал,- сказал Федот,-
   Но не тот мой гардероб.
   Вот, глядите под кафтан..."
   Все взглянули... ну а там
   Ведь рубашки то и нет
   Уже много-много лет...
   Ну а царь..? А про царя
   С той поры молчит молва.
  
   8.05.2007г.
  
  
   СКАЗКА ПРО МОЛЧАЛИВУЮ КУРОЧКУ
  
   Бабушка с дедушкой в бедности жили,
   Бабушка с дедушкой Бога просили:
   "Ах, милый Боже, да ты ж помоги
   Тем, кто страдает сейчас от нужды!"
   Долго просили и вот, наконец,
   С неба к ним прибил крылатый гонец.
   Он курочку дал старикам и она
   Им в день по яичку отныне несла.
   И были те яйца отнюдь не простые,
   А были, а были они ЗОЛОТЫЕ!
   Зажили по-царски старушка и дед:
   И пышки и мясо у них на обед,
   И в шубы одеты, и сладок их сон,
   И кончить бы сказку, но дело ведь в том,
   Что как-то, скучая,
   За чашечкой чая
   Надумали дед и старушка узнать
   Откуда берется для них благодать.
   И вскоре несушку в сарае поймали,
   И тут же бедняжку с пристрастьем пытали:
   Откуда, мол, яйца твои непростые?
   Откуда берёшь ты, мол, их золотые?
   Но курочка им ничего не сказала,
   И к Богу тотчас же уйти пожелала.
   А к небу опять понеслось: "Помоги!
   Ах, гибнем! страдаем от бед и нужды!"
  
   8.02.2008 г.
  
  
   Мельник Александр Федосеевич
   СЛАВЯНСКИЕ СКАЗКИ
   В стихах
   Майкоп 89184266383 2012г.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези) А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) В.Лесневская "Жена Командира. Непокорная"(Постапокалипсис) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"