*   *   *

Собирая сны в кошелку, слыша нежный шелест шелка на ее плечах,
Начинаю повторять я как охранное заклятье: "Правды нет в речах.
Правда есть в молчаньи лунном, ветре над зеленым лугом, в шорохе листвы,
Есть в огне и в острой стали, и в летящей птичьей стае, но в словах - увы." 

И ответит тихо эхо серебристым быстрым смехом, звоном бубенцов: 
"Ты и сам себя обманешь, но когда наутро встанешь, то не вспомнишь слов.
Вспомнишь плавное круженье, и цветное отраженье в озере лесном.
Это - сон, что даже сбывшись, даже наяву случившись, остается сном". 


 *   *   *

Не проси меня угадывать,
в тайники к тебе подглядывать, 
не проси меня подслушивать,
да наружу темну душу звать,
Знаю я давно беду мою - 
Что не услышу, то придумаю.