Смешливую, задорную девчонку
Зачем-то вместо музы дали мне,
Одетую в короткую юбчонку,
С расстроенной гитарой на ремне.

Другие музы, сладостные девы,
Помочь поэтам искренне хотят,
Поют под лиру нежные напевы,
И рифмы к ним на музыку летят.

А эта знает три "блатных" аккорда,
Ей только - ха-ха-ха, да хи-хи-хи,
Но музой называет себя гордо
И требует, чтоб я писал стихи.

Откуда тут, скажите, вдохновенье?
Она ж своей игрой загонит в гроб!
Поэтому мои стихотворенья - 
Пародии, ирония и стёб.

Её я умолял недавно слёзно:
О, муза, хоть на миг угомонись!
Давай напишем что-нибудь серьёзно,
Ты только за гитару не берись.

Мне хохмы сочинять осточертело.
Я ж лирик по натуре, c'est la vie.
Хочу писать, чтоб за душу задело
О жизни, о природе, о любви.

Пойми, что мы с тобой - не одногодки,
И мне уже давно за сорок лет,
Поэтому не песнями о водке
В поэзии хочу оставить след.

Хочу писать поэмы и сонеты,
В которых чувства льются через край.
Я знаю, что сумею сделать это,
Ты только на гитаре не играй.

Ведь вся твоя бравада разбитная
Воистину не стоит ни гроша.
Уверен, что живёт в тебе, родная,
Лирическая, нежная душа.

Да, музы петь должны, я это знаю,
Но только уясни себе, малыш,
Что я гораздо лучше сочиняю,
Когда ты не играешь и молчишь.

Не жги меня, дружок, сердитым взглядом,
С ногами в это кресло залезай.
Я чувствую, что рифмы где-то рядом,
Ты только струн гитары не терзай.

Твой стиль игры, так скажем, не фламенко.
Но если ты желаешь мне помочь,
Подвинь повыше юбку на коленках - 
И я готов стихи писать всю ночь.

Минут пятнадцать было всё так мило,
Как не было ни разу до сих пор.
Потом она гитару подхватила
И вновь взяла фальшивый ля минор.

И сразу же исчезло настроенье,
И жар творить немедленно затих.
Я думал написать стихотворенье,
А вышел этот ёрнический стих.