Меркульев Алексей Валерьевич: другие произведения.

Зловещий Заговор Математиков. Глава 5

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Предпоследняя глава. Грустная какая-то история получилась. Обещаю - последняя глава будет действительно юмористической. Хочется поприкалываться напоследок.

  

Глава 5.

.
  
  "Человек производит какой-то ряд действий с конечной целью - это будет операция. Возможность выбора одной операции из соответствующей группы операций называется ипостасью. Личность - это комбинация ипостасей. Минимальное число ипостасей для современного человека - четыре. Каждая ипостась задает соответствующую программу поведения. Между этими программами возникают отношения иерархии. Для управления личности используются, с одной стороны, эталоны, т. е. личности, которым следует подражать, а с другой стороны, инструкторы, которые только объясняют, что и как надо делать.
  Чтобы добиться выполнения инструкции или команды, надо преодолеть препятствия двух родов: 1) помехи в канале связи и 2) помехи в анализаторе самого принимающего (например, он настроен на другую программу). Поэтому к вводимой новой информации надо добавить шум в анализаторе, который помешал бы выполнять другие команды и создал бы тем самым благоприятные условия для восприятия именно данной информации. Этот шум и называется фасцинацией.
  Обычно фасцинация комбинируется с информацией на одной несущей волне. Последовательно они применяются крайне редко (в гипнотических сеансах). Фасцинация обычно использует очень сложные ритмы, чтобы не возникло привыкания в анализаторе...".
  
  Доклад Кнорозова представлял чисто исторический интерес, поскольку был посвящен древним, средневековым методам программирования человека. Сашка не собирался полемизировать с Кнорозовым по поводу преодоления биорезонансной защиты, а хотел наглядно продемонстрировать присутствующим здесь, что это такое. Но сначала Сашка решил высказать окружающим все, что он думает о них и их "научных" разработках. Поэтому, не дожидаясь окончания выступления докладчика, Александр Привалов вышел к микрофону, чтобы забить очередь. И вовремя - он едва успел опередить некоего Пирамидо-Хеопского, выступавшего в прениях практически по каждому докладу. Говорил тот всегда длинно, умно, но непонятно. По-сути, его речь строилась на тех же принципах, что и сочинения эвристической модели, представленной Амосовым, только была более гладкой и витиеватой. С содержанием докладов она была мало связана, и представляла собой набор вопросов общего плана, на которые Пирамидо-Хеопский сам же и давал ответы, не менее общие.
  Получив слово, Сашка принялся сухо, но, по-возможности академично, выкладывать в микрофон свои соображения. В зале послышалось недовольное гудение, и тонкий слух Сашки даже уловил шепотки: - "Мальчишка! Наглец!". Но Сашка не обращал внимания на гул и шепот, а говорил, говорил... Про избалованную псину, которая воротит нос от хлеба не потому, что не видит его, а потому, что зажралась; про синиц, пересекающих на кораблях моря-океаны, кишащие медузами с централизованной нервной системой; про классификацию Борхеса... Под конец Сашка провел недвусмысленные параллели между представленными на конференции моделями и пишущей машинкой сумасшедшего старикашки Эдельвейса.
  Когда он закончил говорить, к микрофону подскочил Пирамидо-Хеопский, и сразу же принялся тараторить:
  - А вот я, молодой человек, я не сумел разобраться, в чём вы видите абсурдность эвристической машины вашего изобретателя Эдельвейса? Да, в ней есть нарушение правил репрезентации условностей. Каких? По-моему даже не важно, реалистических или нереалистических. Я бы назвал это мягче - не абсурд, а некие оригинальные допущения. И мистическое - введение в машину фактора, которому не дается рационального объяснения, и мироформаторское и футорологическое. Но само изобретение, безусловно, оригинальное и впечатляющее. То, что мне напоминает абсурд - это отсутствие в вашем рассказе связанной внятности образа принципа работы эвристической машины и внятной связи вашего выступления с реальностью. Конечно, форматы частей вашего выступления не настолько различаются, чтобы подчёркивать прямые нарушения законов друг друга. Но их законы не ясны! Иная реальность, о которой вы напоминаете присутствием фраз "дурдом на выезде" и "психушка плачет", не выписана! На мой взгляд, вы витаете в облаках своей фантазии, и обрисованная вами общая картина вызывает сюрреалистическое представление о ней...
  Сашка не стал вникать в этот резонерский бред, а сразу включил умклайдет. Позитивная реморализация - это вам не средневековое нейролингвистическое программирование. На человека, у которого мозги на месте и совесть в порядке, эта процедура не влияет. А вот остальным позитивная реморализация выворачивает душу на изнанку. Проснувшаяся на время совесть в сочетании с выплывшими остатками рассудка вызывают у человека дикую тоску - от осознания своей ничтожности. Вот почему всеми инструкциями было рекомендовано прибегать к процедуре позитивной реморализации только в крайних случаях, и, по-возможности, ограничиваться только извлечением рассудка, без совести. Но Сашка понимал, что в данной ситуации без совести не обойтись: - вряд ли эти люди с ним захотят откровенничать. И Сашка врубил умклайдет на самую полную мощность, так, чтобы врезать по всем заплывшим жиром извилинам мозгов присутствующих.
  Резонер Пирамидо-Хеопский замер с открытым ртом, и большая часть присутствующих в зале тоже превратилась в манекенов. Да, этого Сашка не ожидал. Конечно, теория позитивной реморализации допускала принципиальную возможность такого развития событий, когда у человека не осталось ни совести, ни рассудка. Но только в теории. Существование таких людей на практике теория отвергала. В общем, Сашка стал свидетелем эффекта, имеющего большое, фундаментальное значение для теории позитивной реморализации. И он на мгновение даже замешкался - ему очень захотелось заснять эту выставку восковых фигур. Но чувство долга пересилило, и он подошел к Юрию Кнорозову, сидевшему на первом ряду.
  Кнорозов, как и небольшая часть участников конференции, в манекен не превратился. Он сидел сгорбившись, жалкий, раздавленный... По впалым щекам его текли слезы.
  - Юрий Михайлович, мне нужно с вами поговорить, - вежливо, но твердо произнес Сашка.
  Кнорозов поднял было голову, но сразу же опустил ее - он не выдержал Сашкиного презрительно-внимательного взгляда, каким обычно врач рассматривает нагноившуюся рану. Медленно он запустил руку во внутренний карман своего серого костюма, медленно достал оттуда плоскую фляжку в черном чехольчике, медленно отвинтил дрожащими пальцами крышку и сделал несколько больших глотков. Запахло дорогим коньяком.
   - Это вам не поможет, - сказал Сашка, глядя на гуляющий вверх-вниз кадык собеседника.
  Кнорозов оторвался от фляжки.
  - Вы что, из этих, из бывших? - глухо спросил он, и махнул в сторону стола президиума.
  Сашка бросил взгляд в указанном направлении, и увидел Карла Прибрама, склонившего голову на сложенные на красном сукне стола руки. Плечи старого ученого вздрагивали от сдерживаемых рыданий.
  Сашка снова уставился на Кнорозова.
  - Нет. Юрий Михайлович, но я хочу поговорить о другом. Мне нужно знать правду.
  - О чем?
  - Обо всем. Для начала, расскажите правду о себе. У меня сложилось впечатление, что ваша официальная биография не совсем правдива.
  Кнорозов усмехнулся, и снова полез во внутренний карман, откуда достал военный билет в потертой, порванной в нескольких местах зеленой обложке.
  Сашка удивился. Вообще-то в биографии Кнорозова его смущало утверждение, будто в возрасте пяти лет тот получил травму головы во время игры в крикет. Как-то не вязалась игра в крикет с советскими детишками, проживавшими в 1927 году в деревне под Харьковом. Тем не менее, Сашка принял из рук Кнорозова билет, раскрыл его, а прочитав, изумленно приподнял брови.
  В билете было указано, что всю войну Кнорозов Юрий Михайлович прослужил под Москвой, телефонистом 158-го артиллерийского полка резерва ставки главнокомандующего. Значит, официальная биография врала об участии Кнорозова во взятии Берлина.
  Хмыкнув, Сашка вернул билет владельцу и спросил: - Позвольте, Юрий Михайлович, а как же книги, которые вы спасли из огня горящей берлинской библиотеки?
  - Не было никакого пожара в библиотеке. Книги были приготовлены немцами для эвакуации, и лежали в металлических ящиках. Но увезти эти ящики в хранилища, оборудованные в горах, немце не успели. Книги попали к нашим.
  А кто привез книги вам?
  - Не было никакого пожара в библиотеке, не было никакого пожара в библиотеке..., - принялся повторять Кнорозов, раскачиваясь и глядя пред собой в одну точку.
  Похоже, ему поставили блок. Сашка мог бы с легкостью преодолеть блокировку, но решил не делать этого, поскольку ему и так все стало ясно. Вряд ли бы обычные солдаты или офицеры стали возиться с оставленными немцами книгами, да еще в условиях, когда велись кровопролитные бои за каждый берлинский дом. К тому же они не смогли бы понять, что гватемальская книга с репродукциями индейских кодексов абсолютно бесполезна без английской книги с переводом рукописи де Ланда. Нет, за книгами охотились целенаправленно, зная об их ценности. Более того, их даже не пытались приобрести официальным путем, хотя книги не являлись раритетными. Значит, хотели сохранить свой интерес к книгам в тайне, до тех пор, пока не будет изучено их содержание. Показательно, что книги были переданы не лингвистам и не специалистам по истории народов Центральной Америки, а человеку, занимавшимся изучением азиатских шаманских культов. Значит, кодексы майя сначала были переведены, а уже потом их передали тому, кто разбирался в методах изменения восприятия и сознания человека, используемых в шаманской практике. Вне всякого сомнения, теория фасцинации была взята из кодексов индейцев Майя, которым ее, в свою очередь, "подарили" христианские миссионеры.
  - Ответьте, Юрий Михайлович, а зачем вы носите с собой военный билет? - спросил напоследок Сашка Привалов.
  Кнорозов перестал раскачиваться, и его глаза снова обрели осмысленное выражение.
  - Я хочу, чтобы люди узнали хотя бы часть правды. Всякое может случиться на улице - или машина сшибет, или с сердцем плохо станет... Скорая помощь, милиция начнут устанавливать личность по найденным в карманам документам, и к тому времени, когда спохватятся те, кто заставляет меня молчать, кусочек правды будет известен целому ряду посторонних лиц.
  Сашка покачал головой.
  - Я бы не стал на это рассчитывать. Посторонних лиц заставят молчать, как и вас. Забудьте о нашем разговоре, и поспите минут пять...
  Сашка не знал, что Кнорозову все же удастся донести этот небольшой кусок правды до относительно широких масс. В 1993 году, незадолго перед своей смертью, Кнорозов признается со страниц финской газеты, что в Берлине не был. Он даже покажет журналистам свой военный билет, но категорически откажется объяснять, кто и почему передал ему книги из берлинской библиотеки. Эту тайну он унесет с собой в могилу.
  Дав Кнорозову установку, Сашка поднялся к столу президиума и направился к Прибраму.
  Все члены президиума, кроме Карла Прибрама, были неподвижны. Их остекленевшие глаза были направлены в сторону микрофона, у которого застыл Пирамидо-Хеопский. Лишь Бехтерева конвульсивно подергивалась, и повторяла одни и те же фразы: - "Магическое число семь! Золотое сечение! Магическое число семь!...".
  - Господин Прибрам, я хочу поговорить с вами.
  Американец, как и Кнорозов, не смог выдержать взгляда Сашки, и отвел глаза в сторону. На Сашкин вопрос он ответил вопросом:
  - Вы из другой ветви этого мира, как я понимаю?
  Сашка удивился. Насколько ему было известно, о существовании его мира здесь никто не знал. Собственно, и приглашение на конференцию, по которому он сюда прибыл, было адресовано не в НИИ ЧАВО, а в один из малоизвестных институтов этой грани Мира (как оно попало к Янусу Полуэктовичу, знал только Янус Полуэктович).
  - Почему вы так решили?
  - Во-первых, в нашем мире на конференциях не принято вести полемику так, как это делали вы....
  Сашке стало немного стыдно. Вообще-то и в его Мире не принято так вести себя на конференциях. Но там и не бывает такого откровенного бреда как здесь.
  - Во-вторых, я знал, что рано или поздно в других ветвях мира обеспокоятся происходящим здесь, и пришлют своих разведчиков.
  - Откуда вам известно о существовании других граней Мира?
  - Грани? Я предпочитаю другую метафору - ветви. Впрочем, это неважно. В нашей истории есть много загадочных моментов, которые проще всего объяснить с помощью такой метафоры.
  - Например?
  - Например, странные особенности распространения некоторых опасных эпидемий. Оспа, от которой не было спасения, почему-то щадила отдельные территории, обтекая их стороной, строго по административным границам.
  Сашка мысленно зааплодировал, а вслух процитировал отрывок из "Роковых яиц" Булгакова:
  
  "...а на западе мор удивительным образом задержался как раз на польской и румынской границах".
  
  - Вот именно, молодой человек. Я полагаю, что каждый человек, сам того не подозревая, присутствует в каждой из ветвей Мира, и если его настигает смерть в одной из ветвей, он умирает и в остальных, хотя причины смерти могут быть самыми разными. И если в одной из ветвей Мира идет кровопролитная война, то в другой ветви, где на тот момент нет войны, люди начинают умирать от массовых эпидемий. И если в первой ветви мира есть страна или область, жители которой не участвуют в войне, то во второй ветви эпидемия обойдет эту территорию.
  - Допустим. Но с чего вы взяли, что в других гранях мира должны обеспокоиться?
  - Нашей ветви мира скоро придет конец. Значит, погибнут и остальные ветви.
  - Здесь вы ошибаетесь, господин Прибрам. Ваша грань мира больна, и теперь она почти полностью изолировалась от остальных. Процесс отчуждения начался давно, еще в Средние Века, и сейчас вы, в отличие от меня, не представлены в других гранях Мира. И я здесь нахожусь из чистого любопытства, а не из-за беспокойства. Мне нужно знать, что происходит с вашей гранью Мира.
  Старый ученый горько вздохнул.
  - Спасибо, "утешили". Впрочем, я о чем-то подобном догадывался.
  - Не надо благодарностей, - холодно ответил Привалов. - Объясните-ка мне, что означает эта бредовая конференция?
  - Я вижу, вы ничего не поняли, молодой человек. Ну что же, попытаюсь удовлетворить ваше "чистое любопытство". Начнем с того, что на конференции представлены модели восприятия не здоровых людей, а больных, страдающих агнозией...
  Сашка хлопнул себя по лбу.
  - "Какой же я баран! Ну конечно! Вот почему эти модели ни черта не узнают, и вот о ком Бериташвили говорил, что у них отсутствует образная деятельность!".
  А Прибрам, словно почувствовав ход мыслей собеседника, пояснил:
  - В основе нарушения процесса узнавания объектов лежит невозможность управления воспроизведением зрительных образов. Как известно, ставшие жертвой агнозии художники теряют способность рисовать по памяти, хотя и могут делать отличные копии с натуры, а любители чтения отказываются от книг, хотя и понимают смысл прочитанного - у них не возникает образов прочитанного. Более того, неуправляемые сознанием образы приобретают самостоятельность, и часто проявляются в виде самых настоящих галлюцинаций.
  - Да, я об этом читал...
  - Но агнозия - еще не все. Другая часть моделей имитирует мышление шизофреников. Причем разработчики стремятся создать идеальные модели этих заболеваний. У людей симптомы агнозии и шизофрении не проявляются в "чистом" виде, они обычно сопровождаются целым букетом других, "посторонних" симптомов. А модели лишены этого недостатка.
  - Но зачем нужны такие модели?
  - На этих моделях отрабатываются специальные корректирующие программы. Одну из них вы видели - ее представлял господин Амосов.
  - Вы хотите сказать, что на этих моделях ученые пытаются отрабатывать методы лечения агнозии и шизофрении?
  Прибрам невесело рассмеялся.
  - Разве я произнес слово "лечение"? Лечить здесь никто никого не собирается. Я говорил о внесении в модель изменений, которые обеспечивают ей относительную автономность, не затрагивая ее агностическо-шизофренической сути.
  - Я ничего не понимаю, - честно признался Сашка.
  - Не удивительно. Ведь на этой конференции обсуждаются не все, а лишь некоторые аспекты одной проблемы, о которой вы, по всей видимости, не знаете. Поэтому у вас и не возник гештальт ситуации.
  Сашка был безмерно удивлен.
  - Откуда вам известно про Gestalt? Разве у вас есть Gestalt-способности?
  - Нет, конечно же. Гештальт-способности в нашем мире не развивают, а подавляют, с самого детства. Но я - бывший гештальт-психолог. Мой учитель - Лешли. Вы слышали о таком? Нет? Ну да неважно. Была до войны такая наука. Она открыла существование гештальт-способностей, она работала над методами их развития. Так вот, подавление гештальт-способностей является одним из тех аспектов, который не обсуждается на конференции. Собственно, обсуждать этот аспект нет смысла. Есть хорошее правило - прежде чем нарушить закон, изучи его. Гештальт-психология, на свою беду, описала условия, необходимые для проявления гештальт-способностей. Знание этих условий и позволило разработать методы, позволяющие подавлять гештальт-пособности.
  - Хорошо, а какие еще аспекты НЕ обсуждаются на конференции?
  - Курс "Единое во многом". О нем вы тоже не знаете?
  - Знаю. В нашей грани мира с ним расправились еще в начале века. Неужели он у вас используется?
  - Еще как используется. Его уже довели до совершенства, и сделать что-либо новое в этом направлении уже невозможно. Но "Единое во многом", в сочетании с подавлением гештальт-способностей, являются только подготовительными этапами для решения поставленной цели. Выражаясь метафорически, они готовят почву для посадки.
  - Посадки чего?
  - А вы дослушайте до конца, а потом спрашивайте.
  - Извините, господин Прибрам.
  - Так вот, на этих подготовительных этапах обеспечивается перевод мышления с логики на диалектику Платона, что создает почву для возникновения у человека средневекового агностически-шизофренического комплекса. В результате человек, слепо доверяя чьему-нибудь авторитету, может согласиться, что белое - это черное. Но для полного проявления этого комплекса необходимы дополнительные воздействия. Мало просто соглашаться, нужно еще и видеть белое - черным!
  В середине прошлого века было установлено, что добиться этого можно при помощи гипноза. Например, гипнотизер внушает человеку, что сейчас ему на ладонь положат раскаленную монету. На самом же деле монета холодная. Но загипнотизированный мозг человека реагирует на нее как на горячую, и запускает комплекс вегето-сосудистых реакций, приводящий к появлению на ладони следов, характерных для настоящего ожога - покраснение, волдыри... Единственно - кожа не обугливается, поскольку мозг за это не отвечает.
  Сашка не выдержал и опять перебил собеседника:
  - Значит, следующим этапом, или аспектом проблемы, является увеличение внушаемости человека?
  - Да. Это тоже часть предварительной обработки. Обрабатываемый должен видеть, слышать и чувствовать не то, что есть, а то, что хочет видеть тот, кому подчинена воля обрабатываемого. Для этого нужно разорвать связь человека с реальностью, что проще всего сделать при помощи психофармакологических средств. Данный аспект тоже не обсуждают на конференции. Во-первых, работы, которые велись в этом направлении, носят закрытый характер. Во-вторых, они практически завершены. Уже подобран оптимальный химический состав, проведены испытания...
  - Кем проведены?
  Прибрам принялся раскачиваться, повторяя одну и ту же фразу: - "Эти идиоты опробовали газ на себе, эти идиоты опробовали...".
   . Сашка чертыхнулся про себя, и задумался.
  - "Опять блок. А я ведь дал ему максимальную установку на откровенность, и он уже наговорил много из того, чего говорить нельзя. Значит, блок примитивный. Он автоматически срабатывает не на все вопросы, касающиеся запретных тем, а только на те из них, которые содержат определенные слова. Скорее всего, это слова "кто", "что", "где", "когда" и "как". Следовательно, нужно стараться избегать использования этих слов".
  - Господин Прибрам, зачем ОНИ опробовали этот газ на себе?
  Сашкин расчет оказался верным. Прибрам вышел из ступора и дал ответ:
  - Я же сказал, что они - идиоты. Впрочем, мне кажется, это вышло случайно.
  - А представители этой лаборатории присутствуют здесь?
  - Нет, конечно! Их теперь на люди не выпускают, а выгуливают только по ночам.
  - А работы сотрудников этой лаборатории упоминались сегодня в докладах?
  - Да. Теорема Жикаи.
  - "Ага! - подумал Сашка. - Это AT&T Bell Laboratories. Интересно, чем они там занимались?".
  - И каковы будут последствия?
  - Конечно, и без них обойдутся. Лично меня интересует, как долго наше американское правительство сможет скрывать произошедшее. А если пресса пронюхает? Я ума не приложу, как правительство будет выкручиваться.
  Чтобы вытянуть из Прибрама детали, можно было бы воспользоваться методом "ассоциативного допроса", с помощью которого Сашка и его друзья когда-то раскололи попугая, принадлежавшего директору института. Но позитивная реморализация отнимала много сил, поэтому Сашка решил не отвлекаться на детали.
  - Мы отклонились от темы разговора, господин Прибрам. Итак, у нас есть человек, прошедший полную предварительную обработку. Какими должны быть следующие шаги?
  - После идеальной, я подчеркиваю - ИДЕАЛЬНОЙ обработки, мы получаем ИДЕАЛЬНОГО исполнителя. Он всецело предан своему господину, полностью зависит от него, и готов не раздумывая выполнить абсолютно любой его приказ. Но здесь возникает проблема - мы получаем автомат, совершенно не способный к автономному существованию. Ведь его связь с реальностью полностью разорвана! Церковь уже наступила на эти грабли в Средние Века. Вы слышали о крестовом походе детей в 1212 году?
  - Читал. Так значит, Амосов имел ввиду именно крестовый поход детей, а не нашествие Наполеона?
  - Разумеется. Церковь хотела убить сразу двух зайцев - избавиться от лишних ртов и неплохо заработать, продав детей в публичные дома юга Европы и в гаремы мусульман. Затрат - минимум, ведь детям приказали добираться до покупателей самостоятельно. Но большая часть товара погибла в походе именно по указанной мною причине - они оказались абсолютно беспомощными. И это несмотря на то, что обработка, которой их подвергали, была далеко не идеальной, из-за чего в них оставалось много человеческого.
  Только тогда Церковь поняла, что идеальному автомату кроме команд нужно еще что-то, контролирующее его поведение. Но что? Даже теоретически сложно представить себе команду-инструкцию, которая бы провела детей из Германии и Франции в пункт назначения. Ведь им надо было объяснять каждый шаг, объяснять, что вот эту речку нужно переходить вброд здесь, а следующую - по мосту, который находится в двух верстах выше по течению... Ну невозможно составить такую подробную инструкцию!
  У Сашки Привалова мороз шел по коже от холодных рассуждений Прибрама. А тот продолжал объяснения:
  - Этот аспект проблемы удалось решить только после создания кибернетики - науки об управлении человеком.
  - Вообще-то кибернетика создавалась как наука управления техническими устройствами, которые будут помогать человеку.
  - Вы знаете этих трех людей? - спросил Прибрам, указывая в центр переднего ряда.
  - У которых слюни текут? Нет.
  - Это еще раз доказывает, что вы из другой ветви Мира. Здесь этих людей знают все. Так вот, главное предназначение кибернетики долгое время скрывалось. Но в начале шестидесятых, когда вычислительная техника достигла приемлемого уровня, было принято решение вывести из тени часть исследований в области управления человеком. Дело в том, что потребовалось очень много рук и голов для выполнения масштабной, но кропотливой работы по разработке, тестированию и отладке моделей Идеального Исполнителя, и созданию огромного количества корректирующих программ, программ, которые, не меняя агностическо-шизофренической сути человека-автомата, будут обеспечивать его автономное существование. Для этого и было объявлено о создании новой кибернетики. В старой кибернетике мозг рассматривался в качестве эталона для систем искусственного интеллекта. "Живые организмы - ключ к новой технике!" - вот лозунг старой кибернетики. А в новой все наоборот: - компьютер является эталоном для человека. "Чтобы быть мозговитым, мозги не нужны!". Эти трое - Пейпертс, Мински и Арбиб - были назначены в качестве идеологов-популяризаторов, которые должны были убедить научную общественность в полезности новой кибернетики. Первые двое пропагандируют ее идеалы у нас, на Западе, а третий - в странах Варшавского Договора. Кстати, эвристическое моделирование придумали именно они. А в тени остались только те разделы кибернетики, которые занимаются вопросами транспонирования команд и управляющих программ в коды, понятные мозгу.
  - Позвольте, так этим занимаетесь вы? Я читал вашу книгу, "Языки мозга".
  - Что вы! Я к этим работам отношения не имею. Моя книга - это обзор открытых исследований, тоже ведущихся в этом направлении. И если вы внимательно читали мою книгу, то должны понимать, что все приводимые там разработки представляют собой откровенный схоластический бред. Сплошная диалектика Платона.
  - Да, господин Прибрамм, а к чему все эти разговоры о Мире Идей Платона?
  - Это часть идеологии, молодой человек. Все, присутствующие здесь искренне полагают, что их работа делается для достижения благой цели - создания Человека Будущего. Этот человек будет напрямую связан с Миром Идей, который содержит в себе все знания мира. Человеку Будущего не нужно будет учиться, заниматься научными исследованиями, поскольку он будет всеведующим! Но знать все - это еще не все. Непосредственно контактируя с Идеями всего сущего, которые хранятся в Мире Идей, человек сможет управлять материальным миром, миром вещей! Вещи будут появляться или исчезать, вещи будут трансформироваться по желанию человека. Он будет видеть то, что хочет видеть, поскольку мир будет подстраиваться под него. Человек Будущего - это Бог! А чтобы стать богом, нужна самая малость: - отказаться от логики и здравого смысла, стать агностиком и шизофреником... Перед человеком, покинувшем Пещеру Разума, откроются ворота в Мир Идей.
  Но эти идиоты не понимают, что на самом деле Человек Будущего будет не властелином мира, а рабом вполне конкретных людей, которые все это затеяли, которые и будут править этим миром.
  - Скажите, а на какой стадии сейчас находится весь проект в целом?
  - Уже все готово. Сейчас ведутся мелкие доработки, без которых, впрочем, можно было и обойтись. К реализации проекта можно приступить хоть сегодня.
  - Но почему же не приступают?
  Старый ученый опять принялся раскачиваться и бормотать: - "Хоть сегодня, хоть сегодня...".
  Похоже, что на информацию, связанную с замыслами организаторов этого фашистского проекта, был наложен более сложный блок, реагирующий на любые вопросы. Сашка понял, что пора переходить на ассоциативный допрос.
  - Несколько лет назад в нашем институте один псевдо-ученый, похожий на ваших, создал модель Идеального Человека, которая на самом деле представляла собой модель стандартного суперэгоцентриста, Идеального Потребителя. Во время испытаний модель Идеального Потребителя загребла все материальные ценности, до которых смогла дотянуться, а потом попыталась свернуть пространство, закуклиться и остановить время.
  - Чепуха! Типичный представитель будущих властелинов мира - Человек Мега-Олигарх, сокращенно ЧМО - хочет остановить не время, а смерть. Они все хотят вечной жизни. Вы, надеюсь, знаете, что такое "Импакт-фактор"?
  - Конечно, - ответил Сашка. - Это рейтинг, отражающий популярность научного журнала у научной общественности.
  - Вы еще очень наивны, - сказал Прибрамм и вздохнул, после чего задал очередной вопрос: - как вы думаете, у какого научного журнала этого Мира наибольший импакт-фактор?
  Сашка потеребил нос, и через пару секунд ответил, пожав плечами:
  - У журнала, освещающего все стороны науки на научно-популярном языке, понятном даже неспециалистам. Это либо "Science", либо "Nature".
  Старый ученый снисходительно рассмеялся.
  - Вы ошиблись, молодой человек. Эти самые читаемые журналы не входят даже в пятерку ведущих. Они с большим отрывом отстают по импакт-фактору от узкоспециализированных, а следовательно, малочитаемых журналов, прямо или косвенно связанных с проблемой бессмертия, и прежде всего, с проблемой рака. В частности, самый большой импакт-фактор имеет журнал, который так и называется - CANCER. И вы по-прежнему верите, что импакт-фактор определяется популярностью журнала у научной общественности?
  - Вы хотите сказать, что значимость научных исследований в вашей грани Мира определяют эти самые ЧМО?
  - Да. Больше всего средств они вбухивают в области, изучающие рак.
  - Странно, неужели все ЧМО страдают от рака?
  - Дело в том, что их интересует не столько лечение рака, сколько управление им. Управляемый рак - это ключ к бессмертию. Было экспериментально доказано, что любая ткань человеческого организма может сколь угодно долго культивироваться in vitro. Но только не нервная ткань.
  - Нервные клетки не восстанавливаются.
  - Вот именно. Ученым известен только один способ, заставляющий нервные клетки делиться. Это - рак.
  - Но ведь нервные клетки при этом теряют дифференцировку. Они перестают быть нервными клетками, - возразил Сашка.
  - Разумеется. Вот над этой проблемой ученые и бьются. А если бы ЧМО осуществили свои планы прямо сейчас, то они бы остались без ученых. Автомат не может заниматься наукой. Так что если вы хотите знать, когда наступит конец этого мира, следите за импакт-факторами журналов, специализирующихся на бессмертии. Когда проблема бессмертия будет решена, рейтинг этих журналов стремительно покатится вниз. После этого ЧМО превратят всех людей в послушных рабов.
  Сашке все стало ясно. Ему было известно, что многие присутствующие здесь занимаются вопросами восстановления нервной ткани. В сборнике материалов конференции часто встречаются тезисы, посвященные рассеянному склерозу, да и Бехтерева...
  - Послушайте, так они же - идиоты все! Такие люди не смогут решить проблему рака!
  - В СССР - не смогут. Врачи должны лечить, а не наукой заниматься. Для решения вопросов, связанных с раком, нужно привлекать биологов, но в СССР их отодвинули от этого. "Занимайтесь пестиками и тычинками!". Дураки. А здесь-то как раз и нужно заниматься пестиками и тычинками. В Америке давно уже внимательно изучают способы управления раковым процессом, которые используют растения и животные.
  - Вы имеете ввиду галлы?
  Старый ученый удивился.
  - Не думал, что вам это известно. Впрочем, вы же не из этих идиотов, медиков-психологов-технарей с гуманитарным мышлением, которым даже в голову не приходит задуматься - а как растения, не обладающие иммунной системой, борются с инфекциями? А если им посоветовать внимательно присмотреться к метаморфозам насекомых, они умрут от смеха.
  У Сашки вдруг возникло подозрение по поводу рода деятельности собеседника. Скорее всего, изучение языков мозга - это всего лишь прикрытие.
  - Простите, господин Прибрамм, а чем вы-то занимаетесь?
  Прибрамм опять принялся раскачиваться, и Сашка был вынужден изменить формулировку вопроса:
  - Чем занимался ваш учитель - Лешли?
  - По образованию он был биологом, специалистом по зоологии беспозвоночных. Еще до первой мировой он занялся изучением регенерации нервной ткани у кишечнополостных. Это была тема его диссертации. Став гештальт-психологом, он забросил эту тему, но во время второй мировой он вернулся к ней, прикрываясь открытыми исследованиями в области изучения языков мозга.
  - Странно. Насколько я понял, цели гештальт-психологии были противоположны целям этих самых ЧМО.
  - Совершенно верно. Они даже попытались поднять шум по поводу попыток превращения человечества в послушное стадо. Но когда поняли, какие силы им противостоят, они ушли в сторону. Что может сделать горстка ученых против людей, средства и влияние которых превосходят средства и влияние властей любого государства, включая США? ЧМО тайно контролируют правительства, армии, полицию всех стран.
  - Но ведь Лешли не просто ушел в сторону. Зачем он стал работать на ЧМО-шников?
  - Вы знаете, молодой человек, за предательство в нашем мире хорошо платят.
  - За предательство кроме платы бывает и расплата.
  - Какая разница, если этому миру придет конец? - с тоскою в голосе заявил старик. - Я надеюсь только на то, что умру раньше.
  - Спасибо за интересную беседу, - сухо произнес Сашка. - Мне пора...
  - Подождите, молодой человек, - сказал старик и наконец-то поднял свои мокрые и красные от слез глаза. Ему было тяжело выдержать брезгливо-внимательный взгляд Сашки, но глаз он не отвел.
  - Я так понял, молодой человек, что в вашей ветви Мира планы ЧМО сорвались. Скажите, а вы не задумывались, чем ваша ветвь отличается от нашей?
  - Задумывался, но так и не понял, - честно признался Сашка.
  - Может быть, я вам подскажу? Я, конечно, понимаю, что мои мыслительные способности намного уступают вашим, но не забывайте, что я прожил здесь целую жизнь.
  - Я вас внимательно слушаю.
  - Я не люблю философию, но под старость начал задумываться над смыслом жизни, стал ковыряться в себе. Оказывается, я - верующий человек. Нет, я говорю не о боге. Я верю в прогресс. А прогресс - это стремление к светлому будущему. Оно - как путеводная звезда. Но если это так, тогда приходится признать, что без будущего нет настоящего. Настоящее без будущего - это всего лишь прошлое, растянувшееся на века. Так вот, в моем мире я не вижу никакого прогресса, даже научно-технического.
  Сашка удивленно спросил: - Как же вы можете этого не видеть, живя в эпоху научно-технической революции?
  - А вот так. Скажите, где в вашей ветви мира делаются открытия, из которых складывается НТР?
  - В институтах, лабораториях, как и у вас.
  - В каких именно институтах?
  - Что значит "в каких именно"? Во всех. Зачем нужны институты и лаборатории, которые не вносят свою лепту в НТР?
  - Вот даже как? А как вы объясните то факт, что вся наша так называемая НТР была совершена в двух-трех институтах США?
  - Как это? - спросил потрясенный Сашка.
  - А вот так. Возьмем, к примеру, AT&T Bell Laboratories, ту самую, где создавалась кибернетика. Этот институт и начал НТР, изобретением телефона в1875 году. В 1925 году они продемонстрировали общественности факс. В 1926 они начали внедрять систему синхронизации цвета и звука, и в следующем году успешно осуществили первую телетрансляцию изображения из Вашингтона в Нью-Йорк, а в 1933 году они уже транслировали стереосигналы из Филадельфии в Вашингтон. В начале 40-х изобрели фотоэлементы, В 1947 - транзистор, что положило начало созданию современных компьютеров. Их, а также электронные калькуляторы, изобрели там же. В 1958 они изобрели лазер. В1960 - полупроводниковые полевые транзисторы, легшие в основу БИС. В прошлом десятилетии они разработали операционную систему UNIX и язык программирования Си, внедрили телефонный модем, и провели первые испытания оптико-волоконных систем. В прошлом, 1980 году, они запатентировали TDMA и CDMA технологии цифровой сотовой связи, разработали первый в мире 32-разрядный микропроцессор и язык программирования C++. И как вы объясните такую концентрацию достижений в одном-единственном институте?
  - Это невозможно!
  - Но это факт, который свидетельствует об искусственном характере научно-технического прогресса. Настоящий прогресс должен быть везде и во всем, а не в двух-трех местах, расположенных на территории одной страны. И даже не важно знать, почему так происходит. Важно понимать другое - отсутствие настоящего прогресса говорит о том, что никакого будущего, без которого нет настоящего, у нашего мира нет! Мы как жили, так и живем в прошлом! Да, у нас влияние будущего на настоящее считают чем-то алогичным. Камень всегда падает вниз, а не вверх, а причина всегда должна предшествовать следствию. Но ведь логика не возникла из воздуха, а создавалась путем наблюдений за этим миром. Больным миром! Да, камень всегда падает вниз. Но он делает это вследствие сил тяготения. А никаких сил, объясняющих невозможность влияния будущего на настоящее, наука не открыла и не откроет! Кроме того - я, как кибернетик, знаю, что никакая сложная система не может существовать без механизмов обратной связи. И потому понимаю необходимость влияния будущего на настоящее. Но этого нет! Наш мир подобен автомобилю со слепым водителем, который несется по автобану. Да, пока еще аварии не произошло. Не произошло только потому, что другие ветви мира, то есть другие 'водители', отклоняются от нашей машины, а трасса - прямая. Но на первом же повороте....
  - Спасибо, господин Прибрам, - тихо произнес Сашка. - Теперь мне все понятно. И простите меня...
  ***
  Автобус был полупустым. Сашка занял место у окна, и рассеянно уставился на заливаемую весенним ливнем улицу.
  Сашка любил грозу. Что может быть лучше момента, когда в жаркий летний полдень из-за леса выползает ворчливая угольно-черная туча? Оглушительный, звенящий звуковой фон, образованный стрекотом неисчислимой армады кузнечиков, жужжанием пчел и мух, трелями жаворонка, вдруг обрывается, и над еще не выкошенным лугом, пестрящим многоцветием, повисает тишина. Вот туча закрывает солнце, и вал прохлады сдувает удушливое марево зноя, наполненное терпким ароматом пыльцы и пылью с грунтовой дороги, извивами тянущейся из леса... Да, лучше этого может быть только тот момент, когда все отсверкает, отгремит и отольется стеною теплого ливня, от которого не может укрыть никакой зонт. Вот тогда под первыми, еще не иссушающими лучами солнца начинается благодать - непередаваемый запах озоновой свежести, оставленный грозовыми разрядами, смешивается в очищенном от пыли воздухе с запахом мокрой земли и мокрой же зелени, ароматом цветов, еще не успевшем окрепнуть до одурманивающей духоты...
  Но сейчас Сашка думал о другой грозе. Многогранный мир ожидает очередная эпоха нестабильности, которую раньше по невежеству называли Темными Веками (не путать со Средними Веками!). Чего же в них темного? Для многогранного Мира эпоха нестабильности - что гроза. Да ее порывы перепутают на время ветви Мира, растревожат, разлохматят листву. Но это же нормально! Живительная влага напоит корни древа Мира, омоет каждый лист и прочистит его забившиеся пылью устьица, наполнит все грани Мира свежестью. Сашка уже давно осваивал чрезвычайно сложную науку многогранности, и хотя еще был мальком, для него, как и для магистров, эпоха нестабильности не представляла опасности. А вот эти люди...
  Сашка смотрел на них, бегущих по лужам, прикрывая голову портфелями, прячущихся под деревьями и козырьками магазинов... Их мир - больная ветвь, которую приближающаяся Гроза сорвет первым же шквальным порывом. Впрочем, у них есть шанс уничтожить свой мир раньше... Что же делать?
  Автобус остановился и распахнул дверцы-гармошки перед сгрудившимися на остановке людьми. В первую дверь, распихивая всех, заскочила сгорбленная старуха, напоминающая своим видом мокрую галку - черный платок, плотно обтягивающий голову, черные резиновые сапоги, черная юбка до самых голенищ... Стуча палкой, представлявшей собой хоккейную клюшку с отпиленной нижней частью, старуха принялась метаться по салону, ошеломленная большим количеством свободных мест. Сначала она прыгнула на сидение, предназначенное для инвалидов и пассажиров с детьми, затем, разглядев в другом конце салона другое, более понравившееся ей место, она бросилась туда. Разумеется, не успела - намокшийся под проливным дождем народ быстро заполнил автобус и занял все места.
  Бормоча проклятия, старуха принялась протискиваться назад. Возле сидения, где находился Сашка, плотно прижатый к окну тучным мужиком, бабка остановилась. Сашка только начал высвобождать из-под толстяка полу своего плаща, чтобы подняться и уступить ей место, как она вдруг запричитала, обращаясь к Сашке:
  - Ишь, расселся! Я - труженик тыла! У меня ноги больные! А он глаза свои бесстыжие воротит, не замечает. И не краснеет!
  Сашка наконец-то выпростал полу плаща, встал, и протиснулся к кабине водителя.
  - А ишшо галстук нацепил, жулик! - злобно каркнула ему в спину старуха, устраиваясь на завоеванном месте.
  На следующей остановке народу прибавилось, и теперь Сашка чуть не упирался носом в приклеенный розовой изолентой к стеклу перегородки, отделяющей салон от водителя, картонный плакат с надписью "Совесть пассажира - лучший контроллер!". Глядел на эту надпись Сашка, и думал о тех программах, которые скоро, очень скоро будут контролировать поведение людей, вместо совести. Да, Прибрамм был прав. В Сашкином мире будущее активно влияло на настоящее. Уже в Средние Века создавались лагеря и школы будущего, где детей лечили от пережитков прошлого и учили становиться людьми. Да что там далеко за примерами ходить - директор НИИ ЧАВО, Янус Полуэктович, является контрамортом, одной из многочисленных нитей, протянутых из будущего. А в этой грани Мира обнаруживаются только следы нитей будущего, оставшиеся со Средних Веков, когда изоляция этой грани только начиналась. В Сашкином мире именно будущее стало той силой, которая выбила дурь из головы всяких ЧМО, покончила с войнами и запихнула религию за плинтус, где ей самое место. Конечно, проблем осталось еще ой как много, но хребет прошлого был переломлен. А в этой грани помочь людям было некому. Почему так вышло - Сашка не знал, да и не хотел сейчас думать об этом. Его больше беспокоила судьба живущих здесь людей. Пока еще людей, и пока еще живущих....
  - Садись, садись, касатик, настоишься ишшо! - пропел за спиной переполненный елейными интонациями голос старухи.
  Сашка обернулся и с удивлением увидел, что старуха уступает место десятилетнему мальчишке. Тот сразу же плюхнулся на освободившееся место, даже не сказав "спасибо".
  - Ма-ам, да-ай! - капризным голосом проныл мальчишка, обращаясь к держащейся за поручень молодой, модно одетой женщине.
  - Дома, Игорек. В автобусе кушать некультурно! - мягким тоном ответила женщина.
  - Ну да-а-ай! - еще громче заныл мальчик, и принялся сучить ногами, пиная сидящего рядом толстяка, который при этом умиленно улыбался.
  Мамаша вздохнула, порылась в импортном пакете с изображением группы "АББА", и достала оттуда стаканчик сливочного мороженого.
  - Только не испачкайся, Игорек.
  Мальчик снял с молочно-белой верхушки мороженого бумажный кругляш и прилепил его к стеклу. Затем он принялся жадно есть, громко хлюпая слюнями и размазывая мороженное по щекам. Когда стаканчик опустел, Игорек принялся так яростно выскребывать остатки из него, что с деревянной лопаточки на старуху полетели молочные брызги. Но старуха как будто этого не замечала.
  - Ути какие глазки, какие щечки! - ворковала она.
  Сашка смотрел на все это, и чувствовал, что жалость к людям этой грани стремительно улетучивается.
  - "Да они и без кибернетических проектов свихнулись", - сердито думал он. - "Они без всякой агнозии умудряются не видеть, что своим потаканием вырастят из этого пацана самую настоящую мразь!".
  Через пару остановок бабка вышла. Вышла и мамаша с будущей мразью, оставив скомканный стаканчик в привинченной у выхода передней двери пластмассовой урне-кармане, предназначенной для использованных билетов. А ведь там ясно написано: - "мусор не бросать!".
   До Ленинградского вокзала, в камере хранения которого Сашка оставил машину Седлового (аппарат для перемещения между Мирами, напоминающий велотренажер), оставалось еще пять остановок. Но Сашка не стал возвращаться на свое место. Он не хотел смотреть на людей, поэтому вперился взглядом в плакат, разъясняющий назначение совести.
  - Мама, а почему автобус внутри больше, чем снаружи?
  - Оля, заткнись! Как ты меня достала!
  - "Еще одна образцово-показательная мамаша", - констатировал про себя Сашка, не оборачиваясь.
  - Мама, можно я сама?
  - На. Только отстань! - с истерическими нотками в голосе ответила женщина.
  Любопытство пересилило, и Сашка обернулся.
  Он увидел малышку лет пяти, опускающую пятак в щель билетного аппарата. Вытянув губы трубочкой, девочка принялась крутить ручку аппарата, внимательно наблюдая через прозрачный пластиковый кожух за перемещением монеты на резиновой дорожке-эскалаторе.
  - Хватит! Нам нужен только один билет! - прикрикнула на девочку просто одетая женщина с набитой молочными пакетами авоськой.
  - Но денежка еще не доехала, - сказала девочка, умоляюще глядя на мать.
  - Внученька, открути-ка мне билет, а то я забыл, - сказал пожилой мужчина, и протянул девочке мелочь. А ведь Сашка видел, что этот добродушного вида дядька с орденскими планками на пиджаке уже брал себе билет (хотя состав планок говорил, что дядька имеет право на бесплатный проезд и еще на кучу всяких льгот).
  Довольная Оля открутила еще один билет. Ее пятачок наконец-то провалился с последней ступеньки в недра копилки.
  - Давай, давай! - язвительно заявила мать. - Вырастешь - кондуктором станешь.
  -Что вы такое говорите! - сердито пробурчал дядька, принимая билет. - В будущем не будет ни денег, ни кондукторов. Ваша дочка в будущем в космос летать будет, на Марс или Венеру.
  - Правда? - спросила девочка робким голосом.
  - Правда. Посмотри туда, - сказал дядька и указал на Сашку.
  Полный надежды и восторга взгляд ребенка заставил Сашку вздрогнуть.
  - Я на плакат показываю, Оленька. Там про совесть написано. В будущем совесть заменит и деньги, и контролеров, и кондукторов.
  - Ну вот, а я-то подумала, что этот дядя отведет меня в будущее, где я полечу на Марс. Какая же я глупая!
  Сашка выскочил из автобуса на следующей же остановке, и пошел к вокзалу пешком, не обращая внимания на неослабевающий дождь. В голове назойливо крутилась фраза: - 'Этот дядя отведет меня в будущее...'. Он понял, что эта ветвь мира еще не полностью засохла, еще есть те, кого можно спасти. Для этого нужно отрезать уже отмершую часть ветви от пока еще живой части. Вот только резать придется по живому...
   Окончание следует...
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Ю.Гусейнов "Дейдрим"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 4. Священная война"(Боевое фэнтези) С.Волкова "Игрушка Верховного Мага 2"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) Е.Вострова "Канцелярия счастья: Академия Ненависти и Интриг"(Антиутопия) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) Е.Флат "Свадебный сезон 2"(Любовное фэнтези) А.Кочеровский "Утопия 808"(Научная фантастика) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) А.Емельянов "Мир Карика 10. Один за всех"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"