В обломках грязной лужи,

Расколотой лучом,

Мне взгляд ребенка служит

Судьей и палачом.

 

За все мои ошибки,

За прошлые дела,

За то, что чувства зыбки,

И трепетны тела,

 

За то, что не умею

Стоять, потупив взгляд,

Меня, как Саломею,

Господь проводит в ад.

 

Там станет голос глуше,

И резче, и грубей.

Отчаяньем задушит

Последний крик "Убей"!

 

Пусть сонм историй старых

Звучит на новый лад.

Меня уже не стало,

Но знаю: я была.