Аннотация: Рассказик - говно, я знаю. Если понравилось - поставьте единичку :)
Сергей уже битых четыре часа седел перед монитором и напряженно вчитывался в расплывчатый, белый на чёрном фоне шрифт. Сергей просто обожал Чака Поланика и его литературные творения, но чёртов вебдизайнер, своими корявыми руками, сделал всё возможное, чтобы испортить удовольствие. Столь убогое оформление текста приведенного в АкробатРидере заставляло проклясть его и всё его потомство до десятого поколения. Но Сергей был упрямым человеком и продолжал читать, проклинать и читать, проклинать и...
Сюжет был просто умопомрачительный, не оторвешься. Сергей уже в третий раз говорил себе, что пора уже обедать, и третий раз сам себя разубеждал в этом. Еще страничку..., ну вот, еще пару абзацев и на кухню. Пошёл пятый час...
И без того идиотский плохо читаемый шрифт стал расползаться перед красными, покрывшимися сеткой сосудов, глазами. Сергей моргал, тёр глаза кулаком, даже мотал головой, но продолжал читать. Пошёл шестой час...
Повествование развивалось стремительно, увлекало Сергея в свой мир, не хотело отпускать на обед, время которого давно уже прошло. Перед глазами плыл уже не только текст с экрана, но и сам экран, и то, что было за ним. Сергей в очередной раз сильно потёр кулаком правый глаз и...
Жуткая боль резанула глаз так, как будто в него засадили раскалённое шило. Сергей метнулся назад, опрокинул стул и, визжа, забегал по комнате, периодически приседая и запрокидывая голову.
Глаз он закрывал ладонью - отпустить было страшно. Но не бегать же по дому весь день с дикими воплями. Сергей собрался духом и, скуля на полусогнутых ногах, доковылял до зеркала.
Для того чтобы ужаснуться не потребовалось даже отводить ладонь. И так было видно, что дело плохо - из-под пальцев сочилась мерзкая розовая жижица с багровыми вкраплениями. Такого зрелища пищеварительная система Сергея не выдержала. Он упал на карачки и, судорожно корчась, выблевал на пол остатки завтрака и большую порцию желудочного сока. Пугало даже не столько увиденное, сколько НЕ увиденное.
Сергей закончил блевать, продышался и снова повернулся к зеркалу. Струйка белёсой жижицы на щеке стала длиннее и заметно шире. Желудок снова начал конвульсивно сжиматься. Сергей стиснул зубы и стал медленно отводить от глаза ладонь. Но отвести ее полностью не вышло. Как только Сергей чуть-чуть увидел, что ТАМ твориться, он тут же рухнул в обморок. Ватные ноги подогнулись, тело обмякло и шмякнулось на пол.
Оклемался Серёга быстро, поднялся на карачки и увидел, что перед лицом у него что-то болтается. Еще не очень хорошо соображая, любитель литературы поднёс руку и попробовал смахнуть эту дрянь. Дрянь мотнулась влево и, впервые в жизни, Сергей без помощи зеркала заглянул своим правым глазом в свой левый глаз. Видимо, в процессе принятия телом горизонтального положения, голова так смачно саданулась об пол, что наполовину вытекший глаз вывалился из глазницы и теперь свободно болтался, расплёскивая оставшуюся в нём липкую жижицу.
Юная неокрепшая психика сдалась под натиском жестокой действительности. Сергей издал такой звук, какой обычно обезьяны-ревуны издают в брачный период. Он сложил ладони лодочкой, поместил в неё остатки своего глаза и, держа эту погребальную ладью перед лицом начал ползать на коленях по квартире, не прекращая при этом издавать противоестественные звуки.
Как раз в это время вернулась с работы мама. Жуткий рёв она услышала еще не выходя из лифта и теперь трясущимися руками отпирала замок, ожидая увидеть ад наяву. Но ТАКОГО она не ожидала. Ворвавшись в квартиру, она впала в ступор. Ей на встречу полз на коленях её любимый сыночек, он дико ревел, изо рта ручьём лились слюни, а в сложенных лодочкой руках он протягивал маме свой вытекший правый глаз.