(моим дочерям)

Вот и всё, - 
наконец-то взлетаем, 
отрываясь от грешной земли; 
за века не прирученной стаей 
поднимается в путь птичий клин. 
Всё отобрано - память и сердце, 
всё оставлено - Родина, дом; 
даже наше "счастливое детство" 
где-то в прошлом - уже за бортом. 

Вот и всё, - 
скоро будет граница, 
раньше годы - теперь это дни; 
не забудем родителей лица: 
остаются в слезах и одни. 
И обласкана - как только можно, 
и обыскана - мог ли помочь?! - 
на руках, повзрослев на таможне, 
засыпает двухлетняя дочь. 

Вот и всё, - 
под ногами, в болотах, 
даже город сегодня плаксив: 
из-за туч куполов позолотой
провожает - Господь вас спаси. 
Знаешь, с неба "державы", "границы" - 
миражи, нужно только взглянуть; 
оттого ль перелётные птицы 
так легко собираются в путь? 

Вот и всё, - 
так решили мы сами, 
надоело нам в пасынках быть, 
от рожденья другими глазами 
видеть мир, по-другому любить. 
Виноваты по роду, по вере - 
старый колокол снова звенит. 
Сожжены миллионы евреев 
точно так же - в печах - без вины.

Вот и всё, - 
никому не мешаем, 
не едим чей-то хлеб, чью-то соль, 
вы хотели - и мы уезжаем, 
забирая с собой только боль. 
Хватит ждать, что доказывать дальше?
Нас никто не спасёт от беды. 
Уезжаем от злобы и фальши, 
мы - евреи, но мы - не жиды! 

Вот и всё, - 
спит Египет и слепо 
отпускает бегущих рабов. 
Фараоны меняют на хлеб их, 
не до них - сохранить бы богов. 
Тыщи лет продолжаем Исход мы, 
чтоб себя как Народ сохранить. 
Уходили мы из Преисподней - 
улетим из постылой страны.

Вот и всё... 
И волнения ропот...
Вот и Вена! 
И трап подвели! 
Первый шаг по свободной Европе, 
и последний - с Советской земли. 
Где мы будем, я точно не знаю, - 
на каких говорить языках..., 
но проснулась и, сладко зевая, 
улыбается дочь на руках... 

Вот и всё... 

-----
1989, Ленинград, Вена, Рим 
2002, Нью-Йорк