Когда у них, наконец, случился перерыв, Мар встряхнула сестру за плечи.
- Ты где?
- З-здесь. - Отозвалась ведьма, когда её зубы перестали стучать друг о друга. - Я вспоминала сон.
- Какой ещё сон - тебе что, приключений в жизни не хватает?
- Подожди, Мар. - Тихо попросила сестренку Ри. - Дай я тебе расскажу.
В голосе сестры было что-то такое, что младшая ведьма О'Мур присела на краешек стула, уставившись в лицо девушке, которая смотрела глубоко в себя, так глубоко, что её было почти не дозваться. Мар подумала про себя "Мда" - и приготовилась внимательно слушать.
Джейн повернулась на другой бок, и стала тщательно верить в то, что утро ещё не наступило. Но солнце неумолимо подбиралось к кончику её носа по подушке, и девочке ничего не оставалось, кроме как подчиниться и открыть глаза. На стене напротив её глаз располагалась большая, широкая полоса света, и в ней обои казались какими-то сказочными, и полоски на ней - были дорогами, а цветы - большими лодками, которые умели плавать по дорогам. Джейн потрогала одну из них пальцем. И вздохнула.
Сегодня, двадцать второго ноября, ей нужно было вставать в пустой дом, где не было никого, кроме старой служанки и молчаливого отца. Одна буде весь день ходить по дому, пытаясь навести в нем порядок, и другой - сидеть в своем кабинете, куда он никого не пускает. Скучно, правда?
Но делать было нечего, и Джейн откинула одеяло. Холодные половицы паркета скрипнули под её босыми ногами. Шерстяные чулки, платье, поясок - и Джейн была готова выходить из комнаты. Но что-то уже на пороге привлекло её внимание. На столе, где раньше лежал мамин гребень, теперь ярко светилась большая оранжевая хурма. Девочка подошла к столу, и потрогала фрукт рукой. Хурма промолчала. Джейн пожала плечами и вышла из комнаты.
День прошел скучно и как обычно - служанка хлопотала по дому, отец не показывался из кабинета, и Джейн весь день провела в саду, изображая придворных дам и доблестных рыцарей вокруг себя. Это была её любимая игра.
А вечером, когда шерстяные чулки заняли место на стуле, а Джейн - под клетчатым одеялом, служанка пришла гасить свечу, и была неожиданно атакована Джейн.
- Когда придет моя мама? - Неожиданно спросила девочка.
- Э...не знаю, мисс. - Растерялась служанка. - Право же, совсем не знаю...
- А я знаю. - Сказала Джейн. - Никогда.
И она отвернулась к стене.
Нет, её мама не умерла, она была жива, как и множество других женщин, только почему-то ей больше не было дела до них. До Джейн и её отца. До гребня на маленьком столике, до золотистых локонов Джейн, до скрипа паркета под её изящными ногами, до музыки, которой наполняли дом её руки. Что с ней стало? Почему она ушла? Об этом никто не знал, только, может быть, отец, но он никогда ни о чем не скажет Джейн, потому что он обиделся на неё. Наверное, больше никто не заговорит с ней, не причешет её волос, не расскажет добрую, хорошую сказку на ночь... Господи, как же она будет теперь?
С этими мыслями девочка заснула, и сон её был тревожен и тонок. Но все равно она не услышала, как скрипнули оконные ставни, и ветер чуть подул в раскрытую дверь.
- Ри, это же только сон! Что ты им хочешь мне сказать? - Мар явно не понимала происходящего. У неё в жизни теперь было главное - дело. Кофейня. Новые люди и масса впечатлений. Вот человек за третьим столиком уже полчаса ждёт, пока кто-нибудь принесет ему кофе. А ведь он приходит сюда уже не в первый раз, и каждый раз терпеливо ждёт, что не Мар, а Ри принесет ему заказ. Но Ри не показывается из кухни, а Мар не принуждает. Может, её сейчас все-таки туда пнуть?
- Мар. Мне кажется, она неспроста мне снится.
Ри встряхнулась, встала, и сварила ещё одну турку кофе.
Ночью, когда все уснули, Ри взяла их с Мар заветное зеркало, и согрела его ладонью. Поверхность прояснилась, и в ней показалась фигура женщины с такими знакомыми чертами лица.
- Мама.
- Ри! - Женщина была удивлена. - Тебе же нельзя...
- Ничего страшного, мама. Я потом все улажу.
- Никак не могу привыкнуть. Что-то случилось? - Мама встала прямо перед зеркалом.
- Нет, но мне очень нужна твоя помощь.
Мар на соседней кровати беспокойно зашевелилась, но не проснулась, и Ри тихонько шепнула:
- Ты нужна одной хорошей девочке. Пожалуйста, мама, ей очень кто-то нужен...
- Но как я её найду? - Спросила мама, когда Ри рассказала ей все.
- Я позабочусь об этом, мама.
Ри ласково коснулась рукой зеркала, и оно уснуло. Ведьма накинула на плечи мантию, и выскользнула за дверь.
Профессор Бах был в ярости - ещё никто не осмеливался будить его по ночам, так бестактно колотя в дверь ногами. До этого Ри дошла уже потом, когда сбила все костяшки пальцев.
- Мирреан О'Мур! - Возник на пороге профессор. - Вы что, не могли просто войти?
- Но дверь же заперта! - Возмутилась Ри.
- А Вы что, не ведьма? - В свою очередь возмутился профессор. - Я чему вас столько лет учил?
- Но если дверь заперта, значит, в неё надо сначала стучать. - Произнесла Ри, искренне желая, чтобы он понял. - Просто потому, что если она заперта, значит, тот, кто за ней, хочет остаться один, не так ли, профессор?
- Мда...Что-то у Вас случилось? - Профессор начал что-то понимать.
- Да. Пожалуйста, помогите мне. - И Ри плюхнулась в распахнувшуюся дверь.
- Ри, что у вас происходит?
- Мы пытаемся решить одну очень важную задачу.
- До такой степени, что ты даже забыла появляться в кофейне??? - Мар, наконец, стянула с головы сестры кучу бумаги. - Графики какие-то, диаграммы... Можно подумать, что ты не ведьма, а математик.
- В некотором роде так и есть. - Отозвалась Ри. - Я высчитываю, где находится девочка.
- И как, не получается? - Малявка уперла руки в бока.
- Магическими способами - нет.
- А математическими - да?
- Мар, а тебе не хочется помочь? - Ри устало посмотрела на неё.
- Ри, ты посмотри на себя. Ты же уже забыла, как ты выглядишь! Прекрати заниматься ерундой, профессор её найдет, все будет хорошо. - Мар обняла сестру.
- Нет. Она снится мне. Значит, это моя задача. - Ри обняла малявку и неожиданно заснула.
Джейн играла в саду. Она складывала из веток шалаш, и у неё неплохо получалось. Стены уже стояли, держась друг за друга сплетенными руками, а крышу предстояло сделать из куска фанеры, который девочка нашла под крыльцом. Пока она вырезала кусок нужного размера, в калитку постучали.
Джейн подошла к калитке как раз в тот момент, когда её открыли.
- Мама! - Закричала девочка. Но это была не её мама.
На пороге стояла рыжеволосая женщина в темно-зеленом платье. Она смотрела очень уверенно, и казалось, что она возникла прямо здесь, соткалась из солнечных лучей, чтобы улыбнуться Джейн, и чтобы мир стал цветнее и лучше.
- Джейн? - Спросила она.
- Кто вы?
- Я ваша новая няня. - Женщина шагнула через порог и обняла Джейн. - Надеюсь, вы не против?
- У меня всегда было плохо с математикой. - Горевала Ри, комкая чертежи. - Какой кошмар! Кто это придумал?
- Не рычи. - Отозвалась со шкафа младшая ведьма, щелкая орехи и кидаясь в старшую скорлупой. - Не дано, так не дано, что уж тут...
В неё полетела подушка, со шкафа посыпались орехи, кот в ужасе бросился под кровать, прикрывая лапами уши...
- О'Мур. - Спокойно произнес профессор Бах, возникший на пороге именно в тот момент, когда люстра опасно закачалась, а сестры раздумывали, на чью кровать было бы безопаснее приземлиться.
- Профессор? - Две рыжие головы поднялись над уровнем кровати Ри. Та все-таки оказалась ближе.
- Вы можете драться дальше. Я всего лишь хотел сообщить, что ваша мама добралась до Джейн живой и невредимой. Можете отложить ваши занятия математикой. - И профессор удалился. Ри чертыхнулась.
- И зачем я все это время мучилась с этим предметом?
- Наверное, затем, чтобы твои мозги занялись чем-нибудь полезным. Как давно ты не практикуешься в теоретической магии? - Спросила Мар, пытаясь решить, где её нога, а где - нога Ри. В данный момент это было совершенно бесполезно.
- Давно...
- Вот и займись делом. Если, конечно, не хочешь заниматься математикой.
И малявка, распутав ноги, удалилась в ванную. Оттуда, распевая дикие песни, вылетел воробей и шмыгнул в окно.
- Мар? - Кинулась было за ним Ри.
- Я тут. - Отозвались из ванной. И Ри окончательно поняла, что ей пора сменить поле деятельности.
Джейн повернулась на другой бок, и стала тщательно верить в то, что утро ещё не наступило. Но солнце неумолимо подбиралось к кончику её носа по подушке, и девочке ничего не оставалось, кроме как подчиниться и открыть глаза. На стене напротив её глаз располагалась большая, широкая полоса света, и в ней обои казались какими-то сказочными, и полоски на ней - были дорогами, а цветы - большими лодками, которые умели плавать по дорогам. Джейн потрогала одну из них пальцем.
- Доброе утро, Джейн. - Раздался от камина приятный голос. Джейн, все ещё не веря, повернула голову, и увидела, что на маленьком столике, стоявшем как раз напротив камина, сидит рыжеволосая женщина в темно-зеленом платье, и разливает чай. На четыре чашки.
Ри варила кофе, Мар стояла за стойкой, а человек за третьим столиком все сидел и ждал, пока, наконец-то, к нему выйдет повар, варивший этот кофе. Наконец он не выдержал и отправился на кухню сам.
- Мисс О' Мур. - Начал он, поздоровавшись с сестрами. - Мне хотелось бы пригласить вас на кулинарный конкурс, сами понимаете, когда в нашем городе появляется какой-нибудь неизвестный повар, всем хочется поглядеть, как он готовит...
Ри посмотрела на него и рассмеялась.
- У вас есть дочка, сэр? - Спросила она.
- Да, Джейн.
- Значит, у вас теперь все будет хорошо.
- Что это все значило, Ри?
- Я рассчитывала, где находится Джейн, а профессор - как отослать туда маму. - Объяснила Ри.
- Маму??? Но нам же нельзя видеться с ней!
- А мы и не будем. - Заверила Ри. - А вот получать от неё весточки - это запросто.
- Ты не забудь, у тебя ещё кулинарный конкурс. - Мар не могла просто так оставить сестру в покое. Особенно теперь, когда выяснилось, как много прошло мимо неё.
Ри взвыла и закрыла лицо учебником по математике.
- Прости меня. - Неожиданно тихо произнесла Мар.
- За что?
- За то, что я не поверила в то, что это действительно важно.
Ри села на постели.
- Знаешь, что... И ты меня прости. Я думала, что тебе уже ничего не важно, кроме кофейни. Знаешь - сходи на конкурс сама. А я посмотрю, и помогу чем...
- Наконец-то... - Довольно ухмыльнулась малявка, и вытащила из-под подушки большую кулинарную книгу.
- Теперь я почти не знаю, как нас различить. - Задумчиво протянула Ри, кладя рядом такой же увесистый учебник.
- А надо?
Профессор Бах наблюдал из окна, как рыжие сестры, обнявшись, шагают в кофейню, а над ними, превращенные в белых птиц, радостно реют толстые, никому не нужные учебники.
Он достал старое, едва умещающееся на полке личное дело сестер, подумал, и не стал ничего записывать. Вместе этого он взглянул на себя в зеркало, расчесал свою длинную бороду, осторожно вышел из комнаты, и отправился по дороге куда-то далеко-далеко. А куда - никто, конечно же, не узнает.