Аннотация: Последний рассказ из сборника "Инопланетянин в майке-алкоголичке".
Здесь нас явно не ждали. Планета Бурь, лежащая на малозаселенной окраине галактики, встретила корабль абсолютной тишиной радиоэфира. Неожиданно появившееся метеоритное облако заставило нас изрядно понервничать, резко изменить курс и снизить скорость до минимума.
Крайне негостеприимная звездная система. Внешние планеты - безжизненные камни, покрытые ледяной коркой застывшего метана; ближайшие к солнцу - раскаленные карлики, засыпанные мельчайшей кремниевой пылью. Ио - третья планета от звезды, впрочем, выглядела пригодной для жизни: разведчики в ходе беглого осмотра даже обнаружили на одной из ее лун очень неплохую космическую станцию - заброшенная сотни тысяч лет назад она казалась только что оставленной экипажем. Нырнув со спутника в атмосферу Ио, разведчик почти сразу же подал сигнал бедствия и исчез из эфира. Мы с Йонсоном находились ближе всех к звездной системе - не более чем в месяце пути: разгон, прыжок, выход в абсолютной тишине неизвестной зоны космоса.
- Ян, что-то мне здесь как-то неуютно. - Задумчиво произнес Йонсон, когда мы облетали зелено-синюю Ио по десятому кругу.
- Буйная растительность, прекрасная кислородная атмосфера, неплохой радиационный фон и вполне приятный диапазон температур говорят о том, что здесь может быть жизнь. А вот наличие сверхсовременной станции, построенной в эпоху, когда наши нечесаные, чумазые низколобые предки гонялись с дубинами за мелкими грызунами, меня, честно говоря, беспокоит. Представляешь, каких высот должна была достичь местная цивилизация!
- Я про это и толкую, Ян. Очень уж обманчивым кажется спокойствие этих девственных джунглей.
- Прошу прощения, услышали мы за спиной приятный баритон.
- Черт! - Мы с Йонсоном растерянно обернулись.
На пороге каюты стояла наша коллективная галлюцинация - человек средних лет с зачесанными на затылок блестящими волосами в длинной расшитой золотом тунике и украшенном сапфирами венце.
- Йонсон, дружище, ты видишь то же, что и я?
- Все зависит от того, что именно ты видишь, Ян. Передо мной либо голограмма, спроецированная неизвестным источником, либо человек из плоти и крови, свободно проникающий сквозь стены и при этом прекрасно чувствующий себя в абсолютном вакууме.
- Я - Хрон. - Улыбнулся пришелец. Я не голограмма, наподобие увиденной вами на планете Вишну, и не галлюцинация. В данном случае я действительно человек из плоти и крови, по-соседски без приглашения заглянувший на пару минут.
В горле у меня пересохло.
- Просим прощения за вторжение, но мы потеряли кое-что в атмосфере вашей планеты, поэтому и прибыли сюда.
- Да-да. Мы ждали вас. Спешу успокоить: корабль-разведчик, попавший в электромагнитную бурю при попытке посадки на Ио, в целости и сохранности продолжает свой полет в ближайшей звездной системе, что в ста пятидесяти световых лет отсюда.
- Наши гости сильно взволнованы. - Услышали мы за спиной мелодичный женский голос. Я обернулся - у капитанского мостика стояла высокая длинноволосая женщина, одетая точно также как и первый пришелец.
От нее исходила спокойная уверенность, сразу передавшаяся нам с Йонсоном.
- Я - Тартан. - Прокурлыкала гостья.
- А я - Хтонос. - Раздался голос третьего инопланетянина - молодого мужчины наших лет. Он появился перед нами прямо из воздуха. - Господин Ян, господин Йонсон, мы - хранители Ио. Это - планета бурь, посадка на которую небезопасна для вас. Ваш корабль-разведчик, принятый нами за метеорит, чуть не сгорел в атмосфере. Вы двигались осторожнее, но рано или поздно решились бы на посадку, вот мы и заглянули к вам во избежание недоразумений.
- Планета закрыта для экскурсий? - Спросил я.
- Совершенно верно. Сейчас Ио находится в очень деликатном положении и на ближайшие сто-двести тысяч лет посещения запрещены.
- Почему так?
- Планета носит в себе зародыш новой разумной жизни, и нам бы не хотелось ради горстки алмазов или какой-нибудь иной ерунды, которую один за другим предлагают бродячие торговцы, нарушить нормальный процесс ее развития.
- Простите, а разве это вы являетесь представителями местной разумной фауны?
- Нет. - Хрон улыбнулся. - Мы - раса хранителей, в общем-то, почти совершенные существа, но все же тупиковая ветвь эволюции. - Миллионы лет назад наши предки обнаружили, что важнейшим свойством материи является движение к самоосознанию. Неживая материя на планетах при удачных условиях превращается в живую, а та при наличии благоприятных условий становится разумной.
- Это долгий и очень причудливый процесс. - Подхватила Тартан. - Иногда он занимает миллионы лет, иногда укладывается в сотню тысяч. За пять миллиардов лет своего существования Ио по меньшей мере пять раз становилась матерью разумной жизни. Когда люди последней цивилизации вышли за пределы своих физических тел, начался новый цикл самоорганизации материи. Мы, не вмешиваясь, наблюдаем за ним уже пятьдесят тысяч лет.
- Никогда еще не доводилось беседовать с богами. - С некоторой долей иронии заметил Йонсон.
- Что ж, по представлениям самых ранних цивилизаций, мы действительно являемся богами, хотя скорее, мы - лейкоциты, атакующие чужаков. Впрочем, сейчас мы - полноценные личности, самовыделившиеся из планетарного информационного поля для того, чтобы встретиться с вами.
- Спасибо за честь. А что же случилось с представителями предыдущих поколений разумных существ? - Спросил я.
- Видите ли, Ян, высший разум может понять низший, но менее сложная система не способна объять более сложную. - Задумчиво протянул Хрон. - Мы не знаем, где они, какими они стали после того, как прошли планетарный цикл развития. Может, они создают новые звезды в параллельной мире. Может быть, остались здесь и пронизывают своими мыслеволнами всю вселенную, а все мы - лишь марионетки в театре их воли.
- Столь же вероятно, что они просто забыли свою планету, подобно тому, как взрослый забывает детские игрушки. - Добавил Хтонос. Нам известна лишь наша миссия.
- Наблюдать за новой беременностью и всячески охранять разнообразие жизни? - Поинтересовался Йонсон.
Хтонос улыбнулся.
- Я бы сказал, просто наблюдать. Что до разнообразия... - Он задумался.
На помощь пришла Тартан.
- Наша раса присутствует уже второй при втором цикле зарождения разума. Пока все выявленное разнообразие укладывается в пределы статистической погрешности.
- Впрочем, мы видели еще очень мало. - Добавил Хтонос.
- Разнообразие-многообразие. - Пробурчал Хрон. - Не пытайтесь предстать всезнайками перед нашими гостями. - Жизнь - это калейдоскоп, создающий миллионы комбинаций по одним и тем же законам. Надо сказать, довольно жестоким.
- Скажите, а что ждет нашу цивилизацию? Вы можете предсказать? - Спросил я.
- Вашу... - Хрон на секунду задумался. Судя по всему, вы вышли из сурового мира всеобщей унификации и единомыслия. За предшествующие века для внешнего наблюдателя вы стали одинаковыми, подобно тому, как неразличимы для вас луговые бабочки, но это было необходимо, чтобы преодолеть цивилизационный барьер - объединить все силы и покинуть планетарную колыбель. Сейчас же вы делаете робкие шаги в необъятном окружающем мире, наслаждаетесь открывающейся вам вселенной и стремительно меняетесь.
Видя, как погрустнели наши лица, Хрон поспешил добавить.
- Не так уж печально, что из всех возможностей вы выбрали быть расой торговцев, ведь даже сейчас у вас есть шанс вернуться к мечте предков и стать кем-то более великим, или хотя бы постичь законы вселенской этики.
- Что это за законы? - Спросил Йонсон.
- Это же очевидно! Они запрещают разуму сознательно вредить кому-либо. В данном случае они вынуждают нас отправить вас домой. - Промурлыкала Тартан.
В тот же миг все вокруг помутилось, а изображение зелено-синей планеты на мониторе заволокла дымка. На мгновение мелькнуло звездное небо, и тут же на экране проявились знакомые очертания космодрома дальних перелетов "Атлантис".
- Вот так всегда - на самом интересном месте! - Вздохнул я.
- Что верно, то верно. - Пробормотал Йонсон. - Но, по крайней мере, премия за экономию топлива нам обеспечена.