Митропольская Мария: другие произведения.

Наследник четырех стихий

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Peклaмa:


Оценка: 4.60*21  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Главная ценность островных королевств - пресная вода. И погода. А кто делает погоду? Стихийные маги. В одних королевствах они числятся в штате, в других - нет. Поэтому свистать всех на борт! Мы отправляемся в морской набег во благо родного королевства! Попутного нам ветра! Жанр: фэнтези, приключения.

  Глава 1
  Мальчик, похожий на мага, слепой как стрела,
  Девственность неба разрушивший взмахом крыла,
  Когда все мосты обратились в прах и пепел покрыл пути,
  Я сказал ему вслед: 'Лети, мой ангел, лети!'
  
  Аквариум, 'Лети, мой ангел, лети'
  
  Знакомый пляж пепельно-белой полосой врезался в берег. В море свирепствовали волны, сталкиваясь друг с другом, издавая гулкое негодование, осыпаясь рокотом белопенных брызг. В бухте было гораздо спокойней, здесь волны гасились об утесы, похожие на застывшие хвосты исполинских китов.
  - Папа, давай уедем далеко-далеко, за горизонт, - попросил маленький мальчик, поглядывая исподлобья на грохочущее море и шмыгая носом, постоянно забитым из-за сырых зимних ветров. - Тут плохо.
  - Поверь, сынок, мы не можем... В тебе течет королевская кровь, на материке ты будешь легкой добычей. - Отец поднял меховой воротник куртки и подышал на пальцы рук. - Я не хочу рисковать тобой. Мама не одобрила бы.
  - А где мама?
  - Она... отправилась в лучший мир.
  Мальчик замолчал, обдумывая все, что сказал отец. Слово 'мама' было для него таким же абстрактным, как и слово 'отправилась в лучший мир'. 'Сирота!' - в последнее время люди все чаще называли его именно так, а не по имени.
  - Тихо! - отец всегда одергивал шептунов. - Я пока еще жив! И в Тритоново царство не собираюсь!
  Его рука сжала маленькие пальчики: под ногтем каждого пальчика отображалась руна. Эти руны были с ним с первых дней жизни. Руны - отметка стихийного мага - его счастье и его проклятие.
  Две фигурки брели вдоль берега, по направлению к широкому причалу возле которого отдыхали красавцы-корабли. Неокрепшие ножки мальчика, обутые в сапоги из грубой кожи, увязали в песке и считали камни, так что отцу приходилось замедлять шаг, а то и вовсе останавливаться.
  
  - Принц Юстиниа́н! - требовательный голос учителя заставил принца оторвать взгляд от окна, за которым рычала буря - плод его кропотливой утренней работы, точнее, промежуточного экзамена. - Ваше Высочество, я еще раз прошу записать вопрос: 'В каком году было подавлено восстание троллей?', а затем, ответить на него в развернутой форме, указав предпосылки и последствия.
  Юстиниан вздохнул и подчинился, не забыв при этом уточнить:
  - Мэтр Берток, ответ должен быть написан на всеобщем?
  - Неслыханно, Ваше Высочество! Не на всеобщем, а на о́рбанском! - возмутился учитель, не понимая, что его единственный ученик подшучивает над ним. Берток с презрением относился к иностранным языкам. - Вы прекрасно осведомлены о том, что на всеобщем пишут и разговаривают только простолюдины! Я вообще не возьму в толк, откуда у бесценнейшей персоны королевских кровей тяга к всеобщему? Кто вас обучал, Ваше Высочество?
  'Бесценнейшая персона королевских кровей' наморщила лоб, пытаясь выцепить из памяти хоть какой-нибудь кусочек первых пяти лет жизни. Бесполезное занятие! Он помнил только свои прогулки по пустынному пляжу в компании отца и то, как неуклюжими ручонками, подцепив прутик, карябал на мокром песке буквы-каракули. Когда его спрашивали, что он делает, Юстиниан важно отвечал, что пишет маме письма, а затем внимательно смотрел, как волны слизывают его краткие послания. Вот такие скудные воспоминания. Ему рассказывали, что так бывает, особенно, когда человек переживет какое-нибудь сильное потрясение. В его случае это было кораблекрушение, в которое он попал двенадцать лет назад и которого он вообще не помнил.
  - Я не знаю, кто обучал меня, - юноша пожал плечами, приступая к выполнению задания. - Предположительно кто-нибудь из слуг или отец. Король свободно говорит на нескольких языках.
  Учитель недовольно фыркнул, мысленно брюзжа о том, что нынешняя молодежь - сплошь избалованные нахалы; вот он, в годы Юстиниана из кожи вылезал, чтобы стать хорошим магом. Увы, у Бертока не имелось столь выдающихся талантов и такой невероятно цепкой памяти, как у его блистательного ученика, да и вообще, стихийные маги рождались, в лучшем случае, раз в столетие. И Юстиниан был одним из них.
  Берток с оттенком зависти посмотрел на юношу, который с немалым воодушевлением исписывал лист гербового пергамента. Самый настоящий баловень судьбы. Во-первых, он принадлежит знатному роду королевства О́рбан; во-вторых, он любимец короля Гра́ннуса со всеми вытекающими последствиями, как то: собственный остров с комфортабельным домом, штат учителей-магов, личная охрана, не говоря уж о слугах и рабах. Принца, конечно же, готовят к великим свершениям. Трона ему не видать, ибо злые языки поговаривают, что на трон возведут младшего брата Коуди. Даже если так, то Юстиниану светит должность верховного мага дома Цезерина. А это ой как не мало! Это сопоставимо с короной на челе, потому что верховные маги всегда оказывали влияние на государственные дела.
  Воздух будто загустел и начал потрескивать от мощного заклинания. Знакомый 'почерк' отозвался холодком, пробежавшим между лопаток Бертока. Ни секунду не задумываясь, он повернулся к двери и преклонил колени.
  Абелоун, действующий верховный маг дома Цезерина, был легок на помине.
  - И тебе доброго здравия, Берток, - возле двери материализовался холеный мужчина в дорожном плаще поверх безупречного темно-фиолетового костюма. - Хотел лично узнать, как идут дела у моего племянника.
  - Приветствую тебя, глава дома Цезерина, - юноша последовал примеру Бертока. Учителям никогда не приходилось краснеть за него - Юстиниан был хорошо вышколен.
  - Я приношу извинения за прерванную лекцию, - бархатный баритон архимага был официально равнодушным. - У нас ровно полтора часа. Берток, ты свободен.
  - Как изволите, владыка Абелоун, Ваше Святейшество, - старый маг прекрасно знал значение этой фразы и без лишних разговоров покинул аудиторию, не забыв раскланяться с членами королевской семьи.
  Расписание архимага было весьма плотным, но, как только у него выдавалось свободных полчаса или больше, он мчался к племяннику, напрочь забывая о существовании еще двух - племянника Коуди и племянницы Морганы. Это еще раз подтверждало догадку старого Бертока насчет того, что Абелоун рано или поздно вручит бразды правления в руки старшего племянника. Но как бы там ни было, Берток прекрасно отдавал себе отчет в том, что ему платят не за домыслы, и что это не его дело. Его дело - бытовая магия и история королевства Орбан.
  - Ох ты ж, мозг моллюска! - выругался Берток, припомнив кое-что. Старик поспешно сотворил несколько несложных на первый взгляд пассов и в ту же секунду на парте перед учеником, складывающим книги в аккуратную стопку, появился свиток с домашним заданием. При виде свитка, Юстиниан издал глухой стон. Абелоун в это время исследовал соседнюю лабораторию, в поисках подходящего предмета, из которого можно было бы сотворить приличный артефакт.
  - Дядя, поговори, пожалуйста, с учителем Бертоком, - юноша, управившись со своими делами, пришел в лабораторию. - С каждым месяцем заданий становится все больше. Я даже не могу выйти на прогулку. Расправляюсь с заданиями к полуночи, а потом надо спать. Раньше у меня было гораздо больше свободного времени.
  Абелоун смерил племянника хитрым прищуром, отвлекшись от изучения содержимого ящиков и полок. Темные, почти черные брови резко контрастировали с белой кожей архимага, от этого создавалось впечатление, будто он постоянно сердится. В виду этой особенности, люди побаивались Абелоуна. Но Рик-то знал, что это всего лишь видимость. На самом деле дядя был весьма уравновешенным человеком.
  - Послушай себя, - в голосе архимага сквозила насмешка, - ты, по силе равный богам, просишь о поблажке? Когда мне было семнадцать, я днями и ночами зубрил 'Науку о великих эликсирах'.
  Кажется, его слова задели юношу за живое.
  - Ни о чем я не прошу! - насупился он, разглядывая филигранные руны под своими ногтями. Ну и не надо ему никаких прогулок, окно пошире откроет - и нормально! Сойдет за прогулку.
  - Тогда идем! - Архимаг сграбастал крупный акулий зуб. У старика Бертока водилась уйма бесполезных вещиц, из которых можно было сделать что-то полезное. Именно этим он и решил сейчас заняться. Абелоуну требовался мощный магический артефакт, который пригодился бы в какой-нибудь патовой ситуации. Мало у него недоброжелателей, что ли?
  Стоило Юстиниану выйти из дома, как буря, вызванная утром, прекратила завывания, и словно прирученная волчица ловила каждый жест хозяина. Юноша снял перчатки и сплел заклинание, чувствуя легкое касание ветерка на своем затылке. Заклинание разорвало лиловую тучу на клочки. Наблюдавший за действиями Юстиниана архимаг удовлетворенно кивнул, усилием воли подавив рвущуюся наружу зависть.
  Проделав работу, юноша с отвращением на лице натянул перчатки и нахлобучил на голову капюшон. Ничего не попишешь, таковы были правила этикета: все благородные жители королевства Орбан, вне зависимости от погоды, носили плащ с капюшоном, а так же перчатки. Единственное, что утешало Юстиниана, то, что плащ дяди - серебряный, с алым подкладом - был точно таким же как у него. Правда, парнишка надевал его лишь по особым случаям.
  
  До тайного места добирались молча. Немалое количество валунов и деревьев защищало тот голый клочок земли от посторонних взглядов. Это был ведьмин круг, идеальная точка для испытания новых магических заклинаний - то, чем на досуге занимался Юстиниан, под неусыпным надзором учителей или дяди.
  Юноше хотелось побегать, подурачится, однако он шел по левую руку архимага, сохраняя серьезное выражение лица. По пути им часто встречались гремлины. В королевстве Орбан достаток измерялся не только золотом, но и количеством рабов. Рабами, в основном, считались лесные гремлины - разрозненный народец, со сломленным духом.
  - Дядя, я давно хотел спросить, - Юстиниан решился задать вопрос, который терзал его в течение последних трех недель. - Почему на этом острове нет ни одного зеркала? В обширной библиотеке учителя Бертока я выискал одно интересное заклинание и хотел бы опробовать его. Но без зеркала ничего не получится.
  Архимаг пригладил острую бородку. Это действие сообщало подданным о том, что Абелоун пришел в дурное расположение духа и все последующие расспросы лучше прекратить, если, конечно же, расспрашиваемого заботило собственное благополучие. Но принц не знал подобных тонкостей, потому что никогда не покидал острова и вообще не видел вживую ни дома Цезерина, ни, даже, столицы королевства. Его миром, его жизнью был остров Уинфред. Юноша изучил местность вдоль и поперек, он знал все гроты, пригодные для летних купаний бухты и даже обнаружил подводный лаз, который выводил в пещеру - его тайное укрытие. На острове не было его ровесников, точнее, в детстве он играл с сынишкой кухарки, который учил принца плавать. Когда об этом узнал король, то приказал отослать мальчишку с глаз долой, ибо негоже королевскому отпрыску водить дружбу с чернью.
  - Дитя, твой вопрос глуп, ибо ответ на него предельно прост, - Абелоун повернулся к племяннику - его лицо ничего не выражало. - Зеркало - это мощный магический транслятор. Наше королевство ведет извечную войну с пиратами и с дикими племенами, которые пытаются захватить наши земли.
  - Хочешь я организую неистовый шторм и от наших врагов останется лишь морская пена? - принц с вызовом взглянул на далекий горизонт, вообразив вражескую армаду на подступах к острову.
  - Сколько раз повторять о том, что применение стихийной магии против людей, непременно отразится на твоем здоровье?
  Юстиниан вздохнул, признавая правоту дяди. Это в боевой магии все предельно просто, а стихийная магия диктует свои правила.
  - Хорошо. Но я так и не понял: при чем тут зеркала?
  - Главари диких племен сведущи в магии, - терпеливо объяснял архимаг, - они умеют шпионить при помощи зеркал, а так же просачиваться сквозь пространство.
  - Как будто наши маги не умеют открывать порталы, - буркнул юноша.
  - Да, мы открываем их, но по другому принципу. Нам не требуются зеркала.
  - Я бы тоже хотел открывать порталы, - мечтательно протянул Юстиниан.
  - Научишься, когда придет время. - Архимаг резко повернулся и пошел вдоль каменистой дорожки, давая понять, что разговор окончен.
  Неподалеку от места для магических практик толклись охранники-гремлины, вооруженные кистенями. Внешность охранников была обманчива, с виду они казались неуклюжими из-за низкого роста. Непропорционально большая голова и маленькое туловище тоже не добавляли им грации. Но ничто из перечисленного не помешало им заслужить славу хороших воинов. Единственная вещь, против которой были бессильны гремлины - это магия.
  Гремлины еще издалека заприметили особ королевских кровей, направляющихся к ведьминому кругу. Так что когда дядя и племянник подошли ближе, охранники ждали, преклонив колени. Их плотно запахнутые плащи блестели от капель дождя, а расплющенные носы постоянно хлюпали. Стражники патрулировали остров в любую погоду.
  Архимаг снял перчатки и сделал неопределенный жест молочно-белой рукой. Гремлины прекрасно поняли значение жеста и дружным строем заторопились подальше от ведьминого круга. Лишь последний гремлин немного замешкался возле Юстиниана. Это был отчаянный поступок. Если бы архимаг заподозрил что-нибудь, то не сносить гремлину головы. Принц вытянул из рукава маленький стеклянный флакончик, наполненный розовой жидкостью. Гремлин проворно схватил подарок и запихнул в рот. К счастью, архимаг был занят активацией ведьминого круга, а собратья-стражники спешили прочь от заклятого места и не оборачивались.
  Королевский отпрыск не интересовался любовными романами, которые пылились на самых верхних полках его личной библиотеки и поэтому сам не понимал, зачем ввязался в эту авантюру. Скорее всего, им руководило простое любопытство. Да и вообще просьба, с которой к нему обратился гремлин, была весьма необычной. Гремлин, прижимая от страха уши, лепетал о том, что влюбился в русалочку, и чтобы их сердца соединились, ей требуются 'ножки и совсем не требуются жабры'. Юстиниан посмеялся над рабом, потому что знал, что речь идет не о настоящей русалке, а о представительнице морских гремлинов. Морские гремлины не ходили в рабах, зато были верными союзниками королевства Орбан. В подтверждение своей лояльности, они формировали наемные отряды, брошенные на охрану морских границ королевства. Принц прекрасно помнил, что его остров тоже охраняется морскими наемниками. По-видимому, этого беднягу угораздило влюбиться в женщину-воина. Причем взаимно, потому что никто в трезвом уме и в трезвой памяти не стал бы принимать волшебное зелье, вызывающее болезненные трансформации тела. Вдобавок, здесь, на острове, 'русалка с ногами' автоматически приравнивалась к рабыне.
  'Никогда не влюблюсь', - подумал Юстиниан, соглашаясь помочь сладкой парочке.
  Юноша самозабвенно варил зелье ночами, урезая часы сна. К сожалению, другого выхода не было, ибо остальное время уходило на учебу, практику и выполнение домашнего задания.
  Абелоун сотворил образ Цезерина и преклонил колени. Племянник последовал его примеру. Закончив молитву, архимаг приказал парнишке снять перчатки и пригласил в круг. Никто кроме этих двоих не слышал, что валуны поют от перенасыщения магией. Круг работал в полную силу, заставляя мелкие камешки и былинки забыть о законах гравитации. Акулий зуб завис над принцем. Теперь он был центром, сосредоточением главной силы круга. Архимаг в это время начертал пентаграмму.
  - Сейчас я призову морского дьявола. Твоя задача: заключить его в акулий зуб, - безапелляционно заявил Абелоун, выводя холеными руками сложные пассы.
  - Дядя! - Юстиниан моментально вспотел при упоминании дьявола. - Это риск! Он призовет ураган, который уничтожит остров!
  - Чушь! Он воплощает собой стихию воды и земли. Ты справишься с ним! - рявкнул архимаг. Останавливаться на полпути было не в его правилах.
  Еще секунда и юноше показалось, что он очутился в центре грозовой тучи. Вокруг плясали молнии, сопровождаемые ревом грома, ошалевшие струи дождя больно хлестали по лицу и рукам. Взбесившийся ветер срывал с юноши плащ, мешая сосредоточиться. Пары дополнительных заклинаний хватило для усмирения сил природы, и Юстиниан без помех продолжил выплетать магическую компрессионную сеть для дьявола.
  Тем временем, в недрах объемной пентаграммы обозначились три огненных глаза. Демон, влекомый заклинанием, выскочил из своего мира, разметав на клочки контуры пентаграммы и сбив с ног архимага. Когда дьявол помчался к Юстиниану, тот бесстрашно встретил его сплетенным заклинанием. Раздался оглушительный хлопок, тьма рассеялась, стихия покорилась и к ногам принца обрушилась масса воды.
  Вымокший до нитки архимаг победоносно сжал в руке акулий зуб. Теперь это был ценный артефакт, страшное оружие против любого врага. Глаза дяди казались безумными, а знак принадлежности к дому Цезерина в виде нарвала с рубиновыми глазами, накалился до предела от магических манипуляций его обладателя.
  Юстиниан выжал подол плаща, не осознавая смехотворность данного действа - он тоже промок до нитки. Затем он сел на камень и поочередно снял сапоги, чтобы вылить из них воду. От ведьминого круга во все стороны острова разбегались веселые ручьи. Юноша попробовал воду на вкус.
  - Пресная, - констатировал он.
  - Хорошая работа, - дядя был скуп на похвалу, но щедр на благодарность. - Проси что хочешь.
  - Три выходных на Ха́лиг-дэг! - не задумываясь, выпалил юноша.
  Он так надеялся на праздник, посвященный скорому приходу лета. И даже строил планы насчет рыбалки и полноценного сна. Правда Берток уже успел порушить эти планы, сообщив, что его расписание немного подкорректируют для совместного ужина с родственниками - и только. В остальном расписание останется прежним. Юстиниан сильно расстроился, и даже подумывал о том, чтобы организовать своеобразную забастовку или даже голодовку. И вдруг - такая удача, родной дядя в роли феи-крестной!
  - Они твои, - заявил Абелоун. - Позволь поинтересоваться: что ты будешь делать в выходные?
  - Буду много спать, ловить рыбу, купаться, объедаться пирожными, строить песочные замки, - радостно перечислял принц. Он умышленно не упомянул о своем секретном убежище, в янтарном песке которого были зарыты две бутылки крепкого эля. Ох и надерется же он!
  - Право ты еще ребенок! - усмехнулся дядя. По всей видимости, его устроил ответ горячо любимого племянника.
  
  Юстиниан зашел в свою спальню, стянул сапоги и, не раздеваясь, плюхнулся на кровать. Перед тем, как провалиться в сон, юноша скользнул взглядом по безупречно белому потолку. Одно и то же день ото дня. Выдержит ли его разум подобную гонку обучения? Положение принца обязывало знать пройденный материал на зубок. А будущий статус главы дома Цезерина не позволял отлынивать от ежедневной практики в магии. Талантливого парнишку шлифовали словно драгоценный бриллиант, которому суждено было занять должное место в золотой короне. 'Вольная' на время Халиг-дэга явно вызовет недовольство учителей-наставников и, прежде всего, отца, но слово архимага было законом, а его влияние на короля почти безграничным. Так что впервые за долгое время Юстиниан засыпал счастливым: он предвкушал полные безделья праздники.
  Халиг-дэг длился ровно три дня. Первый день праздника посвящался времяпрепровождению в кругу семьи. Для вечно занятых королевских особ 'семейный день' означал получасовой совместный ужин и пять минут совместной молитвы. Вообще-то простой люд уделял молитве добрую половину дня, но когда ты молишься в компании главы дома Цезерина, выше которого только божество, то правило упраздняется. Абелоун обращался с подданными как настоящий фанатик, жестоко наказывая каждого отступника, но в кругу семьи позволял себе расслабиться и смотреть сквозь пальцы на несоблюдение некоторых правил отправления религиозного культа.
  Во второй день праздника орбанцы приносили скромные дары морю, в третий день люди купались или просто свершали долгие прогулки по бесконечным пляжам, потому что любая работа в Халиг-дэг считалась грехом. Все найденные на пляже ракушки и цветные камешки бережно хранились до следующего праздника и снова отдавались морю. Данное действие 'работало' на привлечение удачи и здоровья.
  Последний день учебы перед праздниками тянулся особенно долго. Единственный ученик время от времени болтал ногами (благо под партой ничего не видно), попутно внимая наискучнейшей лекции Бертока. Последний рассказывал о торговых отношениях королевства Орбан и часто отвлекался на собственные суждения. Принц старался не обращать внимания на раздражающую привычку учителя. Но это было не так-то просто.
  - Экономика королевства терпит колоссальные убытки от деяний пиратов. Если бы не эти оборванцы, умеющие жить только за чужой счет, мы получили бы выход в Дивное море и наладили бы торговлю с южными эльфами.
  Юстиниан зарекался перебивать Бертока, ибо в этом случае лекция грозила растянуться на дополнительных десять-пятнадцать минут. Однако на этот раз он не удержался:
  - Учитель, почему наши маги не в состоянии покончить с пиратами раз и навсегда?
  - Отличный вопрос, Ваше Высочество. Если мы мобилизуем все магические силы для отлова пиратских кораблей, то это будет сродни ловле блох у одичавшей дворняги.
  - Тогда включите магов в штат корабельной команды любого торгового судна.
  - Дело в том, Ваше Высочество, что пираты тоже практикуют включение магов в свой штат.
  - И что, - изумился юноша, - неужели их маги всегда одерживают победу над нашими?
  - Не всегда, Ваше Высочество. Далеко не всегда.
  - Откуда вообще берутся эти пираты? Кто они? Что за народ?
  Берток медлил с ответом, словно тщательно обдумывал каждое слово. А затем, уткнув взгляд в раскрытый фолиант, буркнул:
  - Это разные дикари с дальних островов, Ваше Высочество.
  Принц потребовал показать 'дальние острова' - рассадник дикарей - на мировой карте. Учитель с оттенком обреченности потащился к стене, на которой висела карта. Несколько минут он едва ли не возил носом по всем морям, в поисках упомянутых островов.
  - Острова настолько маленькие, что их нет на карте, - констатировал он, протирая хрустальное пенсне рукавом ветхой и довольно пыльной мантии. Финансовое состояние Бертока позволяло щеголять в самых модных одеждах, но чем старше он становился, тем больше привязывался к старым вещам. По-стариковски сетуя, что, мол, 'сейчас таких не сделают'.
  - Продолжим лекцию, - учитель вернулся за свой стол. - Слуги Цезерина работают над полным устранением пиратов, уверяю вас, Ваше Высочество. А теперь, назовите мне имя человека под началом которого ходят все торговые дома королевства.
  - Герцог Вальес Сто Тридцать Третий, - Юстиниан решил пошутить.
  - Кхе-кхе? - учитель оставался серьезным.
  - Хорошо! Просто Вальес Третий. Он и его помощники ведут переговоры о поставках провизии и пресной воды с представителями иностранных торговых домов.
  - Все верно, Ваше Высочество. Кто еще имеет право участвовать в сделках?
  - Послы и архимаг дома Цезерина.
  - Блестяще! И еще...
  Из коридора донеслось мерное бряцание стекляшек. Стекляшки бряцали в такт чьих-то неторопливых шагов.
  - Мы настолько увлеклись лекцией, что забыли о времени, Ваше Высочество. - Берток поспешил задать ученику пару сочинений и устремился прочь из лекториума.
  На смену Бертоку явился алхимик Арнедо. Через лысого словно коленка Арнедо прошла сотня учеников, многие из которых сделали блестящую карьеру при доме Цезерина. Когда пожилой алхимик решил остановиться на цифре сто и уйти на заслуженный покой, ему поступило одно заманчивое предложение от архимага Абелоуна, попросившего взять на обучение королевского отпрыска. Скромный Арнедо напрасно надеялся на то, что архимаг передумает. Это было то самое предложение, от которого нельзя отказываться. Так в послужном списке знаменитого алхимика появился сто первый ученик. Собственно говоря, он сильно сомневался в том, что будущий верховный маг дома Цезерина будет варить декокты или заниматься трансмутацией металлов: для выполнения 'черной' работы существовал целый штат мелких сошек. Но надо - так надо.
  'Любой каприз за обеспеченную старость, - любил повторять Арнедо. - Особенно, если это каприз самого влиятельного человека в королевстве'.
  Юстиниан сделал ленивый пасс, заставив свитки с выполненным домашним заданием опуститься на стол учителя. Пока Арнедо увлеченно проверял их, принц поглощал бутерброды, ибо растущий организм требовал 'топлива', а растрачивать время на полноценные обеды не хотелось.
  - Выше всяческих похвал, Ваше Высочество, - Арнедо вынес вердикт проверенным заданиям.
  Принц скромно кивнул в ответ и сдул с парты крошки, готовясь к скучной, усыпляющей лекции.
  
  За окном стоял пригожий денек. Перед праздником погода всегда налаживалась безо всякого магического вмешательства. В приоткрытые окна забегал теплый бриз. Юноша заставил себя отвернуться от красочных витражей и сесть за парту. По алхимии нужно было провести пять опытов и все подробно записать. Прежде чем приступить к заданию, Юстиниан сжег учебник по алхимии. Арнедо давно снискал славу авторитетного алхимика, попутно завалив королевство своими учебниками. Так что учебником больше, учебником меньше.... Потом скажет, что потерял, и учитель принесет ему новый экземпляр. Казалось бы, вымещать злость на книге - иррациональное занятие, однако, от уничтожения опуса на душе полегчало. Принц выдвинул нижний ящик комода, чтобы извлечь на свет реторты и застыл в изумлении. На него смотрело бледное лицо юноши. В огромных глазах цвета болотной тины застыло удивление. Через пару секунд он понял, что это всего лишь его собственное отражение. Он и раньше видел свое отражение (правда, в воде), которое, к слову, ему жутко не понравилось. Одно время принц даже менял свой светлый цвет волос на черный - как у отца и у дяди, но потом ему надоело обновлять заклинание, которое слабело с каждым новолунием. В ту пору паренек даже требовал у отца подтверждения или опровержения гадких слухов о своем статусе бастарда. Король Граннус тогда рассвирепел и приказал заключать в темницу подобных сплетников. Да, у Юстиниана была другая мать, но так как она была особой королевских кровей, то о статусе бастарда, согласно законам Орбан, не могло быть и речи. Теперь, видя себя в зеркале, он думал о том, что пора вернуться к старому разговору. Он хотел узнать не сухие факты о своей матери, а попытаться заполучить ее портрет... Стоп! О чем он думает? Ведь у него никогда прежде не было зеркала! Каким образом оно здесь очутилось?
  Юстиниан поспешил отойти от потенциального источника опасности. Затем он сплел заклинание, позволяющее уловить присутствие незнакомца, даже если тот приходил сюда несколько часов назад. Опасения подтвердились: кто-то похозяйничал в его комнатах. И время выбрали удачно - когда принц грызет гранит науки, а слуги, поддерживающие чистоту в его личных покоях, уже заканчивают уборку. Может, стоит связаться с дядей и рассказать ему об этом происшествии. Что он твердил о зеркалах? Что это мощный артефакт в руках умелого мага? Ну а он, Юстиниан, - кто? Не тот ли самый умелый маг, точнее, без пяти минут архимаг?
  'Нет, дяде я ничего не скажу! - решение было окончательным и бесповоротным. - Сам справлюсь с любым дикарем, который посмеет воспользоваться зеркалом'.
  Прошло более четверти часа, а 'страшный магический артефакт' преспокойно лежал на прежнем месте, не подавая никаких признаков присутствия чужой магии и неизменно демонстрирующий отражение принца, когда тот подходил ближе.
  'Наверное дядя что-то перепутал', - подумал Юстиниан, прекрасно осознавая, что потяни он еще время и над домашним заданием придется корпеть в заработанные тяжким трудом выходные.
  Мельком взглянув на зеркало, Юстиниан извлек реторты и быстро задвинул ящик ногой. Все оставалось по-прежнему. Абсолютная тишина в комнате благоприятствовала полному сосредоточению на алхимических экспериментах. Принц пронумеровал колбы и приступил к опытам, пытаясь описать свои действия. Но как бы он ни старался, мысли упрямо возвращались к загадочному визитеру. Соблазн пойти по следу был слишком велик, чтобы юноша мог противостоять ему. Юстиниан махнул рукой: пламя под ретортой погасло.
  - Долгих лет Вашему Высочеству!
  Юноша едва не подскочил от неожиданности. Он обернулся на голос - возле полок с фолиантами появился учитель Берток. Правила этикета позволяли принцу сидеть в присутствии мага, ниже его по происхождению и по рангу. Стихийные маги всегда стояли во главе, ибо чрезвычайно редко встречались в природе. Юстиниан не хотел прослыть надменным воображалой и поэтому учтиво поприветствовал учителя легким поклоном - согласно этикету, более чем достаточно.
  - Арнедо просил проследить за опытами Вашего Высочества, - Берток словно угадал вопрос, готовый сорваться с уст юноши.
  'Старый морской конь!' - мысленно проворчал принц. Поимка незваного гостя откладывалась на неопределенный срок.
  Обычно он выполнял задания самостоятельно. Дни, когда к нему заглядывал кто-нибудь из наставников, можно было пересчитать по пальцам. По-видимому, Берток кого-то ждал (уж не архимага ли?) и вместо отдыха решил скоротать время, присматривая за единственным учеником.
  Второй опыт подходил к завершению. Юстиниан с полным отсутствием энтузиазма царапал пером по гербовому пергаменту.
  - Нам нужна еще одна колба, Ваше Высочество, - учитель пошаркал в направлении комода с алхимической утварью.
  'Сейчас увидит зеркало! Наябедничает дяде. А тот, если рассердится, может отменить мои выходные!' - принц почти поддался панике; его взгляд упал на коробок с магической солью.
  'Была не была!' - подумал принц, схватив коробок.
  Раздался хлопок. Из ближайшей колбы повалил едкий оранжевый дым.
  Старый маг вздрогнул, обернулся и одним пассом нейтрализовал дым.
  - Ваше Высочество, Вы не ранены? - он нагнулся, чтобы взглянуть на залезшего под стол Юстиниана.
  - Я не пострадал. - Покинувший укрытие принц являл собой живое воплощение персонажа с гравюры Марнаха. Художник Марнах часто уходил в творческий запой и поэтому рисовал, в основном, своих собутыльников - чертей. В глазах Юстиниана блестели задорные искорки.
  - Вы добавили магическую соль в нечетное зелье?
  - Нет!.. То есть, да!
  Легкая, словно сотканная из тысяч паутинок, седая борода Бертока топорщилась, намекая о том, что учитель негодует.
  - Что за выходки, Ваше Высочество?
  - Я нечаянно! - Юстиниан пытался оправдываться так, чтобы учитель ему поверил. - Я задумался.
  - Позволите узнать о чем, мой досточтимый принц?
  Юноша спрятал лицо в ладонях. 'Досточтимым принцем' его называли в том случае, когда хотели наказать. Но надежда умирала последней, и Юстиниан продолжал фантазировать:
  - Я задумался о дяде Абелоуне. Точнее, о том заклинании, которое мы практиковали.
  - Какое заклинание? - В Бертоке проснулось любопытство, и он позволил себе двойную бестактность: обратиться к ученику без упоминания его титула и сунуть нос в дела архимага. Вчера он ощутил сотворение мощного заклинания и присутствие чего-то разрушающего. Однако никто не смел шпионить за архимагом, ибо это было изначально провальной затеей.
  - Я не могу рассказать, - насупился Юстиниан. - Дядя вряд ли одобрит.
  - Понимаю, Ваше Величество, - учитель быстро пришел в чувство. - И прошу прощения за стариковскую назойливость.
  Несколько пассов морщинистых рук и стол для опытов засиял первозданной чистотой, а едкий запах сменился ароматом жасмина. Берток бросил быстрый взгляд на магическую клепсидру и поспешил откланяться, пожелав принцу прекрасного праздника и успешного завершения опытов.
  Оставшись в одиночестве, Юстиниан кинулся перепрятывать зеркало. Но стоило ему протянуть руку к необычной находке, как блестящая поверхность подернулась легкой дымкой: на юношу смотрел незнакомец слащавой эльфийской внешности. Это было так неожиданно, что принц отпрянул назад, затолкав зеркало обратно в ящик. Сердце колотилось где-то на уровне горла. Кто это был? Маг, работающий на пиратов? Как вести себя? Как действовать?
  'Так, с зеркалом я разберусь позже' - подумал юноша. Мысль о том, чтобы перекинуться парой фраз с загадочным отражением он сразу же отмел. Абелоун дал четко понять о плачевных последствиях подобных действий.
  Логика требовала идти по следу тайного визитера. Может быть этот поступок прольет немного света на последнее событие? Принц порыскал взглядом по комнате в поисках какого-нибудь оружия. Магия всегда была его верным помощником, но кто знает, успеет ли он воспользоваться заклинаниями. Парадно-выходные ножны на стене, наконец-то дождались звездного часа. В ножнах пылился меч, когда-то презентованный ему, Юстиниану, в день десятилетия.
  Заклинание открыло взору таинственные следы. Юноша накинул плащ, натянул перчатки и решительно выдохнул: 'Сейчас или никогда!'
  Он шел по цепочке следов, старательно делая вид, будто отправляется на прогулку. Принц прекрасно понимал, что излишнее внимание помешает ему. Спустившись по лестнице, он проследовал в кухню, в которой постоянно кто-нибудь находился. Денно и нощно на кухне что-то шкварчало, шипело и варилось. За приготовление пищи отвечал главный повар - гном по имени Маркус. Обычно из гномов получались хорошие ремесленники, но к Маркусу эти шаблоны не были применимы. Из него получился прекрасный повар. Вот и сейчас Маркус навис над широкой кастрюлей, интенсивно работая венчиком. Он был ростом с десятилетнего ребенка, откормленный, с лоснящейся бородой и пылающими щеками.
  Узнав в визитере принца, Маркус и остальная кухонная челядь рухнули на колени. Засмущавшись, Юстиниан поспешил прочь из кухни, попутно стянув со стола кусок колбасы. След показывал, что незнакомец зашел и вышел через черный ход. Сначала принц хотел опросить стряпчих, но потом отказался от затеи, рассудив, что подобное поведение послужит поводом для ненужных слухов. Вдобавок ко всему сюда заглядывают как слуги, так и стражники, в надежде подружиться с кем-нибудь из стряпчих и тем самым получить право на более вкусное и разнообразное питание. Вот и сейчас, юноша едва не столкнулся в дверях с двумя серокожими гремлинами, которые испуганно разбежались в стороны, не зная какой реакции ожидать от особы королевских кровей.
  Юстиниан сосредоточенно шел по следу и так же сосредоточенно расправлялся с колбасой. Он миновал сад, каменистый отрог и затем долго шел по песчаной косе. Расследование не принесло ответа на вопрос, ибо след уходил в море.
  'Что же получается? Мне нанес визит морской житель?' - недоумевал юноша, глядя на волны, пытавшиеся лизнуть его сапоги. Странным казалось то, что все известные ему морские жители не смогли бы проделать такой долгий путь. Пять-шесть минут - это максимум времени, которое могут выдерживать морские жители на поверхности. А от берега до королевского дома примерно двадцать минут ходьбы.
  'Загадка! Да и след вполне себе человеческий. Хотя в следах я, пожалуй, не разбираюсь', - Юстиниан стянул с головы капюшон, и вдохнул вкусный соленый воздух. Краем глаза юноша уловил движение за спиной. Ну конечно! Куда бы он ни пошел, за ним беспрестанно следовали стражники. Раньше Юстиниан развлекался тем, что отводил им глаза, чтобы в одиночестве побродить среди малахитовых зарослей или посидеть на теплом камне, глядя на полоску горизонта. Дядя Абелоун сердился, когда ему доносили о 'неподобающем поведении Его Высочества', и строго наказывал племянника дополнительными лекциями.
  Принц отправился обратно домой, ничего не выяснив. Мысли о загадочном визитере и о зеркале быстро вытеснила мысль о недоделанном домашнем задании.
  'Человек должен нести ответственность за свои слова и поступки. В королевской фамилии - это двойная ответственность, потому что мы отвечаем не только за себя, но и за королевство и за наш народ', - часто повторяли отец и дядя.
  
  
  Глава 2
  
  Eloise
  Staring at the sea
  Seven white birds
  Sing
  Lost in her hair
  
  БГ, 'Eloise'
  
  
  Thou hindres thy mother at every turn
  
  The Witcher 3 Wild Hunt OST, 'Whispers of Oxenfurt'
  
   Для Юстиниана Халиг-дэг начался ближе к обеду. Благодаря покровительству архимага, учителей-наставников отправили прочь с острова. Слуги - в едином порыве - драили до блеска дом, в который вскоре должны были прибыть члены королевской семьи. Принц сладко потянулся и, вспомнив, какой сегодня день, снова зарылся в легкое, пышное одеяло. Возле кровати, на пуфе, лежали новые, пошитые к празднику штаны. На деревянном манекене висел фиолетовый дублет с вышитым на груди гербом. Второй манекен был облачен в шелковую рубашку. Парадно-выходной серебряный плащ с алым подкладом красовался на плечах третьего манекена.
  Настойчивое урчание желудка заставило принца окончательно проснуться. Чуткие слуги уже стучались в дверь, едва он опустил ноги на пол. После ванны и завтрака Юстиниан переоделся в удобные серую рубаху и холщовые штаны, в которых парнишка смахивал на простолюдина. Правда неизменный спутник - плащ - скрывал простую одежду. До прибытия родни еще далеко, поэтому юноша решил, что успеет искупаться в море. Причем без свидетелей в лице следующей по пятам стражи.
  На чистом, свежевымытом небе блестело солнце. Его свет переплетался с зыбкой поверхностью моря. Прохладная вода приятно бодрила. Юстиниан любил такие одиночные заплывы, жаль, что подобные вылазки были для него большой редкостью. Песчаный берег отдалялся с каждым мощным гребком бесстрашного пловца. Когда принц уставал, то переворачивался на спину, позволяя воде укачивать его словно в колыбели. Доплыв до серых скальных рифов, юноша забрался на ближайший из них. Продрогшее тело жадно впитывало теплые лучи солнца. Над головой парили чайки, выискивая в прибрежных водах маленьких рыбок. В тот момент Юстиниан был счастлив тем простым счастьем, для которого не требовалось обладать ничем материальным. Оттолкнувшись от нагретого рифа, принц ухнул в темно-синюю воду, приходя в неописуемый восторг от того, что под ногами не видно дна. Всплывая на поверхность, юноша больно ударился рукой об обломок широкой доски и едва не наглотался воды. Волны часто выкидывали на берег разнообразный мусор, особенно во время зимних штормов.
  Юстиниан поплыл обратно, используя свою находку как подручное 'плавсредство'. Каково же было удивление принца, когда он наткнулся на пару разнокалиберных досок, бочку и что-то бесформенное, похожее на покрывало. Очевидно, это были останки какого-нибудь корабля. Течение мягко относило Юстиниана и его страшную находку правее того места, где он бросил скомканную одежду.
  'Странно. Сезон штормов давно прошел. Да и я ощутил бы буйство стихии'.
  Выйдя на берег, юноша растянулся на песке, давая отдых мышцам, занывшим от непривычной нагрузки. Отдых получился недолгим, потому что на горизонте, мимикрируя под серые рифы, плыл обломок носовой части корабля. Принц вскочил на ноги и прочитал заклинание - к нему послушно подлетели перчатки и одежда. А волны, тем временем, приносили новые порции добычи: разбитую подзорную трубу, деревянную шкатулку без содержимого, обломок штурвала и клубок крепкой веревки, похожий на гигантскую медузу. Юноша побрел вдоль берега, озадаченный подобным поворотом событий. Скорее всего, корабль разбился о рифы, щедро разбросанные вокруг Уинфреда. Только опытный моряк сумел бы провести корабль через столь серьезное препятствие. Именно по этой причине возле острова не было причала. На неприступный Уинфред можно было попасть только через магический портал.
  С каждым новым пройденным ярдом, Юстиниану все чаще попадались деревянные обломки, а чуть дальше, у кромки воды, он обнаружил большой темный сверток, с выступившими разводами соли по бокам. При ближайшем рассмотрении сверток оказался человеком, точнее, девушкой, запутавшейся в шерстяном плаще. Юноша не растерялся и, оттащив находку подальше от моря, прочитал заклинание, изгоняющее воду из легких. Мысль о том, что может быть слишком поздно заставила Юстиниана сильно понервничать. К счастью, заклинание подействовало, и организм начал отторгать воду. Не самое приятное зрелище, но принц искренне радовался тому, что сумел выдернуть человека из объятий смерти.
  - Где я? - прохрипела девушка, утирев рот рукавом. Она говорила на всеобщем.
  - На Уинфреде, - принц смотрел на нее и не верил в реальность происходящего. Девушка казалась ожившей иллюстрацией из книги эльфийских преданий. Не хватало только острых ушек.
  На острове, самым ярким событием в его жизни - скучной, полной лекций и домашних заданий, - был праздник, устроенный в честь десятого дня рождения Юстиниана. Король свято чтил старые традиции и щедро отмечал дни рождения, в которых присутствовали нули. Но сегодня, при виде обломков корабля, принцу подумалось о том, что случай с кораблекрушением не идет ни в какое сравнение с давно прошедшим днем десятилетия.
  - Как тебя зовут? - юношу раздирало любопытство, и он засыпал бы незнакомку вопросами, если бы не его воспитанность. Разговаривать с незнакомыми людьми считалось грубейшим нарушением правил этикета.
  - Я - Са́га, - ответила она, зябко поежившись. - А ты кто такой?
  - Можешь называть меня Юстиниан, - ответил он. Девчонка не признала в нем особу королевских кровей, и принц безмерно радовался этому факту.
  Новая знакомая кивнула и задала странный вопрос:
  - Ты выдашь меня?
  - Чего? Кому? - растерялся юноша.
  - Ну, мы ведь враги, - она посмотрела на него исподлобья, и Юстиниан подумал, что никогда в жизни не видел таких глаз - одного цвета с безмятежным летним небом.
  - С чего ты взяла? - принц осторожно извлек листик, запутавшийся в ее мокрых бледно-золотых волосах.
  - С того, что королевство Хельм и королевство Орбан пребывают в постоянной вражде, - насупившись, ответила девушка. Этот красавчик наверняка догадался о ее принадлежности к хельмам, а сейчас зачем-то тянет время, очень удачно строя из себя дурачка. К счастью у ее ног лежал верный меч, вдетый в ножны. А спаситель был безоружен.
  - Королевство Хельм? - в голосе принца прозвучало сомнение. Учитель Берток давно бы заклеймил его позором и заставил бы исписать дюжину свитков, если бы он не смог перечислить все существующие королевства. Наверное девчонка слишком крепко стукнулась головой во время кораблекрушения. Ладно! Как бы там ни было, сейчас эта особа нуждалась в горячей пище и сухой одежде.
  - Э... я не собираюсь с тобой враждовать. Пойдем. Тебе нужно обсохнуть.
   Его слова звучали настолько искренне, что Сага лишь на секунду усомнилась в благих намерениях своего спасителя. Она подняла меч и, пристегнув его к поясу, последовала за Юстинианом.
  - Ты здесь кому-то служишь?- поинтересовалась девчонка и, увидев его удивленно вскинутую бровь, поспешила объяснить: - Ну, знаешь, благородные на всеобщем не разговаривают. Хотя это они его всеобщим называют, на самом деле это хельмский.
  - Можно я не буду отвечать на твой вопрос? - принцу не хотелось говорить о своем статусе и тем более не хотелось врать. Его приняли за слугу, и сей факт казался забавным.
  - Можно, - благодушно разрешила Сага. Как будто она не видит его бедняцких штанов с рубахой. Правда добротные перчатки и плащ, обернутый вокруг шеи, немного сбивали с толку, но мало ли какие причуды имелись у местной знати? Не исключалось так же, что это просто щедрый подарок хозяина.
  - Что-то потеряла? - спросил Юстиниан, заметив, что девчонка вертит головой и рыщет взглядом по берегу.
  - Можно я не буду отвечать на твой вопрос? - спросила она, шмыгнув носом. От вынужденных промываний морской водой, носоглотку щипало так, что Сага часто заходилась сухим кашлем.
  Принц понимающе кивнул. Чудом выжившей девчонке явно не до разговоров.
  - Как ты назвал остров? - откашлявшись, переспросила она.
  - Уинфред, - терпеливо повторил принц, обеспокоенно покосившись на спутницу. Нет, девчонка определенно приложилась головой.
  Сага беззвучно повторяла название острова, сосредоточенно наморщив лоб.
  - Впервые слышу, - наконец призналась она.
  - Не бери в голову, - по-доброму усмехнулся Юстиниан. - Под юрисдикцией нашего королевства находится семьсот девяносто два острова, половина из которых необитаема. Даже исследователям-магам, работающим во славу дома Цезерина, пришлось изрядно потрудиться над подробным атласом наших территорий. Так что чужеземцам, вроде тебя, простительна подобная неосведомленность.
  Девушка замедлила шаг, положив руку на рукоять меча:
  - Занятно, что простолюдин сыплет заумными фразочками.
  - А что здесь такого? - на этот раз Юстиниан не растерялся. - Может я способный. Или ты думаешь, что все простолюдины только и умеют, что мычать и крестик вместо росписи ставить?
  Сага подернула плечами. Кажется, она действительно погорячилась.
  - Слушай, а ты точно не выдашь меня? Особенно 'ищейкам' Цезерина? - ее голос дрогнул на последнем слове.
  - Не выдам. Клянусь своей головой.
  Как ни странно, последняя фраза подействовала на девчонку самым благотворным образом. Она даже убрала ладонь с рукояти меча.
  Принц никогда не считал себя любопытным, приписывая сие качество сплетницам-кухаркам, но сейчас он отдал бы половину жизни, чтобы узнать о своей загадочной спутнице как можно больше. Остров Уинфред, на котором он жил, считался изолированным, на него еще ни разу не ступала нога чужеземца. Поэтому юноша не мог гарантировать стопроцентную безопасность Саги. Пожалуй, лучше спрятать ее от посторонних глаз, а потом отправить домой посредством портала. Как же ему хотелось приступить к изучению раздела магии, посвященной преодолению пространства. Но учителя и Абелоун почему-то считали, что принцу еще рано изучать такие сложные заклинания.
  На подходах к дорожке, ведущей к кухонной двери, Юстиниан остановился и прислушался. Стражи не видно, те, вероятно, отправились на его поиски. Судя по звукам, на кухне хозяйничали стряпчие, а Маркус отдыхал перед решающим 'боем': блюда для королевского стола подавались сразу же после приготовления.
  - Изволь накинуть, - Юстиниан протянул свой плащ девушке.
  - Гром и молнии! - она отшатнулась от него, как от прокаженного, но поразмыслив, все-таки приняла дар: - Для того чтобы я за свою сошла?
  - Ну, - протянул принц, - что-то вроде.
  Не объяснять же невежественной девчонке о том, что плащ зачарован на отвод глаз. Не ровен час испугается и начнет мечом размахивать.
  - Кому, говоришь, принадлежит богатый домишко? - как бы невзначай поинтересовалась она. Юноша загадочно отмалчивался.
  - Дай-ка угадаю: семейству какого-нибудь цезериновского выкормыша. А ты их детишек языкам учишь. Хельмы часто нанимаются на работу к богатеньким орбанцам.
  - Придержи язык, невоспитанная девчонка, - огрызнулся принц, не понимая, что его задело больше: слово 'выкормыш' или презрительный тон, которым это было сказано.
  Сага молча проглотила 'совет' нового знакомого.
  'Глупо кусать руку, которая намерена тебя покормить', - здраво рассудила она.
  Девушка даже хотела извиниться, но забыла об этом, как только они зашли на кухню. Стряпчие, побросав свои дела, с благоговейным трепетом преклонили колени. Сага скорчила рожицу, но от комментариев воздержалась. Они пересекли кухню в полнейшей тишине и у Саги возникло стойкое ощущение, что ее в упор не замечают.
  - Не кисло, - констатировала она, осматривая гостиную комнату личных покоев его высочества.
  - А это, что, - гостья кивнула на писанницу, на которой был изображен тонколицый человек с непропорционально большими глазами, - твой бог?
  - Да. Это Цезерин, - юноша подтвердил ее догадку. Вообще-то принц не любил всех этих вероучений, которые казались скучнее лекций Бертока и Арнедо вместе взятых. Однако дядя строго следил за религиозным воспитанием старшего племянника, и каждый месяц устраивал ему своеобразные экзамены. Процесс подготовки преемника был сложен и кропотлив, но пока что Юстиниан оправдывал надежды Абелоуна.
  Юноша щелкнул ключом в замке. Хвала магии! Его спутницу никто не заметил. Все-таки хорошо, что у него имелся плащ, зачарованный на отвод глаз. Правда с магами такой номер не прошел бы, но, по счастью, среди кухонной прислуги магов не водилось.
  - Там ты можешь умыться и переодеться в любую одежду на свой вкус, - он кивнул на дальнюю дверь.
  Когда Сага вышла из отделанной мрамором и золотом ванной, и не нашла Юстиниана в гостиной, с ней приключилась легкая паника.
  'За стражей пошел, морж зеленоглазый', - заключила она и принялась сооружать импровизированное укрепление из стола и стульев.
  'Если среди стражи будет маг, то мне крышка', - мысленно рассуждала она, ощущая себя овечкой на заклании. Для истинных последователей Цезерина, любой чужеземец приравнивался к врагу народа. Несколько стаканов пресной воды придали ей сил, так что легкой победы она врагам не обещала!
  'И зачем я пошла следом за ним? - Сага мысленно отчитывала себя за поспешность действий. - Повелась на честные глаза и открытое лицо? Наверняка в нем ничего хельмского не осталось! Небось и родился здесь. Хельм с душою орбанца - хуже не придумаешь!'
  Она подскочила к одному из окон. Красота витражей сильно отвлекала от обозрения локации. Возвратившийся Юстиниан застал новую знакомую за тщетными попытками открыть хотя бы одно из окон.
  - Бесполезно, - на всякий случай предупредил принц. - Окна зачарованы.
  Сага заскрежетала зубами, и, выхватив меч из ножен, резко повернулась к юноше. Тот стоял у двери, демонстрируя чудеса эквилибристики: в одной руке он держал поднос с двумя графинами, в другой поднос с фруктами, сыром и пирожными. Под мышкой он зажимал холщовую тряпицу, источающую запах копченого мяса.
  - Что это? Зачем это здесь? - озадаченно вопрошал принц, рассматривая собранные в одну кучу стол и стулья.
  - Вообще-то я подумала, что меня сейчас будут убивать, - честно призналась девчонка, возвращая меч в ножны и забирая у гостеприимного хозяина поднос с графинами.
  - Мое слово нерушимо, - гордо заявил Юстиниан, запирая дверь.
  - Прости, что не поверила, - извинилась Сага, набивая рот пирожными и сыром.
  Позабыв о приличиях, принц смотрел круглыми от удивления глазами на то, как переодетая в его шелковую пижаму девчонка, опустошает подносы и не решался спросить о сроках ее голодовки. Внезапно его взгляд упал на серебряную цепочку, на тонкой девичьей шее.
  - Что это у тебя?
  - Мефальом, - буркнула она, вгрызаясь в кусок копченого мяса.
  Он подлил в ее бокал малинового сока, ожидая подробностей. Кажется, Сага прекрасно поняла это и, с сожалением оторвавшись от еды, пояснила:
  - Мой медальон. Волшебный. Очень нужная вещь.
  - Понятно. А ты правда попала в кораблекрушение?
  - Правда, - глаза Саги увлажнились, и принц поспешил вручить ей самое красивое пирожное.
  - А можно мне получше рассмотреть медальон? - Когда-то он штудировал кипы трактатов о старинных магических артефактах. Во всех источниках говорилось о том, что подобные вещицы чрезвычайно редки.
  - Нет, - мотнула головой девушка, вновь принимаясь за уничтожение яств. - Прости. Не хочу рисковать. Ведь он может пригодиться не только как артефакт.
  - А как что?
  - Ну, - замялась Сага, беззастенчиво разглядывая собеседника, словно, оценивала, стоит ли посвящать того в свои планы. - Я всегда мечтала о собственном корабле.
  - И что, медальон как-то поможет тебе в исполнении мечты? - принц недоверчиво поморщился.
  - Много ты понимаешь! - фыркнула гостья, с трудом сдержав отрыжку. - Его цена равна цене одного новенького корабля.
  Юноша осуждающе покачал головой, думая о том, что девчонке пригодилась бы парочка уроков этикета.
  'Или больше, чем парочка', - подумал он, наблюдая за тем, как Сага беззастенчиво стягивает еду с его тарелки. Ну что ж, пожалуй, он продемонстрирует бедной девочке, как полагается вести себя за столом. Сняв перчатки, Юстиниан заткнул белоснежную салфетку за ворот рубахи и взялся за вилку и нож. Безобидные действия принца вызвали у гостьи волну паники. Она ойкнула, выронила надкусанную грушу, потом вскочила со стула и вытянулась в струнку, словно солдат на плацу.
  - Что не так? - принц не понимал разительной перемены, произошедшей в поведении гостьи.
  Вместо ответа она снова ойкнула и, опустившись перед ним на колени, выдохнула:
  - Простите, Ваше Величество!
  Юстиниан сделал кислое лицо. Играть чужую роль не было смысла. Затея с уроком этикета, пожалуй, была не такой уж хорошей, ибо теперь он выдал себя с потрохами.
  - Я не верю, что нашла Вас, мой король, - прошептала она, глядя на принца лихорадочно блестящими глазами.
  - Давай без этих формальностей, - осторожно попросил Юстиниан.
  - Как скажите, Ваше Величество.
  - Ну какой я тебе 'величество'? - вздохнул юноша. Ему было грустно от того, что титулы всегда возводят неприступную стену между ним и любым человеком не королевских кровей. - Если хочешь знать, то я никогда не стану королем, потому что я... от другого брака. Меня готовят в архимаги дома Цезерина.
  Сага подскочила, словно ужаленная:
  - Вот сволочи!
  - Почему ты оскорбляешь мою семью? - насупился принц.
  - Простите, мой король!
  - Сколько раз тебе повторить, что я не король?
  - Нет! Ты самый настоящий король! - горячо запротестовала Сага, еще раз преклонив колени. Она слишком волновалась, чтобы следить за своими словами. - Ты последняя надежда хельмов, последняя надежда своего народа!
  Раздосадованный Юстиниан выскочил из-за стола, кинулся к шкафу и, порывшись в ящиках, вытянул карту.
  - Скажи на милость, - саркастически вопрошал он, раскладывая карту на блестящем от чистоты полу, - в какой стороне находится неизвестное науке королевство Хельм?
  Сага бросилась изучать предложенную карту. Через пару секунд, она подняла глаза на застывшего в ожидании принца и с ненавистью в голосе процедила:
  - Узнаешь, если дашь перо с чернилами.
  Заинтригованный ее просьбой, он щелкнул пальцами. Пожалуй, больше не было нужды притворяться обычным человеком. Возле вздрогнувшей от неожиданности Саги возникли требуемые предметы.
  - Вот эта часть материка принадлежит королевству Хельм, а здесь находятся наши острова! - она старательно восполняла пробелы на предоставленной карте в тех местах, которые были обозначены как 'Terrae Remotus*'. - Вот здесь наши земли!.. И вот здесь!.. А тут залив и Инниши́д - твой остров с королевским замком. И никакой ты не Юстиниан! Нашли имечко! Ты - Эверико́н. В детстве тебя выкрали заклятые враги твоего отца.
  - Что за глупые шутки? - рассердился принц. У девчонки по-видимому, была неуемная фантазия. Либо сказывались последствия кораблекрушения. Он где-то читал о подобных вещах.
  Сага вздохнула, с сожалением покосившись на недоеденную куриную ножку.
  - Так! У меня мало времени. Здесь опасно и меня могут прикончить, прежде чем ты узнаешь правду. Поэтому я расскажу вкратце. Ты Эверико́н Сейд А́ндорр Элефи́рский, стихийный маг, единственный наследник престола королевства Хельм. Тебя выкрали по приказу короля Граннуса, потому что Орбан остро нуждается в стихийных магах. Граннус жестоко убил короля Сейда, пообещав напоследок, что сделает из тебя истинного орбанца. Ты же не станешь отрицать того, что ты - редкий стихийный маг?
  - Не стану, - тихо ответил юноша.
  - Старые маги говорили, что королевство Орбан завоюет весь мир только тогда, когда наше королевство исчезнет с лица земли. А пока жив хотя бы один наследник хельмской династии, Орбан всегда будет подвержен опасности...
  - Не сходится, - Юстиниан прервал ее повествование. - Для четкого исполнения пророчества нужно было убить меня, а не выкрадывать.
  - Ты - лучший маг семи королевств! При таком раскладе ты полезнее Орбану живым, нежели мертвым. - Лицо девчонки вдруг озарилось радостью. С самого начала разговора она искала убедительный довод и вот, кажется, нашла его: - Скажи, тебе часто заказывают погоду?
  Юстиниан кивнул в ответ.
  - Ага! И куда ты шлешь тучи полные дождя?
  - В основном, в столицу Орбан, - сдавленным голосом отвечал юноша, и Сага восприняла это как хороший знак.
  - Вот-вот! А когда они оттяпают все наши плодородные земли, едва ли ты станешь нужен! Ведь орбанцы прекрасно понимают, что не могут дурить тебя вечно, - подвела итог девушка. - Все! Больше не могу говорить. Мне пора!
  Она исчезла в ванной, а вернулась переодетая в прежнюю, почти высохшую одежду.
  - Постой! - принц совсем растерялся. - Ты куда? Я думал...
  - Ваше слово для меня - закон, Ваше Величество. Но только не сейчас. Я не хочу, чтобы 'псы Цезерина' сцапали меня.
  - Давай условимся, - Юстиниан посмотрел на причудливые руны под своими ногтями, а затем перевел взгляд на девчонку, - ты обращаешься ко мне безо всяких формальностей.
  - Как угодно, Ваше Ве..., - Сага хотела сделать реверанс, но увидев колючий взгляд, поспешила исправиться: - Как скажешь!
  Юноша устало потер глаза: такое количество информации вызывало легкую головную боль. И хотя стоящая перед ним девчонка не походила на вражеского лазутчика, она вполне могла что-то перепутать. Или принять его за другого человека.
  - Где я смогу найти тебя? - шепотом спросил он, провожая гостью к выходу. Пожалуй, он доведет девчонку до того места, где произошла их первая встреча.
  - В Мако́де, - Сага отомкнула дверь торчащим из замка ключом.
  - Где? Это в Хельме?
  - Во-первых, Хельм - не склоняется; во-вторых, все время забываю, что тебе запрещено знать о родном королевстве, - вздохнула она. - Макод - это столица, построенная на берегу залива. А в самом заливе находится остров Иннишид. Кстати, за́мок твоих предков называется точно так же.
  Юстиниан кивнул в ответ. Интересно, отпустят ли его с Уинфреда, дабы проверить или опровергнуть изложенные девчонкой факты?
  - Надеюсь, ты никому не расскажешь о нашей встрече? - встрепенулась Сага. - Иначе тебя перепрячут.
  - С чего ты взяла? - разозлился принц. 'Перепрячут'! Он, что, игрушка, чтобы его перепрятывать?
  - Ну это же очевидно, - девушка изобразила на лице грустную улыбку. - Наверняка Абелоун сильно влияет на тебя.
  Вот тут Сага попала в точку. Он действительно уважал Абелоуна больше, чем родного отца, который, согласно последним данным, оказался не родным.
  - Ладно! Ничего не стану говорить, - со вздохом согласился юноша, ведя Сагу по просторному коридору, украшенному портретами в позолоченных рамах. Их шаги заглушала красная ковровая дорожка, растянувшаяся от одного конца коридора до другого.
  - Дорогой, мне кажется, что Абелоун слишком рано отправил нас на Уинфред, - из гостиной послышался высокий женский голос.
  - Нас отправил слишком рано, а наших деток отправит слишком поздно. Коуди раскапризничается, а Моргана до последнего будет сомневаться в правильности выбора праздничного платья, - вторил ей густой, громкий бас.
  На лице принца отразилась паника. Проявив похвальную реакцию, он прошмыгнул в первую попавшуюся дверь, увлекая за собой Сагу. Оба очутились в затемненной бархатными портьерами спальне: с роскошной мебелью из красного дерева и широкой кроватью с батистовым балдахином.
  - Это Граннус? - с ненавистью в голосе прошептала девчонка, припадая ухом к двери.
  - Он самый, - подтвердил Юстиниан.
  В глазах Саги разгорался дьявольский огонь; изящный меч покинул не менее изящные ножны:
  - Если я убью его, то привнесу смуту в Орбан. Претенденты будут драться за трон, это поможет нам выиграть немного времени.
  Брови принца взмыли вверх. Пускай рассказ девчонки звучал вполне убедительно, однако, он имел все основания не доверять ей. Юстиниан прошептал магические слова, подкреплив заклинание эффектным пассом. Меч девчонки против ее воли, скользнул обратно в ножны. Сага, припоминая морского дьявола и его бабушку, пыталась воспользоваться оружием, но клинок, казалось, намертво застрял в ножнах.
  - Твоих рук дело, величество? - взбеленилась новая знакомая.
  - Я не позволю совершить убийство, - спокойно отвечал Юстиниан, хотя у него на душе было ох как неспокойно.
  У девчонки зачесались руки, она с радостью отвесила бы упрямцу оплеуху, однако, голоса, доносившиеся из коридора, звучали все отчетливее.
  Юноша не на шутку испугался: а если он совершил неправильный поступок, приведя девчонку в дом? Теперь Абелоун точно завалит его дополнительными лекциями!
  - Под кровать, быстро! - прошептал Юстиниан.
  - Подожди! Обещай, что ты ничем не выдашь нашего присутствия, - Сага решила перестраховаться. Раз парнишка придавал огромное значение своим обещаниям, то грех этим не воспользоваться.
  - Обещаю! Ну же! - взмолился он.
  Едва они занырнули под кровать, как дверь в спальню отворилась, являя притихшим 'шпионам', новые, сверкающие глянцем ботинки и пышный подол шафранового платья.
  - М-м-м! - Граннус подошел к окну и, судя по звуку, плотнее задернул портьеры. - Замечательное место, не находишь?
  - Я бы согласилась, если бы не знала, что поблизости вертится вражеский сопляк.
  - Дорогая, ты несправедлива к мальчишке, - щегольские ботинки слетели с ног короля, и он издал облегченный вздох. - Правильно говорит Арнедо: 'Новая обувь - новые мозоли'.
  Огива, раздраженно шурша платьем, заметалась по комнате:
  - Не смей говорить мне о справедливости!
  - А ты не смей приказывать мне! - Граннус поймал королеву за руку, заставив остановиться.
  Разговор прервался. Обеспокоенность Юстиниана возрастала с каждой новой минутой затянувшегося молчания. Неужели король как-то догадался об их присутствии? Ответ на немой вопрос пришел через пару мгновений со звуками страстных поцелуев. Зашуршала одежда, на пол полетели предметы туалета. Кровать над головой прилично заштормило, а глухие стоны королевы становились громче и сладострастнее.
  Принц лежал, уткнувшись лбом в теплый ковер, и обдумывал услышанные ранее слова. Какого 'сопляка' имела в виду королева? Его? Сейчас Юстиниан отдал бы все, чтобы оказаться как можно дальше от затемненного алькова.
  Тем временем, 'буря' наверху оборвалась грозным рыком короля и восторженным визгом королевы. Как долго тянутся минуты! У принца зачесалась переносица, однако он не смел пошевелиться.
  - Дорогой, нам пора? - спросила Огива, как только ее дыхание выровнялось.
  - Не хочу исполнять королевские обязанности, - король сладко потянулся, в голосе звучали игривые нотки.
  - Сюда в любую минуту может придти сопляк.
  - Нет, любовь моя, - Граннус деликатно зевнул. - Абелоун позволил ему бездельничать весь Халиг-дэг. Какой мальчишка захочет сидеть в четырех стенах в свой редкий выходной?
  - Пообещай хотя бы то, что мы здесь не задержимся. А если он обидит Коуди или Моргану, то я...
  Короля развеселили слова жены.
  - Ты так ничему и не научилась, моя красотка! - со смехом сказал он.
  - Чему, например? - королева Огива, замотавшись в простыню, подошла к полке, на которой выстроилась дюжина пузырьков с разнообразными эфирными маслами.
  - Грамотно прирученный враг сродни верному цепному псу.
  - Ключевое слово 'пес'?
  - Нет, дорогая. Ключевое слово 'грамотно'. А ты даже не захотела попробовать!
  Королева резко обернулась. Невольные свидетели разговора не видели ее взбешенного лица - только бледные, тонкие щиколотки.
  - Меня учили говорить намеками, но сейчас я сделаю исключение: этот урод мне мешает.
  - Чем?
  - Прежде всего, своим существованием. Если хочешь, это мой принцип! Я тоже королевских кровей и с моим мнением считается даже Абелоун! Не нужен мне сопляк вражеского роду и племени, этот 'скорпион с вырванным жалом', как говорит Абелоун!
  - Не нужен - так не нужен, - запросто согласился Граннус. - Кстати, я заказал Бертоку портрет его матери.
  - Берток пишет картины?
  - О да! У него много талантов.
  - Кто натурщица?
  - Какая-то служанка. Ее фигура плюс лицо Юса. Толково придумано?
  - Я бы сказала, что гениально! Сопляк поверит, что похож на мать.
  - Угу. И перестанет приставать с неудобными вопросами.
  Юстиниан не верил своим ушам. Это был разговор его родителей, людей, которых он должен был уважать. По крайней мере, так твердили окружающие. Принц крепко зажмурился и сжал зубы, словно пронзенный внезапным приступом боли. Привычный мир, сложенный из прочных камней, в одно мгновение превратился в декорацию из песка.
  - Дорогой, мой браслет куда-то закатился, - королева вертелась перед глянцевым шкафом, и, глядя на свое отражение, оправляла слегка помятое платье.
  Сага порыскала взглядом по сторонам в поисках браслета. Упомянутое украшение лежало около ее локтя. Аккуратно взяв браслет двумя пальцами, она опустила его рядом с изящной туфелькой королевы. К счастью, Огива находилась по другую сторону кровати и не видела этих манипуляций.
  Когда монаршие особы покинули комнату, девчонка медленно сосчитала до двадцати и только тогда осмелилась вылезти из укрытия. Подойдя на цыпочках к двери, она прислушалась: коридор был пуст.
  - Сколько у нас времени до прихода слуг? - поинтересовалась она, проверяя, как обстоят дела с ее мечом. Увы, заклинание никуда не испарилось. Юноша молчал.
  - Эй, ты чего? - девушка обеспокоено заглянула под кровать и, встретившись с пустым взглядом принца, поняла все без лишних слов. - Наверное ты не слишком-то поверил мне. А тут такое хорошее подтверждение.
  - Ты не понимаешь! - горько выдохнул Юстиниан. Так плохо ему еще никогда не было. - Получается, что я - фальшивка. Все, что я знал, все то, во что верил, обратилось в прах.
  - Прости, мой король, - Сага склонила голову.
  - За что? За правду? - невесело усмехнулся он. - Как, говоришь, мое настоящее имя?
  - Король Эверикон, если коротко.
  - Эверикон, - повторил юноша. - Что ж! Не самое плохое имя. Надо только привыкнуть. Пойдем обратно в мою часть дома. Расскажешь подробней.
  Сага вздохнула и с готовностью поклонилась.
  
  На этот раз Эверикон слушал внимательно, ловя каждое слово Саги. А она честно рассказала все, что знает о его семье. Около четырнадцати лет назад трехлетний принц был похищен 'псами Цезерина'. Похищению предшествовала долгая баталия между магами Хельм и магами Орбан. Последние одержали победу лишь благодаря Абелоуну, вовремя пришедшему на подмогу верным слугам. Король Сейд намеревался переправить единственного наследника с одного острова на другой - самый отдаленный, - но Абелоун, узнав об этом, каким-то образом изменил направление магических порталов. Люди поговаривали, что у архимага имелись свои шпионы при чужом королевском дворе, и диверсия была делом их рук. В тот черный день Эверикон стал круглым сиротой.
  - Погоди! Я смутно припоминаю, как бродил с отцом по пляжу, - Эверикон прервал ее рассказ. - И помню, что меня называли сиротой!
  Сага наградила его недоверчивым взглядом:
  - Наши маги говорят, что у Абелоуна есть хорошие капли забвения, затуманивающие разум так, что уже и не поймешь, где был сон, а где - явь.
  - Нет! Я точно помню! - заупрямился юноша. - Что случилось с моей мамой?
  - Я слышала, что ее отравили за год до убийства твоего отца. Она выпила отравленный джотт, который предназначался королю Сейду... Наши целители были бессильны сделать что-либо.
  Потом тебя похитили, а те немногие маги, которые остались после кровопролитной войны, поклялись найти тебя. У нас тоже есть шпионы, прорицатели и ясновидящие, но ни один из них не сумел определить твое местонахождение. Годы идут, а трон пустует. Вдобавок, наш народ настолько устал от продолжительной войны, что появилось много дезертиров, которые бросают все и становятся пиратами, потому что на войне наживаются лишь сильные мира сего. А простой народ только теряет: родных, дома, земли.
  - Война все еще идет? - удивился принц.
  - Да. Она не такая масштабная и, скорее, вялотекущая. Но может все это к лучшему... Понимаешь, мы проигрывали сражение за сражением и сдали Орбану огромное количество наших лучших островов с пресной водой и часть материковых земель. Наше королевство всегда славилось хорошей погодой и обилием пресной воды...
  - Погоди! А кто правит королевством?
  - Наместник короля Сейда - архимаг Левелис. Он хороший дядька, но не король. Ты должен вернуться к своему народу и прекратить войну.
  Юноша издал тяжелый вздох, пытаясь свыкнуться с новым статусом и новым именем.
  В дверь постучали - Сага юркнула за портьеру.
  - Я не одет! - рявкнул Эверикон, вымещая всю злость и растерянность на незваном визитере за дверью.
  Визитером оказался слуга, отправленный Граннусом на поиски принца. Слуга просил явиться в зал на семейное застолье. Юноша отослал слугу и, присев на краешек дивана, заявил:
  - Я буду драться с Абелоуном.
  - Нет! - Сага в два счета покинула свое укрытие, и теперь с ужасом взирала на глупца: - Только не это! Ты не знаешь, какими магическими приемами владеет архимаг! Это чистое самоубийство!
  - А сама-то грозилась расправиться с моим так называемым 'папашей', - ядовито усмехнулся Эверикон.
  - Сравнил простого человека с архимагом! - девушка изо всех сил старалась отговорить его от опрометчивого поступка. - Неужели ты не хочешь увидеть королевский замок, взглянуть на портреты настоящих родителей? Возрождение королевства будет лучшей местью для Абелоуна.
  Эверикон долго молчал и смотрел в одну точку, размышляя над словами Саги.
  - Я хочу покинуть Уинфред, - юноша сделал выбор. - Ведь ты подождешь меня? Я обязан присутствовать на Халиг-дэге, чтобы эти лгуны ничего не заподозрили.
  - Тогда нам требуется хороший план побега, - вдохнула Сага. Она боялась, что принц пожелает отправиться с ней вместо того, чтобы спокойно подождать подкрепления.
  - Думай над планом, - бросил он через плечо, скрываясь в своей спальне. - Я скоро.
  В дверь снова постучали. На этот раз Сага скрылась в лаборатории принца. Убедившись, что девчонка вне опасности, Эверикон пригласил посетителя.
  - Долгих лет и процветания, мой мальчик, - в комнату зашел Абелоун, такой же лощеный как обычно. Только в этот раз вместо обычного плаща, на плечах красовался праздничный - со знаком дома Цезерина на всю спину.
  Принц вежливо поклонился, пытаясь скрыть закипающую злость.
  - Да ты при полном параде! Отлично! - архимаг похвалил костюм 'племянника'. - Держитесь, девичьи сердца! Быть вам разбитыми.
  - Какие сердца? - юноше стоило неимоверных усилий, чтобы не накинуться на Абелоуна с кулаками. И никакой магии. Вот так по-мужски намять тому бока, а в идеале сломать нос. - Я постоянно один в четырех стенах и единственное что могу разбить - это колбу во время опытов. А в прошлом году, вместо партнерши по танцам, я довольствовался либо стулом, либо сотворенным фантомом.
  - Всему свое время, малыш, - архимаг понимающе улыбнулся. - Я распоряжусь, чтобы на следующей неделе на Уинфред прислали побольше симпатичных служанок.
  По лицу принца пробежала тень отвращения к визитеру, вальяжно развалившемуся в кресле, однако, тот интерпретировал реакцию по-своему:
  - Ага! А ты, по-видимому, хочешь принцессу? Тогда нам придется устроить конкурс реверансов и позвать на него всех принцесс и баронесс. Хорошо придумал?
  Эверикон, понимая, что вот-вот взорвется при виде самодовольного лица 'дяди', заставил себя отвернуться и пожать плечами в ответ.
  - Как проходят выходные? Нашел что-нибудь интересное? - Абелоун почему-то не спешил на семейную трапезу.
  - Я отсыпался и ел, - буркнул Эверикон.
  - И пил, - архимаг встал и подошел к столику, на котором стояли подносы с едой и выпивкой.
  Юноше не понравился тон 'дяди', потому что он вел себя так, словно расставлял хитроумную ловушку. Но ставки сделаны, отступать было некуда.
  - И что? - голос принца был равнодушным.
  - Здесь накрыто на две персоны, - сообщил Абелоун с триумфальной улыбкой на лице. Добро пожаловать в ловушку, глупый мышонок.
  Принц не растерялся: через секунду под ногами архимага разверзлись доски, и тот, сверкнув серебряным плащом, с грохотом провалился на первый этаж. Эверикон нарочно использовал самое безобидное заклинание, потому что его было легко сотворить и трудно заметить.
  Юноша скрылся в лаборатории, запечатав охранительным заклинанием все двери.
  - Нас раскусили, - сообщил он выглянувшей из-за шкафа Саге.
  - Расколдуй мой меч! - рявкнула она.
  - Ах да! - спохватился принц, рассеивая заклинание. - Прости. Но ты зря надеешься на оружие. Когда Абелоун придет в себя, то здесь соберутся все маги дома Цезерина.
  Раздался стук. Сага осторожно заглянула за портьеру и... просияла.
  - Открой окно! - потребовала она.
  - Я ведь говорил тебе, что окна зачарованы. - Юноша, не теряя времени даром, сооружал из колб и прочих склянок самодельные бомбы. Пускай Абелоун не надеется на легкую добычу.
  - Впусти Свирельку! Она поможет! - взмолилась Сага.
  Нехотя оторвавшись от своего дела, Эверикон подошел к окну. За цветным куском витража порхало странное создание: маленькое, ростом с кошку, с такими же кошачьими глазами и прозрачными крыльями.
  - Пикси! - изумленно выдохнул он, не сразу опознав существо. В справочнике по иным расам, пикси выглядели несколько иначе. - Так! Нужно взломать защиту окон! - схватив мел, принц начал выводить на витражах руны, похожие на те, что были отображены под его ногтями.
  Всеобщий переполох на первом этаже усилился с 'прибытием дяди'. Эверикон не без злорадства отметил, что слышит истошный визг королевы. Он чувствовал открытые порталы, чужую магию, заклинания, обещающие обратить в прах любые закрытые двери. Абелоун призывал своих слуг и многие уже откликнулись.
  'Надеюсь, что ты переломал ноги, сверзившись со второго этажа!' - с ожесточением подумал юноша, ставя финальную точку в своем заклинании. Стекло с треском лопнуло, рассыпавшись по полу разноцветными осколками.
  - Сага! Что происходит? - раздался тоненький, похожий на звон колокольчика голосок. Обеспокоенная пикси зависла возле своей подружки.
  - Спаси! Иначе архимаг Абелоун развеет нас по ветру! - девушка протянула руку к медальону и тут же отдернула, решив, что еще не время им воспользоваться.
  Пикси со скоростью ветра порхала из угла в угол, изучая лабораторию и прислушиваясь к звукам за стеной. Она не преминула выглянуть в окно и с ужасом отпрянула, увидев людей в серебряных плащах с черным подкладом. Верные слуги Абелоуна брали дом в кольцо.
  - Драконий помет! - запаниковала пикси, глядя на товарищей по несчастью. - Что? Что я могу сделать? Их слишком много!
  Эверикон вздохнул и, приняв медитативную позу, начал призывать бурю. Он прекрасно помнил о болезненных последствиях, но выбора не было. Первым откликнулся ветер. Он силой приволок за собой темно-лиловую тучу, похожую на разъяренного быка.
  - Постой! - Свирелька потрясла за плечо принца, впадающего в транс. - Нам нужно зеркало!
  - Мне запрещ..., - начал было юноша и тут же запнулся на полуслове. Конечно! Как он мог забыть! Зеркало - подарок таинственного незнакомца - лежало в ящике. Из-за последних событий Эверикон совсем забыл про него.
  Он с трудом поднялся, и, пошатываясь, подошел к шкафу. Интересно, не померещилось ли ему все то, что произошло вчера? К счастью, зеркало лежало на прежнем месте.
  - Отлично! - возликовала пикси. - То, что нужно!
  Несмотря на маленький рост и хрупкую конституцию, Свирелька ловко перетащила зеркало на полку. 'Псы Цезерина' не дремали: на столе тревожно зазвякали многочисленные колбы и реторты. Следующая волна заклинаний заставила вздрогнуть дом, отчего алхимические склянки посыпались на пол. Свирелька, страшно ругаясь, вцепилась в зеркало, помогая ему избежать участи разбитых колб и реторт.
  С входной дверью происходила ужасная трансформация, теперь она была похожа на тлеющий лист бумаги.
  - Я сотру остров с лица земли! - крикнул принц, пытаясь выиграть время. Он не знал того, что задумала пикси, но все-таки решил довериться ей. - Слышишь, Абелоун?
  - Глупо! Глупо, мой мальчик! - находившийся за дверью архимаг, конечно же, слышал его. - Я уйду через портал, а ты погибнешь от собственного заклинания. Истощение магического резерва, знаешь ли, неприятная штука. - Абелоун вновь проверил дверь на прочность. Упрямая дверь не поддавалась. - Скажи, кто находится рядом с тобой? Пират?
  - Не твое дело!
  - Я видел обломки корабля, - как ни в чем ни бывало продолжал архимаг, - и разбухшие от воды трупы. Значит, кто-то выжил, вопреки защитным магическим барьерам. Отзовись, пират!
  Сага и ухом не повела, ибо оказывала посильную помощь Свирельке, отображающей геометрические знаки по периметру зеркала. Это были не только сплошные линии, но и линии пунктиром с включенными в них рунами.
  - Наш гость не слишком-то вежлив! - голос Абелоуна звучал все яснее, по мере истончения двери и охранительного заклинания, поставленного Эвериконом. - Юстиниан, прошу, не делай глупостей. Отзови бурю. Она вызывает дисбаланс всех магических заклинаний. Ты же не хочешь разнести Уинфред на клочки?
  Свирелька закончила свои манипуляции и, подлетев к зеркалу, завершила заклинание пинком: стекло со звоном рассыпалось. В полумрак лаборатории ворвался сноп яркого света, словно кто-то невидимый включил прожектор, свет которого, повторяя контуры зеркала, застыл на дощатом полу.
  - Мне все равно! - принц дал волю клокочущей внутри злости. - И запомни на будущее: я - Эверикон Сейд Андорр Элефирский.
  - Что? - кричал обезумевший Абелоун, сокрушая полуистлевшую дверь мощными ударами. - Никогда не доверяй пиратам! Открой!
  Свирелька подала знак и Сага, схватив Эверикона за руку, затащила его в окружность, сияющую ослепительным светом. Прорвавший преграду архимаг ошеломленно смотрел на опустевшую лабораторию. Возле дальней стены валялись останки разбитого зеркала. Вызванная буря рокотала грозовой тучей, порывы ветра бряцали разноцветными кусочками разбитого витража, а портьеры раздувались словно паруса каравеллы, плывущей навстречу приключениям.
  
  Terrae Remotus* (лат.) - Дальние Земли
  
  
  Глава 3
  
  Let the wind blow low, let the wind blow high.
  One day the little boy and the little girl were both baked in a pie
  
  Bob Dylan, 'Under the Red Sky'
  
  Магический портал, сотворенный Свирелькой, выплюнул беглецов на неизведанные земли. Что это - остров или материк? - никто не знал. Сама пикси сгинула в неизвестном направлении. Принц сразу же потерял сознание, таковой была расплата за применение стихийной магии против людей. Растерянная Сага пыталась искать Свирельку, звала так, что едва не сорвала голос, но все тщетно. Она вернулась к уложенному на плащ принцу, терпеливо дожидаясь, пока тот очнется.
  Юноша зашевелился лишь к вечеру. Его сил хватило лишь на то, чтобы открыть глаза и перевернуться на бок.
  - Что нам делать? - Сага старалась придать голосу беззаботности. - Вокруг ни души, - она обвела взглядом осточертевший за день пейзаж: невзрачные кусты и глинистую землю с редкими вкраплениями травы.
  - Подождем до утра, - в бессилии прошептал Эверикон. Ему требовалось время на восстановление сил.
  Сага кивнула, морально готовясь к бессонной ночи. Кому-то же надо стоять на страже.
  С утра Эверикон выглядел гораздо лучше. Он даже вывел теорию о том, что магический портал, открытый при помощи зеркала, дает побочный эффект на каждой десятой секунде своего существования. Это могло означать, что Свирелька оказалась, скажем, на острове соседнего королевства или вообще в открытом море. Последнее предположение расстроило Сагу, для которой Свирелька была не только полезной компаньонкой, но и подругой.
  - А что, у хельмов принято дружить с представителями других рас? - ничего не знавший о жизни хельмов принц не мог не задать подобного вопроса.
  - Про других говорить не стану, - девушка пожала плечами. - Хотя я лично знакома с эльфом, женатым на женщине.
  - Правда? Но ведь королевство эльфов держится особняком и строго охраняет свои границы, - юноша был озадачен. - Получается, учитель Берток лгал?
  - Неа. Это правда. К эльфам сложно попасть, но некоторые из них активно путешествуют. - Она посмотрела на восходящее солнце, приставив ладони к светлым бровям, а, затем, на свою тень. - Так, восток - там, запад - вон там! Куда направимся?
  - Не все ли равно? - принц был прав как никогда. Он сладко потянулся. После хорошего отдыха, юноша чувствовал прилив сил. Правда урчащий желудок смазывал радость от полноценного отдыха, но тут уж ничего не попишешь.
  Сага бросила монетку, загадав восток на аверс, а запад на реверс. Судьба выбрала запад. Эверикон поднял монету и внимательно рассмотрел со всех сторон. Он знал, что на аверсе монет, как правило, изображены короли. Юноша с восторгом смотрел на профиль короля Сейда. Точнее, на то, каким видел покойного короля художник, по эскизам которого чеканились монеты.
  - Можно я сохраню ее на память? - Эверикон, конечно же, подразумевал монету.
  - Не осмеливаюсь перечить Вашему Величеству, - она с почтением поклонилась.
  - По-моему мы договаривались о том, что обойдемся без 'ваших величеств' и прочего официоза. И, кстати, можешь обращаться ко мне - Рик.
  Она вновь поклонилась в знак согласия.
  - И не кривляйся, пожалуйста, - бросил он через плечо, скользя вниз по склону.
  Сага побежала следом и, догнав, указала на плащ: - Оденешь его наоборот? То есть внешней стороной внутрь? Если мы в чужой стране, то население плохо отреагирует на герб дома Цезерина.
  - Лучше я сниму его, - юноша подкрепил слова действием. - По нашим законам, - дьявол, что я несу? - по законам Орбана, плащ наизнанку носят ренегаты.
  - В каком-то смысле ты и есть ренегат, - осторожно заметила Сага.
  Принц остановился словно вкопанный, а когда смысл сказанных слов дошел до него, он вновь завернулся в празднично-парадный плащ. На этот раз гербом внутрь.
  Петляющая по оврагам и холмам дорожка, вывела путников к песчаным барханам. Змееподобные узоры белого песка меняли облик, потревоженные подошвами сапог. Днем здесь было жарко, а с приходом сумерек, температура воздуха ощутимо понижалась.
  - Похоже, что пескам не будет ни конца, ни края. - Эверикону давно хотелось пить. Да и от пищи он бы не отказался. Увы, окружающая действительность, состояла исключительно из барханов и бедной растительности в виде низких, ощенившихся колючками, растений. Его спутница лишь махнула рукой. Она просто шла вперед, не в состоянии вымолвить ни слова. С утра они о чем-то говорили. Кажется, о королевстве Хельм, о флаге небесного цвета, о гербе, который изображался в виде морской раковины и дракона, о географическом положении королевства, о флоре и фауне и о наместнике покойного короля по имени Левелис.
  - Давай разведем костер, - предложил порядком уставший принц.
  Девушка покачала головой и, разлепив сухие губы, сообщила, что в их ситуации лучше не рисковать. Дым от костра могли заметить 'псы Цезерина'.
  - Понятно. Тогда предлагаю попить воды, - скудный вечерний свет размывал черты лица, но Сага могла поспорить, что увидела в глазах спутника отблеск далекой зарницы.
  Юноша, сняв перчатки, призывал грозовую тучу. И та откликнулась, появившись из-за горизонта. Ветер неистовым галопом пронесся вокруг усталых путников, словно невидимый конь, взрывая песок копытами.
  - Рик, ты молодец, - Сага вымучено улыбнулась, - но не учел того, что мы вот-вот промокнем до нитки.
  - Учел! - Эверикон сдернул плащ и тот воспарил над головой, наподобие тента. - Иди сюда! Он непромокаемый.
  Сага поспешила под укрытие, отплевываясь песком.
  - А ветер? - она с беспокойством смотрела на почерневшее небо.
  - Не проблема, - юноша сделал пасс рукой и ветер затих. По импровизированному навесу застучали первые капли дождя. Воздух стал свежим и вкусным. Живительная влага поила пустыню и усталых путников, которые время от времени подставляли ладони дождю, чтобы набрать воды.
  - Ты такой же полезный спутник, как моя Свирелька, - Сага с благодарностью посмотрела на Рика. - Теперь мы не умрем от жажды.
  - А от голода? - принц едва держался на ногах. Призыв стихии сильно выматывал. Особенно после недавних злоключений на Уинфреде.
  - Думаю, что мы сумеем раздобыть хоть какую-то еду, - Сага излучала оптимизм. - Кстати, я слышала историю о моряках, очутившихся на необитаемом острове. Они съели свои ремни и сапоги.
  - Правда? - ужаснулся Рик, посмотрев на свою обувь. Вареные сапоги казались гастрономическим маразмом. - И что потом?
  - Потом они догадались нарвать кокосов.
  Дождь закончился, грозовая туча медленно уползала на запад, озаряя небо редкими всполохами. Песок был тяжелым от воды. Кое-где даже виднелись лужи. Единственный сухой пятачок был на том, месте, на котором стояли усталые путники.
  - Извини, Рик, - Сага вылезла из-под укрытия. - Ты, наверное, не так представлял себе возвращение домой.
  - Честно - никак не представлял. Не успел. - Принц понимал, что эта девчонка с выгоревшими на солнце волосами, наверняка держит его за неженку, что сильно задевало его самолюбие. Честно говоря, он никогда не ходил пешком столько, сколько прошел за этот день. Но, как бы там ни было, благодаря короткому отдыху, у принца открылось второе дыхание.
  - Пойдем дальше, - он отряхнул плащ и обернул его вокруг шеи. При других обстоятельствах Рик отдал бы плащ спутнице, но ее одежда выглядела теплее, в отличие от его праздничного одеяния, в котором он сбежал с Уинфреда.
  - Сага, а хельмы Халиг-дэг празднуют? - с робкой надеждой в голосе спросил он. Все-таки против Халиг-дэга принц ничего не имел.
  - Нет. Но зато у нас много других интересных праздников.
  
  Пески, посеребренные яркой луною, едва дышали, боясь потревожить сон далеких звезд. В разлитой тиши, на фоне сгорбившихся холмов, две устремленные вперед фигурки выглядели весьма сюрреалистично. Внимание путников привлекли желтые огоньки вдалеке. Неужели здесь кто-то жил? На поверку огоньками оказались огрызки зажженных свечек, заключенные в немного скособоченные жестяные фонари. Их тусклый свет падал на частокол из разноразмерных бревен, за которым угадывались силуэты низких домишек.
  Эверикон посмотрел на спутницу, та нерешительно переминалась с ноги на ногу.
  - Как думаешь, постучать?
  Принц мотнул головой. Он ощущал неявное присутствие магии: какое-то заклинание, едва уловимое, похожее на потускневшую от веков руну. Но это еще не означало, что за частоколом притаилась опасность. На всякий случай, Рик предупредил о заклинании спутницу. Та кивнула и с легкостью перелезла через частокол. Юноша последовал ее примеру, неуклюже приземлившись на грядку: под подошвами его сапог что-то треснуло.
  - Чтоб меня! - воскликнула изумленная Сага и тут же, зажав руками рот, перешла на шепот: - Огурцы!
  По другую сторону частокола расположились грядки, вид которых немного подпортили незваные гости. Рик нагнулся и, сорвав один огурец, удивленно поднес к глазам, отказываясь верить спутнице на слово. Голодная Сага, тем временем, захрустела вкусной находкой.
  - Как ты можешь их есть? - изумился принц, придержав Сагу за запястье. - Они не мытые!
  - Тоже мне проблема! - девчонка вытерла огурец о рукав и снова захрустела.
  'Какие странные представления о гигиене', - подумал Эверикон, и со вздохом последовал ее примеру. Потому что когда живот сводит от голода, отношение к подобным вещам меняется со скоростью ветра.
  Путники прошли вперед, стараясь не задевать растения на грядках, хотя при такой скудной видимости это было почти невозможно. Помимо огурцов, вездесущая Сага обнаружила стрелы чеснока, лука, пучки петрушки, грядку репы и кусты с неопознанными ягодами, которые никто не рискнул попробовать.
  Рядом с огородом находилось деревянная постройка. Скорее всего, это был сарай, настолько древний, что половина досок побелела от времени. Каждый следующий дом, обнаруженный путниками, ничем не отличался от предыдущего. И всюду видное невооруженным глазом запустение, вызывающее тревогу, заставляющее вздрагивать от любого шороха, скрипа половиц или дверных петель.
  - Похоже на подобие оазиса, который когда-то был обитаем, - прошептал Рик, остановившись возле крайней постройки с обрушенной крышей. Посередине оазиса чернела вода сильно обмелевшего озера. Низкие деревья, напоминающие яблони, опасливо жались к воде - единственному источнику жизни.
  - Я тоже слышала об оазисах в пустыне, - согласилась девушка. - Только где все люди?
  - Умерли от болезней, - предположил принц.
  - Даже если так, то должны остаться тела или кости.
  - Гм!.. Тогда, они просто покинули оазис и ушли в сторону моря.
  - А огород?
  - Что 'огород'? - не понял Рик.
  - Растения сами себя не польют, - резонно заметила Сага. - Может, здесь имеется связь с той магией, которую ты чувствуешь?
  Эверикон согласился с предположением спутницы, потому что в океане всевозможных заклинаний наверняка имелось что-нибудь этакое, из разряда огородно-садоводческого.
  Похожие на неупокоенных духов, они бродили по заброшенному поселению, в поисках подходящего для ночлега дома. Наконец, они нашли постройку - без дверей, но весьма крепкую на вид.
  Зайдя в дом, путники заспорили о том, кому оставаться в дозоре. Сага делала вид, будто совсем не устала, а Рик со скепсисом смотрел на тоненькую, словно тростинка, спутницу и утверждал, что мужчины гораздо выносливее женщин. Спор прекратила брошенная монетка.
  - Король Сейд! - Принц с видом победителя продемонстрировал Саге монету и девушка, без лишних слов, свернулась калачиком на жестких досках, подложив под голову походный мешок, одолженный у спутника.
  Эверикон, вооруженный мечом Саги, походил вокруг временного пристанища, а затем сделал пару выпадов и финтов, сражаясь с невидимыми врагами. Одержав победу, Рик вернулся в дом. Подогнув край плаща, он сел у стены, и, слушая ровное дыхание Саги, размышлял над нынешним положением дел. А если представить, что двух предыдущих дней не было? И у него никто не отнимал скучных, но полезных лекций, редких выходных и его маленького мирка на Уинфреде? Стал ли он счастливее, узнав правду? Миновало всего два дня, а он настолько устал и запутался, что даже боится представить, какой будет его новая жизнь.
  'Что за малодушие? - мысленно выругался принц, чувствуя презрение к себе самому. - Сколько людей начинают жизнь с чистого листа, а я ностальгирую о днях, проведенных во лжи!'
  - Эверикон Сейд Андорр Элефирский, ты обязательно отомстишь Абелоуну и Граннусу за годы лжи, - сонно прошептал он, прикрыв глаза.
  Раздался крик, полный ужаса и страха. Рик вздрогнул и вскочил на ноги, словно на него обрушился ледяной душ. Кричала Сага. В ее руке был зажат черенок от лопаты, которым она отмахивалась от троих индивидов. Рику спросонья показалось, что в дом зашли люди. Однако первое впечатление было ошибочным, и через секунду юноша воочию убедился в существовании ходячих мертвецов, о которых говорилось в трактате Калабрина, практиковавшего черную магию (с разрешения Абелоуна, разумеется). Занятие черной магией претило Рику, так что когда подошло время изучения раздела черной магии, он категорически отказался иметь дело с покойниками. Абелоун тогда пошел на компромисс, предложив 'племяннику' мертвую лягушку в качестве практического материала.
  У визитеров отсутствовали зрачки, так же как и у той несчастной лягушки; рваная, заношенная до дыр одежда оголяла синеватые участки тела.
  Ходячие мертвецы не издавали ни звука, напирая на Сагу. Она с успехом сбивала их ног, но они поднимались и с необъяснимым упорством снова шли в бой.
  - Сплети какое-нибудь заклинание, - задыхаясь, кричала девушка, - а я отвлеку их! - С этими словами она ловко проскользнула между ног ближайшего покойника, и, с легкостью пробежав по нагромождению из бочек, запрыгнула на балку, помогая себе балансировать черенком. Визитеры оказались настолько медлительны, что не сразу сообразили развернуться и поднять головы.
  Быстрыми движениями рук Эверикон творил магическую сеть, накачивая ее разрушительной энергией и создавая магический контур вокруг дома-развалюхи, который не позволит ему рассыпаться в прах. Сначала заклинание как следует тряхнет этот 'курятник', затем в дело пойдет сплетенная сеть. Жаль только, что заклинание требовало немалого количества времени. И это при том, что коэффициент полезного действия заклинания был невысок. Ну да ладно! Все равно ему никто не мешал. Внимание покойников почему-то было направленно исключительно на Сагу.
  Дом тряхнуло так, словно в него врезался снаряд, выпущенный из катапульты. Ветхие доски заскрипели, зашатались, но выстояли благодаря контуру. Едва Рик успел набросить сеть на подкошенных зомби, как сверху на него свалилось что-то тяжелое, больно ударившее по носу.
  - Тысяча морских чертей! - выругалась Сага, потирая ушибленный подбородок. Под девушкой подломилась балка, и она свалилась на товарища по несчастью.
  - Могла бы предупредить! - ворчал Рик, вытирая платком брызнувшую из носа кровь.
  - А я знала? - девчонка вскочила на ноги и бросилась к окну. - Ай, вон еще идут! Сколько же их? - запаниковала она. - Бежим отсюда!
  Юноша подобрал свой мешок и бросился прочь из дома. Впереди бежала Сага, вооруженная черенком. Эверикон подумал, что ему следовало бы вернуть ей меч, но почему-то не сделал этого. Позади, поднимая тучи пыли, ковыляли мертвецы. Навстречу шло подкрепление в количестве двадцати душ и товарищи по несчастью, потеряв самообладание, разбежались в разные стороны. Перепрыгнув частокол, Рик мчался по грядкам, пытаясь сотворить 'разящую стрелу'. Похоже, эти идиоты еще не поняли с кем связались!
  Эверикон резко развернулся, дабы воспользоваться заклинанием, но никого не увидел. Смутное подозрение закралось в душу юноши. Правда сначала нужно было кое-что проверить. Он вернулся к месту ночевки и дезактивировал сеть, под которой беспомощно копошились зомби. Обретшие свободу мертвецы, с черепашьей скоростью бросились на подмогу собратьям, напрочь игнорируя вставшего на их пути Рика. Тот нервно сжимал поблескивающую на утреннем солнце 'стрелу' и с любопытством наблюдал, за уродливыми созданиями.
  - Что ты делаешь, ненормальный? - вдоль соседней улицы как раз пробегала Сага. К счастью, ее преследователи были медлительны, и у нее всегда находилось время на короткую передышку. Во время последней передышки, она стала свидетельницей освобождения зомби.
  - Брось черенок! - крикнул Эверикон.
  - Что за глупости?
  - Заметь, я у них ничего не забирал, и поэтому за мной нет погони.
  Сага без сожаления рассталась с трофеем, бросив его под ноги подоспевшей толпы. Преследователи остановились. Один из них бережно подобрал черенок и разом присмиревшие зомби разбрелись по округе.
  - Пойдем отсюда поскорее, - Сага подбежала к принцу, а тот поспешил вернуть ей меч.
  Они шли по притихшей улице, вдоль обшарпанных домов. При свете солнца оазис смотрелся немного веселее. По большей части благодаря плодоносным деревьям и кустарникам с красно-белыми цветами. Обернувшись, путники увидели, дружный строй зомби, направляющийся в сторону огорода. Они были вооружены лейками, тяпками и лопатами. Другие принялись таскать воду из колодца, скрипя проржавевшей лебедкой и бряцая деревянными ведрами.
  - Бр-р-р! - Сага боязливо поежилась. - Теперь понятно кто здесь фонари зажигает.
  - Свечи загораются от заклинания, - напомнил ей Рик. - Кто-то когда-то зачаровал фонари.
  - Но свечки нужно менять.
  - Есть заклинания, позволяющие этого не делать.
  - Хм! - Сага с уважением воззрилась на спутника. - А ты много знаешь.
  - Шутишь? - удивился Рик. - Это самый первый раздел книги по элементарной бытовой магии.
  - И что? - не поняла девушка.
  - А то, что он для пятилетних детей.
  - Я никогда не занималась магией, поэтому не знала, - подбоченившись, напомнила Сага. - Как думаешь, кому принадлежат эти чудовища?
  Юноша нахмурился. Его тоже занимал подобный вопрос. Оазис мог существовать безо всякой магии, а вот ходячие мертвецы явно возделывали плантацию для своего хозяина, который не спешил объявляться.
  - Я надеюсь, что загадочный владелец проигнорирует нас, следуя примеру своих слуг.
  Путники наполнили флягу и до рези в животе напились воды из колодца. Им не хотелось выходить за пределы частокола и тащиться по раскаленному песку, но оставаться во владениях зомби хотелось еще меньше.
  - Расскажешь о себе? - Эверикон прервал затянувшееся молчание. Не то, чтобы он ощущал неудобство, когда заканчивались темы для разговоров, скорее, он восполнял пробелы и стремился узнать как можно больше обо всем на свете. Причем не ту дозированную информацию, которую он обычно получал от учителей и 'родственников', а абсолютную истину из уст незаинтересованного лица. Лица, которому он доверял.
  - Да что рассказывать-то? - Сага вдруг побледнела и отвела взгляд. - Таких как я - тысячи! Родилась на Хирше. Это ближайший к материку остров. Кстати, от него до Макода, столицы королевства Хельм, полтора дня пути. Ну так вот. Вскоре после моего рождения отец запил, и, затем, пропал. Мама сначала продавала вещи - остатки прежней богатой жизни, которую я почти не застала. Только несколько книг оставила. Потом мама устроилась прачкой, я старалась помогать. Как-то выкручивались. У нас был хороший друг семьи, он тоже помогал нам, учил меня драться на мечах и познакомил со Свирелькой. Он называл меня Сага Быстрое Серебро. Силой я мало кого одолею, а вот скоростью - тут я ого-го! - девушка замолчала, давая понять, что рассказ окончен.
  - Ну а как ты очутилась на корабле, который разбился возле Уинфреда? - допытывался Рик, чувствуя, что спутница что-то недоговаривает.
  Сага воздела глаза к небу и ухмыльнулась:
  - Какой ты непонятливый! На Хирше у меня было бы всего два пути: идти по стопам матери и работать прачкой или открывать новые горизонты в ремесле портовой потаскухи. К счастью, я успела попасть в команду тех, кто отправился на твои поиски, король.
  - Правильнее говорить 'принц', - поправил Эверикон. - Официально я еще не вступил в права наследования.
  Сага понимающе кивнула.
  - И тебя так просто пустили на корабль? - уточнил он.
  - Ну да. Здесь никаких проблем. К счастью, у хельмов нет замшелых предрассудков насчет женщин на корабле. Плюс нашим капитаном была женщина.
  - Я счастлив, что мои будущие подданные настолько прогрессивные. - Эверикон не понимал сути многих суеверий и, если честно, не верил в них. - А что с твоим отцом? Он так и не вернулся?
  - Вернулся, - прошептала Сага; в ее голосе клокотала ненависть, сродни той, которую Рик испытывал к архимагу Абелоуну и Граннусу. - Только было поздно! Мама вышла замуж за друга семьи и переехала в его дом на другом острове.
  - Получается, что тебя все бросили? - в глазах юноши читалось сочувствие к ершистой спутнице. Сага печально улыбнулась в ответ:
  - Я сама всех бросила. Послала к морским чертям и уехала!
  - И едва не погибла, - мягко напомнил Рик. - Нужно быть осторожнее.
  - 'Едва' не считается, - похоже, что у Саги была своя, несколько упрощенная философия жизни.
  Так, за разговорами, они коротали время в пути. Когда жара сделалась совсем невыносимой, молодой маг еще раз призвал дождь. Они стояли под плащом, глядя как мощные струи воды ломают волнистые линии на песке и разговаривали о пустяках.
  
  - Чувствуешь? - Путники шли больше часа; Рик первым почувствовал воду. - Кажется рядом море.
  - Кажется, - согласилась девушка. Соленый привкус воздуха щипал за язык. - Но что дальше? Здесь нет ничего, что позволило бы нам вернуться на... Ну, хотя бы на какой-нибудь населенный хельмами остров.
  Эверикон крепко задумался. Один из возможных выходов он видел в волшебном артефакте спутницы, другой - в том, чтобы отыскать загадочного хозяина ходячих мертвецов.
  - Сага, я тут подумал о медальоне, про который ты рассказывала, - принц начал издалека.
  - Спохватился! Он у Свирельки. Вот так вот с позором проворонила свой медальон, - буркнула она, прекрасно понимая его намек. - А у тебя тоже кулончик на шее висит.
  Рик снисходительно улыбнулся, нащупав непромокаемую 'гильзу' под рубахой. Подобной 'гильзой' располагал каждый уважающий себя маг.
  - Внутри кусок мела и кусок графита, - пояснил юноша. - Чтобы отображать магические руны, если это необходимо.
  Значит, выбора не было. Перспектива стать пленником острова совсем не устраивала Эверикона. Равно так же как и ждать пока их подберет какой-нибудь проплывающий мимо корабль. К тому же, не факт, что на мачтах корабля будут реять дружественные флаги.
  Заклинание плелось само собой, практически на автомате, потому что Рик неоднократно пользовался им на Уинфреде. Магический след, выявленный заклинанием, оказался гораздо четче, чем он предполагал вначале. Таинственный хозяин оазиса объявлялся в своих владениях совсем недавно. Зигзагообразные цепочки магических следов мелькали повсюду. Рику пришлось изрядно поплутать, прежде чем найти более-менее четкий и ровный след. Сага с любопытством смотрела за его манипуляциями и перемещениями, но не более того.
  Таким образом они вышли к заболоченному озерцу, окруженному пальмами. Посреди озера, находилась плавучая изба. Единственное окно под самой крышей украшала засаленная штора. С виду изба казалась чуть крепче развалюх, в которых обитали зомби.
  - Эй, покажись! - крикнул принц, понимая, что скрывать свое присутствие не имеет смысла. Где им прятаться? Разве что за пальмами.
  Сага звякнула оружием, готовая защищать себя и высокородного спутника.
  Из приоткрытого окна избушки послышался скрипучий голос:
  - Чую смрад человечий!
  Путники обменялись удивленными взглядами: таинственный хозяин разговаривал на всеобщем, то есть, на хельмском.
  - Мы никого не обидим! - на всякий случай предупредила осмелевшая Сага.
  - А меч вам на что? - в голосе хозяина слышался скепсис.
  - С мечом безопасней. - Рик смотрел на занавешенное шторкой окно, пытаясь увидеть собеседника.
  Избушка закачалась, словно от землетрясения.
  - Твое заклинание? - шепотом поинтересовалась Сага.
  - Нет, - растерянно пробормотал Эверикон, не сводя настороженного взгляда с избушки, неуклюже причалившей к берегу.
  Сага ахнула, отступив на шаг. Избушка, по-утиному переваливаясь с одной лапы-ласты на другую, неторопливо вылезала на сушу, вспенивая деревянными боками цветущую воду.
  - Стой, утенька моя! - проворковал скрипучий голос. Избушка подрыгала правой лапой, стряхивая на землю прилипшие водоросли, и встала как вкопанная. Теперь в глаза бросилось разительное отличие: один конец прямоугольной халупы имел обтекаемую форму.
  Раздался щелчок открытого замка, откинулась крышка чердака, и на землю плюхнулось подобие лестницы-стремянки.
  - Ох ты белена, трава бешеная! Нашла место! Ей наплевать, а бабушка мучайся! - с такими причитаниями по лестнице задом наперед спускалось сгорбленное существо.
  - Ну? - существо преодолело последнюю ступеньку, и повернулось к визитерам. - Чего надо?
  С виду это была старуха. От человека она отличалась цветом кожи - серо-желтым и раскосыми глазами-щелками.
  - Я знаю, кто вы! Вы из племени ягов или ягинь, как говорят в простонародье. - Принц видел подобных старух на картинке. От человека их отличал серо-желтый цвет кожи, да раскосые глаза-щелки.
  Старуха ничего не ответила, только пошептала-поплевала, а Рик напрягся, готовясь сотворить охранительное заклинание. Когда на своеобразный зов откликнулась палка-трость, принц выдохнул с облегчением. Он читал, что жители Яжьих островов сведущи в некромантии. Примитивные племена ягов жили обособлено и не вели торговли. Во главе каждого племени стояли самые старшие представители - как правило, женщины.
  Моряки предпочитали не высаживаться на Яжьих островах без острой необходимости. Местные не признавали кораблей, потому что тяги к путешествиям у них никогда не водилось, а меж островами они перемещались на вопплах - плавучих избушках - главной и, пожалуй, единственной гордости ягов. Вопплы представляли собой симбиоз живого и неживого. Строительством водоплавающих изб занимались самые способные некроманты племени. Те, у кого не было средств для приобретения полезной 'недвижимости', скромно обходились порталами. Порталы были постоянны, то есть приводили в одни и те же места и открывались строго после захода солнца.
  - Не теряйтесь, деточки, - бабка оперлась на посох и поманила их крючковатым пальцем, - рассказывайте свою беду бабушке Йогун. Бабушка подмогнет, если ей золотца в ладонюшку насыпать. Что стряслось? Мамки-папки свадебку играть не хочуть? Эх, молодо-зелено! А, может, убрать кого нужно? Так это бабушка мигом! Есть капельки волшебные, называются 'Здоровые сохнут, болезные сдохнут'. Нужны капельки, а?
  В другом месте и в другое время Сага расхохоталась бы в ответ, но сейчас она была серьезна:
  - Не угадали, бабушка. Мы хотели бы попасть домой, в королевство Хельм.
  Йогун почему-то проигнорировала девушку и, обращаясь к Рику, продолжила монолог:
  - Зачем тебе такая неряха? Вон, космы кое-как откромсаны, одёжа в грязи. Другое дело моя Айгун. Уж и пригоженькая она и чистенькая!
  - Послушайте, бабушка!.. - вспылила Сага. Ей были обидны подобные замечания, ибо одежда Рика выглядела ничуть не лучше.
  - Подожди ты! - зашикал принц. Ему в голову пришла одна идея.
  - Какая хорошая мысль насчет невесты, - Эверикон весело подмигнул спутнице. - Она с вами живет, почтенная Йогун?
  - Нет, сладенький, - старуху весьма порадовала реакция зеленоглазого юноши. - На Серебряной Каменице.
  - Значит, мы действительно на Яжьих островах?
  - Именно, пирожочек.
  Рик мысленно праздновал маленькую победу. Все как он предполагал. Дальше своих островов яги не селились. Теперь нужно 'прощупывать почву' насчет лодки. Ведь как-то острова сообщаются друг с другом!
  - Как попасть к вашей дочке, бабушка?
  - Через волшебную дверку, - Йогун поманила в избушку.
  Эверикон опасливо подошел к избушке, следом подалась Сага.
  - Сзади к утеньке не подходите! Может лягнуть, - предупредила старуха с безмятежным спокойствием на безобразном лице. От избушки, точнее, от огромных утиных лап, тянуло болотной тиной.
   - Ловко я придумала с зомбями моими? - не унималась бабка. - Они за огородиком ухаживают. А курей разводить не получается, потому что несушки так пугаются зомбей моих, что дохнут по истечении недели.
  Рик хмыкнул в ответ что-то неопределенное, дожидаясь пока Йогун не вскарабкается вверх по лестнице.
  - А если она подстроит нам какую-нибудь каверзу? - Сага тоже слышала о том, что у ягов каждый второй некромант или некромантка.
  - Исключено, - Эверикон не любил хвастаться, поэтому умолчал о том, что старая колдунья с дырявой памятью бессильна против молодого мага, 'без пяти минут архимага', как любил говорить Абелоун.
  - Не шепчитесь. Дайте и бабушке послушать, - проскрипела старуха, добравшись до середины лестницы. - А еще лучше отдай мне девку. Вот зомбям хорошая помощница будет!
  - Не могу. Она моя слуга, - ответил Рик, а затем, подумав, добавил: - И к тому же верноподданная.
  - Надеюсь, ты не обидишься? - принц снова перешел на шепот. Сага действительно хотела обидеться, но вовремя заданный вопрос пресек ее намерение. Поэтому ей оставалось лишь помотать головой и глупо улыбнуться.
  В единственной комнате было довольно сухо, из-под пола веяло прохладой. Хитрая бабка не зря загоняла избушку в озеро. Воздух густо пах лекарственными настойками и замешанными на алкоголе растирками. Благодаря настойкам бабушка всегда пребывала в хорошем настроении.
  Внутри избушка казалась меньше своего размера - в основном, из-за наличия печки, занимавшей половину комнаты. По углам и вдоль стен ютились всевозможные чугунки, горшки и склянки, а над потолком висели гирлянды засушенных растений.
  Хозяйка плюхнулась на лавку и приложилась к ближайшей склянке, распространяя по воздуху аромат прокисшего вина.
  - Может вас помыть, накормить и спать уложить? - предложила Йогун, оторвавшись от напитка. - Дверка портальная только после заката откроется.
  Путники единогласно выбрали пункт под названием 'накормить', и старуха скоренько собрала на стол. Рик ел, не снимая перчаток, однако манеры поведения за столом выдавали принца с потрохами. К счастью, Йогун прилично набралась, чтобы замечать подобные явления. Сага шепотом указала на прокол. Юноша призадумался, а, затем, начал чавкать, полагая, что таким образом сойдет за простолюдина.
  Сначала хозяйка вела разговор о погоде, удивляясь недавно выпавшим осадкам. После второй склянки бабка начала лить пьяные слезы и признаваться в любви 'будущему зятю'. Рик и Сага старательно прятали улыбки, потому что ситуация выглядела до абсурда смешной. В конце концов, Йогун положила голову на стол и тихонько захрапела.
  Пока девушка убирала со стола, Эверикон заинтересовано изучал арсенал трав и настоек. Здесь же он наткнулся на ветхий, покрытый пылью трактат на эльфийском, точнее, альфарейском языке. В свое время принц зубрил старшую речь. Чтение давалось ему лучше, чем разговоры. Из-за отсутствия практики, понятное дело. Трактат гласил о соединении живого с неживым. Оказалось, что яги пользуются переделанной под некромантию формулой, взятой у эльфов. Магическая формула позволяла 'конструировать' чудные избушки.
  Саге очень хотелось искупаться, но долг был превыше всего и она вновь уселась за стол, чтобы подремать на манер пьяной хозяйки.
  - Вставай, - Рик растолкал спящую спутницу. - Солнце за горизонт уходит.
  Девушка осмотрела комнатушку заспанным взглядом. Йогун уже пробудилась и возилась возле печки, разговаривая сама с собой на тарабарском языке.
  - Вы хотите сказать, что переход - там? - Сага ткнула пальцем в раззявленную печную пасть, в которой мог бы запросто уместиться целый кабан. Юноша кивком головы подтвердил ее худшие опасения.
  - Я не полезу туда, - заупрямилась девушка.
  - Значит, останешься у меня, рыбонька, - лицо бабки расплылось в беззубой улыбке.
  Такая перспектива нравилась Саге еще меньше. Она с опаской смотрела, как угасают последние лучи солнца и разгораются магические всполохи в печи.
  - Пойдем. - Рик поманил за собой Сагу.
  На полпути девушка заупрямилась и остановилась.
  - А давайте вы первая? - она с подозрением посмотрела на замершую у окна старуху.
  - Хе! - прокряхтела в ответ Йогун и, проявив небывалую для почтенного возраста прыть, исчезла в огненной воронке.
  Эверикон подтолкнул Сагу:
  - Ну же.
  - Давай бросим монетку! - предложила она, вновь надеясь на свою удачу.
  Подброшенная монетка упала королем вниз.
  - Тысяча морских чертей! - в сердцах воскликнула девушка. На этот раз везение было на стороне принца.
  Портал гудел, наподобие большого костра, но к счастью его температура была гораздо ниже, чем температура настоящего пламени. Сага буквально заставила себя запрыгнуть в оранжево-желтые вихри. На другом конце портала ее встретили радостным гиканьем. В следующую секунду ее толкнули, и она со всей дури влетела во что-то липкое. Когда глаза привыкли к сумеркам, а всполохи портала перестали плясать перед глазами, Сага обнаружила себя намертво прилипшей к гигантской паутине. Эверикон находился в таком же печальном положении.
  Она попыталась дотянуться до меча, но руки не слушались. Каждая остервенелая попытка Саги сопровождалась довольным смехом мучителей. Точнее, мучительниц. Паутину обступила толпа ягов. Здесь были и молодые, и старые представительницы племени и все, как на подбор, с одинаковыми признаками вырождения на лицах.
  Когда волна любопытства и восторга спала, яга с взлохмаченными, седыми патлами крикнула:
  - Да здравствует сестра Йогун!
  Ее поддержали одобрительными возгласами и свистом.
  - Сегодня в ночь Нореллейн мы вернем долг царю Ядовитого жала! Ликуйте, ягини! - провозгласила взлохмаченная старуха. Ее поддержал восторженный рев толпы. Где-то за пределами костров, в темноте, застучали барабаны, отбивая простой ритм. Зачарованные ритмом яги задвигались, задергались в такт. Возле пальм, к которым была приторочена гигантская паутина, задергались длинные тени яг, впадающих в транс. Ритм увлекал все новых и новых участниц мистерии.
  - Что делать? - крикнула Сага, предприняв еще одну попытку освободиться от липких пут. Паутина была прочной и больно впивалась в пальцы и запястья.
  - Не знаю, - ответил Рик, безучастно глазея на круг теней и отвратительных ягинь. По-видимому, его затея вернуться домой с треском провалилась.
  - Вот пустая голова! - в сердцах воскликнула девушка. - Попробуй вытянуть руки из перчаток!
  Критика была справедливой. Нескольких движений хватило на то, чтобы благополучно избавиться от перчаток.
  'А что теперь?' - растерянно подумал Рик. Его не обучали боевым заклинаниям, боясь, что такая магия, рано или поздно обернется против королевства Орбан. Впрочем, благодаря Абелоуну, в памяти принца имелся крошечный запас заклинаний, похожих на боевые.
  Паутина сковывала движения, не позволяя совершать полноценные пассы, но Эверикон умел одними словами пробуждать руны, с рождения отпечатанные под ногтями любого стихийного мага. Быстрее всех на зов отозвался ветер. Сначала это был простой бриз, затем порывы начали усиливаться, очень гармонично вписываясь в первобытный танец некроманток.
  'Как вовремя!' - Сага очень явственно ощущала притаившуюся за спиной опасность.
  Похоже, что некромантки разделяли ее чувство. Внезапно они прекратили танец и как по команде отхлынули на приличное расстояние от паутины. Рик, тем временем, 'раскручивал' воронку вихря, намереваясь отправить ее прямиком на мучительниц.
  'Сзади!' - крикнула Сага, понимая, что вот-вот станет чьим-то ужином.
  Воронка послушно скользнула за паутину. В ту же секунду над местом заклания разразилась буря. Вихрь, выскользнувший на середину площадки, играючи вращал огромное насекомое, одновременно схожее со скорпионом и пауком. Насекомое плевалось ядом, но мощные порывы ветра возвращали плевки хозяину. Посыпавший с неба град больно стегал по открытым участкам кожи, но, благодаря острым льдинкам, в путах образовывались прорехи. Еще чуть-чуть и паутина не выдержала. Сага упала на землю, попутно пытаясь достать верный меч. Два росчерка клинка позволили освободить юношу. Тот взмахнул рукой, указывая воронке направление. Вихрь послушно понес чудовищное насекомое к морю. Град прекратился, порывы ветра ослабевали вместе с Риком. Стихийный маг не имел права использовать стихию во вред. Сага подставила ему плечо, прошептав при этом почти с мольбой:
  - Только не свались в обморок! Только не сейчас!
  Принц кивнул. Все плыло и двоилось, однако, он держался.
  - Яжьи божини! Архимаг! - прошелестел осторожный шепот. Большинство ягинь убежало, а те немногие, которые остались опасливо покидали свои укрытия, готовые в любой момент задать деру. Теперь никто из них не осмелился бы противостоять Эверикону. Некоторые, особо впечатлительные ягини, шлепнулись на колени.
  - У тебя появились новые верноподданные. Может останешься на Яжьих островах? - Сага не удержалась от язвительного комментария.
  Юноша вяло улыбнулся в ответ. Ему почему-то нравился малоуступчивый характер спутницы.
  
  
  Глава 4
  
  Every sailor knows that the sea
  Is a friend made enemy.
  
  U2, 'Every Breaking Wave'
  
  Город Аркс, столица королевства Орбан, был похож на оазис, раскинувшийся посреди каменистых, скудных земель. Территория Аркса относилась к тем немногим зеленым территориям, на которых легко приживались как цветы, так и деревья. Королевство не могло похвастаться плодородными почвами и поэтому слишком зависело от торговли. Захват лучших территорий соседнего королевства частично решил эту проблему.
  Королевский замок, тезка столицы, стоял на искусственной возвышенности, в окружении рва, который когда-то был наполнен водой. Сейчас котлован мог похвалиться разве что скользкой грязью и лужами, в которых резвились головастики. В свое время Абелоун строил далеко идущие планы насчет 'племянника' и хвастливо заявлял, что наступит час, когда ров снова наполнится до краев. Он был уверен, что стихийный маг запросто вытянет на поверхность земли любой подземный источник. Однако для претворения этого плана в жизнь, требовалось личное присутствие принца, что граничило с определенным риском. Мало ли потенциальных предателей и шпионов обреталось среди королевских подданных? Поэтому с планом пришлось повременить. А уж после бегства принца и вовсе распрощаться.
  У подножья замка разместился дом Цезерина, двухэтажное здание, выполненное в том же стиле, что и сам замок. Шпиль крыши заканчивался объемной фигурой нарвала. А светло-серые стены были увешаны разнообразными гербами местной знати - знак лояльности дому Цезерина. Высшие чины почитали за честь отправить своего ребенка (порой даже единственного) на учебу в школу магии Цезерина. Школа тоже находилась в столице, точнее, в восточной стороне города.
  В тот весьма погожий денек, возле ворот Аркса объявился необычный гость. Вместе с остальными гостями столицы он терпеливо проходил досмотр. Когда подошла его очередь, гость нехотя сдернул капюшон. Капитан стражи невольно вздрогнул - перед ним стоял эльф. Молодой - не молодой - кто их разберет? Выглядел вроде бы молодо, говорил как умудренный опытом индивид.
  - Имя и цель поездки? - капитан подал едва заметный знак стражникам. Те тот час же загородили двери и единственное окно. Не то чтобы остроухие сильно досаждали людям, скорее, наоборот. Да и в Арксе они были редкими гостями. Но именно это и настораживало опытного капитана.
  - Мое имя Грифф Монт Гайтон, первое имя с двумя 'ф'. Я приехал по очень важному делу к его Святейшеству, владыке Абелоуну.
  Капитан усмехнулся в темную бороду, внимательно изучая предъявленный документ - разрешение на временное пребывание в столице. Судя по росписям и старым датам, эльф не первый раз посещает Аркс. Странно, что капитан совсем не помнил его. Он еще раз посмотрел на росписи. Все правильно. Росписи его сменщиков.
  - Цель прошлых поездок? - Всегда одни и те же вопросы.
  - Свершение покупок, свадебное путешествие. Мы с женой вообще любим путешествовать, - отчеканил эльф, сохраняя беспристрастное лицо.
  - Ну-ка, Слан, проверь по спискам, - капитан обратился к писарю, который притих за широкими спинами стражников, - не числится ли за господином Гриффом с двумя 'ф' каких-либо правонарушений.
  Неподвижный эльф терпеливо ждал вердикта писаря, скрывшегося в пыльной комнате. Ожидание растянулось, ибо щуплый писарь, облаченный в тяжелую кирасу, был весьма неповоротлив. Кираса являлась вынужденной мерой, потому что каждая новая стычка на въездном посту оборачивалась поисками нового писаря. Злые языки поговаривали о том, что должность проклята. Однако двойная ставка, освобождение от налогов и защитная кираса позатыкали рты злопыхателям.
  Слан довольно долго возился с архивными бумажками. Достаточно долго для того, чтобы перед пропускным пунктом собралась длинная очередь.
  - Чист, - выглянувший из-за двери писарь был краток.
  - Приятного пребывания в столице, - буркнул капитан, ставя на пропуске размашистую роспись. Ну не нравился ему этот эльф и все тут! Может он убийца или маньяк? Впрочем, ропщущая за дверью очередь, быстро отвлекла от мрачных мыслей.
  - Капитан, - ближе к вечеру в верхнюю комнату караулки заглянул сержант. - Придется подыскивать нового писаря. Старого убили еще утром. Это со слов лекаря.
  - Адовы врата! - капитана прошиб холодный пот. - А кто с нами весь день работал?
  - В том-то и дело, что неизвестно кто! Лекарь подозревает, что дело не обошлось без магии!
  Исторгнув из себя дюжину непечатных слов, капитан приступил к написанию тринадцатого прошения на имя короля Граннуса. Сколько раз он говорил о том, что в караулке необходим штатный маг! Сплошные отказы! Понятно, что улицы столицы кишат воспитанниками школы Цезерина и псами Цезерина, и что соваться сюда с чужеродной магией - гиблое дело, но скольких проблем можно было бы избежать, будь у них штатный маг!
  Второе послание предназначалось главе дома Цезерина, в котором подробно описывались приметы подозрительного эльфа, ибо в архивах он находился во главе черного списка. Напротив имени Грифф Монт Гайтон стояла краткая характеристика - 'вор'.
  
  Эльф 'нашелся' вечером, в заброшенном доме. В комнате, освещенной тусклым светом единственной свечи, находились двое: Грифф и архимаг дома Цезерина.
  - Как говорится: 'вора всегда тянет на место преступления'? - спросил Абелоун, поморщившись. Во-первых, тупая боль в правой руке напоминала о недавно сращенной кости (он знал, что легко отделался, если учесть, что половина Уинфреда стерта с лица земли вместе с дюжиной его лучших помощников и помощниц); во-вторых, каждая новая встреча с эльфом раздражала его не меньше предыдущей. Пару лет назад из сокровищницы дома Цезерина исчезли ценнейшие артефакты. Конечно вина Гриффа бездоказательна, но верховный маг был уверен, что дерзкое ограбление не обошлось без участия эльфа.
  - 'Не пойман - не вор', - остроухий собеседник не лез за словом в карман. - Одна птичка напела мне об очень ценной пропаже. И о том, что тебе требуется помощь.
  Архимаг прекрасно знал, что Грифф не дружил с законом, знал о его авантюрном характере, благодаря которому эльф с незавидным постоянством попадал в разные неприятные истории. Однако сидящий перед ним альфареец не был лишен магических способностей и лишь благодаря этому подарку судьбы, он с честью выпутывался из упомянутых историй.
  'Вот кто отыщет принца' - подобная мысль прочно засела в голове архимага. Абелоун мог бы поручить поиски своим людям, что, собственно, он и сделал. Но загвоздка заключалась в том, что лишь немногие и самые проверенные были задействованы в поисках Юстиниана. Сейчас архимаг как никогда ощущал все минусы своей излишней недоверчивости. Увы, в сложившихся обстоятельствах, его верные помощники - все равно что капля в море! У эльфа, несомненно, было больше опыта в подобных вопросах и свои каналы связи. Один вопрос не давал покоя архимагу:
  - Сколько?
  - В данном случае мои интересы далеки от обогащения кармана, - ухмыльнулся эльф. - И, кстати, ты не единственный заказчик.
  - Интересный поворот, - Абелоун удивленно вскинул брови. Все-таки шпионы соседних королевств что-то разнюхали! Зараза!
  - Еще бы! Придется устроить аукцион, - пошутил Грифф.
  - Ни одно королевство не способно перебить мою цену, - архимагу не нравились шутки. Особенно шутки, звучащие из уст нечистого на руку альфарейца. - Я прекрасно осведомлен и смею заверить, что моим помощникам по силам осуществление твоего давнего желания.
  - Исключительно по этой причине я первым делом подумал о Вашем Святейшестве, как о лучшем из лучших, разумеется.
  На лице Гриффа заиграла гадкая ухмылочка, полностью преобразившая его слащавую внешность. Он вполне мог состязаться в коварстве с силой зла, с которой всю сознательную жизнь боролся Абелоун. В ту минуту архимаг увидел разительное сходство эльфа с Инферно, вечным противником святого Цезерина и пособником всякого еретика, который не верил в райские кущи Верхнего царства.
  
  Избушка, ловко подпрыгивая на небольших волнах, стремилась в сторону Брусничных островов. Вопплы мало годились для длительных морских путешествий, поэтому жители Яжьих островов жили весьма специфично и обособленно. Однако для того, чтобы сплавать в гости на другой остров, избушки приходились очень кстати. Ближайший из Брусничных островов - Кордат - был ценен тем, что на его скалистых берегах располагался маяк. Сага утверждала, что маяк поможет завершить их злоключения. Когда Рик интересовался каким образом это произойдет, она дула щеки и отмалчивалась. После неудавшегося жертвоприношения, яги прониклись глубочайшим уважением к стихийному магу и стремились исполнить любой его каприз. К белокурой спутнице аборигены тоже подобрели, однако, их доброта выражалась очень странно: яги попросту игнорировали девушку и по-доброму не пытались сварить из нее суп. От первого факта было обидно, однако она молчала. Даже избушку яги зачаровали так, что она слушалась исключительно Эверикона.
   - Возьми левей, - Сага захлопнула окно, чтобы морские брызги не залетали внутрь. Девушка определяла направление по старому проржавевшему магвигатору, который нашла в захламленном сарае. Магвигатор был необходимым устройством для любого мореплавателя. Правда не переносившие длительных путешествий яги вообще ими не пользовались. В отличие от ягинь, Сага прекрасно осознавала ценность магвигатора, потому что ориентироваться по солнцу было делом неблагодарным, а порой даже гиблым. Особенно, если учитывать то, что рядом с Брусничными островами находятся Адовы зубы - 'утянувшие' на дно не одну сотню кораблей.
  Рик послушно отдал мысленный приказ избушке и та, перестав работать левой лапой, начала загребать правой. Он стоял, широко расставив ноги, и безотрывно смотрел в мутное от соленых капель окно. Тошнота подкатывала все чаще. Сага тоже чувствовала себя неважно. Слишком большая разница между путешествием на стандартном корабле и прямоугольной халупе (хоть и с обтекаемой формой 'носа'). От попутного ветра не было ровно никакой пользы; воппла, большую часть времени дрейфовала, нежели продвигалась вперед. Через сутки, когда организм сумел приспособиться к утомительной, изматывающей качке, на пути возникло новое препятствие: по правой половине неба угрожающе быстро расползалось чернильное пятно. Море затихло, набираясь сил перед бурей.
  - Проскочим. Обязательно проскочим, - пообещал Эверикон, встретившись с тревожным взглядом спутницы. Однако, уверенности в его словах она не услышала.
  Под ногтями молодого мага засветились руны, похожие в нарастающей тьме на угли от костра. Рик тяжело дышал, сцепив зубы, потому что заклинание юлило и пыталось вырваться, словно только что выхваченная из родной стихии форель. Когда заклинание, наконец, поддалось и устремилось в сторону лиловой тучи, принц едва держался на ногах. Мучения окупились сторицей: грозовая стихия затихла, замолчала, правда туча оставалась на прежнем месте.
  - Тебе плохо? - обеспокоенная Сага утерла пот, струившийся по вискам спутника. - Заклинание не действует?
  - Действует, - теперь Рик прерывисто хватал воздух ртом. Плохое самочувствие всегда отражалось на заклинаниях, вне зависимости от способностей и возможностей того, кто их творит. - Говори, куда плыть.
  Сага бросилась к магвигатору, бормоча под нос цифры и градусы. Принц выглядел так, словно вот-вот превратится в жабу, о чем 'предупреждал' зеленоватый оттенок его лица. При иных обстоятельствах девушка обязательно пошутила бы над спутником, обозвав его принцем из неправильной сказки.
  - Плывем на грозу, - сдавленно сказала она, все еще надеясь на ошибку в расчетах. Но расчеты оказались правильными.
  - Хочешь сесть? - Сага окинула обеспокоенным взглядом едва держащегося на ногах Рика.
  - Нет. Если я сяду, то будет еще хуже, поверь. Жаль, что от тебя никакого толка в управлении вопплой.
  - Насчет этой претензии - не ко мне! - вскинулась девушка. - Я думала, что все короли - даже будущие! - дальновидны и практичны. Мог бы заставить ягинь сделать по-своему! Но ты почему-то не предвидел возможные трудности! И вообще хочу напомнить тебе, что я умею пользоваться магвигатором, а ты - нет!
  В голове Эверикона крутилось с десяток ответных колкостей. Впрочем, он сдержался. Привитые орбанцами манеры никуда не делись - принц не давал волю эмоциям и казался совершенно спокойным. Да и не пристало будущему королю обижаться на маленькую вспыльчивую девчонку. Все-таки он многим ей обязан.
  Избушка месила ногами воду, мысленно подгоняемая хозяином. Сага внимательно следила за курсом, стоя на приступке возле окна. В ее душе смешивались два пробирающих до мозга костей чувства: ужас и восхищение. Стальной свод, набухший смертельными гроздьями, застыл, словно на картине, но от этого не казался менее опасным. Если бы Сага могла позволить себе такую роскошь, то обязательно бы переждала разгул 'стихии' в каком-нибудь закутке. Во время штормов, она предпочитала отсиживаться в трюме. К сожалению сейчас такой возможности у нее не было.
  Время, за которое воппла пересекала замершее сердце шторма, казалось тягучим, словно древесная смола. И когда вдалеке замаячили неясные очертания земли, девушка сначала решила, что это галлюцинация - результат долгого и напряженного всматривания в горизонт. Подплыв ближе, путешественники увидели вздымающийся в грозовое небо маяк. Башня маяка была слепа и казалась заброшенной.
  Саге это показалось странным. Но до маяка еще нужно было добраться. А пока что избушка, взбивая ластами морскую пену, ретиво неслась на каменистый берег, подальше от воды. Рик закутался в плащ и в бессилии опустился на пол: наконец-то он мог позволить себе отдых. Похоже, что буря только и ждала момента, когда хозяин 'ослабит поводок'. Грохнул гром, засверкали молнии, по крыше забарабанили капли дождя. К счастью, крепкая кровля и стены спасали от разгулявшейся стихии.
  
  Эверикон устал настолько, что не помнил, как и где заснул, а его пробуждение было похожим на кошмар. За стенами избушки раздавалось чье-то шипение, изредка прерываемое сиплым дыханием. Шум борьбы заставил его броситься к окну. Мутное стекло 'смотрело' беспристрастным взглядом на баталию между Сагой и похожим на человека существом с гротескно большой головой и взбухшими мышцами рук. Урод с первобытным рычанием пытался огреть Сагу дубинкой, но легкая, словно воздух девчонка играючи ускользала от ударов. Рик быстро осмотрелся, пытаясь определить наличие других потенциальных врагов. Кажется, этот, с дубинкой, был единственным. Он задержал взгляд на Саге, казалось, что та вот-вот оступится, споткнувшись об один из многочисленных камней, разбросанных повсюду. Но этого не происходило. Более того, она не только оборонялась, но и атаковала. Причем весьма успешно, судя по глубоким порезам на плече урода.
  Поочередно сделав три пасса сначала правой рукой, потом левой, принц распахнул окно и направил сплетенные пальцы в сторону агрессора. Ударившее точно в цель заклинание настигло существо в тот момент, когда оно пустило в ход кулак свободной руки.
  - Спасибо, за помощь, - Сага немного запыхалась, но на ее лице сияла довольная улыбка.
  - Никогда прежде таких не видела, - констатировала она, рассматривая поверженное существо.
  - Я тоже. - Рик был озадачен не меньше спутницы. Он позвал ее обратно под спасительную крышу, опасаясь появления собратьев убитого. К счастью, больше по их душу никто не явился.
  - Нам нужен маяк, - напомнила Сага, пристально изучая корзины с едой. Яги, втайне скрежеща зубами (мол, самим мало!), согласились пополнить продовольственные запасы путешественников. За время короткой морской 'прогулки' они едва притронулись к еде, но прежде чем отправится к маяку, Сага и Рик основательно подкрепились.
  - Мне здесь не нравится, - девушка долго обдумывала эту мысль, прежде чем высказать ее вслух. - Вот что-то внутри подсказывает об опасности. Остров-то населен. Смотрители маяка, обычно, люди семейные и часто переезжают на место работы вместе со всей семьей. Между прочим, в их обязанности входит встречать путешественников. А тут какое-то страховидло вылезло!
  Рик кивал головой, соглашаясь с каждым ее словом. Не то, чтобы он знал что-то о жизни смотрителей маяка, просто в словах спутницы присутствовала логика.
  - Я думаю, что к маяку нужно пробираться не покидая избы. - Принцу не хотелось рисковать единственным на данный момент средством передвижения, однако иного пути он не видел, потому что жизнью Саги, и, тем более, своей жизнью рисковать не хотелось вдвойне.
  - У смотрителей всегда найдется хорошая парусная лодка. А у некоторых даже старенькая каравелла, - заявила девушка, словно прочитав его мысли.
  - Это обнадеживает. - Эверикон вздохнул. Никто не обещал ему, что дорога домой будет усыпана лепестками роз.
  
  Хмурый, серенький день за окном не придавал оптимизма. Теплый, влажный климат Брусничных островов скупился на солнечные дни. Туман здесь был обычным явлением. Вот и сейчас, в глубине зеленого острова клубился туман. Однако цель путешественников не предполагала пересечение острова.
  Воппла, шлепая ластами по выброшенным бурей водорослям, направлялась к маяку. Она беспрепятственно прошла вдоль постепенно уходящей вверх дороге, и остановилась как вкопанная возле крутых ступеней, слишком маленьких для лап яжьего 'создания'.
  Через секунду между Сагой и Риком разгорелся жаркий спор. Юноша хотел идти первым, на правах мага, способного творить и отражать заклинания.
  - Как ты можешь рисковать собой? - громким шепотом возражала она. - Ты, что, хочешь сгинуть, так и не увидев Хельм и своих верноподданных? Между прочим, я за тебя головой отвечаю!
  - Да брось! - принц начал злиться. У него не хватало контраргументов. Кажется скоро он приравняет свое высокое положение к проклятию. - Мы пойдем вместе - и точка! Считай сие пожелание капризом будущего короля.
  - Ага! Будешь так капризничать и никогда им не станешь, - едва слышно пробубнила под нос Сага, но спорить в открытую поостереглась. Ее настораживала неестественная тишь, царившая на острове. Странным было и то, что за все время пути они не увидели ни одной чайки.
  От крутых ступеней, выщербленных в скале, то и дело отлетали мелкие камни. Иные ступени раскрошились настолько, что приходилось делать широкие шаги и даже прыгать. На запертой двери красовались глубокие вмятины, а по пыльной площадке петляли многочисленные следы.
  - Кто-то пытался забраться в маяк! - заметила шепотом Сага. Говорить громко, по ее мнению, сейчас было верхом безрассудства.
  - Дверь ломали чем-то тяжелым, - Рика больше интересовали вмятины.
  - Точнее пытались высадить тупым предметом, - его спутница порыскала взглядом по площадке. Однако все, что она смогла обнаружить, это обломок дубинки, лежавший почти у самого края утеса. Похожая дубинка была у агрессивного существа, с которым им не посчастливилось столкнуться утром.
  Рик осторожно постучал:
  - Эй, есть тут кто?
  Ответа не последовало.
  - Тебе известно какое-нибудь заклинание, с помощью которого мы сможем попасть внутрь? - спросила Сага, налегая на дверь. - Похоже, что заперто изнутри. Или забаррикадировано.
  - Меня такому не учили..., - начал было Эверикон и тут же оборвал себя на полуслове. - Хотя нет! Есть одно заклинание!
  Года четыре назад, когда Абелоуну понадобилось взять какой-то компонент из кабинета алхимии, а ключ оказался 'благополучно' утерянным, архимаг, в целях экономии времени, воспользовался магической формулой. Цепкая память Рика схватила формулу. Он даже несколько раз пользовался ею. Правда условие таково, что формула была бессильна против дверей запертых магическим путем.
  Юноша вытащил из 'гильзы' кусочек графита и принялся за дело. Сага, тем временем, изучала местность и пока не находила ничего примечательного. С утеса открывался вид на весь остров, однако сейчас полноценному обзору мешал туман.
  - Готово! - в голосе Эверикона звучала гордость. Начерченная вокруг замка формула открыла путь в маяк. - Интересно, как бы ты действовала без моей помощи, останься я в воппле?
  - Извините, Ваше Величество, в смысле, Высочество. Была не права, - девушка подкрепила слова неуклюжим реверансом. Юноша почти растерялся, однако вовремя увидел в ее глазах пляшущих чертиков.
  Закинув один конец плаща на плечо, принц, подражая старым магам дома Цезерина, возложил руку на чело Саги:
  - Ты прощена, дитя мое.
  Чертики из ее глаз исчезли, уступая место безмерному удивлению.
  - Чего? - она скорчила потешную рожицу.
  Эверикон не выдержал и прыснул со смеху:
  - Видела бы ты выражение своего лица!
  Сага кисло улыбнулась и бесстрашно толкнула дверь. Безрезультатно. Кажется, она действительно была забаррикадирована.
  - Ну-ка, помоги, - девушка навалилась на дверь. Так, совместными усилиями они смогли открыть дверь на четверть. Этого вполне хватило для того, чтобы протиснуться внутрь.
  Их встретил спертый воздух с запашком плесени. В комнате было темно, поэтому первым делом Сага, привстав на мысочки, обшарила ниши в стене. В конце концов, в ее руке очутился небольшой округлый шар на подставке. Девушка с остервенением потрясла его, и шар озарился ровным голубоватым светом.
  - Удобная вещь, правда? - тихо спросила она. - В Хельме ими пользуются в каждом доме.
  - Я видел такие, - Рику снова стало смешно. Конечно, многого, как оказалось, он не знал, но уж магическими пузырями пользовались даже отсталые гремлины.
  - Да я не про то! Этот шар придумал твой дед - Диккон Сейд Элефирский.
  Рик взял в руки магический пузырь и глупо улыбнулся. Хорошо, что есть хотя бы одна живая душа, способная рассказать ему правду.
  - Откуда знаешь?
  - Да все знают. Он их изобрел и почти задаром распространил по всему королевству. А вырученные деньги отдавал детским приютам.
  - Вот ведь ирония судьбы! Другие знают о моей настоящей семье больше, чем я! - шутливо посетовал Рик и тут же погрустнел: - Понимаешь, слушаю про свою семью, а сам представляю ненавистных орбанцев, у которых воспитывался. Может я схожу с ума?
  Спутница сочувственно вздохнула и поспешила успокоить принца:
  - Нет, ты еще хорошо держишься. Ведь это твое прошлое, от которого никуда не деться. Конечно, тебе несладко, но все же постарайся не раскисать ради будущего твоего королевства, ради твоего народа.
  Эверикон постарался улыбнуться. В ее словах был резон.
  - Ладно! Не расслабляйся. - Сага поспешила напомнить о потенциальной опасности подстерегающей за каждым углом. Они молча осматривали ящики, стулья и шкафы, которыми была забаррикадирована дверь. Рик заметил корзину гнилых фруктов рядом с первой ступенью винтовой лестницы. Здесь же валялся треснутый кувшин. Темное пятно, въевшееся в каменный пол, свидетельствовало в пользу эля. Его настораживал тот факт, что державшие осаду так и не притронулись к запасам. Ну ладно! Эль можно нечаянно пролить, но фрукты?
  'Или предположительная осада была недолгой?' - мысленно предположил юноша.
  Они поднимались по старой винтовой лестнице, по пути зажигая давно погасшие магические шары. Лучи света выхватывали из темноты облупившиеся ступени и разводы черной плесени, намертво въевшиеся в стены. По мере продвижения наверх, исследователи обнаружили маленькую каморку, предназначенную для хранения топлива, которым заправлялась лампа. Верхняя комната пустовала. Впрочем, как и весь маяк. Сага первая проскочила в комнату. Единственное окно было распахнуто настежь. Вокруг царил полнейший беспорядок. Под ногами хрустели осколки разбитых магических пузырей. Выводы напрашивались сами: то ли здесь была драка, то ли здесь успел похозяйничать ветер. Впрочем, следов крови обнаружено не было. Рику подумалось о том, что все не так уж плохо. Спутница его оптимизма не разделяла. Она с задумчивым видом рыскала по комнате.
  - Смотри, - девушка указала на сапог, возле опрокинутого стула. - Такое впечатление, что кого-то силой поволокли к..., - она прошлась по нечеткому следу, - к окну. Кого-то хотели сбросить вниз? Или только пугали?
  Заинтересовавшись подобным выводом, Эверикон выглянул в окно. Внизу лишь серые зубья камней, да грохот белопенных волн. И ни следа предполагаемой жертвы нападения. Сага тоже посмотрела вниз и зачем-то померила шагами расстояние от сапога до окна.
  - Может, сапогу еще найдется пара? - оптимистично предположил Рик, сняв с полки магический пузырь.
  - Может, - рассеянно согласилась спутница.
  - Скажи, я на него похож?
  - На сапог? - хихикнула девушка.
  - На моего деда.
  - Хм!.. Ну-ка подойди к свету, - Сага пристально посмотрела на юношу, будто художник, приготовившийся писать портрет. - Вроде похож.
  - Каким он был?
  - Ну, старичок как старичок. Лицо не злое, по-стариковски милое.
  - А ты откуда знаешь? - в душу Рика вдруг закралось подозрение. Вдруг девчонка все выдумывает?
  - Лет в десять я тоже мечтала изобрести какую-нибудь полезную штуку. Знаешь, чтобы помочь маме и не перебиваться изо дня в день с хлеба на луковый суп. Вот, коротала зимние вечера в библиотеке. А там на стенах висели гравюры разных изобретателей.
  - Трудно было на Хирше? - юноше стало стыдно за нелепое подозрение.
  - Не трудней, чем везде. Но, знаешь, на Хирше климат мягкий. Зима всего один месяц. Правда промозглая. Но если запастись углем и дровами, то жить можно.
  Сага вздохнула и захлопнула окно, потому что ветерок с моря норовил позабавиться ворохом и без того перебуровленного пергамента. По-видимому, смотритель маяка исправно вел документацию. Рик заинтересованно склонил голову, чтобы прочитать надпись на куске пергамента 'бросившегося' под ноги.
  'Триста пять, вторая четверть Ворта*. Груз двенадцать-тридцать семь. Корабль 'Самволл'. Далее шло подробное и скучное описание груза.
  - Смотритель маяка или его помощник были ответственными людьми, - подытожил юноша, бесцельно слоняясь по комнате.
  Сага усмехнулась:
  - Может быть и ответственными. Но через них могли перебрасывать как легальный груз, так и контрабанду. Последнее - обычное дело для джамнов.
  - То есть ты вот так огульно обвиняешь королевство Джамн? - возмутился Рик.
  - Не обвиняю, а предполагаю. Чувствуешь разницу? - парировала девушка, внимательно изучая дверную ручку. Затем она обшарила каждую полку, а после каждый ящик стола. Один из ящиков был заперт на ключ. Внимание девушки отвлекло зеркало, спрятанное между толстых книг.
  - Наконец-то мы свяжемся со Свирелькой! - воскликнула она.
  Торопливый, отрывистый почерк оставил на зеркале знаки, похожие на детские каракули. Прошла минута и посередине зеркала засияло пятнышко света. Пятнышко увеличивалось до тех пор, пока не заполнило все пространство зеркала.
  - Сага! - восклицание Свирельки содержало в себе сложную гамму чувств от облегчения до гнева. - Я места себе не нахожу! Постоянно у зеркала дежурю! Где ты? Принц с тобой?
  - Да! Мы на Кордате, одном из Брусничных островов, если, конечно, магвигатор не соврал, - закричала обрадованная Сага. - Погоди! Сейчас проверю! - она быстро подцепила один из листков пергамента и пробежала по нему глазами. - Все точно! Это Кордат.
  - Нет! Нет! - в панике закричала Свирелька. - Срочно садитесь на корабль, на лодку, на плот и плывите оттуда! Плывите на Реун. Мы скор...
  Свет погас, изображение испуганного личика пикси медленно исчезало с гладкой серебряной поверхности.
  - А в чем дело? - забеспокоился Рик. - Могла бы объяснить что к чему.
  - Какая разница! - Сага сгребла в охапку зеркало и затравленно осмотрелась, словно ее окружили невидимые враги. - Возвращаемся в избушку... Нет, подожди! Открой, пожалуйста, этот чертов ящик! - она указала на запертый ящик стола. Юноша, воспользовавшись кусочком графита, отобразил знакомые руны, благодаря которым раздался характерный щелчок. Заглянув в ящик, Сага разочаровано поджала губы. Содержимое заключалось в ворохе листов, сшитых между собой шелковой ниткой.
  - Пойдем к избушке, - девушка перехватила зеркало левой рукой, а правую занял верный меч.
  Принц, задержавшись на секунду, выхватил из ящика обнаруженные документы, резонно решив, что если им полагалось отдельное место в закрытом ящике, значит, они содержали важную информацию.
  От быстрого спуска по винтовой лестнице немного кружилась голова и поэтому глоток свежего воздуха, заполнившего нижнюю комнату, был очень кстати. Сага мысленно выругала себя за проявленную беспечность, ибо приоткрытая дверь маяка могла привлечь внимание любого проходимца, если, конечно, таковые водились на острове. Она осторожно выглянула из-за дверного косяка и, не увидев ничего подозрительного, вышла наружу. Эверикон отставал от нее шагов на десять, потому что жадно вчитывался в найденные документы. Это были заметки смотрителя маяка.
  - Рик, подзови вопплу ближе к ступеням, - девушка решила перестраховаться.
  - Она и должна быть там, - рассеяно пробормотал юноша, не поднимая головы.
  Несмотря на его заверения, 'творение' ягов бесследно исчезло и не реагировало на мысленный зов принца. К серому дню и гнетущей тишине (не считая плеска волн) прибавился противный моросящий дождик.
  - Так, узнать бы где причал. - Сага не спешила отчаиваться. - Тогда нам избушка без надобности.
  Эверикон машинально кивнул. Он стоял на пороге и, прячась от измороси под нешироким каменным навесом, вчитывался в пляшущие вверх-вниз строчки. Содержание страниц, в основном, относилось к мечтам и мыслям смотрителя. Здесь же присутствовали еженедельные отчеты и записи в виде дневника. Последние страницы были чистыми.
  - Сага, послушай, - он подвинулся ближе к магическому пузырю и зачитал вслух отрывок писанины: - 'В последний день десятины к причалу пристал корабль островитян с Дайма. Все точно: флаги с двумя лилиями посередине принадлежали королевству Гортакс, и говор у них был характерный, даймовский. Капитанша заплатила въездную пошлину, потому что помимо пополнения воды и запасов, ей захотелось, как говорят, 'отдышаться'. Команда с пассажирами, кажись, не возражали. Сказал я жене, что б пустующие хаты прибрала. Дети-то выросли, с Кордата на материк уплыли. Помощнику моему в этом деле повезло больше: у того все при нем остались'.
  'Первый день новой десятины. Погода на острове резко испортилась. В такую пору - это что-то невероятное! Островитян с Дайма почти не видно. Видел только высокого рыжего детину. Все ошивался на маяке, выпытывал что да как'.
  'Второй день новой десятины. Погода премерзкая! Жена боится за огород. Действительно, если солнца не будет, то останемся без урожая. Помощник сказал, что чужаки привезли с собой несчастье. Я посмеялся над его суеверием'.
  'Третий день новой десятины. По острову начал расползаться туман. Помощник сообщил, что ночью слышал крики. Жена тоже что-то такое говорила, но мы подумали, что островитяне развлекаются. Они молодые, здоровые - им сами боги велели. На всякий случай связался с материком. Запросил сведения о корабле 'Амфер', - тот на котором островитяне приплыли. Прождал обратной связи весь вечер. Материковые улитки так и не ответили. Плюнул. Заступил на дежурство'.
  'Четвертый день новой десятины. Утром помощник не пришел на пересменку. Договорились жечь маяк сутками, ибо погода - мрак, а он не пришел. Бросил все. Отправился домой. Поселка не видно - все в густом тумане. Я не из пугливых, могу дойти до дома на ощупь. Только собрался, как в тумане померещилось лицо того самого рыжего детины: лицо перекошенное, как будто и не человек вовсе. И будто бы меня ждет. Тут я не выдержал и дал деру обратно на маяк. Забаррикадировался, пытаюсь связаться с материком'.
  'Пятый день новой десятины. Спать не ложился. И правильно сделал. Пришел ответ с материка. Островитяне оказались эмахами. Живым не дамся!'
  Последнюю фразу Эверикон прочитал внутри маяка. Едва заслышав про эмахов, Сага проворно скрылась за дверью, не забыв о спутнике.
  - Закрой дверь! - в панике шептала она.
  - Сначала...!
  - Потом спросишь! - девушка оборвала его на полуслове. Не слишком-то вежливо с ее стороны, однако, Рик повиновался и несколькими пассами отменил действие рун. Осторожная Сага толкнула дверь плечом и с облегчением выдохнула.
  - Эмахи - чокнутые сектанты! Чтоб их морские дьяволы пожрали! - ругалась девушка, бросившись на восстановление баррикад. - Поверь, не знаю кто хуже - они или последователи Цезерина. Эмахи раз в четыре года выбирают определенное количество последователей и отправляют на добровольное заклание. Не знаю подробностей, но все ритуалы связаны с черной магией. И главное не попасть в туман. Вот и все что мне известно.
  - Но что ты предлагаешь? Ждать? И если да, то чего? Того, чтобы нас сцапали? - теперь принц был полон пессимизма.
  - А ты думаешь, что водоплавающая изба исчезла сама по себе? - парировала Сага. - Я предлагаю подняться наверх и разогнать туман. Ты же стихийный маг!
  Рик задумался. Спутница предлагала дельную вещь. Однако он еще не дочитал последние строки дневника.
  'Шестой день новой десятины. Хочется спать. Держусь из последних сил. Наконец-то связался с материком, те обещали прислать на помощь магичку. Растягиваю запасы еды. Если станет совсем невмоготу, постараюсь уйти с маяка через полузатопленный подземный ход'.
  
  *Триста пять, вторая четверть Ворта (прим.автора) - отсчет дней, согласно системе королевства Джамн, где год равен семьсот тридцати дням; Ворт - самый долгий месяц в году, согласно календарю джамнов)
  
  Глава 5
  
  Caution cloud lord
  Stay for a while
  You make us smile.
  
  T.Rex, 'The Pilgrim's Tale'
  
   В верхней комнате маяка, в открытом окне, маячило бескровное лицо юноши. Принц, вняв совету Саги, взялся за улучшение погоды. Но единственное в чем он преуспел - это в разгоне туч. Клонящееся за горизонт солнце никак не повлияло на туман, порывы призванного ветра тоже были бессильны против серо-молочной дымки. Частичный успех премного озадачил Рика. Он-то полагал, что стихийному магу беспрекословно повинуется любая стихия.
  - По-моему, туман не настоящий, - задумчиво изрек юноша, захлопнув окно. Других объяснений он придумать не мог.
  - Говорят, у эмахов многие заклинания строятся на жертвоприношениях, - голос Саги дрогнул. Она сидела на стуле, тихая и молчаливая.
  - Я читал о подобном, - Рик подавил вздох. Память услужливо 'подкинула' неприятные картинки, которые он когда-то видел в книге по черной магии. Картинки, как правило, были серо-белыми, но для королевского отпрыска сделали исключение - фолиант, полный цветных картинок, изображающих кровавые ритуалы.
  Сага вновь замолчала. Ее терзала одна и та же мысль: если забаррикадированная дверь надежно уберегала от опасностей извне, то каким образом исчез смотритель маяка? Стало быть, он по собственной воле решил свести счеты с жизнью, выпрыгнув из окна? Или он все-таки спасался и, совершив прыжок, успешно уплыл? Девушка еще раз подошла к окну. Пожалуй тут мало шансов на то, чтобы выжить. Волны слишком сильные, да и каменные зубья говорили о том, что нельзя придумать худшего места для прыжка в воду. Плюс сапог. Конечно это могла быть запасная пара. Или смотритель хотел снять тяжелые сапоги перед тем, как очутиться в воде. Один успел снять, а второй - нет. Но следы говорили о том, что смотритель маяка был здесь не один и его все-таки волокли. Или он сам еле переставлял ноги? А может это был вовсе не смотритель маяка? Сплошные вопросы! А от догадок никакого толку.
  - Дай дневник, - вдруг потребовала Сага. Что-то в этой теории казалось не учтенным. И, кажется она начала догадываться.
  Эверикон протянул ей дневник, заинтересованно подсматривая через плечо за тем, как она перелистывает страницы, пытаясь найти нужную запись.
  - У маяка есть наполовину затопленный подземный ход, которым намеревался воспользоваться смотритель, - девушка, наконец, оторвала взгляд от дневника. - Что, если эмахи опередили смотрителя и добрались до него первыми?
  - Это... ужасно, - прошептал Рик. - Это означает, что мы подвергаем себя опасности.
  - Еще бы! Быстро, ищем подземный ход!
  
  Юноша задумчиво простукивал неровный пол нижней комнаты, попутно пытаясь вспомнить немногочисленные лекции Абелоуна. У Рика была цепкая память и все, что касалось заклинаний, закрепленных на практике, он помнил прекрасно. Однако иногда Абелоун ограничивался лишь теорией, которая, как правило, влетала в одно ухо, и благополучно вылетала из другого.
  'Так какое же заклинание подходит для нейтрализации магического тумана?' - ответ на этот вопрос казался не менее важным, чем дверь в подземелье.
  Сага тем временем принесла сверху побольше магических пузырей, чтобы изучить шершавые стены маяка. Но пока никакого намека на искомое.
  - Есть! - Рик прервал свои размышления, обнаружив прочную крышку - совершенно гладкую, без единой зазубрины. Цвет крышки так прекрасно совпал с цветом пола, что сразу и не заметишь. Даже при хорошем освещении.
  Поддетая лезвием меча крышка бесшумно покинула свое место. Из черного беспросветного лаза потянуло плесенью и влажным воздухом. Сага сгребла ближайший магический пузырь и сбросила вниз. Пузырь, кувыркаясь, осветил шершавые стены лаза и вбитые в стену перекладины - своеобразную лестницу. Раздался хруст, оповестивший о том, что пузырь 'пал смертью храбрых', впечатавшись в каменный пол. Не проронив ни слова, Сага полезла по скользким ступеням вниз. Принц хотел сделать ей замечание, что она, мол, всегда вперед лезет, но подумал, что затевать ссору в такой момент бессмысленно и поспешил следом, предварительно запихнув в походный мешок несколько магических пузырей. Спуск длился дольше, чем они предполагали. Руки и плечи болели от перенапряжения, подошвы сапог норовили соскользнуть с каждой новой перекладины. Грохот волн становился отчетливее. Иногда казалось, что они вот-вот прорвутся и затопят подземный ход, но к счастью, это была лишь игра воображения.
  Лестница заканчивалась примерно в метре от земли, Сага, повернув голову, с полминуты оценивала расстояние и поверхность. Ввиду скудного освещения им только не хватало переломать ноги.
  - Долго еще? - спросил Рик шепотом. Ему было вдвойне трудней из-за довольно увесистого зеркала в походном мешке. Он наступил девушке на руку, и та в отместку ответила ощутимым щипком, напрочь позабыв о субординации.
  - С ума сошла? - негодовал принц. - Я же извинился!
  - Прости, не расслышала, - Сага мстительно улыбнулась и прыгнула вниз. Прыжок получился легким, а приземление почти бесшумным. Под подошвами лишь слабо хрустнули останки магического пузыря. Она быстро зажгла новый и осмотрелась. Подземный ход, о котором упоминал смотритель, представлял собой прорубленный в камне тоннель. Причем, создатлей тоннеля явно не заботил конечный результат. Все было сделано кое-как. Более-менее ровный пол наличествовал лишь возле лестницы, через каких-то двадцать шагов, пол превращался в горную тропинку для диких коз. Кажется, дальше тоннель шел под уклон, но это еще только предстояло выяснить.
  Спрыгнув с последней ступени, Рик немедленно 'заставил' откинутую крышку встать на прежнее место. Нервы оголились. Сейчас он как никогда в жизни ощущал, что ему не на кого рассчитывать, кроме самого себя. Ну разве что на чокнутую спутницу. Но много ли от нее будет толка?
  Первой находкой оказалось разбитое зеркало, лежащее буквально в нескольких метрах от лестницы. Рик, не проронив ни слова, указал побледневшей Саге на едва заметные руны, которые опоясывали деревянную рамку. Он только недавно узнал о принципах связи посредством зеркал. Требовалось лишь нарисовать определенные руны в определенной последовательности и вместо отражения появлялось изображение собеседника. Кто был владельцем зеркала? Возможно один из членов семьи смотрителя.
  Они продолжили путь, пытаясь не думать о странной находке. Коридор начинал делать резкие 'скачки' вверх-вниз. К счастью пол не был пологим, скорее, наоборот, поэтому путникам было за что уцепиться при очередном спуске. Где-то поблизости все так же негодовало море. Возможно даже за ближайшим поворотом. Однако за ним был обнаружен труп женщины. Сага гораздо раньше услышала едва уловимый запах тлена, но в ужасе отгоняла от себя эту мысль. Теперь худшие опасения подтвердились. Опухшее, обескровленное лицо женщины покрывала некая субстанция, уж очень похожая на морскую соль. Скорее всего так и было, поэтому тлен едва тронул несчастную. Создавалось обманчивое впечатление того, что женщина утонула, однако, вспоротый живот с выпотрошенными внутренностями наводил на мысли о какой-нибудь нежити, обитающей в этом мрачном месте. От увиденной картины Рику стало настолько плохо, что он тут же расстался с поздним ужином. Сага, скривившись, рассматривала женщину. Зрелище не из приятных, но как иначе найти хоть какую-то зацепку?
  - Смотри на ее одежду. - Девушка взглянула на побелевшее лицо спутника и тут же поправила себя: - Точнее, не смотри. Знаешь, у простолюдинок не бывает таких крепких сапожек, золотых украшений и, главное, костюма с отличительным знаком.
  - Где ты там отличительный знак нашла? - почти простонал юноша, уткнувшись носом в рукав - то ли хотел утереться, позабыв о платке в кармане, то ли сдерживал позывы на рвоту.
  - Вон, повыше локтя. Надо немножко повернуть ее, чтобы рассмотреть знак.
  От подобного предложения принца вновь скрутило пополам. Сага сочувственно протянула ему флягу с водой, а затем отправилась исполнять задуманное.
  - Рик, это ваша! - через пару мгновений послышался удивленный возглас девушки.
  - Что значит 'ваша'? - Эверикон сидел спиной к душераздирающей картине и полоскал водой рот.
  - В смысле, не ваша, а цезериновская, - пояснила Сага, во все глаза пялясь на вышитого на рукаве нарвала. Верхнюю границу вышивки венчала черно-серебряная лента. - Адептка. Наверное только-только выпустилась из школы Цезерина.
  - Верю тебе на слово. - Рик всегда считал себя довольно крепким парнем, но заставить себя посмотреть на адептку не мог. - Откуда ты про школу Цезерина знаешь?
  - Послушай, высочество, - неожиданно взбеленилась Сага, - я, что, по-твоему, в лесной чаще жила, в беличьем дупле?
  Юноша ретиво помотал головой, покосившись на спутницу таким образом, чтобы не видеть распластанный на полу труп. Что на нее нашло? Он знал, что выпускники школы Цезерина часто расследуют причины магических аномалий. Раньше он приписывал адептам благородство, а теперь понимал, что псы Цезерина - это 'уши и глаза' Абелоуна, который стремился быть в курсе всех событий, происходящих в мире.
  - У адептки - или кто там она? - был серьезный соперник, - немного поостыв, продолжала Сага. - Судя по ранам - это зверь с мощными когтями. - Она отошла от женщины. - И самое неприятное в этой истории то, что магичка почему-то оказалась бессильной перед опасностью. С ее-то знаниями!
  - Верно, - согласился Рик, вспомнив, что смотрителю обещали прислать на помощь мага. Заткнув крышку фляги, он отправился следом за спутницей, стараясь обойти труп по широкой дуге.
  'Дураки учатся на своих ошибках, умные - на чужих', - принцу вспомнилось любимое высказывание Абелоуна. Юношу не учили боевой магии, но однажды ему удалось вызвать огненный дождь. Случайно, конечно. Да и в виду отсутствия полноценного обучения боевой магии, дождь получался коротким - секунды на четыре.
  - Ты чего? - обеспокоенно спросила Сага, посмотрев на взмокшее лицо принца.
  - Учусь на чужих ошибках.
  - Понятно, - протянула девушка, оставив расспросы для лучших времен. Нервы и без того были на пределе. Эмахи, растерзанная адептка, плюс доселе невиданная тварь, которая прервала жизнь той самой адептки - все это давило на психику не хуже каменной плиты.
  Подземный ход, сделав последний крутой поворот, 'превратился' в почти прямой коридор с неким подобием ступеней. Море продолжало биться о камни. Саге казалось, что они направляются в самое сердце шторма. Под подошвами сапог захлюпали первые лужи, которых, по мере продвижения вперед, становилось все больше.
  - Чувствуешь? Вроде выход рядом, - принц уловил движение воздуха. Теперь вода доходила до уровня щиколоток.
  - И не только. - Сага выставила вперед лезвие меча и напряглась словно пружина.
  Другой конец коридора заполнил молочно-белый туман. Рик впервые пожалел о том, что взял так мало магических пузырей. Полумрак явно давал врагу преимущество. В клубах тумана обозначилось лицо молодого мужчины. Ничего не выражающее лицо, смотрело пустыми глазами на замерших путников. Внезапно лицо ожило, а в глазах вспыхнул дьявольский огонек. Губы мужчины зашевелились:
  - За вами придут ночью. Не пытайтесь бежать, глупцы.
  Сага бесстрашно сделала несколько шагов по направлению к туману, внезапно вода в конце коридора забурлили, забулькала, выталкивая из себя похожее на многоножку существо. Рик опрометью бросился назад, уводя следом немного растерянную девушку. За их спинами разразился огненный дождь, вызванный молодым магом. Пронзительный рев подстегивал, заставляя бежать на пределе.
  Очутившись возле лестницы, путники позволили себе короткий отдых. Легкие горели от долгого, быстрого бега, в боку кололо, а по разгоряченным лицам струились капли пота. На коленях расцветали синяки, полученные от многочисленных падений во время гонки на выживание.
  Принц толкнул плечом крышку. На этот раз он полез первым, готовясь принять удар неизвестного противника на себя. Однако помещение пустовало. Забаррикадированная дверь была цела. За стеной по-прежнему рокотали волны.
   - Так, давай без паники. Они нам ничего не сделают, пока не схватят нас и не обездвижат.- Рик, скорее, взывал к своему разуму, чем к разуму светловолосой спутницы. - И вообще, хотелось бы узнать точное количество эмахов на острове, - он пошелестел замусоленными страницами дневника, надеясь найти ответ на вопрос.
  - Ты же говорил, что не знаешь боевой магии, - напомнила спутница.
  - Все равно я не сдамся, - Рик сердито нахмурился. - Буду биться до последнего.
  - Вот этого они и ждут от нас, - Сага не разделяла его энтузиазма. Готовится к кровопролитной битве глупо, особенно когда ее можно избежать. Они обещали придти ночью? Отлично! К тому моменту, когда их силы будут сосредоточены возле маяка, мы будем далеко.
  - Интересно каким образом? - Принц все больше проникался уважением к спутнице.
  - Сейчас расскажу.
  
  В призванных клубах тумана было сыро и зябко, но Сага не жаловалась. Гордость переполняла девушку. Ведь именно она предложила использовать против врага его же оружие. Скрытые туманом путники осторожно продвигались по направлению к берегу. Не на ощупь, как могло показаться на первый взгляд. Рик предусмотрительно оставил зазор между ними и туманом. Благодаря карте острова, найденной среди бумаг смотрителя, удалось выяснить местонахождение пристани - к югу от старого, наполовину размытого мола.
  Маяк остался далеко позади. Алая полоска на горизонте догорала серебристым пеплом, воздух не шевелился, море лениво ворочалось, расплескивая бока.
  Трудно было сказать, сколько они прошли в общей сложности, но когда в небе загорелись первые звезды, температура воздуха резко понизилась, словно нагрянула нежданная зима. К счастью, направление в котором они шли, оказалось верным. В клубах тумана угадывались острые пики мачт, до слуха доносилось характерное поскрипывание корабельных досок. Расчет Саги оказался верным - многие сектанты ушли к маяку. И все бы хорошо, да только тревога, царящая в душе Рика, усиливалась с каждым новым шагом к пристани.
  С чистого неба посыпали соленые снежинки. В метре от замерших на месте путников промелькнула тень. Оставшиеся эмахи не дремали. Раздались воинствующие крики. Их заметили!
  За минуту до сокрушительного удара, девушка расправилась с двумя врагами. К сожалению, это все, чем она смогла помочь Рику.
  Принц самонадеянно воспользовался ударной волной, на пару мгновений разогнав туман. Враг ударил со спины: в Рика угодило заклинание Веридо. Отплевываясь кровью, он закатился за ближайший кустарник - колючий, но боль от маленьких колючек была ничем по сравнению с болью в висках. Он почти забыл как дышать и с минуту смотрел невидящим взглядом в молочный туман, пытаясь не потерять сознание. Заклинание Веридо убивало жертву с особым садизмом, но с одной лишь поправкой: на разных магов оно действовало по-разному. Например, ученик-первогодка умирал долго и в мучениях, маг средней руки долго корчился от боли, но выживал; архимаг лишь на пару минут выходил из строя. Эверикон начал приходить в себя, он чувствовал саднящие пальцы и ладони, которыми отодвигал ветки колючего кустарника. Поблизости раздавались стоны эмахов. Для одного из них удар головой о камень оказался летальным. Совсем рядом раздавались гулкие шаги человека, которому, по-видимому, принадлежало пущенное в спину заклинание.
  - Благословенный туман не хочет отступать, - совсем рядом слышалось озадаченное бормотание.
  Рик не давал туману рассеиваться, прекрасно понимая, что плотные молочные клубы - его единственный шанс на спасение. По крайней мере, пока он не оправится от заклинания Веридо. Рядом мелькнул плащ. Юноша был готов поклясться, что ему не померещилась эмблема уховертки. Подобные знаки носили последователи Инферно. На изображениях, которые видел Рик, Инферно представал худосочным человеком, огненно-рыжие волосы которого были перехвачены сзади в тонкую раздваивающуюся на концах косичку. В священной книге Цезерина говорилось, что грешники отправляются в царство Инферно на гигантских уховертках. Означало ли это, что эмахи были своеобразным ответвлением последователей Инферно? Рик попробовал подняться. Он сел и подождал пока уймется головокружение, а затем начал плести заклинание огненного дождя. Принц отдавал отчет в том, что по неосторожности может задеть Сагу и поэтому для начала разрешил туману немного рассеяться. Едва он сделал это, как чуть правее от кустарника увидел черноволосого человека, на груди которого примостился знакомый знак - уховертка. Злые, почти желтые глаза смотрели оценивающе. Кажется, маг не был в настроении вести переговоры.
  'То, что надо!' - подумал Рик и атаковал заклинанием огненного дождя.
  Досталось и подельникам черноволосого мага: их одежда вспыхнула словно промасленный пергамент. Принц очень боялся, что эмахи схватили Сагу. Когда он увидел знакомую худенькую фигурку, лежащую на земле, сердце заныло от боли. Мертва? К счастью Рик нащупал на тоненькой шее едва пульсирующую ниточку. Подхватив Сагу на руки, юноша бросился прочь от места баталии. Ума хватило на то, чтобы побежать в сторону пришвартованных кораблей. Вновь сгустился туман. Это Рик старался выиграть для себя и Саги немного времени.
  Очутившись возле кораблей, принц бросился было к ближайшему, но заметив вопплу, рванул прямиком к ней, решив, что в одиночку не справится с отшвартовкой. Избушка, к счастью, все еще подчинялась юноше и ретиво запрыгала по воде, исполняя мысленный приказ. Чтобы вопплу не заметили с берега, Рик 'нагнал' туману не только на причал, но и на бухту.
  
  Сознание возвращалось постепенно. Вместе с подкатывающей тошнотой и болью в затылке. Хотелось пить, вдобавок кружилась голова, однако Сага не спешила проявлять признаки жизни. Кажется она получила по голове. А дальше... Плен? Девушка едва не вздрогнула, когда к щеке прикоснулось нечто мокрое, холодное и шершавое: кто-то заботливо обтирал ее лицо смоченным в пресной воде платком. Неужели эмахи настолько сострадательны? Из ее уст вырвался непроизвольный кашель, незамедлительно отозвавшийся тупой болью в висках.
  - Сага! - полушепот-полувыдох коснулся ушей. В голосе слышались радость и облегчение.
  Она приоткрыла глаза, губы тронула легкая улыбка.
  - Молчи! - тут же приказал Рик, хотя она вовсе не собиралась что-либо говорить. - Я знаю, что такое получить по голове. Было дело. Конечно не так героически, как у тебя - но все же. В позапрошлом году я поленился воспользоваться магией и полез на верхнюю полку за сборником стихотворений Сэвори Сигнитта. В итоге на меня свалился стеллаж, вместе с гипсовыми бюстами, фолиантами и подсвечниками.
  Девушка рассмеялась и тут же закашлялась. Принц протянул ей кружку воды.
  - Сейчас мы в безопасности, - сообщил он с довольным видом. - Плывем на воппле. Спи, набирайся сил.
  Сага положила голову на свернутый валиком плащ, намереваясь последовать совету юноши. К счастью то, что она приняла за головокружение, оказалось простой качкой.
  
  'Набор сил' длился всего полтора дня. Рик удивлялся кипучей энергии девушки. Слабость не мешала ей полировать до блеска лезвие меча и штопать дырки на одежде. А когда юноша пожелал сварить суп из остатков провизии, то Сага помогала ему советами. В процессе готовки принц порезал палец, а потом пытался вынуть суп из печи раньше времени. Хоть Сага и пресекала его порывы, овощи все равно оказались недоваренными.
  - Как считаешь, за нами выслали погоню? - спросил Эверикон, заправляя мятый платок за ворот. В виду отсутствия салфеток, приходилось обходиться тем, что есть.
  - Ты же сказал, что применял заклинания, - напомнила Сага, старательно дуя на свою порцию горячего супа.
  - И что?
  - Ну если тому магу дорога́ собственная жизнь, он не сглупит. Вдобавок они не знают в какую сторону мы направились.
  - А действительно, в какую? - Принц ждал пока суп немного остынет и поэтому был не прочь поговорить.
  - Магвигатор показывает, что мы где-то посередине Арипьеза и Кордата, - последовал незамедлительный ответ.
  - А Свирелька?
  - Я не думаю, что они приплывут сюда раньше, чем через неделю.
  - Приплывут? У нее корабль с командой пикси? - улыбнулся Рик.
  Сага булькнула супом и посмеялась над его предположением.
  - Куда там! Пикси сторонятся людей. Но Свирелька - исключение. А команда обыкновенная, из простых хельмов. Скажи лучше, где ты оставил то зеркало с маяка?
  Эверикон наморщил лоб, пытаясь вспомнить:
  - По-моему на том, месте, где нас атаковали. Извини, в ту минуту я не подумал...
  - Забудь! - Она шумно выплюнула на пол черенок стручковой фасоли. Какой теперь смысл сожалеть о зеркале?
  
  Угля для печи почти не оставалось. Еды тоже по нулям. Впрочем Сага не унывала и, смастерив из подручных средств удочку, наловила рыбы к ужину. За миской запеченной рыбы разговор зашел о магии, точнее, об использовании и поддержании огня без топлива. Рик сказал, что таких заклинаний не знает. Девушка поцокала языком и, ухмыльнувшись, пообещала, что вскорости им придется питаться сырой рыбой.
  К счастью, предсказание Саги не сбылось, потому что утром следующего дня путешественников взяли на борт торгового судна. Причем вместе с вопплой. Сначала Рику померещилось, что их догнали эмахи, но Сага указала на флаг Тролланда, на торговую эмблему и на капитана со вздернутым носом-кнопкой. Последний оказался самым убедительным доводом, ибо эмахи совершенно не жаловали троллей. Торговое судно плыло с острова Кревас до родных земель, с заездом на Брусничные острова и Ус Богомола.
  Раньше принц видел троллей лишь на картинках, и поэтому во все глаза смотрел на нелюдей. Тролль-капитан по имени Нант и остальные члены команды, в свою очередь, глазели на вопплу чуть ли не как на божество. Дело в том, что бороздящие моря тролли слышали о чудо-избах и полагали, что на них всегда найдется хороший покупатель, но сунуться на Яжьи острова опасались, памятуя о неудачах бесстрашных предшественников. Бойкая Сага, заметив интерес троллей к избушке, тут же предложила купить ее, включив в цену стоимость двух билетов за проезд. Нант согласился безо всякого торга, что для большинства представителей его расы было противоестественным. Возможно Сага не слишком-то разбиралась в тролльих мордах, но одно могла сказать с уверенностью: капитан был чем-то опечален. Она поведала о своей догадке молчаливому Рику, а тот пообещал выведать подробности у других членов команды. Но легче сказать, чем сделать. Тролли оказались малоразговорчивы. На их фоне юнга со странным именем Делайноги казался болтуном. Юнге поручили проводить новых пассажиров до персональной каюты. По пути тролль рассказал о главной печали капитана: какая-то склочная ведьма наложила проклятие на детей Нанта.
  - Они, конечно, те еще чертяки, - не то хрюкнул, не то издал смешок Делайноги. - Но разве это повод заколдовывать троллят? Ну кто в их возрасте не плюется в трубочку горохом?
  - А что с ними? - Рику было интересно посмотреть на троллят. Ему вообще было интересно все, что связанно с заклинаниями и магией. Сагой руководило лишь праздное любопытство.
  - Подурнели. - Ответ был кратким и разжигающим любопытство до запредельным высот.
  - Ваша каюта, - Делайноги остановился перед дверью и, отцепив нужный ключ от общей связки, вручил его Саге. Та, поблагодарив, отворила дверь. Две приколоченные койки и тумбочка - все, чем была богата тесная каюта. Троллей вовсе не волновало то, что новые пассажиры желают поселиться отдельно. Впрочем, путники и не собирались отсиживаться в новом прибежище и, покидав свой скудный скарб на койки, поспешили прочь из каюты. Саге было интересно посмотреть на капитанскую рубку, а Рику на заколдованных троллят.
  Во время обеда в кают-компании, Сага и Рик обнаружили, что они не единственные пассажиры торгового корабля. За вторым столом находилась горстка джамнов. Судя по виду, купцы с семьями. Сага попыталась завязать с ними разговор, но те настолько плохо изъяснялись на всеобщем, что полноценного разговора не получилось. Поэтому путешественники, взяв миски, наполненные до краев мясным рагу, подсели к знакомому юнге. К ним присоединились два тролля-матроса, которые представились как Обормот и Звонкий. Сага наплела им, что они со своим лучшим другом отправились на Яжьи острова, чтобы добыть вопплу. Рассказала про дикие обычаи ягинь и зомби-слуг. Благодарные слушатели внимали, раскрыв рты и позабыв об остывающем в мисках рагу. Рик отметил, что у всех виденных им троллей неправильный прикус и мощные челюсти. Это позже Сага объяснила, что среди троллей все вышеупомянутое считается эталоном красоты. Из подсобки вылез кок по имени Варенец, чтобы послушать рассказ Саги. Он держал в лапах сдернутый с головы колпак и начинал теребить его в особо 'острых' моментах повествования. Под конец Сага, подняв кружку с компотом, предложила выпить за то, чтобы плохие приключения всегда обходили стороной команду 'Нивха' и всех его пассажиров. Благодаря рассказу и тосту, тролли и новый пассажиры расстались, если не друзьями, то добрыми приятелями.
  Побродив по кораблю, путешественники завернули в рулевую рубку. Увидев Нанта, Рик сразу же предложил помощь, но капитан почему-то разозлился.
  - Не подходите к моим детям! - он повысил голос, а его бледно-зеленая кожа лица окрасилась в ярко-зеленый. - Хватило с меня одной ведьмы! Даже не смейте!
  Принц опешил от подобной реакции, а девушку повеселил тот факт, что ее приняли за ведьму.
  Вечер того дня завершился легким ужином и новыми рассказами от Саги, которую пришла послушать не только старая публика. Резец и Жадный - члены команды, тоже обожали всякие истории.
  - На наше счастье, тролли любят рассказы, - подытожил Эверикон, когда они возвращались в каюту. В небе зажглись звезды, притихшее море мягко баюкало судно, легкий бриз приятно овевал лицо.
  - Знаешь, я читал, будто тролли превращаются в камень во время сна, - добавил он.
  - Ну и что? - Сага безразлично подернула плечами. Сейчас ее меньше всего на свете волновали особенности сна троллей. Главное, что на 'Нивхе' не укачивало так, как на воппле.
  Девушка плюхнулась на кровать, предварительно спихнув свой мешок на пол. Рик вознамерился уйти ночевать в вопплу, но ему так хотелось спать, что он отложил свое решение до следующей ночи. И, как оказалось, правильно сделал.
  Примерно через полтора часа каюта огласилась пронзительным визгом. Звякнула сталь вынимаемого из ножен меча. Юноша приподнялся и машинально сделал рукой пасс - охранный знак, который слегка дезориентировал противника (если тот не был магом). Сага дрожащей рукой потрясла магический пузырь, в котором едва теплился свет. От ее стараний пузырь вспыхнул, словно маленькая луна и они увидели существо: маленькое, уродливо-квадратное, щурящееся от света. Существо держало в руках меч Саги и озиралось двумя головами, пытаясь определить месторасположение 'внезапно' исчезнувшей двери. Через секунду одна из голов не выдержала и зарыдала. А вторая стала ругаться низким баском:
  - Ёнька, не реви! Я же говорил, что ты трусиха!
  - А-а-а! Сам такой! - огрызалась вторая голова, пытаясь вытереть о рукав похожий на кнопку нос.
  - Бе-е! Не вытирай об меня сопли!
  - Я хочу к папе-е-е!
  Закрепив магический пузырь в специальной нише, Сага слезла с койки и озвучила догадку:
  - Сдается мне, что это и есть дети капитана.
  - Бу! - незамедлительно отреагировала левая голова. - Эй вы, людишки, выходите на бой с Взгуном Долгопятым, грозой четырех морей! - Существо яростно замахало трофеем.
  - А-а-а! - правая голова заревела пуще прежнего. - Брось бяку, а не то папе расскажу, как ты в кладовую лазаешь за вареньем!
  'Гроза четырех морей' выронил добытый под покровом ночи 'трофей' - то ли проникся угрозой, то ли опешил от вероломства сестрицы.
  - А ты... ты магвигатор нарочно раскурочила! И, вообще, ты - не тролль, а подменыш! Потому что настоящие тролли ценят варенье более всех кушаний!
  - Как я могу любить варенье, когда ты первым все сжираешь! Мне даже капли не достается!
  Эверикон и Сага круглыми от удивления глазами взирали на то, как обиженно сопящее существо начало пинать себя по ногам, которых у него оказалось целых четыре штуки.
  - Ну-ка! Ну-ка! - Сага бесстрашно пресекла драку, схватив существо за шкирку. Троллята дружно захныкали. Просто на всякий случай.
  - Смотри, у них срослись руки!
  Эверикон тоже заметил эту аномалию. Если бы не сросшиеся руки, перед ними сейчас бы стояли и хныкали два обычных тролленка. Так вот в чем заключалось проклятие неизвестной ведьмы. Рукава на курточках троллят были модернизированы на злобу дня. Сага живо представила любящего отца, распарывающего рукава маленьких одежонок.
  - Как вы вообще сюда попали? - Рик деликатно зевнул. - И, главное, зачем?
  Троллята притихли. Опустив очи долу, они сопели и старательно ковыряли пол носками сапожков.
  - Взгун сказал, что у тети меч волшебный! - тоненький голосок принадлежал девочке. - И что такой любого врага одолеет.
  - Да? - изумилась Сага, поднимая с пола свой меч. Когда она покупала его у подмастерья кузнеца, тот почему-то умолчал о чудесных свойствах оружия.
  - Днем нас папа не пускал, а сейчас папка окаменел, потому как дрыхнет, - добавил Взгун.
  Эверикон зажег еще один магический пузырь, а затем, присев на корточки возле притихших троллят, с любопытством осмотрел слепленные руки - от плеча до мизинца.
  - Зрелище, прямо скажем, не эстетичное, - подытожил принц.
  - Это не мы!.. - начал оправдываться Взгун, но Сага прикрикнула на него. Рик снял с цепочки 'гильзу' и угольной стороной принялся наносить руны на общую руку троллят. Затем Рик поднялся и плюхнувшись обратно на койку, как бы между прочим поинтересовался:
  - Обещаете, больше не плеваться горохом?
  - Обещаем, - боязливо протянули троллята, не сводя глаз с нарисованных рун. Юноша хлопнул в ладоши и троллята отскочили друг от друга словно мячики.
  - Ура! Мне больше не надо постоянно находиться рядом с этим вонючкой! - девочка-тролль запрыгала от радости.
  - Да ты сама постоянно газуешь, как наш Звонкий! - не остался в долгу брат.
  - Эй, а спасибо не скажите? - Сага пресекла зарождающуюся ссору.
  - Спасибо тебе, добрый колдун! Да славится имя твое во веки веков, - спохватился тролленок. Он имел такой важный и надутый вид, что девушка отвернулась и беззвучно захихикала.
  Девочка-тролль сделала не менее смешной реверанс.
  - Сага, ты запирала дверь на ключ? - Рику было интересно, каким образом только что покинувшие каюту троллята сумели к ним пробраться.
  - Конечно запирала! - спутница продемонстрировала ключ вынутый из-под набитой соломой подушки. - Наверняка у капитана есть связка запасных. Точнее, была, пока троллята не стащили. Догадываешься, как тролленок пробирается в кладовку? Кажется, его сестра упоминала про варенье.
  Эверикон усмехнулся. Он немного завидовал троллятам, потому что его детство не было таким интересным. Прежде чем закрыть глаза, он попросил запереть дверь и не вынимать ключ из замка.
  На этот раз отдых был короче, чем предыдущий. Через десять минут в двери ломился Нант. Сначала Сага подумала, что он в бешенстве ломает дверь топором - так сильно она сотрясалась. Выводы оказались ошибочными. Капитан просто обезумел от радости. Он горел желанием обнять спасителей и наговорить им кучу приятных слов. Лавры спасителя достались не только Рику, но и Саге. По-видимому, троллята сильно приукрасили свой рассказ.
  
  
  Глава 6
  
  I poor some wine to cheer us
  Erase the line between us
  I merged into the canvas through the artist
  Who with her brushes will preserve us
  The blood in my veins
  The way your face flushes
  
  Sam Semple, 'Mona Lisa'
  
  С момента чудесного 'исцеления' троллят, отношение команды к Саге и Рику поменялось в лучшую сторону. Для них готовилась самая вкусная еда, самые лучшие каюты были в их распоряжении. Капитан твердил, что он их должник и не примет ни единой монеты от спасителей и, сверх того, отдаст вопплу обратно. Рик и Сага отнекивались, объясняя это тем, что по прибытию на Ус Богомола, воппла им не понадобится.
  - Но если я оставлю ее себе, - резонно вопрошал Нант, - разве ж она меня послушает?
  Принц пожимал плечами и мысленно ругал себя за то, что не спросил у ягинь каким образом назначить избушке нового хозяина. Он часто подходил к воппле и пытался ее 'перенастроить'. За принцем неустанно следовала Ёня. В маленьких карих глазках читалось обожание. Иногда она томно вздыхала и говорила, что Эверикон похож на сказочного принца, которому просто необходим белый конь. Рику становилось не по себе от таких ассоциаций. Ему не хотелось, чтобы кто-нибудь узнал о его происхождении до прибытия в Хельм. У Взгуна тоже появилась своя фаворитка в лице Саги. Он часто смотрел завороженным взглядом на притороченные к ремню ножны. Ножны, в которых покоился вожделенный меч. Иногда тролленок во всеуслышание объявлял, что Сага - колдунья-воительница, посланная им богами. Капитан всецело разделял мнение сына.
  - Да если б не вы!.. Я весь извелся: не знал, как их матери показать! Да она б сожрала меня на месте! Так что я ваш должник. И точка! - твердил он.
  Через неделю судно благополучно пришвартовалось в портовом городе Талуга - единственном городе острова. Подуставшие от общества троллей путешественники спешили покинуть 'Нивх', опасаясь того, что следом увяжутся шкодливые троллята. К счастью, в то раннее утро троллята видели десятый сон, поэтому высадка на берег прошла без помех. На прощание Нант пригласил спасителей в гости, в Троланд. Спасители сообщили, что подумают. Капитан оживился и предупредил, что 'Нивх' простоит в порту Талуги как минимум две недели, ибо команде и, главное, детям захотелось вкусить местного колорита.
  Утренняя пристань, украшенная флагами королевства, оживала с каждым новым шагом путешественников. Сонный охранник записал 'имена' новоприбывших и название корабля, на котором они приплыли, а затем вручил две замусоленные бумажки - знак легального пребывания на острове.
  Сага уверенно ориентировалась в Талуге, потому что бывала здесь еще в детстве. С тех пор город ничуть не изменился. Возле пирса пахло стоячей водой и отбросами. Чайки готовились 'отвоевывать' улов зазевавшихся рыбаков. Охранники отправлялись на пересменку. Миновав доки и портовую таверну, Сага и Рик вышли на маленькую, замусоренную площадь, на которой скоро должна была развернуться бойкая торговля. Затем они долго шли вдоль грязных улочек, по бокам которых выстроились мрачные дома из серого камня. Миновав маленький парк с онемевшим фонтаном, они очутились на окраине города, возле дома из желтого и белого камня. Рик ничего подобного в жизни не видел, впрочем, удивляться было некогда. Сага взбежала на крыльцо, подав ему знак оставаться на прежнем месте, и побарабанила по белесой двери. Дверь отворилась не сразу, да и отворилась ровно настолько, чтобы в щель мог пролезть лишь кончик носа.
  - Кашалотово гузно! Это Сага! Тетушка Фамфре, слышишь? - радостный визг разлетелся по улице, пугая голубей. На Саге, в мановение ока, повисла щупленькая русоволосая девушка в выцветшей ночной рубашке до пят.
  - Пусти, Дагни! - Сага пыталась вырваться из крепких объятий. - Я кое-кого с тобой познакомлю.
  Дагни отняла лицо от плеча подруги и рассеянно посмотрела по сторонам, ища загадочного 'кое-кого'. Заметив Рика, она испуганно охнула и, отцепившись от Саги, скрылась за дверью.
  Девушка поманила за собой Эверикона и они зашли в тесный коридор который заканчивался проемом, занавешенным плотной шторой с аккуратными заплатками по краям.
  - Вот уж действительно, словно яблоком по темечку! - из-за шторы послышалось ворчание.
  - Здравствуй, тетушка Фамфре! - нараспев отвечала Сага, задрав нос указательным пальцем. - Я тоже очень рада тебя видеть, то есть, слышать!
  - Постыдилась бы с хахалем в чужой дом! - парировала 'невидимая' тетушка.
  - А это не 'хахаль'. Это сын хорошего друга моего папы! - теперь Сага высовывала язык.
  - Какого 'папы'? Нового? - штора энергично отодвинулась, являя взору гостей пожилую женщину.
  - Да, нового и самого настоящего! - Сага подлетела к раскрывшей объятия тетушке и расцеловала в обе щеки. - А это Рик.
  - Весьма рад знакомству, госпожа Фамфре, - ответствовал принц.
  - Похоже, что он без роду и племени, ровно твой отчим! - женщине почему-то не нравился отчим Саги, и она не упускала возможности всякий раз напомнить об этом. - Да к тому же и невежда! Кланяться старшим не учили?
  Эверикон поспешил согнуться в поклоне. Хозяйка усмехнулась, глядя на старания юноши.
  - Ладно. Хельмам мы всегда рады. - Тетушка, ловко и скоро собрала седые волосы и смастерила на голове аккуратный пучок. Накинув пыльник, она мельком посмотрелась в большое выпуклое зеркало и поспешила к выходу. На полпути она обернулась к замершим на месте гостям: - А вы что встали? Проходите! Завтрак на столе. Если что-то понадобится, спрашивайте Дагни. Племянница вам тут все покажет. Вечером свидимся!
  - Дагни я ушла! Будь умницей! - крикнула Фамфре, всовывая ступни в широкие, разношенные туфли.
  Осмелевшие путники зашли в комнату, которая сочетала в себе функции кухни и гостиной. Скрипнувшая дверка подсобки оповестила их о приходе Дагни.
  - Я думала, ты переодеваешься, - хохотнула Сага, указав на долгополую ночнушку подруги.
  - Да просто делала вид, - Дагни плюхнулась за стол и, подперев ладонями подбородок, пояснила: - Потом тетя замучает наставлениями: 'Приличные девушки не ходят растрепанными!', 'Появляться перед гостями в таком виде? Позор!'
  Она так ловко скопировала интонацию Фамфре, что Сага и Рик невольно улыбнулись.
  После знакомства был завтрак и праздное девичье щебетание, в котором Рику не находилось места. Иногда девушки перешептывались и хихикали, чем немало смущали принца. И все-таки благодаря этим разговорам Эверикон выяснил для себя то, что Дагни - давняя подруга его спутницы. Несколько лет назад тетушка Фамфре вместе с племянницей перебрались с Хирша на Ус Богомола в поисках лучшей жизни. Ус Богомола принадлежал королевству Гортакс, но здесь, в портовом городе, вполне лояльно относились к чужакам, которые по численности превышали коренных жителей. Тетушка Фамфре устроилась экономкой в дом знатного человека - к магу, который специализировался в изготовлении оберегов для морских и сухопутных путешествий, а в свободное от работы время приторговывал зеркалами.
  - Угадаешь имя его жены? - загадочным голосом вопрошала Дагни, хотя выражение лица девушки говорило о том, что ей не терпится все разболтать, не дожидаясь ответа.
  - Даже не знаю, - Сага смела в ладонь хлебные крошки со стола и отправила их в рот. На столе осталась только одна миска, к которой она не притронулась. Подруга, должно быть, забыла о нелюбви Саги к сливовому варенью.
  - Ее зовут Шугри!
  - Сдохнуть можно! Шугри и маг?
  - Ага! Ей братец такого выгодного женишка подобрал, - ироничный смешок вырвался из уст Дагни. - Свадебку справили и сюда махнули.
  - В чем подвох, а? - Сага смотрела на раскрасневшееся лицо подруги. Казалось, что та готова расхохотаться от какой-то удачной шутки.
  - Ее магу сто лет в обед! Лысый дедок, а все туда же: как овдовел - так сразу ему новую жену подавай! А тут Шугри подвернулась, - она звонко рассмеялась, демонстрируя отсутствие верхнего клыка.
  - Извините, но почему она согласилась пойти за чужеземца? - Рик не выдержал и вклинился в разговор. Он давно мечтал взглянуть на флаг своего королевства, но к стене дома был приторочен флаг желтого цвета с двумя белыми лилиями в центре. Неужели в его королевстве все настолько плохо, что люди бегут оттуда сломя голову, и напрочь забывая о своих корнях?
  Опасения подтвердились.
  - Попробуй, поживи в Хельм, когда не знаешь, чего ожидать от псов Цезерина. Война-то не заканчивалась. Как тут замуж выходить и детей воспитывать? - от веселого настроения Дагни не осталось и следа. - А ты, что, не хельм? Вроде похож на нас. Хотя сейчас всякое бывает.
  - Он издалека, - туманно пояснила Сага, махнув рукой в сторону маленького оконца, едва пропускающего дневной свет.
  - И в его 'издалека' принято есть в перчатках? - глазастая подруга подметила и эту особенность.
  - Да нет, у него там страшные ожоги вот и стесняется, - извернулась Сага. Не являть же на всеобщее обозрение магические руны. - А, что дети у старикана и Шугри есть?
  - Сколько хочешь! - вновь развеселилась Дагни. - Но только не общие, а от других жен. И все старше Шугри. Вот она попала, да? Я б за старикана никогда и ни за что не вышла бы! Вот за эльфа какого-нибудь - другое дело! Они, говорят, не стареют.
  Рик, опечаленный судьбой своего королевства, потерял нить дальнейшего разговора. Сломить противника и возродить разоренные земли - вот что нужно сделать в первую очередь после коронации.
  Девушки принялись хлопотать по хозяйству, а Дагни попросила принца растопить печь. Несколько недель назад подобная просьба привела бы его в замешательство, но не после путешествия на воппле.
  - Тетя велела испечь хлеба и пирогов, - пояснила девушка, потешно скосив светло-серые глаза к переносице. - Я-то больше хозяйством занимаюсь. А главный добытчик у нас тетя.
  - Почему Шугри не возьмет тебя в служанки?
  Пожав плечами, Дагни поспешила в подсобку.
  - Наверное, боится конкуренции, - с издевкой крикнула она из-за двери. - Хотя надо отдать ей должное. Видела зеркало в прихожей? Это подарок от Шугри. Не знаю что на нее нашло. Ты же знаешь какая она прижимистая.
  Сага поспешила в прихожую, дабы рассмотреть зеркало. В дальнейшем она хотела использовать его для связи со Свирелькой. Зеркало выглядело как произведение искусства и совершенно не вязалось с бедной обстановкой жилища.
  - Во это подарок! - Сага провела рукой по выпуклым лилиям на раме.
  Рик, тем временем, выгребал из ящика куски угля и аккуратно складывал их в черный зев печки. Ему приходилось топить печь в воппле, однако он разжигал огонь с помощью магии и поэтому не имел ни малейшего представления об обращении с кресалом. Он и сейчас предпочел 'пойти' легким путем. Дождавшись пока девушка вновь скроется в подсобке, он снял перчатку и сделал легкое движение - словно кинул в печь невидимую соринку. Уголь тут же занялся оранжевым пламенем.
  Вплоть до обеда Сага подметала пол и полировала до блеска кухонную утварь. Дагни, переодевшись в замызганные штаны, рубаху и безрукавку на овечьем меху, хлопотала возле печи и перебирала крупу, а Рика послали латать дыру в крыше. Сага беспокоилась о том, как спутник справится с необычным для него заданием, но крыша была благополучно починена. По-видимому, не без помощи заклинаний.
  Скромное жилище наполнилось ароматом свежего хлеба. Дагни вынула противень из печи и водрузила на стол.
  - Так, - изрекла она, вытирая руки о засаленный передник, - почти все дела сделали. Осталось сходить на 'водопой' и можно отдыхать до прихода тетушки.
  - На 'водопой'? - переспросил Эверикон.
  - Здесь нет ни единой речки. Колодец большую часть времени опечатан. Зато с большой земли приходит корабль с пресной водой. Норма в день - ведро, - пояснила русоволосая девушка. - На многих островах сейчас похожая картина. Ты и этого не знаешь? Откуда ты свалился?
  Он и рта не успел раскрыть.
  - У троллей жил, - выпалила Сага.
  Подобное заявление привело Дагни в замешательство, ибо тролли не меньше эльфов сторонились чужаков.
  -Ты, видать, чем-то важен для них, раз они тебя приютили. А скажи что-нибудь на тролльском, - попросила она.
  - 'Iss yul vael'e al envel' la que solea islaj onlin flejh imse', - не слишком жизнерадостно изрек принц. Он сильно надеялся на то, что девушка не разбирается в языках.
  - Как мило! - восхитилась Дагни, принимая все за чистую монету. - Такой мелодичный язык, а у троллей звучит грубо. Наверное это из-за их уродливых морд. И что ты сказал?
  - Процитировал великого Сэвори Сигнитта, - выпалил Рик и тут же поморщился, ощутив боль между лопаток: Сага своеобразным образом попросила не распускать язык. - Короче, Сэвори наказывал эльфам, точнее, троллям не отправляться в долгие морские путешествия на новых кораблях, - договорил он, недобро посмотрев на стоящую по правую руку Сагу. Порой она становилась невыносимой. Как будто эта островитянка имеет понятие об эльфийской литературе!
  - А кто такой Сэвори Сигнитт? Имя чудное, но красивое.
  - Всемирно известный поэт и философ. Стыдно не знать!
  - Гм! - Дагни окинула принца странным взглядом, но вопрос адресовала подруге: - Вроде молодой, симпатичный, а говорит как заучка. Ты, вообще, какого роду-племени?
  - Он - хельм. Разве не видно? Сам он из семьи обедневшего графа. Готовился поступать в Школу магов Сидэ, но папаша проигрался в кости и от графства остался только титул.
  Рик с интересом наблюдал за разговором двух подруг. Он давно уяснил для себя, что чем больше будет помалкивать, тем лучше, поэтому он запросто позволял Саге сочинять 'историю' своей жизни. Дагни дружески похлопала его по плечу:
  - Значит, учеба тебе не светит? Но это еще не самый худший папаша. Меня отчим сутенерам продал.
  Принц, не зная, что ответить, удивленно смотрел на девушку, пытаясь понять - шутит она или нет.
  Похоже, что Дагни не шутила, но и оплакивать трудное прошлое не намеревалась. Покрутившись перед зеркалом, она указала на пустые ведра, выстроенные в ровный ряд вдоль стены:
  - А сейчас - за водой! Да не забудьте пропуска, которые вам выдали в порту, иначе только зря пройдетесь.
  - Я обойдусь, - Рику не хотелось тащиться за водой в этакую жару. Он бы с радостью выспался в подсобке, временно выделенной в его пользование.
  - Совесть у тебя есть? - раскричалась русоволосая девушка. - Ты, может, обойдешься, а мы с тетей - нет!
  Эверикон понял, что спорить бесполезно и пошел на попятную:
  - Ладно! Только не кричи так, а то у меня перепонки лопнут.
  Сага смотрела на них и лишь посмеивалась в ладошку. Простолюдинка орет на будущего короля - где бы она еще увидела подобное зрелище?
  На улицах города наблюдалось настоящее столпотворение. Многие горожане взяли с собой детей. Даже малыши-четырехлетки важно вышагивали с посудой в обнимку - кто с пузатыми кувшинами, кто с маленькими ведерками.
  - С детьми без очереди, - пояснила Дагни.
  Принц рассеяно кивнул, не имея ничего против подобного правила. Он вообще мало разговаривал, больше глазел по сторонам. После стольких лет заточения на острове, ощущалась острая нехватка впечатлений. По сути, он не знал ничего о жизни в других городах и, уж тем более, в других королевствах.
  - Куда мы? На площадь? - Дорога, по которой они шли, показалась Саге знакомой.
  Предположение было верным.
  - Да, - подруга кивнула и добавила извиняющимся тоном: - От нашего дома далековато, зато жизнь на окраине лучше. У нас хоть рядом сад есть. Мы из дичек компот делаем или джем варим. А если бы еще дальше забрались, то могли бы козу купить или корову. Могу отвести вас туда, если захотите. Там хорошо. Домов мало, в основном поля и редкий лес.
  - Лучше туда, - Рик стремительно свернул на блестящую чистотой улочку, удивляясь разительной перемене локации. Несколько секунд назад он шел по грязной дороге, и в мановение ока словно переместился в другой город: с домами, окна которых украшали резные ставни, а на подоконниках пестрели цветы в горшках.
  - Эй, ты! А ну пошел отсюда, оборванец! - тот час же раздался грубый окрик. С другого конца улицы спешила стража.
  - Бежим! - Сага схватила опешившего принца за руку и увлекла за собой в дебри обшарпанных домишек, соединенных многочисленными веревками с сохнущим бельем. Позади, клацая ведрами, бежала хохочущая Дагни.
  - Даже не думай появляться на той улочке. - Отдышавшись, словоохотливая Дагни объяснила странное поведение стражников: - В тех домах проживает местная знать. Любой горожанин знает, что в квартал знати путь заказан. Стража-то не дремлет.
  - Очаровательно, - буркнул Эверикон, стараясь не обращать внимания на 'вопли' поруганного самолюбия. Может, его одежда и не выглядела новой, но до статуса 'оборванца' уж точно не износилась.
  Примерно на полпути до площади, им начали попадаться первые счастливцы, успевшие получить заветную порцию живительной влаги. Их радость и энтузиазм чудесным образом передавались Рику и его спутницам. Однако ж при виде очереди, которой не было конца и края, запал погас.
  Нещадно палящее солнце пыталось добраться до островитян, но к счастью, местные власти предусмотрели подобие тента над площадью. Правда, продырявленного в нескольких местах, но это уже частности. Водоносы работали быстро и слажено - оно и понятно, не первый день отпускают воду страждущим. Сначала Рик, как обычно, рассматривал прохожих, потом пытался вслушиваться в щебетание Дагни. Та молола какой-то вздор о местных модницах в лице дочек состоятельных горожан. Юноша поставил пустое ведро на неровную брусчатку и машинально подул на ладони. Толку от его действия никакого, потому что перчатки сидели, словно вторая кожа, доставляя хозяину неудобство в виде потных рук.
  - Эй, парень, - оклик широкоплечего мужчины застал принца врасплох, - продашь перчатки? С виду добротные.
  Сага была начеку и хотела ответить отказом, но не успела. В той части очереди, которая была ближе к водоносам, завязалась потасовка. Зачинщиком драки являлся приземистый мужчина, который сцепился с крепким стариком в красной рубахе. Толпа недовольно загудела. К дерущимся устремились горожане-миротворцы и стражники, но было поздно.
  - Баста! - зазвучали зычные голоса водоносов. - Сегодня воды не получите!
  Послышались возмущенные крики горожан. Громче всех надрывался зачинщик драки:
  - Что вы делаете, изверги? У меня скотина!
  - Ты сам как скотина! - огрызнулся кто-то из водоносов. - Раз не умеете вести себя - значит ничего не получите! Авось к завтрашнему дню поумнеете.
  Под гул толпы стража обступила зачинщиков драки и повела в головной штаб для уплаты штрафа. Можно было бы содрать штраф прямо на площади, но судя по настроениям толпы, от бедняг не оставили бы и мокрого места, если бы не вовремя пришедшие на помощь стражники.
  Островитяне уныло разбредались по домам. Толпа тянула Рика за собой, унося прочь с площади. Он словно плыл по течению чужой, незнакомой реки. Вокруг только угрюмые лица и понуро опущенные головы.
  - Тоже мне проблема!.. - начал было принц, однако Сага посоветовала воздержаться от комментариев.
  - Здоровее будешь, - с издевкой добавила Дагни.
  - Он нормальный парень, просто многого еще не понимает, - Сага говорила шепотом, но юноша все равно ее услышал. Пока он раздумывал над достойным ответом, толпа порядела. Рик засмотрелся на конных стражей и едва не налетел на старуху. Он рассыпался в извинениях, но пожилой женщине было не до них.
  - Как я теперь? Что скажу им? - всхлипывая, причитала старуха, адресуя эти вопросы немым богам на небе.
  - Кому 'им'? - Рик рискнул задать вопрос.
  - Козам! Как их напоить досыта? - ясные, внимательные глаза остановились на Эвериконе. Старушка ждала ответа.
  - Но вроде бы на острове есть колодец, - робко начал юноша.
  - В последнее время туда пускают лишь слуг ясных вельмож, - вздохнула старуха.
  Пару кварталов они шли молча. В начале третьего, Эверикон замедлил шаг и обернулся к пожилой женщине.
  - Бабушка, у тебя есть бочка? - спросил он с видом заправского хулигана. Та сначала ответила оторопелым взглядом и лишь потом словами:
  - Есть, внучёк. И не одна.
  - А что в них хранится?
  - Ничего. Стоят себе порожние.
  - Это хорошо, - в глазах Рика заплясали хитрые огоньки. Бабка осенила парня знаком Священной лилии, решив, что жара вызвала у него частичное помутнение разума.
  
  Такого ливня, который обрушился на остров после обеда, не видели даже старожилы. Счастливая детвора прыгала и резвилась под хлесткими струями. Немногим пришло в голову переждать теплый ливень дома. Взрослые были заняты тем, чтобы выставить на улицу побольше резервуаров, опасаясь того, что небесная благодать продлится недолго. Но ливень превратился в дождь, который моросил весь вечер и баюкал целую ночь. А утром над городом, вместе с первыми лучами солнца, расцвела двойная радуга.
  - Спасибо, Рик, - на хромой прикроватный столик опустилась кружка горячего джотта. Принц попробовал его накануне и прямо-таки влюбился в сладковато-прянный вкус местного напитка. На Уинфреде ему не доводилось пробовать ничего подобного.
  Эверикон прищурился спросонья и натянул на лицо покрывало, дабы скрыть довольную улыбку. Из-под покрывала прозвучал равнодушный голос:
  - Право не за что. В дождь мне лучше спится.
  Сага лишь хмыкнула в ответ, прекрасно понимая, что парень просто скромничает.
  - Хорошо, когда у тебя в друзьях есть архимаг! - прошептала она.
  'Я не архимаг', - хотел сказать Рик, но сказал другое:
  - А еще лучше, когда у тебя в друзьях сама Сага Быстрое Серебро.
  
  С тех пор как друзья поселились у Дагни и ее тетушки, миновала неделя, а обещавшая скорое воссоединение Свирелька не спешила объявляться и даже не выходила на связь. Сага тихо делилась своими переживаниями с Риком и строила догадки, от которых не было никакого толку. Зато тетушка Фамфре, казалось, была бескрайне рада двум парам рабочих рук. Так что гостям всегда находилось какое-нибудь задание, вплоть до стирки и генеральной уборки. Впрочем Сага и Рик быстро раскусили меркантильный интерес тетушки и старались улизнуть из дома пораньше, до ее пробуждения. Дагни часто дулась на них, ибо не любила ранние подъемы и поэтому все ценные указания тетушки, как и прежде, сваливались на ее голову.
  - Пока вы там прохлаждаетесь, я пашу в поте лица! - именно такой фразой она встречала припозднившихся гостей.
  Сага, виновато улыбаясь, душила ее в дружеских объятиях, а Рик вручал медовый пряник. Сластена Дагни любила пряники и поэтому неизменно меняла гнев на милость.
  - Вот погодите, наскучит вам этот остров, тогда посмотрю я на вас! А скоро вообще наступит сезон медуз, обстрекаетесь разок, больше в воду не полезите! - фыркала она.
  На самом деле, прогулки по городу не были таким уж скучными. Сага с радостью вспоминала знакомые улочки, а Рик, проведший столько лет 'взаперти', не мог насытиться новыми впечатлениями. Иногда друзья выбирались за город и, взяв с собой еды, долго бродили по бесконечным пляжам. И даже добрались до длинной песчаной косы, благодаря которой остров получил свое название - Ус Богомола.
  - Водичка сегодня на редкость теплая. Ближе к вечеру еще искупаюсь, - заявила Сага. Они купались все утро, а теперь, расположившись на пустынном пляже, возводили песчаный замок.
  Эверикон поскреб обгоревшее плечо, думая, о том, что жизнь на Уинфреде была жутко скучной. Хотя казалось бы - что такого особенного в его нехитром развлечении? Но юноше подобное занятие доставляло радость. Здесь, на пляже, он забывал о своем происхождении и мог запросто снять перчатки. Даже если мимо проходил одинокий рыбак или пробегали дети, никто не разглядел бы магических рун на пальцах, испачканных мокрым песком. На свежем воздухе, вдали от пыльных лабораторий, принцу было гораздо лучше: кожа покрылась густым бронзовым загаром, в золотых волосах появились выгоревшие пряди. Но главная перемена состояла не в этом. Он смотрел на белокурую спутницу, в ее глаза, которые казались глубже самого бездонного моря и с восторженной обреченностью понимал, что в один прекрасный день окончательно в них утонет.
  - Пойдем в тенек. Солнце в зените, - девушка встала, отряхивая песок с коленей. На подвернутых до середины бедра штанах виднелись разводы морской соли. Впрочем как и на рубахе, собранной в узел на впалом животе.
  - У тебя стройные ножки, - собравшись духом, Рик повторил комплимент, подслушанный на городском пирсе пару дней назад.
  - Вашему Высочеству виднее, - Сага приправила реплику хитрой, и вместе с тем, обворожительной улыбкой.
  - Сага, ты можешь забыть о моем статусе хоть на минуту? - принц досадливо поморщился.
  - Как угодно Вашему Высочеству, - последовал невозмутимый ответ.
  - Ну ты и задница!
  Засмеявшись, девушка убежала в тень высоких пальм. Рик не спешил за ней, он тщательно отмыл ноги и руки от песка, и только потом устроился в тени, на широком плаще служившим подобием подстилки. Он посмотрел на задремавшую Сагу и мысленно поблагодарил Свирельку, которая не спешила объявляться на Усе Богомола. Эверикон откинулся назад и покрутил в руке монетку, вглядываясь в профиль отца. Интересно, какого мнения он был бы о своем отпрыске, если бы узнал, что Рик желает оттянуть момент коронации?
  'Интересно, понравилась бы Сейду моя очаровательная спутница?'
  - Если скажешь, о чем думаешь, то получишь абрикос. - Сага заразительно зевнула, а затем протянула руку за холщевым мешком, позаимствованным у Дагни. С ним было очень удобно ходить на базар.
  - О своих королевских обязанностях, - уголки его губ изогнулись в горькой усмешке. Он думал, что спутница будет насмехаться над ним, но ошибся.
  - Понимаю, - девушка вздохнула. - Боишься, что не справишься?
  - Вот это исключено. Еще как справлюсь. - Судя по этим словам Эверикону было не занимать решительности. - А ты? Ну, после всего... вернешься на Хирш?
  - Я там редко бываю, - сухо пояснила Сага. - После второго замужества мама переехала. Я хочу к ней. Точнее, поселюсь по соседству.
  - Из-за отчима? - Рик слышал, что новые родители порой очень плохо относятся к пасынкам и падчерицам.
  Она покачала головой.
  - Я зову его отцом. И он у меня замечательный. Просто... хочется собственный дом.
  - А я думал, что ты грезишь о собственном корабле, - принц вручил ей последний абрикос.
  - Одно другому не мешает, - со смехом отвечала она. Липкие от сока пальцы схватили его руки. Она долго разглядывала руны под ногтями принца, а затем спросила:
  - Как это - пользоваться магией? Ты что-нибудь чувствуешь, когда читаешь заклинания?
  Эверикона немало озадачили подобные вопросы. Для него пользоваться магией было так же естественно, как для простого человека видеть или слышать, но все же он постарался дать максимально честный ответ.
  - Магия похожа на музыку и на крепкий эль. Чувствуешь, - Рик помедлил, подбирая слова, - легкую слабость в ногах. Ты как будто стоишь у края пропасти и смотришь не вниз, а вверх - на черные крылья грозы.
  Сага помолчала, обдумывая его слова.
  - Ты сильнее Абелоуна? - спутница наградила его испытующим взглядом.
  Рик вновь удивился: каждый вопрос оригинальней предыдущего!
  - Мне кажется, что нет, - честно признался он. Наверняка в арсенале 'дяди' имелись могущественные боевые заклинания, о которых 'племяннику' было запрещено знать. И запас магической силы здесь мало что решал.
  - Одного не понимаю: почему ты хотел прикончить его там, на Уинфреде? - Теперь она смотрела на горизонт, любуясь барашками на волнах.
  Принц провел липкими пальцами вдоль точеного подбородка и пожал плечами.
  - Наверное, я думал, что мне терять нечего. К счастью рядом оказалась ты.
  Сага усмехнулась, подставляя лицо горячему ветру. Если бы не близость моря, они наверняка 'сварились' бы даже в тени. Взгляд девушки скользнул по бронзово-ржавым костям - чьей-то давней находке, оставленной под дальней пальмой. На пляже, в песке, частенько попадались кости драконов. Ученые мужи утверждали, что часть Гортакса и вся территория королевства Хельм 'усыпаны' костями древних созданий. Вчера вечером, например, рыбацкие дети нашли небольшой драконий череп и, надев его на палку, пугали детей помладше. Рика больше всего поражал цвет костей. Ни в одном письменном источнике на Уинфреде не упоминалось об этой особенности. Сага тоже не могла объяснить странный цвет костей, а местные на разный лад повторяли одно и то же сказание: мол, кровь драконов горячее огня, по этой причине им требовался особенно прочный скелет. Впрочем, в данный момент принца меньше всего интересовали давно вымершие драконы.
  - Я слышал, что вечером на площади будет выступление артистов, - робко начал он.
  - Надо пойти, - тут же ответила Сага. - На такое денег не жалко.
  Юноша облегченно выдохнул, отпил из фляги и растянулся на песке. Какое счастье, что она согласилась! С каждым днем Сага нравилась ему все больше. И не только внешне. Ему нравилась ее любовь к морю и джотту. А еще рациональный подход к финансам. Рик не видел, чтобы она покупала себе какие-нибудь нехитрые украшения, вроде деревянных бус. Вот, Дагни, к примеру, сразу же спустила бы все деньги на ветер, окажись она на месте Саги.
  
  Тот вечер надолго запомнился горожанам и гостям острова, ибо не избалованная культурными мероприятиями публика ловила каждое слово вышедших на подмостки артистов, восторженно ахала при виде изрыгающего пламя факира и хлопала в такт незатейливой музыке нетрезвых трубадуров. Опьяневшие от впечатлений Сага и Рик сидели на скамейке и жевали плюшки только что купленные у тетушки Фамфре, которая пришла на мероприятие не в качестве зрителя, а в качестве торговки. Дагни, по ее словам, вертелась где-то поблизости в компании местных разгильдяев.
  - Хорошо тут, правда? - с набитым ртом спросила Сага. Время, проведенное в компании Рика, пролетало пугающе быстро.
  - Если меня спросят, что такое счастье, то я обязательно вспомню этот вечер, - ответил принц, сжимая ладонь спутницы. Он мысленно благословлял толпу, в которой было легко потеряться, благодяря чему, Рик весь вечер ходил с Сагой за руку.
  - А я вспомню 'гостеприимство' Яжьих островов, - пошутила девушка.
  Эверикон, совладав с гулко бьющимся сердцем, наклонился и коснулся губами ее губ. У Саги перехватило дыхание. Неожиданно для самой себя, она ответила на поцелуй. Голова закружилась от счастья. Со стороны подмостков раздались чудесные звуки, будто ветер заиграл на арфе. Послышались аплодисменты. Гибкая словно вода, девушка выскользнула из его объятий.
  - Понимаешь, я..., - Рик попытался рассказать о своих чувствах, но помешали троллята повисшие на его руках.
  - Почему вы не приходили к нам?
  - Почему ушли не попрощавшись?
  - Почему папа говорил, что вы давно уплыли?
  - Почему вы не отвечаете? Мы хотели искать вас на других островах. Правда Ёньку пришлось уговаривать силой. Короче, мы подрались, а потом пришел папка, накормил нас пряниками и мы помирились.
  Из троллят, как из рога изобилия, сыпались вопросы. Со стороны казалось, будто брат с сестрой пытаются перекричать друг друга.
  В поле зрения появился помощник капитана по имени Бука. Он приблизился к троллятам, но тащить куда-либо опасался, памятуя о том, что с этими 'бестиями' даже родной отец не всегда справляется. Куда проще следить за 'детьми' на почтительном расстоянии. Троллята, игнорируя Буку, продолжали засыпать любимчиков вопросами. К счастью, капитан тоже не заставил себя долго ждать. Поздоровавшись со спасителями и вручив троллятам леденцы, он позвал всех на корабль, резонно заметив, что культурная программа подходит к концу.
  - Так же как и мое терпение! - добавил он, прожигая сердитым взглядом притихших троллят.
  До порта доносились отдаленные звуки музыки. С каждой минутой музыканты играли все фальшивее. Команда троллей делилась впечатлениями с Варенцом и Хорри, которые остались на корабле. Сага и Рик играли с троллятами в салочки, а, устав, расположились в рубке Нанта. Капитан еще раз пригласил их в гости на земли троллей или хотя бы просто заночевать на корабле.
  - Каюты теперь как новые, - не преминул похвастаться капитан. - Мои ребята без дела не сидят.
  Сага посмотрела на внезапно смутившегося спутника и помотала головой.
  - Мы не можем, потому что тетушка будет волноваться, но мы постараемся заглянуть к вам перед отъездом, - сказала она, прощаясь с троллями. Троллята принялись хлюпать носами, однако дальновидный Нант извлек из сундука новые игрушки, и от слез остались одни воспоминания.
  Путь к дому из желтого и белого камня был странно долгим, отчасти из-за неловкого молчания, отчасти из-за мучительных попыток начать разговор. Рик несколько раз набирал в легкие воздуха, будто собираясь что-то сказать, но в последний момент решительность покидала его. Девушка казалась расстроенной и вообще не обращала внимания на спутника.
  - Мы почти пришли, а я так и не сказал, что люблю тебя, - собравшись с духом, выпалил Эверикон. Он остановился у немого фонтана, боясь посмотреть на девушку.
  - Ты очень симпатичный, - она подошла к нему и звонко чмокнула в щеку. - Только постарайся не смотреть на меня таким жгучим взглядом, потому что потом замучаешься слушать нотации тетушки Фамфре и подколы Дагни.
  Потом они еще долго стояли у фонтана, не в силах разомкнуть объятия. В тот момент прохладное лицо, мягкие, податливые губы Саги стали для юноши сосредоточием вселенной.
  
  
  Глава 7
  
  I was on the dark side,
  I was sailing towards the light.
  I made my way through a sea of sirens,
  A pirate's life full of worthless diamonds
  
  Sting, 'Sea Dreamer'
  
  Начало следующего дня выдалось нелегким. Причем не только для тех горожан, которые хватили лишнего накануне, но и для тетушки Фамфре.
  - Великие боги! Проспала! - Похожая на ураган, она бегала по гостиной, теряя шпильки и предметы нехитрого туалета. - Теперь не успею к оружейнику! Господин сильно рассердится.
  - Тетя, отложи поход к ювелиру, - сонная Дагни, прислонившись к дверному косяку, наблюдала за метаниями родственницы.
  - Тогда рассердится молодая госпожа-хозяйка, - кажется, Фамфре предстоял нелегкий выбор.
  - Хозяйка! Без году неделя она там хозяйка.
  - Дагни, замолчи! У них сегодня семейное торжество намечается: праздничный ужин и подарки.
  - Подарки! - фыркнула Дагни. - Небось меч для старикана заказала. Хи-хи! Хотела б я посмотреть, как эта немощь им орудует.
  - Помолчи, злыдня! - тетя погрозила ей пальцем.
  Из подсобки вышел Рик. Он думал, что его пробуждение будет мучительно долгим, однако при мысли о Саге, сон как рукой сняло.
  - Вот кто мне поможет, - тетушка Фамфре тот час же очутилась возле Эверикона и, вручила ему кусок пергамента. - Вот здесь расписка о получении нового меча для господина мага, - объясняла она. - Когда получишь, посмотри, чтоб без изъянов. Отнесешь меч в квартал знати. Покажешь расписку стражникам, скажешь, что по моему поручению и тебя пропустят. А я к ювелиру. Давай, поторапливайся! - тетушка Фамфре потянула принца за собой. - Пойдем, по дороге объясню, как пройти к оружейнику.
  - Но... почему Дагни не сходит к оружейнику? - недоуменно вопрошал принц.
  - Потому что в квартал оружейников девиц не пускают: только мужчин, да таких старух, как я. Ну что уставился? Да, законы на нашем острове очень странные. А подвеску с изумрудами приказано отдать лично в мои руки и ничьи больше. Поэтому ювелир тебе фигу покажет, - торопливо объясняла она, предвидя новые вопросы въедливого юноши.
  Город тихо дремал, убаюканный морским бризом. На стенах домов грелись ящерицы. Тихо потрескивала нагретая солнцем черепица. Эверикон торопливо шагал вдоль пыльной городской дороги, старательно обходя продукты жизнедеятельности лошадей. Встречающиеся на пути прохожие охотно подсказывали ему дорогу, так что Рик ни разу не заплутал. Квартал ремесленников, после которого начинался квартал оружейников, выглядел знакомым. Кажется, они были тут на прошлой неделе вместе с Сагой.
  'Столько времени прошло с момента моего побега!' - изумился принц, делая нехитрые вычисления в уме.
  Действительно, очутившись на Усе Богомола, юноша потерял счет дням. Здесь он был так далек от той жизни, которую для него придумали Абелоун и Граннус! При мысли о бывших родственниках, ладони Рика непроизвольно сжались в кулаки. Но потом он подумал о Саге, и в груди разлилось приятное тепло.
  'По-моему я по уши влюбился!' - констатировал довольный Рик.
  Возле широких ворот, опоясывающих просторный дом оружейника по имени Древ, его встретили двое мужчин бандитской внешности.
  - К кому? - нагло ухмыляясь, спросил тот, что подпирал правую створку.
  Эверикон продемонстрировал расписку, памятуя о наставлениях тетушки.
  - Как будто Ларс читать умеет! - хмыкнул второй, с двухнедельной щетиной на рябом лице.
  - Читать не буду, использую по другому назначению. - Ларс бесцеремонно сграбастал расписку и запихнул за свой пояс.
  Рик прищурился, отступив на несколько шагов. Ему потребовалось совсем немного времени, чтобы снять перчатки и воспользоваться магией. Ворота во двор стремительно распахнулись вместе с двумя обалдевшими типами, прилипшими к доскам стараниями заклинания. Надев перчатки, Эверикон вернул утраченную расписку и поспешил к широкому крыльцу. Стоило юноше протянуть руку к шнуру колокольчика, как дверь распахнулась, явив широкоплечего, мускулистого мужчину.
  - Я от мага. Риком зовут, - принц поспешил отрекомендоваться.
  - Оно и видно, что от мага, - хмыкнул оружейник, протягивая руку за распиской. - У других с моими кузенами долгий разговор получается.
  - С кузенами?
  - Да, - глаза Древа виновато забегали. - Скучно ребятам в охране стоять, вот и развлекаются как могут. Особенно хитрые слуги приносят им браги, чтоб задобрить. Иные откупаются монетой. А ты, значит, ученик мага?
  Эверикон, сделав важное лицо, помотал головой - уж если врать, то грамотно.
  - Пока еще не ученик, - пояснил он, - однако это лишь вопрос времени.
  Древ буркнул что-то одобрительное, приглашая визитера в дом. Такое количество добротных лат и прекрасного оружия, служащих интерьерным украшением, Рик, пожалуй, нигде не встречал. В принципе, оно и понятно: раз оружие - визитная карточка оружейника, то вопрос о странности интерьера отпадал.
  В просторной мастерской, громила-оружейник, вручил принцу завернутый в чистую тряпицу меч. По правде, он не слишком-то разбирался в оружии, однако Древу не обязательно было знать это. Рик покрутил оружие в руках, придирчиво осмотрел со всех сторон, проверил балансировку. У основания меча, юноша заметил крошечное клеймо, в виде оливковой ветви.
  'Хороший подарок. За такой краснеть не придется!' - решил он, вновь оборачивая меч тряпицей.
  Попрощавшись с Древом, Эверикон вышел во двор. При виде юноши, кузены оружейника поспешили скрыться в таверне по соседству: встреча с 'учеником мага' произвела на них неизгладимое впечатление. Поэтому Рик без приключений покинул квартал оружейников и вполне быстро добрался до квартала знати.
  Тетушка оказалась права: стоило принцу предъявить расписку с печатью, как стражники, словно по волшебству, становились бесконечно милы и любезны.
  - Вон там живет господин Гарон. В особняке, на крыше которого флюгер в виде зайца, - усатый стражник с охотой откликнулся на просьбу Рика и объяснил, где найти старого мага.
  Когда Эверикон подходил к особняку Гарона, его обогнал конный экипаж. Кучер остановил лошадей напротив каменного крыльца и поспешил открыть дверь кареты, из которой вылезла девица необъятных размеров. Не заметив Рика, она поспешила вверх по ступеням полукруглой формы и скрылась за дверью, услужливо распахнутой слугами. Те же самые слуги встретили юношу и, внимательно изучив протянутую расписку, проводили в просторную, светлую комнату. Количество золотых канделябров на квадратный метр комнаты говорил о том, что хозяева любят не только хорошо освещенные помещения, но и роскошь. Закончив рассматривать убранство комнаты, Рик сосредоточился на неплотно прикрытой двери, за которой, судя по репликам, находились хозяева роскошного особняка.
  - Уважаемый муж, - грудной женский голос дрожал от плохо скрываемой радости, - позвольте преподнести вам подарок. Он там, пройдемте.
  - Позволяю, моя лапонька, - второй голос был низким и сиплым.
  Дверь распахнулась. Рик с любопытством смотрел на полную блондинку, следом за которой, шаркая ногами, волочился сгорбленный старик в праздничной мантии, расшитой бело-золотыми лилиями.
  - Ты балуешь меня, дорогая, - хихикнул старик, сжимая локоток жены.
  - Нисколько! - Шугри протянула руки за подарком, а юноша, спохватившись, согнулся в почтительном поклоне.
  - Прекрасно! Восхитительно, моя бусинка, - маг нарочито громко восхищался подарком, глядя на свое отражение в блестящем словно зеркало лезвии.
  - Я счастлива, что вам нравится.
  'Странно! - подумал Рик. - Даже король и королева Орбана обращались друг к другу по-свойски в любой ситуации'.
  Выпуклое зеркало, занимающее половину стены в гостиной, вдруг озарилось светом. В пятне света возникло изображение пожилого мужчины, лысого словно коленка.
  - Арнедо! Долгих лет! - Гарон обрадовался давнему другу, словно пьяница выпивке. - Все утро пытался выйти с тобой на связь!
  - Дела, - алхимик беспомощно развел руками. Внутренне напрягшись, принц по-прежнему изображал из себя недалекого паренька, замершего в учтивом поклоне. Версия о том, что это всего лишь тезка известного ему алхимика просуществовала ровно секунду. Он хоть и не видел бывшего учителя, но опознал его по голосу и теперь, чувствуя противную липкую струйку пота, бегущую меж лопаток, думал о том, как избежать участи быть узнанным.
  - Ну дай же мне полюбоваться твоей красавицей-женой, - ворковал Арнедо. Шугри, жеманно захихикав, подошла ближе к зеркалу и сделала неуклюжий реверанс, который, впрочем, был встречен очередной порцией восторженных комплиментов.
  - А это кто? - Арнедо 'выглянул' из-за плеча старого друга.
  - Посыльный, - ответил Гарон, любезно отодвигаясь в сторону, дабы Арнедо мог рассмотреть паренька. К счастью, перед зеркалом находилась Шугри, которая закрывала максимальный процент обзора.
  Эверикон замер в ожидании. Сердце бешено колотилось, он мог бы убежать, но, боялся, что подобный поступок вызовет еще больше подозрений.
  - Ты свободен, мальчик, - через секунду добавил маг. - Слуга даст тебе пару монет за быстрые ноги.
  В прихожей послышался голос тетушки Фамфре, запыхавшейся и взволнованной.
  - Господин Гарон! Все готово! - подобно урагану, она ворвалась в гостиную, бережно сжимая в руках нарядную коробочку.
  Теперь, когда все внимание было направлено в другую сторону, Рик со всех ног припустился из дома Гарона. Он так спешил, что едва не налетел на слугу, принесшего обещанную награду.
  Из гостиной раздались восторженные вопли Шугри, открывшей заветную коробочку и довольный смех старых магов.
  
  Как же хорошо было дома! Пускай дом не родной, но здесь Рик ощущал себя в безопасности. Переступив порог, принц подумал, что не застанет Сагу дома. Наверняка, его возлюбленная сумела отлынуть от заданий тетушки, однако, девушка была в гостиной. С отвращением на лице она драила пол дырявой тряпкой, а при виде Рика, отшвырнула ее в сторону и бросилась обниматься.
  - Постой, - смеясь, он попытался увернуться. - Мы одни? Где Дагни?
  - Ушла на рынок. - Сага расхохоталась и, вытерев руки о его рубаху, завершила задуманное.
  Уткнувшись в светлую макушку, принц в шутливой форме поведал о своем приключении. Девушка не разделяла его оптимизма:
  - А ты уверен, что алхимик не узнал тебя?
  - Думаю, что нет. Разве я не изменился с тех пор?
  - Ну, - Сага окинула его оценивающим взглядом, - волосы отросли и кожа не такая бледная как прежде. Может и не узнал.
  - Нам лучше убраться с острова, - осторожно начал принц.
  - Если бы все было так просто, - вздохнула она.
  Он наклонился и коснулся губами ее виска:
  - Главное, что мы вместе.
  Сага нехотя отстранилась от Рика, услышав, как хлопнула входная дверь. В гостиную, зашла Дагни. Поставив корзины со снедью на влажный пол, она плюхнулась на лавку.
  - Вот жара!- жаловалась она, обмахиваясь куском исписанного пергамента. - Лучше б торговцы работали не днем, а вечером.
  Ее подруга кивнула, соглашаясь. Она быстро закончила уборку и, отставив ведро в сторону, приготовилась к свершению 'новых подвигов'.
  - Попытаешься выйти на связь со Свирелькой? - поинтересовался шепотом Рик. - Я могу отвлечь Дагни.
  Помрачневшая Сага махнула рукой и начала разбирать корзины. Он пошел за ней в кладовую.
  - Похоже, что ты не желаешь покидать Ус Богомола. - Она вздрогнула, услышав его предположение, и отвернулась.
  - Это не упрек, - прошептал принц, привлекая к себе Сагу. - Мой дом, мое королевство - там, где ты.
  Ее поцелуй был красноречивее любого ответа.
  
  На следующий день, примерно после обеда, возле дома тетушки Фамфре остановилась карета, с тройкой гнедых лошадей.
  - Шугри! - раздался удивленный возглас Дагни. - Что ты забыла в бедняцком квартале?
  - Тише ты, тише! - увещевала Шугри, прикрыв лицо пухлыми пальчиками. По-видимому, ей не хотелось, чтобы ее узнали на улице. - Очень мило: разговаривать возле порога! - добавила она с плохо скрываемой досадой.
  - Да проходи, - Дагни безразлично пожала плечами и едко добавила: - Если не боишься испачкать бесценный наряд.
  Гостья поспешила принять приглашение.
  - Какая красота. Понравился мой подарок? - визитерша тот час же 'прилипла' к зеркалу.
  - По-моему ты заразилась склерозом от своего старикана, - хмыкнула Дагни, закрывая входную дверь. - Тетушка уже тысячу раз поблагодарила тебя за присланный подарок!
  Лицо Шугри приобрело надменный вид: она явно хотела сказать ответную колкость, но из-за шторы выглянула Сага.
  - Чего вы там столпились? Проходите.
  - Сага, дорогая! - Шугри всплеснула короткими руками и устремилась к светловолосой девушке. - Дай-ка я обниму тебя! Ох, такая же костлявая!
  - А ты раздобрела еще больше, - огрызнулась Сага, сморщившись от резкого запаха духов, которыми благоухала гостья.
  Рик не присутствовал при воссоединении старых подруг, однако, все прекрасно слышал. Он лежал на узком топчане и считал часы до наступления вечера. Тетушка Фамфре строго наказала дождаться ее, чтобы затем пойти к какой-то дальней родственнице и помочь с починкой крыши.
  'Никогда бы не подумал, что буду применять бытовую магию при починки крыш!' - губы принца растянулись в усмешке. Он вспоминал напутствия Абелоуна, что, мол, между членами королевской семьи и простыми деревенщинами лежит непреодолимая пропасть.
  'Очень даже преодолимая!' - он вновь усмехнулся. Что бы там ни говорил Абелоун, а Рик был счастлив.
  Под потолком кладовой распростерлись гирлянды сушеных трав. Пахло мятой, шалфеем и старым деревом. Его нисколько не смущали заплаты на шторах, ветхое одеяло и то, что он по нескольку раз за ночь падал со своего непривычно узкого ложа. Поставь его перед выбором - дворец или каморка, он без колебаний выберет последнюю. Причина его выбора находилась в соседней комнате и дерзко злословила в адрес визитерши.
  Эверикон поморщился: жена Гарона произвела на него отталкивающее впечатление. И, судя по подслушанному разговору, была глупа как пробка. Рик закрыл глаза, пытаясь заснуть под девичий щебет.
  - Ай, кто это? - его покой нарушила любопытная Шугри, зашедшая в каморку. - Простите! Я думала, что у вас тут отхожее место.
  Принц сделал приветственный жест, а затем, спохватившись, поспешил спрятать руки под покрывалом.
  - Ну что ты пристала? - Сага вытолкала гостью из кладовой. - Не видишь, человек отдыхает?
  - Как неучтиво с вашей стороны! - раскапризничалась Шугри. - Все мужу расскажу.
  - Да хоть самому королю. - Сага подала Рику знак оставаться на месте. Почему они должны исполнять капризы этой сумасбродки?
  Шугри вновь уселась за стол, всем видом демонстрируя недовольство. Дагни подлила в ее кружку джотта и с сахарной улыбкой на лице, начала задавать 'неудобные' вопросы:
  - Столько времени прошло, с тех, пор как ты на острове, а в гости так и не зашла. Сегодня, значит, какой-то особенный день? А как тебе старикашка-муженек?
  Шугри краснела и, давясь джоттом, давала скупые ответы:
  - Все некогда было. Муж хороший.
  После вопроса о совместных детях, Шугри признала, что визит был плохой затеей, и засобиралась восвояси. Видя, что никто не спешит ее останавливать, жена Гарона покинула негостеприимный дом с гордо поднятой головой. Она так спешила, что едва не растянулась на пороге, запутавшись в юбках собственного платья.
  - Что это было? - спросила Сага, глядя вслед карете, подпрыгивающей на дорожных рытвинах.
  - Похоже, что тетушка Фамфре наболтала чего-то лишнего в хозяйском доме. Вот нашей фифе и стало интересно, - предположила русоволосая девушка, беспечно махнув рукой.
  После отъезда Шугри, Сага куда-то заторопилась, напрочь отказавшись от сопровождения.
  - Ну чего ты прицепилась, Дагни? - негодовала она. - На рынок мне надо.
  Что ей там так срочно понадобилось, она не объяснила, хлопнув дверью практически у самого носа бросившейся следом подруги. Сага отсутствовала вплоть до вечера, а когда вернулась, то не застала дома ни тетушки, ни Рика.
  - Отправились к чете молодоженов, - хихикнула Дагни, тщетно силясь придать своему лицу обиженный вид. Ей нужно было напомнить Саге, что не престало хлопать дверью перед лицом лучшей подруги.
  - Гром и молнии! - светловолосая девушка припустила прочь из дома, опасаясь того, что Гарон выведет Рика на чистую воду.
  За некоторую мзду стражники любезно согласились не только пропустить ее в квартал знати, но и указать на дом мага. В Гортаксе всегда любили (и даже поощряли) взятки.
  
  Тетушка Фамфре прошлась по комнатам второго этажа, проверяя качество уборки. За новыми служанками нужен глаз да глаз: то на зеркале пятнышко пропустят, то пыль не протрут! Пройдясь щеткой по надраенной до блеска дверной ручке, она тихо закрыла дверь и, спустившись по лестнице, прошла на кухню.
  'И с чего это молодой хозяйке взбрело в голову нанять посыльного? И, главное, почему ее выбор пал на этого смазливого паренька, который вот-вот покинет остров?' - недоумевала тетушка. Любопытство взяло верх и Фамфре, осмотревшись по сторонам, прильнула к замочной скважине.
  - Мы хорошо заплатим. Целую тысячу золотых за неделю работы, - увещевал голос молодой хозяйки.
  Юноша что-то буркнул в ответ. Кажется он тяготился этим разговором. Чьи-то легкие шаги, донесшиеся со стороны коридора, заставили тетушку отпрянуть от замочной скважины и пока она спроваживала непонятливую служанку в лавку мясника, то пропустила самое интересное.
  - Как я понимаю Вас, - Шугри встала с дивана и приблизилась к Рику, стоящему сбоку от зеркала. Он намеренно занял такую позицию, не желая попасть в поле зрения очередного гароновского друга. Хоть зеркало и безмолвствовало, но осторожность была не лишней. Рик нехотя посмотрел на молодую хозяйку. Если бы не дар убеждения, которым несомненно обладала тетушка Фамфре, ноги бы его тут не было.
  - Как я понимаю Вас, Ваше Высочество. Работать на какого-то мага! - промурлыкала Шугри, беря принца за руку. Эверикон посмотрел на собеседницу широко раскрытыми от удивления глазами. Откуда ей известно? Или он ослышался, или Сага нечаянно проболталась о его статусе. Шугри воспользовалась растерянностью принца и, положив его руки на свои богатые округлости, зашептала признания в любви. Рик попытался отстраниться. Ему, почему-то была противна эта маленькая, полная женщина с лоснящимся лицом, а любые признания, вложенные в ее уста, звучали глупо и пошло.
  - Ш-ш-ш, Ваше Высочество! - Она прижалась к юноше, лаская его поясницу.
  - Да отстань ты! - досадовал Рик, пытаясь вырваться из цепких объятий Шугри.
  Из кухни послышалась возня, сопровождаемая возмущенными возгласами. Дверь распахнулась и на пороге возникла Сага. Позади заохала, запричитала тетушка Фамфре.
  - Боги! Ну почему ты вламываешься в чужой дом без приглашения? Что за манеры? - Тетушка пыталась выдворить Сагу из комнаты, но не сильно преуспела в этом. - Простите нас, госпожа!
  Бросив полный ненависти взгляд на Шугри, Сага резко развернулась и пошла прочь, буркнув что-то вроде: 'Не хотела мешать'. Эверикон припустился следом за ней, игнорируя протесты неповоротливой хозяйки дома.
  Сага бегала очень быстро, и принц вряд ли догнал бы ее, если бы на помощь не пришли охранники, подумавшие, что девушка что-то украла в доме мага и задала деру.
  - Да нет у меня ничего! - Сага билась в сильных руках, словно пойманная птица. - Обыскивайте!
  - Отпустите ее, - потребовал Рик, подбежавший минутой позже. Он применил заклинание, и пальцы охранников разжались сами собой.
  - Маг! Маг! - тревожно перешептывались мужчины, не решаясь чинить препятствия высокому юноше.
  
  Они шли вдоль нарядной улицы, на которой пару дней назад праздновали свадьбу какие-то зажиточные гортаксчане, не поленившиеся приехать с материка на остров. Под ногами валялись цветочные лепестки, а ветер лениво играл с разноцветными горошинами конфетти и шуршал флажками с изображением священных лилий. Окружающая обстановка повествовала о том, что дворник еще не вышел из запоя.
  - Сага, ты, наверное, думаешь, что я - предатель? - Рик очень тяготился молчанием и решил заговорить первым.
  - Напротив! Ты - мой спаситель. В награду можешь подержаться за мою задницу, - процедила она сквозь зубы.
  - Я чист перед тобой!..
  - А Дагни? - не унималась девушка. - Ее ты тоже успел позажимать в углах?
  - Дагни не в моем вкусе, - отчеканил Эверикон. Почему она дуется, если он не виноват? Почему не хочет просто выслушать его?
  - А вообще, - она замедлила шаг, обернулась и наградила спутника насмешливым взглядом, - все к лучшему.
  - Ты о чем?
  - Я купила тебе билет на 'Малыша Лукреция', - она помахала перед его носом сложенным вчетверо куском пергамента. - Это единственный корабль до Хирша. Отплывает завтра утром. А дальше, я думаю, ты и сам справишься. Спросишь - тебе обязательно подскажут. Главное, говори, что едешь наниматься на службу во имя покойного короля Сейда, и к тебе отнесутся с должным уважением. Хельмам остро не хватает хороших магов.
  - А ты? - принц судорожно сглотнул, чувствуя подвох.
  - Здесь наши пути расходятся, - сказала, как отрезала.
  - Вот и прекрасно! - Эверикон внезапно ощутил закипающую злость. В глазах чертовки ни намека на слезы, лишь настороженность. В то время как он готов руки на себя наложить!
  'Хороша же эта любовь! Ничего не скажешь!' - мысленно прорычал принц, сграбастав предложенный билет.
  - Пойду собирать вещи, - бросил он через плечо, сворачивая к дому тетушки Фамфре.
  
  Дома они почти не разговаривали. Любопытная Дагни попыталась узнать причину их ссоры, но Сага и Рик словно воды в рот набрали. Вдобавок ко всему, Дагни получила отповедь от тетушки, попросившей не лезть в чужие дела.
  - Какая акула вас укусила? - проворчала девушка, с остервенением взбивая свою подушку. Не хотят общаться - не надо! Все равно она докопается до истины. Не сегодня, так завтра.
  За всю ночь Сага так и не сомкнула глаз. Она ругала себя последними словами за то, что влюбилась в высокородного спутника. Даже мечты о собственном корабле не могли отвлечь от подсмотренной в доме Гарона сцены. Рику тоже не спалось. Полночи он злился на Сагу за то, что она заставила его утопать в романтических грезах, полночи на самого себя - за глупое, влюбленное сердце.
  Едва забрезживший рассвет стал неким сигналом для принца. Стараясь не шуметь, он черканул пару строк, собрал походный мешок, половину которого занимал аккуратно свернутый плащ, и тихо покинул гостеприимный дом тетушки Фамфре. Сага слышала как он собирается, но упрямо притворялась спящей и вскоре действительно задремала.
  - Какой вежливый юноша, - эти слова вырвали девушку из дремоты.
  За окном светило утреннее солнце. Погожие деньки не были редкостью на Усе Богомола.
  Тетушка Фамфре отложила в сторону оставленную Риком записку и подошла к умывальнику.
  - Почерк - картинка: хоть сейчас же в рамочку и на стенку. - Дагни широко зевнула и продолжила: - И почему он так быстро уехал? Кстати, Сага, ты связалась со Свирелькой? Вчера, когда ты отлучилась, она целых десять минут доставала меня вопросами. Как будто я мудрец или провидец!
  - Сегодня свяжусь с ней, - убитым голосом сказала Сага, переодеваясь в повседневную одежду.
  - Ты куда? - вдогонку полетел вопрос от Дагни.
  - Купаться, - она хлопнула входной дверью.
  Когда на Сагу накатывала грусть, она буквально заставляла себя нырять и плавать до тех пор, пока кожа не покрывалась пупырышками, а зубы не начинали стучать от холода. Накупавшись до одури, девушка безо всякого аппетита съела несколько фруктов. Глаза по привычке искали Рика, а, потом, спохватившись, она вспоминала, что принц плывет на родину, в свое королевство. Солнце было в зените, когда девушка засобиралась обратно в город. Нужно было перекинуться парой слов со Свирелькой.
  В доме тетушки Фамфре вкусно пахло джоттом и свежими булками. Запах джотта вызывал воспоминания об Эвериконе и Сага, вздохнув, зашла в гостиную.
  - Гром и молнии! - воскликнула она, не веря своим глазам. За столом собственной персоной сидел принц.
  - Я не смог уплыть далеко, - на его лице появилась виноватая улыбка. Он был завернут в покрывало, а мокрая одежда сушилась на спинке стула, придвинутого к растопленной печи.
  - Обратно добирался вплавь, - пояснил он и, зажмурившись от удовольствия, сделал глоток из кружки.
  Радостная улыбка исчезла с лица Саги.
  - Что ты наделал? - с отчаянием прошептала она.
  - Прости. - Рик обезоруживающе улыбнулся. - Наверное следовало бы вернуть билет и получить деньги. Но хорошая мысль, почему-то всегда приходит в последнюю очередь.
  Сага посмотрела на него странным взглядом, но промолчала.
  - Знаешь где Дагни? - спросила она после непродолжительной паузы.
  Юноша мотнул головой:
  - Когда я пришел, здесь никого не было. Если честно, я подумал, что ты тоже уехала, но потом увидел, что твои вещи на месте.
  Девушка села за стол и, налив себе джотта, о чем-то крепко задумалась. Рик заговорил о каких-то пустяках, пытаясь приободрить ее, но Сага никак не реагировала.
  - Зачем ты сказала Шугри, что я - принц? - ему не терпелось расставить все точки над 'и'.
  Краска схлынула с лица Саги:
  - Я не говорила.
  - Может нечаянно?
  - Нет! Быть такого не может! - настаивала она. - По-моему нам нужно уходить отсюда. Да поскорее!
  Эверикон без лишних слов сгреб свою одежду и ненадолго скрылся в подсобке.
  - Я готов, - Он вышел полностью одетым и, налив в кружку джотта, подошел к окну.
  Сага кивнула в ответ, продолжая распихивать свои вещи по мешкам, одолженным у подруги.
  - Можешь не спешить, - с оттенком обреченности изрек принц, наблюдая за тем, как дом окружают люди в серебряных плащах с черным подкладом. Тихая улочка тонула в устрашающем безмолвии. 'Псы Цезерина' двигались на удивление бесшумно.
  'И, конечно же, Абелоун призвал самых лучших', - юноша горько усмехнулся этой мысли.
  - Не понимаю, как они вышли на нас? - Сага отпрянула от окна, убедившись в правдивости его слов. - Что теперь?
  - Я могу использовать силу стихий, но островитяне ни в чем не виноваты. Будет нечестно, если их смоет.
  - Наверное на то и было рассчитано, - девушка пристегнула к поясу верный меч, и села за стол, чтобы еще немного подкрепиться. Если уж умирать - то сытой.
  Рик ощущал легкие волны магии, прокатывающиеся по воздуху. 'Псы Цезерина' ставили защиту. Явление Абелоуна охарактеризовалось мощным всплеском, похожим на девятый вал. Странно, что 'дядя' возник не посреди комнаты, а во дворе и, более того, в сопровождении четверых магов.
  'Чего он боится?' - недоумевал Эверикон, прекрасно понимая, что не потянет эту битву. При должной подготовке, такими магами, как Рик можно было вести беспроигрышную войну против любого войска, а он не знал и пяти заклинаний из раздела боевой магии. В приватных разговорах с Абелоуном, Граннус любил сравнивать приемыша со скорпионом, которому вырвали ядовитое жало...
  Принц с удивлением обнаружил себя в объятиях Саги.
  - Обещай мне кое-что, - прошептала она, дотянувшись до его уха.
  - Обещаю, - Рик попытался поцеловать девушку, но та отстранилась.
  - Ты даже не дослушал, - громко возмутилась она, а затем вновь перешла на едва различимый шепот: - Я беру тебя в заложники, затем мы пытаемся добраться до порта. Согласен?
  Принц кивнул, полностью вверяя себя в руки большеглазой девчонки.
  - И... прости!
  - Что?.. - сильный удар по лицу заставил забыть все вопросы. Перед глазами замелькали черные точки. Из разбитой губы закапала кровь. Заныли зубы. Не давая опомниться, Сага приставила нож к горлу принца и вывела его из дома, как раз в тот момент, когда Абелоун и 'псы Цезерина' остановились возле крыльца.
  - Мальчик мой! - архимаг не сдержал удивленного восклицания. При виде 'родственника', лицо принца исказила гримаса ненависти. Если бы не Сага, он давно бы набросился на архимага с проклятиями.
  - Это мой заложник! - рявкнула Сага, бесцеремонным пинком заставляя Рика ускорить шаг. - Посторонитесь, вы! - этот приказ адресовался Абелоуну со свитой. - Вы же хотите видеть своего птенчика в добром здравии?
  - Девчонка блефует, - прозвучал насмешливый голос одного из 'псов Цезерина'. Он даже сделал шаг по направлению к девушке, но та оставалась непреклонной.
  - Проверим? - бесстрашно поинтересовалась Сага, нажимая на лезвие ножа сильнее, чем следовало бы. На шее вскрикнувшего от боли Рика появилась алая полоса. - Мне терять нечего, в отличие, от вас, паршивые каракатицы!
  По лицу Абелоуна пробежала тень. Он сделал знак рукой и принц, невзирая на боль в губе и саднящий порез, почувствовал, как рассеиваются смертельные заклинания, направленные в сторону дерзкой девчонки.
  В полной тишине они уходили прочь от дома, такого родного и такого чужого. Воспользовавшись каретой, которую Сага так же бесстрашно отвоевала у местной благородной дамы, беглецы добрались до порта.
  В порту наблюдалось столпотворение 'псов Цезерина'. Они следили за каждым шагом белокурой девчонки и ждали подходящего для атаки момента. Воспользовавшись заклинанием, Абелоун переместился на корабль, откуда открывался прекрасный обзор на двух беглецов.
  'Куда им еще пойти, кроме порта?' - подумал он и оказался прав. Архимаг пристально рассматривал 'племянника', отмечая его метаморфозы: парень раздался в плечах и, кажется, стал еще выше ростом. Теперь хельмы, видевшие портреты короля Сейда, запросто узнали бы его сына, Эверикона Сейда Андорра Элефирского. Вот и Арнедо хватило нескольких секунд, чтобы отметить эту схожесть. А уж шпионящему в пользу орбанцев Гарону и подавно! Теперь главное, не упустить мальчишку и не дать ему развернуться в полную силу. Абелоун хорошо помнил, во что превратился некогда прекрасный остров Уинфред.
  Архимаг запустил холеные пальцы в бородку, обдумывая тактику ведения переговоров с глупой девчонкой. Он почти не сомневался в том, что ни один капитан не захочет ввязываться в политический скандал и по этой причине беглецам будет проблематично покинуть остров. Нужно подождать еще немного и ценный мальчишка вновь окажется в его руках. Единственное, что играло не в его пользу - так это время. Прозорливый архимаг все рассчитал и поэтому был готов к одному неприятному обстоятельству: к неминуемой встрече с главой братства 'Священных лилий'.
  Он нисколько не удивился, когда в порту, оцепленном стражей, начали появляться люди в черных одеждах с эмблемой в виде белой лилии на правом рукаве.
  'Вот и маги королевства Гортакс пожаловали!' - Абелоун прищурился, пока безрезультатно выискивая среди этой братии, главу братства 'Священных лилий' по имени Майтнатт.
  - Именем закона королевства Гортакс, приказываю развеять заклинания и поднять руки! - Майтнатта окружал магический купол, позволяющий тому оставаться невидимым. Голос мага звучал со всех сторон, не давая определить его точное местонахождение.
  Глава дома Цезерина небрежным жестом запахнул серебряный плащ, и, огородившись охранительным заклинанием, предложил другое решение:
  - Майтнатт, ты прекрасно знаешь меня. Я ни за что не нарушил бы границ королевства, если бы не особые обстоятельства. Мы ловим ренегата и твое присутствие тут необязательно. Обещаю, что мои ребята управятся за полчаса.
  - Какого дьявола ты лезешь со своим уставом на чужие земли? - маг Гортакса едва не захлебнулся от злости.
  Архимаг молча смотрел на то, как численность 'псов Цезерина' подавляется численностью людей в свободных черных одеждах. Жаль. А он так надеялся сцапать мальчишку до драки!
  - Я заплачу штраф, - глава дома Цезерина был абсолютно спокоен. - И речь идет не только о золоте, но и об артефактах.
  - Стихийный маг, - Майтнатт выплюнул ядовитый смешок, - дороже любых артефактов и золота.
  Возле губ Абелоуна обозначились две иронические морщинки: в Гортаксе знают о Рике! Это означало лишь одно - неминуемую стычку за стихийного мага.
  Когда Абелоун воспользовался магией, в небе на несколько секунд померкло солнце. Разрушительное заклинание в виде пепельного вихря стало причиной гибели большей части братства. В воздухе замелькали огненные шары, молнии, зазвенела сталь. Паруса на мачтах занялись пламенем; Абелоун отбросил метящий в него огненный шар. Следующий огненный шар отлетел значительно дальше и в воздух взметнулись щепки - то, что осталось от небольшого рыбацкого суденышка. Корабль, на котором находился Абелоун, получил несколько пробоин и теперь медленно оседал в воду.
  - Туда! - Сага подтолкнула принца к воппле, затесавшейся среди рыбацких лодок (Нант оставил вопплу матери, надеясь, что госпожа Краузе найдет спсоб 'перенастроить' ее). Только бы чье-нибудь заклинание не долетело до их единственной надежды на спасение! К счастью, этого не произошло. А магам конкурирующих сторон, получившим приказ защищать принца ценой своей жизни, оставалось лишь наблюдать за тем, как похитительница заталкивает Рика в вопплу и как странная избушка отчаливает от пирса.
  
  Глава 8
  
  Безмолвное время брело по пустыне,
  Под ноги смотрело,
  И камни топило в волнах притихших.
  Смотри, удивляйся: песчинкам нет счета,
  Что золотом злым больно руки кусают
  
  Сэвори Сигнитт, 'Подвергаясь сомнениям'
  
  - Ну ты и сумасшедшая! - проворчал Эверикон, залечивая губу и порез на шее. Он на минуту отвлекся от управления, бормоча заклинания и делая пассы.
  Сага ничего не ответила, глядя на охваченные пламенем корабли и дымящие портовые склады. С далекого расстояния они казались совсем крошечными.
  - Теперь 'псы Цезерина' не отстанут, - наконец сказала она, переведя взгляд на магвигатор.
  - Я знаю, - согласился Рик. Он прекрасно понимал, что их спасение - не что иное, как временная отсрочка перед очередной встречей с Абелоуном.
  - Мы попробуем догнать 'Нивх'. Вчера я виделась с Нантом, как раз когда брала билеты на 'Малыша Лукреция' и кэп вновь предлагал нам помощь.
  Принц кивнул. Все лучше, чем дрейфовать на воппле, дожидаясь быстроходных кораблей Абелоуна.
  - Но разве воппла может тягаться по скорости с кораблем Нанта? - юноша опасался, что из этой затеи ничего не получится.
  - Во-первых, - девушка легонько щелкнула ногтем по магвигатору, - Тролланд находится на северо-западе, значит, мы следуем прямо по курсу 'Нивха'. Во-вторых, ты вроде бы стихийный маг? Попридержи ветер, сделай им скучные паруса!
  Рик вздохнул, с готовностью засучивая рукава: 'И не поспоришь!'
  К счастью, 'Нивх' не успел уплыть далеко, чему немало поспособствовал полный штиль. У капитана было поразительное чутье на любые заварушки, поэтому его корабль очень своевременно покинул порт Талуги. И теперь очень удивился и, вместе с тем, обрадовался старым знакомым, свалившимся словно снег на голову. Сага коротко обрисовала ситуацию Нанту, и сказала, что им больше не на кого надеяться.
  Опасаясь погони, Рик ходил от одного борта к другому и подолгу всматривался вдаль, пока не единожды побывавший в переделках Нант не объяснил ему, что 'псы Цезерина' наверняка предпримут попытку захватить 'Нивх' на подходах к Кроуллю - первом острове архипелага.
  - Капитан, есть ли возможность свернуть и высадиться где-то еще? - с надеждой в голосе спросил юноша.
  - Ты задаешь точно такие же вопросы как твоя белобрысая спутница, - улыбнулся Нант, покосившись на ногти принца. Эверикон всецело доверял команде троллей и поэтому расстался с перчатками сразу же, как очутился на корабле. - У нас не достаточно провизии для того, чтобы свернуть с заданного курса. Мы плывем в столицу Тролланда, в Кроулль, но я обещаю, что помогу вам. Ведь вы столько для меня сделали.
  Принц вздохнул. Больше всего на свете ему не хотелось, чтобы этот добродушный тролль пострадал из-за них.
  По просьбе Саги, Рик сотворил попутный ветер и отогнал грозовую тучу. Везде, где бы он ни находился, его сопровождал полный обожания взгляд девочки-тролля. Ёня по-прежнему боготворила своего спасителя (Взгун тоже не менял предпочтений). Единственное место, где юноша мог побыть наедине с собой - это его собственная каюта. И отсиживался он там не просто так. Эверикон крепко взялся за изучение боевых заклинаний. Да, он не мог попроситься в ученики, помня о конспирации и все-таки он нашел выход. Рик попросту перечертил пару стандартных формул из книги, взятой в единственной на весь Ус Богомола библиотеке.
  Если Абелоун табуировал занятия боевой магией, значит считал принца опасным противником. Отлично! Он еще покажет на что способен. Главное, не переусердствовать с экспериментами и не навредить кораблю Нанта.
  Сага ворвалась в каюту принца, как обычно, не пожелав тратить время на условности вроде стука в дверь. Он отвлекся от формулы и вопросительно взглянул на девушку.
  - Быстро, раздевайся! - потребовала она безо всяких предисловий.
  - Это как-то... неожиданно. - Рик почувствовал, что краснеет. Решительность Саги всегда восхищала его.
  - Неожиданно деньги заканчиваются! Раздевайся, я сказала! - девушка была неумолима.
  Внезапно одеревеневшими пальцами юноша стянул сапоги и снял одежду, оставшись в подштанниках.
  Наскоро покидав в мешок вещи юноши, Сага направилась к выходу.
  - Это месть за то, что ты увидела в доме Гарона? - робко поинтересовался Рик. Не слишком-то удобно стоять посреди каюты в одних подштанниках, особенно, когда знаешь, что запасной одежды у тебя нет.
  Вместо ответа, Сага открыла дверь услужливому Взгуну, который с напыщенностью визиря вручил спасителю новую одежду и сапоги. Предложенная замена была не равнозначной. Рубашка, сотканная из грубого холста, смотрелась бы уместней на простолюдине. Да и штаны были ничем не лучше. 'Новые' перчатки, сделанные из грубой кожи, не блистали чистотой, а на правой краге была прожжена дырка. Зато у принца появилась кожаная жилетка и черная бандана, которые сделали его похожим на новообращенного пирата.
  Едва принц уселся за стол, обложившись свитками, как его позвали на ужин: команда собиралась в юте, дабы что-то отпраздновать. Тролли радовались удачному отплытию из порта и скорому прибытию домой. Пировали без увеселительных напитков, потому что капитан строго придерживался правила 'надираться исключительно на суше'. В его память надолго врезался эпизод давнишнего путешествия, во время которого приключился шторм, и семерых нетрезвых троллей смыло за борт. Нант прекрасно помнил то, как вернувшись в Тролланд, обошел все семь домов. Обошел, а потом сильно надрался, надеясь вытравить из памяти тот злополучный день. Увы, задумка не удалась.
  В самый разгар застолья Сага шепнула принцу:
  - Мы проиграли. Мы проиграли в тот момент, когда взошли на борт 'Нивха'. Нам уготована ловушка. Куда бы мы ни поплыли, маги давно все просчитали и расставили сети.
  Эверикон кивнул головой, соглашаясь.
  - Нужно думать! - девушка не собиралась так просто сдаваться.
  - Но не вплавь же нам..., - начал он.
  - А я и не предлагаю, - буркнула Сага, остервенело вгрызаясь в куриную голень.
  - Скажи, зачем тебе понадобилась моя одежда? Я всю голову сломал, строя предположения.
  - А она так важна для тебя?
  - Ну, - замялся Рик, - сапоги были очень удобные. И не натирали. Вот сколько мы с тобой прошли, а у меня ни одной мозоли. Про перчатки я вообще молчу.
  - По одежде тебя очень легко узнать, - глубокомысленно изрекла девушка. - И Нант говорит то же самое.
  - Ясно. За соломинку цепляемся? - принц понял, для чего был нужен этот трюк с переодеванием, однако не спешил относить его в разряд гениальных идей. Теперь его одежда была другой, но лицо-то осталось прежним!
  - Я вот, что думаю, - Сага посмотрела на принца долгим, пристальным взглядом, - ну, допустим, доберутся они до нас. Но как они могут заставить тебя делать то, что ты не хочешь?
  Эверикон посмотрел на свое отражение в кружке джотта: губы сложились в горькую усмешку.
  - Предпочитаю не думать об этом. Например, Абелоун, как ты говорила, знает секрет зелья забвений. Будь я на его месте, тоже вовсю бы им пользовался. Очень удобно: напоил, подождал, и вот я уже снова его любимый 'племянник', выполняющий заказы на погоду. А что до других королевств, у них, наверное, найдутся иные аргументы, не такие изящные, как у орбанского архимага. Например шантаж или побои.
  - И они посмеют?
  - Конечно. Убить не убьют, но покалечат. Ведь я мало что могу противопоставить их боевым заклинаниям.
  - Вот безмозглые каракатицы! - возмутилась девушка. - Я думала, что они тебя на руках носить будут.
  - Я бы не отказался! - Рика позабавило ее предположение. - Но знаешь, есть такое выражение: 'Так не доставайся же ты никому!'
  - Да, - она вздохнула и подытожила: - выбор небольшой. Я б на твоем месте давно бы сошла с ума.
  - Мне нельзя, - принц внезапно улыбнулся. - Мне нужно навести порядок в своем королевстве.
  - Жаль, что ты не можешь направить против них силы природы.
  - Могу, - хмуро сказал Эверикон. - Но у стихий свои законы. Ты видела мое состояние после побега с Унфреда? Заклинание стихии, примененное против человека, бьет бумерангом по стихийному магу. Порой природа справедливее нас. Конечно же я буду защищаться всеми возможными способами. Но если бы я знал больше боевых заклинаний, тогда...
  - Полундра, кэп! - Дверь распахнулась: в кают-компанию влетел, чем-то встревоженный Бука и, едва не врезавшись в стол, вытянулся по струнке и доложил: - Справа по борту Морской скиталец!
  Эта новость настолько взбудоражила всю команду, что тролли в едином порыве высыпали на палубу, напрочь позабыв о еде. Их волнение было оправданным: о скитальцах слагалось множество противоречащих друг другу легенд. Даже проведший в своеобразном заточении Рик, слышал о скитальцах - слуги иногда позволяли себе вести слишком громкие беседы под окном его личной библиотеки. Морскими скитальцами назывались брошенные по разным причинам корабли. Кто-то утверждал, что они бесплотны, словно призраки, иные уверяли обратное. Но как бы там ни было, увидеть Морского скитальца считалось хорошим знаком. Пираты, например, верили, что если проследовать за скитальцем, то рано или поздно он причалит к берегу острова сокровищ. Сага слышала, что скитальцы предвещают своим появлением страшный шторм. Но в компании стихийного мага с этой приметой можно было не считаться. Впепившись в кромку борта, Сага жадно разглядывала безымянного скитальца. Облепленный водорослями, битый штормами корабль покачивался на водной поверхности. Слабый огонек нактоуза нагонял жути. Кто зажег его? Еще одна странность скитальца не укладывалась в голове: на передней части корабля, вместо фок-мачты росло дерево - старое, засохшее, не понятно каким образом попавшее на борт.
  - Нам необходимо осмотреть корабль, - решительно сказала девушка, опередив Нанта, который хотел предложить то же самое.
  Охочие до приключений троллята дружно разревелись, пытаясь таким образом отвоевать право быть включенными в команду исследователей. Однако капитан был непреклонен.
  Помимо Саги и принца, в лодке, спущенной на воду, находились Жадный, Хорри, Звонкий, Резец и юнга Делайноги. Тролли вооружились на всякий случай, а меч Саги и так всегда был при ней.
  - Зачем Делайноги заплечный мешок? - шепотом поинтересовался Рик, заметив, что юнга отправился на разведку не с пустыми руками.
  - Наверное, там оружие или что-нибудь вроде магвигатора.
  - А, по-моему, там сапоги, - предположил юноша.
  - Глупости! - отрезала Сага.
  Резец ловко раскрутил веревку, на одном конце которой находилась железная 'кошка'. Крюк зацепился за край борта и Резец по праву опытного бойца, побывавшего в разнообразных передрягах (включая пиратские набеги), первым полез вверх по веревке.
  - Дьявол! - выругался он, едва не поскользнувшись на склизкой от водорослей палубе. - Залезайте ребята! Пока все чисто.
  Рик покидал лодку последним. Вернее, в лодке еще оставался Хорри, напрочь отказавшийся лезть на борт проклятого корабля. Сага и Звонкий помогли молодому магу перелезть через борт.
  Вблизи скиталец выглядел на порядок печальнее: часть левого борта была разнесена в щепки, фок-мачта была разрушена до основания и ее обломки, вперемешку с другим мусором, были разбросаны по всему периметру палубы. На месте фок-мачты возвышалось дерево. И всюду витал тошнотворный запах гниющих водорослей.
  Эверикон прислушался к своим ощущениям: здесь явно присутствовала черная магия, похожая на ту, которой пользовались эмахи. Он посчитал не лишним предупредить спутников о своем открытии. Правда это вовсе не означало, что им следует бежать отсюда в панике. Остаточные колебания тонких материй не являлись веским доводом для бегства. Они означали лишь то, что когда-то на корабле применялись сильные заклинания на крови. Возможно даже с жертвоприношением.
  Команда, осторожно передвигаясь по скользкой палубе, продолжила исследовать корабль. Бардак, царивший в рубке, состоял из выполосканных в морской воде свитков пергамента, нескольких полусгнивших рыбешек и лохмотьев с россыпью причудливых пятен плесени. Штурвал иногда крутился сам собой, производя гнетущее впечатление. Камбуз пустовал; в наполовину затопленном трюме обнаружилась дюжина пустых бочек. Деревянные крышки от бочек плавали отдельно, и на каждой из них красовалось пятно сургуча. Никто из троллей не смог опознать странную печать с оттиском в виде перекрещенных рыбьих скелетов. Запримеченное ранее дерево, оказалось частью корабля. Его высохшие корни, похожие на щупальца гигантского спрута, прочно переплетались с гнилыми досками палубы.
  - Как эта посудина только на плаву держится? - удивлялся юнга.
  - При помощи магии, - похоже, что только Рик знал ответ на этот вопрос. - Когда заклинание окончательно развеется, корабль утонет, а огонек в светильнике погаснет. Это я гарантирую.
  Исследователи закончили изучение скитальца и, подав капитану знак, поспешили на борт 'Нивха'. Все эти скрипы и полнейшее запустение изрядно действовали на нервы.
  - Не пойму, куда подевались Делайноги с Резцом? - вопрошал Обормот, озадаченно почесывая макушку. - Вы, что, оставили их на скитальце?
  - Приказ кэпа, - буркнул Жадный, покосившись на корабль-призрак.
  Хорошо вышколенные тролли даже не помышляли о том, чтобы противиться приказам капитана, однако, оба мысленно поблагодарили Первотролля за то, что выбор Нанта пал на других. Может, кэп решил проверить правдивость слухов, и теперь юнга и Резец направляются в сторону острова, на котором зарыты несметные сокровища?
  
  Седьмой день пути начался со штиля. До Тролланда, если магвигатор не врал, оставалось совсем ничего: каких-то четыре часа. Команда, сетуя на погоду, без дела слонялась по 'Нивху', иногда включаясь в незатейливые игры троллят. Рик, запершись в своей каюте, разучивал новые боевые заклинания; Сага не покидала камбуз. Она болтала с Варенцом, позволившим ей 'сделать набег' на кладовую. Девушка мазала куски подсушенного хлеба толстым слоем сливового варенья и с аппетитом уплетала их.
  - По-моему, штиль возник чьими-то стараниями, - Нант зорко всматривался в горизонт, прекрасно понимая, что ловушка вот-вот захлопнется. - Конечно, у них нет стихийного мага, но я слышал, что архимаги умеют зачаровывать ветер, - бормотал он. - Всего на час-другой, но иногда и этого достаточно.
  Последняя капля надежды на счастливое разрешение ситуации испарилась с появлением пяти кораблей, заходящих с разных сторон. Флаги с изображением нарвала говорили о том, что партия с треском проиграна.
  Нант приказал троллятам укрыться в воппле, которая в случае кораблекрушения, уж точно выплывет на поверхность. Творения ягов славились потрясающей живучестью.
  Центральный корабль, вставший нос к носу с 'Нивхом', носил поэтическое название 'Дитя Этезии'. На его борту наличествовало самое большее количество магов. Цепкий глаз тролля выделил из общей массы невысокого, чернобрового мужчину с пивным брюшком, которое не могли скрыть даже самые изысканные одежды. Похоже, что этот разодетый хлыщ с гладко прилизанными волосами был за главного, то есть за Абелоуна. Значит, предположение Эверикона оказалось верным: после прецедента на острове Ус Богомола, Абелоуну пришлось умасливать Майтнатта и послов, приносить публичные извинения королю за нарушение границ и держать ответ за стычку с магами 'Священных лилий'.
  - Капитан, - заговорил чернобровый, его голос усиливался заклинанием. - С тобой говорит герцог Вальес Третий, доверенный владыки дома Цезерина, Его Святейшества архимага Абелоуна. Нам не нужен еще один скандал. Особенно с троллями. Поэтому я предлагаю сесть за стол переговоров.
  Нант молчал. Так повелось, что люди предпочитали обходить королевство троллей стороной, памятуя о бесчисленных легендах, в которых говорилось о троллях-берсерках. Благодаря тем легендам люди и тролли подписали пакт о ненападении, именуемый 'пактом Эоса-Парки'. Да и, по сути, те клочки земли, гордо именуемые Тролланд и Секира морей, не представляли особой ценности для других королевств. Тролли же, в основном, проявляли интерес к торговле, нежели к войне.
  - Хорошо, - вымолвил, наконец, Нант, широким жестом приглашая мага на корабль.
  Вальес появился на борту 'Нивха' в сопровождении 'псов Цезерина'; посеребренный рог нарвала на эмблемах указывал на то, что 'псы' относились к специальному подразделению боевых магов.
  'Чертовы фанатики!' - пронеслось в голове капитана.
  Нант покосился на герцога, даже не подумав проявить по отношению к нему хоть какое-то подобие любезности. В душе Вальес был возмущен хамством капитана, но усвоенные уроки дипломатии не позволяли ему выставлять напоказ истинные чувства. Да, он был властным человеком и любил повелевать. Но не сейчас. Сейчас важнее всего завершить возложенную на него миссию и не напороться на очередной скандал.
  'И кораллов добыть и с акулой разминуться', - подумал герцог.
  Вальес похвалил корабль Нанта и профессионализм команды троллей, а затем, минуя витиеватые вступления, которыми так славились представители торговых домов королевства Орбан, заговорил о главном:
  - Две бочки золота за юношу - разумная цена.
  Нант спокойно выдержал тяжелый взгляд герцога и равнодушно пожал плечами.
  - Этих денег хватит для покупки нового корабля и дальнейшего безбедного существования, - напирал Вальес. - Заметить шанс и воспользоваться им - высшее искусство, потому что в ожидании второго шанса можно провести остаток жизни.
  - Кто в наше время верит честному слову? - в маленьких глазках тролля сквозило сомнение.
  - Подобный вывод повествует лишь о том, что раньше ты имел дело с полнейшим сбродом! - Усмехнувшись, герцог подал знак 'псам Цезерина', и рядом с капитаном возник наполненный золотом бочонок. - Задаток, - кратко пояснил чернобровый.
  Переговоры грозили затянуться, потому что Нант, не поверив своим глазам, принялся проверять золото на предмет фальшивки. И не остановился до тех пор, пока не перепробовал все до единой.
  - Где принц? - Вальес начал терять терпение. И тролль почувствовал, что вскоре ситуация может повернуться против него и его команды.
  - Сначала я думал, что драка неизбежна, - сказал тролль, поманив за собой герцога. Они прошли в пассажирские каюты. - А после, увидев корабли, понял, что силы не равны.
  Вальес хмыкнул, прекрасно понимая, к чему клонит капитан.
  - Я погубил бы всю команду ради одного-единственного человека.
  - У меня планы на двоих, - поправил его Вальес.
  - Не возражаю. - Нант долго возился с ключами, подбирая нужный для замка́ каюты, в которой находился принц.
  Через пару мгновений дверь распахнулась сама и наперерез 'псам Цезерина' выскочила девушка с мечом. Готовые к подобному повороту событий маги, обездвижили ее в мгновение ока. Вскрикнув, девушка рухнула словно подкошенная.
  Эверикона, читающего заклинание со свитка, обезвредили более гуманно - просто скрутили руки. А герцог, рассыпаясь в извинениях, связал зяпястья принца веревкой. Услужливый 'пес', тем временем, забрал у Рика свиток, исписанный ровным красивым почерком.
  - Простите, принц Юстиниан, это вынужденная мера, - Вальес не забыл поклониться.
  - Чтоб ты сдох! - Эверикон плюнул в герцога и попытался вырваться.
  - На 'Дитя Этезии', - скомандовал Вальес, спокойно отнесясь к выходке принца. Он был готов терпеть любые проделки высокородного пленника, потому что теперь, когда поручение архимага было успешно выполнено, на горизонте обозначились самые заманчивые перспективы. Ведь Абелоун обещал обручить дочку короля со старшим сыном Вальеса. Лучшей платы и не пожелать!
  - Заберите девчонку, - герцог полуобернулся, кивнув на лежащую без сознания Сагу.
  
  'Дитя Этезии' стремительно мчалось на запад в сопровождении 'армады' королевства Орбан. Ветер прилежно раздувал светло-серые паруса кораблей, идущих гордой поступью победителя. Казалось, что даже погода радуется за Вальеса. Настроение герцога было настолько прекрасным, что даже ужасное поведение пленников нисколько не отражалось на нем. Принц, с первого момента пребывания на корабле, сыпал проклятьями и постоянно пинал зазевавшихся 'псов Цезерина', которые предпочитали молча переносить побои, нежели пререкаться с будущим главой дома Цезерина. Со связанной девчонкой было куда проще: она валялась на кровати, требовала кормить ее с золотой ложечки, чесать пятки и развлекать чтением рассказов. Для чего эта девчонка понадобилась Абелоуну, оставалось для Вальеса тайной за семью печатями.
  Прочно закрепленное зеркало в человеческий рост (единственное на корабле) нетерпеливо потрескивало. Герцог подошел ближе. Нескольких секунд хватило на то, чтобы его отражение растворилось в сероватой дымке, из которой постепенно проступило лицо Абелоуна. Вальес преклонил колени перед владыкой дома Цезерина.
  - Все сделано, Ваше Святейшество, - незамедлительно доложил он. - Безоговорочная победа.
  - Я знал, что ты справишься, - на осунувшемся лице архимага обозначилась довольная улыбка. Немного выпирающие резцы делали его похожим на вампира. - Больше ни о чем не спрашиваю. До встречи!
  Абелоун прекрасно знал, что за ним сейчас шпионят маги, по меньшей мере, трех королевств, поэтому был немногословен. Он заранее предупредил Вальеса о шпионах, так что герцога ни капли не смутил короткий разговор с архимагом. Напротив, он, пребывая в хорошем настроении, приказал слугам принести устриц и откупорить бутылку изысканного вина. Вальес пил за будущее своего старшего сына - Вальеса Четвертого и за широкую улыбку фортуны.
  Однако фортуна оказалась капризной дамой. И Вальес убедился в этом во время краткой остановки на острове Дайм. Перед тем как сойти на берег, герцог решил зайти к принцу, чтобы справиться о его самочувствии. В каюте Юстиниана было тихо и пусто.
  - Измена! - взвыл Вальес, не желая верить в реальность произошедшего.
  Каюта девчонки тоже пустовала, если не принимать в расчет большой серый булыжник, оставленный на кровати. Похититель оставил точно такой же булыжник в каюте принца. Правда, герцог не сразу обратил на него внимание, увлекшись поисками Юстиниана.
  'Псы Цезерина' исправно читали заклинания, которые помогли бы обнаружить 'пропажу', но все тщетно. На корабле не было не единого магического следа, за исключением тех, которые оставляли заклинания 'псов'. Принц и девчонка словно испарились. Вальесу надоело срывать злость на магах, он заперся в капитанской рубке. О, эта капризная фортуна! Каким недолгим был триумф герцога. Возможно ли, что пленники сбежали на остров? Вальес цеплялся за любое предположение, как утопающий за соломинку. Он послал магов прочесывать Дайм, впрочем, не слишком-то надеясь на повторное везение.
  
  С трудом оторвав голову от пола, Рик потер глаза, абсолютно не понимая, где он находится. Боги, как хотелось спать! Скрип корабельных досок, легкая качка говорили о том, что морское путешествие продолжается. Перед глазами маячила россыпь разноцветной плесени на стенах и потолке; от жуткой вони хотелось чихать. Юноша вскочил на ноги и выбежал из рубки. Огрызок луны и блестящее от звезд небо были единственными спутниками корабля. Морской скиталец держал курс на неизведанные земли.
  Рик покрутил головой и увидел Сагу. Она вразвалку прохаживалась по палубе и что-то шептала, прикрыв глаза.
  - Взять рифы! Лечь на правый галс! - бледные губы девушки едва двигались.
  - Сага! - испугавшись, принц схватил ее за плечи и хорошенько тряхнул. Девушка не отреагировала. Бессильный что-либо сделать, Рик опустил руки, а Сага продолжила обход скитальца. Растерянный и подавленный принц безучастно наблюдал за ее перемещениями, отказываясь верить в происходящее. Как получилось, что они остались на корабле-призраке? Почему не вернулись на 'Нивх' вместе с троллями? Память безмолвствовала. Поскальзываясь и спотыкаясь, Эверикон со всех ног бросился в рубку в надежде найти ответ хотя бы на один из бесчисленных вопросов. Но 'улов' был невелик. На полу он обнаружил заботливо подстеленный кем-то плащ, походный мешок и скомканную тряпицу. При детальном изучении тряпица оказалась платком, насквозь пропитанным сонным эфиром. Так вот откуда взялось это чувство разбитости: его попросту усыпили, 'нежно' прижав платок к лицу. Пара вдохов и человек засыпает. Уж он-то прекрасно помнил это из уроков алхимии!
  Но что произошло с Сагой? Рик снова вышел на палубу, поискав взглядом девушку. Она, переступая через корни деревьев, медленно приближалась к носу корабля. Принцу было невыносимо смотреть на действия подруги, и он бросился следом, держась за мокрую, прогнившую кромку борта. И что ей понадобилось возле мертвого дерева? Рик подспудно чувствовал, что дерево несет в себе печать черной магии. К счастью, пойманная за руку Сага не сопротивлялась, и принц беспрепятственно отвел ее в рубку - единственное уцелевшее помещение на корабле.
  - Приспустить паруса! - тот час же скомандовала Сага, обращаясь к невидимым матросам.
  Рик посмотрел на уцелевшие мачты, на те жалкие лохмотья, которые когда-то назывались парусами и печально вздохнул. Неужели это сумасшествие, с которым нельзя ничего поделать? А что, если?.. Руны под ногтями начали светиться, оживляя и дополняя сложную формулу заклинания, выплетаемую Эвериконом. Он решил проверить, какое заклинание держит корабль на плаву. Эта попытка вызвала необычные возмущения в слабой магической ауре странника, а на полусгнивших досках все отчетливее проступали необычные символы. Они разгорались бледным серебряным светом, заполняя собой всю площадь корабля, включая дерево. Рик поскорее развеял свое заклинание, понимая, что оно бесполезно - символы были чужими и незнакомыми. Какой ему толк от них? Юноша с грустью посмотрел на Сагу, занявшую место у штурвала. Ее безжизненный взгляд был устремлен на невидимый горизонт.
  Морской скиталец уверенно шел вперед, разгоняя тьму светом серебрящихся символов. Издалека он выглядел как увешенная праздничными гирляндами детская игрушка.
  'Странный корабль, странная ночь!' - мысли принца постоянно возвращались к светящимся символам. Не то чтобы он были ими очарован, скорее наоборот, они раздражали юношу.
  'Нужно было штудировать энциклопедии древней письменности!' - Юноше вспомнилась тяжелая кипа книг, служащая ему дополнительным столиком для реторт. К сожалению, он так и не добрался до тех книг из-за плотного расписания. А символов, тем временем, становилось все больше. Они возникали на стенах рубки, на полу, на штурвале и... на лбу Саги.
  Рик вгляделся в знак: полуокружность с включенной в нее змейкой. Похоже на работу дилетанта. Или маленького ребенка, узнавшего о существовании магии неделю назад. Вот и обнаружилась причина странной одержимости, взявшей верх над светловолосой спутницей. Принц, едва касаясь ее лба, очертил знак по контуру и щелкнул пальцами, заставив его исчезнуть. Сага со стоном отпрянула от штурвала. Схватившись за ноющий лоб, она проклинала все на свете.
  - Как ты себя чувствуешь? - заботливо спросил принц, выждав какое-то время.
  - Как человек, на башку которого приземлилась рея, - процедила сквозь зубы девушка. Резкая боль в глазах начала утихать, однако очертания окружающих предметов все еще казались расплывчатыми.
  На лице Эверикона появилась счастливая улыбка. Он избавил девушку от одержимости, чему был несказанно рад.
  - Что произошло? - принц очень надеялся на ее осведомленность. И как оказалось - не зря.
  - Помнишь, Нант обещал что-нибудь придумать? - Сага действительно знала больше, чем он. - Так вот: кажется, капитан перестарался.
  Спутница с брезгливостью отодвинула просоленные, покрытые плесенью тряпки и села на подстеленный плащ.
  - Готова поспорить, - продолжала она, - что ты ничего не слышал о троллях-полукровках, которые имеют способность превращаться в кого угодно.
  Рик утвердительно кивнул и Сага продолжила:
  - Уж не знаю, с кем они там смешиваются. Просто Ёня говорила, что таких мало и они незаменимы в морских путешествиях. Как бы я ни старалась узнать у маленькой болтушки о том, кто из команды относится к полукровкам, она так и не сказала. Да и Нант был не слишком разговорчив. Он просто попросил твою одежду и сказал ни о чем не беспокоиться. Я думала, что они нас спрячут, отдадут псам наших 'двойников', и мы продолжим путешествие на 'Нивхе'.
  - Зря, - возразил принц. - Я знаю методы работы 'псов Цезерина'. Они всегда 'сканируют' корабли, определяя количество людей, в нашем случае - людей и троллей. Представляешь, если бы они обнаружили нас настоящих и наших 'двойников'? План бы не удался.
  - Значит Нант гораздо умнее, чем я думала, - с уважением в голосе протянула Сага. - И гораздо больше нашего знает о Морских скитальцах.
  - И, вдобавок, кто-то из троллей владеет основами магии, - добавил Рик, и, встретившись с недоуменным взглядом девушки, пояснил: - На твоем лбу был изображен знак, резонирующий с магическими символами Морского скитальца. Ты ни на что не реагировала и вела себя как заправский капитан.
  Девушка замолчала, осмысливая его слова. Ведь она ничего не помнила, но не доверять Рику причин не было.
  - Веселенькая история! - наконец сказала Сага. - Вот так странно сбываются мечты. Видишь ли, я всегда хотела обзавестись собственным кораблем.
  - Ну раз это твой корабль, может, скажешь, куда мы плывем? Надеюсь, не в логово морских дьяволов? - мрачно пошутил юноша.
  - Похоже, что именно в логово морских дьяволов. - Она в сердцах пнула по двери. - Тритоново царство! О чем вообще думал Нант, оставляя нас на корабле-призраке?
  Эверикон подернул плечами. В данный момент он не знал что хуже: очутиться в лапах 'псов Цезерина' или лететь в неизвестность 'на полных парусах'.
  Путешествие на Морском скитальце было тем еще испытанием. Здесь постоянно ощущалось присутствие необъяснимой злой ауры, злобного взгляда в спину. Скрип дерева, тревожный плеск волн и скорчившиеся по углам тени, похожие на затаившихся чудовищ. Судя по всему, за происхождением скитальца стояли темные силы. И путники убедились в этом на следующий день.
  Продрав глаза, Рик выглянул из почти целого окна рубки - символы исчезли будто их и не было. Он поднял голову: в небе клубились низкие тучи, похожие на выплеснутые в воду чернила. Душный воздух противно прилипал к щекам. Корабль иногда странно подергивался, словно от встречи с рифами, но с той лишь разницей, что дно корабля оставалось целым. Принцу не хотелось будить смертельно уставшую после вчерашних злоключений Сагу, однако она проснулась без посторонней помощи, при особенно ощутимом 'скачке'. Бросив быстрый взгляд на небо, девушка принялась рыться в походном мешке, оставленном троллями. Не может быть, чтобы опытный Нант отправил их в опасное путешествие без магвигатора. И оказалась права. Но странное дело! Магвигатор сходил с ума, каждую минуту показывая разные координаты. Не на шутку встревоженная Сага выбежала из рубки, и, проехавшись пару раз на подошвах сапог, затормозила у борта. За ней безотрывно следовал Рик, с той лишь разницей, что он все-таки упал, споткнувшись об обломок мачты. Морской скиталец полным ходом приближался к острову с низкими, темными холмами.
  - Наверное, где-то происходит извержение вулкана, - предположила Сага, ловя кружащиеся в воздухе черные хлопья. - И неприятный запах тоже как-то связан с вулканом.
  Насчет последнего принц был готов поспорить. Ему казалось, что запах серы не может соперничать с жуткой вонью гниющих водорослей.
  - Как думаешь, правда ли скиталец доставит нас прямиком к сокровищам? - девушка вспомнила о древних легендах.
  - Сдались тебе эти сокровища, - проворчал Эверикон, пытаясь определить характер нарастающей тревоги.
  - Ну я же не богатенький принц, - парировала очаровательная спутница.
  Он задумался над каким-нибудь едким ответом, но вновь подпрыгнувший корабль заставил принца позабыть о пикировке. Скиталец уверенно заходил в бухту; в темной воде покачиваясь, плавали распухшие трупы. С каждой новой милей их количество увеличивалось. Сага дернула принца за рукав и, не в силах вымолвить ни слова, указала на дерево. На безжизненном древе корабля болтались повешенные.
  - Это всего лишь иллюзия, - пробормотал Рик, бросив быстрый взгляд на побледневшую спутницу.
  Поднялся ветер. Неведомые силы начали яростно крутить штурвал, а волны налетали на корму корабля, рассыпаясь в проклятьях. Все казалось диким и невозможным. Лохмотья парусов, лохмотья на повешенных людях (людях ли?), протяжный скрип скитальца, который только чудом не врезался в борт севшего на риф корабля, - здесь было от чего сойти с ума. Путешественники, не сговариваясь, побежали обратно в рубку. Их попытка развернуть корабль потерпела полное фиаско и принесла лишь боль в руках и ладонях. Рик вышел на корму, пытаясь усмирить ветер, но не успел, потому что путешествие подошло к концу: корабль уткнулся в берег, наклонившись на тридцать градусов, что создало прекрасные условия для скольжения. Не удержавшись на ногах, юноша поехал вперед. Вовремя подоспевшая Сага зацепилась одной рукой за борт, а другой схватила принца за рукав, предотвратив его падение. Прохрипев слова благодарности, Рик поднялся с коленей, придерживаясь за ствол дерева, и тут же отдернул руку: гниющая кора отпадала струпьями, внутри копошились белые черви.
  Гнетущая тишина разрывала барабанные перепонки, казалось, что он даже не слышит стук собственного сердца. Сага процедила сквозь зубы какое-то ругательство и потерла ушибленное бедро.
  Рик осмотрелся. Куда подевались все краски? Почему небо теперь представляет собой вечную чернильную кляксу? Почему у моря такой траурный цвет? И откуда взялись пепельные хлопья? Он проводил безучастным взглядом спутницу, которая, прихрамывая, добралась до рубки.
  - Магвигатор продолжает сходить с ума, - констатировала Сага, вернувшись на прежнее место. За плечами предусмотрительной девушки висел мешок, а на руку была намотана веревка. Так же как и ее спутник, Сага старалась не задерживать взгляд на дереве и на висельниках.
  - Пойдем. - Она вознамерилась покинуть корабль и поэтому приматывала к основанию мачты веревку.
  Эверикон задумчиво поймал седую 'снежинку', которая оставила на пальцах грязные разводы. Да, отсиживаться на Скитальце не имело смысла, и он последовал вниз за Сагой.
  
  
  Глава 9
  
  An angel runs
  Thru the sudden light
  Thru the room
  A ghost precedes us
  A shadow follows us
  And each time we stop
  We fall
  
  Jim Morrison
  
  Абелоун устало откинулся на спинку стула из красного дерева и помассировал виски. Боги как он устал! Все эти 'явки с повинной', объяснения, извинения на официальном уровне. И братец Граннус хорош!
  'Ты заварил - тебе и расхлебывать', - без обиняков заявил он. К счастью, братец не знал, что Вальесу в качестве награды была обещана единственная дочь монарха. Но об этом уже можно было не беспокоиться, потому что недавний провал Вальеса отменил сделку.
  Архимаг перевел взгляд на фарфоровую посуду и белоснежные салфетки, похожие на тонкошеих лебедей. Достаточно одного жеста и стол будет ломиться от разнообразных яств. Но есть не хотелось. В моменты поражения, - а таких на его счету было жалкое количество, - аппетит куда-то исчезал. С писаницы во всю стену на Абелоуна взирал Цезерин. В глазах святого сквозило сочувствие.
  Мужчина сделал поперечный пасс ладонью: из шкафа выпорхнула сменная одежда. За дверью - он не слышал, а чувствовал, - притаились две красавицы-адептки, готовые придти по первому зову. И он позвал.
  Ловкие пальцы одной массировали каждую мышцу спины, и по телу струилось приятное, расслабляющее тепло. Вторая адептка отправляла архимага на седьмое небо, с помощью рта и проворного язычка. Абелоун почти забылся, но магическая клепсидра на столе возвестила о запланированной встрече с Вальесом. Вдобавок ко всему, аудиенции герцога предшествовала другая, незапланированная встреча. Встреча, которая представлялась ему такой нужной и такой нежеланной.
  Широкое зеркало, по соображениям безопасности прикрытое темным сукном, уже минуту как подавало признаки жизни. Способ секретной связи с архимагом был известен немногим. Но Грифф Монт Гайтон - а это был именно он - с некоторых пор входил в число 'немногих'.
  - Nars Lann, Ваше Святейшество, - эльф учтиво склонил голову, приветствуя Абелоуна.
  - Здравствуй, Грифф, - безупречно одетый архимаг отошел от зеркала на один шаг. Он снова был один, а о его минутных слабостях напоминал лишь запах апельсинового масла, которым его растирала розовощекая адептка.
  - Среди людей, говорят, есть заядлые рыбаки, - вкрадчиво начал Грифф, - и они знают, как и когда следует подсечь рыбу...
  - Обойдемся без аллегорий, - Абелоун прекрасно помнил, что в приемной, нервно похрустывая костяшками пальцев, ждет Вальес Третий.
  - События на Vibrissa Mantis* были... некстати, - пояснил Грифф, позволив себе короткий вздох.
  - Я никогда не упускаю предоставленного шанса. - Весь облик архимага говорил о том, что он считает любое свое действие правильным. Жаль, что вмешались маги Гортакса. А уж белобрысую пигалицу он рано или поздно обезвредил бы.
  - Что за девочка с Юстинианом? - Абелоун попытался пролить свет на давно занимающий его вопрос.
  - О! Если ни Вы, ни 'псы' до сих пор не сцапали ее, то девочка дорогого стоит! - ответ эльфа был туманным.
  - Наш уговор еще в силе? - Абелоун казался задумчивым, но на самом деле рассматривал фон за спиной эльфа. Широкое окно казалось рамкой, обрамляющей картину живописного сада: резкий контраст тени и света, пушистые шары гортензий, кусочек ясного неба.
  - Уговор в силе, - слащавая внешность Гриффа как никогда напоминала Инфернуса. Он позволил себе упрек: - Если бы не Ваши шпионы, то мы оба сейчас имели бы желаемое.
  - Что-то еще? - рука архимага потянулась за сукном.
  'Послушай, мерзкая эльфийская рожа, я знаю, что именно ты стоишь за утечкой информации о Юстиниане. Ты сделал так, чтобы о нем узнали маги Гортакса, хельмы, тролли! Даже джамнов не забыл! Хотя в королевстве Джамнов есть стихийная чародейка, охраняемая так, что к ней не подберешься. Ты, Грифф, ведешь двойную, тройную игру!' - обвинение вертелось на языке Абелоуна. Озвучь он его и эльф будет иметь бледный вид. Однако архимаг умело скрывал эмоции, не позволяя им взять верх над расчетливым разумом.
  - В следующий раз не поддавайтесь искушению, Ваше Святейшество, а предоставьте все профессионалу. И не смотрите на меня, как на предателя. У меня свои мечты, свои мотивы.
  Абелоун кивнул, стер с зеркала изображение эльфа. С какой радостью он проделал бы то же самое в реальности, но сделка - есть сделка. У Гриффа действительно был веский мотив. Он небрежно накинул сукно на зеркало и, хлопнув в ладоши, скомандовал:
  - Пригласить Вальеса!
  Встреча с несостоявшимся родственником была удручающа. Обычно уверенный в себе герцог старательно избегал взгляда Абелоуна, сбивчиво описывая подробности путешествия.
  - Сначала мы предполагали, что все дело в хитроумных заклинаниях, коими в высшей степени владеет принц Юстиниан. Мы тщательно изучили камни, но так ничего и не выяснили.
  - Забудь о своих камнях, - Абелоун задумчиво потеребил край белоснежной салфетки, - следы явно ведут к троллям. С них и спрос. Поедешь в Тролланд.
  - Но я ничего не смыслю в боевой магии, - Вальес вообразил, что его оправляют объявлять троллям войну.
  - Главное, что ты смыслишь в переговорах, - архимаг решил дать герцогу еще один шанс. - Сначала торгуйся, а потом обещай им часть южных морей и остров Тарр. Делай все, чтобы вернуть Юса. А повоевать мы еще успеем.
  Вальес Третий изобразил изящный поклон, в который вложил чувство бесконечной благодарности и преданности главе дома Цезерина. Значит, война с троллями откладывалась.
  
  Остров, на который ступили путники, представлял собой бедную, каменистую землю с густым слоем сажи на камнях, на засохших деревьях и на давно увядшей траве. Здесь почти не чувствовался досаждающий ранее смрад, хотя воздух по-прежнему оставался неподвижным. Рик попробовал призвать ветер, и тот с готовностью откликнулся, но, по-видимому, остров и часть акватории окутывало магическое поле, которое не позволяло силам природы проникать внутрь. От этого становилось не по себе. Какие силы притаились в глубине безжизненного острова? Сага молча указала в сторону. Вдоль берега громоздилось такое большое количество разнообразных кораблей, что вопрос напрашивался сам собой: а не ловушка ли это?
  - И, главное, кто тот паук, сплетший безупречную паутину? - подытожила Сага, внимательно выслушав подозрения принца, высказанные вслух. Рик смотрел на нее и удивлялся тому, что девушка ничем не выказывает испуг. Ее бесстрашие тайно восхищало принца, он мечтал, что в один прекрасный день научится встречать любую опасность с похожим хладнокровием.
  Сага прошлась вдоль кромки воды, нагнулась, разгребла песок, нахмурилась, подмечая одну особенность: песок возле берега был абсолютно черным.
  'Чудно!' - девушка посмотрела на руки. Да, следы сажи присутствовали на поверхности, однако это никак не влияло на цвет песка, который изначально имел черный цвет. Помимо многочисленных обломков, берег обрамляли полузатонувшие и просто севшие на мель фрегаты, красавицы-каравеллы и даже галеон. Некоторые из них были достаточно новыми, иные настолько старыми, что казались какой-то заморской диковиной. Потому что в последнее время никто не строил им подобных. Иные являли собой лишь догнивающие остовы. Дальнейшее изучение острова не принесло новых открытий: камни, сухие деревья, редкие клочки травы, и черные хлопья сажи, падающие сверху. Чем дальше они отдалялись от берега, тем камнистей становилась дорога, иные камни так и норовили выскользнуть из-под ног.
  - Смотри! - Сага первая заметила корпус высокобортного, одномачтового корабля - вполне добротного. Отсутствие пробоин и наличие паруса настолько воодушевили девушку, что она принялась строить планы на скорейшее отплытие. Ведь с помощью магии, наверняка можно переместить корабль на воду. От дельных мыслей отвлек Рик. Он указывал куда-то в сторону валуна, примостившего округлые, прокопченные бока у тлеющего дерева. Там находился мальчик лет десяти. Неровно обрезанные патлы смешно топорщились в разные стороны. Когда он обернулся на звук шагов, Сага не увидела на его лице ни капли испуга. Мальчик ждал, когда они подойдут ближе.
  - Эй, привет! Ты кто? - дружелюбно улыбнувшись, Рик помахал рукой.
  Мальчишка долго молчал, прежде чем дать ответ:
  - Шелунд из рода Борссо. А кто такие вы? - Он говорил с сильным акцентом и довольно медленно. Было заметно, что мальчишка с большим трудом вспоминает лексику всеобщего языка.
  - Он - Рик, я - Сага. - Девушка тут же поинтересовалась происхождением нового знакомого: - Откуда ты? Судя по акценту, издалека. Я такой впервые слышу.
  Мальчишка вновь замолчал, осмысливая услышанное, а затем разразился безудержным хохотом.
  - Похож на припадочного, - шепнула Сага. - Будь начеку.
  Принц кивнул. Хотя он и безо всяких предупреждений понимал, что осторожность будет не лишней. Шелунд из рода Борссо... Где-то он слышал это имя.
  - Все правильно. Скоро разучусь разговаривать, - прервавший веселье Шелунд все так же тщательно подбирал слова.
  - И давно ты здесь? - поинтересовался Рик.
  - Давно, - ответил он, на секунду прикрыв темные как омут колодца глаза. - Хотя это зависит от восприятия времени, не так ли?
  Путники переглянулись. Если малец вздумал философствовать, он явно ошибся с выбором публики.
  - Я расскажу вам свою историю, если хотите, - продолжал Шелунд, глядя поверх голов Саги и Рика. Мальчишка стоял на каменном пригорке, поэтому на тот момент был выше собеседников.
  - Хотим, - коротко ответила девушка.
  - Я плыл с родителями в Хельм. Заснул, а проснулся от сильного шторма. Он вынес корабль сюда. Часть команды погибла, часть потерялась во время сильной качки. С тех пор остров - мой дом. Добро пожаловать на Черные пески Харона. - Саге не понравилось выражение глаз Шелунда, когда он произносил последнюю фразу. В них промелькнула садистская искорка.
  - Чем ты здесь питаешься? - вполне логичный вопрос от принца, казалось, привел Шелунда в замешательство.
  - Питаешься? - переспросил он.
  - Ну, ешь. Еда? - Рик для верности зачерпнул воображаемой ложкой воображаемый суп.
  - Рыба, - ответ был донельзя прост и очевиден.
  - Ну а что насчет трупов в прибрежных водах? - Сага вспомнила ужасающую картину и с отвращением поморщилась.
  Мальчишка ловко спустился с пригорка и подошел ближе. Теперь его собеседники могли рассмотреть его аккуратный, но безнадежно устаревший костюмчик и сбитые сапоги.
  - Много кораблей, - мальчик облизнул тонкие губы. Рот-черточка придавал ему сходство с рептилией. - Их притягивает к Черным пескам Харона.
  - А где это? - тут же поинтересовалась Сага.
  - Нигде, - Шелунд пожал плечами. Он указал на одномачтовый корабль, ранее запримеченный Сагой, и пояснил: - Вон мой дом. Я никого туда не пускаю.
  - Да мы и не напрашиваемся, - уверенно сказал принц. - Нам бы хотелось уплыть отсюда.
  Губы собеседника искривились не то в отвращении, не то в злорадной усмешке:
  - Отсюда невозможно уплыть. А вы не рассказали кто вы.
  - Мы из хельмов, недавно поженились, - Эверикон взял девушку за руку. - Ехали в Гортакс за лучшей жизнью. Там, говорят, проще найти работу. Хотим выращивать хлопок.
  Мальчишка кивнул головой, удовлетворенный ответом, а затем неловко пошутил:
  - Выращивайте здесь.
  Путники заставили себя улыбнуться и спросили о скитальцах. Маленький пленник острова мало что знал о таинственных кораблях. Лишь то, что те время от времени появляются возле острова.
  - Иногда полные морских бандитов, иногда пустые, - Шелунд с безразличным видом завершил краткий рассказ.
  - Морских бандитов? В смысле, пиратов? - переспросил Рик. Меньше всего ему хотелось бы наткнуться на них. - Они здесь?
  - Нет, - маленький пленник покачал головой. - Одни дерутся насмерть, другие умирают от тоски.
  Путешественники переглянулись. Ужасно, когда из ряда вон выходящие вещи кажутся обыденными.
  Сага предложила мальчику присоединиться к поискам подходящего для долгих путешествий корабля, но Шелунд отчего-то приуныл и проворно исчез в трюме своего одномачтового дома.
  - Безумный тип со странными глазами, - подытожила девушка. Она собиралась пересечь остров и обследовать противоположный берег. Кто знает, может там посчастливится найти уцелевший корабль?
  Эверикон неотступно следовал за ней, с радостью отмечая то, что Сага не спешит разрывать сплетение их рук.
  - Наверное я слишком требовательна к ребенку, правда? - девушка продвигалась вперед, продолжая рассуждения. - Тут каждый свихнулся бы от такой беды: один на острове в окружении трупов. Еще и пираты иногда наведываются. Надеюсь, что мы сможем уладить вопрос с кораблем. А если Шелунд заупрямится, то подержишь его. Что мы, вдвоем с мелкотой не справимся? Он еще нам спасибо скажет. Рик! Ты меня слушаешь?
  - Что? - принц крепко задумался о чем-то своем и теперь виновато улыбался: - Прости. Все прослушал.
  - О! Да ты прямо-таки вошел в образ настоящего муженька, пропускающего мимо ушей пустую трескотню любимой жены, - съехидничала Сага.
  - Очень любимой, - Эверикон наклонился к ее губам, надеясь на поцелуй. Она легонько оттолкнула его, продолжая ехидничать:
  - Эй, забыл, что я не Шугри? Вот Шугри завалила бы тебя под первым попавшимся кустом. Она падка на титулы.
  Эверикон предпочел временно капитулировать, нежели напрашиваться на дальнейшие разборки и поэтому сменил тему:
  - Видела название корабля, в котором живет Шелунд?
  - Нет. А ты?
  - Он называется 'Dakhl'. Это на федрунском наречии.
  - Федруны, - Сага надула щеки и шумно втянула воздух носом. - Что-то знакомое.
  - Коренные жители острова Анго, который сто тридцать лет назад заселили джамны, - юноша вспоминал нудные лекции Арнедо.
  - Разве это не легенда? - Сага засомневалась в его версии.
  - Нет. Я читал трактат об исчезнувших племенах. - Он обернулся: - И, кстати, на месте этого мальчишки я повел бы себя совершенно иначе.
  - Иначе? Да ладно тебе! Мне кажется, что он просто немножко сбрендил.
  Рик не спешил соглашаться, но и возражать не стал. Прогулка по острову не была приятной. Они вывозились в саже и прикончили весь запас питьевой воды, а поиск подходящего корабля закончился провалом. Хорошо что на острове не водилось опасной живности, точнее, на острове вообще никого не водилось.
  Низкие тучи над островом казались постоянным явлением. Сколько бы Рик ни вглядывался в небо, взгляд всегда натыкался на однообразную картину: тучи лениво и неохотно перемещались с одного места на другое. Иногда создавалось впечатление, что они просто меняются местами. Из-за постоянных сумерек, путешественники потеряли счет времени. Ночевать решили под широкой лодкой, предназначенной для перевозки легких грузов с корабля на берег и наоборот. Молодой маг предложил использовать ее для дальнейшего путешествия, если им не подвернется ничего более стоящего.
  - Далеко на ней не уплывешь, - его спутница скептически улыбнулась, указав на частичное отсутствие правого борта. - Наверное акула постаралась.
  Принц посмотрел на неровные края и вздохнул. Казалось, что еще немного, и он услышит треск дерева, сминаемый мощными челюстями, и крики несчастных моряков. Незавидная участь.
  Путешественникам очень хотелось пить, но поблизости не было ни одного источника пресной воды. Но в данный момент юношу беспокоило нечто иное: любое заклинание, касающееся стихийной магии, заканчивалось неудачей.
  - Магвигатор тут сходит с ума, твои заклинания не срабатывают, - перечисляла Сага, загибая пальцы, - и погода одна и та же.
  Рика внезапно осенило:
  - Одним словом, место магического всплеска!
  - Чего?
  - Я читал о них в трудах Арнедо. Такие места очень редкие. Как правило, их огораживают защитным куполом, чтобы никто не пострадал от их воздействия.
  - Мне кажется здесь полным-полно 'страдающих', - фыркнула Сага.
  - Вот это и странно! - воскликнул принц. - Потому что такого не должно быть!
  - Тебе видней. Я в магии ничего не смыслю.
  - Кстати, я вспомнил, что в моей библиотеке был справочник о знаменитых старинных фамилиях. В нем упоминался род Борссо. Кажется, именно на Шелунде прерывается их род.
  - И что? - Сага села, поджав под себя ноги.
  - Если я ничего не путаю, мальчишке сейчас должно быть сто с лишним лет.
  - А если это не он, а сумасшедший самозванец? - резонно возразила девушка.
  - Да, наверное. - Принц не был уверен в своей правоте. Память часто избавлялась от обилия несущественной информации, оставляя только самое главное. А лиц семейства Шеллундов, изображенного на картинке, он не запомнил.
  - Где бы разжиться водой? - Рик облизнул сухие губы. С каждым часом жажда усиливалась, и он уже был готов идти к одномачтовому кораблю, расспрашивать мальчишку о местном источнике воды.
   Сага вручила ему апельсин. Прозорливые тролли снабдили запасом провианта, в котором наличествовали сочные фрукты. А вот воды пожадничали.
  Кисло-сладкий сок апельсина приглушил жажду и Рик расслабленно растянулся на земле, ничуть не беспокоясь о том, что одежда будет бесповоротно испачкана сажей. Краем глаза он наблюдал за тем, как Сага ползет под лодку, устраиваться на ночлег. После короткого отдыха юноша с завидным упорством пытался пролить свет на мучивший вопрос: неужели его магия здесь ничего не значит? Стихия по-прежнему была глуха к его призывам, однако остальные заклинания творились без проблем.
  Он приблизился к кромке воды, пытаясь рассмотреть грань, отделяющую остров и прибрежные воды от остального мира, но ничего не увидел из-за тучи пепла, витающей вдалеке. Рик вернулся к месту ночевки и заполз под лодку. Земля была теплой, поэтому отсутствие плаща ощущалось не так остро. Лежащая без сна Сага тихо вздохнула, думая о Свирельке. Чудесная пикси наверняка бы вытащила их из этого мрачного места.
  В кромешной тьме лишь тихий плеск волн и далекое кряхтение корабля - одного из тех несчастных, севших на мель, красавцев. Что-то тревожило душу, липло обеспокоенной мыслью, прогоняло сон. Девушка протянула ладонь и, нащупав рукоять меча, крепко сжала ее. Так гораздо спокойнее.
  - Ты спишь? - слева раздался шепот Рика. Накопившаяся за день усталость почему-то совсем не способствовала крепкому и здоровому сну.
  - Нет, - буркнула она. - Если тебе хочется пить, возьми еще один апельсин.
  - Я не про то, - принц вздохнул.
  - А! - понимающе протянула она, интерпретировав его вздох по-своему, и тут же предупредила: - Если станешь приставать - прибью на месте.
  Принц насмешливо фыркнул. Кладбище кораблей, утопленники, постоянная жажда совсем не способствовали романтическому настрою.
  Немного помолчав, он спросил:
  - Ты кого-нибудь любила по-настоящему? Чтобы до дрожи в коленях?
  Девушка задумалась и, вслушиваясь в отдаленный шум прибоя, на минуту представила, что она сейчас на Хирше. Провинилась и убежала из дома, и не возвращалась до тех пор, пока мать не переставала сердиться. Она часто практиковала подобные бегства даже без повода. Особенно летом, когда в доме стояла ужасная духота. Правда тогда рядом не было степенного и рассудительного Рика. Если бы не этот глупый закон, запрещающий простолюдинам связывать себя узами брака с королевскими особами, то ее ответ был бы очевидным!..
  'Гром и молнии! - Сага мысленно одернула себя. - Какой смысл в этих мечтах? При иных обстоятельствах Эверикон Сейд Андорр Элефирский никогда в жизни не стал бы общаться с голодранкой'.
  - Сага? - Рик настойчиво напомнил о заданном вопросе.
  - Нет, не любила. На Хирше были мальчишки, которые мне нравились, но это было так по-детски: сегодня нравится, завтра - нет. А ты когда-нибудь любил?
  - Лет в двенадцать я влюбился в девушку, изображенную на картине Перра Фалда, известного орбанского художника, - со смехом в голосе вспоминал молодой маг. - Других симпатичных девушек на Уинфреде не водилось. Уинфред - довольно безлюдное место. Теперь-то мне есть с чем сравнивать.
  - Бедняга, - ядовито прошептала Сага, - не удивительно, что ты так быстро переметнулся к Шугри.
  - Когда-нибудь ты напросишься - и я прокляну тебя! - выпалил обычно невозмутимый принц.
  - Ой, как страшно! - девушка зевнула, демонстративно повернувшись к нему спиной.
  
  Пробуждение было долгим и медлительным. По крайней мере, для Рика, которому снились попеременно то запотевшие кувшины сока на серебряных подносах, то холодный лесной ручей, полный пресной воды. Во сне он жадно опустошал емкости с соком и припадал губами к прохладной воде. Эверикон потер глаза и потянулся, насколько позволяло пространство под перевернутой лодкой. В щели меж досками серел рассвет, не похожий ни на один из ранее виденных им рассветов.
  - Рик, а ты точно принц? - раздался голос Саги, немного охрипшей после сна.
  - Я уже ни в чем не уверен, - пошутил он. - А что?
  - Постоянно жду от тебя капризов, требований изысканных блюд и разговоров о необходимости личного цирюльника.
  - И?
  - И никак не дождусь.
  Принц рассмеялся. Он успел насмотреться на 'брата' и 'сестру', которые обожали изводить окружающих людей, особенно слуг, своими капризами. Нет, это, определенно не его линия поведения. Капризничают дети, а он - будущий король, на котором лежит ответственность за народ королевства Хельм.
  - Если я поплачу и потопаю ногами, ведро пресной воды не появится, так ведь? - резонно рассудил он.
  - Ты будешь хорошим королем, - зевнув, сказала Сага.
  - Надеюсь. А теперь дай мне апельсин, а не то увидишь принца в истерике.
  Немного подкрепившись, пленники острова пошли к берегу, надеясь на то, что сегодня-то им уж точно повезет с поисками уцелевшего корабля. На берегу стоял удушающий смрад от выплюнутых морем трупов. Последовав примеру Саги, Рик стянул с головы бандану и повязал на лицо. Пожалуй так дышалось немного легче.
  - Как же это их, а? - каждый раз вздыхала девушка, перешагивая через очередного бедолагу.
  - Смотри, у этого руки нет, а у того ног, - Рик пересилил себя и решился взглянуть на погибших людей. - Тоже акулы?
  - Возможно, - в голосе Саги не было уверенности. - Но, знаешь, они ведь могли перессориться, подраться за еду, воду или сокровища.
  - А мы? - тут же спросил юноша. - Насколько далеко зайдем мы?
  - Думаю, что не дальше пинков и оплеух, - отшутилась спутница.
  Мучительное чувство жажды заставило повернуть в сторону корабля, хозяином которого был странный мальчишка. Их перемещения по острову были осторожными и обдуманными. Иногда по пути попадались тлеющие деревья, точнее, то, что от них осталось. Местами путники набредали на кострища: старые, запорошенные пеплом.
  Угрюмый 'Dakhl' встречал их спущенным, почерневшим от сажи парусом. Не найдя якорного троса, путешественники воспользовались 'кошкой' и веревкой. Сага мысленно поблагодарила Нанта за то, что не оставил их с пустыми руками, снабдив самым необходимым. Мальчишка, по всей видимости, куда-то отлучился, потому что скрип досок и шаги визитеров не услышал бы только глухой.
  Сагу привело в восторг наличие неповрежденного штурвала и уцелевшего такелажа, состояние которого она оценила как 'вполне себе сностное'. Навигационные приборы были настолько необычными, что принцу показалось, будто он находится в музее (который учителя-наставники устраивали на дому посредством магии). Здесь даже присутствовал уцелевший кованый фонарь, с огарком оплывшей свечи.
  Намерение спуститься в трюм налетело на преграду в виде намертво запечатанного люка. Если бы не магия Рика, им пришлось бы покорно ждать прихода мальчишки. Честно признаться принцу не хотелось лезть внутрь. Не потому что было страшно, а потому что он считал подобное вторжение выше собственного достоинства. Однако, в их ситуации, выбирать не приходилось. Он вздохнул, потряс волшебный пузырь, и зашагал вниз по ступеням. То, что они увидели внутри корабля, меньше всего смахивало на трюм, скорее, на небольшие комнаты в доме зажиточного горожанина. Какие-то предметы неплохо сохранились, какие-то несли на себе отпечаток времени. Покрывала были протерты в нескольких местах, занавески махрились, краска на картинах поблекла и облупилась. На пыльных комодах лежали вышитые салфетки, в дальнем углу ютилась ваза в половину человеческого роста. В гостиной царил маленький беспорядок. Чего здесь только не было: и старомодные камзолы для взрослого мужчины, курточки для мальчика и даже что-то вроде праздничной одежды, с кружевными манжетами в три слоя. И повсюду витал стойкий запах затхлости.
  - Вот это зашли! - Сага поморщилась. Конечно, воздух наверху не был свежим и приятным, но из двух зол она бы предпочла выбрать меньшее. Взгляд девушки упал на плотно закупоренные бутылки, выстроенные в линию у стены. Схватив одну, она вытащила зубами пробку и принюхалась.
  - Чистая вода! - таким был ее вердикт после первого осторожного глотка.
  - Интересно, откуда он берет воду? - поинтересовался Рик, нехотя оторвавшись от бутылки.
  - Похожа на колодезную, - запасливая Сага запихнула пару полных бутылок в свой мешок. - Мы ведь не все осмотрели. В основном, берег.
  Юноша нечаянно поддел мыском поставленную на пол бутылку, и та укатилась под кровать. Чихая от пыли, принц шарил рукой по полу, не в силах взглянуть на пушистые серые клубы грязи. Вместе с 'беглянкой' он вытянул на свет кованый сундук.
  - Там, что, сокровища? - девушка тот час же заинтересовалась находкой Рика.
  - Не знаю, но от него исходит магия. - Юноша отдал ей снятые перчатки и сделал резкий пассы. Из-под крышки сундука раздалось шипение - словно в огонь плеснули воды.
  - Магический замок, - констатировал принц. Несколько начерченных мелом рун решили проблему закрытого замка, и крышка послушно откинулась.
  Вместо драгоценных камней и золотых монет в недрах сундука лежали исписанные бисерным почерком бумаги и перехваченный серебряной ниткой локон. Сага не поленилась вытряхнуть все содержимое.
  - Неужели ни одной завалящей монеты? Или карты сокровищ? - Она вновь перебуровила сваленные в кучу бумаги, мешая Рику изучать найденные документы.
  - Что это за чертежи с цифрами? - Сагу постигло еще одно разочарование. Ни одной карты! - И почему все на эльфийском?
  Юноша не отвечал, жадно вчитываясь в записи, будто боялся, что те исчезнут с поверхности старого пожелтевшего пергамента.
  - Послушай, - неожиданно сказал он, пробежав глазами по последней странице пергамента, а затем, вернулся к первой: - это записки эльфийского мага. А чертежи с цифрами означают расчеты лунных фаз. Ты только послушай! 'Анеройд из рода Борссо в отчаянии: его сын стал одержимым. Есть мнение, что одержимость - следствие экспериментов по некромантии, которую практикует отец мальчика. Доподлинно известно одно: естество Шелунда срослось с потусторонней сущностью. 'Друг' - так называет его юный граф.
  'Многие дети выдумывают себе воображаемых друзей' - часто повторяла графиня Борссо. Мы почти поверили ей, а потом нашли ее иссушенный труп в оранжерее'. - Рик поднял глаза, одарив спутницу мрачным взглядом: - Ты понимаешь, как мы рискуем? - и, не дожидаясь ответа, продолжил: - Тут внушительный список экспериментов, которые проводил эльф, пытаясь расколдовать мальчишку. Но все бестолку. Мальчишка уничтожал целые деревни, а потом говорил, что они просто играли.
  Сага поспешно заметала следы их присутствия, складывая записи обратно в сундук и сожалея о выпитой воде. Только бы Шелунд не заметил!
  - Подожди! - Эверикон остановил ее и, вытянул из вороха записей, одну-единственную страницу, испещренную фигурами и формулами, и спрятал себе в карман. - Это может быть единственным шансом на наше спасение, - с некоторой обреченностью пояснил он.
  - А что дальше? - Сага расставляла бутылки по местам.
  - И верни те бутылки, что ты взяла, - потребовал Рик, тщательно стирая руны с крышки закрытого сундука. - Дальше, чтобы избежать скандала, эльф и Анеройд обратились к высшей магии. Все что ты видишь здесь - искусственно созданная среда. Отец любил сына и не хотел причинять ему зла, и уж тем более убивать. В общем, его просто изолировали, думая, что таким образом он теперь и мухи не обидит.
  - Ничего себе 'искусственная среда'! - девушка окинула взглядом комнату. Вроде бы все на прежних местах, за исключением двух бутылок. Точнее, бутылки присутствовали, но без содержимого. - А вообще я бы на месте магов вознесла здесь дворец из мрамора и сад с фонтанчиком.
  - Пойдем скорее, - принц прервал ее фантазии и потащил к выходу.
  Им повезло, ибо Шелунда поблизости не наблюдалось. Посовещавшись, путешественники решили отправиться на поиски пресного источника. А затем - прочь с острова, хоть на разбитом корыте, хоть на двухвесельной шлюпке.
  Они так спешили, что едва не проглядели постройку, сильно похожую на курган. Ежесекундно опасаясь подвоха, путешественники зашли внутрь. Яркий свет магического шара осветил круглую камеру, довольно просторную, сложенную из тесаного известняка, с потолком в виде конического купола. Сага возликовала, потому что ровно посередине находился круглый, сложенный из белого камня, колодец. Отложив шар в сторону, Рик вытащил 'позаимствованную' страницу из эльфийских записей. Почему эльф так и не провел обряд разделения мальчика и темной сущности? Не смог? Помешали?
  - Вот и сухопутная крыса к нам пожаловала! - со злостью воскликнула Сага. Она откупорила флягу и подошла к колодцу, чтобы набрать воды, но тут же отпрянула, увидев появившееся из колодца существо. Точнее, это была тень - тонкая, не меньше двух метров в высоту, с раздутым капюшоном кобры вместо головы.
  - Заждался я вас, молодожены, - голос существа был похож на скрежет металла. - Сначала позабавлюсь с девчонкой, а затем с мальчишкой, - существо сделало прыжок вперед, нацелившись на Сагу. Реакция девушки была отменной: она запустила флягой в тень и рванула меч из ножен. Удачный выпад и клинок вошел в тело, похожее на вязкий кисель. Существо хватило Сагу по руке, из оставленных царапин закапали алые капли.
  - Пригнись! - Крик Эверикона заставил ее вздрогнуть. Она послушно пригнулась и откатилась в сторону. В существо впечаталась сфера, похожая на ком из сплетенных серебристых молний. Рик помог Саге подняться, и они поспешили к выходу.
  - Маг! Наконец-то на моем острове объявился маг! - ревело вдогонку дезориентированное существо. - Я буду отрывать твои тонкие человеческие пальчики по одному в день!
  Они бежали, не разбирая дороги. Рик на ходу залечил раны спутницы и предложил разделиться.
  - Это прямой путь к самоубийству! - кричала она.
  - Нет! Нужно найти Шелунда! Он сейчас спит. А когда он спит - на волю вырывается его личный демон! Так сказано в записках эльфа.
  - Да что его искать? Вон он! - Сага указала на маленькую скорченную фигурку. Шелунд лежал на каменной насыпи, бледный, припорошенный пеплом.
  - Вставай! Вставай же! - девушка безжалостно хлестала мальчишку по щекам. Да только тщетно, он оставался неподвижным, а дыхание его было глубоким и размеренным.
  Судя по треску камней, демон вырвался наружу и направлялся по следу беглецов.
  Юноша прошептал какое-то заклинание над мечом Саги, а затем бросился рисовать треугольник, острие которого направил на спящего мальчишку. Затем он принялся за начертание окружности. Часто сверяясь с бумажкой, он изображал руны - сложные и заковыристые - однако у него все получалось так слаженно и скоро, что Сага невольно восхитилась: 'Ого! Будто всю жизнь только и рисовал свои закорючки'.
  'Боги, что я несу? Он действительно только этим и занимался', - девушка тут же поправила себя.
  Пара секунд отделяла беглецов от демона, предвкушающего кровавый пир, но и этих секунд было достаточно для того, чтобы активировать заклинание. Густой поток огня устремился в сторону атакующего. Но демон оказался куда проворней. Существо самодовольно взвыло и протянуло к Эверикону крючковатые пальцы: рукава рубахи вспыхнули ярким огнем и если бы не быстрая реакция Саги, у Рика было бы гораздо больше ожогов. Она вытряхнула из сумки плащ и накинула на принца.
  Воспользовавшись заминкой, демон схватил девушку за ногу и поволок в сторону. Сгруппировавшись, Сага рубанула мечом: зачарованная сталь оттяпала клешню существа, и оно взвыло - не только от боли, но и от удивления. Протяжный вой, казалось, придал Саге сил, и она закружила демона в смертельном танце: рубя, подныривая, жаля, отступая и снова наступая. Благодаря ей, Рику хватило времени на активацию еще одного заклинания. Он не мог заманить верткую тень в контур, но мог пойти на хитрость и, зачерпнув губительной энергии, направить ее против демона. Руны на ногтях сверкали золотом, а в руках горели сгустки магической энергии, вытянутые из заново начерченного магического контура. Заклинание разорвало демона в клочья, а ударная волна откинула Сагу в сторону. Она только успела обхватить голову руками, чтобы не приложиться ею о камни.
  - Гадина! Гадина! - не своим голосом заорал забившийся в конвульсиях Шелунд. - Ты убил нас двоих!
  Принц ощутил как под ногами задрожала земля. Юноша поспешил оживить контур и вновь зачерпнул из него силы, готовясь дать отпор Шелунду из рода Борссо. Мальчишка поднялся и, ссутулив плечи, шаткой походкой пошел на Рика. С каждым шагом его лицо становилось старше. Не дойдя пяти шагов до принца, Шелунд упал. Теперь это был седой старик - сгорбленный, иссохший, готовый обратиться в тлен.
  - Кто ты такой? - с трудом просипел старец, адресуя этот вопрос Эверикону. - Что за великая сила в тебе? Ты - архимаг?
  - Да, - ответил сквозь зубы Рик.
  - Архимаг! - Лицо старика скривилось в горькой предсмертной усмешке.
  Принц подбежал к пытающейся подняться Саге и усадил обратно на землю. От пережитого потрясения он почти не ощущал боли от ожогов. В воздухе носились седые хлопья, небо по-прежнему хмурилось, но у Рика было такое чувство, будто взошло солнце.
  
  *Ус Богомола (лат.)
  
  
  Глава 10
  
  Вот перед нами лежит голубой Эльдорадо
  И всего только надо опустить паруса
  
  Ва-Банкъ, 'Эльдорадо'
  
  - Гром и молнии! - хорошее настроение Саги вмиг улетучилось. Она вытряхнула из мешка поврежденный магвигатор и попыталась соединить отколотые детали. Ничего не получалось. Магвигатор не реагировал.
  - Эк его приложило, аж стекло треснуло! - девушка бережно собрала детали и завернула их в тряпицу. Она все еще надеялась починить прибор, такой необходимый в морских путешествиях.
  У берега покачивался на волнах пришвартованный 'Dakhl'. Отдохнувший и подлечивший ожоги Рик сумел переместить корабль на воду. Вид корабля, равно как и воспоминания о его хозяине вызывали неприятные чувства, но иного выхода как убить чудовище у них не было. Уж если всемогущие эльфы не смогли излечить одержимого мальчика, то Рик и подавно был бессилен против одержимости и темной магии.
  - Сколько ему было лет? - Сага невольно поежилась, вспоминая Шелунда.
  - За сотню - это уж точно! - нехотя ответил принц. После тех злоключений он едва сомкнул глаза. Сны были бессвязными и тревожными.
  - Как думаешь, мы могли бы спасти его? Ну, разделить?
  - Наверное. - Рик устало вздохнул. - Только после разделения Шелунд точно так же состарился бы и обратился в прах.
  - То есть он не старился благодаря могуществу того демона?
  - Определенно так.
  Сага вновь поежилась, подумав о незавидной участи мальчишки.
  - Ладно! Давай выбираться отсюда, - взявшись за край лодки, принц спихнул ее в воду, и, запрыгнув на борт, поторопил девушку: - Идем!
  Закинув за плечо походный мешок, Сага пошла по широкой полосе, следу оставленному лодкой - той самой, под которой они коротали предыдущую ночь. Рик помог девушке перебраться через борт и взялся за весло. Второе весло они так и не нашли. Сага обернулась и посмотрела на медленно удаляющийся берег и полоску песка со свежими следами.
  - Черные пески Харона стали последним пристанищем Шелунда из рода Борссо, - тихо прошептала она, однако принц ее услышал.
  - Да. Но теперь тот, кто по несчастью попадет сюда, избежит участи тех бедолаг, - юноша кивнул в сторону опухших тел, сгрудившихся возле севшей на мель каравеллы.
  - И все благодаря тебе, - улыбнулась Сага.
  - Разве? - Рику было приятно, что девушка такого высокого мнения о его способностях. - Ты тоже не сидела сложа руки, - сказал он, вспоминая ее смертельную пляску с мечом. - Кто тебя учил драться?
  Она поморщилась, но все же решила не игнорировать его вопрос:
  - Отец. Не настоящий, а тот, который на самом деле отчим.
  - И тебе нравилось такое занятие? - Белобрысая спутница с первых минут знакомства ломала его представления о женском поле.
  - Очень! - Воодушевленная темой разговора Сага вытянула из ножен меч и продемонстрировала тоненькую вязь, словно вплетенную в основание серебристой стали: - Знак эльфийских кузниц. Ковался специально под меня. - Девушка помолчала и добавила: - Сталь никогда не предаст и всегда поможет тому, кто очутился в беде.
  - Что ж! Каждому свое. Я такого же мнения о магии. - Юноша прекрасно понимал, что она имеет в виду.
  Из-под воды начали выныривать рифы и путешественники поменялись местами, потому что в отличие от Саги, принц не был опытным гребцом.
  Лодка остановилась, легонько стукнувшись о корму корабля.
  - Давай назовем эту старую посудину как-нибудь иначе, - предложил Рик, как только они очутились на борту корабля.
  Сага отцепила 'кошку', намотала веревку на руку, и только потом ответила:
  - Как его ни называй, все равно он будет напоминать о печальной истории рода Борссо.
  - Наверное ты права. 'Dakhl' тоже хорошее название. По-моему переводится как 'Упрямо следующий к цели'.
  Стихии по-прежнему не подчинялись Эверикону, однако, он придумал 'обстреливать' поднятый парус слабой ударной волной. Все-таки какое-то дуновение и корабль медленно, с неохотой, покидал зону отчуждения. Тьма постепенно рассеивалась, пепел, духота и смрад остались позади, а волны вспенились васильковым цветом. Первые лучи солнца, брызнувшие из-за туч, заставили путешественников возликовать. Счастливая Сага отпустила штурвал и прыгнула в объятия Рика. Они смеялись и кружились до тех пор, пока неудержимый порыв ветра не дернул за парус. Да так резко, что оба не устояли на ногах.
  - Усмири ветер! А я - за штурвал! - девушка тот час же приняла командование на себя, но Рик и не возражал. Он был чужд романтике морских путешествий.
  - Куда держим курс, кэп? - принц взял под контроль разыгравшийся ветер.
  - Вперед, на Хельм! - в голосе Саги слышалась беззаботность. Мрачная серая дымка, плотным куполом огородившая Черные пески Харона от остального мира, осталась позади. Хотелось надеяться, что теперь их ждет только хорошее.
  Путешествие на 'Dakhl' было на удивление спокойным и приятным. Создавалось впечатление, что истосковавшийся по морю одномачтовый корабль теперь с радостью наверстывает годы простоя. Единственное, что доставляло определенное неудобство - это отсутствие команды и, как следствие, постоянная усталость, потому что все приходилось делать в две пары рук. Рик едва ли не ежедневно залечивал ладони Саги, стертые до крови. Ведь принц совсем не умел перекидывать паруса и травить канаты. Вдобавок ко всему, путешественникам досаждал запах, который источали старые корабельные вещи. Сага пыталась проветривать трюм, оставляя лаз отрытым, по нескольку раз в день драила палубу и, собственно, сам трюм, но запах проявлял чудеса стойкости. Эверикону тоже был неприятен этот запах, и он попытался действовать радикально, запустив в трюм зачарованный ветер. После этого они по очереди, сменяя друг друга у штурвала, собирали раскиданные по углам вещи и возвращали на прежние места картины и занавески. Заклинание оказалось бесполезным, и Сага часто поддразнивала Рика:
  - В бытовом плане твоя магия ни на что не годна!
  - Не согласен! Запах стал менее интенсивным, - Рик ревностно оборонял свою репутацию архимага.
  - Просто мы притерпелись, - не сдавалась девушка. Сегодня была ее очередь стоять за штурвалом. А недавно пробудившийся принц просто составлял ей компанию, развлекая разговорами. Попутный ветер старательно раздувал парус, поэтому магического вмешательства в силы природы не требовалось.
  - Да ты просто вредничаешь, - принц отхлебнул из фляжки и, посмотрев на свои руки, вдруг сказал: - А знаешь, я нашел в записках эльфа несколько боевых заклинаний.
  - Становишься опасным, - хмыкнула Сага. - Но, надеюсь, ты не станешь проверять их эффективность, здесь, на корабле?
  - Конечно нет! Я не самоубийца. Хочется увидеть свой настоящий дом, взглянуть на поверженного Абелоуна, подарить тебе...
  - Земля! - крикнула Сага, едва не выпустив из рук штурвал.
  Рик опрометью кинулся к грот-мачте. Он проворно вскорабкался вверх, цепляясь за паутину такелажа. С виду хлипкое воронье гнездо жалобно заскрипело под его весом, но выстояло. Девушка не ошиблась. На горизонте действительно появилась блекло-зеленая полоска. Он вздохнул, подумав о том, что ему следует надеть перчатки. Осторожность - прежде всего, а остров мог быть обитаем.
  Каждый новый час привносил изменения в блекло-зеленое пятно: оно разрасталось, приобретая четкие очертания. До земли оставалось всего ничего; путешественники уже различали острые шпили замков прячущихся в густой зелени, черепичные крыши домов, белокаменные набережные, по которым степенно вышагивали маленькие фигурки.
  - Смотри! - Сага указала влево и Рик, нехотя оторвавшись от разглядывания прибрежного города, повернул голову. К кораблю 'Dakhl' приближались два роскошных галеона. Их гордые флаги трепетали на ветру.
  - Синие флаги с золотой кифарой посередине! Эльфы! - безошибочно определил принц, прекрасно знакомый с геральдикой.
  - Вы вторглись в воды альфарейского королевства, - послышался беспристрастный голос, усиленный магическим заклинанием. - За нарушение границ, вы приговариваетесь к административному штрафу в пятьдесят золотых с последующей депортацией на территорию нейтральных вод.
  Любознательный Рик часто листал энциклопедию королевств - именную, сделанную специально для него в единственном экземпляре. Понятно, что в той энциклопедии умалчивалось обо всем, что касалось королевства Хельм. Зато информации об эльфах было в избытке. 'Волшебный народ, живущий особняком на материке и ревностно оберегающий границы своих владений', - вот что уяснил для себя принц. В людском воображении земля эльфов, под названием Альфар, представлялась далекой землей, на которой живет счастье. Эльфийские советники (королевская династия Альфар прекратила свое существование сто лет тому назад) устанавливали довольно жесткие правила внешнему миру, от чего их внутренний мир только выигрывал. Эльфы не желали покидать родную землю, а если такие и находились, то иначе как авантюристами их не называли. Для нарушителей границ существовала одинаковая мера наказания: штраф или принудительные работы на благо и процветание Альфар. Люди, несмотря на строгие законы, во все времена стремились попасть на манящий густой зеленью материк. И некоторым это даже удавалось. Специально построенное гетто услужливо распахивало ворота перед всеми нарушителями.
  - Их всего двое, - констатировал все тот же голос. Эльф разговаривал на всеобщем, на хельмском языке.
  Один галеон отрезал путь к отступлению; второй галеон, название которого переводилось как 'Вчера, сегодня, завтра' приблизился на абордажное расстояние. Он возвышался над бойким суденышком путешественников как неприступная гора. На носу корабля появился высокий эльф, закованный в блестящую кирасу. Кончики его тонких пальцев сжимали боевое заклинание, готовое потопить судно нарушителей.
  - Прошу сдать оружие, - потребовал эльф.
  Сага, мысленно чертыхаясь, отцепила от пояса ножны с мечом, а Рик, предварительно порывшись в походном мешке, бросил на палубу старый кинжал - подарок троллей.
  - Похоже, мы влипли, - со вздохом шепнула Сага.
  - Ничего! - Рик старался придать голосу оптимизма. - Главное, что нам не грозит смертная казнь. А остальное - дело времени.
  - С этого момента вы находитесь под юрисдикцией королевства Альфар. Ваш корабль возьмут на буксир и отправят на запасной причал гетто, - отчеканил эльф. - Попытка покинуть корабль приравнивается к бегству и карается дополнительным штрафом в восемьдесят золотых монет. Попытка оказать сопротивление или высказывание неуважения к любому из альфарейцев - сто монет. Дальнейшие инструкции вы получите по прибытию на материк, у капитана Хоннора.
  Неуемная натура девушки так и подзуживала продемонстрировать эльфу средний палец. Рик, словно почувствовав ее намерение, привлек Сагу к себе. Уж обниматься им никто не запретит!
  
  Путешественникам было интересно взглянуть на эльфийский порт, но особой разницы они не заметили. Возможно потому, что этот порт относился к территории гетто, в котором жил кто угодно, только не эльфы.
  В просторной, по-деловому обставленной комнате их встретил худой как бамбуковая тростинка эльф. Большие, глубоко посаженые глаза смотрели с любопытством и хитрой усмешкой.
  - Капитан Лоранд Данн Хо́ннор, глава управления по делам незаконной миграции, почетный альфареец, - представился эльф, указывая новоприбывшим на широкую лавку посередине комнаты. - Для вас - капитан Хоннор.
  Цепкий взгляд янтарных глаз по очереди рассматривал чужеземцев.
  - Цель вашего визита? - Хоннор взмахнул кистью правой руки. Это действие оживило перо и свиток пергамента на массивном столе.
  - Мы с Кановы, плыли на Секиру морей. Магвигатор сломался и поэтому мы немножко промахнулись, - Сага врала очень аккуратно, при этом стараясь быть дружелюбной.
  - Неудачная попытка, звездочка, - эльф не поверил ни единому слову. - Я готов допустить, что вы оба с Кановы, но остальное - явная выдумка. Давай я скажут тебе, как все было на самом деле. - Хоннор уже поверил в свою версию: - Вы сбежали от родственников и от человеческого быта в поисках романтики. Ну а где ищут романтику, такие как вы? Конечно в цветущем Альфар. Правильно?
  Сага не сдержала смешок. 'Надутый индюк' вообразил себя мыслечетом и явно упивался своей значимостью.
  - Флирт с альфарейцем при исполнении должностных обязанностей строго карается законом, - капитан неверно интерпретировал ее улыбку. Холодный, прямо-таки обжигающий взгляд юноши застал эльфа врасплох.
  - Теперь я понял суть выражения 'убить взглядом', - Хоннор выдавил из себя снисходительную улыбку, чтобы скрыть свое замешательство. - Черта, присущая королям. Только не забывай, что ты не король, а преступник, нарушивший границы суверенного королевства.
  'Провоцируешь? - насмешливо подумал Рик. - Хочешь больше денег за оскорбление досточтимого альфарейца?'
  Капитан почему-то стушевался от его взгляда.
  'То ли хельмская молодежь совсем обнаглела, то ли я теряю хватку', - подумал Хоннор, радуясь появлению младшего помощника, который возвестил о своем приходе вежливым стуком в дверь.
  - Что ж, голубки, - помощник пробежал глазами по протоколу 'допроса', - спешу разочаровать. Никто и ни под каким видом не пустит вас дальше Края. Край - это гетто для всех чужестранцев. Итак, вы готовы оплатить штраф в пятьдесят золотых?
  Эверикон и Сага обменялись озадаченным взглядом. Таких денег у них точно не было. В лучшем случае монет тридцать - не больше.
  - А что, если мы не заплатим? - с вызовом в голосе спросил принц.
  - В таком случае готовьтесь отрабатывать долг, - помощник поймал старательно черкающее перо и, сделав в протоколе какие-то пометки от руки, спросил: - Назовите ваши имена и скажите сколько вам лет?
  Сага представилась и представила Рика и назвала их возраст.
  - Хорошо, - судя по тону эльфа, ему было все равно. Даже если бы Сага соврала, он и ухом не повел бы. - Мальчишку в кузницу, девчонку - на сбор урожая.
  - Эй! Мы хотим быть вместе! - взбунтовался Эверикон, подскочив со стула на котором сидел. Он мог бы ответить недавно выученным заклинанием, которое успешно применил против демона, однако что-то подсказывало ему, что это не самая лучшая идея. В конце концов, переть против боевой магии эльфов с одним-единственным заклинанием - самое настоящее самоубийство.
  Эльфы выжидающе смотрели на него. Воздух подернулся маревом возле кончиков пальцев Хоннора.
  'Боевое заклинание', - Рик вернулся на место с поникшими плечами.
  - Ничего, - Сага сжала его руку. - Это ведь не навсегда.
  - Да, - подтвердил Хоннор. - На месяц. Пока не будет отработан долг.
  Девушка послушно шла за высокой эльфийкой - заместителем Хоннора. Позади топали охранники. Рика увели в соседнюю комнату. Он выглядел таким растерянным и расстроенным, что Сага невольно пожалела о том, что так часто припоминала принцу Шугри.
  
  В названии гетто Саге чудилось что-то угрожающее, но на поверку Край оказался не таким уж плохим местом. Во время небольшого путешествия по городу, от припортовой администрации до временного пристанища, девушка успела насмотреться на ровные ряды трехэтажных каменных домов, окруженных садами и парками. Сначала они плелись черепашьим шагом, потому что перед ними ехали четыре повозки, груженые бочками и сеном. Примерно на середине пути, повозки свернули в сторону, и кучер, - низкий мужчина с шапкой каштановых кудрей на голове, - подстегнул лошадей. Девушка, вцепившись в ремешок-поручень, наслаждалась бешеной скоростью и ерзала по лавке, пытаясь смотреть в оба окна одновременно.
  - Подъезжаем! - предупредил кучер. И Сага уперлась ногами в противоположную лавку, почувствовав, что карета притормаживает.
  Белокаменный дом с мраморным барельефом над парадным входом не слишком выделялся среди своих собратьев. Разве что обилием кашпо с фиолетовыми цветами. Возле крыльца дома скучали заместитель капитана Хоннора и ее охрана. Перемещаясь по Альфар, эльфы редко пользовались гужевым транспортом, потому что магические арки-порталы, расположенные в каждом дворе, были значительно удобней.
  - Можешь называть меня госпожа Зен, - представилась эльфийка. Безразличное выражение ее лица говорило о том, что подобные процедуры давно приелись госпоже Зен.
  Сага кивнула и на всякий случай напомнила эльфийке свое имя.
  Зен взмахнула рукой, и двустворчатые двери распахнулись словно сами по себе. Она исподтишка посмотрела на новенькую.
  - Вот чудеса-то! - протянула Сага, старательно изображая деревенскую простушку, впервые в жизни столкнувшуюся с проявлением магии.
  - Смотри, дитя, здесь живут работницы, ответственные за сбор овощей и фруктов, - объясняла Зен. - Теперь ты одна из них. Если будешь хорошо работать, тебя отпустят раньше установленного срока.
  'А Рик?' - вертелось на языке, однако девушка молчала. Кто знает, какие штрафы полагались за излишнее любопытство?
  Эльфийка привела ее в уютную комнату, заставленную деревянной мебелью. И Сага была готова поклясться, что не каждый зажиточный купец ее родного королевства мог позволить себе подобный гарнитур. По-видимому, эльфы не скупились на содержание своих 'пленников'.
  Во время их разговора в комнату зашла женщина - с конопушками на носу, улыбчивая, - и молча встала у окна.
  - Мартелла, - эльфийка поманила рукой женщину и та послушно подошла ближе, - это ваша новенькая, Сага. Вступает в твое распоряжение. - Зен повернула изящную головку к девушке: - Слушайся Мартеллу.
  С уходом эльфов, в комнате воцарилось молчание. Мартелла, с важностью большого начальника прожигала новенькую изучающим взглядом.
  - Откуда ты? - наконец не выдержала любопытная Мартелла. У эльфов жилось скучно, поэтому любая новость из-за моря воспринималась ею как очень значимая.
  - С Кановы, - Сага решила не выдумывать ничего нового. Что, если женщина окажется наушницей эльфов?
  'Штраф в двадцать золотых за ложные сведения о своей персоне!' - Сага прямо-таки слышала беспристрастный голос капитана, выносящего дополнительный приговор.
  - Хельмка?
  - Ага.
  - Плохо, - покачала головой Мартелла.
  - Почему?
  - Увидишь. - Она оттянула створку большого шкафа и, вытащив оттуда скромное платье с фартучком, протянула Саге: - Умывальня дальше по коридору. Как помоешься, переоденься во все чистое. А сапоги свои брось! - крикнула она вдогонку девушке. - Там в прихожей туфли с пряжками. Вроде твой размер. И пошевеливайся!
  Предложенные туфли оказались велики, и Саге пришлось набить тряпок в мысы. Платье вообще висело мешком. Впрочем, девушка была столь непритязательна в выборе одежды, что почти сразу забыла о своей 'экипировке'.
  Путь до поля она проделала в той же самой карете, только на этот раз в компании Мартеллы. Сага пялилась в окошки, попутно отвечая на вопросы женщины.
  - Что нового в королевстве?
  - Нового мало. На границах идут вялые стычки с орбанцами. Наместник Левелис пытается склеить осколки королевства. Бароны все чаще говорят о суверенитете земель под собственным началом.
  Мартелла охнула, закрыв рот рукой:
  - И где ты таких слов набралась?
  Девушка мысленно выругала себя и глупо захихикала.
  - У капитана подслушала, - наконец, выдала она, в надежде, что такой вариант устроит собеседницу. Та часто-часто закивала головой.
  - Ну а плыла с кем? Я смотрю, не одна ты была на корабле.
  Сага неопределенно подернула плечами.
  - Но ты хоть отматерила эльфов?
  Подобный вопрос звучал как издевательство.
  - Зачем?
  - Как это? - настала очередь женщины удивляться. - Раз ты плыла к эльфам, значит, хотела остаться в Альфар, если не навсегда, то подольше. Я, например, наругала на две тысячи штрафа. Год-полтора продержусь. Потом опять поссорюсь с кем-нибудь из эльфов. И опять штраф - на год. Очень удобно, скажу я тебе. У нас так многие поступают.
  - О! - Сага вновь изобразила восхищение, словно ей самой никогда бы не пришла в голову столь замечательная идея.
  Женщина удовлетворенно кивнула, мол, учись, молодежь. Через пару минут карета начала сбавлять скорость. Впереди замаячили ворота, высокий забор и пропускной пункт. Мало того, что их вывели и обыскали несколько раз, так еще и карету обыскали при помощи существ, похожих на собак, но с внушительным клювом вместо морды.
  Когда карета, наконец, очутилась за воротами, Саге подумалось, что кучер воздержится от быстрой езды по причине плохих дорог. Она мыслила своими понятиями, понятиями того мира в котором выросла, полагая, что раз дороги на Хирше были усеяны колдобинами и выщербинами, то значит так должно быть везде. Но вопреки ее ожиданиям, карета набрала прежнюю скорость, а дорога по-прежнему была гладкой, словно масло.
  Новая порция потрясающих видов заставили Сагу онеметь от восторга. Никогда прежде ей не доводилось видеть столь прекрасных садов. Карета свернула, открыв новые, не менее потрясающие виды на аккуратные виноградники, тянущиеся стройными рядами до самого горизонта.
  Получив краткие инструкции и маленький острый нож, Сага побрела вдоль дороги, окаймленной виноградниками. Плетеная корзина за спиной - пока еще легкая, но громоздкая, сильно мешалась при ходьбе. Девушка остановилась возле первого в ряду куста и принялась за работу, аккуратно срезая зрелые грозди и складывая их в тару. Довольно непривычно, однако ничего сложного. Она работала, наслаждаясь чистым, свежим воздухом, время от времени закидывая в рот сочные ягоды. Иногда Сага пересекалась с другими работницами, среди которых она не без удивления заметила девушку-тролля. Разговоры во время работы не приветствовались, поэтому единственными нарушителями тишины были сладкоголосые птички и шуршащий листьями ветерок.
  'Жить можно!' - такой вердикт вынесла для себя Сага, поставив наполненную до краев корзину. Пятую по счету. Солнце клонилось в закат, а это означало, что работа закончена. Постепенно, к низенькому домику-винокурне стали подтягиваться остальные работницы. По большей части это были гортаксчанки - рыжеволосые, с чертовщинкой во взгляде.
  - Завтра с утра пораньше, после того, как высохнет роса, будем собирать виноград для вина, - к собравшимся работницам подошла Мартелла. Деловито и с отпечатком важности на веснушчатом лице она сделала кривые пометки на маленькой деревянной табличке, притороченной к первой в ряду корзине. За работницами пригнали несколько просторных повозок. Запрыгнув в последнюю из повозок, Сага пристроилась между девушкой-троллем и низенькой гортаксчанкой и попыталась завязать разговор. Но это было то еще испытание: любой вопрос или невинное высказывание заставляло девушку-тролля втягивать голову в плечи, а гортаксчанка вообще никак не реагировала на новенькую, беспрерывно созерцая прекрасные виды.
  По возвращению в общий дом их ждал сытный ужин в столовой. Во время ужина молчаливые гортаксчанки разговорились, но Саге поучаствовать в разговоре не удалось, потому что все разговаривали на гортском языке, а не на всеобщем. Девушка поискала взглядом Мартеллу, та сидела за столиком возле двери и что-то увлеченно обсуждала с полненькой девушкой.
  'Неужели она единственная из всех, кто знает хельмский?' - мысленно поразилась Сага. Впрочем ее не слишком-то напрягало отсутствие общения. Главное, отличиться примерным поведением и через месяц, а то и раньше, воссоединиться с Эвериконом. После ужина Сага немного послонялась по гостиной, рассматривая картины и изящные статуэтки на полках, а затем отправилась в умывальню.
  Общая спальня хоть и не утопала в роскоши, но перины на кроватях были пышными, подушки мягкими, одеяла легкими и приятными на ощупь - как раз для теплого климата Альфар. По-видимому, строгих правил насчет времени приема пищи или отхода ко сну здесь не было.
  'Но подъема затемно все равно не избежать'. - Сага решила лечь пораньше. Справившись у Мартеллы о бесхозных кроватях, и выбрав ту, на которой лежала самая пышная подушка, она с наслаждением растянулась на чистом постельном белье. Подушка и чистое постельное белье были редким явлением в ее кочевой жизни.
  Воздух в полупустой спальне благоухал жасмином. То ли потому что открытые окна спальни выходили в цветущий сад, то ли потому что какая-нибудь из девушек хвасталась эльфийскими духами.
  'Интересно, как дела у Рика?' - подумала Сага, погружаясь в сон...
  От первого удара зазвенело в ушах, второй, - практически совпавший с первым, пришелся по животу. Обострившийся инстинкт самосохранения заставил избежать третьего - по лицу. Сага кубарем скатилась с кровати, сбив кого-то с ног, и одним резким рывком поднялась с пола: натянутая словно струна, чуткая, готовая незамедлительно отреагировать на любую провокацию. Свет от фонарей за окном позволил разглядеть агрессоров - пять гортаксчанок. У Саги не было времени на вопросы, потому что этого времени ей не дали. Самая высокая из девушек сделала выпад, сжимая в руке деревянную палку. Сага ловко уклонилась, а затем пнула обидчицу по локтю. Сдавленный крик и стук деревяшки о пол говорили о маленькой победе. На месте поверженной гортаксчанки тут же возникли две другие. Они предприняли попытку схватить новенькую за руки, но эти действия стоили одной разбитого носа, а другой разбитого колена. Четвертой удалось добраться до волос Саги, и та, зашипев от боли, ударила вслепую. Гортаксчанка согнулась пополам, ослабив хватку. Сага сделала кувырок назад и, подцепив на лету бесхозную палку, вскочила на ноги. Пятая девушка, вместо того, чтобы продолжить драку, истошно завизжала, переполошив весь дом. Вспыхнул свет, захлопали двери, сонно щурили глаза разбуженные работницы. Когда в комнату прибежала Мартелла, напавшие на Сагу гортаксчанки о чем-то эмоционально затараторили. Женщина слушала их и молча хмурила брови. Потом объявилась эльфийка. В отличие от Мартеллы, ее лицо не выглядело заспанным. По-видимому, она еще даже не ложилась спать. С появлением Зен, какофония голосов усилилась. Поморщившись, эльфийка взмахнула рукой, отчего в комнате тот час же возникла первозданная тишина.
  - Прибавляю по тридцать золотых штрафа зачинщицам драки, - таков был вердикт холодной красавицы. - Пострадавших отправить к лекарю.
  - Но я ни на кого не нападала! - вскричала Сага, задыхаясь от обиды и злости.
  - За пререкание приплюсовываю монету к общему штрафу, - эльфийка была скора на расправу, потому что явно куда-то спешила.
  В глазах Саги заплясали молнии. Ей стоило большого труда сдержаться и не нагрубить Зен.
  - Интересно получается! - с такими словами обратилась Сага к Мартелле, когда эльфийка ушла. - Почему они напали? И почему я оказалась в числе виновных?
  - Ну не любят гортаксчанки хельмов, - устало пояснила женщина.
  - Вообще-то хельмы враждуют с орбанцами. Поэтому причина нелюбви странная, - фыркнула Сага, машинально лизнув распухающую костяшку на руке.
  - Они не любят всех, кто не из Гортакса. А насчет наказания... Что ж тут поделать? У эльфов свои правила, - терпеливо объясняла Мартелла, а, затем, хитро посмотрев на Сагу, добавила: - И даже не думай расстраиваться! Где еще ты найдешь бесплатный кров с мягкой постелью и вкусной едой? Так что радуйся любому новому штрафу!
  - Да я радуюсь, радуюсь! - буркнула она, и, обведя грозным взглядом столпившихся гортаксчанок (которые не участвовали в драке), процедила сквозь зубы: - Подойдете ко мне - все кости переломаю!..
  Гортаксчанки тревожно зашушукались, прекрасно все поняв по тону девушки.
  Тихая спальня вновь наполнилась дремотой. Только Сага ворочалась с боку на бок. Теперь под ее подушкой лежала палка, которая вполне могла сойти за действенное оружие. Но не зловредные девушки беспокоили Сагу и не ноющие костяшки пальцев, а штраф, который означал, что принц уплывет с Альфар раньше нее.
  'Что же делать? - терзалась она. - Уж Рик-то наверняка отличится примерным поведением и хорошей работой... Только бы он себя не выдал!'
  
  Эверикон Сейд Андорр Элефирский смотрел безучастным взглядом в потолок. Густые тени цеплялись за белоснежную штукатурку и изредка шевелились. На самом деле шевелились ветви деревьев, которых едва касался легкий ветер. Спина и шея ныли, а мышцы рук налились свинцом.
  'Завтра, по-видимому, будет еще хуже' - с тем же равнодушием подумал юноша.
  Работа помощником кузнеца, на первый взгляд, не казалась такой уж трудной. К тому же, помощник - это не подмастерье. Должность подмастерья занимал мрачный гном с вечно красным носом. Бедняга страдал от аллергии на цветочную пыльцу и цветочные духи.
  - Бриггс! - гном представился, оглушительно чихнул и прорычал: - Чертовы эльфы! Душатся будто у них каждый день свидание всей жизни! - Рик подметил, что одежда Бриггса изобиловала карманами, а те, в свою очередь, изобиловали мятыми платками.
  С тех пор, как у кузнеца по имени Овантер прибавилось заказов, нужда в помощнике ощущалась особенно остро. Кузнец беспрестанно жаловался эльфам на нехватку рук и те посчитали, что Рик вполне сгодится для такой работы. Его первый рабочий день состоял, в основном, из мелких поручений: натаскать воды, принести глины, угля, отнести заказы в здание администрации. О работе с железом речи даже не шло.
  Кузница Овантера находилась в западной части гетто. Помимо нескольких кузниц, здесь присутствовали разнообразные пекарни, сахароварильни и ткацкие дома. Рик весьма спокойно отнесся к своей работе. Чего нельзя было сказать о его отношении к 'работодателю' из королевства Орбан. Но кузнец - это еще полбеды. Похоже, что добрая половина жителей западной части гетто состояла из орбанцев. Принц часто слышал знакомую речь, хотя и старательно делал вид, что ничего не понимает. Ему было невыносимо слышать язык предателей, которые присягали на верность королю Граннусу, поклонялись Цезерину и почитали Абелоуна! Перед входом в кузню, например, был начерчен охранительный знак Цезерина: перечеркнутая буква 'C', которая на древне-орбанском читалась как 'Ц'. Больше всего на свете принц боялся выдать себя и поэтому не снимал перчатки даже когда ложился спать (к счастью, никому не было дела, в чем он там спит). Днем кузнец и подмастерье работали в толстых перчатках, и, казалось, не придавали значения маскировке Рика.
  'А вдруг они все-таки спросят, почему я в перчатках?.. Может сказать им про ожоги и про то, что я стесняюсь?' - юноша подумал, что версия Саги не была так уж плоха. Имеет же он право на собственный комплекс по поводу внешности? При мысли о Саге, сердце забилось сильнее, а горло сдавил спазм отчаяния. Она была в гетто, но где конкретно? В какой части? Неужели они так просто потеряют друг друга? Нет, он этого так не допустит! Он добудет сведения о Саге, чего бы ему это ни стоило! Рик перевернулся на бок, разглядывая завешенную гобеленом стену. В доме кузнеца было уютно и просторно. Ему, как и остальным работникам кузни, полагалась отдельная комната с собственной умывальней. Внезапно Рик осознал, почему он чувствует себя таким несчастным.
  'Как будто снова вернулся на Уинфред!' - с горечью подумал он. С той лишь разницей, что теперь у него был иной статус и не такие шикарные покои. А, главное, рядом снова не было любимой Саги.
  
  
  Глава 11
  
  У нее свои демоны,
  И свои соловьи за спиной,
  И каждый из них был причиной,
  По которой она не со мной
  
  Аквариум, 'Ангел'
  
  Утро выдалось тяжелым. 'Забитые' мышцы отдавали тянущей болью при малейшем движении. Десять минут в кадке с горячей водой не принесли должного облегчения. Помощь магии была гораздо эффективнее. Запершись в умывальне, Рик сотворил заклинание и с радостью отметил, как по натруженным мышцам пробежал холодок, заглушивший боль.
  'Ну все! Жить можно!' - с облегчением подумал юноша, намазывая щеки и подбородок густым слоем магической глины. Бриться у цирюльников было дешевле, зато действие глины длилось пару недель. Рик оделся, провел гребешком по светлым волосам и вышел из комнаты. Спустившись по ступеням, он свернул направо по коридору и, толкнув массивную дверь, зашел в общую столовую. На столе дожидался горячий завтрак. Гном, подмастерье кузнеца, уже расправился со своей порцией и с надеждой поглядывал на котелок, примостившийся на краю стола. Тяжелый физический труд призывал к усиленному питанию.
  - Ты один? - принц окинул взглядом пустую комнату.
  - Как видишь. Кухарка - и та ушла от нас.
  - Навсегда? - притворно ужаснулся Рик.
  - Надеюсь, что нет, - усмехнулся Бриггс, ожесточенно вытряхивая крошки из своей окладистой бороды.
  - А джотт есть? - с надеждой с голосе спросил Рик, наливая в кружку сока.
  - Весь джотт у хельма в брюхе, - пошутил гном, шмыгнув носом. - Как там у вас на Хрове, есть девки красивые?
  - На Канове. Остров такой. Принадлежит королевству Хельм, - поправил его Рик, прекрасно помня 'легенду', придуманную Сагой. Сказать по правде он и сам до недавнего времени и не подозревал о существовании такого острова - сказывалось орбанское 'обучение'.
  - Да все равно я туда не поеду, - прогнусавил гном. - Вот у нас на Каменных пробойниках гномихи красивые! Аж дрожь берет от их красоты.
  - Так чего ж ты уехал? - в вопросе принца прозвучала усмешка.
  - Задрало все! Особенно бывшая жена! - Бриггс чихнул и хлопнул по столу крепкой ручищей. Посуда подпрыгнула и сочувственно звякнула. - А ты чего свалил со своей Коровы?
  - Кановы, - юноша еще раз поправил его. - Ну... я уехал не один, а со своей Сагой. Нам... родители жениться запрещали.
  - А к эльфам-то зачем приплыли? - гном гипнотизировал взглядом котелок. Он уже наелся, но старая привычка наедаться впрок была неискоренима.
  - Ну, так получилось, - Рику не хотелось ничего придумывать, поэтому он поскорее сменил тему: - Интересно, почему Овантер подался в Альфар? Насколько я знаю, кузнецы в Орбане на особом счету.
  - На особом-то оно на особом, - гном звучно высморкался и продолжил: - но маги Цезерина дочку его не вылечили.
  - Что с ней? - Принцу было все равно, он просто решил поддержать разговор.
  - Ослепла. Он поэтому приволок ее к эльфам. Надеется, что излечат. Вот сейчас Овантера тут нет. Думаешь, что он в кузне? Как бы не так! Каждое утро к дочке ходит. Она тут недалеко, у ткачихи в помощницах.
  - А как он узнал о местонахождении дочки? - встрепенулся Рик. Может и ему удастся разыскать Сагу без особых усилий?
  Бриггс поскреб подпаленную бороду и сграбастал котелок.
  - Насколько я помню, у местных выспрашивал - так и узнал. Слепых девчонок тут, думаю, мало. Если не в единственном экземпляре.
  - И эльфы разрешают им так просто общаться?
  - Да ушастые много чего разрешают, - гном прожевался и скабрезно хихикнул. - Главное, чтобы без отрыва от производства. Если наличные есть, могу с одной кралей свести, - он подмигнул Рику, - у нее найдется несколько сговорчивых девок.
  - Бриггс, ты невнимателен к собеседнику, - голос принца был холодный, словно осенний ливень. - Я сказал, что у меня есть Сага.
  - Ну, девок много не бывает, - собеседник дружески подмигнул ему.
  - Мне хватит, - буркнул юноша. Там, на корабле, Сага еще злилась на Рика из-за недоразумения с Шугри. Эта мысль была неприятной и в то же время грела душу.
  'Если злится, значит, я ей небезразличен', - с улыбкой подумал принц, допивая сок.
  Уборку и мытье посуды тоже взвалили на плечи новичка. Раньше это было обязанностью гнома и пожилой кухарки, но с появлением Рика многое поменялось. Закончив уборку, принц отправился в кузницу, по пути глазея на прохожих-орбанцев и радуясь тому, что его никто не знает в лицо. Знакомые ворота, вход с охранительным знаком Цезерина, и, наконец, юноша очутился в душном полумраке кузницы. Гном возился у горна, фальшиво и гнусаво напевая под нос замысловатый мотив гномской народной. На темной наковальне, сверкая бело-золотым жаром, лежала заготовка.
  - Полуторный меч кую, - похвастался Бриггс, утирая пот с узкого лба.
  - Дело делай, а не языком чеши! - из дальнего угла раздался зычный голос кузнеца. Он сидел за неструганым столом, перебирая пряжки и пояса. Явно распределял заказы.
  - Рик, я тут нацарапал кому чего отдать. Возьмешь свертки, разнесешь по торговым лавкам. Когда раздашь все заказы, возьмешь вот эту кованую диадемку и отнесешь в дом, на шпиле которого висит зеленый флаг. Спросишь Аранку. Понял?
  Эверикон кивнул.
  - И да, на свертках по-орбански написано. Пускай заказчики прочитают и сами возьмут все что нужно. Главное расписки с них бери. Знаешь, что такое расписка?
  - Документ, подтверждающий свершение определенных действий двух или более сторон? - давясь от смеха, 'предположил' Рик. И почему кузнец всегда обращается с ним как с умственно отсталым?
  - Не паясничай, мальчишка! - Купец вдруг перешел на орбанский: - Все у них такие умные, а королевство вот-вот развалится! Клянусь Священной Книгой Цезерина!
  Юноша заставил себя глупо улыбнуться в ответ, но в его глазах можно было увидеть огонек злобы. Хорошо, что в кузницах всегда царил полумрак, и его реакция осталась незамеченной.
  Благодаря знанию эльфийского и орбанского языков, раздача заказов прошла на удивление легко. Последний заказ, на кованую диадемку, пришлось перенести на обед, потому что у гнома закончилась вода. А ходить самому по воду, особенно когда у тебя появился мальчик на побегушках, гному было лень.
  Рик брел по мостовой, жуя на ходу заранее припасенный бутерброд. Дом, на шпиле которого развевался зеленый флаг, казался обманчиво близким. Но на самом деле юноше пришлось топать кварталов семь - не меньше, плюс пройти вдоль широкой мостовой. Возле очередного памятника Сэвори Сигнитту принцу повстречались две эльфийки в сопровождении существ, похожих на собак с внушительным клювом вместо морды. Рик вспомнил, что видел подобных существ в энциклопедии. 'Цейнты' - таким названием были подписаны картинки с существами, заменяющими альфарейцам сторожевых собак.
  Благодаря подслушанным фразам, Рик узнал, что эльфийки спешат с проверкой в одну из сахароварилен. Кому-то из начальства поступил сигнал о жестоком обращении с работниками.
  'Интересно, как местные работники связываются с вышестоящими? Посредством писем, что ли?' - призадумался Рик. Его предположение было близко к истине. Связь с эльфами, присматривающими за порядком в гетто, действительно поддерживалась посредством почты. Голубиной почты. Почтовыеголуби, как правило, были белого цвета.
  Еще на мостовой принц услышал странный скрип и постукивание. Звук усиливался по мере приближения к дому с зеленым флагом. Потом он догадался, что это шум работающих ткацких станков.
  - Посылка для Аранки, - объявил Рик, прочитав надпись, потому что уже успел позабыть имя адресата.
  - Ого! Орбанский понимаешь? - пожилая женщина, отворившая дверь, с уважением воззрилась на принца.
  - Нет. Мне сказали - я запомнил.
  - Ну проходи, тогда. Прямо по коридору - вторая дверь с краю, - женщина явно не собиралась вести долгие разговоры, предоставляя Рика самому себе. Юноша с легкостью отыскал нужную дверь и постучал.
  - Открыто, - из комнаты раздался слабый голос.
  - Привет! Я принес тебе посылку от кузнеца, - радостно сообщил принц, протягивая сверток худенькой девочке лет одиннадцати.
  Она пощупала пальцами воздух и печально вздохнула.
  - Ты, наверное, его дочь! - сообразил Эверикон, вкладывая подарок в ее руки.
  Девочка утвердительно кивнула, зашелестев бумагой. В комнате пахло экзотическими цветами, названия которых он не знал. Прикроватный столик был заставлен цветочными горшками. Хозяйка комнаты, видимо, любила заботиться о своем маленьком садике.
  - Симпатичная? - тихо спросила она, указывая на диадемку.
  - Вроде бы да, - Рик даже не знал что ответить. - Если честно, я не сильно разбираюсь в подобных вещах.
  Девочка рассмеялась, почувствовав его смятение, а потом спросила кто он и откуда.
  - Меня зовут Рик. Я у твоего отца работаю. Приплыл из королевства Хельм.
  - Да, я слышу, что ты хельм. Ты говоришь совсем без акцента, - кивнула девочка. Рик сам удивлялся этой особенности. Или все-таки общение с Сагой отразилось на его умении изъясняться на родном языке?
  - Мой папа хороший кузнец, - продолжала Аранка, - один из лучших. Он часто приходит ко мне и читает вслух Священную Книгу Цезерина. Папа верит, что после смерти все орбанцы воссоединяются в царстве прекрасноликого. Хочешь я процитирую тебе главу девятую, четвертый катрен?
  'Я и сам могу его процитировать с любой строчки!' - мысленно усмехнулся юноша, вспоминая муштру учителей. Теперь он не верил, что Абелоун уступил бы ему место верховного мага. И все-таки Священную Книгу заставил вызубрить наизусть.
  - Аранка, я - хельм, - Рик пытался придать своему голосу мягкости. - Хельмы - язычники и не признают Цезерина.
  Девочка смущенно улыбнулась:
  - Хорошо. Не буду ничего цитировать.
  - Когда-то мы жили в Арксе, в столице королевства Орбан, - она подумала, что уж против рассказа о своей жизни новый знакомый возражать не станет. - Наше богатство равнялось нескольким сотням рабов-гремлинов. Моя мама была верной слугой Цезерина, - девочка перешла на шепот, - сам архимаг Абелоун выделял ее из прочих! Только она погибла. На острове.
  Сердце Рика застучало сильнее. Неужели речь шла о Уинфреде? Вопрос застрял у него в горле, но девочка сама подтвердила страшную догадку.
  - Есть такой далекий и, наверное, прекрасный остров Уинфред. Там она погибла. А на следующий день папа нанял корабль, собрал вещи, и мы отправились в Альфар. Мама говорила, что мой недуг подвластен лишь магии эльфов и пыталась договориться с их целителями. Но ты же знаешь, какие они надменные, эти эльфы! Папа еще надеется, что они помогут, а я - нет! Я вообще не верю им. - Аранка немножко коверкала слова всеобщего, как это делало большинство орбанцев, однако сейчас для принца это не звучало так раздражающе, как прежде.
  - Извини, - выдавил он, ощущая себя безжалостным убийцей.
  - Тебе не за что извиняться, - едва слышно прошептала девочка. Она была такая худая, почти прозрачная. Растрепанные волосы, темные круги под невидящими, подернутыми серой дымкой глазами делали девочку похожей на ожившего персонажа с гравюры Марнаха.
  - Я пойду.
  - До свиданья, Рик, - девочка помахала на прощанье тоненькой ручкой.
  В подавленном настроении, принц возвращался обратно в кузницу. Если бы он только знал!.. Но, с другой стороны, смерть матери этой девочки определенно лежит не только на его совести, но и на совести Абелоуна! Рик очень жалел о том, что рядом нет Саги, с которой можно было бы поделиться страшным открытием, и которая всегда нашла бы правильные слова.
  
  По небу плыли редкие, похожие на вату облака, за которые, время от времени, пряталось вошедшее в зенит солнце. Далеко-далеко под лучами солнца блестела аквамариновая вода. Еще один погожий денек на Альфар мало чем отличался от предыдущих. Сага Быстрое Серебро метко зашвырнула медово-желтую сливу в стоящий под деревом плетеный короб, а затем ловко спрыгнула с ветки.
  'Быстрей бы закончился сегодняшний день, и началось завтра!' - подумала она, перетаскивая плетеный короб под соседнее дерево.
  Пожалуй, о Дне Альфарейских искусств не говорил только ленивый. Для эльфов это был выходной день, а для жителей гетто - половина рабочего дня. Честно говоря, Саге были глубоко безразличны все эльфийские праздники вместе взятые. Для Саги это означало лишь то, что у нее появится уйма свободного времени, которое можно будет потратить на поиски Рика. Что она, собственно, и намеревалась сделать.
  Весь обратный путь до Края, Мартелла строила планы.
  - Достану лучшее платье, и пойду в порт, - говорила она, перейдя на хельмский. - Там, говорят, будут показывать дрессированных дельфинов. В прошлом году, кстати, было то же самое.
  - Кто их дрессирует? - поинтересовалась Сага. Она не разделяла восторга Мартеллы, падкой на цирковые развлечения, но, представление могло заинтересовать Рика.
  - Их дрессируют морские гремлины, - Мартелла не смогла сдержать улыбку. - Смешные такие, страшненькие. Нашу троллиху чем-то напоминают.
  - Все забываю спросить: почему троллиха все время молчит? - Сага несколько раз пыталась завязать с ней разговор, да бесполезно. Троллиха сжималась в комок, предпочитая отмалчиваться.
  - Нашим гортаксчанкам она сразу не понравилась, - женщина беспечно махнула рукой. - Били ее часто. Это ты - бешеная, девкам задала жару, а она - тихая и мухи не обидит.
  Действительно, после той памятной ночи, гортаксчанки присмирели и впредь воздерживались от физически воздействий в адрес Саги. Правда улучшить отношения тоже не получалось, но девушку не тяготил недостаток общения и косые взгляды в ее сторону (никто не осмеливался выражать презрение напрямую). Она мысленно посочувствовала троллихе и спросила Мартеллу о том, как добраться до порта.
  - Ориентируйся на шпиль круглой башни. Кстати, та башня - служебное помещение милашки капитана Хоннора, - чуть покраснев, добавила женщина.
  'Милашка! По мне - так крыса сухопутная!' - едва не ляпнула Сага, в очередной раз поразившись тому, как гортаксчанки падки на эльфов.
  
  Сага сидела возле окна в пустой спальне. Гортаксчанок как ветром сдуло. Даже троллиха куда-то запропастилась. Девушка расчесала волосы и поменяла платье на более привычную одежду, в которой было удобно перелезать через заборы и раздавать пинки. Украшенные в честь праздника улицы ожили. Многочисленные толпы, состоящие не только из людей, а так же из троллей, эльфов, гномов и гремлинов двигались по хаотичной траектории.
  'Так, представление начинается за час до заката', - подумала Сага. Отлично! Пока что у нее уйма времени.
  Подзаправившись бутербродами и джоттом, девушка вышла на улицу. Здесь, в Альфар, она ощущала себя мелкой букашкой, окруженной высокими, по человеческим меркам, зданиями. Эльфы всегда предпочитали простор не только в архитектуре, но и в повседневной жизни: уж если ставить памятник - то не меньше дюжины, если устраивать праздник - то с размахом. И хотя в гетто проживал самый мизерный процент эльфов, на местной архитектуре сей факт ни как не отражался.
  Рядом прошла шумная компания орбанцев и Сага поморщилась, посмотрев им вслед. Так же как и Эверикон, она недолюбливала чужестранцев-завоевателей. Один парнишка даже обернулся к Саге с хитрой улыбкой на лице, и она поспешила отвести взгляд. А затем и вовсе свернула в сторону, ибо почувствовала, что вскоре перед ней замаячит перспектива получить еще один штраф. Все вокруг было таким незнакомым и чуждым. Слепящая глаза чистота улиц почему-то удручала. Даже прекрасные барельефы и многочисленные фонтаны и статуи не радовали взор. Да и рассматривать произведения искусства не было желания, ибо девушка жадно вглядывалась в лица прохожих, в надежде отыскать Рика.
  Бархатная мелодия струн лилась из распахнутого окна. Кто-то, по-видимому, упражнялся игрой на кифаре, готовясь к вечернему концерту в столице Альфар.
  На соседней улице возвышались высокий дом с пристроенной круглой башней. Башню окружало особое охранительное заклинание, благодаря которому любое вторжение в рабочую резиденцию капитана Хоннора было невозможно. И об этом знал каждый прибывший на Альфар новичок. Судя по ручейкам людей, стремящихся к причалу, представление было развлечением номер один среди жителей гетто. Представление номер два заключалось в посещении музея, построенного эльфами специально для рабов.
  'Рик точно выберет представление, потому что музеи он, наверное, в страшных снах видит', - Сага попыталась поставить себя на место принца. Внезапно по идеально чистой, гладкой дороге, пробежал яркий всполох. Пробежал и повис ярким пятном на гладкой, отштукатуренной стене соседнего дома. Повернув голову, девушка увидела в распахнутом окне дома, возле которого она остановилась, большое, идеально круглое зеркало.
  У Саги аж засосало под ложечкой при виде зеркала. Ведь эльфы запретили зеркала в гетто по каким-то своим причинам. Если бы только ей удалось перекинуться парой фраз со Свирелькой, это решило бы часть проблем! Широкие окна, в два человеческих роста, удачно дополняли просторную комнату отдыха. Комната была несколько вычурной, с большим количеством растений и цветов в горшках и вазах; обитые синим бархатом диваны были расставлены напротив прозрачного фонтана-аквариума, в котором плавали пестрые рыбки. На стене висел портрет полуобнаженной эльфийской красавицы. Дверные проемы скрывались за бархатными портьерами, подобранными в тон обивки диванов.
  Проникнуть в комнату с улицы было бы самоубийством - потому что Сагу сразу же заметили бы. Разве что попробовать пробраться внутрь дома со стороны двора? За время пребывания в Альфар, девушка успела подметить то, что эльфы часто проветривают подвалы своих домов, беспечно оставляя вход незапертым. Впрочем, им ли опасаться воров? Во-первых, Цейнты хорошо сторожили хозяйские дома; во-вторых, эльфы, которым приходилось жить в гетто по долгу службы, были искусными магами, которым не составило бы труда прихлопнуть на месте зарвавшегося раба; в-третьих, жители гетто не хотели напрашиваться на откровенные неприятности, ибо знали, что проникновение в дом эльфа каралось какой-то немыслемой суммой штрафа. Повторное проникновение каралось смертью.
  Страх застрять на Альфар перевешивал страх быть пойманной. Сага словно между делом свернула в тихий, тенистый дворик. К счастью, клювомордых собак поблизости не видно. Ожидания подтвердились: распахнутая дверь подвала манила прохладной темнотой. И девушка, осмотревшись по сторонам, прошмыгнула в дверной проем. Темная прохлада изобиловала препятствиями наподобие винных полок, старой мебели и даже пары ширм. За одной из них Сага затаилась, услыхав шаги. С лестницы спустились две молоденькие эльфийки и проследовали по тому пути, по которому совсем недавно шла Сага. С той лишь разницей, что эльфийки стремились прочь из дома, опаздывая на вечер поэзии Сэвори Сигнитта.
  Немного выждав, девушка поспешила вверх по лестнице, надеясь только на слепую удачу. Тишина, царившая в доме, казалась обнадеживающей. Сага аккуратно приоткрыла дверь. По ее расчетам это была дверь в комнату отдыха. Сердце возликовало - интуиция не подвела. В кованой клетке, где каждый листок и завиток виноградной лозы являл собою произведение искусства, зачирикали маленькие птички. Сага прикрыла дверь и на цыпочках подошла к вожделенной цели. У нее не было с собой мела, но девушка с легкостью воспользовалась остывшим угольком, выхватив его из погасшего камина.
  Затуманившееся зеркало сначала выдало изображение аквамариновых волн, затем вазу, из которой выпирали белые шары гортензии. На их фоне, пикси казалась очень маленькой.
  - Альфар! Гетто! Дом сборщиц урожая! - быстро протараторила Сага.
  Свирелька с готовностью кивнула, сбрасывая с себя маленькое одеяльце. Похоже, что с некоторых пор она дневала и ночевала перед зеркалом. За плечом Свирельки виднелся краешек живописного сада, по которому прогуливалась влюбленная парочка.
  Каким-то чудом, Сага услышала легкие шаги за дверью. Быстрым движением рукава она стерла с зеркала черные руны и бросилась к портьерам, закрывающих дальний дверной проем. В щелку было видно широкое окно с видом на оживленную улицу. Вид радостных людей за окном придавал оптимизма. Ну и что если даже ее обнаружат? Штрафом больше, штрафом меньше! Главное, что теперь Свирелька знает о ее местонахождении.
  Она замерла за портьерой. Ужасно чесался нос, однако девушка терпела, чтобы не выдать своего присутствия. Сага даже не знала кто сейчас находится в комнате. Она лишь слышала тихие шаги, затем шаги замерли - что-то звякнуло, послышался звук наливаемой в бокал воды или вина. Замершая за портьерой девушка смотрела в окно. Тянулись мучительные минуты ожидания. По улице, взрываясь звонким смехом, пробежали дети. Сага едва не вздрогнула при виде знакомого лица в толпе. Неужели показалось? Нет, не показалось. По улице шел... Рик! Сага была готова поклясться, что это он. Его прямой нос, выгоревшие на солнце патлы и спину а-ля 'жердь проглотил' она узнала бы из миллиона! Принц хмурился, сосредоточенно всматриваясь в окружающие лица, и вел себя так, словно кого-то искал. Похоже, что он не ощущал никакой радости от всеобщего праздника. Ей же оставалось только безучастно наблюдать за тем, как Рик продвигается в сторону причала.
  Вновь потянулись бесконечные минуты ожидания. Когда раздались легкие шаги, Сага просто не поверила собственным ушам. Звук приоткрытой двери оповестил о чьем-то визите. Зазвучала певучая эльфийская речь. Сага ощутила холодок, пробежавший меж лопаток. Все это время в комнате отдыха находился капитан Лоранд Данн Хоннор. Голос капитана ей хорошо запомнился. К тому же эльфийка, обращаясь к нему, называла его 'Данн'. Внутри семьи эльфы обращались друг к другу по второму имени, а в официальной обстановке и с чужаками задействовалось третье имя. Кажется, сладкоголосая эльфийка подбивала Хоннора на свершение маленькой морской прогулки. Капитан наконец сдался и проследовал за эльфийкой. Сага еле сдерживалась от желания броситься за ними. Закусив губу, она заставила себя медленно сосчитать до пятидесяти и только потом аккуратно выглянула из-за портьеры. Никого. Чирикали птицы, журчал фонтан.
  Сага приоткрыла дверь и снова прислушалась. Затем, по стеночке, дошла до лестницы, ведущей в подвал.
  - Да чтоб вас! - с досадой прошипела она, обнаружив запертую дверь подвала. Эльфы, уходя из дома, закрыли на замок все входные двери.
  Ей пришлось проявить чудеса ловкости для того, чтобы покинуть дом через узенькое подвальное окошко. Пользоваться другими окнами не было смысла, ибо остальные окна выходили на оживленные улицы гетто. А ну как заметят? И ведь даже если не эльфы заметят, а свои - все равно сдадут!
  Какое счастье затеряться в толпе людей, спешащих на представление! Сага бросила прощальный взгляд на дом эльфа и, облегченно выдохнув, отправилась на поиски Рика. Такого скопления народа, собравшегося на причале, она еще не видела; надежда найти Эверикона испарялась с каждой новой минутой. Разношерстная толпа с восторгом смотрела на дрессированных дельфинов, а Сага без устали крутила головой. Похоже, что лимит ее везения на тот день был исчерпан!..
  
  В следующий раз, когда принц увидел Аранку, та сидела в окружении спутанных клубков. Она подготавливала нитки для того, чтобы ткачихи смогли сделать из них основу для полотна. Ее худые пальчики жили какой-то отдельной жизнью - жизнью, в которой зрение стояло на последнем месте. Рик молча поставил на стол корзину, полную сладкой сдобы. Кузнец любил баловать единственную дочь.
  - Привет Рик! - девочка улыбнулась. Ловкие пальцы ни на секунду не прекращали распутывать клубки.
  - Как ты догадалась, что это я? - удивился он.
  - По шагам узнала. Понравилось вчерашнее представление?
  - Для детей сойдет. - Ему не был понятен ажиотаж по поводу дрессированных дельфинов. Да и с Сагой он, похоже, разминулся. Все-таки нужно было идти в музей.
  - А я бы посмотрела, если б могла, - из впалой груди вырвался мечтательный вздох. Рик молчал.
  - Ты чем-то опечален? - участливо поинтересовалась девочка, прерывая работу.
  'Поверь, по сравнению с тобой, у меня все хорошо', - хотел сказать принц, но вовремя сдержался. Интересно, мать этой малышки сдала бы его Абелоуну? А малышка, узнай она всю правду о смерти матери?
  - Выбери себе самый вкусный пирожок и съешь. Мне помогает.
  Рик усмехнулся. Раньше, на Уинфреде, он именно так и поступил бы, но с тех пор, прошла вечность и его привычки кардинально поменялись.
  - Я бы предпочел кружку джотта.
  - Типичный хельм! - хихикнула Аранка и тут же зажала рот рукой, боясь обидеть юношу. Но тому было приятно ее замечание, потому что с некоторых пор он считал, что знать кто ты есть на самом деле - это действительно важно.
  - На столе, в чайнике, осталось немного джотта, - на лице девочки отобразилась виноватая улыбка. - А мне налей сока, если тебе не трудно. Я его очень люблю.
  Принц с готовностью выполнил ее просьбу.
  - Возьми, - наклонившись, он осторожно вложил в ее пальцы наполненный соком стакан.
  - Подожди! - она протянула к его лицу свободную руку и спросила: - Можно я посмотрю на тебя?
  Эверикона немного озадачил подобный вопрос, однако он дал согласие. Пощупав лицо принца, Аранка вынесла вердикт:
  - Хорошенький.
  - Спасибо. - Плеснув себе в кружку сладковато-пряного напитка, Рик сел на подоконник, ибо диван, стулья, кресла были завалены разноцветными нитками пряжи. Сага тоже считала его симпатичным, и он несказанно радовался этому факту.
  - А почему ты в перчатках? - внезапный вопрос едва не заставил поперхнуться джоттом.
  - М-м-м!.. На руках шрамы от ожогов.
  - Можно посмотреть?
  - Нет! - буркнул Рик.
  - Кажется, я догадываюсь, почему ты приплыл к эльфам, - лицо девочки приняло такое серьезное выражение, что принцу стало не по себе. Он слышал, что незрячие люди способны увидеть то, что скрыто от зрячих глаз. - Ты думаешь, что они излечат твои шрамы.
  - Да делать мне больше нечего! - Юноша облегченно выдохнул, радуясь, что Аранка идет по ложному следу.
  - А почему у тебя усы не растут?
  - Потому что лицо глиной мажу, - честно ответил принц. Когда-то он мечтал отрастить усы и бородку как у 'дяди' Абелоуна, теперь же делал все, чтобы избежать как внешнего, так и внутреннего сходства.
  - Ну типичный хельм! У вас, говорят, бороду носить не модно.
  - Ладно! Мне пора, - он допил последний глоток и поставил кружку на подоконник.
  - Постой-ка, - голос девочки сделался тихим-тихим. - Скажи, я красивая?
  Принц с удивлением уставился на орбанскую малышку.
  - Э, - протянул он, сообразив, что та напряженно молчит, с немой мольбою ожидая ответа. - Для ребенка даже очень красивая.
  - Я не ребенок! - возмущенно крикнула Аранка.
  - Понятно, - Рик поспешил скрыться за дверью. - Счастливо!
  
  Со Дня Альфарейских искусств миновала неделя с небольшим и жители гетто стали все чаще заговаривать о морских гонках. Если о существовании первого праздника Сага раньше и не подозревала, то о гонках была наслышана. В соревнованиях принимали участие как эльфы, так и любой желающий, способный арендовать парусную лодку. Все члены выигравшей команды получали право на исполнение желания. Конечно, там было много оговорок: без кровопролития, подарков в виде целого королевства и тому подобного, однако посыл был заманчивым.
  - Сага, ты что загадала бы? - как-то поинтересовалась разговорчивая Мартелла. Всю последнюю неделю она получала похвалы от эльфов, потому что ее гортаксчанки, троллиха и Сага работали лучше всех.
  - Собственную каравеллу! Или галеон!
  - Вас, хельмок, не поймешь! - женщина поразилась 'бездарно потраченному' желанию. - На что тебе собственный корабль, если можно запросто купить билет и поплыть туда, куда тебе нужно?
  Сага упрямо засопела, даже не пытаясь ничего возражать. Вот она - типично обывательская точка зрения! Правильно говорят: 'У хельмов в крови море, у орбанцев - яблочный сок'. Про гортаксчан в пословице не говорилось, но идея с яблочным соком вполне подходила не только южному, но и восточному соседу королевства Хельм.
  - Ну а ты что пожелаешь? - голос Саги источал скепсис.
  - Конечно же, мужа-эльфа, - гордо ответила Мартелла. - У нас каждая вторая гортаксчанка мечтает о чем-нибудь этаком.
  - Ну что тут скажешь? - Сага усмехнулась. - Удачи!
  - Спасибо, - искренне ответила женщина, не заметив издевки, а затем предложила сходить куда-нибудь вечером развеяться. - Все равно завтра выходной день. Вставать никуда не надо.
  - А куда ты пойдешь?
  - В кузницу одну, - Мартелла вдруг захихикала. - Там такой смешной гном работает! Шутник и балагур! Ты со мной?
  - В другой раз, - Сага вежливо улыбнулась. Она хотела пойти на причал. Ее тянуло к воде, и Рик прекрасно знал об этой ее особенности. Может, сегодня вечером удача вновь улыбнется ей?
  
  В кузнице стояла неимоверная жара. На огонь в кузнечном горне было больно смотреть. Пока Овантер с остервенением бил молотом по наковальне, гном ковал детали к подсвечникам. Предпоследнюю партию он пережег и поэтому сейчас находился не в лучшем расположении духа. Как и сам Овантер.
  - За растрату материала сделаешь сегодня генеральную уборку в комнате Аранки, - кузнец придумал наказание для растратчика.
  - Вона как! - гном оглушительно чихнул и продолжил возмущаться: - Сам пойдет гулять с дочуркой, а мне, значит, уборка светит! Да лучше штраф от эльфов! К тому же в ее комнате жутко воняет цветами! Мастер, ты хочешь, чтоб я подох, захлебнувшись соплями, верно?
  Кузнец пробубнил что-то невнятное. Его дочка практически безвылазно сидит в четырех стенах. Нет, сегодня он обязательно погуляет с ней, пока в комнате будут наводить порядок.
  - Отправь помощника на уборку! - гном шмыгнул носом, мысленно молясь богам о том, чтобы кузнецу понравилась его идея.
  - Не доверяю я ему, - протянул Овантер, покосившись на юношу, застывшего возле клепсидры. Рик получил ответственное задание: вымочить кованые ножи в специальном растворе. В таком деле требовались внимание и точный расчет времени.
  - Да он на вора похож, как я на эльфа! - Бриггс гнусаво хмыкнул. - Не разбираешься ты в 'человеках', человек!
  Овантер вновь покосился на Рика. Иногда ему казалось, что смазливый хельм прекрасно понимает орбанский язык. С гномом-то все понятно: тот за два года вполне сносно выучил язык, живя среди орбанцев на Альфар. Что-то было в парне такое, что ему не нравилось. Неужели в нем пробудилась отцовская ревность? Дочка все чаще заводила разговор о зеленоглазом хельме. Вот и сегодня, главной темой вечера наверняка будет Рик.
  - Ладно, Бриггс! Уговорил.
  Эверикон едва сдержался, чтобы не высказать кузнецу в лицо все, что думает о нем, потому что у принца были совсем другие планы на тот вечер. Он хотел посетить местный причал.
  
  Сага бродила по пирсу, любуясь пришвартованными парусными лодками. Многие из них наверняка будут участвовать в грядущем соревновании. В основном, команды состояли из эльфов, правда люди тоже арендовали лодки, при этом, не слишком-то надеясь на победу. Еще бы! Ведь во время соревнований эльфы прибегали к магии, то есть откровенно жульничали.
  Она свернула на прилегающую к пирсу набережную и, с наслаждением вдыхая чуть солоноватый бриз, невольно залюбовалась красивыми новенькими лодками. 'Вот бы сейчас очутиться на собственном корабле в компании Рика и собственной команды!' Увлекшись мечтами, она несколько раз прошла мимо троих орбанцев, а те, завидев Сагу, стразу же притихли, вперив в девушку пристальный взгляд.
  - Простите, - наконец не выдержал один из них - юноша не многим старше Рика.
  Сага удивленно огляделась по сторонам, полагая, что юноша обращается вовсе не к ней.
  - Я - Крон.
  'Фу! Орбанец!' - Сага прикрыла брезгливые мысли вежливой улыбкой.
  - Нашей команде нужен шкипер, - продолжал Крон. - Здесь, в Альфар, мало хельмов. А вас считают самыми хорошими мореплавателями.
  - Постой-ка! - насмешливо вопрошала девушка. - Ты хочешь сказать, что добровольно предлагаешь мне заполучить право на желание?
  - Да. А что тут такого? Нам не жалко. Я, например, загадаю остаться в Альфар.
  - Вот благодаря такому желанию, ты проведешь остаток жизни в качестве раба, продолжая жить в гетто, - она поразилась наивности орбанца.
  Юноша поспешил перевести ее высказывание остальным участникам регаты. По всей видимости, у них были схожие желания, поэтому орбанцы принялись что-то обсуждать, при этом перебивая друг друга. Сага немного понимала язык и сделала вывод, что ребята в срочном порядке придумывают другие желания.
  'Мясо не пойманного тунца делят', - злорадствовала она.
  - Тогда я загадаю просторный дом в сердце Альфар, - юноша вновь перешел на хельмский.
  - Угу! Номинально дом будет вашим, но жить в том доме вы все равно не будете, ибо, по закону Альфар, чужаков дальше гетто не пускают. Скажу больше, так, для расширения кругозора: женатый на человеческой женщине эльф встает перед выбором. Ему предлагают пожизненно жить с ней в гетто или убираться на другие острова.
  Скорчив обиженное лицо, Крон перевел высказывание Саги на орбанский, чем разжег новый спор.
  - Ладно! Потом решим, - Крон тяжело вздохнул, понимая, что спор может затянуться. - Главное выиграть. Правильно говорю?
  Сага кивнула, соглашаясь с его железной логикой.
  - Ну так, что, будешь нашим шкипером? - снова спросил юноша и поспешил добавить: - Ты не думай. Мы не какие-нибудь суеверные. Нам главное, чтобы хельм, а пол - второстепенен. Вас, хельмов, говорят, море любит.
  - Так уж и быть! Поплыву на вашей посудине, - согласилась Сага, решив, что участие в регате поможет ей развеять тоску по морю. - Дайте хоть посмотреть на нее и сообразить что к чему.
  - Только, это, - Крон засмущался, - нам надо еще пять золотых добавить.
  - Уговорили. - Давно, еще будучи на борту 'Dakhl', Сага честно разделила те тридцать монет между собой и Риком. Так что она могла заплатить нужную сумму.
  
  
  Глава 12
  
  And they know we were lyin'
  But they smiled just the same
  It seemed they'd already
  Forgotten we came
  
  Toad The Wet Sprocket, 'Walk On The Ocean'
  
  В честь гонок, на набережной звучали залихватские марши, собранные эльфийскими искусствоведами со всех сторон света. Марши задавали торжественный тон мероприятию. От пронзительных звуков духовых инструментов у Саги разболелась голова и она с нетерпением ждала, когда оркестр сменит репертуар.
  Арендованная парусная лодка под названием 'Эстер' была практически новой и в хорошем состоянии. Если бы удалось призвать эльфов к честной игре, то победа была бы у них в кармане. А так, нужно надеяться на второе или третье место - что тоже неплохо, потому что поощрительными призами были предметы искусства.
  Сцепив руки за спиной, Сага с прищуром наблюдала за действиями своей команды, драющей палубу. Более того, она с явным наслаждением понукала ими, вжившись в роль морского волка.
  'Знайте свое место, орбанцы!' - Сага сделала самодовольное лицо и послюнила палец, чтобы определить направление ветра.
  Ветер с суши говорил о том, что ему по пути с гоночными лодками. Лучшей погоды и не пожелаешь! Девушка стерла пятнышко грязи с кормы лодки.
  'М-да! Первого места нам, конечно же, не видать. - Сага перевела взгляд на далекий синий горизонт. - Ну хоть в кои-то веки капитаном побуду! А еще посмотрю, как будут жульничать эльфы'.
  Ей показалось странным, что возле альфарейских лодок она не увидела ни одного эльфа. Кажется, проверкой лодок занимались их слуги-полукровки. Неподалеку от пирса шнырял подозрительного вида гном. Гном приставал к прохожим, пытаясь по-быстрому состряпать нечто вроде тотализатора. Только желающих заключить пари было не так-то много. Сага повернула голову направо. По пирсу шел... Эверикон. Позади еле-еле плелся бородатый орбанец, который бережно держал за руку худенькую, почти дистрофичную девочку.
  'Да Рик ли это?' - думала Сага. Казалось, что прежний Рик был поуже в плечах и в спине. Работа у кузнеца явно пошла ему на пользу.
  - Рик! - радостно вопила она, пытаясь перекричать музыку оркестра.
  Принц услышал ее и широко улыбаясь, поспешил навстречу.
  - Я искала тебя!
  - И я тебя! Где ты была? - перебивая друг друга, кричали они, а затем, разом замолкли в желанных объятиях.
  - Рик, - рядом прошелестел тоненький голосок.
  Сага, выглянув из-за его плеча, увидела ту самую девочку, запримеченную раньше. Бородатый орбанец в это время обменивался дружескими рукопожатиями с мальчишками из команды 'Эстер'. В отличие от многих хельмов, живущих на Альфар, орбанцы всегда держались друг дружки.
  - Кто это? - только сейчас Сага заметила слепоту девочки.
  - Дочка кузнеца у которого я работаю. Малышку зовут Аранка.
  - Я не малышка! - Аранка топнула ногой.
  - Обещай мне, что больше не потеряешься, - зашептал на ухо Саге счастливый принц.
  - Я тебя ждала на пирсе, - она отвесила ему шутливого тумака. - Весь вечер ждала.
  - Прости! - Рик чмокнул ее в щеку, не обращая внимания на людей вокруг. - Я хотел придти, но мне подкинули дополнительную работу.
  Чтобы скрыть смущение Сага поспешила к 'Эстер'. В ее голове созрел замечательный, как ей казалось, план.
  - У меня новый помощник, - торжественно объявила она, кивнув на Эверикона. - Дерб, ты свободен!
  - Нешестно! Ну пошему девшка видит прекрасника и тут жа хошет ему в команде? - возмущенный до глубины души Дерб перешел на ломаный всеобщий. Он плохо говорил по-хельмски и еще хуже понимал его, но все реплики Саги с готовностью переводил Крон.
  - В море с орбанцами? - прошептал сквозь зубы принц, игнорируя высказывание юноши. - Мне их и в кузне хватает. Да я лучше буду улиток есть, чем с этими скотами на одном корабле плавать!
  - Улиток? Фу, что ты такое говоришь? - шепотом одернула его Сага и тут же обратилась к расстроенному Дербу: - По правилам, я могу заменять любого члена команды.
  - Вы за это заплатите? - пискнул Дерб, почему-то с вопросительной интонацией.
  - Чего? Угрожать вздумал? - девушка с негодованием воззрилась на озадаченного орбанца.
  - Он хочет, чтобы ему вернули пять уплаченных золотых, - объяснил 'переводчик' и Дерб с жаром закивал, протягивая квадратную ладонь.
  Принц вручил требуемую сумму орбанцу и, остановившись перед сходнями, обернулся к Саге с хитрющей улыбкой:
  - Кажется, я понял, к чему ты клонишь. И мне определенно нравится твоя затея.
  - А уж мне-то как нравится! - хихикнула девушка, прекрасно понимая, что теперь победа у них в кармане.
  
  Такого столпотворения на пирсе не наблюдалось с прошлого года. Казалось, что на регату пришли посмотреть все жители гетто и половина жителей Альфар. В глазах пестрело от разнообразия парусов. Особенно выделялись лодки, принадлежащие эльфам. Каких только изображений не было на их ветрилах: золотисто-коричневые кифары, прекрасные эльфийские девы, единороги, цветы, созвездия, птицы. Рик окинул критическим взглядом чайку, изображенную на парусе 'Эстер'. Была б его воля, он давно бы поменял чайку на флаг с раковиной и драконом, похожим на серебряную жемчужину. Флаг королевства Хельм.
  - Убрать сходни! Приготовились! - зычно скомандовала Сага, увидев, что регата вот-вот начнется, потому что на нос галеона медленным шагом взошел пожилой эльф, готовый дать команду 'старт'.
  Через минуту трубачи провозгласили начало регаты, по знаку эльфийского старца. Конечной целью отчаливших от пристани лодок, являлся небольшой безымянный островок, во время прилива почти полностью скрывавшийся под водой. Возле острова дежурил галеон 'Сэвори', с эльфийской знатью на борту, и лодчонки поменьше, полные праздных жителей гетто. Вооружившись подзорными трубами, эльфы расположились в тени широкого навеса, наблюдая за участниками регаты. Одни делали это со скучной миной на лице, другие искренне болели за любимчиков. Им было известно о том, что победит эльфийская команда, но какая именно никто не знал.
  Попутный ветер гнал парусные лодки в нужном направлении; первые десять минут дела шли лучше некуда. А затем, ветер усмирился, и многие лодки начали сбавлять скорость. Команда гномов, решившая бороться до победного конца, вооружилась веслами и практически не отставала от фаворитов регаты - альфарейцев.
  - Шельмуют, ушастые! - Сага провожала долгим взглядом альфарейские лодки. Кто-то из эльфов играл на кифаре, иные принимали солнечные ванны, другие смотрели мечтательным взглядом на прозрачную голубизну воды. Им практически ничего не нужно было делать, только направлять парус, а с этим вполне справлялся кто-нибудь один из членов экипажа.
  - Так я и думал, - сказал Эверикон, незаметно для остальных избавляясь от перчаток. - Применили магию попутного ветра. Любой начинающий маг сумеет сотворить такое заклинание.
  Сага кивнула и отвернулась, пряча злорадную улыбку.
  'Ну, повеселимся!' - По ее спине пробежали щекотные мурашки. Орбанцы хотели спустить парус и взяться за весла, но шкипер скомандовала оставаться на местах.
  Мощный порыв ветра рванул парус, утягивая за собой послушную 'Эстер'. Ошеломленные такой переменой орбанцы что-то возбужденно закричали, не обращая внимания на выкрики проклятий, доносящиеся с соседних лодок. Соперники засуетились, пытаясь поймать ветер, но для них море не приготовило ничего, кроме штиля.
  - Сейчас тряхнет, - предупредил Рик, почувствовав магический барьер, и Сага отдала команду крепче держаться за борт, дабы не угодить в воду. Хитрые эльфы предвосхитили наличие магов в командах, воздвигнув барьер, развеивающий любые заклинания, кроме эльфийских. Только они не предусмотрели наличие в команде архимага, в запасе которого имелось огромное количество разнообразных заклинаний, подчиняющих стихию. В конце концов, Эверикона учили преодолению таких вот магических барьеров.
  Когда 'Эстер' обогнала лодку трудящихся в поте лица гномов, Рик сделал еще несколько пассов, и теперь орбанцам казалось, что 'Эстер' благоволит не только ветер, но и море, добровольно поменявшее течение. Парус трепетал, словно крыло огромной птицы, опьяняющее чувство скорости разливалось по венам. Море плевалось в лицо бесчисленными солеными брызгами в отместку за потревоженный покой. Принц лежал на дне лодки, упершись ногами в ближайшую банку. Для заклинаний ему требовались обе руки, но и выпасть за борт не хотелось. Поэтому юноша не придумал ничего лучше, как принять горизонтальное положение. Орбанцы косились на него с подозрением, однако, то, что творилось вокруг было куда интереснее того, что творилось на борту 'Эстер'.
  Участники регаты пришли в немалое замешательство, заметив лодку, уверенно завоевывающую лидерство. На галеоне, тем временем, наблюдалось небольшое волнение. Альфарейцы обменивались изумленными репликами. Иные шутили и смеялись, предполагая, что все подстроено для того, чтобы пощекотать зрителям нервы.
  Капитан Хоннор, по долгу службы присутствовавший среди зрителей, первым сообразил послать в сторону 'Эстер' хитросплетенное заклинание. Он-то прекрасно помнил о том, что устроители не планировали ничего подобного. Чтобы какие-то людишки вырвали победу? Позор! Не доплыв до финиша десяти метров, лодка по непонятной простому обывателю причине дала сильный крен и, в итоге, легла на правый борт.
  - Тьфу! Альфарейские каракатицы! - отплевываясь водой, завопила Сага. Она успела войти в раж, предвкушая скорую победу и, как следствие, скорое возвращение домой.
  Рядом всплыл Рик - злой и настороженный. Он осматривался, оценивая ситуацию. Эльфы зашли слишком далеко в своей нечестной игре. Нет, принц не собирался нападать на них. Он намеревался сотворить экран, отражающий заклинания, подобные тому, которое они только что испытали на себе. Пока юноша читал заклинание, остальные члены команды всем скопом навалились на борт лодки. Со стороны казалось, будто они общими усилиями поставили 'Эстер' на ровный киль. Данная манипуляция заняла довольно много времени и теперь соперники дышали в затылок. В четырех милях до финиша их догнал 'Ревнивый фавн'. Шкипер - эльф с темно-аквамариновыми глазами смотрел на команду 'Эстер' с тем же интересом, с которым энтомолог смотрит на редких бабочек, насаженных на иглу. Принц понимал, что теперь, под пристальными взглядами эльфов, творить заклинания будет затруднительно. Он 'поскользнулся' и незаметным образом сделал несколько пассов. Быстроходное течение сослужило хорошую службу и 'Эстер' первая пришла к финишу, обогнав 'Ревнивого фавна' на целых полмили.
  Победителей никто не чествовал, потому что оркестр и зрители пребывали в полнейшей растерянности. Молчали и два орбанца - члены команды 'Эстер', юноши не могли поверить в то, что выиграли. Сага самодовольно улыбалась. С самого начала авантюры она была уверена в способностях молодого мага, приведших к безоговорочной победе.
  - Победителем регаты объявляется команда лодки, именуемой 'Эстер'! - Пожилой эльф прекрасно понимал, что никто из гордых альфарейцев не станет оспаривать победу, и подал знак оркестру. Трубачи грянули во всю мощь, не смея проявить ослушание. Зрители возликовали: эльфы без энтузиазма, остальные, весьма искренне. Причем больше остальных радовались орбанцы.
  Внезапно Рик с ужасом осознал, что в суматохе потерялись перчатки, и поспешил сжать ладони в кулак.
  - Сага! Перчатки! - шепнул он.
  - Заколдуй свои руки!
  - Ни один морок не подействует на эти руны.
  - Вот незадача! Ладно, что-нибудь придумаем.
  Для пущей надежности Рик спрятал руки в карманах просторных штанов, выданных в доме кузнеца. А девушка спрыгнула на берег пустынного острова и, зачерпнув песку, вернулась обратно на борт 'Эстер'.
  - На, вымажи пальцы и ногти! - велела она, плюхнув к его сапогам пригоршню мокрого золотисто-серого песка.
  Остальные члены команды, поглощенные победой, потеряли всякий интерес к тому, что происходило на борту и, словно завороженные, смотрели на приближающуюся лодку, готовую доставить их на галеон.
  Наконец команда 'Эстер' поднялась на борт 'Сэвори', представ пред эльфами в полной 'красе': порядком вымокшие, выпачканные песком, смущенные, но счастливые. Эльфийки в белых тогах, одетых поверх голубых платьев, нацепили на головы победителям венки из орхидей, прощебетав при этом скупые поздравления.
  - Какую награду пожелают победители? - с таким вопросом к ним обратился пожилой эльф, желающий поскорее завершить минуты позора эльфийских команд. От Саги не ускользнула жесткая улыбка, скользнувшая по губам альфарейца.
  'Неужели гадость замышляют? Опять какое заклинание применят?' - с тревогой подумала девушка. Конечно, с ее стороны опрометчиво предполагать, что эльфы так просто смирятся с поражением и не ответят на хитрость еще большей хитростью.
  Но подвох пришел не в виде магии. Эльф попросил озвучить желание на альфарейском языке, как того и требовало давнее правило регаты. Орбанцы, довольно долго жившие в гетто, пригорюнились: эльфы не давали им возможности выучить альфарейский. Набор слов, подслушанных в повседневной жизни, не считался.
  Сага посмотрела на Рика, решая дилемму: стоит ли знать эльфам об очередной особенности принца? Не заподозрят ли они что-либо?
  - Malhor al yehl' dinn wejul, - внезапно заговорил Эверикон, - hillet thijn fje queyun Arankja, gefr et cihl' velthir orbhann Ovanthr. Imann que dwjess onnje savel' fje reenj' koilassle al rasl unh teewe. Kessf al koj roaf iqewl-lix.
  Время, проведенное на Альфар, сослужило хорошую службу, ибо принц часто и непроизвольно слышал разговоры эльфов. И если раньше он хорошо читал, но плохо изъяснялся на альфарейском, то сейчас уровень владения языком значительно поднялся.
  - Мы исполним желание, - пожилой эльф от удивления перешел на всеобщий.
  Юноши-орбанцы возликовали, напрасно надеясь на то, что Рик не забыл упомянуть их в озвученном пожелании, и только Сага не спешила радоваться.
  - Я плохо знаю эльфийскую речь, - в ее голосе звучало подозрение, - но, по-моему, ты просил не о свободе.
  - Да, - коротко ответил Рик, не решаясь посмотреть ей в глаза.
  - Ну как ты мог! - девушка прислонилась к мачте, внезапно почувствовав себя опустошенной. Неужели все старания пошли прахом?
  - Поверь, так лучше, - голос принца был тихим.
  Расстроенную Сагу хватало только на то, чтобы пожать плечами и бросить тоскливый взгляд на горизонт. Завтра снова предстоял сбор урожая. Кажется, кукурузы. Смешно! Человека, который всем сердцем стремится к морю, насильно загоняют обратно на сушу.
  Кто-то поправил венок на голове Рика. Обернувшись, он увидел капитана Хоннора, в глазах которого застыла глубочайшая настороженность. Хотя слой мокрого песка прочно держался на пальцах принца, однако спрятать руки в карманы он посчитал не лишним. Хоннор заговорил на родном языке. Он задавал какие-то вопросы Рику, а тот отвечал на них столь непринужденно и легко, что со стороны казалось, будто разговор ведут два эльфа.
  Сага даже не спросила о чем они беседовали, бездумно глядя на воду. А орбанцы, по большей части Крон, тщетно пытались узнать о том, где хельм научился сложному языку Альфар и что это было за желание.
  
  Солнце опустилось за горизонт, море и суша окрасились в серо-голубые тона. Ночь вот-вот должна была вступитьв в свои права. Сага и Рик, заболтавшись, не заметили насколько далеко ушли от пирса и набережной. На пляжах, прилегающих к гетто, было пустынно; по морю, вдоль еще светлого горизонта, проплывал сверкающий огнями галеон. По всей вероятности, припозднившаяся компания отдыхающих направлялась в один из прибрежных городов Альфар. Со стороны корабля слышалась едва уловимая музыка и громкий смех.
  В тот день никто не чествовал победителей, занявших призовые места. Возвратившись на сушу, эльфы делали вид, будто ничего особенного не произошло; жители гетто тоже не спешили с поздравлениями. Лишь единицы нашли для счастливчиков добрые слова. Как ни старались поздравляющие, никто из них так и не узнал, в чем заключалось желание Рика, поэтому отовсюду звучали догадки и предположения. А к концу дня каждый считал своим долгом предоставить собственную версию желания. Только Сага знала истину, потому что Рик подробно рассказал ей обо всем что с ним приключилось с момента их расставания.
  - Эх! А нам могли бы простить штраф, - Сага устало плюхнулась на песок. Только теперь до нее дошло, как долго ей предстоит добираться до дома сборщиц урожая.
  - Это такой пустяк по сравнению с бедой Аранки, - возразил юноша, стягивая через голову опротивевшую рубашку. Близость моря почти не сглаживала вечернюю духоту. А вызывать ветер он поленился. - Я не мог пойти против своей совести. И ты прекрасно понимаешь это.
  Сага наградила его печальной улыбкой. Вот именно такого Рика она знала, понимала и любила.
  - Она тебе нравится?
  - Да, - принц обнял Сагу за плечи и продолжил: - Кому не понравится трогательный ребенок? Только не говори, что ты ревнуешь к малышке.
  - Не в этом дело. Просто забыла сказать, что нарвалась на дополнительный штраф в тридцать одну монету.
  - За что?
  - За драку.
  Принц взъерошил отросшие вихры свободной рукой и рассмеялся. Он ожидал услышать нечто подобное.
  - Не я первая начала драку! - уязвленная Сага ущипнула его за локоть. - Так что ты покинешь Альфар раньше меня.
  - Нет уж. Я тоже совершу какой-нибудь проступок на тридцать одну монету, - запротестовал принц, уткнувшись носом в ее висок.
   - Сумасшедший, - прошептала Сага, ей были безумно приятны его слова.
  - Потому что я люблю тебя, - принц оставил на ее губах невесомый, словно крылья бабочки, поцелуй. Пустынный дикий пляж постепенно тонул в молочно-голубой мгле.
  Девушка скользнула губами по его колючему подбородку, с восторгом осознавая, что Рик стал ей очень дорог.
  Он долго целовал ее лицо и шею, наслаждаясь каждым прикосновением. Пальцы Саги ласкали его обнаженную спину, каждый дюйм, все ниже, и, наконец, остановились на области крестца. С упоением он ощутил сладкий озноб, пробежавший по спине и, осторожно приподняв край рубашки, покрыл поцелуями живот и грудь девушки.
  - Вот он, смотри! - раздался знакомый голос. Говорили на орбанском.
  - Кто с ним?
  - Хе! Это наша шкипер! Поймали голубков!
  - Заходите слева! Мы - справа!
  Краткие реплики заставили Рика вскочить на ноги. К ним приближалась компания из шестерых орбанцев. Сага находилась рядом с принцем, практически плечо к плечу. В ее правой ладони был зажат увесистый булыжник. Если бы только эльфы оставили ей меч!.. Но меча не было, поэтому придется выпутываться из ловушки иным способом.
  - Я всегда знала, что у орбанцев ни совести, ни чести! - Смачный плевок Саги приземлился прямо на сапог Крона.
  Рот орбанца оскалился в усмешке:
  - Возвращайте деньги, мошенники! Сами альфарейский знают, а нам ни полслова!
  В банде пришедших за возмездием орбанцев наличествовал мужчина средних лет, с короткими стрижеными усиками над полной губой. Саге хватило нескольких секунд, чтобы выделить его из всей компании.
  'Самый опасный', - подумала она, скользнув быстрым взглядом по тонким шрамам на щеке и ножнам, притороченным к поясу. Нож, конечно же, был в руке незнакомца. Боевая стойка левой ногой вперед говорила о том, что мужчина далеко не новичок в уличных драках.
  - Это, вы, хельмы, бесчестные твари! Всегда готовы подсидеть ближнего! - распалялся Крон, пиная песок мыском сапога, и попутно пытаясь вытереть плевок.
  - Мы всего лишь помогли слепой девочке, - спокойным голосом объяснил Рик. - Как видите, никакой личной выгоды.
  - Да врет он все! Они с самого начала сговорились! - закричал вихрастый подельник Крона, едва державшийся на ногах. Парень, похоже, хватил лишнего в одной из прибрежных таверн.
  Недаром Сагу насторожил усач. Тот оказался магом и атаковал без предупреждения, словно исподтишка.
  В ее глаза настелили тумана, она упала лицом в песок, не в силах пошевелиться. Совсем рядом прозвучал голос Рика, который засветил в мага ответным заклинанием. Завязалась драка. Кто-то грубо схватил Сагу за щиколотки, пытаясь оттащить в сторону. Однако, через пару секунд пляж огласил чей-то отчаянный крик. Похоже, что Рик тоже умел быть быстрым.
  - Пощады! Пощады прошу! - заканючили на ломаном всеобщем. Теряя сознание, Сага с облегчением поняла, что принц оказался не по зубам этой полупьяной компании.
  Висеть вниз головой было тем еще удовольствием! Приоткрыв правый глаз, Сага не увидела ничего кроме холщовых штанов, свободно свисающих с чьего-то тощего зада. Только вполне добротный ремень не давал штанам опозорить хозяина. Сага разлепила оба глаза. Сгустившиеся сумерки и темный песок ни о чем ей не говорили. В ушах все еще шумело, в руках неприятно покалывало - как будто она отлежала их. Впрочем шум в ушах не помешал Саге различить разговоры, громкий смех и пение кифар. Эльфы не спешили сворачивать праздник. Похититель вдруг запнулся о камень, и девушку тряхнуло так, что непроизвольно клацнули зубы.
  - Прости! - Рик не был уверен в том, что она слышит его. С моря подул легкий бриз, приятно холодящий разгоряченное лицо. Принц остановился, и аккуратно переложил Сагу на песок. Неподалеку виднелись ступени, ведущие на широкую набережную. Она с удивлением обнаружила, что ее правая рука все еще сжимает булыжник. Сага попыталась встать, однако ноги плохо слушались девушку.
  - Ты не ранен? - она с беспокойством смотрела на порядком взмокшего принца.
  - Так, пара ссадин, - честно признался Рик, вытирая лицо невесть откуда взявшимся платком. - Ну не смотри на меня с такой жалостью! - он перешел на шепот: - Я, между прочим, почти что архимаг, поэтому в две секунды ставлю защиту. Жаль, что тебя огородить не успел. Очень больно?
  - Пустяки! Думаешь, я расплачусь от нескольких царапин и постоянно немеющих рук?
  - Только не ты! - с уверенностью ответил принц. - Но, знаешь, лучше бы заклинание угодило в мою глупую голову.
  - Да брось ты! Что с орбанцами? - спросила Сага, пытаясь размять спину, и тут же поморщилась от неприятных ощущений в лопатках.
  - Много им не потребовалось, - Рик махнул в сторону убегающего вдаль пляжа. - Многие из них едва на ногах стояли. А другим хватило ударной волны. А ты чего в камень так вцепилась? - принц захихикал. - Я пытался разжать твои пальцы, но ничего не получилось.
  - Привычка, - коротко ответила Сага, избавившись наконец от булыжника. Обычно такой мертвой хваткой она вцеплялась в рукоять меча или кинжала, зная, что потеря оружия может привести к печальным результатам.
  - Ладно! Пойдем дальше, - принц решил, что достаточно отдохнул и взял Сагу на руки.
  - Я пойду сама, - запротестовала девушка, прекрасно понимая, что мышцы Эверикона не железные.
  - И дойдешь только к утру, - проворчал юноша, отметая любое сопротивление.
  
  - Ну где же ты пропадал? - девичий голос был полон отчаяния, вперемешку с радостью.
  Рик сначала подумал, что ему померещился голос Аранки. Ведь кузнец никогда не приводил ее в 'свой' дом, зато частенько пропадал в доме ткачих. Гном объяснял это жаждой женского общества. Да и ткачихи были не прочь состроить кузнецу глазки.
  - Я... так получилось. - Рик не знал что придумать, потому что все мысли были заняты Сагой, а припухшие губы горели продолжительными поцелуями любимой. Они долго и неохотно расставались на пороге 'ее дома' - дома сборщиц урожая, обещая друг другу встретиться вечером возле причудливого фонтана в виде трехметрового дракона, из открытой пасти которого вырывались водяные струи, подкрашенные охрой.
  Аранка сидела на высоком стуле возле окна, тоненькие ножки в серых чулках и коричневых сандалиях свободно болтались над полом.
  - Почему ты здесь? Отец разрешает тебе ложиться спать за полночь? - нарочито сердито спросил Рик, перед тем, как надолго припасть к кувшину с водой.
  - Не заснуть мне, - девочка опустила голову. - Эльфы обещали придти завтра. Они заберут меня в Альфар для исцеления, и я вновь смогу видеть. Я увижу тебя!.. Рик?
  - М? - он все еще пил воду.
  - Спасибо.
  - Угу.
  - Ты подождешь, пока я вырасту?
  Принц, едва не поперхнувшись последним глотком, отставил кувшин в сторону.
  - Не нравятся мне твои вопросы, - прохрипел он, прочищая горло.
  - Значит, нет, - сделала вывод девочка. Ее голос дрожал. - Это из-за той девушки на пристани, да? Папа описал мне ее внешность. Скажи, если бы я была такой же белобрысой, как большинство хельмов, ты согласился бы ждать меня?
  - Аранка! - юноша тяготился этим бесполезным разговором. - Хватит болтать глупости!
  - Но зачем ты потратил на меня желание? - сдавленно прошептала упрямая дочка кузнеца.
  - То есть я еще и объяснить должен? - фыркнул Рик. Рассказать девочке правду он не решался, потому что это означало конец всей конспирации.
  - Вот что значит..., - она запнулась, растирая по щекам слезы. - Говорят, что первая человеческая колдунья знала толк в растениях. И однажды сварила из цветков брунфельсии зелье от несчастной любви. Я...
  - Аранка! - воскликнул принц, забыв о том, что может разбудить кузнеца или гнома. - Зачем ты говоришь о несчастной любви? Что ты вообще знаешь о любви?
  - А ты?
  - Может быть мало, но я точно знаю, что отдам жизнь за свою любимую!
  - Спасибо за помощь, девочка. Завтра ты будешь зрячей, - в комнату зашел капитан Хоннор.
  Склонившись в учтивом поклоне перед замершим на месте Риком, Хоннор продолжил на альфарейском:
  - Видеть вас в Альфар - большая честь для эльфийского народа, Ваше Высочество.
  На 'окаменевшем' лице Эверикона не дрогнула ни единая мышца. Конспирация с треском провалилась, впереди замаячили новые проблемы, однако, это еще не повод нервничать и посыпать голову пеплом.
  - Вы что-то перепутали, капитан, - Рик предпринял попытку переубедить эльфа.
  - Посудите сами, Ваше Высочество, каким бы я был капитаном секретной службы, если б не умел докапываться до сути каждого, кто прибывает на Альфар? Безопасность моего народа превыше всего. Кстати, для справки: за время своей службы я не пропустил ни одного склонного к насилию субъекта. Они довольно быстро вычисляются. Подобным типам нет места даже в гетто. Оттого уровень преступности на взятой под мой контроль территории находится на нулевой отметке.
  - Похвально. - Рик проводил взглядом беззвучно плачущую Аранку, Овантер прибежал по первому зову эльфа и, взяв дочку на руки, в спешке покинул комнату. - Что теперь?
  - Теперь, я приглашаю Ваше Высочество в столицу Альфар. Мы поселим вас в лучшем замке королевства.
  - А если я захочу остаться здесь?
  - Но, Ваше Высочество! - удивленно воскликнул эльф. - Никто не хранит бриллианты в дешевых берестяных коробках!
  - Какое лестное сравнение, - принцу было совсем не весело, но он заставил себя вежливо улыбнуться.
  Капитан вновь учтиво поклонился.
  - Дело в том, что управлять погодой благоприятнее всего из столицы.
  - Благодарю капитан. Я остаюсь здесь. И это мое окончательное слово. - Рик направился к выходу. Он мечтал принять теплую ванну, вытряхнуть песок из обуви и переодеться в чистую одежду.
  - Но Вы же не хотите, чтобы с госпожой Сагой произошла какая-нибудь неприятность? - янтарные глаза капитана горели огнями царства Инфренуса.
  Юноша вздрогнул, словно от удара хлыстом по спине.
  Закричать от бессилия - вот то единственное действие, которое он мог совершить на данный момент. Принц обернулся. Его взгляд был похож на ледяной наст. Этот взгляд развеял последние сомнения Хоннора в том, что Рик любит Сагу.
  
  Эверикон был одним из немногих счастливчиков, которым удалось лицезреть столицу Альфар воочию, а не на картинках редких книг. Да и, пожалуй, ни одна самая живописная картинка не сравнилась бы с настоящим видом, открывающимся из широких окон просторной гостиной. Еще час назад капитан Хоннор уверял спутника в том, что отныне Рик является единоличным владельцем белокаменного замка, к воротам которого они вышли из арки магического портала.
  Юноша просидел возле окна всю ночь, пытаясь придумать план побега. Охраны вокруг замка не было, однако, это еще ничего не означало.
  - Я очень сожалею, но Вашему Высочеству не надлежит покидать Альфар, - заливался соловьем Хоннор. - Для вашего же блага. И для блага вашей возлюбленной.
  'Сиди в Альфар и выполняй наши требования, иначе горько пожалеешь'. Именно так должны были звучать слова капитана', - подумал Рик. Он считал, что любая любезность из уст Хоннора звучала хуже всяких угроз.
  С утра пришел первый заказ на погоду. Его доставили прехорошенькие девушки, облаченные в полупрозрачные одежды. Их тела казались совершенством. Из-под полуопущенных век смотрело любопытство.
  - Я желаю говорить с капитаном Хоннором, - процедил сквозь зубы Рик, сбросив со стола поднос с заказом. Поднос бряцнул о мраморный пол, свиток укатился под шкаф, а девушки, визжа, убежали из гостиной. В то утро он совсем не ощущал себя уставшим. Казалось, что бессонная ночь никак не повлияла на самочувствие юноши. Более того, он пришел в такую ярость, как будто бы его посетил сам Абелоун, а не прекрасные девы.
  Лоранд Данн Хоннор не заставил себя долго ждать, представ пред очи принца спустя пару минут.
  - Капитан, я выдвигаю встречные условия своего... пребывания в Альфар, - глаза Эверикона презрительно сузились. Если они хотят использовать его, то он, в свою очередь, не откажется от ответного шага. - Во-первых, мне нужны нормальные слуги. Ты знаешь, что такое 'нормальные слуги'?
  - Ваше Высочество предпочитает... м-м-м... юношей? - пробормотал весьма озадаченный эльф.
  - По себе судишь, Хоннор? - Рик не остался в долгу.
  - Тогда я ничего не понимаю, Ваше Высочество.
  - Хоннор! Нормальные слуги - это не курятник из полуобнаженных девиц! Нормальные слуги - это степенный мажордом и расторопная экономка, которых не видно и не слышно! Вот здесь, - он указал на круглый отполированный до блеска стол, - должен лежать колокольчик, позвонив в которой я могу позвать прекрасно вышколенного слугу. Во-вторых, я буду общаться с Сагой.
  - Но мы не можем раскрыть вам местопребывание девушки, - попробовал возразить Хоннор.
  - Есть такое удобное средство как зеркальная связь! - рявкнул Рик. Он очень надеялся на то, что заполучив зеркало, Сага не упустит случая связаться не только с ним, но и со Свирелькой.
  - Хорошо, Ваше Высочество, мы что-нибудь придумаем, - вздохнул эльф, с каждой минутой все больше убеждаясь во взбалмошности особ королевских кровей.
  - В-третьих, мне нужен доступ в лучшие библиотеки Альфар. Это еще не все требования, но для первого раза, думаю, достаточно.
  Эльф ответил поклоном, всем видом показывая, что претензии и пожелания принца были услышаны. Перед тем как покинуть белокаменный замок, Хоннор сделал пасс рукой: поднос со свитком возвратился на стол. Намек был очевиден.
  Рик поднялся вверх по мраморной лестнице и вышел на широкую площадку, с которой открывался головокружительный вид. Замок очень гармонично вписывался в местный ландшафт. Одна часть замка находилась на правом берегу реки, вторая - на левом. Обе части соединялись аркой-мостом, под которым бурлил кристально-чистый поток воды, переходящий в шумный водопад. Южная сторона замка смотрела на живописную долину, в которой было место тенистым паркам, домам, лесам, лугам, озерам и, конечно же, синей ленточки реки. Северная сторона смотрела на деловую часть столицы, в которой численность домов превосходила численность парков, фонтанов и памятников. Здесь берега реки были одеты в гранит, а мощеные набережные были усеяны причудливыми беседками.
  Опершись о перила, принц любовался насыщенными красками долины Альфар, сожалея о том, что рядом нет Саги. Далеко-далеко, за долиной, виднелась маленькая блестящая полоска моря, с уходящей за горизонт точкой-кораблем. Как он мечтал очутиться на том корабле вместе с Сагой!..
  Рик вздохнул и распечатал свиток. Тот кто заказывал погоду был настолько уверен в знаниях принца, что отослал заказ на эльфийском языке. К посланию прилагалась карта. Области, которые нуждались в дожде, были закрашены голубой краской, области, которым требовался сухой, солнечный день - оранжевой. Столице Альфар требовался непродолжительный дождь после обеда. Выполнив все пункты, кроме последнего, Рик вернулся в гостиную. На столе стоял маленький продолговатый поднос, на котором покоился колокольчик. На серебряный звон откликнулся мужчина-полуэльф, одетый в красно-золотую ливрею.
  - Ванну и завтрак, - принц кратко озвучил свои пожелания.
  - Ванная готова, Ваше Высочество, - слуга поклонился и встал возле распахнутой двери, готовый проводить хозяина до ванной.
  Роскошь эльфийского замка напоминала Рику собственные покои на Уинфреде. С той лишь разницей, что комнаты замка были гораздо просторнее. Ванна вообще напоминала купальню, по меньшей мере, на тридцать персон. От воды в мелком, выложенном сиренево-белой мозаикой бассейне, исходил легкий пар. На поверхности плавали островки из алых лепестков. Второй бассейн, облицованный розовым мрамором, был гораздо глубже. По периметру комнаты выстроились фарфоровые вазы с цветами, статуи, маленькие фонтанчики, шкафчики, забитые флаконами с ароматической солью. Вид за арочными окнами скрывали витражи, по верхней части которых плыли гордые корабли, а на основной части зеленел тенистый сад, в котором танцевали девушки в тогах. С утра, при определенном положении солнца, изображение с верхней части витража проецировалось на дно глубокого бассейна. И принц невольно восхитился фантазией архитектора.
  Завтрак проходил в полном одиночестве. Эльфы и тут расстарались для своего драгоценного пленника: стол ломился от разнообразных блюд и закусок, многие из которых оказались Рику в диковинку.
  Так потянулись бесконечно похожие друг на друга дни. Принцу часто снился Уинфред и Абелоун, насмехающийся над 'племянником'. Просыпаясь в холодном поту, он подолгу ворочался и не мог заснуть. И только иной антураж, и воспоминания о гетто приводили его в чувство. По нескольку раз в день Рик вызывал к себе Хоннора и требовал встречу с Сагой, однако капитан выдавал все те же дипломатичные отговорки, обещая, что уж если не сегодня, то завтра, требование принца будет удовлетворено.
  
  
  Глава 13
  
  Mother swallows golden sand,
  Whispers, she's taking back what's hers.
  Her feet are two split continents
  Her heart is the map of the world
  
  Anoushka Shankar, Vanessa Redgrave, 'Remain The Sea'
  
  Библиотеки Альфар, как правило, пустовали после полудня. Основной наплыв посетителей приходился на вечер, когда начинающие поэты выносили на всеобщий суд свежесочиненные вирши. Мраморные скульптуры и шкафы с книгами и свитками, блестели чистотой. Рик с улыбкой вспомнил поход в библиотеку на Усе Богомола. Там было настолько пыльно, что они с Сагой не могли прочихаться. Да и выбор книг был куда как скромнее: в основном, полезные советы для домашних хозяек, философско-религиозные трактаты архимага Майтната и коротенькие сказки для детей. Впрочем от эльфийских библиотек тоже было немного толку, потому что хитрые эльфы убрали с полок все книги, содержащие сведения о боевой магии. Зато никто не подумал прятать книги, касающиеся целительства. 'Вот и отлично! - рассуждал Рик. - Хороший целитель, порою, бывает полезнее самого лучшего из боевых магов'.
  Принц задремал с открытой книжкой в руке. В 'Целебной эльфийской магии' иногда проскальзывали весьма интересные формулы.
  Негромкое покашливание заставило Рика открыть глаза. На соседнем диване сидел Хоннор. Принц мысленно улыбнулся, прекрасно понимая причину данного визита.
  - Ваше Высочество, почему Вы проигнорировали заказ погоды на сегодня?
  - Потому что прошло больше недели, с тех, пор как вы обещали организовать мне встречу с Сагой.
  - Ваше Высочество, это неразумно. Мы к вам со всей душой, а вы не можете немного подождать, - Хоннор 'завел старую песню'.
  - Лимит терпения исчерпан, - жестко ответил Эверикон. - А если еще потяните, то будет вам ураган с грозой вместо коротенького дождика.
  Эльф резко поднялся с дивана. Весь его вид говорил о глубочайшем негодовании. 'Глупый мальчишка!' усмехалась жесткая морщинка у левого уголка рта.
  Вечером того же дня, когда Рик коротал время в гостиной за чашкой ароматного джотта, раздался стук в дверь. Принц, не отрываясь от чтения книги 'Легенды и предания', сделал пасс. Дверь открылась, но никто не зашел. Рик обернулся: в дверном проеме стояла Сага. Обрадованный юноша бросился ей навстречу и стиснул в объятиях.
  - Они, что, голодом тебя морили? - с момента их последней встречи, и без того щуплая девушка, похоже, рассталась с парой-тройкой килограммов.
  Сага помотала головой. Она смотрела на него словно завороженная, не в силах вымолвить ни слова.
  - Что-то случилось? - забеспокоился принц.
  - Какой же ты красивый! - в голосе наконец заговорившей девушки звучало восхищение.
  - Просто ты давно меня не видела, - отшутился он, провожая ее к столу. - Не сочти за грубость, но тебя нужно срочно откармливать.
  С первой же секунды, он почувствовал какое-то хитрое магическое заклинание, наложенное на Сагу. Кажется, эльфы отслеживали каждый шаг белокурой гостьи.
  - Что они с тобой делали? - спросил Рик, ухаживая за Сагой.
  Та попыталась протестовать, однако он и слышать ничего не хотел, наполняя ее тарелку салатом, мясом и сыром.
  - Я почти ничего не помню, - ее голос был тихим, задумчивым. - Меня куда-то увезли и я долго спала.
  - Налить джотта? - Рик нежно улыбнулся ей, но Сага отрицательно помотала головой.
  - Лучше сока, - застенчиво попросила она.
  Выполнив ее просьбу, принц придвинул ближе стул и сел рядом. Сага аккуратно разрезала мясо и тщательно пережевывала каждый кусочек, время от времени промокая губы салфеткой.
  - Пребывание у эльфов благоприятно отразилось на твоих манерах, - улыбнулся Рик. Теперь его шансы на побег удваивались. Благодаря светловолосой девушке, в глазах которой плескалось море, он сбежит с Альфар.
  - На сколько тебя отпустили? - спохватился юноша.
  - На два часа, - ответила Сага, отправляя в рот последний кусочек сыра.
  Рик посмотрел на магическую клепсидру и, схватив девушку за руку, потянул за собой:
  - Ты обязательно должна кое-что увидеть.
  Он привел Сагу на площадку, с которой открывался захватывающий вид на долину. При всей нелюбви к замку и эльфам, Рику нравился вид долины, воплощающей в себе мечту любого художника-пейзажиста.
  - Какая красота! - восхищению девушки не было предела. Обнявшись, они стояли возле перил и долго смотрели на то, как клонящееся к горизонту солнце добавляет долине новых красок.
  - Ты любишь меня? - Сага спрятала лицо на его груди.
  - Нет, Аранка, - Эверикон убрал руку с ее плеча. Теперь его подозрения окончательно подтвердились. - Даже стараниями эльфийской магии ты никогда не заменишь Сагу.
  Девушка отпрыгнула от принца как дикая кошка, обрызганная водой. Она тяжело дышала, словно еще секунду назад уходила от погони.
  - Как ты догадался? - спросила она, видя, что Рик не кричит и не злится. - Благодаря магии, я говорю на чистом хельмском и выгляжу как истинная дочь твоего народа.
  - Пойми, малышка, дело не во внешности и не в акцентах, - юноша со вздохом облокотился о мраморные перила. Он старался не смотреть на пародию Саги - настолько удачную, что в первые минуты их встречи, он поверил в обман.
  - А в чем? - требовательно спросила она, с каждой секундой становясь смелее.
  Ну как объяснить малышке, что Сага давно развела бы кипучую деятельность, обдумывая всевозможные варианты побега? Сага никогда не постучалась бы в дверь, зная, что в комнате находится Рик. Она никогда не отказалась бы от чашки джотта и навряд ли блистала бы хорошими манерами за столом.
  - Я чувствую магию эльфов. - Рик выбрал самый легкий ответ из всех. - Что с Сагой?
  - Ходят слухи, что она сбежала. Только я не должна была говорить об этом,- прошептала Аранка и тут же закрыла рот ладошкой.
  - Ничего, - принц ободряюще улыбнулся ей. Он надеялся услышать подобный ответ. А эти глупые попытки эльфов оттянуть их встречу означали то, что Сага не была их пленницей. - Скажешь эльфам, что я не заметил разницы, а я забуду все что ты сказала.
  Конечно! Это было в духе настоящей Саги - сбежать, исчезнуть, чтобы потом поспособствовать его побегу.
  Поняв, что он больше не нуждается в ее присутствии, Аранка побрела к широкой арочной двери.
  - Спасибо, - девочка замедлила шаг, не решаясь посмотреть на принца. - Благодаря тебе я обрела зрение и теперь вижу красоту этого мира.
  - Всегда пожалуйста. Не забывай о нашем уговоре. Иногда я буду вызывать тебя под личиной Саги. Ведь ты так и живешь в гетто?
  Она кивнула.
  - Тогда, увидимся!
  Эверикон посмотрел ей вслед, подумав, что смог бы распознать подлог даже по манере двигаться. Походка Аранки была скромной, семенящей, как и полагалось дочке богатого человека, не пожалевшего средств на воспитательниц, задача которых заключалась в привитии отпрыскам манер, принятых в высшем обществе. Сага обладала походкой охотника - легкой и бесшумной.
  Во время встречи с Хоннором, случившейся днем позже, Рик учтиво поблагодарил альфарейца за свидание с Сагой. Чтобы не вызывать подозрений, он так же поинтересовался насчет следующей встречи с 'возлюбленной'.
  - Думаю, что в скором времени, Ваше Высочество, - вежливо отвечал эльф. - Вы же понимаете, что мы каждый раз нарушаем закон, позволяя человеческой деве, посещать столицу Альфар.
  - Но я честно выполняю свои обязательства, - возразил Рик, пытаясь увидеть в золотистых глазах собеседника истинные чувства. Ведь капитан запросто мог делать хорошую мину при плохой игре; как бы принц того ни желал, но всецелого доверия Аранка не заслуживала.
  - Я благодарю Ваше Высочество от лица всего альфарейского народа за сотрудничество, - Хоннор приложил руку к сердцу и склонил голову.
  Так, снова потянулись дни ожиданий, которые Рик коротал за изучением эльфийской магии. Он перелистал множество книг, в поисках чего-то стоящего. К счастью, что-то стоящее нашлось не в каком-то редком печатном издании, а в широко распространенной книге по бытовой магии. 'Заклинание морока' было самым популярным среди альфарейской молодежи, ибо оно распространялось не только на вещи, но и на внешность. Многие жители Альфар (особенно подростки) находили забавным видоизменяться в угоду настроению. И это, казалось бы, довольно простое заклинание, могло сослужить впоследствии хорошую службу. Рик вздохнул, подумав о том, что он с радостью принял бы предложение стать чьим-либо учеником, если бы такое предложение поступило. Увы, никто из эльфов не желал ввязываться в подобную авантюру. Да и о каком обучении могла идти речь, если едва ли не каждый житель Альфар считал себя на голову выше иных рас. Так что принц практиковался в полнейшем одиночестве, с трудом разбираясь в хитросплетениях чужой магии.
  Поначалу эльфы с презрением поглядывали на человека, но старейшины сделали официальное заявление, что отныне штат альфарейских магов пополнился стихийным магом - таким желанным среди любого народа. После заявления старейшин, эльфы начали относиться к Рику с гораздо большим уважением: раскланивались на улице, но по-прежнему избегали общества человека.
  Аранка, часто навещавшая его, охотно согласилась стать глазами и ушами Рика в гетто. Именно она рассказала о том, что Сага исчезла при загадочных обстоятельствах. То есть, рано утром, пробудившиеся гортаксчанки увидели пустую, незаправленную кровать. Мартелла, управительница дома, доложила обо всем эльфам, подумав, что девушка по-тихому сбежала дождавшись ночи. Эльфы провели расследование. Сага действительно сбежала, но ее след загадочным образом обрывался возле одной из арок-переходов. Создавалось впечатление, что побегу девушки поспособствовал кто-либо из эльфов, потому что магия переходов не была подвластна ни одному человеку. Кем бы ни был тот эльф, который помог Саге, Рик был ему благодарен. Хотя сердце иногда покалывало иглами ревности.
  Принцу не терпелось покинуть Альфар. Сага исчезла и его тут больше ничто не удерживало. Да только ничего путного не придумывалось. Главная загвоздка заключалась в наличие порталов, неподвластных никому кроме эльфов. Он мог бы взять в заложники Хоннора или кого-нибудь еще, однако у него не было уверенности в том, что эльфы станут выполнять его требования. К тому же план мог с треском провалиться и после подобных фортелей, Хоннор наверняка сузит круг его свободы, если не заточит в замке, без права посещения столицы. Нет, план должен быть столь же безупречным как магия эльфов.
  
  Еще одна неделя заточения, во многом похожая на предыдущую, подходила к концу. После полудня, как обычно, пришла Аранка. Кажется, им удалось усыпить бдительность Хоннора и тот разрешил видеться чаще. Вежливый, едва слышный стук в дверь возвестил о ее приходе. Очутившись в одной комнате с принцем, Аранка повела себя несколько странно. Она словно хотела что-то сказать ему, но не решалась. Рик не лез с расспросами и девочка, после долгих колебаний, вложила в его пальцы скомканную бумажку. Он хотел было спросить о таинственном авторе послания, но девочка приложила к губам палец. Неужели их подслушивают?
  Рик спрятал бумажку в карман и постарался придать голосу нежности:
  - Сага! Я так скучал по тебе!
  - Я тоже, - отвечала Аранка, пытаясь скрыть настоящие чувства. Неделю назад она всем сердцем желала очутиться на месте Саги. И вот, желание сбылось. Но стала ли она от этого счастливее? - А ты все учишься, - она указала на разбросанные тут и сям книги. - Не надоело учиться?
  - Надоело учиться? - удивленно переспросил Рик. Он выглядел так, словно подобная мысль никогда не приходила ему в голову. - По-моему эта привычка настолько укоренилась во мне, что избавиться от нее будет не просто.
  Аранка села на краешек дивана и стянув со стола первую попавшуюся книгу, принялась перелистывать страницы. Они не могла прочитать ни слова на эльфийском. Впрочем, как и на любом другом языке. В виду своего недуга, девочка не умела читать, но в тайне надеялась исправиться и выучить хельмский язык, включая письменность. Изучение букв родного языка она отложила на потом.
  Найденная книга изобиловала картинками, на которых были изображены флаги, карты, замки и какие-то люди. Судя по одеждам людей, это были монархи и люди из знати.
  - Смотри, как этот мужчина похож на тебя, - девочка повернула раскрытую книгу так, чтобы Рик увидел картинку, о которой шла речь.
  - Не он на меня, а я на него, - поправил принц, на несколько секунд оторвавшись от 'Записок эльфийских целителей'. Аранка листала книгу под названием 'Королевства и короли', книгу, которую юноша зачитал до дыр. А перед сном он подолгу вглядывался в портреты отца и матери.
  - Это ты? - перевернув страницу, она указала на белокурого малыша с открытым взглядом и ямочками на пухлых щеках.
  Принц кивнул, не отрываясь от своей книги. 'Эверикон Сейд Андорр Элефирский, единственный наследник престола королевства Хельм. Пропал без вести во время штурма замка Гленевелл', так гласила короткая надпись под его портретом.
  За следующие полтора часа они едва ли обменялись десятком слов. Рик сидел, уткнувшись в книгу. Аранка время от времени любовалась его сосредоточенным лицом и рассматривала картинки, мысленно благодаря судьбу и Рика за то, что обрела зрение. Ей очень хотелось узнать мнение принца по поводу записки, но она не решалась, понимая, что их могут подслушать. Записку передал Бриггс, смешной гном, который работал подмастерьем у ее отца. Как гном узнал о том, что она увидится с Риком оставалось загадкой. Ведь даже отец не догадывался о ее визитах в столицу Альфар. А хитрые эльфы говорили кузнецу, что недолгие исчезновения Аранки связаны с ее новой работой, просили не задавать вопросов, и клялись, что на землях Альфар с его дочкой не может произойти ничего дурного. После подобных заявлений Овантер успокоился и больше не интересовался делами девочки. Или просто делал вид, что не интересовался.
  - Рик, - Аранка застенчиво протянула ему книгу, раскрытую в начале. - Я всегда хотела узнать о Сэвори Сигнитте. Не мог бы ты...
  - Да, конечно, - он отложил свои записи и прочитал следующее:
  'Сир Сэвори Сигнитт - великий альфарейский поэт, основоположник золотого века эльфийской поэзии. В детстве был болезненным эльфом. Вынужденно затворнический образ жизни послужил сиру Сэвори отправной точкой к вершинам поэзии. Первый сборник стихотворений 'Кромешный свет' был благосклонно принят критиками, не ведавших (в тот момент), что читают стихи восьмилетнего гения.
  Философские трактаты 'Стальные крылья' и 'Сиреневая ночь' неоднозначно воспринялись критиками. Второй сборник стихов 'За прочими радостями' открыл читателям романтическую натуру поэта и принес ему всенародную любовь. Сборники 'Фарс', 'Раскинул шторм сиреневые сети' и 'Кровь небес' имели популярность на остальных континентах (включая троллей). Следующие сборники 'Подвергаясь сомнениям' и 'Сны каменного леса' вознесли поэта к запредельным высотам.
  'Гений с холодным сердцем' - такое прозвище заслужил сир Сэвори в поэтических кругах.
  О личной жизни, в том числе и о возлюбленных поэта ходит много противоречивых слухов. Доподлинно известно, что сам сир любил фразу: 'Я женат на своих музах'. Невзирая на это, сир Сэвори признал пятерых незаконнорожденных эльфят.
  Исчез во время самостоятельно свершаемого морского путешествия. Народ Альфар по сей день не может смириться с подобной утратой. В честь поэта устраиваются ежегодные поэтические недели и концерты.
  На данный момент в честь именитого поэта названы десятки улиц и скверов и возведена сотня памятников.
  Имена 'Сэвори' и 'Сэвориллия', согласно последнему опросу, стали самыми популярными именами для новорожденных в Альфар'.
  - Какая печальная судьба! - вздохнула девочка. - Я обязательно выучу хельмское письмо и прочту все стихотворения сира Сэвори. Ты ведь любишь его творчество?
  Рик пожал плечами. Он как-то не задумывался, просто читал, отдавая дань моде на поэзию Сигнитта.
  Солнце почти закатилось за горизонт, окрасив долину в лавандовые и розовые цвета. Аранке и Рику пора было прощаться. Он сухо кивнул ей, а она, сделав реверанс, тихо покинула комнату, стараясь придать своему лицу менее расстроенный вид. На прошлой неделе бдительный Капитан Хоннор уже интересовался почему она такая грустная.
  Вложив в страницы книги расправленный листок, Рик с жадностью вчитался в содержимое записки, не замечая ошибок в словах.
  'Послезавтра. Второе диление магической клепсидры - пошлеш ураган на восточное побережье альфар.
  Но сначала иди к озиру Кинн. Плавучий дом сирен - это сосридоточие всех эльфийских парталов. Формула гласс на время перинастроит парталы так, что ими сможит васпользоваться любой человек.
  Встреча возле склада гето. Вторая бочка с вином будит пустой. Залезишь туда и жди. Если что-то не палучится, всеми силами стримись попасть на корабль 'Джозерина'.
  Сожги записку.
  Сага'
  Сердце бешено заколотилось от радости. Не напрасно, совсем не напрасно он ждал и верил в то, что девушка вспомнит о нем. Сбежать от искушенных в магии эльфов в одиночку было бы проблематично. Но теперь у него есть ключик от замка 'эльфийской темницы' и корабль, на котором он уплывет.
  'У меня всего лишь сутки на то, чтобы разобраться в заклинании Гласс', - думал Рик, засовывая бумажку в растопленный камин.
  На следующий день он перелопатил все книги по эльфийской практической магии, перемещаясь из одной библиотеки в другую. Но не нашел ничего, что хотя бы отдаленно напоминало искомую формулу.
  'Если эльфы знают о том, что заклинание Гласс может обернуться большой проблемой для порталов, то вряд ли станут держать ее на виду, в открытом доступе', - юноша сидел перед распахнутым окном и слушал нежное воркование голубок. В тот день эльфы заказали солнечный день, с небольшим количеством облаков.
  Он попытался втереться в доверие библиотекарям, чтобы проникнуть в запасники, но всякий раз получал вежливый отказ.
  - Но мне нужно для улучшения погодной магии! - Рик рассчитывал на то, что против такого весомого аргумента возражений не будет.
  - Решайте этот вопрос с капитаном Хоннором, Ваше Высочество. Или с магами клана Кинн, - библиотекари не были оригинальны в своем ответе.
  Из двух зол Рик предпочел меньшее.
  - Мы подумаем над вашей просьбой, Ваше Высочество, - отвечал невозмутимый капитан.
  - Устройте мне встречу с Сагой, - принц досадливо махнул рукой и стопки книг, лежавшие на столе, дружной вереницей переместились на полки.
  Когда Эверикон вернулся в замок, в гостиной его ждала Аранка. Она сидела на краешке стула, ее руки были сложены на коленях. При появлении принца, девочка вскочила и сделала реверанс. Принц ответил поклоном, а затем позвонил в колокольчик, приказав слуге подать обед на две персоны.
  После обеда он повел Аранку на площадку и, глядя на живописную долину, прошептал:
  - Ты когда-нибудь слышала о заклинании Гласс?
  Девочка лишь покачала головой, украдкой смахнув с уголков глаз выступившие слезы. Дорогой ее сердцу человек просит о такой мелочи, а от нее никакого толку.
  - Я слышала, что в гетто живут маги. Я постараюсь расспросить их о заклинании, - пообещала Аранка. - Позови меня завтра.
  Рик кивнул. Конечно позовет. Кто бы мог подумать, что первая часть тщательно продуманного Сагой плана окажется настолько трудновыполнимой! Он вновь засел за книги, пропустив ужин, и вновь никаких результатов.
  'Главное не проспать завтра до полудня', - подумал принц, заставляя себя оторваться от поисков и пойти в купальню.
  На следующее утро, вместе с вызванной Аранкой пришел долгожданный ответ.
  - Заклинание Гласс используют хельмские кузнецы при перековке оружия, - выпалила заученные слова довольная Аранка. - Оружие может нести в себе остатки давнишних заклинаний, наложенных предыдущими мастерами, а заклинание Гласс их нет... нерт..., - девочка запнулась, смутилась и замолчала.
  - Нейтрализует, - подсказал Рик.
  - Да! - посмотрев по сторонам, она протянула принцу скомканную бумажку. - Бриггс записал заклинание.
  - Спасибо, - Эверикон почувствовал, будто с его плеч упала гора.
  Щеки, а затем и лицо Аранки окрасились в пунцовый цвет.
  - Я всегда буду верной слугой Вашего Высочества, - прошептала она, опустив глаза. - Вы ведь позволите мне поселиться в королевстве Хельм?
  Принц кивнул, не произнеся ни слова. С его точки зрения, затея Аранки не выдерживала никакой критики. Он не знал полной картины отношений между двумя враждующими королевствами, но то, что хельмы вряд ли обрадуются орбанцам, он знал наверняка. Отговаривать девочку не было времени, поэтому Рик лишь надеялся на благоразумие ее отца - взрослого человека, прекрасно понимающего чем может закончиться необдуманный поступок одиннадцатилетнего ребенка.
  Чистые улицы Альфар радовали взор чистотой, ухоженностью и маленьким количеством прохожих. В фонтанах плавали сиреневые и розовые цветы, в парках раздавались трели сладкоголосых птиц, легкий ветер приносил пряные запахи специй и звуки нежнейших мелодий. Мало кто из эльфов согласился бы покинуть сей уютный уголок по доброй воле. Теперь Рик понял, почему гетто никогда не пустовало. Сказочная жизнь в Альфар не была выдумкой. Она действительно существовала, но была такой далекой для тех, кто желал вкусить ее.
  'Я сделаю все возможное для того, чтобы моим подданным жилось ничуть не хуже, чем альфарейцам', - подумал юноша, поправляя лямку мешка.
  В мешке за плечами Рика находились кубки, бутылка вина, пара салфеток и магическая клепсидра. Если бы он уделил сборам более тщательное внимание, то слуги, а значит и его 'надзиратели', наверняка что-нибудь заподозрили бы.
  Над озером Кинн, как обычно, парила рукотворная радуга, а по бокам широкой дороги, ведущей к озеру, выстроились мраморные статуи. В резной беседке, расположенной под раскидистым делониксом, сидели двое скучающих эльфов. Работа стражником считалась самой неинтересной, и они с удовольствием спихнули бы свои обязанности на кого-нибудь из гетто, если бы не закон.
  - Привет! - Рик присоединился к маленькой компании. - Скучаете?
  Эльфы растерялись: не сколько от заданного вопроса, сколько от экзотичной внешности спрашивающего.
  - Наши законы поменяли? - удивленно спросил эльф с коротко стрижеными волосами.
  - Нет, сир Венторум, - второй, с косой до пояса, был похож на женщину и если бы не выпирающий кадык, Рик запросто принял бы его за эльфийку. - Перед нами тот самый юноша королевских кровей, о котором говорили старейшины.
  - Стихийный маг? - тот, которого назвали сир Венторум наградил Рика полным любопытства взглядом. - Как тебя зовут, дитя?
  'Дитя' усмехнулось и представилось полным именем. Эльфы сообразив, что их поведение может быть воспринято как вопиющая бестактность, вытянулись по струнке и представились.
  Второго эльфа звали сир Иддмор и он проявил к рунам на ногтях принца живой интерес.
  - Ваше Высочество прекрасно говорит на языке Альфар, - констатировал эльф, откровенно глазея на пальцы Рика.
  - Мне нравится язык эльфов, - соврал принц. К счастью он покинул замок настолько рано, насколько это было возможно. И теперь в его распоряжении имелась уйма времени. По крайней мере для того, чтобы заболтать стражей. Пусть думают, что ему тоже скучно. Пускай считают его баловнем судьбы, пресытившимся повседневной роскошью.
  Следующие двадцать минут он настолько проникновенно цитировал стихи Сэвори Сигнитта и Хорракса Вантильского, что эльфы уверовали в его безграничное восхищение поэзией Альфар.
  - Самой лучшей поэзий из всех, - безапелляционно добавил Рик, вытряхивая из своего мешка бутылку и кубки.
  - Зачем вам клепсидра? - поинтересовался сир Венторум.
  - А у меня в обед очередной заказ на погоду, - важно заявил принц, щелкнув по бутылке, отчего пробка вылетела сама по себе.
  - За знакомство, - уважающий вино Иддмор поднял наполненный кубок. Его руку перехватил напарник:
  - На посту запрещается!
  - А вы, разве, что-то охраняете? - 'удивился' принц.
  - Простите, Ваше Высочество. Правила запрещают распространяться о предмете охраны. Ко всему прочему, распитие крепких напитков во время несения службы входит в список запретов.
  - Да брось! Одна бутылка на троих. Даже смешно! - Иддмора уже было не остановить.
  - Но правила! - энтузиазм Венторума испарялся с каждой новой секундой. Особенно при виде конусовидной бутылки.
  'Не иначе как редчайшее вино из замковых запасов. Повезло мальчишке!'
  Рик пригубил вина, наградив хитрым взглядом поддавшихся соблазну стражей. Нет, вино не содержало ни грамма снотворного и, уж тем более, ни единого заклинания. Эльфы слыли волшебным народом, сведущим в магии, поэтому они запросто почуяли бы малейшую махинацию с вином. Просто принц знал, что наличие вина в крови эльфов притупляет восприятие магии. Об этом он читал в лекарских трактатах на Уинфреде. Распитие бутылки не прошло бесследно. После второго кубка, сир Венторум начал жаловаться на неудачную женитьбу и незадавшуюся карьеру. А сир Иддмор поделился сокровенной мечтой: подсидеть сира главнокомандующего альфарейского флота, чтобы впоследствии занять его место.
  - В хорошей компании время летит незаметно! - Рик схватил клепсидру, изображая крайнюю озабоченность на лице. - А все-таки заказ ждать не будет. И капитан Хоннор - тоже.
  Стражники понимающе переглянулись.
  - Нет ли поблизости какой площадки? - спросил принц, с кривой ухмылкой. От выпитого вина зашумело в висках, хотя он выпил меньше, чем эльфы.
  - Туда, Ваше Высочество, - сир Венторум указал на тенистый парк возле озера. - Там как раз найдется подходящая площадка для сотворения заклинаний. Жаль что мы не можем сопроводить вас. Служба!
  Принц понимающе кивнул и направился в сторону парка, поблагодарив эльфов за компанию.
  Вино будет действовать ровно полчаса. К сожалению, особые обменные процессы эльфийского организма не способствовали его замыслу. Но полчаса лучше, чем ничего. Рик пересек рощу, и, выйдя к пологому берегу, спустился к воде озера Кинн. Юноша старался держаться кустов, опасаясь наличия дополнительной охраны. Однако берег пустовал. Принц быстро разделся, запихнул одежду в непромокаемый мешок и зашел в воду. Плыть с балластом было непривычно, и все-таки терпимо. К тому же водичка в озере восхищала своей температурой и чистотой.
  'Плавучий дом сирен' выглядел как помесь атриума и зимнего сада. Рик прислушался. Внутри было тихо. Он зацепился за край платформы и, подтянувшись на руках, вылез на облицованную камнем площадку. Наспех вытеревшись салфетками и нацепив одежду, юноша проник внутрь через приоткрытое окно, потому что на поиски дверей не оставалось времени. Внутри ничего не было кроме выстроенных в ряд арок. Их было по меньшей мере пятьдесят штук. Арки соединялись друг с другом едва заметными светящимися линиями, похожими на разноцветные нити. Рик прислушался, опасаясь погони. Легкий шорох воды и потрескивание воздуха. Никого. Юноша вытащил бумажку, чтобы еще раз взглянуть на формулу Гласс и принялся за работу.
  Эльфы почувствовали всплеск магии, но никак не отреагировали, зная, что рядом находился Эверикон, в задачу которого входило исполнение приказов старейшин и который, судя по его же словам, отдал бы все за благоденствие Альфар. А Рик, тем временем, с интересом наблюдал за тем, как вспыхивают и исчезают отображенные на полу эльфийские руны. Нити рвались и лопались в хаотичном порядке, то здесь, то там.
  'Хорошо, что просьбу насчет урагана я выполнил раньше, чем полез к порталам с заклинанием Гласс. В противном случае я не смог бы сконцентрироваться', - подумал принц, смело шагнув к ближайшему порталу. Магическая клепсидра как раз остановилась на втором делении.
  Он живо представил порт гетто и бухту, всегда полную разнообразных кораблей и, набрав воздуха, сделал несколько шагов. Его окутал плотный туман, а когда туман исчез, Рик с громким всплеском упал в беспокойное море. Удар о воду на несколько мгновений оглушил и ослепил его. Принц отчаянно заработал руками и ногами и наконец всплыл на поверхность, решительно не понимая куда его выкинуло.
  'Какое-то нехорошее предчувствие!' - Рик поднырнул под накатившую волну и, выплюнув воду, осмотрелся. Слишком далеко от берегов Альфар, чтобы понять с какой стороны острова он находится. Он прикрыл глаза, пытаясь почувствовать ураганную воронку. Рик точно помнил, что шторм с воронкой вихря идет на восточное побережье, где были сосредоточены основные силы альфарейского флота. Буря откликнулась, указав свое местоположение мощными разрядами молний.
  'Хвала богам! Я угодил в воды, граничащие с южной акваторией', - принц шумно выдохнул. Теперь ему предстояло добраться до далекого берега Альфар. Хотя всем сердцем он желал очутиться на корабле с названием 'Джозерина'.
  Ветер усиливался, поднимая волны еще выше. Несколько пассов успокоили море и теперь Рик мог отдыхать, время от времени переворачиваясь на спину. Он был хорошим пловцом, однако, даже на Уинфреде он не позволял себе заплывать в открытое море.
  Со стороны раздались оглушительные раскаты. Отдыхающий юноша вздрогнул и наглотался воды. Когда он вынырнул, его взору предстала флотилия, направляющаяся в сторону Альфар. Наперерез флотилии шли эльфийские галеоны, с гордо расправленными парусами и синими флагами с золотой кифарой посередине. Флаги вражеской флотилии были черными как ночь. Посередине разместились череп и кости. Судя по грохоту и дыму, противоборствующие стороны пустили в ход не только магию, но и катапульты. Один из галеонов был успешно взят на абордаж. Другой приближался к эльфийскому кораблю на таранной скорости. От обманчиво тихого морского пейзажа ничего не осталось. Повсюду раздавались крики, взрывы, плеск воды.
  Принц начал загребать правее, в надежде, что к тому времени когда он поравняется с кораблями, те продвинутся на запад. Но надежда оказалась напрасной. Все больше галеонов взятых на абордаж, все больше магии. По-видимому, место для противостояния было выбрано не случайно. Пираты прикрывали тылы кораблей, покидающих порт гетто. Но это уже были частности. Рик смотрел на морской бой, с каждой новой минутой все отчетливее осознавая, что у него нет шанса обогнуть корабли. Неподалеку промелькнул белый плавник. Юноша перевернулся на спину, готовясь отбросить хищницу ударной волной. Однако, акула, почуяв кровь, устремилась к кораблям и Рик облегченно выдохнул.
  До тех пор, пока принц вплотную не приблизился к баталии, дела шли сносно. Теперь он постоянно подныривал под обломки и даже несколько раз увернулся от метящих в него огненных шаров. Крики, приказы и отборная хула доносящаяся с бортов пиратских кораблей, звучала на хельмском и Рик с удивлением осознал, что всей душой болеет за своих, невзирая на то, что хельмы первыми напали на эльфов. Точнее, нарушили водную территорию, что приравнивалось к нападению.
  Рик прищурился, разглядывая такой близкий и такой далекий берег. Ему казалось, что он преодолел приличное расстояние, но до Альфар еще плыть и плыть. Схватив доску, принц заработал ногами, стремясь поскорее вырваться из этого пекла. От оглушительного взрыва он едва не потерял сознание. К счастью, юноша вцепился в доску, и это помешало ему утонуть. Придя в себя, Рик долго щурился и крутил головой, пытаясь понять, на каком свете находится. В двух метрах от него, под воду медленно уходил корабль, с вывороченным левым бортом. Шканцы корабля пылали словно факел. Принц хотел выругаться, но все на что он был способен в тот момент - это сдавленный хрип. В ушах противно звенело, а любое движение казалось медленным и вялым. Рик отчаянно заработал ногами, стараясь отплыть на максимально возможное расстояние от тонущего гиганта, точнее, от той воронки, в которую он мог затянуть следом за собой.
  На поверхности воды плавали островки щепок, горелые лохмотья парусины, такелаж, похожий на щупальца гигантского спрута, бочки и доски. Но самым ужасным для Рика было видеть искалеченные тела. Правда наличествовали и такие же бедолаги, как он: дрейфующие в сторону берега, помятые, но живые. То здесь, то там начали мелькать акульи плавники. Панику и страх пришлось загнать глубоко внутрь и призвать на помощь мужество. Дрожащей рукой Рик сделал пасс, от которого сужающая круги хищница отлетела на приличное расстояние. Удар был настолько мощным, что акула всплыла к верху брюхом. Принц откинул со лба мокрую прядь волос и сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь выровнять дыхание и унять сильно бьющееся сердце. Поудобней ухватившись за доску, Рик продолжил свой путь, огибая очередной корабль. Он практически преуспел в этом, как вдруг его самым грубейшим образом вытащили из воды при помощи магии. Эльфийской магии. На борту проплывавшего мимо галеона находился капитан Лоранд Данн Хоннор собственной персоной.
  - Ваше Высочество, что вы здесь делаете? - Рику казалось, что он впервые видит такую сложную гамму чувств на лице эльфа.
  - Захотелось посмотреть на пиратские корабли, - он не сумел придумать более умного ответа.
  - Точнее на своих подданных?
  Ухмылка эльфа была той последней каплей, которая заставила обычно спокойного принца переступить черту своей невозмутимости.
  Капитана отбросило ударной волной за борт. В воздухе только промелькнули светлые волосы, собранные в хвост. Эверикон сгруппировался и спрыгнул за борт с другой стороны. И как раз вовремя. Снова прогремел взрыв. Только для Рика он звучал приглушенно, в виду того, что в момент взрыва, принц находился под водой. Всплыв на поверхность, он увидел расколотый надвое галеон. На борту царил хаос. Эльфы в панике пытались сотворить порталы, чтобы покинуть тонущий корабль. Однако заклинание Гласс еще действовало, и у эльфов оставался только один путь спасения: вплавь.
  Юноша, памятуя о встрече с Сагой, поспешил вцепиться в очередную подвернувшуюся доску, - на этот раз гораздо шире предыдущей - чтобы продолжить путь к берегу.
  - Отзови ураган, мальчишка! Ураган уничтожает наши лучшие галеоны! - ослабевший голос Хоннора прозвучал совсем рядом. Капитан оказался живуч. Его левая рука обнимала бочонок, правая рука была неестественно изогнута.
  - Сначала, отзови свой флот, - парировал принц, видя, что с такой рукой эльф не опасен.
  - Они напали на нас без предупреждения! Наши маги работают на три фронта: с одного призванный тобой ураган, с другого вражеские корабли, с третьего - хищные морские лилии! Отзови ураган, иначе твоей Саге придет конец! - закричал капитан вслед уплывающему юноше.
  - Я знаю, что Сага сбежала, - бросил через плечо Рик.
  Хоннор в бессилии заскрежетал зубами, понимая, что проиграл этот раунд.
  Принц плохо помнил то, как добрался до берега. Хотелось пить, однако юноша боялся вызывать дождь, дабы не привлечь к себе внимание эльфов. От мысли, что план Саги провалился, хотелось молотить кулаками по песку, но на подобные действия у него попросту не хватало сил. Его подташнивало, голова была похожа на пустой чугунок. Заставив себя подняться, Рик побрел вдоль берега, спотыкаясь и дрожа как осиновый лист.
  - Рик! - внезапный окрик заставил принца вздрогнуть. На секунду ему показалось, будто он слышит голос Саги. Но это была всего лишь Аранка в своем привычном облике. Ее светло-карие глаза лучились теплом и радостью.
  Позади Аранки, шумно сопя и вздыхая, топал гном.
  - Ну и дела! Да ты оказывается важная птица! - гном обнажил ряд неровных зубов. Застыв на месте, он раздумывал о форме приветствия монарха: то ли пожать руку, то ли поклониться? В итоге ограничился лишь кивком головы.
  Только девочка, вышколенная в свое время няньками и учителями, присела в глубоком реверансе.
  - Где 'Джозерина'? - устало спросил Рик.
  - Там! - Бриггс ткнул квадратным пальцем в игрушечный кораблик, отплывающий к горизонту. Юноша подавил стон разочарования.
  - А тебя, вашество, приказано привести в портовый склад к Свирельке, - продолжал гном.
  Принц встретил новость вымученной улыбкой.
  - Ты не рад? - поколебавшись, Аранка все-таки взяла его за руку.
  - Рад. Просто пить хочу.
  Девочка оживилась и полезла в сумку гнома:
  - У нас есть компот на травах. Будешь?
  - Буду! - принц понял, что сейчас согласился бы выпить даже дождевой воды из лужи, если бы таковая имелась поблизости.
  
  
  Глава 14
  
  You should know the score
  Of my hidden war
  I'm fighting on
  But it's all about you
  
  The Jezabels, 'Deep Wide Ocean'
  
  Прежде чем попасть в портовый склад, Эверикону, Аранке и Бриггсу пришлось провести некоторое время в укрытии, в виде нагроможденных друг на друга бочек. Обилие эльфийских солдат и матросов возле портовых складов не способствовало скорейшему продвижению к намеченной цели. Альфарейскому флоту срочно требовалось подкрепление, и эльфы готовились к отплытию. Пираты дрались так отчаянно, что враг нес колоссальные потери.
  - Рик, ты скоро покинешь Альфар, - шептала Аранка. Она села, прижав тощие колени к впалой груди.
  Принц кивнул, покосившись на молчаливого Бриггса - не встрянет ли тот в разговор. Однако гном сосредоточенно наблюдал за перемещениями эльфов, ежеминутно прикладывая к носу платок. Коварная аллергия напоминала о себе в самый неподходящий момент.
  - Покину Альфар? - переспросил юноша, растянувшись прямо на земле. - Мне бы такую уверенность.
  - Не хотела говорить тебе, но знаешь, - девочка перешла на едва слышный шепот: - я видела, как твоя Сага о чем-то шепталась с красивым эльфом. Не верь ей.
  'Маленькая глупышка!', хотел сказать Рик, но сам не заметил, как задремал. Эльфы, Сага, флот, изумрудные волны, акулы, ураганом проносились перед закрытыми глазами.
  - Путь свободен! Быстро! - гном еле растолкал принца и поманил за собой. Аранка ни на шаг не отставала от них.
  Очутившись посреди затхлого складского помещения, Бриггс подошел к дверному косяку и отбил замысловатую дробь костяшками пальцев. На условный стук отозвалась пикси.
  - Ваше Высочество! - Свирелька приветственно кивнула принцу и принялась настраивать широкое зеркало, которое захватила с собой с корабля.
  - Драконий помет! Как я рискую! И ради чего? - попутно бубнила пикси, нанося руны на гладкую поверхность зеркала. - Но разве ж Сагу переспоришь? Упрямая как кашалот! 'Нам нужен запасной план! Нам нужен запасной план!' Нашлась главнокомандующая!
  Бриггс, перестраховываясь, скоро и ладно придвигал ящики к двустворчатой двери склада. В пыльном сумраке раздавалось старательное сопение вперемешку со сдавленными 'Чхи, твою эльфийскую мать!'
  - Не верь! - за плечом принца раздался шепот Аранки. - Я знаю, что ей нельзя верить.
  Рик шумно вздохнул. Похоже, что сдерживаемая до сего момента ревность, все-таки вырвалась на волю.
  - Когда-нибудь мы встретимся, - она размазывала слезы кулачком и хлюпала носом.
  - Именно так, - улыбнувшись, принц поправил ее косичку. - А пока что слушайся отца...
  Ему не удалось завершить предложение, потому что снаружи раздался зычный голос кузнеца. Он кричал на орбанском:
  - Здесь! Здесь! Я сам видел!
  - Рик, иди сюда! Ну же! - драла глотку Свирелька. Она не была знакома с кузнецом и не знала орбанского, но быстро смекнула, что шум снаружи не сулит ничего хорошего.
  Вероломный Овантер каким-то образом узнал про их дела и сдал заговорщиков со всеми потрохами. Воздух дрогнул от магических заклинаний, творимых эльфами. А что мог сделать принц? Расписаться в своем бессилии против чужой боевой магии - только и всего.
  Сначала раздался крик Овантера, а следом треск выбитой заклинанием двери и грохот ящиков, едва не рухнувших на гнома.
  Даром не терявшая времени Свирелька что-то взвизгнула, и, вцепившись в просоленный рукав куртки Рика, потянула его за собой в бело-серую воронку портала. Юноша стряхнул с себя маленькую ручку пикси и бросился на помощь Аранке. Огненный шар с грохотом врезался в то место, где пару секунд назад находилась до смерти перепуганная девочка. В воздух взметнулось облако муки - еще один шар врезался в туго набитые мешки. Рик не только отбивался, но пробовал атаковать ударной волной и огненным дождем. Эльфы попрятались в укрытия, но попыток остановить беглеца не бросили. Благодаря юркому и неуловимому Бриггсу, заклинания и сферы не долетали до цели. Гном метко швырялся репой и яблоками, которые высыпались из опрокинутых ящиков. Но как бы ни старался подмастерье, силы были неравными.
  Рик увернулся от боевой сферы и скривился от болезненного укола в бедро. Кто-то из эльфов метнул дротик. Пригибаясь и подволакивая ногу, Эверикон доковылял до воронки и тут же почувствовал на шее чью-то удушающую хватку. Принц ударил душителя локтем. Удар пришелся вскользь и поэтому не принес должного результата. В глазах заплясали темные круги. Продолжая отчаянную борьбу за жизнь, он навалился всем весом на противника. Лишь по счастливой случайности оба кубарем скатились в портал, перед тем как тот захлопнулся.
  
  - Ну и как тебе эльфийки? - в поле зрения Рика появилась Сага. Чуть склонив голову набок, она вопросительно смотрела на юношу.
  - Никак! - прошептал он, протягивая к ней руку, как будто хотел удостовериться в том, что девушка не является миражом. Она сидела рядом, в одежде пирата, вальяжно развалившись на стуле.
  - Врунишка! - ее голос немного смягчился.
  - Я понял: ты решила добить меня ревностью, - шепот принца то и дело превращался в хрип. Из-за спазма, сдавившего горло было трудно дышать, не то что говорить. Левую ногу он вообще не чувствовал.
  Зато сейчас Рик разговаривал с настоящей Сагой, той самой, которую когда-то полюбил.
  - Ты похож на вампира, - констатировала она. Ее лицо было серьезным, но глаза цвета моря лучились счастьем.
  Эверикон потер ноющую шею. Наверняка у него тот еще видок: лопнувшие сосуды, разбитые костяшки пальцев (и где он только умудрился их разбить?). Сага поправила его подушки и постучала по стенке. Через несколько секунд в каюту зашел Лоранд Данн Хоннор.
  'Уж не про него ли говорила Аранка?' - принц пребывал в смятении, разглядывая потрепанного эльфа. В нем не было прежнего лоска, одежда была порвана в нескольких местах, и, главное, правую щеку эльфа занимал щедрый, багровый кровоподтек.
  - Чем могу быть полезен? - осведомился Хоннор, уставший играть в молчанку.
  - Наконечник дротика остался в его ноге. Я хочу, чтобы ты извлек эту магическую дрянь, - Сага указала на ничего не понимающего юношу.
  Сначала эльф ответил поклоном, по обыкновению приложив сложенные ладони к сердцу. Рик перевел взгляд на руки Хоннора: тыльную сторону его левой ладони занимала широкая окружность, испещренная мелкими эльфийскими рунами.
  - Вынужден отказаться. - Эверикону показалось, что капитан злорадно ухмыльнулся, но тут же поморщился от боли в щеке. - Моя клятва так же правдива, как и то, что солнце восходит на востоке. - Он указал на руку с меткой: - 'Метка чести' попросту не даст мне прибегнуть к магии, даже если это магия исцеления.
  - Ну и пошел тогда ко всем морским чертям! - внезапно рявкнула Сага.
  На лице капитана заиграли желваки, однако, альфареец, проявив завидную выдержку, немедля удалился, бесшумно закрыв за собой дверь.
  - Зачем ты так? - прохрипел Рик. Обычно его возлюбленная не проявляла подобной агрессии.
  - Затем что он едва не задушил тебя! - Сага с вызовом сверкнула глазами. - Мы еле отцепили его!
  - Так это он?!
  - Он! - девушка сжала руку в кулачок, а затем, спросила довольным тоном: - Видел какую я ему оплеуху 'поставила'?
  - Видел. Обещай, что не будешь меня бить. По крайней мере так жестоко, - принц попытался разрядить обстановку и судя по сдавленному смешку Саги ему это удалось.
  - Не спускайте с капитана глаз, - срывающийся голос Рика стал серьезным. - Он лучший маг на Альфар.
  - Может и лучший, - кивнула Сага, - но и на лучших управа есть: 'метка чести' называется. Когда мы его схватили, то поставили перед выбором: либо немедленная смерть, либо 'метка чести', которая заставляет добровольно отказаться от магии.
  - Впервые о такой слышу, - юноша удивился осведомленности Саги. - Но откуда ты узнала?
  - Так, - она подернула плечами и отвернулась, делая вид, что поправляет картину на стене. - Один эльф подсказал.
  - Ты его любишь? - прямо спросил Эверикон, ибо терпеть не мог хождений 'вокруг да около'.
  - Дурачок! - Сага наградила его озорной улыбкой и скрылась за дверью.
  С момента ухода девушки прошла всего пара минут, а в каюту Рика уже ломился новый посетитель.
  - Добро пожаловать на мою 'Джозерину'! - Вместе с громогласным посетителем в каюту ворвался свежий просоленный ветер. Здоровяк, назвавшийся капитаном Понабартом, опустился на стул, жалобно скрипнувший под его весом. Темная борода и перебитый нос придавали его внешности пугающий вид, однако, смешинка в глазах говорила о добродушии капитана.
  - Спасибо, капитан. Премного обязан вам за свое спасение, - срывающимся голосом изрек принц.
  - Да не мне, а Свирельке и малышке Саге! - затрубил веселый бас Понабарта. - Мы с отцом малышки не один бочонок морской воды выпили! Славные были времена. Жаль старину Сигурда, сгинул, бедняга, в районе Зыбких теней. Эх!
  - Так он умер? Сага не говорила. Мне очень жаль.
  - У малышки были трудные отношения с отцом, точнее, с его пристрастием к выпивке. - Здоровяк хлопнул широкими ладонями по коленям и прицыкнул зубом: - Хороший был мужик. Настоящий морской волк.
  Рик хотел сказать, что на месте Сигурда не бросил бы жену с ребенком на произвол судьбы, но ему помешал новый спазм и последовавший за ним приступ удушающего кашля.
  - У малышки тоже морская вода в венах бурлит, - Понабарт подождал пока приступ сойдет на нет, и протянул юноше стакан разбавленного рома. - Она как объявилась в порту, сразу же наняла нас и еще дюжину кораблей с магами.
  - Наняла?! - прохрипел принц, прикидывая потраченную Сагой сумму. Особенно настораживало упоминание о магах. Те даже за звонкую монету не согласились бы вторгнуться на территорию Альфар. Как странно.
  - Отчим девочки может позволить себе дюжину кораблей и столько же магов. - Понабарт пригладил седую бороду и продолжил: - Я отказался от золота, Ваше Высочество, потому что все мы соглашались плыть не ради вознаграждением, а во имя королевства Хельм. Больше всего на свете мы желаем того, чтобы наше королевство перестало истекать кровью. Мы доставим вас в Хельм, в Макод, чего бы это нам ни стоило.
  Принц кивнул и попытался сказать, что не подведет и постарается оправдать их ожидания, но снова раскашлялся.
  - Фуфырчик, ты совсем замучил мальчика! - в каюту зашла высокая дородная женщина в пиратских бриджах, матроске и кожаной безрукавке. Новенькие ботфорты скрипели при каждом шаге.
  - Симпапожка! - на лице капитана появилась глупая улыбка. - Познакомьтесь, Ваше Высочество, это моя жена. Жоржеттой зовут.
  Жоржетта сделала легкий книксен и предложила юноше помощь корабельной знахарки. Принц отказался, заявив, что планирует заняться самоизлечением, как только наберется сил.
  К сожалению планы Рика пошли прахом. Каждый новый день не приносил ему ничего кроме прежних удушающих приступов кашля и предательской слабости. Сил хватало лишь на кратковременные прогулки вдоль палубы. К вечеру неизменно поднималась температура, и Сага подолгу сидела возле его кровати, меняя компрессы и отпаивая клюквенным морсом.
  Обычно Эверикон просыпался под утро, но сейчас он пробудился от качки. Судя по закрепленной на стене клепсидре, время едва перевалило за полночь. Рядом на стуле дремала Сага, уткнувшись носом в свое плечо. Принц попытался сотворить заклинание, но руки предательски дрожали и он в бессилии откинулся на подушки.
  - Рик? - чуткая Сага открыла глаза и потянулась за лампой, закрепленной в специальной нише.
  - Не понимаю, что со мной, - с отчаянием прошептал принц. Его пятая попытка сотворить заклинание потерпела такую же неудачу. Похоже, что наконечник дротика нес в себе какое-то хитросплетенное заклинание.
  - Я позову почтенную Кебран! Это наша знахарка! - девушка вернула лампу на место и с готовностью бросилась к двери. Она двигалась так легко и непринужденно, будто вовсе не ощущала качки.
  Знахарка, которую Сага привела под руку, оказалась слепой горбуньей, эксцентричной и ворчливой.
  - Выйди, морское отродье! - прошипела Кебран, отталкивая от себя Сагу. Рик вздрогнул, будто эти слова и действия предназначались ему. Он хотел поставить знахарку на место, но девушка, предугадав его намерение, скорчила потешную гримасу и покрутила у виска, показывая, что, мол, у бабули едет крыша. Рик постарался улыбнуться в ответ, однако неприятный осадок в душе остался. Никто не имел права так уничижительно относиться к его возлюбленной!
  Старуха не проронив ни слова, нащупала руку принца и, затаив дыхание, замерла, как будто вслушивалась в плеск беспокойного моря, прекрасно понимая его язык.
  - Отойди от двери, паршивка! И свою лживую тварь - пикси - забери! - вдруг рявкнула старуха и Рик едва не прыснул со смеху. Почему-то он так и подумал, что девушка обязательно притаится за дверью.
  - Великий маг передо мной! - низкий голос старухи сливался с урчанием моря. - Чувствую на тебе заклятье эльфийское, но не оно силу из тебя тянет, а зелье на зыбких травах настоянное, веки смеживающее, усталость призывающее.
  'Аранка! Маленькая вредительница!' - едва не вырвалось у Рика.
  - Зелье сильное, ох, сильное, да ты сильней оказался. Не знал опаивающий всей силы твоей. Дам тебе капель на заре малиновой настоянных, забудешь о немощи.
  Принц хотел поблагодарить старуху, но та только сильнее вцепилась в его руку и начала бормотать бессвязные вещи.
  'Транс!' - с уважением подумал принц. Когда-то он читал о людях, способных впадать в магический транс и тем самым находить ответы на сложные вопросы.
  - Ждут тебя дела, связанные с королевской службой, - с каждой новой секундой слова Кебран обретали смысл. - Большим человеком станешь. Плохо, что один ты - нет у тебя родни! Но ждет тебя счастье, и найдешь ты его на... Иннишид. Да, вижу название! Так и написано золотыми буквами: 'Иннишид'. И трудности ждут тебя. Через всю жизнь трудности. Даже война. Но не грусти. Вижу, что умный ты парень, ничего не испугаешься. И в любви ты счастливчик. Другие ищут, ищут любовь эту, страдают, а ты уже обрел. Избранница твоя сквозь огонь и воду за тобой пойдет - не сомневайся. Потому что любит тебя больше жизни. Темно дальше! Темно! Тени! Уховертки! Уховертки! Перебраться! Упасть! Чтобы никто не увидел! - старуха сбилась с мысли и вновь забормотала бессвязные слова. Рик спокойно дождался того момента, когда знахарка выйдет из транса, перекинулся с ней парой фраз и позвал Сагу. Девушка прибежала не сразу, потому что честно исполнила 'просьбу' старухи. Поведение Кебран немного пугало ее, но это было вначале их совместного путешествия. Потом, когда Сага увидела, что знахарка немногим лучше относится к остальным членам команды, то испуг сменился снисхождением. Вдобавок, она не хотела отрываться от коллектива, ведь остальные члены команды лишь беззлобно подтрунивали над злобными выпадами Кебран.
  Девушка проводила ослабевшую после транса старуху до каюты. Вместо слов благодарности Кебран попыталась стукнуть Сагу, но та увернулась, огласив комнату победным смехом. Кебран исторгла новую порцию проклятий.
  - Она меня терпеть не может, - заявила девушка, возвратившись в каюту Рика. - Хотя нет! На первом месте у нее эльф Хоннор, я на втором, на третьем Свирелька. Ну, что она тебе сказала?
  - Обещала приготовить исцеляющих капель, - принц не стал рассказывать о полученном предсказании. Не потому, что не доверял Саге, а потому, что предсказание было настолько желанным, что Рик боялся спугнуть удачу. Он вдруг счастливо рассмеялся: - А ведь я только сейчас понял, что последние дни слышу правильный хельмский и ни слова по-орбански!
  - Так и есть: в команде-то одни хельмы, - подтвердила Сага.
  - Я хочу лично поблагодарить твоего отчима за оказанную помощь, - Рик протянул девушке руку, но та не приняла ее. - И вообще, познакомиться не только с ним, но с твоей матерью.
  - Это невозможно! - Она резко встала и отошла к двери.
  - Почему?
  - Потому что им больше нет места в моей жизни! - решительно заявила она.
  - Ты ничего не хочешь мне рассказать? - принц устало опустился на подушки, понимая, что из Саги теперь даже клещами лишнего слова не вытянешь.
  - Позже, - она схватила со стола пустой кувшин и отправилась за пресной водой для Рика.
  
  Когда 'Джозерина' входила в акваторию Кановы, принц уговорил Сагу вывести его на палубу. Он мечтал увидеть остров своими глазами, а не в виде абстрактного обозначения на карте. В идеале, Рик мечтал посетить каждый остров родного королевства, а так же ту часть материка, которая именовалась королевством Хельм.
  Капитан отдавал зычные команды и матросы перекидывали паруса, чтобы корабль мог беспрепятственно лавировать между бурыми островками саргассов. 'Морские луга' были тут обычным явлением.
  Принц стоял, опершись о фальшборт и стараясь не переносить вес на больную ногу. Благодаря чтению 'Записок эльфийских целителей', Рик сумел нейтрализовать яд. Нога обрела прежнюю чувствительность, но плохо сгибалась в колене, потому что он так и не смог извлечь наконечник.
  - Понабарт хотел заплыть с другой стороны, со стороны порта, - внезапно заговорила Сага. - Но я попросила его не закладывать крюк, а пришвартоваться возле рыбацкой деревни.
  - Ты чего-то опасаешься? - он посмотрел ей в глаза.
  - Конечно опасаюсь! - Сага насупилась. Почему он не понимает очевидных вещей? - В трюме сидит эльф, жаждущий забрать тебя на Альфар! Абелоун постоянно преследует нас! Королевство Гортакс мечтает о стихийном маге!
  - И джамны?
  - У них пока еще есть стихийная архимагичка.
  - 'Пока еще'?
  - Ей сто лет в обед, - пояснила девушка. - Смотри, кажется, приплыли.
  Саргассы остались позади. Зычный голос капитана приказывал бросить якорь и спустить на воду лодку.
  - Ты останешься на корабле? - с надеждой в голосе спросила Сага.
  - Нет. - Принц подтвердил ее худшие опасения.
  - Рик, - она пыталась отговорить его от безрассудной затеи, - твоя нога!
  - Не вижу проблемы, - заупрямился юноша.
  - Ну как знаешь! - Сага демонстративно отвернулась и отошла к корме. Принц поискал взглядом капитана. Понабарт вел жаркий спор со Свирелькой, которая подкрепляла свои аргументы крутыми виражами.
  Ветер разносил слова, сказанные зычным голосом: 'Пополнить запасы... мартышка... не жужжи! Борода Тритона!' Свирелька что-то вопила в ответ, но ее голосок был слишком слабеньким и Сага не услышала ответные реплики.
  Лодка резво прыгала по лазурным волнам. Гребцы слаженно работали веслами, так что скорость приближения к песчаному берегу Кановы была впечатляющей. Возле короткого причала образовалась небольшая толпа: для уединенной деревушки, любой пришвартовавшийся корабль приравнивался к значимому событию. Настороженный взгляд рыбаков был таким же красноречивым, как и блеск обнаженных кривых сабель. Понятное дело, жители старались обезопасить себя и своих близких, памятуя о частых набегах пиратов и орбанцев.
  'Неужели нас встретят дракой? Свои же, хельмы?' - с отчаянием подумал принц. Вот уж 'прекрасное' начало прибытия на родную землю!
  Однако опасения Рика оказались напрасными.
  - Жоржетта! - стоящий во главе толпы рыбак вдруг расплылся в щербатой улыбке.
  - Где твой Фуфырчик? - сзади раздались веселые смешки.
  - Ясное дело: на 'Жозерине' остался! - жена капитана махнула мощной рукой в сторону корабля.
  - С набегом пожаловали? - продолжал ехидничать рыбак.
  - Что с вас, с голозадых, взять? - парировала Жоржетта. По пирсу пронеслась волна хохота. Спрятав оружие, рыбаки бросились в воду, помогая затащить лодку на берег.
  
  Не прошло и десяти минут как даже самые хмурые рыбаки позабыли про всякую настороженность, а их жены и дети высыпали из низеньких избушек, дабы поглазеть на путешественников. Похоже, что сегодня у местных жителей был удачный день, сулящий интересные истории и хороший заработок. Жоржетта намеревалась основательно похозяйничать в их погребах.
  - Ваше..., - начал неотступно следовавший за Риком эльф, осекся и тут же поправился: - Молодой господин, советую приобрести у местных женщин настойку семитравья. Она облегчит ваш недуг.
  - А я советую тебе утопиться! - Сага отреагировала быстрее принца.
  - В молодости кровь горяча как огонь. Но поверь, пиратка, и она остывает. Со временем. - Капитан Хоннор отступил на несколько шагов: 'урок', преподнесенный Сагой был хорошо усвоен. Но тогда он ослабел, и проклятая девчонка застала его врасплох. Сейчас он ни за что не позволил бы себя ударить.
  - К чему ты клонишь? - ее рука потянулась к мечу на поясе.
  - Не привлекайте внимания! - шикнул Рик, почувствовав заинтересованные взгляды, устремленные в их сторону. Еще на корабле он немного видоизменил внешность эльфа, чтобы избежать лишних вопросов. А утром он слышал, как Сага переругивалась с Понабартом, ибо желала оставить эльфа на корабле.
  - Он мою ласточку 'Джозерину' угонит, наплевав не только на 'Метку чести', но и мои почтенные залысины! - гремел Понабарт. - Присмо́трите за ним на суше - не убудет с тебя и с твоей подружки!
  Роль главной 'надсмотрщицы' досталась пикси. Она не желала менять внешность, поэтому пришлось лезть в мешок, потому что компания с пикси и эльфом была более чем приметной. А так они выглядели словно простые хельмы, любители частых морских путешествий.
  Сага не расставалась с походным мешком ни во время знакомства с местными жителями, ни во время пира, устроенного рыбаками в честь гостей. Рик, разжившись рекомендованной настойкой, скоро и проворно смастерил себе компресс и действительно ощутил некоторое облегчение в ноге.
  Поданная еда была простой, но вкусной. И, главное, здесь присутствовали овощи, зелень и фрукты, казавшиеся роскошью после любого морского путешествия. Единственный на всю округу музыкант исполнял простую мелодию на цимбале. Иногда музыка смолкала для того, чтобы кто-нибудь из моряков поведал захватывающую историю о борьбе с водной стихией или о битве с орбанцами. Веселящийся народ произносил тосты и пел нестройным хором хельмские народные. Сага и Рик не притрагивались к хмельным напиткам, потому что понимали, что если они рассеят внимание, то эльф попытается сбежать. Конечно, у них была Свирелька, но пикси вряд ли справилась бы с Хоннором в одиночку.
  Откровенно скучающий эльф пропустил пару кружек, шепотом заявив, что изысканные вина Альфар в подметки не годятся местным напиткам.
  - Пойдем танцевать, - предложил Рик, возвращаясь к столу. Он уходил о чем-то пошептаться с Жоржеттой и заодно передал ей мешок, в котором пряталась Свирелька.
  - А Хоннор?
  - Куда он денется? Я попросил Жоржетту приглядеть за ним.
  - Но твоя нога, - возразила Сага.
  - Пойдем, - он взял ее руку и, немного прихрамывая, повел в центр поляны. - Ты ни разу не улыбнулась за сегодняшний день.
  Они присоединились к танцующим селянам, которые сразу же увлекли их в общий хоровод. Когда хельмы разбивались на пары, Рик всегда выбирал Сагу и без устали кружился с ней в такт музыки. Наконец-то девушке удалось забыть о ненавистном эльфе и прочих неприятностях.
  - Мне кажется, вы не слишком-то скрываете свое происхождение, - такими словами Хоннор встречал принца вернувшегося за стол. - К счастью, Ваше колено немного сбивает с толку.
  Эверикон поморщился от внезапно пришедшей в голову неприятной мысли:
  - Мы действительно так сильно выделялись?
  Захмелевшему эльфу ситуация казалась комичной:
  - Выделялись как роза в букете из полевых цветов. Грациозный олень среди косолапых медведей. Новенький галеон среди облупленных корыт.
  - Заглохни! - Сага сбегала за походным мешком и вернулась обратно.
  - К тебе, девочка, это так же относится, - хмыкнул капитан. - Когда тебя ведет опытный партнер, неуклюжесть практически незаметна.
  - Вот крыса сухопутная! Протянуть бы его под килем!
  - Честно говоря, - эльф демонстративно встал спиной к пылающей гневом Саге и повернулся к Рику: - я не понимаю вашего выбора. На свете есть множество прелестных девушек, почитающих за добродетель правила хорошего тона и очень далекие от кулачных боев и ругательств.
  - Не слушай его. Он пьян, - принц встал между Сагой и эльфом. - Ну ради меня, пожалуйста, - прошептал юноша, коснувшись губами ее уха и она захихикала от щекотки.
  
  Праздник закончился, жители разбредались по избам. В раскинутом шатре суетились хозяйки: они прибирали с общего стола, сгребали мусор в общую кучу и расталкивали заснувших рыбаков. Сага предложила 'поднять паруса' и отправиться к пирсу. Там они условились встретиться с Жоржеттой, чтобы затем всем вместе вернуться на 'Джозерину'. Жена капитана отказывалась ночевать отдельно от своего 'фуфырчика'.
  - А почему так рано? - не понял Эверикон. - Вроде бы договорились встретиться после заката.
  Сага молча указала на пьяного Хоннора.
  - Железный довод, - согласился юноша.
  По пути к причалу, эльфу сделалось настолько плохо, что он практически уполз в ближайшие кусты.
  - Идите! Мы скоро присоединимся к вам, - Рик закатил глаза. Недаром альфареец всю дорогу жаловался на неудобоваримость местных напитков.
  Они действительно вскоре догнали девушку и пикси. Правда это было нелегким делом, ибо Хоннор почти что висел на юноше. От чрезмерной нагрузки опять заныло колено, но принц упрямо шел вперед. Встречный ветер доносил до него реплики разыгравшегося на берегу спора. Пикси парила рядом с Сагой. Тоненький голосок сказочного существа был полон сарказма. Сага, напротив, была чем-то расстроена.
  - Нет, я все расскажу! - тяжелый вздох предательски вырвался из ее груди.
  - Ты, что, с реи вниз головой рухнула? Какая медуза тебя ужалила? - Свирелька завопила на Сагу, молотя крохотными кулачками по воздуху. - Это здесь вы - не разлей вода! Во дворце все будет по-другому, потому что ты ему не ровня! И не забывай, что ты - моя должница!
  - О чем вы? - окликнул их Эверикон. Оставшись без единого свидетеля, подружки затеяли крупную ссору. А принц, видимо, вернулся быстрее, чем они ожидали, поэтому обе вздрогнули, услыхав вопрос.
  - Ни о чем, - пискнула Свирелька и сделала вид, что очень интересуется прекрасным морским закатом.
  - Сага, расскажешь? - не сдавался Рик.
  - Давай лучше я тебе помогу, - она с вымученной улыбкой взвалила на себя полубесчувственного эльфа.
  Они шли вдоль берега, по широкой полосе отлива. Не самый короткий путь до пирса был выбран по соображениям безопасности: пьяный Хоннор горланил песни на эльфийском. Иногда он вырывался из рук Саги и Рика и убегал к морю. С купанием не задалось, зато от частых моканий в воду, альфареец начал трезветь.
  - Что там происходит? - капитан указал на пришвартованные у пирса лодки.
  - Нам бы эльфийское зрение! - проворчала Сага.
  - Какие-то люди в плащах, - пробормотал Хоннор, боязливо отпрянув назад, хотя до пирса оставалось еще приличное расстояние. - Знакомый знак... 'Псы Цезерина'?!
  - Ложись! - тоненько взвизгнула Свирелька и резко плюхнулась на песок. Остальные последовали ее примеру.
  - Что за напасть! - прошептала пикси, выглянув из-за низкой песчанной насыпи, чтобы убедиться в правоте эльфа. - Действительно 'псы'!
  Рик, не поверив им, тоже высунул голову из-за укрытия. Его зрение не могло соперничать с эльфийским, однако, присмотревшись, он тоже увидел силуэты в плащах. Судя по магическим вибрациям и вспышкам, на пирсе началась заварушка. Высадившиеся на берег 'псы' и адепты противостояли... магам. Или наоборот.
  'Ну не друг против друга же они воюют?' - озадаченно подумал принц. Абелоун ни при каких обстоятельствах не допустит раскола в доме Цезерина. Знакомый символ уховертки стал ответом на немой вопрос.
  - Эмахи! - он поспешил поделиться открытием со спутниками.
  - Интересное дело. - Сага сделала круглые глаза. - Ну ладно абелоуновские прихвостни! Эти всегда на нашем хвосте. Но эмахи!
  - Вы сейчас говорите о древнем течении, так называемом ответвлении от почитателей Инфернуса? - подал голос эльф.
  - Именно. Откуда ты знаешь? - Свирелька вместе с остальными разом повернулась к Хоннору.
  - Моя разведка не ест свой хлеб даром. - Капитан загадочно улыбнулся и пояснил: - Эмахи занимаются захватом чужих территорий. Более всего их интересуют острова королевства Хельм. Нужно объяснить почему?
  - Нет, - голос Рика звучал подавленно. - Мое королевство ослабело настолько, что хищники не против того, чтобы вцепиться в глотку добыче, истекающей кровью.
  - У вас прекрасные аналитические способности, Ваше Высочество, - в привычном окружении, капитан никогда не забывал о статусе Рика.
  - Нужно предупредить жителей деревни! - юноша принялся стаскивать перчатки, готовый дать отпор любой мрази: будь то эмах или 'пес Цезерина'.
  - Нет! - пикси смерила его хмурым взглядом. - Нам нужно скорее попасть на корабль.
  - Как ты не понимаешь? - терпеливо объяснял Рик. - Надо найти Жоржетту. Понабарт ни за что не согласится отплывать без жены.
  - От пирса и лодок вскоре ничего не останется. А до корабля далеко, - рассуждал вслух Хоннор. - К тому же, мы не знаем расстановку сил и причину конфликта обеих сторон.
  - Капитан прав! - принц махнул им рукой, призывая следовать за ним.
  - Подождите, Ваше Высочество, - казалось, что эльф никуда не спешит. - Если вам предстоит пользоваться магией, то нездоровая нога станет помехой. Прикажи́те белобрысой девчонке стереть мою 'метку', и я не только извлеку наконечник дротика из ноги Вашего Высочества, но и обещаю сражаться на вашей стороне.
  - 'Прикажите'?! 'Прикажите'?! - казалось, что Сага услышала лишь одно слово. - Ты в своем уме, малохольный?
  Рик порывисто обнял девушку, чтобы погасить очередную вспышку гнева. Злопамятный Хоннор знал за 'какие ниточки дергать': свободолюбивая Сага терпеть не могла, когда ей приказывали, и с некоторых пор жутко расстраивалась по поводу своего происхождения.
  - Atrej' et twisle thijnne Krattjen hol'je, - процедила она сквозь зубы. Подойдя к капитану, Сага коснулась пальцем метки на его руке и метка тот час же поблекла. Довольный Хоннор обтер внешнюю сторону кисти зачерпнутой пригоршней песка. Благодаря его действиям метка исчезла.
  - Когда ты только успела эльфийский выучить? - поинтересовался принц. Странно, что Сага никогда не упоминала о своих познаниях.
  - Вы заблуждаетесь, - капитан ответил за девушку. - Выучить пару фраз способен любой простолюдин.
  - Я ему сейчас нос расквашу!
  Эверикону вновь пришлось вставать 'стеной' между спорщиками.
  Хоннор выполнил свое обещание, в два счета исцелив Рика. Сверх того, пойдя навстречу просьбе принца, эльф любезно поделился с ним боевым заклинанием 'Узоры Альфар'. Заклинание было ужасно трудным, и альфареец несколько раз проговаривал его, а последнюю фразу чертил на земле, дабы избежать неприятностей в виде впустую потраченных сил. Сага ревностно следила за действиями Рика и капитана, опасаясь очередного подвоха со стороны эльфа. Свирелька тем временем наблюдала за баталией возле пирса и призывала поторапливаться.
  
  Жоржетта встретила их возле шатра, рядом сновали вооруженные рыбаки. Оказалось, что глазастый юнга, взятый Жоржеттой на берег, вовремя заметил людей в плащах, поднял тревогу и вмиг протрезвевшие жители рыбацкого поселения развернули бурную деятельность: надежно спрятали стариков, женщин и детей, вооружились и заняли выжидающую позицию, ибо лезть на рожон к магам не осмеливались.
  - Мы так беспокоились за вас. Эмахи совсем страх потеряли. Это уже пятое нападение на острова за последний месяц. Какое счастье, что вы вернулись! - Жоржетта с обожанием тискала Сагу, которая напоминала ей старшую дочь. Дочка жила в пригороде Макода, с мужем и детьми.
  - Нам рассказали, что атаки эмахов стали подозрительно частыми, - продолжала Жоржетта. - Только непонятно чем они руководствуются.
  - Они словно чего-то боятся, - добавил рыбак по прозвищу Трескач.
  - Когда заводишь разговор о море, не забудь рассказать про волны, - усмехнулся Хоннор. Морок действовал, и люди видели перед собой лишь красивого мужчину-хельма. - Эмахи боятся, что не успеют сделать все что запланировали до того момента, когда в Хельм придет могущественная сила.
  Брови Трескача удивленно взмыли вверх:
  - Значит слух о том, что сын короля Сейда нашелся - правда?
  Эльф неопределенно пожал плечами. Вот уж чего ему не хотелось - так это раскрывать глаза рыбацкой бедноте. Перед хельмами стоит наследник Сейда, а те в упор его не замечают. Чудаки!
  - Мы всю жизнь живем пустой надеждой, - в разговор встрял верзила-рыбак с нечесаной копной светлых волос. - Пора бы уже понять это!
  Рик слушал и непроизвольно сжимал кулаки.
  'Для этих людей я всего лишь 'пустая надежда'! - думал он, переводя угрюмый взгляд с одного лица на другое. - Даже если я 'сниму маску', разве это что-то изменит? Боюсь, что они только разочаруются'.
  Прохладные пальчики коснулись горячей руки принца. Пожалуй, только Сага понимала, что сейчас творится в его душе.
  - Приготовились! - скомандовал альфареец.
  Острое зрение эльфа спасло их от незавидной участи оказаться в самом центре битвы магов. Первыми в деревню ворвались эмахи, медленно оттесняемые 'псами Цезерина' и адептами. Жрец эмахов - седой мужчина в сером плаще - пытался призвать туман. Но каждый новый раз его отвлекали огненные шары, пущенные преследователями. 'Псы' избрали правильную тактику, не позволяя главному призвать туман и вместе с ним, разрушающую силу Инфернуса.
  Раздался свист, эмахи сгруппировались, загородив собой главного, и все вместе атаковали преследователей. В ход пошла как боевая магия, так и оружие. Один из огненных шаров поджег шатер. Вдалеке уже пылали соломенные крыши рыбацких лачуг. Вдоль ломаных улиц внезапно заструился туман: жрец все-таки довершил начатое.
  - Я хочу, чтобы ты знал, что я ничуть не лучше Абелоуна, - вдруг зашептала Сага, прижавшись к Рику.
  Из мешка, в котором отсиживалась Свирелька, раздался нервный смешок, к счастью, отвлеченные баталией рыбаки ничего не услышали.
  - Глупости! Ты в тысячу раз лучше него, - возразил принц, припав губами к ее руке.
  Затрещали кусты, запахло палеными волосами. Пройдя немного вперед, они увидели эмаха, отброшенного ударной волной. Рыбаки столпились вокруг пострадавшего - тот был мертв. Хоннор предупредил жестами о том, что кто-то идет в их сторону.
  - Стоять! - рявкнула Жоржетта, направляя острие сабли в сторону дернувшихся кустов.
  - Кто вы такие? - из-за кустов вылез растерянный 'пес'-разведчик. - А! Местные! - догадался мужчина. Он не делал резких движений и, судя по всему, вообще не был заинтересован в драке с рыбаками.
  - Что происходит? - спросил эльф.
  - Ваш остров захвачен эмахами, - разведчик говорил быстро, проглатывая окончания слов. - В городе хаос, пожары. Порт захвачен. Мой вам совет: раздобудьте лодки и уплывайте. Скоро здесь станет еще хуже. Жрец вызвал туман - значит преимущество перешло на сторону эмахов и...
  Мужчина вскрикнул, схватившись за ребра. Чье-то заклинание - по случайности или намеренно - угодило в него.
  Рыбаки ощутимо занервничали, не зная куда бежать. Они привыкли опасаться орбанцев, видели в них захватчиков, но теперь появилась новая напасть. Как защитить детей, жен, родителей?
  Принц посмотрел на Жоржетту:
  - Мы заберем жителей деревни с собой.
  - Правильно! Отставить панику! - Жоржетта призвала рыбаков к порядку. Уверенный в себе предводитель - вот что сейчас нужно этим людям. - Идем за вашей родней, а дальше отступаем к 'Джозерине'. У нас всем места хватит!
  
  Глава 15
  
  
  Страх неведом. Мы бури встречаем крепкой рукою.
  Духов неба зовем на защиту бегущей ладьи.
  Мы готовы схлестнуться со сталью морскою.
  Победить, отразить серебристые стрелы грозы.
  И рыдает, зовет черногривая ночь, белогривая пена.
  И швыряет в лицо холод северных рек,
  Та, что вечна во тьме, та, что старше Вселенной,
  Провожая в закат, забирает огонь из-под смеженных век
  
  Народная песни хельмов
  
  Они уходили вглубь леса, к затерянным среди чащи землянкам, которые во время набегов служили временным жилищем для островитян. Похожие укрытия имелись на каждом более-менее крупном острове. Наличие землянок позволяло вести партизанскую войну с захватчиками, приплывшими из королевства Орбан. Правда орбанцы оставляли в живых тех, кто не оказывал сопротивления, эмахи, напротив, хотели человеческой жатвы, без разбору принося жертвы Инфернусу.
  Трескун, приложив ладони к губам, покричал по-птичьи. Из дальних кустов кто-то тихо посвистел в ответ. Если бы не условные сигналы рыбаков, Рик вряд ли обратил бы внимание на низенькие холмы-землянки - так хорошо они были замаскированы. От полнейшей тишины, царящей вокруг, создавалось впечатление, будто здесь никого нет. Матери, скрепя сердце, поили маленьких детей маковым молочком и те спали беспробудным сном. Дети постарше и без того вели себя тихо, на уровне инстинкта понимая, что громкий плач только навлечет беду.
  Путь до берега проходил так же молчаливо и настороженно. Жены рыбаков и даже подростки имели при себе оружие: короткий кинжал, топор или, что было реже, полуторный меч. Островитяне старались придерживаться правой стороны, чтобы не выйти напрямую к захваченному магами селу. Однако эта хитрость не спасла от встречи с эмахами, которые прорвав кольцо, устремились восточнее, спасаясь от 'псов Цезерина'. Туман раскрыл гибельные объятия спешащим к берегу хельмам.
  - Стойте! - крикнула Сага, пытаясь предупредить об опасности, но было поздно. На нее накинулись два типа в масках. Правая половина маски была черной, левая - бронзовой. Волосы типов, заплетенные в раздвоенные конце косички свидетельствовали о том, что это были эмахи.
  Эмахи бесцеремонно схватили Сагу, пытаясь уянуть за собой в лес. Только благодаря чуткому эльфу она избежала участи быть похищенной. Огненный шар врезался в ближайшего эмаха и взорвался; в лицо второго вцепилась выпорхнувшая из мешка Свирелька. Сага вскочила с земли, широко зевая и хлопая себя по ушам - ее порядком оглушило.
  Совсем близко раздался рев. Верные своим традициям эмахи, не забыли взять в набег очередного громилу. Послышались крики и пронзительный визг. Кричала одна из девочек, внучка Трескуна. Рик, наплевав на конспирацию, стянул перчатки и кивнул Жоржетте. Громкий голос, которым она отдавала команды, вселял в островитян надежду. Надежду на то, что они выберутся из передряги целыми и невредимыми. Островитяне взялись за руки и цепочкой направились за ней. Рик остался прикрывать тылы. Он призвал туман и расшвыривал ударной волной всех, кто пытался дотянуться до него или до Саги. Хоннор вообще буйствовал, кидая в эмахов искусственные молнии и насылая черные тени, от которых у магов происходило помутнение рассудка. Глядя на мастерство Хоннора, принц еще раз убедился в прозорливости своей возлюбленной: если бы не 'метка чести', эльф запросто мог бы угнать 'Джозерину', саботировав команду. На помощь троице пришло подкрепление в лице дюжины рыбаков. Высоко над головами мелькали полупрозрачные крылышки пикси, которая предупреждала о перемещениях врагов. Ее появление не удивило островитян. В эту сумасшедшую ночь вообще никто ничему не удивлялся.
  - Отступаем, - коротко бросил капитан Хоннор. Ряды эмахов были основательно прорежены, туман потерял былую плотность и практически рассеялся. Жрец, по-видимому, отошел на безопасное расстояние, предпочитая не ввязываться в драку с опытным эльфом.
  Раздобыв пару лодок, рыбаки молча и слаженно работали веслами, переправляя женщин и детей на корабль. Остальные терпеливо ждали, прислушиваясь к каждому шороху и подозрительному всплеску. Тихая звездная ночь, вступившая в свои права, являлась прекрасным подспорьем для беглецов. Со стороны пирса иногда раздавались громкие хлопки боевых заклинаний, оповещая о том, что борьба эмахов и 'псов Цезерина' не прекращалась ни на минуту. Пикси слетала на разведку к пирсу и принесла неутешительные новости.
  - Сплошной туман. Похоже, что жрец не один, - запыхавшись, доложила она. Слабые крылышки пикси не предназначались для долгих перелетов, и Свирелька почти что упала в заботливо подставленный девушкою мешок.
  Эльф первым заметил группу орбанцев, отступавшую в направлении берега. Последняя партия беженцев минут двадцать назад отплыла в сторону 'Джозерины'. При виде десятка плащей с изображением нарвала, Рик едва не заскрипел зубами: 'Жалкие марионетки с лицемером во главе! Пришли поживиться землями моего народа?'
  - Спасайтесь, если вам дорога жизнь! - тяжело дыша, прохрипел ближайший орбанец. Пробежки по песку отнимали гораздо больше сил и энергии, чем, по утоптанной дороге, но выбора не было и 'псы Цезерина', среди которых затесались три адептки, побежали дальше.
  - Нужно задержать эмахов, иначе мы никогда не попадем на 'Джозерину'! - Сага озвучила очевидную мысль.
  Альфарейцу хотелось рассмеяться в ответ, однако он сдержался и сухо сказал:
  - Пятеро вооруженных рыбаков, Жоржетта, ловкая девочка и два мага - все, что мы можем противопоставить силе эмахов.
  - На кого работают эмахи? - внезапно спросил принц.
  Эльф наградил его долгим, испытующим взглядом, словно раздумывая о цене вопроса, и только потом ответил:
  - Мои люди не шпионят в пользу других государств. Иными словами, эта информация для очень узкого круга управителей Альфар.
  Рик промолчал. В данном случае информация действительно имела свою цену и искушенный в делах политики Хоннор прекрасно знал об этом.
  - Нашли когда разговоры вести! - фыркнула Жоржетта, всерьез задумавшись над тем, чтобы рвануть следом за 'псами Цезерина'.
  Туман со стороны пирса приближался с неумолимой скоростью, захватывая не только сушу, но и часть моря. Эльф сказал, что отступать дальше не имеет смысла, потому что эмахи все равно догонят их. Открытое противостояние тоже не приведет ни к чему хорошему, так как у противника было численное преимущество. Он что-то шепнул Рику и тот, согласно кивнув, сосредоточился на заклинании. Подчинившись желанию стихийного мага, земля разверзлась у самой кромки ползущего тумана, и морская вода с грохотом устремилась в образовавшийся провал. Теперь остров мог похвастаться небольшим заливом. Эмахи что-то кричали на всеобщем и на гортском, не понимая что происходит. Туман замер на том месте, где начинался провал.
  Рыбаки начали с подозрением коситься на пальцы Рика, а некоторые пытались разузнать у Саги о происхождении чудесной пикси, которая сидела в походном мешке девушки. Потянулись тягостные минуты ожидания. Жоржетта подбадривала присутствующих, утверждая, что матросы 'Джозерины' - самые быстрые гребцы в мире. Эмахи предприняли попытку атаковать через залив, однако эльф и Рик играючи откинули огненные шары, пущенные неприятелем.
  - Эй, чего вы там копаетесь? - оклик матроса заставил их едва не подпрыгнуть от радости.
  Они всем скопом, по пояс в воде, устремились к лодке. Только эльф остался стоять на прежнем месте.
  - Капитан? - Эверикон обернулся, не понимая, чего тот ждет.
  - Полагаю, что я буду не самым желанным пассажиром для досточтимого Понабарта.
  - Я замолвлю за вас словечко перед капитаном 'Джозерины', если вы дадите слово вести себя надлежащим образом, - пообещал юноша.
  - То есть я должен распрощаться с планом вашего похищения? - пошутил эльф.
  - Именно. - Когда Хоннор добрел до лодки, Рик протянул руку, чтобы помочь ему перебраться через борт. Сага ерзала от нетерпения по банке. Была б ее воля, она давно бы поменялась местами с загребным и отдала бы команду живее работать веслами.
  - Ты хорошо подумал, прежде чем звать его на 'Джозерину'? - шепнула она севшему рядом принцу.
  Тот кивнул головой, уверенный в том, что Хоннор не такой плохой, каким хотел казаться.
  Туманный берег Кановы манил обманчивой тишиной. Вдалеке виднелся столб дыма - по-видимому, от рыбацкого села остались одни руины. Эверикон думал о спасенных жителях острова, но как быть с теми, кто остался в городе, в порту? Мысль о том, что их еще можно спасти казалась правильной, но, к сожалению, неосуществимой. Он поделился этой мыслью с Сагой, стараясь говорить шепотом, чтобы никто не слышал.
  - По праву рождения, ты волен отдавать приказы своим верноподданным, - возразила она. - Понабарт подчинится. Вопрос в том, безопасно ли вторгаться в город, когда ты ничегошеньки не знаешь о расстановке сил? И как ты в одиночку справишься с эмахами? Затопишь город? Но тогда нужно как-то предупредить мирных жителей о том, чтобы они..., - Сага вскрикнула, потому что лодка внезапно на что-то напоролась и пассажиры полетели в воду. Победный рев пущенного в догонку гиганта огласил округу.
  Рыбаки запаниковали, подумав, что угодили прямиком в подстроенную эмахами ловушку. Всплески, крики сплелись в единый клубок. Ногу юнги свело судорогой и он судорожно вцепился в ближайшего пловца. Этим ближайшим пловцом оказался Рик; наглотавшись воды, он каким-то чудом всплыл на поверхность и вцепился дрожащей рукой в скользкий борт лодки. Таким образом он спас не только себя, но и юнгу, который едва не утянул его за собой под воду.
  - Держись! - принц подтолкнул мальчишку к лодке. В ста шагах замелькали непонятные вспышки. По-видимому, Хоннор ухитрился воспользоваться заклинаниями. Через какое-то время рыбаки все-таки сумели перевернуть лодку. Они помогли юнге и Рику, а затем и остальным островитянам. Эльф был последним. На его плече сидела мокрая, нахохленная Свирелька.
  - Клянусь честью, эта орясина целенаправленно плыла за девчонкой и Жоржеттой, - изрек капитан, стараясь не стучать зубами.
  - Что?! - Рику показалось, будто его изо всех сил пнули под дых. Саге грозила смерть, а он даже не знал где искать ее, потому что над водой возле берега висела плотная пелена тумана. Он встал, явно намереваясь вернуться обратно на остров вплавь, однако его удержал капитан:
  - Это самоубийство!
  - Плевать! - Юноша был решительно настроен. - Я теряю драгоценное время. Мне нужно знать куда их отведут.
  - О, это не секрет. Жрецы собираются закончить ритуал. Приносимых в жертву мужчин и женщин должно быть равное количество, - голос Хоннора был беспристрастен. Создавалось впечатление будто он рассказывает о каком-то пустяке. - Эмахи проводят 'Сердце Инфернуса' возле источника пресной воды.
  - Они осквернят духов нашего колодца! - подал голос один из островитян, внимательно прислушивающийся к разговору.
  - Ты понадобишься мне в качестве проводника, - принц отнял у него единственное уцелевшее весло и принялся грести обратно к берегу.
  - Не наглей, парень! - островитянин не желал возвращаться в лапы эмахов и поэтому попытался воспрепятствовать единоличному решению принца.
  - Я пойду с тобой, - вызвался Трескун, прицыкнув на односельчанина. - Им страшно, потому что у них маленькие дети, а мои-то уже сами родители.
  - Капитан, - Рик внимательно посмотрел в янтарные глаза эльфа, - имею ли я право просить об услуге?
  - Да, - кивнул альфареец. Он вел себя так, словно давно ждал этого вопроса. - Но услуга за услугу.
  Эверикон был готов на все ради спасения Саги. Ему было наплевать на цену вопроса.
  - Весь во внимании.
  - Год на Альфар.
  - Согласен.
  - Слово чести?
  - Да. Я даю слово чести.
  - Замечательно! - раздался мрачный голос пикси. Ее мнения никто не спрашивал, однако она совершенно не одобряла условия, поставленного капитаном.
  - Предупредите Понабарта, - шепнул Рик островитянам, прежде чем покинуть лодку.
  Эльф первым вышел на берег, а следом принц и проводник. Что-то теплое и мокрое коснулось шеи Рика, заставив вздрогнуть от неожиданности, - на плечо опустилась Свирелька.
  - Я с вами! - на детском личике пикси застыл испуг, а в кошачьих глазках читалась решительность.
  Молодой маг не замечал ничего вокруг, поглощенный тревожными мыслями о судьбе возлюбленной. К счастью, рядом находился Хоннор, который смотрел и слушал за двоих, если не за троих. Туман сконцентрировался возле берега, но чем дальше от воды, тем было меньше тумана. Проводник, прекрасно ориентирующийся на местности даже ночью, безошибочно вывел к селу. С невысокого холма открывалось печальное зрелище разрушенных избушек; запах гари царапал горло. Путники переместились левее. Возле колодца они увидели людей в масках, которые что-то тихо обсуждали. Там же находился громила. С его нехитрой одежды срывались капли воды, а в сапогах хлюпало. Эльф напряг зрение, пытаясь рассмотреть сваленные в кучу тюки за спиной верзилы, но тщетно.
  - Слетай на разведку, - предложил он пикси, замершей на плече Эверикона.
  - Мухоморов объелся? - возмутилась та. - Их маги обнаружат меня в два счета.
  Вдруг один из тюков шевельнулся и довольно бодро откатился в сторону. Послышался треск разрываемой ткани.
  - Крысы! Каракатицы! - разъяренная Жоржетта костерила эмахов на разный лад. Верзила пошел в атаку, Жоржетта увертывалась и даже полоснула его ножом по руке. Эмахи, не шевелясь, наблюдали за происходящим, уверенные, что женщина вскоре выдохнется, а бежать ей было некуда.
  - Начать приготовления, - прозвучал властный голос. Толпа эмахов почтительно склонила головы перед жрецом, вышедшим из ближайшей уцелевшей избушки.
  - Что они собираются делать? - принц ринулся было на подмогу женщине, но твердая рука эльфа остановила его. Если бы Рик потрудился взглянуть на Хоннора, то увидел бы, что тот смертельно побледнел - уж он-то знал, о чем шла речь.
  - Слишком поздно, - прошептал эльф. - Уверяю вас, самое разумное, что мы можем сделать - это отступить.
  Послышался сдавленный крик, а затем рев. Жоржетте все-таки хватило сил, чтобы прикончить громилу, однако ее тот час же сбило с ног чье-то заклинание. Увы, сталью против магии не очень-то повоюешь.
  - Где они будут проводить ритуал? - принц едва сдерживал закипающий внутри гнев. Он злился на эльфа, на эмахов и на самого себя, за то, что не уберег Сагу.
  - Нужно схватить жреца и допросить его. - Хоннор говорил очевидные вещи. - Но у нас мало времени. Ритуал жертвоприношений связан с определенной фазой луны и он вот-вот начнется!
  Ничего не ответив, Рик отполз в сторону. Ему в голову пришла безумная, на первый взгляд, идея. Он крутил головой из стороны в сторону, будто пытался что-то отыскать. Наконец, удача улыбнулась ему. Под деревом, где начинался спуск, он заметил двух мертвых магов: эмаха и 'пса Цезерина'. Оба явно сражались до потери пульса и даже в посмертии они не расстались с оружием, послужившим причиной смерти одного из них - эмаха. У пса видимых повреждений не было, но осунувшееся лицо и посиневшие губы говорили о том, что он умер от какого-то каверзного заклинания. Поодаль от них Рик нашел еще двоих 'псов Цезерина': женщину и мужчину. Запомнив место, Эверикон поспешил обратно к эльфу, Трескуну и пикси.
  - Я наведу морок. Мы вольемся в их ряды, - он кратко обрисовал свой план.
  - Самоубийство. - Хоннор встал и отряхнул штаны, готовый следовать за принцем.
  - Ай, мне все равно! - воскликнула Свирелька, пряча лицо в ладошках.
  Трескун лишь покачал головой, с недоверием воззрившись на юношу:
  - Ты умеешь ворожить?
  - Да раскрой наконец глаза! - Эльф отвел от себя морок, представ в истинном обличье перед онемевшим от удивления Трескуном. - Да ты не на меня пялься!
  Рыбак перевел внимательный взгляд на Рика и невольно отшатулся, словно увидел привидение. Трескун хотел что-то спросить, но не успел, потому что начал творить заклинание, видоизменяя свою внешность и внешность своих спутников.
  'Если Хоннор знает о последователях Инфернуса больше, чем говорит, значит, будет эмахом', - рассуждал принц. Для себя и островитянина он выбрал роль 'псов Цезерина'. Свирелька, мысленно проклиная все на свете, вновь спряталась в походном мешке. Не теряя времени даром, вся компания направилась к селу.
  - Пошевеливайтесь! - альфареец прикрикнул на своих 'пленников со связанными руками'.
  На его окрик обратили внимание эмахи, стоявшие возле дотлевающих останков избы.
  - Герк с 'трофеями', - прокомментировал кто-то безжизненным голосом. Рик взглянул на лица эмахов - их глаза были такими же пустыми, как и голоса. Не люди, а ходячие мертвецы.
  - Веди туда! - другой эмах указал на разрушенную стену. Рик старался идти медленно, чтобы получше рассмотреть лагерь неприятеля. Помощники жрецов в количестве двух штук чертили пентаграмму, в верхушку которой был включен колодец. Сами жрецы наносили замысловатые знаки вдоль каждой грани. Стоявшие поблизости эмахи, словно завороженные, наблюдали за действиями жрецов, с уст, скрытых маской, часто слетал благоговейный шепот.
  За стеной они обнаружили связанных пленников и тут же развернули операцию по их освобождению. Многие пленники были без сознания, иные ранены и принцу, досконально изучившему труды эльфийских целителей, было совестно одергивать самого себя, каждый раз когда до его слуха долетали мольбы о помощи. Каждый раз он напоминал себе о том, что ему нужно беречь силы для битвы с эмахами. Не мог же он всецело уповать на эльфа! Рик без устали снимал мешки с голов, каждый раз надеясь обнаружить под одним из них Сагу. Но пока ему не везло. Зато он пару раз наткнулся на адептов Цезерина. Те, кто был в сознании, встречали его восторженным шепотом и благодарили на орбанском языке, принимая за своего. Принц тяжело вздыхал, тщательно скрывая неприязнь. Когда-то он поклялся себе в том, что больше никогда не наденет плащ с изображением нарвала. А что в итоге? Он вновь был одним из псов. Пускай даже понарошку.
  Сзади послышался негромкий всхлип - это Свирелька нашла жену Понабарта. Женщине сильно досталось и Рик, совершив сделку с совестью, поспешил к ней, чтобы затянуть рваную рану на затылке женщины.
  - Беги в дальнюю избу... без окон, - прошептала Жоржетта, едва придя в сознание. Она не узнала Рика, но порхающая рядом пикси не давала повода усомниться в том, что это был именно он.
  Легко сказать 'Беги!' когда вокруг кишмя кишат эмахи. Эверикон подозвал капитана и попросил о сопровождении. Так, по крайней мере, они не привлекут излишнее внимание. План сработал: никто не пытался остановить их.
  'Почему Сагу держат отдельно ото всех?' - недоуменно подумал Рик, толкнув дверь плечом.
  - Нет! - закричал он, увидев лежащую на полу Сагу. Над ней склонился жрец, в пальцах которого извивалась черная уховертка. Заклинание отбросило жреца, но тот успел разжать пальцы, и насекомое скользнуло в ухо лежащей без чувств девушки. Эверикон подбежал к жрецу и, схватив его за грудки, принялся трясти с такой силой, что со жреца слетела маска, а раздвоенная косичка заметалась из стороны в сторону.
  - Что ты сделал? - закричал он. - Что это за магия? Отвечай!
  - Она была самая бойкая и резвая. Инфернус таких любит... только для начала ей нужно пройти обряд очищения, - клацая зубами объяснял эмах. Он говорил на всеобщем, с гортакским акцентом.
  - Вытащи эту гадость! Иначе я за себя не ручаюсь! - рявкнул Рик, оттолкнув мужчину.
  Эмах, едва удержавшись на ногах, бросил на него затравленный взгляд, а затем призвал на помощь магию. Принц отбил заклинание и повторил приказ.
  - Обряд нельзя повернуть вспять. Боюсь, что нам понадобится помощь архимага, - подал голос эльф и тот час же ударил жреца, увидев, что он положил руку на рукоять ритуального кинжала, висевшего на поясе.
  - Говорите, что делать, - Эверикон был полон решимости.
  Капитан скользнул задумчивым взглядом по худенькой фигурке, скорчившейся на полу, и покачал головой:
  - Не в моей компетенции.
  - А в чьей? - не сдавался юноша.
  - Она и вправду так нужна вам?
  - Да!
  - 'Любовь - болезненный укол благословеннейшей из роз...', - начал Хоннор и тут же осекся, заметив молнии гнева в глазах принца. - Простите. Действительно, сейчас не самое подходящее время для цитирования старины Сэвори Сигнитта. Увы, она может получить помощь лишь у Фрейт Айрис - искуснейшей из целителей, архимагички джамнов.
  - Я найду ее!
  - Не сомневаюсь, - эльф ответил легким поклоном, а затем вновь ударил эмаха, попытавшегося прошмыгнуть к входной двери.
  - Но как быть с Сагой? - Рик опустился перед ней на колени и с беспокойством пощупал пульс: учащенный, но не настолько, чтобы бить тревогу.
  - Беспамятство! Ей уготовано вечное беспамятство, - мстительно пробубнил эмах, держась за разбитый нос. - Но если вы позволите поместить девку в нашу прекрасную пентаграмму, она очнется. Правда ненадолго. А ты, - жрец злобно зыркнул на Хоннора, - ты - предатель! Всемогущий Инфернус не простит тебе! - Благодаря мороку, эмах видел в эльфе своего 'собрата'. Хоннор усмехнулся и поспешил связать эмаху руки и заткнуть рот грязной тряпкой.
  В дверь тихонько поскреблись, Рик приготовился атаковать, но чуткий капитан услышал характерное шуршание крылышек и мотнул головой.
  - Боги! Что они сделали с Сагой? - Свирелька расплакалась, обняв прохладное лицо девушки своими маленькими ручками.
  Принц обрисовал ей ситуацию, чем еще больше огорчил и без того расстроенную пикси. Хоннор посчитал своим долгом напомнить о том, что они находятся во вражеском стане и ежесекундно подвергаются опасности.
  - Между прочим у нас есть заложник, - Эверикон кивнул в сторону эмаха с расквашенным носом.
  - Им наплевать, - возразил эльф, попутно обшаривая бесхозные сундуки. - Во время жатвы у этих ребят практически отключается сознание. Свой, чужой - без разницы. Главное принести определенное количество жертв.
  Эльф мог бы разглагольствовать и дальше, однако его прервал внезапный возглас Свирельки:
  - Стой! Открой-ка вон тот сундук еще раз!
  Хоннор повиновался. В сундуке лежало зеркало - их шанс на спасение. Вытерев слезы, пикси принялась за открытие магического портала.
  - Я остаюсь, - ответил Рик и, почувствовав на себе вопросительный взгляд Хоннора, пояснил: - Я не брошу островитян.
  Свирелька едва не задохнулась от злости. Она часто считала чужое мнение ошибочным, но теперь у нее даже не находилось слов, чтобы отговорить принца от опрометчивого шага.
  - Пойду за Жоржеттой. - Альфарейцу, в отличие от пикси, не нужно было объяснять, что такое ответственность будущего короля за свой народ.
  Жена Понабарта, узнав о его решении, порывисто обняла юношу и пожелала удачи.
  - Если я не вернусь, обещайте, что найдете Фрейт Айрис, - прошептал в ответ Рик, прекрасно понимая, что удача не всегда будет на его стороне и за сегодняшнюю ночь может произойти многое. Он вновь склонился над Сагой, оставив поцелуй на ее щеке.
  - Обещаю от своего имени и от имени Понабарта. - Взяв Сагу на руки, Жоржетта исчезла в портале, следом подалась надутая Свирелька.
  - Капитан? - Эверикон повернулся к эльфу. - У вас есть возможность уйти.
  - О, нет, Ваше Высочество! Я дал слово чести и поэтому должен проследить, чтобы с вами не приключилось ничего дурного. Доставить вас в Альфар в целости и сохранности, так сказать.
  Они вышли на улицу, плечо к плечу, оставив позади постепенно бледнеющую воронку портала.
  В захваченном селе разгоралась нешуточная драка: кто-то из эмахов, проходя мимо пленников, заметил подозрительную активность и поспешил предупредить собратьев. 'Псы Цезерина' самоотверженно оборонялись от смертельных заклинаний. А освобожденные островитяне затаились за стеной, надеясь переждать битву, а затем убежать в лес.
  Сменивший облик Рик предстал перед врагами в образе жреца (настоящий так и остался лежать связанным в избе). Эмахи не обращали внимания на 'соплеменников' до тех пор, пока принц, отступив к холму, не воспользовался 'Узорами Альфар'. Эльф с уважением взглянул на юношу: человек, подчинивший себе чужую магию, достоин уважения. Возле колодца вспучилась земля, нарушив контур пентаграммы, а зыбкие тени спикировали на эмахов, терзая их и заставляя выть от боли. Враги предались панике, не понимая, кто пользуется такими страшными заклинаниями, ведь 'псы Цезерина' отбивались из последних сил и, значит, в счет не шли. Эльф, в свою очередь, играючи разделался с очередным жрецом, вознамерившимся восстановить пентаграмму, и взялся за остальных эмахов.
  Островитяне, видя, что чья-то чудесная сила прорвала окружение, разбежались по сторонам, таща на себе раненых собратьев. 'Псы' тоже отступали, не в состоянии продолжать битву. Рик хотел побежать следом, но заметил, что по бокам наполовину стертых контуров геометрической фигуры заструился красный туман. Из тумана вышел эмах. Добротная одежда выдавала в нем жреца высшей касты. В руках жрец держал посох, наконечник которого венчала фигурка в виде уховертки. Лицо, конечно же, скрывала маска. Жрец быстро осмотрелся и, вскинув посох, сделал пару шагов в направлении тел, распластавшихся по земле.
  - Ты! - жрец наклонился к одному из эмахов, в котором еще теплилась жизнь: - Говори, кто позволил бежать пленникам? 'Псы'?
  Эмах что-то просипел в ответ, но его не было слышно. Зато Рик прекрасно слышал голос новоприбывшего человека и поэтому узнал его.
  Призванный ветер сорвал незакрепленную маску с лица, подтвердив страшную догадку принца: это был Арнедо. Ощутив чужую магию, старик крутанул посох, ограждаясь щитом. Пока рядом бегали паникующие эмахи, у Рика была прекрасная возможность не вступать в открытый бой, однако эмахов становилось все меньше и в итоге, Арнедо нашел источник опасности.
  - Перебежчиков ждет жуткая кара! - старый маг скорчил презрительное лицо. Рику очень хотелось напомнить, кто из них в действительности является перебежчиком, но сдержался, решив приберечь этот 'козырь' на будущее.
  Кабинетный червь, коим принц считал Арнедо, знал толк в боевой магии. Другое дело, что Абелоун запретил делиться знаниями с высокородным учеником.
  Арнедо выкрикнул слова заклинания, ограждая себя огненной стеной. Но стихийный маг с легкостью усмирил огонь. Арнедо предпочитал заклинания стихий, чем натолкнул принца на вполне логичную мысль: 'Он думает, что я - эмах. Означает ли это, что слабое место эмахов - стихийная магия?' Так или иначе, Эверикону было бы гораздо хуже, если б Арнедо воспользовался какими-то другими заклинаниями. 'Узоры Альфар' вновь сослужили Рику верную службу, сыграв решающую роль в победе над противником. Раздался гулкий звон переломленного напополам посоха, навершие занялось огнем. Тяжело дышащий Арнедо повалился на бок, жизненная сила, наперегонки с магической, покидала его.
  Юноша внимательно наблюдал за учителем, предпочитая держаться на расстоянии. Поблизости находились другие эмахи - не жрецы, конечно, однако способные причинить ощутимый урон. Впрочем, в тридцати шагах находился Хоннор, взявший на себя заботу о 'мелкой рыбешке'. Кажется, им удалось отвоевать остров у эмахов.
  'Если бы только я пришел за Сагой на минуту раньше!' - рефлексировал принц, глядя на ту избушку, в которой лежал связанный жрец с расквашенным носом.
  - Почему сорвался важный ритуал?
  Рик обернулся на голос и увидел главу братства 'Священных лилий'. Он видел его портрет не только на территории королевства Гортакс, но и в толстых тяжеленных книгах - философских трудах, автором которых являлся архимаг Гортакса. Принцу хватило ума преклонить колени и расположить руки, согласно этикету гортаксчан. Если Майтнатт прибыл только что, то у них с Хоннором есть шанс сойти за 'своих'.
  - 'Псы Цезерина', - 'пролепетал' юноша, пряча взгляд.
  - 'Псы Цезерина!' - передразнил гортаксчанин, сграбастав принца за шиворот и тут же отскочил от него, словно обжегшись.
  - Морок! Я чувствую морок! - взревел Майтнатт, целясь в Эверикона боевым шаром. Рику удалось нейтрализовать шар, но вот с появившейся словно из воздуха гигантской уховерткой возникли проблемы. Майтнатт явно намеревался насладиться кровавым зрелищем, но в его планы вмешался Хоннор, воззвавший к древней магии Альфар. Никогда прежде Рик не видел такого сочетания изящества и высшей магии. Со стороны казалось, будто эльф танцует смертельный танец и даже залюбовался бы им, если бы не уховертка.
  Петляя среди разрушенных стен, принц отбивался от насекомого боевыми шарами. Она была настолько быстрой, что у него не хватало времени на другое заклинание. Не разбирая дороги, Рик бросился к спасительной избушке. Уцелевшая дверь, если ее запереть изнутри, помогла бы выиграть немного времени. Насекомое, словно почуяв подвох, взлетело - неохотно и неуклюже. И, тем не менее, благодаря подобному маневру, она почти добралась до юноши. Тот в последнюю секунду уклонился и уховертка, приземлившись на свои тонкие конечности, вновь продолжила преследование. Через минуту насекомое едва не зажало принца в углу, угрожающе раскачивая выгнутыми навстречу щипцами, но атаковать не успело, потому что Рик подпрыгнув, вцепился в край стены, и, подтянувшись, перемахнул через нее, продолжив путь к избушке.
  За спиной принца захлопнулась спасительная дверь, которую он тут же поспешил запереть на засов. Жрец находился на прежнем месте. Он сидел с закрытыми глазами, то ли дремал, то ли впал в беспамятство. Дверь трещала под натиском преследовательницы. Рик хрипло выдохнул и сосредоточился на заклинании. Руны под ногтями вспыхнули огнем. Желто-рыжий огонь послушно покинул коптящие потолок чаши и скользнул на подставленное принцем покрывало. А теперь - в атаку! Трещащую по швам дверь выбило ударной волной, следом взметнулся огненный столб. Объятое пламенем насекомое заметалось из стороны в сторону, круша все на своем пути. Рик едва успел выскочить из душного задымленного помещения. Минуты жизни уховертки были сочтены.
  - Ты пользуешься эльфийской магией! Клянусь Священными лилиями! - Майтнатт тем временем отбивался от Хоннора. Он прекрасно понимал, что оба 'эмаха' не те, за кого они себя выдают. Под личиной морока наверняка находились эльфийские шпионы, оказавшиеся в неподходящее время, в неподходящем месте.
  - Ты должен клясться священными уховертками, - с издевкой поправил эльф.
  Архимаг с прищуром взглянул на опасного противника. Опасного потому, что Майтнатт никогда прежде не сходился в поединке с эльфом. Хотя по долгу службы знал основные и излюбленные приемы народа Альфар.
  'Но и на них управа найдется. Не будь я архимагом!' - ухмыльнувшись своей мысли, он подобрал с земли крошечный камешек, покатал в пальцах, что-то прошептал и швырнул его в Хоннора. Камень был настолько маленький, что капитан даже не заметил его, продолжая выплетать боевое заклинание. Но стоило камню коснуться руки эльфа, как все мышцы тела свело невыносимыми судорогами. Майтнатт, не раздумывая, вытащил из ножен ритуальный кинжал и безжалостно перерезал Хоннору горло.
   'Узоры Альфар', пущенные Риком вдогонку, принялись терзать архимага с такой силой, что ему пришлось искать спасения в портале, к счастью, открывавшемся без особых энергозатрат. Он не видел смысла в продолжении боя, ибо ритуал был сорван окончательно и бесповоротно.
  - Капитан, держитесь! - Рик подбежал к эльфу, пытаясь зажать страшную рану, из которой хлестала кровь.
  - Ваше Вы...сочество, я освобождаю вас от... данного обеща...ния, - прохрипел эльф смахнув красную пену с губ. - Посм...три в карман...
  Принц машинально кивнул, направляя на рану исцеляющую силу магии до тех пор, пока не осознал, что сердце Хоннора не бьется и все действия тщетны. Он отнял окровавленные ладони от шеи капитана и обессилено рухнул на землю. В груди нестерпимо жгло, однако юноша держался из последних сил, прогоняя рвущиеся наружу слезы. Без сна, в непонятном опустошении, он лежал неподалеку от эльфа. Из тупой прострации его вывели едва различимые голоса, разговаривающие на всеобщем. Юноша поспешил избавиться от ненавистного плаща и морока и, поднявшись, кое-как доковылял до альфарейца.
  'Что он говорил про карман?' - думал Рик, обыскивая капитана и испытывая при этом чувство бесконечной вины за то, что не смог спасти его от Майтнатта. В кармане куртки пальцы наткнулись на сложенный вчетверо кусок пегамента - влажный от недавнего купания в море и довольно мятый. Принц даже не ознакомился с содержанием найденного послания, а просто переложил его в свой карман.
  - Эй, малый, помощь требуется? - осторожно поинтересовался островитянин, выглянувший из-за дерева. Его спутник предпочитал держаться в тени, чуть поодаль. Это был кто-то из спасенных ранее пленников, решивших вернуться в село с разведкой.
  Принц покачал головой, прекрасно понимая, что хельмов ввели в заблуждение его окровавленные руки и одежда.
  - 'Горит Альфар небесный россыпью огней, детей уставших утешает вечным сном и светлым поцелуем'. - Закрывая остекленевшие глаза эльфа, принц процитировал Сэвори Сигнитта, поэзию которого так горячо любил Хоннор.
  
  Глава 16
  
  Here by the sea and sand
  Nothing ever goes as planned
  
  The Who, 'Sea And Sand'
  
  С восходом солнца Рик возвратился на 'Джозерину'. Он приплыл на одной из лодок, позаимствованной у островитян. Кановчане радовались удачному избавлению от эмахов и 'псов Цезерина' и скорбели над павшими. Правда, не окажись с ними Рика, павших было бы гораздо больше.
  Понабарт приветствовал принца учтивым поклоном, предпочитая отмалчиваться. Да и юноша в то утро был немногословен. Он лишь спросил о здоровье Саги.
  - Без изменений, - хрипло прошептал капитан.
  Эверикон кивнул и, переступая через спящих вповалку островитян, побрел в свою каюту. Он умылся и сменил одежду, оставив на прикроватном столике вытащенное из кармана послание. Растянувшись на кровати, Рик развернул покрытый бурыми пятнами пергамент.
  'Секретно.
  Адресат: Альфарр, капитану внешней разведки Лоранду Данн Хоннору. Лично в руки.
  Разведкой установлено, что королевство Гортакс ведет двойную игру. Архимаг, именуемый Майтнатт, более пяти лет сотрудничает с сектантами эмахами, они же последователи Инфернуса. Доподлинно известно, что таким образом Гортакс пытается присвоить земли королевства Хельм. Конкурирующая сторона - 'псы Цезерина' (королевство Орбан) противостоит подобным захватам (пересечение интересов).
  Майтнатт, опасаясь войны, отрицает всяческую связь с эмахами. Однако имеет несколько тайников, в которых прячет литературу соответствующего содержания и связывается с эмахами через избранных жрецов: мага Арнедо и мага Гарона.
  Еще раз прошу отстранить меня от задания касательно Фрейт Айрис.
  Вилло Гархэм'
  Юноша присвистнул. В его руках находилось доказательство бесчестной игры, которую вело королевство Гортакс. Гортаксчане оказались хуже, чем орбанцы, которые не побоялись воевать в открытую. В то время как последователи Инфернуса пользуются черной магией для присвоения чужих территорий. Рик поморщился, еще раз пробежав глазами по рапорту.
  'Арнедо! От Арнедо вам теперь никакой пользы!' - принц бережно сложил рапорт и спрятал во внутренний карман куртки. Когда он покидал место битвы, то не преминул отыскать бывшего учителя, чтобы еще раз удостовериться в том, что это был действительно он. Заклинание высушило Арнедо настолько, что старик стал похож на древнюю мумию.
  Рик направлялся в каюту Саги, попутно удивляясь превратностям судьбы. Вот он, столько лет жил придуманной жизнью, зубрил катрены из Священной Книги Цезерина, заочно ненавидел пиратов и считал Арнедо человеком, который боится не только Абелоуна, но и собственной тени. А как оно оказалось на самом деле? Он постучался. Дверь отрыла сонная Жоржетта, дежурившая у постели Саги.
  - Она как будто без сознания, хотя пульс нормальный, - жена капитана села у изголовья Саги и заботливо поправила подушки. - Спит, голубка, не просыпаясь. Я приводила к ней почтенную Кебран, та сказала, что, - ее голос дрогнул, - Саге никто не поможет.
  - Ну это мы еще посмотрим, - упрямо возразил Рик, присаживаясь с другой стороны кровати. Он взял руку девушки и поцеловал ее пальцы.
  - Как островитяне? - принц вспомнил, что забитый беженцами корабль должен где-то пришвартоваться, чтобы люди наконец вернулись домой.
  - С ними никаких проблем. Я поговорила со старостой: он уже строит планы на будущее. Хочет восстановить разоренное село. Им не впервой. А что с Трескачом?
  - Я не знаю, - честно ответил принц. За последнюю ночь на него свалилось столько проблем, что он попросту не успел поинтересоваться судьбой провожатого.
  - Ладно, - Рик вздохнул, устало прислонившись к стене. - Вам нужно выспаться.
  - Но вы тоже устали, - Жоржетта внимательно посмотрела на осунувшееся лицо юноши.
  - Устал, - честно признался Эверикон, - но я вряд ли засну после всего того, что увидел.
  Единственная хорошая новость того дня заключалась в том, что жители Кановы беспрепятственно возвратились на родной остров. Понабарт, по доброте душевной, поделился с ними частью провианта и очень рассердился, когда островитяне изъявили желание заплатить за оказанную помощь. Многие из них хотели лично поблагодарить отважного юношу-мага, вставшего на защиту Кановы, но капитан был неумолим:
  - Мальчику плохо. Скажите мне все что хотели - я передам.
  Действительно, так плохо Рику еще никогда не было. Весь путь до королевства Джамнов он практически не отходил от Саги, часто разговаривал с ней, хотя и понимал, что та навряд ли слышит его. Он был очень благодарен Жоржетте, которая окружила Сагу родительской заботой. Под грубоватой внешностью жены капитана скрывалось огромное сердце. Дни морского путешествия сливались воедино, поэтому воспоминания о нем были весьма скудными. Единственная вещь, которая заставила Рика отвлечься от грустных мыслей - это Караульный столп. Юноша читал о нем, но видел впервые. Посреди моря возвышалось скалистое образование, издали действительно напоминавшее столп. Наверху столпа застыл маяк облепленный чайками.
  - Говорят, что в очень давние времена здесь был остров и высокая гора, но море поглотило сушу, а ветер по-своему обтесал камни, - сказал Понабарт.
  Рик кивнул, любуясь солнечными бликами на слоистых боках столпа.
  - Это нейтральная территория? - спросил юноша, перепроверяя полученную у орбанцев информацию.
  - Да, - подтвердил капитан. - На маяке поочередно дежурят тролли, джамны и гортаксчане. Здесь пересечение водных границ королевств. А до земель джамнов отсюда рукой подать. Так что скоро мы прибудем в Броукар - остров-город.
  Принц еще раз взглянул на столп и побрел в каюту Саги.
  - Держись. Осталось совсем немного, - он с нежностью посмотрел на ее бледное лицо. - Я читал про Броукар, дивный остров на воде, возведенный наемными магами. Знаешь, королевство Джамн не богато плодородными землями и уж кто должен вести захватническую войну - так это они. Помнишь шутку? 'Как с гористой местности угодить прямиком в болота? Нужно приехать в королевство Джамн'. - Эверикон замолчал, наливая в кружку теплый джотт. Он сделал несколько глотков и замер, обдумывая внезапно пришедшую в голову мысль: 'А, что, если попросить помощи у архимага своего собственного королевства?'
  Рик сотворил магическое послание, адресованное пикси. Свирелька явилась не сразу, тщательно утирая рот, перепачканный соком малины.
  - Что-то с Сагой? - она зависла над неподвижной девушкой, прислушиваясь к ее дыханию.
  - Все по-прежнему. - Рик открыл ящик и кивнул на обернутое плащом зеркало: - Что, если я свяжусь с магами своего королевства?
  Пикси сначала округлила глаза, а затем, словно споткнувшись в воздухе, спикировала на постель лицом вниз. Рик посмотрел на нее - плечи и крылышки Свирельки затряслись мелкой дрожью. Пикси смеялась.
  - Если мы с ними свяжемся, то никогда не попадем в Джамн, - она отняла голову от покрывала и обернулась, подавив очередной смешок.
  - Не вижу причин для веселья, - насупился принц. Ну почему все относятся к нему как к драгоценной вещи, оставляя без внимания его стремления и желания? - Они не посмеют ослушаться моих приказов.
  - Ты очень рискуешь. И, более того, подвергаешь риску Сагу, - пикси нехотя подлетела к зеркалу, уткнув глаза в пол. Кажется, ей совсем не понравилась такая задумка.
  - Стой! Возможно ты права, - он подошел к комоду, с грохотом задвинул ящик и запер его на ключ. - Не будем рисковать.
  Выпорхнув в коридор, Свирелька спикировала вниз и, оглянувшись на закрытую дверь, издала вздох облегчения.
  
  Издали Броукар напоминал клешню краба с двумя широкими пирсами посередине и причалами по бокам. Утопающие в зелени берега создавали удивительный контраст с лазурной водой, настолько прозрачной, что можно было наблюдать за подводной жизнью морских обитателей. За портовыми складами и грядой крыш покрытых веселой рыжей черепицей, зеленел огромный парк. Идеально прямые улицы давали беспрепятственное движение ветрам, а пока еще не обмелевшие колодцы обеспечивали остров и жителей достаточным количеством пресной воды. Сразу за Броукаром начиналась материковая суша, соединенная с островом высоким мостом - настолько высоким, что под ним запросто проплывал четырехмачтовый галеон. Повсюду развевались флаги с изображением улитки на виноградной лозе.
  Уладив формальности, капитан вернулся на 'Джозерину'.
  - Все в порядке, - сказал он, демонстрируя пергамент с росписью на четверть листа. - Меня здесь знают, поэтому месяц на Броукаре у нас в кармане.
  Они зашли в каюту Саги, чтобы узнать о ее состоянии и перекинуться парой слов с Жоржеттой.
  - Все по-прежнему, - изрекла она, прочитав в глазах Рика немой вопрос, и поспешила поделиться новостью: - Я поговорила с почтенной Кебран и та посоветовала начать поиски с местных таверн.
  Лицо Понабарта приобрело мечтательный вид.
  - Фуфырчик! - жена грозно сдвинула брови. - Одна кружка в день! И больше никаких излишеств. Я запрещаю! Слышишь?
  - Слышу, - буркнул уязвленный капитан.
  - Вот и славно. А Свирелька проследит за тем, как ты выполняешь обещания.
  Понабарт выпучил глаза, будто его ударили в живот.
  - Симпапожка! Только не эта крыса крылатая!
  Рик предпочитал не вмешиваться в их семейные ссоры. Он давно уяснил для себя, что капитан недолюбливает пикси и даже догадывался о причине этой нелюбви. Пикси была слишком своенравной, не признающей никаких авторитетов, что, конечно же, бесило капитана, привыкшему к беспрекословному подчинению на 'Джозерине'. Только один человек имел право диктовать ему свои условия, и этим человеком была Жоржетта.
  - Свирелька сильно пригодится вам. И не спорь! - Она пощекотала перебитый нос капитана, отчего тот сразу подобрел и перешел на примирительный тон.
  - Ладно уж! Но, клянусь бородой Тритона, что в один прекрасный день я прихлопну ее как назойливую муху. Так о чем еще говорила слепая колдунья?
  - Только о тавернах. Там всегда обмениваются новостями. А наши матросы помогут вам, они уже 'поделили' между собой таверны Броукара.
  - Не густо, конечно, но иного выхода нет. - Рик присоединился к разговору. - Пожелаем друг другу удачи.
  - Похоже на тост, Ваше Высочество, - хохотнул Понабарт и тут же сник под грозным взглядом жены.
  На протяжении нескольких дней среди посетителей броукарских таверн можно было наблюдать странную компанию состоящую из громилы-хельма, мрачного юноши и крошки-пикси. Через Броукар всегда проходило множество кораблей - как торговых, так и пассажирских - и местная публика пресыщенная впечатлениями уже ничему не удивлялась. Однако вид Свирельки привел джамнов в восторг. Кто-то из них даже вспомнил древнюю примету: 'Подержать за ручку пикси - к деньгам'.
  - Драконий помет! Какой безмозглой каракатице постучалась в голову эта наиглупейшая примета? - ворчала недовольная Свирелька, погружая руки в высокую кружку до краев наполненную прохладным самогоном.
  Понабарт осуждающе посмотрел на спутницу. Он и так недолюбливал строптивое существо и с каждым новым днем все больше убеждался в своей правоте.
  - Обязательно макать грязные ручонки в первоклассный напиток? - глаза Понабарта гневно сверкнули из-под кустистых бровей.
  - Не твое дело, кэп! - грубо ответила пикси, продолжая дезинфекцию рук. - Все равно за счет заведения. Или тебе выпить сверх нормы захотелось? Ай-яй-яй! Что жена скажет?
  - Прекращайте, - не выдержал Рик. В который раз он становился свидетелем подобных препирательств и даже останавливал руку Понабарта, которой тот намеревался прихлопнуть языкатую пикси. Вот и сейчас, при виде багровеющего лица капитана, Эверикон поспешил загасить очередную ссору. Его спутник и спутница пристыжено замолчали, а принц, устало откинулся на спинку стула. Расторопная разносчица поставила на их стол поднос с заказом и, пожелав приятного вечера, поспешила к другому столу. Рик взглянул на ее взмокший затылок, а затем на соседний столик, который оккупировала команда 'Мудрого омара'. Отовсюду слышалась цокающая речь джамнов. Вот и неделя подходит к концу, а они по-прежнему топчутся на месте. Найти Фрейт Айрис оказалась задачей не из легких. Понабарт несколько раз спаивал местных магов, надеясь на их болтливость. И маги охотно выкладывали ему всю подноготную своей жизни, а при расспросах о местной архимагичке, они только и кричали: 'Фрейт Айрис? Выпьем за нее! Пускай живет еще сто лет!' От Свирельки было больше толку. Хитрая пикси разговорила трактирщика и тот доверительным шепотом поведал ей следующее:
  - Архимагичка наша не показывается на людях. Живет неизвестно где. У нее, говорят, есть множество домов, разбросанных по всему королевству. Вот и думай, в каком из них она в данный момент находится. А приказы наша Фрейт отдает через поверенного, то бишь, через своего лучшего ученика. Зябликом звать. Говорят, что Зяблик неделю назад отправился в Гортакс, по торговым делам. Кстати, если будет возвращаться обычным, морским путем, то непременно через Броукар.
  Рик вздохнул, потому что лично слышал противоположное мнение. Якобы Зяблик никуда не уезжал, а Фрейт Айрис выжила из ума и ушла в горы и с тех пор ее никто не видел. Похоже, что им придется сидеть на этом острове до скончания веков!.. Принц мысленно обругал себя за упадническое настроение и взял с подноса кружку горячего эля - излюбленного напитка джамнов. Сегодняшний вечер они коротали в 'Священной улитке'. Название не имело ничего общего с обслуживанием, а говорило лишь о том, что джамны исстари почитали улиток, которые спасли их предков от голода. На узких подмостках таверны по очереди выступала разношерстная публика. Вечер самодеятельности начался с запинающихся от волнения стихоплетов и продолжился музыкантами-любителями. Рик вполуха слушал стихи, в которых превалировала рифма 'любовь' и 'вновь' и веселые, немного фальшивые мотивчики, сыгранные на лютне. Разносчица принесла еще эля, масла и булок. Представление продолжалось.
  После группы нетрезвых менестрелей на сцену вышел тролль. Его единственное отличие от остальных сородичей заключалось в количестве пирсинга в заостренных ушах. Понабарт зевнул и потянулся. Народное творчество троллей навевало на него скуку. Собственно, любителей слушать горловое пение, местами переходящее в рычание, требовало самого непритязательного музыкального вкуса. Капитан хитро посмотрел на Свирельку, та лишь фыркнула и переместилась на спинку стула для лучшего обозрения сцены. Пикси как раз принадлежала к тем немногим любителям, горлового пения. Когда-то она даже пыталась подражать искусству троллей. Но недоуменные взгляды людей и хохот подружек заставили Свирельку забросить творчество, наступив на горло собственной мечте.
  'Зачем делать из себя посмешище?' - решила она когда-то.
  Тролль, тем временем, откашлялся, почмокал толстыми губами и, вытащив из-за пазухи флейту, выдал очаровательную, полную гармонии мелодию.
  Когда мелодия оборвалась на низкой протяжной ноте, никто не зааплодировал. Слушатели пребывали в шоке.
  - Я хочу спеть! - Свирелька поспешила к сцене, на которой все еще находился растерянный тролль. Безо всяких вступлений и прелюдий пикси забила в обшарпанный барабан, позаимствованный по пути у кого-то из менестрелей. Из горла Свирельки выходили низкие гортанные звуки, резко контрастирующие с ее ангельской внешностью. Эверикон застыл в изумлении, так и не донеся до рта намазанную маслом булку. Масло, коварно плавилось под воздействием горячего эля, и, в итоге, подтаявший кусок соскользнул в кружку.
  Свирелька, не дождавшись аплодисментов, едва не разрыдалась прямо на сцене. Тролль-флейтист сочувственно вздохнул и обнял пикси так, словно роднее Свирельки у него никого не было.
  - Ох ты ж! - встрепенулся Эверикон, откладывая булку. Он первым захлопал в ладоши. К нему присоединился Понабарт. А затем и вышедшие из оцепенения посетители таверны.
  Покрасневшая от удовольствия пикси вернулась обратно за стол под бурные аплодисменты. Никто не смеялся над ней!
  - Клянусь бородой Тритона, такого я еще не видел. Просто высший класс! - от хмеля Понабарт становился добрым.
  - Очень неожиданно, - подтвердил принц.
  - Я полна талантов, - хихикнула польщенная Свирелька.
  - О! Вилло Гархэм! - со стороны раздался чей-то довольный возглас. - Сейчас на сцену выйдет Вилло! Новенькое прочитает.
  Выпитый эль, монотонный гул голосов в душном помещении вгоняли Рика в сон, однако, при упоминании имени Гархэма сонливость как рукой сняло. Он смотрел во все глаза на щуплого человека, прокладывающего путь к сцене. Это был тот самый человек, который шпионил в пользу Альфар! Женщины зааплодировали, приветствуя любимчика. Вилло не остался в долгу и приступил к прочувственной декламации стихов. Эверикон внимательно слушал чтеца и не мог отделаться от ощущения дежавю. Где-то он это уже слышал. Или читал?..
  - Он знает, где искать Фрейт Айрис, - принц поспешил поставить в известность свою малочисленную компанию.
  Понабарт, в отличие от пикси, воздержался от вопросов. А последняя, конечно же, потребовала полного отчета.
  - Долгая история. - Рику не хотелось ничего объяснять. Смерть Хоннора оставила в его душе странное чувство, сродни со скорбью, хотя их отношения с эльфом едва ли можно было назвать приятельскими. Принц вдруг с горечью осознал то, что за недолгий отрезок своей жизни так и не обзавелся друзьями. У него была только Сага.
  'Это тоже не мало', - он старался быть оптимистом.
  Рик посмотрел на спускающегося со сцены мужчину. Понабарт уже действовал, предлагая Вилло разделить с ним выпивку и компанию. Главным козырем капитана была пикси, но Гархэму, похоже, было наплевать.
  - Да ладно тебе! - Понабарт заставил нового знакомого подойти к нужному столу, ибо из его ручищ было не так-то просто вырваться. Он представил спутников и заказал еще эля, самогона и пирожков с начинкой из виноградных листьев - местный специалитет, каждый с два кулака величиной.
  - Хочешь подержать меня за ручку? - Свирелька попыталась расположить к себе тщедушного, непримечательного мужчину.
  В его нервном смешке чувствовалось напряжение. Вилло нервничал, хотя и неплохо скрывал это.
  - Спасибо. В другой раз, - мотнул головой Гархэм, быстро и по-деловому взглянув на дверь таверны, словно проверяя, на месте ли?
  - Вот и я говорю: лучше выпить за знакомство, - Понабарт помог разносчице разгрузить поднос.
  - Кхе-кхе! - Свирелька выразительно посмотрела на кружки с выпивкой. Здесь было гораздо больше той дозы, которую одобрила бы Жоржетта. Понабарт презрительно фыркнул, а Свирелька уже предвкушала о том, как будет закладывать Жоржетте безрассудного капитана.
  - Мне так нравятся ваши стихи, - перед тем как уйти разносчица не удержалась от похвалы в адрес 'поэта'. Мужчина поблагодарил ее. Странное дело, он разговаривал на языке джамнов как на родном и с такой же легкостью переходил на всеобщий.
  'Угу! Его стихи. Как же! - подумал Рик, перед глазами всплыла обложка прочитанной в Альфар книги: 'Сэвори Сигнитт. Неизданное'. - Стихи не его. Просто 'Неизданное' редкая книга. Более того, ее никогда не переводили на другие языки, а этот смог'.
  Подобный вывод еще раз свидетельствовал в пользу того, что мужчина работает на эльфов. Иначе, откуда бы у него появилась такая книга? На собирателя редкостей или страстного любителя поэзии и, тем более, знатока эльфийского языка он не смахивал. Он был похож на отставшего от корабля матроса. Вилло пил и закусывал, слушая рассказы капитана о морских приключениях, и нехотя отвечал на как бы проскальзывающие меж делом вопросы.
  - Я местный, хоть и родился на территории, которая раньше принадлежала хельмам, а теперь отошла к орбанцам, - Вилло выдал очередную скупую порцию информации.
  - А мы все хельмы, - капитан улыбнулся пьяной улыбкой. За столом воцарилось неловкое молчание. Вилло понял, что от него что-то хотят и, не желая связываться со странной компанией, решил уйти пока не поздно.
  - Стой! - Понабарт поймал за локоть поднявшегося со стула мужчину. - Мы к тебе с просьбой, - он опустил глаза и что-то невнятно пробормотал. В голову лезла какая-то чушь, он не знал что соврать.
  - У него дочка болеет, - нашлась Свирелька.
  - Печально. Но я-то здесь при чем? - Вилло стряхнул тяжелую руку со своего локтя.
  - Она хотела, чтоб ты стихи ей почитал. - Пикси наградила Понабарта снисходительным взглядом: 'Вот что б вы без меня делали, головастики?'
  - Бесплатно? - Вилло оказался меркантильным типом.
  - Заплатим, - тот час же согласился капитан.
  - Сколько?
  'Либо он совсем бездушный, либо очень осторожный', - мысленно предположил Рик.
  - У нас только девятнадцать монет, - юноша 'виновато' улыбнулся. Он прекрасно понимал, что путешественники, готовые заплатить любую сумму за чтение стихов, будут выглядеть подозрительно.
  Кажется, Вилло понравилось предложение легкого заработка.
  - По рукам! - сказал он и кивнул на дверь.
  Они вышли на улицу, с наслаждением подставляя разгоряченные лица крепчающему бризу. Возле угла высокого каменного дома, Вилло приотстал, намереваясь вытряхнуть из сапога камень, и вдруг рванул в противоположную от причала сторону.
  - Кашалотовое гузно! Симпапожка убьет меня. Я все испортил! - кричал Понабарт, глядя вслед беглецу.
  - Прекращай свою брачную песню кита и беги за ним! - закричала пикси. - Ну же!
  Капитан сделал пять шагов и, споткнувшись, упал на брусчатку.
  Вот здесь пригодились быстрые ноги Рика и его почти трезвая голова. Он подорвался следом, словно гончая, преследующая добычу. Вилло бежал изо всех сил, петляя по улицам, сворачивая в грязные задворки, 'просачиваясь' сквозь дыры в заборе. Если б не Понабарт, который старательно угощал Вилло горячительными напитками, забег навряд ли закончился бы в пользу юноши. Все-таки Гархэм знал каждый закуток города, однако выпитый алкоголь возымел действие, и шпиона занесло на повороте. Рик, тяжело дыша, подбежал ближе. Вилло больше не предпринимал попыток к побегу, и лишь хватал ртом воздух, распространяя запах броукарского самогона.
  - Ну чего прицепился? - взгляд исподлобья изучал преследователя, словно выбирая точку для удара.
  - Мне нужно попасть к Фрейт Айрис, - Рик не видел смысла увиливать от ответа.
  Вилло с трудом поднялся с земли и утер рукавом капли пота, застилавшие глаза. Принц заметил, что Гархэма слегка пошатывает, однако он стоял прямо, широко расставив ноги, для сохранения равновесия.
  - А че не к королю? - из груди шпиона вырвался хриплый смех.
  - Послушай, я знаю, что ты работаешь на Хоннора.
  Смех оборвался. Рука Вилло медленно потянулась к голенищу сапога. Юноша усмехнулся и вскинул руку ладонью вверх. В его ладони вспыхнул зеленый огонек размером с большое яблоко и Гархэма снова прошиб пот. Он медленно выпрямился, стараясь забыть об оружии, которое находилось в голенище сапога.
  - Кому обязан?
  - Что значит: 'кому обязан'? По-моему, Понабарт представил нас.
  - Ну, допустим, что имя твое настоящее. А на кого работаешь, парень?
  Принц вздохнул, подумав, что легче оглушить шпиона заклинанием, чем вести разговоры в темной подворотне.
  - Я работаю на самого себя.
  - Ври больше! - не унимался Вилло. - Я знаю кто ты! - Шпион вынул что-то из кармана и проворно запихнул в рот. Там, в селе, захваченном эмахами, Рик видел жуткие корчи от заклинаний, страшные раны, нанесенные сталью и предсмертную агонию. На секунду юноше померещилось, будто он вернулся на Канову. Вилло вел себя так, словно кто-то невидимый накинул ему удавку на шею: лицо побагровело, дыхание стало поверхностным и хриплым. Принц подбежал к нему и попытался вытащить из плотно сжатого кулака остатки какой-то липкой массы.
  'Акслетт!' - он уловил знакомый запах. Арнедо все уши прожужжал о том, что акслетт обладает чрезвычайно токсичными свойствами. Даже малая доза может привести к летальному исходу, если только вовремя не дать единственный нейтрализатор: самый обыкновенный толченый мел. Рик сорвал свой медальон в виде гильзы, отломил большую часть мела и, завернув ее в платок, растоптал каблуком сапога. В идеале, пострадавшего нужно было отпоить водой - по чуть-чуть, из ложки, но это он мог сделать позже. Главное, чтобы мел попал в организм Вилло.
  Рик осмотрел незнакомые, пустые улицы, подумав, что путь к причалу будет нелегким.
  
  Вилло очнулся и сразу же скорчился от боли в икрах. Ноги свело так, что шпион заскрипел зубами.
  'Черт! Лучше б сдох!' - мысль о том, что он обречен на долгие пытки почему-то пришла первой. Гархэм аккуратно пошевелился. Почему его не связали?
  'Дьявол! О чем я? Конечно, меня стережет маг!' - он приоткрыл глаз и убедился в своей правоте. Вилло находился в просторной каюте, а за столом сидел тот самый юнец, который требовал встречи с архимагичкой. Юноша не сводил взгляд внимательных зеленых глаз с Гархэма.
  - После отравления акслеттом всегда сводит мышцы, - голос 'сторожа' звучал спокойно. - В основном, мышцы ног.
  На угрюмом лице Гархэма нельзя было прочитать ни единой эмоции. Честно говоря, он не знал как вести себя дальше, потому что окружающая обстановка сбивала с толку: мягкая постель, заставленный закусками прикроватный столик и, главное, он не был связан. Можно подумать, что он у друзей! Только вот небольшая неувязочка - Вилло не водил дружбу с хельмами.
  - Чего прицепился? - со злостью прошептал мужчина. - Я не знаю, где ваша архимагичка.
  Видя, что пытки откладываются, Вилло осмелел и вновь стал дерзким. Предварительно постучав, в каюту зашел Понабарт с кружкой в руке, распространяя кислый запах капустного рассола.
  - Ну что, птенчик, будешь говорить или как? - капитан осклабился щербатой улыбкой.
  Гархэм затравленно осмотрелся, его взгляд скользнул по столовому ножу, но догадавшийся о его намерениях Рик вовремя присвоил нож себе.
  - Капитан, выйди, пожалуйста, - попросил принц. Грозное лицо Понабарта плохо действовало на разговорчивость пленника.
  Оставшись наедине с Вилло, Рик поведал тому о встрече с эмахами и о Саге, которую ему необходимо спасти.
  - Капитан Хоннор рассказал о тебе, - юноша не стал упоминать о найденном рапорте. - Поверь, если б я мог справиться сам, то ни за что не потревожил бы тебя.
  - Хоннор, - задумчиво протянул Гархэм. - Где он?
  - Его убил Майтнатт. - Принц понимал, что рано или поздно все раскроется и по возможности старался давать честные ответы.
  - Твою мать! - мужчина устало откинулся на подушки и замолчал, пялясь в потолок пустыми глазами. - А я только-только напал на след его пропавшего друга! Значит все впустую!..
  - Ладно! - наконец, сказал он. - В конце концов ты мне жизнь спас. Помогу тебе с поисками Фрейт Айрис, но потом мы разбежимся. Ты меня не видел, я тебя - тоже!
  Эверикон с готовностью кивнул. Бинго! Он 'взял эту крепость'.
  
  Проведенные среди болот дни копировали друг друга с незавидным постоянством. Иногда Рику начинало казаться, будто он попал в чью-то хитроумную ловушку, заставляющую их плутать по одному и тому же маршруту. Лишь к концу недели он смог убедиться в ошибочности своих выводов, потому что петляющая среди бесконечных болот тропинка уперлась в горный отрог.
  - Не радуйтесь, - со злорадной ухмылкой предупредил Вилло. - Еще не ясно, что хуже: дышать вонючими испарениями или попасть под какой-нибудь горный обвал.
  Принц устало опустился на землю. Большую часть пути он отмалчивался, постоянно думая о Саге, оставшейся на корабле. Жоржетта просила не беспокоиться, уверяла, что не спустит глаз с девушки, но все равно он ощущал смутное беспокойство, а в горле стоял ком. Хотя последнее, скорее, относилось к корешкам рарии, употребление которых было обязательным условием во время путешествия по болотам. Без корешков этого растения джамны давно вымерли бы от лихорадки и прочих болезней, распространяемых комарами. Именно комары были той причиной, по которой Рик не спешил снимать защитную экипировку, рекомендованную Гархэмом для подобных путешествий.
  - Фу! - Свирелька сидела на камне и, откинув сетку с лица, с отвращением захрустела корешком.
  - Ешь, ешь, свистулька, - хохотнул Понабарт. На болотах у него было одно развлечение: словесная перестрелка с пикси. Его мутило от специфического вкуса корешков, как и остальных, однако здоровье - превыше всего.
  Пикси скорчила злобную гримасу. Ей хотелось наподдать здоровяку, но поход был настолько утомительным, что любое лишнее телодвижение приравнивалось к пытке.
  После короткого отдыха, путешественники начали подъем в гору. Дорога была относительно легкой и приятной, а главное, смрад цветущих болот остался позади. Горный ветерок приносил совершенно иные запахи - цветущих фиалок и лаванды. По пути они завернули в горную деревню, жители которой встретили их величальной песней. Рик немного понимал язык джамнов, но не в этом случае. Он читал, что в каждой деревне королевства свой диалект, и теперь убедился в этом на собственной шкуре. Если в городе его знаний хватало для того, чтобы худо-бедно понимать местных жителей, то теперь он был способен узнать лишь одно слово из десяти. К счастью, с ними находился Вилло, свободно разговаривающий на нескольких диалектах языка королевства Джамн.
  - Джамны любят общаться, а гости для них - единственная связь с внешним миром, - проводник поклонился вышедшей навстречу пожилой женщине. - Мать старосты, - пояснил он. - В горах, почетное место главы занимает самый старший житель деревни. Ставка на мудрость и все такое прочее.
  В тот вечер жители деревни разошлись по домам далеко за полночь, потому что всем было интересно пообщаться с морскими путешественниками и, главным образом, с пикси. Понабарт, конечно же, не удержался и напился вдрызг, пикси купалась во всеобщем внимании, Вилло что-то непрерывно рассказывал, Рик молча ел, исподтишка разглядывая местную публику. Теплые одежды, добротная обувь с шипованной подошвой, отсутствие каких-либо украшений. Зато каждому джамну, вне зависимости от пола, на пятилетие дарили необычный нож. Особенность ножа заключалась не только в том, чтобы использовать его не только как оружие, но и как крюк, которым можно цепляться за каменные выступы.
  Весь следующий день путники преодолевали бесчисленные дороги, обнимающие горные бока, словно гигантские змеи. Полуденное солнце было жгучим, а горные ночи холодными. Если бы Вилло не настоял на покупке специально выделанных шкур, которые им продали в давешней деревушке, то кто-нибудь из путников запросто подхватил бы воспаление легких.
  Порой они выдыхались настолько, что не оставалось сил даже на разговоры. Но путники упрямо шли дальше, преодолевая утоптанные горные тропинки, обходя завалы и спускаясь в живописные долины, покрытые фиолетово-голубыми коврами фиалок. Иногда они ночевали под открытым небом, иногда останавливались в деревнях, пользуясь радушием дружелюбных джамнов. Конечно же горцы интересовались причиной, по которой чужеземцы решились на такое далекое путешествие. Вилло что-то врал насчет изучения местной флоры и фауны. В глазах джамнов сквозило недоверие, однако они делали вид, что верят. Или действительно верили. Честно сказать, Рику было все равно. Создавалось впечатление, что по горным тропам бредет его тело, в то время как душа осталась на корабле, с Сагой.
  
  
  Глава 17
  
  my father was a storm,
  my mother, the rain.
  
  i was born from fire
  but i inherited the sea.
  
  - pavana (Mazadohta)
  
  - Гархэм, ты уверен в точности курса? - Капитан остановился и в сердцах шваркнул о землю походный мешок.
  - Уверен. - В голосе мужчины слышалось сомнение.
  - Я тебя с обрыва спихну! - рявкнул Понабарт, бросаясь к Вилло.
  - Не надо никого спихивать! - Рик вцепился в рукав капитана, а затем, сказал, повернувшись к проводнику: - Говори, в чем дело.
  Низкий Вилло Гархэм - ниже Рика на голову - сжался, сгорбился, отчего еще больше уменьшился в росте. Его что-то беспокоило, и он не хотел об этом говорить. Однако ж пришлось.
  - С последнего раза, когда я был здесь, охранных заклинаний прибавилось, - сдавленно пробормотал Вилло.
  - Ври больше! - встряла возмущенная пикси. - Я не чувствую магию.
  - Тогда как ты объяснишь, то, что мы уже проходили здесь? - мужчина указал на лежащий возле камня платок. Пикси рассталась с ним два дня назад: платок безнадежно испачкался, а стирать было лень.
  - Все правильно, - принц обвел взглядом место их давнишнего привала. - А я думал, что местные горы настолько одинаковые, что различать их способен лишь человек, выросший в здешних краях. Возможно мы имеем дело с очень тонким и хитрым охранным заклинанием, которое не так-то просто обнаружить.
  - Видите! - Вилло сразу же приосанился. - Давайте думать, как миновать это заклинание. Мы не можем бесконечно ходить по кругу.
  Понабарт пожал плечами. Была б его воля, он давно бы сделал из Гархэма отбивную.
  'Только почем зря мозги пудрит! - капитан хотел плюнуть, но сильный порыв ветра заставил его передумать. - И почему у этих магов все так сложно?'
  Следующее место привала было выбрано впопыхах, потому что гремели раскаты, природа замерла в ожидании ливня. Навес, под которым путники пережидали непогоду, дал течь, а неугомонный ветер разбрасывал воду во всех направлениях. Принц поежился. Шкуры спасали от холода, но не от дождя. Накинув на голову капюшон и обмотав шарфом горло, Рик покинул место привала.
  - Ты чего? - крикнул ему вслед Вилло. - Вместе с одежкой помыться захотелось?
  - Не вякай! - насупился Понабарт. - Вон, за вещами следи, лучше. Как бы не сдуло!
  Капитан догадывался почему будущий король хельмов ищет уединения: Гархэм не должен был знать больше того, что ему позволялось знать.
  Стена дождя мешала разглядеть что-либо дальше вытянутой руки, поэтому Рик шел практически на ощупь, держась левой стороны, дабы не сверзиться вниз. Он помнил, что скоро выйдет на развилку горной тропы, которую еще загодя определил как самое подходящее для усмирения стихии место: оно располагалось за поворотом, так что он будет надежно спрятан от посторонних глаз, точнее, от глаз Вилло.
  Повинуясь приказу мага, стихия покорно отступала: затих ветер, дождь прекратился. Туча, продырявленная в нескольких местах синевой неба, медленно двигалась в сторону болот. Рик потряс кистями рук, чтобы сбросить напряжение и поднял с земли брошенные перчатки. Он с осторожностью шел по мокрым камням, раздумывая над тем, как пройти сквозь охранное заклинание. Думы принца прервали тяжелые капли дождя, застучавшие по капюшону. Рик остановился и задрал голову. На месте прежней тучи возникла другая, опять завыл ветер. Юноша вновь воспользовался магией усмирения стихии, на этот раз решив подождать: не приплывет ли откуда третья туча? Ожидания не оказались напрасными, а дальнейшие события были похожи на странную игру: сначала стихии воды и ветра подчинялись принцу, но, в определенный момент, выходили из подчинения. Наконец, его терпение принесло плоды? и погода разгулялась.
  Сбитый с толку Рик направлялся к месту привала. Сколько туч ему пришлось рассеять? Штук девять - не меньше.
  'Может ли охранительное заклинание искажать иные заклинания, призванные усмирять стихию?' - он в тысячный раз пожалел о том, что раздел боевой магии, в который входили охранительные заклинания, светлел белым пятном в его обширных, но зачастую, бесполезных познаниях. Юноша невольно улыбнулся, услышав переругивания Свирельки и Понабарта, сворачивающих изрядно вымокший навес. Он перепрыгнул лужу и, приземлившись на обе ноги, с ужасом почувствовал, что соскальзывает вниз. Шаткие камни покатились с уступа, увлекая за собой юношу.
  Сколько он провалялся без чувств возле края обрыва?
  'А! Неважно! Шею не сломал - и на том спасибо'. - Рик ощупал ноги и руки. Вроде целы. Он поднялся и поспешил к месту привала. Знакомый поворот заканчивался широкой лестницей, которой раньше - юноша это прекрасно помнил - здесь не было. Лестница вела вниз, в кальдеру, где расположилась очередная горная деревенька.
  'Не ее ли скрывало охранительное заклинание?' - раздумывал Эверикон, спускаясь по ступеням.
  Улицы деревни пустовали, потому что все жители столпились на голом пятачке - пересечении четырех улиц. Рик взглянул на толпу собравшуюся вокруг чего-то или кого-то. Скорее всего, внимание джамнов привлекла пикси. Странно, что поблизости не было слышно зычного голоса Понабарта. Рик подошел вплотную к толпе. Люди расступились, пропуская девушку - потрясающе красивую и печальную.
  - Сага! - закричал он, пытаясь протиснуться веред, но это было не так-то просто. Боги! Что произошло во время его отсутствия? Неужели она выздоровела, избавилась от заклинания эмахов без посторонней помощи?
  - Будущий король хельмов. Такой молодой. Не успел взойти на трон. - До его ушей долетали сказанные шепотом реплики. Значит, его все-таки заметили. А затем он увидел себя или своего двойника, лежащим в гробу. Возле гроба стояла Сага.
  - Я не хочу, чтобы мне воздавали последние почести! Я живой! - он попытался внести ясность в непростую ситуацию. Но никто не отзывался, более того, на него не обращали внимания. Он видел, как к Саге подошла пожилая женщина и что-то шепнула ей на ухо. Девушка не реагировала, глядя в одну точку.
  - Ну, здравствуй, архимаг, - над ухом Рика раздался насмешливый голос. Позади стояла пожилая женщина, а он даже не заметил то, как она подошла к нему.
  Принц увидел руны на пальцах женщины и без труда опознал ее:
  - Фрейт Айрис?
  - К твоим услугам. Так зачем ты так настырно стремишься попасть в расставленные мною ловушки?
  - Помогите, Фрейт Айрис, - Рик учтиво склонился перед архимагичкой, не решаясь целовать руку.
  Она очень удивилась, услышав его просьбу.
  - А тебя не смущает тот вид? - она указала на гроб.
  - Что? - Рик мельком взглянул на бледное лицо двойника с побелевшими губами и отмахнулся: - Мне помощь не требуется. Спасите Сагу!
  - Но это идеальная ловушка моего собственного изобретения: ты попадаешь в собственный сон, который лишь на первый взгляд является таковым. Если ты погибаешь во сне, значит, погибаешь и в реальности. А тебя сейчас закопают. Смекаешь?
  - Пустяки! - принцу было дико видеть себя со стороны, но он чувствовал, что это не конец, что как-нибудь выберется отсюда.
  - Это она? - женщина безошибочно угадала ту единственную, ради которой он совершил это путешествие.
  - Да!
  - Что с ней?
  - Эмах подсадил уховертку.
  Архимагичка понимающе кивнула:
  - Совсем от них житья не стало. Мой дом стоит возле болот. Нужно придерживаться вон той тропинки. Приходи за помощью, - она пошла к лестнице и, обернувшись, добавила: - Если выберешься.
  Женщина скрылась из виду, а Рик еще раз огляделся. В библиотеках Альфар он плотно изучал не только разделы, касающиеся исцелений. Книги о толковании снов и о том, как вызывать яркие сновидения, эльфы относили к разряду 'хобби'. Рик почерпнул оттуда много полезного. Точнее, бесполезного, как он думал вначале.
  'Одно правило незыблемо: в любом сне, который наслал маг, найдется вещь, принадлежащая внешнему миру, если найти ее и прочитать над ней стандартное заклинание Стрельца, сон рассеется, - принц без труда вспомнил о том, что было написано в книге. - Но с другой стороны, я не сплю. Я, кажется, просто потерял сознание, а Фрейт Айрис воспользовалась ситуацией. В любом случае нужно искать вещь, каким-то образом связанную с миром живых и тонким миром'. Не желая терять драгоценные минуты, он отправился на 'слепые' поиски загадочной вещи из реального мира.
  'Ищу, не зная чего!' - вздыхал он каждый раз, когда очередная найденная вещь, над которой он произносил заклинание Стрельца, растворялась в воздухе, сообщая о своей иллюзорной природе. Хотя время здесь представлялось совсем не таким, как в привычной реальности. Да и каждое движение давалось с трудом, будто на него вылили ушат липкой смолы. Ловушка Фрейт Айрис вызывала невольное восхищение.
  'Хотел бы я научиться подобным 'фокусам', - подумал Эверикон, пристально изучая каждый найденный предмет. Жители 'ушли' на главную улицу, так что никто не мешал ему хозяйничать в избах.
  Поиски вели в никуда, а времени оставалось все меньше. Очутившись на улице, он с беспокойством посмотрел на печальную процессию, растянутую цепочкой вдоль узкой горной дороги.
  'Куда они направляются? На местное кладбище?' - подумал Рик. Вместо того чтобы пойти следом, он зашел в единственное необследованное им помещение - старый хлев. Хлев выглядел заброшенным, между бревнами светлели зазоры, сквозняк гонял по полу прошлогодние листья. На вбитом в косяк гвозде покачивалась ловушка для снов. Принц молниеносным движением руки сдернул находку с гвоздя, словно боялся, что она исчезнет. Маленькие аметистовые бусины, заключенные в хитросплетение прозрачных нитей, поблескивали фиолетовыми искрами. Он провел пальцами по серо-голубым перьям.
  'Соколиные', - безошибочно определил он. Арнедо когда-то приносил ему такие. Кажется, для изготовления простенького амулета.
  Заклинание Стрельца узелок за узелком постепенно развязывало крепкие путы забытья. Рик сделал глубокий вдох и приоткрыл глаза. Усыпанное звездами небо и пререкания Свирельки и Понабарта, звучащие совсем рядом, говорили о том, что удача была на его стороне.
  
  Мшистый берег наползал на скользкие доски моста, перекинутого от берега до порога старой хижины на сваях.
  - Ты уверен, что это здесь? - голос Вилло был преисполнен сомнения. После того случая, когда юноша неудачно упал затылком на камни, Гархэма отстранили от роли провожатого.
  Принц кивнул и попросил подождать, пока он дезактивирует ловушку. Последние пару часов он только этим и занимался.
  - Не хреновый ты маг, как я погляжу, - Вилло все больше проникался уважением к смазливому пареньку, путешествующему в странной компании.
  'Не только странной, но больной на голову', - мысленно добавил Гархэм посмотрев на Понабарта со Свирелькой. Первый обстреливал пикси зелеными ягодами ежевики, пикси ловко увертывалась и материлась.
  Раздался странный звук, похожий на звук лопнувшей струны, по воздуху разлился удушливо-кислый запах, но внезапный порыв ветра привел воздух в движение и легкие путешественников ничуть не пострадали. Дверь хижины скрипнула и на пороге возникла пожилая женщина в пестром платье и шали, накинутой поверх плеч. Рик сразу же узнал в ней архимагичку джамнов.
  - Ну и настырный же ты малый! Мало того, что все мои ловушки попортил, так еще и шпиона за собой притащил! - Она кивнула в сторону побледневшего Вилло Гархэма.
  Принц, спрятав улыбку, склонил голову:
  - За шпиона простите. Могу я просить о неприкосновенности своих спутников?
  - Можешь. - Прежде чем уйти, Фрейт Айрис хлопнула в ладоши.
  На ее зов явились слуги, в количестве трех штук. Они пригласили гостей на задний двор, проведя их по скрипящим мосткам, бегущим вдоль болот. Конечной точкой была другая хижина, крыша которой зеленела от обилия наросшего мха. Хижина была увита диким виноградом, листья которого были облеплены гроздьями улиток.
  - В виду сильной занятости, госпожа будет говорить только с молодым человеком, - предупредил четвертый слуга, вышедший из хижины. - Остальных прошу пройти в беседку. Стол накрыт.
  Понабарт пробовал протестовать, ибо не проникся доверием к мельком увиденной архимагичке джамнов, но Рик уверил его, что в состоянии позаботиться о себе.
  - Значит, ты и есть тот самый Эверикон Сейд Андорр Элефирский, пропавший при невыясненных обстоятельствах, - архимагичка кивком головы пригласила его за стол.
  - Откуда Вы знаете? - принц постарался скрыть удивление. Хижина, в которой его принимали, только снаружи выглядела как жилище простолюдинов. Идеально чистая гостиная изобиловала мебелью из красного дерева; шелковые шторы на окнах были похожи на маленькие водопады. Повсюду растения в круглых горшках, на листьях которых копшились улитки. Самая большая из них, размером с два кулака сидела на почетном месте - в широком горшке. Рик дотронулся до ее раковины и улитка, испугавшись его прикосновения, проворно спрятала рожки.
  - У меня есть глаза, - Фрейт Айрис потеребила цепочку, на которой висел кулончик в виде хрустальной улитки. - И еще когда-то я очень хорошо знала твоего деда. Кто бы мог подумать, что в роду Диккона появится стихийный маг!
  - Но Вы тоже управляете стихиями, - напомнил Рик.
  - Еще бы! - она рассмеялась, словно вспомнив что-то забавное, а затем пояснила: - Всю свою жизнь я считала управление стихий собственной, эксклюзивной прерогативой. И вдруг, в горах, куда я отправляю грозовой ливень, кто-то вмешивается в мои планы и разгоняет тучи. Представь мою реакцию!
  Принц хмыкнул и невольно улыбнулся.
  - Я даже не сразу сообразила, что имею дело со стихийным магом! Точнее, архимагом. Правильно я говорю?
  Рик скромно пожал плечами, пригубив эля из кружки.
  - Скажи, где ты скрывался так долго? - До Фрейт Айрис доходили разные слухи, но лучше спросить напрямую, чем строить догадки.
  - У орбанцев. Сбежал недавно, - коротко пояснил юноша.
  - На что только иные не пойдут, чтобы заполучить стихийного архимага! - женщина вздохнула. Фрейт Айрис действительно сочувствовала принцу, потому что давным-давно ей и самой пришлось побывать в подобной ситуации. - Но ты-то, понятно, был вдвойне полезен и вдвойне опасен. Поэтому тебя оберегали словно... иглу, как в сказке про злого некроманта.
  - Почему опасен? - юноша хотел подкрепиться, но теперь кусок не лез в горло. - Вы тоже верите в то глупое предание, из-за которого загубили столько жизней?
  - Предание может и глупое, - согласилась архимагичка, - но не безосновательное. К тому же прецеденты случались.
  - Снова какие-нибудь сказки?
  Фрейт Айрис отставила пузатенькую фарфоровую чашечку. Серые глаза архимагички увлажнились.
  - Бедный мальчик! Ты даже этого не знаешь. Твои предки не раз будили спящих драконов.
  - Драконы - это сказки и легенды, - возразил Рик. В свое время он читал много литературы, касающейся драконов.
  - Снова не прав. Орбан, включая столицу, построен на драконьих костях. Но драконы не мертвы, их можно разбудить: всех или одного-двух - по желанию. Драконы лежат глубоко в земле и когда вырываются на свободу (поверь, это ужасающее зрелище), они с корнем выворачивают деревья, разрушают дома, уничтожают людей. С помощью тех драконов хельмы контролировали соседнее королевство. Заметь, очень воинственное королевство. Таков был баланс сил.
  Она поднялась на ноги, неся грузное тело по направлению к шкафу, долго перебирала всевозможные бумаги и, наконец, вернулась с пыльным свитком в руке.
  - Вот, - архимагичка протянула свиток Эверикону, - здесь заклинание, позволяющее управлять драконьими костями.
  - Благодарю, почтенная Фрейт Айрис, - принц немного растерялся, - но я здесь по другому вопросу. Одной девушке нужна помощь...
  - Да бери, не бойся! - она положила перед ним свиток. - Я же сказала, что помогу.
  - Что вы потребуете взамен? - Рик понимал, что просто так ему мало кто поможет.
  - У нас вот-вот начнется заварушка с троллями, - улыбнулась Фрейт Айрис. Ей понравился деловой тон юноши. - Я хочу получить Хельм в союзники.
  - Хорошо, - не раздумывая, согласился принц, хотя и понимал, что у королевства не достаточно ресурсов для ведения войны на два фронта. Но ради исцеления Саги он отдал бы даже половину собственной жизни.
  - Где вы остановились?
  - На Броукар. Корабль 'Жозерина'.
  - Я открою портал, принесете девочку сюда, - распорядилась Фрейт Айрис.
  - Нет! - В памяти Рика слишком свежо было воспоминание о том, что произошло в Альфар. - Она не покинет корабль. Где гарантии, что ее не похитят?
  - А где гарантии, что вы не заманиваете меня в ловушку? Вон и шпиона не забыл. Знаешь, моя жизнь тоже кое-чего да значит!
  - Даю вам слово, что никакого похищения не будет. Что касается шпиона, то он очень полезен в качестве провожатого.
  - Тогда у меня еще одно пожелание.
  - Слушаю.
  Она протянула ему флакон с зеленоватой жидкостью:
  - Подольешь шпиону в чай. Не делай такие глаза. Он всего лишь забудет сюда дорогу! Я тебе не Абелоун, по трупам не хожу.
  Рик побледнел, вспомнив про отравленную мать.
  - Сделаю, как просите.
  - Ладно! - Фрейт Айрис смягчилась. Честный, открытый взгляд принца подкупал. - Ждите меня на корабле. Так и быть, специально для вас прикажу своим ученикам перекинуть портал до Броукара.
  - Когда вас ждать?
  - Как только будет готово соглашение.
  - Хорошо. Я подпишу его на корабле. Но только после того, как Сага избавится от 'уховертки' эмахов. И, да, что Вы хотите за свиток? - он подумал, что заклинание пригодится ему в борьбе с Абелоуном. Ведь не так уж много он мог противопоставить архимагу королевства Орбан.
  - Считай это подарком в память о Дикконе.
  - Спасибо.
  - Ну а что же ты совсем не ешь? - в голосе архимагички звучала искренняя забота.
  Принц с настороженностью покосился на заставленный снедью стол. Ему были непонятны гастрономические выверты джамнов.
  - Попробуй вот эти тарталетки. Мои любимые, - старуха указала на подрумяненные корзиночки, наполненные склизкой массой и присыпанные зеленью. - Божественный вкус!
  Эверикона замутило при одной мысли о том, что можно съесть улитку, но деваться некуда. Он читал, что у джамнов, отказ от угощения, предложенного в гостях, считается дурным тоном.
  'Во имя Саги!' - Он взял тарталетку и, не поморщившись, прожевал ее. Начинка напоминала вкус вареных грибов, приправленных ароматными травами. Рик поспешил запить тарталетку элем и поблагодарил Фрейт Айрис за угощение.
  Архимагичка сказала в ответ какую-то любезность. Они раскланялись, Рик вышел за дверь.
  - Фрейт, зачем ты отдала заклинание 'Драконьи кости'? - из соседней комнаты вышла лучшая ученица и лучшая подруга архимагички, практически ее ровесница.
  - А что? - пожилая женщина отщипнула кусочек ароматной сдобы и прежде чем отправить его в рот, обмакнула в растопленном шоколаде.
  - Но я помню, с каким трудом оно тебе досталось. Сама же говорила, что полгода с Дикконом в постели кувыркалась, прежде чем заполучила заклинание.
  - Нашла что вспомнить! - Фрейт Айрис хитро сощурилась. - Просто мальчик напомнил мне о лучших годах жизни.
  - Подумаешь, - упрямо бубнила подруга, хрустя тарталетками. - Сдался тебе тот Диккон!
  - Да не Диккона он напомнил, а меня в его годы! Но Эверикону трудней, чем мне: ему нужно быть не только достойным королем и архимагом, но и удержать королевство. Абелоун опасен.
  - А мальчик, значит, не опасен.
  - Опасен. Поэтому я хочу видеть его среди наших союзников. Король Хладвиг мне за это только спасибо скажет.
  - А драконы?
  - Власть драконов распространяется исключительно на земли Орбан. Долетев до границ наших земель, они вновь обращаются в кости. Это очень древняя магия. У мальчика были могущественные предки.
  - Ему до тех предков расти и расти. Вот что хочешь говори, а я твоего поступка не одобряю. Это все равно, что вручить кинжал трехлетке!
  Фрейт Айрис усмехнулась:
  - Поживем - увидим!
  
  Архимагичка джамнов прибыла на корабль следующим утром, инкогнито. Но даже несмотря на 'инкогнито', за ней по пятам следовали двое телохранителей. Фрейт Айрис сняла перчатки: на каждом пальце ее правой руки сверкал бриллиантовый перстень. Из раскрытой сумки архимагички выпорхнули разнообразные баночки и склянки. Присутствовавший в каюте Рик ревностно наблюдал за каждым движением пожилой женщины.
  - Что, хочешь научиться вынимать подсаженных уховерток? - Фрейт Айрис невольно сравнила юношу с драконом, охраняющим свою добычу.
  Эверикон подтвердил ее предположение. На самом деле он боялся того, что Саге ненароком причинят вред. Архимагичка тем временем проверила пульс у Саги, реакцию зрачков, отошла и вновь загремела склянками.
  Сначала Фрейт Айрис заставила ретортами и алхимическими препаратами весь стол, потом, долго помыкала Риком. Причем так, что у него появилось стайкое ощущение, будто он вновь на Уинфреде, вникает в формулы Арнедо. Выпаренное вещество напоминало тягучий сироп, и по составу было таким, что любой человек отравился бы даже одной каплей.
  - Надеюсь, что зелье не для питья? - на всякий случай уточнил Рик.
  - Не беспокойся. Лучше скажи, какое ухо?
  - Левое.
  Архимагичка склонилась над девушкой и, капнув каплю в ухо, прочитала заклинание исцеления.
  - Почему ничего не происходит? - Рик перевел взгляд с неподвижной Саги на Фрейт Айрис.
  - Всему свое время, - она встряхнула занывшими кистями рук. Темная магия эмахов доставляла неприятные ощущения. - Я сделала все что могла, теперь многое зависит от нее самой. Знаешь, впечатлительные и нежные особы потом долго приходят в себя.
  - Это не про Сагу, - отрезал принц.
  - А так и не скажешь, - она посмотрела на спутанные светлые локоны, разметавшиеся по подушке.
  Архимагичка пригласила в каюту телохранителей, один из них принялся за уборку алхимических компонентов, второй подал серебряный поднос, на котором лежал подготовленный документ и перо с чернилами.
  - Пора скрепить союз наших королевств, - Фрейт Айрис попросила юношу ознакомиться с содержимым документа.
  - По-моему целесообразней дождаться того момента, когда Сага очнется, - возразил Рик.
  - Предполагаю, что она очнется через день или через час. И, знаешь ли, у меня нет времени ждать. - Архимагичка начала испытывать легкое раздражение. - Ты не веришь моему слову?
  'С какой стати я должен кому-либо верить? Кроме Саги, разумеется' - подумал принц, беря предложенный пергамент.
  Прочитав несколько раз документ, Рик поставил свою подпись, Фрейт Айрис тоже взялась за перо, сверкнув бриллиантами на пальцах.
  - Будем держать связь через наместника Левелиса, - она поставила изящный росчерк внизу документа.
  Принц кивнул, подумав при этом: 'Хорошо бы еще знать, как он выглядит'. Но архимагичке не обязательно быть в курсе всех его дел, и, в частности, его долгой дороги домой.
  - До встречи, будущий король Хельм, - Фрейт Айрис попрощалась с Риком, прежде чем зайти в открытый портал.
  Эверикон поклонился в ответ. Скрепленный подписями документ сделал оба королевства союзниками.
  - Ваше Высочество, пора отправляться. - В каюту зашел Понабарт, из-за его плеча выглядывала Жоржетта. Оба сильно волновались за Сагу, пожалуй, даже больше, чем Свирелька.
  - Да, сейчас самое время.
  
  Корабль раскачивался в такт небольших волн. Попутный ветер раздувал паруса и приносил в приоткрытое окно соленый воздух. Рик посмотрел на магическую клепсидру и, оторвавшись от изучения 'Драконьих костей', с наслаждением размял затекшую шею. То, что он услышал от Фрейт Айрис сначала повергло его в смятение, но теперь, когда он изучил пергамент, не знал что и подумать. Чернила со временем потускнели, а пергамент состарился, но письмена, несущие смерть орбанцам, были хорошо различимы. Заклинание было не только трудно запоминаемым, но и требовало немного крови - королевской крови. Впрочем, память Рика была настолько хороша, что слова и порядок действий прочно засели в голове. Там, на Уинфреде, учитель Берток всегда восхищался его способностью запоминать магические формулы с первого взгляда. Принц отложил в сторону пергамент и встал из-за стола. Скоро рассвет, а сон не идет, потому что в голове крутится один и тот же вопрос: 'Имею ли я право воззвать к драконьим костям?' Ведь он прекрасно понимал, к чему приведут подобные действия: не только к поверженной армии врагов, но и к бесконечным жертвам среди простых людей. Да, это те самые ненавистные орбанцы, но разве они повинны в том, что Граннус и Абелоун сделали из него ручного зверька? Теперь понятно что они имели в виду, когда говорили сравнивали его со 'скорпионом у которого вырвали жало'. Что ж, дорогие 'родственники', отныне он отрастил новое жало. И готов атаковать, в случае опасности.
  Рик плеснул пригоршню воды в лицо и отправился на палубу. Он хотел зайти к Саге, но потом передумал: не хотел беспокоить Свирельку, которая не терпела вмешательств в свое дежурство. Или в свой безмятежный сон.
  Он как раз проходил мимо двери в каюту своей возлюбленной и старался ступать тише, но, судя по раздраженным репликам изнутри, этого не требовалось. Рик остановился, не веря в то, что слышит голос Саги.
  - Зачем я только связалась с тобой? - кричала она.
  - Ты говоришь так потому, что по уши втюрилась в хельма! И в какого! Губа не дура! - голос Свирельки тоже звучал на повышенных тонах.
  - Не твоего ума дело! И, вообще, странно слышать такое от пикси, которая сама беззаветно втрескалась в эльфа! - Сага язвительно засмеялась.
  - Кто тебе сказал? - со злостью в голосе крикнула пикси.
  - А никто! - торжествовала девушка. - Просто я тоже не слепая.
  - Это совсем другое! Тут нечего сравнивать! Мои чувства возвышенные, а твои, по отношению к смазливому мальчишке, - низменные!
  - Да что ты понимаешь?
  - А ты? Ты на что надеешься? Все равно вам не быть вместе! Спустись с небес на землю и подумай! Даже если вы поженитесь, то ваш брак никто всерьез не воспримет! Ему все равно придется взять в жены принцессу из Гортакса или Орбана - не важно! У Короля джамнов, насколько я знаю, четыре пацана. Ты согласна быть просто любимой девкой короля? Почему-то я была о тебе лучшего мнения!
  - Чтоб ты провалилась со своим Гриффом!
  Принц толкнул дверь, и спорщицы разом повернулись в его сторону.
  - Рик! - Сага хотела подойти к нему, но юноша оказался быстрее.
  Он стиснул ее в объятиях, позабыв обо всем на свете. Хоннор оказался прав, магия Фрейт Айрис исцелила Сагу.
  
  
  Глава 18
  
  Oh, father of the four winds, fill my sails
  Cross the sea of years
  With no provision but an open face
  Along the straits of fear
  
  Led Zeppelin, 'Kashmir'
  
  Слабость и озноб были постоянными спутниками Саги на протяжении всего следующего дня. Но даже скверное самочувствие не помешало ей болтать со всеми, кто приходил ее навестить. Во-первых, она соскучилась по обществу, а, во-вторых, боялась заснуть. Девушка слишком хорошо помнила пыльные тупики ночных кошмаров, насланных магией эмахов. Даже сейчас, в состоянии бодрствования, ей казалось, что вот-вот произойдет кораблекрушение, или появится гигантский осминог Пешт и утянет корабль на дно. Таким образом заканчивались все недавние сны. А потом она очнулась и увидела приземлившуюся на подушку Свирельку. Разговор, произошедший в ту ночь, приравнивался к десяти просмотренным кошмарам.
  - Злой рок! - восклицал сидящий возле изголовья Рик. - Мне кажется, что ни одна неприятность не может обойтись без нашего участия!
  - А я даже рада, что эмахи выбрали именно меня, - во взгляде Саги появилась что-то неуловимое, то ли тоска, то ли боль. Она хотела что-то добавить, но в каюте объявилась Свирелька в сопровождении кока. Кок тащил огромный поднос со снедью, а на краю, рядом с креманкой восседала пикси и, передразнивая Понабарта, командовала: 'Право руля! Лево руля!'.
  Принц расхохотался и, не обращая внимания на протесты кока, принялся за сервировку стола.
  - Смотрите, они все-таки втюхали нам сливовое варенье, - пикси инспектировала соусницы, банки и графины.
  Сага поморщилась, а Рик сочувственно усмехнулся. В отличие от остальных членов команды он прекрасно помнил о том, что его возлюбленная терпеть не может сливовое варенье. С помощью принца девушка дошла до стола. Аппетита не было, но Рик так заботливо подкладывал ей на тарелку блинчики, что она сдалась и заставила себя немного поесть.
  - Когда-то у нас с мамой настали такие трудные времена, что встал выбор: либо мы погибнем от холода, либо перестанем покупать еду. Мы выбрали второе: потому что в нашем погребе водились запасы сливового варенья. Ты не представляешь, какое это было счастье - когда мне удалось выменять у сына булочника миску варенья - которое к тому времени я успела возненавидеть! - на пару калачей. - Сага, наконец, объяснила причину нелюбви к сладкому лакомству.
  - Если б мы познакомились раньше, то ваши 'трудные времена' никогда не настали бы! Ведь благодаря мне твоя мать обрела семью, - добавила пикси нравоучительным тоном.
  - Спасибо. Я поела. Хочу спать, - девушка самостоятельно встала из-за стола и, пошатываясь, подошла к постели. Рика озадачила фраза, оброненная пикси, и еще больше озадачила реакция Саги. Обе явно дулись друг на друга. После обеда он отправился в рубку Понабарта с мыслью выпытать у того о прошлом своей возлюбленной.
  - Капитан, расскажи мне все, что знаешь об отце Саги, - он плотно прикрыл за собой дверь.
  - Ну я говорил, что он был славным парнем, - Понабарт стоял за штурвалом и с прищуром вглядывался в гладкое, словно стеклышко, море, мысленно прославляя Рика, который обеспечивал им лучшую погоду. - В дочке души не чаял. Говорил, 'хорошо, что не пацан, а то, был бы таким же дурнеем, как я'. Правда и малышка Сага вовсе не робкого десятка. Что еще сказать? Сигурд путешествовал много. А в итоге нашел смерть на дне морском. И... всяко лучше.
  - Почему?
  - Иначе он нашел бы ее на дне бутылки. Но не нам его судить. Я тоже не праведник, люблю пропустить бутылочку-другую. Если не плаваю, то валяюсь в кабаке.
  - А отчим Саги?
  - С тех пор как Сигурд утонул, я перестал к ним приезжать. Слышал, что ее отчим очень богатый и то, что он - эльф. Но насчет последнего не уверен. Возможно это просто слухи. Спроси у Саги.
  Рик покачал головой:
  - Не хочу. Я заметил, что подобные вопросы лишь расстраивают ее.
  - Догадываюсь в чем причина, - Понабарт повернул голову, наградив собеседника странным взглядом.
  - Светские условности, - юноша прекрасно понимал, что он имеет в виду. - Мне всю сознательную жизнь о них напоминали.
  - Думаете, больше не напомнят? - капитан отвернулся, усмехаясь в бороду.
  - Конечно напомнят. Но я готов бороться за Сагу.
  Понабарт не стал возражать, потому что прекрасно видел и одобрял упертость будущего короля. Уж если он не спустил эмахам устроенных на Канове бесчинств, если - неслыханное дело! - нашел архимагичку и договорился о помощи, то никакие светские условности ему не преграда.
  - Фуфырчик! - в каюту зашла Жоржетта. Заметив, что тот не один, она тепло поприветствовала принца. - Мы швартуемся у острова Койн?
  - Конечно! Запасы не вечные. А что?
  - Свирелька раскапризничалась. Говорит, что Саге в ее состоянии, хорошо бы вообще обойтись без морской качки. Отлежаться неделю на уютном ложе. Ну и еще много чего! Ты ведь знаешь ее.
  - Маленькая крылатая ведьма! - капитан хотел плюнуть, но вместо этого заботливо отер обшлагом рукава пятнышко грязи с сердцевины руля. Плеваться на 'Жозерине' приравнивалось к святотатству.
  - Капитан, почему вы не любите Свирельку? - перед тем как покинуть рубку Рик озвучил давно терзавший его вопрос.
  - Вбил себе в голову, что прекрасно разбирается в людях и не только, - ответила за Понабарта жена. - Таким образом, бедняжка пикси попала в список не вызывающих доверия лиц. Домыслы, домыслы.
  Капитан лишь проворчал что-то насчет хитрых, беспощадных глазок, но не хотел вступать в полемику, понимая, что его теория может быть в корне ошибочной.
  
  Остров Койн - самый маленький остров архипелага - издали напоминал старую монетку с выщерблиной. На месте выщерблины плескалось пресноводное озеро. Проживающие на острове хельмы были очень воинственными и предпочитали стрельбу переговорам. Причиной тому служили частые стычки с орбанцами. Впрочем, Джоржетта считала, что им нечего опасаться, потому что капитан Понабарт пользовался авторитетом среди магов и солдат королевства Хельм. Ведь когда-то он командовал галеоном 'Шелест', на боевом счету которого была дюжина потопленных вражеских кораблей. Даже портовые рабочие, наслышанные о подвигах капитана безмерно уважали Понабарта и не прочь были пропустить кружку-другую в компании славного вояки.
  Понабарт окинул довольным взглядом палубу старушки 'Джозерины' и поблагодарил небеса за то, что он уже отвоевал свое. Хватит с него всех этих стычек и магии!.. Хотя, как ни противься и как не крути, а маг на борту всегда пригодится. Особенно такой, как Рик. Он посмотрел на силуэт юноши.
  'С самого обеда торчит на носу корабля, усмиряя волны и призывая попутный ветер, - капитан довольно сощурился. - Рваные паруса! Как удобно путешествовать в компании стихийного мага! Все попутные ветра твои, штормы обходят стороной, а море похоже на укатанную дорогу! Клянусь бородой Тритона, я буду вспоминать юнца-архимага всякий раз, когда моя 'Джозерина' начнет клевать бушпритом штормовые волны'.
   'Повезло малышке!' - капитан мысленно усмехнулся зигзагообразным траекториям, по которым направляются стрелы амура.
  Он передал управление кораблем стоявшему рядом помощнику и походкой вразвалочку подошел к Рику.
  - Ваше Высочество, мы входим в воды королевства Хельм, магвигатор показывает, что до острова Койн три часа пути, - отрапортовал он. - Это значит, что живущие на острове маги попытаются достать нас.
  Эверикон оперся о фальшборт, руны под ногтями светились серебристо-синим.
  - У них какая-то особая тактика? - спросил принц.
  Капитан задумчиво пригладил бороду:
  - Вроде ничего такого. Иногда обстреливают огнем, иногда расставляют ловушки, но паруса от их 'подарочков' горят резво. Еще резвее получаются пробоины. Плавали, знаем.
  - А спросите Кебран. Вон, она идет, - со стороны реи спикировала Свирелька.
  - Без тебя обойдемся, шпионка! - он прикрикнул на пикси.
  Рику не нравилась эта затея, потому что он знал каким трудом этой пожилой женщине достается ясновидение. Она расплачивалась за свой дар своим психическим здоровьем. Такое случалось сплошь и рядом. Особенно у самородков, которых никто не обучал обращению с даром.
  - Мы доплывем до острова без единой пробоины, - пообещал принц.
  Свирелька невежливо расхохоталась в ответ, потому что была наслышана о Койне и кораблях, затонувших стараниями койнских магов. Мальчишка, конечно, архимаг, но против боевых заклинаний почти бессилен. Это Свирелька тоже знала наверняка.
  - Хочешь поспорим? - Эверикона возмутила ее реакция, однако, он не подал виду.
  - На что? - пикси алчно облизнула губки. Сам того не зная, юноша нашел слабое место Свирельки: она была азартна, хотя в последнее время, всячески боролась с этим своим пороком.
  - На желание, - Рик тоже умел извлекать выгоду из той или иной ситуации.
  - Дельно придумали, - Свирелька взлетела и перекувырнулась в воздухе, выражая восторг. - Кэп, ты свидетель!
  - Как ты мне надоела, селедка крылатая, - Понабарт закатил глаза. - Сиди в своем 'вороньем гнезде' и не действуй мне на нервы!
  - Там твой юнга сидит! А мне уже надоело слушать о его любви к супу из кальмаров! - Свирельке было скучно, и она подорвалась следом за Понабартом, уходящим в сторону капитанской рубки.
  'Словно оса на мед', - принц улыбнулся.
  - Беда летает, - послышалось тихое бормотание Кебран. Слепая горбунья проходила мимо, держась крючковатыми пальцами за борт. В последнее время качка практически не ощущалась и поэтому знахарка отказывалась гулять в сопровождении кого-либо из команды.
  'Беда? Еще бы!' - подумал Рик. Хельмские маги наверняка приготовят для них что-нибудь особенное. Для начала он оградил 'Джозерину' защитным полем. Но загвоздка заключалась в том, что битва могла носить совершенно иной характер, далекий от огненных сфер. И хитрая пикси это знала, иначе, ни за что не ввязалась бы в спор.
  - Земля по курсу! - голос юнги возвестил о скорой встрече с неизвестным.
  Сидевшая на рее Свирелька самодовольно потерла ладошкой о ладошку, потому что увидела упомянутые капитаном искусственные рифы. Наверняка они были зачарованны на таран, а мальчишка хоть и силен, а с пробоинами на дне вряд ли справится. Плюс магические ловушки... Корабль дрогнул и приподнялся.
  'А вот и первая ловушка!' - почти с восторгом подумала пикси. В пылу азарта ее мало заботило благополучие команды.
  - Ай! - взвизгнула Свирелька, крепко вцепившись в рею. Корабль то ли взлетал, то ли дал крен.
  Рик рассчитал все правильно, до дюйма. Вспухшее море, исторгло из себя гигантскую волну, бережно подхватившую 'Жозерину'. Волна перехлестнула через искусственные рифы и магические ловушки и, постепенно оседая, донесла корабль до начала молов, вызвав лишь небольшую качку среди стоящих в акватории галеонов и фрегатов.
  Жоржетта первая стряхнула оцепенение и закричала:
  - На корму, живо!
  Хотя на флагштоках 'Джозерины' трепетали белые флаги, все равно это не спасало их от шквала огненных сфер. К счастью, сотворенный Риком щит спас 'Жозерину' от 'ожогов' и пробоин.
  - Брюхоногие моллюски! Кто вы такие? Долбаные боги, что ли? - их окликнул светловолосый капитан пришвартованной поблизости каравеллы. То, что он увидел этим утром, относилось им к разряду чудес. По крайней мере, именного такой версии придерживались простые люди, ставшие свидетелями перемещения корабля.
  - Простые хельмы! - гаркнул в ответ Понабарт, не в силах оторвать глаз от левого мола, по которому шла процессия в одинаковой одежде, с одинаковой эмблемой на рукаве. Эмблема раскрытой раковины и серебристого дракона, свернувшегося внутри, говорила о том, что это и есть хельмские маги. А нагрудный знак в виде пурпурной медузы говорил об их принадлежности к физалиям, местному братству боевых магов.
  - Андэль к вашим услугам, капитан Понабарт. - Возглавляющий процессию мужчина с оторванной мочкой уха, слегка поклонился в знак приветствия.
  - Долгих лет, Андэль, - капитан поклонился в ответ. - Значит Лайош прислал тебя, свою правую руку. Но почему не пришел сам?
  - Он в лучшем мире, - спокойно ответил маг. - Что привело вас на земли королевства Хельм?
  Рик во все глаза смотрел на магов - все одного роста, худощавые, потрепанные, похожие на диких котов. Разница с орбанскими магами была на лицо. В псах Цезерина присутствовал лоск, они всегда представали пред ним в безупречно сидящей, чистой одежде.
  - Хотим пришвартоваться для пополнения запасов, - объяснил Понабарт.
  - Памятуя о твоих прошлых заслугах, мы разрешаем ступить на земли Койна, но при одном условии: твой корабельный маг, - Андэль посмотрел на Рика оценивающим взглядом, - останется на 'Джозерине'. Нам не нужны лишние проблемы.
  - Но, господа хорошие!.. - капитан приготовился протестовать, но принц перебил его: - Условие принято.
  - В таком случае, добро пожаловать на остров! - маги развернулись и пошли обратно в порт.
  Сквозь магическую защиту, к Понабарту пытался прорваться свиток с временным разрешением на пребывание в одноименном городе Койна. Принц снял защиту, провожая взглядом ни разу не обернувшихся магов.
  - О! - послышался голос светловолосого капитана, который с большим интересом наблюдал за ними. - Значит, ты - тот самый знаменитый Понабарт? И ты наконец-то раскошелился на мага! - со смешком добавил он. От последней фразы разило завистью. Еще бы! В современных реалиях королевства Хельм, когда основная часть магов сосредоточенна на границах и на Иннишид, нанять мага-хельма было весьма сложно. Так что задача капитана, решившего воспользоваться услугами мага-хельма, заключалась не только в том, чтобы заплатить магу приличную сумму, но еще и найти его для начала. Большинство вообще предпочитало экономить на магах.
  - Смотри, как бы его не перевербовали! - вновь хохотнул капитан. - Говорят, эмахи совсем распоясались, нужны дополнительные силы для их усмирения.
  Погрозив кулаком в сторону разговорчивого капитана, Понабарт отправился в рубку, а Рик поспешил в каюту Саги, надеясь, что вызванная им волна не слишком потревожила девушку. За ним увязалась неестественно молчаливая Свирелька.
  - Кстати, ты проиграла спор, - напомнил ей юноша.
  - И что это будет за желание? Уже придумал? - встрепенулась пикси.
  - Да. Отдашь Саге медальон. - Он прекрасно помнил о том, что Сага намеревалась купить корабль на вырученные от продажи медальона деньги.
  - Откуда ты знаешь? - глаза Свирельки злобно сверкнули.
  - Не важно. Отдашь?
  - Уговор есть уговор! - раздраженно выкрикнула пикси, резко поворачивая в противоположную сторону.
  
  Понабарт, старпом, кок, пара матросов и Свирелька отправились на остров после обеда. Широкая шлюпка запросто вместила бы еще нескольких человек, но Эверикон был персоной нон-грата, а Сага и Жоржетта отказались покидать корабль. Жоржетта по причине того, что заменяла капитана, а Сага из солидарности с Риком. Ей очень хотелось побывать на Койне, побродить по местным улочкам, нанести визит парочке трактиров, но глупые хельмские маги разрушили ее планы. Без Рика визит на Койн уже не выглядел столь привлекательным.
  - Ты точно ничего не почувствовала, когда корабль подхватила волна? - Рик прогуливался с девушкой от одного борта до другого, заботливо поддерживая ее за талию.
  - Нет. Я спала. С тех пор, как я избавилась от проклятья эмахов, мне прекратили сниться кошмары. И все благодаря тебе. - Она остановилась и звонко чмокнула принца в щеку.
  - И за медальон пожалуйста, - принц рассмеялся, подставляя другую щеку.
  - Да, спасибо, - Сага сухо поблагодарила, машинально прикоснувшись к цепочке на шее: медальон был на месте. - Только прошу тебя, не верь Свирельке. Обещаешь?
  - Хорошо. А что случилось? Между вами словно кошка пробежала. Это из-за меня, да?
  Сага упрямо отмалчивалась.
  - Я нечаянно слышал ваш разговор, - честно признался юноша. - Почему пикси назвала нашу любовь низменной?
  - Она всегда была странной. Наверное с точки зрения ее народа, мы кажемся ей... неправильными.
  - Наверное так и есть, - согласился Рик, крепче прижимая к себе девушку. - Не понимаю, зачем она поплыла на остров? Вот не сидится ей на месте. Вспомни, как ругался Понабарт, когда узнал о ее решении поплыть вместе с ними? ? 'Кашалотовое гузно! Лучше яду выпить!' и все в таком духе.
  Сага натянуто улыбнулась. Ей тоже показалось странным подобное поведение пикси.
  - Эй, ты! - на борту соседнего корабля обозначился гортаксчанин щеголеватой внешности. Он смотрел на Рика прищуренным взглядом. - Ты, что ли корабельный маг?
  - Я, - кивнул юноша.
  - Со своей кралей путешествуешь? Одобряю. Я, кстати, тоже маг, - гортаксчанин говорил хоть и с акцентом, но вполне правильно.
  - Не нуждаюсь в чьем-либо одобрении, - отчеканил принц, а Сага едва удержалась от того, чтобы продемонстрировать мужчине срамной жест.
  - Как знаешь! Но, бьюсь о заклад, тебя тоже не пустили на Койн, как и всех остальных корабельных магов. У них там полный затык: впору архимага вызывать. Но до Левелиса далеко. А они гордые не хотят помощи посторонних, думают, что сами справятся. Ты хоть и хельм, а все равно к местному братству - 'Физалиям' - не относишься.
  - А что у них стряслось?
  - Не знаю. Не говорят, а глупые слухи повторять не буду.
  - Пойдем, - Рик заботливо поддерживая Сагу, отправился на противоположную сторону палубы. - Я не желаю, чтобы он на нас пялился.
  Облокотившись о фальш-борт, они разглядывали серые бока молов и бурлящий повседневной жизнью порт. Справой стороны, сразу за молом развернулся небольшой деревянный пирс, возле которого покачивались многочисленные рыбацкие лодки, а чуть подальше, на берегу, сушились рыбацкие сети.
  - Интересно, когда вернется Понабарт? - Сага озвучила вслух одну из своих мыслей. Но Рик крепко задумался и не слышал ее.
  - Ты чего? - она поддела его локтем.
  - Извини, - он улыбнулся. - Из головы не выходит проблема местных магов. Интересно, что у них приключилось?
  Сага пожала плечами:
  - Одно мы знаем наверняка: это не эмахи. Я слышала, что они предпочитают не лезть на острова, на которых больше пяти хельмских магов. К тому же здесь архипелаг и помощь с других островов, в случае чего, подоспеет быстро.
  - Как думаешь, я смогу пробраться на остров незамеченным?
  - Ваше Высочество, а как же уговор? - возмутилась Сага, хотя в глазах плясали озорные чертики.
  - Только плохой монарх предпочитает отсиживаться в стороне, в то время когда его подданным угрожает опасность, - он заговорщицки подмигнул и добавил: - К тому же мне любопытно.
  - Мне кажется, что вокруг острова есть охранные заклинания. Ну, знаешь, типа тех, которые окружают Уинфред. - Сага обернулась, еще пристальней разглядывая береговую линию и порт.
  - Конечно они присутствуют и я чувствую их, - Рик подтвердил ее догадку. - Но можно взять лодку и поискать прорехи в окружающем остров щите.
  - Я помогу тебе сэкономить время, если пообещаешь взять меня с собой, - вдруг заявила девушка.
  - Но ты еще слаба, - запротестовал Рик.
  Сага ответила ему долгим вкусным поцелуем, который пробудил рой бабочек в животе.
  - Уговорила, - сдался принц, на секунду оторвавшись от мягких, податливых губ возлюбленной.
  
  Основная работа хельма по имени Терре заключалась в изготовлении новомодных галеонных фигур, он был скульптором. К сожалению, галеонные фигуры были той новинкой, на которую решались лишь немногие владельцы кораблей. Поэтому дела у скульптора шли ни шатко, ни валко. Однако с деньгами у Терре был полный порядок, в основном, благодаря побочному заработку - заказным убийствам. О мрачной главе его биографии знали немногие, а сам Терре начал подумывать о том, чтобы отойти от темных дел и полностью сосредоточиться на резьбе по дереву и скульптурах.
  'Финальная точка' - так он мысленно окрестил свой последний заказ. Золота, которым расплатились с ним, хватало на покупку новенького галеона или небольшого поместья. Легкие деньги! Правда работенка была тяжелой: шуточное ли дело - заманить в ловушку мага? Может статься так, что он провалит задание и, сверх того, встретит свою смерть...
  Честно говоря, плотнику никогда не нравились маги, потому что с некоторых пор он считал, что всеми поступками магов двигает честолюбие и жажда наживы. Чему они служат? Королевству, которое вот-вот распадется на куски? Трудно служить чему-то абстрактному, трудно быть подданным покойного короля, трудно когда ты не смотришь с уверенностью в свое завтра. Когда-то у Терре была семья. Когда-то. Они погибли в захваченном орбанцами острове Ярх, а он в то время коротал дни на Койне, учился у местного мастера. Смысла возвращаться не было. Время затянуло рану, Терре обзавелся новой семьей, но счастье навсегда ушло из жизни ровно в тот день, когда ему сообщили страшную новость. Казалось бы, после произошедшего он должен ненавидеть орбанцев (заказ на мага вне сомнений сделали они), однако в душе хельма словно что-то сломалось. С тех пор он одинаково ненавидел ту войну и магов: орбанцев, хельмов, гортаксчан, джамнов - без разницы.
  Дом Андэля охранялся. Помимо вооруженных солдат здесь наверняка присутствовали магические ловушки, и Терре отнюдь не был глупцом, чтобы совать туда нос. Всю неделю он просиживал до глубокой ночи в кабаке 'Бочка эля', всегда полном солдат, магов и прочих завсегдатаев. Недели оказалось достаточно, по крайней мере для того чтобы услышать достаточно информации об Андэле, об этом короткостриженом маге с посеребренными висками. Назначение Андэля на место почившего островного наместника считалось чем-то самим собой разумеющимся, потому что не было на острове боевого мага с лучшей репутацией. Чем больше Терре осознавал риск, тем скорее хотелось рассчитаться с Андэлом.
  Душный вечер накрыл остров, город едва дышал неподвижным воздухом, какое-то подобие жизни ощущалось лишь возле причалов и на берегу. Здесь, в окрестностях пригорода было еще хуже: одежда пропитывалась потом за считанные минуты. Если б не дело, Терре остался бы дома, пошел бы вместе с женой и с приемными детьми на пирс. Он направлялся в противоположную от города сторону, к святилищу Попутного ветра. Болтливость случайных собутыльников, напрямую или косвенно знакомых с Андэлем, сослужила хорошую службу. Иначе как бы он узнал о том, что боевой маг старается посетить святилище в первую фазу луны, дабы воздать почести стихии воздуха? Попутного ветра жаждали все: от рыбаков и путешественников до торговцев.
  Терре спешил, желая очутиться в святилище раньше мага. Он хотел осмотреться и найти удачное место для засады. К счастью идти оставалось не долго. Впереди уже замаячила знакомая квадратная постройка, возвышавшаяся над кронами вековых деревьев. Вот уж истинно циклопическая постройка! Терре отпил воды из фляги и прибавил шаг.
  Святилище носило второе имя - ветроуловитель, потому что внутри всегда веял прохладный ветерок, а вода, порой, охлаждалась так, что сводило зубы. Перед сводчатым входом Терре замедлился, присыпав зерен пшеницы на жернов, примостившийся у порога. Внутри коптили чаши с огнем и - о чудо! - царила долгожданная прохлада и тишина. Убийца обошел святилище, выбирая подходящее укрытие. Центральная комната, в которой наличествовало, пожалуй, самое большое зеркало на острове, вне всяких сомнений, будет главным местом действия. Потому что именно здесь, помимо зеркала - главного ключевого портала архипелага, находилась 'чаша ветра', напоминавшая пустую чашу фонтана, сделанную из полупрозрачного камня, неизвестного Терре. О роли зеркала в качестве ключевого портала знали только избранные и наемный убийца входил в их число.
   'Маг остановится возле чаши, значит, будет спиной ко мне. На обратном пути он воспользуется порталом, если нет, - убийца выразительно взглянул на кинжал вдетый в ножны, - применю старый проверенный метод'.
  Главная роль отводилась магическому артефакту в виде кусочка древесной смолы. Когда Андэль зайдет в комнату и отвлечется, Терре прилепит кусочек к зеркалу, и тем самым перенастроит портал. А дальше...
  'Дальше, не моя забота' - подумал убийца, исчезая за перегородкой. Да, он не гнушался удара в спину, ибо от чести он отказался в тот день, когда началась глупая война между королевством Хельм и королевством Орбан.
  Маг пришел один, не подозревая, какую услугу тем самым оказал Терре. Последнему пришлось подождать, и это ожидание стоило Терре затекших конечностей и ноющей боли в спине. Издержки профессии, основной профессии, периодически напоминали о себе. Убийца подождал, пока Андэль завершит первую часть чтения заклинаний, позволив своей жертве углубиться в себя, забыть об окружающем мире. Маг преклонил колени перед чашей. Губы шепотом повторяли ритмичное заклинание. Момент как нельзя подходящий. Терре бесшумно покинул свое укрытие и, прилепив на обратную сторону зеркала маленький кусочек зачарованной смолы, так же бесшумно возвратился на место.
  Вновь потянулись минуты ожидания. Убийца клевал носом и едва не задремал. Шаги, гулким эхом прозвучавшие в пустом святилище, привели Терре в чувство. Он осторожно выглянул из своего укрытия и увидел, что маг направляется к зеркалу. Раздался взрыв, на пол серебряной крошкой посыпались осколки. Все вышло как нельзя лучше. Выждав пару минут, Терре покинул святилище и, как ни в чем ни бывало, потопал в город.
  
  - Тысяча дохлых крабов! - Маг со всего размаху упал в зеленый мох, оставив глубокий отпечаток. Впрочем он быстро вскочил на ноги, попутно выхватив меч.
  'Поделом мне!' - Окружающая действительность была ничем иным, как полем Ивицы - главной головной болью местных магов. Всего за месяц поле Ивицы приобрело дурную славу. Здесь 'поселилась' нежить, время от времени забредающая в город и близлежащие поселения. После первого прецедента, в городе зазвонил колокол, скорбя о погибших. Второго прецедента не допустили. 'Физалии' собрали совет и вынесли решение оградить гиблое место хитросплетенным заклинанием, для которого использовались зеркала. Атаки прекратились, но вопросы 'Кто поднял мертвецов?' и 'Каким образом их упокоить?' были как никогда актуальны.
  Андэль осторожно переносил вес с одной ноги на другую, стараясь не шуметь, но и не медлить. Его целью была груда камней, оставшаяся на месте некогда осажденного замка - единственное напоминание кровопролитного сражения, произошедшего здесь много лет назад.
  Теперь кто-то 'умный' перенастроил порталы архипелага, чтобы свести счеты с местным братством и начали с Андэля. 'Физалии' предпринимали несколько попыток уничтожить или упокоить порождения темной магии, но едва ли преуспели в этом. Мертвецы оказались живучи, а способности к регенерации были достойны упырей, кои, к счастью, давно вымерли. Задачка была не из легких. Наподобие той, которую им задали эмахи несколько лет назад. Но эмахи не были такими живучими.
  'Почему никто не погреб павших в сражении воинов?' - сокрушался маг, понимая, что в таком случае, у него сейчас было бы на одну проблему меньше. Он покосился на прозрачную пелену радиусом в несколько милей - общее творение братства. Пелена мерцала приглушенно-синим цветом, благодаря которому Андэль благополучно обходил сухие ветки и вообще прекрасно ориентировался на местности. Единственный момент заключался в том, что он бы не отказался сейчас оказаться по другую сторону. Маг знал, что загнан в ловушку: неизвестный враг действовал умно и расчетливо, ибо выбраться отсюда невозможно. А для того, чтобы развеять защитное поле требовалась помощь братьев.
  Как бы ни старался Андэль, его присутствие все-таки почуяли. Перепаханная множеством бороз и ямок земля дрогнула, ближайший холм осыпался, оставив на поверхности груду оживших костей. Нет, это были не тупые зомби, это были воины - плоть адовой земли. Андэль как никогда понимал, что проживает последние минуты своей жизни и сорвался с места. Краем глаза он увидел, точнее, почувствовал, что портал вновь открылся. Неужели всем магам острова суждено разделить его печальную участь? Он должен найти способ, чтобы предупредить остальных! Добравшись до спасительных камней, Андэль обернулся. Новоприбывших оказалось двое: девушка и юноша. Они растерянно озирались по сторонам, не понимая, куда попали.
  'Корабельные маги пожаловали! - невесело усмехнулся маг. - Любопытство порой выводит на саму короткую дорожку жизни'.
  - Сюда! Быстрее! - во всю мощь легких заорал Андэль. Взобравшись на камни, он приготовился отражать первую волну нежити. Молодежь больше не занимала его внимание. Пускай расплачиваются за собственную глупость.
  Заклинания щедрыми гроздями сыпались на мертвых, полуистлевших воинов. Добрая половина заряда ушла в землю, потому что воины успешно загораживались щитами и увертывались. Благодаря темному заклинанию, мертвецы никогда не теряли своего оружия, а погибнув, возвращались в землю, чтобы на следующий день восстать вновь. Уловив краем глаза копошение слева, маг дрогнул и едва не направил разряды боевого заклинания на юношу и девушку, добравшихся до камней за удивительно короткое время.
  - Что это? - Через несколько секунд оба стояли чуть позади Андэля. Тот обрисовал ситуацию короткими обрывками фраз и снес 'магическим жгутом' головы последним представителям нежити, подобравшимся вплотную к развалинам. Маг согнулся, выдохнув воздух. Его расправа была скорой, но бессмысленной. Первая волна уничтожена, на вторую запас сил имелся, а третья разорвет его, выжатого, на куски.
  - Сейчас еще повылезают, - Андэль честно предупредил молодежь.
  - Но должен быть выход! - девушка со злостью впечатала кулак в ладонь.
  - Его нет, - равнодушие мага удивляло. - Разве что твой спутник поможет с боевыми заклинаниями.
  - Но я почти не знаком с боевой магией! - в голосе юноши слышалось отчаяние.
  'Как его только в команду взяли?' - пронеслось в голове Андэля.
  - Хорошо! - сказал он вслух. - Времени на обучение нет, поэтому будем рады тому, что имеем.
  Брови юноши приподнялись.
  - Поделишься со мной магической силой, - пояснил 'физалий', со скепсисом посмотрев на парнишку - много ли 'насобираешь' с такого неумехи?
  - Что для этого нужно сделать? - мальчишка оказался не робкого десятка. Так же как и девчонка, принявшаяся клянчить у мага меч.
  - Он все равно вам без надобности!
  В ее словах слышался резон, вняв ее просьбе, Андэль отстегнул от пояса ножны.
  - А ты, - он повернулся к Рику, - просто стой смирно. Забор магической энергии сначала принесет болезненные ощущения, но это пройдет.
  Маг долго возился с заклинанием: то сам, чертыхаясь, развеивал его на полдороги, то отвлекался, и оно исчезало само по себе. Андэлю претило все связанное с вампиризмом, в том числе и с вампиризмом энергетическим. Но выбор сделан и пути назад нет.
  Юноша вздрогнул, почувствовав нарастающую боль в основании позвоночника. Боль постепенно опускалась вниз, сначала заставляя поморщиться, а затем закусить губу, чтобы не закричать.
  'Держись, парнишка! - мысленно подбадривал маг, едва ли осознавая абсурдность своего действия. - Если повезет, то продержимся до утра!' - Андэль прошептал заклинание, готовый почерпнуть высвобожденную энергию и... Мир будто заново раскрылся перед ним, захлестнув волной новых чувств, ощущений и возможностей. Он понимал песни ветра, скороговорки сверкающих огней, рокот волн и шепот земли. На долю секунды Андэлю показалось, будто он оглох и онемел. Рик поспешил развеять заклинание и маг вновь обрел контроль над собственным телом.
  - Дохлые... крабы! - маг едва слышно выдохнул. Реальность расплывалась, предметы двоились. Юнцы бросились к нему, чтобы поддержать, не дать рухнуть на камни.
  'Возможно ли это? - Андэль скользнул ошалелым взглядом по рукам парнишки: - Конечно в перчатках!'
  Поток мыслей прервала повторная атака нежити. Сделав несколько глубоких вдохов, маг подался вперед и, сделав замысловатые пассы, призвал заклинание супрессии. Черепа атакующих с хрустом разлетались в стороны, кости трещали, обращаясь в пыль. В Андэле бурлила такая великая сила, что он с легкостью бы упокоил целый батальон! От последних событий голова шла кругом, но способность сложить 'а' и 'б' Адндэль не утратил. Сын короля Сейда! Драгоценный камень на короне королевства Хельм, так цинично кем-то выколупанный. Маг ошеломленно посмотрел на юношу. Кажется, тот понял все по взгляду.
  - Да, мне подвластны стихии.
  В горле совершенно пересохло, язык едва ворочался, но Андэль не удержался от просьбы:
  - Назови свое полное имя.
  Кажется, ни девчонке, ни мальчишке не понравились его слова. Они обменялись взглядами, словно между ними в тот момент шла мысленная перепалка.
  - Это не важно, - юнец не спешил вскрывать карты.
  - Действительно не важно, - подтвердил маг. - Я и так знаю что ты - Эверикон Сейд Андорр Элефийрский.
  Юнцы состроили друг другу кислые мины. Но сколько бы они не старались, Андэль был уверен в своих выводах.
  
  
  Глава 19
  
  Someone, someone has drained the colour from my wings
  Broken my fairy circle ring
  And shamed the king in all his pride
  Changed the winds and wronged the tides
  
  Queen, 'My Fairy King'
  
  Маг осмотрел поле брани. Заклинание сработало по высшему разряду. Вдобавок, они выиграли время до появления следующей волны нежити. Андэль заставил себя не думать о том, что рядом с ним находится королевский отпрыск, хотя мысли постоянно фокусировались на юноше: 'Интересно, как он отреагирует на просьбу снять перчатки? Будет ли это расценено как бестактность?'
  Девушка подошла к спутнику и, указав на одно из зеркал, размещенных у границы с охранным щитом, прошептала:
  - Давай еще раз воспользуемся медальоном.
  Хотя она и говорила шепотом, внутри их общей ловушки царила такая тишина, что было слышно даже урчание в животе мага. Он так закрутился, что пропустил обед и ужин.
  - О каком медальоне речь? - Андэль поднял голову, чтобы взглянуть на светловолосую девчонку и саркастически добавил: - Или это так же не важно?
  - У меня есть артефакт, позволяющий пользоваться зеркалами-порталами, - резко ответила девчонка, не собираясь делать тайны из медальона, который возвратила Свирелька. В душе девушка надеялась, что этот хельм в летах поможет им выбраться отсюда. Если честно, ни Рик, ни Сага не понимали, каким образом очутились не в городе, а здесь, среди каменных обломков, останков нежити и внутри странного магического купола.
  Безбашенная молодежь решила воспользоваться зеркалом-порталом, не подозревая, что любой портал всенепременно выведет либо прямиком в дом Андэля, либо в святилище Попутного ветра - в зависимости от того, где в тот момент находится Андэль. Если бы не расстроенные порталы, юнцам не поздоровилось бы: в доме обреталось множество магических ловушек, да и позвать на помощь соратников было пустячным делом. Хотя тут еще спорный вопрос что лучше: запечатанная 'клетка', полная нежити или заключение в местные казематы?
  'Боги! Что я несу? - одернул себя Андэль. - Заключить под стражу особу королевских кровей?'
  - Почему остальным на Койн можно, а магам нельзя? - новая порция вопросов отвлекла от мыслей. - Из-за этого? - девушка кивнула в сторону охранного щита.
  Мужчина сделал недовольное лицо и Рик подумал о том, что никаких объяснений не будет, но тот заговорил:
  - Потому что на 'Физалий' ведется охота. Любому дураку ясно, что мы - последняя гарантия крепких восточных границ. Понятно, юная госпожа?
  Сага ничуть не обиделась на подобный тон. Мужчина лишь подтвердил ее подозрения. Конечно же, местные перестраховываются, 'отсеивая' любого пришлого мага с чужих кораблей.
  - Как скоро ждать следующей атаки? - юноша осматривал окрестности, намереваясь спуститься вниз, но, вняв предостережению мага, так и не исполнил задуманного.
  - Я думаю, что не раньше, чем через пятнадцать минут, - Андэль мысленно возвращался к святилищу Попутного ветра. Нужно было выставлять охрану у главных порталов архипелага. Теперь ему и его братьям придется расплачиваться за недальновидность. Но судьба оказалась благосклонна, послав ему стихийного мага. Может все не так уж и плохо?
  'Кровь! Кровь королей творит чудеса!' - от крамольной мысли бросило в жар. Разве посмеет он просить? А что, если он ошибается?
  - Могу я просить о помощи Ваше Королевское Высочество? - Андэль сам не верил, что произносит эти слова. - Если нам открыть портал без участия бесполезных на данный момент зеркал?
  Юноша с готовностью кивнул, не обратив ни малейшего внимания на упоминание его статуса. Маг извлек из 'гильзы' кусок мела, чтобы нанести руны на камни. Откинув сомнения и вопросы, он полностью сосредоточился на заклинании, однако остановился на половине пути, потому что нежить вновь пошла в атаку. Полетевшие в Андэля копья и стрелы сломались о выставленный Риком щит.
  - Отлично! - крикнул маг, выпуская рвущееся в бой заклинание, от мощи которого воины вспыхнули словно спички. Когда на поле не осталось ни единого представителя нежити, Андэль устало прислонился к тому, что осталось от некогда высокой каменной стены.
  Одно из зеркал вдруг загудело и, озарившись синим светом, выплюнуло на поле странное существо. Сказать по правде, маг подумал, что существо ему всего лишь мерещится, как следствие сильной усталости (да, магической силы через край, но сутки, проведенные без еды и сна, давали о себе знать).
  - Вот и Свирелька! - крикнула Сага и Андэль был готов поспорить, что увидел злую ухмылочку, быстро соскользнувшую с лица девчонки.
  Порхающее по воздуху существо приближалось к ним, изо всех сил молотя по воздуху крылышками.
  - Как это понимать? - Существо всем своим видом выражало удивление и... досаду.
  Андэль рассматривал крохотное, почти кукольное личико. Впечатление портили горящие злобой глаза с вертикальными зрачками.
  Сага пожала плечами, стараясь казаться равнодушной к произошедшему:
  - Как хочешь, так и понимай.
  - Козни, подстроенные местным магам, - дальновидный Рик пресек возможную ссору.
  Свирелька на этом не успокоилась и, бросив на подругу полный подозрения взгляд, крикнула:
  - Признайся, что это ты разбила единственное на корабле зеркало!
  Сага лишь фыркнула, переложив рукоять меча в другую ладонь.
  - Ваше Высочество, пора завершить заклинание, - Андэль вновь взялся за кусок мела. Эверикон подошел к нему, закатывая рукав рубахи.
  Пикси со всего размаху спикировала на макушку Саги.
  - Он знает? Откуда? - зашептала она. Маг усмехнулся, ибо все слышал и теперь его сомнения окончательно развеялись.
  - Уж точно не от меня! - девушка боролась с желанием спихнуть с головы нахалку. Но пикси сама, по доброй воле, взмыла в воздух, мечась туда-сюда.
  - В портал! - скомандовал Андэль. Первопроходцем был Рик, затем в портале исчезла Сага. Пикси медлила.
  - Ну же! - поторапливал маг. Он чувствовал, что кости вновь заворочались в земле.
  - Я тебя уничтожу!.. - шепот дивного существа был схож с шипением змеи. Маг опешил и попятился. Внезапно вынырнувшая из портала рука, бесцеремонно схватила Свирельку за ногу и затащила в вихревую воронку.
  'Девчонка не церемонится с подружкой', - усмехнулся маг, отправляясь следом.
  
  Глава дома Цезерина спешил в левое крыло замка. Король Граннус созвал совет избранных, а он настолько замотался, что едва не забыл о приглашении.
  'Попался в собственную ловушку!' - мысленно усмехнулся Абелоун, подразумевая собственное творение - сеть охранных заклинаний пронизывающих королевский замок. Заклинания не оставляли ни единого шанса для преодоления расстояния посредством портала. Слуги услужливо распахивали перед ним двери, а стража вытягивалась по струнке. Абелоун сделал короткую передышку перед штурмом лестницы. Хорошая физическая форма позволила ему преодолеть ступени меньше чем за минуту и не получить отдышку.
  Решительным движением он распахнул створки двери и сам же закрыл их. По закону, никто не вправе находится возле маленькой комнатки - переговорной. Поэтому слуг здесь не было. Взгляды собравшихся в комнате людей разом устремились к архимагу. Король и герцог Вальес Третий.
  - Что на этот раз? - со скучающим видом поинтересовался Граннус. Вечные опоздания братца сидели в печенках. То ли он действительно был настолько занят, то ли специально играл на нервах Граннуса, показывая, кто на самом деле правит королевством.
  - Выполнял заранее оговоренную часть сделки, - Абелоун избавился от плаща и расслабил шнуровку на рубашке. На секунду ему показалось, будто он вновь идет по тенистым дорожкам сада и, задевая фалдами сюртука белые шапки гортензий, вдыхает дивный аромат цветов.
  - Дай угадать: хозяева оказались столь радушны, что ты потерял счет времени?
  - Я приношу глубочайшие извинения Вашему Величеству и герцогу, - лицо Абелоуна оставалось беспристрастным, но почему-то создавалось стойкое впечатление, будто он говорит с издевкой. Граннус сделал вид, что не слышит издевки, Вальес, конечно же, последовал примеру короля. Граннус ворчал просто так, от нечего делать. Абелоун никогда не давал повода усомниться в том, что все его действия направлены на благо королевства Орбан.
  'Два болвана! - подумалось архимагу. - Жаль, что третий болван - Арнедо - уже не с нами. Он так забавно заикался при виде хмурого королевского лица'.
  - Никак не привыкну к отсутствию Арнедо, - сказал он вслух, садясь за стол и наливая себе вина. Он предпочитал белое.
  - Жалкий предатель! - фыркнул Граннус.
  - Он мне никогда не нравился, - поспешил добавить Вальес. Герцога нечасто приглашали на подобные собрания. Правда за последний месяц все поменялось в лучшую сторону, ибо алхимик постепенно выбывал из игры. Герцог не знал всех подробностей, но в какой-то момент Абелоун понял, что Арнедо продался королевству Гортакс и, конечно же, использовал алхимика в своих целях. Вальес преклонялся перед главой дома Цезеринов: 'Этот всех переиграет!'
  - И я никогда не понимал его мотивов, - продолжал Вальес. В бокале герцога было редкое вино цвета розового дерева - гордость королевской винокурни.
  - Старику захотелось власти, - со смешком пояснил Граннус. - Гадина Майтнатт обещал золотые горы и должность старшего советника 'Лилий'. Надеюсь, что ты, Вальес, извлечешь мораль из печальной истории с Арнедо.
  Лицо Вальеса приобрело цвет вина, которое он пил.
  - Ваше Величество, клянусь Цезерином!..
  - А теперь, когда ты закончил оскорблять герцога необоснованными подозрениями, - Абелоун нетерпеливо побарабанил пальцами по подлокотнику кресла, - мы подумаем над более важными вопросами. Говоришь, тролли ни сном ни духом не знают про мальчишку?
  - Абсолютная правда, Ваше Святейшество, - с готовностью ответил Вальес. - Нашим людям удалось установить слежку за командой 'Нивха'. Точнее, насколько это возможно. Человек в Троллэнд, мягко говоря, выделяется. К сожалению, след принца Юстиниана потерян.
  - Он знает свое настоящее имя, - усмехнулся король.
  - Он забудет его, - с уверенностью возразил Абелоун.
  - Я не слышал, чтобы принц объявился в Хельм, - продолжал герцог, - из этого можно сделать вывод, что он где угодно, только не на родной земле. Или ему не выгодно разглашать свой статус.
  - Глупость! - Граннус отщипнул от грозди фиолетовую виноградину и задумчиво покатал ее между пальцами. - На его месте я давно бы занырнул под спасительное крылышко Левелиса. Майтнатт с одной стороны и мы с другой. У него нет иного выхода. А там, глядишь, и Левелис не захочет делиться насиженным местечком.
  Вальес покивал головой, соглашаясь с доводами короля. Энергичный Абелоун снова был на ногах и прохаживался по комнате.
  - Я слышал, что принц каким-то непостижимым образом попал в Альфар, - герцог подумал, что для присутствующих это уже давно не 'новость', но получил в ответ странную реакцию.
  Абелоун резко остановился и навис над герцогом. Вальесу показалось, что клиновидная бородка архимага, нацеленная прямо в него, вот-вот ужалит.
  - Откуда тебе известно?
  Глаза герцога забегали по сторонам. Кажется он сболтнул лишнего и сейчас придется выдать имя информатора, иначе... Вальес боялся представить, что будет дальше и поэтому просто назвал имя:
  - Грифф.
  Абелоун отошел к окну и к удивлению Вальеса тихо рассмеялся:
  - Наш пострел везде поспел. Ладно. Теперь нам известно о том, что Юс побывал в Альфар. Наш информатор так же сообщает, что Юса там больше нет. Грифф успел рассказать тебе о стычке?
  - Да. Непонятное копошение в эльфийской акватории: флот Альфар против хельмских пиратов, - герцог решил быть честным до конца.
  - И это означает, что наш ангелок упорхнул к пиратам, - подхватил король. Его нисколько не смущала хорошая информированность герцога. Это было даже на руку - вдруг Вальес Третий сможет что-то добавить к той небогатой информации, которой они располагали. - Жаль что старый индюк Арнедо отправился к праотцам, он всегда раздавал полезные советы. Не скажу что бесплатные, - Граннус хихикнул, - но их польза была очевидна.
  - Не надо было путаться с эмахами и Майтнаттом!
  Черные брови герцога удивленно разъехались, однако, он был достаточно благоразумен, чтобы промолчать.
  - Нам предстоит скорая встреча с принцем. - Из всей компании, только Абелоун с уверенностью смотрел в будущее. - Вальес, я поручаю задание тебе. Запомни, разговор должен остаться внутри этих стен.
  - Завтра я назначу тебя ответственным за сохранность особо ценного багажа. Корабль якобы поплывет на Иллион, - добавил король. - Возьмешь только самых проверенных людей. Абелоун даст тебе в подмогу самых верных из псов. Запомни, теперь у нас нет права на ошибку. Мальчишка опасен и полезен для наших земель. В большей степени полезен, нежели опасен.
  - Предположительно, по пути нашлись люди, которые обучили его определенным заклинаниям боевой магии и поэтому любая встреча с Юсом может иметь печальные последствия, - честно предупредил Абелоун, невольно вспомнив события на Уинфреде. Страшно представить, что вытворит стихийный архимаг, знающий десяток боевых заклинаний!
  - Главное, чтобы он не узнал о заклинании 'Драконьи кости', - король озвучил очевидный факт. - Тогда королевство обречено: нам придется идти на уступки.
  - Это невозможно, - архимаг был уверен в собственных словах и собственной правоте. - Псы Цезерина выкрали все копии из Хельм. 'Драконьи кости' уничтожило пламя. Так что я не вижу огромных препятствий для нашего дорогого герцога.
  'Значит, в этой партии, я представляю собой фигуру, которой можно без сожаления пожертвовать. Не по прихоти. Ради победы', - внезапная мысль прошмыгнула юркой ящеркой. Вальес потягивал вино, раздумывая о шаткости своего положения. Значит, после неудачи с троллями, ему дают шанс 'отыграться'. А что, если он провалится вновь? Каковой будет цена за очередной провал? А юнец... Юнец наверняка окажет сопротивление и хвала Цезерину если псы сумеют защитить его, герцога.
  'Не поздно еще отказаться!' - его спина взмокла от волнения. В груди гулко стучало, это сердце напоминало Вальесу о том, что оно у него есть и оно боится.
  'Нет. Поздно!' - тоскливо подумал он.
  - Когда начинаем, Ваше Величество?
  - На следующей неделе. Я пришлю вестового.
  
  Горизонт прочертила едва заметная нить света. Ночь отступала с Койна. Полный штиль сменился западным ветром, прохладным словно кисель. Вдоль пылящей дороги брели смертельно уставшие, довольные путники в компании дивного существа с кошачьими глазами.
  - Вы непременно должны остановиться в моем доме, - Андэль вновь пригласил к себе товарищей по несчастью, забыв, что он уже говорил эту фразу пятнадцать минут назад.
  - Чтобы ты убил нас? - пикси оскалила острые, похожие на щучьи зубки.
  - Ничего подобного, - маг удивлялся той неприязни, которую демонстрировала по отношению к нему пикси. Но это были такие мелочи! Ему до сих пор было трудно поверить в чудесное спасение из хитрой ловушки.
  'Если бы не Его Королевское Высочество, - он покосился на светловолосого юношу в перчатках, - быть мне покойником!'
  На подходах к городу им встретились двое магов со знаком 'медузы' на рукаве. Их осунувшиеся лица повествовали о бессонной ночи, которую те явно провели в поисках главы 'Физалий'.
  - Андэль! С порталами творится черти что! Дона разорвало на клочки, когда он хотел добраться до святилища, - они не спешили приближаться к магу, с опаской поглядывая на его спутников. - Мы запретили пользоваться ими.
  Андэль кивнул и устало прикрыл глаза рукой. Дон был его учеником, на которого возлагались большие надежды. Боги! Именно этого он и боялся. Каждый маг был на счету и ценен как никогда прежде.
  - Покажите пропускную грамоту, - потребовал один из магов, разглядывая странную компанию
  - Простите, у нас нет ее, - первой заговорила девушка. - Мы просто очень хотели побывать на Койне. Сидеть на корабле надоело. Ну и нечаянно угодили не туда.
  - Постой Воргиль, - глава 'Физалий' подошел к принцу и со словами 'Вы позволите, Ваше Высочество?', стянул перчатку с левой руки Рика.
  Оба мага словно по команде преклонили колено, а юноша лишь устало улыбнулся.
  - Скажи мне, что это всего лишь кошмар! - Свирелька вцепилась Саге в ухо и зашептала страшные вещи: - У тебя есть меч, а их всего трое...
  - Перестань! - одернула ее Сага.
  
  В тот же день в доме Андэля было не протолкнуться от 'физалий'. Слух о наследном принце королевства Хельм распространился по каждому острову архипелага. С одной стороны, принца тяготило излишнее внимание, однако он понимал, что сокрытие своего статуса чревато новыми проблемами: история, произошедшая в Альфар была весьма поучительной. Он поискал в толпе Сагу. Ее выгоревшая светлая макушка выделялась самым светлым пятном среди остальных хельмов. Она старательно отворачивалась от Рика и он безуспешно пытался поймать ее взгляд. Рядом с девушкой парила Свирелька, которая была злая как тысяча морских дьяволов. Сага почему-то мстительно улыбалась.
  - Ваше Высочество разговаривал с Левелисом? - спросила чародейка со странным прозвищем Топь.
  - Не было возможности, - уклончиво ответил Эверикон. Он немного растерялся в начале, ощущая себя 'невиданной заморской зверушкой', на которую пялятся все, кому не лень. Впрочем сейчас это чувство сходило на нет, уступая место уверенности. 'По происхождению ты на целую голову выше любого мага' любил повторять Абелоун. К счастью или несчастью, его 'уроки этикета' прочно укоренились в сознании принца.
  Не обращая внимания на последующие вопросы, он пошел к Саге, хельмские маги и чародейки почтительно расступались перед ним.
  - Я хочу, чтобы ты была рядом, - он взял Сагу за руку. - Никто не имеет права оттеснять тебя в конец толпы.
  - Спохватился! - она печально усмехнулась. - Мне уже несколько раз 'любезно' указали на дверь. Знаешь, я себя здесь неуютно чувствую. Лучше подожду тебя на 'Джозерине', - девушка мягко освободила руку.
  - Я с тобой! - заупрямился принц, но подошедший Андэль вторгся в его планы. Пора было обсудить насущные проблемы и, наконец, представить принца Левелису.
  - Куда пошла? - Свирелька пыталась воспротивиться ее уходу. Со стороны было забавно наблюдать за тем, как маленькая пикси пытается встать на ее пути.
  Оставив попытки, она оседлала плечо подруги и прошептала:
  - Кто будет за ним присматривать?
  - Он же обещал вернуться на корабль, - Сага устало потерла слипающиеся глаза. Из-за столпотворения в зале было душно и поэтому начинало клонить в сон. Вдобавок сказывались ночные приключения.
  - А я остаюсь! - Свирелька спорхнула с плеча и едко бросила девушке в спину: - Предательница!
  - Ваше Высочество, подойдите, пожалуйста, к магическому шару, - Андэль намеренно перегородил путь принцу, который подался следом за уходящей Сагой.
  - Зачем? - принцу пришлось остановиться и заглянуть в глаза мага - они были одного роста.
  - Мы установили связь с наместником Левелисом.
  Принц поплелся за магом, вздыхая и мысленно ругая себя за то, что самовольно покинул корабль. Хотя, с другой стороны, этот день когда-нибудь должен был настать. Так почему бы не сегодня?
  В дымке выпуклого стекла проступило скуластое лицо пожилого мужчины. Жидкие седые волосы были зализаны и собраны в хвостик. В синих глазах сквозило любопытство и настороженность. За многие годы наместничества Левелису приходилось сталкиваться с самозванцами, выдающими себя за Эверикона Сейд Андорр Элефирского. Рику тоже было любопытно взглянуть на человека, о котором он столько слышал.
  - Герцог Левелис, Ваше сиятельство, - Андэль переводил пристальный взгляд с одного на другого. - Это наш будущий король. Слухи подтвердились: Его Высочество действительно находился в плену орбанцев. Абелоун тысячу раз обвел нас вокруг пальца. Если б мы только знали...
  - Подождите, - Рик прервал радостную тираду мага. - Насколько мне известно, на мои поиски отправилось несколько кораблей. И нашли меня именно на Уинфреде.
  - Я не в курсе дворцовых дел, - Андэль вопросительно посмотрел на седого мужчину.
  - Ждем Вас в замке на Иннишид, Ваше Высочество, - голос архимага звучал все так же насмешливо. Он явно не собирался что-либо объяснять. Не в присутствии островного мага. - И чем скорее, тем лучше, ибо Ваше Высочество каждую минуту рискует своей свободой.
  - Нет-нет, никто не знает, что принц на Коине, - Андэль пожелал подсластить горькую пилюлю. Пожалуй стоило предупредить принца о крутом нраве Левелиса.
  'Без такого нрава королевство единым не удержишь', - Они были почти ровесниками, но маг даже боялся представить себя на месте Левелиса. Такая ноша по силам лишь немногим хельмам.
  - В таком случае, что произошло с вашими зеркалами? - все тот же бесцветный голос.
  Маг нахмурился: он полагал, что это всего лишь еще одна провокация, подстроенная псами Цезерина, потому что этот 'почерк' был характерен именно для выкормышей Абелоуна. А если дело вовсе не в провокациях? Если дело действительно в принце? Орбанский архимаг может заявиться на Коин в компании лучших псов и от этой мысли прошибал пот. Нет, Андэль не боялся Абелоуна, просто ему надоели бессмысленные жертвы. Маги, простые люди, даже острова - все попадало в эту мясорубку.
  'Представляю на что они пойдут, чтобы вновь заполучить принца!'
  - Его Высочество прибудет на Иннишид как только мы наладим работу зеркал, - Андэль слегка поклонился, показывая, что сеанс связи завершен.
  Архимаг кивнул в ответ и щелкнул пальцами. Его изображение растаяло словно в тумане.
  'М-да! Странная реакция', - подумал Андэль. Хотя чего он ожидал? Восторгов? Фанфар в честь принца? Многие хельмы разучились улыбаться на войне. А сдержанность и скрытность Левелиса не знали границ.
  
  Последующие несколько дней 'физалии' превратились в постоянных спутников Эверикона. Во-первых, общими усилиями они исправили плачевную ситуацию с порталами-зеркалами; во-вторых, Андэль посчитал за честь поделиться с будущим монархом едва ли не всеми боевыми заклинаниями, которые он знал. Рик урывал несколько часов на сон, с радостью посвящая остальное время на постижение премудростей боевой магии - страшный сон Абелоуна воплотился в реальности. Через день, когда порталы работали как надо, Эверикон заскочил на 'Жозерину', как и обещал. Сага выглядела подавленной и грустной, а поговорить с ней наедине мешали 'физалии' и Свирелька, увязавшиеся за принцем. Андэль считал своим долгом почаще напоминать принцу о возвращении в фамильный замок, к Левелису, но принц всякий раз отнекивался, чем приводил мага в замешательство. Но, с другой стороны, не может же он насильно затолкать наследника короны в открытый портал?
  Они стояли на палубе полукругом - пара магов, Понабарт, Жоржетта и Рик, слушая и оглушительно хохоча над историями, которые сыпались из Понабарта, как из рога изобилия. Рик ждал возлюбленную. В его руке находился букетик полевых цветов, которые, по рассказам Жоржетты, очень любила Сага. Девушка вот-вот должна была присоединиться к компании: она помогала коку накормить взбалмошную Кебран.
  Скрипнула дверь каюты, к Рику подлетела пикси и буквально заставила его отойти от магов, хохочущих над очередной шуткой Понабарта.
  - Там... там... Сага! Она нечаянно открыла портал! Скорее! - скороговоркой прошептала Свирелька. Маленькое личико исказила гримаса отчаяния.
  Принц отбросил в сторону букет и опрометью кинулся за пикси. Раздались удивленные возгласы магов и Понабарта, желающих узнать причину, по которой Рик стремительно покинул их компанию.
  - В каюте! - крикнула она.
  Юноша распахнул дверь и бесстрашно ринулся вперед. Еще рывок и его затянуло в вихревую воронку портала...
  Неприятные ощущения сошли на 'нет', плотная дымка рассеялась, а ноги, наконец-то почувствовали твердь земли. В ноздри ударил опьяняющий запах жасмина. Принц с удивлением обнаружил, что находится в прекрасном, зеленом саду - густая листва и высокая фигурная ограда, прячущая сад от чужих взглядов. Привычный рокот волн заменили говорливые фонтаны и сладкоголосые птицы, трели которых доносились из густых изумрудных крон.
  - Доброго дня Вашему Высочеству, - вкрадчивый голос заставил Рика резко обернуться. В нескольких шагах от него стоял Вальес Третий.
  Принц смерил его взглядом. Видел бы он сейчас свои глаза: зеленые, злые. Конечно же, Сага предупреждала о том, чтобы он не верил Свирельке! И что теперь получается? Неужели ему предстоит битва с псами Цезерина? Боги! Хорошо, что он уже не тот беззащитный мальчишка, живущий на Уинфреде. Эверикон полуобернулся, стараясь не выпускать из поля зрения самодовольного герцога. Что и следовало ожидать: от зеркального портала не осталось и следа. О, как был прав Левелис, прямо заявив о том, что он рискует, оставаясь на Коине. И вот, накаркал! На ровно постриженный пятачок газона, один за другим, выходили 'псы Цезерина'. Они окружали его. Рик чувствовал их взгляды, воткнувшиеся в его спину, словно ржавые ножи. Под ногтями вспыхнули руны: настал момент применить недавно полученные знания по части боевой магии.
  - Вы ведь не окажите сопротивление? Ради той миловидной девочки, - руки принца опустились. Обернувшись, он увидел высокого человека, который находился возле ограды. Рука незнакомца лежала на плече Саги - притихшей, бледной и покорной.
  Незнакомец откинул капюшон, явив взору юноши такое знакомое и такое ненавистное лицо. Темные, почти черные брови резко контрастировали с белой кожей Абелоуна, от этого создавалось впечатление, будто он постоянно сердится.
  Призывать силы природы не имело смысла... Да и вообще, сейчас любое заклинание не имело смысла, пока его любимая находится в лапах архимага.
  - Свяжите ему руки, - приказ герцога казался чем-то нереальным среди этой идиллии, поющих птиц и запахов лета. Подошедшие к Рику псы Цезерина церемониально поклонились - каждый выказывал уважение к будущему приемнику дома Цезеринов. Даже если Абелоун и Граннус передумают насчет 'приемника', все равно этот парень ценен для королевства Орбан. Рик покорился, прожигая полным ненависти взглядом псов и, прежде всего, 'дядю'.
  - А ты изменился, мой мальчик, - Абелоун изучал Рика оценивающим взглядом. - Стал выше на целую голову, возмужал.
  Принцу хотелось плюнуть в лицо Абелоуну, но, во-первых, останавливало присутствие Саги; во-вторых, далеко.
  - Мне очень жаль прерывать твой затянувшийся выходной, - продолжал архимаг, - но государственные дела превыше любых желаний.
  Абелоун подал знак 'псам' и двое из них, взяв принца под руки, повели его вдоль выложенной мозаикой дорожке, петляющей меж цветущих деревьев и пышных гортензий. Навстречу им вышел высокий эльф. Он тщательно запахивал полы халата, стараясь по максимуму спрятать гладкий торс от посторонних глаз. Казалось, что он вовсе не удивлен такому скоплению народа в саду. 'То ли эльфы все на одно лицо! То ли я видел его раньше! Неужели на Альфар?' - пронеслось в голове ошарашенного Рика.
  - Ваше Святейшество обещал отпустить мою дочь, - голос эльфа был таким же бархатным, как подушки на троне Граннуса.
  - Конечно, - архимаг убрал руку и даже легонько подтолкнул Сагу в направлении эльфа. - Благодарю, Грифф. Ты очень помог. Одно замечание: слишком долго.
  - В мире есть дела, которые совсем не терпят суеты, - видя, что Сага не спешит к нему приближаться, он подошел к ней сам и обнял за плечи. - К тому же это первое серьезное задание моей дочери.
  В немом оцепенении Эверикон смотрел на Сагу, старательно прятавшую взгляд. Боги! Какой же он идиот! Позволил обвести себя вокруг пальца! Еще там, на Канове, до стычки с эмахами, ему следовало сделать для себя определенные выводы!
  'Только почему она сразу не сдала меня Абелоуну?' - в голове с угрожающей скоростью множились вопросы, но этот был самым приоритетным.
  'Эльф! - он взглянул на самодовольное лицо Гриффа. - Наверняка ему понадобилась что-либо от Абелоуна! А тот, по-видимому, выполнил обещание только недавно. Вот почему!' - теперь ответ был ясен, словно день.
  - Пойдем обедать, малышка, мама ждет, - Грифф ворковал над Сагой словно наседка, а та совсем не реагировала на сказанные слова.
  - Что вы там копаетесь? - Абелоун прикрикнул на замешкавшихся псов, которые подстраивали свой шаг под шаг еле плетущегося принца. Псы вытянулись по струнке и потащили Рика за собой. При ином раскладе он бы упирался и даже оказывал бы сопротивление, но сейчас он ощущал себя безвольной куклой. Казалось, что чья-то безжалостная рука одним махом выбила из него жизнь, оставив взамен лишь жалкое подобие. Человек, которому Рик доверял больше, чем самому себе оказался предателем.
  
  Широкая чистая комната была наполнена светом. Окна выходили на ту часть сада, где среди розовых кустов разместилась увитая плющом статуя эльфийского охотника. Мрамор статуи едва ли соперничал с белизной скатерти, возлежащей на обеденном столе. Напротив переодетой в платье Саги сидела женщина. Свет солнца золотил ее волосы, собранные в высокую прическу.
  - Синтия, ты сегодня божественно красива, - в комнату зашел Грифф. Вместо халата на нем была привычная повседневная одежда. - Впрочем, ты всегда божественно красива.
  - Спасибо, милый, - она улыбнулась в ответ и подала знак замершему у дверей слуге: тот сразу же засуетился вокруг эльфа.
  - Ты какая-то тихая, - заметила женщина, обращаясь к Саге, изучающей изображение на боках пузатой фарфоровой чашечки. Отчим Грифф любил окружать себя роскошью.
  - Сказать слуге, чтобы налил тебе джотта? - спросил Монт Гайтон и, не дожидаясь ответа, прищелкнул пальцами.
  Из носика фарфорового чайника тоненькой струйкой полилась золотисто-карамельная жидкость. Наполнив чашку до краев, слуга церемонно поклонился и поставил чайник на место.
  'Плеснуть бы в тебя этим джоттом, лицемер!' - со злостью подумала девушка, конечно же, подразумевая Гриффа.
  - Ты, должно быть, сильно устала, - Синтия протянула руку к дочери, но та отклонилась, словно ей было неприятно это прикосновение. Золотые браслеты на тонком запястье женщины укоризненно звякнули.
  - Наверни-ка пару перепелок, как в старые добрые времена, - эльф продолжал излучать радость и оптимизм. - От хандры и следа не останется.
  - Зачем мы ввязались в политику? - Сага испытующе посмотрела в глаза отчиму. - Теперь всю жизнь ходить с этим грязным пятном на душе!
  - По-моему все очевидно, - эльф наклонился, чтобы поцеловать жену.
  - Я жалею о том, что послушалась тебя, - девушка нервно сцепила пальцы.
  - А я нет! - эльф подмигнул ей.
  Сага хотела нагрубить ему, но прекрасно разбирающаяся в настроениях дочери Синтия вовремя предупредила готовый выпад:
  - Гном, не забывай, что Грифф из кожи вон лезет для того, чтобы мы ни в чем не нуждались! До встречи с ним я даже не подозревала о существовании мужчин, подобных ему. Разве нам плохо втроем?
  - Вчетвером, - поправил Грифф, положив ладонь на живот жены.
  - Тоже сделаешь его или ее полноправным участником темных делишек? - рот Саги скривился в жестокой усмешке.
  - Не будем об этом!
  - Ну почему же?
  - Ты прекрасно знаешь о том, что я люблю твою мать и лишь поэтому разрешаю вить из себя веревки! - эльф начал терять терпение.
  - По-моему, ты любишь только себя!
  - Ради всех богов, прекратите! - взмолилась Синтия.
  Сага виновато опустила глаза, а Грифф отпил из кубка и, тяжело выдохнув, сказал:
  - Выйди из-за стола и проветри голову.
  - Грифф, нет! - Синтия жестом остановила дочь, готовую покинуть столовую. - Мы так долго не виделись!
  - Опять ты лезешь в мои методы воспитания, - скривился эльф.
  - Какое воспитание? Вы хоть думаете, прежде чем что-то сказать? Я не ребенок! - Сага опустила сжатые кулачки на стол.
  Семейная ссора грозила перейти в скандал, но ее погасило внезапное появление Свирельки, которая весело кувыркаясь в воздухе, впорхнула в окно.
  - Я пустила их по ложному следу! - пропела пикси, приземляясь на стол. - Грифф, ты - гений! Надо же было придумать такой восхитительный план с участием Саги! Я в потрясении, - она улыбалась во весь рот, попутно таская виноград и кусочки сыра с тарелки эльфа.
  - О, да! Спасибо, малышка, - на хорошо очерченных губах Гриффа заиграла самодовольная улыбка. - Прежде, чем ввязаться в политическую авантюру, я долго прикидывал: и так и этак. Знаешь ли, одно дело - найти, и совсем другое - украсть. И тогда я подумал, что лучшего похитителя, чем моя Сага, на всем свете не сыщешь. У дочки особый дар - притягивать удачу напополам с переделками.
  - Бесподобно, - Свирелька кивнула кудрявой головкой. - На Унфреде долго будут помнить наше вторжение.
  - Это вторжение стоило мне целого состояния, а на подготовку ушли годы, - подхватил воодушевленный похвалой эльф. - Абелоун тоже хитер. Все ищут наследника королевства Хельм, обыскивают отдаленные тюрьмы, рыщут в столицах, и никому не приходит в голову повнимательнее взглянуть на детей Граннуса. Точнее, на 'старшего', которого 'сослали' учиться на Уинфред.
  - Между прочим, я том Уинфреде едва не погибла! - со злостью крикнула Сага. Рик тогда очень помог ей. Да и вообще он не раз спасал ее! А она, получается, отплатила ему злом за добро?
  Сага горько усмехнулась и взглянула на Грифа. Как же она разочаровалась в отчиме. Он заставил ее действовать практически вслепую, поделившись лишь крупицей информации, и 'напялив' на эту авантюру приличную обложку с надписью: 'Спасем похищенного принца королевства Хельм'. Она исправно (ну почти!) держала связь со Свирелькой, которой, в свою очередь, руководил Грифф. Иногда Сагу поторапливали, иногда просили подождать, потянуть время. Иногда она сама теряла с ними связь. А что в итоге? Если б она только знала, во что превратится ее 'благородная миссия'! Конечно она догадывалась, что Грифф и Свирелька что-то недоговаривают и честно предупредила принца.
  'Ну почему я не рассказала ему все, что знаю!' - Сага закусила губу. Наверное она боялась того, что он отвернется от нее, боялась того, что он лишний раз убедится в том, что они не пара. Еще бы! Хороша семейка: отчим - вор, мать - бывшая прачка. Боги, как же она запуталась!.. Впрочем теперь поздно думать об этом. Грифф провернул сделку всей жизни, а принц, в конечном счете, попал в руки того, кто предложил самую выгодную цену! Боги, ну почему это был не наместник Левелис?
  - Ну и задачку вы мне задали, попав к моим собратьям, - продолжал эльф. - Пришлось поднять старые связи, раскошелиться на флот. И даже пустить слух, что вызволяем из беды наследника Сейда. Впрочем, большинству пиратов наплевать. Главное чтобы их карманы были набиты звонкими возможностями.
  - Хорошо то, что хорошо кончается, - сказала Свирелька и поддев Сагу локотком, со смехом добавила: - А я уж думала, что ты падешь под чарами принца.
  Та кисло улыбнулась своему отражению в надраенной до блеска серебряной соуснице:
  - Почти попала, да вовремя вырвалась.
  - Моя маленькая девочка повзрослела, а я и не заметил, - Грифф потрепал ее по щеке. - Как-то грустно от этого.
  - Ничего. Новый ребенок тебя развеселит, - Сага встала из-за стола и отправилась в сад. Что, вообще, этот слащавый эльф знает о грусти?
  
  Глава 20
  
  And so the castles made of sand
  Melts into the sea eventually
  
  Jimi Hendrix, 'Castles Made Of Sand'
  
  Рик не имел ни малейшего представления о том, где находится. После того 'знаменательного события' в прекрасном саду, миновало четыре дня, три из которых он провел в каюте корабля, плывущего в неизвестном направлении. Со всех сторон снова звучал орбанский язык и вроде бы угасшая ненависть к вражескому языку, разгорелась новым пожаром. Абелоун больше не появлялся в поле зрения принца, в отличие от Вальеса. Впрочем, Рику было все равно. Слуги герцога из кожи вон лезли, чтобы угодить принцу: готовили изысканные блюда, набили сундуки изысканнейшей одеждой, украсили каюту цветами. Иногда принца развязывали и массировали онемевшие руки, предварительно напичкав хорошей порцией снотворного, 'любезно' подсыпанного в напитки. Юноша догадывался, что снотворным дело не ограничится и ему предстоит выпить зелье забвения. Ученик Арнедо - алхимик Неймар - не знал себе равных в зельеварении, хотя и твердил на каждом углу, будто Абелоун давно затмил его на поприще зельевара. Но как бы там ни было - кто-то из этих двоих приготовит зелье и Рик забудет свое настоящее имя, а все что произошло с ним за время побега с Уинфреда, он станет воспринимать как долгий, красочный сон. А дальше его вновь загрузят ненужными лекциями, занятиями верховой ездой, танцами, чистописанием и прочим, прочим.
  Юноша лег на широкую кровать с балдахином и устало прикрыл глаза. Кажется, его вновь опоили сонным зельем: веки слипались сами собой. Перед внутренним взором возник образ Саги. Как всегда, она присутствовала в каждом его сне, что не мало злило принца.
  'Я не хозяин собственной жизни и хозяин своим снам', - в такие моменты он хотел как можно быстрее выпить зелья забвения.
  'Не верь Свирельке!' Сон был каким-то быстрым, состоящим словно из отрывков. Они вместе с Сагой убегали от пикси, которая превратилась в краба, исполинских размеров.
  Боги, как он ненавидит себя за любовь к Саге, и за свое малодушие! Им вновь собираются воспользоваться, как еще не пришедшей в негодность старой вещью, а он, вместо того, чтобы бороться за свою свободу, мечтает испить зелье забвения! Во сне Рик смотрел на хельмскую монету, но она представляла собой девственно-чистый кусок серебра, которому лишь придали круглую форму.
  'Тебе нужно бороться не только за свое будущее, но и за свое прошлое', - слова, сказанные Сагой, прозвучали как гром среди ясного неба.
  Принц хотел наговорить ей гадостей, но почему-то говорил о любви, обращаясь к пестрому слову Сэвори Сигнитта.
  Рик ощутил чьи-то теплые ладони на спине и руках. Он чувствовал, как все быстрее побежала кровь по венам и как тысячами маленьких булавочек возвращается жизнь в онемевшие кисти.
  - Какой красавчик, - он почувствовал легкое прикосновение к губам, а затем к подбородку. - Может побрить его для начала?
  - Дурочка! - рядом раздался другой женский голос. - Абелоун с тебя шкуру спустит! А потом вышлет вон из замка за самоуправство.
  - Он сказал, чтобы мы исполняли любую прихоть его высочества!
  - Какие тут прихоти, если он постоянно связанный и спит?
  - Вот сейчас и посмотрим.
  Принц почувствовал, что с него снимают штаны. Но хлопнувшая дверь, оборвала дальнейшие действия женщин. Он осторожно приоткрыл левый глаз и увидел двух адепток Цезерина. Значит, слухи о том, что 'дядя' любит пользоваться их 'услугами' не такие уж безосновательные. В душе всколыхнулась волна гнева. Абелоун забрал у него абсолютно все, включая воспоминания, а взамен он 'благодушно' поделился своими шлюхами.
  'С утра резвимся в 'племянником', вечером - с 'дядей'!' - руки принца непроизвольно сжались в кулак. Сознание возвращалось, мысли становились более четкими.
  'Странно, - подумал он. - Они не знают о том, что с каждым разом нужно увеличивать количество капель снотворного, особенно когда речь идет о молодом организме?'
  - Как насчет встречи вечерком? Выпьем вина, посмотрим на звезды. - Кто-то из псов флиртовал с адептками, а те жеманно хихикали в ответ. Принц аккуратно скосил глаза: четверо. Всего-то.
  В голове пронеслась шальная мысль 'Когда, если не сейчас?', вдоль позвоночника и по рукам заструилось тепло, а в ладонях бушевал настоящий пожар. Взрывная волна впечатала адепток в стену, псам вообще не повезло: один обратился в угольки за считанные секунды, второй впечатался в дверной косяк, сполз на пол и затих в лужице крови, капающей с размозженного затылка. Наука Андэля очень пригодилась. Осознание того, что он натворил пришло не сразу. Закусив губу, Рик сделал глубокий вдох и приказал себе не думать о только что убитых орбанцах. Война еще не окончена и раз его народ воюет, то чем, собственно, он отличается от своего народа? Сейчас главное не мешкать. В дверь постучали в тот момент, когда Рик избавлялся от следов битвы, спрятав обгоревшее тело в шкаф, а остальные затащив на кровать.
  - Что? - навстречу капитану стражи вышел всего один псов Цезерина.
  - Чего там? - он заглянул за плечо мужчины: на кровати лежал полуобнаженный принц со связанными руками, а рядом сидели обнаженные адептки. Адептки хихикали, а принц смотрел на них словно завороженный. По крайней мере так показалось капитану.
  - А где Сонмер?
  - В шкафу, - честно ответил 'пес Цезерина'.
  - А ты, что же? - осклабился капитан.
  - Я в этих извращениях не участвую.
  Капитан прикрыл дверь и подал знак стражникам: мол, все в порядке. Те вновь выстроились по стойке смирно.
  'Дюжина солдат, дюжина псов, - мысленно усмехнулся Рик, проходя сквозь живой коридор, состоящий из стражников. - Какой ты перестраховщик, Абелоун!'
  Интересно, сколько пройдет времени, прежде чем стража обнаружит морок? Полчаса? Больше? Как бы там ни было, нужно поторапливаться. Из разговора адепток, принц уяснил для себя, что находится на острове, в замке. Только вот в каком именно? Он замедлил шаг и провел рукой по стене, сложенной из крупных камней.
  'Канильский камень!' - безошибочно определил Рик. Курс истории королевства Орбан повествовал о том, что орбанцы никогда не считали архитектуру своей сильной стороной и все замки возводились под чутким руководством приглашенных из Гортакса архитекторов. Канильский камень был любимым материалом архитектора Валгона, гений которого подарил орбанцам два замка - Тербский на материке, Йомборгский - на острове.
  'Значит, Йомборг', - принц помнил, что от острова со странным названием, два дня пути до материка. Рядом находился еще один остров - поменьше, именуемый Глисс, на котором, не разгибая спины трудились гремлины. Трудились они, конечно же, на благо королевства Орбан, а работа заключалась в том, чтобы выращивать в местных теплицах фрукты и овощи для орбанцев. Здешний климат, в отличие от материка, позволял собирать богатые урожаи.
  Рик выглянул в бойницу, чтобы еще раз убедиться в правоте своих суждений. Солнце тонуло в море, выплеснув теплые краски в воду. У причала был пришвартован один-единственный корабль. Возможно на нем привезли ценного пленника. Сам Рик не мог вспомнить ни одного момента, связанного с высадкой на остров или того, как он очутился в замке - пленители не пожалели снотворного.
  - Хелленд! - по коридору пробежалось гулкое эхо. Рик обернулся. Это была непроизвольная реакция, которая, впрочем, сослужила ему верную службу.
  - Хелленд! - повторил подошедший к нему пес Цезерина. - Нужна помощь на складе. Пойдем. Ты же знаешь старик Неймар, прихвостень Вальес и его Святейшество не любят, когда мы сидим без дела.
  Вот это удача! Ему было жизненно необходимо затеряться среди псов. Хотя, когда установят личность убитых, его вычислят на раз-два, но он надеялся, что к тому времени будет далеко отсюда.
  - Неймар на острове? - осторожно поинтересовался Рик.
  - Да где ему быть? Заперся у себя и сидит как сыч.
  - А что, его Святейшество и герцог Вальес тоже на острове?
  - Если бы! В Аркс прибыла целая делегация: посол и парочка подручных Левелиса, - пес с издевкой захихикал. - Утверждают, что мы взяли в плен отпрыска покойного Сейда. Они даже располагают доказательствами и свидетели есть. Вот чего они этим добиваются? Как будто наш король отдаст им парнишку. Ага, поищите простачка в другом месте!
  Принц улыбнулся в ответ. Значит, Абелоуну сейчас не до него и тот просто выжидает.
  Они спускались по узкой лестнице, настолько узкой, что всем встреченным по пути слугам приходилось спускаться обратно.
  - Лучше скажи, как мальчишка? - спросил спутник.
  - Нормально, - Рик пожал плечами. - С девчонками развлекается.
  Пес осклабился и, понизив голос, изрек:
  - Абелоун и не сомневался. Он так и сказал, что никто не устоит против его красоток.
  'Так уж и никто!' - мысленно фыркнул Рик.
  - Ходят слухи, что мальчишка сначала позабавился с дочкой Гриффа.
  - Да хоть с Инферно! - Честно признаться, у принца зачесались кулаки. Пускай Сага оказалась предательницей, но любые слова из уст этого тщедушного мужичонки звучали как личное оскорбление.
  - Не удивлюсь, если так. - Мужчина перешел на шепот: - Кстати, говорят, что у Граннуса и Абелоуна все бабы общие. Типа брат делится с братом, по негласной традиции.
  'Вот ведь орбанский гадюшник!' - внутренний голос был полон сарказма. Юноша почему-то вспомнил первую встречу с Сагой и то, как они сидели под кроватью во время любовного акта.
  - Да ты никак покраснел? - Они вышли во внутренний двор замка.
  - Угу! - буркнул Рик, мысленно проклиная наблюдательность попутчика. - Покраснеешь тут! Особенно когда представишь что с тобой сделает Абелоун за распространение сплетен.
  - Не Абелоун, а Его Святейшество, - машинально поправил пес и тут же новый, полный подозрения взгляд: - Ты сегодня странный какой-то. Ну-ка, - он сдернул с себя плащ и повернул так, что изображение нарвала очутилось на уровне глаз юноши: - повтори присягу.
  Рик поспешил исправить прокол и, опустившись на правое колено, преклонил голову перед изображением.
  - Единственно верный путь во тьме мирской ведет к Цезерину. Сердце братства неделимо, и воля Цезерина - моя воля, кровь Цезерина - моя кровь. Клянусь честью предков, что буду проводником воли наместника Цезерина отныне и во веки веков. Клянусь, что пресеку любые происки нечестивого священным копьем нарвала. Хвала Великому Цезерину! - прочувственно отбарабанил Рик, в довершении всего коснувшись губами края плаща. Тщедушный мужчина успокоился и с торжественным видом повторил последнее действие принца. Возможно таким образом псы изобличали шпионов в своих кругах. Во-первых, слова присяги записаны на старо-орбском, который редко использовался в повседневном обиходе; во-вторых, присяга произносилась с особой интонацией. 'Будущему главе' дома Цезерина полагалось знать все нюансы. Юноша с содроганием вспоминал муштру Абелоуна и Бертока. Мог ли он представить тогда ситуацию, подобную этой?
  - Нашли время и место! - над ухом раздался досадливый голос проходившего мимо пса. - У нас на разгрузке рук не хватает, а они прохлаждаются!
  - Но-но! Здесь все серьезно, - спутник Рика, поднялся и погрозил пальцем 'обвинителю'.
  Принц последовал примеру пса. Вот он опять среди орбанцев, свободно общается на языке врагов и даже 'присягает на верность' Цезерину. Прежняя жизнь почему-то не хочет выпускать его из липких пальцев.
  На складе вовсю кипела работа: псы и слуги намеревались управиться засветло, поэтому даже думать не желали о пятиминутных перерывах. Закатав рукава, Рик тот час же залез в одну из пустых повозок, которые, разгрузившись, отправлялись к причалу за новой порцией груза. Вид суетящихся 'братьев' настраивал на благодушный лад. Пока что он был в доску своим и, надо отдать должное Абелоуну за то, что псам разрешалось снимать перчатки лишь на время принятия пищи и на время сна.
  Для вида потаскав тяжелые ящики с провиантом (еще одно доказательство того, что Йомборг теперь играл роль Уинфреда), Рик под каким-то предлогом улизнул в направлении пляжа и скрылся среди серых камней. Изначальный план побега на корабле не выдерживал никакой критики. Когда его хватятся, то первым делом побегут на корабль. Он мог позаимствовать одну из спасательных шлюпок, но бдительная команда не даст проделать это незаметно, да и к тому же каждая лодка на учете. Нет, нет! Ему жизненно необходимо заставить цезеринов поверить в то, что он все еще на острове. Значит, нужно придумать что-то другое. Пока еще есть время. Глаза шарили по замусоренному пляжу. Вот оно! Взгляд остановился на старом пирсе, в котором не хватало половины досок. Пожалуй, получится неплохой плот.
  'Главное доплыть до соседнего острова', - Рик мысленно обозначил цель, и стянул перчатки. Для осуществления задуманного ему требовалась хмурая погода с туманом и пеленой, сотканной из мелкого, противного дождя.
  
  Плот размеренно покачивался на темной поверхности воды. Рик еще раз проверил узлы веревок, которые держали доски вместе. Просоленные веревки, найденные на пляже, среди прочего мусора, отнюдь не были надежными, и плот мог развалиться в любой момент. Но крики, донесшиеся до его слуха со стороны корабля, поторапливали его и придавали решимости.
  'Представляю, что творится в замке!' - думал он, орудуя наспех починенным веслом, у которого была отломана рукоять. На протяжении десяти минут моросящий с неба теплый дождь был единственным очевидцем побега с Йомборга. По острову с угрожающей быстротой расползались клубы тумана. По хорошему счету, нужно стереть Йомборг с лица земли, но Рика словно что-то останавливало. Он больше не желал проливать кровь, по крайней мере, пока его не загонят в угол.
  Дорога до Глисса - а юноша стремился именно туда - отняла много сил и времени. Только добравшись до середины пути, он позволил дождику прекратиться, и немного расчистил небо, чтобы осмотреться. Течение относило плот в сторону, но Рик довольно быстро выровнял курс. Он старался не вслушиваться в угрожающие стоны своего плавательного средства, устремив взгляд на темный силуэт острова. Только бы возле берегов не было подводых рифов, ведь его утлое 'суденышко' запросто может разлететься в щепки лишь от одного удара о камень. Но пока ему необычайно везло, и страхи оказались напрасными. Он мысленно ликовал, бредя по пояс в воде, в направлении спасительного берега. Добравшись до суши, он повернулся в сторону моря, стянул перчатки и призвал небольшую волну, которая вынесла плот на песок. Рик схватил плот за веревки и потянул на себя, чтобы отступающая волна не утащила его за собой. Плот жалобно 'крякнул' и раскололся напополам. Принц со злостью пнул песок.
  'Но с другой стороны, могло быть и хуже', - подумал Рик. Ведь плот мог развалиться не сейчас, а на середине пути до острова.
  Высушившись и отдышавшись, Рик побрел вдоль пустынного пляжа, не решаясь уйти вглубь Глисса. Да, у него была внешность какого-то Хелленда, что само по себе было лотереей: псы могли связаться с подельниками и предупредить их о случившемся. Нога запнулась о камень и Рик свалился в холодный песок. Только сейчас к нему пришло осознание того как сильно он устал. Закутавшись в плащ, юноша притулился к стволу одинокой лиственницы.
  Протяжные крики чаек дробили сон на части, впоследствии чего Рик проснулся с головной болью. Благодаря прошедшему ночью дождю вода была теплой, словно парное молоко. Принц выплеснул пригоршню воды на лицо, жалея о том, что у него нет времени на то, чтобы искупаться. При свете расцветающего утра Глисс выглядел гораздо дружелюбнее. В центре острова виднелся шпиль какой-то постройки. Пройдя дальше, он заприметил невысокую скалу, густо усеянную лиственницами и папоротником. Под скалой располагалась часть теплиц, в которых, судя по деловитому шуршанию, вовсю кипела работа. Через полчаса он уже сидел на дереве и, поглощая скудный завтрак, вел наблюдение за гремлинами.
  Миновало полчаса. Рик слез с дерева, намереваясь подобраться ближе к оврагу. Сделав пару шагов, он вдруг почувствовал, как из-под опорной ноги уходит почва. Так, со звяканьем, бряцанием камней и добрым, увесистым пластом глины, он весьма эффектно предстал перед гремлинами, едва не врезавшись в ближайшую теплицу. Пугливые гремлины кинулись врассыпную, подальше от цезерина, свалившегося словно снег на голову.
  - Мастер, мастер! - с такими словами к нему подошла парочка гремлинов похрабрее. На каждом ухе стояло клеймо, изображающее нарвала. Гремлины впервые видели этого человека и хотели расспросить его кто он и откуда, однако плащ 'слуги' Цезерина быстро привел их в чувство. Гремлины помогли Рику подняться, а сами плюхнулись на колени.
  - Где мои братья? - принц старался говорить сурово и властно. Старания увенчались успехом: гремлины все как один распластались по земле.
  'Вот дьявол!' - Рик понял, что перестарался. Он отряхивал одежду и ждал, пока трудяги оправятся от страха, но напрасно. Кажется, они вознамерились проваляться так до самого вечера.
  - Ладно. Не поминайте лихом, - принц ретировался, прихватив с собой ближайшего гремлина.
  'Надеюсь, что его никто не хватится', - с этой мыслью он тащил 'пленника' к берегу. Там укрывшись среди камней, принц устроил гремлину допрос.
  - Как тебя зовут?
  - Лу Косолап, мастер, - жалобно пискнул гремлин и тут же заканючил: - Мастер, пощади! Я не хочу на корабль. У меня дети...
  - Тихо! - Рик старался изображать не склонного к уступкам пса Цезерина. - Спрашиваю еще раз: где мои братья?
  - Водят за нос торговцев. Ну, развлекаются, как обычно, - ответ был весьма туманным. Гремлин вновь переключился на жалобный тон: - Мы так страдаем! Им не жаль нас. А я не хочу! - Подкрепляя жалобы жестом отчаяния, Косолап выдрал клок собственной свалявшейся шерсти.
  Рик покачал головой. Жизнь рабов на острове шла своим чередом, а приставленные к ним псы явно плевали на горести и невзгоды порабощенного народца. Длинный нос Лу скривился на бок. Скорченная гримаса обнажила неровные зубы. Рик читал, что у этого народца весьма своеобразные стандарты красоты: чем больше неровных зубов у гремлина, тем лучше. Кажется, дело заключалось в подражании верховному божеству гремлинов, который всегда изображался преувеличенно свирепым и кривозубым.
  - Ох! Вон они! - взвизгнул Лу, трусливо прижимая уши.
  Обернувшись, Рик увидел приближающихся к берегу людей. Судя по разнотипной одежде, люди не имели ни малейшего отношения к псам Цезерина. Их было две дюжины - не меньше. И почти каждый тащил на плече мешок. Процессия шла молча, поэтому принц заметил их лишь благодаря 'пленнику'. Так же 'благодаря' пронзительным визгам Косолапа, незнакомцы заметили Рика.
  - Замолчи, идиот! - рявкнул Эверикон, с остервенением стаскивая собственные перчатки. Он намеревался прочитать 'Дыхание Альфар', но мир со звоном рассыпался на маленькие, разноцветные кусочки. Предавшийся панике гремлин, решил 'пожертвовать Цезерином', и на голову Рика обрушился мощный удар подобранной с земли доски.
  'Лу успеет убежать, пока злые люди будут заняты псом!' - подумав так, гремлин припустил со всех ног с места преступления.
  
  На этот раз его связали крепко, не делая скидок на высокое происхождение. Рик попытался скосить глаза и тихо застонал от боли. Каждая попытка взглянуть куда-либо отзывалась ноющей болью в висках. Затылок беспощадно пекло. Юноша ничего не видел в темноте, но судя по смутным ощущениям, перчатки все еще были на нем. Морок рассеивался: сначала у 'пса Цезерина' посветлели волосы, шевелюра стала гуще (Рик давно не стригся), а лицо постепенно приобрело правильные черты. Он попробовал пошевелиться и услышал характерный звук бряцнувшего железа. Значит, на него нацепили кандалы.
  Рядом ощущалось чье-то присутствие, кто-то жалобно всхлипывал, раздавался чей-то бессвязный шепот. Голова шла кругом или просто корабль плыл по сильно взволнованному морю. Рик попытался принять другое положение и немного размять плечи, чтобы кровь быстрее устремилась в зажатые сосуды и мышцы, и закусил губу, чтобы не заорать. Спину ломало так, словно до этого момента его запихнули в мешок и долго волокли по камням.
  'Может так и было', - он с трудом припоминал о том, что с ним произошло после незапланированной встречи с гремлинами.
  Валяясь в душном трюме, принц совсем потерял счет времени и поэтому очень удивился, когда хлопнула крышка и 'темница' озарилась ярким, почти невыносимым светом.
  - Минутка чистоты, - сообщил чей-то грубый голос. Рик внутренне напрягся из-за интонации, с которой говорил вошедший человек. И не зря. В трюм тот час же хлынул поток холодной воды. Морской воды, судя по тому, как заныли, защипали мелкие порезы. Еще он почувствовал магию: кто-то воспользовался заклинанием для того, чтобы устроить 'минутку чистоты'. Вода прибывала, раздались пронзительные крики. Немного привыкшие к свету глаза начали различать барахтающиеся силуэты. Это были гремлины. Из-за маленького роста им приходилось туго, ибо поток воды накрыл их с макушкой. Магу явно доставляло удовольствие взирать на мучения пленников.
  - И тебе, дылда, не помешает хороший душ, - гаркнул маг. Рик не сразу понял, что фраза обращена к нему. Лишь только после того, как его отбросило назад ударной волной.
  Разум постепенно всплывал из глубин забытья. Он почувствовал, что ему под голову положили теплую, упругую подушку. Кто-то с осторожностью погладил его по голове, тщательно избегая того места, где находилась рана. Пахнуло свежестью и морским ветром. Ветер касался нежным дыханием его закрытых век, и он хотел верить в то, что это было дыхание Саги.
  - Сага, - позвал он, не понимая на каком свете находится. Снова та же духота, на сей раз приправленная соленым привкусом на губах и промокшей одеждой. Боль в висках переместилась в область темечка, но, к счастью, была терпимой.
  - Мастер, мастер, - его настойчиво будили. - Скоро обед, мастер. Вам нужно очнуться, иначе Вам не достанется еды.
  Рик поморщился, аппетита совсем не было. Открыв глаза, он обнаружил, что лежит на коленях косматого гремлина, в то время как второй, со щетиной-ежиком на голове, склонился над ним и аккуратно потормошил за плечо. В отличие от Рика, с заломленными за спину руками, гремлинам надели кандалы на ноги, поэтому-то те и нахлебались воды во время принудительного купания.
  Сонно моргая глазами, юноша заставил себя сползти с гладких коленей гремлина. Он мотнул головой: кто-то наложил крепкую повязку на его рану.
  - Осторожно, мастер, - первый гремлин заботливо помог принцу перелечь на тщательно выжатый плащ с изображением нарвала.
  - Мастер, на Вашем затылке рана, - вторил другой гремлин, обладатель, или, скорее, обладательница гладких ног. - Неглубокая, да и кровь уже остановилась. Мы перевязали.
  - Благодарю, - пробормотал он в ответ.
  Подобная забота настораживала. Нет ли у его товарищей по несчастью камня за пазухой?
  - Ты, что ли, Лу? - спросил Эверикон слабым голосом.
  - Нет, мастер, - зашептал гремлин, - это я, Корник, с Уинфреда.
  - Мы с трудом узнали Вас, мастер, - в разговор включился второй гремлин. Судя по мягким интонациям, это действительно была женщина.
  - Да, - с жаром подтвердил Корник, а затем гордо изрек: - Сиренка видела Вас только издали, а я - вблизи. Поэтому я первый узнал Вас, мастер Юстиниан.
  - Не называй меня этим бестолковым именем! - рявкнул принц. Как ни странно, чувство злости придало сил, и он сумел подняться на ноги, когда пленниками принесли обед.
  Гремлины испуганно вжали головы в плечи и решили подождать, когда Рик немного успокоится. Порция водорослей и жесткие кальмары под густым, пряным соусом скрасили мрачный день. Правда раздатчик матерился как сапожник, от чего уши большинства гремлинов сворачивались в трубочку - в прямом смысле слова. Таким образом гремлины выражали чрезвычайное смущение. Сердобольная Сиренка кормила Рика с ложечки, а тот с неохотой жевал полученную порцию, в глубине души, надеясь, что несварение желудка благополучным образом обойдет его стороной.
  - Мастер, как теперь называть Вас? - Корник вновь заговорил с принцем, выгадав наилучший момент - соплеменники были заняты едой, а кое-кто даже порцией соседа, так что им было не до чужих разговоров.
  - Рик, - буркнул юноша.
  Сиренка тоже не осталась в стороне и, подождав пока принц прожует, уточнила:
  - Но это ведь точно Вы? Я...
  - Да он это! - гремлин бесцеремонно перебил ее. - Ты же слышала, что он четко произнес имя госпожи Саги! Да, я тоже помню его мальчиком, но человеческие дети, дорогая Сиренка, очень быстро растут и видоизменяются. Точнее, не быстро, а скачкообразно.
  Принц нахмурился (в последнее время он вообще редко улыбался): 'Правильно! Как я мог забыть, что этот Корник с Уинфреда?' Ведь именно для него, точнее, для Сиренки, Рик когда-то варил зелье трансформации.
  'Сага! Он упомянул Сагу!' - мысль о девушке откликнулась мурашками, пробежавшими по спине.
  - Расскажи о Саге! - он тот час же потребовал подробностей.
  - Что ж рассказывать? - вздохнул гремлин. - Нас подкупили люди Гриффа. Велели не упускать вас из виду, а впоследствии, попросить вас сварить зелье позаковыристее. У Гриффа имелись на ваш счет сомнения, - он перешел на едва слышимый шепот: - Ведь эльф знал, что ищет принца-архимага. Вот тогда-то я и подумал, что хорошо бы попросить о зелье трансформации. Мы с Сиренкой уж и не надеялись, - он подвел итог рассказу печальным вздохом.
  - Да, только благодаря вам, мы вместе, - подтвердила подружка гремлина.
  - Сомнительное счастье, - усмехнулся Рик, понимая, что гремлинов никто не освобождал от рабства и тут же с надеждой спросил: - А Сага?
  - Сага появилась позже. Грифф крутит ею как хочет, - Корник доверительно склонился к сдящему на корточках Рику: - Говорят, что раньше они сильно бедствовали, а Грифф обогрел их, не позволил умереть с голоду. На месте Саги я тоже был бы ему сильно благодарен.
  - Грифф вам заплатил? - принц подвинулся, чтобы прислониться к стене.
  - Да, мастер, - честно признался гремлин. - Но лишь за то, чтобы мы подбросили в ваши покои зеркало и попросили об услуге, касающейся зельеварения.
  - А зеркало зачем?
  - Ну как же? Мастер Грифф хотел посмотреть на вас.
  Теперь стало ясно, почему лицо эльфа, встреченного в саду, показалось знакомым. Тогда он думал, что пересекался с ним на Альфар, а все оказалось иначе. Рик вздохнул, невольно восхитившись изобретательностью, которую проявил отчим Саги.
  - Неужели он честно заплатил вам деньги? - принцу было все равно, он спрашивал просто для того, чтобы убить время.
  - О, да! Тех денег хватило, чтобы подкупить стражу. Мы сбежали на Мистоун и счастливо жили там, пока не пришла облава. Псы Цезерина скрутили нас и отправили на Глисс в качестве рабов. Там, конечно, было хуже, но все-таки мы были вместе с Сиренкой. А сейчас, - гремлины обменялись грустным взглядом, - нас могут разлучить. На невольничьем рынке нашего мнения никто не спросит.
  - Что? - Рик подавил нервный смешок. Да, он мечтал уплыть с Глисса, но не в качестве раба!
  - Все так, мастер, - всхлипнула Сиренка. - Нас везут на Касарр. На острове процветает работорговля. Раньше, в лучшие времена, хельмы боролись с работорговцами, а сейчас, после нечестной победы орбанцев, никому нет дела до рабов.
  - А что, разве псы не защищают вверенные им территории? - Ладно ослабленные войной хельмы, но почему прихвостни Абелоуна не дали отпор работорговцам?
  - Им все равно! Поговаривают, что псам тоже идет какой-то процент от продажи гремлинов. Поэтому Цезерины смотрят сквозь пальцы на исчезновение слуг.
  - Но я-то не гремлин! - напомнил Рик.
  Корник задумался, смешно при этом шевеля губами, будто смаковал сам процесс.
  - Мастер, - он заговорил через пару минут, и его предположение было донельзя логичным: - может, псы не знали о вашем существовании? Если так, то и защищать некого. А работорговцам вы, наверное, зачем-то понадобились. Просто так они никого не похищают.
  Принц кивнул и, немного отдохнув, попытался избавиться от своих оков. Безуспешно. Он попросил о помощи у старых, точнее, новых знакомых (ведь тогда, на Уинфреде, Рик даже не потрудился запомнить имя гремлина). Их помощь тоже оказалась бесполезной - 'пса Цезерина' заковали на совесть.
  'И кому только пришло в голову порабощать прислужника Абелоуна?' - его удивлению не было предела. Действительно, владеющий магией человек, вряд ли станет послушным рабом. Скорее, он разнесет всех и вся боевыми заклинаниями. Ну не станут же его вечно держать в оковах?
  
  Последующие дни и ночи переплелись в клубок спутанных ниток. Постоянный смрад, скудный рацион, купания в морской воде, после которых приходилось отогреваться, собравшись в кучу - спина к спине. Рик знал, что будет плохо, но не думал что настолько! Простуженный и подавленный, он, в основном, отлеживался возле стены. От кандалов жутко болели руки и спина, единственное, что немного утешало юношу - то, что его мучители, нацепили кандалы поверх перчаток. Если бы не краги, его запястья были бы стерты в кровь. В самые черные минуты отчаяния, Рик, зажмурившись, вспоминал путешествие на 'Нивхе' и Ус Богомола. То беззаботно проведенное время на пляже, когда они с Сагой плавали наперегонки, когда возводили крепости и закапывали друг друга в песок. Как бы принц того ни желал, эти воспоминания не хотели никуда уходить.
  'Разве все это было фальшью?' - он покачал головой, вспоминая счастливое лицо Саги.
  'Неужели из-за меня она так упрямо не хотела связываться со Свирелькой? - От этой мысли сердце вдруг забилось учащеннее, а от следующей мысли ухнуло в район желудка: - Ведь она купила мне билет на 'Малыша Лукреция'! Я мог бы преспокойно добраться до Хирша и давно бы сидел на хельмском троне, послушай я тогда Сагу!'
  Он ощутил подкатывающую волну жара. Если б он только мог прочитать заклинание - от простуды осталось бы лишь воспоминание! Принц высморкался в заботливо поднесенную Сиренкой тряпицу и пробормотал слова благодарности. Она откинула со лба его слипшиеся от пота волосы и пожелала спокойной ночи.
   'Нет! Хорошо, что я вернулся', - на лице появилась счастливая улыбка. Он вспоминал Альфар, поцелуи Саги, танец на празднике, и подумал, что без этих воспоминаний, он, пожалуй, сошел бы с ума.
  
  
  Глава 21
  
  So, now you know you could be dead before they let you
  
  Queen, 'Liar'
  
  Зычные крики на гортакском языке разлетались подхваченные сильными порывами ветра, дующего с моря. Вокруг стоял такой галдеж, что после времени, проведенного в трюме-тюрьме, любой шум воспринимался, как нечто пугающее. Яркий солнечный свет дезориентировал трясущихся от страха гремлинов.
  Рик щурился с непривычки, однако, страха не чувствовал и с наслаждением вдыхал свежий, солоноватый воздух. Пирс и вереница кораблей о левую руку навеяли мысли о доме. Впрочем где сейчас его дом?
  - Смотри, песик-то похорошел в неволе! - на свету кто-то из команды заметил разительную перемену во внешности Рика. Действительно: зашвырнули в трюм мужчину брюнета, а вывели светловолосого юношу.
  - Лучше б он в деваху превратился нам на забаву! - работорговцы скабрезно расхохотались.
  Кто-то грубо толкнул его. Пленники побрели вперед, спотыкаясь и гремя кандалами. Когда глаза немного привыкли к свету, принц увидел, что их подвели к некому подобию трапа. Ступени трапа издавали противный скрип, похожий на смех - злой, ехидный смех старого колдуна, потешающегося над покорными рабами. Сойдя на берег, Рик бросил свирепый взгляд на корабль работорговцев, от души желая им угодить в девятый вал.
  - Что, восьминога никогда не видел, орясина? - юнга потыкал в ростр корабля, который был выполнен в виде осьминога.
  Рик промолчал. Меньше всего в тот момент он интересовался 'восьминогом'.
  Низкие горы сгрудились возле темного вулкана - самой высокой точки острова. Из-за частых извержений жители покинули деревни, переселившись на соседние острова и оставив Касарр на откуп работорговцам, которые давно подыскивали для своих делишек место, подобное этому. Новую партию гремлинов, среди которых находился Рик, гнали к дальнему помосту, словно стадо баранов. Кто-то из работорговцев шутки ради подставил ножку возглавляющему шествие гремлину. Бедняга упал ничком на темный вулканический песок. Со стороны послышался гогот, повествовавший о непритязательном чувстве юмора местной публики. Если бы Рик не знал, чем торгуют на Касарре, то вполне принял бы сей рынок за обычный: где на прилавках возвышаются глубокие блюда с разноцветными горками специй; где мимо крикливых торговцев, расхваливающих товар, медленно, с достоинством продвигается повозка купца, везущего на продажу ковры, узоры которых вызывают рябь в глазах; где за полмонеты можно разжиться медовыми коврижками. Но здесь не водилось ни первых, ни вторых. И коврижки не продавали.
  Рика и гремлинов загнали на пустующий помост, облив напоследок водой из ведер. Вначале его возмутило подобное действие, но когда солнце начало припекать, он даже с благодарностью вспомнил недавний душ.
  - Ого, какой симпатичный! Его бы отмыть и подкормить, - рядом прогуливались две женщины, ведущие нарочито громкую беседу. Рик насторожился: неужели эта фраза относилась к нему? Он проследил глазами за женщинами. Те медленно прохаживались меж рядами, но взгляды сами собой возвращался в сторону помоста, который принадлежал новоприбывшим работорговцам.
  - О, бордель-маман пожаловала, - с долей обреченности прошептал ближайший гремлин. - Но все мы для нее - уроды.
  Юноша постарался улыбнуться потенциальной хозяйке. На данный момент, бордель представлялся ему единственным спасением. И в самом деле: что они могут противопоставить архимагу? Да он сбежит оттуда, едва переступив порог.
  Бордель-маман заметно оживилась, заметив улыбку Рика, и поспешила перекинуться парой слов с работорговцем.
  - 'Маг...', 'цезериновский...', 'Дурой будешь...', - по обрывкам фраз Эверикон понял, что напрасно надеется на легкий побег.
  - 'Хамло!..', 'Никаких скидок...', - ветер собрал ответные реплики и услужливо 'поделился' ими с принцем.
  Не прошло и пяти минут, как возле помоста объявилась очень полная пожилая женщина, в окружении слуг, которые обмахивали ее опахалами из павлиньих перьев, промокали обильно потеющее лицо батистовыми платочками и предлагали напитки. Она даже не взглянула на гремлинов, перейдя к главному вопросу:
  - Сколько просите за молодого человека?
  Работорговец тяжело вздохнул, будто отрывал от сердца собственного сына, и, взяв женщину под локоток, увлек в сторону (что было не так-то просто и быстро). Оба о чем-то жарко зашептались, нетерпеливо перебивая друг друга.
  Рик почувствовал на себе заинтересованный взгляд раба с соседнего помоста - джамна, сидящего в клетке, вместе с парочкой собратьев по несчастью.
  - Слышь, смазливый, это старушка Гариетт. У нее нюх на первоклассных любовников. Попадешь к ней - будешь жить как король, - с толикой зависти прошептал джамн, и, немного помолчав, мстительно добавил: - Если, конечно, тебя не прибьет предыдущий фаворит. Говорят, она любит, чтобы мужики дрались за ее расположение.
  - По-моему она давно потеряла нюх, - язвительно прошипел принц, пристально рассматривая необъятных размеров тушу и тут же скривился от боли.
  - Взгляд в пол! - работорговец напомнил главное правило, подкрепляя напоминание ударом хлыста.
  Поморщившись от боли, Рик выполнил требование, не забывая при этом прислушаться к разговору.
  - Он ответственности не несет, понимаете ли! - Гариетт в сердцах оттолкнула от себя работорговца и пошла прочь, переваливаясь словно утка. Толпа слуг устремилась следом за ней.
  - И не надейся, пес Цезерина! - джамн продемонстрировал щербатую улыбку. - На таких как ты здесь другой покупатель. А гладеньких да смазливых и без тебя хватает!
  - Слышь, парнишка, честное слово, я бы лучше к Веселому Бекку задом повернулся, только бы к Дымокуру не попасть! - как ни в чем ни бывало продолжал он, пользуясь тем, что работорговец, стоявший возле его помоста, отошел по нужде. - А ты попадешь! Потому что эти извращенцы боятся магов, а Дымокур их на ремни пускает. Чуешь разницу?
  Рик проигнорировал слова скалящего зубы джамна. Возле помоста крутилось много женщин разного возраста, взгляды многих были обращены к юноше. Любая из них могла стать его 'хозяйкой', его шансом на свободу. Повернув голову, Эверикон покосился на ржавые оковы вокруг запястий. Только бы освободиться!..
  Во время спора, который затеяли две женщины, устроившие настоящий аукцион из-за Рика, к помосту подошел жилистый старик. Одежда была бедной, поэтому на него почти не обращали внимания, а если и обращали, то стремились побыстрее отвести взгляд: левый глаз старика казался стеклянным из-за бельма, правый он подслеповато щурил.
  Работорговцы толклись меж посетителей, нахваливая 'свой товар' и соглашаясь сбить цену особо въедливым индивидам. Рик видел, как скуластый орбанец скупил половину гремлинов, с которыми принц столько суток делил трюм. Корник и Сиренка пока еще сидели в общей, поредевшей толпе. Кожа морских гермлинов была гладкой, в отличие от островных, из-за чего они пользовались повышенным спросом у рабовладельцев и к Сиренке уже пару раз приценивались.
  - Дьявол! Чего на пути стоишь, старая перечница? - недовольный возглас работорговца отвлек Эверикона от мыслей о дальнейшей судьбе гремлинов.
  Голос старика, огрызнувшегося в ответ, утонул в общем гвалте. Работорговцы загоготали во всю силу глоток, высмеивая чью-то остроту, пущенную в адрес престарелого посетителя ярмарки.
  Веселье длилось недолго. Один из работорговцев (судя по внешности - орбанец) перестал гоготать и, толкнув соседа, указал на левую руку старика, точнее, на культю. Сосед замолк. Рик готов был поклясться, что видит, как с лица работорговца схлынул загар. Люди и 'живой товар' тревожно зашептались.
  - Кого угодно выбрать, уважаемый мастер? - Теперь публика почтенно расступалась перед стариком, некоторые вообще предпочли смыться. Рик старался не глазеть и поэтому не сразу заметил, что старик остановился напротив и пристально изучает его.
  - У него все зубы целые, - работорговец на всякий случай 'прорекламировал' товар.
  - Не столь важно, - отмахнулся старик и с подозрением прищурился: - Черной магией занимается?
  - Да что вы? - 'оскорбился' гортаксчанин. - Вы только вглядитесь в эти чистые глазки! Такой и мухи не обидит!
  'Скажи это эмахам, которых я убил', - мысленно усмехнулся принц.
  К помосту подбежала очередная бордель-маман: вспотевшая, взлохмаченная и недовольная.
  - Да что ж такое? - возмущалась она, оттесняя старика от Эверикона. - Только отойдешь на пару минут, деньги перезанять, так эти, - она энергично кивнула на замерших работорговцев, - уже втюхивают мальчишку кому-то другому! Двести! - она сразу же озвучила цену Рика.
  - Но мадам знает, что он - маг. Потом сами же будете претензии предъявлять, если живы останетесь, - насупился работорговец в потертой шляпе и полосатых штанах.
  - Не ваша забота! - женщина пошла напролом к помосту.
  - Двести пятьдесят, - тихий голос старика настиг ее возле ступеней.
  - Двести шестьдесят! - она резко обернулась, демонстрируя презрительный оскал.
  - Триста, - пожилой мужчина то ли не умел, то ли не хотел тратить время на торг.
  Женщина вновь обернулась, на сей раз, чтобы продемонстрировать злобную гримасу. Стало понятно, что ей нечем крыть.
  Работорговцы подвели закованного в кандалы Рика к 'хозяину' и поклонились, демонстрируя глубочайшее почтение. Старик ответил на неуклюжие поклоны кивком головы и, попрощавшись, потянул принца в направлении пирса. Рик бросил прощальный взгляд на гремлинов: по щекам Сиренки катились крупные слезы, Корник хотел помахать ему рукой, приободрить, но тут же опустил руку, услышав свист хлыста.
  Во время пути с Кассара до соседнего острова, загадочный 'хозяин' не проронил ни единого слова. Они плыли на небольшом парусном судне. Но прежде, чем очутиться на его палубе, Рик предпринял первую попытку побега. Он был выше старика на полторы головы и сильнее, потому что на его стороне была молодость. Но, на проверку, ни первое, ни второе, ни третье не уберегло от скорой поимки. Старик плохо бегал, но зато мастерски пользовался хлыстом. Один щелчок и Рик распластался на песке. Загремели железки. Принц почувствовал холод железа: на лодыжках сомкнулись кандалы. Он попробовал лягнуть старика, но тот придавил его к земле и начал душить хлыстом. Рик потерял сознание, а когда очнулся, обнаружил, что лежит на палубе корабля, прикованный к мачте. Работорговцы тоже надевали на него кандалы, предварительно вывернув назад руки. Их можно понять - они перестраховывались. Старик применил тот же метод, только не стал выворачивать руки.
  'Что б тебе никогда попутного ветра не знать! - в сердцах пожелал юноша, прожигая полным ненависти взглядом сутулую спину старика. - По-моему, у него что-то с головой. Безумец, одним словом!' Рик не знал, куда его везут и долго ли продлится их путешествие, а расспрашивать не хотел. Слишком много чести!
  К закату, суденышко причалило к старому пирсу маленького островка, с виду, необитаемого. Хотя возле пирса покачивалась парочка лодок: одна с рыбацкими сетями, притороченными к корме, другая - полузатопленная, с пробоиной. Старик долго осматривал остров, а затем, повернулся к 'рабу':
  - Я - Дымокур. Но я не разрешаю называть себя по имени, - голос старика был тихим, но все равно в нем чувствовалась опасность. - Для тебя я 'хозяин'. Понял?
  Рик не ответил. Значит, вот про кого рассказывал тот раб на соседнем помосте. Пугал или говорил правду? Дымокур усмехнулся, прошелся вдоль палубы, насвистывая простенький мотивчик, затем резко развернулся и ударил наотмашь по лицу. Юноша едва удержался на ногах, почувствовав привкус крови. Силы в единственной руке деда было не занимать.
  - Понял?
  - Да! - процедил сквозь зубы Рик, слизывая кровь с разбитой губы.
  - 'Да, хозяин'! Повтори! - хлыст безумца раз за разом опускался на его плечи.
  Эверикон выполнил требование, и удары прекратились.
  - Усвоил, - старик удовлетворенно кивнул головой. - А теперь сними свой амулет и выбрось за борт.
  - Это не амулет!.. - возражения были прерваны ударом хлыста. - Да, хозяин, - бесцветным голосом произнес Рик, избавляясь от 'гильзы'.
  Дымокур первым сошел на берег, и присев на перевернутый вверх дном бочонок, наблюдал за тем как Рик, плетется по затрапезному корабельному трапу, очень стесненный в движениях из-за кандалов на руках и ногах. Дымокур с помощью заклинания закрепил трос корабля.
  - Пойдешь первым, - он грубо толкнул юношу. - Я покажу твой дом.
  - Разве ты не хочешь посмотреть, на что я способен... хозяин? - поинтересовался Рик. Его побег будет легким. Возможно, ему даже не придется убивать беднягу.
  - Еще не время, 'пес Цезерина', - старик усмехнулся, словно угадав намерения своего раба.
  - Зачем я тебе?
  - Молчать!
  Кончик хлыста распорол рубаху. Принц вздрогнул от боли и начал продираться сквозь кустарник, в который упиралась едва заметная тропинка. Расстояние от пирса до убогой лачужки насчитывало не больше пятидесяти шагов. Оно и понятно - остров маленький, особо не разгуляешься. Старик долго возился с ключами, перебирая связку одной-единственной рукой. Рик, тем временем, осматривал плешивый клочок земли, на котором сгорбилась посеревшая лачуга. Справа, за редкими деревьями, виднелась еще одна постройка, которая выглядела гораздо приличнее, чем первая.
  'Небось там и живет', - принц немного подвинулся, ибо ствол дерева закрывал половину обзора.
  - Знаешь поговорку 'любопытство кошку сгубило'? - Рику показалось, что глаза Дымокура замечают все, и даже бельмо не помеха. Старик щелкнул замком и затолкнул 'раба' внутрь лачуги.
  Запах мертвечины заглушал остальные запахи: плесени и гнили. Юноша покачнулся, но удержался на ногах. В полутемном помещении находилось, по меньшей мере, девять трупов, разной степени разложения. Рик хотел отвернуться, но костлявые пальцы, вцепились в нечесаную шевелюру принца, удерживая на месте.
  - Смотри, - садистски зашептал старик, еще больнее сжимая пальцы, - смотри на своих предшественников. Кто-то был безумно глуп. Прости, я хотел сказать 'безумно храбр' для того, чтобы вызвать меня на поединок. Кто-то был очень самонадеян. Прости, я хотел сказать 'хитер' и думал, что я поверю в фальшивую преданность. Кто-то был очень забывчив. Прости, я хотел сказать 'злопамятен' и думал, что меня можно убить во сне. Иные оказались сопливыми дураками, которые предпочли смерть в первую же неделю.
  - Почему ты не предал их земле... хозяин? - Эверикон боролся с приступом тошноты.
  - Вот еще! Падали касаться! Лежат себе и лежат. Мне на потеху, будущим рабам в назидание. - Безумец разжал руку и сделал пасс: кандалы принца послушно обвились вокруг пустующего столба. - Смотри какое хорошее местечко, возле окошка, - напоследок проронил Дымокур.
  Дверь захлопнулась и Рик уткнулся носом в плечо, чтобы не чувствовать этого отвратительного запаха.
  'Боги! Куда я попал? Что ему нужно?' - юноша попытался стянуть перчатки, однако оковы крепко держали его запястья. Он проделал те же самые манипуляции с оковами на ногах - никакого успеха.
  Единственное окно лачуги смотрело на скалу, увитую ползучим растением, наподобие плюща. Рик выбил ногами окно, стараясь при этом не слишком шуметь. В затхлое помещение ворвалась долгожданная порция свежего воздуха. Конечно же смрад никуда не исчез, но дышалось легче. Рик смотрел исключительно в потолок, на незажженный факел, висящий у входа или себе под ноги. Липкий, приторный страх сдавливал горло, заставляя сердце пропускать удары. Он уткнулся лицом в колени и попытался представить, что находится на корабле, среди гремлинов. Самообман не удался, и до самого утра он не сомкнул глаз.
  - А! И ты окно разбил. Каждый следующий считает себя умнее предыдущего.
  Задремавший Рик вздрогнул от неожиданности. За окном маячило отталкивающее лицо Дымокура.
  - Послушай, - юноша поднялся с деревянного пола, и, глядя старику в глаза, продолжил: - отпусти меня. Есть люди, готовые заплатить за мою жизнь.
  - Вон на эльфа посмотри, который аккурат возле нужниковой двери лежит, - ответил Дымокур странно тихим голосом. - Тот, как и ты, пытался толковать о каких-то бесценных сокровищах и прочей чуши. И что в итоге? Сдох, падаль. Меньше остальных продержался - всего-то неделю! Такое впечатление, что назло мне сдох!
  Затем безумец выпростал руку и последние слова, которые услышал Рик: 'Я же повелел обращаться ко мне 'хозяин!' Хлипкая постройка покачнулась, звякнули останки стекла, а юношу отбросило к противоположной стене заклинанием. Если бы не тяжесть кандалов, он наверняка приложился бы затылком, а так всего лишь ободрал локти в кровь и выключился на пару минут.
  - Выходи! - приказал Дымокур. Ощутимый тычок в спину заставил очнуться и встать на ноги. Пошатываясь, принц вышел из смердящего могильника. Казалось, что тошнотворный запах впитался в его одежду, волосы и кожу. Теперь он едва не сходил с ума, вдыхая свежий воздух. Пахло не только морем, еще костром и... горелой кашей. Рик вдруг ощутил зверский голод. Последний раз он ел на том злополучном корабле, доставившем его на невольничий рынок. Дымокур сыто отрыгнул, с интересом рассматривая Рика.
  'Только бы он захотел проверить мои магические способности!' - Рик даже скрестил пальцы на удачу.
  Кажется сытный завтрак настроил безумца на благодушный лад. Поэтому он ограничился всего одним ударом плетью, примененным в воспитательных целях, а потом заговорил:
  - Видишь, у меня нет одной кисти, - старик продемонстрировал принцу левую руку, - это из-за моей глупости. У меня тоже когда-то был хозяин. Я пытался бежать, пытался применять магию против него. Таким глупым я был. Но теперь трудно найти человека, более преданного, чем я. Жаль, что он понял это лишь под конец жизни.
  'Этот раб зовет себя человеком!' - мысленно усмехнулся Рик.
  - Ты ведь не хочешь моей судьбы? - старик вновь окинул его пристальным взглядом.
  Принц помотал головой. Для мага лишиться одной руки приравнивалось к смерти. Может признаться безумцу в том, что ему подфартило купить стихийного мага? Неужели старику не захочется проверить подлинность его слов, что означало бы избавление от оков и перчаток и, как следствие, долгожданную свободу? Вчера Рик не задумываясь открыл бы старику глаза, но сейчас он сильно сомневался в адекватности Дымокура.
  - Сначала мы с тобой совершим налет на золотые прииски Дрейка. Затем, на склады Игги. А потом, можно вмешаться в политику. Убивать, подкупать, стравливать, - продолжал старик, наклоняясь к низкой скамейке, на которой разместился покрытый сажей котел. - В общем, если будешь стараться, то из нас получится отличный дуэт. А пока ешь! - он шваркнул котел под ноги Рика. Обоняние не подвело. В котле действительно была каша. Подгорелая.
  - Благодарю, хозяин, - Рик попытался придать голосу раболепную интонацию. Получилось вполне правдоподобно.
  Остаток дня юноша наводил порядок в жилище старика: мыл полы, посуду и до блеска надраивал прокопченные котлы. С кандалами работалось вдвойне тяжелей, но Рик не жаловался, прекрасно понимая, что мучитель чужд жалости и состраданию. В тот день он не предпринял попытки сбежать, не потому что не хотел, а потому что повсюду его сопровождал Дымокур. Он приучал 'раба' к своему обществу так же, как хозяин приучает дикую собаку к своему обществу.
  'Только моя конура далека от идеала!' - мысленно усмехнулся принц, нехотя переступая порог скорбной обители. В этот раз он вымотался настолько, что сон не заставил себя долго ждать. Во сне он сидел на троне посреди роскошного зала, ожидая прихода Арнедо, однако бывший учитель так и не объявился. Сон выпустил из объятий под утро, в тот час, когда солнце еще не взошло, а небеса уже посветлели. Рик с наслаждением размял затекшие мышцы, в которых, к слову, ощущалась болезненная слабость. Мысль о побеге не давала ему покоя. Он с отвращением посмотрел на 'соседей' - кто-то из них был прикован цепями к столбу, у иных не было даже кандалов.
  'Им не удалось сбежать, - прежняя уверенность в побеге куда-то исчезла. - Не думаю, что они были плохими магами'.
  Он намеренно подошел к трупу эльфа, потому что представители народа Альфар всегда славились магическими ухищрениями и уловками. Ему было любопытно и отвратительно одновременно. Мучитель говорил о том, что эльф продержался всего неделю. Означало ли это, что здесь не обошлось без какого-то хитрого заклинания? Раритетные письменные источники утверждали, будто особо поднаторевшим в магии эльфам по силам творить заклинания одним лишь словом, без магических пассов. Информация была непроверенной и неофициальной, так что старик вряд ли знал о подобных особенностях народа Альфар. Рик склонился над бедолагой: печать тлена едва коснулась благородного лица, которое отчего-то показалось принцу знакомым.
  'По-моему я начинаю сходить с ума!' - Рик готов был поклясться, что тело эльфа источает запах пряных трав.
  Он медленно обшаривал карманы добротного костюма для путешествий. Карманы оказались пусты, в отличие от голенища правого сапога, в котором пальцы принца нащупали тугой, бумажный комок. Подойдя к окну, юноша прислушался к звукам снаружи. Ничто не выдавало присутствия старика, и он поспешил ознакомиться с содержимым находки. Внутри жеваного листа обнаружились идеально ровные буквы всеобщего, похожие на эльфийскую вязь. Буквы местами поблекли, но не настолько, чтобы послание не поддавалось чтению.
  
  'Приветствую тебя, несчастный маг, очередной раб жестокого старика! К счастью, я задержался в неприятной компании ровно столько, сколько требовала моя совесть. В первый день я пытался убедить 'рабовладельца' в ценности своей жизни и в том, что есть эльфы и даже люди, готовые заплатить щедрый выкуп, но меня жестоко прервали.
  В первую ночь я не сомкнул глаз и говорил с призраками тех, кто находится в комнате. Мною были услышаны чудовищные подробности их кончины.
  Теперь я каждую ночь общаюсь с духами. Мне кажется, что я начинаю сходить с ума. Выход. Должен быть выход из этого безумия. Все чаще склоняюсь к мысли о черной магии. Смешно: из одного рабства в другое.
  Призванные мною демоны оказались весьма деловиты. Торгуюсь с ними третью ночь. Они глумятся над моим талантом и говорят, что он ничего не стоит. 'Да и талант ли это? - говорят они. - А может проклятье? Иные преспокойно обойдутся без твоих вычурных стишков и прочих сочинительств'. 'Vita brevis, ars nihil' - отныне нужно говорить именно так.
  Я связал себя узами клятвы на крови. Демоны согласились прочитать надо мной заклинание 'Временного покоя' в обмен на тусклую божественную искру в моей душе. Отныне я буду спать сном мертвеца, выглядеть как мертвец и блуждать между небом и землей. Это ли не самый причудливый зигзаг судьбы?
  Несчастный, если ты еще не сошел с ума и не потерял надежду к освобождению, возьми амулет в кармане Армерия, которого злобный старик ненавидел особенной ненавистью (поэтому я уверен, что он не станет его обыскивать). Амулету не требуется магия, он сам по себе магический и активируется простым символом 'Мокк'ар'.
  Удачи, мой незнакомый друг!
  Навеки твой, сир Сэвори Сигнитт'.
  
  Не веря своим глазам, Эверикон еще раз перечитал подпись и перевел взгляд на лицо эльфа. Вот оно что! Он видел его портреты. Каждый именитый художник или художница грезили о том, чтобы заполучить поэта и философа в натурщики. Иные соглашались работать за гроши, иные - бесплатно, прекрасно понимая, что после 'соприкосновения' с великим сыном Альфар, успех гарантирован.
  Биографы поэта утверждали, что корабль потерпел крушение во время бури, так же ходил слух, будто его похитили. Но как бы там ни было, в посмертии Сэвори стал еще популярней, чем при жизни. В Альфаре прибавилось памятников и скульптур, изображающих всенародного любимца, устраивались поэтические вечера, переиздавались сборники стихотворений и философские трактаты сира Сэвори.
   'Боги, возможно ли подобное? - Юношу настолько ошеломило сделанное открытие, что он даже забыл на время о своем бедственном положении. - Лучший поэт Альфар ходил в рабах сумасшедшего старика!'
  Он еще раз прочитал послание - неожиданное открытие не умещалось в голове.
  '...возьми амулет в кармане Армерия...'
  'Который из них Армерий?' - Рик растерянно переводил взгляд с одного трупа на другой, стараясь подавить отвращение. Услышав вдалеке шорох знакомых шагов, принц поспешил избавиться от 'компрометирующих улик' и занять место у окна.
  Звякнули ключи, скрипнула дверь. Щелчок хлыста заставил Рика 'пробудиться'.
  - Не притворяйся, - в голосе мучителя звучала ехидная нотка. - Дурить меня вздумал? - продолжал он, - Я слышал как звенели твои кандалы!
  - Я всего лишь ходил в туалет, хозяин, - буркнул принц, потирая саднящее плечо.
  Дымокур ничего не ответил и кивком головы приказал следовать за собой. Он привел его на задний двор халупы и кивнул на стопку распиленных чурбаков. Старик вытащил из сарая топор, протянул Рику, но вдруг передумал отдавать его.
  - Подожди-ка! - взгляд единственного здорового глаза затуманился. - Ты ведь не хочешь остаться без руки?
  - Нет, хозяин.
  - Хороший мальчик, - на губах Дымокура блуждала ухмылка - предвестница чего-то нехорошего. - Я думаю, что мы сработаемся. Но для начала ты должен усвоить мою науку.
  Дед повалил его на землю и, не давая опомниться, принялся избивать ногами. Он бил его, не проявляя злости, сильно и со знанием дела. Голову, лицо и руки не трогал. Принц попытался дать сдачи, но дед отбросил его ударной волной, словно котенка.
  - Думаешь, я не вижу? - приговаривал он. Удары становились слабее, старик явно выбивался из сил. - Думаешь, не знаю, что ты хотел использовать топор против меня, против твоего хозяина.
  Удары прекратились. Старик отошел от скорчившегося на земле юноши и ловким жестом метнул топор в круглый чурбан.
  - Чтобы к обеду с дровами был полный порядок. Инструмент положишь обратно в сарай. И без глупостей - ты у меня как на ладони, - процедил сквозь редкие зубы Дымокур, уходя в направлении пирса.
  Рик мысленно пустил ему вслед десяток проклятий и скорчился в рвотном позыве.
  
  *'Vita brevis, ars nihil' (лат.) - 'Жизнь коротка, искусство - ничто'
  
  
  Глава 22
  
  Maybe we should burn the house down
  Have ourselves another fight
  Leave the cobwebs in the closet
  'Cos tearing them out is not just right
  
  The Cranberries, 'The Promises'
  
  
  Старик сидел на узенькой веранде и наблюдал за тем, как продвигается колка дров. Казалось, его забавляет неуклюжие движения и потрепанный вид раба.
  - Псы Цезерина гнушаются черной работы? Или я все-таки отбил тебе яйца? - Дымокур прищурил здоровый глаз.
  'Сам бы попробовал поработать в кандалах!' - мысленно огрызнулся Рик, внешне ничем не высказывая своего неудовольствия. Наука учителей и Абелоуна пригождалась даже здесь. Он растер поясницу, вспоминая, как помогал заготавливать дрова тетушке Фамфре. Сага сильно перепугалась тогда - боялась, что он покалечится по незнанию. Но все обошлось, потому что он был примерным учеником.
  - Эй, ты, что оглох? - строгий окрик вернул к действительности.
  - Нет, хозяин, - юноша отбросил топор и, собрав с земли поленья, понес их в сарай.
  - Знал бы, что из псов Цезерина получаются хорошие рабы, сразу бы с вас и начал. - Старик указал на оставшиеся в миске сухари и воду в кувшине: - Разрешаю доесть. А вечером у нас будет славный пир. - При слове 'пир', на лице Дымокура заиграла гадкая улыбочка.
  В тот день Рику несказанно повезло: старик отправился на соседний остров по делам, оставив юношу запертым в избушке. Немного подождав, Рик встал и выглянул в окно, ибо от умалишенного старика можно ожидать всего что угодно. Вдруг он никуда не поехал, а на самом деле притаился рядом и шпионит? К счастью, подозрения не оправдались и принц, сдерживая позывы рвоты, начал обыскивать трупы. У большинства несчастных имелись страшные раны, иные разложились настолько, что угадать причину смерти казалось невозможным. Искомый предмет был обнаружен во внутреннем кармане камзола - старомодного и в дырах. Обладатель камзола, Армерий, выглядел еще хуже, но принц, в основном, смотрел на амулет, похожий на дешевую побрякушку на потертой в нескольких местах веревочке. Такие безделушки продавались на базарах, по монетке за штуку и имели спрос среди людей с весьма скромным доходом. Однако любого мага, знающего толк в изготовлении амулетов, меньше всего волновала стоимость исходных материалов. Главное - результат.
  Принц еще раз прислушался к звукам за окном. Крамольная мысль прокралась в душу и заставила замереть на месте.
  'Что если это злой розыгрыш старика? Так сказать, еще один предлог для того, чтобы распустить руки?' - Рик потряс головой. Нет! Столько раз он видел портреты сира Сэвори. Здесь не может быть ошибки. Да и к тому же королева, его так называемая 'мать', являлась счастливой обладательницей книги стихотворений с автографом эльфийского поэта. Сэвори расписывался на эльфийском, но в целом почерк все равно был узнаваем.
  Устроившись у пустующего столба, Рик проделал нехитрое магическое действо: послюнявил палец, поскреб присохшую к подошвам грязь и начертил на амулете символ 'Мокк'ар'. Эльфы пользовались символом не только как оберегом во время сражений, но и для материализации духов, для чего символу добавлялась дополнительная черточка.
  Прошло несколько минут. Когда Рик начал задумываться над правильностью исполнения всех предписаний (даже появилась мысль о том, чтобы еще раз свериться с посланием поэта), амулет дернулся из стороны в сторону, как будто его тянули за шнурок две противоборствующие силы. Наконец, в воздухе, возле того места, где лежал амулет, проступил нечеткий силуэт.
  - Сир Сэвори, это вы? - предположил Эверикон, заговорив на эльфийском.
  - К твоим услугам, - в голосе ответившего слышались нотки удивления. - Не каждый день встретишь человеческое дитя, умеющее изъясняться на альфарейском.
  - Я нашел вашу записку, - выпалил Рик, не веря своим ушам. Неужели он разговаривает с адекватным существом? Пускай не с человеком, а с эльфом - в данном случае без разницы. - Сир Сэвори, почему вы не сбежали?
  Амулет еще раз дернулся и, медленно поднявшись над полом, завис в области шеи призрачного собеседника.
  - Видят боги Альфар, я пытался. Тебя били?
  Помрачневший Рик хотел съязвить что-то вроде 'А по моему виду разве не видно?', но подумал, что может вывести эльфа из себя и ограничился сдержанным кивком.
  - О, эти побои! - сетовал альфареец. - Когда-то я думал, что мои домашние учителя-философы жестоки по отношению ко мне. Ошибки сравнений, мой друг. Впрочем, отвечая на твой вопрос, скажу, что я был посредственным магом.
  - 'Были?' Что значит 'были?' - встрепенулся Эверикон.
  - Потому что теперь я - бесплотное создание, тень собственных мыслей, ворох обгоревших листов, на которых не разберешь ни единой строчки.
  - Ничего подобного! Любому архимагу по силам вернуть вас обратно, - он указал на неподвижное тело эльфа, звякнув кандалами.
  Силуэт плавно переместился к двери. Раздался вздох.
  - А нужно ли? На твоем месте я думал бы о том, как убежать.
  - У меня нет шанса. Точнее, я не увидел такового, - принц потер саднящую от побоев поясницу. - Мы в неравных условиях. Старик - хитер, а я... Что я могу в этих кандалах!
  - С острова лишь два выхода: побег или смерть, - эльф подтвердал наихудшие опасения принца. - Он говорит о том, что хочет выпестовать идеального раба, а сам лишь пьет жизненные соки из магов. Он - разумное чудовище. Резкул. Теперь ты понимаешь, почему я предпочел смерть?
  Принц уткнулся носом в колени: 'Час от часу не легче!' Рукописные источники сообщали, будто резкулы вымерли пару столетий назад. Последнего представителя нежити свели в могилу всемирно известные странствующие рыцари Дрейк Имплосский и Воррэк Франт. Напрасно, выходит, рыцари хвасталась успехами в истреблении самых опасных чудовищ. Риком завладело отчаяние, ибо он прекрасно помнил, что в убывающую луну резкулы обращаются в энергетических вампиров.
  - Жаль, что ты не занимаешься лунной магией, - заунывно изрек эльф, словно угадав настроение нового знакомого.
  - Вы хотите сказать 'черной магией'? - машинально поправил принц. Да Абелоун скорее съел бы собственные сапоги, чем позволил бы ему знать больше положенного. Во-первых, в Орбане занятия черной магией считались делом, больше подходящим для простолюдинов; во-вторых, такая магия подразумевала использование множества боевых заклинаний; в-третьих, черная магия была непрактичной, требующей жертвенной крови. Нет, определенно это не его путь.
  - В Альфар черную магию называют лунной, - продолжал сир Сэвори. Он указал в сторону размытой рукой: - Вот, Армерий владел черной магией и поэтому старик едва не сошел с ума, 'отведав' его энергии.
  Рик вздохнул. Теперь ему стала понятна такая нелюбовь Дымокура к Армерию. В письменных источниках говорилось, что любое существо вампирической природы не рассматривает черных магов, как потенциальную жертву.
  - Армерий говорит, что чертов Дымокур исчез на целую неделю, после первой (и последней) подпитки, - в печальном голосе эльфа послышалось злорадство.
  - Говорит? Он рядом? Но почему я не вижу его?
  - Потому что 'Мокк'ар' - эльфийский знак и действует на эльфийских духов. Армерий - человек, - терпеливо объяснил Сигнитт и, помолчав, добавил: - Надеюсь, что Дымокур чувствовал себя препогано и очень жаль, что он не отдал концы.
  - Что еще вы знаете про Дымокура? - Рик пытался найти хоть какую-то зацепку, чтобы впоследствии использовать ее против чудовища.
  Поэт немного помолчал.
  - Не знаю, пригодится ли тебе эта информация. Старик почти не спит, так, полчаса - не больше, потому что у него сомнифобия. Он боится умереть во сне. Так говорит Армерий.
  - Помогите мне освободить руки! - принц одарил свои оковы полным ненависти взглядом и поспешно добавил: - Я не останусь в долгу!
  - Чем мы поможем - мы, бесплотные духи? Ты волен обратиться за помощью к темным силам, призвать демонов. Однако мой личный опыт показывает, что от их помощи больше вреда, нежели пользы. Разве что..., - эльф оборвал себя на полуслове. - Разве что общими усилиями мы сумеем 'разбудить' Армерия.
  - Некромантия? - Рика передернуло от подобной мысли, но из двух зол он предпочел бы выбрать меньшее. - Только предупреждаю сразу: в этих кандалах от меня мало толку.
  - Поэтому тебе и нужна помощь восставшего Армерия, - предложенная эльфом идея была проста и понятна. - Я бесплотен, а он как-нибудь избавит тебя от оков. Возьми в сумке Говера перо, чернила и пергамент. Я продиктую формулу, для активизации которой не потребуется ничего кроме крови мага.
  - А почему лично вы не воспользовались ею? - в душу Рика снова закрались подозрения. Он не понимал чему и кому можно доверять как на этом, так и на том свете.
  - Прости, я забыл уточнить: для формулы нужна кровь человеческого мага. Я хотел обхитрить старика и взять его крови, но чудовище что-то заподозрило и жестоко избило меня.
  Юноша сочувственно покачал головой, представляя насколько тяжко было выносить побои эльфу, которого всю жизнь купали в любви и обожании.
  - Кто из них Говер? - Рик прямо-таки воспрял духом и даже ощутил прилив сил. Только бы не видеть больше жестокого старика.
  - Вон тот, обезглавленный, - собеседник указал на дальний угол.
  Принц почувствовал неприятный спазм в желудке. Стараясь держать себя в руках и не рассматривать останки Говера, Рик извлек из сумки требуемые вещи. Продиктованная формула была на удивление проста, хотя сир Сигнитт утверждал обратное, видя в Рике лишь пса Цезерина средних способностей. При других обстоятельствах принц запомнил бы ее на слух, но сейчас, когда скудный паек стал причиной частых головокружений, он предпочитал не рисковать.
  За трудами и разговорами время пролетало незаметно. Солнце клонилось к закату, когда Эверикон, наконец, воспользовался полученной формулой. Капля крови привела символы в действие. В горле защипало от кислого запаха, заполнившего халупу.
  'Неужели я что-то сделал неправильно?' - подумал принц, прижимая к носу грязную тряпицу, некогда бывшую его платком.
  - Сир Сэвори? - он окликнул поэта и закашлялся.
  - Я здесь, мой друг, - бесплотному духу все было непочем.
  - Так и должно быть?
  Эльф не успел ответить, потому что тело Армерия изогнулось в корчах. 'Агония' длилась столь долго, что Рик опять начал подозревать себя в неправильности выведения формулы. Все прекратилось так же внезапно, как и началось. Обессилевшее тело Армерия приняло прежнюю позу, а кислый запах постепенно исчезал, уступая место трупному.
  - Нам следовало бы поспешить с заклинанием, - поэт подал голос. - Потому что возвращение старика - дело нескольких часов. А нам, возможно, придется повторить формулу.
  К счастью, худшие опасения не подтвердились, потому что некромант распахнул глаза. Причем настолько неожиданно, что Рик невольно отпрянул, 'врезавшись' в дух эльфа.
  'Будто в ледяную воду окунули!' - принц поспешил принести извинения Сигнитту и тот великодушно принял их.
  - Армерий, - поэт позвал медленно встающего с пола зомби-некроманта, - друг мой, освободи юношу от оков.
  Зомби прорычал что-то невнятное и вместо того чтобы выполнить требование направился к выходу. Уж что-что, а силы Армерию было не занимать и доски крепкой с виду двери затрещали под его натиском.
  Принц подался вперед, и, вскинув руки, властно приказал:
  - Отойди от двери!
  Некромант повиновался.
  - Все правильно, - 'выдохнул' поэт. - Он слушает лишь того, чья кровь была использована при сотворении заклинания. Поторопись, - приятный голос Сэвори наполнился тревогой, - сегодня первый день убывающей луны. Ты знаешь, что это значит.
  'Теперь понятно, что имел в виду старик, когда утром упоминал о пире!' - Рику стало не по себе. Вот почему бывший раб так неприхотлив в еде! Ведь основной источник его питания сидит в заточении.
  - Приказываю разорвать цепи, - принц протянул руки к некроманту. Немного помедлив, Армерий подошел ближе и распорол длинным ногтем кожу на своем запястье. Что-то противно булькнуло, пахнуло зловонием, но не трупным, а будто из алхимического котла. Из раны прямо на цепь закапала зеленоватая жидкость. Под ее напором, звенья цепи почернели и с шипением расплавились. Рик ошалело смотрел на разорванные кандалы, не в силах поверить в действительность происходящего.
  - Сюда идет старик, - дрогнувшим голосом возвестил стоящий у окна поэт.
  - Быстро, избавь меня от перчаток! - Кольца кандалов не давали ему сделать это. - Но только не повреди мои руки.
  Армерий послушно вцепился зубами в кожу перчаток и дернул. Раздавшийся треск возвестил о долгожданной свободе.
  - Теперь я приказываю лечь на место и лежать пока я не позову тебя! - принца знобило от нервного напряжения, но мысль об убывающей луне держала в тонусе, не давала расслабиться.
  - Выходи! - Старик распахнул дверь и с подозрением принюхался. - Чем это пахнет? - он окинул подозрительным взглядом скорчившуюся возле окна фигуру юноши.
  - Я хочу есть, хозяин, - Рик старался не выдавать своих истинных чувств.
  - Я тоже, - единственная рука Дымокура сжимала топор. Уголки ввалившегося рта дрогнули, изогнулись. - Ты даже не представляешь какой я голодный! - он помолчал и, вздохнув, добавил: - Мне нужна твоя нога.
  Письменные источники утверждали, что резкулы особенно почитают энергию боли и страха, но сноска в конце страницы причисляла сие 'предпочтение' к народным домыслам.
  'Это никакие не домыслы', - подумал Рик и атаковал приближающегося старика 'Узорами Альфар'. Избушка содрогнулась, под ногами Дымокура провалился пол. Душераздирающий крик едва не оглушил принца. Резкул барахтался среди костей и обломков и, невзирая на боль, пытался добраться до 'раба'. Рик практически ничего не видел в сумраке, царящем внутри избушки. Он попятился к окну, сапог за что-то зацепился и не давал ему сделать следующий шаг. Свет факела, вспыхнувшего по воле Рика, выхватил из темноты бледное лицо Дымокура.
  - Я разорву тебя на куски, твареныш! - испачканный в крови рот искривился от злобы. - Я...
  Повторенное заклинание 'Узоров Альфар' оборвало гневную тираду чудовища и вновь заставило избушку вздрогнуть. Повторный толчок был решающим в судьбе хлипкой постройки и на Рика посыпались доски, а сорвавшаяся балка больно ударила по голове.
  Удушающий дым и жар огня заставили придти в себя. Протянув руку, Рик приказал огню погаснуть и устало откинулся назад. Над головой раскинулось звездное небо и останки крыши. Принц попытался выбраться из-под завала, но силы, казалось, покинули его. Магическое истощение поспособствовало физическому истощению.
  - Армерий! - прохрипел он, - Я приказываю тебе восстать и вытащить меня из-под завала.
  Грохнувшие неподалеку доски были прекрасным доказательством того, что его услышали. Зомби без устали разбирал останки халупы, а затем, взвалив Рика на плечо, отнес дальше от развалины и посадил у ближайшего дерева. Принц пробормотал слова благодарности, стараясь дышать ртом, потому что запах тлена был нестерпим. Немного отдохнув, он попытался встать на ноги и, шатаясь, отправился к дому Дымокура. Дверь была закрыта. На крыльце Рик заметил небольшие свертки. Видимо, старик так спешил 'полакомиться' новичком, что не захотел тратить время на распаковку покупок.
  'Боги!' - мысленно поразился принц, раскрывая свертки. Здесь было все: свежий хлеб, вяленое мясо, творог, десятки сырых яиц, овощи и даже знаменитый Броукарский эль, с характерной горчинкой. Отведя душу, Рик отправился обратно к халупе, в сопровождении некроманта.
  - Найди сира Сэвори, - попросил он, снимая сапог и вытряхивая амулет, проскользнувший вниз во время ходьбы.
  - Благодарю тебя, драгоценный друг, - дух эльфа не заставил себя долго ждать. - Но мне кажется, что твое беспокойство напрасно. Без малого три года назад я продал свой талант и даже если найдется сила способная вернуть бренное тело к жизни, я все равно буду прозябать. Прозябать так же, как сейчас, в этом бесплотном состоянии.
  - Но разве у вас нет родных и друзей, которые тоскуют по вам?
  Печальный вздох эльфа нарушил затянувшуюся тишину.
  - Дети выросли, дочери Альфар любили мой талант, а не меня. Разве что верный друг Лоранд обрадуется моему возвращению. В свое время мы неплохо куражились.
  - Какой Лоранд? - встрепенулся Рик. - Капитан Хоннор?
  - Да, он. Вы знакомы?
  - Вроде того, - кисло улыбнувшись, ответил юноша. Он так и не решился сообщить поэту о смерти лучшего друга. К собеседникам приковылял Армерий, с телом эльфа на плече.
  - Вы еще не старый. Вам жить да жить, - изрек принц, пристально разглядывая точеное лицо эльфа. По людским меркам ему можно было бы дать не больше тридцати с хвостиком.
  - Благодарю, друг мой, - голос альфарейца по-прежнему хранил нотки грусти. - Но я ценен только своим прошлым, у меня нет будущего...
  - Достаточно! - резко прервал его Рик, удивляясь собственному порыву. Перед внутренним взором возникло видение мертвого капитана Хоннора. - Я возвращу твой дух в тело. А там решай сам: яд или нож в сердце.
  Сигнитт усмехнулся, нисколько не обидевшись на резкий ответ.
  - В таком случае пожелаю тебе стойкости, достойной архимага, - эльф тоже умел язвить.
  - Я и есть архимаг, - в подтверждение слов, руны под ногтями принца вспыхнули золотыми всполохами. - Мне лишь нужен короткий отдых, - он устало прислонился к стволу дерева и прежде чем прикрыть глаза, скомандовал, обращаясь к некроманту: - Приказываю охранять мой сон.
  С утра пораньше Рик выполнил свое обещание и вернул дух эльфа в тело. К счастью магических сил хватило на то, чтобы окончательно избавиться от оков. Неустанный некромант исправно таскал Рику нужные ингредиенты и помогал перетащить тяжелого эльфа на крыльцо дома. Ключ от входной двери явно находился в общей связке ключей, которые старик всегда носил в кармане старомодного жилета. Копаться в обломках не хотелось (да и видеть старика тоже), поэтому юноша, недолго думая, выбил дверь ударной волной.
  Принцу претило лазить по чужим шкафам, но найденные продукты не были вечны. А у Дымокура, кажется, имелся богатый запас разнообразных круп. Эльф мог придти в себя через день, а мог и через неделю. Не умирать же с голоду.
  Зайдя в спальню старика, Рик вздрогнул от неожиданности при виде напряженной фигуры незнакомца. Боги! Это всего лишь зеркало! Он медленно подошел к зеркалу: не узнавая свое отражение. На него смотрели злые глаза болезненно худого человека со светлой щетиной на подбородке. В кого он превратился? В кого превращает наука Дымокура?
  Он ходил от одного шкафа к другому, заглядывая в ящики и сундуки. Везде пусто. Единственное место, которое принц обошел вниманием, была кладовая. Он опасался того, что обнаружит в кладовой гору трупов. Но на самом деле, узенькое помещение вмещало лишь один сундук, сиротливо жмущийся к стене. Принц дернул крышку сундука, перед глазами резко потемнело, он больше не был хозяином собственного тела.
  
  Глава 22
  
  Maybe we should burn the house down
  Have ourselves another fight
  Leave the cobwebs in the closet
  'Cos tearing them out is not just right
  
  The Cranberries, 'The Promises'
  
  Старик сидел на узенькой веранде и наблюдал за тем, как продвигается колка дров. Казалось, его забавляет неуклюжие движения и потрепанный вид раба.
  - Псы Цезерина гнушаются черной работы? Или я все-таки отбил тебе яйца? - Дымокур прищурил здоровый глаз.
  'Сам бы попробовал поработать в кандалах!' - мысленно огрызнулся Рик, внешне ничем не высказывая своего неудовольствия. Наука учителей и Абелоуна пригождалась даже здесь. Он растер поясницу, вспоминая, как помогал заготавливать дрова тетушке Фамфре. Сага сильно перепугалась тогда - боялась, что он покалечится по незнанию. Но все обошлось, потому что он был примерным учеником.
  - Эй, ты, что оглох? - строгий окрик вернул к действительности.
  - Нет, хозяин, - юноша отбросил топор и, собрав с земли поленья, понес их в сарай.
  - Знал бы, что из псов Цезерина получаются хорошие рабы, сразу бы с вас и начал. - Старик указал на оставшиеся в миске сухари и воду в кувшине: - Разрешаю доесть. А вечером у нас будет славный пир. - При слове 'пир', на лице Дымокура заиграла гадкая улыбочка.
  В тот день Рику несказанно повезло: старик отправился на соседний остров по делам и поэтому по обыкновению запер юношу в избушке. Немного подождав, Рик встал и выглянул в окно, ибо от умалишенного старика можно ожидать всего что угодно. Вдруг он никуда не поехал, а на самом деле притаился рядом и шпионит? К счастью, подозрения не оправдались и принц, сдерживая позывы рвоты, начал обшаривать карманы трупов. У большинства несчастных имелись страшные раны, иные разложились настолько, что угадать причину смерти казалось невозможным. Искомый предмет был обнаружен во внутреннем кармане камзола - старомодного и в дырах. Обладатель камзола, Армерий, выглядел еще хуже, но принц, в основном, смотрел на амулет, похожий на дешевую побрякушку на потертой в нескольких местах веревочке. Такие безделушки продавались на базарах, по монетке за штуку и имели спрос среди людей с весьма скромным доходом. Однако любого мага, знающего толк в изготовлении амулетов, меньше всего волновала стоимость исходных материалов. Главное - результат.
  Принц еще раз прислушался к звукам за окном. Крамольная мысль прокралась в душу и заставила замереть на месте.
  'Что если это злой розыгрыш старика? Так сказать, еще один предлог для того, чтобы распустить руки?' - Рик потряс головой. Нет! Столько раз он видел портреты сира Сэвори. Здесь не может быть ошибки. Да и к тому же королева, его так называемая 'мать', являлась счастливой обладательницей книги стихотворений с автографом эльфийского поэта. Сэвори расписывался на эльфийском, но в целом почерк все равно был узнаваем.
  Устроившись у пустующего столба, Рик проделал нехитрое магическое действо: послюнявил палец, поскреб присохшую к подошвам грязь и начертил на амулете символ 'Мокк'ар'. Эльфы пользовались символом не только как оберегом во время сражений, но и для материализации духов, для чего символу добавлялась дополнительная черточка.
  Прошло несколько минут. Когда Рик начал задумываться над правильностью исполнения всех предписаний (даже появилась мысль о том, чтобы еще раз свериться с посланием поэта), амулет дернулся из стороны в сторону, как будто его тянули за шнурок две противоборствующие силы. Наконец, в воздухе, возле того места, где лежал амулет, проступил нечеткий силуэт.
  - Сир Сэвори, это вы? - предположил Эверикон, заговорив на эльфийском.
  - К твоим услугам, - в голосе ответившего слышались нотки удивления. - Не каждый день встретишь человеческое дитя, умеющее изъясняться на альфарейском.
  - Я нашел вашу записку, - выпалил Рик, не веря своим ушам. Неужели он разговаривает с адекватным существом? Пускай не с человеком, а с эльфом - в данном случае без разницы. - Сир Сэвори, почему вы не сбежали?
  Амулет еще раз дернулся и, медленно поднявшись над полом, завис в области шеи призрачного собеседника.
  - Видят боги Альфар, я пытался. Тебя били?
  Помрачневший Рик хотел съязвить что-то вроде 'А по моему виду разве не видно?', но подумал, что может вывести эльфа из себя и ограничился сдержанным кивком.
  - О, эти побои! - сетовал альфареец. - Когда-то я думал, что мои домашние учителя-философы жестоки по отношению ко мне. Ошибки сравнений, мой друг. Впрочем, отвечая на твой вопрос, скажу, что я - был посредственным магом.
  - 'Были?' Что значит 'были?' - встрепенулся Эверикон.
  - Потому что теперь я - бесплотное создание, тень собственных мыслей, ворох обгоревших листов, на которых не разберешь ни единой строчки.
  - Ничего подобного! Любому архимагу по силам вернуть вас обратно, - он указал на неподвижное тело эльфа, звякнув кандалами.
  Силуэт плавно переместился к двери. Раздался вздох.
  - А нужно ли? На твоем месте я думал бы о том, как убежать.
  - У меня нет шанса. Точнее, я не увидел такового, - принц потер саднящую от побоев поясницу. - Мы в неравных условиях. Старик - хитер, а я... Что я могу в этих кандалах!
  - С острова лишь два выхода: побег или смерть, - эльф подтвердал наихудшие опасения принца. - Он говорит о том, что хочет выпестовать идеального раба, а сам лишь пьет жизненные соки из магов. Он - разумное чудовище. Резкул. Теперь ты понимаешь, почему я предпочел смерть?
  Принц уткнулся носом в колени: 'Час от часу не легче!' Рукописные источники сообщали, будто резкулы вымерли пару столетий назад. Последнего представителя нежити свели в могилу всемирно известные странствующие рыцари Дрейк Имплосский и Воррэк Франт. Напрасно, выходит, рыцари хвасталась успехами в истреблении самых опасных чудовищ. Риком завладело отчаяние, ибо он прекрасно помнил, что в убывающую луну резкулы обращаются в энергетических вампиров.
  - Жаль, что ты не занимаешься лунной магией, - заунывно изрек эльф, словно угадав настроение нового знакомого.
  - Вы хотите сказать 'черной магией'? - машинально поправил принц. Да Абелоун скорее съел бы собственные сапоги, чем позволил бы ему знать больше положенного. Во-первых, в Орбане, занятия черной магией считались делом, больше подходящим для простолюдинов; во-вторых, такая магия подразумевала использование множества боевых заклинаний; в-третьих, черная магия была непрактичной, требующей жертвенной крови. Нет, определенно это не его путь.
  - В Альфар черную магию называют лунной, - продолжал сир Сэвори. Он указал в сторону размытой рукой: - Вот, Армерий владел черной магией и поэтому старик едва не сошел с ума, 'отведав' его энергии.
  Рик вздохнул. Теперь ему стала понятна такая нелюбовь Дымокура к Армерию. В письменных источниках говорилось, что любое существо вампирической природы не рассматривает черных магов, как потенциальную жертву.
  - Армерий говорит, что чертов Дымокур исчез на целую неделю, после первой (и последней) подпитки, - в печальном голосе эльфа послышалось злорадство.
  - Говорит? Он рядом? Но почему я не вижу его?
  - Потому что 'Мокк'ар' - эльфийский знак и действует на эльфийских духов. Армерий - человек, - терпеливо объяснил Сигнитт и, помолчав, добавил: - Надеюсь, что Дымокур чувствовал себя препогано и очень жаль, что он не отдал концы.
  - Что еще вы знаете про Дымокура? - Рик пытался найти хоть какую-то зацепку, чтобы впоследствии использовать ее против чудовища.
  Поэт немного помолчал.
  - Не знаю, пригодится ли тебе эта информация. Старик почти не спит, так, полчаса - не больше, потому что у него сомнифобия. Он боится умереть во сне. Так говорит Армерий.
  - Помогите мне освободить руки! - принц одарил свои оковы полным ненависти взглядом и поспешно добавил: - Я не останусь в долгу!
  - Чем мы поможем - мы, бесплотные духи? Ты волен обратиться за помощью к темным силам, призвать демонов. Однако мой личный опыт показывает, что от их помощи больше вреда, нежели пользы. Разве что..., - эльф оборвал себя на полуслове. - Разве что общими усилиями мы сумеем 'разбудить' Армерия.
  - Некромантия? - Рика передернуло от подобной мысли, но из двух зол он предпочел бы выбрать меньшее. - Только предупреждаю сразу: в этих кандалах от меня мало толку.
  - Поэтому тебе и нужна помощь восставшего Армерия, - предложенная эльфом идея была проста и понятна. - Я бесплотен, а он как-нибудь избавит тебя от оков. Возьми в сумке Говера перо, чернила и пергамент. Я продиктую формулу, для активизации которой не потребуется ничего кроме крови мага.
  - А почему лично вы не воспользовались ею? - в душу Рика снова закрались подозрения. Он не понимал чему и кому можно доверять как на этом, так и на том свете.
  - Прости, я забыл уточнить: для формулы нужна кровь человеческого мага. Я хотел обхитрить старика и взять его крови, но чудовище что-то заподозрило и жестоко избило меня.
  Юноша сочувственно покачал головой, представляя насколько тяжко было выносить побои эльфу, которого всю жизнь купали в любви и обожании.
  - Кто из них Говер? - Рик прямо-таки воспрял духом и даже ощутил прилив сил. Только бы не видеть больше жестокого старика.
  - Вон тот, обезглавленный, - собеседник указал на дальний угол.
  Принц почувствовал неприятный спазм в желудке. Стараясь держать себя в руках и не рассматривать останки Говера, Рик извлек из сумки требуемые вещи. Продиктованная формула была на удивление проста, хотя сир Сигнитт утверждал обратное, видя в Рике лишь пса Цезерина средних способностей. При других обстоятельствах принц запомнил бы ее на слух, но сейчас, когда скудный паек стал причиной частых головокружений, он предпочитал не рисковать.
  За трудами и разговорами время пролетало незаметно. Солнце клонилось к закату, когда Эверикон, наконец, воспользовался полученной формулой. Капля крови привела символы в действие. В горле защипало от кислого запаха, заполнившего халупу.
  'Неужели я что-то сделал неправильно?' - подумал принц, прижимая к носу грязную тряпицу, некогда бывшую его платком.
  - Сир Сэвори? - он окликнул поэта и закашлялся.
  - Я здесь, мой друг, - бесплотному духу все было непочем.
  - Так и должно быть?
  Эльф не успел ответить, потому что тело Армерия изогнулось в корчах. 'Агония' длилась столь долго, что Рик опять начал подозревать себя в неправильности выведения формулы. Все прекратилось так же внезапно, как и началось. Обессилевшее тело Армерия приняло прежнюю позу, а кислый запах постепенно исчезал, уступая место трупному.
  - Нам следовало бы поспешить с заклинанием, - поэт подал голос. - Потому что возвращение старика - дело нескольких часов. А нам, возможно, придется повторить формулу.
  К счастью, худшие опасения не подтвердились, потому что некромант распахнул глаза. Причем настолько неожиданно, что Рик невольно отпрянул, 'врезавшись' в дух эльфа.
  'Будто в ледяную воду окунули!' - принц поспешил принести извинения Сигнитту и тот великодушно принял их.
  - Армерий, - поэт позвал медленно встающего с пола зомби-некроманта, - друг мой, освободи юношу от оков.
  Зомби прорычал что-то невнятное и вместо того чтобы выполнить требование направился к выходу. Уж что-что, а силы Армерию было не занимать и доски крепкой с виду двери затрещали под его натиском.
  Принц подался вперед, и, вскинув руки, властно приказал:
  - Отойди от двери!
  Некромант повиновался.
  - Все правильно, - 'выдохнул' поэт. - Он слушает лишь того, чья кровь была использована при сотворении заклинания. Поторопись, - приятный голос Сэвори наполнился тревогой, - сегодня первый день убывающей луны. Ты знаешь, что это значит.
  'Теперь понятно, что имел в виду старик, когда утром упоминал о пире!' - Рику стало не по себе. Вот почему бывший раб так неприхотлив в еде! Ведь основной источник его питания сидит в заточении.
  - Приказываю разорвать цепи, - принц протянул руки к некроманту. Немного помедлив, Армерий подошел ближе и распорол длинным ногтем кожу на своем запястье. Что-то противно булькнуло, пахнуло зловонием, но не трупным, а будто из алхимического котла. Из раны прямо на цепь закапала зеленоватая жидкость. Под ее напором, звенья цепи почернели и с шипением расплавились. Рик ошалело смотрел на разорванные кандалы, не в силах поверить в действительность происходящего.
  - Сюда идет старик, - дрогнувшим голосом возвестил стоящий у окна поэт.
  - Быстро, избавь меня от перчаток! - Кольца кандалов не давали ему сделать это. - Но только не повреди мои руки.
  Армерий послушно вцепился зубами в кожу перчаток и дернул. Раздавшийся треск возвестил о долгожданной свободе.
  - Теперь я приказываю лечь на место и лежать пока я не позову тебя! - принца знобило от нервного напряжения, но мысль об убывающей луне держала в тонусе, не давала расслабиться.
  - Выходи! - Старик распахнул дверь и с подозрением принюхался. - Чем это пахнет? - он окинул подозрительным взглядом скорчившуюся возле окна фигуру юноши.
  - Я хочу есть, хозяин, - Рик старался не выдавать своих истинных чувств.
  - Я тоже, - единственная рука Дымокура сжимала топор. Уголки ввалившегося рта дрогнули, изогнулись. - Ты даже не представляешь какой я голодный! - он помолчал и, вздохнув, добавил: - Мне нужна твоя нога.
  Письменные источники утверждали, что резкулы особенно почитают энергию боли и страха, но сноска в конце страницы причисляла сие 'предпочтение' к народным домыслам.
  'Это никакие не домыслы', - подумал Рик и атаковал приближающегося старика 'Узорами Альфар'. Избушка содрогнулась, под ногами Дымокура провалился пол. Душераздирающий крик едва не оглушил принца. Резкул барахтался среди костей и обломков и, невзирая на боль, пытался добраться до 'раба'. Рик практически ничего не видел в сумраке, царящем внутри избушки. Он попятился к окну, сапог за что-то зацепился и не давал ему сделать следующий шаг. Свет факела, вспыхнувшего по воле Рика, выхватил из темноты бледное лицо Дымокура.
  - Я разорву тебя на куски, твареныш! - испачканный в крови рот искривился от злобы. - Я...
  Повторенное заклинание 'Узоров Альфар' оборвало гневную тираду чудовища и вновь заставило избушку вздрогнуть. Повторный толчок был решающим в судьбе хлипкой постройки и на Рика посыпались доски, а сорвавшаяся балка больно ударила по голове.
  Удушающий дым и жар огня заставили придти в себя. Протянув руку, Рик приказал огню погаснуть и устало откинулся назад. Над головой раскинулось звездное небо и останки крыши. Принц попытался выбраться из-под завала, но силы, казалось, покинули его. Магическое истощение поспособствовало физическому истощению.
  - Армерий! - прохрипел он, - Я приказываю тебе восстать и вытащить меня из-под завала.
  Грохнувшие неподалеку доски были прекрасным доказательством того, что его услышали. Зомби без устали разбирал останки халупы, а затем, взвалив Рика на плечо, отнес дальше от развалины и посадил у ближайшего дерева. Принц пробормотал слова благодарности, стараясь дышать ртом, потому что запах тлена был нестерпим. Немного отдохнув, он попытался встать на ноги и, шатаясь, отправился к дому Дымокура. Дверь была закрыта. На крыльце Рик заметил небольшие свертки. Видимо, старик так спешил 'полакомиться' новичком, что не захотел тратить время на распаковку покупок.
  'Боги!' - мысленно поразился принц, раскрывая свертки. Здесь было все: свежий хлеб, вяленое мясо, творог, десятки сырых яиц, овощи и даже знаменитый Броукарский эль, с характерной горчинкой. Отведя душу, Рик отправился обратно к халупе, в сопровождении некроманта.
  - Найди сира Сэвори, - попросил он, снимая сапог и вытряхивая амулет, проскользнувший вниз во время ходьбы.
  - Благодарю тебя, драгоценный друг, - дух эльфа не заставил себя долго ждать. - Но мне кажется, что твое беспокойство напрасно. Без малого три года назад я продал свой талант и даже если найдется сила способная вернуть бренное тело к жизни, я все равно буду прозябать. Прозябать так же, как сейчас, в этом бесплотном состоянии.
  - Но разве у вас нет родных и друзей, которые тоскуют по вам?
  Печальный вздох эльфа нарушил затянувшуюся тишину.
  - Дети выросли, дочери Альфар любили мой талант, а не меня. Разве что верный друг Лоранд обрадуется моему возвращению. В свое время мы неплохо куражились.
  - Какой Лоранд? - встрепенулся Рик. - Капитан Хоннор?
  - Да, он. Вы знакомы?
  - Вроде того, - кисло улыбнувшись, ответил юноша. Он так и не решился сообщить поэту о смерти лучшего друга. К собеседникам приковылял Армерий, с долговязым телом эльфа на плече.
  - Вы еще не старый. Вам жить да жить, - изрек принц, пристально разглядывая точеное лицо эльфа. По людским меркам ему можно было бы дать не больше тридцати с хвостиком.
  - Благодарю, друг мой, - голос альфарейца по-прежнему хранил нотки грусти. - Но я ценен только своим прошлым, у меня нет будущего...
  - Достаточно! - резко прервал его Рик, удивляясь собственному порыву. Перед внутренним взором возникло видение мертвого капитана Хоннора. - Я возвращу твой дух в тело. А там решай сам: яд или нож в сердце.
  Сигнитт усмехнулся, нисколько не обидевшись на резкий ответ.
  - В таком случае пожелаю тебе стойкости, достойной архимага, - эльф тоже умел язвить.
  - Я и есть архимаг, - в подтверждение слов, руны под ногтями принца вспыхнули золотыми всполохами. - Мне лишь нужен короткий отдых, - он устало прислонился к стволу дерева и прежде чем прикрыть глаза, скомандовал, обращаясь к некроманту: - Приказываю охранять мой сон.
  С утра пораньше Рик выполнил свое обещание и вернул дух эльфа в тело. К счастью магических сил хватило на то, чтобы окончательно избавиться от оков. Неустанный некромант исправно таскал Рику нужные ингредиенты и помогал перетащить тяжелого эльфа на крыльцо дома. Ключ от входной двери явно находился в общей связке ключей, которые старик всегда носил в кармане старомодного жилета. Копаться в обломках не хотелось (да и видеть старика тоже), поэтому юноша, недолго думая, выбил дверь ударной волной.
  Принцу претило лазить по чужим шкафам, но найденные продукты не были вечны. А у Дымокура, кажется, имелся богатый запас разнообразных круп. Эльф мог придти в себя через день, а мог и через неделю. Не умирать же с голоду.
  Зайдя в спальню старика, Рик вздрогнул от неожиданности при виде напряженной фигуры незнакомца. Боги! Это всего лишь зеркало! Он медленно подошел к зеркалу: не узнавая свое отражение. На него смотрели злые глаза болезненно худого человека со светлой щетиной на подбородке. В кого он превратился? В кого превращает наука Дымокура?
  Он ходил от одного шкафа к другому, заглядывая в ящики и сундуки. Везде пусто. Единственное место, которое принц обошел вниманием, была кладовая. Он опасался того, что обнаружит в кладовой гору трупов. Но на самом деле, узенькое помещение вмещало лишь один сундук, сиротливо жмущийся к стене. Вцепвшись в крышку сундука, принц дернул ее на себя и... перед глазами Рика резко потемнело, он больше не был хозяином собственного тела.
  
  
  
  Глава 23
  
  - Do authors cry when they kill the best characters?
  - No. They smile and laugh and then have tea with Satan.
  
  Из просторов Интернета
  
  Рик не знал на каком свете находится, и что с ним произошло. Все его существо сосредоточилось в одной светлой точке перед глазами. Иногда казалось, что если бы не это пятнышко света, он отправился бы блуждать по тьме, облепившей принца со всех сторон. Казалось, что он растерял все: воспоминания, магические способности, даже ощущение времени.
  - Эй! - кто-то осторожно позвал принца. Он почувствовал тепло, разлившееся по груди. Тьма постепенно рассеивалась, как если бы пришел рассвет. Сделав усилие, он разлепил глаза и увидел долговязого эльфа.
  - Крепко тебе досталось, - эльф говорил на альфарейском. - Зачем ты полез в сундук Дымокура? Прости, но для мага твоего уровня безрассудно полагать, будто он не запечатает свое добро охранным заклинанием.
  Рик хотел что-то возразить в ответ, но с удивлением обнаружил, что онемел.
  'Конечно!.. - воспоминания нахлынули единым, мощным потоком и он засткрежетал зубами от злости на самого себя. - Чудовище!.. Рабство!.. Остров!.. Поэт!'
  - Премного благодарен за свое спасение, - продолжал сир Сэвори, втирая в виски Рика пахнущую мятой мазь, которая сразу же свела на нет ноющую боль в области лба и глаз. - Полагаю, что теперь настала моя очередь. - Тонкие пальцы эльфа нащупали затянувшуюся рану на затылке: - Да у тебя и тут рана! Не дергайся. Сейчас исцелю. Нам, эльфам, нет равных в целительстве, - наставительным голосом закончил он.
  Через какое-то время пришло понимание того, что без исцеляющих заклинаний сира Сэвори остров стал бы его, Рика, могилой. К счастью, эльф оказывал ему посильную помощь и обеспечил хороший уход. От некроманта не было никакого толку.
  - Назови свое имя, юный друг, - поэт протянул принцу кружку с травяным сбором.
  - Рик, - прохрипел в ответ юноша. Он окунул пальцы в целебную мазь и распределил ее по багровым запястьям. Синяки заныли от прикосновений, но потом боль утихла.
  - Ты, случайно, не утерянный наследник хельмского трона? - Эльф указал на его пальцы: - Занятные руны. Порой ваша человеческая кровь 'выдает' интересные комбинации.
  Принц прочистил горло и рассказал о 'великом' замысле Граннуса и Абелоуна. Он умолчал о Саге и ее отчиме, зато рассказал о днях, проведенных на Альфар и о капитане Хонноре.
  Поэт мужественно воспринял весть о смерти друга; о том, что он переживает, говорили только желваки, играющие на худом лице эльфа.
  - Теперь, когда ты знаешь о моем происхождении и о прошлом, то наверняка не откажешься от ценного 'трофея' в моем лице, - принц решил высказать вслух пришедшую в голову мысль. Чем, собственно, один друг лучше другого? - В Альфар тебя встретят не только как поэта, но и как истинного сына эльфийских земель.
  - Какой пестрый вздор! - эльф не боялся смотреть в глаза собеседнику и не боялся говорить напрямую о том, что думает. - Я не вернусь на пепелище прежней жизни. Поэт Сэвори Сигнитт умер в ту минуту, когда он заключил договор с демонами. Теперь я простой эльф, отщепенец, скиталец. Видишь как одно путешествие может поменять всю жизнь?
  Рик понимающе кивнул: вот уж незавидная участь.
  В тот день принц, с помощью эльфа и зомби свершил короткую прогулку. Ему очень хотелось искупаться в море, однако он был еще слишком слаб. Во время прогулки эльф, словно между делом, напомнил о сундуке в кладовой.
  - Мне удалось открыть его, - с гордостью сообщил Сигнитт. - Наш мучитель, гори он синим пламенем в загробной жизни, хранил в сундуке драгоценности и золото.
  - Но как тебе это удалось? - Рик повернул голову, чтобы взглянуть на эльфа - не шутит ли?
  - Заклинание 'Замо́к ведьмы' не действует на зомби, - сообщил торжествующий собеседник. - Таким образом мы стали обладателями немалой суммы.
  - Мой казначей, которого я в глаза не видел, несомненно обрадуется притоку финансов, - Рик подавил грустный смешок.
  - Смотри веселее, мой друг, - эльф похлопал его по плечу, - ты обязательно доберешься до Иннишид или я не вольная птица по имени Сэвори Сигнитт.
  Через неделю Рик окреп и во время купаний начал отплывать от берега так далеко, что даже зоркий эльф терял его из виду. Они по очереди ловили рыбу, тянули найденные запасы провизии и дрова и готовились к отплытию. На старой посудине Дымокура имелся магвигатор, таким образом они выяснили, что находятся на одном из маленьких островков, раскинувшихся россыпью к западу от Касарра. Это были земли королевства Орбан, когда-то отобранные у гремлинов.
  Последний вечер на безымянном острове был бесконечно молчаливым. Рик смотрел на звезды и думал о Саге. Тихо подошедший эльф показал принцу амулет со знаком 'Мокк'ар' и сказал:
  - Духи непогребенных просят сжечь их останки.
  - А как быть..., - принц внезапно ощутил сухость в горле, отпил из фляги и продолжил: - Как быть с Армерием?
  Из груди сира Сэвори вырвался легкий вздох облегчения. Он не решался заговорить о судьбе некроманта. Хорошо что у его спутника было достаточно мужества, чтобы задать подобный вопрос.
  - Я понимаю, о чем ты, - кивнул эльф, - мы не можем оставить его на острове. Но и с собой взять не можем.
  Рик молча поднялся с земли, взял зажженную свечу и побрел в сторону развалившейся халупы, под досками которой были погребены останки магов. Руны засияли золотом, часть огня, отделившись от свечи, переместилась на обломки. Доски вспыхнули словно сухая солома.
  - Что, если я прикажу Армерию взойти на 'костер'? Честно ли я поступлю? - голос принца был задумчивым и тихим.
  - Зомби не ощущают ни физической боли, ни душевной, - напомнил Сигнитт. Он смотрел на пламя, словно завороженный.
  'Зато я ощущаю', - Рик заставил себя сжать зубы и промолчать. Вымещать дурное настроение на ближнем он считал плохой чертой.
  - Армерий, - он старался придать голосу беспристрастности, - приказываю тебе взойти на костер.
  'Ну же, дурень! Это ради его же блага! Худшее наказание для некроманта - быть зомби, глупым слугой, игрушкой в чужих руках!'
  Он злился на себя, отведя взгляд от объятого пламенем Армерия, не проронившего ни звука.
  Прошло время. Унялись языки пламени, оставив после себя черные холмики пепла.
  - На Шрибских островах таким образом очищают скверные места, - эльф прекрасно понимал чувства Рика в тот момент.
  - 'Завял, погас трепещущий цветок костра; скиталец, что обрел приют последних дней, так мало слов скопил для брошенного мира', - машинально процитировал Рик. Понимание того, что автор строк находится рядом пришло позже. Строки из сборника 'Сны каменного леса' принадлежали перу Сэвори Сигнитта.
  - Прошу прощения, - принц смущенно кашлянул. - Просто я знаю 'Сны каменного леса' наизусть.
  - Весь сборник? - эльф недоверчиво прищурился, но потом открыто улыбнулся: - Не стоит извиняться. Эти стихи были моими лишь в момент их написания. Теперь они всеобщие. Даже мой добрый друг Хоннор, далекий от поэзии, любил перечитывать 'Сны каменного леса'.
  'Не такой уж он и 'добрый', - подумал Рик, вспомнив, что капитан едва не задушил его.
  
  Оранжевый рассвет, встреченный в море, врачевал любые раны получше иного целителя. Здесь, среди водной глади, Рик почувствовал себя гораздо лучше. Морская душа хельма возрождалась, омытая соленой пеной и овеянная попутными ветрами.
  По пути на остров Орддан, им встретилось несколько кораблей, однако наученный горьким опытом Рик, направлял ветер таким образом, что люди на встречных кораблях могли разглядеть их лишь посредством магии. Продав на Орддане одну из безделушек, найденную в сундуке Дымокура, морские путешественники закупили необходимых вещей, продуктов и продолжили путь.
  Сиггнит проводил большую часть времени за штурвалом, сосредоточенно всматриваясь в горизонт. Когда-то, на Уинфреде, Рик мечтал познакомиться с любимым поэтом, наделяя того выдуманными чертами характера и представляя этакого рыцаря без страха и упрека, способного вести долгие философские разговоры, приправленные метафорами и эпитетами. На проверку сир Сэвори оказался совсем другим: молчаливым и задумчивым, словно выпавшим из окружающего пространства. Постигшее Рика разочарование длилось пару дней пути, а после он просто смирился.
  'Дымокур сломал жизни многих магов, сир Сэвори не исключение', - вывод напрашивался сам собой.
  - Смотри, мой друг, - эльф окликнул принца. Он ни разу не пытался обратиться к нему 'Ваше Высочество', что, немало импонировало Рику. Сигнитт указал в сторону. Острое зрение различало то, чего не видел принц. - Пираты, мой друг, - пояснил сир Сэвори. - Ты слышал когда-нибудь об островах Пиратские души, земля которых такая же ржавая, как и души самих пиратов?
  - Нет, - честно признался Рик. - На карте, по-видимому, формируется новое независимое королевство?
  Эльф кивнул.
  - И, что, подданные нового королевства, в основном, принадлежали королевству Хельм?
  - Снова в точку.
  Принц понимал, к чему клонит Сигнитт и поэтому устроил небольшую качку на той стороне море, где проплывали пиратские корабли. В команде пиратов наверняка имелся маг, но ему нечего было противопоставить повелителю стихий. Таким образом они избежали нежеланной встречи, а принц еще больше уверовал в необходимость скорейшего возвращения в родные края.
  'Как странно все складывается', - подумал Рик. Разве мог он предположить, что путь домой пройдет в компании немногословного эльфа - знакомого и чужого одновременно?
  Принц не испытывал никакой радости, когда их видавшая виды посудина, пройдя пограничный контроль, вошла в бухту Иннишид. Одноименный остров находился ровно посередине бухты, огороженный высоким магическим куполом, золотившимся в лучах полуденного солнца. Рик скользнул равнодушным взглядом по высоким шпилям островного замка. Многовековая резиденция его предков так же оставила его равнодушным. Он не понимал своего состояния. Раньше он пришел бы в восторг, а теперь... словно из души вынули что-то важное.
  Столичный порт пестрел разнообразными кораблями с флагами всевозможных королевств на мачтах, кроме орбанского, разумеется. Запах водорослей, обычно присутствовавший во всех более-менее больших портах, мешался с пьянящим цветочным ароматом. Сир Сэвори, словно прочитав немой вопрос в глазах принца, указал на высокие деревья, усеянные сиреневыми цветами:
  - Глициния. Ни в одной столице не встретить такого количества цветов. Тот, кто подал такую идею, был гением!
  Рик рассеянно кивнул. Все его знания о столице родного королевства были довольно скудны. Но он не мог не отметить того, что белокаменная столица действительно выглядит очень нарядной, благодаря засилию ароматных лиан.
  Постоялый двор 'Драконья пещера' понравился им больше, чем 'Совиное крыло'. Там и окна выходили на менее оживленные улочки, и полы тщательнее подметались. Цены, правда, были выше, но разбогатевшие за счет Дымокура путешественники могли не задумываться о тратах насущных.
  - Вон там заседает Левелис, - эльф небрежным жестом указал на шпиль городской ратуши. А затем, посмотрев на положение солнца, добавил: - Но думаю, что местные бюрократы принимают раз в неделю и в самые неудобные часы.
  - Сир Сэвори, сейчас ты говоришь о моем народе, - напомнил Рик, изобразив кислую улыбку на лице.
  - Раз это твои родные бюрократы, значит 'пилюля' покажется не такой горькой, - улыбнулся в ответ эльф. Даже на землях королевства Хельм он запросто обращался к принцу на 'ты'. Впрочем, последнего это ничуть не волновало.
  Они шли неторопливым шагом по булыжной мостовой, разглядывая добротные дома и скользя полными любопытства взглядами по прохожим. Прохожие не оставались в долгу: и если юноша-хельм не вызывал у них ни капельки любопытства, то высокий эльф притягивал к себе взгляды. К счастью, не у многих была возможность лицезреть портреты Сэвори Сигнитта, поэтому сир пока что оставался неузнанным.
  - Нам нужна личная встреча с его сиятельством, архимагом Левелисом, - Эта просьба была адресована седому секретарю, любезно встретившему их в общей приемной.
  Секретарь церемонно поклонился и позвонил в колокольчик. На зов явился шустрый парнишка лет тринадцати с пером и пергаментом наготове.
  - Мерридин, проводи господ в общий зал и запиши в книгу посетителей, - секретарь еще раз поклонился и направился к другим посетителям, давая понять, что выполнил свои функции.
  - Прошу за мной, господа, - Мерридин пытался говорить басом, полагая, что подобная тональность добавит ему возраста и солидности. Эльф и юноша обменялись улыбками, когда мальчишка отвернулся.
  Общий зал сильно смахивал на базарную площадь в разгар торгового дня: те же очереди, тот же гул, гам, суета, беготня, мелкие конфликты. Правда вместо прилавков здесь были простые, но добротные столы, за которыми работали служащие и скамьи для посетителей. Хорошо что у стола Мерридина находилось всего лишь пятеро человек - судя по одеянию, слуги, присланные господами с просьбой о личной встрече с Левелисом.
  - Через две недели вам пришлют приглашение, - мальчишка вытер испачканные чернилами пальцы о платок в синих разводах и приготовился записывать: - Диктуйте адрес.
  'Две недели!' - в глазах Рика промелькнуло недоумение и заметивший это Сэвори, скрыл смешок за деликатным покашливанием.
  - Пишите, молодой человек, - он продиктовал адрес постоялого двора с выражением усталой обреченности. - Приглашение на имя Сэвори Сигнитта и Рика Хельмского. - По понятным причинам он не назвал полного имени Рика.
  - А с другой стороны, - сир Сэвори успокаивающе похлопал ошеломленного спутника по плечу, когда они покинули ратушу, - не такое уж бесполезное дело - изучать подноготную собственного королевства в течение нескольких недель.
  - Я даже не знаю, что сказать, - Рик сокрушенно покачал головой. - Имею ли я право растрачивать свое время? Да и ты, сир Сэвори... В смысле, ты не должен страдать из-за моих проблем.
  - Мой юный друг, - прозорливости эльфа можно было позавидовать, - я свободная птица, самовольно покинувшая стаю. К тому же мне интересно узнать, чем закончится твое возвращение на Иннишид, - он благодушно прищурился, словно сытый кот. - Видишь, я, кажется, вновь обретаю интерес к жизни.
  - Но две недели! Должен же быть какой-то иной путь! - в голове принца не укладывалась подобная мысль. - Я понимаю, что Левилис очень занят, но должны же быть у него помощники в лице советников!
  - Кто в наше время слушает советников? - возразил Сигнитт. - Хочешь сделать хорошо - сделай сам! Но почему бы тебе просто не обратиться к любому из стражников и в доказательство продемонстрировать руки?
  - Исключено. - Рик бросил тоскливый взгляд на высокие белокаменные башни, видные с любой точки столицы. Такой близкий и такой далекий дом, в котором он никогда не был. - За время, проведенное вне родной земли, я научился недоверию. Сначала я переговорю с Левелисом. Желательно инкогнито. А насчет доказательств, - глаза принца блеснули холодом, - я не собираюсь ничего доказывать.
  - Твоя правда! Нет вещи унизительнее, чем силой прорываться в родной дом, - согласился эльф, откровенно любуясь архитектурой города. Перед некоторыми домами он останавливался и щупал кладку. Принц не особенно разделял восторгов спутника, но и не поторапливал, потому что ему было что обдумать.
  - Дяденька! - звонкий мальчишеский голос вернул Рика к действительности. Он покрутил головой по сторонам, пытаясь определить к кому обращается мальчишка лет восьми.
  - Дяденька! - нетерпеливо повторил мальчик, потерев грязную щеку рукавом, отчего та, естественно, чище не стала. Его взгляд, устремленный прямо на Рика, отбрасывал любые сомнения.
  Юноша усмехнулся: пожалуй что для детей этого возраста все, кто старше пятнадцати выглядят как 'дяди' и 'тети'.
  - Ну, дяденька! - мальчишка притопнул босой ногой, требуя внимания.
  - Ну что?
  - Дай монетку.
  - Где твои родители? - нахмурился Рик.
  - Папка погиб на острове Либри, мамка умерла от болезни, - мальчишка безо всякого стеснения дернул Рика за руку, при этом едва не стянув перчатку.
  - Возьми! - принц протянул ему несколько монет. Мальчишка тот час же отцепился от перчатки и с проворством хищной птицы сграбастал 'добычу'.
  - Где ты живешь, малыш? - поинтересовался Сэвори, до этого момента с интересом наблюдавший за коротким диалогом. Стоило ему заговорить, как мальчишка вздрогнул и припустился прочь, сверкая дырявыми подошвами старых ботинок.
  - Не понимаю, - принц сокрушенно покачал головой, глядя вслед беглецу, - неужели маги Хельм не в состоянии оказать помощь малоимущим?
  - Боюсь, что проблема в истощении человеческих ресурсов, - эльф озвучил прописную истину. - Война требует участия не только лучших, но и худших из магов. Все силы брошены на решение внешних проблем, а внутренние проблемы подождут. Увы, это прописная истина.
  - Может мне стоит ознакомиться с местным укладом жизни? Все равно нужно чем-то занять эти две недели.
  - Вполне достойное занятие, - одобрил эльф. - Слышишь эти дивные ароматы? - Он потянул принца к таверне, притулившейся к стене четырехэтажного дома. Запахи джотта и жареного бекона заставили вспомнить о пропущенном завтраке.
  По пути к постоялому двору попутчики вновь разговорились о планах на будущее, обсуждая возможные варианты развития событий. Эльф почему-то был уверен в том, что Левелис не захочет уступить трон единственному законному наследнику. Принц пожимал плечами и говорил, что, в таком случе, будет создавать оппозицию.
  - Интересно, примет ли сир Сэвори мое предложение должности советника при хельмском дворе? - улыбнувшись, спросил Рик. Ему так не хотелось верить в то, что для Левелиса он всего лишь конкурент во власти, но - увы! - короткий отрезок жизни, проведенный вне Уинфреда, научил принца подвергаться сомнениям.
  - Мой добрый друг! - Сэвори рассмеялся в ответ. Мысль о том, что он может быть вхож в чьи-то политические круги казалась нелепой. - Благодарю от всего сердца, но нет. Я бы хотел заняться чем-то иным: более полезным и менее скучным. Не обижайся, мой друг.
  - Даже в мыслях не было, - юноша мысленно выдохнул. Надо признаться, в душу закралось подозрение о том, что сир Сэвори - обыкновенный шпион Альфар. Но после услышанных слов, подозрение было снято. Ну какой шпион в трезвом уме откажется от влияния на королевский двор?
  'Да и обстоятельства, при которых мы познакомились нельзя назвать специально подстроенными', - мысленно добавил Рик, любуясь улицей, забрызганной сиреневой краской цветущих глициний. В конце улицы, возле кованой ограды промелькнуло знакомое лицо с чумазыми щеками. Маленький попрошайка выскочил из-за дерева и тут же скрылся в ближайших кустах.
  'Не хватало еще, чтобы он каждый день клянчил у нас монеты!' - подумал принц, заходя внутрь постоялого двора, следом за эльфом, рассуждавшим об ошибках своей юности.
  Однако опасения были напрасны. Возле постоялого двора никто не клянчил деньги - ни вечером, ни на следующий день. Возможно причиной этому были хмурые вышибалы, или на постоялых дворах подавали хуже, чем на площадях.
  На следующий день, после обеда, Рик вышел из 'Драконьей пещеры', чтобы прогуляться по городу. Во дворе он встретил сира Сэвори, спорящего о чем-то с хозяином заведения. Они перекинулись парой фраз, и спорщики вернулись к предмету спора, а Рик, махнув на прощанье, закрыл за собой калитку.
  Практически пустые, послеобеденные улочки нравились принцу. Был в них какой-то уют, самобытная красота, которую, прежде всего, создавали глицинии. Небо затянуло облаками. Иногда накрапывал дождь. Именно такую погоду хотел стихийный архимаг, возвратившийся в родные пенаты. Сначала Рик жалел о том, что не может разделить эти волшебные прогулки вместе с Сагой, затем одергивал себя, напоминая о предательстве девушки.
  В тот день Рик был задумчив как никогда. Вот он, идет по родному городу, видит лица хельмов, слышит родную речь. Однако счастье было каким-то грошовым и маленьким, словно сдувшийся шарик.
   'Интересно, как дела у Саги?' - мысли упрямо крутились вокруг возлюбленной.
  - Смотри, - слух резанул грубый мужской голос. - Это он!
  Принц обернулся и увидел что за ним, отставая на десяток шагов, увязались какие-то бродяги. Может и не бродяги, но вид имели потрепанный.
  - Точно? - засомневался второй, встретившись взглядом с Эвериконом. Похоже, что преследователи даже не старались скрыть свое присутствие.
  - Дурья твоя башка! - сопел первый. - Это он позавчера Нейлу монет отсыпал. Богатенький стало быть.
  - Стало быть, сами боги велят его 'пощупать'. - Эхо пустой улицы подхватило гнусные смешки, а через пару секунд и звуки погони.
  Рик резко остановился и развернулся лицом к преследователям. Перчатки слетели с рук; он готовился применить магию. Ударная волна разметала бродяг в разные стороны. Раздались крики. Окно ближайшего дома распахнулось.
  - Иди сюда! Быстрей! - прозвучал до боли знакомый голос, и сердце непроизвольно подпрыгнуло от радости. Рик повернул голову и увидел отчаянно жестикулирующую Сагу.
  Не отдавая отчета своим поступкам, он подбежал к окну. Сага протянула руку и помогла ему взобраться внутрь дома.
  - Быстрее! - она потащила принца за собой и он повиновался. Разум отказывался верить в реальность происходящего. В самом деле: он бы Абелоуну удивился не так сильно!
  Впрочем на расспросы не оставалось времени. Они бежали. Сначала вдоль узкого коридора, который вывел их к черному ходу. Потом они пересекли запущенный сад, потом прошмыгнули в открытое окно какого-то склада и долго поднимались по бесконечным лестницам, пока, наконец, не очутились в помещении с грязными стеклами, за которыми открывалась прекрасная панорама на портовый склад, порт и, конечно же, залив.
  - Стой! - взмолился Рик. Легкие горели огнем, а сердце бешено колотилось. Он привалился спиной к решетке и тяжело дышал, уткнув взгляд под ноги.
  - Рик, тебя ищет Абелоун! - отдышавшись, выпалила Сага. - Тебе нужно связаться с Левелисом пока не поздно.
  - Обойдусь без твоих советов! - он мрачно посмотрел на нее.
  - Меня послали руководить облавой! - она вдруг разозлилась. - Тебя хотели загнать в ловушку! У Гриффа все просчитано. Местные попрошайки работают на Гриффа.
  - Спасибо, что поделилась, - оттолкнувшись от стены, Рик направился к выходу и дернул ручку двери. Запертая дверь лишь громыхнула в ответ.
  - Да постой ты! - она с трудом оттащила его от двери. Принц почувствовал закипающую внутри ярость: ну почему эти люди (и эльф) никак не оставят его в покое? Даже в Макоде - столице его королевства - присутствовало влияние Абелоуна.
  Он навис над ней и больно сжав плечо, с ненавистью прошептал:
  - Отпусти меня!
  Сага поморщилась, но не отступила:
  - Я тебя не держу.
  - Врешь! Ты словно впиталась в мою кровь, Быстрое Серебро.
  После непродолжительной паузы, Сага озадачила его вопросом:
  - Ты хочешь убить меня?
  - Не-ет, - неуверенно протянул Рик, чувствуя, как отступает волна злости.
  - Тогда сам отпусти, - она оттолкнула юношу и потерла ноющее плечо.
  Принц молчал, но взгляд, которым он смотрел на Сагу, передал гораздо больше того, что он мог бы сказать словами.
  - Я знаю выход, - девушка почти не смотрела на него. - Иди за мной. Я выведу.
  - Выведешь, как же! Прямиком в 'родственные' объятия Абелоуна, - сказал он с холодной усмешкой.
  Она резко обернулась и с отчаянием воскликнула:
  - Да что ты вообще знаешь? Что я должна была сделать? Поставь себя на мое место!
  - Я бы рассказал тебе всю правду, а не часть!
  - Ну сказала бы - и что? Что мы смогли бы сделать? Ты сам говорил, будто Абелоун сильнее! - вдруг выпалила Сага. - И я знала, что он доберется до тебя. Поэтому я изо всех сил оттягивала момент вашей встречи, иногда у меня получалось, иногда мне просто везло. И что в итоге? Ты знаешь как обращаться с боевой магией, ты можешь поставить Орбан на место. А мой безумный отчим затеял эту авантюру лишь с одной целью. Шанс того, что эльф и человек заведут общего ребенка равен двум процентам из ста. Полукровка - это редкость. Но Абелоун, точнее, его алхимики, доказали обратное. Младшие дети Вальеса от эльфийки. Прознав про это, Грифф сделал все, чтобы склонить Абелоуна к взаимовыгодной сделке. Грифф добился желаемого, а вот Абелоун..., - она запнулась и покачала головой.
  Принц стоял, вытаращив глаза, не зная что ответить. Вот это поворот событий! Как все логично и просто. Точнее, не просто!.. Если, конечно, это не очередная хитрая ложь!.. Поток мыслей прервал стук в дверь - условный, судя по затейливому ритму.
  Рик, готовый применить 'Узоры Альфар', облегченно встряхнул руками, увидев за дверью сира Сэвори.
  - Благословенный Альфар! - глаза эльфа возбужденно блестели. - Эти олухи действительно пытались устроить за мной слежку! Но куда им до моего искусства перевоплощения! - При взгляде на Сагу, голос эльфа приобрел бархатные нотки: - Все произошло ровно так, как ты предупреждала, прекрасная из человеческих дев.
  Сага кивнула, а затем с отчаянием посмотрела на принца:
  - Пускай ты не веришь мне. Ну хотя бы ему, - она кивнула на новоприбывшего, - поверь!
  Принц усмехнулся в ответ.
  - На складе есть пара зеркал, - продолжила она, - воспользуетесь одним из них. - Сага протянула эльфу маленький сверточек, - Здесь пара важных писем от Абелоуна, адресованные Гриффу. Наверняка пригодятся в будущих политических играх. А это, - она сдернула с шеи амулет. Тот самый, который выиграл Рик, поспорив со Свирелькой. - А это ключ к зеркалу. Рик знает как он действует. - Она вздохнула, помолчала и добавила: - Ну, ладно! Мне пора.
  - Задержись, красавица! - Сэвори Сигнитт улыбнулся ей, а затем участливо поинтересовался: - Куда ты пойдешь? Судя по тому, что ты помогла нам, путь домой тебе заказан.
  Рик тоже подумал об этом, однако, старательно делал вид, будто его это не интересует.
  Она презрительно фыркнула, вспомнив о махинациях Гриффа и Свирельки.
  - За меня не беспокойтесь. Поселюсь у тетушки Фамфре и Дагни. Недавно получила от них письмо. Приглашали погостить.
  - А далеко ли это? - полюбопытствовал эльф.
  - Остров Ус Богомола, королевство Гортакс, дом из желтого и белого камня.
  - О! Я никогда прежде не бывал на Усе Богомола, - оживился сир Сэвори.
  - Милости просим в гости, - буркнула Сага, направляясь к окну.
  - В ее словах есть некоторый резон, - Сэвори смотрел на слуховое окошко, в котором пару минут назад исчезла светловолосая девчонка.
  - Насчет того, чтобы погостить на Усе Богомола?
  - Насчет того, чтобы воспользоваться зеркалом и амулетом.
  - А если это ложь? - Рик порыскал взглядом по пыльному помещению, в поисках упомянутых зеркал.
  Эльф покачал головой, с любопытством разглядывая артефакт.
  - Ты знаешь, сколько он стоит? - Сэвори потряс в воздухе амулетом. - Лично я тысячу раз подумал бы, прежде чем расстаться с таким сокровищем.
  Рик вспомнил слова Саги насчет покупки корабля или собственного дома и ощутил укол совести.
  - Я готов. Отправляемся.
  
  Внутренний двор замка Иннишид озарился слепящим светом. Стража - личная гвария его покойного величества - предалась панике, а Левелис, принимавший послов королевства Джамн, без предупреждения сорвался с места и выбежал во двор королевского замка. По всем правилам, нарушителя магических границ, ждало самовозгорание, но ничего подобного не произошло.
  - Сын Сейда! - шелестело в толпе ощетинившихся оружием гвардейцев. Руны под ногтями юноши переливались золотом.
  - Добро пожаловать домой, Ваше Королевское Высочество, - по ступеням спускался Левелис, в сопровождении свиты советников и военных магов. Эльф благоразумно отступил на несколько шагов, понимая, что ему здесь не обрадуются (особенно после махинаций Гриффа).
  - Хорошо то, что хорошо кончается, - прошептал он на альфарейском.
  Обернувшись, Рик возразил:
  - Еще ничего не закончилось.
  
  Глава 24
  
  Tranquil tongues, showing their dragon's fire
  Lovers' hearts, painted black with desire
  
  The Cure, 'Versus the Ocean'
  
  - Он сразу же не понравился мне! - Король Эверикон Сейд Андорр Элефирский направлялся в шатер. Следом, едва поспевая за монархом, бежал старший советник Фолькор. Ускорить шаг мешали новые сапоги, жутко натирающие пятки.
  - Но ваше величество, только благодаря Левелису, Хельм еще не распался на отдельные княжества!
  - Ты уверен, что у него нет общих дел с Абелоуном? - Рик кивнул отсалютовавшей страже, расставленной возле шатра.
  Вопрос был щекотливым, но советник выкрутился:
  - Мне про то неизвестно, ваше величество. Но с уверенностью заявляю, что архимаг Левелис любит Хельм больше собственной семьи!
  - Которой у него нет, - молодой король не удержался от едкого комментария в адрес Левелиса. Возле входа в шатер замерли слуги. Рик жестом приказал им удалиться. Разговор в шатре не касался чужих ушей.
  - Насчет семьи - это правда, - кивнул старший советник. - Что еще раз доказывает полнейшую самоотдачу архимага.
  - Послушай, Фолькор, - юноша протянул руку к чайнику с дожоттом, - я ни в коем случае не умоляю заслуг Левелиса. Просто он слишком много себе позволяет. Что значит его последняя просьба: 'Подождать с возвращением прежних границ'?
  - Он опасается агрессии Абелоуна.
  Король фыркнул и, расположившись на диване с чашкой джотта, указал собеседнику на противоположный диван.
  Советник со вздохом облегчения принял приглашение, предварительно плеснув джотта в свою кружку.
  - Он допустил смерть моих родителей! Что если Левелис не хочет видеть на троне меня, наследника короля Сейда?
  - Упасите боги! - не на шутку испугался советник. - Что заставило вас сделать подобные умозаключения?
  - То, что вы не проявили особого энтузиазма, разыскивая меня.
  Фолькор отставил чашку и положил руки на свой выпирающий живот.
  - Ваше Величество несправедлив! - он решительно вступился за архимага. - Хельмы рыскали повсюду: от Дивного моря до Гремучего. Мы собирали крупицы, любые слухи, но - увы! - Абелоун оказался хитрее нас. Он окружил себя проверенными людьми. И единственной брешью в его окружении оказался Арнедо, но его перекупили эмахи.
  - Оправдания, оправдания, - король был непреклонен.
  - Ваше Величество несправедлив, - повторил старший советник. Его взгляд остановился на широкой карте, занимавшей больше половины стола.
  - Капитан Андэль говорил что-то о Рованкренинге...
  - 'Что-то'! - перебил Рик, разглядывая фамильный перстень на пальце своей левой руки. - Мы отвоевываем границы. И если ты забыл, то я напомню, что завоевание Рованкренинга установит прежние границы. Гранцы, которые были при короле Сейде.
  - Почему бы вам просто не подождать, Ваше Величество?
  - Чего ждать?
  - Я не хочу обидеть вас, но в чем-то Левелис прав...
  - В чем же он прав? - Рик шваркнул чашкой о стол, расплескав остатки дожотта по столу.
  - В том, что второй месяц вашего правления мог бы быть не столь же энергичным, сколь первый, - в шатер без приглашения зашел Левелис собственной персоной. Он вообще не собирался покидать замок Иннишид, но важные бумаги требовали королевской росписи. Ему откровенно не нравилась идея юноши раздать титулы и земли голытьбе с островов Пиратских душ. Пускай, половина из них хельмы, но это не меняло ровным счетом ничего. От них больше трат, чем выгоды. И надо же такому произойти: уже как полтора месяца южный королевский флот ходит под командованием этого неотесанного мужлана Понабарта! А джамны?
  'Свихнуться можно! Он и с этими пожирателями улиток успел задружиться. И как! На уровне самой Фрейт Айрис! - Левелис очень старался, чтобы его мысли не отобразились на его лице. - Правда союзники из них получились ненадежные. Эверикон быстро разрешил давний конфликт джамнов и троллей. А что взамен? Взамен джамны прислали на подмогу пару десятков магов, которых капитан Андэль отправил к восточным границам. Тролли теперь тоже верные союзники королевства Хельм. Даже пираты прислушивались к новому королю хельмов. В общем, с появлением мальчишки ни одного спокойного денька. Будто на бочке с порохом живу!' - Левелис вел мысленный монолог, пока Рик изучал поданные на подпись документы.
  - Как идут дела с новыми плантациями на Жемчужинах рос? - меж делом поинтересовался король.
  - Благодатный климат и прекрасная погода дают потрясающие результаты, - ответил Фолькор. - Да и народ доволен работе, за которую хорошо платят.
  - Могли бы использовать рабский труд, как орбанцы, - заметил Левелис, стряхнув со своего камзола седой волос. За последние несколько лет его шевелюра изрядно поредела.
  - Никаких рабов! - Рик нахмурился и напомнил ехидным тоном: - По законам королевства Хельм любому работорговцу полагается пожизненный срок на рудниках Иллиона.
  Наместник побагровел, но более ничем своего гнева не выказал. Собрав подписанные документы, он молча откланялся и покинул шатер. Левелис предпочитал открывать портал из шатра старшего советника, хотя в шатре короля тоже имелось зеркало.
  
  Битва за Рованкренинг окончилась не начавшись. Рано утром в шатер короля ворвался запыхавшийся Андэль и доложил Рику следующее:
  - Город выбросил белый флаг. И зеленый флаг: кто-то из городских наместников желает переговоров.
  - Будут им переговоры, - проворчал юноша, накидывая на плечи плащ - темно-зеленый, с изображением раскрытой раковины и дракона, свернувшегося внутри нижней створки. Походные условия ничуть не смущали молодого короля. Он даже привык спать в повседневной одежде и мыться в речке.
  - Но вы же не пойдете? - капитану претила мысль о подобном повороте событий. Вот уже месяц как он отцепил от куртки знак с изображением медузы и обзавелся погонами капитана королевской гвардии и нисколько не жалел об этом. До этого момента.
  - Конечно пойду, - отвечал Рик с улыбкой нашкодившего ребенка.
  - Усилить охрану. - Андэль прекрасно понимал, что любой аргумент будет успешно проигнорирован. Монарший упрямец любил находиться в первых рядах.
  Широкий шатер для переговоров находился между городскими стенами и лагерем хельмских солдат. Ровно посередине. Возле шатра не было ни единого намека на магию или примененного заклинания. Андэль обернулся и подал знак, мол, все чисто.
  Процессию, последовавшую к шатру, возглавлял Фолькор в старых сапогах. Следом шел Эверикон в плотном кольце охраны, состоящей из лучших магов. Слуги откинули полог шатра, в котором ждали переговорщики от королевства Орбан. В глазах запестрило от серебряных плащей с черным подкладом.
  - Конечно! Стоило ожидать именно псов Цезерина, - прошипел Андэль, накрывая процессию дополнительной защитой.
  Возле круглого стола находился Абелоун собственной персоной. По левую руку находился Вальес и вид у обоих, надо заметить, был самодовольный. После официальных приветствий, переговорщики разместились за столом.
  - Королевство Орбан готово уступить королевству Хельм территории, ровно до Рованкренинга, - начал Вальес.
  - Старые границы значительно дальше, - напомнил Рик, кивнув на старую карту, так любезно подсунутую одним из слуг.
  - Означает ли это, что вы готовы идти до самого конца? - покачал головой Вальес. - Но прежде, чем ответить, подумайте, располагает ли Ваше Величество достаточными средствами для ведения затяжной войны? Орбан намерен отстаивать спорные территории и, в частности, Рованкренинг.
  Здесь герцог попал в самую точку. Казна действительно пустовала, если не считать фамильных драгоценностей и привезенных Риком сокровищ. Впрочем у короля имелся козырь, о котором не догадывались ни Вальес, ни Абелоун.
  - Мы располагаем достаточными средствами для ведения войны, - лицо Рика ничего не выражало, чего нельзя было сказать о главе дома Цезерина.
  - Численность наших войск превосходит численность ваших войск, - Абелоун сверлил взглядом молодого короля и гадко ухмылялся.
  - Мы берем не количеством, но качеством, - не остался в долгу Фолькор.
  - Так тому и быть, - орбанский архимаг перевел взгляд на Фолькора. - Это ваше окончательное решение?
  - В данной ситуации..., - начал старший советник, но не успел завершить предложение, потому что Абелоун прищелкнул пальцами. На месте стоянки хельмских солдат тот час же прозвучали взрывы. В шатре воцарился хаос, причем, стараниями псов Цезерина. Теперь шатер напоминал небрежно скомканную тряпицу. Рик ощутил толчок в спину, кто-то намеренно или случайно сбил его с ног. Падая, он сгруппировался и откатился в сторону. Послышался треск материала - чей-то кинжал проложил путь наружу. В плечо Рика вцепились пальцы Андэля, он подтолкнул короля к лазейке. Работа королевской гвардии была на высоте.
  Возле городских стен и на месте стоянки развернулось самое настоящее сражение. В ход шло не только обычное оружие, но и магия. Даже невооруженным глазом было видно численное преимущество орбанцев.
  - Наша победа - это вопрос пары часов, - позади прозвучал бархатный баритон Абелоуна. Он был один, без Вальеса. Их окружало плотное кольцо псов Цезерина. - Поговорим? - Абелоун посмотрел на Рика с усмешкой. Раньше он мог смотреть на 'племянника' свысока, потому что был выше ростом. Теперь все изменилось, и они говорили на равных.
  - Ваше Величество, здесь небезопасно, - Андэль загородил собой короля, ожидая от орбанца любого подвоха.
  - Не мешайся, - глава дома Цезерина отмахнулся от мага, словно от назойливой мухи. Поняв, что Андэль не собирается отступать, он вытащил из кармана акулий зуб на просоленной конопляной веревке, бросил на землю и растоптал. Морской дьявол с воем набросился на Андэля. Последний парировал удар магическим щитом и, уводя битву дальше от короля, атаковал дьявола огнем.
  - А ты изменился, - насмешливый взгляд был устремлен на Рика. - Стал безжалостным монархом, который запросто посылает подданных на верную смерть. Словно в солдатики играешь. Верно? - Абелоун пригладил бородку и, не дожидаясь ответа, продолжил: - Я полагал, что мы сумеем договориться.
  - Нам не о чем договариваться, - отрезал Рик. - Я верну прежние границы на материке и верну захваченные орбанцами острова.
  - Очень жаль, - он вновь коснулся пальцами щегольской бородки.
  - Хочешь поквитаться? - молодой король принял боевую стойку. Левелис научил его всем боевым заклинаниям, которые только знал.
  - О, нет! Потому что я раздавлю тебя, как клопа, - поразительная самоуверенность орбанского архимага заставляла трепетать врагов. Но не Рика, который лишь скептически фыркнул в ответ.
  Раздался победный крик - Андэль все-таки сумел подчинить себе дьявола и, не теряя времени, натравил его на псов Цезерина. Абелоун кинул в сторону удивленный взгляд, но ничего не сказал.
  - Что, не нравится, когда твое верное оружие обращается против тебя самого? - Рик был невозмутим. Слова заклинания 'Драконьи кости' тот час же стерли самодовольную ухмылку с лица Абелоуна.
  - Не дайте ему сплести заклинание! - не своим голосом вскрикнул орбанский архимаг. От ближайших псов Цезерина прилетело несколько огненных шаров. Сработал поставленный Андэлем щит. Псы и Абелоун засуетились пуще прежнего, но было поздно. Последнее слово заклинания вместе с каплей крови упало вниз.
  Земля вздрогнула и вспучилась, исторгая на поверхность бронзово-ржавые скелеты. Кости чудовищ в мгновение ока обросли огненной плотью, в глазных щелях заплясали слепящие молнии.
  Плоть драконов состояла из воды, земли и ветра. Из пасти вырывались оранжевые струи огня. Неравная борьба вновь превратилась в неравную. Только стороны поменялись местами.
  - Назад! Назад! - Андэль замахал руками. Благодаря его расторопности и дальновидности, хельмская армия оказалась вне досягаемости драконов. Абелоун с обреченностью наблюдал за тем, как гибнут его лучшие маги и адепты. Сбылся самый страшный сон королевства Орбан.
  'Божественный Цезерин, ты видишь, что я всеми силами старался не допустить этого!' - странная отрешенность завладела разумом архимага. Неужели он проиграл эту многолетнюю войну?.. Подняв голову, Абелоун увидел, что на него летит дракон.
  
  - Что с Рованкренингом? - требовательный голос Граннуса прозвучал до того как Абелоун закончил сбивать пламя со своего плаща. Заклинание перенесло его прямо в королевский замок. И, конечно же, братец тут как тут!
  - Ты сдал его? - в глазах короля отразился страх и гнев. - Как ты посмел?
  - Мои псы выкрали и сожгли все копии заклинания 'Драконьи кости', - в эту минуту Абелоуну хотелось напиться зелий забвения, чтобы забыть свой позор. - Ни один тайник не остался незамеченным. Я не понимаю!..
  - Отныне нам придется считаться с мальчишкой - вот что ты должен понимать! - рявкнул Граннус, в злом бессилии пнув ножку стула. - Скотство! Все будет так же, как при Сейде.
  - Рано ставить точку. Я надавлю на эмахов, - мрачно парировал Абелоун. - Мы еще возьмем реванш, брат.
  Граннус поморщился и отправился в тронный зал, давать распоряжение насчет отсылки делегации в королевство Хельм. Нужно было договариваться о мире.
  
  Иннишид когда-то носил другое название - 'Хрустальное ветрило', а теперь - 'Драконьи кости'. Второе название подходило не сколько острову, сколько замку, ибо он действительно напоминал скелет исполинского дракона. Вход в замок был выполнен в виде раззявленной пасти чудовища. Здесь не присутствовало эльфийской роскоши - ни в архитектурной композиции, ни во внутреннем убранстве, но в замке было свое очарование, не похожее ни на что, виденное Риком прежде.
  Молодой король подошел к стене, с которой на него взирали портреты предков. Красивые мужественные лица сегодня смотрели как-то иначе. С некоторым... сочувствием. Впрочем, здесь не обошлось без его воображения.
  Витражи на стеклах вновь затеяли странную игру красок. По залу бродили предзакатные розово-персиковые всполохи.
  Он смотрел на небо и суету далекого города. В груди теснились горечь и печаль. Он знал, что Сага не вернется. А он? Может ли он довериться ей после всего, что произошло? 'Единожды предав...' - кажется так говорят? От этого знания хотелось рыдать, но слез не было.
  'Время вылечит любые раны!' любил повторять старший советник, чудом выживший в битве за Рованкренинг. Какая чудовищная, циничная ложь! Рик накрыл ладонью амулет, который носил не снимая и прислонился лбом к нагретому стеклу, вспоминая утренний разговор.
  - Ваше Величество, праздник по поводу блистательной победы над орбанцами уже отгремел. Не пора ли подумать о новом поводе для праздника? - Фолькор, как всегда, начал издалека.
  - О чем вы, советник? - юноша оторвался от изучения очередных бумаг на подпись.
  - Война прекратилась, - в разговор вклинился Левелис. - Но надолго ли? Орбанцы никогда не успокоятся. Но выход есть. Почему бы Вам не взять в жены дочку короля Граннуса? Она...
  Обычно сдержанный Рик взорвался, не дослушав до конца, чем поверг в шок как бывшего наместника, так и весь совет, в то утро присутствовавший при разговоре в полном составе.
  - Жениться на орбанской дурочке, моей названной сестрице? Да я лучше жабу съем!
  - Но Ваше Величество!.. - попробовал возразить Фолькор.
  - Я никому не позволю вмешиваться в свою личную жизнь! - в Рика словно демоны вселились. - Все свободны!
  Когда на душе становилось муторно, Рик, изменяя внешность с помощью магии, покидал замок. Королю нравилось бродить по улицам Макода, но особенно ему нравилась толчея и суматоха, царящая в городском порту. Там он на время забывал о проблемах и не чувствовал себя таким одиноким. Конечно же Левелис не одобрял подобных прогулок, но и Рику было не занимать упрямства и своеволия. И сегодняшний день не был исключением. Неделю назад он поцапался с Левелисом из-за присвоения очередного титула с правом владения земель.
  - Неслыханно! - срывающимся голосом кричал бывший наместник. С появлением Рика, у него развился синдром раздраженного горла. - Пожаловать наши лучшие земли неизвестно кому! Боги! Видел бы Его покойное Величество Сейд!
  Рик, быстро привыкший к взрывному характеру Левелиса, уходил из тронного зала, таким образом лишая Левелиса главного слушателя. Причитания бывшего наместника никак не сказывались на решении молодого короля. В отместку, советник пытался организовать бал-смотрины на Иннишиде. К счастью, планы так и остались планами (Рик вовремя подружился с казначеем и тот подсунул фальшивый доклад Левелису, согласно которому экономика королевства пока что не располагала достаточными финансами для проведения пышных празднеств).
  Лицо овеял южный ветерок. Со стороны портовых складов что-то грохнуло, послышалась отборная ругань. Юноша ухмыльнулся и прошел дальше, на пару секунд задержав взгляд на пустующем корабле, с ростром в виде осьминога. Расставленная по периметру стража не позволяла подойти ближе: корабль, точнее, команду корабля только что арестовали. Самой большой ошибкой работорговцев было зайти в воды королевства Хельм. Лицо короля озарилось довольной улыбкой. Указ преследовать работорговцев вступил в силу около трех месяцев назад.
  С левой стороны шумел оркестр. Хельмы встречали корабль из Альфар. Эльфийские целители, приглашенные Риком, с радостью откликнулись на просьбу о помощи (увы, война сократила количество хельмских целителей). Взамен король обязался выполнять заказы на погоду в Альфар. Неплохой бартер, если учесть, что в казне действительно было негусто. Впрочем, небывалый урожай джоттовых ягод, пшеницы и хлопка обещали исправить ситуацию.
  Рик шел вдоль причала. Измененная внешность не бросалась в глаза. Он был одним из многих: торговец или зажиточный горожанин. Никто не расступался перед ним, никто не склонял головы, а иные даже грубо пихались локтями.
  Король вздохнул. Ну кого он обманывает, изображая праздношатающегося зеваку, пришедшего поглазеть на корабли? На самом деле он как последний дурак ищет в разношерстной толпе знакомый белобрысый затылок и это уже четвертый променад вдоль причала за утро.
  - Кто бы мог подумать, что сир Сэвори Сигнитт остановит выбор на какой-то человеческой девчонке! - подобную сплетню Рик слышал, наверное, в тысячный раз. В этот раз он стал невольным свидетелем разговора между высоким разодетым щеголем и его спутницей, юной адепткой хельмской школы магии.
  - Говорят, влюбился, как шестнадцатилетний мальчишка!
  - А еще говорят, будто сир Сэвори приобрел собственный корабль и собирается в путешествие.
  По правде сказать, Рик радовался за эльфа. Поэт присылал приглашение на свадьбу, но в тот день принц принимал послов пиратского государства. Пираты были лояльны к королевству Хельм, чему не мало поспособствовал капитан Понабарт и, как результат, заключили союз с возрожденным королевством Хельм.
  Рик улыбнулся, вспомнив, прочитанное позавчера письмо от Понабарта (написанное Жоржеттой под диктовку). В письме сообщалось, что капитан, пойдя навстречу просьбе его величества, отыскал Сиренку с Корником и принял гремлинов в свою команду.
  'Пускай у них все будет хорошо!', - принц подумал о том, что не плохо бы пригласить всю команду Понабарта в Макод.
  - Эй, мужик! - его окликнул бородатый матрос, натирающий ростр в виде черепа дракона. - Работу, часом, не ищешь? А то заглянул бы к нашему кэпу.
  Рик поднял глаза и застыл в изумлении. На борту сияла новенькая надпись, выполненная золотой краской: 'Иннишид'. Сердце 'прыгнуло' в область горла и Рик рванул вверх по трапу.
  'Но ждет тебя счастье, и найдешь ты его на... Иннишид. Да, вижу название! Так и написано золотыми буквами...' - в ушах звенели слова Кебран.
  - Капитан Сэвори Сигнитт к вашим услугам, - эльф находился в каюте и в знак приветствия отдал честь новоприбывшему. - Вы по поводу работы?
  Рик кивнул.
  - Да, нам требуется корабельный маг, разбирающийся в боевой магии. Время, сами понимаете, неспокойное. Прошел слух, что пираты не будут нападать на хельмские корабли, но... Лучше перестраховаться. Работа не пыльная, особых способностей не требуется. Я в том смысле, что погоду мы не заказываем, а вот...
  - Могли бы и заказать, - Эверикон с заговорщицкой улыбкой стащил перчатку с левой руки.
  Сигнитт удивленно захлопал ресницами, а затем расхохотался в ответ.
  Дверь каюты приоткрылась. На пороге стояла Сага. Летнее небо в глазах потускнело, лицо девушки было серьезным. Сердце Рика забилось вдвойне быстрее.
  - Что с погрузкой, кэп? - деловито спросил она, едва удостоив новичка взглядом.
  - Душа моя, у нас все готово, - в каюту вошла Дагни, предварительно постронив подругу.
  - Хорошо, свет очей моих, - кивнул эльф. - Кстати, познакомьтесь с нашим корабельным магом. Теперь у нас полноценная команда.
  Дагни сделала смешной реверанс, Сага просто кивнула в знак приветствия.
  - И давай расставим все точки над 'и', - эльф подмигнул королю. Теперь-то сир Сэвори прекрасно знал кто стоит перед ним. - Приказы капитана не обсуждаются, равно так же как и приказы его жены. Правда, свет очей моих?
  Дагни чмокнула эльфа в знак согласия.
  - А как насчет приказов старшего помощника? - Сага, привалившись плечом к дверному косяку, метнула в эльфа грозный взгляд.
  - Вот это необязательно, - сир Сэвори забавлялся ситуацией.
  - Отлично! - Сага тут же обиделась. - Жена выше по званию, чем старпом. Приплыли!
  - В городе все судачат о вашем выборе, кэп, - заметил Рик.
  - Пускай судачат. Свет очей моих, не читала ни одного из моих произведений, чему я несказанно рад, - эльф опустился перед ней на колени и жестом фокусника извлек из воздуха букетик незабудок. - Твое первое задание, - Сигнитт вручил жене цветы и повернулся к Рику: - помочь старшему помощнику с погрузкой провианта.
  Когда дверь захлопнулась, эльф сокрушенно покачал головой:
  - Боги! Придется искать нового старпома.
  - Душа моя, ты говоришь загадками, - Дагни повернула голову, взглянув на то место, где пару секунд назад стоял корабельный маг. - Разве Сага собирается покинуть нас?
  - Терпение, моя красавица. Скоро тебе обо всем станет известно.
  
  Выйдя на палубу, Рик немного замешкался, отчищая испачканный рукав куртки. Когда он присоединился к остальной команде, работа вовсю кипела.
  - Не хочешь помогать, то хотя бы не мешайся, - буркнула Сага, искоса посмотрев на новичка. Он послушно отошел, и, дождавшись подходящего момента, спустился в трюм следом за Сагой. Свет фонаря осветил разорванный мешок, из которого с шуршанием высыпалось зерно.
  - Дохлые молюски! - ругалась старший помощник, одной рукой сгребая зерно в кучу.
  Король наклонился к девушке, чтобы взять фонарь. Их взгляды встретились.
  - Ну чего ты пялишься? - сердито спросила она. - Лучше б помог!
  Рик стянул перчатки, отметив замешательство девушки при виде рун под его ногтями. Зерно возвратилось на место, прореха была залатана.
  - Что ты здесь делаешь? - наконец выдавила из себя ошеломленная Сага.
  Развеянный морок явил Рика - именно такого, каким она запомнила его во время последней встречи: резко повзрослевшего и безумно симпатичного.
  - Я пришел сказать, что очень скучаю, - честно признался король. - Ты выйдешь за меня?
  - Брак с простолюдинкой недействителен, - она уныло улыбнулась.
  - А с баронессой западных земель, Сагой Энотерсской очень даже действителен. - Левелис мог орать хоть целые сутки напролет, все равно его гневные тирады не отвратили бы Рика из-за принятого решения. Именно ей предназначались те самые 'лучшие земли', из-за которых король сильно поссорился с Левелисом.
  Сага отшатнулась, и, закрыв лицо ладонями, изумленно прошептала:
  - Так ты пожаловал мне титул!.. Где указ?
  - Я, что, похож на дурачка? - Рик хитро улыбнулся. - Знаю что ты немедленно разорвешь указ в клочья и выкинешь за борт.
  Девушка отняла руки от лица и подбоченилась:
  - Типа изучил меня, да?
  - Угу! - кивнул Рик, с самодовольным видом заключая Сагу в объятия.
  
  Над Макодом распускался погожий денек. Столица была одним из многих городов королевства, которые практически не нуждалась в погодной магии. Ветер с суши осыпал порт цветочными ароматами. Дагни стояла облокотившись о фальшборт и любовалась видом города.
  - Как ты смотришь на то, чтобы поселиться в Макоде? - сир Сэвори обнял жену.
  Девушка наградила его недоверчивым взглядом.
  - Но разве мы не собирались к Дивным островам? Ничего не понимаю, - пробормотала она, совсем сбитая с толку.
  - Наше путешествие закончится, как только мы выплывем из порта, потому что Левелис потребует немедленного возвращения короля и его невесты. - Эльф помолчал и добавил: - Пожалуй, это самое короткое путешествие в моей жизни. Но поверь, милая, наш новый фрегат того заслуживает. 'Iss yul vael'e al envel' la que solea islaj onlin flejh imse*', - добавил он на эльфийском.
  
  
  'Iss yul vael'e al envel' la que solea islaj onlin flejh imse*'(эльф.) - 'Не отправляйтесь в долгие морские путешествия на новых кораблях'
  
  
  
  
  
Оценка: 4.60*21  Ваша оценка:

РЕКЛАМА: популярное на Lit-Era.com  
  К.Демина "Леди и некромант. Часть 2. Тени прошлого" (Приключенческое фэнтези) | | А.Респов "Эскул. Небытие" (ЛитРПГ) | | А.Емельянов "Мир Карика 3. Доспехи бога" (ЛитРПГ) | | Л.Миленина "Не единственная" (Любовные романы) | | А.Эванс "Право обреченной 2. Подари жизнь" (Любовное фэнтези) | | М.Старр "Мой невыносимый босс" (Современный любовный роман) | | I.La "Игрушка для босса 3: Стрекоза" (Современный любовный роман) | | М.Эльденберт "Мятежница" (Приключенческое фэнтези) | | V.Aka "Девочка. Вторая Книга" (Современный любовный роман) | | И.Зимина "Айтлин. Лабиринты судьбы" (Молодежная мистика) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Атрион. Влюблен и опасен" Е.Шепельский "Пропаданец" Е.Сафонова "Риджийский гамбит. Интегрировать свет" В.Карелова "Академия Истины" С.Бакшеев "Композитор" А.Медведева "Как не везет попаданкам!" Н.Сапункова "Невеста без места" И.Котова "Королевская кровь. Медвежье солнце"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"