Моцарелла: другие произведения.

Шанс Сценарий фильма

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
 Ваша оценка:

  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  ШАНС
  
  Элина Маркова
  
  Оригинальный сценарий
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  elinamarkova@yandex.ru
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  ИНТ.КОМНАТА ТАИ ГРИГОРЬЕВНЫ - НОЧЬ
  
  Полумрак. ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА, очень старая женщина, сидит в кресле, глядя в одну точку.
  
  Раздается шорох. Тая Григорьевна вздрагивает и начинает говорить с невидимым собеседником.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Вот видишь, я опять не сплю. Сейчас в юности своей побывала, сад наш видела - с сиренью, с яблонями. Хорошо там... Это не сон. Не знаю что, но не сон. Не спится... Которую ночь уж не спится. Глаза закрою - и вижу жизнь свою как на ладошке.
  Хочешь, я расскажу тебе всю свою жизнь? Зачем?.. Не знаю. Может, тебе будет интересно - и ночь, глядишь, пройдет... Ты слушаешь?.. Слушаешь, конечно, слушаешь - куда ж тебе деваться!
  Знаешь, иногда мне кажется, что я родилась совсем недавно. Самого начала, конечно, не помню. Первое, что всплывает в памяти, - ноги над пропастью. Не страшно. Да и не пропасть это вовсе, а так - крутой берег реки. Обрыв. Сидим, болтаем ногами. Разговариваем, смеёмся. Почему-то не боимся, что кто-нибудь подойдет сзади и толкнёт. Почему? Наверное, в детстве боишься совсем другого...
  В тот день родители вернулись с ярмарки. Как всегда, всякой всячины привезли. Все больше по хозяйству. Но и лакомства, конечно. Самое вкусное - 'крымские струки'. Сладкие, во рту тают. Кажется, ничего вкуснее и придумать невозможно. Батя знает, что я люблю, всегда привозит. Вообще-то они с мамой вместе ездят на ярмарку, но почему-то кажется, что 'крымские струки' привозит именно отец...
  
  НАТ.УЛИЦА 20Х ГОДОВ XX ВЕКА НА ОКРАИНЕ ГОРОДА - ВЕЧЕР
  
  Перед одним домой ТАЯ - Тая Григорьевна в юные годы, девушка пятнадцати лет, перед домом напротив -СЕМЁНОВНА, соседка. Ждут стадо.
  
  ТАЯ
  Что-то пастух задерживается. Уснул, небось, где-нибудь под кустом... Маманя говорит, Санька - пьяница, того и гляди, коров растеряет.
  
  СЕМЁНОВНА
  Ой, не говори, Таюшка, я уж вся извелась - и где его, паразита, носит! А что поделаешь! Не хочет никто больше стадо пасти. У всех хозяйство, дел невпроворот.
  
  ТАЯ
  Да Вам-то ещё ничего, у вас одна корова всего, а мне двух доить. Пока управишься, девчонки расходиться начнут. Хорошо тем, у кого сёстры.
  
  СЕМЁНОВНА
  Оно верно, хозяйство-то у вас поболе моего: вон и козы, и поросята. Да и кроватную мастерскую держите. Сёстры, говоришь... А кто б в мастерской-то работал, если б не старшие братцы? Да и защитники они тебе - малявке.
  
  ТАЯ
  Да уж больно они меня защищают! Лучше бы помогали хоть немножко. А то только всё им подай - принеси. И так дел по горло. Пока всю скотину покормишь да огород польёшь - глядишь, обед. Идут - усталые, голодные.
  
  СЕМЁНОВНА
  Чай, Володька-то с Лёней теперь не особо отцу помогают?
  
  ТАЯ
  Да, как обженились, так в мастерскую почти не ходят... Маманя говорит, батя им 'кусок выделил'. Наверное, два куска-то - их же двое... Зато и на обед не приходят. Это хорошо. А то раньше набегаешься с кастрюлями да мисками. Володя пока два раза добавки не попросит, не успокоится. Только и скачи: то в кухню, то в сени. Мамка-то от стола не отходит, следит, чтобы папаня не перебрал за обедом. Сейчас только Минька в доме, так ещё ничего. А как Володя с Лёней в женихах ходили, так спасу не было. Только и дёргали: то рубашку погладить, то сапоги принести... А Минька - ничего. Хороший он, добрый, спокойный. Книжки читает. Учись, говорит, Тая, не будешь сама учиться - жизнь силком заставит. Чудной он, Минька, и говорит всё как-то мудрено. И не женится... А мне когда учиться? У меня и без этого дел хватает. Три класса закончила, читать-писать умею, чего ещё! Маманя говорит, это для женщины не главное. Правда ведь?.. Ой, идут вроде, идут, Семёновна! На соседней улице мычат... А я всё спросить хочу: почему Вас, бабушка, Семёновной зовут? Вон маманю мою - Тамарой Матвеевной, а Вас только по отчеству...
  
  СЕМЁНОВНА
  Ну а как ещё? Я с молодых годов Семёновна. У меня и отец, и муж Семёнами были. Стало быть, я и есть Семёновна... А маманя твоя... Ну как тебе сказать... Вы и квартирантов держите, и мастерская у вас... Да и Тамара сама осанистая такая да важная. Ну, а я-то что... Семёновна - да и всё. Чего уж тут! Уж и темнеет как будто.
  
  ТАЯ
  Темнеет... Скорее бы подоить - и на обрыв. Пока ещё до нашего дома дойдут! Пойти, что ли, навстречу?
  
  Тая идёт навстречу стаду.
  
  НАТ. ДВОР ДЕРЕВЯННОГО ДОМА - ВЕЧЕР
  
  Темно. На крыльце, облокотившись, стоит ТАМАРА МАТВЕЕВНА - мать Таи, темноволосая статная женщина.
  
  Вбегает Тая: лицо красное, в слезах.
  
  Увидев мать, Тая опускает голову и пытается проскользнуть в дом. Тамара Матвеевна удерживает её.
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  О, о! Что это ты разбежалась-то! Чуть мать с ног не сбила! Что случилось? Кто тебя ужалил? Да ты никак в слезах? А, доча? Ты что? Кто тебя обидел?
  
  Тамара Матвеевна пытается обнять дочь, но Тая вырывается, сбегает с крыльца, плюхается на скамейку рядом.
  
  ТАЯ
  (хлюпая носом)
  Да ничего такого не случилось, мам... И никто меня не ужалил...
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Ну да, я и вижу. Выкладывай давай, чего ревела. Вроде весёлая убегала, довольная - а через полчаса уж вся в слезах. Небось, с девчонками чего не поделили? Ты их 'крымскими струками' угостила?
  
  ТАЯ
  Нет...
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (пытаясь рассмешить дочку)
  А что это ты? На тебя не похоже. А? Помнишь, как сестёр Бабуриных мёдом угощала? Это ведь хорошо, я тогда вернулась да тебя искать стала. А то так в подполе бы и окоченела с бочонком в руках. Это ж надо было додуматься! Ну куда ты весь бочонок-то перла, горе ты мое! Неужели нельзя было прямо там, в подполе, в миску отложить сколько надо, а? Нет ведь! Тащит весь бочонок! Не мудрено, что застряла, - удивляюсь, как ты его вообще подняла! А я слышу: Тая зовет... Думаю, где ж это моя дочурка? А она вон где - в подполе застряла! И наверх вылезти не может, и вниз не знает, как спуститься. А бочонок отпустить совесть не позволяет - разобьется бочонок, столько мёду пропадет!
  
  Тамара Матвеевна смеётся. Тая сначала улыбается, потом тоже заливается.
  
  ТАЯ
  (смеясь)
  Ага... А сестры Бабурины в это время горох наш общипывали. Лопают и даже не подозревают, что их подруга погибает в подполе! Мам, а ты бы что со мной сделала, если б я бочонок тот разбила?
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Да ты что, Тая! Ты что ж думаешь, я из-за бочонка переживала? Да я тебя за бестолковость ругала: надо же думать, что делаешь. Голова-то тебе для чего дана? А бочонок что... Ну, жалко бы, конечно, мёда было. Да ведь с голоду-то не умерли бы... Ну вот, смотрю, и слёзы твои высохли. Так чего ревела-то?
  
  ТАЯ
  Да ну, мам! Ты опять скажешь, бестолковая, мол...
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Ну?
  
  ТАЯ
  Ну, я коров-то подоила, а уже стемнело почти. Я впотьмах кулёк схватила и побежала на реку. Девчонок растолкала, уселась между ними, ноги свесила над обрывом - тут только дух перевела. Стала руку в кулёк протискивать. Нащупываю струки, уже как будто и вкус их чувствую, и слюни потекли... А тут комар на щёку сел - я его рукой пришлёпнула, да ещё нос почесала...
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (удивлённо пожимая плечами)
  Я что-то, Тая, тебя не пойму... Причём тут комар? Не из-за него же ты расстроилась?
  
  ТАЯ
  Что тут непонятного! Потом всё и стало гореть - и щека, и нос... и во рту. Как будто огнём горит! А эти все смеются, надрываются! Я кубарем к воде скатилась, пытаюсь умыться, а они гогочут и гогочут. Знаешь, как обидно! Мамань, ты-то хоть не смейся...
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Ничего не пойму! От чего у тебя горело-то всё? Не от 'крымских струков' же?..
  
  ТАЯ
  От перца.
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Какого перца?..
  
  
  ТАЯ
  Жгучего. Мам, я кульки, видать, впотьмах перепутала... В кульке-то перец оказался. Я уж потом поняла, а сначала, знаешь, как испугалась! Я перец твой в реку бросила...
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (пытаясь скрыть улыбку)
  Ну, стало быть, осталась я без перца... Гляди-ка, вон ещё один артист идет - папанька твой. Гляди, гляди: ровно идти пытается, как будто тверёзый. Вот морда, опять где-то напраздновался! Кепку-то на самые глаза надвинул...
  
  Появляется ГРИГОРИЙ ЯКОВЛЕВИЧ, отец Таи, мужчина с немного цыганской внешностью, в нахлобученной на глаза кепке, с трудом поднимается на крыльцо. Тамара Матвеевна молча наблюдает, стоит вполоборота.
  
  ГРИГОРИЙ ЯКОВЛЕВИЧ
  Тамара Матвеевна, хорошая ты женщина! Дай я тебя поцелую!
  
  Григорий Яковлевич пытается развернуть к себе мощную фигуру Тамары Матвеевны, не дотягивается до её лица, смущённо улыбается и потихоньку пробирается в дом.
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Иди уж!.. Ты заметила, Тая, батя-то усы сбрил.
  
  ТАЯ
  Да я его сначала и не узнала, мам! Чужой какой-то! И чего это ему в голову взбрело... Столько лет с усами ходил...
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Завтра узнаем - что к чему да почему, сегодня из него собеседник никудышный... Пойдём и мы с тобой, доченька. Спать пора. У бати-то твоего завтра выходной, поди. К обеду бы проспался. А нам с тобой выходных никто не даст...
  
  ИНТ. КУХНЯ В ДЕРЕВЯННОМ ДОМЕ - ДЕНЬ
  
  Тая и Тамара Матвеевна накрывают на стол, готовятся к обеду.
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Тая, ты почему скатерть чистую не постелила? Или забыла, что сегодня выходной?
  ТАЯ
  Да нет, не забыла... Только никого же нет! Папаня спит, Минька молока попил с ватрушкой и убежал...
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Неважно, сегодня выходной. Мало ли, кто зайдет. А куда это Минька, интересно, убежал? Знает ведь, что обед... Никакого порядка!
  
  ТАЯ
  Не знаю, мамань, не сказал. Молока хватанул прямо из крынки, потом хватил меня, закружил, за нос подергал - и убежал...
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (усмехаясь)
  Ох уж этот Минька! Куда понесся? Что ему вздумалось? Ну какой он хозяин будет! Никакого порядка у него в жизни нет... Зато ласковый да добрый - вот всё ему и прощаем. А надо бы уже приструнить! Вот, не дай бог, что с отцом - ведь не на кого и положиться...
  
  ТАЯ
  Мам, да что ты! Что с папаней может случиться! Проспится - и все будет хорошо. Семёновна говорит, что он хороший хозяин и примерный этот... семьянин...
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (улыбаясь)
  Ну, если Семёновна говорит, тогда конечно!
  
  ТАЯ
  (настороженно)
  А что, мамань, разве не так?
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Ну что ты перепугалась-то! Конечно, так. Такого хозяина, как твой отец, ещё поискать надо! И рукастый, и головастый. Минька-то, поди, головой в него пошёл. Всё читает что-то, да разговоры умные ведёт, только хозяйство его совсем не интересует. Хорошо ещё, в мастерской помогает. А батя твой всем хорош, но как начнет что-нибудь 'праздновать', так уж и остановиться не может. Сколько раз до беспамятства допивался - сама знаешь... А если что - так не на кого и положиться...
  
  ТАЯ
  Ну, так уж и не на кого! А Володя с Лёней?
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (вздыхая)
  Да какие Володя с Лёней теперь помощники! У Володька одна забота - кралю свою сторожить. Ведь это ж надо было на такой шалаве жениться!
  
  ТАЯ
  Мам, да она вроде нормальная была... Помнишь, тебе пироги помогала печь?
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Ну да, один раз. А потом ей некогда стало. Ухажеров больно много - пока со всеми полюбезничаешь, где ж тут пироги печь! Эх, знать бы, что такая стерва попадётся, легла б на пути, не позволила Володюшке жениться на ней... Она ведь почему и жить у нас отказалась - чтоб свобода была! Жила бы в нашем доме - я бы ее быстро прищучила! Сердце моё болит за Володеньку. Как бы чего не учадил! Так он ревнует, так разрывается - а этой... хоть бы что! И чем она его держит! Ведь ни рожи, ни кожи - а чуть приголубит, он уж весь и тает... Змеища!
  
  ТАЯ
  А ведь Наталья и правда на змею похожа... Вертлявая какая-то, когда идёт, кажется, ползёт: то в одну сторону вильнёт, то в другую...
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Во-во! Видать мужикам нравится, как она... виляет. Да и чуют они, слабая на одно место - вот и вьются!
  
  ТАЯ
  На какое, мам?
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (отмахнувшись)
  Не слушай меня, Таюшка, не для твоих это ушей. Ты Лёнькиным гостинец снесла!
  
  ТАЯ
  Ну да, с утра сбегала.
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Что у них там? Как дети, как сами?
  
  ТАЯ
  Да нормально, мам. Только шумно. Наталья на детей орёт, а Лёнька на Наталью. И дети орут.
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Да уж, успели, нарожали...
  
  ТАЯ
  Мам, почему от Лёнькиных детей всегда воняет? Другие ведь тоже писаются, а воняют только Ленькины...
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (сердито усмехнувшись)
  Это, доченька, не Ленькины дети воняют, а Манькины! Разве мужское дело - за детьми смотреть! На то у них и мать, чтоб содержать их в чистоте и порядке. А эта лентяйка пока соберётся пелёнки-распашонки постирать - они уж и высохнут. Так она ребятишек и одевает в грязное - благо что сухое! Вот ведь позорище!
  
  ТАЯ
  Мам, щи готовы давно и картошка сварилась - может, будить папаню?
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Да, пойду растолкаю. А ты иди снеси картошки наверх, пока горячая, штук пять - шесть, ну ты знаешь...
  
  ТАЯ
  Да успеется, мамань! Они всё равно холодную будут есть.
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Чего это?
  
  ТАЯ
  А они её, холодную, кружочками режут и на каждый кусок кружочек масла кладут. Говорят, это называется 'по-польски'. Да, мам?
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Да кто ж его знает! Они поляки - им виднее. Но ты, Тая, всё равно отнеси, пока горячая, а уж как они будут есть - это их дело. Гляди-ка, масло кладут... А всё нищими прикидываются...
  
  Тамара Матвеевна уходит будить мужа, Тая какое-то время смотрит в окно, потом с картошкой в тарелке поднимается к жильцам.
  
  Возвращается Тамара Матвеевна, в изумлении прикрыв рот рукой, следом входит Григорий Яковлевич, лысый, без бровей, подходит к зеркалу, пугается, машет руками, крестится.
  
  ГРИГОРИЙ ЯКОВЛЕВИЧ
  Ну всё, Тамара Матвеевна, чёртики мерещатся! Видать, белая горячка у меня! Что ж делать-то!
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (укоризненно качая головой)
  Да нет, Григорий Яковлевич, это ты собственной рожи испугался. Но гляди, сокол, добром твои попойки точно не кончатся... Вот уж до чего допился, что и не помнишь ничего!
  
  Тая входит с картошкой в тарелке, видит отца без бровей, шарахается от него.
  
  ТАЯ
  Ой, мамань, чего это?! Папань, ты чего?!
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Да не помнит твой папаня ничего. Сам себя сейчас первый раз в зеркале увидел.
  
  ТАЯ
  Папань...
  
  Григорий Яковлевич, смущённо отворачиваясь, садится за стол.
  
  ГРИГОРИЙ ЯКОВЛЕВИЧ
  Погоди, дочка, дай в себя прийти. Я это... вчера перебрал маленько. Серёга Борисов кровать у меня купил - молодым. Хорошая кровать, красивая, как раз новобрачным. Минька завитушки придумал такие... Так вот, мы это... Потом Григорьевы-братья пришли... А, вспомнил! Мы ж с мужиками поспорили, я на спор побрился. Лёха Григорьев меня и побрил. Только про брови-то уговору не было... Видать, Лёха пошутить решил! Ну держись теперь у меня!.. Ох, Тамара Матвеевна, мочи нет, как голова трещит! А?..
  
  Григорий Яковлевич вопросительно смотрит на жену.
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (усмехаясь)
  Что 'а'?
  
  Григорий Яковлевич, видя, что жена не особо сердится, приободряется, заговорщицки подмигивает.
  
  ГРИГОРИЙ ЯКОВЛЕВИЧ
  Только твоя перцовка спасти меня может! Иначе погибну во цвете лет!
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Надо бы тебя проучить - да уж ладно! Сейчас принесу.
  
  Тамара Матвеевна оборачивается и видит, что у Таи в руках тарелка с картошкой.
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (продолжая)
  А ты чего, красота моя, с картошкой вернулась? Квартиранты вроде дома были...
  
  ТАЯ
  (пожимая плечами)
  Мамань, да они отказались... Говорят, не надо, мол, не нищие... И еще что-то, но я не поняла...
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (переменившись в лице)
  О как!.. Гордые стали! Кормили-поили их сколько времени, жильё в два раза почти дешевле сдаем, чем другие, - и на тебе! Да уж, такие, видать, времена настали... Теперь все голодранцы загордились...
  
  Тамара Матвеевна мельком смотрт в окно.
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (продолжает)
  О, ещё одна 'гордая' тащится - бабка Анисья. Как обед в выходной, так ей чего-нибудь приспичит: то соли, то мучицы. Знает, что так не отпустим - за стол посадим. Давай-ка ты, Григорий Яковлевич, иди в клеть, там пообедаешь, а то Анисья всей улице разнесет, какой ты красавец! А ты, Тая... снеси-ка эту картошку поросям!
  
  
  ТАЯ
  Зачем поросям-то, мам?..
  
  
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  А вот так! Поросям - и всё. Делай, что велят! Ну, идите уже, идите! А я Анисью встречу - скажу, мол, хозяин приболел...
  
  НАТ. КРЫЛЬЦО - ВЕЧЕР
  
  На крыльце сидит Тая, на ступеньках чуть ниже МИТЯ, брат Таи, юноша с романтической внешностью, лежит, устроив голову на коленях сестры.
  
  Тая тормошит брата.
  
  ТАЯ
  Минька, почему ты не женишься? Ну Мить, ну я же тебя спрашиваю!
  
  МИТЯ
  (не отрываясь от книжки)
  А?..
  
  ТАЯ
  (наклонившись к самому уху брата)
  Я говорю: по-че-му ты не же-нишь-ся?
  
  МИТЯ
  (закрыв книжку)
  А тебе непременно надо, чтоб я женился?
  
  ТАЯ
  Да нет, но маманя говорит, тебе давно пора.
  
  МИТЯ
  Тая, да ведь чтобы жениться, полюбить сначала надо!
  
  ТАЯ
  Ну так и полюби! Вон Надю, например. Она такая красивая, и платья у нее красивые... А ты ей точно нравишься, она всегда краснеет, когда с тобой разговаривает.
  
  МИТЯ
  Ах, какая наблюдательная у меня сестрёнка, подумайте только! Но как же это я возьму - да и влюблюсь? Специально, что ли?
  
  
  
  ТАЯ
  (немного смутившись)
  Ну тебя, Минька, вечно ты надо мной смеёшься! Не знаю я, как... А только все друзья твои уже влюбились и женились. И Володя с Лёней. Один ты всё книжки читаешь!
  
  МИТЯ
  Ну, прямо как маманя заговорила. Смотри ты, какая взрослая стала да рассудительная!
  
  ТАЯ
  Митя, вот ты говоришь 'полюбить'... Володя Наталью свою сначала полюбил, а потом женился - всё, как ты говоришь. А только получается, что у Натальи-то не одна любовь, а полфабрики...
  
  МИТЯ
  Да какая же это любовь! Если бы она Володю любила, так на других бы и не смотрела. А Володе только кажется, что он её любит. Таких нельзя любить! Володька слабохарактерный - всё ей прощает. А разве можно измену простить, а? Если человек тебя раз предал, он и ещё предаст, так ведь?
  
  ТАЯ
  (пожимая плечами)
  Наверно... Мить, а у мамани с папаней любовь?
  
  МИТЯ
  У наших-то? Ну, любовь, конечно. Только она вся перепуталась с поросятами, коровами, навозом и всем этим хламом... Посмотри, дом ломится, а им всё мало! В погребе запасов, наверное, на три года - а мать всё солит, варит... Какая уж тут любовь! Любовь - она чистая, светлая...
  
  ТАЯ
  Ну как же, Митенька, без всего этого - у нас ведь хозяйство...
  
  МИТЯ
  Вот-вот, только и слышишь: хозяйство, хозяйство...
  
  
  ТАЯ
  (мечтательно)
  А только, когда маманя с папаней на крыльце вечером сядут, она голову на его плечо положит, - любо-дорого смотреть! И сидят они тихонько так, и сами такие красивые... Нет, у них точно любовь... хоть и хозяйство... Минька, а у тебя все книжки про любовь?
  
  МИТЯ
  Да нет, сестрёнка, про разное... Вот ты бы сама хоть раз взяла да почитала - ведь умеешь! Или разучилась уже?
  
  ТАЯ
  Не знаю, наверно, не разучилась. Да ну, Мить, мне некогда, лучше сам расскажи.
  
  МИТЯ
  Эх, Тая! Надо было тебе учиться дальше. Ну что такое три класса, разве это образование!.. А в книгах много интересного. Вот люди живут всю жизнь на одном месте - и знать не знают, сколько в мире всего, какие есть места красивые и удивительные. Я, Тая, уехать хочу, посмотреть другие земли, других людей...
  
  ТАЯ
  Ты что! Что ты говоришь, Митенька! Вот ведь до чего дочитался! Это все твои книжки дурацкие! Чего тебе не хватает? У нас тоже красивые места есть. Например, горсад. Там очень красиво: цветы посажены, по выходным музыку играют, а по дорожкам все ходят парами - под ручку. Пойдём в воскресенье в горсад вместе! Будем прогуливаться, как барышня с кавалером, а?
  
  Митя смеётся, вскакивает, хватает Таю за руку.
  
  МИТЯ
  Как барышня с кавалером, говоришь? А ты под ручку-то ходить умеешь? А ну, давай попробуем! Держись! Да голову-то подними, чтобы нос кверху торчал - а то на барышню не похожа! Ну, идём, раз-два, раз-два...
  
  
  Тая и Митя идут под руку, изображают парочку, звучит духовой оркестр.
  
  НАТ. ГОРОДСКОЙ САД - ДЕНЬ
  
  Музыка продолжает звучать. в Городском саду играет духовой оркестр. Появляется Тая под руку с НИКОЛАЕМ, бравым офицером.
  
  ТАЯ
  Как красиво в нашем горсаду, правда? Клумбы, дорожки, оркестр... Так бы и гуляла тут с утра до вечера! А Вы, Николай? Вам нравится?
  
  НИКОЛАЙ
  Таечка, мне очень нравится! Там, где Вы, для меня праздник! Иду и любуюсь Вами!
  
  ТАЯ
  (смущённо улыбаясь)
  Да что же на меня-то смотреть, я же не картина... И платье у меня не модное...
  
  НИКОЛАЙ
  Да Вам, Таечка, любое платье к лицу!
  
  ТАЯ
  Ой, Николай, Вы мне столько слов приятных говорите - я даже боюсь...
  
  НИКОЛАЙ
  Боитесь? Меня?! Почему?.. А знаете что, пригласите меня в гости, познакомьте с семьей - чтобы всё было честь по чести. А? Что Вы молчите, Таечка?
  
  ТАЯ
  (помрачнев)
  В гости?.. Да я бы с радостью... Только это не очень удобно... Да и семьи-то у меня - только мама, да и то парализованная.
  
  НИКОЛАЙ
  Как, Вы одна с больной мамой живёте?.. А я-то думаю, почему Вы всё время домой торопитесь...
  
  ТАЯ
  Да... Раньше у меня была у меня большая семья.
  
  Тая и Николай садятся на скамейку.
  
  
  ТАЯ
  (продолжая)
  Жили мы дружно. Правда, братья у меня шумные, особенно Володя с Лёней. Только и кричали: Тая то, Тая сё... Но я не обижалась - они же старшие. Я ещё совсем девчонка - а они уже женились. Неудачно женились. Вот с этого всё и началось... У Володи жена... ну, в общем, неприлично себя вела. Да и выпивать начала. А Володя ревновал сильно, но терпел - любил, наверное. Над ним смеялись, а он только зубами скрипел. А потом не выдержал и под паровоз бросился. Маленький заводской паровозик... Мама не плакала на его похоронах, а только всё вздыхала: я так и знала, мол, так и знала... А следом отец помер. Он всегда выпить любил. Пьяницей горьким не был, но если уж начинал 'праздновать'- мог и до беспамятства напиться. А как братья женились - так он стал выпивать и не только с радости... Маманька ему говорила, что добром это не кончится, - так и вышло. На майские выпил с друзьями крепко, а ночевать в чужом доме не захотел. Пошёл через рощицу, да, видать, притомился - лёг под березой отдохнуть и уснул. А на майские-то земля ещё холодная - ну и простудился папаня. Я толком ничего и понять-то не успела - а его уж не стало! Доктор руками только развёл: мол, скоротечная чахотка. Сразу после папиных похорон заявилась Наталья, Володина вдова. Не зря её мама змеищей называла... Я, говорит, пришла поставить в известность, что собираюсь с вами судиться. Решила она у нас часть дома отсудить. Что ты будешь делать! То, что отец Володе и Лене 'куски' выделил, - это ведь нигде не записано... А тут и Манька, Лёнина жена, смекнула, что к чему. Хоть и неряха, и непутевая, а быстро сообразила, что нельзя момент упускать. 'Обработала' она Лёню, уговорила участвовать в тяжбе. В общем, слетелись они как воронье ненасытное, - и растащили всё наше добро. Дом поделили 'честно' - нам с маманькой маленькая тёмная комнатушка досталась с заднего входа. Маме сначала как будто всё равно было. Или не верила она, что так всё кончится? Всё сидела на крыльце да смотрела далеко куда-то... А когда жильцы наши съезжать стали и даже, бесстыжие, не попрощались, а сынок их маманю чуть с крыльца не столкнул, - вот тут она вроде как проснулась. И глаза опять заблестели - только другим каким-то блеском, не добрым. Попыталась маманя бороться. Начались скандалы, крики, слёзы... Ужас что творилось! Билась она, как могла. Да только могла-то немногое... Всю жизнь на хозяйстве, если какие дела - так это всё на отце было. Маманька-то и понятия не имела, как себя вести надо, что делать. Воевала с невестками - а что толку! Кончилось всё тем, что разбил маму паралич. Митя всего этого не застал - после отцовых похорон уехал он от нас. Сказал, на Урал - а там кто ж его знает! И нет от него вестей. Может, счастье свое нашёл. Только думаю я, что он прислал бы мне весточку... А раз нет... Лёня на стеной живёт, слышу каждый день, как он с Манькой своей ругается. Но он мне теперь не брат. Вот и получается, что вся семья моя - я да мама. Я то соседям бельё стираю, то детей чужих нянчу, даже коров пасла... Живём мы бедно, похвастаться нечем, какие уж тут гости! Одна и радость - горсад. Здесь мы когда-то с Митей под ручку прогуливались - как будто кавалер с барышней. А теперь вот с Вами, Николай... Только не знаю, захотите ли Вы со мной ещё встречаться. Видите, как у меня всё нескладно...
  
  Николай порывисто обнимает Таю.
  
  НИКОЛАЙ
  Таечка, бедная ты моя! Какая же у тебя жизнь тяжелая! Мне и в голову не могло такое прийти! Пойдём, пойдём скорее к твоей маме! Я помогу вам чем смогу! Я... Таечка, я...
  
  ТАЯ
  Ой, спасибо вам, Николай! Но сейчас нельзя, нет! Я Вас обязательно познакомлю с мамой. Знаете, она говорить не может, только 'вот-вот-вот' - но я её всегда понимаю. Вы будете ей говорить, а я объяснять, что она отвечает, хорошо? Только не сегодня. Не обижайтесь. Мне надо прибраться. Всё-таки мама болеет и... и комната у нас такая... В общем, мне надо подготовиться. И маму подготовить. Приходите в следующие выходные, ладно? А теперь мне бежать пора.
  
  НИКОЛАЙ
  Ну, а проводить можно тебя... Вас до дома? А то я ведь не знаю, куда приходить, дальше перекрёстка мне не разрешено!
  
  ТАЯ
  Можно, конечно, можно! Пойдём...те, только идти далеко.
  
  НИКОЛАЙ
  Хоть на край света!
  
  ТАЯ
  Нет, на край света не надо! Меня мама дома ждет!
  
  Тая и Николай смеются, направляются к выходу из сада.
  
  ИНТ. МАЛЕНЬКАЯ, ТЁМНАЯ КОМНАТА ТАИ - ДЕНЬ
  
  Тамара Матвеевна лежит на кровати, Тая оправляет одеяло, повязывает Тамаре Матвеевне платок.
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Вот-вот-вот?..
  
  ТАЯ
  Зачем платок новый?.. Мам, у нас сегодня гость!
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Вот-вот-вот?!
  
  ТАЯ
  Ну, помнишь, я тебе рассказывала про Николая? Ты меня ещё всё пугала, что 'вот-вот-вот' и 'вот-вот-вот'... Так вот, он очень порядочный, мама, и ко мне хорошо относится. Хочет с тобой познакомиться.
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (довольным голосом)
  Вот-вот-вот...
  
  ТАЯ
  Я ему всё рассказала как есть. Думала, не захочет больше со мной встречаться... Я ведь ему не пара! Он, знаешь, какой красивый и пахнет так хорошо! А я только и думаю, не воняет ли от меня сыростью или ещё чем... Вот сегодня всё утро проветривала - а всё кажется, несвежий какой-то воздух. А Николай, как узнал, что мы с тобой вдвоём в комнатушке задней живём да что ты болеешь, - так хотел сразу к нам бежать. А я говорю: нет, давайте в выходные, мол... Мамань, я не знаю, а можно нам с ним уже на 'ты' - или это неприлично?
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (утвердительно)
  Вот-вот-вот...
  
  Раздаётся стук в дверь.
  
  ТАЯ
  Ой, мамань, идет!
  
  ТАЯ бросается к двери, открывает. Входит Николай.
  
  ТАЯ
  Здравствуй...те, Николай, проходите, пожалуйста.
  
  НИКОЛАЙ
  Здравствуйте, Таечка! Это Вам!
  
  Николай вручает Тае букетик цветов, оглядывается, видит Тамару Матвеевну, вопросительно смотрит на Таю.
  
  ТАЯ
  Вот мама моя, Тамара Матвеевна - Вы хотели познакомиться... Мама, это Николай, мой... знакомый... хороший...
  
  НИКОЛАЙ
  Здравствуйте, Тамара Матвеевна!
  
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Вот-вот-вот! Вот-вот-вот, вот-вот-вот...
  
  
  
  НИКОЛАЙ
  Да-да, спасибо, я располагаюсь...
  
  ТАЯ
  Ну вот, Вы маму сразу и поняли! Надо же! Я думала, только я понимаю... Садитесь, Николай, за стол, будем чай пить.
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (недовольным голосом)
  Вот-вот-вот!
  
  НИКОЛАЙ
  Тая, а теперь я не понимаю... Мама сердится, может, я что-то не так делаю?..
  
  ТАЯ
  Да нет... Это она так... мне говорит... Не обращайте внимания.
  
  Тая наливает чай себе и Николаю.
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (сердито)
  Вот-вот-вот! Вот-вот-вот!
  
  ТАЯ
  Да ладно, мам, ну чего ты?.. Это мама хочет, чтобы я на 'ты' Вас называла. Видите, как Вы ей понравились...
  
  НИКОЛАЙ
  Так правильно! Давно пора! Мы с Вами... с тобой, Таечка, давно знакомы и... ты знаешь, как я к тебе отношусь. А сегодня и с мамой твоей познакомился. У меня родителей давно нет в живых. Тамару Матвеевну увидел - на сердце так тепло стало... как будто со своей матерью встретился... И я... я бы хотел, чтобы у меня была семья... чтобы ты, Тая, и Вы, Тамара Матвеевна, стали моей семьей. У меня есть комната - большая, светлая. Мы могли бы в ней жить все вместе. Можно сделать перегородку, чтобы... было всем удобно...
  
  
  
  Николай на мгновение замолкает, как бы собираясь с мыслями, потом встаёт и говорит торжественно.
  
  НИКОЛАЙ
  Тая, я когда сегодня к вам в гости собирался, уже точно знал, что... Одним словом, Тамара Матвеевна, я прошу у Вас руки вашей дочери. Тая, выходи за меня замуж!
  
  Николай садится.Какое-то время все молчат, потом раздается возглас Тамары Матвеевны.
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  Вот-вот-вот!
  
  ТАЯ
  (потупив глаза)
  Да я не молчу, мама... Ты сама-то что скажешь?
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (одобряюще)
  Вот-вот-воооот...
  
  НИКОЛАЙ
  (облегченно)
  Ну вот, Тамара Матвеевна, по-моему, не против. А ты, Тая?
  
  ТАЯ
  Ой, да я не знаю... Что Вы так сразу-то, хоть бы чаю попили... Так неожиданно... Да Вы пейте чай-то, Николай! Я говорю, чай пей, а то остынет... Вот варенье тут... И вот тоже... Это вот черничное. А это...
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (сердито)
  Вот-вот-вот!
  
  ТАЯ
  (чуть не плача)
  Ой, мама, ну что ты... Я...
  
  Тая смотрит на мать - встречает нахмуренные брови и сердитый взгляд, потом на Николая - он замирает в ожидании.
  
  ТАЯ
  Я... Я как будто во сне... Я... согласна!
  
  Николай облегченно вздыхает, Тамара Матвеевна светлеет лицом. Тая справляется со смущением, начинает говорить часто и возбужденно.
  
  ТАЯ
  Ну, конечно, я согласна! Как я могу быть не согласна! Просто от неожиданности... Я вообще долго соображаю. Мама меня раньше всё время ругала, помнишь, мам? Я вечно что-нибудь не то сделаю, потому что соображаю долго. И потом, это так странно... Жена - это ведь... жена! А я... какая я жена! Но я постараюсь! Я постараюсь стать хорошей женой Вам... тебе, Николай! Я буду тебе белье стирать - каждый день! И полы буду каждый день мыть! И готовить буду вкусно. Я готовить умею! Это сейчас я не очень хорошо готовлю, потому что особенно-то не из чего. А так, я могу...
  
  НИКОЛАЙ
  Таечка, да я ведь тебя не в кухарки беру и не в домработницы! А в жёны. Я люблю тебя и хочу заботиться... А ты... любишь меня?
  
  ТАЯ
  И я... люблю тебя, наверное...
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (воркуя)
  Вот-вот-вот... Вот-вот-вот...
  
  ТАЯ
  Мама такая довольная сегодня! Мам, ты такая довольная, как будто это тебя замуж позвали! Николай, а пойдём в горсад! Там музыка сегодня. Мам, мы пойдём? Эх, жаль Миньки нет... Он бы за меня порадовался.
  
  НИКОЛАЙ
  Тамара Матвеевна, не переживайте, Таю провожу до дома, доставлю в цельности и сохранности! Счастливо оставаться, доброго здоровьичка! Да, про здоровье-то я что-то... В смысле, всё будет хорошо! До скорого свидания!
  
  ИНТ. КОМНАТА НИКОЛАЯ И ТАИ, ПЕРЕГОРОЖЕННАЯ ШКАФОМ - УТРО
  
  В одной половине комнаты на кровати спит Тая.
  
  В другой части, отгороженной шкафом, на диване Тамара Матвеевна, рядом стоит топчан, где под цветастым покрывалом, поджав ноги, лежит Николай.
  
  Николай поднимается, вид мрачный.
  
  
  
  НИКОЛАЙ
  Доброе утро, Тамара Матвеевна. Как спалось?
  
  Тая в соседней половине просыпается от его голоса, садится на кровати.
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (тихонько, как будто виновато)
  Вот-вот-вот...
  
  НИКОЛАЙ
  Да вот, Тамара Матвеевна, такие дела... В первую ночь вообще не хотела со мной в одну постель ложиться, полночи уговаривал, как будто ребёнка спать укладывал. Потом вроде ничего - легла... Но как дотронусь до неё - так вся и съёживается, сжимается, как пружина! Так больше продолжаться не может. Неделя уже, как расписались! Каждая ночь для меня пытка. Я ведь люблю Таю, она жена моя. Сначала думал: боится, девчонка ещё, попривыкнет... По головке гладил, как маленькую... Но, видать, противен я ей.
  
  ТАЯ
  (неслышно для Николая)
  Нет, что ты! Ты самый умный, самый красивый, самый сильный... И форма тебе так к лицу. И стрелочки на брюках. И пахнет от тебя так хорошо - непривычно и хорошо... И я хочу позволить тебе всё, что ты захочешь, но мне так страшно и стыдно...
  
  НИКОЛАЙ
  Ещё не поздно всё исправить. Я останусь вам другом, буду помогать. Поживу пока у друзей, а там видно будет. Не переживайте, Тамара Матвеевна, обратно в ту конуру я вас не отправлю, уж будьте спокойны! Что же делать...
  
  Николай девается, начинает собирать чемодан.
  
  Тая сначала спускает ноги с кровати, потом встаёт и нерешительно подходит к перегородке.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (за кадром)
  
  Да, ты ведь чуть не ушёл тогда... Решил, что противен мне. Кажется, девочки в те времена созревали позже, чем теперешние... А я к тому же была диковата и чересчур стеснительна. Меня, выросшую в трудах и заботах, не особенно волновали эти вопросы, да и некому было меня 'просвещать'... Но когда поняла, что ты вот так сейчас возьмёшь и уйдешь - испугалась, ужас! А как остановить тебя - не знаю... Вот сейчас вылезу из-за шкафа и скажу: 'Я больше не буду...' Ты засмеёшься, зубы белые засверкают. У тебя ведь удивительно белые зубы - ты знаешь об этом?.. А потом ты схватишь меня на руки и закружишь по комнате... В памяти останется твоя белая улыбка... Потом мне будет стыдно. Я повяжу платок, почти по самые глаза, и постараюсь не смотреть на тебя. Мама будет лежать успокоенная и мирно ворковать своё 'вот-вот-вот'... И мы будем хорошо жить с тобой: в этой комнате, сначала перегороженной шкафом, но вскоре шкаф придвинем к стене, так как в перегородке отпадет необходимость - умрёт мама; потом где-то на юге, куда тебя направят по службе. На юге недолго, кажется, пару месяцев... Там я зачала своего первенца. Ты помнишь нашего Минечку? Я назвала его в честь любимого брата. Зря, наверное. Старший Дмитрий уехал из дома совсем молодым и не вернулся. А младший и вовсе прожил четыре месяца. Тогда младенцы часто умирали. Моя мать похоронила то ли пятерых, то ли шестерых... Я даже точно не знаю. Она почти не вспоминала о них. Смирилась и я со смертью первенца. Тем более что очень скоро Бог подарил нам второго сына. Не знаю, почему я назвала его Леонидом. Только когда получили метрики, поняла, что это тоже имя брата... Но это - потом... А сейчас я выйду из-за шкафа и...
  
  Тая выходит из-за шкафа.
  
  ТАЯ
  Я больше не буду!..
  
  Николай бросает чемодан, вещи, устремляется к Тае.
  
  Тая обнимает Николая, прижимается к нему.
  
  Николай подхватывает Таю на руки, кружит, уносит за шкаф.
  
  ТАМАРА МАТВЕЕВНА
  (умиротворенно)
  Вот-вот-вот!..
  
  ИНТ. КОМНАТА НИКОЛАЯ И ТАИ, УЖЕ НЕ ПЕРЕГОРОЖЕННАЯ ШКАФОМ - ВЕЧЕР
  
  НИКОЛАЙ сидит, положив голову на руки. Раздается стук в дверь. Николай вздрагивает, нерешительно к двери, открывает. Входит соседка КЛАВДИЯ, молодящаяся женщина.
  
  НИКОЛАЙ
  (облегчённо)
  Клавдия, это ты... А я испугался...
  
  КЛАВДИЯ
  Чего ты испугался, Николенька? Или ждёшь кого?
  
  НИКОЛАЙ
  Да вот, взбрело в голову, что из больницы пришли... Я, Клавдия, не знаю, чего и ждать. Хорошего-то врачи не обещают. Тая ведь терпела до последнего, скрывала от меня свою хворь - надеялась, что само пройдет... Эх, Тая, Тая... Да и я-то хорош! Рядом жена от боли корчилась, липким потом обливалась - а я и не понял ничего!
  
  КЛАВДИЯ
  Да что же ты себя-то винишь, Николенька! Ну как ты мог догадаться, что с женой неладно, если она и виду не показывает! А когда ребёнок маленький, так всё на усталость списать можно - Лёнечка-то ведь беспокойный у вас.
  
  НИКОЛАЙ
  Так-то оно так, да, видишь, Клавдия, какая история... Может, если бы побольше времени прошло между первыми и вторыми родами - так и не было бы ничего... Врачи говорят, может, из-за этого. Я в этом тоже себя виню...
  
  КЛАВДИЯ
  Ну, уж это ты зря! Это тебе молодой доктор сказал. А я с пожилой докторицей поговорить успела, когда одежду забирала. Так она говорит, что точно причин они не знают. Но если бы пришла Тая к врачу сразу или бы хоть на несколько денечков пораньше - так и не было этого свища, и гноя... Ой, да ты что, Николай, прямо побледнел весь! Ну, не буду, не буду... Что уж теперь говорить... Да и Таю понять можно: сыночек такой маленький и беспомощный, как его оставить! А вот, видишь, всё равно пришлось. Да ничего, тетка у тебя, Николай, молодец - забрала малого, кормилицу нашла...
  
  НИКОЛАЙ
  Да, это да... Тетка у меня что надо! Хоть и своенравная, характерная, но зато, видишь, как выручила. Только вот я теперь, Клавдия, сижу тут как сыч... Не могу ни делать ничего, ни думать... Чёрные мысли в голову лезут... Если что с Таей - я не переживу...
  
  Клавдия обнимает Николая.
  КЛАВДИЯ
  Ну что ты, что ты... На всё воля Божья, Николенька! Уж как суждено - так и будет. А ты молодой ещё, чтоб себя хоронить заживо! Такой красавец, такой умница!
  
  Клавдия гладит Николая по голове.
  
  КЛАВДИЯ
  Я, Коленька, всё бы отдала, чтобы тебя вот так по головушке гладить каждый вечер...
  
  Николай опасливо отстраняет руки Клавдии.
  
  КЛАВДИЯ
  Ну что ты, что ты... Я же ничего такого... Вернётся Тая - и будешь ты с ней жить как прежде, а сейчас-то кто ж тебя согреет?.. Вон извёлся весь, бедненький... А я что - я только пожалею тебя, сердечного, да успокою. Не бойся ты меня, не убирай руки мои. Ты же один-одинёшенек, бедный мой! Тебе сейчас женское тепло очень нужно - душу согреть да мысли дурные отогнать.
  
  Клавдия целует руки Николая, потом волосы, лицо...
  
  КЛАВДИЯ
  (продолжая))
  Я постарше тебя буду, Николенька, много чего пережила - так ты меня слушайся. Я плохо тебе не сделаю. Люб ты мне, давно по тебе сохну. Знаешь, какая она, любовь женская, когда выстоялась да выбродила! Я тебя так согрею, так приласкаю! А ты не бойся, это просто лекарство для тебя сейчас - так уж и думай. А лучше вообще не думай ни о чем! Вот сейчас свет выключим...
  
  Клавдия дотягивается до выключателя, выключает свет.
  
  КЛАВДИЯ
  (продолжая))
  Вот и хорошо... И слушайся меня... Сладкий мой... Колючий-то какой! А и ничего - мне и такой люб...
  
  
  
  
  
  ИНТ. КОМНАТА ТАИ ГРИГОРЬЕВНЫ - НОЧЬ
  
  Тая Григорьевна сидит в кресле, продолжает свой диалог с невидимым собеседником.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Я очень боялась, что положат в больницу... И не только из-за Лёнечки. Было какое-то предчувствие. А может, это сейчас так кажется. Стирала пелёнки, зажмуриваясь от боли. Всё тело горело как в огне. В больницу попала уже практически в бессознательном состоянии. Твоя тётка забрала к себе маленького Лёню. Я иногда думаю: что было бы, если бы сын остался с тобой?..
  Мне сделали операцию, после которой на животе остался страшный шов. Но, видимо, слишком поздно. Начался сепсис, и врачи вскоре перестали бороться за мою жизнь. Тогда я, конечно, ничего этого не знала. Почти не помню себя в это время. Периодически сознание прояснялось, но картинки реальной жизни и тяжелые болезненные видения так сложно перепутывались в моей голове, что я не чувствовала течения времени и не помнила об оставленном крошечном сыне и любимом муже. Я вообще почти не существовала.
  
  Дальше звучит голос Таи Григорьевны за кадром. На экране - видео-иллюстрация её рассказа о явлении старца, молитве и чудесном выздоровлении.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (за кадром)
  Но однажды в сизом полумраке - видимо, на рассвете - я ясно увидела в ногах у себя сидящего белобородого старца. Не знаю, были ли открыты мои глаза или всё это мне привиделось. Старец смотрел на меня своими добрыми и спокойными глазами, и голос его звучал как будто в моей собственной голове: 'Встань, красавица, и молись!' Вот, кажется, и всё. Во всяком случае, я больше ничего не помню. Старец исчез...
  Видимо, я издала какой-то звук. Меня окружили люди, я попросила поднять меня, посадить. Язык не слушался, но как-то всё-таки меня поняли. Я сидела в кровати, обложенная подушками, и обливалась слезами. Как молиться, не знала: в родительском доме молитв не слышала, а потом и вовсе комсомолкой была, ходила иконы жечь. В общем, нагрешила порядочно... Откуда тут молитвы! Сидела и шептала спёкшимися губами: 'Господи! Господи!' И плакала. Слёзы лились как будто сами. Удивительно, сколько их во мне накопилось...
  Потом врач сказал, что этой ночью произошел кризис, - и я неожиданно для всех пошла на поправку. А бабульки в палате по моим описаниям определили, что ночью меня посетил Николай-Чудотворец.
  Вот так, мой милый, а ты этого и не знал. Я не успела тебе тогда рассказать... Ни утром, ни днём ты не пришёл, а вечером я, с трудом, покачиваясь, но уже могла ходить. Оделась в какое-то больничное тряпье и отправилась домой. И застала тебя с Клавдией. Всё было настолько очевидно, что ты даже не пытался оправдываться. Помнишь? Помнишь, конечно. А я всю жизнь пытаюсь забыть. И всё думаю: что было бы, если бы сын остался с тобой?.. Может, Клавдия постеснялась бы. Я ведь знала, она давно на тебя глаз положила. И, конечно, воспользовалась моим отсутствием. Может, надеялась, что я и вовсе не вернусь...
  Спустя годы, я рассказывала подруге, как проплакала две недели и вычеркнула тебя из своей жизни. С гордостью рассказывала. Мол, вот я какая, сильная, волевая! С того света выкарабкалась и мужа за измену не простила - как в ногах ни ползал! Конечно, сильная. Будешь тут сильной.
  Но долго ещё я спрашивала себя: может быть, всё было бы по-другому, если бы тетка не забрала сына?.. Или в жизни не бывает случайностей?
  
  
  ИНТ. ДЛИННЫЙ КОРИДОР НА ЗАВОДЕ - ДЕНЬ
  
  Тая и АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ, неинтересный мужчина, старше Таи. Оба в рабочей одежде, идут по коридору в столовую.
  
  ТАЯ
  Ой, смотрите, Алексей Филиппович, кто-то рубль потерял!
  
  Тая поднимает оброненную кем-то купюру над головой.
  
  ТАЯ
  (продолжая)
  Кто рубль потерял? Кто рубль...
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Да что же ты кричишь-то! На рубле не написано, чей он. Любой признаться может - а как ты проверишь?
  
  ТАЯ
  И правда... А как же быть? Кто-то ведь без обеда останется... Сейчас все в столовую идут, значит, человек этим рублем хотел за обед заплатить. Надо же как-то отдать... Может, положить обратно - пусть лежит. Хозяин вернётся, будет искать - а он тут как тут! И чего я его схватила!
  
  Тая хочет вернуться на то место, где нашла купюру, но Алексей Филиппович её удерживает.
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Ох, Тая, какая же ты наивная! Не ты - так другой кто-нибудь поднимет. Положит себе в карман - и всё. Рубли-то - они все одинаковые. Уж хоть бы крикнула: 'Кто деньги потерял?' А так... Смех один! Да и растерях таких наказывать надо. Небережливый, значит, человек, к деньгам уважения не имеет. А они нелегко даются, их заработать надо. Вот один раз останется без обеда - будет лучше за своими карманами смотреть. Учить людей надо! Для их же пользы. Вот я, например. У меня всё рассчитано. Ни одной копейки зря не потрачу. Всё для пользы дела, всё разумно. До зарплаты два дня, многие уже занимают, чтобы дотянуть. А у меня - пожалуйста! Ещё хоть неделю живи. Да и запасец кое-какой имеется. Так что, Таечка, хочу тебя позвать завтра на прогулку. Можно даже в кино сходить. Или в горсад. Средства имеются. И на мороженое, и всё такое.
  
  ТАЯ
  Алексей Филиппович, Вы меня на свидание, что ли, приглашаете?
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Ну, можно сказать и так... Пойдешь?..
  
  ТАЯ
  Да как-то это всё странно...
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Что ж странного? Всё как положено. Я же за тобой ухаживаю. Или староват для тебя?
  
  ТАЯ
  Ну что Вы! Вот уже и обиделись... Не обижайтесь! Если хотите, давайте сходим завтра в горсад: музыку послушаем... Там, знаете... У меня с ним столько... Нет, давайте не пойдём в горсад. Давайте лучше в кино.
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  В кино - так в кино. Стесняешься, поди, возраста моего... Конечно, у тебя ухажёров хватает. Кругом одни мужчины. Работа у тебя больно уж мужская. И чего ты в токари пошла?..
  
  ТАЯ
  Да ничего я не стесняюсь! А почему выбрала такую неженскую специальность?.. Да я и не выбирала. Просто услышала, что на заводе требуются работники, - и пошла... Сначала в учениках ходила, а теперь вот самостоятельно работаю. Да мне, Алексей Филиппович, было всё равно, чему учиться. Тяжелой работы никогда не боялась. Я не размазня какая-нибудь и не белоручка! Я сильная и самостоятельная. К тому же, на заводе неплохо платят.
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Ну, да ладно, ладно, я так спросил... В общем, я тогда с утра билеты куплю, чтоб подготовлено было.
  
  ТАЯ
  Нет, знаете... А давайте все-таки в горсад пойдём!
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Ну, в горсад - так в горсад... Только уж больше не переигрывай. Надо определённость во всём иметь. А то всю жизнь можно бросаться то туда, то сюда - а толку не будет. Приходи, значит, в три часа.
  
  ТАЯ
  А куда?
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Как куда! В горсад.
  
  ТАЯ
  Алексей Филиппович, но горсад-то большой! Вы уж место назначьте - а то будем друг друга искать...
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Место?.. Так я, это... Я и не знаю, какие там места... Не хожу туда - чего мне там делать одному. Буду тебя ждать прямо у главного входа - а там уж разберёмся.
  
  ТАЯ
  Хорошо, договорились... Пойдёмте скорее в столовую, а то без обеда останемся!
  
  НАТ. ГОРОДСКОЙ САД - ДЕНЬ
  
  Алексей Филиппович стоит у входа со свёртком в руках, поглядывает на часы. Появляется Тая.
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Здравствуй, Таечка! Рад тебя видеть. Почти и не опоздала, молодец. Не люблю, когда опаздывают. Договорились - значит, договорились.
  
  ТАЯ
  Здравствуйте, Алексей Филиппович! Погода-то сегодня какая! Как раз для прогулок! Ну, пойдёмте?
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Пойдём, пойдём. Ты уж веди - где тут гуляют, пойдём и мы туда.
  
  
  
  ТАЯ
  (смеясь)
  Да тут везде гуляют, Алексей Филиппович! Красота какая! Дорожки, скамейки, клумбы... Вон там, смотрите, всегда анютины глазки сажают. Мне так они нравятся! А Вам?
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Мне?.. Ну да, и мне... Хороший цветок, скромный. И неприхотливый. А я смотрю, Тая, ты тут всё знаешь, часто бываешь? Одна ходишь или с сопровождением?..
  
  ТАЯ
  Да нет, Алексей Филиппович, не часто... Просто с юности помню эти анютины глазки - когда с братом приходили... Эх, жаль, оркестра ещё нет... По выходным они всегда играют. Вон, видите, эстрада - там музыканты и сидят... Но это к вечеру, сейчас ещё рано.
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Ну, и к лучшему...
  
  ТАЯ
  Почему?.. Вам что - музыка не нравится?..
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Почему не нравится... Очень даже нравится! Люблю слушать, когда песни поют - наши, русские. Ну, и оркестр... тоже хорошо. Просто сегодня хочу поговорить с тобой о том, о сём... Обсудить всё... Так без музыки - оно лучше...
  
  ТАЯ
  (усмехаясь)
  Это о чём же Вы таком поговорить со мной хотите - без музыки?..
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Не торопи, Тая, всему своё время. Всё должно быть по порядку. Давай-ка на скамейку присядем.
  
  ТАЯ
  Давайте... Давно я на скамейках не сиживала...
  
  Алексей Филиппович и Тая садятся на скамейку. Тая опускает голову, погружаясь в воспоминания.
  
  Алексей Филиппович разворачивает сверток.
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Я, Тая, тебе небольшой подарочек приготовил. С пустыми руками не пойдёшь, а на цветы деньги тратить - это баловство. Я так рассудил, что ты не девочка уже, а женщина, хоть молодая, но серьёзная, - надо что-то полезное... Вот, это тебе - в знак, так сказать, первого свидания.
  
  ТАЯ
  (пробуждаясь от воспоминаний)
  Что это?..
  
  Тая берёт в руки 'подарок'. Это зубная щётка и зубной порошок.
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Это тебе. Вещь полезная, в хозяйстве необходимая.
  
  ТАЯ
  Это... зубная щётка и... зубной порошок?.. Ну да, это всегда пригодится... Правда, как-то странно...
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Ничего тут нет странного. Которые всякие финтифлюшки дарят - так ещё неизвестно, что у них на уме... А у меня серьёзные намерения, поэтому и вещи полезные дарю, а не всякое...
  
  ТАЯ
  (пожимая плечами)
  Спасибо, конечно... Да Вы не обижайтесь, Алексей Филиппович. Я же ничего... Ну, может, погуляем ещё - а то что же мы просидим тут, скоро ведь и домой...
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Что это домой-то, только пришли... Нет уж, посидим немного. Мне надо с мыслями собраться, на ходу как-то негоже... Всё должно быть по порядку.
  
  ТАЯ
  Да что по порядку-то?.. Ну, как хотите... Можно и посидеть. Мне всё равно.
  
  Какое-то время Тая и Алексей Филиппович сидят молча. Тая со скучающим видом смотрит вдаль, Алексей Филиппович потирает руки, покашливает, наконец, прерывает молчание.
  
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Я, значит, Тая, хочу с тобой поговорить. Серьёзно. Ты женщина хорошая, положительная. Ничего, что замужем была. Я тоже был женат. Супруга у меня была постарше. И ничего в этом страшного нет. Вот и я тоже тебя старше - но это даже хорошо. Всё-таки у меня опыту больше. А для семейной жизни это хорошо. В общем, предложение я тебе делаю. Чтоб, значит, выходила за меня замуж. И будем жить семьёй. Что ты головой качаешь? Что скажешь?
  
  ТАЯ
  Что-то я не пойму, Алексей Филиппович... Разве так предложение делают?
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  А как?.. Я, конечно, не специалист разговоры говорить... Но, по-моему, чётко изложил... Что, мол, серьёзные намерения... И что хочу всё как положено...
  
  ТАЯ
  Так-то оно так... Вы не сердитесь. Да только ведь, когда предложение делают, про любовь говорят. А так получается... Неизвестно что получается...
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Тут ты права, Тая. Тут у меня недосмотр вышел. Любовь - это само собой. Любовь - конечно. Потому как, если бы любви не было, так ведь ничего бы и не надо. А так видишь, что получается... Я говорить не мастак, но только ты не сомневайся. Очень ты мне полюбилась. Так о тебе всё и думаю. И представляю, как мы будем жить хорошо. А детишки появятся - детишек буду любить, не сомневайся. У первой жены дочка была - так я с ней хорошо обходился.
  
  ТАЯ
  Алексей Филиппович, а у меня сын есть, Вы не знали?
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Ну как не знал - знал. Только, говорят, он с отцом остался. Это, конечно, не очень хорошо, что без матери растет, - с одной стороны. Но с другой - мальчику отец нужен.
  
  ТАЯ
  Да нет, Алексей Филиппович, не с отцом он, а с его тёткой живет. Я его забрать хочу. А тётка не отдает. Всё ей женихи не подходят: один - зачем молодой, другой - зачем красивый! Надо, говорит, Лёнечке отца искать, а не себе... кобеля... Вы извините, но это не я так говорю, это тётка. Так что, невеста я с 'приданым'... Зачем Вам опять чужого ребёнка воспитывать! Найдите себе женщину свободную. Вы мужчина не старый ещё, непьющий, самостоятельный. Найдёте кого-нибудь...
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Ну что ж, сын - значит, сын... Даже и хорошо. А то ведь кто знает - вдруг у нас только девочки народятся, а тут уже и наследник есть! Я его на свою фамилию запишу - будет всё как положено.
  
  ТАЯ
  А вот и не получится, Алексей Филиппович! Муж мне развода не дает. Так что я и не свободная, и не замужняя... И сына Вам на свою фамилию не записать. Как говорится, разойдёмся как в море корабли... Спасибо, конечно, за расположение Ваше. Но ничего у нас с Вами не получится.
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Да... Обстоятельства, конечно, не очень положительные... Но ведь это всё решить можно. Я могу с мужем твоим бывшим поговорить. Он же должен понять, что тебе надо жизнь свою устраивать. Так что, Тая, я всё беру на себя. За тобой - только слово. Видишь, я на все согласен. Решай. Если не дашь согласия - что ж, отступлюсь. Но знай, что очень я к тебе расположен. Я только говорить не горазд - а так я очень... Полюбилась ты мне... Но вижу, ты не расположена. Уж не знаешь, чем и испугать, чтоб отступился... Что ещё придумаешь?
  
  ТАЯ
  Не сердитесь, Алексей Филиппович! Вы хороший - правда! А мне и придумывать ничего не надо. Вот поедем завтра к тётке: если понравитесь ей, отдаст сына, то так уж тому и быть... Ну а нет - так на меня не серчайте! Только вряд ли Вы ей понравитесь!
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  К тётке, говоришь?.. А если отпустит со мной сына твоего - не обманешь?
  
  ТАЯ
  (смеясь)
  Не обману! Но это уж чудо будет! Не такие пробовали...
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛЛИППОВИЧ
  Вот и хорошо. Оно и правильно. Ну, а теперь, можно, Таечка, и погулять. Можно и по набережной пройтись. Даже можно и мороженым угоститься. Я-то уж не буду - а тебе куплю, пойдем.
  
  ТАЯ
  (усмехаясь)
  Ну, если мороженое - то пойдёмте!
  
  ИНТ. КОМНАТА В ДОМЕ ТЁТКИ - ДЕНЬ
  
  Входят Тая, Алексей Филиппович, АННА ИВАНОВНА - тётка Николая, женщина строгая и обстоятельная.
  
  АННА ИВАНОВНА
  Проходите, Алексей Филиппович, и ты, Тая... Дверь закроем - пусть мальчонка поспит, притомился. А пока чайку попьем. Садитесь к столу - чайник горячий. Вот и конфеты ваши, а у меня варенья наварено. Вы, Алексей Филиппович, варенье какое уважаете?
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  А какое поставите, Анна Ивановна, таким и будем угощаться. Всё хорошо!
  
  АННА ИВАНОВНА
  Ну, пробуйте тогда вот эту вишню - без косточек, благородное варенье.
  
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  А сколько труда в него вложено! Ведь это надо каждую ягодку рученьками своими от косточки освободить! Не для ленивой хозяйки такое занятие...
  
  АННА ИВАНОВНА
  Да, уж не для белоручек... А Вы, Алексей Филиппович, понимаете. Это хорошо, когда мужчина с пониманием. Да и с мальчиком, я смотрю, хорошо у Вас получается. Видать, приходилось за детьми ходить? Свои-то есть, поди, - не молодой уж?
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Да как сказать, Анна Ивановна... Опыт имеется, но своих не завёл пока.
  
  АННА ИВАНОВНА
  Это как же так понимать прикажете? За чужими, что ль, присматривали?
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Я, уважаемая, был уже женат однажды, так вот у супруги моей бывшей дочка имелась. Хорошая девочка, живая, сообразительная... Только худовата маленько - желательно ребенку быть полнее. Аппетит никудышный. Я за девочкой ухаживал, когда мать отсутствовала: и гулял, и кормил, и всякое такое... Так что, не сомневайтесь, с дитём могу поладить.
  
  АННА ИВАНОВНА
  Оно и видно, что умеете... Это хорошо. А только что ж теперь-то с девочкой сталось - да и с супругой Вашей?
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Да видите ли, характерами мы разные оказались. Я человек обстоятельный, люблю, чтоб всё по порядку, - да вот Тая знает...
  
  Алексей Филиппович бросает взгляд на Таю - та нерешительно кивает. И вообще, с некоторым недоумением наблюдает за воркованием тетки и Алексея Филипповича...
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  (продолжает)
  А супруга моя... не очень порядок любила. Одним словом, когда порешила она вернуться к бывшему своему, я возражать не стал. Да и ребёнку с родным отцом лучше...
  
  АННА ИВАНОВНА
  Так, стало быть, Вы человек свободный, Алексей Филиппович... И что же дальше думаете? Какие планы имеете?
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  А планы, Анна Ивановна, у меня очень положительные. Имею я намерение объединить наше с Таей существование. Будем создавать семью - всё как положено. И мальчика не обидим, не сомневайтесь, уважаемая.
  
  АННА ИВАНОВНА
  Так чего ж мне в Вас сомневаться, Алексей Филиппович. Вы человек надёжный, по всему видно.
  
  Тая настороженно смотрит то на тётку, то на Алексея Филипповича.
  
  АННА ИВАНОВНА
  (продолжая)
  Я ведь что... Я не злыдня какая-нибудь. Но только кому попало Лёнечку не отдам.
  
  Тая облегчённо вздыхает.
  
  АННА ИВАНОВНА
  Мальчик он хороший, здоровенький. Да и привыкла я к нему. Но, понятное дело, ребёнку мать с отцом нужны. Что ж ему, как сиротинушке-то, жить... Я всё надеялась, что у племянника моего с Таей наладится, да, видать, не судьба... Но кому попало не отдам...
  
  ТАЯ
  (с облегчением)
  Ну, я так и знала, тётушка! На Вас не угодишь. Что ж, спасибо за чай и за варенье. Пойдёмте, Алексей Филиппович. Лёнечка теперь долго спать будет - чего Вам зря сидеть. А я, Анна Ивановна, завтра забегу...
  
  АННА ИВАНОВНА
  А чего ты заторопилась? Я ещё ничего не сказала. А Вы, Алексей Филиппович, пейте чай, давайте ещё горяченького подолью. Я ведь что говорю... Кому попало, мол, не отдам. Приходили тут... Приводила Тая. Один молоденький - сам ещё ребёнок. Какой из него отец мальчику нашему! Конечно, я не отдала. Второй постарше маленько был - так зато уж такой раскрасавец, что глазам смотреть больно. Ну куда его такого! Будет он разве верным семьянином! Тая-то ведь жизни не знает, а я-то вижу, что к чему... Мы-то уж с Вами пожили, Алексей Филиппович, так, поди, людей лучше видим.
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Полностью согласен с Вами, Анна Ивановна. Возраст в этом деле большое значение имеет. Когда человек постарше, так он и серьёзнее, и со смыслом... И жизнь у него размеренная, и всё как положено...
  
  АННА ИВАНОВНА
  Да-да... А где Вы, Алексей Филиппович, жить планируете, если семейством обзаведетесь? Или Вы об этом не думали ещё? У Таи-то ведь комнатенка маловата...
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Вы, Анна Ивановна, не беспокойтесь. У меня всё продумано, всё подготовлено. Жильё и сейчас имеется. А в случае семейства от завода обещали большую комнату выделить - и всего с одними соседями. Как же можно об этом вопросе не задуматься - дело не маловажное. Тем более что ребенку простор нужен - чтобы и поиграть можно было, и дышать свежо...
  
  АННА ИВАНОВНА
  Вот это хорошо! Это очень правильно. Уважаю я таких мужчин, Алексей Филиппович, которые обо всём заботятся, во всём толк знают.
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Ну а как же! Мужчина в доме голова. Должен всё обеспечить, чтобы и супруге, и детишкам удобно было и сытно.
  
  ТАЯ
  Спелись...
  АННА ИВАНОВНА
  Ну так что же... Вижу я, что Тае, наконец, встретился мужчина порядочный, надёжный. Думаю, Вы, Алексей Филиппович, и о мальчике заботиться будете. Не вижу причин отказывать. В общем, вот вам моё согласие.
  
  ТАЯ
  Как?..
  
  
  
  АННА ИВАНОВНА
  Что ж ты так удивляешься? Думала, никогда Лёнечку не отдам? Глупая, я ведь не из-за упрямства или вредности. Вот вышел случай подходящий - так чего я же противиться! Я только за! Ну, вы тут посидите или в сад идите пока. А я мальчика соберу. Проснётся - покормлю, да и с богом!
  
  Анна Ивановна выходит из комнаты.
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Ну вот... Всё и сладилось.
  
  ТАЯ
  Да уж... Не ожидала я...
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Всё и решилось. Ты помнишь, Тая, что обещала? Что, мол, если тётка сыночка отдаст, то примешь моё предложение...
  
  ТАЯ
  Помню... Вот ведь... Не ожидала я... Ну что ж! Так уж, видно, суждено... Ох, что-то дышать мне нечем! Пойдёмте, что ли, в сад, Алексей Филиппович...
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Пойдём, Таечка, пойдем подышим. Мне и самому отдышаться надо - такое дело сделано!
  
  ИНТ. КОМНАТА ТАИ ГРИГОРЬЕВНЫ - НОЧЬ
  
  Тая Григорьевна продолжает разговор с невидимым собеседником.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Я получила сына и... не смогла обмануть Алексея Филипповича. Не из благородства, а по глупости. Или ещё по какой-то причине... В общем, мы стали жить вместе. Алексею Филипповичу дали от завода даже не одну комнату, а целых две смежных - по тем временам, хоромы!.. Расписаться мы не могли - ты не давал развод. Антон Филиппович очень хорошо относился к Лёне. Ходил с ним гулять, мастерил игрушки. Лёня был славным мальчиком. Он привязался к Алексею Филипповичу и стал звать его папой.
  В тот зимний день Алексей Филиппович с Лёней отправились в баню. На обратном пути они долго ждали трамвая, замерзли, и Лёнечка заболел. Я почему-то сразу поняла, что он не выживет.
  
  НАТ. КЛАДБИЩЕ - ДЕНЬ
  
  Алексей Филиппович и Тая у свежевырытой могилы. РАБОЧИЕ КЛАДБИЩА опускают в могилу маленький гроб.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (за кадром)
  Когда маленький гробик опускали в землю, я подумала, что сейчас забросают ледяными комьями то, что ещё связывало меня с тобой. Потом я потеряла сознание. Я не знаю - от горя или от того, что была беременна...
  Я смирилась с тем, что в моей жизни больше не будет любви - той, которая делает женщину счастливой. Да и не особенно Я к ней привыкла. Годы с тобой пролетели как один день - солнечный, безветренный, ясный. Потом налетел ураган - вымел, высушил, выстудил. С тех пор в моём сердце закрылся клапан, отвечающий за женское счастье. Я и не возражала. На меня всегда обращали внимание мужчины, но для меня они больше не существовали. Пустота заполнилась тихой новой радостью материнства. Я родила Алексею Филипповичу двух дочек. А про своих мальчиков старалась не вспоминать.
  
  ИНТ. КОМНАТА ТАИ ГРИГОРЬЕВНЫ - НОЧЬ
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Мне нравилось стирать пеленки, застилать детские кроватки, шить девчонкам распашонки и платьица.
  Старшей имя выбрал Алексей Филиппович. 'Маруська... - улыбнулся он выданному в роддоме кульку. - Это наша Маруся...' Ну, Маруся - так Маруся! А через два года появилась Люся. Так уж, для созвучия назвали: Маруся да Люся...
  Алексей Филиппович любил девочек. По-своему, конечно. Если на завтрак я варила ему два яйца, он съедал одно, а второе делил между дочками. Ты скажешь, тоже мне любовь! Но я-то знаю Алексея Филипповича. Он проявлял чувства своим, особенным способом. По-другому не умел. И знаешь, дочки на всю жизнь запомнили, как он разрезал это яйцо и торжественно вручал им половинки. Наверное, чувствовали, что за этим скрывается отцовская забота, любовь и даже нежность.
  Он и ко мне свои чувства проявлял своеобразно. Тогда мне казалось, что не проявлял вовсе. Хоть и не верила я больше в женское счастье, но иногда всё-таки хотелось ласки, каких-то особенных слов, от которых горят щёки и стучит сердце. А ничего этого не было. По вечерам я вспоминала тебя и, чтобы заглушить воспоминания, шла стирать белье. Алексей Филиппович обижался, что я опять затеваю стирку на ночь - как будто пережидаю, когда он уснет. Так и было на самом деле. Он, конечно, всё понимал. И ждал. А я всё еще помнила тебя. И ничего не ждала.
  
  Тая Григорьевна перебирает фотографии, берет в руки одну из них.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (продолжает)
  Ох, какая старая фотография... Марусе было почти четыре года, а Люсе два. Старшенькой я сшила платье на кокетке из зеленоватой бумазеи, подстригла её и завязала на макушке бант. А Люсеньку одела в сарафан, из которого Маша выросла. Он был немного великоват, но на фотографии этого не видно. Это единственное сохранившееся предвоенное фото. Девчонки на нём серьёзные и немного испуганные. Как будто знают, что очень скоро начнется война.
  
  Дальше голос Таи Григорьевны звучит за кадром, на экране - видеоряд из сцен жизни во время войны, о которых она рассказывает.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (за кадром)
  Война выжгла неизбывную тоску, которая затаилась в моём сердце. Или заглушила на время?.. Не до тоски стало и не до женского счастья. Надо было выживать. Эвакуироваться мы не успели... Калинин, хоть и не долго, но был под немцами. Алексей Филиппович всё это время просидел за шкафом, который мы поставили на угол, чтобы высвободить местечко. Я подавала ему туда то еду с питьем, то ведро. Если бы немцы нашли - несдобровать бы ему. Он был членом партии с семнадцатого года, да ещё и успел поработать мастером на швейной фабрике - небольшой, но начальник. Собственно, поэтому мы и не успели уехать. Рядовые граждане рванули в первых рядах, а мой, сознательный, дотянул...
  Помню, нажарила я целую сковороду картошки. Ещё с керосинки снять не успела - фриц заходит. Дверь-то только прикрыта была, так он и свалился как снег на голову. Хорошо, хоть Алексей Филиппович тихонько сидел. Увидел фриц нашу картошку, заулыбался, прогавкал что-то по-своему - и унес с собой сковороду. Остались мы и без обеда, и без сковороды. Я потом всё боялась, то немец вернется - сковородку отдать. Они особо-то не зверствовали - дети их даже не боялись... Не вернулся. Да и сковородка больше не понадобилась... Жир кончился, а потом и картошка. Помню, как ползали мы за ней, родимой, под пулями. Собирали на поле, что осталось. Мороженые, подгнившие картофелины, смешанные с землей, - а как радовались им! Но это уж потом... Потом много чего было. И лебеду ели. Всё как положено...
  Когда совсем есть нечего стало, пошла я на барахолку кое-какие вещи сменять на продукты - поймали, осудили за 'спекуляцию', дали небольшой, но срок... Сидел за меня Алексей Филиппович - тогда так можно было. Мы решили, что лучше он отсидит, а я уж с детьми... Чем-нибудь да накормлю, что-нибудь придумаю...
  Успел Алексей Филиппович и повоевать. Недолго, правда. Ранило его в голову, осколок застрял, не смогли достать - так всю жизнь с ним и проходил... А тогда, после ранения и операции, память потерял. Возили в санитарном поезде взад-вперед. Когда в очередной раз проезжали Калинин, вспомнил он вдруг, что это его родной город...
  Пришел домой - худющий, круги под глазами. А я уж и не ждала, думала, погиб. Не успела обрадоваться, а он как начал орать да ругаться - чуть не в драку лезет. Кричит что попало, руками машет! Я и поняла, что с головой у него не в порядке. Потом-то ничего, отошел, только вспыльчивым стал. Раньше-то спокойным был, тихим. Но ничего, привыкла... А сначала уж больно тяжело было. Считай, с сумасшедшим жила. Думала, таким и останется, не знала, что делать! Но ничего, немножко успокоился. Видать, осколок-то прижился или развернулся как-то поудачнее...
  А партбилет, утерянный то ли на фронте, то ли потом, в беспамятстве, после войны Алексей Филиппович восстанавливать не захотел. Не знаю, почему, не хотел он и говорить на эту тему. Я ему попыталась намекнуть, что с партбилетом-то жить лучше, - а он только рыкнул 'Не буду!' и желваками задвигал. Ну всё, больше я его не дергала. Может, он и прав: мы на оккупированной территории жили, чего лишний раз высовываться...
  Да... Многое пришлось пережить. Но главное, я в войну чуть Люсю не потеряла. Умирала она у меня от голода. Маленькая, худенькая - лежит тихонько... Глазки распахнет и смотрит на меня - грустно так смотрит. А потом и глазки закрыла. Врач приходила. А что она могла сделать?.. Да и я... Сижу, слёзы лью, руки опустились. Маруся-то, старшая, корку какую пососет - и ладно. Живучая она, Маруся. А Люсенька маленькая совсем, ей бы молочка...
  
  НАТ. ДВОР - ДЕНЬ
  
  ТОРГОВКА ходит по двору, зазывает покупателей. Тая выбегает из подъезда.
  
  ТОРГОВКА
  Кому молочка - сметанки - творожка! Кому молочкааааа! Всё из деревни, от своей коровки, свеженькое! Молоко, сметана, творог! Кому молока, сметаны, творога!
  
  ТАЯ
  Женщина, женщина, мне надо, я куплю! Пойдёмте скорее ко мне! У меня ребёнок голодный, мне очень надо! Пойдёмте быстрее!(Пытается схватить у Торговки из рук бидон и корзину.)
  
  ТОРГОВКА
  Да что ты, девонька, что хватаешь-то! Не тронь!
  
  ТАЯ
  Я помочь Вам хотела. Пойдёмте скорее!
  
  ТОРГОВКА
  Да пойдём, пойдём, только не хватай ты за руки-то меня, а то ведь, не ровен час, уронишь да прольёшь... Иду я, иду!
  
  Тая и торговка заходят в подъезд.
  
  ИНТ. КОМНАТА ТАИ - ДЕНЬ
  
  Торговка и Тая входят в комнату.
  
  ТАЯ
  Вот, ставьте на стол. Сейчас посуду принесу. Я и молока возьму, и творога, и сметаны... я у Вас всё возьму! У меня деньги есть, Вы не сомневайтесь!
  Тая бросается к комоду, достает деньги, кладет все на стол.
  
  ТАЯ
  (продолжая)
  Сколько скажете, столько и заплачу! Мне главное - девочек моих накормить...
  
  ТОРГОВКА
  Стой, красавица! Что-то я не пойму, ты что - деньгами собралась со мной рассчитаться?
  
  ТАЯ
  Ну да... А что?..
  
  ТОРГОВКА
  (усмехаясь)
  И что я с твоими бумажками делать буду? На лоб себе наклею? Или, может, на стенку повешу?
  
  ТАЯ
  Почему на стенку... А как же...
  
  ТОРГОВКА
  А так же! Деньги нынче ничего не стоят. А потому они мне без надобности. А вот если найдёшь батистику или, в крайнем случае, сатинчику - вот это будет другой разговор.
  
  ТАЯ
  Какого еще 'батистику'?..
  
  ТОРГОВКА
  Какого-какого... Ну, материалом каким-нибудь могу взять. Есть у тебя отрезы какие? И, может, еще чего ценное?
  
  ТАЯ
  Нет... Откуда у меня отрезы... А ценного... Да и ценного ничего нет...
  
  ТОРГОВКА
  Ну, на нет и суда нет! Чего ж ты меня тогда затащила! Вот ведь бессовестная какая! Ещё и из рук вырывала!
  
  Торговка берёт бидон и корзину, собирается уходить.
  
  ТАЯ
  Нет! Не уходите! Только не уходите! Я найду что-нибудь... Я у соседки спрошу, подождите!
  
  ТАЯ
  Тая выглядывает в дверь.
  
  ТАЯ
  (продолжает)
  Граня, ты дома? Граня!
  
  ГРАНЯ, соседка, появляется в дверях: в декольтированном халате, на голове - бигуди.
  
  ГРАНЯ
  Что за шум, а драки нету?
  
  ТАЯ
  Гранечка, милая, помоги! Вот женщина молоко продает, и творог, и сметану... Мне так надо, Гранечка! Но у меня ни батиста, ни сатина нет... Ничего нет... А за деньги не отдают... Может, у тебя что-нибудь есть? Выручи меня, Гранюшка! Ты же знаешь, мне девочек кормить нечем, Люсенька уже...
  
  ГРАНЯ
  Молочко, говоришь? И творожок, и сметанка? А ну-ка, бабуля, показывай, что у тебя за молочко - небось синее, одна водица, ни жириночки, а?
  
  ТОРГОВКА
  Да что Вы, дама! У меня товар что надо!
  
  ГРАНЯ
  Ну, дама я или не дама - знать не Вама!.. А товар я хочу сперва увидеть - разворачивай, бабуля, свою продукцию!
  
  ТОРГОВКА
  Да смотрите, смотрите - хоть и попробуйте, мне скрывать нечего.
  
  ГРАНЯ
  Так и попробуем - а как ты, бабуля, думала! Ну-ка, неси-ка, Тая, посуду! Сейчас и попробуем.
  
  ТОРГОВКА
  Только я должна быть уверена, что Вы, дама, со мной расплатитесь как положено...
  
  ГРАНЯ
  Ты посмотри на меня, бабуля, внимательно. Сперва анфас. Посмотрела? Теперь в профиль. Ну, ты видишь? Ты видишь, какой у меня профиль, а? Картина! Разве я могу с кем-нибудь не расплатиться? Похожа я разве, бабуля, на человека, который может не расплатиться! Не сомневайся, бабуля, всё оформим как положено! Чё стоишь, соседушка, - а ну марш за посудой!
  
  Тая убегает, через некоторое время возвращается с посудой.
  
  ГРАНЯ
  (продолжает)
  Так, ну-ка посмотрим, что тут у тебя есть, бабуля... Ну, молочко-то вроде жидковато. Ну да ладно, сойдет. А сметана... сметана - ничего, жирненькая. И творог вроде приличный. Ладно, уговорила, берём все! Так, давай, Тая, перекладывай и переливай - да побыстрее! А то бабулю задерживаем. Ей ведь ещё, небось, коровку доить да поросят кормить... Есть у тебя, бабуля, поросята?
  
  Пока Граня отвлекает Торговку разговорами, Тая переливает и перекладывает товар. Граня глазами показывает, чтобы уносила миски из комнаты. Тая понимает и быстро всё уносит.
  
  ТОРГОВКА
  Да какие поросята, о чём вы! Чем нынче тех поросят кормить! Ну, один, правда, есть... Так что, если надо, так скоро мяско будет. Но уж за мясо, понятно, оплата посерьёзнее. Молочко-то - оно каждый день у коровки. А мясо - сами понимаете...
  
  ГРАНЯ
  Да уж я-то, бабуля, понимаю, можешь не сомневаться! Я, бабуля, страсть какая понятливая! Меня, бывала, мамаша в детстве из всех детишек выделяла - а нас четверо было. Вот если надо что посложнее сделать, где соображалка требуется, - так мамаша всегда меня назначала. У меня, бабуля, с детства соображалка хорошо развита. Вот, знаешь, у некоторых руки сильные, а у которых ноги... А у мужиков ещё бывает, знаешь, бабуля, такая штуковина...
  
  
  
  ТОРГОВКА
  (отмахиваясь и хихикая)
  Да ну Вас, ей-богу, надумали чего!
  
  ГРАНЯ
  И правда, бабуля, чего это я, тебе-то уж про эту штуковину не очень интересно... Я вообще-то про свою соображалку говорю - а мужики-то так уж, кстати пришлись. Да они всегда кстати, мужики-то! Ты просто не помнишь, поди, бабуль!
  
  Граня и торговка смеются.
  
  ГРАНЯ
  Ага, ну вот, посмеялись мы с тобой, бабуля... А теперь смотри внимательно. Видишь, деньги лежат? Тая по доброте душевной все их тебе выложила. А я так думаю, что это многовато... Вот держи, бабуля, десятку. А если у тебя какие вопросы появятся или несогласие - так вот там, за углом, у нас милицейский участок. Так что, если ты, бабуля, не согласная, участковому-то пожалуйся - может, он тебе что и присоветует. А может, за спекуляцию привлечет. Так что, иди, бабуля, с миром! А если молочко твоё ребенка спасет от голодной смерти - так, может, и тебе зачтётся!
  
  ТОРГОВКА
  Да как же Вам не стыдно! С виду дама серьезная. Профиль у нее, говорит, профиль... А я уши-то и развесила! Бесстыжие твои глаза!
  
  ГРАНЯ
  А ты, бабуля, поосторожнее, а то я тебя за оскорбление привлеку! Иди, откуда пришла, родная! А поросёнка зарежешь - мясо приноси, мы купим.
  
  Граня выталкивает возмущенную Торговку, поворачивается к Тае.
  
  ГРАНЯ
  (продолжая))
  Эх ты, нескладеха! У тебя ребёнок помирает, а ты скромничаешь, тихоня! Давай корми свою Люську. Я после зайду ещё, поговорить надо. Есть возможность устроить тебя в Суворовское училище - уборщицей. Там и сама подкормишься, и детям перепадёт. Курсантов, а особенно офицеров, хорошо кормят. Они даже в тарелках оставляют. Я сама сперва хотела на это место, но у меня другая перспектива появилась... Ну чё стоишь-то! У ней девка помирает, а она стоит!
  
  Граня направляется к двери.
  
  ТАЯ
  Спасибо тебе, Гранюшка! Спасибо, милая! Не знаю, как и благодарить тебя!..
  
  ИНТ. КАБИНЕТ НАЧАЛЬНИКА В СУВОРОВСКОМ УЧИЛИЩЕ - ДЕНЬ
  
  Тая протирает влажной тряпкой кожаный диван. Разговаривает сама с собой.
  
  ТАЯ
  Ну вот... Теперь уж нигде ни одной пылиночки! Я же понимаю: убирать кабинет начальника - это не то, что коридоры мыть... Тут надо с особой тщательностью. Хотя я коридоры скребла будьте нате!
  
  Тая садится передохнуть.
  
  ТАЯ
  (продолжая))
  Да я готова им всё до блеска начистить за такую-то кормежку! Дай бог Гранюшке доброго здоровья, пристроила в сытное место! Мне сперва даже плохо стало, когда столько еды сразу увидела - отвыкла... Конечно, домой нельзя уносить... Но все носят. И я ношу. А что делать, девчонок надо кормить! Это же не воровство. Всё равно поросятам отвезут - а что мои девчонки хуже поросят, что ли? Ну ладно, передохнула маленько - и хватит, надо ещё цветы полить...
  
  Тая встает, смотрит на диван и в ужасе хватается за голову.
  
  ТАЯ
  (продолжает)
  Ой, мамочки, что это? Диван-то весь разводами пошёл! Что же я наделала-то! Тряпка, что ли, грязная была?.. Да нет, вроде... Ну-ка другой протру - эта уж точно чистая.
  
  Тая снова протирает диван, потом отворачивается, выжидает время - и снова бросает взгляд на диван, и снова протирает.
  
  ТАЯ
  (продолжая)
  Опять! Опять мутный! Откуда только эти разводы берутся? Что делать! Испортила ведь я диван, испортила! Ну всё, теперь выгонят меня, точно выгонят!
  
  В дверь заглядывает ГЕОРГИЙ ИВАНОВИЧ, завхоз, мужчина с густыми усами.
  
  ГЕОРГИЙ ИВАНОВИЧ
  Ну точно, она ещё здесь! А я иду, смотрю: дверь открыта...
  
  Георгий Иванович входит в кабинет.
  
  ГЕОРГИЙ ИВАНОВИЧ
  (продолжает)
  
  Ты чего это, Тая Григорьевна, так долго возишься? Я думал тебе предложить разносчицей... хлебное место, а у тебя ведь двое дома. Но ты, по всему видать, не больно-то расторопна...
  
  ТАЯ
  Георгий Иванович, миленький, помогите! Не знаю, что с этим проклятым диваном делать! Тру его, тру - а он мутнеет - и все тут!
  
  Георгий Иванович сводит брови, важно кашляет.
  
  ГЕОРГИЙ ИВАНОВИЧ
  Мутнеет, говоришь? А чем же ты его трёшь-то, Тая Григорьевна? Не мокрой ли тряпкой?
  
  ТАЯ
  Ну да... Я ж хотела пыль стереть, чтоб всё чисто было. Всё-таки кабинет начальника...
  
  ГЕОРГИЙ ИВАНОВИЧ
  Да кто же кожаный диван мокрой тряпкой протирает! Кто тебя этому научил?
  
  
  ТАЯ
  (всхлипывая)
  Никто не учил... Я кожаной мебели сроду не видела. Хотела как лучше... А что нельзя мокрой, да? А что ж теперь делать-то? Я теперь век не расплачУсь!
  
  ГЕОРГИЙ ИВАНОВИЧ
  А ну-ка, прекратить слезы! Нечего мокроту разводить. И так вон уже... наследила. Возьми-ка лучше сухую тряпку да пойдём со мной. Дам тебе масла - чуть-чуть на тряпку капнешь и протрёшь диван. Заблестит как новый!
  
  ТАЯ
  Правда?! Ой, Георгий Иванович, как я Вам благодарна, Вы даже не представляете! А я ведь вас боялась... Усищи вон какие - страх один! А брови - так и вовсе дремучие... А голос, голос - то! Как рявкнете - душа в пятки проваливается! Но, оказывается, Вы такой добрый, такой замечательный!
  
  Тая бросается обнимать Георгия Ивановича.
  
  ГЕОРГИЙ ИВАНОВИЧ
  Ну-ну, полно, полно... Ишь, набросилась... Идём. Да закрой кабинет-то, чтоб никто этой срамоты не увидел...
  
  ТАЯ
  Ага, пойдёмте! А Вы про раздачу правду сказали?
  
  ГЕОРГИЙ ИВАНОВИЧ
  Ишь ты, и впрямь осмелела! Поставлю, поставлю тебя на раздачу - но только если будешь успевать и с уборкой.
  
  ТАЯ
  Да я рада-радешенька! Хоть целыми сутками буду работать, лишь бы детей накормить!
  
  НАТ. ДВОР - ДЕНЬ
  
  Тая подходит к дому усталой походкой. Слышит голос младшей дочки ЛЮСИ, девочки трёх лет.
  
  ЛЮСЯ
  (за кадром)
  Силёза!
  
  Под окнами женщины держат одеяло.
  
  Тая поднимает глаза и видит стоящую на подоконнике Люсю. За ней видна голова старшей Маруси, пяти лет, которая в испуге закрывает рот рукой.
  
  Люся высовывается из оконного проёма, держась одной рукой за косяк. Женщины охают. Тая замирает.
  
  Люся видит мать, слезает с подоконника.
  
  Тая в изнеможении опускается на асфальт.
  
  Женщины утремляются к Тае, но она молча поднимается сама и идёт к подъезду. Женщины провожают её молчанием.
  
  ИНТ. КОМНАТА ТАИ - ДЕНЬ
  
  Тая спит, сидя за столом, положив голову на руки. На столе стоит бидон - из нержавейки, с узким горлом. Граня стучит в дверь, потом входит.
  
  ГРАНЯ
  Есть кто живой? Ой, мать моя, да ты спишь... А я-то разоралась... Ну, спи, спи...
  
  ТАЯ
  (просыпаясь)
  Граня, это ты... А я тут...
  
  ГРАНЯ
  Спи, спи, я в другой раз... Да, может, легла бы в кровать...
  
  ТАЯ
  Нет, нет, Гранюшка, какой там спать! Скоро опять на работу... Ты садись...
  
  Граня садится на стул.
  
  ГРАНЯ
  Я чего пришла-то... Говорят, у тебя сегодня Люська учудила... Так я узнать, может, чего надо... А тебе, кроме как выспаться, ничего, видать, и не надобно...
  
  ТАЯ
  Ох, Граня, не говори... Мне когда завхоз место разносчицы предложил, так я ему, знаешь, что сказала? Что, мол, сутками готова работать. Для красного словца больше сказала - а ведь так и вышло. На той неделе как во вторник ушла, так в среду и вернулась. Двадцать пять часов дома не была! И на раздаче, и на кухне помогала - Зина Шустрова заболела. А потом помои на подводу грузила. А ночью коридоры мыла да в кабинетах порядок наводила. Что делать, зато девчонки накормлены. Вон он, бидончик-то - из нержавейки, перед самой войной купленный... Хороший бидон, английский, что ли... Горлышко у него узкое, крышка плотная. Напихаю туда, сколько смогу... Всё остатки со столов офицерских. Открыто, конечно, нельзя таскать. Но если немножко - ничего, пройдёшь. Идёшь, бидончиком покачиваешь, будто он пустой... А если в двух руках - так уж точно остановят. Всё заставят вернуть - и вылить в помои. А главное, уволить могут.
  
  ГРАНЯ
  Вот ведь гады! Тут дети - а они свиньям!..
  
  ТАЯ
  Да нет, что уж... Порядок есть порядок. Хорошо хоть так... Приду, девчонок накормлю - а оставить особенно нечего. Если только хлеба с солью. Вот и сидят, жуют помаленьку да ждут. А в среду прихожу - они плачут. Чего ж, говорю, вы, дурехи, ревёте - вон же хлеб в тарелке, высох совсем. Почему не съели? А Маруся говорит: 'Так ты не говорила, что можно...' Ну, тут и я сними за компанию поплакала.
  
  ГРАНЯ
  (вытирая глаза)
  Вот ведь! Скажи-ка...
  
  ТАЯ
  А сегодня, Гранюшка, возвращаюсь с работы, еле плетусь - устала ужас как! Смотрю, около дома толпа - и все на наши окна смотрят. А в окне моя Люся! На самый карниз вылезла, двумя пальчиками за раму держится - кокетливо так, Граня, ты представляешь! Пигалица такая! И кричит: 'Силёза! Иди сюда, Силёза!'
  
  ГРАНЯ
  Чего-чего кричит?
  
  ТАЯ
  Ну, мальчика зовет, Серёжу. А Серёжа тот уже за угол заходит. Так Люська моя так вся и свесилась на улицу, чтоб его увидеть. Женщины внизу только охнули. Стоят, замерли, не знают, что делать. А в комнате Маруся плачет и рот рукой закрыла - боится сестренку напугать. Я, Граня, встала как вкопанная и не могу пошевелиться. Весь двор замер... А Люська увидела меня - и быстренько в комнату прыгнула, поняла, что влетит...
  
  ГРАНЯ
  Так вот оно что! А я не пойму, в чем дело. Во дворе рассказывают - и все по-разному. А она, оказывается, вона чего! За мальчиком! Недавно лежала-помирала - и на тебе, а? Вот ведь бабская натура! Сызмальства ведь лезет!
  
  ТАЯ
  Ох, и вдула же я ей, Граня! Так лупила, чуть душу не вытряхнула! Маруся заступиться хотела - и ей досталось. Отошла немножко, опустилась на стул и чувствую: нет во мне больше никаких сил. Девчонки поревели и затихли. И такая тишина кругом, Гранюшка, - ну прямо мертвая! И тут я заплакала. Так себя жалко стало! И знаешь, мужа своего вспомнила. Как он меня жалел, по голове гладил, как целовал, какая белозубая у него была улыбка... И всё-всё... И так мне захотелось к нему прижаться, обнять, обцеловать... И простить. И прощения попросить. Но я не смогла. Гордая я, Гранюшка, хоть и замученная. Даже в мыслях не могу его простить. Даже на пять минут...
  
  ГРАНЯ
  Так ты вон о каком муже-то...
  
  ТАЯ
  О нём... Но ты забудь, Граня. Это я так, по слабости.
  
  ГРАНЯ
  Да я-то забуду... Да... Вот ведь как... Ну, пойду я. Может, чего надо тебе?
  
  ТАЯ
  Да нет, я уж сама. Пойду чайник поставлю. Скоро на работу опять. Ничего. Я сама.
  
  ИНТ. КАБИНЕТ ХИРУРГА - ДЕНЬ
  
  Послевоенное время. Тая стучит и входит в кабинет. Видит МЕДСЕСТРУ, немолодую женщину, но принимает её за врача.
  
  ТАЯ
  Здравствуйте, доктор! Я вот тут с пальцем...
  
  МЕДСЕСТРА
  Милая, да я не доктор, я медсестра. Проходи, садись сюда. Подожди маленько. Доктор скоро будет. Хороший он хирург, и человек хороший. Но курит - как паровоз! Ну что ты будешь делать! Каждые полчаса выходит. Уж весь пропитался табаком - не отмыть, если б кто и захотел... Да вот то-то и оно, что нету у него никого. Война-то кончилась, а горе осталось...
  
  Тая садится на стул.
  
  ТАЯ
  Да... Пережили мы войну, перемогли... Много горя у людей... Но всё-таки жизнь потихоньку налаживается.
  
  МЕДСЕСТРА
  Да, конечно, что и говорить! А что с пальцем-то у тебя?
  
  ТАЯ
  Уколола...
  
  МЕДСЕСТА
  Уколола? Чем же ты так уколола, что хирург понадобился?
  
  ТАЯ
  Иголку швейную под ноготь засадила! В ателье я работаю. Раньше - токарем, на заводе. А потом ушла - муж не хотел, чтоб в мужском коллективе работала. Ревнивый он у меня...
  
  МЕДСЕСТРА
  Небось повод даёшь?
  
  ТАЯ
  Да нет, просто он старше меня на одиннадцать лет - вот и ревнует к каждому столбу... Пришлось новую профессию освоить, женскую. До войны еще выучилась портняжному делу...
  
  Входит ХИРУРГ, мужчина с внешностью заядлого курильщика.
  
  ХИРУРГ
  Так, что у нас тут? Намотано-то, намотано... Снимайте всё!
  
  ТАЯ
  Здравствуйте...
  
  ХИРУРГ
  Здравствуйте, здравствуйте, снимайте, говорю, всё.
  
  ТАЯ
  Что - всё? Раздеваться, что ли, совсем?
  
  ХИРУРГ
  Милочка, Вам к хирургу или к гинекологу?
  
  ТАЯ
  К хирургу... У меня вот палец...
  
  ХИРУРГ
  Ну так зачем же Вы раздеваться собрались?
  
  ТАЯ
  Ну Вы же сами говорите...
  
  ХИРУРГ
  Я говорю, бинты снимайте - мне из-под них не видно, что у Вас там с пальцем.
  
  ТАЯ
  А!.. Ну да...
  
  Тая поспешно разматывает бинты.
  
  ТАЯ
  (продолжая)
  Я иголку под ноготь засадила. Сначала вроде ничего - а потом как распухнет! А потом как будто гнить начал... Я всё думала, обойдется... А он - вон...
  
  Хирург и Медсестра какое-то время молча смотрят на палец Таи.
  
  МЕДСЕСТРА
  Ох, девонька, что ж ты так долго шла-то до нас...
  
  ХИРУРГ
  А надо было ещё подождать - может, и само бы рассосалось!
  
  
  
  ТАЯ
  Доктор, я же понимаю, что затянула... Но что же теперь делать?
  
  ХИРУРГ
  Теперь? А теперь только отрезать!
  
  ТАЯ
  Как? Как отрезать?
  
  ТАЯ
  Ну, а как Вы хотели? Ещё бы немножко подождали - всей руки бы лишились. А так только палец.
  
  ТАЯ
  (пряча руку)
  Да Вы что! Не может этого быть! Я в прошлый раз чуть не умерла в больнице - и то выжила! А тут... Как же я без пальца буду?!
  
  ХИРУРГ
  Подумаешь, без пальца! Люди без рук, без ног живут - и ничего.
  
  ТАЯ
  Некоторые и без мозгов живут и не жалуются!
  
  Тая прикрывает рот рукой, испугавшись собственной дерзости. Махнув рукой, выбегает из кабинета, хлопает дверью.
  
  Медсестра догоняет Таю.
  
  МЕДСЕСТРА
  Стой, милая, стой! Ну что ты, что ты! Нельзя тебе уходить - дело-то серьёзное.
  
  ТАЯ
  Конечно, серьёзное! Попробуй-ка без пальца проживи - я же портниха.
  
  МЕДСЕСТРА
  Да что ты! Доктор же пошутил! Резать, конечно, будут, но не отрезать же...
  
  ТАЯ
  Пошутил? Ничего себе шуточки!
  
  МЕДСЕСТРА
  Да, уж он у нас такой. Да ты не сердись. Он хороший. Вот и меня за тобой послал. Идём, идём... Вон в тот кабинет - там операционная у нас. Придется, конечно, потерпеть - уж настраивайся...
  
  Медсестра обнимает Таю и ведёт в кабинет.
  
  ТАЯ
  Потерплю...
  
  ИНТ. КОМНАТА ТАИ - ВЕЧЕР
  
  Тая за швейной машинкой. Входит Граня.
  
  ГРАНЯ
  Привет, труженица!
  
  ТАЯ
  Здравствуй, соседушка. С возвращением! Ну как отдыхалось у матушки?
  
  ГРАНЯ
  Да какой там отдых, в деревне-то! Тоска... Так, повидала всех - и ладно. А ты, смотрю, приспособилась левой рукой-то...
  
  ТАЯ
  Да, куда деваться!
  
  ГРАНЯ
  Вот ведь дурында! Гнала я тебя тогда к врачу, гнала - а ты все-таки дотянула!
  
  ТАЯ
  Не говори! Как вспомню - жуть! Ох, и натерпелась я, когда палец мне кромсали! Дали полотенце - зубами держать. Из кабинета вышла вся мокрая, шатаюсь...
  
  ГРАНЯ
  Да тебе ведь вроде не один раз его резали?
  
  ТАЯ
  Ага, несколько раз ещё чистили. Лечат, лечат - а он ни в какую! То распухнет, то замокнет! Доктор-то уж и шутить перестал... Вон он какой страшный, палец-то мой, исковерканный весь.
  
  ГРАНЯ
  Да ладно, главное, не отрезали совсем.
  
  ТАЯ
  Ну да...Но из ателье все равно пришлось уйти - какая из меня закройщица без правой руки!
  
  
  
  ГРАНЯ
  Да я смотрю, ты и левой управляешься!
  
  ТАЯ
  Ну, это так, дома, когда спешить никуда не надо. Столько времени только левой всё делала - так привыкла...
  
  ГРАНЯ
  Ой, Тая, я в поезде такое платье на барышне видела! Я тебе нарисую! Сошьёшь?
  
  ТАЯ
  Сошью, куда ж денусь!
  
  ГРАНЯ
  И то правда: чужим людям шьёшь, а уж родной соседке...
  
  ТАЯ
  Граня, ты уж молчи про шитьё-то мое, ладно? А то ведь могут и привлечь за работу на дому!
  
  ГРАНЯ
  Да что ж я не понимаю, что ли! Будь спокойна! А у тебя, смотрю, заказов-то много... (Разглядывает разложенные недошитые вещи.) Только материал какой-то все...
  
  ТАЯ
  Да какой там материал! Тряпки старые. Народ-то не богато живЁт... всё из старья перешивают. Когда богатые клиентки с отрезами попадаются - так это праздник у меня! Из новой-то ткани кроить - одно удовольствие, не то что старьЁ пороть и каждый сантиметр выгадывать.
  
  ГРАНЯ
  Да, я что хотела спросить... Вы правда переезжаете?
  
  ТАЯ
  Да, Алексею Филипповичу на Чайковского две комнаты предложили. С соседями, но комнаты большие, светлые, не проходные... И вода горячая. Так что, наверное, переедем.
  
  ГРАНЯ
  Тая...
  
  ТАЯ
  Что?
  
  ГРАНЯ
  Ты адрес-то оставь, мало ли что...
  
  ТАЯ
  Ну конечно, Гранюшка! И в гости позову - только обустроимся. Ты мне не просто соседка... Почти родственница! Если не ты - не знаю, что бы с моей Люсенькой стало... Помнишь, как ты тетку ту с молоком обработала? Она и понять ничего не успела! Да, это сейчас смешно...
  
  ГРАНЯ
  Вот-вот... Тогда-то не до смеху было. Ты вот не знаешь... А я тебе сейчас скажу, теперь уж можно. Помнишь врачиху-то молодую? Ну, которая Люсеньку осмотрела и говорит: ничем, мол, помочь не могу, а надо, говорит, питание и всё такое... Ну, помнишь?
  
  ТАЯ
  Приходила какая-то... Лица не помню. А что?
  
  ГРАНЯ
  Да не в лице дело. Она второй раз, через неделю, знаешь, зачем приходила?.. Удостовериться, что Люська твоя померла.
  
  ТАЯ
  Как? Ты что?
  
  ГРАНЯ
  А вот так. Думала врачиха-то, что Люся не выживет, - больно уж слаба была. Выходит, неделю ей сроку и дала. Очень удивилась барышня! Хорошо, что я ей дверь открыла - так она хоть успела лицо другое на себя надеть, а то ведь пришла-то как на похороны. Вот... Стало быть, Люську-то мы с тобой из самых когтей смерти вытащили. Ещё бы немножко...
  
  ТАЯ
  Гранечка, если бы не ты... Я не знаю, что бы сама делала! Спасибо тебе, спасибо!
  
  Тая и Граня обнимаются, какое-то время сидят молча.
  
  
  
  ГРАНЯ
  (будто очнувшись)
  Да, ты тогда тихоня была... Теперь-то побойчее стала!
  
  ТАЯ
  Так это меня жизнь бойкой сделала. Иногда как вспомню, какой в молодости была, так и самой не верится! Будто другой человек во мне жил. Ничего от той девчонки, Гранечка, не осталось, ничего. И ничего меня теперь с прошлым не связывает.
  
  ГРАНЯ
  Так уж и ничего? Чай, с Филиппычем-то так и живёте не расписанные?
  
  ТАЯ
  Да. Николай всё свой характер тешил - так и не дал развод. А теперь не знаю, где он, жив ли... Знаешь, я иногда думаю: лучше бы погиб! Не потому лучше, что не нужно его согласия на развод добиваться, а потому, что жизнь моя перестанет раздваиваться. Я же, Гранюшка, всё равно немножко его жена, понимаешь?
  
  ГРАНЯ
  Да как не понимать, подруга...
  
  ТАЯ
  Меня это вроде как греет... Но это там, где-то очень глубоко... А в реальной жизни мешает. Я давно другая. У меня и характер изменился, и внешность, и всё-всё... А эта тоненькая ниточка все портит. Я было подумала, что надо разузнать, жив ли он на самом деле. Но куда идти и с чего начать, не знаю. А с Алексеем Филипповичем стараюсь об этом не говорить. Мне как будто стыдно... Я и знакомым говорю, что первый муж на Финской погиб. Никто и не знает, что мы с Лёшей не расписанными живем. Ты вот только.
  
  Раздаётся звонок в дверь.
  
  ГРАНЯ
  Ну вот, кого-то несёт. Один звонок - ко мне тащатся. Не дадут поговорить. Это, наверно, Машка со своей картошкой. Говорю же, из деревни привезла, а она не отстаёт - хочет, чтоб и у неё купила. Ладно, пойду, потом поговорим ещё. Покумекаем, как бы твоего Николая разыскать.
  
  Граня уходит, но очень скоро возвращается, заглядывает в дверь с выпученными глазами.
  
  ГРАНЯ
  (продолжая))
  Тая, а это, по-моему, он... Слышишь? Вот ведь вспомнили - а он тут как тут! Сам нашёл. Ты только это... спокойно... Ну-ну, чего побледнела-то! Ну, пусть заходит, а?
  
  Не дожидаясь ответа, Граня пропускает в дверь Николая.
  
  ГРАНЯ
  Пожалуйста, Николай, проходите, садите вот на стульчик... Ага... Вот... Ну, я пойду... А вы тут... Ага... Ну, пойду я...
  
  Граня выходит. Николай садится на стул, сидит неподвижно. Тая смотрит в стену.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (за кадром)
  Да, ты сам нашёл меня. Вот так вдруг позвонил в дверь - и в нашей квартире чуть не рухнули стены. Мы долго молчали. Потом разговаривали. Кажется, долго. Сердце моё стучало так, что слова рассыпались, и я не знаю, как говорила с тобой. Но говорила. И голос свой слышала. И по-моему, звучал он до странности спокойно. Или мне казалось?.. Что говорила - не помню... Потом ты рассказывал, как воевал. А я всё смотрела на твой рот и ждала, когда улыбнёшься. Так хотелось увидеть твою улыбку! Но почему-то ты так ни разу и не улыбнулся...
  
  НИКОЛАЙ
  (как бы продолжая разговор)
  Вот такая история... А вообще-то, когда в атаку идёшь, особо не разбираешь, куда, чего... Сто грамм для храбрости - и вперед, 'За Родину!', 'За Сталина!'. Большие начальники, конечно, кумекали, что к чему, а мы только команды выполняли... Ну, а уж рядовые -и подавно.
  
  Слышен стук двери.
  
  НИКОЛАЙ
  Идёт кто-то...
  
  ТАЯ
  Да, это муж. Пора ему.
  
  НИКОЛАЙ
  Муж... А я тогда кто?
  
  ТАЯ
  Ты? Ты - по паспорту. А он - по жизни. Дети у нас, Николай. Семья. Конечно, муж, а как же! Думаешь, развод не даёшь - так я сижу и жду? Нет, милый мой, у меня своя жизнь, у тебя - своя. Общий только штамп на бумажке. Понял?! Ты бумажный муж, а он - настоящий!..
  
  Входит Алексей Филиппович.
  
  ТАЯ
  Вот, Лёша мой пришёл...
  
  Тая порывисто встает, бросается к Алексею Филипповичу, обнимает, целует - тот оторопело смотрит то на Таю, то на Николая.
  
  ТАЯ
  (продолжая)
  Вот, Лёшенька, познакомься, это Николай. И ты, Николай, познакомься, это мой муж, Алексей Филиппович.
  
  Николай встает, мужчины пожимают друг другу руки.
  
  
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Ну что ж, очень рад...
  
  Алексей филиппович подходит к столу, по-хозяйски расправляет скатерть.
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  (продолжая)
  Вы, Николай, присаживайтесь, мы с Таей гостям всегда рады. Я пойду чайку соображу. По части заваривания чая я, можно сказать, специалист - жена не даст соврать. Это, вообще, мужское дело. Всякая стряпня - это одно, а чай заварить - тут надо всё по порядку. Это уж должен хозяин! Ну, сидите тут пока, разговаривайте, а я похлопочу.
  
  Алексей Филиппович выходит на кухню.
  
  Николай сидит молча, глядя в пол, потом поднимает глаза.
  
  НИКОЛАЙ
  Тая, ты счастлива? Дурацкий вопрос... Ведь не любишь его, да? Зачем тебе всё это? Вернись ко мне. Неужели ты меня ещё не простила? У нас ещё все будет! А этот... Он больше похож на твоего свекра, чем на мужа...
  
  Тая отстраняется и будто пробуждается от последних слов Николая.
  
  ТАЯ
  На свёкра, говоришь? Не понравился он тебе? А мне всё равно, понравился он тебе или нет. Запомни: хуже - но не ты! И нет у тебя права его судить. А я тебе только одно отвечу: дай наконец развод!
  НИКОЛАЙ
  Ну уж нет! Не дождёшься!
  
  Николай вскакивает, не попрощавшись, уходит.
  
  Алексей Филиппович просовывает голову в дверь.
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  Что это гость твой? Куда побежал?
  
  Тая сидит молча, с каменным лицом.
  
  АЛЕКСЕЙ ФИЛИППОВИЧ
  (продолжая)
  Ушёл, видать... Пойду дверь закрою за ним, а то мало ли чего. А ты это... Граню, может, позвать? А? Что молчишь-то? Позову...
  
  Тая сидит молча, уставившись в одну точку. Входит Граня.
  
  ГРАНЯ
  Ну? Чего тут у вас? Эй, подруга, ты окаменела, что ли? Сидишь, как статуя... Неужели прогнала?.. Такой мужик! Я бы ему все простила! А глазищи - ох какие глазищи! Вот люблю я когда у мужиков глаза... А то, бывает, не поймешь: то ли смотрит, то ли уже спит... Как у Филиппыча твоего... Ой, че-то я не то болтаю... Слушай, ну а что с разводом? Даст он тебе развод? Ну, об чём вы договорились? Тая, ты меня слышишь? Тебе плохо, что ль? Валерьянки, может?
  
  Тая встает, направляется к двери.
  
  ГРАНЯ
  
  Э-э... ты чего надумала?! А?! Ну-ка, прекрати! Куда пошла-то?
  
  ТАЯ
  (пожимая плечами, очень спокойным голосом)
  Пошла жить дальше. Варенье надо открыть - к чаю... Лёша не знает, какое... Чай будешь?
  
  ГРАНЯ
  Буду... У меня пастила есть. Пойду принесу...
  
  ИНТ. БОЛЬШАЯ, СВЕТЛАЯ КОМНАТА С ЧАСАМИ НА СТЕНЕ И ФИКУСОМ В УГЛУ - ДЕНЬ
  
  У зеркала ЛЮСЯ, девушка тонкая и звонкая, прихорашивается. За швейной машинкой ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА, женщина средних лет.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ох, Людмила, до чего же вы с Марусей выросли быстро... Незаметно. А какие вы разные у меня получились - прямо удивляюсь!
  
  ЛЮСЯ
  Конечно, разные. Машка - старшая, вы её с папой всегда больше любили.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ну что ты такое говоришь, Люся!
  
  ЛЮСЯ
  А что, не правда, что ли! Машке всё всегда первой покупали - а мне одни обноски!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ну, села на любимого конька!.. Сколько же можно об одном и том же! Сколь уж переговорено...
  
  ЛЮСЯ
  Да всё я понимаю, мама. Денег вечно не хватало, приходилось изворачиваться, перешивать, перелицовывать... Но мне-то ведь от этого не легче было! Знаешь, как хотелось что-нибудь новое - и чтобы специально для меня. Что я, замарашка какая!
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Это ты-то замарашка! Ты посмотри на себя: худенькая, хрупкая, как фарфоровая статуэточка! Пальчики тоненькие, ручки белые, нежные. А как волосы в косы заплетёшь да вокруг головы уложишь - ну красавица, да и только! А главное, ведь как манерно говорить научилась и глазами поводить - откуда только набралась! Хотя, если честно, в меня ты, Люська. Я мужчинам всегда нравилась. Только они для меня не существуют - а потому мне с ними легко. Вот и ты, смотрю, парнями-то крутишь-вертишь, а они за тобой как собачки бегают. Хоть бы Марусю научила. Сестрица-то в папашу пошла. Тоже, как он, губы подожмёт, брови насупит... Если ещё её не приодеть - так никто и не взглянет.
  
  ЛЮСЯ
  Ну, конечно, оправдание нашла! Всегда ты, мама, так! Тебя не переговоришь!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  А чего меня переговаривать! Ты лучше скажи, почему никого из своих ухажеров в дом не приводишь? Стесняешься, что ли? У нас и фикус, и часы - всё как у людей... Вон хоть бы Валеру привела да чаем угостила. А то я ведь с ним у подъезда познакомилась... Ты посмотри, какой парень хороший! Жениться хочет, любит тебя.
  
  ЛЮСЯ
  А ты откуда знаешь?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ну, говорю же, у подъезда ждал. А потом... Ну, в общем, заходит он иногда, так, поговорить... Повлияйте, говорит, на Людмилу... А как я на тебя повлияю... А парень-то правда хороший, сразу видно.
  
  ЛЮСЯ
  Вот ведь, репей, прилип! Я ему всё объяснила, а он не отстает!
  
  
  
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Что же он тебе совсем не нравится, что ли? Такой симпатичный...
  
  ЛЮСЯ
  Да нет, мам, он ничего, конечно... Но, ты понимаешь, он маленького роста. Я когда на каблуки встаю - так выше его делаюсь на два сантиметра.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ты что измеряла, что ли?
  
  ЛЮСЯ
  Что же измерять, и так видно!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ну, а если и низковат, так что ж тут такого! Главное, человек хороший, и не жадный - это много значит. А то вон как я-то с твоим отцом живу... Нет, он хороший, конечно. Но... не то чтобы жадный, а чересчур экономный, что ли... Деньгам счёт любит, сам ими и распоряжается. Я ведь, Люсь, даже не знаю, какая у него зарплата - не докладывает. Выдаст, сколько надо в магазин сходить, - и всё. А то лучше сам пойдёт - знаешь ведь... Любит он это дело. Накупит продуктов, еле тащит - стукнет сумками об пол и довольным таким голосом: 'Нате, ешьте!' Нравится ему быть добытчиком и кормильцем. Чтоб все сыты. Но ничего лишнего. Копеечка к копеечке... А того не понимает, что так жить скучно. Да вот и вам - на каждую обновку у него проси! Дать-то даст, но сперва насупится, потом тайком отсчитает деньги - и выдает как кассир из окошка. Помнишь, как десятку-то уронил, а я ногой наступила?
  
  ЛЮСЯ
  (улыбаясь)
  Помню! Ты ему: 'Лёш, что это у тебя на щеке-то, дай-ка вытру. Ой, да не оттирается! Или синяк? Иди-ка посмотри в зеркало'. Пока папа смотрел, ты десятку-то и припрятала! Ох, и артистка ты, мама!
  
  
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ага, артистка... Из прогорелого театра... Да, уж не так я с первым-то мужем жила... Уж баловал, нежил - что и говорить! Только вот потом в одночасье всё хорошее перечеркнул...
  
  ЛЮСЯ
  Что ты говоришь?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Да то и говорю, что Валера-то не такой... И любит он тебя. Всю жизнь будет на руках носить - уж я вижу!
  
  ЛЮСЯ
  А я?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Что - ты?
  
  ЛЮСЯ
  Ты спросила, хочу я, чтоб он меня на руках носил? А если я его не люблю?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Да, дочка, об этом я как-то не подумала... как-то забылось об этом. За заботами, за делами - забылось...
  
  
  
  Тая Григорьевна какое-то время смотрит в окно, потом продолжает изменившимся голосом.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (продолжает)
  Права ты, Люсенька, ох как права! Не ходи без любви замуж. Тяжко с нелюбимым мужем жить...
  
  ЛЮСЯ
  (удивленно и настороженно)
  Ты чего, мам?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (опомнившись) )
  Ну а чего... Вот представила, что с нелюбимым мужем в постель ложиться... Прямо дрожь берет!
  
  ЛЮСЯ
  Ну вот! Ты только представила, а мне всю жизнь предлагаешь с нелюбимым... Ладно, пойду я, мам!
  
  
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ну, давай, давай! Ох, красавица ты моя! Ну, а я пойду щи варить... Кислые, с квашеной капустой... Отец любит...
  
  ИНТ. КОМНАТА С ДВЕРЬЮ В КУХНЮ - ДЕНЬ
  
  Семья живёт уже в отдельной квартире. Звонят в дверь.
  
  Тая Григорьевна выходит в коридор и возвращается с Граней.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Проходи, дорогая моя, проходи! Вот, видишь, как мы устроились... Наконец-то ты сподобилась меня навестить...
  
  ГРАНЯ
  (осматриваясь)
  Да, меняете жилье как перчатки... Да какие перчатки! Другие носки реже меняют!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ой, не говори, Гранюшка! Надоело по коммуналкам-то! Сейчас все норовят в отдельную квартиру переехать, так чем мы хуже! Ты садись, чайку попьем, поговорим, давно не виделись. Пойду чайник поставлю...
  
  ГРАНЯ
  Да чего кишки-то полоскать!
  
  Граня достаёт бутылку вина.
  
  ГРАНЯ
  Я вон винца прихватила. Сооруди какую-нибудь закусочку, да и посидим, поболтаем.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Винца, говоришь?.. Ну а что, можно и винца. Бутылка-то какая красивая! Ладно, пойду чего-нибудь соображу. Видишь, как у нас, - вход в кухню из комнаты... Так что, мне слышно будет! Ты расскажи, как живешь, что нового.
  
  Тая Григорьевна выходит в кухню.
  
  ГРАНЯ
  Да что нового... Так и живу одна. Годы только прибавляются - вот они и новые... Это у вас вон новости какие! Квартира отдельная! Только чудно' как-то... Дверь в кухню - из комнаты... Специально такую выбирали, что ли?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (выглядывая из кухни)
  Да прямо, специально! Могли бы на третий этаж с балконом поехать, но дед на этой настоял: недалеко от его швейной фабрики, а главное, с подвалом. У нас внизу особый такой подвал, на отсеки разгороженный. У каждого жильца вроде своей кладовки. С замками, ключами, железной дверью... Очень это понравилось Алексею Филипповичу. Ты знаешь, сколько у него всякого хлама хранится! Все домой тащит. Гвоздь кривой на дороге увидит - дома выпрямит и в баночку сложит.
  
  Тая Григорьевна входит с подносом, расставляет закуску, наливает вино.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (продолжая))
  А инструмента сколько! И по швейному делу, и всякого! Он ведь починить не только швейную машину может, а что хочешь!
  
  ГРАНЯ
  Это да! Это я помню! Рукастый - ничего не скажешь! Ну, давай, подруга, за встречу!
  
  Граня и Тая Григорьевна выпивают.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Вкусное вино-то... Закусывай. Вот сыр бери, огурчики... Капусту попробуй - дед сам квасит. Ну да... Так вот из-за подвала мы на первый этаж поехали. А квартира-то сырая, тёмная, холодная. И дверь эта в кухню... И коридорчик маленький совсем. Но дед как уперся - не сдвинуть. Так и переехали. Зимой под окнами ледяная гора намерзает, а люди всё равно норовят рядом с домом пройти... На горку эту шагнут - и как раз голова в окне торчит, представляешь!
  
  ГРАНЯ
  Да ты что! Вот ведь упрямый какой у тебя Филиппыч! Да все лучше, чем одной... Девки-то разлетелись?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (вздыхая)
  Да, Гранюшка, разлетелись... Давай, что ль, по второй! Чего уж...
  
  Женщины снова выпивают.
  
  ГРАНЯ
  Чего вздыхаешь-то? Обе дочки в Ленинграде живут. Там и колбаса, говорят, в каждом магазине, и что хочешь... Не то что у нас!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Это да! Еще хлеб там у них чёрный круглый - вкусный, у нас такого почему-то не пекут...
  
  ГРАНЯ
  Как девчонки-то устроились, всё нормально? Старшая ведь у тебя замуж выскочила?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Вышла... Да видела бы того мужа! На голове плешь, сам какой-то сальный весь, противный. Старше намного. И разведённый. Ох, я как узнала - ревела всю ночь! Ну, думаю, похожа на отца Маруся, а судьбу, видать, мою повторяет! И свадьбы-то у них толком не было, втихомолку расписались. Вот ведь в лесу леса не нашла! А тут ещё... Стыдно и сказать...
  
  ГРАНЯ
  Чего?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Да ведь приставать ко мне начал выпивши-то!..
  
  ГРАНЯ
  Да ну!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ну! Ты, говорит, у меня, тёща, баба хоть куда! А сам за бок щиплет! А я развернулась да как хлестану его полотенцем! Ты, говорю, зятек, смотри поаккуратнее шути! Я, конечно, баба хоть куда, но если руки в ход пущу - то ты уж мужиком-то вряд ли останешься!
  
  
  ГРАНЯ
  Так и сказала? Ну молодец!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  А что! Это я раньше тюхой-матюхой была, молчала да сопли глотала, а теперь палец в рот не клади - откушу!.. Да, Гранюшка, вот такой Марусе моей муженёк попался. У него жена молодая - а он старух щиплет!
  
  ГРАНЯ
  Вот тоже старуху нашла! Ты ещё очень даже! Это я вон вся морщинами пошла - а ты всё цветёшь!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Да я ведь, Граня, на зятя-то психанула, а потом прикинула: а у него со мной разница в годах такая же, как с Марусей, только наоборот, конечно, - тринадцать лет. Видала, какая арифметика...
  
  ГРАНЯ
  Так он такой старый!.. Хотя что я... У тебя самой-то с Филиппычем разница в возрасте, небось, такая же?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Поменьше на пару лет. Доченька меня обскакала... А я после того случая, знаешь, о чем подумала? Что вообще-то я не старая, а уж давно и думать забыла о женской своей сути. Получается так, что по-настоящему женщиной я была только несколько лет. Только с первым мужем. А потом - то притворялась, то терпела, то просто жила по привычке... Ничего. Наверное, не одна я так живу. Сколько лет прошло... И столько дел в жизни - некогда особенно задумываться...
  
  Тая Григорьевна замолкает ненадолго, потом продолжает со слезами в голосе.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (продолжая))
  Ой, Граня, что же я наделала! Что сотворила со своей жизнью! Потешила женскую гордость - и лишила себя женского счастья! Как подумаю, Граня, - такая тоска наваливается - почти смертельная! Нет-нет, и вылезет, гадюка, и жалит, и жалит...
  
  ГРАНЯ
  Ох, мать моя, я и не думала, что ты ещё помнишь своего Николая... А оно вон, значит, как... Тоска, говоришь? А что же мне-то тогда делать? Волком выть? У тебя вон и муж, и дети. А я что? Одна-одинёшенька. Столько мужиков было - а ни один к моему берегу не прибился. Только я уж все свои слёзы выплакала. Хватит, не заслуживают они, кобели, ни одной нашей слезинки! Давай-ка лучше выпьем, дорогая моя!
  
  Граня наливает вино себе в рюмку.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ой, нет, Граня, я не буду. Ну его, это винище! Это всё от него: и слёзы, и разговоры эти.
  
  ГРАНЯ
  Ну, как хочешь, а я выпью.
  
  Граня опрокидывает рюмку.
  
  ГРАНЯ
  (продолжая)
  И вот что я тебе скажу. Выброси ты этого Николая из головы. У тебя своя жизнь, у него - своя. Чего уж теперь!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Да, ты права, Гранюшка, чего уж теперь... Да я его и не видела больше, жив ли ещё...
  
  ГРАНЯ
  Жив-здоров, не сомневайся. С них, с мужиков, как с гусей вода...
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Знаешь чего или так болтаешь?..
  
  
  
  ГРАНЯ
  Теперь и не знаю, говорить тебе или нет... У тебя вон тоска - а тут ещё я со своим трамваем...
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  С каким трамваем?
  
  
  
  ГРАНЯ
  Да я ведь чего пришла-то... Новости у меня. Николая твоего давеча в трамвае встретила. Хотя какая это новость: ну встретила и встретила...
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Живой, значит... Надо же, а я ни разу за эти годы его не встретила... А может, он и не здесь живет - а так, проездом. Мало ли как жизнь сложилась...
  
  ГРАНЯ
  Чего это не здесь-то! Очень даже здесь... Живет и в ус не дует.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Так ты с ним говорила?! И он тебя узнал?..
  
  ГРАНЯ
  Да я, понимаешь, на билет пятачок передала мужику - а он мне потом сдачу суёт. Лицом-то повернулся - мать моя! Николай! Я его уж больно хорошо запомнила. Симпатичный, ничего не скажешь. И сейчас тоже ничего. Он-то меня сперва не признал, конечно...
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ну что он, как?
  
  ГРАНЯ
  Он-то... Да мы две остановки всего и ехали вместе... Про тебя спросил. Как, мол, Тая. А я говорю: всё у нее хорошо, дочки замечательные... Ну а что, девчонки-то у тебя и правда хорошие. Это, может, и есть главное - детей вырастить. Вот у меня их нету, так и болтаюсь - ни пришей ни пристегни...
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ну, а он-то, он-то что?
  
  ГРАНЯ
  Ну, а что он... Я ж говорю, две остановки только... Он... И он тоже...
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Чего тоже, Граня? Ну не томи! Что душу из меня тянешь!
  
  
  ГРАНЯ
  Да ничего я из тебя не тяну... говорю же: и он тоже... детей растит...
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Как?.. У него дети есть?..
  
  ГРАНЯ
  Ну как сказать... Живёт он с женщиной, двоих детей растит - а вот её ли дети, или общие, не спросила. Ну я же говорю: всего две остановки...
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Да поняла, поняла! Две остановки. И детей двое. И женщина другая.
  
  Тая Григорьевна замолкает, сидит неподвижно.
  
  ГРАНЯ
  Ну чего ты! Ну да, живёт он с другой - а что же ему одному мыкаться? Такой мужик - и один?! Он и так вот сколько тебя ждал... Ну ты чего каменная-то сделалась! Не пугай меня, ей-богу! Сколько лет прошло - целая жизнь, считай! А у вас вон как всё ладно: всё как у людей... Вот тебе и Алексей Филиппович. Хоть и старый, и некрасивый - а видишь как! Все сложилось у вас. Правильно говорят: стерпится - слюбится! А?..
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (как будто очнувшись)
  А?.. А ну-ка, подруга, наливай своё вино!
  
  ГРАНЯ
  
  Вот это правильно!
  
  Граня наливает себе и подруге.
  
  ГРАНЯ
  (продолжая)
  Выпьем, Тая, за нас, волшебных, и за бешеный успех!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Чего?..
  
  ГРАНЯ
  Ну, это тост такой у меня... был... Сейчас-то, конечно, поздновато за успех... Ну, давай просто за нас!
  
  Граня тянет рюмку - чокнуться.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Нет, подруга, давай не чокаясь! Всё. И точка. Теперь уж всё...
  
  Тая опрокидывает рюмку, следом выпивает Граня.
  
  ГРАНЯ
  Ну ты даёшь!.. Не чокаясь - прям как на поминках... Ладно, ты это... смотри тут! Чтоб всё нормально! А? А если чё - так я по старому адресу, ты знаешь. А сейчас пойду я. А то скоро, небось, твой вернётся... И потом, легла бы ты поспала, что ли... Ну, разберётесь, не маленькие... Пойду!
  
  Граня встаёт, хочет обнять Таю Григорьевну, но та отстраняется.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Иди... Дверь захлопни. Я зайду к тебе. Потом.
  
  Граня уходит, несколько раз останавливаясь, глядя на подругу и сокрушенно качая головой.
  
  Тая Григорьевна долго смотрит куда-то перед собой, звучит её голос за кадром.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (за кадром)
  Ну, вот и всё... Когда услышала, что живёшь с другой и детей растишь, так горько мне стало! Так больно! Дошло, наконец, что потеряла я тебя навсегда. А до этого всё-таки где-то глубоко, в тайне от самой себя, не верила... Но что же делать, всё равно надо жить дальше. И нашла я спасительную мысль - что ты женщину свою не любишь и живёшь с ней тоже без радости и без счастья... А куда ж деваться - не одному ж тебе, правда, мыкаться! И я вроде как даже тебя пожалела. Уж кому как не мне знать, как жить с нелюбимыми... Я знала, всегда знала, что ты меня только любишь. А другого мне нельзя было знать - а то я бы не выжила...
  Скоро Маруся моя родила дочку, и мы с Алексеем Филипповичем превратились в бабушку и дедушку. Тогда матерям только два месяца давали по уходу за ребёнком. Зять сказал: 'Отдадим в круглосуточную группу!' Он вообще не хотел так скоро ребёнка. У него от первого брака дочь росла - так и она не особенно нужна была. А тут ещё одна! Дед из-под бровей зыркнул, зубами заскрипел и тихо так сказал, но увесисто: 'Только через мой труп!' Я и не ожидала, что он так может... Ну, а зять не очень-то и спорил. И взяли мы к себе внучку. Маруся укатила с мужем в свой Ленинград - скитаться по коммуналкам. А Люся кооператив построила, а потом и замуж вышла - так уж, время подошло, да и вышла. А любви-то большой так и не дождалась...
  С Филиппычем нас расписали, когда тридцать лет вместе прожили, - по факту. Тебя я не искала, но, похоже, развод ты мне так и не дал? Вот ведь упрямец! В законном браке мы с дедом недолго и пожили... И дедом-то он всего четыре года побыл.
  
  ИНТ. КОМНАТА С ВЫХОДОМ НА КУХНЮ - ДЕНЬ
  
  Поминки. За столом остались Тая Григорьевна, Люся и МАРУСЯ, молодая женщина с насупленными бровями.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ну вот, девоньки, и нету папаньки вашего больше...
  
  ЛЮСЯ
  Это всё дача ваша! Мало того, что ребёнка повесили, так ещё и дачу им подавай!
  
  МАРУСЯ
  Чего тебе дача-то поперёк горла встала! Сами за неё платим. Отец не брал деньги - так я на маму высылала, правда, мам?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Да правда, правда... Ну что вы надумали ругаться! Ты, Люся, на Марию не нападай! Неточку мы у них сами забрали - дед так решил. А на даче, конечно, летом лучше. И воздух, и речка, и дом деревянный - дышит... В этом году переднюю сняли - светлую, сухую, больно хорошо! Да и если уж честно говорить, на даче я больше устаю: с керосинками этими да вёдрами... А дед-то чего? Только что в город за продуктами...
  
  ЛЮСЯ
  То-то и оно!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Это всё жара. А он ведь сердечник... был. Да и год високосный... Я ему говорила: ну куда ты в такую жарищу собрался! Погоди, спадёт маленько... А он - ни в какую! Ребёнок, мол, надо продуктов привезти... Как будто так бы не прожили... Ох, дед, дед... Давайте, девчонки, поминём еще вашего папку.
  
  Выпивают.
  
  МАРУСЯ
  Жара-то, правда... Мухи еле летают.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Да уж... А я сперва не придала значения. Ну, мало ли что... А его день нет, два нет... Чувствую, не то что-то, должен бы давно вернуться. Ну, и правда. Продуктов-то успел накупить, сумки собрал - в коридоре перед дверью поставил. И пошёл, видать, под душем охладиться. Там его и нашли...
  
  ЛЮСЯ
  Ой, мам, давай без подробностей! И так тошно!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Тошно... А думаешь, мне не тошно было! Внучку пристроила в деревне, а сама одна тут. Пока ещё вы приехали! В морге торопят: жара, говорят, столько дней лежит... Хорошо, мужики с фабрики со мной ходили, один речистый такой... Ну, вы видели. А то прям хоть без вас хорони!. Я им костюмы-то и отдала... Они рады-радёшеньки. Мало только на поминках-то побыли... Ну, давайте, что ли, убирать со стола - уж вряд ли кто ещё зайдет.
  
  МАРУСЯ
  Какие костюмы? Ты что, мам?
  
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Да ничего я. А что ты удивляешься? Вот и мужики тоже уж больно удивились... У отца три костюма новых в шкафу висело, а он всю жизнь в спецовке ходил. В одном-то в гроб положили, а два отдала. И инструменты его раздала...
  
  ЛЮСЯ
  Да когда ж ты это всё успела, мама? Хоть бы после похорон...
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Вот ты бы посидела тут, в этой квартире, одна - так я бы посмотрела... Не знаю... Нашло что-то на меня... Надо бы, конечно, после похорон. Несите посуду в кухню.
  
  Люся и Маруся собирают посуду со стола, уходят в кухню.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (продолжает)
  И правда, чего мне так хочется от вещей скорей избавиться? Как будто жить дальше не собираюсь... А может, наоборот, новую жизнь начинаю... Вот ещё надо выбросить шубу дедову старую, заплатка на заплатке, моли рассадник. При жизни-то не давал до неё дотронуться...
  
  НАТ. ГОРОДСКОЙ ДВОР - УТРО
  
  Подъезжает мусорная машина.
  
  Тая Григорьевна выбрасывает из ведра мусор.
  
  Из машины выходит МОЛОДОЙ ВОДИТЕЛЬ.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Какой у нас водитель молодой да симпатичный А где же Василий? Никак заболел?
  
  МОЛОДОЙ ВОДИТЕЛЬ
  Да нет, Василию теперь незачем помои возить. Он в мусоре золотую шубу нашел.
  
  Тая Григорьевна замирает.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Как золотую?..
  
  МОЛОДОЙ ВОДИТЕЛЬ
  А вот так и золотую! Шубу старую кто-то выкинул, так Вася хотел от неё кусок оторвать - на сиденье бросить. А в шубе деньги оказались - целая прорва! Васька с радости запил. И вообще, похоже, рассудком повредился. Шальные деньги на голову свалились - вот крышу и снесло!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Да уж шальные!.. Мои деньги-то, от меня заныканные, от дочек моих! Люся-то до сих пор попрекает, что в Марусиных обносках в школу ходила. А он - в шубу...
  
  МОЛОДОЙ ВОДИТЕЛЬ
  Женщина, Вы что! Это правда, что ли, Ваша шуба была?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Мужа моего... Собственными руками выбросила...
  Эх, Алексей Филиппович! Хотел ты, видать, нам наследство оставить - и у нас же отнимал. Видишь, как получилось...
  
  МОЛОДОЙ ВОДИТЕЛЬ
  Женщина, так, может, надо как-то... Ну не знаю... Что же теперь делать-то, а?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  А что теперь сделаешь!Ладно, это не самая большая потеря в моей жизни. Переживём. Главное, чтобы Василий совсем не спился. Дай Бог ему здоровья!
  
  Тая Григорьевна, махнув рукой, идёт к подъезду. Молодой водитель смотрит её вслед и качает головой.
  
  ИНТ. КОМНАТА С ВЫХОДОМ НА КУХНЮ - ВЕЧЕР
  
  Тая Григорьевна сидит у кроватки НЕТОЧКИ, девочки лет пяти, пишет письмо.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (заглядывая в кроватку)
  Ну вот, и уснула моя хорошая... Устала... Ну вот, сейчас письмо допишу, и тоже лягу. Надо Марусе рассказать, как мы сегодня деду тополей насажали.
  
  Пишет.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (продолжая)
  У нас рядом с домом тополя обрезали. Неточка увидела и говорит: 'Жалко'. А я говорю: 'Давай поставим в воду веточки'. И поставили. А они все корни дали. Тогда Неточка говорит: 'Надо посадить'. А я говорю: 'Куда?' А она говорит: 'К дедушке в садик'. Это она так могилу называет...
  
  НАТ. КЛАДБИЩЕ - ДЕНЬ
  
  Тая Григорьевна с Неточкой возле могилы.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Вот, дед, насажали мы тебе тополей... Живучие они - все бы не прижились, а то и не пройдёшь... Зато видно будет со всех сторон - чтоб молодым могилу твою легче искать, когда меня не станет... Ох, Филиппыч, что ж ты так рано-то... Знаешь, как тоскливо бывает - по вечерам особенно. Неточка уснет - и хоть волком вой! Раньше-то всегда ты рядом: то газеты читаешь, то телевизор смотришь. Больно уж ты хор Пятницкого любил - я теперь всё время смотрю и тебя вспоминаю. А балет терпеть не мог! Мол, зачем там мужики в чём попало - срам!.. Да нет, нам хорошо с Неточкой. Живём себе тихо, спокойно. Спешить никуда не надо. Неточка в садик не ходит, я не работаю. Получаю пенсию за тебя - двадцать восемь рублей пятьдесят четыре копейки, по утрате кормильца, значит... Моя-то пенсия ещё меньше. Стажа рабочего совсем мало оказалось. Всю жизнь вроде трудилась, а пенсии нормальной не заработала. Маруся каждый месяц деньги высылает на ребёнка - правда, не бог весть какие, но нам хватает. Что нам особо надо - старой да малой! Летом грибов насолила и насушила, варенья наварила - благо, подвал большой, есть где хранить, спасибо тебе, дед. Так нам и мяса не надо никакого: наварю картошки или гречневой каши. И уплетаем за обе щеки! Правда, Неточка аппетитом особым не отличается, но мои варенья-соленья любит. Да ты и сам знаешь...
  Давеча в Ленинград к родителям ездили - гостинцы возили. Нагрузилась я, Лёш, так, что зять потом еле тащил от поезда до такси. Надо, говорит, носильщика взять. Куда, мол, ты, тёща, столько везёшь! А как потом есть сел - так только за ушами трещало, и не говорил уж, зачем много привезла. А я ещё у них пирогов напекла: с капустой - как Маруся любит, сладких - для Неточки, своих любимых ватрушек и с рисом и яйцом - для зятя, ладно уж. Хоть и не терплю его, паразита, но накормить всех люблю. Пироги мои людям нравятся. Но когда пеку - под руку не попадайся! Да ты, небось, помнишь - самому не раз попадало! У меня ведь на кухне так всё и летает, так жаром и пышет! К пирогам талант должен быть, чутье. А просто так, по рецепту, печь - ничего не получится. Испечешь, конечно, но таких, как у меня, ни за что не выйдет! Они и на второй день такие же пышные да вкусные. К сожалению, дочкам я этот талант не передала. Но зато много народу пирогами своими накормила... Ой, что-то я говорю, как будто всё в прошлом... Нет, жизнь продолжается. Живём. Надо жить. Эх, Лёша, Лёша, оставил ты меня одну!..
  
  НЕТОЧКА
  Почему одну, бабуля?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Одних...
  
  НЕТОЧКА
  Двоих, бабуля!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Видишь, какая внученька у тебя, дедушка, славная растёт... Ну, пойдём мы. Спокойного тебе лежаньица, Алексей Филипыч! Пойдём, Неточка, пойдём, моя хорошая.
  
  ИНТ. КОМНАТА С ВЫХОДОМ НА КУХНЮ - ВЕЧЕР
  
  Тая Григорьевна перечитывает написанное письмо.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  'Я говорю...' 'Она говорит...' Нескладно как! Что-то и письмо не пишется... А ведь если разобраться, живем мы с Неточкой не 'вдвоем', а 'одни'. Потому что обе мы с ней одинокие! Вот и Алексея Филипповича моего не стало, и Неточка спит - сижу вечерами, нет-нет и о тебе подумаю... Как ты там, что делаешь... А потом себя одёрну: у самой внучка растет, а всё о чужом мужике думаю! Хотя, конечно, какой же ты чужой... Но ничего, утром внученька проснётся, зазвенит её голосок - и вся моя тоска уйдет...
  Ой, ну вот с кем я сейчас разговариваю, а? Нет, так рехнуться можно! Надо спать ложиться. Скоро совсем распогодится, а там, глядишь, и на дачу собираться... Ничего...
  
  Тая Григорьевна выключает свет.
  
  НАТ. ДЕРЕВНЯ, ГДЕ СЕМЬЯ СНИМАЕТ ДАЧУ - ДЕНЬ
  
  Около одного из домов останавливается грузовая машина.
  
  Из машины выходят Тая Григорьевна и ВОДИТЕЛЬ, бравый мужчина средних лет.
  
  НЕТОЧКА
  Я побежала девчонок искать!
  
  Неточка убегает.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Неточка, осторожно, смотри! На дороге хоть и мало машин... Да её уж и след простыл! Знает тут всё, не первый год ездим...
  
  ВОДИТЕЛЬ
  Мне тоже пора. Разгружайся - и я поехал.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Да ты что! Как же я одна всё это разгружу!
  
  ВОДИТЕЛЬ
  Ну а чего ж ты думала, когда столько скарба набирали! Я и так погрузить помог... А мне за это не платят...
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Да я же не бесплатно прошу. Заплачу, не сомневайся, я же понимаю...
  
  Водитель нехотя начинает разгружать вещи вместе с Таей Григорьевной, но с интересом присматривается к ней.
  ВОДИТЕЛЬ
  Надо было предупреждать, что такая дорога. Я кабы знал, какие тут рытвины, ни в жизнь бы не поехал!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ну, во-первых, я сама не знала, что за зиму всё так размыло. Каждое лето ездим - а такое первый раз! Во-вторых, зачем же я тебя стала бы предупреждать, если бы ты не поехал? На себе мне, что ли, всё это везти? А в третьих, мог бы и повежливее, я всё-таки женщина!
  
  ВОДИТЕЛЬ
  (усмехаясь)
  Вижу, что женщина. А где ж твой мужчина? Почему одна?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Похоронила я его.
  
  ВОДИТЕЛЬ
  А... Вдова, значит...
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Выходит, вдова. Третий год уж вдова...
  
  ВОДИТЕЛЬ
  А девочка, значит, наполовину сирота?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Чего это сирота! У нее и мать, и отец есть. Вот выйдут в отпуск - приедут.
  
  ВОДИТЕЛЬ
  Да?.. А ты ей кто же?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ну а сам-то как думаешь?
  
  ВОДИТЕЛЬ
  Ну, думаю, что не сестра.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Вот то-то и оно! Бабушка я, кто же ещё! Мне уж без двух лет шестьдесят.
  
  Водитель роняет от удивления коробку.
  
  ВОДИТЕЛЬ
  Иди ты!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Да что же это! Побьёшь мне всю посуду! И чего тебя так удивило?
  
  ВОДИТЕЛЬ
  Да уж больно хорошо ты сохранилась. Видать, сладко прожила, за широкой спиной.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ну, выходит, так...
  
  Водитель шумно вдыхает, как будто нюхает воздух.
  
  ВОДИТЕЛЬ
  Какой воздух-то, а?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  За воздухом и ездим, за него и деньги платим.
  
  ВОДИТЕЛЬ
  А эта коробка - что, пустая, что ли? Здоровая с виду, а весу нет совсем...
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Игрушки! Две коробки игрушек тащим.... Зачем, говорю, Неточка, столько брать - на даче и так есть чем заняться. Нет, говорит, надо все - а то они скучать будут. Смешная!
  
  ВОДИТЕЛЬ
  А у меня тоже внук есть - отдельно живёт, но в гости часто привозят. Интересные они...
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Это точно! Вот моя - казалось бы, маленькая, а ведь всю жизнь мою собой заполняет! Да чего уж там, и меня саму-то как будто жизнью наполняет. Смотрю на неё и столько всего нового вижу, удивительного, чего в детях рассмотреть не успела... Неточка, когда совсем малышкой была, забавно слова коверкала. Однажды танцует под радио - увлеклась, глаза закрыла... А потом вдруг резко остановилась. Стоит - и только легонько ручками пухлыми вверх-вниз помахивает. Я ей говорю: 'Потанцуй ещё!' А сама хлопаю в такт музыки - подбадриваю. А она вдруг голову сердито так наклонила, руки опустила, отвернулась и бурчит: 'Я уже потанцула!' Мне и смешно от этого 'потанцула' - и совершенно не понятно, почему у внучки настроение испортилось, что вообще в её маленькой кудрявой голове происходит... Смотрю на неё - и умиляюсь! Такая нежность во мне - как будто волнами накрывает. Странно, но ничего такого к собственным детям я, кажется, не успела испытать. Конечно, мальчики были со мной совсем не долго, а девочки в войну росли... Но ведь должно бы что-то остаться в памяти... А - забылось, осталась одна забота, опасение, что не успею вырастить, поднять, помочь...
  
  ВОДИТЕЛЬ
  Ну, так жизнь-то непростая - забот хватает... Внучку сама растишь?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Да, сначала с дедом, пока жив был, теперь одна... Незаметно внученька выросла. В конце лета заберут её родители в Ленинград. Квартиру, наконец, получили. Как раз к Неточкиному первому классу. А то всё по коммуналкам скитались... Я рада за них за всех. Особенно за внучку: будет жить, как положено, с отцом да с матерью. Зять, какой ни есть, а всё - отец. И в школу, понятно, Неточке надо там поступать: родители образованные, помогут и проконтролируют, как надо. А мне куда уж - три класса образования...
  
  ВОДИТЕЛЬ
  Неужели три класса?.. А я думал, ты учительница или там ещё кто...
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Скажешь тоже! Ну вот, за разговорами-то и разгрузили. Не заметили - а ты боялся!
  
  ВОДИТЕЛЬ
  (сверкнув глазами)
  Да уж с такой бабушкой чего ж бояться! А тебя как звать-то, бабушка?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (сухо)
  А это Вам ни к чему! Вот деньги, хватит?
  
  Тая Григорьевна протягивает водителю купюру.
  
  ВОДИТЕЛЬ
  Понял. Ну, ты... Вы, это, берегите себя.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (хмыкая)
  Ладно. Спасибо.
  
  ВОДИТЕЛЬ
  Ага... Ну что ж, до свидания.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  До свидания.
  
  Водитель собирается уходить, но останавливается.
  
  ВОДИТЕЛЬ
  До свидания, бабушка. Хорошая Вы женщина. Чтоб всё хорошо у Вас было... Ну, поехал я...
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  И Вам не хворать!
  
  Водитель уезжает.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (улыбаясь)
  Вот ведь!.. Сам дедушка - а туда же! Пойти воды принести... Надо было его послать... Ой, нет, тогда бы чай пить напросился - ну его! А воздух-то и правда... На этом воздухе-то я, пожалуй, отдышусь...
  
  ИНТ. ТЕЛЕГРАФ - ДЕНЬ
  
  Тая Григорьевна ждёт вызова.
  
  Услышав 'Ленинград - вторая кабина', торопливо заходит в кабину, берёт трубку.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Алло! Алло! Маруся! Плохо слышно... Девушка, плохо слышно... Хрипит... А, вот... Маруся! Здравствуй, Маруся! А? Чего кричу? Так не слышно было... Да я не паникую... Ну, как вы там? Как Неточка? Ну, хорошо... Ты смотри следи, чтобы ноги у неё всегда в тепле... Перевод-то? Да получила я, Маруся, получила, да, десять рублей... Только ты мне больше не высылай! Ну зачем! Раньше на ребёнка высылала - а теперь что... Я, Маруся, с почты шла - слёз не могла удержать! Так обидно, что не заработала приличную пенсию. Да понятно, что дети должны о пожилых родителях заботиться... Но я-то ведь не немощная какая... Домой пришла - и давай документы все перерывать. Только что толку перекладывать с места на место! Не хватает у меня, Маруся, двух лет и десяти месяцев до семидесяти рублей! Что говоришь? Нет, Марусенька, семьдесят - это у кого стаж полный! А ты думала... Пятьдесят шесть рублей семьдесят восемь копеек - вся моя пенсия, это после перерасчета. Нет, не вздумай! Я же тебе говорю, чтоб и эту десятку не высылала - вы сами-то не больно жируете. Ты за меня, Маша, не беспокойся! Я вот что решила. Выхожу на работу. Ну кем-кем... Уборщицей - кем я ещё могу... В строительный трест устроилась. Сил у меня достаточно, а работы я никогда никакой не боялась. Что ты молчишь? А?.. Ну что ты кричишь - оглушила!... Я же в перчатках буду. Ну, и туалеты - а что такого. Нет, доченька, я так решила. Что мне дома одной делать! А так и веселее, и пенсию, глядишь, нормальную заработаю. Я, может, до ста лет проживу - а если и нет, так хоть год, но почувствую себя человеком. А то всю жизнь пашу, а... Ой, Маруся, я что забыла сказать-то! Я на ту твою десятку шёлка японского купила - Неточке на платье. Весёлый такой - белый, красными горохами. Юбку сошью солнцем. Хоть и много материала уйдет, зато красота какая! Вот Неточка приедет летом... А? Да-да! Заканчиваем! Всё, Марусь, время вышло! Неточку поцелуй, девочку мою! Я... А? А, всё уже...
  
  Тая Григорьевна выходит из кабины. Стоит задумавшись. Потом говорит сама себе.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (сама с собой)
  Ладно, пошла! Завтра на работу - новая жизнь начинается!
  
  
  
  
  
  ИНТ. КОРИДОР СТРОИТЕЛЬНОГО ТРЕСТА - ДЕНЬ
  
  Тая Григорьевна чистит, моет, убирает.
  
  Входит НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ - завхоз.
  
  НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ
  Как хорошо у нас стало! Чистота ослепительная! И как это мы раньше жили? А цветы на подоконниках откуда, а, Таечка Григорьевна? Приветствую вас, как жизнь молодая?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Здравствуйте, Николай Иванович! Уж скажете - молодая! Я Вас-то, поди, годков на десять старше. А цветы из дома ношу - у меня много, разрослись, надо рассаживать, вот и приношу. А то без цветов как-то скучно.
  
  НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ
  (поправляя волосы)
  Да, с цветами, конечно, лучше и веселее. А про возраст, Таечка Григорьевна, я вам так скажу. Может, по паспорту вы и постарше будете - но только по паспорту. А по глазам вашим - я бы и пятидесяти не дал!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ну, уж хватанули, Николай Иванович! А Вы, я смотрю, тоже молодеете день ото дня. Вон как за собой следите: и в галстуке стали на работу приходить, и ботинки блестят. И глаза-то - тоже поблёскивают... Уж не влюбились ли Вы, Николай Иванович?
  
  НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ
  (смущённо покряхтывая)
  Влюбляются молодые. Это их дело. Но могу откровенно сказать: имею я симпатию. И очень мне радостно от этого. Утром только проснусь - сразу вспоминаю и улыбаюсь. Вот ведь как бывает!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Да уж, Николай Иванович, чего только не бывает! Бывает, что живёшь и не думаешь ни о чём таком, а оно - раз! - и случается... Ну, проходите, проходите - а то мне надо тут пол помыть. Все уже пришли, как раз до перерыва высохнет.
  
  НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ
  Прохожу, прохожу - как же, такой славной работнице мешать нельзя! Потом зайдите ко мне, надо моющие получить - и вообще...
  
  Николай Иванович уходит.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  'И вообще...' Вот смех-то! Седина в бороду - бес в ребро! Волосы-то десять раз, наверно, поправил. Это уж верный знак: хочет понравиться. Да я и сама-то не лучше! На работу собираюсь - и так перед зеркалом встану, и эдак... Платье вон новое сшила за два вечера. Седину закрасила. К тресту подхожу - какое-то замирание в груди происходит. Сама себе удивляюсь! Чего уж там говорить, приятно мне его внимание. Да и зовут его Николай. Николай Второй!
  
  Появляется ЗИНАИДА ИГНАТЬЕВНА - жена Николая Ивановича, женщина высокая, плохо причёсанная, неопрятная.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Дамочка, Вы к кому? Если к секретарю или в отдел кадром - то это левое крыло. А тут... тут у меня намыто...
  
  ЗИНАИДА ИГНАТЬЕВНА
  Зачем мне отдел кадров! Я к Николаю Ивановичу. Он у себя? Что Вы так на меня смотрите? Жена я его. Хочу мужа своего видеть.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ой, извините, не знала. Проходите, пожалуйста... Извините меня!
  
  ЗИНАИДА ИГНАТЬЕВНА
  Да ничего, ничего. Вы, наверное, недавно работаете - откуда Вам знать.
  
  Зинаида Игнатьевна уходит по коридору.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (помрачнев, опустив руки)
  Да, об этом я и не подумала... Кажется, в последнее время вообще думать перестала. Хожу по улицам, птиц слушаю, цветами любуюсь... Ну, а что мне думать! Я ведь замуж за него не собираюсь. Просто вдруг вспомнила, что живу... Как тот пень в апрельский день... Да, тётка, вовремя ты появилась! Длинная-то какая - прямо с телеграфный столб! Вся какая-то помятая, неумытая, нос на пол-лица, на голове - гнездо... Но меня-то лет на пятнадцать точно помладше будет. Только что толку-то... А то и толку! Что нечего фантазировать.
  
  Появляются Николай Иванович и Зинаида Игнатьевна, проходят мимо - к выходу.
  
  ЗИНАИДА ИГНАТЬЕВНА
  Ну, до свидания, видите, я ненадолго приходила.
  
  НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ
  Я не ухожу, Тая Григорьевна, только супругу провожу.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ага, до свидания. Хорошо, Николай Иванович. Идите, идите... Как же ты сразу уселся-то, Николай Второй... Пригнулся весь, глаза спрятал... Да, не во время весна-то моя случилось - больно уж припозднилась. Да в один день и кончилась. Всё! Птицы охрипли, цветы отвернулись.
  
  Тая Григорьевна продолжает мыть пол. Через некоторое время возвращается Николай Иванович.
  
  НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ
  Тая Григорьевна, я вот что подумал. Вы говорите, у вас цветов дома много... Хоть бы когда позвали в гости. Очень любопытно посмотреть. А?
  
  Тая Григорьевна начала смотрит удивленно, потом отвечает подчёркнуто весело.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  А приходите, Николай Иванович - я пирогов испеку, чайку попьем с супругой Вашей. А то ведь даже не познакомились. Как её зовут-то?
  
  НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ
  Зинаида Игнатьевна зовут... А зачем с супругой?
  
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  А как Вы хотели! Не могу же я Вас одного пригласить! Тем более что жена у Вас такая замечательная, видная женщина.
  (в сторону)
  За версту видать!
  (Николаю Ивановичу)
  Приходите завтра. Хотите, я сама супруге вашей позвоню - дайте только номер.
  
  Николай Иванович вскрикивает, машет руками.
  
  НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ
  Нет!!!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Да чего ж вы так испугались? Ну, не хотите - не буду звонить, сами приглашение передайте. Только уж не подведите - а то пироги кто есть будет! Пропадут!
  
  НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ
  Вот Вы как... Ну что ж, с супругой - так с супругой. Оно и верно, так-то приличнее. Завтра, значит. Ладно, думаю, Зина не будет против. Она пироги любит, а сама не печёт. И в гости любит ходить. Любила... Последнее время как-то не к кому... Ну что ж, завтра часиков в семь?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Да хоть и в семь... Я пораньше на работу приду - всё тут намою, а потом и пирогов напеку, чтоб свежие, горяченькие.
  
  НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ
  Ага... Ну, пошёл я...
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ага... Идите. Да и я пойду. Воду поменяю.
  
  ИНТ. КОМНАТА С ВЫХОДОМ НА КУХНЮ - ВЕЧЕР
  
  В комнату входят Николай Иванович с Зинаидой Игнатьевной. Слышен голос Таи Григорьевны.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Вы проходите, за стол садитесь. У меня всё готово, сейчас чайник несу!
  
  НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ
  Может, что помочь, Тая Григорьевна?
  ЗИНАИДА ИГНАТЬЕВНА
  Что ты надумал, какой из мужчины помощник на кухне. Я помогу.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Нет-нет, не беспокойтесь! Я уже иду.
  
  Тая Григорьевна входит с чайником, начинает разливать чай по чашкам.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Вам, Зинаида Игнатьевна, покрепче?
  
  ЗИНАИДА ИГНАТЬЕВНА
  Нет, что Вы, от крепкого зубы желтеют. Вот так и хватит заварки. Я, знаете, зубы берегу.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Вот это Вы правильно, Зинаида Игнатьевна! Жёлтые зубы очень внешность портят. Даже если и с лица красивенькая, и фигурка ладненькая, и причёсочка, и одета как с иголочки, а зубы желтые - и всё! Всё пропало! Правда ведь, Николай Иванович?
  
  НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ
  (покашливая)
  Ну... зубы, они, конечно... Но мне можно покрепче.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ну да, Вы же не барышня, чего Вам бояться! Правда, Зинаида Игнатьевна?
  
  Зинаида Игнатьевна, не очень понимая, на всякий случай кивает головой.
  
  ЗИНАИДА ИГНАТЬЕВНА
  Ну... Николаю Ивановичу виднее. Я, Тая Григорьевна, привыкла, что с начальником живу, - его слово всегда последнее. Вот Вы не представляете, какая это ответственность - быть женой начальника, надо как-то соответствовать...
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (с комичной серьезностью)
  Это да! Я так Вас понимаю, Зинаида Игнатьевна! Берите пироги: вот эти с капустой, а тут сладкие, с брусникой... Ватрушки попробуйте... Я, говорю, хорошо Вас понимаю. Завхоз - это тебе не просто так, это что ни на есть начальник. И тут уж жена, конечно, должна соответствовать: и за своей внешностью следить...
  
  Тая Григорьевна окидывает взглядом плохо причёсанную и неряшливо одетую собеседницу.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (продолжая)
  И опять же за речью, и поведением... Это большая ответственность! Должно быть, нелегко Вам, Зинаида Игнатьевна?
  
  Николай Иванович крякает.
  
  Зинаида Игнатьевна не очень понимает, в чем подвох, но по реакции мужа чувствует: что-то не то...
  
  ЗИНАИДА ИГНАТЬЕВНА
  Да нет, ну что Вы... Не так чтобы тяжело... Я считаю, главное - не выпячиваться... Может, мы в связи с этим перейдём на 'ты', а, Таечка?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  А почему бы и нет, Зиночка. Это, конечно, моё упущение: я как старшая по возрасту должна была сама предложить. Но ты меня опередила, молодец.
  
  Николаю Ивановичу неудобно из-за бестолковости и бестактности жены, он ёрзает, краснеет, вытирает платком лоб; Зинаида Игнатьевна же по-прежнему не осознает своего комичного положения.
  
  НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ
  Хорошая нынче весна. В прошлом году долго холода не отпускали. А нынче быстро растеплилось.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  (глубокомысленно)
  Даааа...
  
  ЗИНАИДА ИГНАТЬЕВНА
  Да, погода хорошая... И пироги у тебя, Таечка, вкусные. А бруснику где берёшь?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Так осенью заготавливаю. Берите ещё.
  
  Зинаида Игнатьевна берёт еще пирог, кладёт на блюдце рядом с откусанным.
  
  ЗИНАИДА ИГНАТЬЕВНА
  И что же, до весны хватает?
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  А я много заготавливаю. И сама собираю, и на базаре покупаю.
  
  ЗИНАИДА ИГНАТЬЕВНА
  Ой, так ведь там дорого! Ну, хотя у тебя ведь и зарплата, и пенсия...
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Да! У меня всего хватает! Не жалуюсь! И угощать люблю - вот хоть бы и пирогами. Я вам и с собой заверну.
  
  ЗИНАИДА ИГНАТЬЕВНА
  Да что ты, что ты!.. Хотя тебе ведь одной всё равно не съесть...
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Конечно! У меня на кухне ещё две тарелки. Пойду соберу вам с собой!
  
  Тая Григорьевна выходит на кухню.
  
  НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ
  (с некоторым оживлением и облегчением)
  Да, пора! Посидели - и хватит!
  
  Николай Иванович поднимается.
  
  Зинаида Игнатьевна берёт еще пирог с тарелки.
  
  ЗИНАИДА ИГНАТЬЕВНА
  Да чего уж так сразу! Можно бы и ещё...
  
  НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ
  Давай, давай, вставай, пойдём!
  
  Тая Григорьевна появляется со свёртком.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ой, да вы уже и уходите! Да я ведь просто приготовила...
  
  Зинаида Игнатьевна открывает рот, чтобы что-то сказать.
  
  НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ
  (перебивая жену)
  Пора, Таечка Григорьевна, пора!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ну что ж, до свидания!
  
  ЗИНАИДА ИГНАТЬЕВНА
  
  Спасибо за пироги, за гостеприимство... Уютно у тебя, хорошо...
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  А вам спасибо, что зашли.
  
  Зинаида Игнатьевна неохотно идёт к двери, Николай Иванович её подталкивает, Тая Григорьевна идёт следом, выдворяя обоих из комнаты.
  
  Слышен стук двери.
  
  Проводив гостей, Тая Григорьевна возвращается в комнату, убирает со стола.
  
  Звонит телефон. Тая Григорьевна вздрагивает, потом машет рукой, берёт трубку.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Алло!
  
  ГРАНЯ
  (за кадром)
  Ну, привет, подруга!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ты, Грань?
  
  ГРАНЯ
  (за кадром)
  Я, кто же ещё. А что у тебя с голосом?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  А что у меня с голосом? Да ничего, просто телефона пугаюсь - не привыкла ещё. А вообще-то, хорошо, конечно... Раньше, чтоб с детьми поговорить, сначала надо заказать - на почту сходить, потом опять туда идти - сидеть ждать... А теперь вон - как барыня! И у них телефон, и у меня - красота!
  
  ГРАНЯ
  (за кадром)
  Ну да, конечно... Да ты мне скажи, как гости твои? Ещё сидят, или проводила?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  А?.. Да проводила... Ой, Грань, не спрашивай! Я десять раз пожалела, что пригласила их. Чего, думаю, устроила! Смех смехом, а ведь надо с этой каланчой весь вечер неизвестно о чём беседовать... Квартиру вылизала - ни пылинки! Не хочется в грязь лицом ударить.
  
  ГРАНЯ
  (за кадром)
  А сама-то хоть приоделась - или так, в халате, по-домашнему?
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Сама-то? Да нет, ты что, не в халате. Платье новое надела. Ты не видела ещё - недавно сшила. Подготовилась... Села - жду. Задумалась маленько. Тут звонок - я подпрыгнула, Грань, как на электрическом стуле! Так в пот меня и бросило! В висках стучит, руки затряслись...
  
  Граня смеётся на том конце провода.
  
  ГРАНЯ
  (за кадром)
  Ну насмешила! Небось, выдумываешь?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Да ладно тебе ржать-то! Ничего не придумываю, так всё и было. Потом до десяти посчитала и пошла открывать. Смотрю, а ухажёр-то мой и сам еле жив! За вечер-то, Грань, поди, раз десять окраску менял - как осьминог: то покраснеет, то побледнеет, то пятнами пойдет.
  
  ГРАНЯ
  А осьминога-то чего приплела? Какой же он осьминог! Очень даже мужчина симпатичный - и в самом соку.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Почему осьминог? Да не знаю... А! Ну так я такую книжку Неточке читала, когда она маленькая была. Знаешь, как папаши-осьминоги детей перепутали? Ой, ты же детских книжек не читаешь... Ну вот, а у меня, Грань, весь страх прошёл, один смех остался. Хотела спросить: 'Что это с Вами, Николай Иванович? Уж не с моих ли пирогов?' Да он, бедный, и так совсем смутился... Да ну его! Я теперь на этого ухажёра другими глазами смотрю.
  
  ГРАНЯ
  (за кадром)
  Ну, а супружница-то его как, Зинаида?
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Зинаида? А что Зинаида... Концерт по заявкам, а не Зинаида! Еле дождалась, пока уйдут. Знаешь, Граня, ни к чему это всё. Помнишь, как в кино: хороший, говорит, ты мужик - но не орёл!
  
  ГРАНЯ
  (за кадром)
  Да какого тебе ещё орла! Где они, орлы-то! Зря ты так... Всё-таки какое-то разнообразие в одинокой твоей жизни. Никто же не говорит, чтобы что-то серьёзное... Но одной-то ведь тоже... Смотри, подруга, пожалеешь!
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Нет, Граня, не пожалею. Я же думала, он Николай Второй...
  
  ГРАНЯ
  (за кадром)
  Чего?.. Не пойму, чего говоришь...
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  А?.. Да нет-нет, ничего не говорю... Что говорить! Ты бы зашла, что ли... А то по телефону как-то не поймёшь, с кем разговариваешь...
  
  ГРАНЯ
  (за кадром)
  Зайду на той неделе. Ну давай, до встречи.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  Ага, до встречи...
  
  ИНТ. КОМНАТА ТАИ ГРИГОРЬЕВНЫ - РАННЕЕ УТРО
  
  Тая Григорьевна, уже совсем старая женщина, сидит в кресле, разговаривает с невидимым собеседником. За окном брезжит рассвет.
  
  ТАЯ ГРИГОРЬЕВНА
  На следующий день Николай Иванович меня удивил! Я ожидала увидеть его смущённым, а он - хоть бы хны! Улыбается, шутит и даже ведёт себя смелее, чем раньше. Не знаю, какие он выводы сделал и что себе надумал, но у меня к нему интерес совсем пропал. Не орёл - одно слово! Да и как-то стыдно всё это, не про меня. Столько времени жила без всяких этих нежностей - и ещё проживу! А время быстро бежит. Вот уже и стаж я выработала, пенсию мою пересчитали, и я ушла с работы. Тут как раз Маруся внука второго подкинула. А через пять лет и Люся родила дочку. В общем, всё закрутилось-завертелось по новой. В суете да в заботах дни летят быстро. Вечера не тянутся бесконечно, об одиночестве не вспоминается, и лишние мысли в голову не стучатся. Внук Алешка, названный в честь деда, совсем оказался на него не похожим, а наоборот, на 'дорогого' моего зятька. Прямо копия! Когда Маруся дала сыну имя, я даже прослезилась. И не пойму, почему. То ли Алексея Филипповича вспомнила, то ли по своей жизни взгрустнула. А Люся доченьку в честь своей бабки назвала - моей матери, хоть и не застала её в живых. Наверное, мне хотела приятное сделать. Я сначала обрадовалась, а потом испугалась. Вспомнила про своих мальчиков, названных в честь братьев... Хотя чего уж там! У мамани моей жизнь счастливая была. Если последние годы не считать. Да ведь так и не бывает, чтоб одна радость. На то она и жизнь... Не заметила я, как и младшие внуки подросли, стали более самостоятельными. Алешку родители на лето отправляют в лагерь, а Тамарочку Люся сама вывозит на дачу. Забот у меня стало совсем мало, да и сил тоже. И опять я осталась одна. Нет, меня не бросили, сама вырвалась из их суеты. Вроде уже все дела переделала. Всех их вырастила, на ноги подняла - пусть теперь сами. Вот и вся моя жизнь. Осталась она позади. Тебя давно нет, а я всё жива. Каждый день разговариваю с тобой. И иногда ты отвечаешь. Но чаще молчишь. Или я просто не слышу. Ничего, ещё наговоримся. Подожди немножко, я скоро... Пока тебе про свою жизнь рассказывала - и ночь прошла. Хорошо - меньше осталось ждать. Скорее бы - уж больно я по тебе соскучилась. Длинная у меня была жизнь. Трудная, но хорошая. И вот, прожив её, я задаю себе вопрос: почему мне тогда позволили выжить? Я не сомневаюсь, что спас меня белобородый старец, а не врачи. Что-то я, видно, должна была сделать в своей жизни, для чего-то меня оставили... Сначала я думала, для какого-то дела - конкретного, трудного и очень важного для всех. Потом стала понимать, что меня оставили для меня самой, для того, чтобы я прожила всё, что мне положено, и выстояла, стала мужественной и мудрой. А теперь я точно знаю: мне дали шанс, чтобы я успела простить тебя. Да-да! Я умирала - и не знала, что ты меня уже предал. Мне вернули жизнь, чтобы я узнала это и простила тебя. Может быть, потому и была моя жизнь такой длинной, что раньше я бы не успела... Наверное, все мы сначала знаем, для чего появляемся на свет. Но - забываем. Кто-то угадывает легко и быстро, а кто-то идёт к началу всю жизнь...
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Ардова "Невеста снежного демона. Зимний бал в академии"(Любовное фэнтези) С.Елена "Избранница Хозяина холмов"(Любовное фэнтези) В.Бец "Забирая жизни"(Постапокалипсис) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) М.Атаманов "Искажающие реальность-6"(ЛитРПГ) А.Кочеровский "Утопия 808"(Научная фантастика) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) А.Вильде "Эрион"(Постапокалипсис) А.Григорьев "Биомусор"(Боевая фантастика) А.Минаева "Академия Алой короны-2. Приручение"(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"