# У мокрой трубы

Мария Молина

На выходе из метро внезапно налетел ветер. И ливень. Один неожиданней другого, - зонтик, естественно, остался дома. На вешалке. Богатые опытом люди-путешественники в дебрях метро знали, что в подземке, внутри, стихии бессильны. И не торопились наружу. Стояли у выхода, у лестницы; смотрели на дождь завороженно, будто на незнакомого Бога. Откуда им знать, людям из метро, каково растворяться между капель и стекать на черный асфальт?

Но это так, для красного словца. Все под ливнем бывали, только никто не называет это "растворением". Нормальные люди, нормальная психика, - и верно: никакой романтики, только мокро и очень зябко. Плечи самопроизвольно трястись начинают.

Да, вот так все и было.

А я оказалась не готова к испытанию водой. И пошла стекать каплями. На остановку.

Струи дождя не пузырили лужи. Это означало: льет ненадолго. Наверное, я осталась бы стоять там до окончания водяного светопреставления.

Да-да, так и стояла б, кабы только предательские плечи не задрожали.

Как раздвоение: вроде и линии ливня стройны и ошеломляюще красивы, их нарисовать потом непременно надо. И непременно маслом. И, в то же время, страшно как-то, в самом деле.

Страшно одной, прислонившись к насквозь промокшей трубе спиной, а спина тоже до мозга спинного перемешалась с водой; страшно привыкнуть и остаться посреди - в луже, под дождем (волосам продолжение струйки воды, почти такие же); никто, ни одна живая душа не найдет, потому что искать никто не будет.

И не потому, что никому не нужна. Упаси Боже! Кажется, весь белый свет во мне нуждается. Природа решила в свое время создать несколько таких вот "нужных" людей, а меня по ошибке тоже внесли в список.

Но, сказав однажды: "Я живу одна", - уже не уйти от некстати сказанного.

И - никто не будет искать.

Ха! Попробовали бы они!

Все знают - я появляюсь время от времени и снова исчезаю в никуда.

Для них - в никуда, а на самом деле: вот она я, стою тут у мокрой трубы и слезы реву. (Роняю? Нет, роняют помидоры на рынке, а я их, слезы то есть, а не помидоры, реву). Они потом обижаются, мои те, кто "весь свет". Дескать, следует отвечать на письма и заглядывать в гости. Один-единственный человек, наверное, по-другому так говорит, - то есть спрашивает каждый раз: "Ты обиделась на меня? Ты скажи, если обиделась... Ты просто так сразу ушла". Я смеюсь, предлагаю составить список, на что мне обижаться, мол, посмотрю и решу, вдруг и правда стоит.. Потом серьёзнею.

И снова ухожу.

В никуда.

К мокрой трубе.


Будь я все-таки романтиком, я заметила бы тут вскользь, что жду человека с теплым пледом. Уж больно плечи замерзли.

Будь я тем самым человеком, я бы вскочила и побежала. И сама догадалась бы, что это та самая труба рядом с выходом из метро "Щукинская".