# Привет из прошлого

Аноним Керман

Временно Заморожено

Думаете, так легко жить со знанием того, что любимый мертв? Знать, что умереть - нельзя, ибо это расстроит многих? О, а что делать, если любимый... здесь? Сказать, что такого в моей жизни еще не было - ничего не сказать. А что же делать... вот с ним? простить?.. но... Если любишь его, но не понимаешь причин? Если он единственный, кому ты позволяла больше, чем, к примеру, родителям? Простить, да. Но... Всегда есть НО...

Прода от 20.04.14 ))))

## ПРОЛОГ


1931 год, где-то в Англии.


- Милая, а давай погуляем? - спросил красивый черноволосый парень у симпатичной девушки. Она согласно кивнула, взяв его за руку.

Они шли по лесу, никого вокруг не замечая. А было ли кого замечать? Вокруг одни вековые деревья да птички-белочки. Эти не помешают...

Парня звали Алекс, а девушку - Мишель; оба очень красивые, бледные. Грациозные как-то по-особенному, по-хищному. Они красивы, да-а... Он - высокий, черноволосый, обаятельный молодой человек, мускулистый, крепкий, глядя на него думаешь о рыси - гибкой и обманчиво-мягкой. Волосы средней длины чернее ночи, глаза светлого янтарного оттенка. Сейчас эти глаза смотрели с обожанием на нее, на смысл его жизни, его любовь, саму его жизнь. А она - блондинка, с чуть волнистыми длинными волосами, глаза - зеленые, глубокие, бездонные, с искорками смеха, но больше в них любви к Нему. Ростом достает Алексу чуть выше плеча. Носик курносый, губки пухлые, скулы высокие. А вот посмотришь на девушку и сравнишь ее с пантерой - изящной, привлекательной и экзотичной.

- Алекс, а ты меня любишь?

- Да, милая женушка, я тебя люблю! А ты меня любишь?

- Люблю. Я люблю тебя, муж мой!

"Муж... Как же замечательно слышать эти слова, как приятно называть ее женой! Я так долго этого ждал, целых 15 лет!", - подумал он.

"Жена! Да, я твоя жена! Наконец-то мы связаны!", - подумала она вместе с ним.

- А помнишь... - сказали они одновременно. Рассмеялись.

- Что? Давай, Алекс, говори!

Он хмыкнул:

- Ну что ж. Скажу, хотя для порядка стоило бы немного посопротивляться и получить от тебя поцелуй... - тут он получил легкий удар маленьким кулачком в плечо. Ну а затем поцелуй. - Я припомнил нашу с тобой первую встречу, малышка.

- Что-оо?! Я тоже! О, мы точно Истинная пара! - рассмеялась Мишель и закружилась вокруг мужа. Ведь вот оно - Счастье...

****

А хотите, я расскажу про эту самую встречу? Уверяю вас, такой истории вы ни-ког-да не слышали. История эта так же увлекательна, как и необычна. Расскажу, но... Позже. Нет, не обижайтесь, просто сейчас будет нечто ужасное, потому как наши герои вышли на поляну. "Чего же страшного?" спросите вы. Ну, вот, смотрите...

****

Итак, они вышли на поляну. Было что-то около полудни, не страшно, ведь так? Он ее обнимал за талию. Она таяла в его объятиях, как и всегда.

Они долго вместе, на самом деле не так много, но для нее позже будет казаться, что это лучшее, что у нее было, что это была вечность. А он... Ему будет больно. Настолько, что он уйдет от нее... Но давайте по порядку.

Итак. Полдень. Поляна.

Алекс и Мишель стояли обнявшись. Им было хорошо.

Здесь следует кое-что пояснить. Наша парочка - вампиры. Ну, Алекс - вампир. Типичный Высший: кожа бледноватая, теплая, но твердая - не как у людей, присущи скорость и отличное зрение - и днем, и ночью. А Мишель - полукровка: мать человек, а отец вампир. Внешность у нее не характерная для Высших. Все самое умопомрачительное она унаследовала от матери: легкий запах, но поглощающий в себя все остальные, зеленые глаза... и дурманящую голову своему мужу кровь. От отца же: скорость больше, чем у кого-либо из Высших, самый чуткий слух, питание кровью (но может есть и обычную пищу), четкое зрение, вечные жизнь, любовь. На первый взгляд не отличить от человека, да и на второй тоже... пока она не начнет двигаться, и вот тогда! Плавные движения, грация хищника, дразнящая всех мужчин улыбка...

Александр и Мишель были из одного клана и являлись Истинными супругами по вампирским Законам.

... И вот здесь появились члены клана Тирокко. Клан самых жестоких вампиров. Они тут случайно, поверьте. Они лишь на охоте.

Тирокко всегда карают тех вампиров, которые якшаются с людьми и уж тем более раскрывают им свою тайну. По их мнению, это не достойно Высших. Но чтоб они знали? Хотя, они ведь не Обращенные, а Рожденные. В общем, не нам судить.

Они видели достаточно (ой ли?) - они будут карать.

В клане всего трое: брат с сестрой: Алекто-несущий-боль, Имира-несущая-иллюзии и Септемус-видящий-наперёд. Имена с добавлением даров, являющихся основными. Они такие важные, что мне хочется сделать им нечто неприятное. Но не будем отвлекаться.

Влюбленные не ждали нападения. Это естественно...

"Каратели" видели неподобающее для Высших поведение. Они думали, что девушка человек, ведь у нее бьется сердце не так, как у них - медленно, а как у людей, ну, может чуть быстрее. ("Из-за страха",- подумали они).

Напали.

Скрутили Алекса, отшвырнув от него ее. Сломали ему ногу. Была боль. И жуткий страх за нее.

- Алекс!! Алекс, борись! Дерись, черт возьми! - слышал он.

Вот уже разведен костер - единственный способ убить Высших до конца...


Девушка легко поднялась одним стремительным движением, огляделась.

Ничего не видно из-за проклятого дыма! И в ушах звенит. Кажется, кто-то одарил ее ударом по темечку.

"Они убили его?! Твари!! Нет! Нет, он жив, жив, но... что же они тогда кинули в огонь?!"

Ярость, черная, как пекло Адово, застила глаза.

"Hibrido! Вы заплатите за это!!" - билась одна-единственная мысль в голове.

Ее дар Оборота, скрытый доселе, пробудился. Теперь она зверь, беспощадный и безжалостный...

Мишель убила двух Тирокко; а Алекс прикончил Алекто.

Девушка очнулась. Припомнила, что произошло.

Одинокая слеза тихо скатилась с щеки и упала на землю. Затем... был соленый водопад.

"Его больше нет... Зачем жить?.. Но есть ведь семья. Стоит ли жить ради них? Стоит ли... стоит?.."

Мишель долго рыдала, но вскоре поток слез иссяк. Теперь она просто лежала на боку, обняв колени руками и только тихонько поскуливая.

"Я умерла вместе с ним", - была ее последняя мысль, прежде чем она провалилась во тьму.


... А среди деревьев стоял Алекс. Ведь его Cherie еще неопытна и не сможет уловить его присутствие. Этим он и воспользовался: просто смотрел на свою Жизнь. Его сердце сжималось от боли, которую он ей причиняет. Но он не мог поступить иначе. Этот гад, Алекто, оторвал ногу ниже колена. Александр сам не понимал, как смог избежать огня и не сгореть. Он думал о том, что не будет ей нужен таким. Да, неправильно так думать, но он боялся, что она не будет знать спокойной жизни с ним.

Хоть их вид и способен восстанавливать себя из-за ранений, но из-за таких - Алекс не был уверен. Он найдет способ восстановить ногу. Обязательно найдет. Обязан. И сразу же вернется к ней, к любимой Мишель, если еще будет нужен ей, если она его простит. Простит ли?..

****

Для них это равносильное расставание: вампиры не могут без своих Пар. Но Мишель всилу своей природы выживет, а Алекс - из-за знания, что его Пара жива.

Связь нерушима...


## ЧАСТЬ 1


80 ЛЕТ СПУСТЯ.

ШОТЛАНДИЯ, РОДОВОЙ ЗАМОК МАКГРЕГОРОВ.


- Нет! - я с криком проснулась. Опять этот сон, его смерть. Меня затрясло. Снова. Снова-снова-снова... когда же это кончится?! Мне и так плохо! Я и так постоянно это помню - благо, память вампирья не позволяет забыть, а тут еще вы!! В бессильной злобе я ударила кулаком по одеялу.

- Мишель! А мы... - Скорпиус и Дункан, мои "внуки". Сколько там еще этих прапра у меня? Не много. Они да их отец Терри, Теодор. Ну, и его младший брат - Сантьяго, Санти, который пытается сейчас на заднем дворе перекинуться - ничего у него не получится: в нем хоть и течет моя кровь, да для перевоплощения этого пока что мало. Печально. Но у него все получится, только позже - когда он соизволит обратиться ко мне за помощью. Моя небольшая месть за то, что он хочет сам все сделать. Ну, или попытаться, ха!

Младший брат... А где мой младшенький? Ах да. Он с семьей в России, в Санкт-Петербурге. По музеям, небось, шляется. Он всегда был неравнодушен к истории. Фууу! Не могу понять это его увлечение. Да и не хотела понять.

- ... так ты идешь?

Что? Куда? О чем это вы?!

- Что? Вы о чем вообще?

Ответил мне Скорпиус:

- Ох! Ну почему ты такая? Мы тебе тут, понимаешь ли...

Но его перебил Дункан:

- Мишель, кушать пойдешь? - спросил с теплотой. Любимый мой Дункан! Ты один меня-то и понимаешь!

- Дункан, ты хоть понимаешь, КАК я тебя люблю? Пойду сейчас, - но так и не поднимаюсь с кровати.

- Понимаю, да. И пользуюсь, - ухмыльнулся этот... мелкий.

- Дункан, тебе и Скорпиусу всего по шестнадцать. А со мной вы заигрываете аки ловеласы наиопытнейшие, хотя я вам, как минимум, в бабушки гожусь по возрасту. Сердцееды малолетние!

- Все в тебя, - сказали близнецы хором.

- Да, все в ме... Что? Да где ж вы видели, чтоб я заигрывала с кем-то? - притворно офигела я. - Не, ну бывало, не спорю, чтобы мне приходилось пользоваться природным обаянием вампира. Но не постоянно же, как вы!

И что вы, думаете, сделали эти мелкие? Да заржали они. Как кони.

- Ну ладно, ладно. Согласна с вами, я - та еще штучка! - сказала кокетливо. - Только ржать прекратите!

- Ладно, бабуля, подъем! Поесть-то тебе нужно, - отсмеявшись, с беспокойством сказал Скорпиус.

"И тебя я люблю, милый мой! Вы - единственные, кто меня понимаете. Вы не даете боле распространиться и остаться ей навсегда. Вы мои самые-самые!" - передала я им мысленно. Еще один мой дар - шариться в головах других, "И это при том, что я и в своей-то порой не шарю", - подумала сардонически.

- Мишель, забудь, хорошо? У тебя есть мы. Это же не так плохо, - бормочет с неловкостью, - как если бы вообще не иметь никого?

- Конечно да. С семьей я редко общаюсь. А вас я очень сильно люблю и буду любить, что бы ни произошло!

Семья - лишнее напоминание. Но когда-нибудь я пересилю себя и увижусь с ними, но пока такой момент не наступил.

- Шелли, расскажи нам про них, а? Знаешь же, что можешь нам все рассказать! - серьезно говорит. - Но всегда о них молчишь. Пожалуйста! - с грустью проговорил Дункан. - Прямо сейчас, а то потом мы забудем. А ты и не напомнишь. И сразу говорю - мы не наглеем! От знакомства твоих родителей начни. Подробнее, - короткую версию мы знаем.

- Ну-ну. Пользуйтесь тем, что ваша молодая бабуля в таком благостном расположении духа! - с улыбкой говорю я. - Но как же ужин? - с потаенной надеждой во взоре. М-да. Похоже, не прокатило. Не удивляйтесь тому, что проскальзывают такие вот словечки. Я недавно из России сюда вернулась, а их язык я люблю - он НУ ОЧЕНЬ разнообразен. Да и знаю его с детства лучше, чем английский, на котором говорю. Предпочитаю думать по-русски, так сказать. Я всех МакГрегоров заставила выучить великий и могучий. Это так, лирическое отступление.

- Потом. Ты не голодна, а то мы можем еду и сюда принести?

Вот уверена я, что про себя он ржет, как заправский конь! И ничего ведь не скажешь без доказательств этому Шерлоку Холмсу доморощенному! А в голове шарить не буду.

- Нет, Скорпиус, нет.

- Отлично! - радостно воскликнул он, - только, пожалуйста... прости, что раню напоминанием, но... не могла бы ты и про Алекса рассказать? Пожалуйста. - Это уже тише, намного.

А мне и не больно. Удивительно! Но, поняла внезапно, это от того, что они рядом. О том, что будет, когда не будут, предпочитаю не думать. В конце-то концов - рано или поздно этот разговор состоится, так почему бы и не сейчас? Да и они важнее, намного. Хоть любопытство и порок.

- Ну что ж, братцы-кролики, сами напросились!

- Мы тебя любим и хотим разобраться, помочь и...

Я оборвала его:

- Не нужно слов, мальчики. Слушайте, а потом скажите мне свое мнение от услышанного, хорошо?

- Да... - выдохнули они.


****


- Марк познакомился с Анной в 1911 году, на каком-то приеме. Ему понравились ее непредсказуемость, непосредственность и, как ни странно, ее мудрость. Нет, я не говорю про глупость! Просто по наблюдениям папы, молодые люди маминого возраста слишком беспечны. В случае с мамой его ждал сюрприз. Да какой! Он был покорён ею. А вот Анне он почему-то не понравился. Она сопротивлялась его обаянию и очарованию. А вот почему - история,- я хихикнула,- умалчивает.

Марк думал о ней постоянно, и вот представился достойный повод познакомиться с ней поближе: состоялся Рождественский бал, куда были приглашены и родители. Бал назначен на 10-11 января, - потому как хозяева решили его устроить уже после Рождества. На балу он пригласил ее на танец... она отказала. Вы только представьте его шок, ребята! Никто еще ему не говорил: "Вы слишком ветрены и любвеобильны! Вы - повеса! И я совершенно не испытываю к вам симпатии!" Ну, была у него такая репутация, - тут я хмыкнула. Даа... Она была резка. Возможно, именно это его и не остановило, возможно, отец уже тогда не был так уверен в том, что это простая заинтересованность и азарт.

- Папа начал добиваться ее, основательно так. Присылал множество роз и писем с просьбой-мольбой о встрече. Ну и в итоге мама сжалилась над ним и согласилась встретиться. Как она позже нам говорила - ей стало интересно, почему такой красавец и повеса заинтересовался ею. Да и приглянулся он ей. Чуть-чуть. - тут я не сдержалась и фыркнула от смеха. - К тому моменту Марк влюбился в нее. Это было больше, чем просто восхищение девушкой. Это была Любовь.

Может, к делу это и не относится, но ему и запах ее нравился. Он был для него притягательным. Для Высших ведь то, на что они полагаются в первую очередь, это обоняние и слух. Ну, вот Марк и уловил ее аромат.

А вскоре и понял, что не безразличен Анне: у нее сердце билось сильнее при их встречах, она краснела, отводила взгляд. Анна в него влюблена. Он был, как никогда, счастлив от чувств, что теплились в его груди.

Так продолжаться могло долго, но отец все-таки решился маме открыть свою сущность (Маман очень любила все необычное, невероятное - так что проблем возникнуть не должно было), сделать предложение выйти замуж и предложить Вечность вместе. Аннушка не подвела и отреагировала нормально... для себя самой: кинулась обнимать оторопевшего вампирчика, поцеловала и согласилась и на его предложение руки и сердца, и на вечность вместе. Отец - в шоке! Его мама потом в себя долго приводила!

Марк был счастлив как никогда. Теперь он мог быть с любимой; никто ему не смог бы помешать. У него нет семьи, он был один пять веков. И наконец-то встретил ту, которую любит. К слову: папе - 674 года. Он старше мамы ровно на 650 лет.

Ну, а через 5 месяцев поле их свадьбы родились мы. Точнее: 25 октября 1911. Сразу отец провел обряд Обмена крови - нельзя было терять ни секунды! Прошло два дня, и мама стала премиленькой вампирочкой.

Понимаете, превращение в вампира происходит безболезненно и недолго - 2 дня. Для девушек. А вот мужчины страдают по полной, ха-ха! Их превращение длится около 4-х дней и довольно таки болезненно. После, где-то с месяц, перевоплощенные не могут контролировать себя - кидаются на все, в чем есть кровь. Мама у нас уникальна - обладает гипнозом, и, кажется, это помогло ей не кидаться на все движущееся.

И вот мама взяла нас на руки. Она была так счастлива! Качала нас на руках и целовала. Отец был счастлив видеть это; подошел к нам и обнял.

Теперь про нас с Алеком. Скажем так, я была той, кто сдерживал Алека от необдуманных поступков. Например, брат, когда мама нас взяла на руки, чуть не укусил маму, - здесь близнецы нахмурились, я поспешила их успокоить. - Пришлось ему напомнить, что делать этого не рекомендуется. Помнится, я ему наподдала слегка.

Прошло полгода, и Алек уже смог говорить да и выглядел где-то на 5 лет. А вот я развивалась как человек. Родители это поняли и не волновались, хотя по началу, отмечая рост Алека... не смотря на это, я все понимала. Внятно говорить и вести разумные беседы стала в три.

Сейчас уже точно можно сказать, какие у нас дары. Алек стирает память и превращается в ястреба. Я превращаюсь хоть во что - живое, также могу шариться в чужих головах. Оба от природы сильнее, быстрее Высших, со слухом также. Питаемся кровью, обычной едой. Никогда не состаримся. У обоих - способность поглощать посторонние запахи, благодаря нам они вообще не чувствуются в радиусе двух десятков метров от нас.

Думаю, теперь перейдем к истории знакомства меня и Алекса, да? - спросила я у ребят, - но сперва скажите свое впечатление о рассказанном - мне интересно, - улыбнулась я.

- Ну, это действительно впечатляюще... - завороженно проговорил Скорпиус. Хмм, неужели настолько интересно?.. Я не прибедняюсь, нет!

- Поддерживаю тебя, брат. Это... это невероятно! Так интересно было хоть что-то узнать о Высших! Ты нам по капле в год говоришь ведь! Нет, честно, я и не знал, что для парней такая дискриминация! - восторженно, но вместе с тем удивленно, бормотал Дункан.

- Эм, ну что я могу поделать? Такова природа - для девушек максимально все облегчить, а парням... Парни - воины, есть и женщины, но не очень часто. Мужчина взрослеет, и если к 333 годам у него проявляется дар, то автоматически он становится главой клана, как только научится этим самым даром управлять. Предыдущий глава либо остается с прежним кланом, либо путешествует. Женщин они уважают, берегут.

Ну да, как-то так. Что еще можно сказать?.. Радует, что парни даже не помышляют попросить сделать их вампирами. Все-таки они у меня умнички! Тем более в них - кровь оборотня... ну, или кого-то похожего. Я ведь неполный Оборот. Хм, может, рассказать им про то, как их прадед связался со мной? Не, серьезно, это таакааая увлекательная история!

И тут...

- Ты же нам дальняя родственница, да? Или как? И что там у вас с дедушкой было? - спросил Скорпи. - Мы все примерно знаем, но не в подробностях, конечно. Кто ж нам их расскажет-то? Мама говорит - маленькие еще, папа - ржет почему-то и к тебе отправляет.

Блин! И вот как так угадал? Ну а почему их отец рж... простите, смеется, это понятно. Это надо очевидцам рассказывать. В лицах, так сказать. Не, вот я прусь по их родителям! Если и ребята в них пойдут, то с их детьми я и вовсе чокнусь! "Бедная я!" - с ужасом думаю.

Упси! Отвлеклась.

- Ну, с дедом вашим мы заключили сделку. Тогда была... Нет, причину я не скажу. Во-от. Сделка заключалась в том, что мы, смешав немного нашей крови, выпиваем эту смесь. Это кровная связка. Ее смысл в том, что о моей сущности знает он, его семья и дальнейшие потомки, а я в свою очередь помогаю всячески семье. А если кто-то постороннему скажет, то обоим провинившимся - смерть. А что вы хотели? - сказала я, заметив их шокированные лица, - это ведь кровная связка. - Пожала плечами.

- Мишель, ты серьезно?! Но... но это же вообще... Это так противно. Я в шоке! - сказал, опять с удивлением, Дункан.

"Ну а чего ты ждал, мальчик мой? Уси-пуси и розовые сопли? Мы - совершенные хищники. Жестокие. И крепки в своем решении!" - хмыкнула про себя.

- А как ты связалась с дедом? - Скорпи.

- Эм, довольно таки забавно. В лесу. Я сидела на дереве и пела, а он гулял вместе с женой. Вид у меня был... специфический: губы слегка в крови, брюки порваны. Я спрыгнула с ветки и заговорила. Они были в шоке! - рассмеялась я. Нет, это действительно смешно было. Для меня. - А я еще такая: "Вот черт, кровь! Да и брючки эта киса-переросток испортила! Вот ведь печаль неимоверная. Хмм, что-то кушать хочется!" И на них так уставилась. Как Дуглас и Каролина не убежали от меня или в обморок не грохнулись - не знаю.

Потом я им сказала, что вреда не причиню, стерла кровь и представилась. Они тоже. После объяснила, что я такое, чем питаюсь. Дуг и Каро отнеслись к этому с пониманием, поверили (сложно было этого не сделать, ха!). Они приютили меня, остальным членам семейства сказали, что я дальняя родственница. Мы крепко подружились, искренне полюбили друг друга. Прошло несколько лет после этой встречи, и я заявила, что я их люблю и готова взять всех под свою защиту. Что на протяжении долгих веков, пока сама не умру, буду опекать, помогать и заботиться. Это, естественно, главная причина, но была еще одна. Я рассказала Дугу про связывающий ритуал, предупредила про то, что, может быть, потомки его детей смогут оборачиваться в кого-нибудь. Но только в одного животного, потому что таковы условия сделки; кровь они пить не будут ни при каких случаях. Он согласился.

Ему нужна была защита клана, я ему ее дала. Ни капли не сожалею, я всех их люблю.

И вот гены оборотня проявились у Сантьяго. Он такой красавчик! Да, не в тему мысля!.. Ему нужна помощь, иначе сам не сможет... Да только вот отказывается. Ну ничего-ничего, скоро прибежит сам. Больше ни у кого не проявятся. Даже у его потомков. Только у него одного. Так гласят условия.

- Класс... Ты опять ввергла нас в шок! - и снова хором.

Теперь мы просто болтали. Ох, как же хорошо, что они забыли про наше с Алексом знакомство!

Дункан сидит на полу, прислонившись к кровати, и что-то хмурится: похоже, над чем-то задумался. Скорпиус развалился в кресле с мечтательной мордашкой. А я... а у меня заурчало в животе. Упс! Конфуз-конфуз! Смущенно гляжу на парней.

- А говорила, что есть не хочешь, - растягивая гласные, сказал Дункан.

- Эге, да это наезд, мальчик! - возмутилась притворно.

- Да ладно тебе! Пошли, поедим, а? Эй, Скорпиончик, давай есть пойдем, а то наша ба... - тут он получил от меня подушкой по голове. Знаю-знаю, что не педагогично! - ладно-ладно! Наша сестра Мишель есть хочет. Эй, Скорпиус! Ты чего там, заснул?! - здесь он поднялся и с возмущением прошел к креслу.

- Да не сплю я, не сплю. Задумался я.

- Интересно, о чем это?

- А ты еще маленький о таком спрашивать! - издевательски заржал над братом Скорпиус. Тот его ударил. Затем... пошло-поехало-полетело!

Ну да, Скорпи старше Дункана на 9 минут с секундами. Но они же близнецы, это и понятно - так трясутся над этим.

Мне их понять труда не составит. Напомню, мы с Алеком двойняшки, а я - старшая. На 11 минут! Уф, и как же мы с ним из-за этого дрались! Сломано было все, что на нашем пути находилось: и деревья, и мебель. Подчистую даже стены страдали. Нас несильно ругали - дети, как-никак. Которые все крушат и могут стену кирпичную снести. Дети, ага. Да и не человеки мы, так что делаем вывод, господин мой разум, делаем вывод!

Ой, я чуточку отвлеклась! Чего там у ребят-то творится?..

А творилось тут...

- Балда! - орал Скорпи.

Оказывается, они уже успели на другую тему перепрыгнуть, пока я тут раздумывала. И вот сейчас здесь происходит небольшая битва!

Ему в ответ:

- Да не трогал! Зачем мне твой комп? Больно надо, знаешь ли, мне даже в твою комнату!

Побродив по их мыслям, я поняла, в чем спор, тихо ужаснулась и резко встала с кровати.

А вот сейчас здесь особо умные мальчики дойдут своим отнюдь не глупым умом, что постаралась в сем деле небезызвестная вампирочка, то бишь - я...

- Заходил, заходил! Там игра скинута!

Ой! Вот сейчас-то мне как раз сматываться и надо! Так, по стеночке, по стеночке... дойти до порога, перейти его. До перил короткими перебежками, сесть на них... Уф! Я на месте. Если что, то полечу-уу... прямо вниз, в зал, ага.

Блин, да, это я ее скинула! Но я же нечаааянно! Он сам виноват - он ее не сохранил! А я - да. Да только вот свою... Хоть бы не вычислил. Ложная надежда! Черт, как бы не попасться, а? Ну все. Поздно.

- Мишель!! - рев в два голоса.

А че? Я - ниче! Меня тама и нет, я пошла - тьфу ты! - выбежала давно вон из комнаты.

Они сзади топают. Блин, ну подумаешь - игру сбросила! Заново начнет. Да только вот поди скажи это рассерженному подростку!

- И чего орете на весь замок? - вскричала с перил, - зато я тебе дальше на уровень прошла!

- Спасибо! Только мне интересно, что ты делала в моей комнате? - и сколько яду в голосе, сколько яду!

Так, щас не лажануться и сказать в меру правдиво... Что же я там делала-то? Опля! Я, типа, его искала, а он в тот момент на улице был, а я только-только проснулась. Пожалуй, сойдет. На самом деле мне было скучно... А мой ноут сломан, и я решила на его поиграть. А щас мне грех жаловаться - НЕ СКУЧНО ВЕДЬ!!

- Ну, так. Я тебя искала! И нечего наезжать! Вы ж ко мне сейчас в комнату без предупреждения даже ввалились, я не говорю уже про стук! Вдруг, я там в непрезентабельном виде, а? - сваливаю всю вину на них и добиваю: - Об этом вы, мелкие, не подумали?! - и побольше суровости в голос. Ну, в принципе, я правду говорю. Ишь, че удумали!

Поняли. Прониклись. Устыдились и покраснели. О как я их! Я бываю такой вредной и суровой, что аж сама себя люблю, ха-ха!

- Тем более, что я хоть и играла, да прошла дальше тебя, так что - можешь за меня там играть на здоровье. Понятно? Ты-то же на том уровне, что я прошла, застрял! А я тебе! - побольше трагизма в мой нежный голосок. - А ты! Все, ухожу я от вас - злые вы. Обижаете меня, - и слезу в голос. Какой мужчина может перенести слезы девушки, да еще, если сам довел?.. Шмыгаю носом и отворачиваюсь.

- М-Мишель, прости нас, пожалуйста. Только не плачь, а? пожалуйста... - проговорил Скорпи.

Бугагашечки, какой я злодей-прохиндей! Не, я от скромности точно не помру! Я прям обожаю себя! Так виртуозно все на них скинуть... Не, будь я - не я, то по головке себя погладила бы.

- Пожалуйста, Мишелли, не плачь! Ну, сглупили мы, но мы ж прониклись и исправились. Прости-иии? - и та-акие умилительные мордахи, что аж... Так! Стоп! Эт они че, мою тактику перенимают?! Ну все, мелкотня, вы нарвались!

- Что это вы делаете, а? - тихо-тихо говорю. О, сразу взбледнули! "Вот сейчас у них действительно просветление настало!" злорадно думаю.

- Мы, пожалуй, пойдем, а? Нам это... еще того... ну, это самое! - прошептал Дункан. И свалил влево, по лестнице и вниз. Скорее всего, на конюшню пошел, к Рыси. Это его конь. До-олго я его сегодня не увижу... проводив маленького проходимца взглядом, посмотрела на Скорпи. - Ну-с? И какими объяснениями меня порадует старший братец?

Тот облизнул губы и посмотрел мне в глаза.

- Тебе, - говорит, - можно применять взгляд а-ля Кот в сапогах, а нам нет?

Смело. Ценю такой подход.

Мило улыбаюсь Скорпи и говорю:

- Да не трусь ты! главное, что вы от меня с этими играми отстали! Хотя, хочешь, я тебе покажу, какую и где ошибку вы допустили? Ее трудно заметить. Я сама только на второй раз уровень прошла.

Ага, я ж, типа, игроман со стажем. Это, типа, показатель, ха!

Скорпи стоял и тупо смотрел на меня с открытым ртом. Ну объясните мне уже, а, ПОЧЕМУ всегда такая реакция-то?! Чего такого экстраординарного я сказала-то? Будто на суахили заговорила.

- Брат, ты чего? - помахала перед его лицом ладонью. - Э-эй!

Тяжело вздохнув (ну надо же!), он прикрыл глаза и ответил:

- Мишель, я тебе поражаюсь. Ты всегда так резко перескакиваешь с темы на тему, меняешь настроение... Не знал бы тебя лучше, подумал бы, что ты... беременна. - и опасливо глянул на меня.

Я же прибывала в состоянии крайней задумчивости. Ну, да. Хотела бы я быть беременной... от НЕГО. Такими же, как мы с Алеком, сорванцами. А мы бы за ними приглядывали, учили жизни, тому, как правильно скрыть, что ты другой...

"Мне тебя так не хватает, любимый! Почему, почему я не могу последовать за тобой? Ведь меня же что-то держит, а не только семья. Хочу обнять тебя, провести ладонью по литым мышцам твоих плеч, рук. Груди. Поцеловать тебя в подбородок, скулы, твои твердые вкусные губы. А ты бы обнял, прижал крепко к себе... мне так плохо, больно без тебя, querida!" (любовь. исп. Прим. автора)

- Шелли, что с тобой?! - обеспокоенно спросил парень, о котором за своими горькими мыслями я и позабыла. - Пожалуйста, не плачь! Пожалуйста! Ты же знаешь, я теряюсь, Шел! Ну, милая, красавица, не плачь! Что я сделал не так?! Прошу, не молчи! - во время того, как он все это говорил, не переставал кружить вокруг меня и тянуть руки, пытаясь прикосновениями успокоить. Надо же. Я плачу. Не заметила. Надо успокоиться, а то вдруг жена Терри, Катарина, заметит, разволнуется. "А ей нельзя, - с нежностью подумала я, - она на пятом месяце. Чувствую, будет девочка. Они ж решили УЗИ не делать, ибо говорят: "Пусть сюрпризом будет!". Ну что ж, пусть. А я все равно лучше знаю. Как же прекрасно будет слышать еще так долго детский смех! Боже, хоть бы так было всегда... Хоть бы род не прервался, Господи!" - помолилась с какой-то даже ярость я. Не выживу, если... Нет! не думать об этом, девушка, не думать! Хотя, этого я боюсь. Боюсь остаться одна.

- Все в порядке, Скорпи. - поспешила я успокоить своего пра-пра-пра-правнука. Вот, вспомнила, какое они с Дунканом поколение, начиная с Дуга и Каро. - не ты виноват в моих слезах, а мои мысли. - я утерла слезы-сопли платком, который мне дал откуда-то Скорпион.

- Ты уверена, Мишель?

- Да. Конечно, я уверена. Что ты забиваешь голову себе всякой ерундой-то?! - рассердилась я. Не люблю казаться, а тем более быть (!!!) слабой! Крепко зажмурив глаза, попыталась вытолкнуть мысли о муже, - ах, как больно! - из головы. Фух, вроде получилось.

Я вдруг вспомнила, что плакала. Не, следовательно, выгляжу я не очень-то! К сожалению, если вампир и плачет, то выглядит не лучше человека в такой же ситуации. Надо срочно в ванну!

- Черт! Я в ванную, а ты, братишка, иди на кухню. Я скоро приду. - отрапортовала я ему и ринулась в сторону выше означенной комнаты, напоследок услышав:

- Да, как же - скоро она! А то я вас, женщин, не знаю. Поскорее бы уже...

Дальше я не расслышала, потому как включила воду и принялась умываться холодной водой.


- Хочу ананас с клубникой! И черную икру! О, все вместе! Ну, Терри! Любимый, хороший, пожалуйста! А еще немного черного перчика, да! Ну, Терри!! - все это было, хм, не знаю подходящего слова. Провыто? Э, ну, не настолько жестко. Хотя да, пожалуй. Провыто. На одной ноте. Боги, бедный Тео!

- Катарина! Ты чего, опять экзотики захотела?

Они вздрогнули и обернулись на мой голос. Теодор, высокий, мускулистый: синяя футболка подчеркивала все; черноволосый, с серьгой в правой брови. Серые-серые глаза. Муж вот этой вот, кареглазой шатенки, не слишком высокого роста в джинсовом сарафане и, к тому же, глубоко беременной. Пятый месяц, напоминаю.

- Мишель, ну же! Скажи ему, что я хочу. Он говорит, что мне нельзя острого, а что делать, если я хочу? - прохныкала она. Успокоить нужно нашу Рину, а то так и до бензинчика дойдет, не дайте Боги. Не, она его понюхать захочет: проходили, знаем. С близнецами так и было...

Мысленно сказав Теодору, чтоб приготовил ей коктейль из фруктов-ягод и принес его вместе с печеньем, подлетела к Рине. Дождавшись ухода Тео и погладив девочку по голове, сказала:

- Девочка, не нужно плакать. Это я ему сказала, что тебе нельзя острого. Я, понимаешь? Тебе его нельзя, это повредит ребенку. - она прервала меня:

- Ну, а если я хочу?! - прекратив плакать, сказала раздраженно, - если приспичило мне?! Я хочу острого.

Острого? Ну, мята - не острое, но ей понравиться должно.

"Тео, хороший мой, мяту не забудь? Давай, готовь".

"Мишель, она все время так будет, да? - устало спросил парень, - с Дунканом и Скорпи такого не было! Ох, ну как она может хотеть такую смесь?! - переспросил меня с отвращением. Эм, что да, то да... - она это ТОЧНО выпьет? Это ж обычный сок, а Катарина не его хотела. Не понимаю я!"

"Не кипятись, - улыбнулась я, - выпьет сразу же, как понюхает. Там и кисленько и сладко. И свежесть благодаря мяте присутствует", - успокоила его.

- Девочка, кому лучше знать, что тебе сейчас нужно, А? - Катаринка замялась, - не, вот ты ответь, Катя!

- Не называй меня так! Ты же знаешь, что мне это не нравится.

- Не увиливай.

- Ну, тебе, наверное. - просопела будущая мать.

- Не наверное, а точно. Я дольше тебя живу, а ты мне не веришь. Не ешь пока острого. Ты же знаешь, что у МакГрегоров аллергия на перец в детстве. Уж и не знаю, куда она потом девается, но факт. А рисковать лучше не стоит, милая. Послушай старую тетю Мишель! - воскликнула я специально стареньким голосом и покивала головой, подтверждая слова.

- Да ну тебя! - задорно рассмеялась она. - А что тогда делать-то? - надула Рин свои пухлые губки.

- Мятой замени! Она освежает, да и приятнее гораздо. Поверь и мне, любимая! - важно проговорил вошедший в гостиную Терри. Не, ну обожаю их! Они такие милые. Дитятки переросшие, честное слово!

- А где вторая неугомонная парочка? - удивленно спросила я, ибо на кухне их не слышала. Да их вообще, похоже, дома нет. А кое-кто говорил, что дождется. - Где же Дункан? Скорпиус?

- Я их отпустила. На конюшню. В Париже у нас нет ведь коней, - рассудительно сказала счастливая девушка, попивая свой напиток. Рррр, есть хочу!

- Ну да. А когда вы едете, Шел?

- Через 2 дня. Мы тебе не говорили, нет?

- Не-а. я только старую дату помню, вы же ее на ближайшую поменяли. И не то, чтобы я это узнавал специально. Нет, вовсе нет! - нарочито невинно пропел Теодор. Походу, сейчас будет буря... угадала: - Я это услышал! Из обсуждений этих мелких пакостников за завтраком! И что бы вы думали?! Они нам, родителям, ничегошеньки не сказали! - с тихой ярость отчеканил парень. Ну, он просто редко когда заорать может, да и придерживается концепции, что подчиненные слушаются не когда орут на них, а когда тихо и четко говорят, НИКОГДА не повышая голоса. Работает, знаете ли. Но меня и Катарину фиг проймешь! - Не понимаю я наших сыновей! Ничего, черт подери, не говорят! - сердито бросил их отец, помогая подняться жене и пройти на кухню. Усадив Катю за кухонный стол, (я села сама), подошел к холодильнику, достал продукты, вернулся к плите и продолжил: - так бы и уехали, ничего не сказав. А ты бы как всегда нам бы не сказала. Ты же всецело им доверяешь. И в то, что они могут что-то забыть, - не веришь.

Мне стало стыдно. Ну, ровно на столько, на сколько нужно, да-а.

- Почему же сразу - не верю-то? Верю. Но ты же меня знаешь, мальчик. Я иногда легкомысленна. Но я бы вам обязательно позвонила... По прилету, скорее всего. Ибо в самолетах-то, сами понимаете...

- Мы-то понимаем, но и ты нас пойми! - и закончил уже по-русски: - Вот ведь шалопаи малолетние! Ты, хоть раз, будь там с ними построже, хорошо?

- Ноу проблем, чувак! - ответила я шутя. Мужчина приподнял одну бровь и взглянул насмешливо, всем своим видом выражая: "Ты что, правда так думаешь?"

- Ну, может и не совсем без проблем. Во всяком случае... будет сделано, Кэп! - в тот момент я еще и не знала даже, что будет мне там, откровенно говоря, не до приглядываний. Хорошо, что в Париже (ну а - Боже мой! - куда ж нам еще-то лететь?!) живет одна подруга-вампирша.

К нашему с Катей удивлению, за время нашего разговора, Тео приготовил завтрак. Ну как приготовил? Хитрец тупо подогрел то, что вчера ВЕЧЕРОМ было наготовлено.

- Дамы, прошу. Кушать подано. - и галантно поклонился.

- Угу, - кивнули мы с девочкой. - тоже садись.

И тут врываются мальчишки. И где их носило?

Дункан споткнулся при виде меня, чуть ли не падая и при этом утягивая за собой Скорпиуса, шедшего впереди. Сейчас им от папочки втык будет. 'Не сержусь, не трусь', - передала мысленно. Ох, что сейчас будет! Замурлычу, мур-мяууу.

'А я и не трушу, я просто... просто...', - не зная, чего б такого сказать, в ответ бросил мыслю парнишка. Ну же, ну же! Где буря-ураган-цунами?!

- Мальчики, присядьте-ка за стол. Живо! - холодно сказанул отец, видя, что его дети ищут, куда бы деться от родительского гнева. Что, неужели просекли причину?

Быстренько доев, откинулась на спинку стула и приготовилась наслаждаться...

- Да, папочка? - хором. - Мы тебя слушаем.

- почему не сказали, что дату отъезда передвинули?! Почему я должен это узнавать не прямо от вас, а из услышанного ненароком разговора? Почему, я вас спрашиваю? Какого... хм, дьявола, вы так себя ведете? Почему из-за вас должна лишний раз волноваться ваша Мать?! - обожаю его самообладание! Все вот это было сказано будничным тоном, ни капли не переходя на крик. Но все же таилась некая угроза в словах, на которую не реагируем давным-давно ни его жена, ни я. А на детей действует: бледные, пришибленные, взгляд в пол, губы сжаты. Не, я им помогать не буду. Всё должны испытать: и гнев родительский, и похвалу, конечно. Даже я с братом сколько от родителей получали - не счесть. Золотые времена!

- н-но Мишель же вам сказала, нет? она же должна вам с мамой была все объяснить, - быстрый взгляд на меня. - она же...

- не сваливайте все на нашу старушку, - я, все это время слушавшая его с ехидной улыбкой на губах, удивленно, некультурно, выпучилась на мужчину, подавившись кофе. Не обращая внимания на кашлявшую меня, инициатор будущей взбучки продолжил: - ей, все-таки, это позволительно! Ей сто лет почти! - близнецы ниже опустили головы, чтобы он не видел, как они сдерживают смех. А я все это время тихо бурела от гнева. 'Не сорваться, не сорваться!' - как мантру про себя повторяла я. Еще хоть слово, и у еще пока нерожденной девочки отец будет калекой!!! А Катя все это слушала с интересом, переводя взгляд с меня, на сыновей и на Теодора, и даже не думала смеяться: в ее мыслях было лишь любопытство.

- она и забыть может, и не так запомнить! И жалеет вас, идиотов, - у меня, вашу, простите, мать, глаз уже дергается левый! Еще хоть слово, еще хоть слово и... - в силу того, что возраст у нее почтенный! - все. Терпение лопнуло, квакнуло и махнуло лапкой.

'Катарина, свет очей моих, выйди, пожалуйста. Не хочу, чтобы ты это видела, солнышко моё'.

'Хорошо, Мишель, только ты его слишком не травмируй, а то неудобно потом будет...'

'О'к, не буду', - мягко усмехнулась я.

'Ну, я пошла!' - Катя послала мне воздушный поцелуй и заспешила к двери во внутренний двор мимо сыновей, мимолетом потрепав их по волосам.

Теодор проводил ее удивленным взглядом и вернулся к своей речи:

- Так вот...

- ТЫ ТРУП, БЛИН! - рявкнула я, ничуть не заботясь о его слухе, чувствах.

- А что я сделал не так?

- ты речь-то свою, речь свою прочувственную, в башке профильтруй! - рычу я. - хватит ржать! - это уже Дункану и Скорпиусу. Те прыснули, уже не пытаясь сдержать смех. - валите отсюда! Живо! - громко хохоча, они вывалились на лужайку двора. Не обратили внимания на мое состояния, ибо не смотрели на лицо. И хорошо, что не видели. В таком состоянии меня даж папка мой опасался!

- Ой... - шепчут его губы, а я все равно в ярости и не собираюсь останавливаться.

- извини! Я забыл, что ты не человек! Прости, Мишель! Я не хотел, - пятясь к стене, говорит он.

- прибью, на! Это я старая?! Я?! Да как ты посмел меня так назвать!? Я ж тебя щас!.. - рыча, начала приближаться к этому типцу!

- Прости, пожалуйста! - продолжал пятиться он, - я... я больше так не буду, честно, Мишель, не буду! - ме-ее-едленно так пятится. Прррраааавильно, мальчик, не стоит злить хищника, когда он на взводе, не стоит его провоцировать своим бегством. Меж тем, Тео уперся спиной в стену, вытянув руки перед собой. Весь такой бледныыыййй...

До скрежета сжала зубы, пытаясь вернуть самообладание. Черт! Ничего не выходит! Так, Шелл, думай. Что тебя может отрезвит?

"Как мальчишки без отца будут", - мелькает спасительная мысль, отодвигая ярость.

С чего я так взбеленилась? Назвал старой? Так не такой уж и повод, чтоб его прибить. Иначе так и от деток Терри ни шиша не останется! Не понимаю...

Уже не рыча, но все еще обнажая зубы в зверином оскале, сжимаю крепко кулаки и гляжу на... внука. Ррр! Ну как же меня бесит подобное отношение! Я ж не склеротичка какая-нибудь! Обидно, вообще-то. И я умею чувствовать... Забудь это!

Так-так, отвлекаемся, милая, отвлекаемся. Думаем...

Правда, что ли, надо в Париже себе развлечение в виде парня завести? Может, встречу кандидата в мужья? Бо-оольно такое думать... совершать, но что поделаешь? Любовь можно и внушить.

Это я знаю. Почему? Спросите что полегче, объяснить все равно не смогу. Я это знаю и всё.

Эти мысли отвлекли меня от перепуганного парня, и я, еще раздраженная и злющая, гляжу в его глаза с расширенными зрачками, скрывшими больше половины цвета, и оповещаю сквозь стиснутые зубы:

- Иди к жене, а то она волнуется... наверно! - о, простите мне моё шипение... и сомнение.

- Хорошо-хорошо! Я не буду больше так, Мишель. Я и впрямь забыл, что ты не человек и не старушка уж совсем. Клянусь! - твердо смотрит мне в глаза. Не вре-ет. Научился за долгое время, как обращаться с хищниками. Нам не соврешь, учуем.

- Сс-свободен, - прошипела, махнув рукой, и на нетвердых ногах поплелась наверх к себе. Надо готовиться к поездке. Всего два дня осталось! А этого ну очень мало!

Только предварительно схожу поглубже в лес да попинаю-подолблю булыжник покрепче.

****

- Парни, поторапливайтесь! Быстрее-быстрее! - подгоняла я Скорпи и Дункана, вылезавших из такси с чемоданами в руках.

Ну, так, вещи у всех собраны. Ничё не забыто - я проследила: билеты во внутреннем кармане моей синей жилетки, деньги и карточки - там же, паспорта в отдельном кармашке этой самой жилетки. Одежда и прочее - книги, ноуты - упакованы. Остальное есть дома.

Шарль, управляющий Стоунхендж-Холла (да, вот такая у меня больная фантазия, что я обозвала наш дом таким образом!), встретит нас с ключами от машины, так что проблем с транспортом не должно возникнуть. Разве что пробки, но это маловероятно.

- Да выходим мы, выходим! - раздалось в ответ дружное, но недовольное сопение. Ежики, чес слово! Я ухмыльнулась:

- Да-а? А я-то думаю, что вы ползете! Хорошо еще, что вылет через полчаса! Успеем.

Остолбенели. О, да тут, в шотландском аэропорту, две скульптуры современного искусства образовались! О чем не преминула сообщить и этим самым скульптурам гипотетическим.

- МИШЕЛЬ!!! - ну что ж вы так орёте-то, ребятки? Люди кругом, блин! Постыдились бы, что ли?..

- Чё орёте? - поморщилась, - если б позже решили выехать, то опоздали бы. Без преувеличений говорю, братья мои! - закончила пафосным голосом.

- Тебе кто-нибудь говорил, что ты натуральнейшая стерва?! - рыкнул Дункан, - говорил или нет?!

- Неа, - бросила в ответ, наблюдая за парнями, что старались не уронить каждый по своей ноше, впрочем, не забывала я и о своих двух вместительных чемоданчиках. Мне-то легко! А им нет. И окружающие странно косятся на бодрую меня.

Да плевать я на таких хотела! Иди они. Фи! Па-адумаешь - девушка в прекрасном настроении и с тяжелыми сумками. В Росси такое сплошь и рядом, правда настроение подкачивает.

- Только вы меня так и зовёте, не цените ни на грош! - грустно вздохнула. Возмущенные взгляды двух пар серых глаз из-под черных длинных челок. Ути-пути, нефор-мальчики мои!

"Ну и фиг ли смотришь? Помог бы, раз такое дело, - спросила мысленно (реально! Не разговаривала даже) какого-то пялящегося на нас качка, - не мне, так парням! А то пупки щас развяжутся у обоих!"

- Ребята, ну вы где? 20 минут осталось! Не тормозите, а то по "Сникерсу" в вас запихну.

А что я всё им этим угрожаю да угрожаю? Пора исполнить уже. Как-нибудь... В Париже, может, ага.

- Ты невозможна! - стонут два подростка на радость ехидно склабящейся мне.

- Ну, это с какой стороны посмотреть. Пошли уже, а то опоздаем, влетит нам тогда от вашего папочки люлей.

- Ага, - грустный вздох Скорпи.

- Да вы что, а мы - ни-ни! - заметив невысказанный вопрос брата, Дункан поспешил пояснить: - не опоздаем мы, ведь следующий рейс через 4 дня.

- Не прельщает меня что-то торчать в аэропорту столько времени.

- Вот я о чем вам и талдычу! Скор-рее, парни, а то я без вас окажусь во Франции!

****

Некоторое, очень продолжительное, очень нудное, НЕ скучное, нервотрепательное время спустя

"Я иду по улице, мне на всё насрать! Ла-ла-ла-ла-ла-лааа-ла, какая благодать!" - это были мысли чокнутого человека, проведшего время с двумя Гиперактивными, излишне, я бы сказала, пар... муж... особями мужицкого пола, которым ни минуты не сиделось на месте. КАКОГО Дьявола не сиделось?! Я - вампир! МЕНЯ сложно заставить нервничать по пустякам, но у этой шкоды!.. я бы сказала, что они отыгрались за предков, живших давно, за себя, за будущее поколение!! Да еще и просто так добавили!!

Вы представьте: сначала им не понравились их места в самолёте и они изъявили желание посидеть у иллюминатора, по очереди прося меня там сесть, я, медведь меня душевно задери, не утерпела и попросила соседа, парня молодого и симпатичного, поменяться с одним их них местами, а он сам чтоб сел со мной рядом. Вроде успокоились, но 15 минут спустя ОБОИМ захотелось уединиться. Ла-аа-адно, и с этим разобрались, не без гундежа, естественно! Но потом один захотел острого, другой апельсинового сока. Это нормально, но то, что у бедной стюардессы долгое время не сходил с лица-шеи-ушей румянец, - нет!! Заигрывали с молоденькой девушкой, а бедняжка не знала, куда себя деть. Я тоже сидела красная и шипела от стыда да от безысходности. Спасибо огромное Джейку, парню этому, он их утихомирил.

И ведь что интересно - они это НЕ СПЕ-ЦИ-АЛЬ-НО!!!

И такое поведение у нас впервые.

Дайте мне крепкую стену, и я себя убью.

С трапа я спускалась чуть ли не рыдая.

Не удивлюсь, если у меня обнаружатся седые волосы. Много седых волос!

- Ребята, - придушенно проговорила, боясь попросту сорваться на крик, - вы сейчас приедете в Стоунхендж-Холл и до завтрашнего ВЕЧЕРА меня не беспокойте, хорошо?

Недоуменно (Млииин!!!) переглянувшись, братья пожали синхронно плечами и ответили:

- Да не вопрос! А что такое? - искреннее участие в голосе Дункана, от которого меня едва не перекосило. Знаю, что нельзя так про любимых и близких говорить, но на сегодня они меня достали, да простит меня Бог!

- Ничего, - цежу. Потом добавляю нормальным голосом: - почитать хочу, книгу почитать и брату позвонить.

О, ляпнула... Зачем? Хотя, и впрямь не помешает это сделать, а то только по праздникам, да когда совсем уж приспичит, созваниваемся. Ну, держись, Алек! Мишель в настроении, ага.


- А, хорошо, Мишель! Ты же с братом чаще общаешься, чем с остальными, да?

Мы вышли из здания аэропорта и стали ждать Шарля. Самолет прилетел на 20 минут раньше, так что, его задержка понятна.

- По сравнению с тем, как я общаюсь с мамой и папой, то да, с ним мы просто без остановки сутки напролёт разговариваем.

- О-о! - протянули братья, - ну тогда, конечно, мы не будем тебя беспокоить!

- Уж постарайтесь, - прохладно ответила я.


СТОУНХЕНДЖ-ХОЛЛ, ПАРИЖ. ФРАНЦИЯ.


Я остановила машину недалеко от въезда к дому, ожидая, когда Шарль откроет ворота пультом. Ключи от машины управляющий отдал мне, а сам вместе с нашими сумками поехал на другой. Честно говоря, меня удивило количество авто. А удивилась я еще в Шотландии, когда позвонила ради уточнения. Меня поспешили заверить, что машины будет две. Одну он пригонит заранее, оставив на автостоянке, а на второй приедет сам. Что ж, это весьма удобно.

- О! так вот как выглядит твой парижский дом! - восторженное восклицание Дункана заставило меня насторожиться, так как знаю я их давно, и именно поэтому меня пронзило волнение насчет дальнейшего вида дома. Не хотелось бы оставлять при отъезде руины. Дом, единственный дом, который я любила больше других вещей в мире. Он мне слишком дорог, чтобы я оставалась спокойной, если его вдруг не станет.

- Дункан, Скорпиус, будьте любезны и оставьте его таким, какой он сейчас.

- Ты это сейчас о чем? - невинно похлопал ресницами Скорпи, - мы же ничего не делаем. Мы даже внутри не были ещё! - тут он уже возмутился, и от показной невинности не осталось и следа.

- Я знаю вас давно, считай, с самого рождения, так что, драгоценные мои, только попробуйте изменить в нём хоть положение одной единственной вазы, и вас я просто не пущу никуда. Будите сидеть в Холле безвылазно. А ведь вы хотите погулять, не так ли? Вы же здесь впервые? - спросила вкрадчиво, глядя на их опечаленные лица. Поясню кое-что.

Предупреждаю я их не просто так, а по той причине, что они начинающие химики. И, к сожалению, практикующиеся методом тыка и ошибок. Было у нас на заднем дворе в нашем замке такое небольшое здание, куда мы иногда сваливали старьё, так они обычными ингредиентами, которые в свободном доступе, умудрились его поджечь. Взорвать. Спалить! И как бы их ни Тео, ни Катарина, ни я не ругали, не запрещали, не убирали всё подальше, они оставались упрямыми и продолжали делать это. В конце концов, мы смирились с этим и сделали им отдельное помещение, в котором они упражнялись в химии. Меня всегда интересовало, что же они такое ищут? Уж не философский ли камень хотят изобрести? Я у них спросила, а мне ответили:

- Мы просто делаем это. Не хотим что-то такое изобрести. Нам интересен сам процесс протекания химических реакций!

Знаете, сколько им лет было в момент того пожарчика? По тринадцать. Не я одна, надеюсь, впечатлилась.

В целом, семья МакГрегоров немного странная и без моей помощи. Стоит их познакомить с моим семейство вампиров-вегетарианцев, что ли? А что, колоритная семейка у нас будет! Два начинающих химика-подрывателя, двое лишённых чувства самосохранения человека, один начинающий оборотень, два ненормальных вампира, и не менее странные я и Алек! Весело заживём все вместе, не так ли?

- Да ладно тебе! - их голоса так и сочились досадой, - проживём как-нибудь месяц без наших экспериментов.

- Вот так-то лучше, милые. - и мы втроём наблюдали, как впереди нас останавливается Шарль и вытягивает руку из окна, нажимая на пульт и тем самым открывая ворота. Что ж, здравствуй, родной Стоунхендж-Холл, давно не виделись...


## ВОСПОМИНАНИЯ МИШЕЛЬ, ИМ 5 ЛЕТ.


- Алек, когда придут мама и папа? - хныкала меленькая девочка на руках пятнадцатилетнего парня, - я скучаю.

- Скоро, маленькая, скоро! - погладил он сестренку по голове, - они скоро придут. Подожди немного.

- Не хочу! Алек, - обратила она свои зелёные глазки на брата, - я почему-то беспокоюсь! Вдруг, с ними что-то случилось? - спросила и ударила его по плечу кулачком.

Спокойно улыбнувшись, не переставая поглаживать свою сестрёнку по голове, Алек ответил:

- Мишель, не дерись. Мы тоже с тобой на охоту пойдем! Послезавтра. И родители тоже буду за нас волноваться, поверь мне. Ты же веришь своему старшему брату, не так ли?

- Что-оо?! - изумление отразилось на милом детском личике, - кто это тут старший, а?! - воскликнула девочка и спрыгнула с его рук на пол гостиной. Отвлекающий маневр удался, вот только его последствия будут слишком... слишком.

- Ну, по легенде - я! - парень решил не вдаваться в подробности, так как знал, что его старшая сестра очень вспыльчива. С тех пор, как она смогла нормально ходить, не падая, то Алек получал от неё нагоняи за то, что порою забывался и говорил, что старше её. Почему это так сильно задевало Мишель, он не понимал, его самого это тема нисколько не беспокоила. Но, видя на таком маленьком личике гнев, он не мог удержаться и не подразнить сестру. В нём моментально просыпался азарт, и он делал то, что делал.

- Вот вырасту я до твоего роста, и тогда я, - Я, а не ты! - буду старшей! Так, как мы и родились! Ну почему не ты так медленно растёшь? - зло запыхтела маленькая фурия, надвигаясь на пятившегося парня, с губ которого не сходила снисходительная улыбка.

- Ты ведешь себя как маленькая, а еще говоришь, что старше. Где логика твоя, сестра? Куда ты её дела?

- Я тебе сейчас покажу логику, черт!

- Ай-яй-яй, Мишель, нехорошо ругаться четырёхлетним девочкам, я всё родителям расскажу! - продолжал дразнить парень маленькую девочку.

- Да я тебя!.. - но не успевает малышка договорить, как в двери, что выходят в сад с множеством кустов, деревьев и прекрасным розарием, влетают родители. Дети даже не заметили ничего, так быстро появились родители. Алек успевает подхватить малышку на руки, потом спрашивает:

- Что с вами такое? - спрашивает, удивленно наблюдая за расстроенной мамой. Хотя, "расстроенной" - мягко сказано!

- Н-ничего... - всхлипывает Анна, обнимая себя за плечи. Отец же что-то делал на втором этаже, после чего спустился вниз к семье и быстро проговорил жене:

- Не смей даже плакать, слышишь?! - отец стремительно подошел к Анне и притянул ее к себе, уткнувшись лицом в ее пушистые волосы. Девушка задрожала, теснее прижимаясь к Марку. Ее буквально колотило от того, что несколько минут назад произошло на охоте. А ведь всё так хорошо начиналось!

Они с мужем вышли в их большой, так приятно и легко пахнущий цветами в вечернем воздухе сад, оставив присматривать за маленькой Шелли ее брата, Алека. Они были уверены, что с ним малышке ничего не грозит. Хотя, если так случится, Мишель могла и сама за себя постоять. Такая маленькая и такая отчаянная. А Алек очень любит сестру, учит ее всему, чего сама девочка пока не знает. Учит, как правильно пить кровь, вести охоту, прятаться, если нужно. Малышка всё схватывает налету.

В итоге они пришли в лес, по пути обсуждая какие-то насущные проблемы. Анна уловила запах какого-то хищника и поспешила в ту сторону; ее муж, впрочем, поспешил за ней. Питаться вампирам надо не очень много, но чем чаще, тем лучше. Марк и Анна выходят на охоту каждые двое суток, и обычно им хватает для полного утоления жажды на это время одного животного, к примеру, оленя. Дети же предпочитают генетту, но иногда Алек охотится на оленей или же косуль.

Так вот... Анна учуяла запах, но, поняв, что это генетта, остановилась и начала принюхиваться дальше. Марк же уловил запах небольшого стада раньше и побежал в ту сторону. Не успел он даже далеко отдалиться от жены, как вдруг Анна яростно, с голодом, зарычала и бросилась вперед. Мужчина удивился такой явной агрессии на всегда милом и спокойном личике жены, поэтому не сразу последовал за ней. Когда он опомнился, оказалось, что стало уже поздно...

Как потом он понял, какой-то парень собирался забрать только что убитую тушку лисицы, как вдруг на него кинулась Анна, цепко впившись ногтями одной руки ему в плечо, а другой в лицо, оцарапав щеку. Парень от неожиданности упал навзничь, не успев даже вскрикнуть. Девушка тут же впилась ему в шею и принялась интенсивно выкачивать вместе с его кровью его жизнь. Парень же под Анной судорожно забился и попытался оторвать ее от себя, но легче было сдвинуть булыжник.

Сперва Марк оторопело наблюдал за этим, но тут же взял себя в руки и буквально оторвал жену от паренька, прижав к себе.

- Что с тобой такое?! - та оскалилась в ответ:

- Марк? Хочу пииить! Не знаю, что...

- Милая, неужели через несколько лет после обращения ты впервые потеряла контроль над собой?! Ты же всегда была столь рассудительна, что ни разу не пробовала человеческой крови... что же с тобой случилось сейчас, любимая моя? - весь разговор происходил на такой скорости, что парень с прокушенной шеей успел потерять всего несколько капелек крови. Анна всё пыталась вырваться, но мужчина держал ее крепко.

- Не знаю, не понимаю... но я ужасно хочу ПИТЬ! Марк... я его убила, да? - из ее глаз потекли слез, медленно стекая со щек на подбородок, капая на грудь. - Любимый, что теперь делать? Что?!

- Родная, сейчас стоит провести обряд Обмена крови. Конечно, когда он станет Высшим, то может и возненавидеть меня, но на данный момент это не так актуально, не так ли? Аннушка, ты подержи его, чтоб он руками не махал. Глаза закрой, если не хочешь этого видеть, - говорил Марк, пока его жена аккуратно садилась на землю, опираясь на ствол дерева позади себя. Потом, подтащив почти безвольное тело парня к себе, крепко обвила руками его торс, прижав тем самым руки черноволосого к туловищу. - Задержи дыхание, если не можешь терпеть запах крови, - Анна замотала головой:

- Я это вытерплю! Это и моё испытание, не только его. Я виновата... Боже, что же на меня нашло?! Как я могла на него кинуться?! - она прикусила губу, пытаясь перестать плакать, и опустила голову. Вдруг Марк взял ее рукой за подбородок и поднял её голову, смотря в глаза, принялся говорить:

- Любовь моя к тебе не исчезнет никогда. Мы - единое целое. Что бы ни произошло, мы всегда будем вместе. Понимаешь, Аня? Я обожаю тебя, я дышу тобой. Ты для меня всё и даже больше, я люблю тебя. Я не виню тебя, ты постоянно сдерживала себя, поэтому вполне оправданно и естественно, что ты немного сорвалась. Когда я тебя оттащил, ты даже не сопротивлялась, что только оправдывает тебя. Посмотри на это с другой стороны! Считай, что у наших детей появился старший брат. Если он, конечно, нормально отреагирует... - вздохнул мужчина и, наклонившись, крепко поцеловал любимую жену в губы.

- Марк! - растрогалась вампирочка.

- Давай потом? Неудобно как-то... - показал взглядом на парня.

- О, конечно! Извини, - несколько смутилась девушка.

Когда парень был удобно уложен, Марк склонился к нему, предварительно прокусив запястье. Пока рана не затянулась, он открыл рот парня и приложил к нему кровоточащую рану. Тот рефлекторно сглотнул и тут же открыл глаза. Шокировано уставившись на оскаленное лицо склонившегося над ним мужчины, сделал попытку выбраться из жёсткого и сильного захвата, но у него ничего не получилось. Когда Марк попытался вновь дать ему своей крови, то парень замотал головой и сжал губы, тогда Анна осторожно разжала его челюсти. Ее муж тут же принялся "поить" черноволосого, а Анна гладить его горло, побуждая глотать. Некоторое время спустя, парень затих. Пока он оставался спокойным, следовало его перенести к ним домой.

- Любимая, иди домой. Приготовь комнату, я его понесу за тобой. Ты потерпишь, без еды-то? - чуть печально спросил муж.

- Да. Но потом... я думаю, следует поохотиться.

Марк лишь кивнул.


И вот сейчас мужчина поместил будущего вампира на втором этаже в гостевой комнате. Анна ничего не успела сделать, но в комнатах всегда поддерживали порядок, поэтому всё там было готово.

- Мама, что случилось? - спросили дети в унисон.

- Нам надо на охоту, мы придем через полчаса. Мы быстро! Не заходите наверх, понятно?! - грозно спросил отец.

- Д-да, всё понятно, но что же всё-таки случилось? - попытался вновь прояснить ситуацию мальчик.

- Нет, я сказал, всё потом. Маме нужно на охоту, срочно.

- Любимый, а ничего не случится, если...

- Нет, - поняв, куда клонит жена, Марк поспешил перебить, - всё будет хорошо. Он еще около двух часов будет в отключке. Пошли, нам стоит быстрее подкрепиться.

- Да... Дети, мы скоро. - Анна подошла к непонимающим Алеку и Мишель, приобняла их и они исчезли из дома.


Когда родители вернулись, то обнаружили детей, преспокойно гуляющих рядом с розарием.

- Мама, папа, что случилось? - Алек взял сестру на руки и прижал к себе.

- Милые мои, я... - перебив супругу, продолжил их отец:

- Скажу я. Дети, так получилось, что нам пришлось обратить еще одного человека. В общем, если парень не будет против, то наш клан пополнится одним Высшим.

- Да?! - радостно захлопала в ладоши девочка, - а почему?

От такой детской непосредственности хотелось покраснеть, но родители сдержались.

- Потом, маленькая моя, когда вырастишь, я тебе расскажу.

- Но я хочу сейчас!

Старший брат нахмурился:

- Шелли, ты не понимаешь? Они его спасли. Я прав? - вопросительно посмотрел на родителей.

- Почти, малыш. Я его... я на него напала! - выпалила их мама и зажмурилась, будто ожидая, что они начнут ее обвинять. Вдруг молодая вампирша почувствовала, как ее гачу мужских брюк (согласитесь, неудобно охотиться в платье!) дёргает дочка:

- Мам, - так непривычно видеть на детском личике столь серьёзное выражение, - ты не виновата. Тебе было трудно сдерживаться, когда родились мы, сейчас ты просто сорвалась. Больше такого не будет! Ты сильная, мама! Я в тебя верю! - твердо заявила малышка и попросилась на ручки к матери.

- Мам, Мишель права. Не беспокойся. Мы будем только рады видеть нового члена семьи! А если он решит уйти от нас, то... значит, не судьба. Ты только не расстраивайся!

- Солнышко моё... как я вас люблю! - обняла Анна девочку и зарылась лицом в ее пушистые волосы, пряча слёзы.

- Ань, я же говорил, - мягко сказал жене Марк.

Вдруг раздался душераздирающий крик боли со стороны дома.

- О Боже, началось! - прошептала Анна.

- Идите в дом, - напрягся Марк.

Оказавшись в доме, он поднялся к парню и увидел, что он лежит, выгнувшись в спине и беззвучно открывая рот. Похоже, от столь громкого крика он сорвал голос. В каком-то роде, это даже хорошо. По крайней мере, им всем будет не так стыдно и больно, слыша крики.

Неожиданно послышался звук шагов, и в комнату зашла его маленькая дочь.

- Что ты тут делаешь? Спустись вниз, милая.

- Пап, я не хочу. Я хочу ему помочь!

- Что?! - оторопело спросил, - ты не можешь!

- Почему же? - пристально смотря на него, спросила Мишель.

- Он может очнуться и, увидев тебя, навредить! Для него пробуждение будет слишком неожиданным, так что иди вниз, к брату и маме! Да и не сможешь ты облегчить его боль... - печально пояснил отец.

- Смогу! Он не сделает мне ничего плохого, пап. Я уверена! - и улыбнулась. Боже, у этой маленькой девочки была улыбка его любимой Анны, такая же открытая и с ямочкой на левой щечке. Он растаял, но не настолько, чтобы подпустить дочь к обращаемому в вампира человеку!

- Ну пааап! - захныкала девочка, - я уверена, со мной всё будет хорошо! Ну хочешь, ты постоишь со мной, пока я хотя бы попробую! - по щекам Шелли катились чистые слёзы. Что ж, Марк сдался...

- Но только попробуешь! Если что, то я тебя от него уберу! Ты поняла меня, милая?

- Да-да, папа! - уже не обращая на него внимания, ответила девочка.

Мишель подошла к парню, отец помог ей сесть на кровать. Девочка походила на четвереньках по кровати, что-то обдумывая, и вдруг улеглась парню на грудь, свернувшись калачиком. Судороги его вмиг прекратились, дыхание постепенно начало восстанавливаться. Вскоре оно стало глубоким и спокойным, на лице появилось умиротворённое выражение.

- Ч-что ты сделала?! - ошеломленно вскрикнул Марк. На его крик появилась остальная часть семейства.

- Что случилось, почему ты... Мишель! А ну-ка слезь с него! - обеспокоенно потребовала мать, - Марк, почему она лежит на нём?!

- Милая, как ни странно, но она сама попросилась. Он сразу успокоился, как только она легла. Я не знаю, почему так... - они принялись обсуждать это, а Алек тем временем подошел к Мишель и стал наблюдать, как его сестренка спокойно лежит, свернувшись клубочком, и внимательно смотрит парню в лицо.

- Мишель. Почему ты это делаешь? Ты знаешь, почему он успокоился?

- Алек! Я чувствую, что ему станет легче благодаря мне. Он такой красивый, как ангел! - малышка подняла сияющее радостью лицо на брата. Он чуть не задохнулся, потому как впервые видел такие эмоции на ее лице. Мальчик не понимал, от чего она так рада, но знал, что это из-за этого черноволосого парня. Он не причинит ей вреда. Свои способности Алек не развил до предела, но пошариться в мыслях мог и стереть самые свежие воспоминания тоже. Быстренько стерев воспоминания о том, как его укусила мама, он заменил их тем, что на него, будто бы, напал медведь. А родители нашли его. Дойдя до момента обряда, он остановился и вышел из сознания парня. У Алека сильно заболела голова, о чем он и сказал родителям. Впрочем, о причине боли тоже.

- Алек, ну зачем ты это сделал? Зачем?

- Затем, Мама, что Мишель он нравится. Ты посмотри. - И он указал на довольную сестренку. Она перебирала недлинные черные прядки волос парня. И улыбалась, радостно.

- Я останусь тут, милая. Иди, накорми Алека.

- Да, конечно, - поцеловав на прощание мужа, они удалились. А мальчик же, обернувшись на пороге, еще раз посмотрел на сестру и неизвестного мужчину. Чёрт, что же это такое отражается на лице сестры?..


****


Сначала было больно. Очень... больно. Настоящая агония. По венам будто текло расплавленное железо.

Всё началось с того, как на меня накинулся кто-то... Потом я ничего не помню. Но вот память тут же неожиданно подкидывает видение того, как надо мной склоняется чьё-то мужское оскаленное лицо. Боже, кто же это? Я так перепуган, что не понимаю ничего и начинаю вырываться, но не могу. Не понимаю! Меня так крепко держат?! Или меня связали?!

Мне что-то вливают в горло, такое солёное... кровь?! Вырваться не получается, кто-то или что-то держит мне голову. Я не хочу глотать! Держу во рту... кровь, мне хочется выплюнуть это, но челюсти крепко сжали. Тут же чувствую, как меня гладят по горлу. Рефлекторно глотаю. Меня передёргивает. Какая мерзость! И тут я отключился...

Очнулся от боли. Нет, от БОЛИ. Закричал. Сначала я слышал только собственный громкий крик, а потом перестал. Я оглох от этого? Или сорвал голос? Хотелось исцарапать собственное тело, пытаясь унять боль, но я не мог. Руки будто налились чугуном, и всё, что я МОГ, это прогибаться в спине.

Было так больно. Мне хотелось умереть. Знаете, где больше всего жгло? В области шеи. Там будто поставили клеймо. Нет, не так. Чувствовалось это по-другому, скорее, будто раз за разом к горлу прикладывали раскалённое железо, ненадолго убирали, а потом прикладывали вновь, пытая.

"Господи, дай мне умереть! Я больше не буду охотиться, но дай мне умереть, пожалуйста, Господи!", - молился я.

И вдруг пришло оно...

Долгожданное спокойствие.

Отсутствие боли.

Умиротворение.

Что-то практически невесомое, теплое легло мне на грудь, и боль прошла. Удивительно!

Я чувствовал, как это невесомое нечто иногда шевелится и даже... теребит мои волосы? Это человек? Ах, плевать, кто это! Главное, что нет боли.

Так мы вместе с этим человеком на моей груди лежали долго, я думаю. Не знаю, сколько времени прошло точно. Думаю, что это ребенок, ибо чувствуется тяжесть только на груди.

Сглазил? Нет, НЕ-ЕТ! Не убирайте этого ребенка, пожалуйста! Боже... я выгнулся дугой вновь, закричал. Как же больно! Крик... я вновь перестал его слышать. Пожалуйста, верните...

Чувствую, как из глаз всё же скатилась слеза. Верните, умоляю... как стыдно за эти слёзы, отец не одобрил бы, но мне плевать. Мне плевать на всё. Меня сейчас гложет только одно эгоистичное желание: чтобы вернули того ребенка.

Мне удаётся ощутить то, как я поднимаю руки. Пока не пропало это ощущение тела в пространстве, вцепляюсь себе в горло, пытаясь... Что? Не знаю. Но мне верится, что так будет легче.

Ни черта не легче! Чувствую, что раздираю ногтями кожу на горле, чувствую кровь, но она тут же пропадает, а после новых движений ногтями по горлу течёт вновь. Так быстро заживает! От этого становится противно и обреченность наполняет меня: что бы я ни делал, раны заживут. Не останавливаюсь от этого понимания. Мне... больно... Я понимаю, что открыл глаза, но вижу только темноту.

Да-а! Спасибо!

Это прекрасное ощущение маленьких ладошек на моих руках, вцепившихся в горло в попытке разодрать его. Эти ладошки нежно убирают мои руки и кладут их вдоль моего тела, которое мгновения назад ломало. Этот ребенок... мне становится легче от того, что он рядом. Кто это? Мне важно знать. Вдруг, если боль всё же прекратится, он уйдет, и я не смогу его отблагодарить?


Чувствую, что что-то не так. Что-то меняется. По телу бегут мурашки. Не больно, скорее даже щекотно. Что случилось?

Боле... конец?

И вот я понимаю, что могу нормально шевелиться. Боюсь открыть глаза - что я увижу? И увижу ли?

Страшно. Но нужно это сделать. И так.

Открыл глаза, взгляд упёрся в белый потолок. Судорожно сглотнул. Решил посмотреть на ребенка, что всё еще находился на моей груди. Я настолько привык к нему, что практически не ощущал. Медленно смотрю туда. И что же вижу?

Изумруды.

Это глаза. Глаза ребенка, который смотрит на меня и чуть ли не светится счастьем.

Глаза... такие зелёные, яркие. Боги! Они прекрасны.

Ребёнок - девочка. Маленькая милая девочка.

"Это ты помогла мне?", - хочется спросить, да только губы не слушаются. Но меня, похоже, поняли и без слов.

- Ты очнулся! - радостно засмеялось звонким смехом это чудо, - я так ждала этого! Когда мне надо было на охоту, ты кричал. Так папа сказал. Тебе было больно? - небольшая морщинка образовалась на гладком лбу девочки.

Все сокровища мира.

Я понял.

Понял, что сделаю всё ради НЕЁ. Как я это понял? Не спрашивайте.

И это не потому, что она облегчала мою боль, нет. Я просто утонул в этих зелёных озёрах.

- Как тебя зовут, девочка? - хриплю, не узнавая голоса. КАК нужно кричать, чтобы охрипнуть до такой степени? Нет, не хочу этого знать!

- Мишель, - застенчиво улыбнулось маленькое чудо, - а ты кто? - и теребит мои волосы. Мне кажется, или они стали чернее?

- Александро Эшарп, - отвечаю ей с пониманием, что по мере того, как я говорю, горло саднит всё меньше.

- Ты похож на ангела, Алесандро.

- Нет, не так, - улыбнулся на то, как она переврала моё имя, - лучше просто - Алекс. За комплимент спасибо.

- Прости. Хорошо, Алекс. А сколько тебе лет? Мне 5!

- Можно мне сесть?

Мишель покраснела:

- Да, конечно. - Я взял ее подмышки и осторожно сел. Никаких неудобств не возникло, к счастью. Посадил ее к себе на колени и дал ответ:

- Мне 21. Ты здесь одна, взрослых нет? - осмотрел комнату, вроде, никого не заметил, - они...

Не успел договорить, как снизу послышались голоса, а потом передо мной оказался мужчина, смутно мне знакомый.

- Как вы себя чувствуете?! - вскричал он.


## ЧАСТЬ 2


Я словно очнулся. Мне вспомнилась моя малышка Мишель. Наше знакомство... Мне до сих пор становится тепло, весело от этих воспоминаний. Как увидел её зелёные глаза, так с тех пор и не отпускает. А ведь она была ребенком, смышленым, да, но ребёнком. И так манипулировала мною... Я это всегда понимал. Но противиться не мог.

Как я по ней скучаю! Воспоминания наподобие этого часто застают меня врасплох. Не знаешь, когда это будет. Но скоро я найду мою девочку! Я сдержал обещание, данное себе 80 лет назад: я восстановил ногу. Пусть там много шрамов, как от ногтей животного, но я могу ходить не хромая. Мишель, примешь ли ты меня таким? А вдруг, вдруг у тебя кто-то есть?

При этой мысли всё моё существо затопили боль, ярость, желание убить. Нет! Но если так, то я оставлю тому типу жизнь. Моя Шелл заслуживает лучшего, а не трусливого и уродливого вампира.

Плевать. Я просто тебя найду. Хотя бы это.

Забыл сообщить. Не только на ноге имеются шрамы, которые вижу я один, моё лицо так же носит отметины того боя. Не знаю, почему они не зажили, но один-единственный шрам пересекает левую сторону моего лица, кривя верхнюю губу. Когда я улыбаюсь, это выглядит ужасно. Шрам так же пересекает левый глаз. Я вижу так же отлично, как и после обращения, но когти Алекто оцарапали веко. Хорошо, хоть глаза целы. Мне не было бы весело, если бы он оцарапал глазное яблоко. Кто знает, что бы случилось тогда.

- Мистер Эшарп, вы готовы подписать контракт? - спросила меня помощница моего "будущего" партнёра по бизнесу. Не хочу подписывать, слишком он мутный. Информации мои люди много нарыли, причем не очень-то и лицеприятной. Надо потянуть время для того, чтобы я выглядел сомневающимся. Зачем мне это надо? Ну, сам не знаю.

Мне вдруг резко всё надоело. Захотелось пойти домой и лечь спать. Иногда, как мне кажется, то состояние, в коем я прибываю, похоже на сон.

Мой взгляд метнулся на календарь, и я понял, почему мне так хочется всех ненавидеть и, возможно, поубивать к чёртовой матери.

Сегодня этот день.

День годовщины нашей с Мишель свадьбы. У нас бы было 83 года, как мы женаты. Чёрт!

Я подарил бы ей что-то необычное, она бы меня порадовала своей улыбкой, но этому не суждено сбыться. По крайней мере, не сегодня. Не в эту годовщину.

- Мистер Стоун, видите ли... - нас прервал телефонный звонок. Извинившись, я посмотрел на номер, звонил Кайл, мой друг и хорошая ищейка. Он всего лишь человек, но знает, кто я. Мне тяжело думать о том, что через несколько десятилетий его не станет. Мне всегда тяжело было терять друзей. Терять вот так, из-за их старения, тогда как ты сам - молодой, чёрт возьми! Мне приходится внушать тем, кто не верит в мои способности, что я - старше, чем выгляжу, и тогда все мои партнёры и возможные партнёры по бизнесу уже видят не 21-летнего паренька, а 30-летнего мужчину, у которого жестокая репутация. Да, мне не жаль людей. Если я разрушаю чью-то фирму, то имею на то основания. А не просто так, беспочвенно, как думают многие. Хотя, мне неподвластно залезть в чужие головы.

- Так, да? Что ж, Кайл, ты мне очень помог, спасибо тебе. К слову, ты можешь отправляться на 2 недели в отпуск, как я тебе обещал. - То, что я предложил ему это так неожиданно, является нормой. Близкие мне знают, что я импульсивен. Под влиянием момента принимаю неожиданные решения. Впрочем, это им так кажется, людям. Мне же абсолютно плевать на то, какое мнение я произвожу на них. Импульсивен? Замечательно. Самодур? Еще лучше, мне смешно, не более.

- Тебе явно хочется побыть наедине с Мерси, да? А то на меня твоя жена скоро кидаться начнет, покусает еще! - тут я ухмыльнулся, чуть не обнажив острые клыки. Кайл засмеялся:

- Ал, если она это сделает, то станет вампом, а она не переживет жизни без меня, поэтому тебе придётся и меня обратить, а оно надо тебе? Иметь всю вечность рядом с собой две язвительные личности, вечно кар-ртавящие, французского происхождения? Думаю, ты нашел бы способ покончить жизнь самоубийством, - задумчиво протягивает друг, а мне смешно от всего этого. Кайл даже представить себе не может, как я рад бы был этому.

- Да, конечно, теперь, когда ты мне всё обрисовал, я буду более лоялен к подобным проблемам, - ну, не стоит забывать, что у меня, вроде как, переговоры. Не самые важные, но, чёрт возьми! - Всё, я полностью в вашем распоряжении. - Сказал я этой - Трейси, Меган? - сказав другу на прощание несколько слов и отключившись. Честно, у меня хорошая память, но мне лень сохранять воспоминания о том, что не пригодится мне в дальнейшем.

После моих слов я уловил в воздухе какой-то сладкий запах. Что за?.. Возбуждение?! Да не, быть не может, чтобы она захотела меня! На миг бросил на эту женщину взгляд. Всё так и есть: губы слегка приоткрыты, так, что видна полоска белых зубов и язык.

- Мисс... хм, напомните, пожалуйста? - выжидающе посмотрел на нее с показной холодностью и долей презрительности. Запах практически тут же пропал.

Дьявол! Я с отвращением подумал, что будь я способен, то меня бы вырвало! Ладно, мне плевать, что она захотела мужика со шрамами, вкусы-то у всех разные, но мне отвратителен сам факт того, что меня хочет кто-то, кроме Мишель! Вампиров многие считают сексуальными, желают их, но когда рядом Супруг или Супруга, на это естественным образом не обращаешь внимания, но сейчас мы раздельно с НЕЙ, и будь я проклят, если займусь сексом хоть с кем-то, кроме Супруги. Если она пережила свои чувства ко мне, то мне будет приятнее хранить целибат, чем тра*аться направо и налево!

- Мисс Хизер, мсье Эшарп. Так как, вы согласны? Я ни в коей мере не тороплю Вас, но, пожалуйста, дайте свой ответ как можно скорее. В конце концов, мы здесь именно за этим! - она попыталась скрыть своё возмущение, но мне оно было очевидным. Чёрт возьми, как меня бесят такие дамочки, строящие из себя этаких "деловых леди", хотя наверняка дома у нее беспорядок, не грязно, я не об этом. Я говорю о хаосе. Ее рабочий стол так же наверняка являет собой образец беспорядка, а собирается она всегда в спешке. Хм, что-то я отвлёкся.

- Не давите на меня, мисс Хизер, тем более, что я готов дать свой ответ сию секунду, - постарался обаятельно улыбнуться, что, по-видимому, получилось, ибо эта Хизер перемялась с ноги на ногу, сжав бёдра. Вот опять этот запах! Едва слышно скрипнул зубами, задержал дыхание. Вампиры могут часа четыре не дышать, при этом разговаривая. Сейчас я сделал именно это, так как мне действительно захотелось "очистить" желудок.

- Да?! И каков же ваш ответ? - она возбуждённо подалась вперёд, отложив планшет, что всё это время держала в руках, и опёршись о стол.

- Мой ответ, - многозначительная пауза, - нет. Я отказываюсь подписывать с вашей кампанией контракт. - Отодвигаю от себя ручку и бумаги. О-что-сейчас-будет! Ненавижу то, как я люблю нервировать людей. Ну, почти ненавижу. Да-да, это я пытаюсь найти в себе зачатки не потухшей искорки совести.

- Н-но почему?! - подал голос управляющий. Вау. Думал, не дождусь.

- Мне не нравится, как вы обращаетесь с сотрудниками. Хотя, если хотите, я подпишу, но при условии, что вас уберут с поста управляющего. Через вас проходит слишком много чёрного нала. Думаю, моё условие претит лично вам, не так ли, господин Стоун? - благожелательно улыбаюсь. Да, мужик, не на того ты напал. Наверняка делал скидку на мой возраст. Ну, Стоуну за сорок, а мне "тридцать". Думал, что я ничего не узнаю.

- А как я обращаюсь с сотрудниками? - нервно переспрашивает он, и я слышу запах его липкого страха.

- Как, - наигранно вскинул брови, - вы не помните? Что ж, придётся вам напомнить. Хотя, ваша память меня беспокоит. Если бы я подписал, не был бы уверен, что вы запомнили всё с точностью! Так вот... недавно некая миссис Ремсиль попросила вас о декретном отпуске. Вы его ей не дали, хотя она была уже далеко не на 7 месяце, она чуть не родила на рабочем месте! Но, это лишь часть того, что я озвучил. При всём при том, - вновь пауза, часть довольно-таки безобидная. Но, думаю, этого достаточно, не находите? А теперь, - продолжил резко похолодевшим голосом, - не могли бы вы покинуть сие здание? Мой секретарь проводит вас до лифта, если вы не против.

- Да... да как ты смеешь, мальчишка! Что ты думаешь о себе?! Кем ты себя возомнил, Богом?! Да я тебя живо в асфальт укатаю! Ты и пикнуть не успеешь! - лицо его приобрело неприятный свекольный оттенок, когда он вскакивает со своего места и орёт мне в лицо эти угрозы.

А угрозы не предупреждения. Они на 99% пусты. И почему-то я уверен, что и его слова мне не повредят, и моя фирма еще долго будет коптить небо.

- Мисс Изер, помогите ему, пожалуйста, а то он в обморок такими темпами свалится! - похоже, я настоящий злодей, потому что мне стало подозрительно весело.

- Я мисс Хизер! - бормочет она мне, в то время как подбегает к своему боссу и забирает бумаги. Тихо говорит ему на ухо о том, что пора на выход и лучше бы не спорит со мной, а то кто меня знает, заносчивого ублюдка, на что я пойду ради их выдворения отсюда.

- Мистер Стоун, я имею больше влияния, нежели вы. Вам просто-напросто не под силу справиться со мной. Это я говорю вам на будущее, вдруг вы захотите мне что-либо сделать. Только потратите время впустую, честно! - я поднял обе руки перед собой, как будто показывая свою беззащитность, и благодушно, но с жёсткостью в глазах, улыбаясь.

Оба содрогнулись.

- Ну что, вам нужен провожатый или нет?

- Д-да как-то уж обойдемся! - заикаясь, проговорила девушка. Через пару минут от них в кабинете и духа не осталось. Я расслабленно откинулся на стуле, подумал, а не закинуть ли ноги на стол? Но передумал. Слишком уж наглеть не стоит... даже в собственном кабинете.

И чем же мне заняться? Официально у всех работников сегодня выходной, Кайл с Мерси уже наверняка собрали вещи, дабы отправиться в Италию. Их доставать не стоит, пожалуй!

Решил глянуть в окно...

- Вечер... - мой шепот нарушил хрупкую тишину помещения. - Что же мне делать? Времени, - нервный хмык, - много. Охота?..

Да! Я пойду и поохочусь. И тоже возьму отпуск, на месяц-полтора. А все дела свалю на своего заместителя. Он парень умный, не попортит репутации кампании. А если таковое случится... ну, надеюсь, этого не произойдет.

Быстро накинул на плечи черный плащ, подошел к окну. Посмотрел вниз на этих людишек, снующих по улице туда-сюда.

Чёрт.

Возьми.

Резко всё моё существо захлестнула ярость. Такая ослепляющая, что я, до этого спокойно стоявший и касающийся кончиками пальцев подоконника, грубо сомкнул пальцы, очнулся лишь от треска пластика. Остались вмятины. Это совсем немного, но отрезвило меня. Сравнял углубления так, чтобы не было понятно, что они остались от пальцев. Ну, вдруг кто увидит? Хотя секретарь и заместитель и так знают, что я не человек. Но я опасаюсь за психику других людей.

Крепко зажмурился, чтобы не видеть того, что внизу. Почему... ну почему они могут себе позволить быть слабыми?! Потворствовать своим слабостям, хотя бы иметь надежду на взаимность своих чувств?! А я... а что я? Стою, чуть ли слюни-сопли не пускаю от жалости к себе. Отвратительное зрелище, должно быть, я представляю.

Да иди оно всё в бездну!

Нарушу клятву, данную ЕЙ.

Сегодня я впервые за всё своё вампирское существование пойду пить человеческую кровь.

Я громко и зло захохотал.


****

Ребята поели и теперь спокойно, ну, относительно спокойно, играли в компьютерные игры. И всё им нипочем: ни смена времени, ни долгий перелёт, ни-че-го. А я вот что-то устала. Так я и ни до книги не добралась, ни до телефона, дабы брату позвонить. Как долгот мы с ним не общались? Год? Два? О Боже. А он? Тоже хорош! Вдруг я вообще... не жива более? Хотя, это маловероятно, что он так подумает.

Подняв свою утонченную задницу с дивана в гостиной на первом этаже, где я преспокойненько сидела с бокалом красного, поставила вино на столик и поплелась на второй этаж, в свою комнату. Когда поднялась на второй этаж и подошла к своей двери, мною овладела нерешительность. Положив свою руку поверх круглой позолоченной ручки, я замерла. Мне не хотелось входить в комнату потому... потому что с ней у меня связано много воспоминаний. Очень много воспоминаний, которые наверняка не преминут воспользоваться моей перед ними слабостью.

Только подумала об этом, как перед глазами промелькнуло несколько сцен того, как я, будучи нескладным подростком, спорила с Алексом. Это было весело, дразнить его тем, чего он не мог получить в полном объёме. мне нравилось то, какой властью над ним я обладала.

Всё-таки войдя в комнату, я прошла к своим сумкам, дабы разобрать вещи. Несколько интересных книг, парочка дисков с любимыми играми, которые я установлю на икс-бокс. О, он тут имеется. Иначе, как бы Теодор и Катарина, отдыхая здесь от нас, инфантильных созданий, развлекались? Правда, они нередко использовали игру в качестве предмета пари. Типа, играли на раздевание как в карты. О, в общем-то, и так понятно, про что я! Не хотелось бы раскрывать их личную семейную жизнь больше, чем я сделала. Откуда я об этом узнала? Не стоит думать, что я каким-то образом следила, нет, всё гораздо прозаичнее. Когда уже я была здесь, то нашла кое-что на гардине. Как служба уборки это не заметила, я понятия не имею, но факт остаётся фактом, что я нашла кое-что из предметов гардероба Рины, свисающим вполне себе так эпично. Эта парочка подтвердила мои мысли, когда я так, невзначай, спросила их об этом. Надо было видеть красное, смущенное лицо Тео и практически невозмутимое Рины. Ну да ладно, издеваться я над ними не стала.

Разобрав вещи, уложив их в стенной шкаф, я устроилась на кровати с книгой. Хм, сюда бы еще коробочку шоколадного печенья... но мне так лениво за ним идти! Ладно, обойдусь...


Дочитав книгу про Ашерона, я лежала, закинув руки за голову. Не удивительно, что я люблю такое чтиво. Оно очень... очень. Просто супер! Обожаю книги про оборотней и, внимание, вампиров. Интересно почитать про свою расу с точки зрения человека. И меня это совсем не смешит. О, там такие горячие сцены! Но это если автор умеет их писать. А то бывает, что излишне сопливо, а иногда как раз таки смешно. Но не будем о грустном... надо позвонить брату.

Взяв телефон, набрала номер и стала ждать гудка.

- Алло? - спросил женский голос.

Мой немного дрогнул, когда я ответила:

- Мам? Привет. Это Мишель, - да, глупее ты ничего не могла сказать? Будто кто-то другой так может назвать Анну! Алек ведь наверняка с ними в городе, да и голос у него не женский, точно.

- Мишель?! Боже, как я рада, что ты наконец-то позвонила! Почему... - судорожный вздох, - почему ты так долго этого не делала?! Мы так скучали! Ты такая безответственная! Доченька...

- Мам, - нежно прервала я очередь из слов, - я не звонила, потому что мне... я... Ох, - не знаю, что и сказать. Честно, всё, что ни скажу, будет звучать глупо! - Мама, я не могла. Честно. Ты не можешь понять этого так полно, как это чувствую я. И, слава Богу, что не можешь! Нельзя кому-то желать такого, даже врагу! А ты-то мне уж точно не враг, - мягкий смешок сорвался с моих губ. Через некоторое время маман продолжила:

- Мишель, я хочу тебя видеть. Ты знаешь... Милая, я вижу тебя только по скайпу и то нечасто! Может, мы встретимся? Как-нибудь... где ты сейчас?

- В Лондоне, - быстро соврала я. Не знаю почему, но сказать правду я не могла. Будто стоял какой-то запрет. - Не стоит приезжать, честно, я сама это сделаю! В этом году. В этом, точно тебе говорю. Не стоит, мама!

- Почему ты этого так боишься?

И что мне на это ответить? Охо-хо. Что же, что же?..

- Не знаю, - правда. На это раз. - Просто, не стоит. Не сейчас. Чуть позже, и, знаешь? Давай закроем эту тему? Как вы с отцом живёте? Дружно?

- Хорошо, дорогая, закроем. А что по поводу отца, то... ты даже представить не можешь, что он за подарок мне сделал на нашу годовщину! Ой, дорогая, твой подарок просто супер! Спасибо тебе за него, он нам обоим понравился, - хихикнула мама. О, значит, я угадала, когда отправила маме весьма такое сексуальненькое бельё, а отцу - билеты на кругосветное путешествие! Конечно, они могли это и сами себе устроить, но мне так хотелось их порадовать! Просто, зная их, можно с большой вероятностью сказать, что такое путешествие они устроили бы себе лет этак через сто. Без шуток. А тут я.

- Просто класс, Мишель! Нам обоим очень-очень понравилось! Когда мы вернулись, Марк устроил нам романтическую прогулку по небу. Ну, на воздушном шаре! Он сделал заказ на день, сразу после нашего возвращения. Будто заранее знал! Боже, я так этому рада! Мишель, вы мои любимые! А Алек? О, Алек устроил такой фейерверк! Это было так красиво! Надписи и всё такое! Жаль, что тебя там не было, - грустно проговорила мама.

- Но вы же записали это на видео, не так ли? Ма-ам, скажи, что вы это сделали? - взволнованно спросила я. - Вы же не могли не сделать этого, не так ли?

- О, ну конечно, мы сделали это! Хотя, надо присутствовать лично на таких мероприятиях! - Анна рассердилась?

- Ма-ам? Ну, ты же простишь меня? Серьёзно, я понимаю, как виновата, но что я могу сделать, если мне видеть вас больно?! - провела рукой по лицу, будто стирая эти слова, но этого нельзя никак сделать. О, чёрт возьми! Где бывает мой мозг, когда мой же грёбаный язык лезет впереди планеты всей?

- Ты реально это сказала? Нет, ты реально это сказала?! Дочь, мы не так тебя воспитывали, чтобы ты потом говорила мне такие слова!

- Мам, - со слезами в голосе сказала я, - Боже, прости меня! Извини. Не скажу, что сказала это не подумав, ибо подобные мысли в моей голове нередко возникают, но озвучивать их я не хотела!

- Да? - прохладно спросили меня.

- Да! Мне до сих пор больно видеть вас. Вы такое напоминание о НЁМ, что мне больно, понимаешь?

- О, Мишель! - раздражение. - Ты носишься с этим, как с флагом! Пора прекратить это! Начни всё как бы сначала! - она заторопилась, будто я собираюсь возразить. Бог свидетель, именно это я и хотела сделать. - Я не о том, что ты должна начать встречаться с кем-то, но заведи себе друзей! Помимо Тео и Катарины, я имею в виду.

- Думаю, ты права. - После неловкого - только для меня? - молчания, ответила маме на её небольшой монолог. - Но ты и представить не можешь, как это тяжело, когда теряешь того, кого любишь! - горечь льётся из моих слов. Чувствую, что могу собрать её в банку и поставить на полку, типа, смотрите! Вот она, вся горечь стольких лет! Такая вся их себя серая, вязкая, клейкая. С чёрными прожилками. Мерзко, фу.

- Знаю, милая, - тихо говорит мама, - ведь вся эта ситуация отняла тебя у меня, у нас с Марком. Боги, девочка моя, я так хочу тебя обнять!

- Я тоже, мама, я тоже. - Чувствую, что нужно завязывать разговор. Я сейчас расплачусь. Не хочу этого делать вот так, причиняя маме еще больше боли.

- Пока, мамуль, мне пора. Хочу прогуляться, - "по ночному Парижу" - невысказанная мысль. Выдавливаю из себя смешок и надеюсь, что он получился весёлым, а не наигранным. - Передавай "привет" Алеку и папе! О, кстати, а где мой дражайший брат?

Судя по всему, у меня получилось правдиво, так как мама ответила весьма спокойно:

- Он с Клэр, его девушкой. Она человек. Помнишь, я говорила тебе о ней?

- О да, мам, как я такое могу забыть? - на этот раз мой смех не был поддельным, - передай ему от меня пожелания удачи в этих отношениях! И, да, - пауза. - Я вас всех люблю! Тебя - особенно. Ты такая... любимая. Прости за всё, что я сказала и не сделала, - закусила губу от чувства вины. И, - о да, - таки пытаясь этой небольшой болью подавить слёзы.

- Мы тоже тебя любим, не забывай об этом. Примем, когда бы ты ни вернулась к нам.

Слёзы, уже не скрываясь за веками, стекали по моим щекам. Не смотря на этот факт, я сказала так нежно, как смогла:

- Пока, люблю вас всех! Всего хорошего, мамуля.

- И тебе, милая. Удачи, она тебе явно понадобится! - и отключилась. Вот и всё. Можно прогуляться по красивому, тихому Парижу.

****