Молотков Сергей.: другие произведения.

Кусочек хлеба.

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:

   Кусочек хлеба.
  
  
  
   Пролог.
  
  
   Заброшенная ферма внутри представляла удобную конструкцию, для разведения кур. По ее бокам находились, чуть ли не до самого потолка, клети для пернатых наседок с деревянными перекладинами и с вереницей продолговатых кормушек, а так же емкостей для воды. Все они были пусты, заброшены, местами поломаны. Посреди фермы находился широкий коридор, густо покрытый перегнившим куриным пометом, но не везде. В одном месте пол был аккуратно вычищен от постороннего мусора. Там, на белеющих досках, виднелась аккуратно нарисованная пятиконечная звезда, внутри которой находились пересекающиеся ровные линии. По ее углам стояли большие черные свечи. Они то и создавали тусклый свет, который мальчики разглядели сквозь щели досок. Прямо по центру пятиконечной звезды стояла небольшая керамическая тарелка, где лежал кусочек хлеба, надкусанный их любимой бабушкой, а рядом с ней находилась сама злая колдунья.
   Она выглядела такой, какой ее увидел Никита первый раз, обычной добродушной дачной соседкой. Но это продолжалось до тех пор, пока ведьма что-то варила в котелке, подвешенном на треноге над небольшой керосиновой горелкой. Как раз этот запах, ребята ощутили, находясь недалеко от фермы.
   Стоило колдунье закончить со своим зельем и начать ворожбу, как она сразу преобразилась. Ее кожа посерела, стала похожа на вяленую рыбу, щеки впали, как у покойника, выросли ногти на руках, нос удлинился, превратившись в костлявый крючок. Вокруг головы появилась черная аура, намного черней самой ночи, которая по сравнению с ней казалась светлым днем. Глаза налились ярким пурпурным огнем, готовые в любое мгновение оросить округу обжигающими искрами.
   Наблюдая такую внезапную перемену во внешности колдуньи, мальчики невольно поежились от страха. Им первый раз в жизни пришлось лицезреть такое волшебство, и оно ребятам очень не понравилось.
   Тем временем страшная ведьма, совершила какой-то непонятный ритуал с ножом, с кровью из пальца, после чего начала произносить слова, вначале тихо, но постепенно наращивая звук:
  
   - Книга теней, позволь служить твоему господину!
   Книга теней, позволь служить твоему господину!
   Книга теней, позволь служить твоему господину!
  
   Стоило колдуньи начать читать заклинание, как погода на улице сразу испортилась. Поднялся сильный ветер, его посвистывание хорошо было слышно через стенные щели, где-то вдали загрохотал гром.
   Тем временем ведьма продолжала:
  
   - Я, его верная слуга, помню о нем всегда!
   Он на мои призывы внемлет,
   Силой колдовской меня наделит!
   Я в ответ жизнь людскую загублю!
   Душу невинную в жертву принесу!
   Проведи от хлебного куска тонкую нить,
   К тому, кто успел его вкусить!
   По тому лучу я силу чужую получу,
   А невинную душу господину я вручу!
  
   Затем пошли совершено не понятные слова. Они выходили ритмичными, завораживающими. Мальчики, невольно поддаваясь магии слова, притихли, заслушались.
   Первым опомнился Никита. Он встрепенулся, одернув своего брата за рукав футболки.
   - Что? - очнулся от завораживающих звуков Максим.
   - Она начала свою волшбу, - напомнил ему Никита, - нам нужно что-то делать, чтобы помешать этому, пока не поздно!
   - Так говори, что делать! - сразу предложил Максим, возложив всю ответственность на своего брата.
   Никита растерялся. Он не знал, как остановить вредоносное заклинание. Мальчик сидел на корточках, лихорадочно думая, наблюдал за действиями злой ведьмы.
   Та уже собиралась заканчивать произносить свою волшбу, это было понятно по ее интонации. Над тарелкой с кусочком хлеба начал появляться белесый дымок.
   Увидав такое дело, Никита принял решение.
   - Максим, стреляй из рогатки по тарелке! - скомандовал он.
   Брат не стал спорить. Он, сидя на корточках, семенящими шагами, немного приблизился к колдунье, старательно прицелился и выстрелил. Тоже самое, проделал Никита.
   С первого раза у них попасть не получилось. Камни ушли немного влево, правда, при этом свалили пару свечей. Второй залп вышел удачней. Снаряды попали точно по тарелке. Та разбилась на мелкие фрагменты, разгоняя сгустившийся над ней дымок. Кусочек хлеба, над которым творилась волшба, укатился в неизвестном направлении.
   Заклинание было нарушено в самый последний момент. Последствия такого положения вещей не заставило себя долго ждать. Колдунья отшатнулась, словно ее покачнул мощный порыв ветра, а потом на глазах у ребят, тело злой старухи начало корежить, изгибая во все стороны. Она дико закричала от боли, получив откат незаконченного колдовства.
   Воспользовавшись этим моментом, мальчики со всех ног помчались к ведьме. Они рассчитывали, пока колдунья в замешательстве, подскочить к ней и обрезать ножницами связующую бабушкину нить.
   Но все же, ребята опоздали.
   Ведьма оказалась крепче, чем им хотелось. Она быстро оправилась от болезненного удара и сразу начала искать виновников разрушенного заклинания. Собственно и искать то не пришлось, потому что мальчики сами к ней бежали. Когда расстояние до нее сократилось до двух шагов, колдунья резким жестом выбросила вперед руку и произнесла короткую фразу на непонятном языке. После этого ребята замерли на месте, как каменные истуканы. Они пробовали пошевелить рукой или ногой, но у них ничего не выходило.
   - Значит, вот кто нарушил мое заклинание! - со злой улыбкой на губах, произнесла колдунья. - Рада тебя видеть, Никита. А это кто с тобой? Дай угадаю. Ну конечно твой двоюродный братец!
   Мальчики стояли и слушали ее, а злая ведьма продолжала:
   - Ты знаешь, что сейчас я сделаю с вами? Ага, не заешь. Так вот, сейчас я вас превращу в маленьких поросят, таких розовеньких, с маленькими пятачками и хвостиками крючком. А потом, поджарю вас на вертеле до хрустящей корочки и буду, долго лакомится вашим нежным мясом! Ох, как я люблю свежую свининку!
   Услышав такие слова, мальчики сильно испугались. Они хотели закричать - мама! Но и этого не могли сделать, потому что даже рот не подчинялся их воле. Им только оставалось стоять на месте и лить горючие слезы от страха, от беспомощности и от бессилия. Они не хотели становиться маленькими поросятами и не хотели, чтобы ими лакомились. Но больше мальчиков огорчало другое. Они попались в лапы злой колдуньи и теперь, некому будет спасать их любимую бабушку, от этого ребята впали в отчаяние.
   - Страшно? - усмехнувшись, спросила колдунья. - Впредь будете знать, как другим людям мешать делать важные дела! Хотя, в будущем вам этого сделать больше не удастся! А сейчас я возьму свою колдовскую книгу и найду нужное заклинание. Потерпите, детки, скоро я из вас сделаю очень аппетитных поросят!
  
   Два дня до этих событий.
  
  
  
   Глава первая.
   Игрец.
  
   Солнце, поднявшись из-за горизонта, безжалостно разогнало ночные сумерки. Оно с каждым мгновением понималось все выше и выше, стремясь, как можно быстрее занять свое место на небосводе и разлиться множеством ярких лучей по всей округе. Вот такой один беспокойный лучик, сумев пробраться через москитную сетку, натянутую на окне веранды, начал озарливо бегать по закрытым векам Никиты, тем самым мешая ему спать.
   Мальчик поворочался с боку на бок, стараясь устроиться поудобней и продолжить дальше спать, но нет, ничего не вышло, проказник солнечный луч продолжал его тревожить.
   - Ладно, ладно, встаю, - сказал сам себе Никита и поднялся с железной кровати, протирая заспанные глаза.
   Почему всегда так бывает, как наступают каникулы, совершено не хочется спать, а вот во время учебы никогда вовремя не подымаешься? Может все это происходит от сознания полной свободы от всего; от занятия в школе, от обязательных выполнений домашних заданий, от внеклассного чтения, от классных часов. Когда знаешь, что с самого утра можешь заниматься чем угодно только не учебой, которая за целый год изрядно утомила.
   Вот и сегодня Никита только успел подняться, как сразу же решил направиться к компьютеру, чтобы немного поиграть в свою любимую игру. Это у него уже стало привычкой, сначала порезвиться за стрелялкой, пока все спят, а уж потом заняться менее значимыми вещами, как умывание, одевание и завтрак.
   Никита был обыкновенным мальчиком девяти лет, немного выше своих сверстников, с голубыми, широко открытыми глазами, светло русыми волосами, которые были коротко пострижены, с небольшим прямым носом и слегка оттопыренными ушами. Если на него посмотреть со стороны, то он ничем не отличался от своих сверстников; также любил поиграть, немного пошалить, а иногда помечтать, лежа на кровати.
   В этом году Никита закончил второй класс на четверки и пятерки на радость своим родителям и в данный момент находился на продолжительных летних каникулах.
   Подняться он поднялся, а вот насчет утреннего ритуала у него вышла промашка. Никита вспомнил, они же приехали на дачу на целых три дня! так что на весь этот период ему придется забыть о компьютере. Досадно конечно, но не стоит расстраиваться из-за пустяка, ведь можно поиграть в какую-нибудь другую игру, хотя бы в туже стрелялку, для этого все есть, а точнее сказать; в наличие имеется пластмассовый автомат, пластиковые гранаты, кустов и деревьев в округе навалом, значит, будем защищать периметр дачи от потенциальных врагов. А если их нет, не беда, необузданная фантазия ребенка может наплодить захватчиков в изрядном количестве.
   Никита встал с кровати, которая стояла на веранде, возле глухой стены, сделал пару шагов в направлении стола, чтобы глотнуть воды из графина и в этот момент услышал за дверью какой-то посторонний шум, тихий такой, еле различимый. Он замер на месте, прислушался. Кто это мог быть? Ведь в такую рань ни старшая сестра, ни родители не могли подняться без веской причины. Значит это кто-то чужой? Кто же это? Жулики или бездомное животное забралось на их дачный участок, или шальной порыв ветра решил слегка подшутить над только, что проснувшимся мальчиком?
   Никите стало страшно и в тоже время любопытно.
   Бывает так, ты пугаешься того, что не видишь за закрытой дверью, но в тоже время тебя просто распирает от желания узнать, что же, там такое прячется, скрывается, остается невидимым. И во многих случаях любопытство побеждает осторожность, заставляет окунуться с головой в неведомое.
   Вот и сейчас Никита не выдержал. Он, трясясь от страха и любопытства, подошел к двери, которая вела на улицу, стараясь, как можно тише открыл замок, осторожно приоткрыл ее, совсем чуть-чуть, так чтобы можно было выглянуть в небольшую щелочку и при первых признаках опасности мгновенно захлопнуть обратно, заперев на все запоры.
   Никита выглянул во двор. Там возле крыльца он увидел какой-то пушистый комок, который возился около деревянных перил. Сначала Никита принял его за приблудного кота, но потом понял свою ошибку. Нет, на домашнего питомца это что-то непонятное совсем было не похоже. Какой же это кот, если у него нет хвоста, да и уши похожи на человеческие, только слегка заостренные вверх. Само тельце, покрытое коротким серым пухом, было крупнее кошачьего, да и короткие ножки совсем не походили на лапы. Так может это обезьяна, сбежавшая из зоопарка?
   Пока Никита размышлял над происхождением невиданного чуда, то самое чудо из чудес повернулось к нему лицом, хитро подмигнуло большим карим глазом, приложило палец к губам и тихо произнесло:
   - Тс-с-с! Ты спишь и видишь меня во сне. Ты понял меня?
   - Ага, - ответил Никита, продолжая смотреть, широко распахнутыми голубыми, по-детски наивными глазами на говорящее чудо.
   - Тогда чего стоишь, иди, ложись в постель, а то еще простудишься, - практически шепотом произнесло невиданное чудо.
   - Ага, - смущено улыбаясь, повторно прошептал Никита в ответ и медленно прикрыл дверь.
   Стоило ему это сделать, как он понял - его надули.
   Никита ощущал голод, ладно, во сне живот тоже может урчать, прося покушать, но вот прохладу от бетонного пола и запах раннего утра, наполненного загородным неповторимым ароматом, таких тонкостей в ночных грезах не почувствуешь. Из этого можно сделать только один вывод - он не спит, а значит, его обвели вокруг пальца.
   Осознав это, Никита выбежал на крыльцо. Ему сразу же бросилось в глаза, что маленький пушистый лгунишка улепетывает от дома, аж пятки сверкают, по центральной дорожке в сторону дальнего забора, туда, где рос густой кустарник малины, где стояли, вешала с виноградником, да и плодовых деревьев в этом месте было много. По все видимости там он решил укрыться от посторонних глаз. А может у него там домик?
   - Эй, ты куда? - Никита приглушено выкрикнул вслед пушистому лгунишке.
   Тот услышал.
   Пушистик обернулся на окрик и отвлекся на мгновение от своего пути. Этого было достаточно.
   Раздался громкий
   БУМ
   в утренней тишине.
   Это пушистик наступил на грабли, которые кто-то 'услужливо' положил прямо на дорожке. Получив внушительный удар по голове, тот вскрикнул ОЙ, повалился на землю и замер.
   Никита подбежал к нему. Только вблизи ему удалось хорошенько рассмотреть незваного гостя, который лежал неподвижно, прикрыв глаза длинными черными ресницами.
   То, что он принял за густую кроткую шерстку, оказались тоненькой курточкой и коротенькими штанами, покрытыми серым пухом. Сам незнакомец был маленький, всего полметра ростом, пепельные кудрявые волосы спадали до самых плеч, волнистым водопадом, лицо обычное, человеческое; нос картошкой, широкий рот с пухлыми розовыми губами, густые брови, сросшиеся, в одну линию, овальный подбородок, узкий лоб.
   - Ух, ты! - с удивлением тихо воскликнул Никита.
   Перед ним лежал маленький человечек!
   А кто у нас бывает маленьким? Только гномы и хоббиты. Правда, у вторых, ноги покрытые шерстью, а у незнакомца такой обильной волосатости не наблюдалось. Но и бороды, как у гномов не было. Для коротышек из Цветочного города и для гарантийных человечков он был слишком высок. Так кто же это?
   Незнакомец открыл широкие карие глаза, посмотрел на Никиту и удивленно спросил:
   - Ты меня видишь?
   - Ага, - ответил мальчик.
   - Странно, так не должно быть, - задумчиво пробормотал незнакомец, - Живчики не могут нас видеть.
   - Ты кто? - в свою очередь задал вопрос Никита.
   - Что? - задумавшись, незнакомец не понял, о чем его спрашивают.
   - Кто ты такой? - повторил свой вопрос мальчик. - Я никогда не видел таких малюсеньких людей.
   - Я не люди, - гордо ответил незнакомец, - я Фимка - Игрец.
   - А меня Никитой звать, - представился мальчик, - странная у тебя фамилия Фимка.
   - Это не фамилия, - поправил его незнакомец, поднимаясь с земли. Он сморщился и потер затылок, где уже начала наливаться большая шишка. - Игрец, это сущность моя, а такую важную деталь обязательно нужно выделять, точнее, произносить с большой буквы.
   - Это как Астрахань? - уточнил Никита.
   - Как Астрахань, - согласился с ним Фимка, - только я не город.
   - А кто же? - продолжал интересоваться мальчик. Еще бы, когда видишь что-то странное, как можно в такой ситуации удержаться от вопросов, если они так и просятся слететь с языка очень большим потоком. Приходится даже сдерживать себя, чтобы самому не запутаться.
   - Игрец я, - напомнил Фимка.
   - Ага! - догадался Никита. - Ты любишь играть в компьютерные игры! Тогда ты не Игрец, а геймер, такой же, как я.
   - Вот темень несусветная! - закатив глазки, проворчал Фимка. - Я не геймер, а Игрец!
   - Тогда, что такое Игрец? - спросил Никита.
   - Я же тебе говорил, это моя сущность, - начал втолковывать недогадливому мальчику Фимка, - а еще нас называют домашними духами или маленьким народцем.
   - Маленьким народцем? - удивлено переспросил мальчик.
   - Ну да, - ответил Игрец, - нас много и все мы разные. Разве ты не слышал про домовых, гуменниках, об овинниках, банниках, запечниках, подпольниках, стоговых?
   - Почему же, слышал про домового, - обрадовался Никита, услышав пару знакомых слов, - фильм такой показывали про наемного убийцу. Там еще Хабенский снимается, это тот, который в 'Дозорах' главную роль играл. И о подпольниках, вернее о подпольщиках знаю. Они вместе с партизанами воевали против фашистов на оккупированных территориях.
   - Ой, голова бедовая, шуршишь, как листва садовая да сам о том не разумеешь, - запричитал Фимка, схватившись за голову, - какие наемные убивцы, какие оккупанты! Чему вас только в школе учат!
   - О том и учат, - пожав плечами, ответил Никита. Он совершено не понимал, по какой причине так сокрушается его собеседник. - О том, как наши прадеды защищали Родину от многочисленных врагов, как кровь проливали за отечество, чтобы мы счастливо жили в мире.
   - А про нас значит, ничего не говорят? - удивлено спросил Фимка.
   - Про кого, про вас? - Никита не меньше был удивлен вопросом собеседника. Он присел рядом с ним, скрестив ноги по-турецки.
   - Конечно про маленькие народцы, про нас, - пояснил Фимка, - про то, как мы живем рядом с вами - Живчиками, как помогаем вам по хозяйству, как следим за вами, неразумными и ленивыми, что нас невозможно увидеть. Кстати, почему ты меня видишь?
   Стоило ему задать вопрос, как перед его мысленным взором появился строгий домовой Егор. Он строго помахал указательным пальцем и напомнил:
   - Запомни, Фимка, только дети с развитой фантазией могут увидеть нас. Остерегайся их, и старайся не попадаться им на глаза!
   После наставления домовой исчез.
   Фимка подозрительно посмотрел на мальчика, а вдруг он тоже слышал невидимого собеседника, но тот не выказывал удивления, значит, ничего не заметил. Тогда он успокоился и задал вопрос:
   - Никита, ты фантазер?
   - Есть немного, - смущено ответил мальчик, - ты знаешь, трудно жить на свете, когда понимаешь, что являешься младшим в семье, когда единственная сестра намного старше тебя. С тобой никто не хочет играть, все считают маленьким. Приходится самому выдумывать игры, особенно когда наказывают и не выпускают на улицу поиграть с друзьями.
   - Как у вас Живчиков все сложно в жизни, - тяжело вздохнув, сказал Фимка.
   - Почему ты нас постоянно называешь Живчиками? - спросил Никита.
   - А как же иначе? - удивился наивности вопроса Игрец. - Вы живые, значит - Живчики.
   - А вы не живые? Вы что, роботы? - поинтересовался мальчик и дотронулся до руки собеседника, рассчитывая ощутить холод пластмассы, но тот оказался теплым.
   - Мы себя считаем живыми, - ответил Фимка, осторожно отстранив свою руку, - это вы нас считаете духами, то есть бесплотными существами. Ваши старики о нас еще помнят, а молодые, как ты, уже не знают. Потому мало нас осталось, а скоро вообще вымрем, как динозавры. Кто тогда помогать вам будет?
   - А ты чем помогаешь? - спросил Никита.
   - Я стараюсь своими шутками, проказами, маленькими пакостями напоминать вам о своем существовании, чтоб вы не забывали о маленьком народце, - ответил Фимка.
   - Ага, понятно, - согласился с ним мальчик, - значит, Игрец означает, что ты любишь поиграть?
   - Не без этого, - признался Фимка.
   - Значит веревочка, натянутая на веранде и грабли на дорожке твоя работа? - допытывался Никита.
   - Ну да, - ответил Игрец, потирая ушибленное место, - вот только с граблями получилось неудачно, положил на дороге и сам на них напоролся.
   - Это разве игра, делать каверзы другим? - удивился мальчик.
   - Я просто решил немного по хулиганить, а играю совсем по-другому, - начал оправдываться Фимка.
   - А со мной поиграть согласишься? - с надеждой спросил Никита, ведь это здорово, найти нового друга на скучной даче.
   - Только когда взрослых рядом нет, - сказал Игрец.
   - Так давай поиграем, пока мои родители спят, - предложил мальчик.
   - Нет, так не пойдет, - отказался Фимка, - взрослые скоро проснутся, и тогда может получиться большой конфуз. Они же меня не видят, вот и подумают, что ты играешь с выдуманным другом, а это не очень хорошо. У них могут возникнуть плохие мысли, например, что у тебя появились галлюцинации. Тогда они вызовут врача или на скорой помощи отправят прямо в больницу. Лучше потерпи. Вот когда они уедут по делам, тогда и поиграем. А теперь пока, я пошел.
   Игрец поднялся с земли и направился в сторону кустарника малины.
   - А как я тебя найду? - крикнул ему вслед Никита.
   - Когда можно будет, я сам явлюсь перед тобой, - ответил Фимка и исчез в зарослях кустарника.
   Никита смотрел вслед новому другу, ему было грустно. Стоило так неожиданно встретить того, кто не откажется участвовать в его играх, как тот уходит прочь. Но долго находиться в печали ему не дали. Развеял грусть мамин голос, раздавшийся из дачного домика:
   - Никита, ты где? Быстро возвращайся в дом, будем завтракать!
   - Иду, мам! - отозвался Никита и побежал на веранду.
  
  
   Глава вторая.
   Инна Степановна.
  
   Завтрак как всегда состоял из овсяной каши быстрого приготовления, бутербродов с сыром и колбасой, а так же горячий чай, заваренный на мяте, листьях крыжовника и вишни. Мама говорила, что это полезно для здоровья, из-за обилия витаминов.
   Первым к столу подтянулся Никита. За ним на веранде появился заспанный папа и хмурая старшая сестра, ей не нравилось находиться на даче, где нет близких друзей и совершенно нет развлечений, даже простенького телевизора, поэтому она была с утра не в настроении.
   Завтрак прошел в тихой семейной обстановке.
   - Так, дети, сейчас мы на машине поедем в город по делам, - объявила мама, после того, как все покушали.
   Такая новость обрадовала Никиту, он даже не стал, как всегда напрашиваться в поездку. Еще бы, ведь когда родители уедут, сестра направится на второй этаж домика, там будет слушать музыку на своем плейере, а ему представится полная свобода действий, значит, можно будет поиграть со своим новым приятелем.
   Никита проводил родителей до машины.
   - Слушайся сестренку и за забор не выходи, - поцеловав в щеку, напутствовала мама.
   - Я не маленький, чтобы за мной следить, - надулся на такие слова Никита.
   - Но ты еще не совсем взрослый, чтобы оставаться без присмотра, - напомнила ему мама.
   - Я уже большой, - не согласился с ней сын.
   - Большой, большой, - мама не стала вступать с Никитой в спор, она торопилась, - ладно, Никитос, сильно не шали, не расстраивай меня. Все, иди домой, мы поехали.
   Родители сели в машину, завели мотор и поехали в сторону города, поднимая за собой шлейф пыли от проселочной дороги.
   Все взрослые покинули дачу, а это означало, что дети предоставлены сами себе - занимайся, чем хочешь. Никто тебе не будет указывать, что ты сильно шумишь, сильно кричишь, лезешь, куда не надо, стоишь под рукой или смотришь то, что не положено. Одним словом - полная свобода!
   Правда эта свобода продлилась не слишком долго. Стоило машине, где ехали родители исчезнуть за поворотом, а Насте, так звали старшую сестру, подняться на второй этаж, как вдалеке послышался знакомый дребезжащий звук мотора. Никита понял, на мотоцикле сейчас появятся бабушка с дедушкой. Так и случилось. Он еще не успел зайти на территорию дачи, как возле него остановился старенький 'ИЖ - Юпитер' с люлькой.
   - Никита, подойди, помоги вылезти из коляски, - попросила бабушка, сняв с головы шлем.
   Мальчик, как положено прилежному внуку, подошел к мотоциклу, протянув руку, забрал тяжелую сумку из коляски и поздоровался:
   - Привет, баб.
   - Привет, привет, - ответила бабушка, тяжело вылезая из коляски, и сразу перешла к допросу:
   - Чем занимаешься с утра пораньше?
   - Чем, чем, конечно балуется, - проворчал дед, слезая с мотоцикла и снимая с головы мотоциклетный шлем.
   - Хватит с утра ворчать, - осадила его бабушка, поцеловала внука в щеку и продолжила:
   - Чем родители занимаются? Все еще спят или поднялись из постели?
   - Они по делам уехали, - ответил Никита, - обещали долго не задерживаться. А вы разве их по пути не встретили?
   - Нет, видать, мы другой дорогой ехали, - сказала бабушка. - А где Настя? Она в городе дома осталась или здесь?
   - На втором этаже, музыку слушает, - сказал Никита.
   - Ну ладно, нечего стоять, пошли, посмотрим, что у вас на даче творится, - предложила бабушка.
   Дед вытащил еще пару сумок из люльки, и они направились на участок, по-привычке глядя по сторонам. Там в домике прямо на веранде оставили свою поклажу.
   С прибытием деда с бабушкой Никита понял, ему сегодня не удастся поиграть с новым другом. А как это сделать, если взрослые постоянно будут находиться на улице. Понятно, что никак. Так и вышло.
   Бабушка с дедом вышли в огород. Они обнаружили, что дела там совсем запущены, грядки сухие, кругом полно сорняка. Дед сразу включил воду, принялся за полив, а бабушка взялась за прополку. Никита чем мог, тем помогал им, но вскоре устал от жары и от монотонной скучной работы.
   Он направился на веранду. Там стоял холодильник, где находились бутылки охлажденной минералки. Никита достал одну, налил в стакан водички, попил.
   - Баб, дед, пить будете? - крикнул он в широкое окошко закрытое металлической сеткой от москитов. Она хорошо спасала от назойливых комаров и мошки, но позволяла видеть все, что творится на улице.
   - Давай! - радостно отозвался дед.
   Никита взял открытую бутылку и побежал к нему. Дед, опершись на мотыгу руками, терпеливо ждал его. Вот внук подбежал к нему, протянул запотевшую бутылку. Тот перехватил ее, открыл крышку и с удовольствием напился холодной водицы.
   - Ух, хорошо, - выдохнул он, оторвавшись от горлышка, - спасибо, не дал деду умереть от жажды. Иди, отнеси бабе, она тоже пить хочет.
   Никита послушно выполнил поручение. Он подбежал к бабушке передал ей бутылку. Та неторопливо попила холодной воды, завинтила крышечку. Когда она передала бутылку внуку, со стороны забора соседней дачи раздался жизнерадостный женский голос:
   - Здравствуйте соседи!
   Все обернулись в ту сторону. Там, опершись на тонкий штакетник забора, стояла незнакомая пожилая женщина, лет шестидесяти - шестидесяти пяти, высокая, немного сутулая, с длинными седыми волосами, распущенными до самой поясницы. Она широко улыбалась, наблюдая за мирным семейством на соседнем участке дачи.
   - Здравствуйте! - поздоровалась бабушка. - А вы кто?
   - Я Инна Степановна, старшая сестра Ольги Степановны, вашей соседки, - ответила женщина.
   - А она с мужем куда подевалась? - спросила бабушка, подходя к забору. Она любила посплетничать со своими знакомыми, да и с незнакомыми людьми тоже.
   - Они поехали в Воронеж, погостить к своим родственникам, а меня попросили присмотреть за дачей, - ответила Инна Степановна. - Чайком не хотите побаловаться? У меня пироги с клубникой имеются.
   - От чая я не откажусь, - что-что, а чаевничать бабушка любила.
   Она считала чай душевным напитком, под который хорошо вести душевные беседы, поэтому покупала заварку 'Беседа'. Бабушка всегда, прежде чем заваривать свежий чай, сначала ополаскивала заварной чайник кипятком, клала четыре щепотки заварки, обязательно засыпала туда две чайных ложки сахара, для крепости, накрывала небольшой фарфоровый заварник плюшевым чехлом, чтоб настоялся лучше, нарезала на тарелочку тоненькие дольки лимона и угощала всех, ведя неспешный разговор на разные темы. Так что ничего удивительного не было, когда она согласилась сходить в гости.
   - Шурик, пойдем чай пить, соседка приглашает! - крикнула бабушка дедушке.
   - Нет, - отказался тот, - ты иди, а я еще немного поковыряюсь в грядках, да полить кое-что надо.
   - А ты, Никита, пойдешь? - спросила бабушка.
   - Пойду, - согласился внук. Еще бы, как можно, по доброй воле, отказаться от сладких пирогов да еще с клубникой.
   Получив согласие от внука, бабушка взяла его за руку и они так, тандемом, вышли с дачи через железную калитку, прошлись немного по не очень широкой центральной улице и зашли к новой соседке. Инна Степановна их уже поджидала. Она провела гостей в одноэтажный деревянный домик, разместила за накрытым столом на веранде.
   Никита осмотрелся. Веранда была небольшой, меньше чем у них в дачном доме, так что там смог поместиться небольшой старенький холодильник, электроплитка на которой можно готовить или разогревать еду, четыре деревянных табуретки и стол, за которым они сидели. На нем в самом центре величественно был водружен самовар, натуральный, Тульский, с начищенными медными боками, тот, который топится чурками или древесным углем, это вам не электрочайник, это душа русского застолья.
   Возле главного столового предмета расположились небольшие чайные чашки, тарелка с обещанными пирогами, порезанный тонкими кусками белый хлеб и маленькая розетка с вареньем.
   - Земляничное, - пояснила соседка, увидав неподдельный интерес мальчика к варенью, - обязательно попробуйте. Я его сама готовила.
   - Где вы взяли землянику? - удивилась бабушка. - У нас же она не растет.
   - Это я была в гостях у родственников на Урале, - ответила Инна Степановна, - там, в лесу насобирала, там и готовила. Мальчик, ты когда-нибудь был в лесу?
   - Конечно, был, - гордо ответил Никита, - прошлым летом мы с бабушкой ездили в Пензу, в село к другой бабушке. Правда, не к родной, а к двоюродной. Там мы ходили в лес и тоже собирали землянику.
   Про то лето Никита хорошо помнил, особенно, когда впервые попал в настоящий лес.
   По ягоду он с бабушкой решил пойти с самого утра. Когда солнышко только поднялось из-за горизонта они вышли из дому. Их путь пролегал между широких полей засаженных кукурузой, которая возвышалась над головой, закрывая собой весь обзор. Затем пошли посадки ржи и гороха, только после них появился подлесок. Туда Никита заходил с замиранием сердца.
   По понятиям городского человека лес считается непроходимыми дебрями, где сплошь и рядом лежат буреломы, заслоны из густого кустарника и деревья стоят монолитной стеной, кругом слышится гулкое уханье филина и протяжные выкрики сыча, небо полностью закрыто кронами деревьев, образуя вечный полумрак, одним словом - жуть, как в сказке о гоблинах и орках. Потому-то Никита робел перед этим походом.
   На самом деле все было не так.
   Никита с бабушкой прошел с километр по лесной дороге, по ней часто ездили на машинах и телегах запряженных лошадьми, так что она была хорошо утоптана, образуя две не слишком глубоких колеи. По ее обочинам рос орешник. Никита на ходу срывал еще не созревшие зеленые орехи и неторопливо их грыз. Они были молочные на вкус, весьма сочные, конечно не такие как спелые, но все же, съедобные. Во всяком случае, орешки ему нравились.
   Вскоре показалась развилка. Одна дорога уходила направо, другая, которая была шире - налево. Бабушка выбрала первую. По ней они прошли еще сто метров, после чего дорога незаметно растворилась и они оказались посреди леса.
   Никита даже не заметил этой перемены. Он огляделся.
   Лес оказался не таким страшным, как ему виделось в фантазиях. Кругом было светло, деревья стояли далеко друг от друга, так что солнечные лучи свободно проходили между ними. Кустарник, был, конечно, но он стоял не сплошной стеной, а местами, так, что его можно обойти. Филина и сыча не было слышно, зато по всей округе раздавался звонкий голос кукушки.
   Бабушка тогда еще спросила у нее:
   - Кукушка, кукушка, скажи, сколько мне осталось жить?
   И они начали считать, сколько раз кукушка прокукует. Считали, считали, а кукушка не останавливается. Тогда они забросили это безнадежное дело и занялись поиском поляны, где растет земляника. Вскоре такова нашлась. На той поляне за день они набрали целое лукошко ароматной земляники.
   Пока Никита вспоминал про прошлое лето, Инна Степановна разлила по чашкам чай, разрезала большой пирог на кусочки и они все вместе начали чаевничать.
   Бабушка с соседкой неспешно вели разговор о погоде, о ценах в магазине, на рынке, о разных незначительных событиях, которые произошли в городе и стране, обсуждали его родителей, сестренку и много другое.
   Никита слушал их в пол уха, налегая на пироги. Вскоре он наелся, разговоры взрослых его стали утомлять. Никита от скуки стал ерзать на стуле. Наконец он не выдержал, отложил в сторону недоеденный кусочек хлеба, намазанный земляничным вареньем, поставил на стол пустую чашку и спросил:
   - Баб, можно я пойду?
   - Что же ты хлеб не доел? - бабушка показала на кусочек хлеба. - Свою силу оставляешь. Ну-ка доешь сначала, а потом иди.
   - Баб, я больше не хочу, - воспротивился Никита. Он на самом деле был сыт, и ему не хотелось доедать даже этот маленький кусочек хлеба.
   - Не надо заставлять, если не хочет, пусть не доедает, - вступилась за него соседка, - иди, мальчик, иди, а я потом подберу со стола все недоеденные кусочки и накормлю бездомных собак.
   - Чего уж там, иди, посмотри, чем дед занимается, - уступила бабушка, - а я еще немного посижу.
   Никита довольный, что его не заставили доедать, сорвался с места и мигом помчался на свой дачный участок.
   Бабушке тоже долго задержаться в гостях не удалось. Вскоре она услышала голос Никиты:
   - Баб, тебя дед зовет!
   - Спасибо, соседка, за чай, за пироги, - поблагодарила бабушка, отложив в сторону недоеденный кусочек бутерброда, - пойду я, а то дед без меня изведется, начнет ругать, почем не попало.
   - Не надо благодарности, - ответила Инна Степановна, - мне самой было приятно посидеть, пообщаться с такими милыми людьми.
   - Может помочь убрать со стола? - предложила бабушка. - А то пришли с пустыми руками, насорили и ушли, как-то неудобно получается.
   - Ну что ты, мне не в тягость убрать со стола, - успокоила ее Инна Степановна, - можешь не беспокоиться, я еще немного попью чаю и приберусь.
   - Тогда я пошла, - успокоилась бабушка.
   - Как будет свободное время, заходите с мужем, я всегда рада гостям, - сказала на прощание соседка.
   - Обязательно придем, - пообещала бабушка и пошла на свою дачу.
   Стоило гостям удалиться, как вся доброта с Инны Степановны слезла, словно змеиная кожа, ее глаза налились злобным огнем, милая улыбка стала зловещей. Она получила то, что хотела, а именно - два недоеденных кусочка хлеба, которые конечно не собиралась отдавать бездомным собакам, они нужны ей были совсем для другого дела.
   Инна Степановна поднялась из стола, убрала всю грязную посуду в мойку, только после этого бережно взяла недоеденный бутерброд, отнесла его в комнату и положила наверх серванта, пусть там полежит до ночи, когда наступит полнолуние, она им займется. А вот другой кусочек хлеба можно использовать сразу.
   Соседка прошла на веранду, подошла к столу. Она подняла недоеденный мальчиком хлеб, взяла его, положила в тарелку. Теперь нужно ее отнести в комнату положить посреди помещения и заняться черным делом.
   Инна Степановна торопилась, ей очень хотелось побыстрей набраться сил, омолодиться. Она же была не просто пожилой женщиной, она была колдуньей, злой колдуньей, которая прожила на свете триста лет и все это время она подпитывалась от таких доверчивых людей, как пришедшие в гости соседи. Вот и сейчас Инна Степановна собиралась забрать оставленную силу из кусочка хлеба, совершив колдовской ритуал.
   Она торопливо понесла тарелку в комнату.
   Уже подходя к двери, неожиданно ноги Инны Степановны заплелись друг о друга, колдунья чтобы не упасть, выронила из рук тарелку. Та, ударившись об пол, разбилась на мелкие кусочки, а недоеденный хлеб куда-то укатился. Колдунья опустилась на колени и стала лихорадочно искать его, но он как сквозь землю провалился. Инна Степановна ругаясь, продолжала шарить по полу, но так ничего и не нашла. Такое положение вещей сильно разозлило колдунью, она была готова от ярости разнести весь дом на куски. Но этим делу не поможешь. Тогда она усмирила свой гнев и решила дождаться ночи, чтобы сотворить более сильное колдовство над оставшимся кусочком хлеба.
  
  
   Глава третья.
   Игрец и Никита.
  
   Никита, позвав бабушку, решил слегка ополоснуться в душе, который находился в дальнем углу дачи, возле хозяйственного сарая, где хранились все необходимые инструменты, как лопаты, вилы, мотыги, шланги. Конечно, лучший вариант сходить на речку, там поплескаться, позагорать, но пока родители не приехали, никто с ним туда не пойдет. Так что придется довольствоваться обычным летним душем. Это простое, но весьма полезное архитектурное сооружение на даче. Летняя душевая кабина представляет собой небольшой деревянный сарай, всего полтора метра на полтора, на крыше водружен железный бак, в котором встроен кран с решетчатой лейкой, туда наливается вода и за счет летнего солнца она нагревается. Так что можно принимать теплый душ без дополнительного подогрева. Бак же регулярно наполняется водой из шланга. Вот и вся система. Просто и надежно.
   Он прошелся по центральной дорожке, почти до самого забора, свернул направо, направился вдоль виноградных кустов, которые гибкими вьюнами оплели высокие, деревянные вешала, изготовленные из тонких реек. Когда Никита подошел к душевой кабине, то ощутил, как кто-то его дергает за задний подол футболки. Он резко обернулся. Перед ним стоял его новый друг Игрец.
   - Ты! - удивился его появлению мальчик.
   - Тс-с-с! - прошипел Фимка, прижав указательный палец к губам. - Не кричи так громко, а то все услышат.
   - Ага, - Никита послушался, стал говорить тише. Он был очень рад вновь увидеть Игреца.
   - Ты зачем ходил к соседней старухе? - строго спросил Фимка. По нему не было видно, что он рад встречи.
   - Она меня с бабушкой пригласила в гости, - объяснил мальчик, - вот мы и пошли.
   - Все равно не нужно было к ней ходить, - проворчал Игрец.
   - Почему? - удивился Никита. - Она такая добрая, угостила нас пирогами, земляничным вареньем.
   - И ты, конечно, не доел один кусочек, - продолжал ворчать Фимка.
   - А ты откуда знаешь? - удивлено спросил мальчик.
   - Тебе разве бабушка не говорила, что недоев кусок, ты оставляешь свою силу? - не ответив, Игрец сам задал вопрос.
   - Говорила, - честно признался Никита и уже не так уверено добавил, потому что понимал, неспроста задают ему такие вопросы, - но это же, не правда.
   - К сожалению это не присказка, не сказка, все это чистая, правда, - тяжко вздохнул Фимка.
   - Но почему? - не мог понять Никита.
   - Потому что это все началось не вчера и не сейчас, а много веков назад, тогда, когда люди верили в своих древних богов, почитали, любили их. Те отплачивали им взаимностью. Из всего пантеона, семейства русских древних богов, больше всех за людьми следила, оберегала их, прекрасная, вечно молодая богиня Жива. Кстати от ее имени саму пшеницу назвали жита, что значит - дает жизнь, - начал объяснять Фимка. - Она сказала людям - ешьте сытно, набирайтесь сил, но помните, каждый недоеденный кусок, особенно хлеба, будет забирать частичку вашей силы, но ежели, вы съедите все, до последней крошки, то воздастся вам троекратно, будете вы сильны и духом и телом, да проживете в здравии долгую счастливую жизнь.
   Те послушались ее, стали выполнять ее завет, покупать пищу да накладывать в тарелки ровно столько, сколько могли съесть, стараясь даже крошки подбирать со стола, нечего оставлять свою силу. Здесь еще была одна причина, почему они так поступали. В те времена многие из людей знали истинное слово, то которое используется в магии для составления заклинаний, знали каким тоном нужно его произносить, когда тише, когда громче, вербально или просто хриплым голосом. Так что была большая вероятность, что оставляя недоеденную пищу, ты оставляешь силу колдуну, который непременно воспользуется этим и выпьет всю жизненную энергию из тебя или может приворожить, сделать своим рабом навеки. Сейчас же вы забыли про своих старых богов, забыли их заветы. Покупаете пищу столько, сколько не можете съесть, все у вас пропадает, вот и выкидываете продукты на помойку. Хорошо, что много бездомных собак возле мусорных бачков водится. Они съедают ваши отбросы. Так же хорошо, что истинные слова стерлись их вашей памяти, и вы не знаете, как их нужно произносить, потому и не можете заниматься колдовством. А вот силы вы свои постепенно теряете, становитесь слабыми, больными.
   - Значит, чтобы быть сильным и здоровым нужно все доедать за собой? - задал закономерно возникший вопрос Никита.
   - Конечно, - ответил Фимка, - зачем кому-то оставлять свои силы. А сегодня ты вообще дважды опрометчиво поступил, когда оставил кусочек хлеба у соседки по дачи.
   - Почему? - удивился Никита.
   - Потому что она одна из немногих кто еще помнит истинные слова, - пояснил Игрец, - ваша соседка злая колдунья. Она неспроста пригласила вас в гости. Колдунья знала, что ты недоешь хлеб и решила этим воспользоваться, чтобы забрать твои силы.
   - И что теперь? - у Никиты все похолодело внутри от такого известия.
   - Что, что, утащил я тот кусок хлеба, у нее прям из-под носа. Держи, ешь и больше не делай так, - Фимка протянул мальчику маленький кусочек хлеба.
   Тот схватил его и сразу же засунул в рот, потом старательно прожевав, проглотил.
   - Теперь со мной все будет в порядке? - с надеждой в голосе спросил Никита.
   - Конечно, - успокоил его Фимка.
   - А моя бабушка там не оставляла недоеденного хлеба? - забеспокоился мальчик. Он не хотел, чтобы с его любимой бабушкой случилось что-то плохое.
   - Про это я ничего не ведаю, - ответил Игрец, - когда я появился на веранде, колдунья хотела унести твой кусочек хлеба в свою комнату. Пришлось ей помешать сделать это. А других кусочков хлеба мне не удалось заметить.
   - Может она его спрятала в той комнате? - спросил Никита.
   - Может, - согласился с ним Фимка, - но в ту комнату мне вход не доступен. Колдунья поставила там магическую преграду, которую нам, маленькому народу не преодолеть.
   - И что же тогда делать? - встревожено спросил мальчик.
   - Надеяться, что твоя бабушка доела за собой и не оставила даже крошки на столе, - ответил Игрец.
   - А если оставила? - не унимался Никита.
   - Тогда твоей бабушке грозит беда, - поникшим голосом ответил Фимка.
   - Я не хочу, чтобы с моей бабушкой случилось что-то нехорошее, - Никита был очень огорчен известием.
   - Не горюй, Никита, - стал успокаивать его Игрец, - я попробую у дядюшки домового узнать, как помочь твоему горю. А сейчас прощай.
   Фимка, как незаметно появился, так же незаметно исчез.
   Никите после такого разговора расхотелось купаться в душе. Он развернулся и направился к дачному дому, размышляя над тем, как помочь бабушке, но ничего толкового придумать не мог.
   Когда Никита вошел на веранду, то увидел, что родители уже вернулись. Они сидели у стола, и пили холодную минералку. Вниз, со второго этажа спустилась Настя, его старшая сестра. Она была на десять лет его старше, высокая, стройная, с длинными русыми волосами, схваченными на затылке резинкой в хвостик.
   - Никита, купаться на речку пойдешь? - спросила Настя.
   - Пошли, - с радостью согласился брат, - мам, пап, вы пойдете с нами?
   - Нет, Никита, мы останемся, а то неудобно получится, дедушка с бабушкой на огороде работают, а мы отдыхаем, идите вдвоем, - ответила мама и сразу же добавила, - Настя, следи повнимательней за Никитой, а то он еще плохо умет плавать.
   - Хорошо, - согласилась дочь.
   - Я хорошо плаваю, - зато возразил Никита.
   - Но не до такой степени, чтобы ходить купаться одному, без пригляда, - привела убедительный довод мама, после чего строго добавила:
   - И не спорь, а то никуда не пойдете.
   - Пошли, Никита, - позвала Настя.
   - Пока, мам, пока, пап, - по привычки сказал сын и последовал за сестрой, которая уже вышла на улицу.
   - Долго на речке не задерживайтесь, а то перегреетесь на солнце! - крикнула им вслед мама.
   - Ладно! - ответили хором дети.
   Дачный поселок находился на берегу Волги, вернее, на берегу Старой Волги. Эта протока была намного уже главной реки и омывала с левой стороны остров Малый, а так же остров Большой или как еще его называют - Долгий. Их дача была самой крайней в сторону автомобильной трассы, значит самой дальней от реки, так что путь до пляжа предстоял не близкий.
   Брат с сестрой выбрались на грунтовую дорогу, которая шла вдоль дач и неторопливо пошли по ней в сторону пляжа. Они старались держаться тени, если таковая вдруг появлялась на их пути, ведь уже время подходило к полудню и солнце палило нещадно.
   Никита был рад своей предусмотрительности. Он обул сандалии, а не пошел босиком, и правильно, ведь земля успела изрядно накалиться, так что без обуви по ней не возможно было идти, все ступни обожжешь, и будешь скакать, как маленький козлик.
   С правой стороны от них тянулась редкая лесополоса, там росли небольшими плешами низкие деревца облепихи. С левой стороны тянулись сплошные заборы, за которыми находились дачные участки. Все они были одинаковы по размеру, шесть соток, но разные по насаждению и по строению домов. Некоторые из дачников предпочитали там разбить огород, выращивать картошку, помидоры, огурцы, клубнику, другие овощи и ягоды. Некоторым нравилось разводить плодовый сад. Другие же, такие, как их родители, делили участок поровну на огород и сад. Так удобней, имеешь в наличие и фрукты, с ягодами и овощи для супа и салатов.
   Дома так же были разными, но это уже зависело не от желания хозяев, а от их финансового положения. Об этом экономическом понятии Никита успел узнать по урокам 'Окружающего Мира'. Они в школе этот предмет еще до нового года проходили, поверхностно конечно, но кое-что все же, у него в голове отложилось. Дома были маленькими, большими, деревянными, каменными, построенные в один этаж, в два этажа, некоторые даже имели балконы.
   Дальше они свернули налево, на улицу Садовая 2. Эта дорога вела к насосной станции, как раз там и располагался дачный пляж.
   Настя, как всегда шла впереди. Она слушала музыку через наушники, подключенные к МП-3 плейеру. Следом за ней вышагивал Никита, насвистывая незатейливую мелодию.
   Встречных прохожих не было видать. Вероятно, все кто хотел купаться, уже находились на пляже, плещутся там, в речке, загорают. Никита завидовал им, изнывая от жары. Он хотел побыстрей раздеться и с разбегу окунуться с головой в прохладные воды Старой Волги, а потом немножко позагорать и вновь окунуться, смывая с себя речной песок.
   Чем ближе они подходили к пляжу, тем сильней слышался детский гомон оттуда. Начали попадаться встречные путники. Они, по всей видимости, уже успели изрядно поплескаться в речной прохладе и теперь возвращались на свои дачные участки, ведь кроме культурного отдыха нужно еще позаботиться о грядках, чтобы они не засохли и не заросли сорняком.
   Наконец с пригорка показался долгожданный пляж. Никита, обогнав сестру, подбежал к самой кромки воды и зашел в нее прямо в обуви. Речка оказалась слегка прохладной, мама в таких случаях говорит - теплая, как парное молоко, из нее целый день можно не вылезать и все равно 'гусиной кожей' не покроешься.
   - Мальчик, у тебя телефон есть? - задал вопрос незнакомый голос.
   Никита повернул голову. С правой стороны, возле него стояла девочка примерно его возраста в купальнике.
   - Есть, - ответил Никита, достав из кармана шорт свой 'Нокиа', простенькой модели.
   - Дай позвонить, - с улыбкой на губах попросила девочка, кокетливо посмотрев на него своими большими зелеными глазами.
   - На, звони, - Никита не был жадным мальчиком. Он без сожаления позволил воспользоваться своим телефоном незнакомой девочке. Кажется, какой пустяк, помочь другому человеку в такой мелочи, а на душе приятно.
   Девочка взяла телефон, набрав номер, отвернулась в сторону и стала тихо, совсем не разобрать, с кем-то вести беседу. Вскоре она, закончив говорить, отключила связь.
   - Спасибо, Никита, ты добрый мальчик. Возможно, когда-нибудь я отплачу тебе тем же, - сказала девочка, отдавая телефон.
   - Пожалуйста, - вежливо ответил мальчик и задал вопрос:
   - Откуда ты меня знаешь?
   Девочка в ответ, загадочно улыбнувшись, нырнула в воду и затерялась среди толпы купающихся людей.
   - Ты куда попал? - спросила Настя. Она уже разделась и собиралась окунуться в воду.
   - У меня девочка попросила телефон позвонить, - объяснил свою задержку Никита.
   - Она его вернула? - встревожилась сестра.
   Для беспокойства была причина, ведь на улице ходят не только порядочные люди, но и мошенники разных мастей. Так сделаешь кому-либо услугу, дашь телефон позвонить по срочному делу и не успеешь оглянуться, как просителя и след простыл. Жуликом оказался.
   - Да, вернула, - успокоил свою сестру Никита и показал свой телефон.
   - Чего тогда стоишь, иди, раздевайся и пошли купаться, - сказала Настя, заходя в воду по пояс. Она медленно окунулась по плечи, оттолкнулась от дна и проплыла немного вглубь, там сестра перевернулась на спину, растопырив в стороны руки с ногами, и стала наслаждаться прохладой речки.
   Никита подбежал к тому месту, где разделась Настя, скинул одежку и помчался обратно к воде. Окунувшись с головой, он стал плескаться, но потом вспомнил о девочке с большими зелеными глазами, густыми пушистыми ресницами и длинными пепельными волосами. Никита стал ее искать взглядом среди толпы плавающих, ныряющих и тех, кто просто стоял в воде. Там были девочки, но не те. Та, что интересовала его, исчезла, скорей всего она ушла на свою дачу.
   По такому пустяку Никита не стал расстраиваться, ведь он находился на речке, где надо веселиться, резвиться, плавать, нырять, загорать, одним словом, с пользой проводить летний день.
   На пляже они находились примерно около трех часов. После Настя стала звать брата идти на дачу, там, наверное, уже родители начали беспокоиться, особенно, мама. Никита немного поломался, ему не хотелось уходить с речки. Но все же, доводы старшей сестры убедили его послушаться, да и голод дал о себе знать, ведь такой активный отдых лучше всего нагоняет аппетит.
   Они вернулись на дачу. Там мама их немного пожурила за долгое отсутствие, заставила переодеться в сухую одежду, накормила, напоила и отправила отдыхать на второй этаж.
   К вечеру бабушка с дедушкой собрались домой. Никита уговаривал их остаться, но те отказались. Бабушка напомнила ему, что у них дома остались три кошки и две собаки без присмотра, их надо накормить, напоить, выгулять. Зато она обещала на следующий день приехать.
   Дедушка сел за руль мотоцикл, бабушка в люльку и они отправились домой, оставляя после себя густой шлейф пыли.
   В этот день Никита с Фимкой больше не виделся, потому он посчитал, что ничего примечательного до следующего утра не произошло.
  
  
   Глава четвертая.
   Заклинание.
  
   Наступила ночь, принеся с собой прохладу. Встала полная луна, осветив округу своим бледным, призрачным светом. Безоблачное небо наполнилось яркими мигающими звездами, которые были сложены в привычные созвездия. Мимолетными чарующими черточками по темному небосводу проскальзывали одинокие метеоры.
   На улице стояла ночная тишина, которую изредка нарушал собачий лай. Дачный поселок спал, отдыхая после жаркого дня и наслаждаясь сказочными сновидениями. Только Инна Степановна не смыкала глаз. Она готовилась к колдовскому ритуалу, стараясь успеть сделать все приготовления до начала полуночи.
   Посреди комнаты дачного домика стоял круглый стол. Инна Степановна начертила прямо на его середке, большую пентаграмму, пятиконечную звезду, заключив ее в замкнутый круг, написала по окружности древние руны, поставила черные свечи, сваренные из жира черных кошек, на окончание лучей. Теперь осталось только дождаться, когда часы пробьют двенадцать.
   Колдунья подняла с тарелки кусочек хлеба, который недоела дачная соседка, разделила его ножом на две равные части. Одну она использует сейчас, а вторую часть оставит на завтра, для другого, более мощного ритуала. Теперь нужно было приготовить зелье.
   Инна Степановна включила электрическую плитку, поставила на нее небольшую кастрюлю, наполненную до половины родниковой водой, оставила ее подогреваться. Чтобы время зря не терять, колдунья стала заранее готовить мешочки с порошками, склянки с разными жидкостями, все то, что пойдет в состав зелья.
   Наконец вода закипела. Колдунья взяла в руки один из полотняных мешочков. Оттуда она вытащила четыре щепочки перетертого корня Мандрагоры, закинула в кипяток, это была основная составляющая часть зелья, как свекла для борща, на ней готовятся практически все колдовские снадобья. Затем взяла черпак, выточенный из ветки рябины, начала помешивать варево. Следующим компонентом был сухой измельченный Тирлич, это такая трава, которую могут найти только опытные колдуньи. Его порция составляла две щепотки. Вновь тщательное размешивание. Следом пошла желчь змеи, сушеная шкурка лягушки, несколько паучьих лапок и три щепотки Обратима, это тоже разновидность колдовской травы.
   Теперь осталось весь отвар прокипятить в течении пяти минут, размерено помешивая. Этим и занялась колдунья.
   Незаметно отведенное время прошло. Инна Степановна сняла кастрюлю с плитки, поставила на пол, посмотрев на часы. Стрелки ходиков, это такие старинные настенные часы с кукушкой, с заводными гирьками на железных цепочках, показывали без трех минут двенадцать. Значит, пора начинать ворожбу.
   Колдунья подняла с пола глубокую тарелку, где лежал кусочек хлеба, черпаком налила туда немного только что сваренного зелья и поставила ее посреди пентаграммы, потом она достала старинную книгу с заклинаниями.
   Этот древний фолиант ей достался по наследству от Астинея, ее прадеда, которого давным-давно, еще во времена княжеской Руси погубили четверо весьма пронырливых воинов коловратов, но это совсем другая история.
   Колдунья встала возле одного луча, начертанного прямо на столе, положила книгу возле себя, не открывая ее, взяла нож с костяной ручкой, подняла руки верх и начала произносить ворожбу:
  
   - Книга теней, позволь служить твоему господину!
   Книга теней, позволь служить твоему господину!
   Книга теней, позволь служить твоему господину!
  
   Стоило колдунье начать свою ворожбу, как погода на улице сразу испортилась. Поднялся шквальный ветер, который пригибал деревья к земле, небо закрыли густые низкие тучи, загораживая собой, ясный лик полной луны и калейдоскоп мигающих звезд, грянул гром, от которого сотрясалась сама земля, засверкали молнии ярче самого солнца.
  
   - Я, его верная слуга, помню о нем всегда!
   Он на мои призывы внемлет,
   Силой колдовской меня наделит!
   Я в ответ жизнь людскую загублю!
   Душу невинную в жертву принесу!
   Проведи от хлебного куска тонкую нить,
   К тому, кто успел его вкусить!
   По тому лучу я силу чужую получу,
   А невинную душу господину я вручу!
  
   Колдунья как-то сразу преобразилась. Ее кожа посерела, стала похожа на вяленую рыбу, щеки впали, как у покойника, выросли ногти на руках, нос удлинился, превращаясь в костлявый крючок. Вокруг головы появилась черная аура, намного черней самой ночи, которая по сравнению с ней казалась светлым днем. Глаза налились ярким пурпурным огнем, готовые в любое мгновение оросить округу обжигающими искрами.
   Изменилась колдунья не в лучшую сторону. Слишком много сил уходило у нее на ворожбу, но она знала, потом все ей воздастся сторицей.
   - Книга теней, позволь служить твоему господину! - закончила читать заклинание колдунья.
   Книга услышала ее призывы. Она зашевелилась на месте, переплет из старой, потертой кожи открылся и страницы сами по себе стали переворачиваться, сначала медленно, но постепенно процесс стал ускоряться, вскоре они замелькали, превратившись в призрачный контур. Но вот нужная страница нашлась, шорох переворачиваемых листов прекратился. Колдунья впилась своим жгучим взглядом в открытую книгу. Там на найденной странице, виднелись незнакомые буквы, написанные готическим стилем, они были расположены хаотично, без привычной смысловой нагрузки. Такой порядок вещей продолжался недолго.
   Через мгновенье стрелки часов показали ровно полночь. Кукушка прокуковала двенадцать раз. Черные свечи, стоящие на вершинах пентаграммы зажглись сами собой, озаряя комнату призрачным светом.
   В книге незнакомые буквы пришли в движение. Они закружили хоровод, перескакивая с места на место, играли друг с другом в чехарду, зажглись ярким пламенем и наконец, сложились в знакомые руны.
   Колдунья начала читать заклинание на древнем, всеми забытом языке. Ее голос то возвышался, доходя до визга, то становился тихим, как шелест листвы, то переходил на обычный тон, привычный для нормального человека. Сами же слова были не привычны и походили на оперную партию, которая исполняется на итальянском языке, слов не понять, а слух ласкает. Так было и здесь, слова непонятные, но звучали завораживающе, притягивая к себе своим чарующим магнетизмом.
  
   Астер флир экстин де лэгс,
   Астин флир экстин де лэкс,
   Таг трелунда зента флекс,
   Игзен флир оксту терундо,
   Лэкс фербол тизлин экстурдо!
   Гурбер зента,
   Гурбер флир,
   Гурбер экстин дарт квентир!
  
   Сам смысл колдовства понимала только сама колдунья, она же прожила долгую жизнь и успела многому научиться за это время. Если же перевести все это на нормальный человеческий язык, то получится не так чарующе, не так зловеще и сама магия слова исчезнет.
   Тем временем колдунья заканчивала свою ворожбу.
  
   Астер флир!
   Таг терундо!
   Гурбер зента!
   Лэкс экстурдо!
   Эксто!
   Фэксто!
   Флир!
  
   На улице в тоже мгновение прозвучал оглушительный гром, сравнимый с пушечной канонадой, ударила молния, расщепив верхушку высокой яблони, стоящей на соседней даче, хобот смерча закружился над крышей домика колдуньи, неся в себе частички земли, сухой листвы, обломки веток, густые тучи выпустили из себя плотный поток ливня.
   Казалось, сама природа противилась творимому черному колдовству, словно элементалии воды, воздуха, земли и огня противились чуждой темной энергии, которая приносит в окружающий мир только один хаос, нарушая упорядочность и уклад привычной жизни. Но они были бессильны в борьбе с темной силой. Им было не по силам прорваться через защитный колдовской круг, чтобы наказать виновницу творящегося злого чародейства.
  
   Эксто!
   Фэксто!
   Квентир!
  
   С последним словом колдунья надрезала указательный палец руки. Из раны показались маленькие капельки крови. Она поднесла палец к тарелке. Две рубиновые капли упали туда. Сразу же зелье в тарелке закипело. Сизый пар обволок кусок хлеба, начал живыми клубами переваливать через края, заливая собой стол. Свечи вспыхнули еще ярче и погасли.
   Клубы пара опали, втягиваясь обратно в тарелку, а потом совсем исчезли. Кусок хлеба, впитав в себя все зелье без остатка, засветился золотистым светом.
   Колдовство завершилось.
   Теперь между куском хлеба и вкусившим его, протянута невидимая прочная нить, которую невозможно порвать руками или разрезать ножом.
  
   Бабушка Никиты спала на своей кровати. Она в тот самый момент, когда завершилось колдовство, застонала, широко открыв глаза. Бабушка ощутила, как чья-то злая сила проникла в ее душу стальным холодным крючком, намертво закрепившись там, и стала медленно, капелька за капелькой высасывать из нее жизненную силу. Она вскинулась всем телом. Ее спина выгнулась дугой, по рукам и ногам прокатила волна судорог. Бабушка напрягла всю свою волю, чтобы избавиться от чужого вмешательства. Она изо всех сил старалась вырвать из себя ледяной коготь, коварно проникший в ее душу и прогнать прочь силы зла. Но исход этого противоборства был уже предрешен. Колдовская сила оказалась сильней ее воли.
  В следующее мгновение бабушка опала на постель тряпичной куклой и заснула непробудным сном.
   Черное чародейство начало действовать, высасывая из Никитиной бабушки жизненные силы.
  
   Колдунья взяла в руки кусочек хлеба, осторожно положила его в кожаный мешочек, к которому была пришита тонкая тесьма и повесила его на шею. Теперь через этот амулет Инна Степановна будет постоянно черпать чужую силу, до тех пор, пока невольный донор не лишится полностью ее. Тогда он умрет, а его душа будет принесена в жертву черному божеству.
  
  
  
   Глава пятая.
   Бабушка в опасности.
  
   День не удался с самого утра. Бывает так, кажется, ничего не забыл, все продумал до мелочей, сделал все правильно, а все идет наперекосяк.
   Так день начался не у Никиты, а у его папы. Решил он с утра пораньше помыть свою машину, пока не настала жара, ведь после ночного ливня днем будет душно от испарений, потом по плану у него было съездить в город по делам; заскочить в магазин за покупками, проверить квартиру, так на всякий случай, вернуться обратно.
   Босой папа, одетый в футболку и шорты взял два ведра с водой, тряпку и начал наводить блеск на автомобиле. Никита, как всегда крутился рядом, помогая смывать пыль с покатых боков машины, потом в салоне протирал панель, дверцы, помыл резиновые половики. Ему такое дело было не в тягость, потому что, он любил кататься вместе с папой, даже больше чем играть на компьютере. Сидишь себе на заднем сиденье, смотришь в окошко, как мимо проезжают встречные автомобили, мечтаешь - вот выросту, получу права и буду сам сидеть за рулем, гонять по дороге как Шумахер. Это же здорово!
   Вдвоем дело пошло веселей, так что они навели порядок быстро. Папа отошел в сторону, посмотрел на проделанную работу и остался доволен, машина блестела, как новая. Но на достигнутом результате, он решил не останавливаться. Папа открыл капот, решив заодно почистить двигатель, там также скапливается грязь и пыль. А когда там чисто, то и автомобиль работает лучше, в благодарность за заботу.
   Папа открыл капот, посмотрел внутрь. На двигателе грязи видно не было, а вот пыли накопилось изрядно. Он намочил тряпку и стал осторожно вытирать ее, стараясь не задевать различные провода с электронными блоками, которые боятся сырости.
   К этому более сложному процессу Никиту не подпустили. Он не обиделся по такому пустяку, просто убежал на веранду попить минералки.
   Но до дома Никита добежать не успел. Когда ему осталось сделать всего пару шагов до веранды, он услышал громкий вскрик папы, полный боли. Не понимая, что случилось, Никита помчался обратно.
   А произошло вот что.
   Папа помыл двигатель, бросил грязную тряпку в ведро, облокотившись левой рукой о корпус машины. В это время сильный порыв ветра сорвал поднятый капот с крепления и уронил вниз, зажав собой пальцы. Папа попал в затруднительное положение. Капот защелкнулся на замок, так что руку не вытащишь и за рычаг не дернешь, чтобы его разблокировать, он же в салоне автомобиля находится. Вот такой казус получился.
   - Никита, залезь в салон, открой капот! - скрежеща от боли, торопливо попросил папа сына.
   - Как его открыть? - спросил Никита, хотя его прямо подмывало произнести совсем другое - какой ты неловкий, пап, такое он не раз слышал от мамы, когда делал что-то не правильно, но мальчик сдержался, не стал выражать свои мысли вслух, понимая, что эти слова будут не к месту.
   - Открой дверь с водительской стороны, там внизу, где педали, увидишь небольшой рычаг, - постанывая от боли, объяснил папа, - дерни за него и беги сюда.
   Никита выполнил его просьбу. Он открыл нужную дверь, посмотрел вниз. От спешки его взгляд не мог сразу зацепиться за нужную деталь; постоянно попадались на глаза педали, рулевая колодка, болтики, винтики, клавиши, кнопки, только не рычаг капотного стопора.
   - Что ты там возишься, открывай быстрей, а то я уже пальцы не чувствую! - папа закричал от нетерпения и боли.
   - Я сейчас! - отозвался Никита.
   Наконец он обнаружил нужный рычаг, дернул за него и побежал к страдающему отцу.
   Крышка капота немного приподнялась, ослабив нажим на пальцы, но полностью их не освободила. Оказывается, под ним находится дополнительный стопор, мешающий открыться крышке при движении автомобиля, если тот не полностью закрыт.
   - Теперь зайди со стороны фар, - пояснил папа, - слегка подыми капот одной рукой, другую же засунь в щель, там нащупаешь еще один рычаг, дерни за него.
   Никита подошел туда, куда сказали, поднял крышку двумя руками, она оказалась весьма тяжелой, перехватился и стать шарить в образовавшейся щели. На сей раз ему сразу удалось нащупать нужный рычаг. Он дернул за него.
   Услышав щелчок разблокированного запора, папа рывком открыл капот, вытащил руку, шумно захлопнул крышку и, постанывая, направился к дачному домику. Никита посеменил рядом.
   Они вошли на веранду. Папа сел на мягкий топчан, облокотившись на стену. Его вспотевшее лицо было перекошено от боли.
   - И что мне теперь делать? - баюкая поврежденную руку, спросил папа и посмотрел на сына.
   - Может маму разбудить, она подскажет, чем намазать руку, - разумно предложил Никита.
   - Не надо, я сам справлюсь, - отверг помощь папа.
   Он нашел аптечку, выпил таблетку цитрамона, а вот нужной мази там не обнаружил. Тогда папа присел на топчан и начал думать, чем себе помочь, но ничего путного ему в голову не пришло, ведь когда руку дергает от боли, то мысли все путаются.
   - Может все же маму позвать? - напомнил Никита, увидав папу в затруднительном положении.
   - Я же сказал, сам справлюсь, - отмахнулся отец.
   Сын не стал настаивать. Он видел, что папа на взводе от полученного ушиба, может сорваться: начнет накричать, ругаться, наговорит глупостей, поэтому, пожав плечами, подошел к холодильнику, достал бутылку минералки и начал ее маленькими глотками пить.
   Это отца натолкнуло на мысль. Конечно, на ушиб надо приложить что-либо холодное! Такой компресс немного уймет боль и снимет опухоль с ушибленного места.
   Он подошел к старому холодильнику, достал из морозилки намерзшего снега и при этом умудрился уронить мамину бутылку пива, а разбив ее, наступил голой ступней на острый осколок стекла, порезался. Казалось, запас его неприятностей закончился. Не тут то было. Ругаясь, папа поскакал на одной ноге, наткнувшись на табуретку, рассадил коленку, упал, когда поднимался с пола, со всего маху приложился затылком о крышку стола.
   Отец начал громко ругаться. Это у него получалось здорово. Никита даже замер на месте, заслушался. Он старался запомнить некоторые фразы для общего развития, а потом похвастаться перед друзьями, мол, вот, что мне удалось подслушать.
   Вскоре папа замолк. По всей видимости, исчерпал свой словарный запас. Он посмотрел на замершего сына и покраснел. Ему стало стыдно за произнесенные фразы.
   - Пап, я все же маму позову, - сказал Никита, глядя на смущенного отца, и направился в спальню к родителям. Когда он подходил к двери, то не удержался и высказался:
   - Пап, какой же ты неуклюжий.
   - Никита, уйди ради бога! - простонал отец, не зная за что хвататься, за ушибленную голову, разбитую коленку, порезанную ступню или за опухшие пальцы.
   Дверь Никита не успел отворить, она открылась сама и оттуда вышла мама. Она услышала поднятый гвалт на веранде и проснулась. Еще бы, после такого шума и мертвого из могилы поднять можно.
   - Что за шум, а драки нет? - спросила она, но когда увидела, в каком состоянии находится папа, ответа ждать не стала, а сразу принялась за лечение.
   Никита не принял участия в медицинских процедурах, ему это было не интересно. Он вышел из дома и направился к дальнему забору, надеясь там встретить Игреца. Если Фимка окажется на месте тогда то и начнется веселье.
   Его надежды оправдались. Стоило Никите подойти к винограднику, в тот же миг, словно из-под земли появился Игрец.
   - Привет, - поздоровался мальчик.
   - Привет, - отозвался Фимка.
   - Во что будем играть? - поинтересовался Никита.
   Игрец сначала оценивающе посмотрел на мальчика, только потом ответил:
   - В чехарду играть, так ты ростом слишком высок, в зайцев и волков или волков и овец народу мало, невод так же не подойдет. Можно сыграть в горелки, свайку или жмурки. А ты во что хочешь?
   - В Сounter-Strike, - признался Никита, - но у нас компьютера нет.
   - Почему нет, - удивился Фимка, - есть. Сейчас принесу.
   Игрец исчез, но вскоре вернулся. В руках он держал новой модели ноутбук и два игровых джойстика. Фимка сел на землю, открыв крышку компьютера, запустил его. Никита стоял над ним, разинув рот от удивления.
   - Так у вас компы тоже есть? - спросил он, наблюдая, как на экране появилась надпись новейшего программного обеспечения, такое папа собирался только в следующем месяце поставить, когда получит зарплату.
   - А чем мы хуже вас, - ответил Фимка, не отрываясь от монитора, - мы тоже вовсю пользуемся всеми благами цивилизации, без этого в нынешние времена не проживешь, а я тем более. Игрец должен уметь играть во все игры и компьютерные тоже.
   - Тебе папа их покупает? - поинтересовался Никита.
   - Нам их бесплатно предоставляют, - пояснил Фимка, а кто именно предоставляет, не уточнил, - интернет также бесплатный. Во что будем играть?
   Комп уже давно высветил рабочий стол на экране плоского монитора, Игрец подключил к нему джойстики, задействовал интернет. Никита долго не думая предложил поиграть в последнюю часть Call of Duty: Modern Warfare, ему очень нравилась ему эта стрелялка, особенно бегать со снайперской винтовкой в игре и делать из нее квики.
   Фимка согласился с ним. Оказалось, ему также нравится эта игра, и она даже была загружена на его компе. Он запустил ее, а вот поиграть вволю им не удалось. Только они успели пройти второй уровень, как у Никиты зазвонил телефон.
   - Алло, - произнес он, включив кнопку ответа.
   - Никита, ты где? - раздался в трубке голос мамы.
   - Я у душа, - ответил мальчик.
   - Скорей иди в дом, мы едем к бабушке, - голос мамы был встревожен.
   - Что-то случилось? - спросил Никита. Ее тревога невольно передалась ему.
   - Дедушка позвонил, сказал, что бабушка сильно заболела, просил нас приехать, - объяснила мама. - Ты с нами?
   - Конечно, - отозвался Никита, - ждите, я сейчас приду.
   - Неприятности? - Фимка уже понял, игра откладывается.
   - С бабушкой что-то случилось, - ответил мальчик, - я еду к ней.
   - Как вернешься, приходи сюда, подробно расскажешь о случившемся, - Фимка уже понял, на бабушку мальчика наложили злые чары, но все же, решил дождаться новостей, а уж потом думать, что можно предпринять в противодействие.
   - Ладно, - пообещал Никита и, не прощаясь, помчался к дому.
   Там его уже ждали.
   Мама суетясь, перебирала разные мелочи, при этом стараясь не забыть необходимые вещи, папа же успел расположиться в машине на переднем сидении. Так как он был перевязан в области ноги и руки, то занимал пассажирское место. Никита с Настей расположился сзади. Мама закрыла калитку, села за руль и они поехали в город.
   Дорога до бабушкиного дома много времени не заняла, всего лишь четверть часа. Они же ехали по центральной автомобильной магистрали, никуда не сворачивали, а там автомобильных пробок нет, светофоры так же отсутствуют, мчись себе вперед, только не забывай останавливаться возле пешеходных переходов. Подъехали, открыв калитку, вошли во двор. Сильвы, так звали бабушкину собаку, нигде не было видно. Это показалось всем странным. В другое время Сильва, услышав звук машины, обязательно выбежала бы встречать дорогих гостей и тихо поскуливая, прыгать от радости да мельтешить под ногами, тем самым мешая спокойно идти. Сейчас же двор был пуст, даже кошки куда-то подевались.
   Семейство, пройдя по бетонной дорожке, вошло в дом. Там их встретил дедушка. Он был осунувшимся от навалившегося горя и не походил сам на себя. Никите показалось, что дед как то сразу постарел, сгорбился, как будто вся его веселость и бурная внутренняя энергия в одно мгновение иссякла, а место нее пришла безысходность, от которой невозможно избавиться.
   - Как она? - спросила мама.
   - Лежит на кровати, не просыпается, - ответил дед, понурив свой взгляд.
   - Врача вызывал? - продолжала задавать вопросы мама.
   - Вызывал, только толку мало от нынешних лекарей, - махнул рукой от досады дед, - ничего они в лечении не понимают.
   - Что сказал? - мама вошла в спальню, где лежала бабушка. Все остальные потянулись за ней.
   - Сказал, здорова, никаких отклонений на внешний взгляд не видно, - ответил дед, - а то, что спит, так у некоторых людей есть склонность к летаргическому сну. Вот если она через три дня не проснется, тогда они приедут на Скорой и заберут в больницу.
   - Понятно, - сказала мама.
   Все посмотрели на бабушку. Та лежала на кровати с закрытыми глазами, дышала ровно, вот только вид ее Никите не понравился. Она как будто постарела на несколько лет, похудела, лицо приобрело серой оттенок, прибавились линии морщин. Никита понял, дело нечисто.
   Прав оказался Фимка. Его бабушку заколдовали, а вот что нужно делать он не знал. Требовалась срочная консультация на тему магии и колдовства. Вот только с такими вопросами, к кому попало, не обратишься. Если только к Фимке. Тот сам волшебное существо, значит, все должен знать на эту. Он обязательно поможет. Не делом, так советом.
   - Тебе помочь? - спросила мама, обращаясь к деду.
   - Езжайте, сам справлюсь, - отказался от помощи дедушка, - а если что понадобится, так позвоню Леше. Он живет рядом, придет, подсобит.
   Леша, это дядя Никиты, младший брат его папы. У него тоже есть сын, Максим. Он, двоюродный брат Никиты, младше всего на один месяц, но на класс старше, потому что пошел учиться с шести лет. Они когда долго не видятся, то скучают, когда же вместе, то сорятся. Вот такая сложная дружба у них выходит.
   - Ладно, пап, мы сейчас поедем на дачу, там соберем вещи, а завтра вернемся, поможем тебе, - приняла решение мама.
   На том и порешили.
   Никита со своей семьей вышли из дома и направились к машине. Когда они подошли к ней, подъехал Алексей. Опережая своего отца, из автомобиля вылетел пулей Максим.
   - Здрасте, дядя Сергей! Здрасте, тетя Рита! - поздоровался он. - Привет, Никита, привет, Настя!
   Когда Максим подошел к Никите, тот отвел его в сторону, так, чтоб никто не смог их услышать. Пускай взрослые пообщаются между собой, а у них имеется разговор намного серьезней.
   - Бабушка не заболела, - сразу выдал новость Никита.
   - Тогда что с ней? - заинтересовался Максим. Он был немного ниже ростом, голова слегка круглей, глаза, закрытые очками, побольше, только имели не голубой, а зеленоватый оттенка, в остальном они походили друг на друга.
   - Ее заколдовали, - со знанием дела, прошептал Никита, - у нас соседка по даче колдунья. Это ее рук дело.
   - Откуда знаешь? - Максим так же перешел на шепот, потому что когда секретничаешь, тогда нельзя кричать во весь голос.
   - Мне про это Фимка сообщил, - ответил Никита и осмотрелся вокруг, вдруг кто-либо подслушает его секрет.
   - Фимка? - Максим так же огляделся. Нет, их не подслушивали. Взрослые общались между собой, а Настя сидела в машине, музыку слушала. - Кто такой Фимка?
   - Это Игрец, сущность у него такая и поэтому это слово нужно произносить с большой буквы, а сам он из маленького народца, - пояснил Никита.
   - Маленький народец? - удивился Максим. - Пигмей что ли?
   - Сам ты пигмей, - надулся от важности Никита. Еще бы, он то, знает про маленький народец, а его брат нет. - Маленький народец мы еще называем духами, как домовой или подпольник.
   - Так ты что, домового видел? - у Максима от такой новости загорелись глаза глубоким удивлением. - А не врешь?
   - Во-первых, не домового, а Игреца, домовой его дядя, а во-вторых, я никогда не вру, - ответил Никита.
   Максим с недоверием посмотрел на него.
   - Я просто иногда не говорю правду, - объяснил Никита, уловив его взгляд.
   - А в чем разница? - спросил Максим.
   - Большая, - сказал Никита, - врать нехорошо, про это я знаю, но можно не врать, а просто промолчать. Тогда на тебя никогда не укажут пальцем, и не будут говорить, что ты маленький лгунишка.
   - Понятно, - Максим поправил рукой бейсболку, его весьма заинтересовал новый друг двоюродного брата. - А меня с Фимкой познакомишь?
   - Ты же к нам на дачу не ездишь, - удивился Никита, - как я вас познакомлю. Вот если бы ты поехал с нами, тогда другое дело.
   - Я попрошусь с вами, - сразу предложил Максим, - родители меня отпустят.
   - Ну, если так, то иди, отпрашивайся, - согласился с ним Никита, ведь ему самому не терпелось с кем-то поделиться таким чудом.
   - Я сейчас, - обрадовался Максим. Он сразу побежал к своему папе и маме.
   Никита последовал за ним, все равно его родители стояли рядом. Когда он приблизился, то услышал, как Максим уговаривает папу отпустить его на дачу:
   - Пап, ну пожалуйста, отпусти, я там буду хорошо себя вести!
   - Нет, не поедешь, - отказал Алексей. - Вы же там всех на уши поднимите.
   - Вот честно, честно, не поднимем! - начал клясться Максим.
   - Да пускай едет, проветрится, - разрешила Елена, его мама.
   - Ладно, езжай, если тетя Рита с дядей Сережей тебя возьмут, - сдался на уговоры Алексей.
   - Пускай едет, - легко согласилась мама Никиты, - с нами переночует, а утром мы все равно вернемся и подвезем Максима к дому.
   - Спасибо! - обрадовался Максим.
   Он вместе с Никитой сразу залез на заднее сидение машины.
   Взрослые попрощались и последовали за ними. Машина тронулась в направлении дачи.
  
  
  
   Глава шестая.
   Как снять заклятие.
  
  
   Стоило машине остановиться возле дачи, как мальчишки, они сидели с краю, выскочили из нее.
   - Мам, мы поиграем немного возле душа! - крикнул Никита, не оглядываясь назад.
   - На обед не опаздывайте! - услышал он в ответ.
   - Ладно! - пообещал сын.
   Никита бежал первым, показывая дорогу, за ним, не отставая, следовал Максим. В таком порядке они добрались до дальнего забора, а там скрывшись за высокими кустами виноградника, Никита огляделся, в надежде увидеть Игреца, но Фимки нигде не было видно.
   - Ну и где твой новый друг? - с усмешкой спросил Максим.
   - Подожди, сейчас позову, - ответил Никита и сразу позвал Игреца:
   - Фимка ты где?
   После призыва, он снова начал осматриваться, на сей раз надеясь увидеть своего нового друга. Но тот не желал показываться.
   - Ты все наврал, да? - Максиму надоело ждать обещанного чуда. - Наврал? А сам говорил, что никогда не врешь.
   - Может он тебя стесняется, - Никита обиделся на своего брата, за то, что тот не верит ему, - вот и не появляется.
   - Ты все наврал, маленький лгунишка! - скорчив забавную рожицу, высказался Максим.
   - Ты! - Никите было очень обидно слышать такие слова. Он сжал кулаки и хотел не словами, а делом ответить за такое, хотя знал, что не хорошо такие споры решать силой, но ничего не мог поделать с собой. Назревала крупная потасовка, после которой, кое у кого появятся синяки или разбитый нос.
   Но все же Никита не стал затевать драку. И тому была весомая причина. Когда он хотел ударить Максима, то увидел, что тот стоит с открытым ртом и смотрит за его спину. Никита обернулся. В кустах виноградника стоял Фимка, заведя свои руки за спину, и тихонько наблюдал за их перепалкой. Когда он появился и как, никто не знал, словно Игрец из-под земли вырос.
   - Кто это? - справившись с удивлением, спросил Максим, рассматривая маленького человечка.
   - А ты кто? - в свою очередь задал вопрос Игрец.
   - Максим, брат двоюродный Никиты, - честно признался мальчик.
   - А я Фимка - Игрец, - представился человечек.
   - Фимка! Игрец! Я думал, ты будешь выше ростом, - восхитился Максим. Он был очень рад, что Никита его не обманул и беспредельно счастлив, что у него появилась возможность наяву увидеть чудо.
   - Сам ты мартышка-коротышка, - обижено пробубнил Фимка. - Никита, зачем ты с собой привел такого невоспитанного огольца?
   - Он меня попросил, - виновато ответил Никита, ему было очень неудобно, что он открыл кому-то чужую тайну.
   - Сам напросился, - передразнил его Игрец, - иногда нужно уметь на просьбу отвечать отказом.
   Никита потупил свой взгляд, шмыгнул носом и едва слышно произнес:
   - С бабушкой все плохо.
   - Я так и знал, - с сожалением вздохнул Фимка, - плохо дело, все же удалось колдунье наложить заклятие на вашу бабушку.
   - Так значит все, это правда? - восхищено произнес Максим. Он на время даже забыл о больной бабушке.
   - Что, правда? - Игрец не понял вопроса.
   - Что на самом деле существуют колдуньи, - уточнил Максим.
   - Не только колдуньи, но и кое-кто пострашней противных ведьм, - подтвердил его слова Игрец.
   - Так значит, чудовища существуют? - и так большие глаза Максима еще больше увеличились в размере. Он продолжал смотреть на Фимку, ожидая ответа, но тот многозначительно молчал. Хотя, его молчание можно было приравнять к слову да. Это Максим сразу понял.
   - А мне родители утверждали, что чудовищ не существует, - сказал он.
   - Все иногда ошибаются, - высказал умную мысль Игрец. Он хотел еще, что-то добавить, но его перебил Никита, напомнив о возникшей проблеме:
   - Ты поможешь нашей бабушке?
   - Сейчас посмотрим, чем можно ей помочь, - Фимка достал из-за спины ноутбук, оказывается, вот что он прятал там, открыл его, включил.
   Максим уже успел устать удивляться, охать да ахать, он мирно стоял и с любопытством наблюдал за действиями Игреца.
   Фимка тем временем уже успел подключиться к интернету и начал там что-то быстро искать. Он хмурился, постоянно бормотал себе под нос какие-то непонятные слова, видать у него не получалось войти на нужный сайт, но вот лицо Игреца просветлело.
   - Есть, нашел! - радостно воскликнул Фимка.
   - Что нашел? - сразу же оживились ребята.
   - Вот, смотрите, на сайте 'Домовые - их друзья и враги', я обнаружил страничку - ведьмы, - Фимка показал пальцем на экран монитора, - сейчас мы здесь посмотрим, как можно бороться с заклятием.
   Он вновь начал искать нужную информацию. Ребята, с надеждой в глазах, наблюдали за его поисками.
   Фимка ловко орудовал с клавишами, курсором, страницы с рисунками и текстами на непонятном языке так и мелькали перед глазами. Ребята даже не успевали следить за поступающей информацией.
   Пока Фимке попадалась общая база на эту тему: кто такие ведьмы, как они подразделяются, откуда они берутся, как ими стать. Сами же заклинания еще не попадались.
   Когда все же Фимке удалось обнаружить нужную страницу, на экране монитора появилась надпись: 'связь прервана по техническим проблемам'.
   - Елки - палки, все у вас как у людей, - немного разочаровано, высказался Максим.
   - М-да, не вовремя все это, - Игрец с огорчением захлопнул ноутбук.
   - Что нам делать теперь? - спросил Никита. Он надеялся, что его новый друг обязательно найдет выход из сложившейся ситуации.
   - Придется идти на поклон к бабушке Прасковье, - тяжко вздохнув, сообщил Фимка.
   - Далеко идти? - спросил Никита.
   - Кто такая бабушка Прасковья? - одновременно с ним задал вопрос Максим.
   - Это кикимора, бабушка моя, - ответил Фимка.
   - Это что же, придется идти на болото? - заволновался Максим. - Но у нас здесь нет болот?
   - Почему болото? - не понял его Игрец.
   - Как почему. Все же говорят - кикимора болотная, значит, она живет на болоте, - блеснул своей эрудицией Максим.
   - Ну, ты скажешь, дурында! - Фимка приглушено засмеялся. - Кикимора болотная! Если я такое бабушке скажу, то она до смерти защекочет!
   - Чего я сказал такого смешного? - обиделся Максим.
   - Эх, вы, неучи. Чему вас только в школе учат, - перестав смеяться, нравоучительно произнес Игрец, - кикимора, это помощница домового. Она, так же как и он, помогает людям по хозяйству. Так что ни на какое болото идти не надо. Живет бабушка Прасковья у тебя в доме, Никита. Она то, все должна знать про колдуний и их заклятия.
   - Чего же мы ждем, зови ее! - пылко высказался Никита.
   - Она слишком стара, чтобы появляться на чьи-либо призывы, - возразил ему Фимка.
   - Тогда веди нас к ней, - предложил Максим.
   - Нам вообще-то запрещено вас, живчиков, приводить в свои владенья, - задумчиво произнес Игрец, потом посмотрел на ребят и, махнув рукой, беззаботно добавил:
   - А, ладно, чему быть, того не миновать, проведу вас к ней. Сейчас же, идите на веранду, там встретимся.
   После этих слов Фимка как-то незаметно исчез, словно его и не было возле братьев. Те, подивившись случившемуся, направились к дому.
   Мама с папой копались на грядках, Насти нигде не было видно. Такое положение вещей вполне устраивало ребят. Они беспрепятственно зашли на веранду, огляделись. Игрец еще не появился. Никита уже собирался позвать его, он этого не понадобилось. Фимка сам появился возле стола, словно вырос прямо из-под земли. Он, подойдя к холодильнику, достал бутылку холодной минералки, попил и поставил ее на место.
   - Ну что, готовы? - спросил Игрец, посмотрев на ребят.
   Те, молча, мотнули головой, мол, готовы, давай веди к своей бабушке. Фимка одобрительно хмыкнул. Он достал из кармашка курточки белый мелок и начертил на стене маленький крестик, потом обвел его правильным кругом и вывел четыре непонятных каракули, толи иероглифы, толи рисунки, сразу не понять. Стоило ему закончить свое художество, как то место, всего лишь на мгновение, занялось радужным светом и стало расширяться, до тех пор, пока не приобрело очертание небольшого дверного проема.
   Теперь Никита понял, каким образом его новый друг постоянно незаметно исчезает и неожиданно появляется.
   - Прошу, - Фимка жестом руки пригласил ребят войти в открывшуюся дверь.
   Хотя братьям было немного жутковато, ведь им предстояло ступить за черту непознанного и неведомого, того что они еще никогда не делали, ребята, преодолев свой страх, приняли приглашение Игреца.
   Никита с Максимом подошел к радужному проему, осторожно протянул к нему руку, готовый сразу отдернуть ее, ведь кто его знает, что там находится за красочной преградой, вдруг кто-нибудь невидимый захочет его схватить и утащить неведомо куда или укусить больно-пребольно.
   Кисть руки, не почувствовав преграды, исчезла за призрачной препоной, словно перед ними находился бесплотный туман.
   - Здорово! - изумлено вскрикнули ребята, но входить в радужный проем не торопились.
   - Ну что вы замерли, идите! - Фимка уже начал терять терпение. - Или вы боитесь?
   - Ничего мы не боимся! - обижено ответил Максим, хотя чувствовал мандраж в коленках.
   - Тогда не стойте на месте, - сказал Фимка. - Или вы передумали и не хотите узнать, как помочь бабушке?
   Его последние слова подстегнули ребят. Они, поборов в себе робость, пригнулись, все же дверь оказалась мала даже для их небольшого роста, и смело шагнули внутрь. Фимка незамедлительно последовал за ними.
   Стоило ребятам минуть немного вязкую, словно кисель, радужную преграду, как они оказались в узком коридоре, освещенном тусклым светом, который исходил от продолговатого светильника, висящего на стене. Оказавшись там, мальчики сразу обернулись и увидели, как дверь за их спиной захлопнулась, отрезая дорогу в привычный мир. Они замерли в нерешительности. А вдруг им не удастся выбраться обратно? Вдруг они навсегда остались запертыми в неизвестном месте? Это слегка напрягало ребят, заставляя нервничать.
   - Пошли за мной, - позвал Фимка, протиснувшись вперед.
   Игрец не стал ждать, пока братья привыкнут к новой обстановке, он бодрым шагом направился вглубь коридора. Ребятам ничего не оставалось, как последовать за ним.
   Коридор оказался не слишком длинным. Они прошли всего с пяток шагов, минули маленькую прихожую и оказались в небольшой каморке, освещенной тремя фонарями, подвешенными к потолку. Из мебели там находился; старый комод, обеденный стол, около которого стояли пару табуреток, тумбочка с телевизором, узкая кровать и мягкое кресло. На стене висело пару кухонных ящиков, под которыми находился еще один стол. На нем стояла электрическая плитка и разная посуда.
   На мягком кресле восседала маленькая старушка в очках с толстой оправой, которые находились на длинном тонком носу. Она была очень старой, с морщинистым лицом, походившим на сморщенное маринованное яблоко. Ее седые волосы оказались уложены в высокий кокошник, открывая на всеобщий обзор небольшие заостренные верх уши, прижатые к вискам. Тонкие блеклые губы старушки что-то шептали, что именно, издали, не было слышно. Несмотря на свой преклонный возраст, кикимора проворно орудовала спицами, которые мелькали в воздухе со скоростью пропеллера самолета. По всей видимости, старушка вязала теплые шерстяные носки. Кому они предназначались даже спрашивать не надо, она же бабушка Фимки.
   За своим любимым занятием старушка не заметила присутствие в комнате чужих людей.
   - Здравствуй, баб, - подал голос Фимка.
   - А, внучек, неужто вспомнил о своей бабуле, - старушка оторвалась от своего занятия и посмотрела в сторону Игреца, когда же она заметила рядом с ним незнакомых детей, то строго добавила:
   - А это кого ты с собой привел?
   - Баб, тут такое дело, - слегка смутившись, Фимка начал свой разговор, - моим друзьям нужна твоя помощь.
   - И кто же твои друзья? - спросила бабушка Прасковья продолжая вязать, словно потеряла интерес к непрошеным гостям.
   - Максим и Никита. Они живчики, - честно признался Игрец.
   - Что? - у бабушки из рук даже спицы выпали от удивления. Она нахмурилась и строго произнесла, обращаясь к внуку:
   - Да как ты посмел привести ко мне в жилище маленьких несносных живчиков! Ты же прекрасно знаешь - это категорически запрещено!
   Мальчики, услышав такое, втянули головы в плечи. Им сразу стало неуютно в чужом помещении и в тоже время неловко, потому что они появились без спроса здесь, понадеявшись на слово своего нового друга.
   - Баб, ты же знаешь, по пустякам я не появляюсь у тебя, - Фимка ничуть не смутился гневу своей бабушки. Он знал, она не станет долго ругать своего любимого внука, а выслушает и обязательно поможет не делом, так мудрым советом.
   Так и вышло.
   Бабушка Прасковья подняла упавшие спицы и сердито проворчала, уткнувшись в свое вязание:
   - Что у вас стряслось?
   - Беда случилась у ребят, - начал объяснять Фимка, - колдунья появилась у них по соседству. Она забрала силу у их бабушки через кусочек хлеба. Теперь та лежит, спит непробудным сном, а как ей помочь я не знаю.
   - Что? Колдунья? Это очень плохо, - вся напущенная сердитость моментально улетучилось с лица бабушки Прасковьи. Она с сочувствием посмотрела на ребят, отложив в сторону вязание, и на распев произнесла:
  
   - Когда колдунья вдруг приходит,
   Она несчастье в дом приносит.
   Беда коснется всех вокруг
   И живчиков и нас, мой милый друг.
   То я про маленький народ глаголю,
   Она не даст нам всем покою,
   Пока под корень род наш не сведет.
   Мощь темных сил колдунья призовет,
   Для достиженья этой цели.
   Боюсь, тогда не уцелеет
   Никто из нас,
   Тогда колдунья примется за вас соседи,
   За живчиков, которых так мы берегли,
   За вас радели.
   И вас под корень изведет,
   Всю вашу силу заберет.
   Тогда она непобедимой станет,
   Округой управлять начнет,
   Как королева, как богиня,
   Колдунья здесь оплот найдет.
  
   Бабушка Прасковья замолчала, окинула ребят внимательным взглядом, мол, поняли, с чем вам пришлось столкнуться.
   Те молчали. Им стало не по себе после услышанных слов. Такую жуть ребята слышали только в страшных сказках. И вот теперь им пришлось столкнуться с этим в своем привычном мире, где правят компьютеры и автомобили, но никак не волшебство.
   - Что нам делать, баб? - спросил Фимка.
   - Горе горькое пришло и беду нам принесло, - продолжила бабушка Прасковья, -
  
   Стало то нам всем вестимо, но беда та поправима.
   Вы, ребятки, ты, Игрец, моей Были, выслушав конец,
   Поразмыслите, как вам быть, как проблему ту решить.
   Ежели ответа не найдете, восвояси не уйдете,
   Чем могу, тем помогу. Нет, не делом, а советом,
   Подскажу, как быть с ответом.
   Вам 'свинью' не подложу,
   Я все силы приложу, но дорогу укажу.
  
  
  
   Глава седьмая.
   Сказ бабушки Прасковьи.
  
  
   Случилась эта Быль давно, очень давно, а когда, я уж и сама не помню. Помню только одно, в те дремучие века, боги, сидевшие в своих чертогах, внимательно выслушивали призывы людей. Они с благосклонностью принимали их дары и иногда спускались к ним, что бы, не таясь побродить среди полей, походить в прохладе лесов, вкусить сладость чистых, как слеза, ледяных ключей, бьющих прямо из-под земли.
   Так вот, как-то раз, Макошь - главная богиня, со своей подружкой Берегиней, покинули свою обитель, которую тогда все называли Сваргой, и решили прогуляться по земле.
   За ними увязались две сестры: Доля и Недоля. Они всегда сопровождали Макошь, чтобы той помогать плести тонкую нить судьбы, воздавая людям по заслугам, за их разные деяния. Тот кто был добр и трудился всем во благо, того сестры одаряли счастьем. А тех, кто творил повсюду зло - наказывали, насылая на их неразумные головы несчастья, и не давали спокойно жить, надеясь, что те образумятся и начнут жить по другому: помогать слабому, уважать старших да искренне блюсти Правду, по которой живут остальные люди.
   Шла Макошь со своими подружками по тенистым лесам, где трепещущая листва деревьев тихо шуршала под струями летнего ветерка, создавая свою неповторимую мелодию, ласкающую слух, шла среди холмов да бугорков, где росла зеленая трава да разноцветные цветочки, радующие взор. Там подружки наслаждались жизнерадостным пением птиц, которые вились в небе, порханием беззаботных бабочек, кружащихся в причудливом хороводе. Они с любопытством наблюдали за трудолюбивыми пчелками, которые сновали по цветочкам, собирая там пыльцу.
   Так шли они своей дорогой, ведя неспешный разговор, как вдруг услышали незнакомый мужской голос:
   - Не спеши, краса-девица, прошу тебя, остановись! Дай моим глазам сполна напиться твоей чарующей красотой!
   Любопытно подружкам стало, кто это такой смелый решил обратиться к ним. Они остановились, обернулись назад, смотрят, а там недалече, на небольшом пригорке, стоит высокий, ладный незнакомый парень. Он взирает прямо на богинь и продолжает свои лестные речи:
   - О, богиня, я сейчас растаю словно лед, любуясь твоей дивной красотой. Твой облик, как луч зари, ласкающий утренею землю. Он так ясен и так чист, словно ручей, бегущий по каменистому ущелью. Твои очи, как изумруд, блестящий в свете солнца, твой стан подобен лебединой стати. А брови так тонки, как звездный луч и ярко выгнуты дугою. Уста твои алы, как кораллы, они умеренно полны и улыбкою свое милы...
   Слушая такие лестные речи, богини зарделись ликом, переглянулись меж собой и звонко засмеялись. По нраву им пришлись сладкие слова незнакомца, вот только они не могли взять в толк, кто он такой и где научился так красиво говорить.
   Неведомо богиням было, что стоит перед ними Лель златоустый, у которого с рождения в крови имелся дар вести сладкие, чарующие речи. Никто не мог устоять перед ними, во всяком случае, так он думал, пока на своем пути не встретил Злату.
   Решил Лель обольстить прекрасную богиню, возжелав заполучить ее в жены. Но Злата не поддалась на его лестные речи, отвергла златоустого бога, чем в удивление повергла всех в Сварге.
   Но Лель решил не сдаваться. Он вознамерился любым путем добиться своего.
   Пошел Лель к Маре за советом, решив у нее узнать, как можно заполучить Злату в жены. Та подумала немного и решила помочь богу в его трудном деле. Достала Мара волшебные ножницы и передала их Лелю, при этом сказав:
   - Возьми, мой милый друг. С помощью этих ножниц ты сможешь разрезать, нить судьбы Златы, и по-новому ее связать со своей жизненной струной. Только тогда тебе удастся ее заполучить в жены.
   Лель с радостью принял этот дар. Теперь ему осталось подобраться поближе к клубку судеб, который постоянно находится в руках у Макоши и сделать свое темное дело.
   Как раз этим Лель и занимался в данный момент.
   Насладившись сладкими, как мед речами незнакомца, Макошь улыбнулась и произнесла в ответ:
   - Юноша, не стой там, вдали, иди к нам, ведь негоже вести беседу издалека, надрывая свой звонкий голос.
   Лель не преминул воспользоваться приглашением. Он бодро пошел в сторону богинь.
   - Кто ты, юноша, как ты сюда попал? - спросила Макошь, когда незнакомец приблизился на достаточное расстояние.
   - Я - Котоврас, - ответил Лель, - шел по торговым делам в ближайший град, да вот, встретил таких неописуемых красавиц на своем пути. Хвала богам, за то, что они воздвигли передо мной такую чарующую препону!
   Решил хитрый бог сохранить свой истинный образ в тайне, приняв чужой лик. Он превратился в стройного молодца с русыми кудрявыми волосами, одетого, как полагается в яркий кафтан, подпоясанный широким ремнем, шелковые штаны да сафьяновые сапожки.
   Тем временем богини расположились на поляне, в тени огромной ели. Они достали из котомки скатерть-самобранку, расстелили ее на траве. Появились на ней: Сурья и просто сладкий мед, фрукты спелые да румяные. В кувшинах плескалось вино заморское, которое разлили в бокалы из ажурного стекла, так же там имелся холодный шербет, наполненный в кубки из горного хрусталя, свежий каравай хлеба, словно только что из печи, жареные перепелки, да еще много всего приятного на вид и вкус.
   Подошел к накрытому столу хитрый Лель, присел рядом с Макошью. Ему сразу вручили в руки бокал с вином. Лель не чинясь, выпил его до дна, лишь капельки сбрызнул на траву, воздавая тем самым хвалу богам за все блага, что те даруют. Богини, глядя на него, слегка пригубили Сурью, налитую в кубки.
   После вина, хитрый бог потянулся за спелым яблоком. Он как бы ненароком придвинулся поближе к Макоши. Увидав, что ее выделили из всех подружек, богиня зарделась от счастья ликом. Она совсем забыла про людские судьбы, что держала в своих руках, так всегда бывает - когда от счастья кружится голова, тогда напрочь забыты все дела.
   А хитрый Лель взглянул на Макошь томным взглядом, потом взглянул на нить судьбы, что вилась из клубка. Узнал он в ней струну любимой Златы, после чего сразу решил приступить к задуманному.
   Лель осторожно, так что бы, никто не заметил, достал из пояса волшебную вещицу, которую ему вручила Мара. Он сделал вид, что потянулся сорвать сладкий поцелуй у Макоши, а сам зажал тонкую нить ножницами, намереваясь перерезать ее.
   Но дрогнула рука Леля и он промахнулся.
   Стальные острые концы зачарованного предмета ударили по нити, не Златы, а Сварога отца. Такая сильная струна-судьба им оказалась не по зубам. Два стальных конца, скрепленных мощным заклятьем, поломались, превратившись в прах. Так что у хитрого Леля ничего не вышло с задуманным злодейством.
  
  
  
  
   Глава восьмая.
   Пора приступать к поискам.
  
   Бабушка Прасковья замолчала. Устала она говорить свой сказ. Мальчики же и Фимка стояли, молчали, стараясь осмыслить услышанное, правда это у Никиты и Максима плохо получалось, слишком много незнакомых слов. Например, что такое Сурья? Они же не знали, что так раньше называли хмельной мед. Или кто такой Сварог, Лель, Макошь, Злата и Мара. В школьной программе нет темы по мифологии древней Руси, откуда же тогда им знать, что это славянские боги.
   После недолгого молчания, бабушка Прасковья напомнила о себе:
   - Чай пить будете?
   - Да, - хором ответили ребята.
   Бабушка отложила в сторону свое вязание, встала с мягкого кресла и подошла к столу, там из самовара налила в четыре фарфоровых чашки кипятку, добавив туда немного ароматной заварки.
   - Подходите, пейте, - предложила она.
   Ребят два раза упрашивать не пришлось, особенно тогда, когда они увидали на столе вазочку с шоколадными конфетами и связку баранок. Никита, Максим и Фимка подошли к угощению и принялись за чай.
   Бабушка Прасковья взяла свою чашку, потом водрузилась на свое любимое кресло, продолжив разговор:
   - Выслушав легенду, вы уж поняли, что ножницы Леля превратились в прах. Но это не так. На самом деле они просто раскололись на мелкие кусочки. Сварогу пришлось изрядно потрудиться, чтобы найти эти осколки. И все равно один кусочек он не усмотрел. Спрятался тот в укромном месте, а после, попал зачарованный кусочек в умелые руки кузнеца. Тот долго думал и гадал, какое изделие изготовить из найденного куска железа, пока не понял - нужно сделать ножницы.
   Кузнец трудился день и ночь напролет. И только на третьи сутки у него вышли замечательные ножницы, во всяком случае, так он думал. Кузнецу было невдомек, что этот инструмент сделан из волшебного материала, который был в руках самого Леля, бога любви. Но истиной хозяйкой ножниц была Мара, та, что провожает души за Калинов мост.
   Тот кузнец вообще делал добротные инструменты. Ему было не важно, для чего они использовались - для войны или для мирных целей, главное, что все хвалили его изделия. Живчикам иногда казалось, что не они руками производят работу, а вещи все делают за них. До того хороши оказались в обиходе хозяйственные инструменты. Особенно они хорошо помогали в работе тем, кто с любовью относился к своему делу.
   Но на сей раз все получилось по-другому.
   Ножницы получились добротные, красивые и острые. Так и тянуло всех взять их в руки и начать работать не покладая рук. Не важно, что делать - овец ли стричь, или кроить материю для будущего платья, постригать ли кустарник в ухоженном саду. Все это не важно, главное держать в руках такой замечательный инструмент.
   Ножницы были на вид красивые, вот только счастья никому из владельцев не принесли. Портные им постоянно портили материю, пастухи резали овечью шерсть не ровно, так что она никуда не годилась, а один из садовников ими чуть не оттяпал палец на руке, при подстрижке кустарника. По-другому просто не должно было быть. Ведь они были изготовлены из осколка ножниц самой Мары и были изначально применены в нехорошем деле, значит, таили в себе зло. А зло еще никому не приносило добра.
   Все пострадавшие приходили к кузнецу с жалобами, корили его, осуждающе качали головой, заказы перестали делать, переметнулись к другому мастеру. Начались тяжелые времена и у него. Сначала он гадал, в чем причина, почему хорошие на вид ножницы приносят столько бед. Пошел к ведунье на поклон. Та только увидав его, сразу закрыла дверь, не пустив к себе, а через окно сказала, чтобы тот нашел свои ножницы и зарыл в укромном месте, так чтобы никто не мог их найти. Тогда-то все его беды кончатся.
   Кузнец послушался, нашел злополучные ножницы и зарыл их в тайном месте. Как только он все это проделал, беды покинули его. Зажил он по-прежнему, счастливо и богато, а ножниц, как казалось, навсегда потерялся след.
   Но не для всех. Об этом я узнала совершенно случайно. Случилось же это на прошлой неделе. Я со своей подружкой Рохлей, мило беседовала за чашечкой чая. Она то и сказала мне, что кто-то из леших встретил плохое место на Большом острове. Там образовалась поляна, на которой ни деревья, ни кустарник не растет, даже трава не хочет там показываться. Все животные ее стороной обходят. И только посреди поляны растут пышные ноготки - цветы такие. Стало то место проклятым.
   Долго я думала над тем разговором, хотела понять, почему на острове появилась такая поляна. А потом на меня накатило озарение. Ну конечно, там растут ноготки! Они то и прикрывают потайное место ножниц. Не дают им выбраться на белый свет.
   Так вот, только этим ножницам по силам разрезать связующую нить между вашей бабушкой и злой колдуньей. Но добраться до них не просто. Нужно пройти множество испытаний по пути, прежде чем удастся достигнуть намеченной цели. Это тяжело. Не каждому такое придется по плечу. Вы способны на такое?
   - Да, - не задумываясь, хором ответили ребята. Другой ответ они дать не имели право. Ведь бабушка, это святое. Она всегда помогала своим внукам, с любовью относилась к ним. Разве после всего этого они могли отказать ей в помощи? Конечно, не могли. Они готовы были приложить все усилия для того, чтобы избавить любимую бабушку от заклятия злой колдуньи.
   - Какие испытания нас поджидают? - более осторожный Максим задал интересующий его вопрос.
   - Любые поиски сопряжены с трудностями и всегда они разные. Так что на этот вопрос я не могу дать уверенный ответ. Об этом вам самим придется узнать во время путешествия, - ответила бабушка Прасковья.
   - Что мы должны сделать? - спросил Никита.
   - Оказаться на острове и идти, искать потерянные ножницы Леля, - сказала бабушка Прасковья. Она поставила пустую чашку на стол и продолжила, - торопитесь, до полночи осталось не так уж много времени.
   - Но как мы попадем на остров? - удивился Никита. - Нам не по силам переплыть через речку, а лодку никто не даст?
   - Мальчик, ты просто еще не знаешь, что у тебя есть такие друзья, которые смогут помочь в этом деле, - туманно ответила старушка.
   - А как мы узнаем, куда нам идти? - спросил Максим.
   - Вначале путь ваш будет пролегать по лесу. Идите смело по тропе, но смотрите, чтобы солнце постоянно находилось со стороны правого плеча. Потом придется перейти через речушку, разделяющую два острова, а дальше уж ищите сами. Где ножницы лежат, точно я не знаю. Но то, что место приметное, об этом уже сказано. Когда найдете поляну, будьте осторожны, тайное место может охранять Лаюн, это такой злобный дух, который близко не подпускает к кладам и другим ценным захоронениям. Вы же, стоя в сторонке сначала прочитайте наговор - Пойду в чистое поле, во леса дремучие, за грязи черные, через море океан, где бушует ураган. Там за речкой да за водой болотной немного положено, то, что мне взять положено. На то Сварог может указать. Отойди же ты, нечистая сила в сторонку. Не вами положено, не вами и стеречь. Запомнили? - спросила бабушка Прасковья.
   - Да, - не слишком уверено ответили ребята.
   - Тогда повторите, - приказала им старушка.
   Ребята повторили, но половину заговора сказали не правильно, а половину вообще забыли. Пришлось им говорить заговор несколько раз. И только на пятый раз без подсказок ребятам удалось произнести все правильно.
   - А теперь идите, торопитесь, пока еще не поздно и помните, Лаюн может передвигаться только по островам, за их границей его сила кончается. Стоит ему удалиться от берега, как он погибнет в страшных муках, - в очередной раз напомнила бабушка Прасковья и принялась за свое вязание, показывая тем самым, разговор закончен.
   - Пошли, - Фимка потянул ребят к выходу из уютной каморки.
   Те послушно последовали за ним по уже знакомому коридору. Они подошли к стене. Игрец повторил всю процедуру вскрытия непреодолимой препоны, используя для этой цели свой чудесный мелок. Волшебная дверь, как и прошлый раз без труда открылась. Ребята, не теряя времени, выбрались на веранду, огляделись. К счастью рядом взрослых не оказалось, а то не обошлось бы без долгого и неприятного разговора на тему - где они без спросу находились, почему прочная каменная кладка расступается перед ними, как обычная дверь, почему это у них получается и вообще, чем они занимались в таком подозрительном месте. Взрослые умеют задавать неудобные вопросы, особенно, когда на эти вопросы ты не можешь дать внятный ответ.
   Ребята огляделись в поиске Игреца, но тот, куда-то запропастился, по всей видимости, у него обнаружились неотложные дела.
   - Что будем делать? - спросил Максим.
   - Будем собираться, пока мои родители не видят, - ответил Никита.
   Он зашел в свою комнату, взял там небольшой рюкзак, обратно вышел на веранду и начал его торопливо заполнять. В первую очередь Никита взял пару полных пластиковых бутылок воды, ведь на улице жара, значит, без нее не обойтись, засунул коробку спичек в карман, сделал каждому по два бутерброда, а так же прихватил несколько яблок и два свежих огурца.
   После всего этого он одел слегка потяжелевший рюкзак на плечи и замер, раздумывая, что бы еще прихватить необходимое в путешествие. Конечно, хорошо бы иметь под рукой что-нибудь из оружия, потому что неизвестно, какие опасности подстерегают их в пути, но на такую роль игрушечные пистолеты не подходят, а более весомого, например - лука или рогатки, у него в наличие не имелось. Ведь он на дачу отдыхать приехал, а не в индейцев играть.
   И тут Никита вспомнил про перочинный нож, все же при необходимости какой-то режущий предмет окажется под рукой. Правда, осталось вспомнить, где он лежит.
   В первую очередь Никита посмотрел в ящике кухонного стола, там ножика не оказалось. После начал обследовать все другие места на веранде. В результате ножик обнаружился в холодильнике, в морозильной камере. Как он туда попал, об этом история умалчивает.
   Теперь осталось последнее дело. Никита взял карандаш, листок бумаги и начал писать записку родителям.
   'Мама, папа, за нас не беспокойтесь, я с Максимом пошел в гости к тете Люси, скоро будем'.
   Поставив точку, Никита оставил записку на кухонном столе.
   - Вы уже собрались? - послышался голос Фимки. Игрец, как всегда появился неожиданно.
   - Мы готовы, - ответили хором ребята.
   - Тогда пошли, - сказал Игрец и вышел из дома.
   Ребята последовали за ним. Они осторожно, так чтобы взрослые их не заметили, вышли из калитки. Дальше путь ребят пролегал по улице, ведущей в направлении речки.
   Фимка шел впереди. Он всю дорогу молчал, иногда бросая грустный взгляд на ребят, наверно переживал за них. Ведь мальчики идут не на увеселительную прогулку. Они направляются в то место, где их могут подстерегать множество опасностей. Удастся ли им выбраться невредимыми из всех передряг, или они видятся в последний раз, про это никто точно сказать не может. А он так успел привязаться к маленькому живчику, что с тяжестью на сердце провожает его в трудный путь.
   Ребята так же шли молча. Они были весьма взволнованы, даже слегка испуганы, ведь им придется попасть совсем в незнакомое место, туда, куда им ходить запрещалось, а значит, быть не приходилось: где взрослых не окажется рядом, где ждать помощи неоткуда, где придется надеяться только на свои силы. Вот только если Фимка последует за ними, тогда и дорога окажется веселей. Ведь он из маленького народца, а значит, больше их знает про разные чудеса.
   Так незаметно они прошли дачную улицу и оказались на высоком бугре, с которого виднелся берег речки.
   - Здесь нам придется распрощаться, - с сожалением вздохнув, произнес Фимка.
   - Разве ты дальше с нами не пойдешь? - удивился Никита. Он же до последнего надеялся, что Игрец их не бросит.
   - Нет, Никита, дальше идти я не могу, - ответил Фимка, потупив взор, - я домашний, потому не могу далеко удаляться от жилища Живчиков. Дальше вам придется рассчитывать только на себя. Но как только вернетесь, обязательно приходите ко мне.
   - Жаль, что ты дальше с нами не идешь, - услышав такую новость, Никита сразу погрустнел, - прощай, Фимка. Как вернемся, сразу же найдем тебя.
   Чтобы долго не прощаться, Игрец, как всегда, незаметно исчез, скрывшись за ближайшим кустарником.
   Ребята тяжко вздохнули, ведь теперь они остались совершено одни, а впереди перед ними открывается только пугающая неизвестность, которую, как ни старайся - не обойдешь стороной, не оставишь на потом, не забудешь, сославшись на плохую память. Теперь судьба родной бабушки зависит только от них двоих и эту важную работу никто посторонний не сделает.
   Склон высокого бугра был сплошь покрыт густой травой, а местами зелеными кустами. Только узкая тропка, петляя из стороны в сторону, вела вниз. Ребята осторожно ступили на нее. Они шли неторопливо, старались сторониться кустов репейника, чтобы не нахвататься назойливых колючек, от которых так трудно избавиться, особенно если они попадут в волосы, обходили стороной верблюжью колючку, опасаясь пораниться.
   Так потихоньку, потихоньку ребята спустились с высокого бугра, а в низине прошли сквозь заросли осоки и вышли на песчаный речной берег. Здесь в воде росло слишком много водорослей, тем самым препятствуя для создания нормально пляжа. По этой причине все жители дачного поселка предпочитали купаться в другом месте.
   - И что дальше? - спросил Максим. Он снял кроссовки и ополоснул ноги в теплой воде.
   - Нужно переправляться на тот берег, - сказал Никита, оглядываясь, в надежде обнаружить того, кто поможет им в этом.
   - Я вплавь переправляться не буду, - категорически отказался Максим, - я еще плохо плаваю и добраться до того берега мне не по силам.
   - Тебе никто не предлагает устраивать заплыв, - проворчал Никита. Он все пытался высмотреть обещанных помощников, но поблизости никого видно не было. Неужели их обманули? Тогда что им делать?
   - А как ты собираешься переправляться? - не унимался Максим. - Или специально для тебя мост через речку проложат?
   - Может, и проложат, - с грустью произнес Никита. Он был расстроен. Время шло, а они еще не сдвинулись с мертвой точки; как стояли на берегу, так и продолжали стоять.
  
  
  
   Глава девятая.
   Переправа на другой берег.
  
  
   - Привет, мальчики! Привет, Никита! - раздался знакомый голос из речки.
   Ребята посмотрели в ту сторону. Там, лавируя между зарослей водорослей, плыли несколько девочек. Среди них была та, которую Никита вчера встретил на пляже. Она быстро добралась до мелководья, встала на ноги и направилась к мальчикам. Другие же не стали выбираться на берег. Они весело плескались в речке: то ныряли, то выныривали, поднимая кучу брызг, и постоянно весело смеялись.
   - Привет, - вежливо ответил Никита и почувствовал, как его братец, пихнул локтем ему под ребра.
   - Это что, твоя новая подружка? - шепотом спросил он, глядя на девочку с большими зелеными глазами.
   Никита не успел ответить, потому что девочка уже подошла к ним вплотную, а при ней он не решился вести такой разговор.
   - Почему стоите, не купаетесь? - спросила она, выжимая руками мокрые длинные волосы.
   - Ты прошлый раз не назвала себя, - напомнил ей Никита, - и получается несколько неловко, ты знаешь мое имя, а я нет.
   - Людмила, - сразу представилась девочка, услышав укор мальчика, - извини, вчера я очень торопилась, вот и не назвала своего имени.
   - А это кто с тобой? - спросил Максим, указывая взглядом на веселившихся в речке девчонок.
   - Подружки мои, Мавки, - ответила Людмила и вопросительно посмотрела на Никиту.
   - Мой брат, Максим, - сообщил мальчик.
   - Так что же вы не купаетесь, ведь жарко? - повторила свой вопрос девочка.
   - Нам сейчас не до купанья, - ответил Никита.
   Он глядел на Людмилу и ему, почему то казалось, что этой девочки можно доверить все свои сокровенные тайны. Такого с ним еще не бывало. Конечно, Никита любил поделиться своими секретами с друзьями, на то они и друзья, но вот с незнакомыми людьми он вел себя намного скромней. А тут прямо за язык тянуло, высказать все, что он знал. Потому Никита и сказал всю правду:
   - На нашу бабушку злая колдунья навела чары и чтобы избавить ее от них нам надо переправиться на другой берег. Бабушка Прасковья сказала, что на речке нам помогут это совершить. Но до сих пор мы не видим помощников.
   - Ты знаком с бабушкой Прасковьей? - удивилась девочка.
   - Конечно, это же бабушка моего друга, Фимки, - ответил Никита.
   - Так ты и Фимку знаешь? - еще больше удивилась Людмила.
   - Почему ты так удивлена? - не понял мальчик.
   - Потому что Игрецы и Кикиморы никогда по доброй воле не будут заводить знакомство с Живчиками, - ответила Людмила.
   - А ты почем знаешь? - Никита уже понял, что перед ним стоит не просто девочка. Ведь он ей не говорил, что Фимка - Игрец, а она про это знает.
   - Потому что я с ними знакома и знаю все про них, - ответила девочка.
   - Вернее, потому что ты не просто девочка, - поправил ее Никита, - простые девочки ничего не знают про маленький народец.
   - Ты уже догадался, - мило улыбнувшись, произнесла Людмила, - я твоя Берегиня.
   - Берегиня? - удивлено воскликнул Максим.
   - Ну да, а чему здесь удивляться? - не поняла девочка.
   - Так ты маленькая, тебя саму оберегать нужно, - предоставил веский довод Максим.
   - Маленькая, да удаленькая, - сказала в ответ Людмила, - есть такая старая поговорка. Никита по возрасту тоже не большой, а я расту вместе с ним. Так что здесь ничего удивительного нет. А вот то, что Фимка с бабушкой Прасковьей имеет с вами дело, вот это больше всего повергает меня в изумление.
   - Здесь тоже ничего удивительного нет, - начал объяснять Никита, - Фимке видимо было скучно, вот, он и решил завести со мной знакомство, а бабушка Прасковья только узнав про злую колдунью, поселившейся на соседней даче, сразу решила нам помочь, правда, не делом, как хотелось, а советом. Она то и сказала, что на берегу нам помогут с переправой на остров. Ты случайно не знаешь, кто сможет это сделать?
   - Я вам помогу, - ответила Людмила, - правда на это уйдет много моих сил, практически половина, оставшуюся половину я оставлю на ваше возвращение. Так что, в ближайшее время, можешь на меня не рассчитывать. С месяц не смогу я тебя оберегать. Поэтому будь предельно осторожен, не лезь в пекло без надобности.
   - Как ты нам поможешь? - Максим с сомнением посмотрел на хрупкую девочку и ехидно добавил. - Может, на своих плечах перенесешь?
   - Тебя, лопоухий, я точно на плечах не унесу, у твоих ушей слишком большая парусность, тормозить будут, - таким же тоном ответила ему Людмила.
   - Сама ты ушастик-головастик! - обижено выкрикнул Максим. - И вообще от девчонок я помощь не принимаю!
   - А я не тебе, а Никите помочь хочу, - высказалась девочка и отвернулась от Максима.
   - Как ты нам поможешь? - Никита сразу уцепился за произнесенную фразу. Ему, конечно, было смешно смотреть на ссору своего брата и Берегини, но пора и делом заняться.
   - Сейчас увидишь, - загадочно улыбнувшись, произнесла Людмила.
   Совершено позабыв про недавнюю небольшую перепалку, она отошла немного в сторону, там девочка подняла вверх руки и начала нараспев призывать элементалии воды и огня, да, да, именно огня, потому что солнце тоже относится к огненной стихии:
  
   - Ты, радуга - дуга,
   Верная подружка,
   Солнца и дождя.
   Ты услышь мои слова
   И приди сейчас сюда,
   Через реку переправу
   Проложи,
   И на ней Никиту
   Да Максима
   Крепче ты держи.
   Так давай
   Красавица дуга
   Не ленись,
   Перед нашим взором
   Сей же миг явись!
  
   После Людмила добавила пару фраз на непонятном языке.
   Откликнулись на ее призыв элементалии воды и огня, подчинились ее ворожбе.
   Стоило Людмиле произнести последнее слово, как перед ребятами появилась разноцветная радуга.
   Она выгнулась высоко в небо, переливаясь своими яркими цветами. Но вот радуга начала постепенно опадать, опускаться, пока не превратилась в призрачную, узкую, шириной всего лишь в пять ладоней, семицветную дорожку. Она начиналась возле неровной линии воды, медленно несущие свои потоки в сторону основного русла реки, и устремлялась прямой стрелой вдаль, до самого противоположного берега.
   - Пошли! - весело крикнула Людмила, она легко ступила на радужную тропинку и, не дожидаясь ребят, побежала по ней.
   Никита подошел к призрачной дорожке, осторожно ступил на нее. Радуга оказалась упругой, как беговая дорожка спортивного тренажера. Мальчик боялся, что дорожка не выдержит его веса, слишком уж она казалась ненадежной на вид, но нет, не просела под ногами, крепко держала, словно под ним была не радуга, а асфальтированный тротуар. Тогда уже смелее Никита двинулся следом за Людмилой. Конечно, если бы радуга поднималась круто ввысь, он еще подумал бы, стоит ли так отчаянно вышагивать по ней, ведь запросто можно оступившись, свалиться вниз и повредить себе что-либо. Другое дело, когда тропинка вьется прямо над поверхностью воды, наклонись, опусти руку, и ты ее намочишь, тогда можно не опасаться слететь с намеченного пути, потому что можно в любое время подтянуться и встать обратно, если конечно не боишься намокнуть. Никита намокнуть не боялся.
   Он успел сделать всего лишь несколько, когда за его спиной раздался неуверенный окрик Максима:
   - Никита, постой! Я не могу!
   Никита осторожно, так чтобы не свалиться с узкой тропинки, повернулся на голос. Максим, уже обутый в кроссовках, стоял возле радужной дорожки, не решаясь на нее ступить.
   - Никита, я боюсь, что не дойду до того берега, - от волнения дрожащим голосом произнес его брат, - дорожка слишком узкая, я обязательно слечу с нее. А плавать я толком не умею. Что мне делать, Никита?
   - Послушай, Максим, ты главное не бойся и не смотри вниз. Постоянно гляди мне в спину, как это делают канатоходцы, и уверено шагай вперед. Вот увидишь, у тебя все получится, - посоветовал ему Никита, - и постоянно напоминай себе, что мы идем не на прогулку, а за ножницами, которые помогут спасти нашу бабушку. Это предаст тебе уверенности.
   - Попробую, - не слишком уверено произнес Максим. Он набрался духу и шагнул на узкую разноцветную дорожку.
   - Не отставай, - сказал Никита, увидав, что его брат решился на рискованную прогулку.
   Мальчик уверено повернулся в сторону другого берега и неторопливо, стараясь не оступиться, направился к острову, правда он не забывал прислушиваться к сосредоточенному пыхтению Максима за своей спиной, вдруг и правда тот свалится в воду, тогда ему нужно будет помочь.
   Сначала Никита медленно двигался вперед, осторожничал, ведь не по тротуару прогуливался, а шел по узкой радужной дорожке, которая слегка пружинила от каждого шага. С обеих ее сторон плескалась прохладная вода речки, туда ему свалиться не очень-то хотелось. Конечно, он сможет обратно выбраться на тропинку, но все же намокнет сам и подмочит рюкзак с нужными вещами, которые от этого могут испортиться, а это было не желательно.
   Так Никита остерегался с четверть пути, а потом приноровился к узенькой дорожке. Тогда он прибавил шагу и уже уверенной походкой начал передвигаться к противоположному берегу. Никита даже успевал глядеть по сторонам. Ему было любопытно, что будет, если их увидят со стороны. Скорее всего, удивятся и начнут показывать пальцем, мол, смотрите, какие смелые мальчики, идут по радуге и совсем не боятся упасть в воду. Но к его сожалению купающиеся на пляже их не замечали.
   Максим, так же сумел перебороть свой страх. Прислушавшись к совету своего брата, он старался не смотреть под ноги, только в спину Никиты. Оказалось, когда не видишь прямо перед собой узкую дорожку, да сполохи водяной глади, намного легче идти вперед. Конечно, Максим не полностью подавил в себе страх. Он его усмирил, но его липкие отголоски все равно остались, где-то в глубине души. Правда, они не мешали ему, наоборот слегка подталкивали, заставляя быстрей двигаться вперед. А еще его подгоняло напоминание Никиты о бабушке. Ведь она сейчас лежит такая беспомощная в своей постели. И даже не подозревает, что любимые внуки торопятся защитить ее от злой колдуньи.
   Мальчики не переговаривались между собой. Они были сосредоточены на дороге. Может поэтому они без лишних приключений добрались до противоположного берега.
   Там их уже поджидала Людмила.
   Стоило ребятам ступить на прибрежный песок, как радужная дорожка сразу бесследно исчезла, словно ее и не было.
   - Ну что, мальчики, прощайте, дальше вам придется идти вдвоем, - встретила Берегиня ребят такими словами.
   - Ты разве не будешь ждать нашего возвращения? - удивился Никита.
   - Как только вы вернетесь обратно, я сразу же появлюсь. А просто так сидеть и ждать вас мне недосуг, сейчас же лето, пора развлечений. Значит, нельзя разменивать ни одного драгоценного мгновения по пустякам. Пока, ребята! - произнесла она на прощание и нырнула в воду.
   Мальчики снова остались одни.
  
  
  
   Глава десятая.
   Рыбаки и рыбка.
  
  
   Оставишь в одиночестве, мальчики сначала внимательно огляделись.
   Они стояли на песчаном берегу речки, недалеко от них находилась лодка с мотором, глубоко уткнувшись носом в мокрый песок. Оказывается, мальчики были не одни. В речке по самую грудь стояли два незнакомых мужчины возле протянутой по воде веревки, которая держалась наплаву за счет больших пенопластовых поплавков. Чем они там занимались, издали разглядеть было невозможно.
   Дальше, за их спиной, если смотреть вглубь острова, начинался подлесок. Там в основном росли густые кусты и ивы, а за ними виднелись высокие стволы тополей.
   Нужную тропинку мальчики обнаружили без труда. Она находилась всего лишь в пяти метрах от них.
   - Ну что, пошли, - предложил Максим, указывая на тропку.
   - Подожди, - остановил его Никита, - мы не знаем, что нас ждет впереди, поэтому нужно приготовить хотя бы длинные палки. Они сгодятся как посохи и как оружие при необходимости.
   - Так давай найдем их и продолжим путь, - согласился с ним брат.
   - Нет, ты пока оставайся тут, а я пойду, найду подходящие палки, - предложил Никита.
   - Почему ты, а не я? - Максим не согласен был с братом. - Я что, хуже тебя? Я что, не смогу найти палки?
   - Максим, а вдруг придется срезать ветки, - начал ему объяснять Никита, - а нож у кого?
   - У тебя, - с таким аргументом трудно спорить и Максим не стал этого делать.
   - Точно, у меня, - подтвердил Никита, - так что за палками придется идти мне.
   - Тогда пошли вместе, - предложил Максим, потому что ему не хотелось оставаться в одиночестве.
   - А вдруг мы потеряем друг друга из виду, потом будем аукать, искать, друг дружку, только время зря потратим, - рассудил Никита, - нет уж, лучше я один пойду, а ты здесь жди и очень тебя прошу, постарайся не найти неприятности на наши головы.
   - Ладно, - сдался Максим, - иди, но только быстрей возвращайся, а то, я неуютно себя чувствую в одиночестве.
   - Я мигом, - уверил его Никита и побежал к тропе, чтобы углубиться в подлесок. Лишь там можно было найти подходящие палки среди сухих обломанных веток, валяющихся на земле.
   Оставшись в гордом одиночестве, Максим присел на теплый песок и начал ждать своего брата. Правда, в таком положении он пробыл не слишком долго. Скучно просто так сидеть без дела.
   Максим поднялся, отряхнув джинсы от песка, осмотрелся. Его внимание привлекла лодка. Конечно это чужая вещь, но так страстно хочется посмотреть, что там внутри, может что-нибудь интересное обнаружится? А то, что там что-то есть, в этом Максим не сомневался.
   Он неторопливой походкой прошел мимо лодки, стараясь не смотреть на нее, словно просто прогуливался рядом. Огляделся, стараясь угадать, кто на ней приплыл. Кроме двух незнакомых мужчин, которые находились в воде, никого больше на острове не было. Значит, это их лодка.
   Что же в ней такое, если она так сильно просела в песке?
   Максим прогулялся еще пару раз мимо лодки. Мальчик старательно изображал равнодушие к ней, словно перед ним лежало обыкновенное бревно. Подумаешь, лодка, он что, лодок не видал. А у самого так и зудело внутри от любопытства, подмывая заглянуть вовнутрь.
   На пятом заходе Максим, все же не выдержав, подбежал к лодке. Он осторожно облокотился о борт и заглянул внутрь. А там, оказывается, было полно свежей рыбы разных размеров, которая вяло шевеля хвостами, часто открывала рот, от чего жабры постоянно были в движении. Бедная рыбка явно страдала без воды.
   - Ух, ты! - у Максима от радостного волнения даже глаза загорелись и зачесались руки, которые так давно были без дела, прямо с самого утра. А тут, увидеть такое!
   Он вообще был любознательным мальчиком, любил подолгу сидеть, собирать пазл, ему нравилось возиться с конструктором, листать книжки с цветными картинками про рыб и животных. А если в его руки попадалась отвертка, тогда Максим с увлечением разбирал магнитофон старшего брата, чтобы посмотреть, что или кто заставляет его издавать звуки, может там спрятались маленькие человечки, вот и сидят они там, играют на музыкальных инструментах. У дедушки он старался понять, почему мотоцикл так быстро ездит, у бабушки, как работает швейная машинка. Максим даже попросил у своего папы купить ящик с инструментом, но тот, увидав его задумчивые, полные любви к познанию, взгляды, бросаемые на дорогой автомобиль, отказал ему в просьбе. А то кто его знает, вдруг возьмет и разберет автомобиль по винтику.
   Максиму за это конечно попадало, но даже это не убавило его пыл познания, потому что пытливый ум ребенка всегда найдет занятие для рук и приключение для своего непоседливого зада. Не зря существует поговорка: через тернии к звездам. Конечно, до звезд далеко, а вот тернии, так и липли к мальчику.
   Вот и сейчас Максим решил наглядным образом дознаться, как рыбы так быстро плавают в воде. Если ему удастся разгадать этот секрет, может тогда он быстрей научится хорошо плавать.
   Сначала он выбрал небольшого осетра, весом так с три килограмма, малька можно сказать, осторожно поднял его на руках, отпустил на мелководье. Тот сначала замер, наверно не поверил своему счастью, только жабры быстро работали, набирая нужный организму кислород, а в следующее мгновение махнул хвостом и стрелой скрылся в глубине речки.
   За такой малый промежуток времени Максим толком ничего не смог рассмотреть. Тогда он решил повторить свой эксперимент.
   Мальчик выбрал судака, килограмм на пять, решив, если рыба большая, значит, она медленней будет двигаться в воде и это позволит ему внимательней рассмотреть ее телодвижения. Он с усилием вытащил судака из лодки, опустил в воду.
   Его теория не оправдалась, или рыба оказалась не слишком большой, или ей не важен размер. Судак так же быстро исчез в глубине. Чтобы полностью увериться в своей теории, он решил в очередной раз повторить эксперимент. На этот раз Максим выбрал огромного сазана, весил тот килограммов десять, если не больше, кое-как, волоком, вытащив его в воду, аж, весь употел за этим занятием, начал смотреть на него.
   Большая рыба, вихляя всем телом, выбралась с мелководья и поторопилась исчезнуть с глаз долой. Максим как завороженный следил за ней, пока она не исчезла на глубине.
   Мальчика незаметно увлекло это занятие. Он одну за другой вытаскивал рыбу из лодки и отпускал ее на волю. Но даже увлекательное занятие может утомить. Вскоре Максим устал, решив немного отдохнуть. Он уже хотел отойти от воды, как оттуда вылезла здоровенная осетровая голова.
   - Спасибо тебе, добрый мальчик, за спасение моего детеныша из рук коварных браконьеров, - произнесла рыбья голова, - я про это никогда не забуду. Помни, в трудную минуту я тебе пригожусь.
   - Ух, ты! - восхитился Максим. - Ты умеешь разговаривать?
   Но ему никто не ответил. Осетр после произнесенных слов скрылся в пучине речных вод. Зато появился Никита. Он подошел к берегу, неся в руках две, высотой с их рост, толстые палки. Они были ровными, немного обтесанными ножом, так чтобы сучки не мешали их удобней перехватывать, да чтобы заноз не нахвататься.
   - Ты что здесь делал? - спросил Никита, с подозрением рассматривая своего брата.
   - Тебя ждал, - равнодушно ответил Максим и начал в речке мыть испачканные руки.
   - А почему у тебя руки в рыбьей чешуе? - поинтересовался Никита, передавая ему одну из палок. - Ты что здесь рыбалкой занимался?
   - Нет, я наоборот, рыбу на волю отпускал и ты знаешь, одна из них за это мне даже спасибо сказала, - похвастался Максим.
   - Так ты, чужую рыбу в речку отпускал? - Никита понял, заглянув в лодку - скоро у них начнутся большие неприятности. Там конечно еще оставалась рыба, но в основном мелочь пузатая вроде тарашек, окуней и склизкой сапы.
   Максим хотел ответить своему брату, но в этот миг о себе напомнили двое незнакомых мужчин.
   - Эй, мальцы, что вы делаете возле нашей лодки? - крикнул один из них, направляясь к берегу.
   - Ничего! - крикнул Максим и начал задом пятиться в сторону леса.
   - А ну валите отсюда, пока уши не по отрывали! - крикнул другой мужчина.
   - Старших надо слушаться, - сказал Максим, повернувшись в сторону тропки, и быстро посеменил в том направлении.
   - Ага, - согласился с ним Никита. Он не отставал от своего брата. Так, они быстрым шагом начали удаляться от злополучной лодки.
   Ребята только успели дойти до тропы, как началось то, чего они так боялись.
   - А-а-а! - раздался позади них вопль злобы и отчаяния. По всей видимости, мужчины заглянули в свою больше чем на половину опустошенную лодку. - Стойте, маленькие поганцы! А ну стойте, кому говорят! Вы куда нашу рыбу дели?
   - Кажется, дяденьки слегка расстроены, - прислушиваясь к крикам, сказал Максим.
   - Совсем чуть, чуть, - добавил Никита, - если бы они сильно злились, то обязательно побежали бы за нами.
   Позади их раздался приближающийся тяжелый топот босых ног и громкие крики разгневанных мужчин:
   - Кому говорят, стойте! Сейчас поймаем, все уши по отрываем!
   - Кажется, они сильно обиделись на нас, - произнес Никита, услышав позади себя сердитый вопль.
   - Догонят, бить будут, - испугано произнес Максим, рефлексным движением почесав свой зад. Он неотрывно смотрел на приближающихся мужчин.
   - Или начнут уши отрывать, - Никита тоже был испуган. Он невольно дотронулся до мочки уха. Пока оно находилось на месте, и с ним Никита очень не хотел расставаться.
   Ребята быстро посмотрели друг на друга и что есть сил, припустили в сторону леса по песчаной тропе.
   Испуг действует на всех по-разному. Одних он приводит в оцепенение, другим же наоборот придает силы. Мальчиков можно было смело отнести ко второй категории.
   Они не чувствуя земли под ногами неслись вперед по петляющей тропинке. Ветки деревьев хлестали их по лицу, но им было не до этого, когда за спиной раздаются гневные крики преследователей, на такую мелочь совершенно не обращаешь внимание.
   Ребята бежали все дальше и дальше, углубляясь в лес. У них в ушах постоянно стучало - бум, бум, бум. Они думали, что это тяжелые шаги преследователей, на самом же деле, так стучали их испуганные сердца. Браконьеры уже давно отстали. Увидав, что им не догнать шустрых мальцов, они плюнули на это безнадежное занятие и вернулись к лодке, рвя на голове волосы от досады.
   Вскоре мальчики выбились из сил. Они упали ничком на траву и так остались лежать, стараясь восстановить дыхание.
   Максим перевернулся на спину.
   - Пи..., пи..., - не как не мог он выговорить, потому что, продолжал жадно ловить ртом воздух.
   - Ага-я-тоже-чуть-не-намочил-штаны-от-испуга, - так, с небольшими паузами, смог произнести Никита.
   - Пить - дай! - наконец смог внятно сказать Максим.
   - Так ты пить хочешь, - Никита, сел, снял с плеч рюкзак, достав оттуда две бутылки прохладной воды, одну протянул брату.
   Максим прильнул к бутылке губами и начал жадно поглощать воду, облив при этом себе футболку. Никита же пил осторожно. Он сначала прополоскал рот, выплюнув воду, только потом сделал несколько глотков и закрыл бутылку.
   - Максим, ты давай экономь воду, а то неизвестно, сколько нам здесь придется бродить, - Никита предупредил брата.
   - Ладно, - согласился с ним Максим. Он закрыл крышку, передав бутылку брату.
   Никита положил воду в рюкзак.
   - Они будут нас искать? - спросил Максим, насторожено прислушиваясь к окружающим звукам.
   - Скорее всего, нет, - ответил Никита, - но могут поджидать нас на берегу, когда мы будем возвращаться. Ты зачем их рыбу трогал?
   - Сам не знаю. Захотелось вдруг посмотреть, как она плавает, - честно признался Максим.
   - Хочешь смотреть, как рыба плавает, заведи себе аквариум, - посоветовал ему брат, - а за такие дела могут неслабо 'плюшками' угостить.
   - Плюшки я люблю, - сказал Максим, - особенно когда они свежие.
   - Ну, тогда давай я тебя угощу, - усмехнулся Никита, - только не забудь подставить затылок.
   - Я про другие говорил, - Максим, наконец, понял, о чем вел речь Никита.
   - Ладно, отдохнули, тогда пошли дальше, - сказал брат. Он поднялся, надев на плечи рюкзак, взял в руки посох.
   - Пошли, - Максим последовал примеру брата.
   Ребята продолжили свой путь, совершено забыв о только что пережитом приключении. Да и что переживать; что случилось, то случилось, а впереди их ждало невыполненное дело, от которого зависела жизнь их любимой бабушки.
  
  
  
   Глава одиннадцатая.
   Щенок и вороны.
  
  
   Ребята шли по петляющей лесной тропке осторожно, поглядывая себе под ноги. И эта предосторожность была неспроста. Изредка из густой травяной поросли выползали змеи. Они, быстро извиваясь, пресекали тропу, оставляя после себя на сухом песке неровный след.
   Ребята не успевали рассмотреть, какие это змеи, гадюки или ужи, потому и соблюдали все возможные предосторожности.
   Мальчики не трогали их, терпеливо дожидаясь, когда змея удалится, и только потом продолжали свой путь. Правда, один раз Максим с испуга чуть не ударил ползучего гада, уж слишком неожиданно появился он прям под ногами, но Никита вовремя остановил его, перехватив руку с посохом. Он знал, что не стоит без надобности трогать змею, тогда она так же, на людей не обратит внимание. У нее и без них дел хватает, например - поохотиться на неосторожную лягушку или глупую мышь.
   Таким образом, они медленно продвигались вперед по лесной тропке, стараясь не обращать внимания на жару и усталость. Они помнили наставления бабушки Прасковьи и никуда не сворачивая, шли по указанному пути.
   Во время путешествия они успели немного отдохнуть на широком пеньке, там же перекусили бутербродами, съели свежие огурцы и выпили по полбутылки воды. Таким образом, ребята удалось насытиться, к тому же рюкзак изрядно полегчал, поэтому тащить его стало легче.
   Мальчики прошли мимо трех небольших полян, где цвели белые ромашки вперемешку с синими васильками и воздушными одуванчиками, обошли не слишком глубокий овраг, минули небольшую смешанную рощу, где росли клен, тополь, ясень и вяз.
   Кругом было тихо, людей вообще не было видно, только птицы перелетая с ветки на ветку, что-то щебетали на своем птичьем языке. Казалось, что мальчики находились не на небольшом остове, где прямо под боком находится дачный поселок, а где-то в дремучем лесу, где до ближайшего человеческого жилья надо идти в течении целой недели. От такой мысли им было немного не по себе. Ведь если случиться какая-нибудь неприятность, помощи ждать неоткуда: родители далеко, да и до других взрослых не докличешься, так что придется надеяться только на себя. И как ни странно, это обстоятельство им придавало больше уверенности в своих силах, заставляя самим проявлять инициативу, а не ждать посторонних указаний.
   Тропинка вела мальчиков за собой, петляя все больше и больше. Интересно, кто так ее умудрился натоптать, если это зверь, то он явно запутывал свои следы, если человек, то, скорее всего он хотел создать замысловатый лабиринт. Ребята над этой загадкой долго ломали голову, но так разгадку не смогли найти, потому что тропа их вывела к речной протоке.
   Они, наконец-то сумели пересечь малый остров.
   Эти два острова, малый и большой были естественного происхождения. Они появились за счет изгиба реки. Волга, поворачивая свое полноводное русло, на этом месте постепенно намывала небольшую косу. Со временем она расширялась, становясь длинней. Постепенно туда птицы начали заносить различные зерна растений, из которых проросли различные деревья, поднялась разнообразная трава. Так образовался большой остров. Он был единый, не разделенный небольшой протокой. Но как-то раз, после сильного ливня, прямо недалеко от берега образовался глубокий овраг. Постепенно он стал удлиняться, пока не соединился с берегом величественной реки. Тогда ее воды нашли себе лазейку и разделили большой остров на две неравные части.
   Так появились остров Долгий и остров Малый, который мальчики благополучно пересекли. Конечно, все это случилось не сразу и не за один год. Минуло очень много времени, прежде чем эти два острова приобрели свой нынешний вид.
   И вот теперь мальчикам предстояло перебраться с малого острова на остров Долгий, который находился в двадцати метрах от них, и дойти до нужного места, туда, где тайно захоронены волшебные ножницы.
   С переправой проблем не возникло. Недалеко от тропинки находился деревянный мост. Он стоял на бревенчатых сваях, которые от старости, прямо у самой воды, покрылись зеленой тиной. Да и сам мост не выглядел новым. Со стороны казалось, что на него минимум сто лет не ступала нога человека. Настил из оструганных досок весь рассохся, стал коробиться, местами виднелись прорехи, видать или доски свалились вниз, или просто их уложить забыли. Деревянные перила казались хлипкими, не совсем надежными. А если все это вместе суммировать, то получалось, что мост находится в плачевном состоянии и еще не факт, выдержит он вес человека или нет. Но другого пути на противоположный берег не существовало. Конечно, можно вплавь переправиться туда, а этого ребята не хотели. Не очень удобно ходить по острову в мокрой одежде, да и нужные вещи в рюкзаке могут подпортиться от влаги.
   Мальчики стояли перед мостом, не решаясь ступить на него. Вдруг настил не выдержит и провалится, тогда есть вероятность упасть в воду, а падать с четырехметровой высоты не очень охота, можно так удариться о воду, что не поздоровится. Это только со стороны, кажется, что она мягкая да податливая, на самом же деле речная гладь коварная штука. Чем дольше к ней лететь, тем тверже она становится.
   Первым решился ступить на мост Никита. Повернувшись к своему брату, он сказал:
   - Пошли, Максим, только осторожно, не забывай под ноги смотреть, а то тут полно разных дырок.
   Тот в ответ просто мотнул головой и нервно сглотнул. Ему было страшно идти по мосту, но оставаться в одиночестве в незнакомом месте он боялся больше. Потому Максим не стал спорить, а с легкостью согласился, хотя его немного трясло от волнения.
   Позвав за собой брата, Никита пошел по деревянному настилу, который сразу же заскрипел и стал прогибаться под его весом. Максим, глядя под ноги, последовал за ним.
   Мальчики медленно шли по мосту, иногда останавливаясь, когда им казалось, что настил уж слишком сильно начинает трещать. Они со всей осторожностью обходили дыры, стараясь не опираться на не очень надежные перила. Мальчики держались строго середины, опасаясь подходить к краям, чтобы не видеть внизу медленно протекающую речку.
   Так без лишних приключений им удалось пройти больше половины моста. А потом, когда до берега осталось всего четыре метра, мальчики ощутили, как ветхая переправа начала медленно раскачиваться из стороны в сторону, потрескивая сильней, чем прежде и медленно оседать вниз.
   Ребята не стали дожидаться пока под ними обвалится мост. Они со всех ног помчались к близкому берегу. Мальчики не видели, зато слышали, как позади них секция за секцией с неимоверным шумом фрагментами обваливается ненадежный настил в воду, а там поднимая шумные брызги, гулко ударяется друг о друга. Ребятам некогда было оглядываться, они из последних сил сделали рывок и оказались на твердой земле. В спешке споткнувшись, они по инерции кубарем полетели по горячему песку, затормозили на зеленой траве и остались, на ней лежать, приходя в себя после испытанного испуга.
   Позади мальчиков последний раз громко ухнуло и все резко затихло, оставался слышен только шелест воды, да вялый перестук бревен, медленно катившихся вниз по течению.
   Ребята обернулись и увидели, переправа на другой берег перестала существовать. Мост изжил свое. Он не дождался капитального ремонта и рухнул в речку, превратившись в груду никому не нужного мусора.
   - И что теперь будем делать? - поинтересовался Максим, поднимая с земли свой посох.
   - Идти дальше, - ответил ему Никита. А что еще им оставалось делать.
   - А как же мы переправимся обратно? - не унимался его брат.
   - Нам главное найти ножницы, а уж об обратном пути будем думать потом, - сказал Никита. Он перевязал ослабшие шнурки на кроссовках, поднял свой посох и направился по тропе вглубь острова.
   - Тоже верно, - согласился с ним Максим. Он не отставал от брата, стараясь шагать рядом. - Как ты думаешь, нам еще долго идти?
   - Не знаю, - честно признался Никита. Он достал мобильник, посмотрел на время и добавил, - если учесть, что нам удалось пересечь малый остров за пару часов, то думаю, со всеми делами мы управимся до темноты.
   - Хорошо бы, - вздохнул Максим, - а то твои родители хватятся нас, начнут искать, а когда поймут, что мы их слегка ввели в заблуждение, тогда уж точно нам влетит по полной программе.
   - Это уж точно, - согласился с ним Никита, - запретят играть в компьютер, выходить на улицу и главное никакие оправдания не помогут. Что мы можем сказать? То, что пошли искать волшебные ножницы? Нам взрослые ни за что не поверят, да еще за вранье накажут. Так что нам лучше поторопиться, чтобы успеть до темноты.
   Они прибавили шагу, но смогли пройти всего метров двадцать, как в стороне от тропинки послышалось звонкое собачье тявканье и трескучий вороний гвалт. Мальчики невольно остановились, прислушались, стараясь понять, что там такое творится.
   С левой стороны от тропинки сначала раздавался заливистый лай или маленькой собаки или щенка, потом он прекратился, зато послышался жалобный скулеж и усиленное хриплое воронье карканье.
   Ребята с не скрываемым любопытством посмотрели друг на друга и решительно пошли в ту сторону. Во-первых, им было интересно посмотреть, что там не поделили между собой собака и вороны, во-вторых, мальчикам стало жалко одинокую псину, которая сражалась со стаей птиц. И в-третьих, если на острове появилось домашнее животное, значит, где-то рядом должно находиться человеческое жилье, а там можно узнать, как быстрей попасть на проклятую поляну. Ребятам, почему-то в голову не пришло, что псина может быть бездомной.
   Мальчики обошли густой кустарник крыжовника, ориентируясь на звуки, минули полосу высоких тополей, потом проскочили мимо росших вперемешку вязов и ясеней и вышли к широкому дубу, возле которого мальчики увидали маленького рыжего пушистого щенка с обвисшими ушами. Тот, поджав свой хвост, поскуливая, старался убежать от назойливых ворон.
   Птицы же в свою очередь просто издевались над маленькой собачкой. Их было четыре. Две из них расположились на самой низкой ветки дуба и следили за щенком, другие две, одна спереди другая сзади, по очереди подскакивали к нему и клевали в лохматый зад. Тот кружился на месте, отрывисто тявкая, скулил, старался схватить зубастой пастью своих обидчиков, но безрезультатно. Почуяв опасность, вороны просто взлетали, а когда щенок отвлекался, вновь садились на землю, наскакивали на него и постоянно противно каркали.
   Мальчикам стало жалко щенка. Они решили ему помочь избавиться от коварных птиц. Ребята побежали к собачонке, размахивая своими посохами и громко крича. Вороны вначале разлетелись в разные стороны, но потом, опомнившись, начали кружить над мальчиками, стараясь клюнуть им в голову, тем самым мешая забрать с собой щенка. Но против палок крыльями и клювом сильно много не навоюешь. Так что птицы не сумели навредить ребятам. Им оставалось только орать во все воронье горло, да высоко кружиться над мальчиками.
   Тем временем Максим схватил на руки щенка и побежал в сторону оставленной тропинки. Никита, держа наготове свой посох, прикрывал его отход. Так они без потерь добрались до брошенной тропы. Туда, где со всех сторон торчали ветки деревьев, вороны не сунулись. Они остались кружить и возмущено каркать возле широкого дуба.
   Щенок, почувствовав человеческие руки, перестал жалобно скулить. Он, удобно устроившись в объятиях Максима, уткнулся холодным носом в его грудь и мирно засопел.
   - Как он? - спросил Никита, с любопытством рассматривая щенка.
   - Все в порядке, - сделал вердикт Максим, тщательно осмотрев кутенка. Он гладя против шерсти полностью осмотрел его, не найдя серьезных ран, опустил на землю. Щенок радостно завилял хвостом и начал лизать Максиму руку, так выражая тому свою благодарность.
   - Бедненький, настрадался от этих злобных ворон, - нежно произнес Никита и погладил кутенка, - ты же наверно голодный. Подожди, сейчас мы тебя накормим.
   Он снял с плеч свой рюкзак, оттуда достал оставшиеся бутерброды и отдал их щенку. Того долго упрашивать не пришлось. Он набросился на свалившееся угощение и практически не жуя, проглотил все до крошки. После немного повозился на месте, уткнувшись носом в землю, видать надеялся обнаружить еще что-нибудь съестное, но когда такового не нашел, посмотрел на ребят своими черными пуговками глаз и звонко тявкнул, намекая - мол, что стоите, давайте еще угощайте.
   - А он нахал, - усмехнулся Максим, - умял все наши запасы и еще требует.
   - Может он так стресс снимает, - пытался оправдать щенка Никита.
   - Ты еще скажи, что он воды просит, - с сарказмом продолжал Максим.
   - Как я сам не догадался, конечно, после сухомятки ему хочется пить, - Никита слова своего брата воспринял всерьез, да и по себе знал, что после бутербродов неплохо промочить горло. Он достал бутылку воды и прямо с ладошки стал поить щенка. Тот радостно виляя хвостом начал утолять свою жажду. Вот бутылка опустела. Никита положил ее в рюкзак, чтобы не разбрасываться мусором на природе. А пустую тару, можно будет потом выбросить в контейнер с отходами.
   - А как же мы без воды? - поинтересовался Максим. Он уже жалел о своих словах.
   - Ничего, у нас еще осталось полбутылки, - успокоил его Никита, - будем экономить, тогда нам хватит на обратный путь.
   - Если я помру от жажды, то в том будет только твоя вина, - недовольно проворчал Максим.
   - Сильно пить захочешь, попробуй из лужицы напиться, - посоветовал ему брат.
   - Сам пей муть с кишечной палочкой, а мне свою бутылку отдай, - услышал он в ответ, - потом из туалета не вылезешь.
   - С какой палочкой? - не понял Никита.
   - С плохой. С той, что расстройство желудка вызывает, - пояснил Максим, - мне про это мама говорила.
   - Ладно, из лужи никто пить не будет, лучше чистую воду будем экономить, - согласился с ним Никита, - а теперь пошли дальше, может, по дороге встретим того, кто подскажет дальнейший путь.
   - А с кутенком, что будем делать? - спросил Максим и посмотрел на щенка. Тот весело скакал между мальчиками, стараясь пригласить их в свою игру.
   - Возьмем с собой, а то вдруг еще кто-нибудь его обидит, - предложил Никита.
   - Давай возьмем, - согласился с ним брат.
   На том они и порешили.
   Никита пошел, как всегда впереди, Максим, держа щенка на руках, следовал за ним. Правда далеко они не ушли. Стоило им пройти всего с десяток шагов, как поперек тропы встала огромная лохматая собака рыжего окраса с белыми подпалинами на широкой груди и животе, с обвислыми ушами и длинным хвостом. Почуяв ее, щенок сразу завозился в руках Максима. Тот, чтоб не уронить его, опустил на землю и спрятался за спину Никиты. Он немного робел перед незнакомыми собаками, потому что когда был маленьким, его укусила за ногу одна бездомная дворняга. Потом ему пришлось терпеть уколы от бешенства. После таких не очень приятных воспоминаний к каждой собаке будешь относиться с долей опаски.
   Тем временем щенок, радостно заверещав, подбежал к большой собаке и сразу начал своим носом тыкаться ей в живот.
   Она посмотрела на мальчиков своими большими умными глазами и произнесла человеческим голосом:
   - Благодарю вас, добрые мальчики, за то, что нашли моего непоседливого малыша. А то я с ног сбилась, разыскивая его. Помните, добрые мальчики, в трудную минуту я вам пригожусь.
   Большая собака мило улыбнулась.
   Да, да, именно улыбнулась. Если вы никогда такого не видели, то, как возникнет такая возможность, понаблюдайте. И тогда сами убедитесь, что собаки могут улыбаться, конечно, не как люди, а по своему, весьма своеобразно, умеют грустить и даже плакать, ну а как они злятся, про это все знают.
   Большая собака своими мощными зубами осторожно схватила щенка за холку и бесследно исчезла в кустах.
  
  
  
   Глава двенадцатая.
   Луг и землеройки.
  
  
   - Максим, ты слышал, она с нами разговаривала! - открыто восхитился Никита.
   - Я же тебе говорил, что со мной разговаривала рыба, - его брат уже устал удивляться и в том, не было ничего удивительного. Ведь за день он успел увидеть столько всего странного, сколько некоторые не видели за всю свою жизнь.
   - Когда говорил? - Никита наморщил лоб, вспоминая, но ничего такого припомнить не мог.
   - Возле лодки, когда мы убегали от браконьеров, - напомнил ему Максим. - Ты что, меня не слушал?
   - А, тогда мне было не до тебя, - Никита начал припоминать что-то такое, - я в тот момент сильно испугался, так что мне было не до твоих фантазий.
   - Теперь ты понял, что я не фантазировал? - с гордостью произнес его брат.
   - Теперь понял. Ты знаешь, а хорошо бы было... - дальше Никита замолчал, погрузившись в мечты.
   Мальчики, избавившись от нежданной обузы, а именно от маленького щенка, продолжили свой путь, во время которого вели неспешную беседу.
   - Что было бы? - заинтересовался Максим.
   - Иметь у себя дома говорящую собаку, - продолжил Никита, - с ней играть было бы интересней и оставаться одному дома не страшно, есть с кем поговорить, когда скучно и много всякого другого. А то иногда бывает, все дома, а поговорить или поиграть не с кем. Только и слышишь, не мешай, отстань, не до тебя.
   - Это точно, - согласился с ним Максим, - дом полон людей, а чувствуешь себя одиноким.
   Дальше тропинка их вывела к небольшому озеру. Его берега были илистыми, покрытыми невысокой осокой, а местами густыми зарослями камыша. Под ногами начало неприятно чавкать. Ребята ощущали, как травяной настил, под их весом слегка пружиня, проваливался, и в тех местах выступала вода.
   Мальчики сразу сбавили ход. Они начали сначала посохом прощупывали путь перед собой и лишь потом, решались продвигаться вперед.
   Кроссовки уже давно намокли, потому что вода уже доходила до щиколоток, а до сухого места было еще далеко. Ребята жалели, что не додумались разуться, теперь придется ходить в мокрой обуви, до тех пор, пока она не высохнет, а сейчас ее снимать не было смысла, во-первых, чтобы это сделать нужно присесть, при этом намочив шорты, а во-вторых, она и так мокрая.
   Сами мальчики не хотели снимать кроссовки, но в этом им помогла тропа. Пройдя еще пару метров, Никита провалился в вязкий ил по самое колено. Когда он начал вытаскивать ноги, кроссовки сами снялись. Пришлось шарить руками в жиже в поиске обуви, а найдя ее, выуживать из грязи, связывать вместе шнурками и вешать на шею, чтобы не занимать рук.
   Максим последовал его примеру. Он решил, что лучше намочить зад, чем как его брат, хватануть полную обувь грязи.
   Дальше идти пришлось трудней. Постоянно приходилось опираться о посох, чтобы вытащить ноги из ила, при этом стараться удержать равновесие, чтобы не свалиться ничком в грязную жижу, а еще смотреть по сторонам, вдруг появится ползучий гад, при этом все время гадать, водятся ли в этом месте противные пиявки или нет. Правда, другое радовало, глубже они не проваливались, а то пришлось бы возвращаться назад и искать обходной путь, значит потерять драгоценное время, которого и так не хватало.
   Вскоре мальчики выбрались из вязкого места. Они немного прошлись по сырой траве и очутились на сухом месте. Там ребята сели на песок, посмотрев друг на друга.
   Вид у них был весьма не привлекательный. Мальчики умудрились испачкать всю одежду в грязи, лица, руки и ноги приобрели темно коричневый цвет и это был не загар. Волосы, также каким-то непостижимым образом, оказались заляпаны темной грязевой жижей. Они поняли, если взрослые их увидят в таком виде, то обязательно начнут задавать вопросы, на которые желательно не давать ответы, ибо им не обойтись без должного наказания, которое основательно испортит оставшиеся недели каникул. Значит, нужно привести себя в порядок и желательно так, чтобы никто сразу не заметил их неприглядного вида.
   Вот тут-то и возникла загвоздка. Почистить себя и одежду можно с помощью воды, а до нее как раз не было возможности добраться. Вернее возможность была, но опять-таки по вязкому илу. Конечно, можно набрать воду в ведро и уже на сухом месте отмыться от грязи. Но где его возьмешь, когда в округе не видать человеческого жилья.
   Так что ребята эту процедуру оставили на потом, до той поры, когда вновь доберутся до берега речки. А сейчас они выжали мокрые носки, оттерли песком грязь с кроссовок и тела, чтобы более-менее иметь приличный вид и босиком продолжили свой путь.
   После прохладной водицы, горячий песок им приятно грел пятки, но постепенно стал обжигать. Тогда мальчики перешли на бег трусцой, стараясь наступать на траву, если она попадалась на тропе. Когда же они углубились в лес, идти стало легче, здесь, в тени деревьев, дорожка не успевала сильно прогреваться, так что по ней можно было не бежать, а идти спокойно, не опасаясь обжечь ступни ног. А вот с грязью, оставшейся на теле, дело обстояло намного хуже. Она засохла тонким слоем и стала стягивать кожу. Конечно, это не смертельно, но и мало приятного в этом, поэтому ребята постоянно чесались.
   Страдать от такого неудобства мальчикам пришлось не слишком долго. На их пути попался небольшой ручей, возле которого рос огромный тутовник.
   Ребята растерялись. Им сразу захотелось опробовать темно фиолетовые сочные ягоды сладкие на вкус. И в тоже время, нужно сначала хотя бы помыть руки, чтобы грязь не попала в рот. Выбор не простой, поддаться сиюминутной слабости или прислушаться к здравому смыслу.
   Соблазн или осторожность?
   Все же мальчики выбрали второе. Они решили сначала привести себя в порядок и только после насладиться лакомством.
   Ребята разделись до трусов, начали оттирать тело от грязи. Когда закончили с этим делом, принялись за одежду.
   - Смешно, - хихикнул Максим.
   - Что здесь смешного? - не понял брата Никита.
   - Да я вот думаю, сейчас мы стараемся, полощем футболки с шортами, а самим потом обратно через грязь будем возвращаться. Значит, мы мартышкин труд делаем, - пояснил Максим, но стирать не перестал.
   - Почему мартышкин труд? - спросил Никита. Он повесил чистую одежду на нижнюю ветку дерева и принялся отмывать кроссовки.
   - Потому что все равно испачкаемся, - Максим закончил возиться со своей одеждой. Теперь он сидел и ждал, когда его брат завершит приводить в порядок кроссовки.
   - А что, лучше грязным ходить? - Никита с пристрастием посмотрел на свою обувь, все ли почистил, не осталось ли еще грязных пятен? Не найдя на ней грязи, он остался доволен проделанной работой.
   - Нет, конечно, - Максим понимал, что его брат прав и в тоже время ему не хотелось делать бесполезную работу. - Ну что, полезли на дерево?
   - Подожди, сейчас я сделаю нам чашечки, в них наберем ягоду на дорожку, - остановил его Никита. Он залез в рюкзак, достал оттуда пустую пластиковую бутылку, разрезал ножом ее пополам, одну часть отдал своему брату, другую оставил себе. - Вот теперь можно и на дерево лезть.
   Мальчики осторожно забрались на толстую ветку дерева и, расположившись на ней поудобней, начали собирать спелые ягоды.
   Начался у них праздник живота.
   Темно-фиолетовые ягоды размером с мизинец, прямо таяли во рту. Они были весьма сочными и очень сладкими на вкус. А какое вкусное из них получается варенье! У, просто пальчики оближешь! Об этом ребята знали. Они не раз пробовали варенье из тутовника, которое варила их мама.
   Увлекшись поеданием лакомства, мальчики на время забыли обо всех невзгодах, что выпало за сегодняшний день: про бабушку, про ее несчастье, про злую колдунью и про своего нового друга Игреца. Разве можно о чем-то вспоминать, когда полностью погружен в такое приятное дело, как поедание сочной ягоды.
   Как они ни старались, все равно перемазались в соке, а здесь еще переспевшие плоды в этом деле помогали. При небольшом дуновении ветра, ягоды срывались со своих тоненьких плодоножек и падали вниз. Некоторые из них попадали на ребят, оставляя после себя фиолетовые разводы.
   Наконец ребята насытились. Они набрали полные стаканчики ягод, потом осторожно спустились вниз. Мальчики посмотрели друг на друга и весело рассмеялись. Еще бы, руки по локоть синие, грудь вся в фиолетовых пятнах, а лица разукрашены, как у воинственных индейцев.
   Мальчики оставили стаканы с ягодами около дерева, а сами побежали к ручью. Там они, весело поплескавшись, отмылись от природной краски, потом облачились в подсохшую одежду и продолжили свой путь, поедая на ходу ягоду. Теперь ребята старались брать ее осторожно, чтобы не запачкаться, ведь неизвестно встретится ли по дороге еще один чистый ручей. Правда, в этом деле им немного мешали посохи, которые они держали подмышкой, но бросать их мальчики не решались. Длинные палки уже успели пригодиться в дороге, может и в будущем будет от них польза.
   Когда ты занят таким приятным делом, как поедание сладких ягод, то не замечаешь пройденного пути. Так и мальчики не успели оглянуться, как тропа провела их через лес и вывела на обширный луг. Он был каким-то странным. Другие поляны, которые ребята видели на острове, были полны зелени с яркими крапинками разноцветных цветков. Здесь все казалось совершенно по-другому. Поляна повсеместно имела плешины пожухшей травы и бутоны увядших цветов.
   Они уже доели тутовник, спрятали пустые стаканчики в рюкзак и шли походным шагом к намеченной цели, как Максим услышал какой-то неразборчивый шепот.
   - Постой, - остановил он своего брата. - Ты слышишь?
   Никита остановился, прислушиваясь. Его окружала тишина. Только свежий ветер слегка шуршал луговой травой, да вдалеке раздавался птичий щебет. Казалось, что больше никаких посторонних звуков не раздавалось. Но нет. Сквозь шуршание травы слышалось еще, что-то невнятное, неразборчивое. Никита старался отсеять в сторону все посторонние звуки и сосредоточится на непонятном бормотании. С трудом, но это у него получилось. И мальчик сразу же услышал тоненький голосок, звучащий неизвестно откуда:
   - Помогите! Прошу вас, помогите!
   - Кто это? - удивлено спросил Никита, внимательно осмотрев округу.
   - Не знаю, - честно признался Максим. Он тоже осмотрелся вокруг и не обнаружил посторонних людей.
   Мальчики сошли с тропы и направились вглубь луга, надеясь в траве обнаружить того, кто просит о помощи. Но все их старания не оправдались. По всей округе кроме их двоих больше никого не было.
   Тем временем призывы о помощи не прекращались, они даже слегка усилились, становясь более различимыми, чем прежде:
   - Помогите, добрые мальчики! Помогите мне!
   - Ты где? - крикнули ребята. Они до сих пор находились в замешательстве. Еще бы, им впервые приходилось разговаривать с невидимым собеседником. Неужели они повстречали на своем пути Человека-невидимку?
   - Я здесь! Я здесь! - прошелестело непонятно откуда.
   - Кто ты? - спросили мальчики. Если не видишь собеседника, то нужно хотя бы узнать, кто именно тебя вызывает на разговор.
   - Это я, Луговая трава! Луговая трава! - тихо прошелестело у ребят под ногами.
   Мальчики посмотрели себе под ноги. Теперь им наконец удалось обнаружить, того с кем они вели беседу. Возле их ног небольшой участок травяного покрова преобразился в женское лицо. Оно постоянно находилось в движении от неровных порывов свежего ветра и не имело четких очертаний, поэтому казалось размытым, неясным. Глаза травяного лица то превращались в две тоненькие щелочки, то открывались до огромных размеров, губы постоянно выражали разные чувства, печаль, радость, сожаление. Щеки то распухали, как воздушные шарики, то опадали до нормальных размеров.
   Это видение было самое удивительное, среди всего, что ребятам удалось увидеть и узнать за сегодняшний день. Говорящая трава! Такое мальчики, с их бурной фантазией, даже не могли представить. А здесь нате вам, смотрите, ведите неспешный разговор.
   - Ой, извините, - невольно вырвалось у ребят, когда они осознали, что стоят на траве. Вдруг ей больно под их весом, вдруг их ноги, невольно притоптавшие траву, приносят ей страдания.
   - Не бойтесь, мне не больно от ваших легких шагов, совсем не больно, - успокоила мальчиков трава.
   - Что с тобой случилось? - спросил Никита, уяснив, что они не причиняют неудобство своей странной собеседнице.
   - Почему ты у нас просишь помощи? - добавил Максим.
   - Мне больно, мне очень больно, - пожаловалась им трава.
   - Почему? - спросили ребята. - Что тебе причиняет боль?
   - Землеройки, - в ответ прошелестела трава, - землеройки приносят мне боль. Они роют бесконечные норки в моем дерне, они вредят моим корням. Я начинаю увядать, терять силу и свою былую красоту. Вы посмотрите вокруг, посмотрите. Засохших стеблей с каждым часом становится все больше и больше. Я постепенно гибну. Помогите мне, добрые мальчики, помогите!
   - Чем мы можем тебе помочь? - спросили мальчики.
   - Прогоните землероек с моего луга! Умоляю, прогоните! - тихо прошептала трава.
   Ребята призадумались. Они не отказались выполнить просьбу луговой травы, почему бы, не помочь, но вот как это сделать, мальчики не представляли. Это же не вороны, которых можно прогнать длинными палками, здесь от посохов мало толку. С ними гоняться за юркими землеройками, все равно, что из огромной пушки попробовать сбить рой мошки. Так что нужно было придумать другой способ, с помощью которого можно изгнать шустрых грызунов с луга.
   Такой способ вспомнил Максим. Он как то по каналу 'Дискавери' видел, как полевые мыши спасаются от наводнения, которое заливало их норки. Вот эта передача и подала ему дельную мысль.
   - Послушай, Никита, нам нужно в норке землеройки создать искусственное стихийное бедствие, - предложил Максим.
   - Что создать? - не понял его Никита.
   - Что-то типа наводнения, потому что для такового у нас нет ни ведра, ни воды, так что нужно придумать что-нибудь подобное, - пояснил Максим.
   - Воды у нас точно осталось мало, на полноценное наводнение не хватит, - согласился с ним Никита, - но можно устроить небольшой пожар, спички-то у нас имеются.
   Он достал коробок спичек и потряс им в воздухе. Что-что, а баловаться с огнем Никите нравилось.
   Как-то раз, он решил устроить небольшой костер в туалете, когда папа ушел из дома в магазин. Он взял коробок спичек, поджег его и стал заворожено смотреть на пляшущие блики пламени. Это же так интересно, вникнуть в тайну обжигающего огня, понять его истинную сущность, чтобы завести с ним дружбу и не бояться его.
   Возможно, это у него и получилось, если бы не одно но. А именно, вскоре туалет заполнился едким дымом серы, и стало трудно дышать. Никита опомнился и испугался, что папа, когда вернется, заметит его проказу. Он подхватил, еще не полностью сгоревший коробок и кинул его в унитаз, попробовав смыть водой из бачка, но тот упорно отказывался скрываться в утробе канализации. И как всегда бывает, появился папа очень не вовремя. Он, конечно, учуял запах горелой серы и фосфора, заглянул в туалет и все понял.
   Папа терпеливо объяснил сыну, что тот не прав. Своим необдуманным поступком тот мог вызвать пожар, от которого их семья могла лишиться крыши над головой, а так же в пожаре могли сгореть все документы и все вещи, вместе с его драгоценными игрушками. После нравоучений, папа объяснил ему: как нужно пользоваться огнем и где можно им пользоваться, как сделать, чтобы не вызвать пожар, как лучше тушить очаг возгорания, и многое другое. В тот раз Никита, конечно же, не обошелся без наказания.
   После того случая он больше никогда не разжигал огонь в каком-либо закрытом помещении, а если это делал на природе, то сначала делал все, чтобы огонь не распространялся на всю округу. Можно сказать, он нашел с огнем общий язык, поэтому и предложил такой вариант.
   - Давай попробуем, - Максим согласился с братом, - только сначала надо найти все норки землероек, оставить в целости две, а остальные надежно законопатить.
   - И как же мы найдем? - озадачено спросил Никита. - На это у нас может уйти целый день.
   - Не думаю, - не согласился с ним Максим и обратился к луговой траве:
   - Ты знаешь, сколько норок у землероек?
   - Знаю, - прошелестела в ответ трава, - конечно знаю.
   - Покажи, где они находятся, тогда мы избавим тебя от землероек, - попросил Максим.
   - Следуйте за стрелкой, - прошелестела трава, - следуйте.
   Сразу в траве образовалась зеленая прямая стрела. Она медленно, так чтобы ребята успевали, начала указывать им нужное направление. Как только появлялась норка, живой указатель останавливался и терпеливо ждал, когда мальчики законопачивали ее.
   Ребятам пришлось немало побегать по лугу, прежде чем им удалось закрыть все выходы, оставив в целости только две. Одну они оставили в покое, а вот с другой поступили вот каким образом.
   Мальчики аккуратно выщипали высохшую траву возле норки, засунули ее в норку, стараясь, чтобы она зашла как можно глубже, после проделанной работы, Никита достал коробок спичек и поджег его. Как только он занялся ярким пламенем, мальчик засунул огонь в дыру. Сухая трава вспыхнула не хуже пороха. По каналу норы повалил густой дым, потому что мальчики специально выбрали ход по ветру.
   Вскоре из свободной дырки выскочили четыре землеройки. Они заметались, думая, что начался пожар на лугу. На их несчастье мимо пролетали два коршуна. Они, увидав с высоты свое любимое лакомство, стрелой ринулись вниз и схватили незадачливых грызунов.
   Так мальчикам удалось луговую траву избавить от землероек.
  
  
  
   Глава тринадцатая.
   Загадки и отгадки.
  
  
   - Спасибо, добрые мальчики, за помощь, большое спасибо, - поблагодарила луговая трава, - я это запомню и в трудную минуту вам пригожусь, очень пригожусь.
   - Послушай, тетушка трава, ты случайно не знаешь, где находится зачарованная поляна? - спросил Никита.
   - Знаю, конечно, знаю, - в ответ прошелестела луговая трава.
   - До нее далеко идти? - поинтересовался Максим.
   - Не далеко, совсем не далеко, - продолжала шелестеть тетушка трава, - по тропинке нужно пройти через небольшую просеку, минуть невысокий холм, дальше будет тополиная роща, а за ней находится зачарованная поляна. Но вы не ходите туда, прошу вас, не ходите.
   - Почему? - удивились ребята этому совету.
   - Ту поляну охраняет злой Лаюн. Очень злой Лаюн, - прошелестела луговая трава.
   - Спасибо за предупреждение, тетушка трава, - поблагодарил Никита, - мы сами не хотим туда идти, но нам надо, очень надо. Если мы на той поляне не достанем нужный нам предмет, то наша бабушка будет в большой опасности.
   - Понимаю, я очень понимаю вас, - прошелестела луговая трава, - тогда идите, но будьте осторожны, очень осторожны.
   - Прощайте, тетушка трава! - сказали мальчики и побрели дальше по тропе.
   - Прощайте, добрые мальчики, прощайте! - прошелестела им вслед луговая трава.
   Когда знаешь, что цель близка, тогда получается все быстрее. Так и сейчас вышло. Мальчики, выяснив, где находится зачарованная поляна, больше не стали отвлекаться на посторонние вещи, а целеустремленно направились к ней.
   Как и сказала тетушка трава, ребята прошли через небольшую просеку, потом поднялись на не слишком высокий холм, минули тополиную рощу.
   Стоило ребятам оставить позади последние деревья, как перед ними открылась голая поляна. Там не росла трава, там не было кустов, там не цвели цветы. Нет, о последнем сказано не точно. Посреди поляны, на пологом бугорке, как одинокий тополь на плющихе, росли высокие, светло-зеленые побеги с толстыми, ребристыми, местами удлиненными, местами овальными листьями, опушенными редкими жесткими волосками. Их венцами являлись язычковые цветки желтого и оранжевого цвета. Они были сверху блестящие, с нижней же стороны матово цвета. Сами же соцветия оказались разноцветными: одни желтого, другие оранжевого, третьи темно-коричневого окраса.
   Все это выглядело красиво: среди пустыря, на небольшом возвышении, росли радующие глаз бутоны цветов.
   Мальчики остановились, не решаясь идти вперед. Они помнили предупреждение бабушки Прасковьи да тетушки травы о злом Лаюне и теперь во все глаз высматривали его на пустом месте. Но кроме цветов ничего постороннего обнаружить не смогли.
   Куда же подевался бессменный стаж? Почему его не видно? Может взрослые просто напустили страху на детей, чтобы те чувствовали себя неуютно в незнакомом месте? А может они ошиблись? И нет здесь никакого злобного Лаюна?
   Об этом можно было узнать только в одном случае, если минуть жидкую кромку леса и ступить на зачарованную поляну.
   Ребята все еще колебались. Они достигли своей цели, наши то, что так долго искали, вот она поляна, вот цветы под которыми лежат забытые всеми ножницы Леля, осталось сделать последний шаг, достать их и мчаться на помощь бабушке. Но его-то и было сложней всего сделать, потому что невидимая преграда, которая затаилась неизвестно где, всегда опасней явной.
   Все же мальчики решились. Они, затаив дыхание, пересекли рубеж между лесом и поляной. Сделали это осторожно, стараясь ступать тихо, не поднимая большого шума.
   Сначала ничего не происходило, потом возле пятачка оранжевых цветков начал сгущаться туман. Он быстро уплотнялся, постепенно приобретая очертания, какого-то непонятного животного.
   Мальчики испугано замерли и начали следить за ним. Тем временем туман схлынул вниз, впитываясь в землю, а на его месте появилась огромная черная лохматая собака, чем-то похожая на волкодава. Она лениво зевнула и пристально посмотрела на ребят.
   - Ничего себе, аллигатор! - испугано произнес Максим, увидав в пасти черного пса огромные клыки. Он сразу потихонечку спрятался за спиной брата.
   - Я тоже такой большой собаки никогда не видел, - прошептал Никита. Ему также было страшно, вот только спрятаться за чужой спиной у него не получилось, ведь кроме их двоих на поляне никого не было.
   Собака немигающим взглядом смотрела на мальчиков, так пристально, что у тех по спине побежали холодные мурашки. Сначала она молчала, потом произнесла своим хриплым голосом:
  
   - Кто пришел лесной тропой?
   Кто нарушил мой покой?
   Это вы - пострелята,
   Непоседливые ребята,
   Меня решили навестить.
   Что изволите просить?
  
   Услыхав такую речь, мальчики вспомнили, что прежде чем ступить на зачарованную поляну они должны были произнести заговор, который их заставила выучить бабушка Прасковья. Они этого не сделали, но решив, что лучше поздно, чем никогда, поднапрягли свою память и прочитали сейчас заклинание:
   - Пойду в чистое поле, во леса дремучие, за грязи черные, через море океан, где бушует ураган. Там за речкой да за водой болотной немного положено, то, что мне взять положено. На то Сварог может указать. Отойди же ты, нечистая сила в сторонку. Не вами положено, не вами и стеречь!
   Последние слова заговора произнесены.
   Ребята с надеждой посмотрели на Лаюна. Тот покрылся полупрозрачной дымкой, его контуры стали размываться. Мальчики замерли. Неужели у них все получилось? Сейчас грозный страж исчезнет, и они без помех добудут заветные ножницы! Но не тут-то было. Дымка растворилась, а Лаюн, как лежал возле оранжевых ноготков, так и остался лежать и никуда исчезать не собирался.
   Что-то у них вышло не так. Получается: толи бабушка Прасковья им что-то неправильно сказала, толи Лаюн им какой-то неправильный попался. Но это уже было неважно, ведь страж не убрался с места, значит, мальчикам предстояло другим способом избавиться от него. Но такового они пока еще не придумали.
  
   - Заговор совсем не прост,
   Он погнал бы лешего под хвост.
   Но я не леший, я Лаюн,
   Хранитель клада, а не кот-Баюн.
   Да и заговор ваш
   Давно уж устарел,
   Он как ветер мимо пролетел
   Не причинив мне ни удобства, ни вреда.
   И что вы сделаете тогда?
  
   Усмехнулся в ответ Лаюн и терпеливо стал ждать ответа. Он мальчиков не трогал, пока не трогал. Они, конечно, незваными появились на поляне, но сам клад не трогали, значит, тому ничего не грозит. Вот если ребята не испугаются, не уйдут восвояси, а покусятся на охраняемый объект, тогда-то Лаюн будет его защищать. А сейчас, повстречав двух собеседников, почему бы не развлечь себя разговором, ведь он так давно находился в одиночестве, а так хочется иногда обмолвиться с кем-нибудь словечком. Здесь же случайные путники не появляются, предпочитая стороной обходить проклятое место. Вот он и не упустил момент блеснуть своей рифмованной речью.
   - Дядя, Лаюн, пожалуйста, разреши нам забрать ножницы, которые ты охраняешь, - набравшись смелости, произнес Никита, - они нам очень-очень нужны. Без них наша бабушка в большой опасности окажется.
   Лаюн присел, почесал за ухом задней лапой, показав при этом свои огромные острые когти и дал ответ:
  
   - Я страж сего предмета
   И был я им всегда
   А дать ответ могу любой
   И нет и даже да.
   А знаете в чем та беда?
   Я стосковался
   По обществу людскому
   И собеседнику любому
   Всегда безмерно рад.
   Так что надеюсь
   В разговоре найти лад.
   И предлагаю
   Поиграть в загадки
   И если получу
   На них отгадки
   Возможно, я отдам предмет,
   В другом же случае
   Ответ мой будет - нет.
  
   Мальчики были весьма удивлены, услышав слова Лаюна. Они ожидали от него угроз, насмешек и даже нападения, но никак не предполагали, что он предложит поиграть в загадки. Увидав, что им пока ничего не угрожает, ребята подошли поближе к стражу, сели на землю, сложив ноги по-турецки и дали согласие на интеллектуальную игру:
   - Ладно, давай играть в загадки.
   Лаюн был рад услышать положительный ответ. Он приосанился и задал первую загадку:
  
   - Так вот, мальцы,
   Неисправимые огольцы
   Слушайте первую загадку:
   Кто пришел
   Зимой на грядку,
   Там морковку съесть.
   У кого белая шерсть
   Зимой,
   А серая,
   Осеннею порой, а так же
   Летом и весной?
   Так это что
   За зверь такой?
  
   Произнеся это Лаюн улегся, положив морду на передние лапы, и приготовился долго ждать ответа.
   Мальчики же долго не думали, они быстро нашли отгадку.
   - Заяц! - ответил Максим.
   Лаюн был удивлен сообразительностью ребят, но виду не подал. Он помолчал немного и продолжил:
  
   - Молодцы, сорванцы.
   Вы дали правильный ответ.
   Хоть вам и мало лет,
   А мудрости не занимать.
   Тогда не затруднит вас отвечать
   На следующий вопрос:
   Кто тучки по небу понес?
   Кто в окошко волком воет?
   Кто на речке волны гонит?
   Кто без голоса поет?
   Кто не устает всегда трудиться?
   Он может быстро закружиться
   Призрачным волчком,
   Подымет пыль под потолком.
   Он бывает постоянно,
   И темной ночью и ясным днем.
   Так как же мы его зовем?
  
   На сей раз мальчикам пришлось изрядно поломать голову над разгадкой. Она получилась длиной и вызывала собой слишком много образов. С первыми двумя строчками было все понятно. Тучки по небу несет, да по-волчьи воет. Такое проделать может ветер. Хотя, по телику показывали, как в Москве, перед парадом, самолеты разгоняли густые, дождевые облака. А вот про волны, почему то ребята представили себе большой пароход. Пыль же, по их представлению, может подымать Сплит-система, нагнетающая прохладу в комнату. И что из этого нужно выбрать, чтобы не ошибиться?
   Мальчики начали бурно обсуждать эту загадку, спорить, чуть ли не ругаться между собой. Лаюн же мирно лежал на своем месте, с улыбкой на губах, и терпеливо ждал ответа.
   Ребята тем временем вскочили на ноги, оперлись на свои посохи и продолжили доказывать каждый свою правоту. Такие шумные дебаты давно небыли слышны в округе и это ласкало слух Лаюну. Ему было приятно слышать человеческий гомон, которого на протяжении несколько веков стражу так сильно не хватало.
   Но вот обсуждение закончилось. Максим взял на себя смелость дать ответ:
   - Это ветер!
   Лаюн усмехнулся и произнес:
  
   - Ах, молодцы, ребятки,
   На все мои загадки,
   Вы быстро выдаете мне отгадки.
   Как белка щелкает орешки,
   Вы щелкаете их.
   Но разговор наш не затих.
   И я продолжу его скорей,
   Вам дам задачу потрудней...
  
   - Постой, дядюшка Лаюн! - прервал его Никита. Ему порядком надоело играть в такую игру. Ведь они пришли сюда ради благого дела, а приходится потешать старую собаку. - Так не годится. Почему только ты загадываешь загадки? Может, мы тоже хотим проверить твою сообразительность!
   - Да, да, мы тоже хотим загадывать загадки! - поддержал своего брата Максим. - И еще. Если ты не дашь ответ на нашу загадку, тогда отдашь зачарованные ножницы. Ты согласен?
   Лаюн посмотрел на мальчиков, подумал немного.
   Что эти сорванцы могут загадать такого, что ему не по силам отгадать? Ничего. Он прожил слишком много лет и за это время успел познать, конечно, не все, но очень много. И его совершено не страшили детские загадки. Потому-то Лаюн с легкостью согласился выслушать ребят:
  
   - Что ж, ребятки,
   Я готов выслушать загадки,
   Если они окажутся мне не по зубам,
   То зачарованный предмет я вам отдам.
   Но если мне удастся дать ответ,
   Вы мне пойдете на обед.
  
   - Так значит, слушай... - начал Никита, но его сразу перебил брат:
   - Постой, Никита, давай лучше я начну.
   - Почему ты? - с немалым недовольством поинтересовался Никита. Ему очень не понравилось, что перебили и не дали договорить до конца.
   - Я знаю такую загадку, которую он в жизнь не отгадает, - прошептал ему на ухо Максим.
   - Ладно, говори, - тяжко вздохнув, согласился Никита, - но в следующий раз я первым буду загадывать.
   - Загадка, - начал Максим:
  
   - Летит, кричит,
   Когтями машет.
   То не самолет,
   Что в небе 'пашет'
   И то не птица,
   Что в воздухе поет.
   Так кто же это,
   Выбрав бреющий полет,
   Летит, кричит,
   Когтями машет?
  
   Закончив с загадкой, мальчик замолчал и вместе с братом посмотрел на Лаюна. Тот, открыв зубастую пасть, хотел выдать быстрый ответ, но передумал. Да уж, не ожидал он от несмышленых мальчуганов такого. Выдали они то, что ему прежде слышать не приходилось. Слишком туманно прозвучала загадка, так что прежде чем приступить к разгадке, нужно было хотя бы немного подумать.
  
  
   Глава четырнадцатая.
   Ножницы добыты, пора уносить ноги.
  
   Молчание затянулось.
   Лаюн, положив голову на передние лапы, напряжено думал. Он не хотел проигрывать каким-то первым встречным мальцам, потому-то и не спешил с ответом.
   Ребята тоже хранили молчание. Они от нетерпения топтались на месте и ждали, когда страж даст отгадку, ведь от этого зависела их судьба. Если страж даст не правильный ответ, то мальчики получат то, зачем пришли, если нет, тогда придется спасаться бегством и соображать, как другим способом добыть зачарованные ножницы. Но все же, они надеялись на лучшее.
   Наконец Лаюн поднял голову и произнес:
   - То, есть дракон!
   - А вот и не угадал! - радостно заявил Максим. - Это не дракон!
   - Неужто, то горгулья? - удивился страж.
   - И не горгулья! - засмеялся мальчик.
   - Так значит то, Сирин, аль Гамаюн, а может Алконост? - начал перечислять Лаюн.
   Он не мог понять, почему постоянно дает неправильные ответы. Ведь по загадке ясно, что существо, которое имеет когти и может кричать, должно быть сказочным. Ему просто было невдомек, что кое-кто другой также может и когтями махать и орать во все горло и в тоже время не принадлежать к легендарным существам. Страж слишком долго находился в одиночестве. Он просто не знал, что мир окружающий его, сильно изменился. За это время бесследно исчезли многие сказочные существа, ушли в прошлое замки, терема, князья и витязи, давно уж позабыты древние боги. Наступили другие времена. Наступила эпоха технического прогресса. А страж до сих пор находился в неведении происшедших изменений в мире. Вот ему и не удалось отгадать такую простенькую загадку.
   - Дядюшка Лаюн, это же электрик, который свалился с высоковольтного столба! - продолжал смеяться Максим.
   - Ха-ха, ты проиграл! - обрадовался Никита. - Так что выполняй наш уговор, отдавай ножницы!
   Лаюн был ошарашен, услышанными словами. Он замер на месте от удивления. Ему было непонятно, почему так получилось. Неужели несмышленым мальцам удалось обыграть его в игру, в которой ему нет равных?
   Нет, здесь без обмана не обошлось! Его же провели на 'мякине', то бишь просто напросто обманули!
   В следующее мгновение страж встрепенувшись, вскочил на лапы. Его шерсть встала дыбом, а пасть показала свой страшный оскал. Лаюн начал медленно надвигаться на мальчиков, чеканя слово за словом:
  
   - Вы меня провели!
   В заблужденье завели!
   Нет таких существ на свете!
   На слово вы мне поверьте!
   Ложи я не потерплю!
   Я сейчас вас догоню!
   Непременно вас схвачу!
   И лгунишек проучу!
   Прям с костями проглочу!
  
   Лаюн в гневе привел ребят в ужас. Они медленно пятились назад, не отрывая глаз от ужасного стража. Мальчики думали, вдруг на самом деле он выполнит свою угрозу. А Лаюн мог это сделать, ведь у него такая огромная пасть и такие острые клыки, ими не только хрупкие детские кости окажется по силам перегрызть, но и толстый черенок от лопаты. От такой мысли ребята затряслись от страха, ощущая, как по их спине тек ручьем липкий пот.
   Максим спрятался за спиной своего брата и пытался оправдаться, сказать, что они никого не обманывали, но у него ничего не получалось. Из его уст постоянно звучало дно и тоже слово:
   - Мы.., мы.., мы...
   От испуга мальчик начал заикаться и в этом, не было ничего удивительного. Любой бы на его месте потерял дар речи.
   Никита, выставив перед собой длинный посох, пятился назад. Он также был сильно испуган, потому что понимал, толстая палка не поможет ему в схватке с огромной собакой. Лаюну этот посох только на один зубок хватит. Он его как соломинку перекусит пополам своими огромными клыками.
   А стаж все ближе и ближе. Вот его оскаленная пасть практически хватает толстую палку. И в этот момент Никита делает то, что никто от него не ожидал. Он, размахиваясь, кидает палку далеко вперед и кричит, строго, приказывая:
   - Фас!
   Лаюн замер, услышав знакомую команду. Он посмотрел на мальчика, потом назад, туда, куда улетела палка, снова на мальчика. У него внутри, где-то на самой глубине души, если она имеется у сказочного существа, появилось давно забытое чувство - подчиниться человеку, хозяину. Ведь Лаюн не всегда был стражем зачарованного места. Когда-то, давным-давно, он был обыкновенной собакой, у которой имелся хозяин. Тот любил, также поиграть, бросая палку куда-то вдаль, а Лаюн с радостным лаем бежал за ней и с упоением искал.
   Вспомнив все это, страж ощутил, как собачья сущность берет верх над его долгом. Он не мог этому противиться. Лаюн развернулся, побежал к дальним густым зарослям кустарника, который находился на ближайшей кромке леса и начал искать палку.
   Как только страж удалился на порядочное расстояние, Никита пихнул локтем своего брата:
   - Пошли быстрей добывать ножницы, пока Лаюн не вернулся!
   - Никит, может ну их, эти ножницы, пошли лучше домой, а то вдруг злая собака опомнится и кинется на нас! - предложил Максим, трясясь от страха. Он уже жалел, что ввязался в эту историю. Лучше бы ему остаться дома, где тихо, спокойно, где не бродят поблизости страшные злые Лаюны.
   - Нет, Максим, мы не можем просто так уйти. Если нам не удастся принести ножницы, бабушка может умереть, - напомнил ему брат. - Неужели ты не понимаешь этого?
   - Я понимаю, но мне страшно, - Максим поежился, ощущая, как противные мурашки бегают по спине.
   - Мне тоже страшно, - признался Никита.
   - Так побежали отсюда! - сразу схватился за спасительное слово Максим.
   - Нет, Максим, я выполню свой долг до конца, достану зачарованные ножницы, а ты, если уж так боишься, можешь возвращаться домой, - упрямо ответил Никита и направился в сторону цветов.
   - Я с тобой! - передумал Максим. Конечно, ему было очень страшно от осознания того, что где-то рядом бродит зубастый Лаюн, но больше его пугало остаться в одиночестве. Потому-то он последовал за своим братом.
   Они подбежали к высоким кустам цветов, схватились за них обеими руками и начали тянуть на себя, прилагая все силы.
   Сначала толстые стебли не желали подаваться, они не хотели покидать привычное место, крепко цепляясь корнями за сухую почву.
   Мальчики вытерли со лба проступивший пот, перехватились и на раз, дружно дернули. Резкого рывка корни цветов не выдержали. Они покрытые крупными комьями сухой земли вылезли наружу.
   На том месте, где росли цветы, образовалось небольшое углубление, которое сразу заполнилось сверкающей мелкими яркими искрами дымкой. Она очень сильно блестела. Мальчикам даже пришлось на время прикрыть ладонями глаза, чтобы не ослепнуть. Но это продолжалось не долго. Вот сверкание прекратилось, дымка исчезла. На том месте появились ножницы, которые мальчики так долго искали. Они были большими, похожими на те, которыми мама Максима раскраивала материю для будущего платья. Их еще называют портняжными.
   Вид ножниц весьма удивил ребят. Они выглядели, как новые, словно только что покинули руки мастера изготовителя. На них смотришь и не веришь, что им пришлось так долго пролежать под землей, потому что их абсолютно не тронула ржа.
   Ножницы оказались красивыми. Их два кольца, куда засовываются пальцы, были обделаны слоновой костью, которая была старательно отшлифована, сами же два острых лезвия блестели от качественной полировки, на них виднелись какие-то непонятные письмена, явно не на русском языке. Возможно, это были написаны заклинания, которые делали ножницы волшебными, или просто подпись мастера, изготовившего зачарованную вещицу.
   - Красивая вещица, - Максим залюбовался ножницами. - Можно потом я их отдам маме?
   - Сначала нужно снять заклятие с бабушки, а уж потом посмотрим, - Никита быстро снял рюкзак, положил ножницы туда и предложил:
   - Ну что, пора уносить ноги с этого страшного места!
   - Давно уже пора! - обрадовался Максим.
   Мальчики бегом направились в сторону лесной тропы. Они неслись вперед, не оглядываясь, ожидая в любой момент услышать позади себя тяжелую поступь грозного стража. Но пока все было тихо. Только когда ребята пересекли тополиную рощу, да спустились с холма, позади их раздался громкий, полный отчаяния и злобы собачий вой, от которого поднялся сильный ветер, заставивший листья на деревьях тревожно зашелестеть. Это дважды обманутый Лаюн подал голос, обнаружив пропажу ножниц.
   - Кажется дядюшка Лаюн не в себе от гнева, - произнес Максим, прейдя на шаг. Он устал бежать, и ему требовалась небольшая передышка.
   - Да уж, изрядно мы его разозлили, - согласился с ним Никита, - теперь точно он от нас не отстанет, пока ножницы обратно не получит.
   - Ты помнишь, что нам бабушка Прасковья сказала? - спросил Максим.
   - Что? - не понял вопроса Никита. Ведь он столько всего от нее наслушался, что все сразу не упомнишь.
   - Как только мы выберемся с острова, Лаюн за нами не последует, на берегу кончаются его владенья, так что дальше ему хода нет, - напомнил Максим.
   - Значит, нам надо постараться до реки добраться, до того как он нас догонит, - сказал его брат.
   - Надо, - вздохнул Максим. - Вот только сумеем ли мы это сделать?
   - Обязаны успеть, или все наши старания окажутся напрасными, - заверил его Никита. - Ладно, немного отдохнули, побежали дальше.
   Мальчики потрусили дальше. Они старались экономить силы. Кто знает, может в скором времени, им придется выкладываться по полной программе, не щадя себя. Ведь Лаюн не стоит на месте, он горит желанием догнать их. В этом ребята убедились, когда практически пересекли просеку.
   Впереди показался знакомый луг, а позади, послышалась тяжелая поступь разгневанного стража и его ликующий рык. Видать Лаюн почувствовал, что догоняет маленьких беглецов.
   Ребята испугано оглянулись. Нет, пока стража не было видать, но он в любое время мог появиться, догнать их. Понимая это, мальчики побежали со всех сил. Они хотели как можно быстрей пересечь луг, чтобы укрыться в лесном массиве. Там, под кронами деревьев ощущаешь себя в большей безопасности, чем на открытом месте.
   Ребятам удалось пересечь половину луга, когда из леса показался Лаюн. Увидав беглецов, страж победно завыл, подняв морду к небу, и стрелой бросился вперед. Теперь мальчиков могло спасти только чудо.
   И оно не заставило себя ждать.
   - Бегите, мальчики, бегите, - прошелестела у них под ногами трава, - я вам помогу, чем могу, тем помогу. Я задержу злого Лаюна, обязательно задержу!
   - Спасибо тебе, тетушка трава! - поблагодарили ребята и припустили к близкому лесу.
   Когда мальчики достигли полосы деревьев, они все же решили посмотреть, каким образом тетушка трава решила задержать погоню. И узрели то, что им пришлось по душе.
   Стоило стражу попасть на луг, как трава под ним пришла в движение. Она стала удлиняться, хватать Лаюна за лапы, запутывать его. Тот с быстрого бега постепенно перешел на шаг, а вскоре вовсе остановился.
   Тетушка трава стала стражу помехой. Она сковывала движения Лаюна, старалась заплести его в кокон, скрыть его прямо с головой и прижать плотно к земле. А тот выл от бессилия, отчаяния и ярости, еще бы, ведь перед ним, вот прямо рядом, находятся беглецы, а схватить их не удается, но Лаюн не сдавался. Страж, с завидным упорством рвал, острыми когтями тонкую паутину травы, стараясь вырываться из ее объятий. Но стоило ему сделать пару шагов, как новые побеги успевали оплести его тело. Но Лаюн не сдавался, он все равно продолжал продвигаться вперед, правда, это уже проделывал не так быстро.
   Тетушка трава все же дала мальчикам передышку. Они, воспользовавшись такой возможностью, с бега перешли на быстрый шаг.
   - Никит, дай, пожалуйста, попить, а то я сейчас умру от жажды, - попросил Максим.
   - Потерпи, сейчас мы придем к ручью, там немного освежимся, а оставшуюся воду в бутылке оставим на потом, - ответил его брат.
   - Ладно, потерплю, - согласился Максим. Он уже видел верхушку знакомого тутовника.
   А вот и сам ручей. Мальчики ополоснули в нем вспотевшие лица, прополоскали сухой рот, пить оттуда они не решились, потом посидели немного в тени дерева и продолжили свой путь.
   Дальше им предстояло пробираться по вязкой тропе, которая шла вдоль берега озера. Ребята не забыли, как тяжело пришлось проделать тот путь. Опять пачкаться в грязи, не очень радостная перспектива, а сколько времени придется потерять, пока выберешься на сухое место.
   Мальчики посмотрели на небо. Солнце уже клонилось к закату, а им еще не удалось выбраться на дачу. Скоро родители Никиты могут хватиться, ведь они ушли давно и до сих пор не давали о себе знать. Взрослые могут подумать неведомо что, станут беспокоиться, начнут искать. Тогда раскроется их обман с запиской. Что начнется! Без масштабных неприятностей им точно не обойтись.
   Опасения мальчиков по поводу вязкой тропы оказались напрасными. И здесь им весьма помогла тетушка трава. Стоило ребятам ступить на зыбкую поверхность, как дорожка превратилась в удобную, слегка упругую, как искусственное покрытие стадиона, поверхность.
   Мальчики прошли неприятное место, даже не замочив кроссовок. Но стоило им ступить на твердую тропу, как удобное покрытие исчезло с глаз долой, вернувшись к своему привычному виду. Теперь вязкий участок дороги, на некоторое время задержит погоню. Лаюну не удастся с ходу взять такую преграду, придется ему изрядно постараться, чтобы преодолеть ее.
   Ребята обернулись, от сердца поблагодарив за услугу:
   - Спасибо, тетушка трава, за помощь!
   - Долг - платежом красен! - прошелестела в ответ луговая трава. - Вы помогли мне в трудную минуту, я отплатила вам тем же. Прощайте, добрые мальчики, прощайте. Счастливого вам пути!
   - Прощай, тетушка трава! - ответили ребята, затем вернулись на тропу и продолжили свой путь.
  
  
  
   Глава пятнадцатая.
   Возвращение на дачу.
  
  
   Почему-то, когда возвращаешься домой, дорога, кажется короче. Возможно, все это происходит потому что, ты стремишься быстрей придти, тем самым подгоняя время. А может, в своем стремлении ты просто крадешь расстояние, заставляя его быть короче. Вообще у человека очень сложный организм. Он так до конца не изучен. И ничего удивительного, если у каждого человека внутри есть своя персональная машина времени, которой он изредка пользуется, совершено случайно, и не замечает этого. Звучит сказочно, но сами проверьте на своем примере. Допустим, вы занимаетесь чем-то нудным, не интересным, тогда время тянется, как резиновый шланг и конца ему не видать. Стоит же приняться за любимое дело, которое вас безумно интересует, и время пролетит, как быстрая стрела.
   Как бы, то не было, а ребята не заметили, как дошли до протоки. Там мост был сломан, а это означало, что им придется на другой берег переправляться вплавь.
   Мальчики спустились с крутого берега, подошли прямо к кромке воды. Максим нагнулся, он хотел развязать шнурки на кроссовках, чтобы их снять, но тут прямо перед его лицом показалась огромная осетровая голова. Он от неожиданности сел на песок и вскрикнул:
   - Ты что пугаешь, так разрыв сердца получить можно!
   - Здравствуй, добрый мальчик! - как ни в чем не бывало, приветствовал его осетр. - Ты с братом можешь не раздеваться. Я помогу вам переправиться на другой берег!
   С такими словами, рыба исчезла в пучине вод.
   - Про эту рыбу ты говорил? - заинтересовался Никита.
   - Про эту, - признался Максим.
   - И как же она нам поможет? - Никита с сомнением посмотрел на чистую гладь воды. - На своей спине, что ли перевезет?
   - Не знаю, - неопределенно, пожал плечами Максим, - но если она обещала нас переправить на тот берег, значит, как-то это сделает.
   Мальчики стояли на берегу протоки и гадали, каким же образом им поможет рыба, но отгадку так и не могли найти, правда, раздеваться они тоже не стали, следуя ее совету, решив подождать, что она предпримет.
   И наконец, дождались.
   Вода в речке, что разделяла два острова, забурлила, как кипящая вода в кастрюле. Там начала появляться очень разная по размеру рыба. Там были: и огромные сомы, и сазаны, и судаки, и белуга, размером с толстое бревно. А еще: осетры, стерлядь, а рядом с ними сновали небольшие окуня, вобла, сапа, чехонь, тарашка. Казалось, что рыба собралась со всей Волги.
   Вскоре вода бурлить прекратила.
   Каждая рыбина, заняв отведенное место, замерла на месте и перед ребятами образовалась живая переправа через протоку.
   Первым на нее решился ступить Никита. Он осторожно наступил на серебристо-чешуйчатый понтон, попробовав, выдержит ли тот его вес или нет. Живая переправа не ушла под воду, она держался наплаву надежно, словно это были не рыбьи спины, а деревянный помост. Убедившись в надежности понтона, Никита смело перебежал на другой берег.
   Максим не отставал от него, он промчался по ребристо-чешуйчатой переправе и выпрыгнул на прибрежный песок.
   Как только мальчики перебрались на другой берег, рыба вновь зашевелилась, начиная расплываться в разные стороны. Так что, ребята не успели моргнуть, а на воде уже образовалась спокойная гладь. Вся рыба исчезла, только осетринная голова осталась на месте.
   - Спасибо за помощь, тетушка рыба, - поблагодарили ее мальчики.
   - Долг - платежом красен, - ответила осетринная голова, - прощайте добрые мальчики. Счастливого вам пути!
   Попрощавшись, рыба исчезла в глубине вод.
   Самую трудную часть пути, ребята преодолели. Теперь им осталось пересечь малый остров, а когда они его преодолеют, тогда окажутся практически дома.
   Никита достал бутылку с оставшейся водой, передал ее брату. Максим, с благодарностью приняв ее, отпил ровно половину и вернул ее обратно.
   Никита взболтнул остатки воды, сожалея, что жидкости осталось мало. Он осушил живительную влагу до дна, а пустую бутылку положил в рюкзак.
   Вдали послышался озлобленный вой Лаюна. По всей видимости, ему удалось вырваться из цепких объятий травы, вот он и бросился вновь в погоню.
   Невольно вздрогнув от страшного звука, отдохнувшие мальчики пустились в путь. Они сразу взяли быстрый шаг, надеясь достигнуть берега реки раньше, чем их догонит разгневанный страж.
   У Никиты зазвонил телефон. Он вытащил его из кармана, посмотрел на номер. Звонила мама. Ага, значит, она уже начала проявлять беспокойство о поводу его долгого отсутствия.
   Как это не вовремя. Неужели она не могла подождать еще чуть-чуть. Им же осталось совсем немного пройти, и они окажутся на спасительной даче.
   Никита нажал кнопку соединения и произнес:
   - Привет, мам!
   - Куда вы пропали с Максимом? - услышал он в трубке взволнованный голос мамы.
   - Мы у тети Люси, - торопливо объяснил сын, - я же тебе записку оставил. Ты разве не видела ее?
   - И видела ее, и читала, - сказала мама, а помолчав немного, добавила:
   - Ну-ка, позови ее к телефону!
   Кажется, она что-то заподозрила, ведь просто так не стала бы звать тетю к разговору. А это очень плохо. Где им взять тетю Люсю, если они находятся далеко от ее дачи. Придется, как всегда выкручиваться.
   - Мам, я не могу ее позвать, она куда-то вышла, но сказала, что скоро вернется, - начал сочинять на ходу Никита.
   Он знал, что плохо поступает, но у него не было другого выбора. Если Никита скажет правду, то возможно им не удастся спасти любимую бабушку от козней злой колдуньи. А этого он себе никогда не простит. Вот и приходится сочинять на ходу, краснея по самые уши.
   - Когда она вернется, пусть мне перезвонит, - сказала мама. Она вновь замолчала, но потом с подозрением поинтересовалась:
   - Кто там так воет? Это вы что ли балуетесь? Лучше давайте, прямо сейчас возвращайтесь!
   - Мам, можно мы еще здесь поиграем, - начал упрашивать Никита.
   - Никаких еще! - категорически заявила мама. - Возвращайтесь немедленно. Вы там уже, наверное, тетю Люсю с ума свели, вот она и убежала! Да и вообще, начинает темнеть! Даю вам на дорогу пять минут, если за это время не вернетесь, я буду ругаться!
   - Ладно, мам, придем, - ответил Никита и выключил телефон.
   Иногда он жалел, что есть на свете мобильная связь. Вот сейчас ему пришлось ответить на звонок и пообещать вернутся за короткое время. А как это сделать? У них нет ковра-самолета, и сапог-скороходов не имеется. А своим ходом, мальчикам никак не успеть ко времени.
   - Что там? - поинтересовался Максим, увидав кислое лицо своего брата.
   - Мама ругается, - тяжело вздохнув, ответил Никита, - дала нам пять минут на возвращение.
   - Мы же не успеем! - заволновался Максим.
   - И я про то же самое думаю, - с грустью произнес Никита, - никак не успеть. Мы и в двадцать минут не уложимся.
   По его подсчетам, им еще минимум, полтора часа понадобится на дорогу. А это означало, что ему предстоит серьезный разговор с родителями. Как все это не вовремя!
   За разговором мальчики быстро продвигались вперед, не забывая посматривать по сторонам и прислушиваться.
   Злобный вой Лаюна не прекращался. Он с каждым мгновением становился все ближе и ближе.
   Вот справой стороны, в густом кустарнике, мелькнула какая-то тень. Мальчики невольно поежились от страха. Кто это мог быть? Волк или кабан? С тем и другим ребята не горели желанием встретиться, потому что таких крупных зверей толстой палкой не напугаешь.
   Вновь сбоку от тропы показалась и исчезла бесшумная тень. Нет, это не кабан. Тот своим бегом поднимает много шума, да и громкого похрюкивания не слыхать. Неужели волк?
   Тень в очередной раз мелькнула в кустах и выскочила на тропу, прямо перед ребятами. Мальчики с облегчением вздохнули. Перед ними стояла знакомая собака.
   - Быстрей забирайтесь мне на спину, да покрепче держитесь. Я вас мигом домчу до берега реки! - произнесла она.
   Ребята несказанно обрадовались такой нежданной подмоге. Так что их десять раз упрашивать не пришлось, они торопливо вскарабкались на спину собаки и крепко схватились за ее длинную шерсть. Спереди расположился Никита, позади него Максим. Как только они удобно расположились на холке, собака помчалась вперед.
   Мальчикам несказанно повезло, что под ними находилась необычная говорящая собака, прямо сказочная. Об этом Никита знал по себе.
   Как-то раз, когда в их семье была собака, он решил на ней покататься верхом. Подошел к ней, лежащей на полу, и сел на спину. Псина отреагировала моментально. Она вскочила, рыкнув на него, и попыталась цапнуть, за нанесенную обиду. Как оказалось, если собака положила свою голову на холку другой, а та это проделать позволила, значит, она признает главенство над собой. Так объяснил папа. А тут Никита залазит на пса неожиданно, чуть ли не с разбега. Хорошо, что он оказался не покусанным, а просто слегка испуганным.
   Собака быстро набрала скорость.
   Вскоре мимо ребят начали мелькать заросли кустов, стволы деревьев, а встречный ветер обдувать их радостные лица. Почему бы не порадоваться, если появилась возможность вовремя придти на дачу и избежать наказания. Кроме того, им не приходится обивать свои ноги на тропе, натирая мозоли.
   Они мчатся верхом на собаке, отдыхая от проделанного пути. Одно только огорчало. Никто их не видит, особенно друзья. Те обязательно лопнули бы от зависти. Ведь не каждый день выпадает случай покататься верхом на собаке.
   А та летела вперед, не зная усталости, словно у нее выросли крылья. Собака немного притормаживала только на поворотах. В такие моменты был небольшой шанс потерять своих седоков, а этого ей не хотелось. Да и ребята старались крепче держаться в опасных местах. Они понимали, при такой скорости свалиться - равносильно самоубийству, обязательно что-либо сломаешь. А если ничего не повредишь, то попадешь в лапы Лаюну. Тот явно находился где-то рядом, потому что его вой раздавался совсем близко.
   Вскоре собака остановилась.
   Ребята поняли, что дальше идти им придется самим. Они слезли со спины собаки и поблагодарили ее:
   - Спасибо, тетушка собака, за помощь!
   - Долг платежом красен. Прощайте, ребятки! - услышали они в ответ.
   Собака приветливо вильнула хвостом и исчезла в густом кустарнике, ей нужно было торопиться к своим щенятам, пока те не разбежались в разные стороны, потом ищи их, на ночь глядя.
   Мальчики вновь остались одни, но как оказалось ненадолго. Через несколько метров тропа закончилась, и перед ними открылся песчаный берег реки. Там возле кромки воды их терпеливо дожидалась Людмила. Увидав ребят, Берегиня приветливо помахала рукой.
   Но кроме нее, возле лодки, которая находилась в десяти метрах от девочки, стояли браконьеры. Они также заметили появление ребят, вот только приветливости на их лицах не было заметно. Браконьеры, злобно улыбаясь, направились в сторону ребят. Мужики были твердо намерены поймать сорванцов и наказать их за то, что те практически всю пойманную рыбу отпустили на волю.
   Мальчики испугано остановились, решая, что делать дальше. Назад отступать нельзя, там скоро появится Лаюн, впереди, путь к Людмиле отрезают браконьеры. Получается, они оказались в клещах, из которых нужно как-то выбираться.
   Подумав немного, ребята решили - лучше попасть в крепкие руки браконьеров, чем в острые зубы Лаюна. Сделав такой вывод, они со всех ног понеслись в сторону Людмилы.
   Мальчики бежали, не оглядывались. Они смотрели только в одну сторону, туда, где стояла Берегиня, да еще под ноги, тем самым стараясь вовремя заметить препятствие, чтобы об него не споткнуться и не упасть.
   Пока у ребят все успешно получалось. Расстояние между берегом реки и мальчиками стремительно сокращалось, а вой Лаюна наоборот удалялся.
   Заметив это, браконьеры бросились им наперерез. Они хотели перехватить ребят, пока те не достигли берега речки и не кинулись в воду, чтобы переплыть на другой берег. Откуда им было знать, что у мальчиков совсем другие планы.
   Браконьеры уступали ребятам в скорости, но зато находились намного ближе к месту пересечения двух путей. Так что они не теряли надежду поквитаться с проказниками.
   Максим хоть и был ниже ростом, но в беге он намного опередил Никиту. Достигнув Людмилы мальчик начал махать рукой брату, призывая того поторопиться. Тот понимал, что нужно прибавить ходу, но сил оставалось мало. А тут еще браконьеры перегородили дорогу, расставив в стороны руки, чтобы наверняка перехватить сорванца.
   Никита не стал уворачиваться. Он продолжал бежать прямо, словно хотел протаранить взрослых людей. А браконьеры, с победоносной ухмылкой, приготовились поймать Никиту в свои цепкие объятья.
   Когда до столкновения оставалось одно мгновение, произошло сразу несколько событий. Во-первых, Никита, чтобы избежать прямого столкновения, прыгнул рыбкой между расставленных рук, а перекатившись через голову, сразу вскочил на ноги и побежал дальше. Во-вторых, из леса выскочил Лаюн. Он в два прыжка постарался догнать мальчика, но промахнулся, врезался в двух браконьеров, свалив их, и сам кубарем полетел в воду.
   Пока у преследователей творилась неразбериха, Никита благополучно добрался до Людмилы. Он посмотрел на горе браконьеров и с удовлетворением произнес:
   - Чистый Страйк!
   - Прямо в яблочко! - радостно добавил Максим.
   - Мальчики, не стойте столбами, давай переправляться на тот берег! - поторопила Людмила.
   Берегиня уже успела сказать заговор. Чудесная разноцветная переправа, вытянувшись стрелой через речку, приглашала немедленно пуститься в путь. Девочка показала пример ребятам, побежав вперед по волшебной тропе.
   Мальчики сразу последовали за ней.
   Теперь, повторно путешествуя по радуге, они чувствовали себя уверенней. Ребята не плелись, как прошлый раз, а бежали, слыша позади гневные крики браконьеров и тоскливый вой Лаюна. Ведь он не мог последовать за беглецами, потому что на кромке речного берега кончалась граница его владений. Мальчикам даже стало немного жалко стража. Он же не виноват, что стал таким. Это колдовской заговор превратил его в Лаюна, заставив охранять зачарованные ножницы и вынуждая стать затворником. А одиночество еще никому не приносило счастья, наоборот, делало нечастным и меняло характер не в лучшую сторону.
   Вот и долгожданный берег.
   Мальчики с радуги спрыгнули на песок, и разноцветная дорожка сразу исчезла с глаз долой. Теперь можно было смело бежать на дачу, время в запасе у них осталось, но прежде надо поблагодарить Берегиню за помощь.
   Ребята подошли к Людмиле.
   - Спасибо, Люд, за помощь, - смущено произнес Никита. Ему нравилась эта веселая девочка, потому-то, чувствовал себя перед ней немного сковано.
   - Пока, мальчики, - улыбаясь, попрощалась Берегиня.
   Она поцеловала Никиту в щечку и, нырнув в воду, бесследно исчезла в потоке реки.
   - Любовь-морковь, закипела кровь. Бее-е! Меня сейчас стошнит от нежностей телячьих, - с сарказмом произнес Максим и поднес два пальца ко рту.
   - Сам дурак, - скрывая неловкость, резко ответил Никита. Он стоял с пурпурным лицом и чувствовал, как его уши наливаются огнем. Просто мальчик еще ни разу не целовался с девочками, а тут все получилось спонтанно, да вдобавок при постороннем человеке. Такое стечение обстоятельств, любого приведет в смущение.
   - Не беспокойся, я никому не скажу, - заверил его Максим.
   - Ладно, хватит стоять, побежали на дачу, - предложил Никита, отвернувшись в сторону. Он достал телефон, посмотрел на часы. В их в распоряжении осталось три минуты. Конечно, это мало. Но они должны успеть, если поторопятся.
   - Побежали, - согласился с ним брат и заговорщически подмигнул, пряча свою улыбку.
  
  
  
   Глава шестнадцатая.
   Вторая встреча с бабушкой Прасковьей.
  
  
   Хоть мальчики и бежали со всех сил, все равно опоздали на пару минут. Когда они входили в ворота дачи, на крыльце дома их поджидала Никитина мама.
   - Прибыли? - строго произнесла она. - Давайте договоримся так, в следующий раз без моего согласия за территорию дачи ни ногой. Вы меня поняли?
   - Да, - дружно ответили ребята.
   - А сейчас, идите, мойте руки и садитесь ужинать, - сказала мама. Она внимательно посмотрела на ребят. Те были все чумазые, в грязной одежде. У Никиты оказался порван рукав на футболке. Скорее всего, это случилось, когда он ехал на спине собаки. У Максима оторвался карман на шортах. Как это случилось, никто из ребят не знал. Так что вид был у ребят неприглядный, но для энергичных мальчиков свойственен, особенно если они место нудного чтения книжек и игр в шахматы предпочитают подвижные игры на свежем воздухе. Так что мама их ругать не стала, просто добавила:
   - Заодно идите, переоденьтесь, а то вид у вас, словно вы целый день кочегарами работали.
   - Хорошо, мам, - Никита был рад тому, что мама не стала их ругать.
   - Хорошо, тетя Рита, - Максим был того же мнения, что его брат.
   Мальчики забежали в дом и в первую очередь направились к холодильнику. Там они достали прохладную воду и стали с жадностью ее поглощать.
   - Вы что, из Сахары вернулись? - удивилась мама, увидав такую картину.
   - Ага, из пустыни Каракумы, - отдышавшись, шутливо уточнил Никита и обратился к брату, - пошли, Максим, умываться.
   - Каракумы? - как раз на днях мама смотрела документальный фильм про эту пустыню в интернете, поэтому она решила выдать кое-какие интересные факты ребятам для общего развития:
   - А вы знаете, что в семидесятых годах прошлого века археологи обнаружили там следы пребывания человека, которые относятся к третьему тысячелетию до нашей эры?
   - Мам, потом расскажешь, ладно? - предложил Никита.
   - Ладно, - согласилась мама, - на ужин не опаздывайте.
   - Не опоздаем, - заверили ее ребята.
   Мальчики поставили недопитые бутылки обратно в холодильник и выбежали на улицу, там возле забора, к ветвистой сливе, был прикреплен старый умывальник с длинным носиком, на который надо постоянно нажимать для того, чтоб оттуда текла вода. Мальчики сняли грязные футболки и начали по очереди плескаться у рукомойника, громко фыркая от удовольствия. Еще бы, они на себе ощутили, как приятно смыть с себя грязь после хорошо проделанной работы.
   Закончив водные процедуры, ребята вытерлись полотенцем и побежали в комнату Никиты переодеваться, на ходу гадая, появится Игрец перед ними сразу или придется его искать. Оказалось зря гадали. Стоило мальчикам забежать в комнату, как возле них появился Фимка.
   - Ну что, нашли? - сразу он задал вопрос.
   - Вот! - гордо произнес Никита и достал из рюкзака ножницы.
   - Тогда пошли к бабушке Прасковье, - предложил Игрец и не глядя, направился к ближайшей стене комнаты.
   - Фимка, постой! - возгласом остановил его Никита. - Сейчас мы не можем!
   - Почему? - удивился Игрец. Он не мог понять, что может послужить препятствием в таком важном деле, как спасение собственной бабушки.
   - Мама нас позвала на ужин и если мы не появимся, то она может заподозрить неладное, - пояснил Никита.
   - Что ж, мама это веская причина, - согласился с ним Фимка, - тогда идите, я вас здесь подожду. Да, не забудьте прихватить с собой что-нибудь вкусненькое.
   - Обязательно захватим, - заверил его Никита.
   Мальчики пока переодевались, коротко рассказали игрецу о своих приключениях. Тот охал, да ахал, слушая их. Фимка очень сожалел, что не был вместе с ребятами, еще бы, столько интересного пропустил. Но что поделать, судьба у него такая, постоянно находиться возле человеческого жилья. Вот если бы все это происходило здесь, на дачном участке, тогда другое дело. Здесь бы ему удалось поучаствовать во всех приключениях.
   За разговорами ребята переоделись в чистую одежду и, временно расставшись с Игрецом, вышли на веранду. За это время мама успела накрыть стол, на двоих, потому что Никитины родители и его сестра уже успели поужинать. Мальчики расселись по стульям и накинулись на еду, как голодные волки. Они со скоростью метеора освободили тарелки от грибного супа, закидали в рот, почти не пережевывая картофельное пюре с мясными фрикадельками, осушили по паре стаканов фруктового компота.
   Мама с умилением смотрела на них. Ей нравилось, когда ребята с аппетитом вкушают ее незатейливую стряпню.
   - Спасибо, мам, все было очень вкусно, - поблагодарил Никита.
   - Спасибо, тетя Рита, - Максим так же проявил вежливость.
   - Вы хоть наелись, или вам добавить второго? - поинтересовалась мама.
   - Нет, больше не надо, а то мы лопнем, - отказался Никита, показывая на свой округлившийся живот.
   - Тогда идите, отдохните, - сказала мама.
   - Мы так и сделаем, - заверил ее Никита, хотя знал, что спокойный отдых в ближайшее время не предвидится.
   Мальчики схватили со стола по пять шоколадных конфет и побежали в свою комнату. Там их с нетерпением ждал Игрец.
   - Что так долго, можно подумать, что вы за столом целого мамонта до косточек обгладывали! - недовольно пробурчал Фимка.
   - Держи, - сказал в ответ Никита и протянул конфеты. Максим так же не стал скрывать угощения.
   Игрец выхватил их и положил в карман. Получив сладости, Фимка подобрел. Он место благодарности просто улыбнулся и сказал мальчикам:
   - Берите ножницы, пошли к бабушке Прасковье. Она уже нас заждалась.
   - Как же мы пойдем, если на веранде мама посуду убирает? - удивился Никита. - Ты же не сможешь нас сделать невидимыми? Или сможешь?
   - А зачем идти на веранду, если к бабушке можно пройти из вашей комнаты, - ответил Фимка, подойдя к ближайшей стене, там он повернулся к ребятам, поинтересовавшись:
   - Вы готовы?
   - Готовы, - хором ответили ребята, а что им готовиться, только взять рюкзак с ножницами и все.
   Фимка, как прошлый раз начертил крестик, обвел его правильным кругом, написал, что нужно и перед ребятами появился вход в жилище бабушки Прасковьи.
   Они уже, как бывалые путешественники, которым посчастливилось увидеть множество чудес, смело последовали за Игрецом. Они прошли по знакомому полутемному коридору и оказались в каморке бабушки Прасковьи. Там мальчики увидели туже самую картину, словно вовсе не уходили отсюда. Бабушка Прасковья, сидя в своем любимом кресле, тихо мурлыкала себе под нос незатейливый мотивчик и продолжала заниматься вязанием. Словом, ничего не изменилось после их прошлого визита.
   Мальчики, остановившись возле кресла, начали терпеливо ждать, когда на них обратят внимание.
   - Прибыли, мальцы-пострельцы? - наконец подняв голову, бабушка Прасковья посмотрела на ребят.
   - Это они? - место ответа спросил Никита, доставая из рюкзака ножницы и протягивая их хозяйке комнаты.
   - Они, родимые, - ответила бабушка Прасковья после короткого молчания. Она с нескрываемым любопытством разглядывала через очки блестящие ножницы, но в руки их брать, не стала.
   - И что теперь с ними делать? - спросил Никита.
   - Теперь с помощью этих ножниц вы сможете перерезать связующую нить, через которую злая колдунья выкачивает жизненную энергию из вашей бабушки, - объяснила бабушка Прасковья.
   - Но как мы это сделаем, ведь ту нить не видно обычным глазом? - задал вопрос Максим.
   - Верно, обычным глазом ее не увидеть, - согласилась с ним бабушка Прасковья, - но для такой цели, я преподнесу вам небольшой подарок.
   Сказав это, она с кряхтением поднялась с кресла и прошлась по комнате. Возле комода бабушка Прасковья остановилась, выдвинула верхнюю секцию, доставая оттуда какой-то предмет, после подошла к Никите.
   - Держи, - она протянула руку.
   - Мои солнцезащитные очки? - мальчик был удивлен. - А я с ног сбился, везде разыскивая их, думал все, потерял окончательно. Спасибо, что вернули.
   - Надо свои вещи класть на место, тогда они не будут теряться, - проворчала бабушка Прасковья.
   Никита торопливо взял свои очки, надел на нос, осмотрелся.
   - Ух, ты, здорово! - удивлено и в тоже время восхищено, воскликнул он.
   Через очки Никита увидел, как фигуру Максима обволакивает бледно-голубое свечение, которое находится постоянно в движении, то утолщается, то сужается, словно дышит. Остальные предметы также переливались разными цветами. Только Игрец да бабушка Прасковья оставались прежними, без разных свечений.
   - Что это? - поинтересовался Никита.
   - Я немного чар наложила на очки и теперь, через них ты видишь любую ауру, - пояснила бабушка Прасковья.
   - А почему на вас я не вижу свечения? - задал вопрос Никита.
   - Потому что они настроены на ауру Шустриков, а не малого народца, - терпеливо объясняла бабушка Прасковья.
   - Дай посмотреть! - Максиму стало любопытно, что же такого интересного увидел брат через очки. - Ну, дай. Тебе что, жалко?
   - Держи, - Никита сжалился над братом, отдавая ему очки.
   Тот сразу же нацепил их на нос, поправил их пальцем и с большим интересом начал рассматривать все вокруг.
   - Здорово! - восхищено воскликнул Максим. - Никит, дай мне их поносить на время?
   - Нет, они мне самому нужны, - отказал ему в просьбе брат.
   - Может, все же дашь? - Максиму очень не хотелось расставаться с великолепными очками, ведь такой чудесной вещицы больше ни у кого нет, а у него будет, значит, есть чем похвастаться перед друзьями.
   - Что за детки пошли у Живчиков. Им дают очки для дела, а они спорят между собой, кто их будет носить, - не выдержала и заворчала бабушка Прасковья. Ей надоело слушать пустой разговор между братьями.
   - Ладно, держи, - Максим с сожалением снял очки и отдал их брату.
   - Вот так-то лучше, - увидев это, с удовлетворением произнесла бабушка Прасковья. - Теперь вы готовы выслушать меня?
   - Готовы, - сказал Никита, спрятав очки в карман.
   - С помощью волшебных ножниц вы сможете разрушить связь между вашей бабушкой и колдуньей, но связующую нить простым глазом не увидеть, для того я и зачаровала очки, - начала объяснять бабушка Прасковья, - с их помощью вы увидите ту связующую нить и перережете ее. Только помните, чары на очках кратковременны, так что понапрасну ими не пользуйтесь. Но это еще не все. Чтобы перерезать нить, нужно близко подойти к колдунье, а это лучше сделать тогда, когда она начнет читать свое заклятье. В это время все ее внимание будет сосредоточено на колдовстве, так что на другие дела ей некогда станет отвлекаться. Вы поняли меня?
   - Да! - хором ответили мальчики.
   - Значит, нам надо дождаться темноты, прокрасться на соседнюю дачу и перерезать нить? - все же решил уточнить Никита.
   - Почти, - ответил за бабушку Игрец.
   - Как это почти? - не понял его Никита.
   - Я немного приглядывал за колдуньей, - начал объяснять Фимка, - и к полудню заметил, как она куда-то собралась уходить. Вскоре, прихватив с собой большую сумку, колдунья покинула дачный участок. Так что ее на даче нет и неизвестно, вернется ли она обратно.
   Услыхав такие новости, мальчики замерли, как восковые фигуры, потому что из-за них все дальнейшие планы нужно было срочно менять.
   - А если она на самом деле не вернется, что тогда нам делать? - заволновался Никита, когда услышал такую новость.
   - Надо ее найти до того, как она начнет колдовать, - предложил Максим.
   - Где? - возмущено, спросил Никита. - Где мы будем искать? Или ты предлагаешь ходить по улице и кричать - ей колдунья выходи, мы сейчас тебя немного ножницами подравняем?
   - Но что-то делать нужно! - Максим так же перешел на повышенный тон.
   - Сам знаю, что нужно, но что? Я, например, не знаю что делать! - Никита понимал, что добытые ножницы им не помогут, если они не найдут злую колдунью и это понимание очень выводило из себя.
   - Я тоже, - насупился Максим. Ему не понравилось, что брат на него накричал.
   - Я знаю! - подал голос Фимка.
   - Что? Что ты сказал? - в один голос произнесли ребята.
   - Я знаю что делать, - повторил Игрец, - надо от вашей бабушки проследить, по связующей нити, до того места, где она кончается. Там и будет находиться колдунья.
   - Нет, так не пойдет, - не согласился с ним Никита. - Во-первых, наши родители сегодня не собираются уезжать, а по-другому нам к бабушке не попасть. Во-вторых, если колдунья находится далеко, то мы не успеем отследить ее след. Вы же сами нас предупредили, чары на очках слабы, их надолго не хватит.
   - Тогда остается одно, позвонить дяде Никифору, - предложил Фимка.
   - Молодец, внучок, мы так и сделаем, - похвалила Игреца бабушка Прасковья.
   - Кто такой дядя Никифор? - удивлено спросил Максим. - И откуда он может знать, где находится злая колдунья?
   - Это мой племянник. Сам же он Полевик - начальник над всеми ближними полями и лугами, - пояснила бабушка Прасковья.
   - Агроном что ли? - спросил Максим.
   - Сам ты агроном, дубина стоеросовая, - проворчала бабушка Прасковья, - племянник это мой. Он тоже из маленького народца, только предпочитает обитать в чистом поле, на свежем просторе, где вы зерно сажаете, да овец пасете. Вот и зовут его Полевиком.
   - Я же говорю, агроном. Это он занимается сельским хозяйством, - Максим не мог понять, почему его упрекают в ошибке. Ему же было невдомек, что есть такие природные духи, как полевик, овинник, а еще луговик.
   - О, горе луковое, - запричитала бабушка Прасковья, - за что, за какие грехи, мне послали такое наказание! А я, по-твоему, выходит, значит, домохозяйка?
   - Ну да, - смутился Максим.
   - О-о-о! - простонала бабушка Прасковья. - Уберите с глаз моих долой, этого несносного мальчишку, или я за себя не ручаюсь!
   Максим испугано втянул голову в плечи и мгновенно спрятался за спиной своего брата. Он решил, что лучше для него оказаться как можно дальше от разгневанной страной старушки, так на всякий случай, а то кто ее знает, вдруг возьмет и сотворит такое, о чем потом всю жизнь будешь жалеть.
   - Баб, ты звонить будешь, или мне это сделать? - напомнил Фимка о своем предложении. Он уже вытащил мобильный телефон из кармана штанов и собирался набрать нужный номер.
   - Сама позвоню, - ворчливо произнесла бабушка Прасковья, - ну-ка, дай сюда телефон.
   - У тебя же свой есть, - возмутился Фимка, но трубку протянул.
   - Есть, да не про твою честь, - тем же тоном ответила бабушка Прасковья. Она, взяв телефон, набрала нужный номер и стала ждать ответа.
   Через несколько продолжительных гудков в трубке раздался строгий хриплый мужской голос:
   - Чего названиваешь, Фимка? Чего отвлекаешь от праведных трудов?
   - Здравствуй, касатик, - сладким голоском произнесла бабушка Прасковья, - неужто я не вовремя позвонила?
   - Тетя? - по голосу можно было смело сказать, что собеседник находился в смятении.
   - Я, касатик, я, - ответила бабушка Прасковья и задорно подмигнула мальчикам. - Как там у тебя поля, как луга?
   - Как поля, - раздался короткий смешок, - поля колосятся, а луга от травы лоснятся, как это было в прошлом году, как и сто лет назад.
   - Это хорошо, что все по-прежнему, без изменений. Аль все же что-то изменилось, да пошло не так? - как бы ненароком поинтересовалась бабушка Прасковья.
   - Ты, тетушка, как всегда многословна, любишь разговор заводить, да околицами к нужному делу подходить, - вздохнув, ответил племянник, - нет, чтоб сразу спросить и вся недолга.
   - А ты я смотрю все такой же шустрый, да деловой, куда-то постоянно торопишься, не можешь минутку выделить для беседы с любимой тетушкой, - заворчала бабушка Прасковья, - ладно, не буду тебя томить своими старческими байками, перейду к делу сразу. Про изменения я неспроста спросила. Здесь вот какое дело, объявилась в наших краях злая колдунья. Жила она на соседней даче, но сегодня ушла оттуда в неизвестном направлении. Я хотела узнать, не заметил ли ты чего странного в своей вотчине?
   - А я то, думал, голову ломал, с чего бы на заброшенной птицеферме появились криксы, сидят там никого туда не пускают! - удивлено воскликнул Никифор. - Оказывается, они там злую колдунью охраняют!
   - Больше ничего странного не заметил? - насторожилась бабушка Прасковья.
   - Нет, странней такой странности я больше не видал, - немного подумав, ответил племянник.
   - Благодарствую, касатик, - сказала бабушка Прасковья, потом отключила телефон и отдала его Фимке.
   - Ну что? - спросили хором ребята.
   - Плохи наши дела, касатики, - серьезным голосом произнесла бабушка Прасковья.
  
  
  
   Глава семнадцатая.
   Еще один помощник.
  
  
   - У меня для вас две новости, касатики, - продолжила бабушка Прасковья, - одна плохая, другая хорошая. С какой начинать?
   - С хорошей, - ответили ребята, решив, что лучше вначале услышать приятные известия, после которых неприятные новости легче перенести.
   - Колдунья затаилось на птицеферме, которая находится недалеко, всего лишь в десяти километрах от дачного поселка, - сообщила бабушка Прасковья.
   - А какая, тогда плохая новость? - мальчики не очень обрадовались, услышав такое. Они только что прибыли из одного долгого путешествия, а тут значит, придется опять поработать ногами, такое понимание любому испортит настроение, если конечно ты не бездушный автомат.
   - Ту птицеферму стерегут злобные криксы и никого туда не подпускают, - чуть ли, не шёпотом произнесла бабушка Прасковья.
   - М-да, криксы, это серьезно, - добавил Фимка и поежился от неприятных воспоминаний.
   Игрецу уже приходилось сталкиваться с этими злобными созданиями темного мира.
   Как-то раз Фимка решил подшутить над дачным жителем в своей не очень безобидной манере. Начал делать все нужные приготовления, стараясь ничего не упустить, и в этот весьма ответственный момент на него напали криксы. Оказывается, тот дачник поселился в проклятом домике, где приютились те существа. Раньше на этом месте находилось пристанище злодейки Кривды. Но та давно уже исчезла, а вот ее верные слуги - криксы остались.
   Фимка еле успел унести ноги оттуда, совсем позабыв о своем развлечении. Тогда он легко отделался, всего лишь небольшим испугом и парой царапин на теле.
   - Криксы? - удивились ребята. - Мы никогда не слышали о таких зверях. Как они выглядят?
   - Вы видели летучих мышей? - задал вопрос Игрец.
   - Конечно, - дружно ответили мальчики.
   - Так вот, эти криксы чем-то похожи на летучих мышей, такие же лохматые, с кожистыми крыльями, вот только размером они намного больше и питаются не комарами и мошкой, а вашими страхами, теми, которые незаметно появляются ниоткуда и накрепко вселяются в вашу чистую душу. Эти летучие демоны, вместе со страхом выпивают человеческую жизненную силу, заставляя постоянно находиться в подавленном настроении, бояться всего, сторониться людей, в некоторых случаях доводят людей до безумия, - начал объяснять Фимка. - Если же вы не подвержены этому чувству, тогда коварные чудища нападают на вас и начинают кусать своими острыми, как иглы зубами и царапать кривыми когтями, которые подобны рыболовным крючкам. Они гонятся за вами, преследуют до тех пор, пока не порвут вас в мелкие кусочки. Вот они какие - криксы.
   После такой новости мальчики совсем поникли. Они стояли, молча, потупив свой взгляд, в котором читалось горечь отчаяния. И этому была веская причина. Ребята устали после недавнего нелегкого путешествия, где им чудом удалось избежать лап злого Лаюна. А здесь, оказывается, вновь придется столкнуться с не менее коварным противником, который не упустит возможности, накинутся на мальчиков. И что они смогут противопоставить злобным существам? Ничего, только свою смелость и верность долгу, ведь кроме них больше некому встать на защиту любимой бабушки. Вот только по силам ли будет мальчикам эта непростая задача? На этот вопрос никто из них не мог дать ответ.
   - Что закручинились, касатики? - спросила бабушка Прасковья, глядя на удрученных ребят. - Неужто, ваш пыл пропал? Неужели, на попятный вы пойдете, оставив бабушку в беде?
   - Но там же злобные криксы! - дрожащим голосом произнес Максим. Ему очень не хотелось встречаться с такими ужасными существами, потому что он знал, при их появлении ему не справиться с чувством страха.
   - Да, там криксы, - не стала возражать бабушка Прасковья, - и они такие, как красочно описал мой внучек. Но на этих существ можно найти управу.
   - Какую? - сразу же оживились ребята. Еще бы, если им удастся узнать, как совладать с криксами, то значит, половину задания по спасению бабушки они уже выполнили.
   - Криксы - ночные существа, значит, они, не любя свет. Он их нервирует, мешает ровному полету, не дает нападать сообща, - начала пояснять бабушка Прасковья. - Так же криксы не переносят освещенную воду. Если ей побрызгать на них, они сразу же превращаются в прах и никогда больше не возрождаются. Так же, те существа боятся живого огня.
   - А больше никак нельзя с ними справиться? - поинтересовался Никита.
  Все что они сейчас услышали, конечно, очень познавательно и интересно. Вот только святой воды у него с собой нет и взять ее негде, а насчет огня, слишком опасно пользоваться им в старой заброшенной птицеферме, она же наверняка вся деревянная, да сгнившая, вдруг ненароком устроишь пожар, а это может привести к непредсказуемым последствиям. Так что он с Максимом сможет в тех сложных условиях использовать только электрические фонарики. Вот только будет ли от них толк, про то бабушка надвое сказала.
   - Справиться с ними по-другому, никак нельзя, - огорчила мальчиков бабушка Прасковья, но затем сразу добавила, - справиться нельзя, но можно их ввести в заблуждение.
   - Это как? - не совсем поняли ребята.
   - Я могу сделать отвар, который на время сделает любого незаметным для крикс, - сообщила бабушка Прасковья, - если вы им намажетесь, то эти злобные существа вас просто не учуют.
   - Это нам может очень пригодиться, - обрадовался Никита. Максим поддержал его кивком головы.
   - Тогда подождите немного, пока я буду делать отвар, - сказала бабушка Прасковья.
   Она поднялась с кресла, подошла к кухонному столу, включила электрическую плитку и, взяв небольшую кастрюлю, удалилась из комнаты. Вскоре бабушка Прасковья вернулась. Старушка поставила кастрюлю, где уже плескалась свежая вода, на разогретую плитку и начала доставать из подвешенного к стене ящика небольшие пластмассовые коробочки, расставив их на столе, открыла и стала ждать, когда закипит вода.
   Долго ждать не пришлось, всего лишь минут пять - десять. Вскоре вода в кастрюле покрылась легким парком и забурлила.
   Бабушка Прасковья замерла на месте, как бы что-то вспоминая, затем встрепенулась и принялась за варево, приговаривая:
   - Возьмем щепотку мяты,
  Добавим полыни
  Так, чем еще богаты
  Природные дары?
  Ага, пойдет фиалка,
  Ромашка ей прям вслед
  И белая поганка,
  Совсем чуть-чуть,
  Чтоб не нанести вам вред.
  Так, что еще забыла?
  Ах да, чеснок не положила.
  Теперь последний компонент,
  Настал, однако, и его момент.
  Положим мы туда
  Сухого корня Мандрагоры
  Немного,
  Всего лишь несколько кусков.
  Поварим мы его недолго
  И вот отвар готов!
   Бабушка Прасковья сняла кастрюлю с плитки и поставила ее на стол.
   - Интересная ворожба у тебя получилась, - с уважением произнес Максим, принюхиваясь к приятному, ни на что не похожему, аромату. Тот уже успел своим запахом заполнить всю маленькую комнату до самого потолка.
   - Это не чародейство, - возразила бабушка Прасковья, не оборачиваясь к ребятам. Она что-то упорно искала в своих ящиках, которые висели на стене. - Это просто стишок. Он мне помогает не забыть последовательность закладки ингредиентов для отвара.
   - Кого? - не понял Максим.
   - Не кого, а что. Градиентов, дубина, - поправил своего брата Никита, при этом не забыл пихнуть локтем ему в бок.
   - Сам ты, осел безмозглый, - не остался в долгу Максим. Он кулаком дал сдачи, попав в плечо. - Не глухой, слышал, что это ингардиенты, но я такого слова не знаю.
   - Это, помогает мне не забыть какие травы нужно класть в отвар и когда их класть, - доступным языком пояснила бабушка Прасковья.
   - Понятно, - задумчиво произнес Максим, но в следующее мгновение оживился и сделал логический вывод:
   - А что, здорово получается! Например, пришел из школы, взялся за математику, начал примеры решать, а чтоб таблицу умножения не забыть читаешь себе под нос стишок:
  Тарам, парам,
  Дважды два - четыре.
  Тарам, парам,
  Это знают во всем мире.
  Тарам, парам,
  А если двойку возвести в куб?
  Тарам, парам,
  Это как пойти нам в клуб.
  Тарам, парам,
  Мы всегда получим восемь.
  Тарам, парам,
  И помощь ни у кого не спросим!
  Тарам, парам!
   - Это уже не стишок, это песенка, получается, - поправил его Никита.
   - Какая разница, - пожав плечами, согласился с ним Максим, - все равно здорово.
   За разговором мальчики отвлеклись и не заметили, как бабушка Прасковья нашла в одном из ящиков пустой стеклянный флакон, осторожно перелив, туда приготовленный отвар, она терпеливо ждала, когда на нее обратят внимание. Почувствовав на себе чужой взгляд, ребята замолкли и посмотрели на старушку.
   - Вот, берите, - бабушка Прасковья протянула мальчикам флакон наполненный отваром. Тот был крепко закупорен пластиковой пробкой, так, чтобы жидкость случайно не вылилась наружу.
   Никита осторожно взял его. Он ожидал, что флакон будет горячим, потому что отвар только пару минут назад вскипятился, но тот на удивление оказался прохладным. Мальчик в недоумении приподнял брови и молча, положил стеклянный сосуд в карман.
   - Запомните, - начала наставлять бабушка Прасковья, - используйте отвар только тогда, когда подойдете к заброшенной птицеферме, раньше не надо, а то он быстро выветривается.
   - А позже? - спросил Максим.
   Никита покрутил указательным пальцем у виска, показывая, какую глупость только что произнес его брат. Уловив этот момент, Максим слегка смутился. Поняв, что его жест правильно воспринят, Никита обратился к старушке:
   - Как пользоваться отваром? Его нужно пить или что-то другое делать?
   - Не пить, а натираться им нужно, - ответила бабушка Прасковья. Она как всегда расположилась на своем любимом кресле и принялась за свое вязание. - Выльете немножко отвара на ладонь и натирайте его во все открытые места тела до полного впитывания. Тогда вас ни одна крикса не учует.
   - Понятно, натираться до полного впитывания, - повторил за ней Никита.
   - А если поняли тогда идите, думайте, как вам удобней добраться до заброшенной птицефермы, так чтобы около полуночи быть там, - проворчала бабушка Прасковья, не отвлекаясь от своего занятия. Она начала наращивать темп вязания и вот уже спицы в ее руках замелькали с такой скоростью, что если бы голодные китайцы со своими бамбуковыми палочками, которыми едят рис и другие свои национальные блюда, увидали подобную ловкость, то умерли бы от зависти.
   - До свидания, бабушка Прасковья, - попрощались мальчики с хозяйкой небольшой коморки.
   - Прощевайте, касатики, ни пуха вам, ни пера, - услышали они в ответ.
   Фимка попрощался со своей бабушкой и привел ребят в привычную дачную комнату. Там они уселись на кровати, ведь сидеть намного удобней, чем стоять, когда решил поговорить, о чем-то важном.
   - Что делать будете? - спросил Игрец. Он достал из кармана шоколадную конфету и стал с наслаждением ее жевать.
   - Пока не знаем, - честно признался Никита. Он посмотрел на довольное Фимкино лицо, и ему тоже захотелось конфет. Но мальчик сдержался, не стал спрашивать сладости, а то, получится неудобно, сначала подарил, а потом требуешь обратно. Так не поступают культурные люди. Он просто отвернулся и продолжил:
   - Но у нас время еще есть. Так что будем думать.
   - Ладно, думайте, а я пошел, попью чайку, а то что-то в горле пересохло, - заявил Игрец.
   Он поднялся с кровати, подошел к двери, открыл, осторожно выглянув наружу. Обнаружив, что рядом никого из взрослых нет, Фимка помахал братьям ручкой на прощание и бесследно исчез.
   Когда Игрец удалился, Максим повернулся к Никите и задал вопрос, который волновал его больше всего:
   - Как будем добираться до заброшенной птицефермы?
   - Пока не знаю, но пешком по ночной степи мне не очень хочется топать, - честно признался брат.
   - Мне тоже, - тяжко вздохнул Максим.
   Они на некоторое время замолкли, думая об одном, как им быстрей добраться до нужного места. Мальчики прокручивали в голове разные варианты, но пока ничего толкового придумать не могли. Вот если бы они имели способность к моментальной телепортации, или могли летать на метлах, или в их распоряжении имелся ковер самолет, на худой случай - сапоги скороходы, тогда другое дело, но всего этого у них в наличие не имелось. А где такие чудесные вещи приобрести, они же не на каждом углу валяются, по идее их должны продавать в волшебных лавках, но вот беда, таких магазинов не существует. Во всяком случае, ребята про такие торговые точки не знали в своем городе. Вот и сидели мальчики на кровати, понурив головы.
   Когда все варианты их транспортировки были перебраны, Никита глубоко вздохнул и предложил единственный выход из сложившейся ситуации:
   - Придется Настю просить о помощи.
   - Настю? - удивился Максим. - И чем же она нам поможет?
   - Она недавно сдала экзамены в автошколе и получила водительское удостоверение, - сообщил Никита.
   - Ты хочешь, чтобы она нас довезла до места на машине? - до Максима начало доходить, о чем намекал его брат. - А где она ее возьмет?
   - У папы попросит, - предположил Никита.
   - Ага, подойдет и скажет - пап, мне нужна машина, чтобы братьев подвести к заброшенной птицеферме к двенадцати часам ночи, там им позарез нужно сразиться со злой колдуньей. Ха-ха! - нервно засмеялся Максим. - Нет, Никит, твой папа на такое не пойдет.
   - А ему и не обязательно знать все о нашей затее, но вот Настю придется посвятить в тайну, - ответил Никита.
   - Ты думаешь, она нам поверит? - с сомнением спросил Максим.
   - Надо сделать так, чтоб поверила, - убедительно ответил Никита, - пошли к Насте. Она сейчас на втором этаже.
   Максим легко согласился с братом. Так всегда проще, когда кто-то другой решает за тебя, что лучше сделать, особенно если сам, не имеешь какой-нибудь подходящий идеи.
   Мальчики вышли из комнаты, поднялись на второй этаж по крутой деревянной лестнице с резными перилами, подошли к двери и вежливо постучались. Они без разрешения не решились сразу вломиться в комнату к Насте, кто его знает, чем она в данный момент занимается, может, переодевается или целуется со своим парнем, а тут входит кто-то без спросу, может получиться конфуз, который наверняка перерастет в громкий скандал.
   На стук никто не ответил.
   - Может, ее там нет? - предположил Максим.
   - Скорее всего, музыку слушает через наушники, вот нас и не слышит, - сказал Никита и осторожно приоткрыл дверь.
   Мальчики, стараясь не шуметь, заглянули в узкую щель. Как Никита предполагал, так и было. Настя прямо в одежде лежала на кровати, в ее ушах находились крохотные наушники, от которых тянулись тонкие провода к плееру. Тот, скорее всего, был включен на полную громкость, вот сестра и не слышала стук в дверь. Она даже никак не отреагировала, когда ребята смело вошли в комнату.
   - Настя! - крикнул Никита, подойдя поближе к сестре.
   Та все равно не слышала его. Она продолжала лежать с закрытыми глазами, слегка мотая головой в ритм мелодии.
   - Настя! - крикнул Никита и потормошил сестру за плечо.
   - Что? - Настя открыла глаза, вынув наушники из ушей, она посмотрела на ребят и произнесла. - А это вы? Разве вам не говорили, что без стука не вежливо врываться в чужую комнату?
   - Мы стучали, но ты не слышала, - сообщил ей Никита.
   - С чем пожаловали? - Настя не очень доброжелательно восприняла приход мальчиков в свою комнату.
   Ей не очень нравилось находиться на даче, далеко от своих друзей и подруг, где не с кем погулять, пообщаться, некуда сходить, потому что, нет рядом сверстников или каких-либо развлекательных заведений, таких как кафе, кино или дискотека. Сидишь себе сиднем на дачном участке. Никуда не выходишь, словно находишься под домашним арестом. Одно только развлечение, слушать музыку, да дышать свежим воздухом. Вообще сплошная тоска. Потому-то она и восприняла приход своих братьев агрессивно, выпустив из себя скопившееся раздражение.
   - Настя, нам нужна твоя помощь! - не обращая внимания на резкий тон сестры, сообщил Никита.
  
  
  
   Глава восемнадцатая.
   Заброшенная птицеферма.
  
  
   - Помощь? - удивилась Настя и неспроста. Такими просьбами ее брат не баловал, предпочитал обращаться к родителям, а тут так сразу, без витиеватых предисловий, прямо открытым текстом - помоги нам. После такого не захочешь - удивишься.
   - Да, нам нужна твоя помощь, - повторил Никита, а Максим просто утвердительно мотнул головой.
   - И в чем же вам помочь? Сделать куличики в песочнице или после туалета попку подтереть? - с нескрываемым сарказмом произнесла сестра.
   Тому была веская причина. Она и так была в плохом настроении, находясь в невольном затворничестве, обиделась на родителей, на себя родную, да и вообще на весь мир, а тут еще малышня под ногами путается, мешает грустить в одиночестве. Вот Настя и решила ответить грубо, чтобы мальчики не приставали с глупыми предложениями, и ушли восвояси.
   Но ребята почему-то не уходили. Они стояли возле кровати и просительно глядели на сестру.
   - Так что вам от меня надо? - тяжело вздохнув, спросила Настя. Она уже поняла, что пока не узнает истинную причину нежданного посещения непрошеных гостей, от них ей не удастся избавиться.
   - Нам нужно к полночи попасть на заброшенную птицеферму, - ничуть не смущаясь, заявил Никита.
   - Что? - удивлено, воскликнула Настя. Ей показалось, что она ослышалась.
   - На птицеферму нам нужно попасть к полуночи, - повторил просьбу Максим.
   - А луну с неба вам достать не надо? - Настя не могла понять, к чему подводят разговор эти два пронырливых братика.
   - Нет, луну достать не надо, - на полном серьезе ответил Никита. - Так ты нам поможешь?
   - Какого лешего вы там позабыли на ночь, глядя? - спросила Настя.
   - Не лешего, а агронома, - важно заявил Максим.
   - Дурень, не агронома, а Полевика, - поправил его Никита, не забыв брата пихнуть под ребра локтем.
   - Сам ты дурень, - ответил Максим и дал сдачи.
   - Эй, малявки, вы будете пихаться или все же расскажете мне, зачем пожаловали! - прикрикнула на братьев Настя.
   Мальчики, притихнув, перестали пихаться между собой. Они посмотрели друг на друга. С их молчаливого согласия вести повествование должен был Никита, так как он первым оказался у первоисточника всей этой истории.
   Тот набрал в рот побольше воздуха и начал с самого начала рассказывать о своих приключениях; о знакомстве с Игрецом, о колдунье, о беде постигшей родную бабушку, о кикиморе, о приключениях на острове, о злом Лаюне и о замечательной девочке Людмиле.
   Максим изредка прерывал его, внося уточнения в историю. Настя же, слушала, молчала, старалась не перебивать. Ей было интересно послушать, что с таким вдохновением сочинили ее братья, все же, какое-то развлечение после скучного дня. Она во все сказанное просто не могла поверить, например про Лаюна и колдунью, а вот услышав про кикимору, слегка была удивлена. Настя считала, что на даче обитает домовой, а не его жена.
   В домового она верила, особенно после одного случая.
   Было это еще по ранней весне, когда снег уже сошел, но тепла еще не предвиделось. Деньки стояли пасмурные, иногда накрапывал дождь. В такую скверную погоду вообще ничего делать неохота, вот Настя и предавалась безделью; дома не убиралась в своей комнате, развела бардак, родителям не помогала, в магазин не ходила, мусор не выносила, училась с неохотой.
   Вот она легла спать и среди ночи ощутила, как ей на грудь кто-то сел, мешает дышать полной грудью, да шепчет едва различимо - уберись в комнате, уберись или я каждую ночь буду к тебе приходить!
   Настя вначале не придала этому значение, думала, приснился страшный сон. Но когда все это повторилось три дня подряд, она поняла, что домовой существует, и он не отстанет, пока та не сделает то, что от нее требуется. Когда же Настя прибралась в своей комнате, да заодно и во всей квартире, невидимый хозяин перестал ей докучать по ночам.
   Как же после такого случая не поверишь в домового!
   Выслушав братьев, Настя произнесла, криво улыбаясь:
   - Интересная сказка. Сами что ль придумали?
   - Ты что, нам не веришь? - возмутился Никита.
   - Трудно в такое поверить, особенно про колдунью, - ответила Настя, - нет их на свете, а бабушка наша просто сильно заболела. Такая болезнь называется летаргическим сном, она не смертельная.
   - Значит, не веришь, - Никита достал из кармана зачарованные очки и протянул их сестре, - а на это что скажешь?
   - Солнцезащитные очки, - пожав плечами, сказала Настя, - тебе их мама в прошлом году купила.
   - А ты надень очки, - предложил Никита.
   Настя взяла их, осмотрела со всех сторон и сказала:
   - Очки, как очки, такие на рынке пучками продают.
   - Сначала надень, а потом уж скажешь, продают такие очки или нет, - настаивал Никита.
   Сестра пожала плечами и надела очки. Стоило ей это сделать, как мир вокруг нее, невероятно преобразившись, покрылся яркими красками, которые обычным глазом не увидишь. Настя от удивления даже вскрикнула:
   - Ух, ты, классно!
   - Ну что, продают такие очки на рынке? - довольный тем, что сумел произвести впечатление на сестру, произнес Никита.
   - Что ты с ними сделал? - место ответа Настя задала вопрос, разглядывая все вокруг себя. - И почему все вокруг стало радужным?
   - Это не я сделал, а бабушка Прасковья, - напомнил Никита. - А то, что ты видишь через очки, это аура.
   - Ах да, я забыла, что вы говорили о ней, - вспомнила сестра. Она сняла очки и протянула их брату. После демонстрации такого чуда, Насте ничего не оставалось, как поверить мальчикам. - Значит, говоришь, наша бабушка заколдована?
   - Ну, наконец-то до тебя дошло, - Никита вздохнул с облегчением. - Так ты нам поможешь?
   - Чем? - у Насти плохое настроение, как ветром сдуло. Ее заинтересовала услышанная история, ведь не каждый день сталкиваешься с чем-то неизвестным и таинственным. Да и бабушке нужно помочь, если она на самом деле заколдована злой колдуньей.
   - Довезешь нас на машине до заброшенной птицефермы? - попросил Никита и сразу же уточнил. - Но это нужно сделать до полуночи!
   - Где же я машину возьму? - удивилась Настя такой просьбы.
   - У папы, - наивно предположил брат.
   - Ты думаешь, он мне доверит машину? - Настя на этот счет очень сильно сомневалась.
   - А ты придумай что-нибудь такое правдоподобное, тогда он точно тебе не откажет, - посоветовал Никита.
   - Легко сказать, придумай, - заворчала сестра, - ладно, попробую. Но если не получится, я не виновата.
   - Получится, - заверил ее Никита и не забыл предупредить. - Только родителям не говори о том, что узнала.
   - И не подумаю. Они все равно не поверят, - усмехнувшись, сказала Настя.
   - Тогда мы пошли готовиться к ночной поездке, - произнес Никита и вместе с Максимом покинул комнату.
   Покончив с таким важным делом, как уговорить сестру о помощи, мальчики начали готовиться к предстоящему предприятию по спасению бабушки.
   Из всего того, что они услышали от кикиморы и Игреца, ребята сделали вывод, в первую очередь нужно найти электрические фонарики. Как говорила бабушка Прасковья, криксы боятся света, значит, те осветительные приборы могут им пригодиться. Кстати, их долго искать не пришлось. Папа пару фонариков всегда держал на виду, точнее сказать, они всегда лежали на небольшом столике, который находился в комнате родителей. Так удобно. Когда по какой-либо причине выключат свет, не надо их искать, если знаешь, где они находятся.
   Никита взял фонарики и спрятал в рюкзаке. Теперь мальчики решили изготовить оружие, ведь им предстоит опасное дело, значит нужно побеспокоиться о своей защите.
   Максим предложил сделать рогатки. Никита, немного подумав, согласился с ним, ведь из поручных средств им все равно ничего другого не удастся изготовить за такой короткий срок времени. Конечно, можно было попробовать наладить лук, но он слишком громоздкий, да и стрел много не возьмешь, а тут набери полный карман камешков, да пали ими по цели. К тому же, рогатка проста в изготовлении. Что для ее изготовления нужно? Ну, во-первых, сам рогачек для крепления метательного жгута, во-вторых, сам метательный жгут и в третьих пятка для захвата камешка. Вот и все. Как говорится, просто, но надежно.
   Приняв такое решение, ребята выбрались во двор. Там они среди сухих веток, которые родители спиливали с деревьев, нашли пару подходящих, начали их терпеливо обрабатывать ножом. Когда основа для рогаток была готова, мальчики взяли старые резиновые камеры от мотоцикла, разрезали их на тонкие полоски, все, метательные жгуты готовы. Теперь осталось найти кожу, чтоб изготовить пятки, в которые помещают камешки. Вот здесь возникла небольшая заминка. Ребята облазали весь дачный участок, но кусочка кожи так не нашли, зато обнаружили старые папины джинсы. Долго не думая они отрезали от них одну штанину и сделали из нее пятки.
   Комплектующие были готовы. Теперь осталось их собрать вместе. Для этого мальчикам пришлось пройти на кухню и там, в ящике взять нитки с иголками. Здесь им пригодились занятия по труду, где часто приходилось заниматься шитьем. Они, ловко орудуя ниткой и иголкой, пришили резиновые полоски к джинсовым пяткам, а потом прикрепили их к деревянным рогачам.
   Все, оружие было готово, правда, на все это ушло слишком много времени, солнце уже успело скрыться за горизонт, так что подходящие камешки ребятам приходилось искать с помощью фонариков. Но и это мальчики проделали без проблем, вскоре их карманы отяжелели от многочисленных снарядов.
   Теперь ребята были полностью готовы к предстоящей опасной поездке, осталось узнать, как обстоят дела у Насти - удалось ей уговорить папу дать машину, или нет. Если нет, тогда придется выходить раньше и продвигаться к намеченной цели пешком. Только вот этого мальчики очень не желали.
   Оказалось их опасения были напрасными. Насте удалось уговорить папу насчет машины. Уж, каким способом она это сделала неизвестно, главное был результат. Обрадованные мальчики поспешили к себе в комнату. Там они разделись и легли в постель, ведь даже маленьким героям иногда нужно отдыхать, особенно после такого трудного дня.
   Ребятам казалось, что им не удастся сомкнуть глаз до намеченного времени, но стоило им положить головы на мягкую подушку, как они сразу провалились в глубокий сон.
   Разбудил Никиту виброзвонок мобильного телефона. Он спросонья вытащил трубку из-под подушки, нажав по-привычке на вызов, тихо произнес:
   - Алло?
   Телефон молчал, как партизан на допросе. Тогда до мальчика дошло, что сработал будильник, тот был поставлен на пятнадцать минут двенадцатого ночи, и пора вставать. Осторожно, стараясь не поднимать лишнего шума, он встал с кровати, подошел к Максиму и потрепал его за плечо.
   - Что? Где? - испугано, вскрикнул брат. Он спросонья не мог понять, где находится и что с ним творится.
   - Тихо ты, - шепотом зашипел на него Никита, - сейчас разбудишь всех.
   - А, это ты, - с облегчением вздохнул Максим. - Что, уже пора?
   - Пора, давай собираться, тихо только, старайся не шуметь, чтобы не разбудить родителей, - предостерег Никита.
   Мальчики быстро оделись, взяли с собой рюкзак, рогатки, камешки для них и, сторожась, вышли на улицу.
   Там их уже поджидала Настя.
   - Вы что там копаетесь, сами же говорили, к полуночи нужно успеть добраться до заброшенной птицефермы, а не торопитесь, - упрекнула она ребят.
   - Так мы же на машине мигом туда домчимся, - пожав плечами, произнес Никита, наивно пологая, если есть транспорт, значит, на нем можно добраться куда угодно за короткий отрезок времени.
   - Я еще уверено водить автомобиль не умею, а сейчас придется ехать впотьмах, да по незнакомой местности, так что, на скоростные гонки не рассчитывайте, - заранее предупредила братьев Настя, - ладно, нечего стоять, пошли грузиться.
   Они гуськом выбрались за дачный забор.
   Настя отключила автомобильную сигнализацию. Мальчики сразу залезли на заднее сиденье, вальяжно разместившись там, стали ждать, когда их сестра заведет машину.
   Настя расположилась впереди, поерзала немного, устраиваясь как ей удобней, по привычке пристегнула ремень безопасности и повернула ключ зажигания. Двигатель мерно заурчал. Ребята с тревогой прислушались к округе, вдруг родители проснутся, выйдут посмотреть, а они тут в кабине сидят, тогда начнутся разные ненужные расспросы. Но нет, вокруг кроме ровного гула мотора, ничего постороннего слышно не было.
   - Ну, с богом, - почему-то шепотом произнесла Настя, отжимая педаль сцепления и включая первую скорость.
   Автомобиль, постоянно дергаясь, медленно покатил вперед, покачиваясь на бесконечных ухабах.
   - А что так медленно? - заворчали ребята, им хотелось быстро и все сразу.
   - Если будете возмущаться, то пойдете пешком, - сердито предупредила мальчиков Настя, - вы что, не видите, дорога плохая, на таких ухабах сильно не разгонишься.
   - А что здесь увидишь, если кругом темнота, - по привычке высказался Никита и замолчал, приняв правоту своей сестры.
   Да и спорить не было смысла. На самом деле они ехали по проселочной дороге, где не любая машина пройдет, а тут еще непроглядная темнота. Как назло все небо было покрыто тучами, которые не позволяли проникнуть сквозь себя тусклым лучикам звезд и матово-серебристому свету полной луны. Окружающий мрак скрадывал дорогу, не позволяя толком осмотреться, он не давал увидеть, что твориться впереди. Только два конусовидных луча фар, трудясь на славу, старались осветить дорогу, создавая светлый, но узкий коридор, который рыскал из стороны в сторону. Правда и они были не способны осветить, то, что находится за очередным пригорком.
   Настя знала дорогу к заброшенной птицеферме. Она туда вместе с родителями не раз ездили за раками. Для такого промысла там хорошее место, крутой яр, уходящий в глубину, в котором видимо-невидимо норок, только успевай хватать за клешни и вытаскивать добычу. А вот для жилья не очень. Раньше там стоял старый погост, пока его не снесли бульдозерами, а на том месте построили птицеферму. Возможно, поэтому она не приносила прибыли своим хозяевам, вот ее и закрыли. Так что Настя не очень удивилась, услышав, что в том месте расположилась ведьма. Где еще может творить свою волшбу колдунья, как не на проклятой земле.
   Но одно дело знать куда ехать и совсем другое, самой в темноте прокладывать путь. Во мраке даже знакомые места кажутся незнакомыми, словно ты находишься на другой планете, а не в родном краю. Бугры становятся выше, чем на самом деле, низины глубже, а очертания кустов и высохшей травы приобретают силуэты разных сказочных существ. Иногда вообще мерещится, что дорогу перебегают, какие-то бесформенные призрачные тени. От всего этого становится неспокойно на душе и даже тревожно. А тут еще за рулем постоянно находишься в напряжении, всматриваясь в неровную дорогу, и гадаешь, что тебя ждет впереди. По этой причине приходится ехать медленно, осторожно, стараясь не угодить в глубокую канаву.
   Хотя на улице было относительно прохладно для ночного времени, Настя от постоянного напряжения покрылась липким потом. Она уже жалела, что согласилась помочь своим братьям. Вдруг что-нибудь случится с машиной, папа ее за это по головке не погладит, а мальчишкам что, с них как с гуся вода, они как всегда останутся в сторонке. Все шишки достанутся ей.
   Настя устала и уже подумывала повернуть назад, как неожиданно в свете фар показались деревянные постройки.
   Им все же удалось добраться до заброшенной птицефермы.
  
  
  
   Глава девятнадцатая.
   Разрушенные чары.
  
  
   - Тормози, приехали, - сообщил Никита, - и потуши фары, пока нас не заметила злая колдунья.
   Настя послушно остановила автомобиль, заглушила двигатель, потушила фары, после этого она повернулась к мальчикам и задала вопрос:
   - Теперь что будем делать?
   - Делать будем мы, а ты останешься в машине, - словно был старше всех, дал распоряжение Никита. Он достал из рюкзака флакон с заговоренным отваром, налил его на ладонь и стал втирать жидкость в открытые места тела. Когда мальчик покончил с этим делом, то передал бутылочку своему брату. Тот старательно последовал его примеру.
   - Почему именно я останусь в машине? - Насте не хотелось в темноте оставаться одной, лучше уж пойти со всеми, а то после всего узнанного ей было как-то жутковато. Она даже невольно повела плечами, ощущая на спине бегающих мурашек.
   - Потому что не стоит оставлять машину без присмотра, - заявил Никита, - да вообще, вдруг она срочно понадобится.
   - Ладно, я вас здесь подожду, - обижено проворчала Настя. С таким доводом грех не согласиться, ведь на самом деле она отвечает за автомобиль, если же его оставить без присмотра, придешь, а колеса скручены, кто во всем окажется виноват, конечно, Настя.
   - Жди нас здесь, мы скоро вернемся, - место прощания произнес Никита.
   - Я знаю ваше скоро, - сказала сестра, глубоко вздохнув, но ее никто не услышал, мальчики уже успели раствориться в темноте, как два бесплотных призрака.
   Оставшись в одиночестве, Настя почувствовала себя неуютно. Кругом чужие места, темнота, а тут еще изредка подают голос ночные птицы, на фоне монотонной стрекотни цикад, такая обстановка не располагает к мирному ожиданию, а постоянно держала в напряжении, волновала, заставляя сердце чаще биться, короче, сплошной дискомфорт.
   Настя пожалела, что осталась одна. Лучше бы она пошла вместе с ребятами, а машина, что с ней может случиться за такое короткое время, конечно, ничего, здесь же не жилой район, где в каждом темном переулке притаилась сомнительного занятия 'темные' личности, здесь голая степь, по которой нормальные люди около полночи не болтаются.
   Девочка хотела выйти из машины, чтобы немного размять ноги, они слегка затекли от долгого сидения на одном месте, но посторонний шум снаружи остановил ее. Она прислушалась.
   В ночном небе раздалось едва различимое шуршание. Такой звук издают птицы, паря в воздухе. Настя осторожно выглянула в слегка приоткрытое окошко, но кругом стояла непроглядная темнота и она ничего толком разглядеть не сумела. Девочка уже подумывала включить фары, чтоб хоть что-нибудь разглядеть, как на кабину автомобиля что-то или кто-то свалился. Послышался неприятный скрежет по металлу и в проеме окна появилась мохнатая приплюснутая морда, с большими оттопыренными ушами, чем-то похожая на летучую мышь, только больше размером. Незнакомое чудище зловеще шипело и скалило бритвенно-острые зубы. Оно сложило перепончатые крылья и вцепилось в стекло бокового окна своими острыми когтями, норовя протиснуться в салон машины.
   - Мама! - вскрикнула Настя, отпрянув в сторону.
   Она неловко махнула руками при этом попала точно по морде невиданного чудища. То со злым шипением свалилось в траву. Воспользовавшись этим, Настя быстро закрыла окно, защелкнула центральный замок и вжалась в кресло, ощущая, как ее стала бить мелкая дрожь.
   - Что это? Откуда? - шепотом произнесла Настя, ощущая, как ее волосы на голове встают дыбом. Ей уже перехотелось выходить наружу, зато появилось сильное желание быстрей добраться до родной дачи, где она будет в полной безопасности. Но прямо сейчас Настя не могла направиться туда. Ей надо было дождаться мальчиков и молиться, чтобы им не попались на пути такие мерзкие чудовища.
   Тем временем ребята споро продвигались вперед, а чтобы им было не так страшно, они тихонечко, практически шепотом запели песню, правда она оказалась не очень веселой:
  
   Вдвоем мы оказались под полною луной,
   В степи опять раздался зловещий страшный вой,
   Кузнечики стрекочут от нас со всех сторон,
   Сыч, сидя за кустами, издал ужасный стон.
  
   Вначале мальчики шли с зажженными фонарями, но когда приблизились к заброшенной птицеферме, погасили их, зачем всех заранее оповещать о своем присутствии, правильно, это не к чему. А так, скрытно, им легче будет пробраться незаметно к злой колдунье.
  
   А дьявольское небо - приют всем силам зла,
   Там криксы разлетались, им помогает мгла,
   Что тихо затаилась в низине и кустах,
   В холодной темной ночи пронизывает нас страх.
  
   Заброшенная птицеферма находилась на небольшой территории, обнесенной покосившимся деревянным забором, где зияло множество брешей по случаю отсутствия некоторых досок. Там стояли четыре прямоугольные фермы, которые расположились в ряд. Межу ними росла высокая трава, ведь ее никто не убирал, вот земля и была запущена до полного безобразия, правда среди нее находились хорошо утоптанные тропинки, это рачительные дачники постарались. Они частенько посещали заброшенную птицеферму, чтобы набрать в мешки куриный помет, который является хорошим удобрением, а такого бесплатного добра там было много.
  
   Давай, брат поскорее рогатки доставай,
   Камнями чародейскими быстрей их заряжай,
   Мы криксов не боимся, дадим мы им отпор,
   Резинку, брат, натягивай, как у ружья затвор.
  
   Мальчики пролезли через небольшую брешь в заборе, остановились, стали прислушиваться, пытаясь по постороннему звуку определить в какой из ферм находится злая колдунья. Но их старания оказались напрасными. Кругом стояла тишина, если не считать привычные ночные звуки, которыми полнится природный мир, и все, никаких посторонних шорохов, бормотаний или позвякивания посуды не было слышно, значит, придется проверять все фермы подряд.
   - С какой фермы начнем проверять? - шепотом спросил Максим.
   - Тихо, - место ответа предостерег Никита, - ты слышал?
   Брат прислушался.
  
   В степи их очень много, а мы с тобой вдвоем,
   Вон ферма засветилась демоническим огнем,
   Там злобная колдунья готовит ритуал.
   Ну что, брат, ей покажем, кто мал, а кто удал.
  
   В ночном небе послышался едва различимый шорох. Он медленно, неотвратимо приближался к ним. И вот вскоре на фоне темного неба появились черные черточки. Они постепенно увеличивались в размерах, приобретали ясные очертания, превращаясь в больших летучих мышей.
   - Криксы! - испугано воскликнули ребята.
   Да, это были криксы, о которых их предупреждала бабушка Прасковья, те злобные твари, которые питаются человеческим страхом. Они, издавая противные звуки больше похожие на скрип несмазанных дверей, начали кружить над непрошеными гостями. Вот крылатые чудища спикировали прямо на мальчиков, но не почувствовав знакомого запаха страха, отвернули назад и исчезли в темном ночном небе.
   Значит, заговоренное зелье действовало.
   - Уф, кажется, пронесло, - с облегчением вздохнул Максим и утер тыльной стороной ладони вспотевший лоб.
   - А ты с собой взял запасные штаны? - невольно сострил Никита. Ему, конечно, тоже было страшно, но подковырнуть своего брата он момент не упустил.
   - Смешно, да? - позабыв о случившемся, обиделся Максим. - Я тут чуть не умер от страха, а он все хихоньки да хаханьки. Сам, поди, от испуга чуть в штаны не наложил.
   - Ага, до сих пор чувствую, как в животе бурлит, - честно признался Никита.
   - Так с какой фермы начнем проверять? - вновь задал вопрос Максим.
   - Какая ферма тебе приглянулась, с той и начинай. Хочешь с левой фермы, а можешь с правой или прямо с середки. Не вижу разницы, - пожав плечами, ответил Никита, - все равно все их придется прочесывать.
   - Постой, а это что? - спросил Максим, вглядываясь в темноту.
   - Где? - заинтересовался его брат.
   - Вон, с правой стороны ферма, видишь? - указал Максим.
   - Не только вижу, но и чувствую, - обрадовался Никита, - с нее то, родимой и начнем.
   Там он сумел узреть отблески света сквозь небольшие щели неплотно пригнанных досок в стене деревянной фермы. А если виднеется огонь, то появляется большая вероятность, обнаружить там злую ведьму. Но кроме проблесков света Никита еще ощутил тонкий посторонний запах.
   - Что ты чувствуешь? - спросил Максим.
   - А ты принюхайся, - посоветовал Никита.
   Его брат последовал совету. Он старательно втянул воздух через нос. Никита оказался прав. К ночному свежему воздуху примешался едва различимый посторонний запах, какого-то травяного варева.
   Никита посмотрел на дисплей мобильного телефона. Им и на сей раз повезло. Часы высветили, до полночи осталось всего пару минут, значит, они успели обнаружить колдунью до того, как она начнет вершить свою злую волшбу.
   Мальчики достали свои рогатки, вложили туда по камешку и пошли в нужном направлении, стараясь ступать тихо, так, чтобы их не было слышно. Ребята были сильно взволнованы, и не мудрено, ведь вскоре им предстоит совершить невозможное - практически голыми руками победить могущественную ведьму. Вот только получится это у них? Об этом мальчики старались не думать. Они полностью сосредоточились на выполнении своей миссии.
   Чем ближе мальчики подходили к намеченной ферме, тем сильней становился запах, напоминающий то варево, что делала бабушка Прасковья в своей небольшой каморке. Значит, ведьма уже приступила к приготовлениям зелья, и до начала колдовского ритуала осталось совсем ничего.
   Приблизившись к деревянной стене, ребята без труда нашли дверь, которая была гостеприимно приоткрыта, осторожно войдя в нее, присели, на корточках минули небольшой тамбур, выглянули за угол, стараясь внимательно все осмотреть.
   Заброшенная ферма внутри представляла удобную конструкцию, для разведения кур. По ее бокам находились, чуть ли не до самого потолка, клети для пернатых наседок с деревянными перекладинами и с вереницей продолговатых кормушек, а так же емкостей для воды. Все они были пусты, заброшены, местами поломаны. Посреди фермы находился широкий коридор, густо покрытый перегнившим куриным пометом, но не везде. В одном месте пол был аккуратно вычищен от постороннего мусора. Там, на белеющих досках, виднелась аккуратно нарисованная пятиконечная звезда, внутри которой находились пересекающиеся ровные линии. По ее углам стояли большие черные свечи. Они то и создавали тусклый свет, который мальчики разглядели сквозь щели досок. Прямо по центру пятиконечной звезды стояла небольшая керамическая тарелка, где лежал кусочек хлеба, надкусанный их любимой бабушкой, а рядом с ней находилась сама злая колдунья.
   Она выглядела такой, какой ее увидел Никита первый раз, обычной добродушной дачной соседкой. Но это продолжалось до тех пор, пока ведьма что-то варила в котелке, подвешенном на треноге над небольшой керосиновой горелкой. Как раз этот запах, ребята ощутили, находясь недалеко от фермы.
   Стоило колдунье закончить со своим зельем и начать ворожбу, как она сразу преобразилась. Ее кожа посерела, стала похожа на вяленую рыбу, щеки впали, как у покойника, выросли ногти на руках, нос удлинился, превратившись в костлявый крючок. Вокруг головы появилась черная аура, намного черней самой ночи, которая по сравнению с ней казалась светлым днем. Глаза налились ярким пурпурным огнем, готовые в любое мгновение оросить округу обжигающими искрами.
   Наблюдая такую внезапную перемену во внешности колдуньи, мальчики невольно поежились от страха. Им первый раз в жизни пришлось лицезреть такое волшебство, и оно ребятам очень не понравилось.
   Тем временем страшная ведьма, совершила какой-то непонятный ритуал с ножом, с кровью из пальца, после чего начала произносить слова, вначале тихо, но постепенно наращивая звук:
  
   - Книга теней, позволь служить твоему господину!
   Книга теней, позволь служить твоему господину!
   Книга теней, позволь служить твоему господину!
  
   Стоило колдуньи начать читать заклинание, как погода на улице сразу испортилась. Поднялся сильный ветер, его посвистывание хорошо было слышно через стенные щели, где-то вдали загрохотал гром.
   Тем временем ведьма продолжала:
  
   - Я, его верная слуга, помню о нем всегда!
   Он на мои призывы внемлет,
   Силой колдовской меня наделит!
   Я в ответ жизнь людскую загублю!
   Душу невинную в жертву принесу!
   Проведи от хлебного куска тонкую нить,
   К тому, кто успел его вкусить!
   По тому лучу я силу чужую получу,
   А невинную душу господину я вручу!
  
   Затем пошли совершено не понятные слова. Они выходили ритмичными, завораживающими. Мальчики, невольно поддаваясь магии слова, притихли, заслушались.
   Первым опомнился Никита. Он встрепенулся, одернув своего брата за рукав футболки.
   - Что? - очнулся от завораживающих звуков Максим.
   - Она начала свою волшбу, - напомнил ему Никита, - нам нужно что-то делать, чтобы помешать этому, пока не поздно!
   - Так говори, что делать! - сразу предложил Максим, возложив всю ответственность на своего брата.
   Никита растерялся. Он не знал, как остановить вредоносное заклинание. Мальчик сидел на корточках, лихорадочно думая, наблюдал за действиями злой ведьмы.
   Та уже собиралась заканчивать произносить свою волшбу, это было понятно по ее интонации. Над тарелкой с кусочком хлеба начал появляться белесый дымок.
   Увидав такое дело, Никита принял решение.
   - Максим, стреляй из рогатки по тарелке! - скомандовал он.
   Брат не стал спорить. Он, сидя на корточках, семенящими шагами, немного приблизился к колдунье, старательно прицелился и выстрелил. То же самое, проделал Никита.
   С первого раза у них попасть не получилось. Камни ушли немного влево, правда, при этом свалили пару свечей. Второй залп вышел удачней. Снаряды попали точно по тарелке. Та разбилась на мелкие фрагменты, разгоняя сгустившийся над ней дымок. Кусочек хлеба, над которым творилась волшба, укатился в неизвестном направлении.
   Заклинание было нарушено в самый последний момент. Последствия такого положения вещей не заставило себя долго ждать. Колдунья отшатнулась, словно ее покачнул мощный порыв ветра, а потом на глазах у ребят, тело злой старухи начало корежить, изгибая во все стороны. Она дико закричала от боли, получив откат незаконченного колдовства.
   Воспользовавшись этим моментом, мальчики со всех ног помчались к ведьме. Они рассчитывали, пока колдунья в замешательстве, подскочить к ней и обрезать ножницами связующую бабушкину нить.
   Но все же, ребята опоздали.
   Ведьма оказалась крепче, чем им хотелось. Она быстро оправилась от болезненного удара и сразу начала искать виновников разрушенного заклинания. Собственно и искать то не пришлось, потому что мальчики сами к ней бежали. Когда расстояние до нее сократилось до двух шагов, колдунья резким жестом выбросила вперед руку и произнесла короткую фразу на непонятном языке. После этого ребята замерли на месте, как каменные истуканы. Они пробовали пошевелить рукой или ногой, но у них ничего не выходило.
   - Значит, вот кто нарушил мое заклинание! - со злой улыбкой на губах, произнесла колдунья. - Рада тебя видеть, Никита. А это кто с тобой? Дай угадаю. Ну конечно твой двоюродный братец!
   Мальчики стояли и слушали ее, а злая ведьма продолжала:
   - Ты знаешь, что сейчас я сделаю с вами? Ага, не заешь. Так вот, сейчас я вас превращу в маленьких поросят, таких розовеньких, с маленькими пятачками и хвостиками крючком. А потом, поджарю вас на вертеле до хрустящей корочки и буду, долго лакомится вашим нежным мясом! Ох, как я люблю свежую свининку!
   Услышав такие слова, мальчики сильно испугались. Они хотели закричать - мама! Но и этого не могли сделать, потому что даже рот не подчинялся их воле. Им только оставалось стоять на месте и лить горючие слезы от страха, от беспомощности и от бессилия. Они не хотели становиться маленькими поросятами и не хотели, чтобы ими лакомились. Но больше мальчиков огорчало другое. Они попались в лапы злой колдуньи и теперь, некому будет спасать их любимую бабушку, от этого ребята впали в отчаяние.
   - Страшно? - усмехнувшись, спросила колдунья. - Впредь будете знать, как другим людям мешать делать важные дела! Хотя, в будущем вам этого сделать больше не удастся! А сейчас я возьму свою колдовскую книгу и найду нужное заклинание. Потерпите, детки, скоро я из вас сделаю очень аппетитных поросят!
  
  
  
  
   Глава двадцатая.
   Колдунья повержена.
  
  
   Настя сидела в машине, вжавшись в кресло. Ей хотелось свернуться в комочек и спрятаться куда-нибудь подальше, чтобы не видеть этих отвратительных летучих гадов, которые продолжали кружиться над автомобилем, стараясь найти брешь, в стальном корпусе машины. Пока им это сделать не удалось. Все окна закрыты, а сам корпус автомобиля оказался слишком крепким для их острых коготков.
   А как же мальчики? Вдруг на их пути встретятся эти летуны! Что тогда они будут делать? Ведь как раз им то, некуда будет спрятаться. Но потом Настя вспомнила, что ребята намазались жидкостью, которая отпугивает этих страшилищ. Значит, им они не страшны.
   Девочка уже в который раз мысленно обозвала себя дурой. Зачем только она пошла на поводу у этих сорванцов и согласилась на такую авантюру. Сидела бы себе в теплой пастели, да слушала через наушники свою любимую музыку. Нет, ей стало любопытно, видите ли, потянуло на поиски приключений. Вот теперь придется расплачиваться за свою глупость.
   Настя очень переживала за своих братьев и с нетерпением ждала их возвращения. А здесь еще время, как назло, тянулось медленно, словно в кисельном потоке. Девочка посмотрела на автомобильные часы. Они показывали, что прошло всего три минуты с тех пор, как мальчики удалились в темноту. А ей казалось, что минула целая вечность.
   На улице стала портиться погода. Подул порывистый ветер, вдалеке послышались гулкие раскаты грома, которые намекали - скоро должен начаться дождь.
   - Этого только не хватало для полного счастья, - вслух произнесла Настя.
   Обратно по лужам ей ехать не хотелось, вдруг где-нибудь застрянешь, кто тогда будет вытаскивать машину?
   От таких мыслей, у девочки окончательно испортилось настроение. Зато другое обстоятельство весьма порадовало ее. Летучие монстры перестали кружить над автомобилем. Они толи испугались грозы, толи поняли тщетности своих попыток, но в результате летуны сделали последний вираж и удалились в неизвестном направлении.
   Настя еще немного посидела неподвижно в машине, прислушиваясь и присматриваясь к окружению, вдруг летучие страшилища передумают и вернутся. Нет, не вернулись. Тогда она открыла дверь машины и осторожно выбралась наружу. Там ее обдало свежим ветром. Настя глубоко вдохнула воздух, густонасыщенный озоном. Как приятно оказаться на улице, после душного салона автомобиля, где сидишь, как в консервной банке.
   Девочка посмотрела туда, куда удалились два ее брата, надеясь увидеть отсветы их фонарей. Нет, тонких лучей света не было видно.
   Девочка забеспокоилась. Уже прошло достаточно времени, а они еще не вернулись. Может с ними случилась беда? Может им требуется срочная помощь? Настя замешкалась. Она не знала, что предпринять. Если ей пойти на поиски, а мальчики вернутся? Тогда они окажутся у закрытой машины и сами пойдут ее искать. В тоже время, если ребята в беде, то не стоит оставаться на месте, нужно идти к ним. Так как же поступить? Остаться или не остаться? Идти или не идти? Трудно решить такую дилемму, не предвидя будущего.
   Настя все же решила идти на поиски братьев.
   Сначала она пошарила по салону машины, нашла в бардачке длинный электрический фонарик, на три батарейки, взяла его. Он может пригодиться в двух случаях, для освещения дороги и для самообороны. Фонарик оказался увесистым, если им ударить, то мало не покажется.
   Настя вышла из машины, поставила ее на сигнализацию и направилась в сторону заброшенной птицефермы.
   Ветер усиливался, его сильные порывы толкали девочку в спину, заставляя сбиваться с шага и невольно перейти на семенящий бег. Настя порадовалась тому, что он не дует в лицо, тем самым не замедляет ее движения и не бросает в глаза поднятый в воздух песок, а только лишь подгоняет. Кроме того она была довольна тем, что не поленилась и зажала свои волосы стальными шпильками на висках. Теперь космы не мешаются, они не закрывают лицо при каждом порыве ветра.
   Гроза приближалась. Ее раскаты с каждым разом слышались все ближе и ближе, в воздухе запахло свежестью. Так всегда бывает перед началом дождя. Насте не хотелось мокнуть под летним ливнем. Хоть он и не холодный, но мокрой ходить - мало радости. По этой причине, она еще прибавила шаг.
   Вот и щербатый забор, за которым находится заброшенная птицеферма. Настя протиснулась в дыру и оказалась на ее территории.
   Девочка огляделась, выбирая дальнейший путь. В свете фонаря виднелись несколько деревянных ферм, все одинаковые по форме и размеру. С какой из них начинать? Какую из них выбрали ребята?
   Настя задумалась. Ей не хотелось обыскивать каждую ферму. Это может занять слишком много времени, да и кто его знает, что там твориться внутри. Вдруг в одной из них притаились злобные летучие монстры, сидят там под потолком, ждут, когда она появиться. А вдруг там кроме летунов водится еще кто-нибудь пострашнее. Вдруг там схоронились оборотни или вампиры, готовые накинутся на беззащитную жертву?
   Представив, как неведомые летуны или другие чудища наскакивают на нее, стараясь достать до лица своими острыми когтями и зубами, Настя невольно поежилась, почувствовав, как холодный комок страха, поднимается наверх из глубины души. Он на время сковал ее тело, заставив замереть на месте, и тем самым препятствовал продолжению поиска ребят.
   Насте стало очень страшно. Она находилась в нерешительности, колебалась. Ей хотелось бросить все и бегом вернуться назад, под защиту железного корпуса автомобиля, туда, куда не смогут пробраться никакие страшилища. Ее внутренний голос кричал - вернись, не иди вперед! Но разум напоминал, там, где-то впереди находятся младшие братья и им вполне возможно требуется срочная помощь.
   Трудный выбор, но Настя все же его сделала.
   Она внимательно осмотрелась, потушив фонарь. Как только ее окутала темнота, девочка заметила, как у одной из ферм, через не плотно пригнанные доски на стенах, сочится тусклые отблески света. Туда Настя и направилась, поборов в себе липкий страх.
   Девочка прошла по натоптанной тропинке до нужной фермы, нашла входную дверь, ее створка оказалась гостеприимно открыта. Это был не тот проход, в который вошли ребята, а тот, что находилась с противоположной стороны. Девочка зашла вовнутрь помещения.
   Настя сначала обратила внимание на длинный ряд пустых клеток, предназначенных для содержания пернатых наседок, только потом она увидала своих братьев, которые стояли посреди широкого просторного коридора, а рядом с ними страшную старуху. Та как раз заканчивала говорить такие слова:
   - Потерпите, детки, скоро я из вас сделаю очень аппетитных поросят!
   Насте очень не понравилось, то, что она услышала. Девочка быстрым шагом стала приближаться к своим братьям, не понимая, почему те стоят на месте, а не пытаются убежать. Она удобней перехватила тяжелый фонарь, надеясь использовать его место дубины, подошла к старухе со спины и замахнулась.
   Ударить то Настя ударила, но вот по голове старухе не попала. Та словно глаза имела на затылке. Колдунья ловко увернулась от фонаря и толкнула руками девочку в грудь.
   Настя, не ожидая такого отпора, отлетела назад, слетела с ног и оказалась сидеть на заднице, прямо в одной из клетей.
   Старуха, невзирая на свой преклонный возраст, ловко подскочила к клетке и закрыла его на запор. Она отошла в сторонку, молча, взглянула на девочку, слегка наклонив голову в бок. Потом старуха заговорила, жутко улыбаясь:
   - А это никак сестренка подоспела! Да, мальчики? Это хорошо, это славно. Я всегда хотела иметь при себе послушную рабыню!
   Ребята, конечно, не могли ответить на вопрос, но это нисколько не смутило, колдунью.
   - Ты не имеешь право так поступать! - запальчиво выкрикнула Настя. - Немедленно отпусти нас!
   - Покричи, милая, покричи. Твои восклицания, как бальзам действуют на мою душу! - ответила ей колдунья. - А я тем временем займусь заклинанием! Надо же твоих братиков проучить, превратить в розовых поросят!
   Настя, рыча от бессилия, схватилась руками за стальную сетку с крупными ячейками, которая покрывала запертую дверь, подергала за нее в надежде выломать и освободиться, но та оказалась на удивление прочной, и не хотела поддаваться.
   Колдунья же время зря не теряла. Она поставила на место упавшие свечи, зажгла их, подошла к своей книге, встав рядом с ней, начала творить чародейство:
  
   - Книга теней, позволь служить твоему господину!
   Книга теней, позволь служить твоему господину!
   Книга теней, позволь служить твоему господину!
  
   После этих слов свечи вспыхнули еще ярче. Увидав такое, злая ведьма продолжила:
  
   - Я его верная слуга,
   Помню о нем всегда!
   Помоги мне
   Заклинание найти
   Как мне на мальчишек
   Морок навести,
   Как со свету
   Мне их извести.
   Как из маленьких ребят
   Сделать розовых поросят!
  
   Стоило колдунье закончить произносить ворожбу, как книга сама по себе открылась, и ее листы с шумным шорохом начали мелькать в воздухе. Древний фолиант начал выполнять просьбу злой ведьмы, закружив страницы в поиске нужного заклинания.
   Увидев все это, Настя бросила бесполезное занятие, трясти крепкую дверцу, все равно она не поддавалась. Девочка начала изучать сам замок, который держал ее взаперти. Тот был не навесной, а внутренний. Настя вспомнила, как в кино, главные герои открывают замки разными проволоками, отмычками. Почему бы и ей не попробовать это сделать, если у нее имеется в наличие пару крепких стальных шпилек.
   Девочка вытащила из волос одну из них, согнула под углом, просунула руки сквозь ячейки, благо они позволяли это сделать, и принялась возиться с запором, с тревогой поглядывая на колдунью. Вдруг та в самый неподходящий момент заметит ее посягательства на замок и отнимет самодельную отмычку. Ее опасения оказались напрасными. Колдунья не смотрела в сторону девочки, она была занята более важным делом, ждала, когда найдется нужное заклинание.
   Тем временем книга перестала шуршать страницами. Она замерла на месте в открытом положении.
   Нужное заклинание было найдено.
   Колдунья радостно воскликнула. Она подняла руки вверх и начала произносить непонятные слова:
  
   - Астин квентир, зур габан,
   Астин квентир, зур габан!
   Тагс экстурдо, флир зебан!
   Игзен флир окстуд терундо,
   Лэкс линол аксет экстурдо!
   Экстен клэв,
   Экстен флир,
   Гурбер экстен нит сетир!
  
   Прямо над крышей фермы начал греметь оглушительный гром, застучали крупные капли дождя. Но Настя на непогоду не обращала внимание. Она продолжала лихорадочно копаться в замке. Правда, пока у нее ничего не получалось, замок не хотел поддаваться, ведь все это девочки приходилось делать впервые, а тут еще спешка да нервозность заставляли руки тряслись. Настя несколько раз роняла шпильку на пол, вновь подымала ее, вытирала вспотевший лоб тыльной стороной ладони и продолжала копаться внутри замка.
   Девочка мельком взглянула на своих братьев. С теми творилось что-то неладное. Чем дальше заходило колдовство, тем больше их пригибало к полу. Настя поняла, если она с замком не поторопится и не помешает злой ведьме, то в скором времени Никита с Максимом, как было обещано, превратятся в маленьких поросят, а уж потом старуха примется за нее, сделав своей рабыней.
   Тем временем колдунья перешла к завершающим словам заклинания:
  
   - Экстен флир!
   Нит сетир!
   Гурбер зента!
   Аксет экстурдо!
  
   Как только она произнесла последнюю строчку, мальчики по чужой воле опустились на четвереньки. Их тела окутала призрачная дымка, которая искажала изображение, как в кривом зеркале. Два брата, стоящие на четырех конечностях, постепенно начали трансформироваться, превращаясь из людей в безмозглых животных. Их лица удлинились, уши выросли, место носа появился пятачок. Со стороны, возможно, все это может показаться смешным, немного нелепым. Особенно выделялся Никита. Представьте маленького поросенка с рюкзаком на спине, хрюкает, бегает, пятачком в земле копается.
   Вот только Насте было не до смеха. Если колдовство завершится, а ей все же удастся спастись, что она родителям скажет? Здрасте, знакомьтесь, это ваш хрюкающий сынок, а это визжащий розовый комок ваш племянник. Увидав такое, мама сразу грохнется в обморок, а папа лишится рассудка.
   Как раз в это время в замке что-то щелкнуло, дверца оказалась открытой. Настя обрадовалась. Она схватила фонарь, который валялся рядом с ней, и побежала к колдунье.
   На сей раз Насте повезло. Ведьма, занятая колдовством не заметила приближения девочки, она была полностью сосредоточена на своем занятии, боясь неправильно произнести написанные слова, если такое случится, то заклинание не подействует должным образом, а этого старуха не могла допустить. Так что Настя без препон смогла добраться до колдуньи и с размаху ударить ее фонарем по волосатому затылку.
   Колдунья не проронив ни звука, как срубленное дерево рухнула на деревянный пол.
  
  
  
   Глава двадцать первая.
   Бабушка спасена.
  
  
   - Колдовство, колдовством, а фонарем по затылку намного надежней, - метко приметила Настя, посмотрев на поверженную ведьму.
   Убедившись, что колдунья не шевелится, девочка бросилась к своим братьям. Те уже успели принять свой прежний облик, но почему-то, не шевелясь, до сих пор стояли на четвереньках, как каменные истуканы. Настя, подбежав к ним, стала тормошить за плечи:
   - Никита, Максим, очнитесь!
   На ощупь ребята оказались теплыми и мягкими. Значит, они живы, просто никак не отойдут от действия колдовства.
   - Что? Где мы? Что с нами? - стоило мальчикам придти в себя, как они засыпали свою сестру вопросами.
   - Вас чуть не превратили в поросят, - ответила Настя, - с вами все в порядке?
   - Кажется да, - ответили мальчики.
   - Тогда нечего стоять на четырех мослах, нужно быстро сваливать отсюда! - прикрикнула на них сестра.
   Ребята послушно поднялись на ноги, огляделись. В первую очередь им бросилась в глаза колдунья, неподвижно лежащая на полу.
   - Ты ее убила? - испугано прошептал Максим.
   - Нет, только оглушила, - ответила Настя.
   В подтверждении ее слов ведьма застонала и шевельнулась.
   - Мальчики, нечего на нее глазеть, давай быстрей двигаться к машине, пока она окончательно не очухалась! - настаивала сестра, с опаской наблюдая за оживающей колдуньей.
   - Постой, мы кое-что не доделали, - напомнил ей Никита.
   - Что ты хочешь сделать? - не поняла его Настя.
   - Бабушку спасти, - ответил ей Никита.
   Он снял рюкзак, доставая из него ножницы, надел зачарованные очки и подошел к поверженной колдунье.
   - Послушайте, а какую нить надо резать? - мальчик растерялся. Через очки он видел, как пять золотистых тонких лучей тянулись от злой ведьмы в далекое-далеко. Видать колдунья черпала жизненную силу не только из родной бабушки, а еще из кого-то.
   - Режь все подряд, не ошибешься, - посоветовала Настя. Ей хотелось быстрей убраться с этого жуткого места, вот она и сказала то, что первое пришло в голову.
   - Ладно, - не стал спорить Никита. Он неопределенно пожал плечами, мол, старшим по возрасту видней, примерился и быстро обрезал все золотистые лучи.
  
   Как только связующая нить оказалась порванной, бабушка, неподвижно лежащая в постели, с облегчением вздохнула и очнулась. Злое колдовство было нарушено. Бабушка улыбнулась сама себе и произнесла:
   - Спасибо, дорогие внучата!
   После этого, закрыла глаза и заснула глубоким, здоровым сном.
  
   А вот со злой ведьмой стало твориться что-то ужасное. Она закричала диким голосом, да так сильно, что у всех присутствующих на время заложило уши. Ее начало лихорадить, бить мелкой дрожью.
   Ребята не сговариваясь, все вместе отошли от нее подальше. Они стали с любопытством наблюдать за происходящим.
   Тем временем колдунья начала подвывать и метаться из стороны в сторону. Она скребла пол своими острыми ногтями. Там после них оставались глубокие борозды. Но вот вскоре колдунья потеряла последние силы. Она последний раз выгнулась дугой, протяжно застонала и бездыханно замерла на месте.
   Колдунья испустила дух. Ее тело сразу стало съеживаться, теряя привычный облик. Вскоре перед ребятами лежал скелет обтянутый кожей.
   - Ничего себе, 'Мумия - 4'! - удивлено воскликнула Настя. - Она случайно не оживет, как в том фильме?
   - Не должна, - ответил Никита, но уверенности в его голосе не слышалось.
   - А что с книгой будем делать? - поинтересовался Максим.
   Все посмотрели в сторону древнего фолианта, который был закрыт.
   - Ее здесь оставлять нельзя, - уверено произнес Никита.
   - Верно, - поддержала его Настя, - вдруг она попадет в плохие руки и начнет творить колдовство. Нет уж, хватит с нас и одной колдуньи. Давайте, ее уничтожим.
   - Как? - спросил Максим.
   - Сжечь, это самый простой способ избавиться от ненужной вещи, - ответила ему сестра.
   Ее предложение было принято без споров.
   Ребята направились к книге дружною толпой, намереваясь навсегда избавить мир от злого колдовства. Правда, капелька сомнений все же затаилась в их душах. А удастся ли это им сделать? Вдруг древний фолиант не боится огня, он же не обычный, а чародейский, поэтому может быть надежно защищен от всевозможных повреждений, в том числе и от пламени. Но все же попытаться стоит, а если не получится, тогда уж нужно думать, что делать дальше.
   С такими тревожными мыслями, ребята приближались к книге. Но стоило им сделать несколько шагов, как они дружно остановились, с недоумением глядя на чародейский предмет.
   Книга пришла в движение. Нет, ни бегать, ни прыгать, ни летать она не стала. Чародейская книга продолжала лежать на месте, а вот ее страниц начали быстро перелистываться, с такой невероятной скоростью, что стали размываться в воздухе.
   - Что случилось? - испугано произнес Никита.
   - Не знаю. Но мне это не нравится, - честно призналась Настя, - скорее всего сейчас случится что-то очень плохое.
   Как бы в подтверждение ее слов, книга перестала листать свои страницы, на мгновение замерла на месте, затем ее окутала непроглядная дымка. Когда же она рассеялась, перед взором ребят появилось высокое, лохматое, с небольшими рогами на голове, чудище.
   - Кто лишил меня законной добычи? - громко зарычало страшилище, показывая всем на обозрение свои огромные острые клыки. - Кто посмел нарушить нерушимый договор между мной и моим верным слугой? Кто заплатит за все это?
   Чудище осмотрелось, увидало засохшую мумию колдуньи, только после этого обратило внимание на застывших на месте ребят и продолжило:
   - Значит, это вы, малявки, разрушили чародейство? Вам и платить по долгам!
   - Кто это? - дрожа от страха, шепотом задал вопрос Максим. Он не мог оторвать свой взгляд от наполненных ярким пламенем огромных глаз чудовища.
   - Я, хозяин книги теней. В уплату за разрушенные чары заберу ваши жалкие душонки! - словно слыша его вопрос, громко произнесло страшилище, распространяя вокруг себя удушливый смрад.
   - Бежать надо, - предложил Никита, выставляя перед собой зачарованные ножницы, все же какое-то оружие, хотя, что оно может сделать такому громиле, который возвышался над ребятами на целый метр.
   - Точно, нужно делать ноги, - согласился с ним Максим. Он достал из кармана рогатку и вложил в нее заготовленный камень.
   Ребята медленно попятились, готовые в любое мгновение пуститься наутек. Увидав, что виновники отступают, чудище начало быстро надвигаться на них, стараясь нагнать и подчинить своей власти, а уж потом с ними можно будет делать, что пожелает его темная душа, если такова у него имелась.
   Первым решил дать отпор Максим. Он несколько раз выстрелил из рогатки, попал, но все его старания не увенчались успехом. Камни с огромной скоростью врезались в тело врага и отскакивали, не причинив тому видимых повреждений. Чудище словно не чувствовало ударов камней, скорее всего посчитав их комариными укусами. Оно продолжало приближаться, при этом радостно рыча и выставляя напоказ свои огромные клыки. Страшилище уже предвкушало заполучить в свою власть детские невинные души.
   Увидав, что выхода нет, ведь бежать бесполезно, от такого грозного монстра не скроешься, Никита сделал то, что никто от него не ожидал. Он перехватил ножницы удобней и бросил их, как обычный нож. Те, несколько раз перевернувшись в воздухе, воткнулись в грудь чудища по самые кольца, в которые вдевают пальцы.
   Страшилище сразу остановилось и заревело от боли. Ножницы, торчащие из его груди, налились ярким красным пламенем, словно их нагрели до каления. Вокруг них появился пурпурный ореол, который стал обхватывать тело чудища. Вот он уже обхватил полностью его, раздался оглушительный хлопок, после него страшилище исчезло вместе с зачарованными ножницами. Колдовская книга, потеряв своего хозяина, задымилась и превратилась в прах.
   - Оно исчезло, - с облегчением вздохнув, произнес Максим. Он дрожащий рукой вытер вспотевший лоб, рогатку же пока не стал прятать в карман, вдруг еще пригодится.
   - Как это у тебя получилось? - удивлено спросила Настя.
   - Не знаю, - честно признался Никита, он тоже трясся от страха, как осиновый лист, - как-то все само собой вышло.
   - Книга уничтожена, чудовище провалилось в ад, - начала перечислять Настя, - надеюсь, нам больше ничего не грозит и не препятствует для возвращения на дачу.
   - Будем надеяться, - философски рассудил Никита.
   - А про криксы вы забыли? - напомнил им Максим. Про них то, он как раз не забыл, еще бы, у него до сих пор поджилки трясутся, как у трусишки зайчика только от одного воспоминания о крылатых монстрах.
   - Мы же их прошли, и они нас не тронули, - беззаботно пожав плечами, ответил Никита, он уже успел отойти от страха.
   - Прошлый раз мы были намазаны отваром, который приготовила бабушка Прасковья, он то и помог нам пройти без помех, - в ответ произнес Максим, - но сейчас он наверняка уже перестал действовать.
   - Подумаешь, намажемся еще раз, - Никита полез в рюкзак, достал оттуда бутылочку с отваром, потряс его и сделал печальный вывод:
   - Да уж, на всех его не хватит.
   - И я про тоже, - метко приметил его брат.
   - Тогда давай намажем оставшимся отваром камешки для рогатки, на них то, ее должно хватить, - предложил Никита.
   - И что это нам даст? - Максим не понял его замысла.
   - Может они приобретут, более убойную силу, - предположил Никита.
   - Давай попробуем, - согласился с ним Максим, все равно другого выбора у них не было.
   Мальчики достали из карманов камешки, приготовленные для рогатки, старательно капнули на каждый заговоренного снадобья, стараясь попусту не тратить драгоценную жидкость. К их большому разочарованию с ними видимых изменений не произошло. Как были они обыкновенными камешками, так ими и остались. Но делать нечего, драгоценная жидкость израсходована, а к машине все равно возвращаться нужно.
  
  
  
   Глава двадцать вторая.
   Возвращение на дачу.
  
  
   Ребята, слегка поколебавшись, осторожно вышли из заброшенной фермы. Впереди шла Настя, она держала в обеих руках по зажженному фонарю, которые рыскали по сторонам, стараясь как можно больше охватить окружающее пространство. За ней, по бокам, с рогатками наготове, следовали мальчики.
   Степной простор встретил ребят оглушающей тишиной. Ветра не было, гроза с кратковременным ливнем уже успели закончиться, а ночные жители еще не успели вылезти из своих убежищ, где пережидали непогоду.
   Ребята надеялись, что криксы также сидят где-нибудь в укрытие и не обратят внимания на нарушителей тишины, то есть на них. Но как всегда, желаемое не совпало с действительным.
   Настя с двумя братьями без помех добралась до забора. Она с облегчением вздохнула, решив, что приключения закончились.
   Не тут-то было.
   В ночном темном воздухе послышалось уже знакомое шуршание. Настя направила в ту сторону свет фонарей. В небе ребята успели заметить с дюжину серых силуэтов, которые моментально брызнули в стороны, стараясь избежать освещенного места.
   - Бегом к машине! - крикнула Настя и подала всем пример, бросившись в ту сторону, где стоял брошенный автомобиль.
   Мальчиков не надо было подгонять. Заметив приближающуюся опасность, они со всех ног бросились следом за сестрой.
   Криксы, заметив, как желанная добыча пытается ускользнуть от них, с противным скрипучим криком начали нарезать круги и по очереди пикировать вниз, стараясь вцепиться в тела ребят острыми когтями, свалить их на мокрую землю и приступить к долгожданной трапезе.
   Одна из летучих тварей сумела схватить Настю за волосы. Она, радостно зашипев, стала бить свою жертву перепончатыми крыльями по лицу, царапать ее когтями.
   - Снимите с меня эту гадость! - завизжала девочка, махая руками, при этом она случайно попала лучом света в криксу. Та, испугано завизжав, отцепилась от волос и взмыла в небо.
   - Бабушка Прасковья права, они боятся света! - обрадовался Никита. - Настя слепи их, а мы постараемся подбить из рогаток летунов!
   Так они и сделали.
   Настя старалась отпугнуть фонарями криксов, а мальчики тем временем, палили из рогаток, стараясь попасть в летунов, при этом, не забывая продвигаться в сторону машины, правда теперь это у них выходило намного медленней.
   Трудное дело попасть по летающей мишени, особенно когда она движется в хаотическом порядке, то рыскает вправо, то влево, то поднимается вверх, то падает вниз. Но все же, мальчикам удавалось поразить цель. Камни, посланные ловкой рукой, врезались в тела крикс, при этом распыляя яркие пурпурные искры вокруг себя. Летунов сразу же охватывало пламя, которое превращало их в прах.
   Каждый удачный выстрел мальчики встречали радостными выкриками. Они поняли, что не зря намазали камни волшебной жидкостью, заговор на них подействовал, сделав очень мощным оружием, против которого темная колдовская сила не смогла устоять.
   Но вот снаряды закончились, правда и крикс осталось всего три. Они перестали пикировать вниз, поняв бесполезность своих попыток, а начали просто кружить высоко в небе.
   - У нас получилось! - радостно воскликнула Настя.
   - Будут знать, как нападать на маленьких! - с гордостью произнес Никита.
   - Да удаленьких! - добавил Максим, продолжая наблюдать за кружением крикс.
   Те продолжали нарезать круги, не собираясь исчезать и их карусель постепенно начала набирать бег.
   - Что они делают? Почему не улетают? - задал вопрос Никита.
   - Не знаю, - ответила ему Настя.
   Тем временем криксы поднялись еще выше и начали врезаться друг в друга. Их окутал черный кокон, который выделялся даже на темном ночном небе. Он застыл на месте, после чего раздался едва слышный хлопок. В следующее мгновение место трех крикс взору ребят предстало крылатое чудище, размером с небольшого дракона; ее размах крыльев увеличился во много раз, лапы удлинились, когти стали больше, само тело расширилось, голова приобрела змеиную форму. Оно издало злобный рык и начало пикировать на застывших детей.
   - Бегом к машине! - испугано крикнула Настя.
   Ребята со всех ног бросились в сторону машины, благо та находилась недалеко, всего в десяти шагах. Настя на ходу достала ключ, выключила сигнализацию и заскочила на переднее сиденье. Следом за ней подоспели ребята.
   Стоило им расположиться в салоне автомобиля, как на крышу обрушился сильный удар, от которого та слегка промялась. Это чудище врезалось туда, но не успело надежно закрепиться на металле и слетело в сторону.
   - Папа меня убьет! - заводя машину, со стоном произнесла Настя.
   - Если нам удастся целыми выбраться из этой передряги, - добавил Никита.
   - Должно удастся! - крикнула девочка, продолжая поворачивать ключ зажигания. Стартер жужжал, а двигатель почему-то не хотел включаться. Тогда Настя крикнула в сердцах. - Ну, давай, заводись, ржавая жестянка!
   Автомобиль словно услышал ее отчаянный крик, пару раз чихнул и завелся. Настя включила скорость. Машина рывками тронулась, но в следующее мгновение ее бег выровнялся, стал плавным.
   Автомобиль помчалась вперед.
   В спешке Настя выбрала другую дорогу, не ту по которой они приехали к заброшенной птицеферме, но ей было не до этого. Она торопилась как можно быстрей убраться с проклятого места.
   Другой путь оказался лучше укатанным, по нему автомобиль набрал предельную скорость для проселочной дороги. Там он, выкидывая из-под колес фонтан грязи и брызги воды, когда проезжала по лужам, мчался вперед, бодро подпрыгивая на ухабах.
   Настя, судорожно стиснув руль, молила богу, чтобы автомобиль не попал в глубокую яму. Тогда все, они пропали, ведь вода может залить двигатель и тот заглохнет прямо посреди степи. А тут еще крылатое чудище не отстает, постоянно падает на крышу автомобиля, заставляя его рыскать из стороны в сторону и каждый раз проседать от тяжелого удара. Там постепенно стали появляться все новые и новые вмятины. Бока машины тоже слегка пострадали.
   - Настя прибавь скорости! - испугано закричал Максим.
   - Не могу! - крикнула в ответ сестра. - Если мы на большой скорости попадем в канаву, то застрянем или подвески не выдержат. Тогда все колеса отвалятся. Или ты надеешься бегом скрыться от монстра?
   - Нет, бегом я не смогу, - честно признался Максим.
   - Тогда молчи, не мешай рулить, - посоветовала ему Настя.
   - Мне просто страшно, - признался брат.
   - Мне тоже, - не стала скрывать сестра.
   Тем временем дорога пошла на подъем и выскочила на широкую трассу. Девочка увидала приближающийся яркий свет и громкий резкий сигнал, который может издавать только большие грузовые автомобили.
   Настя резко вывернула руль влево.
   Автомобиль, на котором они ехали, едва не перевернувшись, вписавшись в поворот, завилял задом, выровнялся и по ровному асфальту помчался вперед, стараясь оторваться от чудища.
   Летающий монстр, следуя за беглецами, заложил вираж. Он начал пикировать вниз, стараясь, на сей раз, свалить машину набок.
   Как раз в это время по встречной полосе летел на большой скорости грузовой автомобиль, который тащил на буксире длинный рефрижератор. Он отчаянно сигналил лихому водителю, то есть Насти и моргал дальним светом, стараясь тем самым избежать столкновения.
   Все эти факторы сыграли злую шутку с летающим монстром. Он был одновременно оглушен резким звуком автомобильного сигнала и ослеплен светом дальних фар. В результате монстр потерял ориентацию в воздухе и попал точно в радиатор огромной машины. От такого столкновения он потерял летучесть, упал на асфальт, где по нему проехались тяжелые колеса рефрижератора.
   Даже такое сильное волшебное существо не смогло выдержать веса многотонного автопоезда. Оно было раздавлено в лепешку, испустило дух и превратилось в бесформенную кучку пыли, которую порыв ветра распылил по широкому степному простору.
   Шофер грузового автомобиля, ощутив приличный удар, резко остановил машину. Он вылез из кабины, осмотрел помятую радиаторную решетку, прошелся в обратную сторону, туда, откуда приехал, надеясь обнаружить причину случившегося, но так ничего не нашел, озадачено почесал затылок, пожал плечами и продолжил свой путь.
   Всего этого ребята не видели. Они мчались вперед, оглядываясь по сторонам через закрытые окна. Мальчики гадали, куда подевался преследователь, почему больше не пикирует на крышу автомобиля. Им было невдомек, что монстр давно погиб и преследовать теперь их некому.
   Вот показался знакомый поворот. Настя притормозила машину, съехав с ровного асфальта на грунтовую дорогу. В свете фар показались знакомые силуэты дач. Ребята с облегчением вздохнули. Им удалось спасти бабушку и целыми, невредимыми вернуться назад.
   Когда опасность позади, тогда торопиться некуда, поэтому Настя медленно подъехала к родной даче и, заглушив мотор, вышла из салона. Она обошла автомобиль, освещая его фонарем, сокрушительно покачала головой. Весь корпус машины имел значительные повреждения в виде многочисленных царапин и неровных вмятин.
   - Теперь мне папа никогда машину не доверит, - печально произнесла она.
   - Зато мы спасли бабушку, - решил ее подбодрить Никита.
   - Мне от этого не легче, - тяжело вздохнула его сестра.
   - Ладно, пошли спать, а то я уже с ног валюсь, - предложил Никита, - а завтра поутру что-нибудь придумаем, скажем, например, что был сильный град, он то и натворил столько бед.
   - Ты еще скажи, что было нашествие саранчи, которая папину машину перепутала с травой, - не весело улыбнувшись, произнесла Настя, - но в одном ты прав, главное нам удалось спасти бабушку, а насчет машины, я как-нибудь переживу предстоящие папины упреки.
   После этих слов она поставила автомобиль на сигнализацию и направилась в дачный домик.
   Мальчики также побежали к себе. Добравшись до спальни, они быстро разделись и повалились в мягкую постель. Стоило им положить голову на пуховую подушку, как ребята погрузились в глубокий сон лишенный красочных сновидений.
  
  
  
   Эпилог.
  
  
   Следующим утром Никита проснулся на удивление рано. Он думал, что ему удастся понежиться в постели до самого обеда, с учетом того, какие испытания ему пришлось перенести накануне, но не тут-то было.
   Мальчик открыл глаза с самим восходом солнца, осмотрел комнату. Максим еще спал, и просыпаться не собирался.
   Никита быстро оделся и побежал к винограднику, надеясь там встретить своего нового друга. Оказывается, игрец его ждал. Он стоял на бетонной дорожке и от нетерпения переминался с ноги на ногу.
   - Ну, ты соня, - проворчал Фимка, - не мог пораньше встать, я же сгораю от любопытства. Как у вас все прошло?
   - Я тоже рад тебя видеть, - ответил Никита.
   - Рассказывай, не томи, - взмолился Игрец.
   Никита не стал противиться. Он во всех подробностях рассказал своему другу о своих ночных приключениях.
   - Значит, вы избавили всех от злой колдуньи и заодно уничтожили крикс, - удовлетворенно произнес Фимка, - кстати, мы тоже ночью время не теряли, подсуетились и кое-что сделали для вас.
   - Что? - сразу заинтересовался Никита. Он любил получать приятные сюрпризы.
   - Пошли, покажу, - позвал его Игрец и быстрым шагом направился в ту сторону, где была оставлена покалеченная машина.
   Они приблизились к ней. Никита с восхищением присвистнул. Автомобиль было не узнать. На нем все царапины и вмятины бесследно исчезли, а кузов блестел как новенький и вообще выглядел лучше, чем был.
   - Как это у вас получилось? - придя в себя от изумления, задал вопрос Никита.
   - У каждого из нас есть свои секреты, - загадочно ответил Фимка, - а теперь прощай, мне пора идти по своим делам.
   - Я сегодня уезжаю, - сообщил мальчик.
   - Я знаю, - не стал скрывать Игрец.
   - Значит, мы с тобой больше не увидимся? - Никите было грустно расставаться со своим новым другом.
   - Ты разве больше не приедешь на дачу? - удивился Фимка.
   - Приеду, ведь каникулы еще не закончились.
   - Значит, еще увидимся.
   - А потом, ты поедешь к нам жить? - с надеждой спросил мальчик.
   - Нет, Никита, я останусь здесь у себя дома, - отказался Игрец.
   - Ну почему? - удивился Никита. - Ведь здесь зимой никого не будет, ни меня, ни соседей, скучно же.
   - Здесь вся моя родня и бросать ее я не собираюсь, - объяснил Фимка, - это не честно будет с моей стороны по отношению к ним.
   - Жаль, - после такой новости Никите стало еще грустней.
   Тут со стороны дачного дома послышался голос мамы:
   - Никита, ты где? Быстро иди завтракать и собираться домой!
   - Ну, все, прощай, - грустно произнес Фимка и как всегда, незаметно исчез.
   Мальчик тоже не стал стоять на месте, он побежал на веранду. Там его ждал накрытый стол, около которого суетилась мама. Она поставила перед сыном стакан горячего чая, тарелку с бутербродами и сковороду с яичницей. Никита, никого не дожидаясь, набросился на еду.
   Вскоре подтянулся папа и Максим.
   Самой последней к столу подошла Настя. Она была хмурой, неулыбчивой. Ее состояние можно было понять, ведь она прекрасно понимала, что вскоре ей влетит по первое число за порчу автомобиля.
   Никита ей показал большой палец на правой руке, мол, все в порядке. Но сестра не поняла его, она вяло пожала плечами и неторопливо принялась за завтрак.
   Когда все насытились, то принялись за сборы. Положили нужные вещи в сумки, захватили с собой скоропортящиеся продукты и пошли к автомобилю.
   Настя плелась самой последней, она хотела как можно дольше оттянуть возмездие. Но каково было ее удивление, когда девочка услыхала похвальные папины слова:
   - Молодец, доча, машину вернула в целости и сохранности, да еще успела ее помыть. Так что в следующий раз можешь брать ее без спроса, приобретать навыки вождения автомобиля.
   Ей показалось, она ослышалась, но нет, в словах отца не было и грамма сарказма. Тогда что произошло? Чудо?
   Настя поспешила ко всем. Стоило ей бросить быстрый взгляд на автомобиль, как ее глаза округлились от изумления. Машина блестела, словно только что сошла с конвейера автомобильного завода. У девочки сразу на душе стало легко, она счастливо заулыбалась.
   Уже после, когда они загрузились и поехали, Настя не утерпела, задала Никите вопрос:
   - Как это получилось? Неужели то, что произошло ночью, всего лишь сон, видение. Бред, какой-то получается.
   - Ну, если тебе от этого будет легче, то да, это был сон, - уклончиво ответил брат. Он ей не стал рассказывать о разговоре с Игрецом.
   Вскоре они въехали в городскую черту, подкатили к железному забору бабушкиного дома, остановились.
   Родители медленно выбирались из автомобиля. Они боялись, что случилось ужасное, что бабушка так и не проснулась и тогда придется ее отправлять в больницу под пристальное наблюдение врачей. Но стоило им войти в калитку, как их лица сразу просветлели. Бабушка уже поджидала их во дворе, живой, здоровой и как бы слегка помолодевшей.
   Мальчики со всех ног бросились к ней, обхватили руками, чуть не свалив на землю.
   Бабушка ласково обняла их.
   - Баб, мы... - начал говорить Никита.
   Но бабушка его ненавязчиво перебила:
   - Я знаю, я все знаю.
   Она счастливо улыбалась. Крупные слезы гордости за таких храбрых внуков медленно текли по ее щекам из добрых бирюзовых глаз.
  
  
  
  
  
  
  
  
 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"