Зябким осенним утром, удаляясь от ворот Невервинтера, шли двое. Он и она. Он - высокий, широкоплечий, в котте паладина Тира. Она - среднего роста, с гривкой серебристых волос до плеч, фигуру скрывает теплый дорожный плащ - вела в поводу оседланную лошадь. Судя по притороченному к седлу дорожному мешку, девушка собралась не на верховую прогулку. Она уезжала. А он - провожал.
Они медленно шли по утрамбованной сотнями подошв, копыт и колес дороге. И молчали. Первым молчание нарушил он.
- Ты вернешься?
Она опустила голову; какое-то время шла, разглядывая носки своих дорожных сапог, затем глянула в низкое серое небо.
- Осень. Всех тянет в теплые края. Или просто - в другие.
- Ты вернешься? - повторил он. Она повернула голову и посмотрела теперь уже на него.
- Вряд ли. - сказано было коротко и жестко. Он непонимающе дернул головой.
- Зачем тебе туда? Все, что ты можешь получить там, уже есть у тебя здесь. Ты одна из победителей чумы, Герой Невервинтера. О тебе поют барды...
-... и моим именем пугают непослушных детей.
Он хмыкнул.
- И это тоже. Деньги... Только не говори мне, что ты едешь в Уотердип ради обещанной Советом Лордов награды. Сто тысяч, конечно, хорошие деньги, но ты никогда не стремилась ни к роскоши, ни к богатству. Так для чего?.. - он чуть повысил голос. Из капюшона ее плаща, отброшенного за спину, вдруг высунулась мордочка горностая. Зверек быстро оглядел источник возможной угрозы, оскалил мелкие острые зубки и грозно, по его мнению, зашипел.
- Тихо, Олеф. Угомонись. Свои.
Тезка Верховного судьи Невервинтера внял, потерся мордой о щеку хозяйки и нырнул обратно в капюшон. Девушка вновь глянула в осеннее небо.
- Я еду не "для", а "от".
- От? - ее спутник, видимо, не до конца понял ответ.
- Именно. Именно от. Давай посмотрим правде в глаза - Нашеру больше не нужны герои. Чума отступила, банда из Доков обескровлена, войска Лускана разбиты. С бытовыми неурядицами вполне справляется Девятка. Главная надежда и опора города - сам Нашер. Он же - ум, честь, совесть и пример для подражания. - она зло дернула углом рта.
- Ты не можешь простить ему Арибет?
- Ему. Городу. Той толпе, что собралась тогда на площади, поглазеть на казнь. Они лузгали семечки, а ее вели на эшафот. И те же люди, что какой-то месяц назад были готовы целовать следы подков ее коня, кричали палачу - Не спеши, пусть помучится, курва!! Быдло... а Нашер сидел в своем кресле, как истукан. Не хотел, а сидел. Бывший герой, бывший воин... а ныне - большой политик, лорд Невервинтера. Сидел и, наверное, уговаривал сам себя - это нужно... Так нужно... Народу нужен виновник... И вот на алтарь политики брошен сначала наивный клирик, вся вина которого - излишняя доверчивость и идеализм... А потом - героиня города, паладин Тира, светоч и образец... Женщина, которая его любила. А если завтра потребуется еще немного крови на этот алтарь? Я не уверена, что это не будет моя кровь. Или твоя. Сегодня виноватые потребовались толпе. Завтра потребуются Лускану... Я не могу больше жить в этом городе. Он предал себя - он убил тех, кто любил и служил ему... он обречен. Поэтому я ухожу. И поэтому - не вернусь. И ты... уходи тоже. Пока не поздно. Пока Госпожа Большая Политика сыта. - она тряхнула головой, словно отгоняя наваждение (из капюшона недовольно тявкнули) и вставила ногу в стремя. - Не будем затягивать. Прощай, Касавир. Позволят боги - еще увидимся. Удачи, друг.
...Он шел обратно к городу, слушая затихающий стук копыт.
Ринна всегда была максималисткой. Но сейчас почему-то у меня стойкое ощущение ее правоты. Возможно, это из-за того сна... сна, который приходит с завидной регулярностью...
...Капли, падающие с потолка, звонко щелкают о камень и сбегают в трещину. Это продолжается уже, наверное, очень давно. Даже не один год. Даже не десять. Они успели продолбить в полу небольшую лунку. Забавно. Люди приходят, потом их уводят и они уже не возвращаются, а капли с потолка и лунка на полу - остаются. Они бессмысленны и никчемны, но на удивление вечны. В отличие от нас.
Углубление, пробитое каплями, находится в полу моей камеры. Камеры смертников. Завтра меня казнят. Я, Касавир, лорд Хаук, паладин Тира, Герой Невервинтера вскоре прекращу свое земное существование...
Скрип за спиной. Паладин оглянулся. Его нагоняла телега, запряженная волом. Телега была набита нехитрым скарбом; поверх узлов сидела девочка лет пяти, женщина средних лет с измученным лицом, шла, держась за борт телеги. Вола вел мужчина в обтрепанной и пропыленной одежде.
- Откуда вы, добрые люди?
- Из Филинова Родника. Бежим вот... думаем в городе осесть. Сестра у нее там... - мужчина кивнул на жену.
- Бежите? Отчего?
- От орков, мил человек. Совсем житья от нелюдей не стало. Жгут, режут... - крестьянин безнадежно махнул рукой.
- А стража?
- А чего там той стражи... Десяток с десятником. Говорят, нету больше солдат у города. Вот и бежим. Может, приживемся, в городе-то...
- Обязательно приживетесь. - паладин ободряюще улыбнулся и ускорил шаг.
Родник Старого Филина... "... уходи тоже. Пока не поздно. Пока Госпожа Большая Политика сыта..." Пожалуй, я последую твоему совету, Ринна. Я даже знаю, куда пойду.