# Индрик

Светлана Алексеева

Первый рассказ из цикла. Все начиналось как шутка - небольшой рассказ, написанный в одном из моих с моей лучшей подругой писательских состязаний. А вышло в идею о серии рассказов) Куда бы вас могли завести ноги? А если завели, кого бы вы встретили и как бы реагировали? Индрик случается с одним человеком на миллион. Обновление 04.10.2017 (дополнение и редактура))

- Это случилось не так чтобы давно, поэтому я ещё не успел забыть подробностей, но... Может, представимся для начала? Игорь. Будем. Ты в такую глухомань чего забрался-то? А.. Турист, стало быть. Знал я одного туриста, - мужик на мгновение замолчал, выдержав театральную паузу, и шумно выдохнул. - Земля ему пухом.

Я нервно вздрогнул, чего не смог скрыть от собеседника, но он не подал виду, что заметил мои переживания. Лесник, а Игорь являлся именно лесником, ближе к ночи заметил меня у северной окраины леса.

Остановился я в махонькой деревеньке на четыре жилых двора, снял себе комнатку за небольшое вознаграждение и помощь по дому старушке-хозяйке. Пошел изучать местность, да вот только бывал в этих краях впервые и, как назло, в одиночестве. Красоты здесь необыкновенные: холмы, переходящие в горы и поросшие густыми хвойными лесами, воздух чистый, особенно с утра. А двигаться в удовольствие. Признаюсь, немного заблудился. Но потому, что увлекся наблюдением за странным силуэтом. Все никак не мог подобраться ближе, чтобы рассмотреть и, в конце концов, вышел к северным полям. Тогда я понял, что не представляю, куда весь день меня вело и, наконец, вывело моё любопытство. Так что, мужчина в черной шапочке и спецовке с ружьем наперевес, оказался весьма кстати.

Заверив меня, что назад я буду выбираться долго, он предложил переночевать в сторожке, названной им лесницкой. Намекнув, вдобавок, что медведи в здешних краях чужаков не любят. А я не привык спорить с уральскими медведями. Потому, с благодарностью согласился. Вот уже пару часов мы сидели за столом, жевали солонину под крепкий таёжный чай - 'Тут светлая голова важнее 'сугреву' будет', - ответил на мой немой вопрос лесник, - и болтали, то есть знакомились. Аккомпанементом нам служили старые часы с кукушкой да звуки ночного леса, которые часы не могли заглушить.

- Ну, коль представились, - протянул спустя время мужчина, - то может и продолжу... Ну да. Вот. Был, значит, случай, люблю его вспоминать. Да ты не бойся, не про того это туриста, - он хитро прищурил глаз и хмыкнул. - А про то чудо-дивное за которым ты, весь день лесные тропы топтал. Знаешь хоть, зачем, шел, как осёл за морковкой?

Я потупился, раздумывая - считать слова мужика за комплимент или принять в укор. Но признался, что даже цвета шкуры толком не смог разглядеть.

- Воно как, - хозяин примолк, размышляя о своем. Но через время вновь заговорил. - Ты, турист, знай, что... Чем дальше леса от человека, тем они живее и тем более храниться в них разного зверья, что человеку не всякому на глаза покажется. А если и покажется, - он крякнул, встав с места, и подбросил дров в буржуйку, - ещё не ясно, к добру это или к худу.

Я невольно посмотрел в окно, где из черноты обрывками, из-за веток деревьев, выделялась луна, а от керосинки по стеклу прыгал, очерчивая наши с лесником фигуры, огонёк.

- Тропу обратную завтра с утра тебе покажу и доведу, чтобы наверняка.

Теперь уже я прищурил глаз, мужик явно знал больше, чем рассказывал, да и говорил так, словно хочет припугнуть, как какого-то мальчишку. А я им, к слову, уже давно не являюсь.

- Что на меня, как ежонок щеришься? - он поставил передо мной железный чайник. Я улыбнулся мягче. Даже не знал, что так недружелюбна моя улыбка. Отхлебнув ещё из кружки и мысленно посетовав, что не очень хочется выходить в темноту в туалет, я все же спросил, что Игорь об этом неуловимом звере знает.

- Удивил меня зверь, удивил...- задумался в ответ он. Я зевнул, понимая, что время уже неприлично 'детское', но любопытство пересиливало, поэтому, я даже робко дернул за рукав своего хозяина и тот очнулся. - Да, удивлен я. Индрик... Он любит чащу. С её древними опушками, рощами и озерами, а тут на окраине...

- 'Странное название вида', - подумал я. - 'Или он сам ему имя такое придумал...'.

- Не придумал, - перебил мои мысли новый знакомый, заставляя меня, оторопев, застыть на пару секунд. Однако сам он вновь, будто ничего не заметил и продолжал себе говорить. - Издревле так этого гордого зверя звали. Его кровь могла исцелять. Сейчас не знаю, да мне и пробовать без надобности. Но поговаривали. А ещё, говорили, что слезы его могли просветлять ум и сам он не глупее любого человека. Когда-то их было много, они и сейчас встречаются в символах, но это - эхо прошлого. Человек забыл индрик-зверя. Забыл как вид. И может, слава Богу - натерпелись ведь бедолажки. За их рога и их кровь сулили баснословные деньги, - Игорь пристально глянул мне в глаза своими зелеными глазищами из-под начинающих седеть бровей. Меня же пронзило странное подозрение, словно сам мой гостеприимный хозяин жил во времена истребления этого загадочного обитателя лесов.

- Так и не понял, о ком речь веду? - лесник перебрал пальцами по столу, не отводя от меня взгляда.

Я подпер щеку и задумался, все пытаясь припомнить тот манящий силуэт. Но он был размытым пятном. Будто и видел существо, а будто и нет. Точно... оно не хотело, чтобы я его запомнил. Я сдался на десятой минуте, так и не найдя ответа в своей голове.

- Пыль из рога индрик-зверя не менее целебная, чем его кровь. Взгляд светел... - мужик не отставал и продолжал говорить загадками.

И чего привязался? Ну не могу я понять, так забыли до утра и на боковую, а там домой. Я снова посмотрел в окно.

И застыл.

Теперь не было луны. Только вплотную к стеклу лошадиная морда мигает большим волооким глазом, её шерсть мерцает, хотя не может так быть - луна светит на морду этой лошади с другой стороны... И не сразу я понял, что изо лба лошадиного растет белоснежный витой рог. Я приоткрыл рот, в удивлении разглядывая мифическое существо. Может у них здесь и русалки по ветвям развешаны?

- Рот прикрой, - негромко буркнул мужик, - муха залетит.

Больше лесник ничего не сказал. Он дал мне рассмотреть в тишине невиданное раньше создание, но я все никак не мог поверить своим глазам. Вроде картинка реальна, пускай, ты не можешь потрогать животное, ощутить теплоту его дыхания, но изображение так близко. А в ночной прохладе, единорог, которого язык не поворачивается, почему-то именно сейчас, назвать единорогом, оставляет тающие облачка пара на стекле.

- Да... - голос Игоря прозвучал очень громко среди моих суматошных мыслей, хотя тот вовсе не кричал. - Индриком звали единорога. Мало их, но они пока живы.

Мы ещё чуть помолчали наедине со своими мыслями о необыкновенном существе. Для меня оно - легенда, а для лесника - лесной обитатель, подопечный. И действительно, не знаешь, радоваться подобной встрече или желать побыстрее забыть...

Зверь моргнул последний раз, оставил последнее облачко на окне и ушел, а мужик резко засобирался спать. Постелил мне на широкой лавке, для мягкости накинул на старый матрац свой бушлат, пожелал спокойной ночи и затушил керосинку.


Поднялись мы с раннего утра.

Игорь вручил мне солонины, фляжку наполнил водой и вывел из дома в зачинающийся рассвет. Что-то дернуло меня обернуться перед тем, как дом лесничего скроется за деревьям. Но дома уже не было.

Пусто.

Только поляна поросшая травой. А в тени стоит статный зверь и внимательными глазами провожает нас, водя рогом чуть в стороны. Кивнув, больше зверю, чем мыслям, я поторопился за ушедшим вперед мужчиной, чтобы не заплутать в этом лесу во второй раз. Догнал, окинул его настороженным взглядом, но поблагодарил и крепко пожал руку.

Он махнул на прощание, ещё раз подтолкнул к тропе и направился назад.

Я глянул вперед на стройную дорожку, ведущую сквозь начинающую теплеть рощу, хотел было, по привычке, махнуть пару раз на прощание рукой...

Но в этот раз решил не оборачиваться.