# Недоноски

Григорий Евгеньевич Морозов

## Недоноски


Где тот мальчик, что играл меня в детстве?

Позовите артиста, я возьму у него автограф.


***

Миром творенный атом, словно солнце, запряженное в клесницу,

Как пьяный Пан, заплачет над судьбою выкорченных пней:

Я не считал восторг минут в своей же поволоке дней,

За что был выряжен в костюм золы, ни разу не примерив власяницу.


***

Мой биограф дошел до ручки,

Сложил лапки и тихо уснул.

Под глазами февральские тучки,

Под ногами засиженный стул:

Ну кому я такой интересен?

Как сомнамбула в стазисном сне.

Не настолько наш мир с вами тесен,

Чтобы жаться душою ко мне.


***

За еврейские погромы -

В голове бардак.

Видит добрый Иегова -

Я жидам не враг.

Тьфу, простите это слово!

Русский дурачок...

За печной стеной не жили

Сарра, Мойша и сверчок.


***

Где закончится земля

Синей линией границы,

Там хотел бы жить и я,

Наподобие той птицы...

Все советуют глазам

Сдаться мифам на поруки.

Ваши речи как бальзам,

Но на них слетелись мухи!

Где окончится ладонь,

Начинается чужое.

Яркий, трепетный огонь

Так влюбленно смотрит в море...

В море, обручившееся с дожем,

Я смотрел влюбленно тоже.


***

Пока не умер,

Считай ступени:

Вот день за рубль

И ночь за пенни.

Колени выше,

Страдай подошва!

Здоровьем пышет

Звезда порочных.


***

Дом, где не чествуют книг -

Только горбатая хата,

Которая к тому ж не мечена крестом.

И даже первенец там обречен,

Хотя жена не плодом в нем брюхата,

А тифом плесневелых фиг.


***

На Олимп пролегли две дороги,

Но петляет из них лишь одна.

Ей ходить не рискуют и боги,

Потому что крива и трудна:

Каждый камень дается с усильем,

Новый взлет манит как пьедестал,

Она кончится авторским фильмом

И взорвет ваш пустой кинозал.


***

Не нашлось меня,

Я гулял в Париже,

И петля ремня

Оказалась ближе.

Я, конечно, глуп,

Но тебе-то хуже!

Не качайся, труп,

Повиси, послушай:

Вреден был как тля,

Жрал твою культуру

И плодил зазря

Я макулатуру.


***

Кто пера не поднял, задыхаясь от смрада,

Тот не видел блестящие грани смарагда

Древа Жизни, бумажной обертки карата -

Меры счастья бессонных ночей.

На луне вновь мелькает сатирова рожа:

Я бездельничал трактом до самого ложа.

Рухну в койку, пожалуй, а то растревожу

Утомленные створки очей.


***

Чихал на вас, чертова интеллигенция!

Я не Икар, который с солнцем заигрался,

Но тоже в паузы созвездий заикался,

Но тоже, вспоминая сам себя, вздыхал!


***

Где наш маленький мирок

Проводов и стали?

Мы любить себе во вред

Несколько устали.

Похоронят - не взыщи:

Не найдешь могилы.

Вот мой милый уголок,

У болотной ивы.


***

Бог не зря родился и угас.

Смертному заказан вход на фрески.

Есть какой-то сверхъестественный указ:

Раз на Пасху постирать знавески.


***

У окна сидят вороны

И расшвыривают снег:

Кто-то мудрый под корою

Для ворон упрятал снедь.

Ну а где моя закладка,

Под могильным кирпичом?

Там прободана облатка,

Там и черти не при чем!

Вот стучится желтогрудка

Клювом в самое стекло.

Ох, одумайся, голубка:

Здесь ведь ад, хоть и тепло.


***

Все мы сдохнем, это утешает.

Докопавшись до земной коры,

Не до причины.

Ноги, что последний миг на стуле,

Тоже чувствуют: обули.


***

Это было одно воскресенье,

Когда мы хоронили скворца.

Я на лицах читал опасенье,

Что он выкинет фокус Христа.

Только чуда отнюдь не случилось,

Как не случатся лето с зимой:

Так земля моя самолечилась,

Пряча кольца семей под собой.


***

Каждая страница - кенотаф,

Дьявол - бенефициар любого спора.

Что писать слепому от слепого?

Точка - самый лучший эпитаф.


(Ю.М.)


Другой сборник поэм