*** Живопись лета помалу сменяется чёткой гравюрой: Умбра, сиена, кармин, уголь, земли, берлинская зелень - Все выцветают на холоде стойкие, верные краски. Лишь передвижники склонны писать первородною глиной, Но в ноябре даже грязь высыхает, становится звонкой, Лужи сплошь - хрупкими, хрусткими, в круглых ледовых разводах. Чёрные, серый да карий - настало три цвета в природе, Словно в старинном романсе. Резец, проходя по рисунку, Вмиг иссекает всё лишнее, в тело живое внедряясь. Жаль, нет медвежьего меха красоткам на ножки. По счастью, Цвет он имеет не бурый, не грязный, но чистый и светлый, Хвоя сей блеск оттенит, тёмный взор даже ночью заметит. Тихим круженьем без музыки, истовым ветра дыханьем Снег навевает, что сон, с облаков на постылую землю. Вот и явилась на свет белизна Твоего милосердья...