# Вампирьей тропой. Часть 1.

Муна Инноровна Сирин

В этом рассказе на миг сплетутся судьбы девушки из современного мегаполиса и полукровки-головореза из мира Лаара. Начало тернистого пути Лии. Очередной спор двух богинь. Как говорится, у каждого автора должен быть свой попаданец. Мой вот вампир =)

Сирин М. И


Вампирьей тропой.

Часть первая.


...и предаст сын отца,

брат пойдет на брата,

мрак столкнется с мраком,

и да приидет из теней бытия

дитя Тьмы, что ста... кхе-кхе!

- А дальше? Дальше-то что?!

- Не помню. Подай бутыль, дитя.

Отрывочное пророчество

Калиды Мирейльской*.


До родного Синьграда, что стоит на Синь - реке, я добралась под вечер, когда погода окончательно испортилась и заплакала противным проливным дождем. Дорогу развезло; пришлось сойти на узенькие лесные тропы и идти пешком, ведя лошадь за собой - кто бывал в местном лесу, знает, какие тут непролазные дебри для всадников. Да и пешим несладко.

Я тихо выругалась, выпутывая из волос какую-то особо злобную ветку. В результате слегка не рассчитала сил и выдрала клок волос.

- Шелль* тебя побери! - пожелала я дереву-вандалу, уже в который раз жалея, что вообще потащилась в этот проклятый город.

Если кому-то интересно, то зовут меня Малеса Майгерат и как вы уже догадались, я уроженка Синьграда. Состою в Гильдии наемных охотников, правда, чаще всего нас коротко и мило зовут головорезами.

Да, знаю, о чем вы подумали. Мол, зачем нужны какие-то охотники, когда есть господа маги, которые тоже способны на Охоту? Объясняю. Маги, конечно, молодцы: и волколака завалят, и зомбика упокоят, но этим они лишь подрабатывают. Частенько бывает так, что заезжий маг получает денежки за честно убитого упыря, а головорезам потом зачищать все окрестные кладбища, поскольку маг побеспокоил своей волшбой и 'не заметил' целое гнездовище этой нежити. Именно поэтому простой люд наконец-то уяснил, что доверять зажравшимся чародеям не стоит, а лучше обратиться к профессионалам своего дела.

В этом году у меня своеобразный праздник - пять лет работы. Немаленький срок, если учитывать ее специфичность.

Конечно, к такой профессии я пришла не сразу...

Начать, пожалуй, стоит с того, что в четырнадцать лет меня выгнали из дома. Таким нехитрым образом дядюшка Трок обезопасил свою семью от "проклятого отродья Шелль" в моем лице. Очень мило, правда?

Куда податься беззащитной девчонке без роду и племени? Людям я решила больше не показываться - "нечистую" всегда найдутся желающие поднять на вилы. Оставалось только скрываться.

Вот так однажды в лесу возле села Озоровье появилась хозяйка, которая не упускала случая обокрасть селян или как-то набезобразничать.

Спустя год или два, местным жителям надоело бояться бесовки, как меня окрестили, и они вызвали головорезов. Это была не первая попытка селян поймать источник бед - но раньше были только местные молодцы с огнем и вилами, которые безуспешно прочесывали лес и уходили ни с чем. Правда, разок я навела их на лежку медведя - было весело...

Головорезов оказалось всего двое. Внешне ничем не примечательные, обычные, вот только я чувствовала в них силу и опасность и это сбивало с толку.

А на третий день после приезда они меня нашли.


- Барс, я думал, мы поймаем беса, а не какую-то малолетку, - хмыкнул светловолосый мужчина, наклоняясь над связанным кульком, откуда злобно зыркала обыкновенная, хоть и невообразимо чумазая девчонка.

- Приглядись, дубина, - невежливо посоветовал напарник, устало опускаясь на землю.

Я не знаю что он увидел во мне, но светловолосый вдруг отшатнулся и... расхохотался.

- Шли весточку главе, Рен. У нас пополнение.


Вот так, сумбурно и странно, я познакомилась с головорезами, а позже - стала одной из них.

Нечистая кровь стала благословением.


О странностях возле Синьграда мне сообщил старый знакомый Барс. Точнее, Барсель Кольви, полуорк - получеловек. Причудливое сочетание. Барсу досталась внешность стопроцентного орка, но воспитан он был как человек. Обходительный и вежливый человек. А теперь представьте, какую реакцию он вызывал у непосвященных... Орк с хорошими манерами все равно что некрасивый эльф - не бывает!

Так вот, Барс подошел ко мне на сходке Гильдии и спросил, давно ли я бывала в Синьграде.

- Ты же знаешь, как ушла оттуда соплячкой, так и не возвращалась, - хмыкнула я. - А в чем дело?

- Да так, - Барс неопределенно повел могучими плечами, - Я слышал, что там нежить кишмя кишит, а дороги безлюдны. Что-то дурное намечается, в общем.

- Может, мор? - предположила я без особой надежды.

- Я тоже так сначала думал. Нет, нежить шалит. Говорят, даже мордерит объявился, - Барс мечтательно закатил глаза.

Я еле сдержала усмешку. Другие так о любимых говорят, а он о порождениях Тьмы. Типичный головорез до мозга костей!

А вот мордерит - уже серьезный повод для беспокойства, верю... Это теневое создание, злобный дух. Так как своей тушкой его не обеспечили, мордерит стремится завладеть чужой, вытеснив хозяйскую душу. После чего может спокойно выдавать себя за этого человека, пользуясь его памятью и навыками, поэтому опознать дух практически невозможно. Одно счастье - их очень мало. За последние двести лет известен только один случай встречи с мордеритом.

Неудивительно, что Барс так взволновался, ведь мечта всей его жизни - убить тарка или мордерита. Вывод напрашивается только один...

- Барс, - сладко пропела я. - Зачем ты мне это рассказываешь?

Громадный наемник трогательно замялся под моим подозрительным взглядом.

- Понимаешь, Малеса... Я хочу наведаться туда. Мне нужен напарник, который знал бы местность как свои пять пальцев. И я подумал о тебе, - выдало это чудище.

Кошмар.

- Нет.

- Малесочка...

- Нет, Барс. Извини. Я ни за что туда не вернусь!..

Но я соврала. Для его же блага, ведь слухи часто все преувеличивают. По крайней мере, надеюсь, что про мордерита придумали для красного словца.

Ну а если правда, пошлю весточку в Гильдию за очистительными отрядами. Глупо рисковать собой и идти на мордерита вдвоем, как хочет Барс. Может он и настроен умереть во цвете лет, а я несогласная, мне всего девятнадцать стукнуло.

В общем, через десять дней я была почти у Синьграда и никаких толп нежити за это время не встретила.

А дороги и впрямь были пустынные...


Словно реагируя на настроение хозяйки, лошадь тоскливо заржала.

- Да, Колючка, и мне хреново, - пробормотала я, оборачиваясь и ласково похлопывая ее по шее. Заодно увидела двух затаившихся линар с голодными глазами на соседнем дереве.

И зачем я нежить помянула...

Я отпустила повод (моя умница сразу же мотанула во все моталки с линии атаки), а линары сделали самое банальное, что они могли - напали.

Н-да, кого-кого, а линар - помесь рыси и орла в синьградском лесу никогда не водилось. Слишком мало простора.

Но это преимущество начисто перекрывалось численным превосходством милых кисок: в то время как я угощала сталью одну линару, другая норовила зайти со спины и нежно почесать ее мне когтями.

Был бы здесь Барс...

Изловчившись, я достала одну линару за крыло, за что и поплатилась: с яростным мявом второй кошак спикировал на меня сверху, растопырив свои колюще-режущие предметы.

Скальп с меня снять ему не дало некое четвертое лицо, появившееся в этот момент на тропинке. Им оказался огромный, мне по пояс темно-серый... волк?!

Споткнувшись об корягу, я едва удержалась на ногах и линара прошлась по моему плечу и шее. Брызнула сливовая кровь.

Вот ...!

Я яростно всадила меч в грудину кошки. Волк же в мощном прыжке опрокинул другую кису и одним точным движением разодрал ей горло.

Теперь, когда бой был закончен, я плавно повернулась к неожиданному помощнику, готовая ко всему. Он же, брезгливо встряхнувшись, слез с распотрошенной нежити, глядя на меня.

Я бы везде узнала эти яркие бирюзовые глаза...

Казалось давным-давно забытое и похороненное в памяти имя сдавленным хрипом вылетело из горла против моей воли.

- Коррел?

В глазах волка заплескалось удивление.

- Малеса?..

Все, конец.


*Шелль - богиня смерти, покровительница мертвых.


Лия


- Видишь брюнетку? Она - твоя цель.

- В-вижу... - парня трясло. Он предпочитал думать, что от возбуждения перед своим первым боем с нечистью.

Указанная ему черноволосая девушка в золотистой куртке не походила на кровожадную вампиршу. Совсем. Обычная симпатичная девушка лет двадцати, его сверстница. Она стояла на безлюдной остановке и ждала свой автобус, полузакрыв глаза.

- А...вы уверены?

- Конечно. Ну, иди... - слегка подтолкнул наставник.

И парень как во сне шагнул на тротуар, сжимая в подрагивающих пальцах осиновый кол.


Memories consume

Like opening the wound

I'm picking me apart again

You all assume

I'm safe here in my room... - нежно заливался Честер* в наушниках под аккомпанемент воющего ноябрьского ветра. Порядком замерзшая, я стояла на остановке и злилась. На все - жизнь собачью, работу и пуще того - на Слониху.

Наталья Аркадьевна Лопухина, в народе прозываемая просто Слонихой или Бульдогой, а также по совместительству менеджер кафе-забегаловки ''Три богатыря'', вполне оправдывала свои прозвища. Жирная, массивная такая бабища с кучей комплексов. Ну а как еще объяснить ее ненависть к молодым красивым официанткам? Мы же дружно отвечали ей тем же и в тех же количествах.

- Карандышева, опять опоздала? Сколько можно?! - заливалась она сегодня.- Небось, ночью мужика ублажала, вот и не смогла вовремя на работу встать!

М-да, как говорится, у дамочки хронический недотрах. Интересно, что бы она сказала, если бы узнала, что я всю ночь как идиотина пробегала за оборотнем, да еще в метель? Закрыла бы рот, старая жаба. Я ж говорю, собачья у меня работа. Может, уволиться?

Я сладко улыбнулась, представляя, как мои руки душат жирную шейку Бульдоги.

Внезапно всколыхнулась тревога. Лениво так, мол, хозяйка, посмотри, что за безобразия вокруг творятся.

...Мозг еще тормозил, а руки уже поймали какую-то заостренную деревяшку в паре сантиметров от груди. Фигасе, осиновый кол что ли?

- Умри, гадина! - взвыл какой-то сумасшедший, подскакивая ко мне с колбой в руках.

- Что за... - я приготовилась к защите, но недоумок, не дойдя пары шагов, плеснул в меня... э, водой?

- Ты, урод! - возмущенно заорала я, отшатываясь и вытирая лицо.

Парень заметно ободрился.

- Да издохнешь ты от воды Господней! - пафосно объявил он.

- А больше тебе ничего не надо, милый? - совершенно нормальным голосом поинтересовалась я, не торопясь издыхать.

Святая вода... Какая нелепость. А макияж жалко. Такую красоту навела сегодня, минут сорок возле зеркала вертелась.

Но попричитать мне так и не дали. На этот раз тупица кинулся на меня с серебряным ножом. Потрясающе.

- Одно слово - придурок, - процедила я, сворачивая ему шею.

Несостоявшийся Охотник кулем рухнул у моих ног, а я метнулась под защиту крыши остановки. Тревога уже не лениво шевелилась, как разбуженная змея, а тяжело билась жилкой на виске, сердце ухало.

Надо сматываться. И поскорей. Вот только куда? Нападения можно ожидать со всех сторон, и это будут уже матерые Охотники, а не зеленый юнец, отправленный ко мне как пушечное мясо. Я не сомневалась, что придурка послали, чтобы окончательно удостовериться в моей ''нечистости''.

Вот вляпалась. Дело дрянь, причем первосортное...

Ну что ж, придется самой подписать себе приговор. Вздохнув, я перешла на вампирье зрение. Глаза ожгло, затем они налились багрянцем, неярко засветились, а наступающая ноябрьская ночь приняла меня в свои зябкие объятия, расширяя границы бытия.

Мир заиграл сотнями новых красок, а вихрящаяся колючими снежинками тьма стала не помехой, а союзницей, позволяя уловить даже стук маленького сердчишка пролетающего надо мной воробья. Воздух вокруг буквально искрил от вбуханной в него магии - нечто вроде заклинания рассеивания (так вот почему здесь так безлюдно!) чтобы никто не стал свидетелем маленькой охоты на вампиршу. Ненавижу!

Человека, направившего на смерть недоумка, я заметила сразу, в основном из-за его кольчуги из истинного серебра. Впрочем, он и не скрывался, стоял себе на другой стороне улицы. Его сердце билось спокойно, хладнокровно.

Я же едва подавила непроизвольную дрожь. Опасный противник. Да и истинное серебро... Пожалуй, это единственное, что мы на дух не переносим, оно жжет нас адским огнем. Какое счастье, что такого серебра очень мало в мире! Единственный раз, когда я с ним столкнулась - это было мое восемнадцатилетие и маман вздумалось отдарить мне серьги из истинного серебра, принадлежавшие еще прапрабабке. До сих пор не пойму, как мне удалось отмазаться от ''чести'' примерить их.

Но это было лирическое отступление, а вот вам суровая проза жизни: пробуравив меня внимательным взглядом, Охотник повернулся и исчез за углом, совершенно спокойно оставляя кровожадную вамп за своей спиной и зная, что она, то бишь я, не нападет. И даже фору дал - я не дура, чтобы лезть сражаться, лучше спрятаться где-нибудь...

*Честер (Беннингтон) - вокалист группы Linkin Park.


Звать - величать по паспорту меня Юлия Карандышева. В детском садике у меня была воспитательница, которая жутко сюсюкала, произнося: 'Йууулеееечка, Йуууууляяяшечкааа', с тех пор у меня началась жуткая аллергия на свое имя. Уже в сознательном возрасте я твердо решила поменять 'Юлию' на короткое и ясное - 'Лия'. Теперь меня так и зовут.

Как вы уже поняли, я вампирша. Инициировали меня примерно в семнадцать лет, прямо как в кино: ночь, темная улица, одинокая девушка и напавший на нее кровосос. Правда, дальше сценарий был иной: вкусив моих лейкоцитов, вампир оттащил мою тушку в какой-то подвалец, где и обратил. Все действо я не помню, потому что периодически выплывала в обморок, но суть в том, что нужно на грани жизни и смерти обменяться кровью.

В общем, очнулась я уже нечеловеком. А рядом сидел, плотоядно ухмыляясь во все клыки, мой сосед Сева...

Вы не знаете кто это? Вах, тогда я расскажу. Севочкой величали худосочную бледную немочь сорока двух лет, обладающую длинным лошадиным лицом, интеллигентной ухмылкой и незлобливым характером. С виду мизинцем можно в нокаут отправить, а на самом деле плюгавенький Сева на раз отделает свору гопников, потому что он вампир, мой Творец.

Чтоб вы не спрашивали, отчего я рассказываю это с таким трагизмом в голосе, будто у меня разом окочурилось пятьдесят хомячков, объясню. У каждого вампира есть Творец - тот, кто силой своей крови обратил человека в клыкастое и кровососущее. Чем сильнее создатель, тем сильнее выйдет дитя.

Как ни прискорбно осознавать, Сева был довольно средненьким по силе... М-да. Надеюсь, после смерти меня приставят поддерживать огонь в котле, где будет вариться этот гад. Он же мне всю жизнь сломал!

А впрочем... было ли что ломать?

Семнадцатилетняя школьница в очках (''Линзы вредны для глаз'' - утверждала маман), живущая в сладко - розовом мире любовных романов... Все, что открывали для себя сверстники - гулянки, первая любовь, секс - прошло ее стороной. После школы приходила домой, обедала, делала уроки и сидела все вечера напролет за глянцевыми журналами и романами, и только ночью... Только ночью, уставившись в потолок, она отчаянно желала изменить свою жизнь, раскрасить серые будни.

Да, хотела, но не так же, чтобы очнуться незнамо кем и вместо прекрасного принца - Сева! Один-единственный укус, острая боль, переходящая в наслаждение, зыбкая грань жизнь/смерть - и ты новообращен. Навсегда.

Сначала был шок. От того, что тихий сосед-вдовец по лестничной площадке, дядя Сева, оказался легендарным живым мертвецом. А ведь я была уверена, что они не существуют!

Севу жалел весь подъезд - у него была голосистая жена, вечно недовольная забитым муженьком. Дамочка из тех, кому пальчик в рот не клади - откусит по локоть. Когда же она вдруг умерла, соседи только что не поздравляли вдовца с избавлением. Только теперь я знаю, что это он свел жену в могилу, постоянно питаясь ее кровью.

Голод... Наш голод безумен, он накрывает с головой - и ты не видишь вокруг лиц, только ток крови. Я помню, как в первые дни металась по городу, словно в тумане, еще не умея и не желая добывать пищу, а все тело сводило судорогой боли - кровь как наркота. Если вампир долго голодает - его ждет безумие, он сорвется. И тогда закружится хоровод бессмысленных смертей. Впрочем, опаснее всего голод насильственно обращенного: кровавые реки текли в моем городишке, а я все не могла насытиться. И только Творец еле-еле удержал меня на грани.

Вы не знали? Творец и дитя связаны на ментальном уровне, почти как одно существо. Как я потом узнала. Сева выбрал меня на должность своей подруги, купившись на вид тихони. Ну-ну... Вампира ждал крупный облом - новая сущность меня здорово изменила: скромная школьница эволюционировала в агрессивную вампиршу, которая вовсе не собиралась раздвигать ножки перед Севочкой.

А, вам интересно, что с ним сталось? Я его все-таки убила. Да, это дико больно, как будто отгрызаешь себе руку, выдираешь половину души. Зато одной мразью стало меньше...

Что самое забавное, в семье так и не поняли, что со мной произошло, списав все на переходный возраст. Было много скандалов и слез со стороны маман, не желавшей понимать, что скромной моли-дочурки больше нет.

Жизнь под родительским крылышком быстро начала утомлять. Едва дождавшись конца 11 класса, я уехала в столицу учиться. Ныне я - студентка второго курса филфака, хотя до сих пор не пойму, как же еще держусь в этом занудном заведении. М-да, правильно говорят, от образования не убежишь - догонит и еще пинков навешает...

У меня была обычная жизнь столичной студентки - гулянки-работа-учеба-гулянки вплоть до сегодняшней подставы Охотников. Йошкин кот, да как они меня вычислили?!

Я хмуро закурила, шагая по искрящемуся снегу, и размышляя, вспоминая... А память у "Детей Ночи", как пафосно зовут нас в литературе, абсолютная... На экзаменах, например, очень помогает. Но что-то я отвлеклась.

Охотники - обычные люди. Ну, разве что их начинают готовить к Охоте в детском возрасте, да еще к тому же в них должна течь хоть капля "нечистой" вампирьей крови - только так из них выходят воины, почти равные нам по силе. Да-да, дети любви человека и вампира, которых натаскивают убивать... Очень мило, правда? Но какие бы способности эти сопляки ни приобретали, они еще не могут нас чувствовать, в отличие от острозубых собратьев. Если только... Если только не нашелся слабенький вампир, который ради сохранения своей жалкой жизни помогает Охотникам...

Я задумчиво выпустила кольцо дыма, подняв голову к небу. Вот ведь дрянь сигареты, а отказаться не могу. Впрочем, вреда эта привычка мне все равно не приносит, так же как и алкоголь - я могу выхлебать хоть три ведра сорокаградусной без последствий, сохранив ясную голову. Ну невозможно напоить вампира, как бы иногда не хотелось! Мы можем захмелеть только от крови...

И что? Что вы морщитесь? Вам не нравится, что я пью кровь? Человеческую? Да ладно, ребята! Она требуется мне всего лишь раз в неделю, да и то я с лихвой за ваши лейкоциты расплачиваюсь, работая на благо общества. Рассказать?

В общем, жил - был один чувак, бизнесмен. Все у него было в шоколаде, но только до того момента, как его любимую жену задрал обезумевший оборотень.Тогда безутешный дядя создал свое маленькое тайное агентство - что-то типа ночной стражи города. В это агентство совершенно случайно попалась я. Можно сказать, 'вляпалась'. Выбора не предоставили - либо работаешь на благо города, выслеживая всякую дрянь, либо сама в последний путь.


Малеса


- Давно не виделись, Малеса.

- Угу, - угрюмо поддакнула я, исподтишка разглядывая Коррела.

Я помню его худощавым пятнадцатилетним подростком с вечно растрепанными смоляными вихрами, сейчас же передо мной стоял молодой мужчина чуть выше меня, плотно сложенный, коротковолосый. Можно даже сказать - красивый, хоть и не в моем вкусе. Только глаза такие же - буйные, нереально яркие, бирюзовые.

Пока мы пробирались через лесные дебри, он кратко рассказал мне, что около двух недель Синьград осаждают полчища нежити во главе с мордеритом. Да-а, Барс бы обрадовался... Город пока держит защиту, но припасов еды и оружия надолго не хватит.

- Вот же выбрала времечко для отпуска, - вздохнула я.

- Ты ведь головорез, верно?

- Верно, - кисло кивнув, я провела ладонью по затейливо украшенной руне удачи - официальный знак нашей Гильдии.

- Значит, и отдых проведешь с пользой! - задорно улыбнулся Коррел. Это была его первая улыбка за весь разговор - словно на миг в мужчине проявился тот прежний веселый задиристый мальчуган, в которого я когда-то едва не влюбилась...

- Просто чудо, что тебе удалось прорваться к нам, - продолжил он.

- Э... Не то слово, - поспешила я согласиться. Опасная тема, ох, опасная. Я уже успела понять, что окружившая Синьград нежить приняла меня за свою в доску и без проблем пропустила, а вот голодные киски были досадной случайностью. Но царапинки мне оставили нехилые, кровь до сих пор сочится, несмотря на тугую повязку.

- Тебе надо к лекарю, - заметил Коррел. - Это как раз на окраине, скоро придем.


..."Тайлина Аринор, целитель" - гордо гласила табличка на входной двери. Я едва слышно застонала. Могла бы и догадаться, к кому Коррел меня приведет... Нам открыла сама хозяйка - улыбчивая девушка с медно-рыжими волосами, убранными в пышный хвост и бледным лицом с удивительно теплыми карими глазами.

- Привет, Тай, - поздоровался мужчина, блеснув глазами. - Я привел тебе гостью.

Целительница перевела на меня изучающий взгляд, в котором медленно проявилось узнавание...

- Малеса?! О Боги, какими судьбами? Входите быстрее!

А вот я бы хотела спросить у богов, по чьей прихоти они вновь, через столько лет, собрали вместе друзей детства...


Мы все были изгоями, наша боевая троица.

Тайлина - сирота, внучка знахарки Элайны. Ее вечно дразнили из-за рыжих волос и множества веснушек, усыпавших ее лицо.

Коррел - мало того, что приезжий (а их синьградцы ой как не любят), так еще и перевертыш, анимаг. Человек, умеющий перекидываться в животных, одна загвоздка: не должно быть различия в весе. То бишь, в дракона при всем желании Коррел обратиться не мог. Дразнить его было опасно, юного перевертыша сторонились иной раз и взрослые.

Ну и я - дочь добропорядочной горожанки, которая тайно прижила меня незнамо от кого... Больше всего сплетен ходило вокруг моей внешности. Синьград ведь городок северный, у нас все светловолосые и светлоглазые, а вот я как на смех родилась смуглая, с глубокими черными глазами, темноволосая... Дразнить дразнили, "отродьем Шелль" звали, да только все больше за спиной - кулак у меня еще в детстве был тяжел.


Да, неудивительно, что меня так быстро узнают... И о чем я думала, когда сюда ехала? Надеялась, что меня забудут?.. Наивная.

Целительница суетливо носилась по кухне, гремя горшками, а мы с Коррелом сидели на лавке. Я осторожно пошевелила плечом. Болеть-то болело, а вот кровь Тай сразу остановила, наложив профессиональную повязку вместо моей наспех примотанной тряпки. Только вот я сейчас бы предпочла снова оказаться под дождем в неприветливом лесу, чем у теплого очага под тяжелыми взглядами давних приятелей...

Были времена, когда, дурачась, я могла запрыгнуть на плечи Коррелу или защекотать Тай; непринужденно сказать обо всем, что меня страшит и волнует. Я была уверена, что друзья поймут и поддержат. Но те годы прошли, и теперь я сижу рядом с совершенно чужими, новыми людьми и не знаю, что сказать.

- Вот, ешь, - Тайлина поставила передо мной дымящуюся тарелку с супом.

- Спасибо. А веснушки ты свела, - неожиданно ляпнула я, увидев вблизи ее лицо.

- Что? - непонимающе захлопала глазами девушка, потом улыбнулась - весело, открыто, как умела она одна. - Да, свела! Помнишь, я все время раньше возилась с травами бабушки, пыталась сделать мазь против веснушек?

- Ну, - кивнула я, принимаясь за суп.

- Так ведь все-таки сделала! - Тай торжествующе потрясла своей ложкой, разлив содержимое по столу. Пара брызг осела на носу Коррела. Ойкнув, целительница вскочила за тряпкой и по пути снесла локтем мою тарелку.

- Да, ты неподражаема, - с сарказмом произнес анимаг, пока Тайлина вытирала все разлитое. - Знаешь, иногда я удивляюсь, как с такой неуклюжестью все твои пациенты каким-то чудом выживают...

- Тай в своем репертуаре, - фыркнула я, только потом поняв, что впервые назвала целительницу по имени... Она тепло улыбнулась одними глазами, дав понять, что тоже это заметила:

- А Коррел все такая же язва!

Почти как в прежние времена... Я поймала себя на том, что улыбаюсь.

После ужина я засобиралась уходить.

- Куда ты, Малеса? Оставайся у меня, место есть, - удивилась Тай.

- Да, куда ты пойдешь, к Троку что ли? - поддержал мужчина.

Я злобно сощурила глаза.

- А он еще здесь? Я думала, крысы первыми бегут с тонущего корабля.

- Здесь, - усмехнулся Коррел. - А тебя можно оштрафовать за нелестные высказывания в адрес градоправителя.

- Что-о? Трок теперь градоправитель?! - вот дает жирный индюк-то, а!

- Уже года два, - подтвердила целительница.

- Тогда мне стоит завтра нанести любимому дядюшке визит, - с ухмылкой пообещала я. - Я остаюсь.

- Наконец есть на ком опыты ставить, Тай! - подмигнул анимаг, выходя.

Вот зараза... Я уж и подзабыла его паршивый характер.

- Располагайся, Малеса. - целительница привела меня в небольшую чистенькую комнатку с кроватью, сундуком и мохнатой медвежьей шкурой вместо ковра.

Через несколько минут я уже спала...


Утро для меня началось с грохота и забористой ругани. Подскочив на кровати от неожиданности, я босиком прошлепала на кухню, откуда неслись аппетитные ароматы пополам с матом - как оказалось, это рыжая целительница, воюя с посудой, готовила завтрак... Мельком посочувствовав несчастным горшкам и сковородкам, я спустилась на улицу.

Синьградское утро было таким же мрачным, как мое настроение. Пасмурные клочки облаков закрывали неяркое солнце, явно собираясь заморосить дождем. Улицы были пустынны, но еще полчаса - и откроются ставни, зацокают по мостовой лошадиные копыта, заработают языками кумушки - сплетницы. Появление в городе незнакомой девицы в мужских штанах, с мечом, конем, да еще раненой - пропустить такое зрелище они не могли. А если и знак головореза различат...

После относительно спокойного завтрака (разбитая кружка не считается) и перевязки моего плеча Тайлина ушла в свою лекарню. В ежедневных вылазках на нежить стражников часто ранили, а целителей в Синьграде всего трое, так что работы хватало по горло. Я же решила пройтись к городским воротам - так сказать, проверить обстановку. Уж очень хотелось взглянуть на обещанные полчища нечисти.

- Ох, Шелль побери... - потрясенно пробормотала я, взобравшись на стену и взглянув на окрестности.

- Эй, девка, слезай! Посторонним нельзя там ходить! - заорал мне стражник снизу. Служебного рвения ему явно хватит и на то, чтобы стащить нахалку со стены.

- Ничего, Ориэн, она своя, - возразил мягкий знакомый баритон, и Коррел встал рядом со мной. - Ну как тебе зрелище?..

- Это... это же не полчища! Это армия! Орды! - с ужасом прошептала я, оглядываясь. Насколько хватало зрения, всюду вокруг города чернели шатры и дымились костры, сновали темные фигурки. В небе точками носилась крылатая нечисть. А ведь еще раннее утро, когда нежить считается ослабленной...

- И так можно сказать, - согласился мужчина. Я же подозрительно изучила его официальный черный мундир с гербом Синьграда у сердца. Что-то он мне напоминает...

- Ты чиновник?

- Один из Советников, - спокойно поправил Коррел.

- Лижешь задницу моему дядюшке? - не удержалась от шпильки я, глядя в потемневшие от злости бирюзовые глаза. Но анимаг сдержался.

- Я служу горожанам.

- Ну и умница, - похвалила я, доставая из кармашка и бережно расправляя разноцветный бумажный цветок, какие порой продают нищенки. Коррел удивленно наблюдал, как я карябаю на лепестках пару слов, затем, шепнув имя, отпускаю каждый лепесток, и он летит, подхваченный порывом шаловливого ветерка. Однако я не сомневалась, что послания дойдут до тех, кому они предназначены.

- Что это? - не выдержал Советник мук любопытства.

Я искоса насмешливо поглядела на него, пряча порядком поредевший бутон.

- Цветик-семицветик. Изобретено специально для головорезов. Это наш способ связи.

- И что ты передала Гильдии?

- Попросила помощи. Я так понимаю, вашим почтовым голубям не дают добраться до цели назначения? - я кивнула в сторону крылатых точек на небосклоне, уверенная в своей правоте. - А на огрызки бумажек вряд ли обратят внимание...


В тот же день я почтила своим присутствием дом градоправителя, аккурат подгадав время обеда. Признаться честно, он и его драгоценное семейство совсем не ожидало визита пропавшей на несколько лет племянницы...

- А, дядюшка Трок, поздравляю вас с назначением на пост градоправителя! С вашей-то мудростью станется разорить город дотла. А вы, тетушка Лима, стали еще толще. Но это ничего, ведь хорошего человека должно быть много! - цедила я с умильной улыбкой, вальяжно развалившись во главе стола - обычное место главы семейства. Домочадцы тихо жались к своим тарелкам, только Трок все время порывался ответить, но натыкался взглядом на мою перевязь меча и захлопывал рот.

Дожидаясь, пока слуги принесут вторые блюда, я, прищурившись, рассматривала дорогих родственничков. Две худющие как палки кузины, Лорейн и Ардала с мужьями - прилизанными ничтожествами, которые и глаза боялись на меня поднять. Тетя Лима, одна занимающая чуть ли не половину стола, удивительно смахивающая на жабу в пышном зеленом платье. Дядя Трок, жилистый старик, отрастивший себе бакенбарды и козлиную бородку.

- Знаете, вы так хорошо меня принимаете, что я наверно останусь с вами жить, ведь я так по вам всем соскучилась! - расцвела я.

Стол охватила эпидемия надрывного кашля...

Еще немного попугав родню и полакомившись десертом, я собралась откланяться.

Но напоследок...

- Я теперь даже рада, что вы, дядюшка Трок, когда-то выкинули меня из своего дома, - градоправитель чуть не сверзился со стула, встретившись с моим холодным взглядом. - Как подумаю, что я тоже могла бы сидеть здесь в компании этих клуш, с каким-нибудь тупым муженьком, меня сразу начинает тошнить.


На полпути к дому Тайлины меня догнал громкий гул набата. Эт-то что еще такое?

- Нападение, нападение, прячьтесь! - кричали вестовые мальчишки. Впрочем, привыкшие горожане уже при первом ударе колокола укрылись в свои дома, и только я осталась на улице. Как же все-таки хорошо, что я взяла с собой меч, - промелькнула мысль, и я бегом рванула в сторону ворот.

Бой вовсю кипел и без меня: на стены лезли жутковатые оскаленные мордашки самых разных видов, сверху на них лилась кипящая смола; с верещаньем носились гарпии и линары, которых прицельно снимали лучники. Со снопом искр летали огары - маги тоже не сидели сложа руки. Внизу у ворот сражались защитники с мертвяками, оборотнями, вурдалаками - да кого там только не было! В самой гуще битвы уже знакомый темно-серый волк яростно разметывал своих противников. Я усмехнулась, легко спрыгивая на землю рядом с ним и сразу же принимая на клинок мертвяка, чуть не набросившегося на спину Коррела.

Не знаю, сколько времени длилось сражение. Весь мир для меня замедлил бег, слившись в смертельный танец. Но я была не готова к тому, чтобы на поле появился тот, кто командовал всей этой разношерстной и порой несовместимой нечистью... Мордерит. На вид он был обычен, поджарый русоволосый мужчина с прищуром голубых глаз. Меня поразила не внешность, а... как бы объяснить... мощная темная сила, исходившая от него.

Я опустила меч, завороженно уставившись в затягивающие глаза мордерита. С его рук срывались синеватые шары и молнии - так значит, дух захватил самое лучшее для себя тело - тело мага...

- Малеса, очнись! - прорычал Коррел, бросаясь на оборотня, который явно нацеливался на меня. Стряхнув странное оцепенение, я вновь ринулась в бой, но нежить почему-то отступила. И, кажется, я знала почему...


Вечер был прекрасен. Во многом благодаря тому, что в городе стало непривычно тихо. Тайлина объяснила это тем, что синьградцы взбудоражены дневным нападением нежити, и большинство добродетельных горожан сейчас молятся Пресветлой сестре в храме.

- Бесполезная трата времени, - подал голос Коррел. - Пресветлой на нас наплевать, надо надеяться на свои силы.

Я наклонила голову, скрывая улыбку. Анимаг всегда дерзко отзывался о Богах и Демиургах...

- А вот услышали бы тебя жрицы Пресветлой... - пригрозила целительница, отрываясь от чтения какой-то толстой книги.

- Ну так не слышат же, - лукаво ответствовал Советник.

Мы сидели на кухне в доме Тай. Целительница пришла поздно, потому что сегодняшняя вылазка нежити была совершенно неожиданна для стражи, поэтому многие оказались тяжело ранены - работы для Тай завались... Она не пожелала ничего обсуждать, сказав, что достаточно наслушалась и насмотрелась в лекарне.

- Тогда может ты, Малеса, что-нибудь нам расскажешь? - вдруг обратился ко мне Коррел.

- Например? - по тому, как переглянулись анимаг и целительница, я поняла, что они уже успели договориться о теме разговора. Вот леший! Но отступать поздно...

- Почему ты ушла из дома, не сказав ничего нам! - произнес мужчина, глядя мне в глаза. Его взгляд жег как огонь.

Мое сердце, на миг замерев, покатилось вскачь... Я поняла, что он на самом деле хочет знать.

Я вспомнила... хотя и никогда не забывала.


Обычный день. Дядюшка Трок с Лимой и кузины ушли в гости. Я счастлива - полдня свободы, хоть перед уходом тетушка и назадавала мне кучу дел. Как всегда - тяп-ляп сделаю их все за час, а потом побегу к Тайлине. Она говорила, что сегодня хочет показать мне что-то интересное... Я как раз домывала полы, когда пришел Коррел.

- А, это ты, - нахмурилась я, прислоняясь к стене. - Зачем пришел?

Пару дней назад я вдрызг разругалась с перевертышем. Причины? Да этот... этот... он тогда опять ушел к мальчишкам, оставив нас с Тай одних! И в тот день нам было непривычно скучно без Коррела... Мы ведь всегда были вместе. Боевая троица. И вот он отделился... Тай, конечно, мне говорила - Коррелу уже семнадцать лет, ему с нами, двумя четырнадцатилетними соплячками, неинтересно...

- Я хочу извиниться, - и странный взгляд из-под смоляной челки.

- Да неужто!

- Правда. - Коррел подходит вплотную ко мне, поставив руки на стену так, что я оказалась между ними, не имея выхода. Та-ак, силу применяем...

- Ну, извиняйся, - упрямый прищур "я тебе не уступлю!". Да так всегда и было - мы с перевертышем вечно во всем соревновались, не могли вдвоем и минуты провести без спора и ссоры. Только спокойная Тайлина могла нас примирять.

Он совсем близко. Я ощущаю его дыхание на своем лице.

- Прости меня...

- Почему я должна это сделать?

- Потому что я...

И поцелуй. Жаркий, страстный и... первый в моей жизни.


- Хорошо, расскажу, - я, не выдержав, отвела взгляд.

- Давай, - обрадовалась целительница, пропустившая наш молчаливый поединок.

Я вздохнула, подбирая слова. Пучина воспоминаний вновь захватила меня.


...Все началось с того, что я почувствовала во рту кровь. Озадаченно провела языком по зубам и наткнулась на что-то острое. В зеркале я увидела, что у меня каким-то образом выросли клыки... Испугаться просто не успела - в этот момент в комнату вошел дядюшка Трок, и ему сразу в глаза бросилась кровь на моих губах и увеличившиеся зубы.

- Я так и знал! Отродье Шелль! - в ярости закричал он на ничего не понимающую меня. - Кровопийца, хоть и полукровка! Пригрели змею на груди, называется!

Впрочем, из его дальнейшей речи я поняла, что моя покойная мать перед смертью открыла дядюшке, что до приезда в Синьград она спуталась с вампиром... Возможно, последним из своего рода. От этой связи родилась я. Мать просила Трока не бросать меня, воспитать как свою дочь; она уверяла, что "нечистая" кровь никак себя не проявит, и я даже никогда не узнаю о своем происхождении. Но мать ошиблась... И теперь дядюшка вынужден прогнать меня из города, дабы "не навлечь опасность на своих родных и близких". После чего напуганную дрожащую четырнадцатилетнюю девочку выставили за порог без гроша в кармане.

Возможно, 'милосердный' дядюшка Трок надеялся, что я погибну одна в этом мире. Но судьба распорядилась иначе...

Не раз и не два я борола в себе желание прийти к своим друзьям, хоть увидеть их издалека - особенно Коррела - но приходилось напоминать себе, что я опасная полукровка и могу принести им вред. А уже потом и смысла не было возвращаться - все мое время и мысли заняла работа.


Все это я и сообщила Коррелу с Тайлиной, стараясь, чтобы голос звучал как можно бесстрастнее.

- Полукровка, - протянула целительница, пробуя слово на вкус. - Вот почему твоя рана так быстро заживает!.. Но ты ведь себя контролируешь?

- Абсолютно, - оскорбилась я. Давно прошли те времена, когда я не могла совладать с выступающими клыками или багровыми отсветами в глазах, оставив лишь умение видеть в темноте и чувствовать нежить. Правда, я еще не встретила ни одного вампира.

- Тогда все в порядке, - засияла улыбкой Тай. Ну как на нее можно сердиться?..

На Коррела я не смотрела.


- Я приду к тебе завтра...

- Буду ждать...

Но меня уже не было в доме Трока, когда ты пришел... Дядюшка встретил тебя неприветливо и сказал, что я ушла.

- Как? Куда?

- Откуда мне знать! Ушла и все, скатертью дорожка.

- Насовсем?..

-Насовсем, - отрезал дядюшка Трок, захлопывая дверь.


Лия


Смахнув с куртки снежинки, я вошла в подъезд. Так, тетя Рая наверняка дома... Придется есть ужин, - тоскливо заключила я. В обычной еде я не нуждаюсь, что просто невозможно объяснить доброй тете Рае, у которой я снимаю комнату. Старушка загорелась идеей откормить меня "до нормального состояния", как она говорит. Вначале удавалось остудить ее пыл тем, что я якобы сижу на диете, но вечно этим отмазываться нельзя... Поэтому иногда все-таки приходится пичкать в себя стряпню тети Раи, а потом закрываться в толчке и применять любимый метод всех моделей - два пальца в рот и вперед.

Я почти дошла до двери, когда вдруг почуяла, что в квартире действительно кто-то есть, но не тетя Рая...


Максим посмотрел на укоризненно светящиеся, как ему казалось, окна своего дома. Ну вот, опять он заигрался до темноты! Снова мама будет недовольна, может быть, даже покричит. Но это ничего, Максим больше не любил, когда она плакала - а это в последнее время случалось все чаще. Наверное, из-за папы... Ведь неделю назад он собрал вещи, как-то необычно молчаливый и серьезный, и уехал - мама не говорила куда, сразу начинала плакать. Да, Максим тоже по нему соскучился, но он ведь совсем взрослый и знает, что реветь нельзя. А мама глупая. Папа ведь вернется. Он всегда возвращается из своих командировок...

Размышления мальчика прервал какой-то тихий нежный звон, будто где-то заиграли сотни маленьких колокольчиков - и вдруг перед самым носом Максима появилась самая настоящая фея! Она была даже красивее мамы - высокая, тонкая, золотоволосая, сияющая. И как же странно фея смотрелась среди зимы в своем длинном, до пят, простом сером платье!

Фея опустила голову вниз, ласково улыбнулась Максиму и внезапно на ее ладони возник леденец - петушок, который она и подарила мальчику. Потом, словно не испытывая холода, пошла босыми ногами по снегу, а Максим сжимал подарок в руках, восхищенно глядя ей вслед.

Да, сегодня ему будет что рассказать своей маме!


Малеса


Ночью были еще две вылазки нежити, но мордерит, слава Шелль, не явился, послав вместо себя ударные отряды мертвяков и вурдалаков. Вся измазанная в жиже, слизи, крови, промокшая под проливным дождем, до невозможности злая и усталая, я вернулась в свою комнату под утро. Кое-как выпутавшись из одежды, рухнула на кровать.

Встала где-то в полдень, помятая, зато выспавшаяся. Я лениво натягивала на себя новую рубашку, когда обостренный слух вдруг уловил до боли знакомый порыкивающий голос, ругающийся с кем-то.

- Мне не нужны притирания, я не неженка! Уберите это, я не собираюсь валяться в постели и пить ваши гадости, хватит уже, не младенец!..

- Ба-а-арс!! - радостно завопила я, на слух разыскивая нужную комнату. Да, так оно и есть - на кровати сидел здоровенный полуорк головорез, обмотанный повязками и донельзя надутый. Рядом стояла рассерженная Тай, пытаясь с ложечки(!) напоить его(!) каким-то отвратным на вид зельем.

- О, Малеса! - обрадовался мой приятель. Я вихрем налетела на него, обнимая и смеясь.

- Как же я рада тебя видеть!

- Я тоже, но ты мне еще ответишь за то, что уехала сюда без меня!

- Но ты же получил весточку? Лепесток?

- Нет, никакой! - мотнул головой приятель. Странно... Послания всегда доходят до адресатов.

- Э-э, минуточку, минуточку! Вы знакомы? - вмешалась Тай, удивленно созерцая, как я сижу на коленях Барса, а тот щекочет меня. А, она же не в курсе...

- Это Барсель Кольви, мой коллега и хороший друг, - пояснила я целительнице. - А это Тайлина Аринор, знакомьтесь!

- Очень приятно, - вежливо произнес черноволосый анимаг, появляясь в дверях и холодно разглядывая композицию "девушка на коленях у орка".

Шелль подери...


За обедо-завтраком выяснилось, что Барс прорвался вчера ночью в город во время нападения нечисти и его серьезно ранили - вся грудь исполосована чьими-то жуткими когтями. В лекарне не было свободных мест, поэтому головореза уложили в доме Тай. Правда, пациентом он оказался беспокойным и непослушным.

- Как ты его только терпишь, Малеса! - ворчала целительница, бросая недовольный взгляд на Барса, беседующего с Коррелом.

- Ну что ты, Барс у нас обычно обходительный, с хорошими манерами, - встала я на защиту друга. - Ты как узнаешь его получше, сразу изменишь мнение.

- Не приведи Боги!

- А вот Коррелу он точно не приглянулся... - пробормотала я.

- Еще бы! - фыркнула Тай. - Ты своего Барса так обнимала, что впору и заревновать!

- Чушь! - какая дурацкая ситуация...


Прошло еще пару дней, ничем не отличающихся от предыдущих. Разве что Коррел сделался еще язвительнее, да нежити один раз чуть ли не удалось взять ворота. Тайлина теперь почти не появлялась дома, от зари до зари пропадая в лекарне, а я участвовала в стычках и слушала нытье головореза, как медленно заживают его раны и как страстно он желает встретиться с мордеритом в бою.

Как-то вечером снова ударили в колокол - это градоправитель собирал синьградцев, явно собираясь произнести пафосную речь в поддержку защитников города. Барс изъявил горячее желание послушать, поэтому мне, вздохнув, пришлось вести его на площадь. Там уже собралась куча народу, на помосте вдохновенно вещали отцы города, чуть позади них стояли Советники, в том числе и Коррел - с непроницаемым лицом.

Я тут же демонстративно придвинулась к Барсу, в пол-уха слушая речь дядюшки Трока. Что-то там типа "в такой трудный час для нашего любимого города", "будем же мужественными", ля-ля-ля, мордерит прислал письмо с угрозой отравить воду в нашей Синь - реке, бла-бла-бла, потребовав одну из добродетельных дочерей Синьграда...

Поэтому не сразу поняла, почему все замолчали, как бараны на новые ворота уставившись на меня любимую. В чем дело-то? Только тут я заприметила, что указующий перст градоправителя направлен на мою тушку... Вот ведь дядюшка, таки отомстил любимой племяннице!


- А что сразу я-то, э? Я здесь вообще проездом. Моя хата с краю, ничего не знаю!

Я сидела в кабинете дядюшки Трока уже второй час, а вокруг меня, квохча, прыгали отцы города. Вот мне бы в их годы такую энергию!..

- Тут написано, - Барс бесцеремонно отобрал у дядюшки Трока злополучное письмо и стал читать (Образованный орк - это нечто!): - "...А посему требую я девицу, что черна волосом, смугла и ходит в мужской одежде, прячущей ее прелести..."

- Прям так и написано?! - я аж вскочила с кресла, пытаясь схватить бумагу.

- Нет, но похоже.

- Убью гада!

Головорез издевательски захохотал, уворачиваясь от подзатыльника, а вельможные старички снова принялись склонять меня "к сотрудничеству" с энергией распутника, уламывающего монашку.

- Хотите сделать из меня овечку на заклание? - прямо спросила я, сведя на нет их ухищрения.

- Ну почему же сразу так, госпожа Майгерат!

- Мы вовсе не это имели в виду!

- Вы, как добропорядочная горожанка, обязаны...

- Так, все. Хватит. Я ухожу, - прервала их стенания я. - Барс, идем!

- Стойте, госпожа Майгерат. У нас деловое предложение, - на стол с глухим звяком плюхнулся красный бархатный мешочек, полный золота.

Последнее средство удержать головореза...

Я повернулась, растягивая губы в усмешке. Именно этого я и добивалась.


- Ну блин и юморок у дядюшки! - злобно бормотала я, оглядывая себя в зеркале.

- А что, неплохое платье. Тебе идет, - одобрила Тайлина.

- Ты издеваешься? - простонала я, падая в кресло. - Я не ношу такие тряпки!

На мой взгляд, платье было отвратительно: длинное, расширяющееся к низу, расшитое цветочками и противного желто-розового цвета. Вдобавок отцы города слишком буквально поняли требования мордерита, поэтому платье было оснащено вырезом чуть ли не до пупка. И это "добродетельная дочь Синьграда", называется?! Лучше убейте меня сразу...

Угрюмо поддернув платье, я нетвердой походкой вышла в горницу, где ждали вельможные старички, прямо-таки расцветшие при моем появлении. Еще полчаса я слушала масляные комплименты и инструктаж дорогого дядюшки, что следует делать в лагере нежити. А-то я сама не знаю...

- Есть вопросы? - завершил наконец еще свою речь Трок.

- Да. Из какого борделя вы украли это платье?

- Кхм, кхм, значит нет. Позволь представить тебе твоего напарника...

Эт-то еще что такое?

В горницу вбежала маленькая черная болонка, усиленно виляющая пушистым хвостом. И все было бы ничего, если бы у нее не было бирюзовых глаз...


Срок, назначенный мордеритом, истекал на закате. Провожать "добродетельную дочь" собралось все население Синьграда. Градоправитель толкал героические речи, горожане шумно сморкались в платочки и даже тетушка Лима пролила пару лицемерных слезинок, хотя с куда с большим удовольствием и чувством она сплясала бы лезгинку на моей могиле. Барс же возмущался, что в лагерь нежити посылают меня, а не его - "исполнить мечту". Впрочем, я уже предлагала ему напялить это уродское платье и идти вместо меня - авось не заметят подмены, хе-хе... От меча пришлось с сожалением отказаться, чтобы не палить контору. Вместо него отцы города презентовали мне кривой кинжал, который я и затолкала в декольте - а негде больше прятать!

В общем, на закате дня я вышла из ворот и с лохматой белой псиной (это я, злорадно улыбаясь, настояла, чтобы Коррел сменил цвет на более дамский) под мышкой заковыляла к сверкающим в лучах угасающего солнца вражеским шатрам...

- До чего ж ты тяжелый, перевертыш, - сквозь зубы пробормотала я, поудобнее устраивая возмущенно заливающуюся лаем болонку. Обычная человечка не смогла бы поднять эту псинку - несмотря на мелкость, Коррел сохранил свой вес здорового молодого мужчины, так что только сила полувампира позволяла мне без видимых усилий тащить его.

У крайнего шатра я уже видела "приветственную делегацию" в виде трех тушек оборотней, которые ненавязчиво так взяли меня под конвой, когда я уныло дотащилась до них, и отвели в самый большой шатер у холма, грубым толчком в спину втолкнув вовнутрь так, что я на всех парах влетела туда и, запутавшись в проклятом платье, кулем рухнула у чьих-то ног. Грудь при этом чуть не выпрыгнула из щедрого выреза. Болонка жалобно тявкнула подо мной.

- Мое почтение, - прохрипела я, делая вид, что этот кульбит был задуман заранее.

- Это хорошо, когда вещь сразу знает, где ее место, - произнес приятный глубокий голос и сильные руки подняли меня на ноги. Я увидела прямо перед собой одурманивающие голубые глаза мордерита. Вокруг угодливо заливались смехом его приближенные - оборотни, несколько тарков и один колдун - человек.

- Я, однако, был уверен, что этот жалкий градоправитель откажется тебя отдать, - продолжил мужчина. - Что ж, тем лучше... Дориш, вели гарпиям отравить реку.

- Да, мой повелитель! - поклонившись, отрывисто взлаял крайний оборотень и вышел.

У меня неэстетично отвалилась челюсть.

- Но вы... вы же обещали!

- Разве можно верить порождению Тьмы? - усмехнулся мордерит, бесцеремонно притягивая меня к себе. Я с каким-то странным томлением приняла властный поцелуй... и тут же вскрикнула, отшатываясь. Болонка буквально висела на моей руке, безжалостно впившись в ладонь зубами. Ну, Коррел, ну я тебе попомню!..

- Завтра город падет, - произнес мужчина, с усмешкой сминая в ладони невесть откуда взявшиеся разноцветные бумажки, в которых я с ужасом признала лепестки - послания...


- Нет, ты слышал?! Завтра! А Гильдия даже не получила весточки! - я раздраженно вышагивала туда-сюда в своем маленьком шатре, который охраняло ни много ни мало - четыре мертвяка. Болонка сидела передо мной, сверля недовольными бирюзовыми глазами. А, это анимагу видать не понравилось, что я, хихикая, назвала его Пусей...

Впрочем, совсем без дела я не сидела, успев разузнать у разговорчивой охраны про их начальство. Как оказалось, главными были мордерит-маг (естественно) и его дружок-человек, балующийся некромагией - именно он поднял качественных таких мертвецов из бывших воинов и наемников. Но никто не знал, почему такая разношерстная нечисть смогла собраться в управляемую армию и безоговорочно признать мордерита своим главарем... Странно. Может, он какой-то особенный? Надо бы все прояснить - ведь именно его и заказали мне отцы города, справедливо рассудив, что без своего вождя армия нежити быстро распадется и сцепится сама с собой.

- Зачем ты с ним целовалась? - протявкала негодующая болонка.

- А что я могла сделать? - смущенно огрызнулась я. - Я же его собственность!

Советник явно настроился на длинную проповедь, но ему помешали: полог шатра всколыхнулся, пропуская внутрь... опа, тарка! Одна радость - его штучки на меня, как полувампира, никак не действуют... Не успела я соорудить на лице сияющую улыбку дебилки и поздороваться, как серокожий мертвец заломил мне руку, нависая гневной тушей. Я могла бы освободиться без труда и еще наподдать наглецу, но надо было играть роль - и я сдавленно вскрикнула, незаметно отпихивая ногой рычащего Коррела, который, похоже, решил вступиться за мою честь.

- Ты убила моего брата, с-смертная, а я пока не могу отомс-стить тебе... Повелитель еще не наигралс-ся с тобой. Но я с-сумею дождаться.

Просто замечательно. У меня уже появился кровник... Порывшись в памяти, я смутно вспомнила, что в одной ночной вылазке действительно упокоила тарка. Барс еще потом чуть ли не плакал - мало того, что мордерита на меня навесили, так еще и неугомонная я умудрилась и тарка на свой счет записать.

- А с-сейчас повелитель зовет тебя. Идем, и помни о моих с-словах, с-смертная...

Вместе с серокожим и болонкой на руках мы пошли по лагерю к главному шатру. Темнело; вдалеке возвышались каменные стены Синьграда, в грозовом небе кружили гарпии, пронзительно вереща и царапая друг другу искаженные яростью женские лица - сварливый нрав и милые голоски этих созданий вошли в пословицы. Около одного шатра лежали связанные люди - как стражники, захваченные в плен, так и всякие путешественники, которым сдуру вздумалось завернуть на синьградские дороги. У редких костров сидели оборотни и вурдалаки, как можно дальше от огня сгрудились мертвяки, что-то азартно деля. Приглядевшись, я различила на земле окровавленную человеческую руку и мне резко расхотелось что-либо больше рассматривать...

Кроме русоволосого мужчины, величественно развалившегося на высоком стульчике, подозрительно похожем на трон, в шатре никого не было. Тарк поклонился и слинял, оставив меня сусликом стоять и смотреть в холодные голубые глаза.

- Почему ты таскаешь с собой животное? - мягко спросил он, прищурившись.

- А...э... привычка! - нашлась я. Псинка, ворча, завозилась в моих руках. Да, знаю, это не самый удачный ответ, но что я могу поделать, если все мысли мутятся в голове, стоит посмотреть на мордерита?

- Я решил, что ты захочешь поужинать, - только после приглашающего жеста повелителя нежити я заметила накрытый стол. Да-а, дожила...

Он поднес мне темный бокал. Раздумывать, какую отраву туда сыпанули, времени не было - и я залпом опрокинула в себя содержимое бокала... Осознание того, ЧТО там было налито, пришло вместе с обжигающей болью в желудке. Я выронила бокал из скрюченных пальцев, падая вниз... Болонка жалобно завыла.

- Зачем? - еле выговорила, скорее прошептала, отрешенно слизывая с губ красные капли.

- Значит, я не ошибся, - мордерит присел рядом на корточки, задумчиво глядя в мои багровеющие глаза и клыки, приподнимающие верхнюю губу. Усмиренная когда-то Тьма тяжело заворочалась внутри меня, разбуженная кровью. - Я заметил тебя сразу, как ты появилась в этом городишке. Такую силу просто невозможно пропустить. Получеловек-полувампир... Ты последняя, так же как и я - единственный оставшийся из мордеритов. Вместе мы завоюем этот мир!

- Ты безумен, - пробормотала я, принимая обжигающий поцелуй, чувствуя, как меня затягивает Тьма...


...Не знаю, что мне снилось в ту ночь - но я проснулась резко, с хрипом глотая воздух, ощущая мокрые дорожки слез и... чьи-то теплые руки на моих плечах. Я дернулась, спросонья испугавшись. Полная луна насмешливо подмигивала мне из прорехи ткани шатра.

- Успокойся, Малеса, - этот голос и склонившееся надо мной лицо с бирюзовыми глазами я узнала бы везде. - Это всего лишь сон, кошмар.

- Я уже не принадлежу себе. Тьма во мне растет, из-за нее меня тянет к мордериту, зачаровывает. Я бессильна, - шептала я, трясясь как припадочная. - Я не смогу...выполнить задание. Синьград обречен. Да и мы тоже....

Коррел ничего мне не ответил, да и нечего было сказать. Просто крепко прижал к себе, согревая. И я уснула в его объятиях, не заметив как мужчина нахмурился, сжав губы - это был верный признак того, что упрямый анимаг задумал что-то опасное.


Лия


Гость, а точнее, гостья оказалась необыкновенно красивой, но при этом какой-то... неземной, что ли. Как Сикстинская Мадонна. Во всяком случае, зависти я не почувствовала. Одухотворенное лицо, не тронутое косметикой, чистые глаза ребенка, светлые волосы, слишком длинные для натуральных. Совершенные плечи, старинное платье, крест на груди. Чтоб мне Чиполлино стать, никак ролевичка?

Она стояла возле стола, держа в руке мой темно-зеленый футляр так, будто встретила потерянного друга. Эй, это мое, нечего тут культяпки тянуть!.. Появление хозяйки комнаты не застало ее врасплох, хотя я и использовала свои способности - сейчас за мной медленно остывала завитками энергии идеальная "вампирья тропа".

- Здравствуй, Страж, - девица улыбнулась мне так искренне и радостно, что вся боевая злость куда-то испарилась.


Земля... Брошенный мир, неудачный опыт одного чудаковатого Демиурга. Кто же в здравом уме отдаст мир в руки одному человечеству, да еще снабдив не магией, а технологиями?.. Пресветлая когда-то давно видела этого Создателя - молчаливого мужчину с окладистой бородой и грустной улыбкой. Никто не знал, что с ним случилось - пропал или погиб - а свой мир он не пожелал никому отдавать... Так вот медленно мир и угасает без подпитки Создателя, да и сами люди успешно приближают конец, изобретая все более убийственные технологии. В последний раз Пресветлая была здесь, когда люди строили пирамиды. Ни один нормальный Демиург не любил являться здесь - зрелище беззвучно кричащего в агонии мира никто не может выдержать, зная, что помочь уже нельзя... Да, только ее невозможная Темная сестричка могла обосноваться здесь, устраивая эксперименты! Так вот, Илленариэнна с возмущением обнаружила, что та, глумясь, открыла совершенно садистские религии, да еще в одной использовала ее, Светлой сестры, символ - крест. К тому же на Земле появились вампиры и оборотни - выходцы из Лаары. Надо же, и прекрасно прижились... Нет, Многоликую явно пора проучить! Но сейчас Пресветлой нужно было другое... Она закрыла глаза, прощупывая ткани мира, взывая к артефакту, что она создала вместе с Эйлинией, богиней света и гармонии. Когда-то давным-давно его выкрала и спрятала здесь Темная сестра, не терпевшая, когда уничтожали ее любимые темные детища.

Вот он!.. Торжествующе улыбнувшись, Демиург открыла портал в какой-то город-мегаполис, материализовавшись прямо перед носом какого-то малыша. Сияние ее творения, видимое только Создателю, вело не хуже ищейки. Через несколько минут Пресветлая стояла в какой-то комнате и держала в руках артефакт. Так, что-то в нем изменилось... Но разобраться она не успела - появилась черноволосая девушка с холодными глазами нежити. Ее аура плескала золотом, выдавая в ней Хозяйку артефакта. Страж - нечисть? Это интере-есно...


- Простите, кто? - вежливо осведомилась я. - И как вы сюда попали?

- Меня зовут Илленариэнна, - отозвалась девица. - Я пришла за тобой.

Потрясающе. Какой сегодня у меня клевый день - то Охотники травят, то сумасшедшие в гости приходят.

- Я не сумасшедшая, - кротко возразила та.

Эрммм? Я разве говорю вслух?!

- Нет, но я слышу, - заверила Иллери... Иллэни... тьфу!

- Илленариэнна. Приятно познакомиться, Страж Лия.

- Какой еще страж?! - взвыла я. Или мне немедленно все объясняют, или...

- Ты - хозяйка артефакта. Трезубца, - пояснила девушка, красноречиво качнув футляром. - Поэтому ты Страж Порядка.

- А я думала, это менты, - пробурчала я, начиная кое-что понимать...

Как-то, еще в сентябре я возвращалась домой, слегка пьяная от выпитой крови - хорошая попалась, гемоглобина много... И вдруг увидела тако-ое... Прямо из воздуха появилась сияющая рука, выкинула какой-то продолговатый предмет на землю и исчезла. Я же любознательно ознакомилась с предметом, оказавшимся футляром - в нем и лежала хищная вилка, про которую говорит эта девица. Трезубец мне приглянулся, прав на него никто не заявлял, вот я и забрала симпатичную железяку себе. И только потом обнаружилось, что вилочка-то не простая... Стоит начать с того, что она может раскладываться. Уж не знаю как, но ее можно по желанию вытянуть до своего роста или же ужать, что значительно облегчает транспортировку. Я спокойно таскала ее в сумке вместо газового баллончика, только сегодня как назло оставила дома... А особенно мне в трезубце нравится то, что он... как бы сказать, управляет рукой что ли. Вот я, например, драться почти не умею, но если я вооружена этой вилкой - ко мне не подходи, всех порешу! Правда, наивная вилка (идеализм высшей пробы) все время тянет меня на места всяких разборок, стрелок, нападений - наверное, в надежде, что я вмешаюсь, как полагается положительному герою. Ага, щаз-з, только валенки зашнурую! Я хмыкала, поворачивалась и уходила, а оскорбленный в лучших чувствах трезубец возмущенно нагревался и звенел, но поделать ничего не мог.

Девица закивала, смеясь.

- Это светлый артефакт, его Хозяин должен помогать слабым и обиженным. Вот только с тобой вышла осечка - твоя воля оказалась сильнее, к тому же ты - темная, но трезубец признал тебя Хозяйкой. В идеале такое невозможно!

- И что теперь? - осторожно спросила я. Страж так Страж, главное, что ничего от этого не чешется.

- Мне нужен трезубец. Но он уже обрел Хозяина, - пожала плечами Илленариэнна. - Поэтому придется тебя нанять. Не беспокойся, оплата хорошая.

- Что за работа? - заинтересовалась я.

- Ничего особенного. Уничтожить объект. Ты ведь уже не раз так делала, - на меня взглянули всезнающие ореховые глаза, заставив поежиться. Как будто рентгеном просветили. Что-то не нравится мне такая осведомленность...

- Ну да, - вздохнула я, вспомнив агентство. Мне иногда приходилось убивать и своих сородичей, обезумевших от жажды крови, и я знала, что когда-нибудь могу оказаться на их месте, если сорвусь. Отвратительная работа. Но если перед тобой стоит выбор - или умри или убивай, умные выберут второй путь...

- Так ты согласна? - уточнила золотоволосая.

- Да, - беспечно махнула рукой я.

Ну откуда ж мне тогда было знать, что у этой дамы слова не расходятся с делом?..

В тот же момент мир вокруг меня растворился.


Малеса


Я сидела у ног мордерита, обреченно наблюдая как слаженные ряды нежити подступают к Синьграду. Именно сегодня мордерит решил любой ценой взять город, фанатично обещая, что это только начало возникновения Темной империи, где мне предназначалась корона рядом с повелителем нечисти. Моего мнения, конечно, никто не спрашивал... Я тихонько щупала заныканный в декольте кинжал, раздумывая, когда пустить его в ход. Пугало то, что какая-то часть меня не хотела выполнять задание, как магнит, притягивая взгляд к лицу мордерита, жаждая его поцелуев, прикосновений... Голубоглазый мужчина с усмешкой посмотрел на меня, будто догадываясь, что происходит - Тьма преданно мурлыкнула, ворочаясь внутри меня. Я наклонила голову, пытаясь справиться с багровыми отсветами в глазах.

Да и "Пуся" куда-то запропастился. Не могу найти его с самого утра...

- Кстати, а твой приятель неплох, - небрежно обронил мордерит. - Смог одурачить охрану и проникнуть ко мне на рассвете.

Я замерла. Только сердце забилось как сумасшедшее. Ну, перевертыш, ну гад хвостатый... Как же ты мог... Что же ты...

С окаменевшим, ничего не выражающим лицом смотрела, как привели связанного, всего в кровоточащих ссадинах Коррела. Но глаза - ясные, непокорные, брызжущие бирюзовым светом... Ударом под ноги анимага поставили на колени перед русоволосым повелителем нежити.

- Пожалуй, мне будет интересно в твоем теле, храбрец, - ухмыльнулся тот, поймав перевертыша за подбородок и впиваясь взглядом в его глаза. Коррел, почему-то не сопротивляясь, застыл подобно статуе и, по-моему, даже забыл дышать. Еще чуть-чуть, и мне наглядно продемонстрируют, как мордерит переходит в другое тело.

Время водой утекало сквозь пальцы, не оставив ни секунды на раздумья - и я, отчаявшись, сделала самый глупый поступок в своей жизни.


Лия


Йошкин кот... Мамин еж... Песец, северный зверек... - перебирала я в уме любимых животных, ошеломленно оглядывая летний цветущий луг, где мы оказались. А если учитывать, кхм, что сейчас ноябрь - я очень колоритно смотрелась в зимней куртке среди полевых цветочков с кузнечиками и бабочками, где-то голосили птицы, жизнерадостно пекло солнце.

- Это что? - вопросила я у Или.

- Что именно? - как ни в чем не бывало, расплылась в сияющей улыбке та. Я почувствовала, что зверею... - Ну не сердись, Лия! Это Лаара, мой мир.

- Э-э-э... А может я брежу? - с тайной надеждой спросила я, подставляя ладонь в качестве посадочной площадки нахальной фиолетовой бабочке. Иля с серьезным видом помотала головой. Ага, "тихо шифером шурша, едет крыша не спеша..." В нашем случае явно весь этаж сделал ручкой и умотал на юга.

Значит иные миры это не выдумки графоманов - ролевиков? И магия? Как же еще объяснить нехилые способности золотоволосой девицы? Сказок я отродясь не читала и не любила, поэтому мои познания по фантастичным мирам ограничивались мельком увиденным по телевизору "Властелином колец" и "Ван Хельсингом" (ну от души похихикала, конечно...). Так что можно сказать, что я полный лох в такой литературе. М-да.

Тем временем золотоволосая, сжалившись, начала объяснять, что я в этой самой Лааре ненадолго, буквально в гости - угрохай трезубцем нехорошего малтшика и дуй домой, можешь забыть о странном визите и спокойно жить дальше, не веря во всякую хренотень.

А ведь мысль! Перекантуюсь пока в этом мире, ведь меня скоро начнут искать Охотники, а я так и не придумала, где укрыться.

- Ладно, успокоила, - проворчала я, стаскивая с себя куртку и свитер. Печет как в духовке! - Ну-с, кого там онекроложить?

- Идем, расскажу по пути, - бросила девушка, легко шагая по лугу. Эрммм, меня глючит или трава действительно льнет к ее ногам, а бутоны цветов поворачиваются в ее сторону?..

Ну, в общем, как я поняла, укокошить надо какого-то злыдня, вселяющегося в чужие тела, ибо надоел он Иле пуще редьки, но ее сестрица благоволит мерзавцу, поэтому поставила защиту - типа, ни мечом, ни магией ее любимца не взять. Только вот она забыла о существовании артефакта Порядка, который чихать там хотел на запреты...

- А твоя родственница нам не наваляет? - без трудового энтузиазма поинтересовалась я.

- Если сделать все быстро, то нет, - "утешила" золотоволосая. - Мы пришли. Смотри туда!

- Мать твою...


Малеса


Хоть я и напала со спины, внезапно, мордерит играючи увернулся от кинжала и взамен та-ак приложил меня, что я света белого не взвидела от боли, падая кулем на землю рядом со связанным анимагом.

Все кончено... Как нелепо...

- Идиотка, - одними губами прошептал смертельно бледный Коррел, испортив такой пафосный момент - я уже приготовилась вспоминать все мало-мальски значимые даты в своей жизни, пустить слезу, попрощаться с анимагом и красиво умереть.

- На себя посмотри, - огрызнулась я, закусывая губу. Я же ради него, а он! Чтоб я еще так глупо!..

- Я разочарован в тебе, полукровка, - сообщил холодный голос. По телу прошлась обжигающая волна боли, смывая все мысли. Я выгнулась. Хрустнули кости. Из глаз тонкими струйками потекли кровавые слезы. Во рту стало солоно. Голова, казалось, сейчас взорвется. В ушах звенело от крика - и даже не понимала, что это кричу я, надрывая голос.

И вдруг пытка прекратилась... Я обессиленно распласталась в пыли, глотая воздух. Анимаг рванулся к мордериту, но его перехватили оборотни, грубо пнув в живот.

- Тело не портить, он мне нужен! - приказал русоволосый мужчина.

Возле меня раздалось противное шипение, не давшее впасть в забытье:

- Вот и приш-шел твой час-с, с-смертная...

Тарк. А ведь я совсем забыла о нем... Видать пришел полюбоваться на мой бесславный конец.

- Билеты в первом ряду? - сипло поинтересовалась я. Вот леший, таки сорвала голос.

Мертвец растянул темные губы в издевательской улыбке, что-то шепелявля дальше про то, в каких страшных мучениях я погибну. Он рассказывал это с таким упоением, что я аж заслушалась, пропустив появление еще одного персонажа нашей дурно поставленной пьесы. А вот приближенные мордерита оказались более внимательней...

Звякнули мечи, раздался чей-то предсмертный хрип, вой. Тарк-кровник тоже вступил в бой, нежно пнув меня на прощание. Эй, я так не играю, ни хрена ж не видно!

Приподняться удалось только с третьего раза. Сквозь туман боли я различила трупы оборотней на земле и гибкую темную фигурку с то ли жезлом, то ли посохом, который легко, как нож в масло, вошел в тело русоволосого мужчины. Затем - на мгновение сгустившиеся облака, и повелитель нежити рассыпается в пепел. Тьма во мне горестно взвыла вместе с рядами нечисти, почувствовавшими гибель мордерита, и сознание милосердно покинуло мою измученную тушку...


Лия


- Отличная работа, - похвалила золотоволосая. - Что ты хочешь в плату?

- А что ты можешь дать? - что-то я впервые слышу такое интересное предложение!

- Деньги и власть, - спокойно произнесла она.

Хм... забавно.

- А почему ты сама себя этим не обеспечила? - я подозрительно смерила взглядом более чем скромное одеяние Или.

Золотоволосая рассмеялась. Искренне, от души - будто услышала хорошую шутку.

- Лия, я демиург Лаары... - проникновенно призналась она. Гм-м, и какой реакции от меня ждут?..

- Что это за птыц и с чем его едят? - со вздохом поинтересовалась я.

Она ответила.

И челюсть у меня все-таки отвисла.

А потом я попросила...


Малеса


Я сидела на кухне Тайлины, отрешенно уставившись в пол. Прошло уже три дня, а мне все не верится, что история с мордеритом закончена. Да и осаду сняли - как предсказывали отцы города, нечисть передралась между собой за право возглавить армию, а остатки их уничтожили стражники. Проломленные ворота Синьграда починили, а над отравленной рекой колдуют городские маги. Даже я пришла в форму. Ну, почти... По крайней мере, кости Тай мне срастила. Так же мы с анимагом выслушали двухчасовые хвалебные оды в свой адрес, он получил статус главного Советника, а мне растроганные отцы города предложили выполнить какое-нибудь одно желание. "- Любое?" - коварно улыбнулась я. "- Любое", - масляно обещали старички, заглядывая в вырез платья. Так что лезгинку тетя Лима все-таки сплясала...

Рыжая целительница получила приглашение на свидание от Барса и, розовея, призналась мне, что головорез ей очень нравится. Девушку не смутила даже непрезентабельная внешность моего приятеля...

Мы же с Коррелом подчеркнуто игнорировали общество друг друга, несмотря на все попытки Тайлины примирить нас. Не знаю, что втемяшилось этому проклятому перевертышу, а я лично глубоко обиделась на него за покушение на мордерита (это была моя работа!) и пренебрежительно брошенное "идиотка" (эта идиотка, между прочим, ему жизнь спасала).

Много разговоров вызывала и личность неожиданного помощника, столь легко убившего повелителя нежити. Ни Коррел, ни я так не увидели его в лицо, а нежить, понятное дело, ничего не скажет. Правда, тогда, перед тем как уплыть в обморок, мне показалось, что над землей витала сильная "вампирья тропа"... Но ведь я последняя, в ком течет кровь Детей Ночи!

Или нет?

- О, привет, Коррел! Наконец ты пришел! - донесся до меня далекий голос Тай. - Скоро будем ужинать, проходи, я только позову Барса...

Подруга, щебеча о всяких глупостях, привела анимага, а сама настолько быстро смылась, что я заподозрила что-то неладное, но осталась сидеть на своем месте, скомкано поздоровавшись. Тот тоскливо оглядел кухню и остался стоять.

В царственном молчании прошло семь минут... потом мужчина не выдержал:

- Малеса, может, хватит дуться по пустякам?

- Пустякам?! - мгновенно взъярилась я, вскакивая. - Теперь это так называется?! Да ты бы погиб, если бы не я...

- Ладно-ладно, - подозрительно быстро согласился этот невозможный тип, довольно улыбаясь. - Так ты за меня беспокоилась?

- Больно надо, - буркнула я, складывая руки на груди. - Да кому ты нужен!

Его улыбка стала еще шире.

- Тогда значит, мир?

- Мир, - вздохнула я.

Вошла Тай, любопытно оглядывая наши облегченно-счастливые лица.

- О, так все получилось?

- Что получилось? - не догнал Коррел.

- Ну, вы наконец, поняли, что любите друг друга? - расцвела подруга.

- Э-э?! - мы с искренним изумлением уставились на Тай, не веря своим ушам.

- Упс... Значит, еще нет. Тогда будем считать, что вы ничего не слышали! - целительница быстро сбежала от карающего меча возмездия в моем лице. Анимаг ловко перехватил мою возмущенно пыхтящую тушку на полпути к скальпу подруги.

- Это правда? - тихо спросил он. И что-то такое было в голосе, что заставило меня остановиться и взглянуть в его потемневшие бирюзовые глаза.

И вдруг поняла... То, что давно отгоняла от себя, будто назойливую муху. То, что всегда жило в моем сердце.

- Конечно, - прошептала я, облизнув пересохшие губы, и шагнула в его объятия.


Недалеко от Синьграда, на холме стояла девушка. Длинные, до колен, волосы как потоки света струились по обнаженной спине, на шее сиял крест, перекликаясь с золотистыми искорками в глазах.

Она была довольна - все случилось так, как и планировалось: зажравшийся мордерит уничтожен, а трезубец Порядка вернулся в родной мир, обретя достойную Хозяйку. К тому же, Лия решила остаться в Лааре на некоторое время - "раз уж выпала такая возможность, почему бы не поразвлекаться в чужом мире?" - как она заявила с мечтательной улыбкой. А Пресветлая и не возражала. Все иномиряне так сначала говорят, желают вернуться домой, а затем остаются здесь навсегда... Интересно будет проследить за судьбой этой девочки - необычная какая-то нечисть.

- Торжествуешь, сестра? - вкрадчиво спросила пустота за спиной.

- Я рада, - уклончиво ответила демиург.

- Пожалуй, вампирша достойна стать скайлинкой, - задумчиво продолжил голос.

Светлая сестра позволила себе легкую усмешку.

- Она будет скиннией.

- Спорим? - оживилась Многоликая.

- Спорим.


...В два часа пополудни иномирянка вошла в синьградскую таверну "Мечта упыря", где и встретила свою будущую подругу в этом мире. Она была странствующая скинния, и звали ее Лэнар*.


* Калида Мирейльская - провидица, упоминается в "Жемчужине".

*Описываемые события происходят за полгода до истории "Жемчужины".

Конец первой части.