Женщина из Днепропетровска или Улан-Удэ. Я страстно хочу тебя! Мне не безразличны величина твоих бёдер и груди: они должны быть тяжелы, иначе нет смысла жить в ни в Днепропетровске, ни в Улан-Удэ. И мы с тобой сойдёмся во взглядах, если ты млеешь от "Алых парусов". Но у меня есть условие: ты никогда не должна выезжать из Днепропетровска или Улан-Удэ ни раньше, ни в будущем. Разве что на ВДНХ. Один раз.
Я сяду за твой стол в комнате с розовым абажуром и вышитой скатертью. Пусть твой стол будет сервирован солёными огурчиками, розоватым тонко нарезанным салом, малюсенькими пирожками и карамелью в жёлтой обёртке. Я выну из кармана бутылку кагора за 25 рублей, и ты поставишь на стол две граненные стограммовые рюмки.
С первого взгляда своих больших карих глаз на меня ты древним женским чутьём поймёшь, что ты пропала окончательно и навсегда. Поэтому все твои движения будут лихорадочны, и густой румянец не сойдёт с твоих щёк с первой секунды нашего знакомства. А я, откровенно оглядывая оценивающим взглядом твои пышные формы, буду нарочно усиливать твоё смущение. Я разолью по рюмкам вино, и с фотографий в рамках на нас осуждающе будут смотреть твои многочисленные родственники. Я произнесу витиеватый тост, который ты не услышишь из-за гула в голове, и мы выпьем. Ты то и дело будешь кидаться в кухню за пельменями и прочими кулинарными изысками, боясь пауз, потому что наступит глубокая ночь. А я буду млеть в тишине домашнего уюта, и вспоминать демонические стихи. Ты станешь сбивчиво, вопросительно поглядывая на меня, рассказывать о себе. Я буду сверлить тебя тёмным оком, слушая вполуха, потому что уже и так буду знать о тебе всё. Я буду уже знать о твоих 29 годах, которые ты не научилась уменьшать, об алкоголике муже, с которым рассталась 4 года назад, о твоей работе инженера-конструктора в полумёртвом НИИ. Наконец я объявлю, что мне пора в ехать в гостиницу, зная наперёд, что не поеду. Ты тревожно вздрогнешь и, опустив глаза, скажешь, что такси уже не поймать. Я, хитрец, задумчиво подойду к окну и увижу тёмный двор с одним тусклым фонарём. Тогда - скажу я - не найдётся ли у тебя местечка для меня. Мы напряжённо уберём со стола и, пока я буду осваивать твою ванную, моя постель будет готова. Пока ты будешь шуметь водой душа, я улягусь в постель, и буду впитывать в темноте ощущения незнакомой комнаты. Когда ты выйдешь из ванной, я позову тебя и властно и крепко поцелую. Ты задрожишь от непривычности мужских рук и покорно и смущённо подчинишься мне. Я вдруг обнаружу в тебе бездну утончённой женственности. Под утро ты включишь свет и посмотришь мне в глаза и увижу взгляд всех женщин из глубины столетий и пойму, никогда мне не уехать из Днепропетровска или Улан-Удэ.
Напиши мне, если ты никогда не выезжала из Днепропетровска или Улан-Удэ.