Мышлявцев Борис Александрович: другие произведения.

Ынбар. Документальные записки политтехнолога, сделанные с целью проведения кармического расследования

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Эти документальные записки были сделаны мной в "терапевтических" целях. Целью был поиск ошибочного своротка, действия, которое чуть не стало причиной моей гибели. Рассказано в книге о вполне реальной стране, реалии страны описаны достоверно, но название страны, а также имена героев - вымышленные. Писалось всё это и выкладывалось в Фейсбук главами. Если дойдут руки - когда-нибудь причешу текст, добавлю некоторых подробностей об Ынбаре и его обитателях. А пока вот так. Надеюсь, чтение книжки поможет кому-нибудь не совершать ошибок, подобных совершенным мною.

  Борис Мышлявцев
  ЫНБАР
  (Документальная повесть. Записки политтехнолога, сделанные с целью провести кармическое расследование).
  
  '- А это официально признанная должность?
  - Нет, - коротко ответил художник, словно этот вопрос заставил его замолчать.
  Но для К. его молчание было не с руки, и он сказал:
  - Знаете, люди на таких неофициальных должностях часто бывают куда влиятельнее официальных служащих.'
  (Франц Кафка, 'Процесс')
  
  '- Кровь я и раньше видывал. Тюрьма - верное место... И, конечно, они назовут себя вымышленными именами и, конечно, быстро их никому не сыскать. Это были мои недруги. Должно быть, твоя судьба и моя висят на одной нитке. Вот так рассказ для ценителя жемчугов!'
  (Редьярд Киплинг, 'Ким').
  
  Глава 1. Дзынь-дзынь. Описание проекта.
  'Интересно, что слова 'возможность' и 'проблема' в действительности означают одно и то же. В китайском языке для обоих этих слов используется один и тот же иероглиф. Является ли событие проблемой или возможностью, зависит от того, кто его рассматривает.'
  И. Адизес
  
  В дождливый августовский понедельник две тысячи седьмого года от Рождества Христова приблизительно в два часа пополудни на трамвайном кольце возле Оперного театра как-то особенно громко дзынькнул трамвай. А через пару секунд мне впервые позвонил Президент Ынбара.
  
  Я в это время сидел за чашкой крепкого кофе в офисе нашей консалтинговой конторы, погруженный в мысли об организации приезда известного американского (?) бизнес-консультанта. Ицхак Адизес впервые посещал Новосибирск со своим семинаром. Приезжал он по нашему приглашению, а я, как штатный консультант фирмы, выполнял роль одного из менеджеров проекта. Помогало то, что до этого я работал в шоубизе и опыт организации больших мероприятий для 'жирных котов' у меня уже был.
  Мешало то, что ни к консалтингу, ни к бизнес-тренерству подобная деятельность совсем не относилась - мне было влом ею заниматься. Ну, надо так надо... Отпахаю проект и вернусь к милым моему сердцу беседам с директорами агентств недвижимости и хозяевами барахолочных контейнеров по продаже шапок. (Барахолочные продавщицы шапок весьма милы).
  
  Адизес - личность интересная. По национальности - еврей-ладино, т.е. родным его языком является трансформированный староиспанский. Жил и работал во многих странах. В книгах его немало банальностей, однако если вникнуть в суть - то управлять бизнесом или организацией становится легче. Суть там совсем проста - в каждой одушевленной ситуации есть функции Интеграции, Администрирования, Предпринимательства и Производства Результатов. Долго объяснять не буду, желающие могут обратиться непосредственно к источнику. Книжек Адизес настрочил целую кучу, в последнее время - в 'соавторстве' с молодыми психологами или бизнес-консультантами.
  
  Мысли у меня в тот момент были довольно простыми: проследить, чтобы администрация кинотеатра 'Маяковский' выполнила всё, за что уплачено... Вчера заходил туда, меня встретили скорые, торопливые звуки скрипки (почему же же она в кинотеатре, подумалось зачем-то мне)... Надо лично встретить важных гостей, всяких миллионеров и наскребших на недешевый билет бизнес-тренеров... Отработать улыбку нужного свойства, вроде как Джонни Депп в Arizona Dream отрабатывал... Эх, а вот сейчас бы солнышка в окно.
  
  А за окном висела какая-то мутная хмарь, вполне обычная для летнего Новосибирска . 'Столетний дождь, резиновый сапог в сыром песке, глаза стоят на ржавом потолке', как пела наша Янка Дягилева.
  Жаль, что она утопилась, канула в медленноводную речку Иня, над которой каждую минуту грохочут поезда южной ветки Транссиба.
  
  Довольно странно, но её одноклассник через годы оказался вместе со мной сначала на избирательной кампании в одном закрытом Атомограде, а потом - и в уединенном Ынбаре. Новосибирск город немаленький, и такие совпадения в нем не слишком часты.
  
  Там одноклассник Янки написал неплохую книжку о противодействии черному PR в интернете, подружился со знаменитым Альфредом, а потом умер.
  ***
  С Президентом Ынбара мы познакомились при несколько странных обстоятельствах. При этом -знакомились мы дважды. Когда знакомство происходит дважды в абсолютно разных ситуациях - настойчивость судьбы, тыкающей нас носом друг к другу, словно слепых щенков, поневоле заставляет задуматься. В то время я задумываться об этом не стал: пришло, так и хорошо.
  
  В ынбарском мировоззрении это называется 'Судьба-дорога': те события, которые заданы фактом твоего рождения и всей последующий жизнью. Мимо не пройдешь, можно лишь использовать данные события (даже 'яму на дороге') тем или иным способом. Спиртом можно упиться в усмерть, а можно дезинфицировать раны. Веревку можно перекинуть через пропасть, а можно на ней же повеситься, прицепив к корявому суку. Каждому Бог или Карма дают всё необходимое для достойного прохождения пути.
  
  Думаю, такие размышления могли бы быть полезны не только для меня, но и для нынешнего (2019 ) Президента Ынбара. В конце концов, по базовому образованию он - философ. Закончил неплохой университет в Екатеринбурге (по странному совпадению - тот же самый, что и мои дедушка с бабушкой много-много лет назад).
  
  Не знаю, насколько глубоко он изучил Аристотеля или Гегеля, но вот каратэ у него шло прекрасно. Черная Вечерняя Звезда даже открыл подпольный 'бойцовский клуб' - и с этого что-то зарабатывал. Каратэ тогда было запрещено в Советском Союзе, как и многое другое. А он не побоялся: его старший брат занимал видное место в каких-то 'организациях воинов-интернационалистов'. Прикрытие для советской власти было неплохим, тем более, что уже начался процесс интенсивного гниения советской общественной ткани. Как пел тогда в Свердловске Бутусов: 'Настало время рвать ткань, рвать ткань...'.
  Я был всего лишь школьником. Мы сидели с Аней в их квартире напротив городковского ТЦ и переслушивали раз за разом песни 'Наутилуса', казавшиеся нам волшебным, почти потусторонним откровением.
  
  Позже, в разговоре с Бутусовым я не мог не спросить про те песни. Он устало и равнодушно сказал, не двинув ни одной мимической мышцей:
  - Это дело прошлое, я про то время не хочу вспоминать..
  ***
  Первым местом нашей встречи с будущим Президентом Ынбара стал буддистский рок-фестиваль в одном из ынбарских городков (Рэпчик: 'Ынбарский Чикаго городок наш зовут, здесь нет бандитов, но положенцы живут...').
  Ежегодный фестиваль был посвящен восстановлению Старого Храма, крупнейшего некогда буддистского центра Ынбара. В давние времена там обучались тысячи студентов, потом храм сжигали, долбили бульдозерами - но замешанная на страусином яйце глина устояла. Отмечу, что фестиваль проводится до сих пор, однако никаких студентов там так и не появилось. При нынешнем развитии событий и ползучей китаизации Ынбара - и не появится.
  
  Я выступал на фестивале в качестве приглашенного новосибирца с местной группой 'Радужная Мандала'. Песни я пел на ынбарском языке (откуда я знаю ынбарский - отдельная история, мы её коснемся чуть позже).
  
  После выступления ко мне подошел весьма важный господин в костюме. Его окружала толпа охранников. На тот момент Черная Вечерняя Звезда еще не был Президентом Ынбара, но уже занимал какой-то важный пост в местном правительстве. А до этого - руководил оппозиционным тогдашнему Президенту парламентом. Черноту его имени некоторые обыгрывают в негативном ключе, однако это - лишь довольно распространенная в Ынбаре фамилия, ничего более.
  
  (Отмечу в скобках, что большинство ынбарских имен имеет свое значение, и, думаю, читателю-европейцу было бы не слишком удобно созерцать маловразумительный набор букв на ынбарском, поэтому здесь и далее большинство имен собственных будет дано в приблизительном, достаточно вольном переводе).
  
  - Как это вы, русский, так ловко выучились петь по-ынбарски? - с заинтересованной улыбкой спросил костюмированный господин, разглядывая меня как китайский император механического соловья в позабытой уже мною сказке. - Ведь вы же, кажется, из Загорья?
  
  Посреди неформального рок-фестивального действа европейские костюмы важного господина и его молодых охранников смотрелись несколько неуместно. 'И ведь не жарко людям... Жарко, наверняка', - подумал я с некоторым сочувствием.
  - Так получилось, - пожал я плечами. - Карма.
  - Нам обязательно надо пообщаться, - отметил господин довольно деловито, поправляя сбившийся на бок галстук, выдержанный строго в путинских цветах.
  
  Мы обменялись телефонами. А через несколько месяцев я, довольно неожиданно для себя, я попал в Ынбар на выборы. Избирали депутатов местного Великого Круга. Фальсифицировать выборы было ещё не принято, поэтому борьба предстояла по-настоящему жесткая. От результатов выборов зависело - останется ли у власти прежний Президент, или же его сменит кто-то из оппозиции. А оппозиция в Ынбаре была весьма мощной, с опорой на влиятельные финансовые круги за рубежом. (Черная Звезда, вроде как входивший в правящий истеблишмент, был тогда одним из тайных кандидатов оппозиции, но узнал я об этом много позже. Этакий 'Манчжурский кандидат', только действовавший более осмысленно).
  
  Легальным бизнесом Звезды был стриптиз-клуб да пара дрянных виноводочных магазинов. Реальное бабло, как узнал я позже, шло с наркотрафика и спаивания техническим спиртов населения сельских районов. 'Технарь' был в районах словом нарицательным и чем-то вроде местной валюты. Четыре пальца в бутылке - около доллара.
  ***
  В одном из кабинетов избирательного штаба мы случайно столкнулись с виденным мной на рок-фестивале господином. Я сидел за типовым офисным столом, пил коньяк и придумывал гайд для фокус-группы.
  
  - А ты здесь что делаешь? - удивленно поднял брови важный господин. Сейчас его лицо имело иной оттенок, нежели в прошлую нашу рок-фестивальную встречу. - Ты ведь, кажется, музыкант?
  - Нет, что вы. Я технолог. Пригласили сюда заведовать разработкой агитматериалов, социологию делать. Вот, сижу над гайдом думаю.
  - Кого опрашивать будете?
  - Несколько групп. Русская женская, русская мужская, смешанная по полу. Так же по тувинцам. Потом еще смешанная по национальному составу. Отследим, как формулировки меняются и тематика. Это в идеале, если успеем собрать. А так - хоть бы пару смешанных сделать.
  
  Господин понимающе покивал.
  - Нам обязательно надо пообщаться, обязательно - сказал он и во второй раз записал мой телефон.
  Выборы кончились, начались суды и перевыборы, а я уехал в Новосибирск. Поработал там по одному довольно дохлому проекту, и потом на несколько месяцев отправился в качестве технолога в снежную и морозную Эвенкию. Выбирали депутатом одного престарелого газпромовца ('Я это... Мы же все... Когда вот так-то - то как иначе? Ведь мы все, и когда это, короче... Ну вы поняли? '), но сейчас это для нашего повествования не очень важно. Поэтому уважительно отложим мумию газпромовца в сторону. Пусть пока лежит она там, на пыльных полках памяти, до поры до времени.
  ***
  Итак, недавно избранный Президент позвонил мне и сказал:
  - Борис, приезжай работать ко мне. Моим помощником.
  - Хм... А условия?
  - Всё хорошо будет, не думай о мелочах.
  - Ну как это - 'не думай'. Это как раз и надо - подумать У меня и в Новосибирске всё хорошо. Дедлайн-то когда по принятию решения?
  - Прямо сейчас. Бери билет и прилетай. В среду в восемь утра жду тебя в Красном Доме.
  
  Я оглядел свой кабинет. Полка, уставленная книгами вроде 'Метод Мак-Кинси' или 'Коучинг от А до Я.'. Заваленный бумагами стол, пыльный экран монитора. Возня с проектом 'Адизес'. Сибирская хмарь за окном.
  А ведь в Ынбаре сейчас - солнышко, подумал я и ответил:
  - Окей, еду.
  ***
  Тогда, перед звонком ынбарского Президента, я как раз только что закончил небольшую книжку о техниках управления судьбой ('Менеджмент личной судьбы'). Буквально вот вычитал на второй раз окончательный текст, поставил последнее троеточие - и книжка начала работать. Закрутились событийные вихри, понеслись бурные каузальные потоки. С тех пор прошло двенадцать лет, и я понял, что книжка та нуждается в продолжении. Дело в том, что несколько лет всё шло 'как написано', а потом вдруг начали возникать какие-то ямы и воронки. 'Что-то пошло не так'.
  
  Просто перечислю. За полгода в 2011 - 2012 году я пережил: два серьезных покушения на убийство (обставленных по-ынбарски абсурдно и карнавально, но от того не менее неприятных), одну большую аварию и два инсульта (слава Богу - восстановился до исходного состояния, но всё равно, гадко же). И это в возрасте тридцати пяти лет! Пять раз должен был умереть. Хрень какая-то.
  Ясно, что в какой-то момент я совершил серьезную кармическую ошибку.
  
  Слово 'карма' здесь не носит никакого религиозного оттенка. Употребляется оно для простоты, как синоним понятия 'причинно-следственные цепочки, имеющие функцию обратной связи'.
  Лежа в новогоднюю ночь в реанимации новосибирской Горбольницы, (голый под простыней, без телефона и вообще без ничего, 'каким появился - таким и уходишь'), слушая непрерывные крики умирающей на соседней койке женщины, я выдвигал различные гипотезы, пытаясь понять - где же была допущена ошибка и какая?
  
  Версии:
  - Я перестал работать с ынбарским Президентом. Он обиделся, навлек на меня гнев могущественных бонских демонов
  - Я перешел дорогу могущественному местному 'серому кардиналу'
  - Я злоупотребил подарками судьбы
  Версии множились - но ни одна из них ничего, в своей сущности, не объясняла. Всё казалось смотанным в тесный клубок бессмысленным переплетением событийных нитей. За какою ниточку надо потянуть, чтобы распутался весь клубок? Это было решительно непонятно.
  
  Прошли годы...
  Я решил эту ошибку выявить и найти причины, побудившие меня эту ошибку совершить. Причины, чаще всего, находятся в нас или в наших предшествующих поступках. Поэтому для поиска этих поступков необходимо изучить довольно большой кусок собственной жизни. Как минимум с того момента, который, как кажется, являлся определяющим для создания ситуации в целом.
  
  Как бывший научный сотрудник, я привык проводить исследования, выдвигать гипотезы и проверять их. Что мне мешает это сделать сейчас?
  
  Этим и займусь. Опишу, как научный сотрудник Антропологического института РАН стал вдруг помощником Президента Республики Ынбар, попал в опалу, возглавил медиахолдинг, а также и другие веселые (и не очень) приключения. А кармическую ошибку попробуем найти вместе.
  
  Часть наименований регионов и городов изменена во избежание возможных судебных исков, а также с целью непричинения вреда некоторым участникам событий. Тоже относится к именам людей и, в некоторых случаях, к названиям животных.
  
  В целом же, не считая вышеупомянутых деталей, повествование носит сугубо документальный характер. Это просто расследование, целью которого является выявление кармической ошибки и её первопричин. Вот, в общих чертах, в этом и заключается главная суть данного проекта.
  
  В поисках истины я руководствуюсь эгоистическими мотивами: больше не совершать подобных ошибок, а причину ошибки, по возможности, устранить. Однако надеюсь, что чтение этой книги принесет пользу и другим живым существам. Особенно - молодежи. Ибо, как заметил Гёте, 'хоть мир в целом и двигается вперед, молодежи приходится всякий раз начинать сначала'. А это весьма хреново и бессмысленно. Я же лично - сторонник осмысленности.
  
  Итак, читатель - в путь! Вооружимся трубкой Шерлока, его увеличительным стеклом и прочими шурушками... Но не будем брать с собой его кокаин (ибо нам он не понадобится).
  
  Глава 2. Первое попадание в Ынбар. Ван, ырц и другое.
  "Пока не покорила нас судьба, надобно водить её за руку, как ребенка, и сечь её; но если она нас покорила, то надобно стараться полюбить её".
  (Ф. Ницше)
  
  Кармическая цепочка в явной форме начинается именно с моего первого прибытия в Ынбар.
  В 1989 году в Ынбаре зачем-то решено было создать научный центр. В качестве заведующего лабораторией математического моделирования химических процессов был приглашен мой отец. Так на три года я и оказался в этом странном месте. Приехал я туда из красноярской физматшколы, где (сказать честно), больших надежд в смысле точных наук я совсем не подавал.
  
  Из школьной лаборатории выкидывали тогда кучу реактивов. Азотная кислота, нитрат ртути, много других чудесных штучек. Все это я упихал в большой чемодан и прямо на самолете отвез в Ынбар. Находящихся в чемодане веществ при умелом применении хватило бы, чтобы пустить на воздух весь лайнер. Но никто даже не заинтересовался содержимым моих бутылей и пробирок. Вот времена были!
  
  До этого я уже переезжал несколько раз - из Новосибирска на Сахалин, потом на Алтай, потом в Красноярск, Новокузнецк... Но пределов исторической России я еще не покидал.
  
  Ынбар показался мне весьма интересным местом. Природа, люди, местная рок-музыка - всё это не походило ни на что, виденное раньше. Травы в городе почти нет, газоны - из камней. Большое количество азиатов, Дальний Восток отдыхает. Смешаны степь, пустыни, тундра и тайга. Короче, прикольно.
  ***
  Я закончил здесь школу и познакомился с Ваном, потомком китайских поселенцев. Ван во всей этой изучаемой ситуации играет весьма значительную роль. Именно он несколько раз выступал триггером важных событий (ведущих именно в сторону формирования изучаемой ситуации), поэтому пара слов о нем здесь необходима. Только несколько штрихов, для понимания.
  
  Дома у них была огромная библиотека (сейчас его родители вроде бы держат книжный магазинчик на одной из центральных улиц ынбарской столицы, Коммун-Хото). Не буду долго перечислять многочисленные раритеты, отмечу лишь, что почетное место на полках занимали тома 'Полного свода законов Российской империи'. (Думаю, что даже и в главной ынбарской библиотеке такого чуда не сыщешь).
  После школы мы иногда листали увесистые книги из прошлого, пытаясь вникнуть в твердую поступь русского юридического языка царской чеканки...
  
  Не удивительно, что позже Ван уехал в Россию и стал юристом.
  Ван уже в детстве был в меру деловитым и в меру хитрым человеком. Так, например, он подделал во всех школьных документах контактные данные своей семьи: адрес, место работы родителей и их рабочие телефоны - да вообще ВСЁ. Как ему удалось такое провернуть - даже и не представляю. В итоге его родителей никогда не могли вызвать в школу, даже в случае каких-то чрезвычайных происшествий.
  ***
  Ну, например. В десятом классе нас повезли за город, на турслет. Мы ушли из общего лагеря с Ваном и одной девахой и три дня прожили в палаточке возле дачного поселка местных спецслужб (там было относительно безопасно). С собой у нас была водка и консервы, да пачка LM. Всё было весьма целомудренно, мы просто отдыхали и играли в карты. Когда и водка, и консервы и LM кончились, мы вернулись на попутках в город. Выяснилось, что весь класс уехал с турбазы не через три дня, как планировалось изначально, а уже на следующий день. И нас уже вовсю ищут с привлечением полиции, а родители - давно в слезах и держат наготове ремни...
  
  У меня и у девахи дела обстояли именно так. А у Вана родители даже и не узнали о происшествии. Деваха на следующий день в школу с синяком под глазом пришла. Мне дома тоже досталось. А ему - хоть бы хны. Учись, читатель. Ловко ведь, а?
  
  Полезно быть в меру деловитым и в меру хитрым. Можно тогда везде соломки настелить, и не обязательно для этого знать - где именно ты упадешь.
  Возможно, я не совсем точно рассказал об этих давних событиях. Но здесь я соглашусь с Набоковым, который написал как-то: 'Точность всегда угрюма'.
  
  Хотелось бы побольше порассказывать про Ынбар тех лет (угроза войны, ввод российского ОМОНА, взрывной рост преступности, расцвет наркобизнеса, политические баталии), но воздержусь: к теме напрямую не относится. Утомлять же читателя азиатской экзотикой в мои задачи вовсе не входит.
  
  Ладно, приведу только пару-тройку цитат из слышанного мной.
  Старик в глубинке: 'В Молочном Озере обитает чудовище, многие его видели. Оно похоже чем-то на быка, но с шестью ногами'.
  'Тесть бочку химки заварил, в-оот такой шар получился, как голова размером. С пылью замешал, супертовар получился. Продадим его в Россию - и заживём как люди'. (Школьный товарищ, ему потом череп ножом пробили, в больнице сказали - да ничего, заживёт. Через три дня умер.)
  
  Почти в каждом доме есть ырц, даже и у русских поселенцев. Ырц поджигают для изгнания из помещения или из человека злых духов, а иногда - просто по настроению. Бабушки вместо семечек продают на улицах зеленый пахучий ырц. Растет он высоко в горах (мы с местным приятелем пытались его добыть - но не смогли, просто не нашли). Оптовая торговля ырцем - это довольно серьезный бизнес. Пучок ырца стоит примерно доллар.
  
  Как Монголию некоторые путешественники ассоциируют с запахом старого топленого масла, так и Ынбар можно ассоциировать с дымным запахом ырца.
  ***
  Я после окончания школы уехал в Новосибирск. Поучился сначала в медицинском институте. ('Машенька, подай вот ту голову... Да, которая уже подсохшая. Еще вот те глаза в баночке. Как не можешь? Тошнит? Девонька, так тебе не место в нашем институте'.. Занятия в анатомичке меня не смущали, мне не нравилось бесконечное зазубривание латинских названий. До сих пор в голове гудит иногда: ос темпоралис... вертебра проминенс...)
  
   Не понравилось мне там, и я ушел в НГУ. Так как с математикой у меня было неважно, то поступать мне пришлось не на любимую мной биологию, а на Гуманитарный факультет. (В НГУ без математики вообще никуда, и математика там была весьма сложная, и конкурировать ведь приходилось с выпускниками новосибирской физматшколы и прочими вундеркиндами).
  
  Там я сколотил группу. Мы играли понемногу, в общем вели жизнь обычную для бедноватой академовской молодежи. От Ынбара я полностью отключился, если не считать подключением знакомство с Альфредом.
  ***
  Альфред - один из самых известных музыкантов Азии (этно-рок, его настоящее имя вам наверняка/очень возможно известно). В 1994-м он приезжал в Академгородок, на крутой по тем времен фестиваль 'Интернеделя'. Я позвал его выступить бесплатно у нас в общаге - и он, к моему удивлению, согласился.
  Это знакомство также сыграет свою немаловажную роль: в две тысячи втором году впервые я буду участвовать в избирательной кампании. Пусть и в качестве музыканта. Пусть и не понимая почти ничего из происходящих вокруг политических движений. Да, весёлые были гастроли в Ынбаре... (Это не ирония, правда было весело.).
  
  Мы лихорадочно перемещались по районам, и в каждом во время выступлений была своя энергетика. Самым странным было выступление в одном небольшом поселке. Мы отыграли - люди молчат. Смотрят серьезными лицами. Отыграла группа Альфреда - они так же молчат и смотрят. Когда им объявили, что концерт окончен, все встали и, перешептываясь, растворились в вечернем сумраке.
  
  Глава поселка подошел и извиняющимся голосом сказал:
  - У нас здесь уже лет двадцать не было концертов. И они приходили просто посмотреть или вспомнить - что же такое концерт? Поэтому и молчали. Это было просто проявление их внимания.
  ***
  Стреляли в кандидата или нет - этого уже доподлинно не узнаешь, разное говорят. Но мои музыканты были несколько ошарашены... Славный Алмаз рассказывал газетам, что в подъезде неизвестный выстрелил в него, но попал лишь по касательной. Злые языки шептались: это он сам в себя выстрелил.
  Позже сын этого кандидата станет одним из ключевых героев, который приведет всю историю к развязке. Сам же этот сын на момент написания данных строк отбывает длительное тюремное заключение за убийство. И опять же не знаю - то ли просто у парня решили отжать серьезный бизнес, то ли и впрямь убил. Я не Порфирий Петрович, чтобы долго думать над подобными вопросами. Задача пока что стоит вполне утилитарная - поиск кармической ошибки и её причин.
  ***
  Просто смеху ради, расскажу, как в 1990-е Ынбар посетил Президент России Борис Николаевич Ельцин. Не знаю, насколько в осознанном состоянии находился российский руководитель и запомнил ли он этот визит.
  
  Участники событий рассказывали:
  - Поселить решили в коттедже, где сейчас гостиница, а раньше жил наш Ким Ир Сен. Из Кремля сообщили необходимый размер кровати. Ельцин большой оказался! Кровать-то достали, но вот затащить её в комнату было никак невозможно. Разобрали стену, подъемным краном подняли.
  - Вместо персонала гостиницы на обслуге заставили работать министров и их заместителей. Надели на них фартучки и чепчики. Министр экономики отвечала за питание Президента и за доставку спиртного.
  Президент приехал, надломил каравай, выпил чашку ынбарской водки.
  - Слабая, - сказал он недовольно. - И творогом отдаёт.
  (Отдаёт, да. Ведь ынбарская водка изготовляется из специального кисломолочного продукта, что-то вроде кефира с повышенным содержанием спирта).
  - Борис Николаевич, у неё действие другое, чем у русской. Она сильно по ногам бьет. Надо выпить - и сидеть, думать, разговаривать спокойно о чем-нибудь, - почтительно ответил кто-то из присутствующих.
  Лысый Кардинал терся поближе к русскому Президенту: нужно было побольше совместных кадров наделать. 'Я больше не против России, я уже хороший'.
  - Наливай еще, - махнул лапой захмелевший русский медведь, и, получив еще один айг архи, немедленно выпил.
  Потом он залез на верблюда, но довольно быстро с него свалился в заботливые руки охраны.
  - Ынбар - красивый, - благодушно сказал Ельцин, и его повлекли дальше по расписанным заранее маршрутам. - Тут у вас интересно. Северные олени есть?
  - А как же?
  К Президенту тут же подвели смирного северного оленя.
  - На оленя лучше не залазить, у него может позвоночник сломаться, - предупредил кто-то, но Президенту уже расхотелось залазить на животных, и он лишь понимающе кивнул пьяной головой.
  
  Ынбарский Президент подписал все запланированные договора, получил для Ынбара дополнительные российские дотации и льготы. Так что деловая часть визита для Ынбара прошла вполне успешно.
  Вечером Ельцин потребовал оставить его в номере одного, а затем вызвал румсервис. Замминистра экономики поправила чепчик, деликатно вошла в полуоткрытую дверь:
  - Борис Николаевич?
  Ельцин мрачно сидел на кровати, глядя куда-то в узорчатую стену.
  - Две бутылки водки принесите, - нахмурив чело, изрек Президент.
  - Какой вам водочки, Борис Николаевич?
  - Любой, - махнул рукой мрачный Ельцин. - Только не ынбарской. Ну, 'Столичной' какой-нибудь...
  - А покушать?
  - Не надо ничего, - отрезал Ельцин.
  Замминистра тихо, как мышь, выскользнула из президентских апартаментов и бросилась к своей начальнице:
  - Борис Николаевич водки просит.
  Президентский охранник поднял руку:
  - Стоп. Согласуем с шефом. Что там он просил?
  - 'Столичной'. Две бутылки.
  Через несколько минут суровый мужчина внес в кабинет две бутылки 'Stoly' в экспортном исполнении.
  - Идите, - кивнул головой мужчина и протянул замминистра бутылки. - Воду не просил?
  - Не-е... - пролепетала замминистра, министр же сидела положив ладони на коленки униформы, как в детском саду на день рожденья Ленина.
  
  Больше за ночь Ельцин ничего не попросил.
  
  Рано утром Президент покинул Ынбар. Министр экономики зашла в апартаменты, огляделась. Сияла люстра. На полу, возле кровати, лежало две пустых бутылки.
  
  Читатель, а вы представьте, какое космическое одиночество окружало в этот момент Президента огромной ядерной державы? О чем он думал в эту темную ынбарскую ночь? Что разглядел на покрывавших дорогие обои узорах?
  А впрочем, какое еще одиночество? С ним было целых две бутылки Stoly.
  ***
  Итак, фиксируем три кармических узелка:
  - попадание в Ынбар (помимо моей воли)
  - знакомство с Ваном
  - поступление на гуманитарную специальность и обучение в новосибирском Академгородке.
  
  Приложение к главе 2. Ынбар, из Википедии.
  
  После Монгольской национальной революции 1911 года ынбарские князья разделились на три группы: некоторые поддержали независимость, другие предложили войти в состав Монголии, некоторые предложили принять протекторат Российской империи[11].
  После Синьхайской революции в Китае (1912-1913) ынбарские князья несколько раз обращались к царскому правительству с просьбой принять Ынбар под протекторат Российской империи. Было принято решение удовлетворить просьбу, и таким образом, Ынбар добровольно вступил под протекторат России, под которым и находился в течение трех лет, до 1917 года. В 1914 году началось строительство столицы края, получившего название Город Белого Царя, то есть русского императора.
  Образование Народной Республики Ынбар
  18 июня 1918 года в Ынбаре состоялось совместное заседание русского и тувинского съездов, на котором единодушно был принят Договор о самоопределении Ынбара, дружбе и взаимной помощи русского и ынбарского народов.
  С 7 июля 1918 Ынбар был практически занят войсками Унгерна. 14 июня 1919 года войска Баджейской Советской Республики перешли в Ынбар. 18 июля они захватили столицу Ынбара. В ходе последующих боев столица была полностью уничтожена.
  В середине 1921 была образована независимая Народная Республика Ынбар. Были приняты Конституция, флаг, герб, утверждены золотой запас, бюджет и полномочные представительства в СССР и МНР.
  
   С 1926 года - Ынбарская Народная Республика. Государство было признано СССР в 1924 году и МНР в 1926 году, но не было признано Китаем и большинством стран мира, полагавших Ынбар частью Китая[12]. В настоящее время Китайская Республика (Тайвань) считает Ынбар своей неотъемлемой частью. Любой ынбарец может затребовать получение тайваньского паспорта, получать тайваньские льготы, жить на острове. Однако правительство Тайваня по возможности держит эту информацию в секрете, не желая притока населения из Ынбара (в настоящее время, согласно данным опросов, до 40% ынбарцев готовы немедленно выехать на Тайвань). 'Ынбарская проблема' носит для Тайваня лишь умозрительно-дипломатический характер, однако для Китая, Монголии и России является небольшим 'камешком в ботинке'.
  В 1932 году Ынбару были переданы из состава Монгольской Народной Республики населённые ынбарцами территории у хребта Танга. Некоторыми историками подписание соглашения о границе между ЫНР и МНР расценивается как сделанное под давлением СССР[13].
  
  Ынбар во время Второй мировой войны
  25 июня 1941 года Ынбарская Народная Республика вступила во Вторую мировую войну на стороне СССР, объявив войну гитлеровской Германии, и стала первым государством, официально выступившим союзником Советского Союза в борьбе против агрессора.
  С июня 1941 года по август 1944 года Ынбарская Народная Республика поставила в СССР 50 тысяч коней, а также около 750 тысяч голов скота, из которых почти 650 тысяч - безвозмездно. Таким образом, от каждой ынбарской семьи, как правило, имевшей в среднем 130 голов, было поставлено в СССР по 10-100 голов скота. В течение войны Ынбар поставил Советской армии 52 тысячи пар лыж, 10 тысяч полушубков, 19 тысяч пар рукавиц, 16 тысяч пар валенок, 67 тонн шерсти, 400 тонн мяса, ржаной, ячменной муки и топлёного масла, а также десятки тонн мёда, плодово-ягодных консервов и концентратов, рыбных изделий, тонны перевязочных бинтов, лекарств нетрадиционной медицины, воска и смолы, причём приблизительно 90 % - безвозмездно. Также, Украине по окончании войны подарено 30 тысяч коров, с поголовья которого началось послевоенное возрождение украинского животноводства. В распоряжение СССР был передан весь золотой запас республики, и добыча ынбарского золота, в общей сложности, в объёме 35 млн рублей (того времени)[14][15].
  В 1942 году правительство СССР разрешило принимать на военную службу добровольцев из Ынбара. Ранее была объявлена мобилизация в Красную Армию русскоязычных граждан СССР, проживавших в Ынбаре. Первые добровольцы вступили в её ряды в мае 1943 года и были зачислены в состав 25-го отдельного танкового полка (с февраля 1944 года в составе 52-й армии 2-го Украинского фронта), который принимал участие в боевых действиях на территории Украины, Молдавии, Румынии, Венгрии и Чехословакии.
  В сентябре 1943 года вторая группа добровольцев (206 человек) была зачислена в состав 8-й кавалерийской дивизии, где приняла участие в рейде по германским тылам на западе Украины. Всего за годы войны в рядах Красной Армии служили до 8 тыс. жителей Ынбарской Народной Республики, многие из них за боевые заслуги награждены орденами и медалями СССР и Ынбара.
  После Августовского путча в СССР, 28 августа 1991 года ЫНР была переименована Великим Кругом республики в Республику Ынбар[18].
  
  В 2002 году в связи со внесением изменений в Конституцию Республики Ынбар была официально окончена война между Ынбаром и Германией, однако мировые СМИ обошли стороной это знаковое событие, означавшее де-факто полный разрыв Германии с нацистским прошлым.
  
  Климат
  Климат - резко континентальный, характерный для высокогорий Центральной Азии. Лето умеренно тёплое в горах, и жаркое в котловинах. Среднегодовая температура воздуха −5,5 RC; абсолютный минимум/максимум −59/+38 RC[31] Среднегодовое количество осадков составляет от 200 мм в котловинах, и до 1000 мм в горах. Наиболее благоприятное время года - поздняя весна и ранняя осень. Вегетационный период составляет 150-160 дней. По территории Ынбара распространены участки многолетней мерзлоты.
  
  Рельеф
  По своему рельефу территория республики - горно-котловинная. Горы занимают примерно 82 % её площади, и лишь оставшаяся её часть - равнинные участки.
  На севере и востоке Ынбара расположены хребты и дальние отроги Актуругских гор с вершинами высотой 2000-3000 метров над уровнем моря. В срединной части система хребтов Каррутерса смыкается с Восточным Актуругом. Там, где берёт начало Господин-Река, расположено высокогорное базальтовое плато Дерби с 16 потухшими вулканами.
  Горы играют роль стены, изолирующей от внешних влияний, определяя климат республики как резко континентальный, характеризующимся морозной, безветренной зимой, в котловинах малоснежной.
  
   Глава 3. Второе попадание: 'трагическая случайность'.
  "Зачем приводить себя в уныние, говоря что-то вроде: 'Ну почему нам так не повезло? Что сделал с нами Бог? Что мы сделали, чтобы заслужить это?' Все эти вопросы, если понимаешь действительность и полностью принимаешь её в своем сердце, неуместны и неразрешимы".
  (Р. Фейнман)
  
  Один из создателей американской ядерной бомбы долгие годы грезил о поездке в Ынбар. Написал книгу о своих попытках туда попасть: 'Ынбар или Ничто'. (Такая наклейка одно время была популярна на ынбарском автотранспорте). В итоге, когда после многолетних мытарств ему все-таки оформили возрадовавшую его старое сердце визу - он попросту умер. Так и не доехал до Ынбара.
  
  В память о тех событиях в США было создано действующее и поныне Общество друзей Ынбара, а много позже знаменитый Билл Гейтс назвал в честь Ынбара один из своих важных исследовательских проектов.
  
  Ынбар некоторых не пускает к себе даже в гости, некоторых долго заманивает, а некоторых так и вовсе - приводит в гости насильно. Зависит это, как говорят, от потребностей и желаний духов-хозяев ынбарских гор и рек. Или от кармической предопределенности, как скажут те из ынбарцев, что более укоренены в буддизм, нежели чем в шаманизм.
  
  В университете я начал специализироваться по этнографии. Изучал я сначала скучных мне хантов, затем - менее скучных эвенков. Курсовые я писал не в универе, а в НИИ, где и собирался в дальнейшем работать.
  
  Мне, почему-то, казалось, что девяностые когда-нибудь же должны закончиться - и в науке будет окей. Я был тогда довольно доверчивым оптимистом, вроде персонажа, которого играл всю жизнь Дейл Карнеги, до самой своей одинокой и унылой смерти.
  ***
  Сейчас я понимаю, что более разумным выбором жизненного пути было бы отправиться торговать на крупнейшую в русской Азии новосибирскую барахолку. 'В двадцать лет уже стал бы человеком'. Торговать у меня и в детстве получалось не плохо... В пятнадцать лет я возил с Сахалина в Сибирь чемоданы китайских сигарет, продавал их по десятикратной цене. Неплохо для ребенка зарабатывал... Да, все шло не плохо - и 'по приколу'. Хотя... Кто его знает, что ожидало бы меня, сверни я в свое время на эту развилку?
  
  Новосибирская барахолка, стопятидесятитысячный разноязыкий организм, была в те времена местом весьма суровым. Вице-мэров, курировавших барахолку, шлёпали одного за другим. А уж мелочь-то никто и не считал. То есть считали, но чисто по киллерскому прайсу: 'Вася продинамил оплату за контейнер. Смотрим прайс: сколько стоит убить Васю? Считаем: что выгоднее - убить Васю или дальше разбираться?'.
  ***
  Учился я в Академгородке, а Городок - это Обское море с его песчаными пляжами прибалтийского вида ('чтобы снова увидеть эти сосны на морском берегу'). Однажды летом одна тысяча девятьсот девяносто восьмого мы с моим другом-музыкантом взяли две трехлитровых банки пива и пошли на берег. Купались, наслаждались солнышком, выпивали. Друг, безобидный и не склонный к насилию человек, зачем-то показал 'фак' проезжавшему мимо бандитскому джипу. Вышли четыре бандита и весьма сильно нас избили. Другу показательно сломали средний палец, а я на месяц попал в больницу с разрывом почек.
  
  А ведь мне надо было ехать в экспедицию в Эвенкию, собирать материал для дипломной работы. Всё уже было 'уплочено'. По тем временам для студента отправиться в дорогостоящую экспедицию по северам для написания дипломной работы было невероятной удачей. А я... Экспедиция накрылась медным тазом, и мой научный руководитель вздохнул:
  - Ладно... С Эвенкией уже ничего не получится. Ты ведь, говорят, жил в детстве в Ынбаре? Связи, наверное остались какие-то? Весьма малоизученный регион, весьма. Ну так и пиши про ынбарцев, что еще остается. Езжай туда. Один.
  
  Поехал, написал и защитил диплом. Дальше была аспирантура, работа в Антропологическом институте, постоянные экспедиционные поездки в Ынбар. Во время написания диссертации около года я прожил в самом глухом высокогорном уголке Ынбара. Там и выучил немного ынбарский язык. Научился ловить арканом грозно рычащих яков. Правильно варить сурков. Предугадывать, когда жара внезапно сменится леденящей метелью. Узнал о Хозяйке гор и её духах-помощниках.
  
  Детишки подходили ко мне с вопросом:
  - Дядя, можно вас потрогать? А то мы русского никогда не видели.
  Я утвердительно кивал, потом детишки хватали меня за штанину, отпускали и с веселым смехом разбегались. Вроде как ручного медведя потрогали. Ручной-то он ручной - но мало ли что? Вдруг укусит? Адреналин.
  
  Ынбарская деревня была вообще первой деревней, в которой я за свою жизнь побывал. До этого в деревнях я не был - ни в русских, ни в каких-либо ещё. (Был в немецкой деревне, но там половина жителей работала программистами и прочими дизайнерами, так что это не в счет).
  
  Когда я в ынбарской деревне жил, у меня был большой черный дог. 'Собака Баскервилей'. Потом кто-то его убил, тело исчезло. Соседи сочувственно вздохнули:
  - Видимо, съели недобрые люди.
  ***
  Я потом спрашивал нского друга-музыканта: зачем-же ты показал 'фак' бандитам?
  Он покачал головой:
  - Если бы я сам знал... Как-будто какая-то сила подняла мою руку и средний палец. Мне кажется, это вообще не я сделал.
  
  Кармический узелок:
  - избиение на пляже, отмена поездки в Эвенкию и 'вынужденное' занятие ынбарской культурной антропологией. Углубление контактов с Ынбаром.
  
  Приложение к главе 3: Jurassik Park.
  Содержимое этого приложения не оказывает большого влияния на сюжетную линию нашего повествования, поэтому читатель может спокойно проскролить страницы и приступить к чтению четвертой главы, где на сцене появляется главная шаманка Ынбара.
  
  Однако я считаю необходимым немного рассказать о человеке, показавшим 'фак' новосибирским бандитам и отправившим меня этим факом сначала на больничную койку, а затем и в Ынбар, 'собирать материалы для диплома'
  .
  Я уже не помню, когда он стал отзываться на прозвище Джурассик Парк, да это и не важно. Оно не общеизвестно в его тусовке, так что фактически никакого раскрытия анонимности в данном случае не произойдет.
  
  Джурассик связан с Ынбаром десятками тонких, но прочных нитей. И вовсе не я к нему эти нити прицеплял.
  Чтобы было понятно: 1. Ынбарская любовница (покинувшая его и Новосибирск ради безмятежной стамбульской жизни) 2. Концерты в Ынбаре 3. Проектирование нового микрорайона в Кызыл-Хото 4. Монголия, откуда сам Бог велит заезжать в Ынбар.
  
  Он несколько лет играл у меня в группе на гитаре, одновременно ведя еще несколько других проектов. Одновременно Джурассик был достаточно предприимчивым молодым человеком. Создав в 18 лет свою типографию и попав в итоге в какие-то долги и кабалу к бандитам, он не преуныл, а занялся другим бизнесом: скупкой акций всяких Сбербанков да Газпромов, которые в 1990-е стоили сущие копейки.
  Он был младшим партнером умного парня из Атомограда. Тот придумывал схемы, Джурассик убеждал народ расстаться с бесполезными акциями. Акции формировались в пакеты и продавались потом на Лондонской бирже.
  
  Тут мы вступаем на несколько скользкую историческую поверхность, еще не подсохшую от крови девяностых, поэтому на словах 'Лондонская биржа' мы описание этого интересного бизнеса прекратим.
  Джурассик был сыном директора одного из академгородковских НИИ, но воспитывала его мать, простая научная сотрудница. Но базовый интеллектуальный уровень у Джурассика был по определению, а опыт быстро наработался в начале девяностых.
  
  Когда бизнес с акциями Большие Люди решили свернуть, Джурассик переквалифицировался в начальника геодезической конторы. В качестве такового он и попал на разработку плана нового микрорайона на Правом Берегу Коммун-Хото.
  
  Остановился у меня. Когда заказчик (вроде как российское Минобороны, но представителем его почему-то являлся малоинтеллигентный азербайджанец) по прошествии нескольких дней так и не начал платить предоплату и кормить привезенных рабочих стало нечем, Джурассик плюнул на сомнительный ынбарский заказ и мы отправились на юг Ынбара: купаться в озерах и реках, наблюдать за стадами нагловатых верблюдов, пить виски.
  
  Музыку Джурассик до сих пор не бросил. У него есть весьма хорошие и весьма приятные треки.
  В свободное время Джурассик уезжает в Монголию и бесцельно гоняет по её гористым степям: нравится ему это (а зимой гоняет по Обскому морю на кайте). Однажды он привез из Монголии яйцо динозавра, долго показывал мне его, расписывал, какую прибыль можно выручить за подобное яйцо на аукционе. Но яйцо это он за несколько лет почему-то так и не продал.
  
  Джурассик с детства коллекционирует жуков, знает все их латинские названия, повадки и особенности. Любит Ницше и Эдгара По.
  
  Вот пока и всё о нём.
  
  Глава 3-Б. Принцип Дза-Дза-Дза и русские в Ынбаре.
  'Нет ничего более мягкого и гибкого, чем вода, но попробуйте оказать ей сопротивление.'
  Лао-Цзы
  
  Принцип Дза-Дза-Дза трудно объясним европейскими словами, точный перевод постоянно повторяемого в разговорах 'дза' сделать мне не представляется возможным. Этим словом скрепляются договоры, выражается согласие, его говорят на прощанье. Упрощая, можно сказать, что 'дза-дза-дза' вмещает в себя такие русские понятия, как: ладно, договорились, сойдет, авось, до встречи, так суждено, быть по сему, ну что тут поделаешь, хорошо, приступаем к действиям.
  
  Принцип этот является краеугольным в мировоззрении ынбарцев. Значительная часть жизни ынбарца происходит именно в соответствии с этим принципом.
  
  Интересно то, что русские поселенцы Ынбара в речи между собой постоянно употребляют это слово, в тех же ситуациях и значениях, что и ынбарцы. По моим наблюдениям, принцип Дза-Дза-Дза является для местных русских таким же основополагающим, что и для давних жителей Ынбара. Народ Ынбара составился в свое время из осколков попадавших в Ынбарскую котловину племен и народов. Были среди них и ушедшие далеко на восток скифы, и предки индейцев, и тюрки, и кыргызы, и уйгуры, и монголы - да мало ли ещё кто. Все они в итоге приходили к принципу Дза-Дза-Дза и становились ынбарцами. На протяжении тысячелетий менялся язык, появлялась и исчезала письменность, а принцип этот, как я предполагаю, оставался в неприкосновенности.
  
  Когда Ынбар был китайским, из России заселялись туда, в основном, староверы, бежавшие от 'неправедной русской власти'. Они селились по большей части в верховьях Госпожи-Реки и с местным населением контактировали достаточно мало.
  
  С Урала, с Алтая стремились они в неподвластный русскому императору Ынбар, как-то договаривались с местными властями, обустраивались. Охотились, сеяли хлеб.
  
  После коммунистического переворота 1929 года в Ынбар поехали уже другие граждане - 'советские'. Однако староверческий субстрат в русской культуре Ынбара не только остался, но и продолжает, во многом, доминировать. И это - не смотря на нерелигиозность староверческих потомков.
  
  Без Ынбара им плохо, уехав они зачастую мучаются в России как на чужбине, а между собой кличут себя не русскими, а ынбарцами.
  ...Что не мешает некоторым из них искренне не любить самих ынбарцев: поналезли черти, весь город заполнили.
  Самое удивительное, что подобную характеристику ынбарцев ('поналезли черти, весь город заполнили') я слышал и из уст ынбарского Президента, Черной Вечерней Звезды.
  (В науке это называется проблемами с этнической идентичностью).
  ***
  Надеясь на принцип Дза-Дза-Дза, многие в Ынбаре ездят за рулем пьяными. Если честно, то больше ни в одной стране мира мне доводилось видеть за рулем пьяного человека. Может, они и встречаются - но я их не видел.
  
  В Ынбаре же имя им легион, вне зависимости от национальности. Отсюда и огромная даже по российским меркам смертность в ДТП (при количестве автомобилей на душу населения меньшем, чем в самом нищем российском городишке).
  
  Как-то раз меня довез до дома знакомый миллионер, а на следующий день спрашивает: а ты как вчера уехал? А прошлым вечером ехали мы по прямой и достаточно широкой улице Старосты со скоростью около 200 км/ч.
  
  Да ничего страшного. Дза-дза-дза..
  
  Глава 4. Омск. Шаманка. Поучительная беседа с директором.
  "- Ты, в общем, человек серьезный, только твоя серьезность направлена на то, что тебя занимает, а не на то, что достойно внимания. Ты слишком занят собой. В этом вся беда. Отсюда твоя ужасная усталость.
  - Но что еще можно делать, дон Хуан?
  - Нужно искать и видеть чудеса, которых полно вокруг тебя".
  (К. Кастанеда)
  
  Здесь необходимо рассказать немного о происходивших параллельно омских событиях. Омск сам по себе - это почти полуторамиллионный город с потенцией мегаполиса на русско-казахском пограничье. Однако выглядит он так, будто маленький городишко раскопировали, распечатали и склеили все это вместе каким-то некачественным советским клеем. Энергии мегаполиса в Омске почему-то нет. Абсолютно. Нет даже 'пригородов' и массовой маятниковой миграции.
  
  Там есть симпатичный старый центр и воспоминания о том, что 'при Колчаке мы были столицей России'. Ага, полгода.
  
  Налоги с омской нефтеперегонки платятся то ли в оффшор, то ли в Питер. Короче - 'вам грязь, а деньги уж мы себе'.
  
  В Омске примерно тридцать улиц с названием 'Рабочая'.
  
  После русских второй по численности народ - казахи, а на севере области - сибирские 'татары'.
  Казахское население в городе растет, русское убывает. В подъездах всюду шприцы.
  
  Знакомый немец сказал мне как-то в Новосибирске:
  - Из всех городов России я мечтаю побывать в Омске!
  - Почему же? - искренне удивился я.
  - Это название кажется мне очень странным. О-О-ОМ... И потом вдруг выскакивает какое-то юркое туповатое СК.
  
  Ну да, 'Растолстевшие утки смогли покинуть Омск'. 'В Омске школьница при помощи лопаты вскрыла офис парка аттракционов и похитила книгу Стивена Кинга'. 'Женщина в леопардовых колготках, никак не представившись, напала на оператора' (Из омских газетных заголовков).
  
  Кстати, ТВ-операторы бывают иногда такими, что на них не грех и напасть не представившись, даже и не надевая для этого леопардовые колготки.
  ***
  Пожив немного в Ынбаре, мои родители развелись. У каждого появилась новая семья. А через несколько лет они странным образом оказались в Омске. Их квартиры купились в соседних домах. Пошел за хлебом - встречаешь бывшую жену. Приходится раскланиваться.
  
  Омск - это инфернальная жуть, уж поверьте технологу, который отпахал по области. А кроме области и Казахстана никто больше и не имеет там интересов (ну, кроме тех, кто качает и перерабатывает там нефть). В Омской области нет городов, кроме Омска . (Есть на севере сверхкриминальная Тара с лесопилками, шестьдесят тысяч населения, а кроме Омска и Тары - вообще ничего больше нет). Одна из моих прабабушек родом откуда-то с севера этой области, там народ поприличнее, обычные сибиряки. Во время войны она жила в Омске. Выжила тем, что на заводе им позволяли есть сгущенку (но домой брать было нельзя). Я в детстве представлял: ну не плохо они жили, не плохо, у нас-то сгущенки нет.
  
  Омбы каласы и не и стремится куда-то. Лежит себе грудой домов и хижин по берегам обмелевшего из-за китайцев Иртыша.
  
  Если Казахстан не разберут 'партнеры' - Омск для России потерян. Как Омск.
  Омбы останется.
  ***
  В 2002 году в Омске проходило какое-то пафосное официальное мероприятие. То ли Вселенский русский собор, то ли Великое народное собрание. Участвовали губернаторы, иностранные делегации, научная общественность. Я выступал с докладом от Антропологического института РАН. Тема: 'Перспективы промышленного освоения асбестовых месторождений Ынбара'. Я рассматривал проблему с антропологической точки зрения: а как местные жители воспримут тот факт, что несколько тысяч чужаков приехали к ним в горы, начали копать чего-то, жить в богатых коттеджах? Очевидно же, что это может вызвать социальное напряжение, а социальные проблемы наложатся на межэтнические.
  
  Тут можно вспомнить, что еще в начале ХХ века ынбарский правитель приказал высечь местных стариков за то, что 'они не предостерегли молодежь от продажи асбеста, собственности Хозяйки гор, чужеземцам'.
  ***
  По возвращении в Новосибирск директор института вызвал меня и сказал с заинтересованным прищуром:
  - Ты что же, против русско-ынбарских связей?
  - Что вы! - удивился я. Удивлен я был не только вопросом, но и самим фактом разговора с директором, водитель которого получал раз в двадцать больше скромного научного сотрудника. Обычно директор лишь дружелюбно здоровался со мной, да пару раз сделал замечания за мой гранжевый стиль одежды: ты же в научном учреждении, заправь рубашку.
  
  - Зачем же ты при господине Драчевском, полпреде Президента, от лица нашего института заявил, что разработка асбестовых месторождений Ынбара может вызвать межэтническую напряженность и осложнить ынбаро-российские отношения? - с не очень добрым интересом спросил директор и потряс в воздухе стопкой бумаг, в которой я признал свой доклад, украшенный размашистыми синечернильными резолюциями.
  - Я, как исследователь... считал, что должен сказать правду...
  
  Директор вздохнул:
  - Вот я уже десятки лет изучаю только кости древних людей. Открыл новый вид древнего человека.
  Я уважительно кивнул.
  - Если за тобой закреплен Ынбар - то почему ты думаешь, что надо изучать и писать то, что тебе в голову придет? 'Актуальность исследования связана...'. Даже из палеоантропологии можно наделать политических выводов и закрыть институт к чертям собачьим. Поэтому я никаких таких выводов не делаю и не собираюсь. Закроют институт - я уеду во Францию, и все у меня будет хорошо. А с вами-то всеми что будет?
  
  Я вздохнул.
  - Одно дело - наш научный сборник. Пиши там что хочешь, всё равно кроме двух-трех специалистов никто в мире этого и не прочитает. Другое дело - конференция. Да еще такая политизированная.
  
  Он с неудовольствием бросил на стол мой доклад, помолчал немного и продолжил:
  - Твой научный руководитель в свое время спас наш институт от полной гибели, в начале девяностых. Ты знаешь эту историю?
  
  Я неопределенно пожал плечами. Что-то я знал, но было интересно услышать подробности.
  
  - Он придумал и реализовал две бизнес-схемы. Первая: он возил в Австралию скелеты наших мамонтов и устраивал там выставки. Вторая - организовал вертолетные туры по Алтаю для американцев. 'Научные экскурсии'. В институт текла живая валюта. Три года это продолжалось, и на вырученные деньги наш институт жил - потому что от государства даже на оплату канализации денег не поступало. Но с тех пор, как он занялся этими проектами - ни одной книги он больше не написал. А мог бы стать новым Тэйлором или Рэдклифф-Брауном. Сгорел он на этих проектах. И мы все знаем, что себя он просто в жертву институту принес. Если бы не он - то института сейчас может и не было бы. Слили бы, укрупнили... Поэтому и позволено ему побольше, чем обычному замдиректора. Поэтому и с тобой я сейчас разговариваю - потому что он в тебе видит эдакого Эванса-Притчарда... Потенциального.
  
  Я подавленно молчал, разглядывая бегущую по полу букашку. Не букашку даже, а прозрачно-зеленую крылатую тварь. Не помню её название, но живут они всего один день.
  
  - Если не нравится тебе изучать узоры на ынбарских сапогах и лезешь в социальную антропологию - думай, о чем пишешь. Это твой научный может публично назвать какого-нибудь Тишкова подонком и дальше сидеть в кабинете и пить виски. У тебя так не получится. Я уж не стал говорить в прошлый раз...
  - А что в прошлый раз? - недоуменно уставился я на директора. Бледно-зеленая тварь неуклюже вспорхнула и залетела на директорский массивный стол.
  - Помнишь грант правительства области, зимой по нему работали? - Директор выдвинул ящик стола, порылся в нем и вытянул оттуда выпуск институтского сборника. Полистал книжку и протянул мне, открытую на моей давней уже публикации.
  
  Я прочитал заголовок: 'Культура употребления опьяняющих и наркотических веществ в Ынбаре и Новосибирске: сравнительный анализ'. Слово 'культура' было несколько раз подчеркнуто чернильной ручкой, на полях стояло три восклицательных знака.
  - Обычное этнографическое исследование. Актуальность связана с тем, что..., - начал было я, но директор меня перебил, сделав рукой останавливающий жест.
  - Мне звонит вице-губернатор и говорит: вы что это там, за деньги области пропагандируете пьянство и наркотики?
  - Какая же там пропаганда? Объективное изучение существующих явлений. У каждого народа существует своя культура употребления опьяняющих веществ. Именно нарушение...
  - Культура. Ну-ну. Для вице-губернатора 'культура' - это филармония и министерство культуры. Неужели не понятно?
  - Теперь понятно.
  - А вообще - всё понятно?
  - Всё.
  Директор улыбнулся:
  - Идите и работайте. Для нового сборника что-нибудь готовите?
  - Готовлю. 'Протестантская община Ынбара'.
  - Вот и славно. Всего доброго.
  
  Он мимолетно улыбнулся, кивнул и потянулся к телефону, давая понять, что аудиенция окончена.
  
  'Такую профессию впору выбирать японскому императору, а не тебе, в твоем положении' - вспомнились почему-то недавние слова мамы, сказанные мне в Омске. - 'Работал бы спокойно переводчиком в Транснефти, нет же- в какой-то Ынбар лезет. Мало того, что денег нет - так ведь ещё и прибьют, пропадешь там в своем Ынбаре.'
  
  Японские императоры обычно выбирают себе какой-нибудь род научных занятий. Например - изучают веслоногих рачков. Или коралловых каракатиц. Или малоизученного китайского поэта эпохи Мин. Неужели императоров тоже отчитывает директор, подумал я и вышел из просторного кабинета.
  
  Краем глаза я отследил, что бледно-зеленая тварь спланировала со стола на пол и заковыляла в сторону двери. Недолго ей осталось, механически отметил я.
  ***
  Была на Соборе и делегация из Ынбара. После доклада подходит ко мне, звеня бубенчиками, женщина в синей шаманской одежде, представляется:
  - Лунное Сердце.
  И предлагает мне ехать к ней на обучение шаманским практикам. Не то что бы меня слишком прельщали лавры Кастанеды, но для антрополога это было 'предложением, от которого невозможно отказаться'.
  
  Однако я честно сказал ей:
  - У меня нет денег. И никто не оплатит мне длительную экспедицию.
  - А ты не думай про деньги. Мы тебе всё оплатим, будем кормить. Жить будешь у нас в юрте, на Великой Реке. Я тебя всему научу, чему сможешь научиться. Иногда ворон просто так каркает, а иногда - подает знак. Такие вещи надо знать. Приезжай, это очень важно.
  Важно - так важно. Я взял в институте разрешение на длительную экспедицию за свой счет и поехал в Ынбар.
  
  Перед этим спросил у своего научного:
  - А вы Кастанеду читали?
  Он затянулся сигаретой, раздавил окурок в серебряной пепельнице и кивнул.
  - И что думаете?
  - Думаю, он правда общался с индейскими шаманами. Потом намешал туда буддизма... Упаковал литературно. Как этнографический источник по мексиканскому шаманизму использовать не стоит.
  
  Да, я тоже так думаю. Не стоит.
  ***
  Шаманы действительно обеспечивали меня всем необходимым. Зачем они меня пригласили на таких условиях? Вообще-то обучение у ынбарских шаманов платное, и не сказать чтобы сильно дешевое.
  В просторной юрте со мной жила еще куча народу из разных стран. Все приехали учиться шаманизму. Столько разномастных колдунов и колдуний, собранных в одном месте, я еще никогда не видел. Из русскоязычных была одна цыганка с весьма темной аурой и холодная питерская красавица Наташа. Наташа, впрочем, приехала не учиться, а общаться с духами и помогать Лунному Сердцу присматривать за всей этой слетевшейся на свет шаманской лампадки публикой.
  
  Не буду вдаваться в подробности о шаманском житье-бытье. Это к теме нашего расследования не относится. Отмечу лишь, что понял в то лето нечто неуловимое, особенное, цвета неба и вкуса степной полыни, настоянной на холодной горной воде.
  
  Мне сделали мощный обряд. Свозили в место силы - голые мраморные скалы, изрезанные ущельями.
  (Именно там через несколько лет я и похоронил свой бубен).
  ***
  Омск и Лунное Сердце в дальнейшем еще сыграют свою немаловажную роль, поэтому я здесь про них и рассказываю, чтобы зарубку поставить. Примерно через два года произойдут определенные, связанные с ними события. Но пока что про Лунное Сердце у нас будет только иногда, фоном, а Омск откладываем в сторону. Туда, где уже лежит у нас мумия престарелого газпромовца из Эвенкии.
  ***
  Примечание. Ынбарцы часто обижаются на меня: 'ты пишешь о нас плохое'. Некоторые русские так же высказывают обиду: почему ты про них такое пишешь? Тебя почитать, так прям превосходные люди эти ынбарцы. А они ленивые, хитрые и русских не любят. Приведу в пример небольшую историю, которая вызвала такие вот 'противоположные' отзывы.
  
  В 2001 году я выбирался из удаленного ынбарского района. Денег не было совсем, а надо было доехать хотя бы до Коммун-Хото, где была телефонная связь, нормальный телеграф и прочие нехитрые радости тогдашней цивилизации. Мои ынбарские друзья скинулись и насобирали мне на билет и на питание в дороге (12 часов до Коммун-Хото). Пока ждали такси - провожали. Такси так и не приехало, деньги мы пропили.
  
  На следующий день ынбарцы снова собрали мне денег на билет, наскребли по сусекам. Но на еду в дороге уже не было. С похмелья есть и не хочется, и я сказал своим товарищам:
  - Дза-дза-дза, не парьтесь. Я есть вообще не собираюсь, и так тошнит.
  
  Они усадили меня в частный автобус и отправили. Через несколько часов горной грунтовки мы остановились у придорожной юрты на обед. Я понял, что похмелье почти прошло, а аппетит появился. Наскреб по карманам мелочь, акша два или три, купил себе лепешку.
  
  На следующей остановке водитель говорит пассажирам по-ынбарски:
  - Видите, у человека денег на еду нет. К тому же, у него похмелье. Ну-ка, скинулись все по двадцатке.
  
  Пассажиры заулыбались, зашуршали деньгами, передали деньги водителю:
  - Иди и поешь нормально. И пива себе купи, зачем мучаться?
  Я благодарно принял деньги. Осталась сдача. Я протянул её водителю, но тот с усмешкой помахал головой:
  - Оставь себе.
  
  Когда я описывал в фейсбуке эту историю, то получил несколько разгневанных комментариев как от русских, так и от ынбарцев. Русские националисты писали: 'Ага, вот только такие истории тебе помнятся? А почему тогда русские из Ынбара уехали? А ынбарские нацисты тебя не беспокоят'? Ынбарские нацисты угрюмо бурчали: 'Ты нас показываешь, как алкоголиков каких-то. Друзья собрали деньги и их же пропили, да? А таксист не приехал - наши таксисты разве все такие?'
  
  Господа, взгляд со стороны не обязан соответствовать вашим стереотипам восприятия действительности. А в конце концов - придут китайцы и всех вас помирят, пока вы между собой будете спорить. Или спорить с единственным русским антропологом, углубленно изучавшим Ынбар за последние тридцать или сорок лет.
  ***
  Недавно зимой, в 2018 году, иду рано утром, навстречу человек. Обычного рабочего вида, окликает:
  - Помоги, брат.
  Смотрю: а он босиком.
  _ Зарпалату получил на лавачку сел, пива выпил... Потом какие-то пацаны ещё были. Проснулся - обувь нет, акша нет.
  
  Я подумал, как ему сейчас херово, отвел домой. Дал кроссовки и на проезд.
  Он записал мой телефон:
  - Кроссовки сегодня привезу.
  
  Не привёз, и не привезет. Да и фиг с ним. Не в этом дело. Кто его знает, что там случилось?
  Жена ругала потом за кроссовки. Я:
  - Босиком зимой - жалко. Кроссовки - не новые. Забыли.
  
  Хотя, если с ним ничего не случилось - это свинское дело. Такое мне не нравится. Это как сегодня. Взял два бутерброда, себе и другу. Один сам съел, а он за рулем - не может. Тут пьяные рабочие завалились в тачку. Ну всё демократично, окей. Рабочий просит бутерброд, водку закусить. Я ему объясняю, что нельзя, это не для тебя, для Карлсона... Потом в офис зашел, вернулся через минуту - нет половины бутерброда. Рабочий съел, и говорит: да фигня, но мне же надо было чем-то закусить?
  
  Нет, не фигня и не надо. Теперь просто буду знать, чё за человек. Минимизирую общение. А я ведь за день до этого думал заказать ему ремонт стены. Не, точно не буду
  ***
  Такие небольшие зарисовки необходимы для понимания общей атмосферы. Ну как например смотрите Тарантино, а там про гамбургеры рассуждают. Вроде херня, а она нужна. Без этих гамбургеров образы героев и не выстроятся. Вот и здесь так же приходится выстраивать.
  
  - Карлсон, а сейчас мы их довезли, ты говоришь им два часа монтировать конструкцию. Ты сейчас свободен?
  - Ты что? Надо же наблюдать за ними. Стоять и наблюдать.
  - А если уедем сейчас?
  - Так они просто ничего не сделают.
  
  Ну да. Бутылка водки есть - зачем им что-то делать?
  
  Такой вот ынбарский бизнес. Но как-то ведь работает. Хотя... Можно бы и поэффективнее. С другой стороны, мы же не знаем деталей отношения Карлсона со своими рабочими. Может, так и надо - и никак иначе? Может в итоге так дешевле?
  
  Хитрый Карлсон не стал бы платить лишнего.
  Он включает свой моторчик и летит.
  ***
  Кармические узелки:
  - Омск
  - Приглашение шаманки и дружба с ней.
  
  Глава 4-Б. Лирическое отступление. Толкиен и японцы.
  "Толкин создал два эльфийских языка - квенья на основе финского (своего рода ла?тынь) и синдарин на основе валлийского".
  (Н. Эппле)
  
  Немного стоит рассказать об 'обычной стороне' моей жизни. Жил я тогда с первой женой, немкой. На метро 'Студенческая'. Сын наш ходил в специальный немецкий садик неподалеку Якобы они должны были общаться в садике по-немецки, но на деле кроме глупых стишков про какую-то Гретхен и некоего Клауса ничего немецкого там не было.
  В садике были не только немцы. Ходил туда и ребенок моей детской знакомой Леры. Её отец был каким-то знаменитым лингвистом, как и отец её мужа. Но муж приходил в садик обычно в сопровождении пышногрудой губастой красавицы. Они мило ворковали, красавица была весьма хороша: отчего ж не поворковать с такой?
  Жена иногда тоже приходила, и тогда я слышал примерно такие диалоги на смеси русского и эльфийского:
  - Твой эльфийский отвратителен. Что за произношение?! Уж лучше бы вовсе молчала, не позорила меня перед людьми.
  Лера и её муж считали себя толкиеновскими эльфами. По-настоящему считали (так себя в переписях и указывали). Ничего не скажу про Леру (в детстве она мне весьма нравилась), но вот её супруг на эльфа уж точно не походил. Впрочем, муж Леры как-то пояснил мне:
  - Эльфийская сущность - внутри человека. Как он выглядит в этом земном мире - вовсе и не важно.
  - Так ты веришь во все, что написано в Сильмариллионе?
  - Как же мне не верить? Там описана истинная история мира, историки потом от нас её скрыли.
  Он отчитывал Леру, пока ребенок натягивал теплые зимние колготки. А Лера бормотала на эльфийском то ли извинения, то ли проклятия.
  Губастая красавица по-эльфийски совсем не говорила, но претензий к ней, почему-то, у лериного мужа не возникало.
  Сам я прочитал еще первое советское издание Толкиена 19892 года, лет в семь. Но мне это показалось лишь интересной, очень несоветской сказкой. А тут - такие страсти!
  Отмечу, что в нашем общежитии в НГУ жили также и хоббиты, и орки, и другие существа из толкиеновского мира. Некоторые старательно изучали вымышленные Толкиеном языки, некоторые обходились русским. Предводителем орков был большой сильный якут, который всегда первым выходил отражать нападение первомайской братвы или курсантов военного училища. Когда он выбегал и начинал крутить над головой огромный двуручный меч, гопники обычно в ужасе разбегались. Следом им неслись насмешливые проклятия хоббитов и эльфов.
  
  Жил в Академгородке и Саурон, меня даже водили к нему на аудиенцию в голодном 1994 году.
  - Кроме Саурона, я побывал еще не малым количеством сущностей, - пояснил мне худой длинноволосый фрик в поношенной, драной одежде. - В том числе - Иисусом Христом. Ты запомни главное - Саурон вовсе не злой. Зло и добро придумано для обмана людей.
  Я вежливо кивал, а приведший меня к Саурону хоббит-историк почтительно слушал.
  - Саурон - страшный человек, - сказал мне, когда мы вышли из девятиэтажки на леденящий академгородковский ветерок невысокий, как им и положено быть, хоббит. - Ты не смотри, что он так добродушно выглядит.
  Саурон любил пить вино, у него всегда тусовалось немало поклонниц. Он был очень бедным. Больше ничего о нем я так и не узнал.
  С хоббитом же мы познакомились потому лишь, что соседом его был сын вице-губернатора, у которого была американская гитара и комбик. Мы с ним играли диссонативную музыку до тех пор, пока сына вице-губернатора не выгнали из универа. Перед этим он начал слышать какие-то голоса - но это для Академгородка дело обычное и поводом для отчисления вовсе не является. Выгнали его за отвратительную успеваемость.
  ***
  Покинем поле битвы Саурона с силами добра и вернемся в немецкий детский сад. Прихожу как-то за сыном, а там в раздевалке русский или немецкий мальчик со странным выражением лица.
  Пытается со мной о чем-то поговорить, а я думаю: 'Бедняга. От чего же его не отдали в коррекционный садик? Мальчик-то явно ненормален'. Говорил мальчик какую-то невнятицу, лицом походил на умственно-отсталого.
  Тут заходят его родители и он начинает лопотать с ними бодро на каком-то языке, в котором через несколько секунд я опознал японский.
  - Последние годы в Токио жили, - пояснил папа, - Миша там в детский сад ходил - по-русски говорить совсем разучился. Сейчас вот приходится с ним по-японски общаться. Русскому учим понемногу...
  Да, японцы - настолько инопланетяне, что с непривычки могут производить впечатление умственно-отсталых. Япония в нашем повествовании играет некоторую роль, поэтому - еще одна маленькая история.
  ***
  Через много лет, в Ынбаре, вторая супруга рассказывает мне:
  - Звонит сегодня клиентка. Говорим по-ынбарски. Бедная, думаю. Такие сильные дефекты речи, да и с головой, похоже не в порядке... и что ты думаешь?
  - Что же с ней?
  - Ей надо было продать квартиру, были какие-то проблемы с согласием мужа. Встречаемся. Смотрю её документы: оказывается, просто японка. И это у неё не дефекты речи, а просто акцент. Приехала много лет назад в Ынбар, закончила здесь университет. Родители купили ей квартиру. Муж - ынбарец, работает грузчиком. Начала разводиться - а он детей не отдает ни в какую. Она детей выкрала, вывезла в Японию. Потом приехала тихонько в Ынбар, начала продавать квартиру. Родители-то недовольны: почему наши деньги зря пропали? А грузчик квартиру ни в какую отдавать не согласен.
  - А чем он занимается?
  - Ну... Бухает в основном.
  - Так дайте ему триста тысяч, он всё что надо подпишет.
  В итоге все как-то решилось, и японка смогла покинуть Ынбар, увезя с собой родительские деньги. Хэппи энд.
  Что здесь годами делала эта японка? Составная часть шпионской сети? Будущий консультант для подотдела японского МИД по вопросам Ынбара? А может, просто злая ынбарская любовь? Бог её знает...
  Читатель Пахом Головин подсказывает: возможно, она просто баракумин.
  Да, тогда вся ситуация проясняется и перестает казаться странной. И муж-грузчик оказывается вполне на своём месте. Баракумин - наберите в Википедии, гляньте, что это такое.
  ***
  Ну и ещё в дополнение. В токийском метро на разных ветках - разные тарифы на самоубийство. (Семье самоубийцы присылается потом счет за вынужденный простой линии). Поэтому на разных линиях количество самоубийств отличается: никому не хочется навешивать излишний гири ('гири' - долг по-японски) на свою родню. Всё это надо учитывать при поездках. Не хочешь опаздывать - ездей на линиях с тарифами повыше, где самоубийства происходят реже. Начальство если что не поймёт: ты экономишь на проезде, а нам зачем ущерб от твоих опозданий?
  Про метро я вам со слов сестры рассказываю. Она пару лет проработала в Токио в цитологической лаборатории. Сам лично я этого не наблюдал.
  
  Глава 5. О некоторой пользе музыки и вреде науки. Ник.
  "Тонешь, тонешь, не потонешь
  Ты сломаешься однажды.
  Может выпьешь яду, слижешь дважды?
  Знаешь, мне уже не важно..."
  И. Лагутенко
  
  К две тысячи третьему году я подошел со следующими результатами:
  - Защитил диссертацию
  - Написал книгу об ынбарской нормативной культуре (ценности, модели поведения и всё такое)
  - Был повышен с должности младшего научного сотрудника до полноценного 'научного'
  - Стал начальником Ынбарского экспедиционного отряда
  - Записал альбом на студии группы 'Калинов мост' в новосибирской филармонии, а потом съездил на гастроли в Ынбар по приглашению местного оппозиционного политика по имени Славный Алмаз
  - Развелся с женой.
  Зарплата научного сотрудника (с учетом доплаты за научную степень) составляла в то время примерно четыре тысячи рублей. Для сравнения, аренда однокомнатной по линии метро обходилась тогда в Новосибирске в шесть тысяч. Ну... Я занимался чем-то по шоу-бизнесу (еще плюс две тысячи в месяц, но не всегда). Работал временами в кочегарке в армянском районе - еще полторы тысячи плюсом (но не всегда).
  Научный руководитель успокаивал меня:
  - Я тоже работал в кочегарке, ничего страшного. Нас имеют, а мы крепчаем.
  - Да, но вы в своей кочегарке получали сто двадцать советских рублей, а я, на ваши деньги - дай бог, чтобы рублей тридцать.
  Научный вздыхал и наливал мне стопку виски, потом подходил к окну и задумчиво смотрел то ли на проспект Лаврентьева, то ли на стоявшего на подоконнике мансийского идола. Затем, с грустной улыбкой, бросал:
  - Кончатся эти проклятые времена, вот увидишь.
  Солнышко подсвечивало блестками горстку монет разных государств, ссыпанных у ног идола. Идол смотрел тебе в лицо равнодушными узкими глазами. Сейчас, в две тысячи девятнадцатом, я вполне мог бы сравнить лицо этого идола с лицом мэра Москвы Собянина. Холодное. Замороженное дерево.
  Мог бы - но не стану проводить подобных аналогий. И вообще, кличку 'Оленевод' придумали для Собянина люди, мало сведущие в мансийской культуре. Манси, по преимуществу - таежные охотники, а вовсе не оленеводы. Настоящие оленеводы - это живущие севернее и западнее ненцы.
  - Прописку в общаге можете помочь сделать? А то в аэропортах менты тормозят, когда по России летаешь.
  Научный вздохнул, подошел шаркающей походкой к столу:
  - Эх... А вот это вопрос сложный, сложный. Поспрашиваю... Но сам понимаешь - вряд ли. Времена -то такие...
  ***
  Немного слов про кочегарку (рассказ о ней нужен для понимания ситуации с шоубизом). Кочегарка наша располагалась в районе, населенном армянами, курдами-йезидами и грузинами. То есть в целом - кавказцы-христиане. Котельная не была цоевской 'Камчаткой'. В основном посещали нас армяне, курды и грузины. Многие - приблатненные, а некоторые - прямо вписанные в воровскую вертикаль.
  Мой Бригадир говорил:
  - Звери... Приходят, чтобы в нашем кочегарском душе помыться, потом сидят тут как в клубе. Впрочем, это и хорошо - деньги платят - и ладно. Но вот грузины выделяются на общем фоне. Приличные люди, да.
  Посетители с района действительно платили нам абонентскую плату за свои посиделки. Еще иногда заходили цыгане - но те чисто по делу, прикупить угля по дешёвке.
  Бригадир был чуть старше меня. Закончил Институт связи, но почему-то оказался в итоге в котельной. Был он в авторитете за 'русскую смекалку' и хорошее знание как там и что в этих немецких печах 1942 года выпуска (а у нас стояли именно они, со сбитыми рейховскими гербиками, но с надписями фирм-производителей)...
  Наверное, хватит пока про кочегарку.
  А, ещё. В ней я научился спать при любом шуме. Насосы грохотали так, что уши закладывало.
  И мелочь: выходим из метро, Бригадир провожает меня на остановке до Академгородка. Глаза у нас от въевшейся угольной пыли - будто подведенные. Глупый молодняк хихикает: глянь-ка, два пидора городковских.
  Один раз бригадир стукнул подобного остроумца бутылкой по голове (они убежали).
  Шахтеров в Новосибирске нет, поэтому людям не понятно - откуда у человека черная каёмка вокруг глаз.
  {ВСТАВКА. Иду по делам в типографию, у входа окликает кто-то. У 'Газели', среди кучи ящиков - парень в синем халате грузчика и в вечной форрестгамповской кепочке. Наш Бригадир.
  Немного неловко здороваемся.
  - А ты что, из кочегарки совсем ушел?
  Бригадир машет рукой:
  - Да ну ее... На газ переводят, нам с третьим разрядом туда и не сунуться. Теперь будут аккуратные девочки работать. В стерильной чистоте.
  - А в другую не пробовал устроиться?
  Он покачал головой.
  - Не пробовал. Да и не хочу - надоело угольной пылью дышать.
  - Да, и глаза... Помнишь - стоим на остановке, глаза как у шахтеров, с угольной каемкой..., - вспоминаю я.
  - Ага, и какие-то гопники говорят -'смотри-ка, два пидора с накрашенными глазами'.
  - А ты им - 'Вы че, бля, берега попутали? Мы пацаны с Ленинского района'.
  Мы засмеялись.
  Бригадир поправил кепку, сказал:
  - Валерка-студент сейчас в банке трудится.
  - А Бандера как поживает?
  Бригадир вздохнул:
  - Повесился.
  - Да ты что?
  - В новогоднюю ночь. Ну ты же помнишь, как в новый год смены проходят? Все напьются, за температурой никто не следит, гостей куча... Никто даже не заметил, что его нет нигде. Ну нет и нет - может притомился, да спать лег. К утру температура падать начала - стали Бандеру искать. В бойлерную зашли - а он висит там.
  - А причина..?
  Бригадир пожал плечами:
  - А не знает никто. Жена у него померла незадолго до этого. Пил сильно. Видать, грустно ему стало жить.
  Мы пожали друг другу руки и расстались.}
  ***
  Потом меня позвали в шоубиз, заниматься организацией концертов приезжих звезд. В фирме все, кроме меня, были героиновые наркоманы и/или гомосексуалисты, я был одиноким натуралом. Но этой компании я благодарен за минимальные основы управленческих практик, за первое понимание того, как устроен достаточно большой бизнес.
  Потом я ушел (трудновато мне в подобной среде), а вместо себя оставил Бригадира. Хозяйка сама так захотела: он же классный. Затем уже без меня Бригадир делал концерт 'Мумий Тролля', и получив предоплату с предварительной продажи билетов, все деньги пропил. Все, блин. А это были деньги на райдер музыкантов, на дорогу - и прочее. Операционные расходы.
  Как сказала мне потом жена Бригадира: ну а вы что думали, почему же он, такой умный, работает полжизни в кочегарке?
  Не знаю почему. Может поэтому, а может - внутренняя эмиграция. Кто уж разберет теперь.
  ***
  Я тогда снимал комнату в коммуналке на ВАСХНИЛЕ - километров десять до метро. Ван в то время из Ынбара перебрался в Нск, жил в высотке почти на Маркса - и вдруг хозяева неожиданно попросили его съехать. А денег нет, ну и вообще - заморочки. Он и заселился временно ко мне. А потом приехал еще и вановский знакомый из Ынбара, русский старовер Никодим. Никодим в Новосибирске учился и приехал сдавать сессию. Так месяцок мы и прожили, втроем в коммунальной комнатушке.
  Никодим... Ну что про него расскажешь? Современный молодой старовер, чьи предки бежали в Ынбар из России за свободой.
  Про саму атмосферу коммуналки я рассказывать не буду: об этом в русской литературе есть уже объемистый корпус текстов. Добавить, в общем-то, нечего
  Неформальный лидер квартиры, сорокалетний мрачный таксист, в течение года был на кодировке. Ходил трезвым и следил, кто в туалете свет не выключил. Потом кодировка кончалась. Он безрадостно забухивал, его отвозили в клинику, а жена его устраивала в квартире разгул. 'А голые при луне танцевать не будете?' - 'Будем'.
  Танцевали они на столах. Буквально.
  Хотелось оттуда съехать, это понятно.
  ***
  И вот звонит мне Ник. Музыкант, звукорежиссер, рекламное лицо одной из крупных русских компаний, назовем её 'Колобо'.
  А мы с ним до этого записывали музыку, знакомы были уже давно - но общались не так уж и плотно.
  - Приходи в клуб 'Труба'.
  Я:
  - Так денег нет.
  - Да ничего, нормально. Познакомишься с нашим директором.
  Ник работал в брендовом рекламном агентстве. Они в основном не размещением занимались, а разработкой брендов, логотипов, джинглов и тому подобная хрень.
  У меня в голове щелкает: реклама. О чем я раньше думал со своей устремленностью к ненужным миру профессиям?
  Вот, короче, и билет из ямы. Реклама. Generation П.
  Ну. Я и говорю - еду, ждите. Скоро буду, все дела.
  Наскребаю на проезд с ВАСХНИЛА до центра (это километров двадцать). Общаемся с рекламщиками в 'Трубе' (о чем-то даже договариваемся). Все идет окей.
  (Клуб 'Труба' открыл один из бывших трубачей группы 'Ленинград', там подавали очень вкусный самогон. Через несколько лет его закрыл безымянный новосибирский чиновник, которому не дали выпить на халяву и сделали замечание за невежливое поведение... Это так - бесполезная информация. Да, еще: в 'Трубе' всегда звучала хорошая живая музыка, по большей части - джаз, но не только).
  Сейчас я понимаю - не делал бы я музыку, никакой Ник мне бы не позвонил. Эта линия жизни была бы закрыта, было бы нечто совсем другое. Отмечу также (еще раз), что не познакомился бы я и с будущим Президентом Ынбара. Да и со многими другими людьми.
  Кармические узелки:
  - Опыт шоубиза, научивший меня минимальным организационным и управленческим навыкам.
  - Придумывание и запись музыки, через которые я попадаю в рекламный бизнес. Ник, конечно же. Лучший чарангист России, как я думаю. Креативный рекламщик.
  (В скобках надо отметить новосибирскую книготорговую компанию 'Топ-Книга', бывшую некогда крупнейшим игроком на российском рынке. Студенческий ещё опыт работы в ТК также дал мне очень многое. И я искренне благодарен всем, кто со мной там работал и учил меня чему-то - Федору-Программисту, Сергею Теленкову, Игорю Ананьину и даже доктору философских наук, который занимался у нас в клиентском отделе сбором бумаги от разорванных упаковок и скручиванием их в перемотанные бечевкой аккуратные трубочки).
  Но пора ехать дальше.
  Уважаемый читатель, вы не против? Предупреждаю: иногда могут наблюдаться виражи, вроде как на русских горках. А иногда смысловые выстрелы в голову, как в русской рулетке. Но тут уж зависит от того, как барабан крутанется.
  
  Глава 6. Из истории Ынбара. Корейцы и первый опыт работы над фильмом.
  "История имеет такое же отношение к истине, как теология к религии - то есть такое, о котором и говорить не стоит".
  (Роберт Хайнлайн)
  
  Сначала пару слов скажу о недавней истории Ынбара. Как столица стала Коммун-Хото, а в независимом, вроде бы, Ынбаре установился вдруг жесткий вариант коммунизма (да еще густо замешанного на апартеиде), а также почему сейчас среди ынбарцев с трудом можно отыскать читающего на тибетском языке.
  Начиналось все совсем даже не плохо. Николай (последний русский император) по обращению местных князей даровал Ынбару протекторат (т.е. защиту от Китая и набиравшей силу Японии), пообещал не трогать местных обычаев и верований, построил в Ынбар дорогу, начал развивать современные средства сообщения с миром, вроде телеграфа. А через три года императора подло убили вместе со всей семьей. Без суда и без следствия. Просто перестреляли в уральском подвале как зараженных неизлечимой болезнью псов.
  Ынбарские князья остались в полном недоумении: а как же протекторат, если империя развалилась вслед за Цинской, а бледнолицые устраивают на территории Ынбара кровавые разборки между собой?
   Кто теперь будет защищать от бывшей империи Цин, рассыпавшейся де-факто на несколько враждующих между собой регионов?
  На всякий случай ынбарскую столицу переименовали в Коммун-Хото, на здание правительства повесили бородатое лицо чужеземного, почти марсианского Маркса.
  ***
  С одной стороны, надо помнить, что ынбарцы - прирожденные воины. Многим ынбарским мужчинам война по душе, 'лекарство против морщин'. С другой, одновременно, ынбарцы тихи и несколько наивны с точки зрения окружающих народов. Бунтовать против какого-бы то ни было императора - не в их обычае. Лучше договориться и, как сказал применительно к ним один манчжурский император: 'Пусть живут как птицы в небе, ведь обуздать их законами Поднебесной - невозможно'.
  А вот с третьей стороны. Если уж за две тысячи лет, с тех пор как ынбарцы стали попадать в хроники, хронисты проявляли единодушие лишь в том, что 'все ынбарцы - прирожденные колдуны' - тут ведь тоже есть о чем подумать.
  (Интересно, что свою собственную письменность ынбарцы утратили еще много сотен лет назад, и с тех пор для делопроизводства пользовались монгольской и китайской, а для выражения философских мыслей - тибетской.)
  ***
  Как бы то ни было, в 1921 году Советская Россия признала независимость Ынбарской Народной Республики, при условии создания в Ынбаре некой Народно-Революционной Партии (которую возглавили поначалу князья и буддистские монахи). Но в 1929 году просоветская группа совершила государственный переворот, сотни человек были расстреляны, элита деклассирована, и в Ынбаре началось 'головокружение от успехов'. Пришлось даже вмешаться Сталину и окоротить местных неофитов. Впрочем, ни одного монастыря так и не восстановили (в 2000-е рядом с развалинами старинного сооружения воздвигли некий новодел, только без студентов, просто для фотографирования).
  В целом, ынбарский режим тех времен можно охарактеризовать, как 'Северная Корея без бесплатных детских садиков'.
  Все буддистские монастыри были разрушены, ламы были расстреляны или ушли в подполье, а шаманы припрятала бубны до лучших времен. Уцелевшие потомки князей, наверное, думали: ну и попали же мы с этим 'российским' протекторатом!
  Местный Ким Ир Сен счастливо правил с 1929 по 1973 год, а потом передал власть довольно безликому представителю монголизированного ынбарского района.
  Скромный бюст вождю до сих пор так и стоит на центральной площади Коммун-Хото. Да и пусть стоит - это уже история. Если каждый раз ломать все статуи правителей - ничего хорошего от этого не будет. Каким бы ни был Калигула, но сейчас его аутентичное старое изображение стоит безумных тысяч или миллионов баксов.
  ***
  На этом пока закончим экскурс в ынбарскую историю и вернемся к нашему расследованию.
  Весной 2003 года я с удивлением обнаружил: сотрудничество с рекламным агентством вовсе не приносит баснословных прибылей. Я начал грустить и думать: что же я делал не так? Красивая сотрудница агентства Мухаммедшина уверяла, что проблема в моем недостаточно позитивном мышлении. Не знаю, возможно она была права. Но мышление в любом случае никак не позитивировалось в достаточной для извлечения прибыли из этой позитивности. Чтобы я ни делал - 'кокос не рос, а крокодил совсем не ловился'.
  ***
  И тут мне позвонил кореец Джун. Выходец из Южной Кореи, он закончил в Новосибирске политех, а после этого возглавил в Академгородке Институт Самсунг.
  Компания тогда как раз готовилась к рывку на рынке сотовой связи (надоело заниматься только стиральными машинками и другой бытовухой). Для этого им нужны были передовые наработки, в частности те, которые годами пылились в академгородсковских НИИ. Институт Самсунга как пылесос высасывал все это не нужное никому в России интеллектуальное барахло. (Некоторые результаты вы можете увидеть теперь повсюду и даже - обнаружить в своем собственном кармане).
  Джун сказал мне:
  - Мы снимаем фильм о прародине корейцев. Нам нужны Ынбар, Алтай и северные олени. Ты ведь знаешь Ынбар и Горный Алтай?
  - Конечно, - соврал я. Я знал Ынбар, но Горный Алтай не посещал еще ни разу.
  - Послезавтра приедет съемочная группа. Наш главный телеканал, самый рейтинговый.
  - Все будет готово. Но со мной будет еще один человек.
  - Ноу проблем.
  Теперь мне оставалось быстро найти человека, который действительно хорошо знает Горный Алтай. Зная, где искать, в Новосибирске найдешь что угодно. Я начал искать.
  - Я буду ждать вас в Горно-Алтайске. Машина будет, водитель хороший - ни о чем не беспокойтесь, - сказала мне приветливая алтайка.
  
  Надо ли говорить, что по приезду в Горно-Алтайск никакой приветливой алтайки я не обнаружил? Съемочная группа смотрела на меня выжидающе, я ободряюще улыбался, потом сказал:
  - Пока она к нам едет, давайте зайдем в музей. Там интересно.
  Мы зашли в музей, корейцы разбежались по стендам, а я думал (как это принято писать - 'лихорадочно'): где мне за полчаса найти хорошего проводника?
  Джун доверчиво улыбался. До этого в Новосибирске я показал им в зоопарке какого-то оленя, и, не смотря на мои протесты ('Зачем вы его снимаете! Он же не северный! Это же просто марал!') корейцы деловито нащелкали его на свои камеры. Все остались довольны: первый эпизод есть. 'Научный консультант' не подвел..
  'Северный олень томится в Новосибирском зоопарке, а скоро вы увидите их в диком виде, ведь они тут буквально везде'.
  Впрочем, по-человечески, не для камеры, корейцев больше заинтересовали простые домашние животные, вроде коров, свиней и коз. Они переспрашивали: - правда это из них берется молоко и мясо? А в России до сих пор держат их дома? Оживленно жестикулировали и тыкали во флегматичных коров пальцем.
  Кармический узелок:
  - Телевидение, производство фильмов. Я впервые понял, что в этом нет ничего волшебного: это такой же организационный процесс, как и любой бизнес. Нужно просто уметь.
  
  Глава 7. Съемки корейского фильма, обрывки Горного Алтая. Прилет в Ынбар.
  "Со мной тоже такое бывает. Смотрю на карту - и вдруг возникает дикое желание отправиться неведомо куда. Как можно дальше от удобств и благ цивилизации. И своими глазами увидеть, какие там пейзажи и что в тех краях вообще происходит. До лихорадки, до дрожи. Но откуда в тебе это желание появилось, никому объяснить не можешь. Любопытство в чистом виде. Ничем не объяснимое вдохновение".
  (Харуки Мураками)
  
  Итак, диспозиция:
  - директор Института Самсунг Джун, хорошо владеющий английским и неплохо - русским, 'знаток русской души'
  - корейский старичок, в котором я, в конце концов, опознал режиссера фильма
  - два корейских же оператора
  - пара-тройка молодых корейцев, чьи функции я так и не смог определить. 'Присматривать за Джуном'? 'Помогать старичку-режиссеру'?
  
  И я, сказавшийся знатоком Горного Алтая и при этом ни разу там не бывший.
  
  Год - две тысячи второй. Россия еще только начала свое медленное поднятие с колен. Доллар ещё был нормальным долларом по ППС..
  
  Корейцы разбежались по музею, защелкали фотоаппаратами. Я махнул Джуну: 'ай вилл кам сун' и отправился странствовать по служебным коридорам. Зашел к директору, протянул удостоверение:
  - Антропологический институт. В рамках проекта 'Визуальная антропология Саяно-Алтая' проводим совместную экспедицию.
  Директор покрутил в руках красную корочку, затем предложил:
  - А не взять ли вам Аню? Если не на долго, уступлю. Талантливый молодой археолог... Заплатите-то ей нормально?
  
  Я успокаивающе поднял руку: не беспокойтесь.
  - Надолго? А то у нас Аня - специалист незаменимый.
  - На сутки. Примерно.
  - Тогда о чем речь? Берите, если она согласится.
  
  Он позвонил куда-то по селектору, и через пару минут перед нами стояла нагловатого вида молодая русская девушка. Выслушав меня, она сказала с деланным сожалением:
   - Так ведь у меня проект горит. Со всем удовольствием, но...
  
  Я вывожу её в коридор:
  - Аня, выручи. Вот тебе сразу пятьсот долларов. На тебя последняя надежда. И директор не против. Поехали.
  
  Аня скривилась, изображая тяжкие раздумья. Потом:
  - Ладно, поехали. Мне еще домой за вещами надо заехать.
  Так и покатила наша алтайская поездка, как по рельсам. Аня действительно знала буквально всё. Но вот насчет диких северных оленей она, глубоко задумавшись, сказала:
  - Их и с вертолетами не сыщешь. Могу показать маралов.
  
  Джун радостно замахал руками:
  - Марал хорошо. Северный олень Ынбар искать.
  - Джун, там тоже вертолет надо. Далеко лететь.. Северные олени только в одном районе Ынбара есть. Вот верблюдов - пожалуйста.. А олени...
  - Марал хорошо, Ынбар ехать разбираться, нормально.
  
  Алтайская поездка прошла прилично. Корейцы вели себя почти как дисциплинированные японцы. Послушно снимали наскальные рисунки с изображениями вожделенных оленей. Беседовали с пожилыми алтайками. Аня поясняла им, что по чём.
  
  Видимо было как: Джун корейскому ТВ сказал, что всю Россию знает, а по Ынбару есть отдельный специалист. Делегировал мне. А я Алтай делегировал Ане, о которой корейцы до конца так и думали: вот он, тот проводник, о котором договорено было первоначально.
  
  На самом деле, она оказалась куда лучше первоначально найденной мной полубезработной молодой алтайки: серьезный специалист по Алтаю. Правда по древнему - ну так ведь корейцы прародину искали, так что древность - самое то.
  
  Нашли и маралов. Аня привезла нас к питомнику:
  - Тут уже от нашей удачи зависит - выйдут к ограде, или нет.
  - Лук, лук, - закричал Джун, указывая на неподвижную облезлую фигуру оленя.
  
  Операторы перепрыгнули через ограду, несмотря на мои увещевания о том, что 'это же частная собственность'. Начали снимать марала с разных ракурсов. Марал не двигался.
  
  И вдруг мы понимаем: так ведь это не живой марал, а всего лишь чучело. Мы с Аней начали хохотать, корейцы сдержанно улыбались.
  
  Сквозь выступившие от смеха слёзы, Аня выдохнула:
  - Один, видать, от старости помер. Его и поставили у дороги. Для... для... красоты.
  
  И Аня снова захохотала.
  
  Джун похлопал меня по плечу:
  - Ничего, мистер Борис. Этого нам хватит.
  
  И тут вдруг марал шевельнул ушами, а потом нетвердой походкой двинулся от шоссе в сторону леса. Он, оказывается, был вполне себе жив, просто прибывал в чем-то вроде предсмертного транса.
  
  На этом алтайскую часть путешествия я закончу и перейду к ынбарской.
  
  Из Горно-Алтайска мы вернулись передохнуть в Новосиб. Тем более, что из Горного тогда никакие самолеты вовсе и не летали, а уж тем более - в Ынбар.
  
  Из международного аэропорта Толмачево мы, нагруженные кинематографическим барахлом, вылетели в ынбарскую столицу (прежний ынбарский Президент следил, чтобы Коммун-Хото был связан ежедневным аэросообщением со всеми крупными городами, представляющими интерес для ынбарских жителей).
  
  Ынбар встретил нас солнцем и отсутствием оговоренного заранее водителя. Это проблемой (пока что) не было: загрузив корейцев в такси, я отвез их в шаманские юрты. Юртам и шаманам корейцы чрезвычайно обрадовались. Лунное Сердце уехала на семинары куда-то в Америку, но нас и без того приняли радушно.
  
  Я понял, что олень уже практически перестал интересовать корейцев. Сняли в новосибирской клетке, сняли на воле - ну и ладно. ОК.
  
  Джун в шаманском дворике спросил:
  - А правда ли, что весь Ынбар зарос качественной индийской марихуанной?
  - Ну, весь-не весь..., - замялся я. - Да и о качестве идут споры. Некоторые считают, что афганская или мексиканская несколько лучше... А вам это для фильма?
  - Нет, нет, - запротестовал Джун. - Просто из любопытства спрашиваю.
  Мы помолчали, я задумчиво выкурил сигарету и наметил план на завтра:
  - Поедем на Черное Озеро.
  - А это далеко?
  - В Ынбаре всё далеко, это тебе не Корея. За день доедем.
  - Там олени? - деловито поинтересовался Джун.
  - До оленей надо на вертолете, я же говорил. А там - самое глубокое озеро Ынбара. Полкилометра глубиной, примерно. Люди там живут, как жили тысячу лет назад. Чужих там и не бывает почти - добираться трудно. А еще оттуда происходит род известного российского политика Н. Слыхал про такого?
  - Про такого слыхал. Но нам он не интересен. Поедем озеро смотреть. Если олени будут - скажешь?
  - Обязательно скажу. Но северных оленей там точно нет. Там яки. Но если будут олени - скажу.
  Вечером водитель объявился, а утром мы отправились к Черному Озеру.
  
  В дороге мне почему-то вспомнилось, как Харуки Мураками, известный в те года писатель, решил впервые посетить Россию. Он приехал на Сахалин и написал что-то вроде того: 'Русские постоянно едят кимчи, даже на улице, на ходу, из длинных узких пакетиков. Везде у них книжные лавки, и даже там, где у нас бы стоял лоток с овощами, у них - стопки книг. Есть даже японские авторы. Еще в России очень дешев папоротник, и его также едят прямо на ходу, но меньше, чем кимчи. Русские паровые пирожки (они их называют пянсе) мне понравились не очень'.
  
  Надо ли говорить, что ни на какое Черное Озеро мы в итоге не попали?
  
  Приложение к главе 7.
  На дереве жили дикие пчелы. Мед у них был вкусный, но его было немного.
  Пришел кто-то, поставил рядом дом. Пчелы отнеслись к этому философски: вроде нам жить не мешают, так и ладно.
  Иногда происходили эксцессы - то пчела кого-то из жильцов укусит, то пчелу прихлопнут.
  
  Однажды в дом пришел козлобородый комиссар.
  - Вы тут неправильно все живёте. Я научу.
  Выкосили часть цветочных растений, из которых пчелы добывали пыльцу и засеяли окрестности несъедобным для них турумбиксом.
  
  Комиссар периодически обрызгивал улей какой-то херней из балончика, приговаривал:
  - Это для вашего блага. Чтоб спокойней были.
  
  Самых умных пчел выявляли с помощью сложных тестов и забивали мухобойками.
  Пчелам построили новые ульи: современные, бетонные, с отоплением.
  
  Впрочем, мёда больше не становилось. А однажды козлобородый комиссар исчез, словно и не было его.
  
  Пчелы отошли немного от комиссарских опрыскиваний. Часть пчел была полностью дезориентирована. Часть - просто разозлена. Житья бедной семье совсем не стало: кусали и кусали. А мед стал для поселенцев каким-то непонятным. И поселенцы стали уходить, один за другим...
  
  Кто видел фигурки пчел на детской площадке за магазином '1000 мелочей' в Коммун-Хото - лучше поймет мою метафору об Ынбаре.
  
  - Бр-р, какие же они злые, эти пчелы. И зачем им такие большие оскаленные зубы?, - удивлялся как-то раз Ван, пока мы ждали во дворе какого-то знакомого депутатишку.
  
  ***
  
  Кармические узелки:
  - наблюдение за процессом съемок
  - знакомство с Алтаем и Аней
  - новое попадание в Ынбар, с другой миссией. Посещение последнего района, оставшегося почти непосещенным.
  
  Глава 8. Ынбар: ехали к озеру, а приехали к родственникам. А какая разница?
  "Случайная встреча - самая неслучайная вещь на свете, а люди, что назначают точное время и место свидания - это те самые, которые пишут только на разлинованной бумаге и выдавливают зубную пасту из тюбика, обязательно начиная снизу".
  (Х. Кортасар)
  
  Перед отъездом из Коммун-Хото директор Самсунга, деловитый молодой человек, спросил меня:
  - Я слышал - если в юрту приедешь, надо с собой подарки.
  - Конечно, надо. Мешочек карамели, печенье, шоколадки, сгущенку можно. Что-то вкусное, чтобы и детишки порадовались.
  
  Джун задумался, потом уточнил:
  - А спиртное?
  - Это на усмотрение. Но бутылке водки любой чабан будет рад.
  - Водки? Ну что мы, звери что-ли. Купим коньяк. Два ящика.
  - Джун, коньяк их не столько обрадует, сколько удивит.
  - Нет, коньяк. Пошли, берем два ящика. Надо.
  
  Надо - так надо. Мы взяли два ящика коньяка, бутылку Джун раскупорил уже на выезде из Коммун-Хото.
  - Ты же говоришь, далеко ехать? Чтобы не скучать.
  
  Он налил коньяк в пластмассовые стаканчики, раздал присутствующим и спросил:
  - Знаешь, что меня больше всего удивляет в русском языке?
  - Что же?
  - Слово 'зажигалка'.
  
  Все корейцы захихикали.
  
  - Что же тебя удивляет в этом слове? - удивился я.
  - В Сеуле так называют проституток.
  - Прямо вот этим словом - 'зажигалка'?
  - Да.
  
  Вот тебе и 'спутник', подумалось мне.
  
  Молчаливый по жизни водитель через плечо спросил меня по-ынбарски:
  - Борис, а твоим друзьям очень сильно надо на Черное Озеро?
  - Для фильма будет красиво.
  - Э, ты не знаешь какие красивые места у меня на родине... А они знают, где Черное Озеро находится?
  - Знают только, что к западу от Коммун-Хото и что долго ехать.
  - Пойми, брат, я уже у мамы два месяца не был. Им какая разница? Поехали к нам, на Южный Край. Там такие горы..! Мама приготовит горячую колбасу из крови... Как люди посидят. Это же дом. Зачем им это Черное Озеро?
  
  Я вспомнил, что на Черном Озере у меня знакомств нет, кроме авторитетного в тех краях бисексуала. Да, он держит район - и всё нам выстроит. Но ведь будет ждать в ответ любви. Выпьет - так еще и к корейцам пристанет. А они все - весьма религиозные христиане. Я, в свое время, еле удрал оттуда, когда гостеприимство Джузеппе (да, итальянское имя, не удивляйтесь) начало переходить инсталлированные в моем сознании 'рамки приличий'..
  
  - Ладно, - говорю я водителю, - Мы с тобой много лет знакомы. Надеюсь - плохого не посоветуешь. Только до своротка ничего им говорить не будем. А потом пусть сами сделают выбор.
  - Мы скажем, что дорогу дождем размыло. Там ведь правда, всегда всё размыто, начиная с Белых Грязей. Даже я на таблетке там с трудом проезжаю.
  - Пусть будет так, - ответил я.
  
  Между тем, корейцы активно напивались коньяком. Относительную трезвость сохранял лишь престарелый режиссер. Он иногда ворчал что-то в сторону Джуна, а Джун примирительно прикладывал ладонь к сердцу.
  
  - А где здесь марихуанна? - неожиданно спросил у меня Джун.
  
  Я махнул рукой в окно:
  - Да везде.
  - Остановите машину, - попросил Джун водителя.
  
  Он вышел, долго разглядывал придорожные травы, затем сорвал пучок полыни и протянул мне:
  - Это она?
  - Нет, - засмеялся я. - Вот она, смотри.
  
  Джун вытащил из машины полиэтиленовый мешок и набрал половину подсохшими листьями конопли. Сделал неуклюжий косяк из какого-то обрывка листа А4, с удовольствием затянулся, передал молодежи. Водитель смотрел на всю эту процедуру с ироничным интересом.
  - Передай им, у нас траву не курят. Зачем легкие портить? Гашиш надо нормальный. Сказали бы - я бы им достал.
  - А ты разве куришь 'горькую полынь'?
  - Нет, что ты. Не пью и не курю - работе помешает, в семье проблемы. Зачем это?
  
  Корейские ребята добили свой странный косяк и мы двинулись дальше, к ынбарскому западу.
  
  - Вот здесь место силы, - пояснял я по ходу. - А вот тут Далай-Лама проводил освящение, видите табличку?
  
  Корейцы довольно кивали и продолжали прихлебывать коньяк. Так и чабанам ничего не останется, подумал я.
  
  ***
  Часа через три на развилке мы тормознули.
  - Передают, что дорогу на Черное Озеро размыло дождями. Поедем на юг. Там тоже юрты, экзотика, колорит. Есть что поснимать. Остановимся у мамы водителя, - объяснил я Джуну, и они начали оживленно спорить о чем-то с режиссером. К моему сожалению, режиссер ни слова не знал ни по-английски, ни по-русски, так что свою копейку в этой беседе мне засунуть было решительно некуда.
  
  - На юг едем, - в конце концов сказал Джун, и мы начали забираться на покрытый густым лесом перевал.
  
  'А ведь корейцы не хуже русских пьют', - подумалось мне. - 'Только выпивают поменьше'.
  
  Режиссер тем временем начал ругать директора Института Самсунг и молодежь. Ругался он долго, я попытался увещевать его по-английски, но тут же вспомнил, что между нами - языковой барьер, и старичок по-английски ничегошеньки не смыслит. После заряда ругани все корейцы как-то присмирели и быстро уснули. Проснулись они, лишь когда водитель остановил на лысом безлесом перевале нашу таблетку и сказал:
  - Вот тут пусть снимают. Тут красиво. Вот он такой, мой Южный Край.
  
  Корейцы неохотно выбрались из таблетки и начали снимать.
  
  Старичок молча сидел в машине и сквозь свои очки разглядывал раскинувшиеся вокруг суровые горы.
  
  ***
  После угощения в юрте корейцы пошли блевать.
  - Что это с вами? - удивился я.
  - Им не понравилось, как моя мама готовит? - встревоженно спросил водитель. Потом добавил: - Им ведь все равно этот коньяк не нужен. Оставь мне ящик.
  Я:
  - Пусть в машине болтается, мало ли что. После поездки заберешь.
  
  Джун объяснил мне по-английски:
  - Понимаешь, мы никогда не видели, чтобы при нас скот убили, а потом из него наделали колбасы. Нас от этого тошнит. Шок. Скажи своими друзьям, чтобы не обижались.
  
  Я перевел, хозяева юрты посмеялись, ободряюще похлопали кого-то из корейцев по плечу:
  - Скажи им, что надо им подольше в Ынбаре пожить. Тогда и привыкнут.
  
  Я перевел, Джун вежливо улыбнулся.
  
  - Куда теперь? Здесь ещё снимать будете? Есть интересные каменные круги, остались от древнего населения. Есть соляная гора. Вся из розовой соли. В Коммун-Хото тоже есть интересные достопримечательности.
  - В аэропорт, - махнул рукой Джун и вытер салфеткой рот.
  
  ***
  В аэропорту я спросил Джуна:
  - А где твоя марихуанна?
  - В сумке, а что? Вот, смотри.
  - Посадят. Вот что.
  - Но я читал, что в Ынбаре марихуанна легальна, - запротестовал было Джун, Я забрал у него пакет и выбросил в мусорку.
  - Это вас кто-то обманул, - ответил я и сплюнул в стоявшую рядом урну, прямо на пакет с марихуанной.
  - Это же тысячи долларов... И никто не будет обыскивать корейскую съемочную группу, - начал возражать Джун, но я скривился, показывая, что разговор окончен.
  
  Дальше был прощальный ужин в новосибирском ресторане 'Сеул'. Слёзы моей подруги от излишней остроты блюд ('мы специально делали не остро, чтобы русские могли поесть'), а потом теплое прощание. Даже старичок-режиссер растроганно обнял меня и что-то пробормотал по-корейски.
  
  Я остался с небольшой, но греющей душу пачечкой долларов в кармане. Телевизионщики выпустили фильм на своем главном канале, а мне было нужно начинать новую жизнь - ибо не каждый день к тебе прилетают корейцы, желающие посетить Ынбар.
  
  Кармические узелки:
  - дальнейшее наблюдение за процессом съемки фильма и примерное понимание 'как оно всё устроено'
  - понимание того, что не обязательно за 100 баксов в месяц писать тонну научных статей, основанных на живом, полевом материале
  - простая мысль: лучше быть режиссером, чем оператором
  - посещение сильных мест Южного Края Ынбара
  
  Глава 9. Ван и работа на депутата.
  'Новосибирск - это сибирский Чикаго'.
  А. Луначарский
  
  Корейские доллары довольно быстро подошли к концу, и я уже начал было отчаиваться, и книжки по позитивному мышлению не помогали, но тут раздался звонок от Вана:
  - Не хочешь на выборах поработать?
  - А чё платят?
  - Ты сперва с депутатом собеседование пройди, потом и спрашивай.
  - А что делать? Я раньше на выборах не работал, только как музыкант - сыграл, деньги получил и ушёл.
  - Да ничего особенного. Организационная работа. Короче, ты справишься. Сейчас в офис подъезжай.
  - Я с ВАСХНИЛА добираться буду.
  - Да по фиг. Депутат на месте. Оденься поприличней.
  - Свадебный костюм?
  Я сквозь телефон услышал, как Ван скривился.
  - Давай быстро, а то прое...ся депутат, потом ситуацию не склеим.
  
  ***
  Впервые кто-то из работодателей поинтересовался темой моей диссертации. Вежливо выслушав мой рассказ об особенностях ынбарской культуры и методах, применяемых в культурной и социальной антропологии, депутат сказал:
  - Хорошо, что ты с рекламным агентством сотрудничаешь... И нормативная культура - тоже хорошо. Общие задачи ясны? Снова попасть в Госдуму, по списку. Для этого нам по Новосибирску и области надо набрать понятные тебе проценты. Но сейчас горящий проект - раздача агитматериалов в электричках. Можешь завтра запустить? Нас Москва уже душит за этот проект... Если сможешь - добро пожаловать в нашу команду.
  
  Депутат широко и по-доброму улыбнулся, прямо как на предвыборном плакате.
  
  Я подумал три секунды и сказал:
  - Конечно смогу.
  
  Ни малейшего представления о том, как это сделать, у меня не было. 'Посоветуюсь с Ваном', подумал я, успокаивая себя. Хотя... Чем юрист сможет мне помочь в наборе тридцати симпатичных девок и молодых людей, согласных за копейки мотаться весь день по электричкам?
  
  Но шансы нельзя упускать. Как пел 'Ленинград' - 'дали мяч, х..чь'. И я отправился в единственное место, где могли мне помочь - в рекламное агентство, с которым понемногу сотрудничал вот уже около полугода.
  
  Работали мы тогда против Локтя и его команды (Локоть сейчас, на 2019 год - мэр Новосибирска). Времена, когда технологов и кандидатов в Новосибе убивали 'за здорово живешь' уже отошли в прошлое. (Вспомнилась некстати история - одному из кандидатов в девяностые в Новосибе вырезали ножом на лбу слово из трёх букв, понятно какое). В общем, особых рисков эта деятельность больше за собой не несла.
  
  ***
  По ходу повествования я не описываю красоты Новосибирска, ибо в Новосибирске таковых, за исключением Оперного театра, не имеется. Ну, не буду же я описывать в красках самый длинный в России метромост (где в поездах зимой стоит жуткий холод) или 'Тихий центр', застроенный в период раннесталинского перехода от конструктивизма к классицизму.
  
  Прикол третьего города России - вовсе не в красотах. Как сказал один приезжий знакомый, 'это город, созданный для того, чтобы рекламных поверхностей было побольше'. Другой, посетивший Новосибирск зимой, отметил: 'Русские - сильный народ. Создали город в таком ужасном месте - и ничего, живут'. Второму знакомому просто не повезло. Было как раз минус сорок с ветром, очень некомфортная погода. Но так ведь не всегда. Иногда зимой и дождик бывает.
  Короче, это транзитный город для бизнеса. Многие живут в нем постоянно - но так же и на вокзале или крупном складе... нужны ведь постоянные сотрудники.
  
  Почему город кличут 'сибирским Чикаго'? А он так же быстро вырос, на пустыре. Город без истории, стяжка для региона. Сейчас вот и аналог Великих Озер есть - Обское море. Вообще, это наиболее "американский" город России, по ряду причин.
  
  Но климат похуже.
  
  ***
  В общем, прошел я в серый домик, выстроенный в конструктивистском стиле 1920-х, и говорю коммерческому директору:
  - Мне на завтра тридцать промоутеров нужно. Иначе конец. А тут - шанс.
  
  Коммерческий посмотрел на меня удивленно:
  - Так в чем проблема? Бери. За каждого в час столько-то.
  - Мишутка, так ведь у меня нет денег.
  - Ты для партии берешь, и у них нет денег?
  - На оплату ваших комиссионных - нет.
  
  Мишутка задумался, почеркал что-то на бумажке, затем сказал:
  - Вот тебе телефон Ваньки. Он всё сделает. Но только запомни - первый и последний раз. С Ванькой потом как-нибудь сам сочтешься.
  
  Плотные ряды всевозможных растений бездумно слушали нашу беседу. Вполне можно было представить, что мы не в офисе рекламного агентства, а в оранжерее. У хозяйки конторы была слабость к всевозможной растительности.
  
  - Как Муххамедшина поживает? - поинтересовался я.
  
  Коммерческий махнул рукой:
  - В Тунис укатила. Шейха какого-то нашла, цивилизованного.
  - Ну, дай-то Бог...
  
  ***
  На следующий день проект по электричкам я запустил. Депутат обрадовался:
  - Ну что ж, работай. Шесть тысяч.
  
  Я промолчал, но у Вана спросил:
  - Чё за херня? Какие шесть тысяч?
  - Не переживай, потом нарастёт.
  - Ты-то мне поможешь вписаться в кампанию нормально?
  - Это вряд ли. Я завтра в Москву улетаю. Навсегда. А вот ты вместо меня и останешься.
  - Как это вместо я тебя? Я же не юрист.
  - А я в кампании как юрист и не работал. Я спецпроектами занимался. Типа твоих электричек. Ладно, извини, у меня тут сборы. Хозяйка квартиры опять же тут как тут - проверяет, не выкрутил ли я какую-нибудь розетку. Так что давай, плыви. Захочешь - выплывешь.
  
  И стал я мирно работать со своим шумным коллективом. Мне лет двадцать шесть было - а им по восемнадцать. Типа 'старик и молодежь'.
  
  Потом в штабе мне говорят:
  - Москва еще пикеты требует запустить по городу, по всем районам. Штук двадцать хотя бы. Ты и займешься. Зарплата двенадцать.
  
  Ладно, думаю я - всё равно в три раза больше, чем у научного сотрудника.
  - Окей, логистику просчитаю, вам скажу что по чём.
  
  Считаю и понимаю, что для нашего растянутого города (туда-сюда - шестьдесят-семьдесят километров) нужна куча машин: палатки по графику поставили, собрали, людей добросили куда нужно или на проезд им дали. Получается какая-то немаленькая структура - десятки сотрудников, оборудование, техника.
  
  Делаем, проходит месяц-другой,и тут приезжает новым начальником штаба москвич. С собой привозит своего человека: 'он будет тебя курировать'. Суки, забрать хотят бюджетный поток, понимаю я, но, как человек мирный, предлагаю 'куратору' проехаться по точкам, взглянуть лично.
  
  Октябрь стоял холодный, и к концу месяца - минус двадцать с ветром.
  
  - Ты в больших городах раньше работал? - вежливо интересуюсь я у куратора.
  - Конечно. В Воронеже.
  
  Я сдерживаю улыбку, серьезным голосов спрашиваю:
  - А сколько там население?
  - Восемьсот тысяч, - отвечает куратор и смотрит в окно на бесснежные, заиндевевшие улицы.
  
  - Вот и первая точка. Пообщайтесь с ребятами.
  
  Он выходит, натянув нелепую ушанку, ниочемно беседует. После третьей-четвертой точки вижу: плоховато человеку.
  
  - Что-то не так? - участливо спрашиваю я.
  - Все нормально. Холодно только.
  - А расстояния ты понял?
  - Да.
  - Не будешь больше настаивать на уменьшении транспортного парка проекта?
  - Нет.
  
  Мой реальный куратор, помощник депутата, говорит мне:
  - Ты прям как на субботнике. Да брось ты это все, рисуй отчеты, фотки делай и в Москву шли. Вон, свою японку заставь - пусть оформляет. (А у меня помощницей работала тогда дочь японского эммигранта-коммуниста, мечтавшая открыть когда-нибудь собственную кожевенную фабрику. Всё знала про кожу и её выделку. Это была её настоящая страсть, как у Баббы из 'Форреста Гампа' - креветки).
  
  - Думаете? Неудобно как-то... Да и Тиэко не согласится.
  - Тиэко на всё согласится, лишь бы деньги платили, да в тюрьму не посадили. Всё равно москвичи этот проект у тебя заберут - для этого и 'куратора' прислали аж из самого Воронежа. Не будь таким наивным, ты же на выборах. А проект чисто московский, нашему депутату он по барабану.
  
  Не буду рассказывать про случившееся у нас в то время землетрясение - люди бежали зачем-то метро, интернет работал с перебоями, все отчеты за ту неделю мы закосячили. А после этого нам, из сочувствия, формы отчетов упростили.
  - Надо бы подумать, - говорю я помощнику депутата.
  
  Выхожу курить и встречаю на крыльце Альбину. Единственный реальный ынбарский технолог, подруга Вана. Рассказываю о своих терзаниях, а Альбина смеётся:
  - Да пошли ты этих воронежских москвичей подальше. Иди ко мне, будешь полем по округу заведовать.
  - А ты тут кем?
  - А я по всей области полем рулю.
  - Сколько там людей в поле, на округе?
  - Четыреста. Из них пятнадцать - отмороженные на всю голову бригадиры. Учителя бывшие да авантюристы всякие. Сможешь их застроить?
  - А что там вообще у вас происходит?
  
  Альбина щелчком зашвырнула сигарный окурок подальше и лаконично ответила:
  - Жопа.
  
  Кармические узелки:
  - начало работы на выборах через Вана
  - продвижение вверх через подругу Вана, Альбину.
  
  Весьма странно, но новосибирская моя судьба начала вдруг устраиваться посредством ынбарских знакомств.
  
  Глава 10. Посадка Ходорковского, сдутие кампании, мой оптимизм, ынбарский заказ.
  "Оптимист - это человек, который точно знает, до чего плох может быть мир; а пессимист открывает это заново каждое утро".
  (Питер Устинов)
  
  С детства я помню на полке книжку, на обложке которой высвечено было имя 'Питер Устинов'. Вроде - Устинов. Но почему же он - Питер, а не Пётр? Отец что-то объяснял, но я уж подзабыл. Вот сейчас во Владивостоке у меня есть знакомый пиарщик Устинов, но он вовсе не Питер, а носитель обычного русского имени. Как и положено скромному дальневосточнику, не планирующему никогда рвануть в Сиэтл или Фриско.
  
  Я попытался в том детстве почитать Питера - но не пошло. Шекспир лучше, в любом из традиционных русских переводов. А по-английски я и до сих пор читаю так себе, тонкостей обычно не замечаю - что уж тут говорить про детство?
  
  Но Питер Устинов вовсе не глуп, это-то я постепенно понял. Встроился, наиздавал книжек (да ведь и не только книжек). Молодец, или как говорят ынбарцы, в переводе на русский - 'Мужская вещь'.
  
  ***
  
  Надеюсь, робот Фейсбука или других англосаксонских платформ не сочтет это высказывание за сексизм. (А то уже были всякие прецеденты, но к чести Фейсбука - он потом извинялся).
  
  Ынбарские женщины вполне свободны. Они были свободны и до коммунизма, но коммунизм в своём стремлении 'освободить порабощенных женщин Востока' явно перестарался в случае Ынбара. Зачислили не в ту категорию.
  
  Вот представьте: у тибетской женщины может быть пять-шесть мужей. И тут приходит пламенный китайский коммунист и начинает тибетскую женщину освобождать. Тут бы надо вникнуть, да посмотреть: что да как.
  
  Короче, никакого сексизма в моей ынбарской повести не только что нет, но и быть никак не может.
  
  Вы можете использовать предложенную вам в первой главе лупу Шерлока Холмса и его дедуктивный метод - все равно ничего не найдете. И не ищете, ну его.
  
  Только не используйте шерлоковский кокаин - это верняк статья. Впрочем, об этом вы уже тоже были предупреждены.
  
  ***
  
  Конспективно:
  - кампания шла прекрасно, и на некоторых участках я за партию Союз Нужных Сил набрал на округе на некоторых участках 19% - российский рекорд (хотя заслуга была, конечно, не столько моя - сколько всей партийной машины)
  - за месяц до выборов нашего главного спонсора Ходорковского аккурат в Новосибирске арестовали, а потом и посадили в Читу, шить варежки. Денег на день голосования стало мало - да и кто захотел бы выёживаться?
  - я поехал осматривать участки и подобрал на улице симпотную замерзавшую наблюдательницу
  - с личными деньгами всё было ОК, как у меня, так и у Альбины. Помощник депутата тоже как-то благостно пережил арест Ходора. Видимо, деньги перераспределились - но тут уж я ничего точно сказать не могу.
  
  Посадка главного спонсора, господина Ходорковского, на самом деле довольно тягостно подействовала на верхушку нашего штаба.
  А японка лишь махнула рукой с невозмутимым видом:
  - Скорее бы уже эти выборы кончились. Я тут присмотрела одну работенку по кожевенному производству.
  - Ты же хотела свой бизнес.
  - Так не все же сразу. Сначала надо опыту поднабраться. Пойду на фабрику технологом. Найдется богатый муж, вложит в мой бизнес деньги - так и пойдет.
  
  Почему-то я уверен, что Тиэко исполнила свой нехитрый план. Тем более, что девушкой она была симпатичной, деловитой и неглупой. Единственный недостаток - слишком много говорила про кожевенное производство. Но ведь для кого-то это, напротив, может оказаться преимуществом?
  
  Как говорил кто-то - наличие плана, даже абсурдного, лучше, чем его отсутствие. А мы, часто, действуем вовсе без плана. А потом удивляемся - чё за фигня?
  
  ***
  От выборов у меня осталось куча (тысячи) контактов людей, которым нужна временная работа. С ними мы и проработали всю зиму. Бизнес-партнером стал коллега по соседнему округу. Мы старались брать крупняк и перебивать цену агентств. Возникали коллизии:
  - Почему ваш промоутер сделал дырку в костюме вилки и курил?
  - Не уследили, больше не повторится. За починку костюма уплатим.
  - Да, но что это а образ получается? У нас в сети пропагандируется здоровое питание, а тут - курящая вилка?
  - Знаете, мой бизнес-партнер играет в казино. Что я могу поделать? Я же говорю - по вилкам усилим контроль. Вы сами посчитайте - нам-то сколько остается с этих вилок.
  
  Наиля сурово вздыхала и выписывала нам новый заказ.
  
  И такая дребедень - каждый день.
  
  ***
  
  С Ынбаром я решил жестко порвать (были личные причины, не относящиеся к теме нашего расследования ). Для этого я принес в приречный обской лес все ынбарские шурушки, вплоть до ковра. Облил всё это бензином - и поджёг. (Ван потом обижался: 'Неужели даже и даренный мною ковер сжег? Он же был уникальный, бркованный. Вместо Ынбар там было выткано Рабны... И Ынбарский словарь. Тоже'?)
  
  И в эту минуту (почему-то это называется 'аутодафе', хотя аутодафе - это САМОсожжение) затренькал телефон. Приятный женский голос:
  - Здравствуйте, заказ на выборы. Только не пугайтесь, это Ынбар. Но безопасность мы гарантируем.
  
  Мужской голос, фоном:
  - Скажи ему, что выдадим электрошокер, а ездить будет с нормальной охранницей.
  
  Ынбарские вещи продолжали гореть. Может, хоть словарь уцелел? Или двуязычный академический сборник ынбарских сказок? Не, всё в пепел.
  
  (Занавес, антракт).
  
  ***
  На выборах мне дали машину с простреленной автоматной очередью дверью. Квартиру дали в довольно удаленном районе и... без горячей воды.
  Я удивился:
  - Так как же я без воды?
  Брюлев весело хлопнул меня по плечу:
  - Так ведь напротив - баня. Работает с восьми утра.
  
  Пошел я как-то в восемь утра в эту баню, а там перед входом всё залито кровью. Машины с мигалками. Потом читаю в газете:
  'Пятеро молодых людей, вооруженных ножами, с целью ограбления, проникли в городскую баню номер 17. Убив кассира и присутствовавших посетителей, они забрали из кассы выручку, которая составляла 80 акша, а затем попытались скрыться'.
  
  Забрали 80 рублей, для этого завалили несколько человек. Это даже не бессердечность, и уж конечно не удаль бандитская. Это просто тупость.
   Электрошокер не пригодился. Один раз, лёжа в кармане, он чувствительно ударил меня по ноге - а потом затерялся куда-то. Мы набрали свои 80%, но депутат не прошел (тогда был барьер по явке, а мы явку не дотянули, не буду долго объяснять, почему). В целом, заказчики остались довольны совместной работой.
  
  В эту баню я ходить отказался, договорились о принятии душа уАльбины.
  
  Водителем (или охранницей) работала у меня давняя подруга семьи заказчика. Её сын был программистом, настраивал у заказчика игровые автоматы. Настроил так, что неделю ходил с полными карманами денег, всех угощал и рассказывал:
  - Вот теперь уеду в Загорье. Надоел уже Ынбар, никаких перспектив. А я ведь неплохой программист.
  
  Через неделю его задержали русские (!) бандиты, и, не смотря на слезы матери, пытали в подвале до тех пор, пока он не рассказал всю схему и не пообещал выплачивать ежемесячный взнос в счет погашения долга. (Условия были весьма милостивы).
  
  В каком-то смысле его мечта исполнилась: он уехал в Загорье, в Россию. Заказчик сказал подруге что-то вроде:
  - Марина, это ведь жизнь. Бизнес есть бизнес. Что мне оставалось делать? Наблюдать, как у меня из игровых утекает бабло на развлечения твоего сынка? Работаем дальше, всё пройдет.
  
  И всё шло дальше.
  
  ***
  Как-то раз я спросил своего заказчика:
  - Ты ведь раньше выигрывал выборы. Поделись секретом с технологом. Ты, 'русский оккупант' - берешь и набираешь 70%. В чём секрет?
  
  Русский ынбарец усмехнулся:
  - Приехали в комиссию, забрали все бюллетени и протокола, все сделали как надо. Целую ночь пришлось возиться. Менты нас штурмовали, но мы-то привезли всё в бронированный офис - хоть заштурмуйся.
  - А по-настоящему нельзя было победить?
  - Ты что, смеёшься?
  
  Ынбарец встал и спросил:
  - А все технологи так много курят и пьют?
  - Не все, но весьма многие.
  - Дза-дза-дза... Главное - чтобы работа шла.
  
  В день голосования я впервые увидел главу Администрации ынбарского Президента. (потом уже мы познакомились ближе - и долгие годы было с кем поговорить в Ынбаре о высоких, но практичных материях)..
  
  Гремящий Во Славу Будды Бубен зашел на участок в сопровождении нескольких помощников, посмотрел на меня, негромко сказал с улыбкой что-то, обращаясь к своей свите. А потом вышел.
  
  Многие смеются, но тогда в Ынбаре действительно царила демократия, со всеми её плюсами и минусами. Парламент контролировала оппозиция, выступавшая за скорейший разрыв связей с Россией. Президент стоял на умеренных позициях. Хрупкий баланс был нарушен через несколько лет, когда оппозиция все-таки пришла к власти (при деятельной поддержке определенных сил в Кремле). Но тогда такой ход развития событий трудно было даже предугадать.
  
  Когда Гремящий Бубен зашел на участок, все примолкли, некоторые зашептались: ну всё, конец нам всем. Я, грешным делом, подумал: сейчас в багажник - да в поле, вот тебе, батенька и Юрьев день. Однако Гремящий Бубен кроме своей улыбки ничем не стал пугать ни меня, ни наблюдателей. Просто вышел, махнув рукой. В жесте читалось: кососукие дебилы, не смогли победить жену непопулярного русского олигарха. Ну и хрен с вами.
  
  Да, не смогли. Мы впервые в Ынбаре применили адресный подход: каждому доставлялась листовка того содержания, которая именно ему и вставит. А до этого мы предварительно изучили каждого избирателя. Соцсетей еще не было, и все делалось буквально вручную. Не думайте, что это так уж дорого. Любому кандидату под силу, было бы побольше желания и поменьше высокомерия.
  
  Но главное в другом. Ближе к концу кампании заказчики привели ко мне бородатого человека, предъявившего корочки сотрудника Администрации Президента РФ:
  - Мне нужен шаман, - сказал мне советник Администрации.
  
  Нужен - так нужен. Будет тебе завтра шаман.
  
  Кармические узелки. Тут долго можно перечислять, начиная со сожжения всего ынбарского и ынбарского же звонка в эту самую минуту. Но здесь я бы выделил одно:
  - Приход бородатого апэшника в поисках шамана.
  
  (Один из первых новосибирских долларовых миллионеров-технологов, если чё. 'Грех было бы не передать его нужному шаману'.)
  
  Хотя и знакомство с семьёй Брюлевых сыграло в потоке судьбы немаловажную роль.
  
  Глава 11. Омск, Владивосток и зависание на Сахалине.
  "Северная часть Сахалина, через которую проходит линия вечно промерзлой почвы, по своему положению соответствует Рязанской губернии, а южная - Крыму. Длина острова 900 верст; наибольшая его ширина равняется 125, и наименьшая 25 верстам. Он вдвое больше Греции и в полтора раза больше Дании".
  А. Чехов
  
  Технолог, с которым мы познакомились во время визита к ынбарскому шаману, звался Помелов. Свои миллионы (?) он сделал на кампании Союза Нужных Сил, которую блестяще провёл в 'лихие девяностые' по всей Сибири. После того, как шаман окурил его ырцем, постучал в бубен и избил Помелова специальной плёткой, технолог вышел из юрты и задумчиво сказал мне, глядя на быстрые воды Великой Реки (так и хочется назвать её Андуином):
  - После этой кампании ты поедешь со мной работать. Что умеешь?
  Я начал было перечислять, но он отрезал:
  - Писака мне не нужен. Полевик тоже. Для начала займешься социологией. Заезд двадцатого июня.
  
  Он бросил окурок в каменную урну с ынбарским узором и слабо махнул рукой на прощанье.
  
  ***
  
  В июне я приехал в Омск, а оттуда на тряском автобусе отправился на местный север. Начало Васюганских болот ('самые большие болота в мире', с гордостью поясняли мне жители).
  
  Район, в котором предстояло мне работать, был весьма многонациональным. Большинство составляли украинцы (сохранившие свой язык и передавшие часть моделей поведения остальным), затем - белорусы, русские, староверы, сибирские 'татары' и 'латыши' (оказавшиеся на поверку финнами да эстонцами). Русские делились на сибирских старожилов и на столыпинских переселенцев. Зайдешь в деревню к старожилам - все в порядке. У столыпинских переселенцев ограда кладбища повалена, свиньи бродят среди могил, а переселенцы сидят, лузгают семечки да слушают китайский магнитофончик.
  
  А, еще Германия устроила там небольшую исправительную колонию для молодых немецких преступников. Но это уже не в счет, к избирательному процессу не относится.
  
  (Хотя мне было приятно поговорить иногда по-английски с приличными немецкими преступниками (они даже мусор на улице подбирали и несли в урну; правда иногда они же угоняли трактора, 'джаст фо фан'). Так что на моё сознание эти немцы некоторое влияние оказывали, пусть уж остаются внутри повествования.)
  
  Не знаю, читатель, не утомили ли тебя эти бесконечные отступления от ынбарской темы, прямо обозначенной в заглавии? Уверяю, всё написанное к теме вполне себе относится. И технолог Помелов еще не раз появится в нашей повести, со своей седой бородой и рваной оранжевой майкой. Он и в Ынбар ещё наведуется, да не просто наведуется - а очень странным и не слишком приятным для себя образом. Ынбар иногда бывает достаточно суров.
  
  ***
  Только закончился цикл исследований - а Помелов вытягивает меня ив Омск и говорит:
  - Завтра летишь во Владивосток, проводить фокус-группы.
  - А что такое фокус-группы? Ведь я...
  Помелов:
  - Ты что, идиот? Зайди в интернет. Прочитай. В магазине купи книжку по теме, изучишь в самолете. Давай, в путь.
  
  Я купил книжку и весь рейс, борясь со сном, изучал её. Белановский, по-моему. Все грамотно изложено, да.
  
   Во Владивостоке ко мне прикрепили помощницу Настю. И мы поехали колесить по Дальнему Востоку. По три фокус-группы в день. Поначалу весело, а потом уже и грустно.
  Накурившийся химки респондент:
  - Чубайс напоминает мне фиолетового осьминога. Но только щупальца у него совсем другие..
  
  В Уссурийске я услышал, как парень с коробкой сидит и поет песню Егора Летова. Порадовало меня Сибирью, я и спрашиваю:
  - А чья песня, ты знаешь?
  - Так народная же.
  
  Это высшая похвала. На самом деле, автор текста песни - новосибирский философ Игорь Рогулин. Про него много прикольного можно рассказать. Скажу лишь один факт: группа 'Гражданская оборона' жила у него на Верхней зоне Академгородка, в добротной сталинке. Там же жила и бабушка, которую иногда просили купить травы:
  - Бабушка, как же мы дальше будем жить? У нас кончилась трава.
  Жалостливая бабушка вздыхала и нагребала откуда-то мелочь и мятые купюры.
  
  Ладно, и еще один случай с Рогулиным (специализировавшемся на изучении греческой философии), просто для характеристики.
  
  Идет он н встречу, пьяный. Теплый зимний день. Полушубок застегнут криво, кроличья ушанка вздыбила уши. 'Карикатурный дворник'. Увидев меня, радостно хлопает в ладоши:
  - Борис, а пойдём бухать в Институт философии?
  
  Я вежливо отказался, отказ занял минут пять. Такие случаи не должны удивлять читателя, ведь это - Академгородок, где в случайном дворнике вы можете узнать подававшего надежды кандидата наук, а в скручивающем ненужную бумагу в рулончики человеке - доктора философских наук. В своё время даже городковские менты худо-бедно говорили по-английски. А сейчас... 'Понабрали всяких'.
  
  ***
  Работа по Приморскому краю больших сложностей не доставляла. Но предстояли еще Сахалин и Камчатка. Камчатку я давно уже хотел посетить, а на Сахалине прошло моё детство. Хотелось взглянуть на родные камни, зеленоватое море и заросли бамбука.
  
  Прилетели на Сахалин, деликатно пообщались с родней (сейчас большинство из них уже покинуло остров). Дядя Саша отвез нас на море.
  - А ты что это коньяк не пьешь?
  - Дядь Саш, работа ведь завтра.
  - Так и у меня работа. Мне восемьдесят пять, а я о таких вещах не переживаю. Эх, молодежь...
  
  Дядя Саша был первым виденным мной человеком, купившим японскую машину. Еще в советское время. Работал на стройках во Вьетнаме, им разрешали заехать на обратном пути в Японию - прикупить что-нибудь. Сейчас был замом директора сахалинского аэропорта.
  
  - Настя. Сейчас как раз отлив. Пойдем. Я покажу, как в детстве мы искали устриц.
  - Устриц?
  - На самом деле - это списулы. Но дядя с детства приучил меня называть их устрицами. Суть одна и та же.
  
  Мы двинулись вдоль обнажившегося берега, а я объяснял:
  - Списулы прячутся в песок от морских звезд. Но дышать-то им надо. И воду фильтровать для питания. Поэтому в песке они оставляют небольшую дырочку. По таким аккуратным дырочкам мы их и найдем.
  
  Ни одной живой списулы мы так и не нашли, только пустые мертвые раковины валялись там и сям на берегу.
  
  - Билеты на Камчатку купила?
  - Конечно, - ответила Настя и мы вернулись к дяде Сашиной машине.
  
  ***
  На Камчатку мы так и не улетели. Сначала - нелетная погода, потом вышла из строя сахалинская диспетчерская служба. Мы неделю сидели в гостинице 'Монерон', питались красной икрой и корейскими салатами (утратившими уже прелесть детских воспоминаний). В итоге мы вернулись во Владивосток - вместо нас на Камчатку направили другую исследовательскую группу.
  
  Омский бородач по телефону сказал:
  - Зависли на Сахалине? Значит, твоя бабушка умрет скоро. Вот духи и задержали тебя на острове, чтобы пообщался с ней.
  
  Технолог он хороший, но вот шаман - никудышный. Бабушка прожила еще не один десяток лет и даже успела переехать с Сахалина в Омск.
  
  ***
  Я отработал еще на одних омских выборах в качестве апээмщика (тут надо отметить знакомство с подругой Помелова, технологиней Молотовой - она в нужный момент также окажется в Ынбаре), а затем вернулся в Новосиб, нашел себе в метро жену, прожил пустоватую зиму, а весной отправился на выборы в Атотомоград.
  
  ***
  Про омские выборы, немного. В районе, куда я заехал изначально, шашлык делали только из курицы. Каждый возил в багажнике шмат сала, огурцы и самогон. (Если человек солидный - то самогона было много).
  Люди были разбиты на множество этно-конфессиональных группировок, но вражды между ними я не заметил.
  
  Жил я в северной резеденции губернатора, на самом краю Васюганских болот. Жил один. Меня окружали многочисленные чучела животных: оленей, медведей, кабанов, каких-то хищных птиц.
  
  На несколько дней ко мне подселили гидролога-американца (шпиона, как я почти уверен), и мы слушали Коэна, а он накачивал у меня музыки: 'у нас бесплатно ничего больше не достанешь'.
  Потом американец уехал, и это было несколько грустно. Я остался наедине с блестящими стеклянными глазенками чучелами. 'Психо''. Хичкок.
  
  А, еще. Заходим с помощницей в татарскую деревню. Нет никого. Час ходим - никого. Двери не открывают. Потом подошел какой-то человек, отвел нас к старейшине:
  - У нас чужие не ходят, поэтому и преступности нет. Иртыш видите?
  Мы кивнули.
  - Вот там вся преступность и оказывается. Но если вы мирные социологи, то идите и разговаривайте, а сначала угоститесь.
  И нас начали обильно угощать.
  Выйдя после угощения, мы обнаружили на улице говорливых, откровенных людей, 'мечта социолога', а двери начали вдруг открываться. Вот что животворящее угощение старейшины творит!
  
  Соперничали на тех выборах Сытько - действующий глава района, и Христько - 'подающий надежды предприниматель'. Сытько разозлил губернатора тем, что подарил ему в Омске живого гуся, под камеры. И решено было неадеквата списать, а провести на должность более городского Христько. Что в итоге и было сделано.
  Но ведь живой гусь в подарок губернатору - это ведь так мило...
  ***
  В другом, более северным районе, запомнилась мне колокольня, куда мы забирались со служившим там питерским священником.
  - И вот они то и захватили всю власть не только в России, но и во всем мире, - говорил мне бородатый конспиролог, а я обозревал раскинувшееся кругом море бесконечное море тайги. Поселок был северным фронтиром области, дальше за ним на тысячи километров никакого жилья не было. Названия рек к северу были уже не тюркскими, а хантыйскими.
  Я стоял и думал: куда же я попал? Куда попал этот добрый конспиролог-священник? Зачем мы здесь?
  Я переводил взгляд вниз и вместо моря тайги видел жалкий умирающий поселок...
  - Сначала они вместо больницы делают фельдшерский пункт, потом начинают на автобусе возить детей в школу в другой поселок. а потом деревня умирает. Так вот и моя родная деревенька умерла, еще при Брежневе, - рассказывал мне Иван, мой кандидат.
  За Ивана было совсем не стыдно работать: он был настоящим сибиряком, знал толк в бизнесе и при этом имел сострадание к людям и понимание их слабой природы. Такому впору не в главы района, а в президенты России. Нечасто технологу попадаются подобные кандидаты.
  Иван триумфально победил, а через пару месяцев его машина перевернулась на скользкой трассе, упала крышей вниз в кюветную лужу. Двери заклинило. Иван захлебнулся и умер. Трагическая случайность... Хотя разное тогда говорили.
  ***
  На атомоградских выборах участвовали и Помелов, и Альбина, и Ван, и ещё ряд других персонажей, либо тесно связанных с Ынбаром, либо попавших туда после кампании.
  
  Вечерами Помелов стучал в свой гулкий бубен с целью привлечь на нашу сторону духов Атомограда. А может просто - с целью произвести на нас впечатление.
  В Атомограде - жесткая пропускная система. Заказчик спросил меня с усмешкой:
  - Ты же говорил, что новосибирская команда заедет? А у тебя половина из Ынбара, половина - из Омска.
  - Так получилось, - вздохнул я. - Сроки набора команды были слишком сжатыми, вы же знаете. А за этих людей не беспокойтесь. Это не бараны какие-нибудь. Это кошки. Умные и мышей ловят. Нужных результатов достигнем.
  - Я стану мэром? - иронично поинтересовался Добродыр.
  - А разве в этом состоит ваша настоящая цель?
  
  Кармические узелки:
  - поездка на Сахалин, знакомство с Настей
  - работа с ынбаро-омской командой в Атомограде.
  
  Глава 12. Ынбарский переворот и второе знакомство с Черной Вечерней Звездой.
  "Только дурные и пошлые натуры выигрывают от революции. Люди с большим сердцем всегда будут ее жертвами".
  Г.Гейне
  
  Атомоградский кандидат достиг своей настоящей цели, и Чубайс продвинул его на должность руководителя Дальэнерго. ("Ты так засиделся там у себя в сибирских дебрях, что аж на выборы полез? Понял. Понял... Сейчас что-нибудь придумаем'). Не знаю, каким руководителем для Дальэнерго был Добродыр (думаю, что неплохим), но по итогам работы Добродыра посадили, в рамках дела то ли Ишаева, то ли Абызова. На момент написания книги - сидит.
  
  Лето прошло странно и пустовато. Мы устраивали на Обском море тренинги с привозом ынбарских шаманов, ругались из-за денег с Помеловым, строили несбыточные планы и чуть не потеряли на море свою кошку Джессику.
  
  ***
  Госпожа Ноябрьская, заведующая в Антропологическом институте лабораторией этномониторинга посмеивалась надо мной:
  - Зачем ты изучаешь в Ынбаре всяких маргиналов? Работай с элитами.
  Но вы поймите. Один брат Президента возил в Россию гашиш и немого посидел за это на зоне.
  Потом пьяный сидел в подъезде и плакал.
  Второй брат, Черный Раджа, постоянно накуривается, а иногда забухивает и ходит по Красному Дому в трусах.
  Да, маргиналы. Но без общения с ними ынбарскую ситуацию не поймешь. Так что Ноябрьская не права была. С маргиналами надо общаться, некоторые вещи становятся яснее.
  ***
  Как-то раз, после завершения тренинга, Лунное Сердце купила бутылку виски и арбуз - и начала угощать бомжей. Кто-то из соседей сообщил нам об этом действе. Выяснилось, что она затерялась в городе (а жили мы тогда возле Зоопарка), адрес не помнила. От безысходности села на какую-то бетонную завалинку - тут и бомжи подтянулись.
  
  Я уложил её на соседний диван, сам прилег на другой. Закрываю глаза - и вижу ночь, каменистый берег моря, яркую луну... Водичка плещется. А больше ничего в этом виденном мной мире и не было. Открываю глаза - всё исчезает, закрываю - снова появляется. Захотелось подойти к воде и умыться, но я не стал этого делать.
  
  Проснувшись и выслушав мой рассказ, шаманка серьезно сказала:
  - Так тебе надо было лицо умыть в этой воде. Это тебя приглашали.
  
  Как я понимаю сейчас, по прошествии многих лет, это была развилка. Умойся я той водой - и всё пошло бы по-другому. Как? Ни малейших гипотез на этот счет у меня нет.
  
  ***
  В июле меня пригласили на выборы в Ынбар. Сначала я занимался фокус-группами, а затем возглавил направление АПМ. Придумывал кандидатам слоганы, писал некоторые центровые тексты, формировал задания для СМИ. Пришлось даже придумать название для местной правящей партии, ибо на момент моего приезда у неё было четыре разных названия. 'Размытие бренда'.
  
  На кампании я вторично познакомился с Черной Вечерней Звездой (об этом уже было в первой главе). Иногда он любезно подвозил меня до арендованной квартиры. В дороге мы неспешно беседовали. Мне он показался человеком энергетически тяжелым, но достаточно образованным и, воспользуюсь словом-пустышкой, 'продвинутым'.
  
  ('Черная Звезда очень хорошо умеет говорить, говорит-говорит - заслушаешься' - рассказывали мне респонденты на фокус-группах.)
  
  В команде со мной оказались и Ван, и Альбина, и Молотова. Молотова вела полевую часть. В конце концов как-то ночью Молотова разослала всему штабу СМС с текстом примерно такого содержания: 'Я кончаю с собой. В моей смерти виноваты вы все'. Штаб на несколько часов впал в недоумение.
  
  Молотовой было очень тяжело в Ынбаре. Впрочем, заканчивать свою жизнь там она не стала.
  
  ***
  
  Московский куратор Нехристов мне понравился. Обычно он сидел в кабинете начальника штаба (которым был глава Администрации ынбарского Президента) и мирно пил с Гремящим Во Славу Будды Бубном коньяк. Работе нашей, как нам тогда казалось, он никак не мешал.
  
  Сейчас Нехристов - один из главных людей в российской партии 'Единая Россия', но тогда он стоял несколько ниже в табели о рангах и был 'большим, но простым человеком'.
  
  ***
  
  Наступила прекрасная ынбарская осень. Соседний парк оделся золотом, и из штаба хотелось не домой, а в этот парк. Прогуляться, дойти до Госпожи-Реки, за которой - лишь голые горы да редкие чабаны...
  
  Как-то раз Ван, бывший тогда юристом кампании, спрашивает меня:
  - А не кажется ли тебе, что мы агитируем сами себя? Вот буквально: наклеиваем себе на стены плакаты, читаем брошюрки - и радуемся тому, что всё идет путем.
  - Есть такое ощущение.
  
  Мы сели в альбинином офисе и расписали всю схему. Выходило, что Москва решила слить Сына Воина, действующего ынбарского Президента.
  - Кого же они на его место хотят? Неужто кого-то из оппозиции?
  - Ну... Ни демократы, ни явные националисты им тут совсем не нужны. А кто у нас сейчас по рейтингам идет после Сына Воина?
  - Ты же сам знаешь - Черная Вечерняя Звезда. Но он же в команде Воина, вице-премьер в правительстве.
  - А кто больше всего дружит с российским министром Н.?
  - Звезда.
  - Воот.
  - Но как они все это провернут? Мы-то все равно в Великий Круг большинство проведем.
  - А хрен его знает. Посмотрим.
  - А что делать будем?
  - Да ничего. Просто работать, как раньше.
  
  ***
  Про эти выборы много прикольного можно бы рассказать. Но не буду грузить читателя лишними деталями: так мы можем уйти далеко в сторону от цели нашего расследования.
  
  Приведу один лишь пример:
  
  Мы сделали красочный буклет на ынбарском языке. Печатать решили в России. Я предложил руководителю кампании:
  - Пусть в типографии на приемке сидит ынбарец.
  - Ты же ынбарский знаешь. Глянешь макет по интернету. Зачем лишние расходы?
  - Тираж стоит десятки тысяч долларов, а присутствие ынбарца обойдется нам долларов в пятьсот, на спичках не экономь.
  - Всё будет хорошо.
  
  Привезли тираж, а там вместо ынбарских букв - абракадабра. Шрифты слетели, а россиянам-то по фиг, для них всё это и есть одинаковая абракадабра.
  
  Гремящий Бубен полистал брошюрку, отодвинул зачем-то томик Мао Цзедуна, затем сказал:
  - Всё сжечь. Главное, чтобы Президент не увидел.
  Этим же вечером брошюрки были вывезены на свалку, облиты бензином и сожжены.
  
  'Экономия на спичках' до добра не доводит. Много позже мы говорили на эту тему с Гремящим Бубном.
  - Если в тайге я окажусь без спичек, то костер всё равно зажгу - с помощью своих очков.
  
  Я, почему-то, не стал спрашивать у него: а что же ты будешь делать, если очки тебе попросту разобьют?
  
  Спички нужны, это моё глубокое убеждение. А экономить на них - глупо.
  
  ***
  
  На выборах люди Сына Воина набрали неустойчивое большинство. Потом были суды, перевыборы, какие-то голодовки и майданы. 'Буржуазная революция' (но не буржуазно-демократическая, нет).
  
  Весной Сын Воина вынужденно ушел, и на его место заступил Черная Звезда. Но я во всех этих событиях участия не принимал. На зиму я улетел в Эвенкию, проводить в депутаты престарелого газпромовца.
  
  Читатель, помнишь, как мы отложили его мумию на запасную полочку? Судя по всему, пришло время достать её, стряхнуть с неё накопившуюся за несколько глав пыль - и пустить в ход. В четырнадцатой главе она встанет перед вами, как живая (возможно).
  
  Кармические узелки:
  - знакомство с Черной Вечерней Звездой
  - знакомство с Гремящим Бубном
  - засветка в Ынбаре в качестве технолога
  
  Глава 13. Шаманские разборки и судьба Помелова.
  'На смену надеждам, естественно, пришло безысходное отчаяние. Мысль, что на какой-то полке в каком-то шестиграннике скрываются драгоценные книги и что эти книги недосягаемы, оказалась почти невыносимой.'
  (Х.Л. Борхес)
  
  По приезду из Ынбара мы с Ванькой, моим давним помощником, занялись одной новосибирской газетой. Мы поставили себе целью изучить изнутри этот бизнес, как вскрытую в лабе лягушку, особенно - его рекламную составляющую. Впрок.
  
  В это время произошла крупная ссора между мной, Помеловым, Мишуткой из рекламного агентства (он тоже участвовал в шаманском проекте) и основным нашим 'новосибирским' шаманом. Как водится, произошло всё из-за денег.
  
  Помелов действительно приводил иногда неплохих клиентов-миллионеров, которые платили по тысяче долларов за одно избиение шаманской плеткой.
  - Ох, хорошо, - вытирая пот говорил мучной магнат. - Как заново родился.
  - Вот прямо всем сердцем чувствуешь, что хлещут тебя не по шкуре, а прямо по душе, по душе... И дела-то как поперли! - вторил ему хозяин электролампового завода.
  
  А вся ынбарская часть проекта находилась при этом на мне. Проследить, чтобы шаман вовремя приехал - тоже нетривиальная задача. Были среди проблем и более сложные, о которых я умолчу, ибо читателю, не посещавшему Ынбар, вряд ли будет понятно хоть что-либо.
  
  ***
  
  Сейчас, когда я набиваю на клавиатуре эти строки, шаманская тема неожиданно легко и густо залила все основные информационные площадки России. 'Из Якутии и пешком идет в Москву шаман, изгонять Путина'. По дороге шаман оброс свитой. То ли как бегущий Форрест Гамп, то ли как новый Иисус. Прокуратор Иудеи был милостив, и шаманского Иисуса распинать не стали Два автобуса омоновцев (?) задержали мессию в Бурятии и траспортировали в якутскую психушку.
  
  Якутские психиатры отказались признать шамана психом, шаман выступил с примирительным обращением 'пока никуда не ходите, а омоновцы - хорошие ребята, задерживали меня вежливо, в рамках закона'. Ситуация подвисла.
  
  Но сам факт задержания бредущего по сибирской тайге шамана многое говорит о Кремле, его обитателях и их верованиях.
  
  В связи с этим регулярные поездки Президента России в далекий Ынбар приобретают несколько пикантный привкус. Про Медведева, Патрушева и прочих высокопоставленных граждан я и вовсе промолчу.
  
  'Медведев полностью прошел обряд, но не говори никому, что за обряд и где это было, а то узнают, что я - источник информации'. А ведь Медведев любит ходить по русским церквям и креститься на камеру...
  
  Я как-то раз надевал ковбойскую шляпу Путина, ту самую, в которой он делал свои знаменитые в то время фото. Ынбарские приключения Путина проникли даже в популярный сериал 'Симпсоны'. Именно на ынбарской лошадке Путин приезжает на американские избирательные участки и настойчиво советует напуганным избирателям голосовать за Трампа.
  
  Путин регулярно отмечает в Ынбаре свои дни рожденья, о чем на месте конспирологов я бы призадумался посильнее. А на месте Пелевина - написал бы уже наконец мировой блокбастер на эту тему. 'И тут мы поняли, зачем в юрту Путина заходил этот шаман. Нет, вовсе не затем, чтобы...'
  
  ***
  Вспомнилась некстати история про сына видного чина российской ФСБ (на данный момент большинство читателей прекрасно знает эту фамилию).
  
  Отправился он сплавляться по ынбарской речке с какими-то московскими друзьями из таких же. И вдруг с берега стреляют и кричат на плохом русском: сюда плыви.
  
  Что поделать, стреляют же. Парни подплыли. Местные ребята им:
  - Кто такие, что здесь делаете?
  - Я сын такого-то, - гордо и с вызовом отвечает сын эфэсбэшника. - Слыхали такую фамилию?
  
  Его хлесть кнутом по спине. Да по ногам - хлесть.
  
  - Это ты у себя в Москве сын такого-то. А здесь ты никто.
  
  Забрали у него золотые часы за пару лимонов, ну и так, что по мелочи было. И отпустили: плыви дальше.
  
  Добрые грабители. Могли бы что угодно сделать. Закон - тайга.
  
  В Ынбаре работают российские сотрудники ФСБ. Как утверждают злые языки, большинство из них получает вторую зарплату либо от ынбарского Президента, либо от китайцев. Ох уж эти злые языки... Чего только они не наговорят!
  
  ***
  
  И вот Помелов, законтачившись с одним из шаманов, решил - а на фига в проекте Борис, деньги с ним делить? Вот телефон шамана: позвонил, он и приедет.
  
  Я пытался объяснить Помелову:
  - Это материи тонкие. Хрен его знает, что может произойти.
  Помелов, почёсывая толстый живот, зевал:
  - Ты просто хочешь сохранить свои деньги и значимость.
  - Это понятно. Но сейчас я говорю совсем о другом.
  - Да по фиг.
  
  Ближе к зиме Помелов позвонил мне и с добрыми, но встревоженными интонациями рассказал:
  - Приехал Солнечный Луч, требует клиентов. А у меня никаких клиентов нет. Я его к тебе направил.
  - Так я не искал клиентов, зачем он мне?
  - Но ведь это твой друг.
  - Это просто муж сестры Лунного Сердца.
  - В любом случае, я посадил его на такси и направил к тебе.
  
  Тут раздался вежливый стук в дверь. На пороге стоял мрачный шаман. Мы выпили чаю, потом шаман сказал:
  - Клиентов надо. Деньги надо.
  
  До меня в эти месяцы дошли из Ынбара вести, что шаман купил себе новую машину, развелся с женой (завёл молодушку) и пристрастился к игре в подпольных казино.
  
  - Клиентов нет. И не будет. Заранее надо сообщать, за месяц, - вежливо объяснил я мрачному шаману.
  
  Солнечный Луч сидел, молчал, и на его лице были написаны примерно такие мысли: 'вот твари русские, поматросили - и бросили'.
  
  - Ты же с Помеловым работаешь, к нему и вопросы...- Начал объяснять я диспозицию и тут со стены с гулким шумом рухнул мой шаманский бубен.
  
  Я позвонил Мишутке и заселил шамана к нему. Мишутка выдал шаману деньги на обратный билет.
  
  Через пару дней мне звонит из Владивостока моя добрая знакомая:
  - Подскажи, что делать. К нам приехал ынбарский шаман. Друг Помелова. Говорит: найдите мне клиентов, а то нашлю проклятие на всю вашу семью.
  
  Я немного подвис. Подумал, и ответил:
  - Два варианта. Либо соберите ему денег на билет до Ынбара и отправьте. Либо просто выгоните на улицу.
  - На улицу? - удивилась собеседница. - Жалко ведь.
  - А какие еще варианты? Клиентов искать будете? Есть на примете пара-тройка миллионеров, желающих быть высеченными под возгласы 'О великие духи природы, очистите этого человека!'.
  
  Собеседница помолчала.
  - Нет, клиентов искать не будем. Отправим.
  - Ну так отправляйте.
  
  ***
  
  Через неделю в Новосибирск прилетела Лунное Сердце.
  - Мне надо встретится с Помеловым.
  
  Мы встретились с ним на площади Калинина в американской New York Pizza. (Про Боба, нью-йоркского весельчака-шпиона, можно было бы рассказать не мало прикольного, но сейчас не к месту.) Лунное Сердце мрачно прихлебывала кофе, Помелов молчал со своей фирменной деланной улыбкой. Улыбка специально была сделана так. Чтобы собеседник видел - хозяин улыбки вовсе не улыбается, а имеет ввиду нечто совсем даже другое. Затем шаманка сказала:
  - Ты развратил Солнечный Луч. Ты его разбаловал деньгами и красивой жизнью. Из-за тебя он развелся с женой и семь детей осталось без отца. Зачем ты влез в наш мир и начал разрушать семьи моих близких? Теперь ты будешь обеспечивать этих детей?
  Помелов протестующе замахал руками:
  - Но ведь он сам взрослый человек... Он сильный шаман... Я же...
  
  Но Лунное Сердце оборвала его и почти закричала:
  - Что ты мне тут придумываешь? Какой он шаман? Шаманскую силу я ему передала, потому что он - муж моей сестры, надо же им выживать как-то. Он простой тракторист. Кроме своей деревни ничего и не видел в жизни. Я ему дала сапоги и медвежью шкуру. Я ему дала бронзовое зеркало. Я ему освятила бубен. Сейчас я всё это у него заберу. Какой он шаман? Дурак просто.
  
  Помелов пытался что-то сказать, но Лунное Сердце прервала его:
  - Ты скажи лучше - будешь его семью обеспечивать или нет?
  - Но почему я? - довольно искренне удивился Помелов.
  - Я специально прилетела в Новосибирск, чтобы решить этот вопрос. Это жизнь моей сестры и её детей. Будешь их обеспечивать?
  - Нет, - категорически отказался Помелов.
  - Тогда узнаешь, как лезть в наши дела. Борис, пойдём.
  
  И мы вышли из кафе. На промерзлой площади старушки продавали китайские игрушки и поштучные сигареты. Жизнь выглядела так себе.
  
  ***
  Весной 2007 года, уже после моего возвращения из Эвенкии, Помелов позвонил мне и пригласил в гости. Он как раз должен был отдать мне взятую давненько тибетскую книгу 'Чжудши' (купленную по случаю у старичка на Красном проспекте). И я решил совместить полезное с приятной беседой с интересным человеком.
  
  Дела Помелова шли плоховато. Жена ушла, отсудив мерседес и чуть не отсудив дорогую квартиру. Заказов не было. Как сочувственно делилась электоральная психологиня Зыгина, 'скидываемся понемногу, покупаем ему рис да овощи'. Видимо, Лунное Сердце всерьёз обиделась на 'разрушителя семей'. А может просто - черная полоса наступила (отмечу, что наступила она надолго).
  
  (Зыгина в свое время защитила диссертацию на тему 'Влияние недостаточной инсоляции на психику чукотских детей', работала обычно как прикрепленный к кандидату психолог, купила у цыганских наркоторговцев дворец подешевке, частенько посещала Ынбар, будучи вписанной в местные расклады русской общины.)
  
  На прощание Помелов потянул мне какой-то завернутый в тряпицу предмет.
  - Медвежью шкуру я им уже отдал. А вот эту штучку позабыл. Передай в Ынбар. Ну или сделай с ней, что положено.
  
  Я развернул в тряпицу и увидел жутковатого вида зубастую челюсть, окованную бронзой. В недоумении я спросил:
  - Что это?
  - Это штука, чтобы уничтожать сюнезин своих врагов. Душу съедать.
  
  Я принес челюсть домой (мы жили тогда на метро 'Покрышкина'), но в квартиру заносить не стал, на всякий случай. Положил в общий с соседями тамбур.
  Кошка Джессика начала как-то странно выть и не перестала выть до тех пор, пока я не унес магический артефакт куда следует.
  
  Лунное сердце сказала мне, что нужно захоронить эту хрень где-нибудь на кладбище.
  - Зачем Помелову понадобилась такая опасная вещь? - удивилась она.
  Мне нечего было ей ответить. Как она и советовала, я захоронил челюсти на ближайшем кладбище. Кошка перестала выть, наступило спокойствие.
  
  Жена сказала:
  - Больше не приноси домой такую опасную дрянь.
  
  Больше и не приношу.
  
  Лунное Сердце объяснила потом:
  - Эти челюсти долго без питания были. Голодные стали. Могли бы хоть кого съесть, кто попадется. Вот кошка и кричала. Они же чувствуют. Но за день ничего бы не было - пока проснутся, пока добычу выберут...
  
  ***
  
  На этом Помелов почти покидает наше повествование. Через несколько лет дела его понемногу наладились, пошли небольшие заказы, но встречаться нам больше не доводилось.
  
  Впрочем нет, ошибаюсь. В августе 2007 года он прибыл в Ынбар на переговоры с Президентом. Чем закончилась эта попытка и почему всё пошло именно так, как пошло, будет описано в одной из следующих глав.
  
  А вот Омск в нашем повествовании действовать больше не будет. Бросим же его в корзину, уже заполненную вышедшими из употребления персонажами и локациями.
  
  Впрочем, из Омска ведь иногда приходят и добрые вести. Из газетного заголовка: 'Омск усиленно голосует за аэропорт имени Егора Летова: 'пусть все летит в *****'.
  
  А мы тем временем вернемся в январь 2007 и направимся в географический центр современной России: в Эвенкию.
  
  Кармические узелки:
  - приобретение у старичка трактата тибетского 'Чжудши'
  - прекращение шаманского бизнеса
  - разрыв связей с Помеловым
  - наблюдение за последствиями настоящего шаманского проклятия с 'безопасного расстояния'
  
  Глава 14. Эвенкия: как выиграть выборы с помощью ынбарского бубна и десятка хомузов.
  'Мы поедем, мы помчимся
  На оленях утром ранним
  И отчаянно ворвемся
  Прямо в снежную зарю'.
  (Из советской песни)
  
  В январе 2007 мне позвонил Ван:
  - В Эвенкию поедешь на выборы? На всю зиму?
  - От чего ж не поехать.
  
  Как я писал ранее, специализироваться в институте я должен был вовсе не по ынбарцам, а по эвенкам. Мне надо было год прожить в оленеводческом поселке Суринда. Конечно, надо посмотреть: развилки судьбы, даже оставшиеся в прошлом, всегда интересно рассматривать. Кстати, проживший вместо меня целый год в этой Суринде антрополог стал потом преуспевающим новосибирским рекламщиком. Жаловался мне, что 'в Суринде скучно, не то что в твоем Ынбаре'.
  
  (А до этого в ынбарском штабе у главного технолога кампании я на стене видел зачаровавшее меня фото: бесконечные пологие горы, покрытые осенним разноцветным лесом.
  - Это моя родина, я там в детстве жил, - с гордостью сказал технолог.
  Я спросил тогда:
  - А можно туда на выборы попасть?
  Он вздохнул:
  - Сам бы рад... Но вряд ли. Там всё схвачено, все свои.)
  
  Через пару минут после звонка Вана мне позвонил главный технолог кампании, 'москвич':
  - Супруга моя прочитала твою книгу, 'Бабочка на рабочем столе'. Ну, там где про новосибирские выборы, член Распутина и говорящую крысу. Её впечатлило. Судя по её отзывам и рекомендациям Вана - ты чувак нормальный.
  - А что делать надо?
  - Сидеть в районе, выполнять задания Москвы и Красноярска. Надо набрать 70 процентов. Наберешь больше - дам премию. Выбираем пожилого газпромовца, почетная пенсия. В Эвенкии он никогда не был, местные его не знают. Есть сильные местные противники, а еще против нас Анатолий Быков работает.
  - Высылай предоплату, еду.
  
  Я пошел в 'Коламбию', что между метро Маркса и Студенческой и накупил всякой теплой одежды: кофты, похожие на тракторные колеса ботинки и оранжевую куртку, которая обещала выдерживать мороз 'ниже минус шестидесяти'.
  
  Через два дня я приземлился в зажатом между сопок аэропорту. В Новосибирске было минус двадцать, а тут шёл дождь.
  
  ***
  
  - Первый раз у нас такое, в январе - и вдруг дождь, - сказал мне встречавший меня руководитель местной энергетической системы. - Это к твоему приезду.
  
  Дорога от аэропорта пропетляла между поросших тайгой холмов и мы въехали в небольшой городок.
  - Раньше тут в основном нефтяники жили, да геологоразведчики. Ходорковский с Юкосом зашел - всё это убил. Чем-то мы ему мешали. Сейчас почти ничего и нет, только люди остались.
  - Так губернатор же у вас до сих пор от Ходорковского?
  - Он уже 'свой, буржуинский'. Присягнул на верность партии.
  - А как он, вообще?
  
  Мужчина задумался. Потом ответил:
  - По проникновению интернет мы теперь - на одном из первых мест в России. Это он сделал. А так... Раньше он у Юкоса автозаправками рулил. Тут он чужой совсем. Да и вообще - его скоро сольют. Пусть радуется, что не посадили со всей бригадой тогда ещё, дали доработать.
  - А народ его любит?
  Энергетик скривился. Изменив лицо, бросил в пространство:
  - Завтра привезу тебе ногу лося, щук, налимов, олений фарш. Пельмени из него вкусные.
  
  ***
  
  Квартира, в которую меня заселили, оказалась вполне приличной, но стоила как московская двушка на окраине - дороговато. Телефонные звонки на городской были платными, даже входящие.. Интернет был дохлым и также, как все вокруг - безумно дорогим. (Бутылка питьевой воды стоила примерно, как бутылка водки, вот почему местным жителям было вовсе не сложно купить водки. Но вот почему они её покупали только литровыми бутылками - этого я до сих пор не понимаю).
  
  Такси по городку стоило от ста пятидесяти - дороже чем в Новосибе. Через день ко мне подселили пиарщиков: одного типа с Украины, а бабу - с Питера. Её бледные глаза казались мне наполненными каким-то волшебством. Баба приехала проводить фокус-группы, и первые дни мы почти и не общались.
  
  ***
  
  - А знаешь, как в советское время мы работали? Лето поработал - и год живешь как первый секретарь обкома, - рассказывал мне вечером украинский пиарщик.
  - Что же вы делали?
  - Коноплю для колхоза выращивали.
  
  Я аж подавился коньяком, потом отметил:
  - Тебе, как будущему помощнику депутата, не стоит ходить в порванных по шву брюках. Вместе с галстуком это создаёт несколько странное впечатление.
  Он насупился, потом пробурчал:
  - Я же не говорю тебе, что из-за оранжевой куртки местные говорят про тебя: 'прикольно, московский пидор приехал'.
  
  Ну вот, подумал я. Что за эпик фейл. Надо срочно менять куртку на местную шубу, завтра скажу местным. Спросил украинца:
  - Так как же вы на конопле зарабатывали? Расскажи.
  - Брали в аренду у колхоза участок, выращивали коноплю, сдавали по государственным ценам. Получалось каждому - кому десять, кому двадцать тысяч рублей.
  
  Я немного подивился причудам советской экономики, а затем, расчувствовавшись, подарил украинцу томик Платона: 'Государство' (я всегда возил на выборы эту книжку, платоновский слог отрезвляет, вводит в нужную колею).
  
  Украинец равнодушно принял подарок. Питерская баба смотрела на происходящее с интересом.
  
  ***
  
  Я набрал людей на поле, но ни один из них на работу не вышел. Начал разбираться - что к чему? Пришел к главе администрации. Тот объяснил:
  - Вот у нас тут восемь родов основных, а вы ни с кем не договорились. Зачем нам ваш газпромовец? Конечно никто работать не будет. Им ведь нужен сигнал.
  - А на Быкова будут?
  - Алкаши всякие, деклассированные - конечно будут. А вам разве такие нужны?
  - Нет, мне нужны солидные.
  
  Глава администрации порылся среди бумаг на столе, вытащил местную газету.
  - Смотри, что творится. Куда мир катится?
  
  Я просмотрел статью. Выяснилось, что 'какой-то негодяй бросил на детской площадке бутылку от пива'.
  - Ты представляешь, что творят? На детской площадке пиво пили!
  
  А уже стукнул обычный эвенкийский сороковник, и я подумал: как они физически-то это делали?
  
  - Всё равно найдем и накажем.
  
  Я кивнул.
  
  - Надо провести переговоры с родами.
  - Давайте, я с начала на несколько дней в Новосиб слетаю?
  
  ***
  
  Не буду рассказывать про питерскую пиарщицу. На несколько дней она осталась в моей квартире из-за погодных условий. Так бывает.
  А потом она улетела.
  
  ***
  Я слетал в Новосибирск, привез бубен и десяток хомузов. Собравшиеся на переговоры люди пробовали извлечь из хомузов звуки, уважительно ударяли ладонью по бубну. Потом я сделал для них небольшое камлание.
  - У нас уже разучились всё это делать, - посетовал один из старейшин.
  
  Я подарил присутствовавшим хомузы и произнес прочувствованную речь в пользу Газпрома.
  
  - Все сделаем. 72% будет, - пообещал мне глава администрации.
  - Настоящих? Не нарисованных?
  
  Глава прижал руку к сердцу:
  - За кого ты нас принимаешь?
  - А с Быковым что делать будем? Он считается серьезным бандитом.
  
  Присутствовавшие засмеялись:
  - Так вчера они пытались заехать. Дорога у нас одна. Ребята их кортеж остановили - они обратно в Красноярск уехали. Больше и не приедут.
  
  ***
  По Эвенкии протекает Тунгуска, та самая, от которой 'Тунгусский метеорит'. Река широкая. Вижу, на льду посреди реки - несколько машин.
  - Что это они там делают? - спрашиваю я водителя.
  - Как что? Гашиш курят. Если менты - издали видать, скинут.
  - А гашиш у вас откуда?
  - Из Ынбара. Специальный пидор в прямой кишке привозит, самолетами.
  
  ***
  Ван, между тем, сломал в скользком Красноярске ногу. Я попросил свою бывшую girlfried, перебравшуюся из Нска в Кырск присмотреть за ним: навещать в больнице и т.п. Некоторое время Ван осуществлял юридическое сопровождение кампании с больничной койки. Впрочем, это ничему не помешало: Ван - юрист от Бога, а электоральная муть - эта та вода, где именно он и поймает лучшую рыбу
  
  ***
  Посетил я и Суринду. От Суринды долго ехал на оленях, упакованный в традиционный войлочный скафандр. Добрался до чумов оленеводов, выпил с ними водки. Рассказывать особо нечего. Шаг в сторону от чума или тропинки - и проваливаешься на два метра в снег. А потом тебя вытаскивают, услышав жалобные крики 'москвича'.
  
  В ходе работы встретил довольно прекрасную нганасанку, виденную мной еще в Новосибирске. На каком-то празднике в Антропологическом институте я увидел симпотную азиатку - и увез её к себе на 'Студенческую'. Оказалось потом, что это аспирантка уважаемого профессора, неудобно получилось.
  
  В Эвенкии нганасанка работала директором музея. Вела себя со мной холодно.
  
  Нганасанов в мире - всего около двух тысяч. Вдумайтесь, какая экзотика!
  
  ***
  В соседнем районе сидела москвичка. Мне её все время ставили в пример: вот как надо работать. Поле пашет с первого дня, пикеты проходят по расписанию, отчеты прекрасные.
  - Какие пикеты в минус шестьдесят? - Пытался я донести до москвичей реальность. - У меня работа по-другому выстроена, всё идет.
  
  Но москвичи были непреклонны: сказали пикеты, значит пикеты.
  
  Потом эту примерную москвичку местные жители заковали в наручники и депортировали в Красноярск. Результаты по депутату в итоге были весьма так себе.
  
  Я набрал свои 72%, из Эвенкии на перекладных самолетах добрался до Ынбара, посетил инаугурацию нового ынбарского Президента, Черной Вечерней Звезды. А потом уехал в Новосибирск. Моим проектом на данное время было трудоустройство в лучшую консалтинговую компанию Сибири. Я заранее выбрал жертву и стал тщательно готовиться к трудоустройству. На выборах работать я больше не хотел: предстояло введение единого дня голосования. Раз в год - что это за работа?
  
  Изучение методов Мак-Кинси мне, конечно, пригодилось. Однако в итоге попал я на несколько лет вовсе не в новосибирское консалтинговое агентство, а в ынбарское правительство. (Агентство выступило лишь в качестве транзитной точки).
  
  Про мумию газмпромовца я в этой главе ничего писать не стал - 'не пригодилась'. Если читатель не возражает, бросим её туда, где у нас лежит уже Омск и куча других ненужных больше для нашего кармического расследования вещей.
  
  ***
  
  Тут мне вдруг подумалась важная вещь про Ынбар. Ладно, люди сначала создали огромную империю, а затем потеряли её, бывает. Монголия - наглядный пример. Но как они умудрились потерять свою руническую письменность? Тысячи лет писали, а потом бац - и забыли. Как так? Современные историки никакого внятного ответа на это не дают.
  
  Такое может происходить либо при какой-то глобальной катастрофе, сопровождающейся полным уничтожением элит, образованного слоя, либо... Даже и не знаю. Потеря письменности, как я понимаю, произошла ещё до монгольского завоевания (с тех пор и до 1920-х для делопроизводства использовался как раз монгольский, причем писцы зачастую не владели им устно и запоминали слова как иероглифы, целиком в виде картинки). Интересно, что на этот счет думают сами ынбарцы?
  
  Вот Пахом Головин, знающий практически все мировые языки (кроме папуасских) наверняка мог бы сказать что-то внятное на эту тему. Я же в лингвоистории не силен. Я всегда стремился изучать современность. 'Вот оно есть вот так, и можно с этим сделать вот так'.
  
  Вы думаете, полиглот Пахом Головин работает в каком-нибудь крутом научном центре? Нет, он работает каменщиком на стройке в маленьком алтайском городке. Ибо Россия, и не хер тут.
  
  ***
  
  Кармические узелки:
  - отработка старой задачи: поработать в Эвенкии
  - я увидел что книжки, даже и художественные, вроде 'Бабочки на рабочем столе', могут вполне практически работать
  - не описанное в этой главе знакомство с Аней (в дальнейшем она выступала, в основном, лишь в качестве телефонного собеседника - но тем не менее)
  - посещение инаугурации нового ынбарского Президента, где мы обменялись многообещающими улыбками.
  
  Глава 15. Помощник ынбарского Президента: обустройство.
  "Никакая масштабная революция невозможна без персональной революции, на уровне личности. Она должна сначала случиться внутри".
  Дж. Моррисон
  
  По приезду в Новосибирск я занялся странной задачей: устройством в лучшее консалтинговое агентство 'Тренсалтинг'. В основном, как я понял, туда могли понадобиться бизнес-тренеры - а соответствующего опыта у меня совершенно не было. ПОЛНЫЙ НОЛЬ, если не считать проведения тренингов для агитаторов. Но это совсем другое.
  
  Я обложился книжками, начал советоваться со знакомыми, которые в этой сфере уже плавали. Перспективы выглядели сомнительно. Но я ведь решил: значит надо сделать.
  
  Обмануть работодателей возможным не представлялось: одним из ключевых испытаний было проведение реального бизнес-тренинга для бесплатников. С присутствием хозяйки.
  
  Пройдя первые этапы и начав общаться с другими соискателями, я ужаснулся: у всех опыт и горячейшее желание работать в 'Тренсалтинге'. Часами могут рассказывать о своих тренингах.
  
  В итоге я, все-таки, прошел отбор и начал работать. Немного это уже было описано в первой главе. Повторяться не буду, да и не особо интересно всё это в данном случае.
  
  ***
  
  После неожиданного звонка Президента и приезда в Ынбар мы с Никодимом отметили встречу, и к Президенту я пришел несколько помятый:
  - Почему же вы на первую встречу пришли в таком вот виде? - укоризненно спросил Президент.
  - Одежда мятая? Негде было погладить...
  - Нет, вы же пьяны немного.
  - А... Ну это со вчерашнего осталось. У Никодима праздник был.
  
  Президент вздохнул:
  - Идите к Тамиру Природовичу, он у нас по хозяйственной части. Он вам кабинет выделит, ну и всё необходимое для работы. Завтра вы как?
  - В превосходном состоянии.
  - Вот и отлично. Завтра в восемь жду вас здесь же.
  
  Мы пожали руки. Я одним глотком допил свой чай зеленый чай и вышел.
  
  ***
  
   Рассказывать о работе в правительстве особо нечего: обычная госслужба. Обычная, за исключением того, что большинство квалифицированных сотрудников старого Президента были изгнаны как 'подозрительные лица'. Наступил традиционный послереволюционный развал.
  
  Пресс-служба, например, представляла из себя жалкий, безъязыкий обрубок. Вместо связей с общественностью, обрубок осуществлял лишь отдельные акты какого-мычания и гугуканья.
  
  За пару месяцев - кто только не заведовал многострадальным обрубком! Даже и вполне сумасшедшие женщины. ('Да, я частенько изображаю птицу на рабочем месте. Но ведь это просто так!')
  
  И это - вместо работавшей там раньше Горной Цепи, свободно владевшей четырьмя языками и деликатно, но твердо управлявшей коллективом. Симпатичную женщину уволили без объяснения причин, и она ушла пиарщицей в какую-то структуру вроде Пенсионного фонда.
  
  В конце концов Президент попросил меня:
  - Возглавь пресс-службу. Только ходи в костюме.
  - Но ведь я не подписывался на такую работу. Давайте, я налажу работу - и предложу вам кандидатуру.
  - Если сделаешь - это дорогого стоит.
  
  (Ынбарский Президент любил употреблять в своей русской речи то, что называется 'устойчивыми словосочетаниями'. Но, как всякий иностранец, делал он это слишком часто и не всегда к месту. Впрочем, его ынбарской речи свойственны были подобные же особенности)
  
  ***
  Я провел аудит сотрудников и выяснил - большинство руководителями быть либо не способны, либо категорически не хотят.
  
  Кроме полной девушки по имени Боярышник. 'А ведь её выгнали с местной частной радиостанции. Надо узнать - за что'.
  - Эээ... Психологическая неустойчивость, - в своей обычной деликатной манере сказал мне один из хозяев медиахолдинга.
  - А конкретнее?
  - Ну зачем за глаза говорить. Просто я с ней работать больше бы не стал. А сточки зрения профессионализма... Ну неплохо.
  
  Я поговорил с Боярышником и мы составили договор: вот тебе мои письменные требования к руководителю пресс-службы.
  - Месяц ты их будешь идеально выполнять, а там посмотрим.
  
  Долгое время я пытался внедрить функцию ежедневного информационного мониторинга - но такое нововведение на ынбарской почве не прижилось.
  
  ***
  Через месяц, после идеального исполнения Боярышником поставленных мной условий, я представил её на должность.
  
  Президент почесал пересекавший щёку шрам и спросил удивленно:
  - Её? Да ты что! Её и в пресс-службу-то взяли лишь из жалости. Как она работать-то будет?
  - Я за ней присмотрю, не беспокойтесь. А больше сейчас и некого. Увы.
  
  Президент подписал представление, и ынбарское правительство на долгие годы обрело руководителя пресс-службы. Боярышник до сих пор там работает, и увольнять её вроде не собираются. 'Ынбарский Президент восхищен мужской силой российского президента', и всё такое прочее.
  
  ***
  Тогда же я познакомился с Маленьким Лысым Парнем. Он сыграет немаловажную роль в дальнейшем, а называть мы его будем для простоты просто Кардиналом (вполне себе серым). Пожилой извращенный бисексуал с монгольским образованием и является настоящим отцом действующей ныне в Ынбаре политической системы.
  
  В 1989 году он создал так называемый Народный Фронт 'Свободный Ынбар'. Главным лозунгом был разрыв связей с Россией и переориентация на Японию ('будем продавать туда уголь'). На выборах Президента Кардинал проиграл умеренному Сыну Воина, однако при этом взял большинство в парламенте. Он рулил оппозиционными СМИ (которых в те времена в Ынбаре было немало), разыгрывал хитрые комбинации с Москвой и Пекином и долгие годы вел к высшей власти своего ставленника - Черную Вечернюю Звезду. Сейчас Кардинал занимает скромную должность директора музея ('самая крупная коллекция скифского золота'), однако влияние его на текущие политические события никуда не делось. На момент описанных в этой главе событий Кардинал занимал должность руководителя президентской Администрации.
  
  ***
  Познакомился я и со Славным Алмазом (за которого в 2002 году наша новосибирская группа катала с гастролями по Ынбару). Бывший кандидат в президенты сидел на синекурной должности в своем просторном кабинете и писал книги, а иногда - болтал со мной. От Славного Алмаза я узнал немало интересных деталей ынбарской истории.
  
  Славный Алмаз побывал полковником полиции, руководителем преступной (как говорят) группировки, директором пивзавода, кандидатом в президенты, писателем... Из его предвыборных речей мне запомнилось:
  - Гашиш в Ынбаре должен быть легализован. Наладим поставки в Европу - и заживём.
  
  Впрочем, для нашего расследования более важен его сын. С ним мы познакомимся позже.
  
  ***
  Я съездил в запустелый буддистский храм на правом берегу Реки, посидел там в одиночестве и хорошенько подумал. Выйдя из храма, я оглядел раскинувшиеся там и сям естественные бонсаи: эфедра да можжевельник калифорнийский. Крутанул ржавый молитвенный барабан и вызвал машину в город.
  
  Лунное Сердце серьезно сказала мне по поводу моей работы в правительстве:
  - Попробуй. Будущее сейчас не видно. Но попробовать надо.
  
  ***
  Иногда ынбарский Президент вёл со мной задушевные разговоры (это его метод, вроде как у Сарумана, или Саурона, очаровывать собеседника задушевным голосом).
  
  Доверительным голосом Черная Звезда рассказывал какой-нибудь случай из детства или из молодости ('у нас не было квартиры, мы с другом торговали кассетами и спали в машине возле кинотеатра'). Я сейчас перескажу одну историю, никак не нарушая существующей между заказчиком и клиентом конфиденциальности. Ведь историю эту я еще много лет назад читал в большой зеленой книжке 'Люди Ынбара', где собраны довольно интересные интервью местных политиков и деятелей культуры. Вот примерно что поведал мне (как ранее и журналистам Ынбар-Центра) Черная Звезда:
  
  - Из детских воспоминаний одно из самых ярких такое. Мы с родителями едем зимой по горам. Вышли на минуту. Я отошел пописать - а машина уехала. Родители забыли, что я тоже с ними ехал. И я несколько часов стоял один на пустой дороге. Потом они вспомнили и вернулись за мной. Мне было страшно, но я набрался мужества и выдержал.
  
  Какой простор для психоанализа! Впрочем, на подобной коллизии основано целых пять серий франшизы 'Один дома', так что..............
  
  ***
  Когда я в 2007 прилетел из Эвенкии на инаугурацию нового ынбарского Президента, в Коммун-Хото из Новосибирска приехал мой давний друг Руслан.
  Краткое описание Руслана:
  - Закончил во Владивостоке суворовское училище. Но диплом суворовца ему не дали, ибо на последнем построении он напился и обматерил командира. Его отправили служить на подводную лодку в Большой Камень (это между Владиком и Находкой), ему там не понравилось и он имитировал самоубийство, чтобы комиссовали по психической статье.
  В НГУ мы были двумя людьми, набравшими на вступительных 14 баллов. Это случилось впервые за много лет. Две пятерки и четверка. У меня была четверка по новой истории, у него - по сочинению.
  Он подошел ко мне и говорит:
  - Это ты набрал 14 баллов?
  - Да.
  - Я тоже. Пойдем пить портвейн.
  И мы пошли.
  После универа Руслан отправился добровольцем служить в Чечню.
  - Ну расскажи?
  Он машет рукой:
  - Да нечего рассказывать. Коровы там маленькие какие-то, только это запомнилось.
  Хотел в Сербию поехать, не срослось.
  В Ынбар он прилетел осмотреться. Думал изменить свою жизнь.
  Чуть позже я устроил Руслана работать в школу в Богатой Тайге, где производят лучший ынбарский гашиш. Задачей Руслана было изучить ынбарский язык и менталитет.
  Там его приняли как родного:
  - Да вам ничего делать не надо. Просто по-русски с детьми говорите, рассказывайте что-нибудь интересное.
  Ему приводили девушек, приносили гашиш (спиртное Руслан не употреблял уже много лет).
  И вдруг резко он всё бросил, ничего не сказав мне. В Коммун-Хото переночевал у Никодима и на следующий день уехал в Новосибирск.
  Звонит через два дня его мама и говорит:
  - Руслана нашли мертвым на Обском море. Лежал спокойный такой, на песке. Он ввел себе воздух в вены через шприц. Что вы там с ним в Ынбаре сделали?
  И заплакала.
  Но мы в Ынбаре ничего с ним не делали. Через полгода, когда освоит ынбарский язык, я планировал устроить Руслана в правительство. Он ведь был очень умным и деловым человеком...
  Я до сих пор не понимаю, что произошло.
  ***
  Кармические узелки:
  - попадание в Ынбар 'на постоянку'
  - знакомство с Кардиналом и Славным Алмазом.
  
  Глава 16. Черный Раджа и кризис-2008.
  "Ложь всегда извивается, как змея, которая никогда не бывает прямой, ползет ли она или лежит в покое; лишь когда она мертва, она пряма и не притворяется".
  Мартин Лютер
  
  Черный Раджа, брат ынбарского правителя, в своей афганской шапочке обходил каждого сидевшего за большим столом, приставлял к его голове пистолет и спрашивал:
  - Ты понял?
  Чиновники, депутаты и предприниматели принимали прикосновение пистолета с почтением.
  
  Дойдя до меня, похожий на комического якудзу Раджа остановился на минуту, убрал пистолет в карман. Весело заглянул мне в глаза, а затем строгим голосом зачитал небольшую мотивационную речь:
  - Сегодня у нас - пистолетное совещание. Каждый ответит за то, что обещал. Мы не должны подвести Черную Вечернюю Звезду.
  
  (Я плоховато знаю ынбарский и не могу представить вам адекватный перевод этой достаточно интересной мотивационной речи).
  
  Люди уставились куда-то в пол и усердно кивали.
  
  Я вспомнил многочисленные рассказы.
   Раджа во дворе 'Ханского гнезда' бегает иногда с самурайской катаной, абсолютно пьяный, рубит всё, что под катану попадёт. Еще и под гашишем непрерывно. Бегает в трусах по Красному Дому. Любит пугать людей разнообразным оружием.
  
  Опасное совещание, да. Хотя? Был во всем этом какой-то странный комизм. Не как у Тарантино, и не как у Такеши Китано (у них - более опасно). Что-то более наивное и, в сущности, добродушное.
  
  Кстати, старший брат Черной Вечерней Звезды, неплохой мужик с русским именем Михаил, попался в России с очень крупной партией гашиша. Не помогли старые ынбаро-российские связи, не помог Сурков, пиаривший ынбарский гашиш в своем 'Запредноля'. Посадили братана. Все-таки, российская ФСБ работает, чтобы там про неё ни говорили. Это внушает некоторые смутные надежды..
  
  ***
  После совещания Раджа позвал меня прокатиться на гору, с которой открывался чудесный вид на ынбарскую столицу: справа - громадина разрушенного элеватора, слева - трубы ТЭЦ. Посредине - белый театр и правительственный квартал. Дальше - рассыпанные по сопкам девятиэтажки.
  
  - Иногда надо вот так отключиться и взглянуть на всё это сверху. Муравейник. И мы в нём - не короли, а такие же муравьи, - сказал мне Раджа.
  
  Я, в целом, был согласен с ним. Раджа иногда изрекает довольно мудрые вещи, пусть даже и банальные.
  
  ***
  Раджа учился в Академгородке, в военном училище. Вроде бы на разведчика, а может на политрука. Там его научили рисовать схемы и дислокации. Но к моменту нашего знакомства он не знал даже латиницу. Латинские буквы не знал, это как? Вот так разведчик. Хотя, если политрук - так и по фиг.
  
  ***
  В 2008 году разразился первый серьезный политический кризис для новой ынбарской власти. Выборы в Малый Круг Коммун-Хото, а все комиссии сформированы оппозицией еще в те времена, когда Черная Звезда тусил с ними вместе. С оппозицией теперь в ссоре - всех кинул. Никому не дал ни мэрских, ни министерских мест.
  
  ***
  
  Москва внимательно наблюдает: ну, и кто там самый сильный? Министр Н. - хмурится.
  
  В Москве куратор Ынбара в 'Единой России' спрашивает меня:
  - Как там у вас погода в Лхасе?
  - Почему же именно в Лхасе?
  - А разве ваша столица не Лхаса?
  
  Мне потом объяснил Миша Смитов:
  - Он просто до пенсии досиживает, не обращай внимания. Это был просто визит вежливости. Ему что Абакан, что Лхаса - Азия-с.
  
  Я немного загрустил и пошел в Аптекарский сад. Вот ведь Пётр - делал что-то, так и до сих пор осталось! Посидел я среди приятных растений и пошел на следующую встречу в ЕР. Потом может и расскажу - с кем и о чём. 'Ынбарский Президент на члене крутит российских политиков топового уровня' - неплохой заголовок, только вот заголовка такого в российской прессе никогда не появится. Как и в англоязычной. Ибо.
  
  ***
  
  Я предложил ынбарскому правительству вести белую кампанию (рейтинги были в полном порядке) и усилить корпус наблюдателей. Моё предложение со смехом было отвергнуто.
  
  Кампанию никто, кроме оппозиции не вёл, и стало ясно: вот он и конец банкета.
  
  Коридоры Красного Дома опустели. Крысы покинули еще и не начинавший тонуть корабль. Президент лег в больницу и стал 'абонент временно не доступен'. Лишь редкие молодые сотрудницы шмыгали иногда по коридорам КД, подобно привыкшим к своим норам мышам.
  
  Я зашел в адвокатскую контору Гремящего Во Славу Будды Бубна и спросил:
  - Скажи честно, есть там какая-нибудь юридическая штучка? За что зацепиться и разогнать на хер муниципальную комиссию?
  Гремящий Бубен улыбнулся своей фирменной (то ли доброй, то ли мудрой, то ли страшной) улыбкой и ответил, стряхивая пепел от Мальборо в ладонь:
  - Есть.
  - А что за штучка?
  - А я что, еще и помогать этим косоруким буду?
  - А за деньги?
  Он махнул рукой:
  - А я им не верю. У них понятий нет. Но штучка-то есть. Пилите, Шура, пилите.
  
  И он пошел за пепельницей, а я вышел на улицу Вождя, и мимо кривобокого шаманского домика быстро дошел до Красного Дома.
  
  Пилить гирю мне не хотелось. Я просмотрел документацию и никаких косяков не обнаружил. Ну - так я же и не юрист. И тут в краснодомском коридоре я натыкаюсь на трезвого и серьезного Раджу.
  
  ***
  - Надо спасать брата. Дело-то серьезное. Варианты есть?
  - Есть.
  - Говори.
  - Вызовем из Москвы Вана. Он распустит комиссию, назначим новую и проведем выборы спокойно
  - Точно?
  - Это единственный вариант. Девяносто процентов, если дадите помощников, транспорт и всю херню. Ну и деньги. Это примерно столько стоит, конкретно вы сами порешайте.
  
  Раджа подумал немного, натянул покрепче свою афганскую шапочку и сказал:
  - Вызывай Вана.
  
  ***
  Ван решил все вопросы. Оказалось, что комиссия была сформирована незаконно: здесь подписи не хватает, здесь публикации в СМИ, да мало ли чего может не хватать в объемистом документе.
  
  По завершении проекта Раджа протянул Вану пачку денег. Тот пересчитал, и недовольно поблескивая стеклами очков, сказал:
  - Раджа, а ведь тут всего половина.
  - Половину потом отдам, сейчас нету.
  
  Ван отсчитал из пачки несколько купюр:
  - Это я забираю на билет. А остальными - подавись. Больше никогда, ни по каким вопросам и ни за какие деньги я с вашей семьей взаимодействовать не намерен. Мне просьба не звонить.
  
  И Ван сунул пачку денег в карман раджевского пиджака, а потом быстрыми шагами вышел.
  - Чего это он? - недоуменно спросил меня блестящий якудзовской лысиной Раджа. Афганскую шапочку он уже запихал куда-то в карман.
  
  Я промолчал и сделал для себя отметку на память.
  - Мне пора. Вроде все дела порешали. А ты бы выучил латинский алфавит. Это не сложно, а иногда - очень полезно, - сказал я Радже и вышел из гостиницы 'Коммун-Хото'.
  
  'Раджа сейчас думает - вот взять бы, да и пристрелить эту тварь прямо в вестибюле гостиницы. Но...', - думал я, идя по весеннему скверу в направлении к памятнику местному Ким Ир Сену. 'Да на хер ты ему нужен, думать про тебя? Он сейчас думает, что на халяву акша хапнул'.
  
  'Ну ладно. Получается, что выборы теперь будут. Поработаем. Черная Звезда - это новый Гэсэр, новый Амурсанаа, пришедший спасти народ от...'.
  
  От чего спасти - придумаю потом. Это уже мелочи, обычные выборы. Тем более что в помощь приедет целая бригада из России. 'Москвичи'.
  
  Мда. Раньше я не замечал Раджу за таким откровенным кидаловом. Миллионер, и пару сотен тысяч акша пожалел за спасение брата? Что-то не так с этой семьей. Лживый посыл в мир.
  
  Но настроимся на позитив! Работа идет, на новогоднем корпоративе Президент называет меня ынбарским Сурковым, капают деньги с альбининой газеты, где я наладил нормальную продажу рекламы - 'чего еще надо человеку, чтобы достойно встретить старость'?
  
  ***
  
  Дорогой читатель, а ведь мы пропустили эпизод: жесткий разрыв технолога Помелова с ынбарскими духами и демонами. Поэтому следующую главу посвятим этому. Будет несколько жестоких сцен, но надеюсь, что книгу эту не читают не достигшие двенадцати лет детишки.
  
  Пусть читатель не обижается, что мы скачем туда-сюда по временной шкале. Так уж устроена человеческая память. А пишу я то, что вспоминается. Вот вспомнилось и завершение помеловской истории. (Той её части, которая входит в рамки данного расследования, а дальнейшую я и не знаю: пути наши разошлись)...
  
  Помелов искренне считал, что могущественные бонские демоны сидят и ждут его в Ынбаре. 'Здесь вход в Аггарту, здесь же - и в Шамбалу, зайду и поговорю'. Ну-ну.
  
  Итак, в следующей главе вернемся в лето 2007 года. 'Я считаю это важным', как говорил в 2018 году с банеров один кандидат во Владивостоке...
  
  Кармические узелки:
  - общение с Черным Раджой
  - обрушение планов оппозиции на выигрыш в ынбарской столице.
  
  Глава 17. Хозяева Гор выгоняют Помелова из Ынбара с помощью унитаза.
  Тот, кто добивается того, чтобы считаться лидером и получить какую-то номинацию, никогда не должен задирать нос, полагая, что он лучше всех. Как только человек начинает считать, что он лучше всех, с этого момента он начинает проигрывать. Амбиции хорошо, зазнайство плохо.
  В. Путин
  
  В августе 2007 года, когда я только устроился помощником ынбарского правителя, мы все тусовались у Альбины на Пентагоне (так называется имеющий своеобразную форму квартал; подобный, по странному стечению обстоятельств, есть и в дальневосточном городе Находка).
  
  Приехал Помелов: он попросил меня о встрече с Президентом Ынбара: 'Потом вместе что-нибудь замутим'. Я договорился.
  
  Встреча завтра утром, а сегодня что делать будем? Решили поехать на Медвежью гору, где никто из знакомых мне местных русских никогда не бывал. Муж Альбины, Горная Цепь - бывал. Ну так он мало что ынбарец, так ещё и геодезист. Везде бывал. Он с нами не поехал.
  
  Мы подъехали к мраморному кряжу, зашли в ущелье. Я только это ущелье и знаю хорошо на Медвежьей горе: там и оживлял и хоронил свой бубен, там мне комфортно.
  
  Между прочим, здесь растут сотни растений-эндемиков, да еще не мало мелких тварей, обитающих лишь в этих искрошенных мраморных пустошах, а больше - нигде в мире. Я люблю биологию, но в данный момент мы в неё погружаться не будем. Набокову здесь могло бы понравиться - пожить недельку-другую, выловить неизвестных науке бабочек...
  
  Здесь же можно было бы снимать измученных Фродо с Сэмом, пробирающихся по скалам в Мордор: натура подходит.
  
  Впрочем, по моим ощущениям, человеку вообще не следует слишком долго находится в этом месте. 'Место силы' и всё такое.
  
  Медвежью гору, единственную в Ынбаре, в своё время освятил Далай-Лама, о чём напротив придорожного кафе имеется табличка на трёх языках.
  
  ***
  
  Мы разожгли костер, угостили духов молоком, табаком, конфетами и бараньей грудинкой, сделали небольшое камлание.
  
  Затем Помелов сказал, всматриваясь в одну из пещерок на склоне ущелья:
  - А ведь там - изображение Будды.
  
  Уля (новосибирский психолог) деловито нащелкала Будду на камеру. (Потом смотрели - ну да, на фото он есть).
  
  - Это видение, никакого Будды в этой пещерке нет, - сказал я.
  
  Мнения разделились, в конце концов я с трудом взобрался по почти отвесному каменному склону и убедился: Будды в пещерке нет.
  
  Но на фотографиях он был. Так что............
  
  (Про Улю необходимо будет рассказать... Она полгода отпахала на Ынбарасбесте замдиректора, и попала туда прямо из Москвы. Персонаж интересный. Игравший уже несколько ролей в расказанной мной истории, но пока не описанный. Дальше там с ней события пойдут поплотнее - вот и поговорим отдельно про неё.)
  
  ***
  Мы вернулись к Альбине на Пентагон, и Помелов начал вдруг нравоучительно говорить геодезисту:
  - Ты неправильно живешь, как чмо какое-то.
  
  Помелов выпил пару рюмок водки, опьянеть с его внушительной массой он никак не мог - что за пургу понес? Бес его знает.
  
  Горная Цепь, человек чрезвычайно мирный, отвел меня в сторону и попросил:
  - Объясни человеку, что он у нас в гостях и мне не хочется слушать его поучения.
  
  Я всё объяснил Помелову. Более того, я подробно описал ему возможные последствия его действий:
  - Ты в Ынбаре. За такие слова в другой компании тебя бы уже прибили на хрен. Проявляй к людям уважение.
  
  Все повторилось не менее трех раз. В конце концов Горная Цепь утомился нравоучениями, ухватил тяжелого Помелова борцовским захватом, заломал и утащил в туалет, где начал бить дерзкого технолога головой об унитаз. Мы, как могли, пытались остановить Горную Цепь - но он не остановился, пока лицо Помелова не стало похожим на морду долго битого хулиганами бомжа. Тогда Горная Цепь отпустил бывшего миллионера, извинился куда-то в пространство и вышел.
  
  - Как же ты пойдешь завтра на встречу с Президентом? - удивленно спросил я. Подумалось: тут никакой тональный крем не поможет, да и вообще...
  
  Помелов заплакал. Плакал он явно не об упущенной встрече, а о чем-то совсем другом. Мне кажется, о чем-то дорогом, из самого новокузнецкого детства.
  
  Через много лет, случайно пересекшись с Помеловым, я поинтересовался:
  - Зачем же ты в тот раз приезжал в Ынбар? Чего хотел? Зачем ходил на Медвежью гору? Это ведь как 'Золотой Шар' из 'Пикника на обочине'.
  - Я хотел подчинить себе ынбарских духов, а с их помощью качать из Ынбара бабло. Ошибочная идея, бывает, - хмуро ответил Помелов.
  
  Кармические узелки:
  - исчезновение Помелова из моей жизни
  - Помелов не смог зайти в Ынбар как технолог.
  
  Дополнение про немцев и Никодима.
  
  Старовер Никодим в 2000-е создал все ынбарское законодательство, касающееся рекламы. Особенно - рекламных конструкций и вообще всей наружки.
  Интерес Никодима был двояким: с одной стороны он хотел стать монополистом на рынке наружки (и стал на некоторое время, пока Черная Звезда еще не был Президентом, а как стал - то бизнес у Никодима отжал, но вполне милосердно, даже немного денег дал), с другой - он просто искренне хотел, чтобы в Ынбаре лучше развивался бизнес. Идейный человек, в общем.
  Никодим в те годы работал в мэрии Коммун-Хото, в комитете по управлению муниципальным имуществом. Тогда в мэрии рулили немцы, поэтому идеи Никодима по упорядочиванию рынка находили поддержку. Немецкое сердце всегда откликается на слово "порядок". Орднунг ист орднунг.
  ***
  Про орднунг расскажу анекдотическую историю, связанную с Ынбаром лишь косвенно. Но она важна для понимания разницы между немцем и ынбарцем.
  Мы с женой приехали в гости к одному германскому чиновнику. У меня жена была немка, а у него - мальгашка, с Мадагаскара. Кто такие мальгаши? Индонезийцы, которые несколько сотен лет назад приплыли в Африку и установили на острове Мадагаскар свой порядок. Азиаты с некоторыми африканскими штришками.
  Шанталь (весьма прекрасная мальгашка, жена чиновника) говорит:
  - Давайте посмотрим фильм.
  И начинает разглядывать шкаф с видеокассетами, выбирать.
  Её муж, возмущенно:
  - Шанталь, зачем ты меня перед гостями позоришь?
  Шанталь удивленно смотрит на мужа, а тот заясняет:
  - У нас ведь есть каталог видеокассет, я специально для тебя сделал. Почему ты не хочешь им пользоваться и просто рыщешь взглядом по полкам? Люди подумают, что в нашей семье нет никакого порядка.
  Чиновник вытащил откуда-то объемистый том, протянул мне:
  - Вот здесь все фильмы в алфавитном порядке.
  Я вежливо улыбнулся и начал листать каталог.
  Шанталь заплакала.
  (Подобные сценки бывают иногда в ынбарско-русских семьях. Ну не так жестко, и без каталогов, но...)
  
  Глава 18. Из корзины. Уля.
  'В тот вечер у меня ужинал Биой Касарес, и мы засиделись, увлеченные спором о том, как лучше написать роман от первого лица, где рассказчик о каких-то событиях умалчивал бы или искажал бы их и впадал во всяческие противоречия, которые позволили бы некоторым - очень немногим - читателям угадать жестокую или банальную подоплеку. Из дальнего конца коридора за нами наблюдало зеркало. Мы обнаружили (поздней ночью подобные открытия неизбежны), что в зеркалах есть что-то жуткое'.
  (Х.Л. Борхес)
  
  Порывшись в мусорной корзине (куски, которые показались мне неуместными в моей лаконичной документальной повести) я обнаружил вдруг, что среди этих мятых обрывков воспоминаний имеются весьма даже относящиеся к моему кармическому расследованию.
  
  Некоторые куски можно без жалости отдать на сжигание знакомым, которые и теперь еще мучаются в Коммун-Хото с древней системой печного отопления. Но даже и из этих обрывков часть - вполне достойны опубликования где-нибудь, пусть даже хотя бы и на Фейсбуке. (А Фейсбук ведь все стерпит, кроме разжигания вражды к расовым, социальным или гендерным группам).
  
  ***
  В детстве у меня был вырезанный из газеты маленький портретик слепого Борхеса. Мне Борхес был по нраву, да и сейчас я считаю его одним из любимейших своих писателей, хотя и читаю его очень редко.
  
  Кроме Борхеса в моем альбомчике было еще несколько писателей, какие-то учёные, а также многочисленные портреты Константина Устиновича Черненко. Этот недолговечный 'советский правитель' казался мне очень смешным персонажем, я понимал что вот-вот он умрет - вот и собирал его изображения впрок. Жаль, что все эти десятки портретов Черненко куда-то подевались.
  
  Мы в школе искренне были рады его смерти: ведь у нас в честь траура отменили занятия. Можно было сесть в троллейбус и ехать весь день бездумно, отмечая механически какую-нибудь ерунду. Например, сколько человек в джинсах заходит в троллейбус? Обычно таких было немного.
  
  ***
  
  Но вернемся к Ынбару. Поговорим немного про Улю, ведь скоро она будет отважно рассекать ынбарские просторы, выдавая себя за сотрудницу российских спецслужб. Впрочем, и работа на разлагающемся трупе некогда мощного Ынбарасбеста - тоже 'дорогого стоит', как любит говорить наш любимый вождь и правитель, Черная Вечерняя Звезда. Отработав там, любой может гордо сказать - я знаю жизнь. Или Ынбар.
  
  ***
  С Улей мы познакомились во время одной из больших новосибирских экспедиций в Ынбар еще в 2002-м. Уля - психолог, её задачей было изучение детских рисунков.
  - Детишки, и вот наша история подошла к концу. Все враги побеждены, а чудовища повержены. А теперь нарисуйте совместный праздник ынбарской и русской семьи по этому замечательному поводу.
  Детишки, сопя, вырисовывали картинки: в двух разных углах листа два отдельных стола. И они там 'совместно празднуют'. Вот это она все и анализировала.
  
  Как рассказала мне Уля в гостинице 'Серебристая Гора':
  - С детства хотела открыть свой психологический центр. Помогать людям. Но надо хотя бы двадцать тысяч долларов. Муж обещал, а когда разбогател на барахолке - ушел к другой. Типа помоложе. Ну и осталась я без центра...
  
  - Ты думаешь, начинать надо с того, чтобы найти где-то двадцатку? - поинтересовался я.
  
  Уля удивленно распахнула свои украинские глаза:
  - Ну а как же?
  - Ладно, пообщаешься с духами нормально - и всё у тебя будет.
  
  ***
  
  Прошло много лет. Меня позвали на должность 'директор по персоналу в крупное горно-добывающее предприятие'. Нормальная новосибирская фирма с проектами по всему миру. Я зашел в офис и сразу узнал в одной из висевших на стене фоток полуразрушенный Ынбарасбест с задумчивым грустным Лениным, сидевшим и думавшим: зачем я сюда пришел?
  
  Мои подозрения подтвердились. Работать нужно было вахтами в Ынбаре, а это меня на тот момент совершенно не устраивало. Мне нужно было что-то более мирное. Я вежливо отказался.
  
  Через месяц лечу в Москву. И рядом на сиденье оказывается директор холдинга. Учитывая количество рейсов Новосибирск - Москва - совпадение весьма странное.
  - Нашли эйчара?
  - Нет, - грустно покачала головой директрисса.
  - Ну, если что будет - вам передам.
  
  И вот в Москве сидим с Улей, болтаем. Уля ведет на местном ТВ передачу про какие-то сомнительные медицинские приспособления, а вечером для гламурного журнала средней известности катает репортажи из клубов: 'Сегодня Ксюша была в ударе. Несмотря на то, что её бой-френд...'.
  
  - Стоило ли ради этого уезжать из Новосибирска в Москву?
  - Да хрен его знает, - вздыхает Уля.
  - А может, перезагрузку?
  
  Она кивает, я звоню директору холдинга, а через пару дней Уля уже созерцает решетку, которой узбекские подрядчики отделили свою часть офиса от местного населения. Несколько месяцев из её телефонных разговоров неслось сплошное сардор, мордор, шахрух, махрух ...
  
  ***
  
  Попытки добывать асбест предпринимались в Ынбаре ещё в китайские времена. Я уже рассказывал историю, как местный правитель Большой Бык приказал высечь стариков за продажу собственности Хозяев гор чужеземцам.
  
  Во времена коммунизма интересами Хозяев никто не заморачивался. Советскому Союзу нужен был длинноволокнистый асбест для выстилки шахт баллистических ракет. Ракет было много, шахт, нуждающихся в выстилке - тоже, и в западной части Ынбара быстро возник огромный по местным меркам асбестовый комбинат.
  
  Потом ракеты стали не нужны - вместе с Советским Союзом и длинноволокнистым асбестом. Ынбарасбест превратился в труп, который и теперь еще продолжают растаскивать понемногу ушлые жуки со всего мира.
  
  Растаскивать до сих пор есть что. Каждый раз приходит 'инвестор', выбирает доступный асбест из коммунистических отвалов, продает часть металлоконструкций на лом - и предприятие банкротится. Затем цикл повторяется. Уля попала в конец одного из подобных циклов.
  
  Из тысяч сотрудников на комбинате осталось сейчас дай бог, чтобы человек тридцать: охранники да управленческий персонал. (При Уле работало человек двести).
  
  Пятнадцатиэтажная махина, воткнутая посреди гор, производит весьма сюрреалистическое впечатление. Для съемок новой версии 'Сталкера' - самое то. Впрочем, таких мест сейчас в мире не мало. Но эта локация хороша своим особенным, ленинским духом в сочетании с мрачноватым горным пейзажем.
  
  ***
  Духи Ынбара вполне себе полюбили Улю. Уволившись с комбината, она вернулась в Новосибирск, где ей сразу же предложили практически готовый психологический центр в хорошем месте, бесплатно. Большое помещение в Тихом Центре. Как и почему это произошло - я в тонкости не вникал. Но вот что значит правильно перезагрузиться и правильно законтачиться с ынбарскими духами!
  
  Года через три этот центр из её рук уплыл, но это уже совсем другая история. 'Бабские разборки'.
  
  Уля в свое время подружилась с Помеловым на почве бонпо, но как они сейчас - я даже и не знаю. Сама она уехала для чего-то в Горный Алтай, там и живет потихоньку.
  
  А теперь вернемся к линейному повествованию. Расскажу еще немного о работе ынбарского правительства.
  
  Кармические узелки:
  - Уля
  - понимание Ынбарасбеста
  - наблюдение за способами управления событийными потоками на примере Ули.
  
  Дополнение. Как-то раз ехали с Улей к Вану в Москве. С кавказцем каким-то. Мы были мирные, деньги были. Кавказец высадил нас на трассе, на МКАД. Долго объяснял, почему русские плохие.
  
  Сейчас-то я понимаю: хочешь доехать без проблем - езжай с нормальным таксистом.
  
  Блин. Я этому кавказцу всё заяснил. Там он что-то порамсил по телефону с Ваном, к которому мы с Улей двигались.
  
  Я ему сто раз заяснил, что нам неважен ваш межнац, нам надо доехать. А он высадил нас на МКАДЕ.. Да ладно, добрались куда надо, просто с неприятной задержкой. Но теперь в Мск я всегда прямо спрашиваю национальность таксиста. Зачем сюрпризы?
  
  Глава 19. Странные смерти и некоторые мелочи.
  "Пусть же безумие послужит нам покровом, завесой пред глазами врага. Ибо он мудр, но взвешивает все на весах собственной злобы, а единственная мера его жажда власти; по ней он и судит все сердца".
  Дж.Р. Толкиен
  
  Постепенно я начал замечать: слишком много людей умирает достаточно молодыми в окружении Черной Звезды. Не друзья, нет. В основном - приближенные издалека союзники. Я вспомнил, как брат Президента, Черный Раджа, раздраженно говорил мне, указывая на огромный молитвенный барабан, поставленный при прошлом Президенте:
  - Барабан этот вообще сжечь надо. Ты знаешь, что в нем заложены мантры 'Пусть живет десять тысяч лет Президент Сын Воина'?
  - Не знаю. А если и так - зачем уничтожать символ главной столичной площади? Ну и пусть живёт десять тысяч лет, если ему так хочется.
  - Нет, уничтожить надо этот барабан. Закрыть на реконструкцию, увезти - и сжечь. Или мантры заменить хотя бы, - зло говорил Раджа и подозрительно глядел на меня: уж не являюсь ли я тайным сторонником прежнего Президента?
  
  ***
  Умирали люди в основном 'от онкологии'. Так на моих глазах сгорел и Славный Алмаз. Не пил не курил - а толку-то?
  
  Славный Алмаз успел дописать свою книгу о мужских занятиях ынбарцев (приёмы охоты, изготовление ядов, приготовление боевой архи-водки и прочее, прочее...).
  
  Истаял и бодрячок-советник, до последнего скрывавший седину волос за насыщенной черной краской.
  
  Да много еще кто истаял так вот за год-другой.
  
  'Он приносит их сюнезин в жертву демонам', - сказал мне знакомый шаман. Лунное Сердце тогда заявила:
  - Ты можешь пока продолжать с ними работать, ничего страшного. Но Черный Раджа в мою юрту пусть больше не приходит - так и передай.
  
  (Через несколько лет Лунное Сердце нашли мертвой, выброшенной из девятиэтажки; землю у её шаманского общества забрали, шаманские домики снесли бульдозерами. Темная история, в неё вникать сейчас не буду).
  
  Я начал подозревать, что на Черную Звезду работают бонские жрецы из Тибета. Однако я ошибался. Много позже выяснилось: работает ынбарский правитель с монгольским шаманом. Тот приезжает иногда в Ынбар, берет у Черной Звезды список людей, подлежащих устранению или энергетическому выдаиванию - и проводит нужный обряд. Как мне объяснили: 'У него нет никакой личной неприязни к этим людям, он даже и в список-то не заглядывает. Тут ничего личного - просто его работа'.
  
  ***
  К этому периоду относится моё знакомство с рядом федеральных политиков, работа в Чечне, да много чего ещё. Но сейчас вспомнилась почему-то одна беседа с российским политиком второго уровня.
  
  Берендеев до этого был вице-губернатором одной из сибирских областей. В Ынбар его прислали в качестве консультанта с широкими полномочиями: Москва пыталась навести хоть какой-то порядок в разваливающейся небольшой стране. Власть в области сменилась, и до нового назначения Берендеева отослали в Ынбар 'на передержку'.
  
  - Почему ваша область такая нищая? У вас же и ГЭС, и алюминиевые заводы, даже самолеты строите. Что же не так? - спросил я как-то Берендеева за рюмкой коньяка. Его привезенная из России 'секретарша' сидела и с показным безразличием полировала длинные ногти.
  
  Берендеев выпил рюмку, налил новую и со вздохом ответил:
  - Так сам по суди. Девяносто процентов себе Москва забирает. Ну, условная Москва. Сам понимаешь - кто. Вот и нищета. И ничего тут не поделаешь, хоть будь ты Дэн Сяо Пином и Ли Куан Ю в одном лице. Это навсегда.
  
  - А здесь у вас какие задачи реально стоят?
  
  Берендеев раздраженно махнул рукой:
  - Да какие задачи? Отсижу пару месяцев - и в Россию. Сейчас вот надо настроить работу местной админки. А как тут настроишь, если всё под пальцами расползается, словно желе какое-то? Ты лучше скажи - ты-то что делаешь во всем этом бедламе?
  
  Я задумался. И в самом деле - что?
  
  - У меня есть какая-то личная миссия, которую я пока до конца не осознал, - с некоторым трудом сформулировал я свой ответ, и Берендеев иронично улыбнулся.
  
  'Секретарша' подняла на меня свои ясные и казавшиеся пустыми глаза, еле заметно скривила поддутый силиконом рот.
  
  ***
  Министра юстиции также прислали из России. До этого он ходил в помощниках одного довольно скандально известного московского политика, поэтому не буду министра подробно описывать. Он любил гашиш, был работоспособен и дружелюбен показным московским дружелюбием, в меру интересовался шаманизмом. Ясно было, что 'человек далеко пойдет'. С ним только один случай расскажу.
  
  Едем с запада Ынбара в столицу, перед въездом нас останавливает дорожная полиция. Полная машина иностранцев - наверняка за гашишем ездили! Лакомая добыча.
  
  - Проверять машину вы без достаточных оснований права не имеете, - хором сказали мы с министром (у которого, безусловно, был с собой немалый кусок гашиша).
  
  После долгих препирательств я вышел из машины, открыл багажник. Полицейский уставился на мой бубен, колотушку из заячьей лапки и прочие шаманские атрибуты.
  - Ездили камлание делать, - пояснил я полицейскому.
  Представляю, что у бедняги в голове творилось.
  
  В конце концов нам надоела эта комедия, мы показали полицейским свои правительственные удостоверения, получили положенные нам извинения и покатили дальше, слыша сквозь приоткрытое окошко ворчание на ынбарском:
  - Сразу не могли сказать... Министр и помощник Президента, йоована.
  
  ***
  Как-то раз ко мне приехала мрачная и встревоженная Лунное Сердце.
  - Надо остановить разрушение Старого Храма. Это же сердце Ынбара, - сказала она, держа в ладонях пиалу с зеленым чаем.
  - Какое еще разрушение? Я слышал, что наоборот - выделены большие деньги на реконструкцию.
  - Они собрались полностью снести настоящий храм, а на его месте поставить кирпичную подделку, - объяснила шаманка.
  - Кто это так решил?
  Она пожала плечами:
  - Русский министр Н., наверное. Но придумал Кардинал. Сердце вырвать, поставить новое. Если они это будут делать - надо хотя бы камней от старых стен набрать.
  - Не будут, - пообещал я ей.
  
  Тайно я развернул в местных СМИ кампанию: никакого сноса старого Храма, пусть реконструкцию ставят рядом. Так в итоге и сделали. Развалины Старого Храма до сих пор посещают тысячи верующих, он увешан лентами, украшен портретом Далай-Ламы. Новодел стоит рядом, как робот-пылесос возле живого, теплого кота.
  
  Однако надо отметить, что не смотря на все обещания ынбарского выходца министра Н., средств на восстановление учебного центра Старого Храма, где некогда учились тысячи студентов, не нашлось. Там до сих пор нет НИ ОДНОГО СТУДЕНТА.
  
  Зато нашлись деньги на строительство большой военной базы на правом берегу Коммун-Хото (в ее строительстве как раз и принимал небольшое участие Джурассик Парк).
  
  
  ***
  Ладно, посмотрим, что дальше будет. Они-то умирают, да. Но я ведь могу от этой херни отключиться. Вон, Черный Раджа - бухает и нормально. Последний русский бандит Коляня тоже бухает - и всё у него хорошо. Можно пока расслабиться и бухать. Тем более, что каких-то крупных выборов или подобных проектов на горизонте нет, на социологию денег не выделяют - так почему бы и не...?
  
  Последнее лето на госслужбе прошло как-то непонятно, скомкано и не западая в долговременную память. Берендеев вернулся в Россию. Славный Алмаз попросил незадолго до смерти:
  - Если мой сын обратится, помоги ему.
  - А что ему может быть надо?
  - Да примерно всё тоже. Чем сейчас занимаешься - этим и поможешь.
  - Дза-дза-дза.
  
  Глава 19-Б. Поэзия и шрамы.
  Из ынбарской поэзии 19 века:
  - Кто охотится теперь на твою подругу,
  тот, наверное, смерть найдёт.
  
  Обижать ынбарцев - смертельно опасно. Я выжил лишь благодаря хорошему отношению духов ко мне.
  Шрамы остались, да. Но тут уж я сам виноват. Кроме одного шрама на руке, из детства.
  Карлсон порамсил с микробандитами. Мы с другом гуляли на поле, возле Верхней трассы. Моего друга приняли за Карлсона и нас начали забивать железными прутьями. Через несколько минут пацаны въехали в тему:
  - Бля, попутали. Реально извиняемся.
  Я сквозь боль думал: а где мой щенок Роки?
  Родители запретили мне назвать его Роки, "плохой фильм", и официально пёс всегда звался Джимом.
  Пока нас избивали, Джим прятался под камнем и сидел там тихо, в шоке.
  Потом все в крови мы доползли до дома. Улица с тибетским именем, суровая пятиэтажка, но не буду обозначать. Щенок бежал рядом с недоуменным видом, с испуганными глазами.
  Отмечу, что тогда, в 1989 году, группировки могли быть смешанными, ынбарско-русскими. Я помню, как русский пацан ударил мне по руке железным прутом. Этот шрам до сих пор остался.
  А пацан? Думаю либо его убили в разборках девяностых, либо съехал в Загорье. В Союз.
  
  
  Глава 20. 'Ынбарская правда' и появление Стрелка.
  'Если проблему решить можно - не стоит о ней беспокоиться,
  Если проблему решить нельзя - беспокоиться бесполезно.'
  (Далай-Лама XIV)
  
  В конце концов ынбарское правительство мне жутко надоело. Накопившиеся проблемы, преимущественно внутреннего свойства, но также - и следствие дворцовых интриг... Проблемы я решить не мог и не мог, начала происходить какая-то херня - и тогда я бросил всё и улетел в Новосибирск.
  - Чтобы ни было потом - я никогда не забуду твою помощь в начале моего президентства, когда были самые трудные времена,- задушевно сказал Черная Вечерняя Звезда. - Отблагодарю по-настоящему.
  
  В Новосибирске я снова занялся консалтингом. Клиенты могли быть самыми разными.
  
  Молодая девушка-дизайнер:
  - Я хороший специалист, но в фирме мне платят слишком мало. Хочу открыть свой бизнес и уехать в Москву.
  
  Берем задачу - и работаем с ней. Выявляем препятствия (обычно это - обычные человеческие страхи), набрасываем план действий на каждый день, описываем промежуточные результаты, по которым должно быть ясно, что движение происходит в верном направлении. Девушка открывает свой бизнес и уезжает в Москву.
  
  Короче, нечто вроде коучинга. С 'психологическими' клиентами я не связывался (за исключением одного случая с банкиршей, о котором, возможно, я расскажу позднее). Во-первых, у меня нет психологического образования - можно и навредить ненароком. Во-вторых, сам я отягощен достаточным количеством психологических проблем - и уж явно не мне избавлять от них других людей. Поэтому занимался я только помощью в разработке путей достижения тех или иных практических целей своих клиентов.
  
  Миллиардер Сомов:
  - Построили микрорайон в лесу, недалеко от престижного района. Таунхаузы. Никто не берет. Реклама не работает. Что делать?
  
  Беру Улю и еще пару психологов, засылаю тусоваться с диктофоном в места скопления потенциальных клиентов, вести с ними душевные беседы.
  
  Выясняется, что изначальное позиционирование 'частичка Лондона' сердца будущих покупателей не затрагивает. Им милее Нью-Йорк или же тихий пригород Берлина. Меняем концепцию, продажи со скрипом начинают ползти вверх. (С большим скрипом - потому что лес этот наполнен комарами как северная тайга. По улице пройти просто невозможно. Советую миллиардеру: уберите на время продажи всех комаров, сейчас это не сложно, не столь уж и большие расходы. Убирают, ну и т.п.)
  
  Так всё и шло понемногу. Политикой я совсем перестал заниматься, если не считать эпизодического консультирования старых новосибирских знакомых. Потом вдруг я затосковал по Ынбару (плюс личные обстоятельства). И я снова бросил новосибирскую жизнь, прилетел в Коммун-Хото и зашел почти наугад в редакцию 'Ынбарской правды':
  - Может поработаем вместе?
  - Давайте поработаем, - кивнул добродушный, умудренный жизнью редактор (в 'Ынбарскую правду' его зачем-то сослали на преждевременную пенсию, до этого он рулил государственной телекомпанией). - Берите себе кабинет номер десять.
  
  ***
  До отъезда в Ынбар я, наконец-то, прочитал тибетский медицинский трактат 'Чжудши'. Для этого мне пришлось применить в отношении себя хитрость: я поехал за границу, на море, с подругой, а кроме 'Чжудши' никаких развлечений для себя не взял. Она идет утром купаться: 'уплочено же', а я, в отсыревшей от ночного тумана гостиничной комнатке читаю 'Чжудши'. Так и прочитал дней за десять. Основные мысли, которые я вынес из древнего трактата, оказались на удивление просты и разумны:
  
  - Есть несколько типов заболеваний. Есть неизлечимые, их лечить смысла нет. Есть кармические, их лечить смысла нет. Есть те, что сами собой пройдут, их лечить смысла нет. Такие болезни составляют подавляющее большинство, поэтому подавляющее большинство болезней лечить смысла нет. Главная задача врача - утешать и успокаивать пациента.
  
  ***
  В 'Ынбарской правде' я организовал социологический отдел, взял двух постоянных помощниц (Весеннюю Каплю и Вселенскую Гармонию), и мы начали колесить по ынбарским районам. Социологию делали простенькую, однако данные её внушали большое опасение: бардак, распад, разгильдяйство. Где-то закрылась единственная на сотню вёрст больница, где-то школа, где-то - назревает техногенная катастрофа. (Она и произошла через полгода: в одном из районов посреди суровой ынбарской зимы взорвалась ТЭЦ. Русский предприниматель вызвался помочь техникой, приехал из Коммун-Хото - и его тут же убило рухнувшей металлоконструкцией или трубой. Еще одна жертва монгольских демонов?).
  
  Руководитель Ынбара получал эти тревожные данные, но никак не реагировал. Точнее, реагировал со сдержанным недовольством: очернение действительности. А ведь до него доходили уже прилизанные, подогнанные под рамки приличий отчеты!
  
  Впрочем, как сказал он мне как-то: 'Не думай, что мы в университете плохо изучали социологию. Я сам всё знаю, что ты меня поучаешь своими цифрами?'. Полный сосуд невозможно наполнить.
  
  Перед взрывом ТЭЦ помощница Черной Звезды сказала мне:
  - Ну что вы придумываете. У нас в этом районе прекрасный руководитель. Всё под контролем.
  Слово 'прекрасный' она выделила двойным ударением.
  
  'Да ну вас на хер', подумал я.
  
  ***
  В сентябре ко мне приехал сын Славного Алмаза. Назовем его, для простоты, Стрелком (довольно распространенное ынбарское имя). Интеллигентного вида 'авторитетный бизнесмен' в японского вида очках предложил мне участие в куче интересных проектов. Этими проектами мы и занялись.
  
  Тут наше повествование могло бы превратиться в помесь 'Крестного отца' и какого-нибудь пелевинского 'Чапаева'. Но мы будем придерживаться прежнего сухого стиля.
  
   Главное же, читатель, помни: мы стараемся не повредить описываемым здесь живым существам. Поэтому без многих подробностей нам придется обойтись, мало ли что.
  
  Кармический узелок:
  - Стрелок.
  
  Глава 21. Ошибка-1 и 2. Веселая жизнь и разборки с Кардиналом (их старт).
  "Коучу полезно иметь с клиентом четкий письменный контракт".
  (М. Дауни)
  
  ***
  Как-то вечером в офис вошла моя помощница Весенняя Капелька. Непривычно хмурая. Говорит:
  - Стрелок сейчас был пьяным. Достал винчестер и сказал, что меня пристрелит.
  - Да ну? Что-то ты гонишь. Зачем это ему?
  - Давай я немного дистанцируюсь, буду сейчас бумагами по магазинам заниматься.
  - Давай. Но ты же сама хотела в гущу событий.
  - Расхотела.
  Тоненькая, хрупкая Капелька помолчала, добавила:
  - Что-то не так пошло.
  
  Я чуть позже поговорил со Стрелком.
  - Да ты что, всерьез бабские разговоры воспринимаешь? Ну зачем мне в неё стрелять? Я что, отморозок какой-то? Это так, шутка была глупая. Приношу извинения, не то сделал. Больше не повторится, - серьезно и задушевно заяснил Стрелок.
  
  Мы закрыли тему и продолжили какую-то лихорадочную, довольно безумную деятельность. 'Попали в интересный фильм'... В качестве персонажей. 'Кровавый четверг'? U-Turn?
  
  ***
  - Давай запишем крутую музыку, - предложил мне как-то Стрелок
  - Давай. В Россию поедем?
  - Поедем.
  - А кого записывать будем?
  - А мы сейчас кастинг проведем - и выберем, кого.
  
  Через час на съемной хате уже сидело несколько хороших певцов и квалифицированное жюри из авторитетных пацанов.
  
  Когда запел Лунный Камень с Запада, мы со Стрелком переглянулись.
  - Завтра поедешь с нами на студию в Новосибирск? - спросил Стрелок. Лунный Камень кивнул, и на следующий день мы уже петляли между заснеженных горных склонов. В Коммун-Хото стояла ещё приятная листопадная осень, а в горах уже навалило снегу - зима зимой.
  
  В Новосибирске мы записали гитару и голос Лунного Камня, затем начали работать над аранжировкой. Не все получилось идеально, но некоторые песни потом звучали из каждого киоска в Коммун-Хото, а в машине их можно услышать и сейчас. Получилось.
  
  ***
  До этого я как-то предлагал Черной Звезде сделать хоть одну запись легендарного ынбарского рок-музыканта и шансонье А., однако он лишь нахмурился:
  - Денег срубить хочешь?
  - Так студия готова бесплатно записывать, им интересно. От вас - только транспорт. Какие еще деньги? Я обо всём договорился. Просто это важно для культуры, для истории.
  - Не лезь больше с такими глупостями.
  
  (Вот тогда моё намерение покинуть команду Черных превратилось из чего-то смутного, неосязаемого, в семечко, которое быстро и уверенно начало расти во мне).
  
  Через некоторое время Черная Звезда торжественно присвоил А. звание заслуженного артиста Ынбара, однако ни одной профессионально сделанной записи от музыканта не осталось. Выйди на ынбарскую улицу, запой по-ынбарски: 'Небо голубое затянули облака...', и лица расцветут улыбками или интересом. Куча ремиксов - но качественной оригинальной записи не осталось. Только сделанная в 1989 году в какой-то тюрьме, начальник которой был, видимо, неравнодушен к музыке и позволил группе записать альбом 'на том, что было'.
  
  ***
  Виски было слишком много. На первом этаже небоскреба - выбиты стекла. Дверь в студийный туалет - сломана. Приезжал ОМОН, были долгие и неприятные разбирательства (а в это время запись музыки продолжалась).
  
  Стрелок оплатил все расходы, музыка пошла в народ. Хозяин студии к происходящему отнесся философски: в 2002 году он ездил со мной в Ынбар на гастроли, местный колорит видел, да и сам он был родом из какого-то сурового забайкальского городка. Так что...
  
  ***
  Проекты наши находились абсолютно в рамках закона, однако если описать вам их подробно, вы начнете с сомнением покачивать головой.
  
  В рамках одного из подобных проектов Уля приезжала в южный район Ынбара и вела себя с чиновниками, как представительница российских спецслужб. (Она не представлялась таковой, но лишь вела себя в соответствии с имеющимся у них стереотипом - а чиновники уж сами додумывали себе, что к чему). Не важно, зачем это было нужно, но было это, мягко, говоря, странно.
  
  Заезжали мы и на Ынбарасбест. Заставили директора выплатить рабочим задолженность по зарплате, плюнули ему в пыльный горшок с кактусом.
  
  Глупо, не спорю. Но вот так.
  
  ***
  - На, постреляй.
  
  Отдача бьет в руку, кисть потом болит с непривычки. Мишени украшаются дырами размером с футбольный мяч.
  
  ***
  Команда Стрелка проходила тренинги: техники переговоров, базовые технологии продаж и прочий стандартный для бизнес-команды набор. 'Пацанами' были, в основном, отставные работники силовых структур. Мы проводили переформатирование команды из гангстастайл в современную жесткую и деловитую группировку.
  
  ***
  Во время тренингов крышуемые киргизы готовили нам очень вкусный плов. Весело и вкусно.
  
  ***
  
  И тут вдруг Стрелок говорит мне в какой-то прохладный вечер. Мы как-раз переехали на джипе протоку Госпожи-Реки, стоим на прекрасном острове:
  - Надо вдарить по Кардиналу. Уничтожить его как фигуру. Убрать с доски. Он слишком много плохого сделал моему отцу.
  - А сил-то хватит? - спросил я насмешливо.
  - А чего ж не хватит. Да кто он такой?
  - Он, вообще-то, отец нынешней политической системы. И до сих пор держит в руках нужные ниточки. Нужно дернуть Черную Звезду - и в оппозиционной газете выходит оскорбительная статья про его родителей. А если надо - так наоборот, какой-нибудь Медведев прилетает с торжественным визитом.
  
  Стрелок пренебрежительно махнул рукой:
  - Старое чмо. Педик.
  - И что, что педик? Сил-то у него не мало.
  
  Насчет 'кардинальских мальчиков' в правительстве и вправду ходили шуточки: напудренные, с подведенными чуть-чуть глазками улыбчивые молодые ребята. Но никаким 'педиком' Кардинал не был. Обычный бисексуал. Как говорил мне о нем один умный ынбарец, 'он просто перешел по ту сторону, вроде как в Древнем Риме они переходили, ему эти частности не важны: пол человека и всё такое, важно лишь удовлетворение прихоти; развращенность интеллектуала'.
  
  - Разработай программу и начинаем действовать.
  - А не боишься, что рынок заберут и остальное?
  - Не посмеют. А ты ни о чем не переживай, если что всегда прикрою. И пацаны всегда на связи, все вопросы решим.
  
  И мы начали действовать.
  
  ***
  В эти же дни Стрелок выпил лишнего, приставил винчестер к моей груди. Я:
  - Поссать надо.
  И уехал на такси. Через полчаса деликатный стук в дверь:
  - Прости брат, глупости говорил.
  
  А я уже в такси всё обдумал и решил для себя: ну его на фиг такой фильм. Все, the end. Всё продумал хорошенько, но слушаю через дверь извиняющийся голос:
  - Брат, прости, это не в серьез было. Больше не повторится.
  
  Открываю дверь, обнимаемся.
  
  Карты, деньги, два ствола. Фильм продолжается.
  
  Кармические узелки:
  - недостаточное внимание к словам моей помощницы Весенней Капельки
  - начало 'боевых' действий против Кардинала.
  - 'головокружение от успехов': понравилось быть героем авантюрного блокбастера, не стал слушать настойчивый внутренний голос.
  
  Глава 22. О 'любовных линиях повествования'. Монгольский пример.
  "Неужели хоть один человек скажет, что цветы вишни ему примелькались, потому что они распускаются каждый год?"
  Сэй Сёнагон
  
  Читательница фейсбучной версии упрекнула меня за отсутствие в повести любовной линии. На это я указал, что повествование намеренно сделано сексуально-стерильным. Всё уже в прошлом - и не зачем травмировать участников тех давних уже событий дополнительными штрихами, наиболее чувствительно действующими на потерю людьми контроля за своим разумом.
  
  Осталась от всего этого пара песен, да искаженные памятью визуализации. Как известно, память человека вовсе не хранит воспоминания в виде файлов нормального качества. Место в мозгу экономится по максималке. Большая часть стирается на хрен. Оставленное - сжимается до ключевых точек. А потом, при необходимости, достраивается на ходу. Так что вспоминать о чём-то любовном абсолютно бессмысленно - а вред принести может вполне реальный. Может тебе, а может каким-то живущим в далеком городе людям - какая разница?
  
  Понятно, что за фоном сухого расследования скрываются и любовные линии. И куча страстей. 'Где деньги и власть - там и страсти', это ведь ясно. Человек не так уж и сложно устроен, и я никаким исключением не являюсь. Из-з этих страстей у меня и шрамы от ножа остались, и воспоминания. Вот только разбирается всё это элементарно по какому-нибудь треугольнику Карпмана. Спаситель - Жертва - Агрессор, все дела. Чё там городить?
  
  ***
  Можно, конечно, вспомнить пару комических историй, для оживления повествования. Как-то в одну ночь на заборах Коммун-Хото появилась неслыханная надпись:
  'ПРАВИТЕЛЬ ЫНБАРА - НЕДОСТОЙНЫЙ ЧЕЛОВЕК'.
  
  Черный Раджа бросил все силы своей службы безопасности на поиски злоумышленника. Вычислили по биллингу. Оказалось, надписи сделала любовница правителя, обиженная на него за что-то. Делала она всё это в паре с одним из помощников Президента. Не знаю, как их наказали - может и простили. А может, лежат где-нибудь на дне Великой Реки с привязанными к туловищу камнями.
  
  Уж больно глупо выглядит: ночь, любовница Президента с баллончиком краски пробирается сквозь засохшие кусты полыни к забору, раздирая на ходу дорогие колготки... Помощник нервно постукивает пальцами по рулю: ну быстрее же, быстрее!
  
  Наверняка оба пьяные были. Возможно, за всем этим скрывается какой-нибудь любовный треугольник, а то и четырехугольник. Про это неплохо было бы снять отдельный фильм. Легкую трагикомедию в тарантиновском или балабановском стиле. Мне кажется, было бы забавно.
  
  ***
  
  Я также могу долго и нудно описывать, как мы с ынбарским режиссером поехали на Дальний Восток снимать какие-то безумные трэшевые фильмы, как он громко пел перед подъездом по-ынбарски... Как его ругали соседи за то, что он с балкона стряхнул пепел на большого жирного паука, как я рассекал там с некой очаровательной в моих глазах дамой - но к чему эти розовые сопли? Итак ведь ясно, что любовь зла.
  
  Думаю, читателю интереснее было бы узнать, как крутятся на Дальнем Востоке деньги, кто их крутит, кто проводил в свое время местную Чеченскую войну (во время первой общероссийской Чеченской кампании) и что он за это получил. (Спойлер: бойцам примерно по десятке влупили. Тем, кто жив остался). А вот кто кому присунул в ходе политических перипитий или войн? Включите какую-нибудь 'Игру Престолов' - да и смотрите.
  
  Всякое бывает, но являются ли подобные банальности хорошим материалом для описания? Ну, разве что, если сильно умеючи.
  
  ***
  Да не такой уж я и... Мирный человек без особых любовных линий, если брать последние годы.
  Для примера - расскажу про наши отношения с Весенней Капелькой.
  
  Я нашел её во время проведения какого-то маркетингового исследования. Она показалась мне единственной перспективной из всех сотрудниц-интервьюеров. Затем я взял её в 'Ынбарскую правду' социологом, где денег ей почти не платилось, приобретался лишь опыт и большие ынбарские беляши. Потом она работала у меня контролером бизнес-процессов, менеджером по дебиторке (выбивала проблемные долги) а потом и редактором телеканала, где я был тогда (через пару лет после описываемых сейчас событий) директором.
  
  Мы ездили по делам в Монголию, вместе. Вот уж где оторваться можно было полностью бесконтрольно. .И ни разу ничего между нами не было. Просто тут другие отношения, даже моя жена это прекрасно понимала и к Капельке никогда не ревновала. И правильно делала. 'Бизнес есть бизнес', и надежного человека вовлекать в любовный трэш - верный путь эту надежность порушить.
  
  Запомнилась картинка: мы с Капелькой стоим у какого-то монгольского каньона, уже вроде за Хыргыз-Нур, бросаем туда камешки. А камешки - лёгонькая пемза. Вулканические камешки. Каньон глубокий, на дне - речка.
  - Это недавно было, лет сто назад, - поясняет один из монголов, немного владеющий английским. Молодой парень, едет на учёбу в Батор от родственников из далекого аймака.
  
  После передышки мы упихиваемся снова в переполненный в три раза микроавтобус и едем дальше, в Улаанбатор. Еще сутки или двое, долго ехали. Пока асфальт не начался - очень медленно ехали. 'Дорог нет, есть только направления'.
  
  Мы с Капелькой поднялись по долгим ступеням на какую-то гору (Цэцэрлэг?) во время очередной поломки микрика (опять отвалилось колесо). Солнце. Стояли, смотрели сверху на весенний зеленеющий мир. Положили на обо камни и монеты. Послушали шорох трепещущих на ветру разноцветных лент.
  
  ***
  А вообще, к любви у каждого народа своё отношение, при всём сходстве некоторых общих омрачений. Начнем с краеугольного: с языка. Именно он формирует наше мышление и картину мира (ценности формулируются посредством языка, не так ли?). Эта старая уже теория Сепира -Уорфа никем так и не была опровергнута. Так вот. В ынбарском, например, мало того что нет родов - нет даже местоимений 'он' и 'она', как в каком-нибудь английском. Есть нейтральное 'оно', являющееся, в сущности местоимением указательным. До коммунизма в ынбарском не было и слова женщина. Было просто 'человек', при необходимости же уточнялось: 'самка человека', 'самец человека'.
  
  Если плохо владеющий русским языком ынбарец вдруг скажет тебе:
  - Вчера я провел прекрасную ночь с симпатичным пацаном, - не надо представлять довольного похотливого гомосексуалиста. Скорее всего, под 'пацаном' человек имел ввиду симпатичную молодую девушку.
  
  У монголов дела обстоят примерно так же, однако женщине предписаны некоторые несложные правила ритуального поведения. Например, директор большой фирмы может мыть пыл вместо своего уборщика-мужчины, если директор - женщина. 'Для мужчины мыть пол унизительно'. (Зачем нужен такой уборщик - другой вопрос.)
  
  При этом для монголов вполне естественно справлять нужды организма 'совместно', т.е. без разделения на мужчин и женщин. 'Все ведь просто люди'. Это, кстати, весьма шокировало Весеннюю Капельку во время нашего монгольского трипа, ибо в Ынбаре так не принято. А тут - никаких 'женщины налево, мужчины - направо'. Остановилась машина в степи, и...
  
  Примеры эти показывают, что у народов буддистко-шаманистской Центральной Азии представления о сексе и его правилах будут несколько отличаться от привычных европейцам и описание любовных линий вызовет у читателя лишь ненужное мне недоумение.
  
  ***
  
  Вот вроде бы всё и объяснил.
  
  А любовные линии - это пусть Толстой описывает. У него хорошо получается. Западные фильмы по Анне Карениной всё выходят и выходят, и будут выходить дальше. Всем нравится.
  
  Скоро нам придется столкнутся с действиями разгневанного Кардинала, поспешным бегством из Ынбара части нашей команды, с травмами, кровью и убийствами. Никакой моркови не предвидится.
  
  Глава 22-Б. Вести из Ынбара. Прыжок с парашютом как средство обыграть в шахматы.
  "Шахматы похожи на жизнь, только жизнь - тотальная война, а шахматы - война ограниченная".
  (Роберт Фишер)
  Пока пишу и выкладываю повесть - люди скидывают мне свои ынбарские истории. Вот, например, по поводу шахмат. Любой ребенок в юрте в горах меня обыгрывал. Может - к моему стыду, может - к чести ынбарских юрточных детей - тут уж не важно. Хорошо комбинируют люди, при всей своей наивности "простого индейца".
  Насчет "индейца". В 19 веке приезжает в Ынбар англичанин Каррутерес. Шпион, естественно. И в том районе, который сейчас Путин полюбил для фоток, он решил системно покупать молоко для личного потребления.
  Ынбарцы объясняют ему:
  - Братан, молока у нас мало. Только чтобы детей напоить, чай сварить. Если тебе дадим - страдать будем.
  А Каррутерс много молока хотел, хотя бы литр или два в день. Он им деньги суёт: китайские, русские, английские.
  Ынбарцы хохочут:
  - Ты хочешь, чтобы мы взяли себе эти цветные бумажки и отобрали у своих детей молоко? Ну ты и дурак...
  Англичанин довел цену до какой-то фантастической суммы, типа на нынешние деньги 100 баксов за литр. А те ни в какую.
  И тут он догадался спросить:
  - А что вам нужно, ребята?
  Ынбарцы хором говорят:
  - Нам иголки нужны для шитья.
  - А за иголки вы мне молоко будете давать?
  - Будем.
  И с тех пор шпион пил прекрасное молоко, благо иголок у него была целая коробочка.
  А вот читатель Эрик Чернышев рассказывает мне в фейсбуке недавнюю историю про игру в шахматы. Я-то с детишками играл, а тут с пареньком повзрослее:
  "Играю с Орланом (фамилию не помню) в шахматы. На тот момент я считал себя неплохим и очень коварным шахматистом. Орлан недавно пришёл из армии, служил в ВДВ.
  Рассказывает: прыгаю, а парашют запутался, не раскрывается. Я хватаю стропорез, а он выпадывает. Ночь ещё, ни хрена не видно.
  Я задумался над очередным ходом, куда не двинь, всюду кирдык. Орлан ещё и младше меня на три года, особенно обидно...
  - Лечу, говорит, а земли-то не видно. Где она - близко, далеко? И основного парашюта не видно, что с ним, сильно стропа запутались?
  Мы начинаем новую партию. Белыми я играю агрессивно.
  - Что же делать? Решил перегрызть стропа зубами. А они (стропа) крепкие, не поддаются никак.
  Я задумался над очередным ходом.
  - Делать нечего, дёргаю запасной парашют. И он раскрывается!
  Орлан, Орлан... Пока твоё туловище летело в ночи без парашюта, ты взял у меня две партии."
  Если ынбарец целенаправленно решил обхитрить европейца или китайца - тут уж туши свет. Как говорят ынбарские староверы: "у них наивная хитрость". Но по итогам комбинации русский или китаец останется в дураках.
  Конечно, большие народы могут задавить ынбарцев массой - тут уж не нахитришь. Приедет козлобородый комиссар, скажет:
  
  - Вот я, вот военная база. Надо разрушить все буддистские храмы. Иначе тебя, тебя и тебя мы убьём, а твоих детей вывезем на Чукотку. А просто по приколу - пусть поживут.
  Хлоп - и нет больше храмов. А уцелевшие монахи тихонько шепчут свои мантры где-нибудь в далеких лесах или песочных пустошах. Прячутся на каком-нибудь Черном Озере и ждут эры возрождения буддизма (самое удивительное, что некоторые старички-ламы этого дождались).
  Китайцы еще ловчее придумали. Они объявили, что ынбарцев вообще не существует и приписывают их к другим народам, даже и не
  родственным. Но хорошо, что к буддистам приписывают, поэтому синьцзянские лагеря перевоспитания ынбарцев пока не касаются. Пока.
  Монголы вообще милостивы. Дали ынбарцам национальный район - живите нормально, но в школе в старших классах будьте добры говорить только по-монгольски. Полуофициальная версия такова: ынбарцы - это заблудшая часть монгольского народа, перешедшая когда-то на какой-то чучмекский язык. Ну ладно, пусть так. "Хамаг Монгол", "все мы - монголы".
  Небольшая часть ынбарцев, попавшая в Россию еще по договору с Цинской империей, деградировала на севере и нормально развивается на юге Сибири. Северным придумали другое название, на всякий случай, дали национальный район площадью как Бельгия, а при царях крестили в православие. Бухают, вымирают. Не думаю, что их православие подкосило. Просто отрыв - маленькая часть в другом государстве, где их воспринимали как чукчей. Да и была эта часть охотниками и рыболовами, элиты и грамотных людей среди них не было.
  Те, что живут в ынбарском анклаве на юге Сибири, чувствуют себя неплохо. Автономии нет, но всем понятно, что вроде как "они свои, тутошние". Из Ынбара по горной дороге туда регулярно бегает маршрутка.
  Места те - это вкрапление ынбарских ландшафтов в сибирскую южную тайгу. Пограничье Сибири с Центральной Азией. Читательница Любовь Рыбакова родом оттуда, не даст мне соврать...
  
  
  Глава 23. Бегство из Ынбара. Новогодняя ночь в реанимации и другие траблы.
  "Предательство нельзя прощать хотя бы потому, что сами предатели никогда себе не простят собственного предательства, а значит, будут всегда опасны - и предадут ещё."
  (М. Пьозо)
  
  Через три дня после начала наших активных действий против Кардинала мне позвонил мой водитель, закрепленный за мной в 'Ынбарской правде'. Мы с ним катали по районам, когда Весенняя Капелька и Мировая Гармония делали свою экспресс-социологию. Он грустным голосом сказал:
  - Ко мне сейчас подошло два страшных бандита и сказали: исчезни навсегда, прямо сейчас. Теперь в этом гараже будет стоять машина Кардинала.
  - Давай разберемся... Пацаны помогут, и заяву надо накатать. Ты-то что сделал в ответ?
  - А что тут разбираться? В ответ я исчез, как они и просили. На хрен мне эти ваши разборки? Пойду водителем на ТЭЦ, меня туда давно звали.
  
  Вечером охранник не пустил в офисное здание Весенюю Капельку. Я подъехал, потом вызвал 'пацанов'. Они вытащили упиравшегося охранника из здания, запихали в багажник. Отъехали в соседний двор, один из них, бывший спецназовец, говорит:
  - Что делать будем? Это, оказывается, мой родственник. Троюродный брат. Для вас - дальняя родня, для нас - почти родной.
  - А что делать? Отпустить - пусть больше не мешает работать.
  
  Охранник с достоинством выбрался из багажника, перекинулся парой слов с пацанами, сказал мне:
  - От сердца говорю - с ними не буду больше работать. Ошибка вышла, меня заставили.
  - Бывает.
  
  Мы пожали друг другу руки и мирно расстались.
  
  ***
  Через день меня вызывает заведующая зданием:
  - Борис Александрович, не могли бы вы подойти на минутку? Разговор есть.
  
  Я почувствовал какую-то херню и попросил присутствовавшего Стрелка, а также и Вселенскую Гармонию спуститься со мной.
  
  В кабинете, кроме заведующей, стоял Тамир Природович - начальник хозяйственного управления ынбарского правительства. Я с улыбкой протянул ему руку:
  - Давно не виделись. Как ваши дела?
  
  Но Тамир Природович руку отдернул, а потом сделал ею характерный жест, будто ударяет ножом кого-то снизу, в грудную клетку. Он злобно проскрипел:
  - Ты, сука русская, я тебя зарежу. Понял? Крыши у тебя больше нет.
  - Тамир Природович, о чём это вы...? - начал было я мирным голосом, но он начал пихать меня своим торсом и что-то злобно выкрикивать.
  - Стоп-стоп, хватит, - остановил весь этот балаган Стрелок.
  
  Мы вышли.
  - Это готовая статья, угроза убийством, при свидетелях, - сказал Стрелок.
  - Да. А ты дашь показания?
  - Конечно, ты что спрашиваешь, брат?
  
  Я немного сомневался в силах Вселенской Гармонии: все-таки - слабая девушка, давать показания против правительственного чиновника для неё может показаться слишком страшным делом.
  
  ***
  Сказать честно - никакого дела против Тамира Природовича я, в общем, и не хотел. Во-первых - зачем мне это? Во-вторых - мало ли что в Ынбаре случается, не будешь же по каждому поводу раздувать всемирный пожар.
  
  Я передал Тамиру Природовичу:
  - Сделай ремонт в буддистском храме на Правом берегу, и закроем тему.
  Тот категорически отказался: да мне всё равно ничего не будет. А вот что будет с тобой - увидишь чуть позже. После выборов.
  
  Тогда я отправился на беседу к Черной Звезде. Тот встретил меня сумрачно, шрам на щеке - налит багрянцем, щеки надуты. Чаю не предложил.
  
  - Ваш помощник пообещал меня убить. В мировые СМИ я это выбрасывать не хочу. Чтобы вас не подставлять.
  - Сами разбирайтесь, - лаконично ответил мне Черная Звезда и дал понять, что аудиенция окончена.
  - А ведь вы неделю назад предлагали мне возглавить сектор социологии в местном гуманитарном институте. Я же вас предупреждал, что Кардинал будет против.
  - Я что, его пешка, по-твоему? Он мне никто. Как я решил - так и будет.
  - Ну, и что с сектором социологии?
  
  Черная Звезда встал:
  - У меня срочный выезд, извините.
  
  ***
  'В Ынбаре угрожают зарезать российского социолога' - вышли статьи на ряде российских, казахских и других СМИ. Заявление я написал. Вселенская Гармония дала свидетельские показания. А вот Стрелок перестал брать трубку. Как прочитал я позже в протоколе его объяснения: 'Во время их беседы я посматривал сообщения в телефоне и содержания разговора не слышал'. Дело против Тамира Природовича возбуждать не стали.
  
  ***
  Как-то в декабре я пришел в офис часам к двенадцати и увидел, что дверь сорвана с петель, бумаги рассыпаны по полу. Зашел к редактору 'Ынбарской правды'.
  - Борис, надо бы тебе уехать на месяцок из Ынбара, пока не уляжется. И помощниц лучше забери, - серьезно сказал он мне.
  - Когда лучше уехать?
  - А вот прямо сейчас.
  
  Кто-то из соседнего офиса рассказал:
  - В восемь утра пришел Тамир Природович. Пьяный, с пистолетом. Начал кричать:
  - Выборы кончились, теперь его можно убивать! Где Мышлявцев? Подходил к каждому, приставлял к голове пистолет и допытывался, где же ты.
  
  Так я же в офисе раньше двенадцати редко появляюсь, подумал я. Пьяные киллеры, не смогшие просчитать простейшую логистику убийства. Мда...
  
  - С ним был его охранник. И Тамир говорил: вот я сейчас убью, а он за меня отсидит пару лет, сидеть будет как в раю. Бояться нам нечего, мы здесь власть, - продолжил клерк.
  'Прямо как злодей из индийского фильма. Наверное, еще и хохотал демонически', подумал я и спросил клерка:
  - Показания дадите?
  - Нет, боюсь.
  Так же мне ответили и остальные двадцать опрошенных мной свидетелей.
  
  (Отмечу в скобках. Сейчас Тамир Природович сидит за попытку убийства. Нет, не по моему делу. Прострелил глаз какой-то женщине. В СИЗО пытался повеситься: ему не верилось что ЕГО могут взять - да и посадить как простого смертного. Если бы его наказали еще тогда, по моему делу - то у этой женщины сохранился бы глаз. Ответственность за потерю глаза этой женщиной несут, конечно же, все причастные к тому, чтобы отмазать Тамира в прошлый раз. И сотрудники полиции, и Черная Звезда... Да много кто.)
  
  ***
  
  Я забрал Каплю и Гармонию и мы направились в Новосибирск на перекладных. Где-то в сибирских горах в наш автобус врезался кативший под уклон наперерез нам КАМАЗ. В момент столкновения я спал, прислонившись лбом к спинке ближнего сиденья, поэтому удар по голове вышел весьма сильным. Некоторое время я видел только какие-то странные геометрические узоры, вроде мандал, которые сооружают из цветного песка, а потом рушат.
  
  КАМАЗ полностью снес кабину нашего автобуса. Водитель КАМАЗА в ужасе убежал. Наш водитель сидел в шоковом состоянии и ничего не говорил. Толпа окровавленных людей выкарабкалась из автобуса на чистый снег, начали подсчитывать ущерб.
  
  Никто не погиб, серьезных травм вроде не было. Разбитые носы, ссадины на лбу и всё такое. У Капли сильно болела нога (потом выяснилось - треснула кость), у меня болела голова. Гармония отделалась испугом. Мы вызвали какое-то такси и добрались до Новосибирска, как и большинство пассажиров.
  
  Мда. Работают демоны, подумал я.
  
  ***
   Голова болела довольно долго и сильно, а на Новый год у меня случился инсульт. Я разучился говорить, да и двигаться стало трудновато. Состояние быстро ухудшалось, и меня поместили в реанимацию неврологического центра. Там я и встретил Новый год под крики умиравшей рядом женщины и хлопки открываемого шампанского, которое под речь Медведева со смехом пили позитивные реаниматологи.
  
  Из чтения у меня была лишь христианская брошюрка, раздаваемая бесплатно. всем больным. Я попробовал читать, но выяснилось, что читать я тоже разучился. Буквы никак не складывались в слова.
  
  Лежать в реанимации - очень некомфортно, поверьте мне. Личные вещи запрещены, лежишь голый под простынкой, вместе лежат и мужчины, и женщины. Телефона нет. Ничего нет, кроме умирающих соседей.
  
  ***
  Когда через пару месяцев я более-менее восстановил речь (только русскую, английский и ынбарский из головы вообще стерлись) я начал созваниваться со знакомыми и узнал, что Стрелок сидит за убийство, а главный рынок у него забрали. Бригада распалась.
  
  Я пошел в кафе и впервые за долгое время смог заказать себе пиццу, пусть и не с первой попытки - но всё равно маленькая радость.
  
  Кармические узелки:
  - верность Вселенской Гармонии
  - КАМАЗ, инсульт и всё такое.
  
  Глава 23-Б. Судьба Гремящего Во Славу Будды Бубна.
  "Я не хочу, чтобы вы оплакивали мою смерть, потому что это и не смерть вовсе. Имейте в виду, когда вы будете проливать слёзы, я буду наблюдать за вами с другого 'берега' и смеяться. Я хочу, чтобы вы танцевали, пели и веселились. Я ухожу, потому что пришло время. Моё тело стало источником беспокойства, а не комфорта".
  (Из буддистской притчи)
  
  Гремящий Бубен умер от инсульта в августе 2019 года в возрасте около пятидесяти пяти. За месяц до этого мы стояли на крыльце его конторы, курили, он держался за простуженную во время горной охоты спину и рассказывал:
  - Ты видел в поселке Богатая Тайга голубые ели?
  - Вроде нет. Может, возле администрации? Хотя нет, не припомню.
  - А они там были! - назидательно и с усмешкой поднял вверх указательный палец Гремящий Бубен. - Были, но совсем недолго.
  
  Я понял, что он собирается поведать мне одну из давних забавных историй, которыми доверху была набита его умная голова. Как-никак - наследный принц, именно его отец в свое время должен был стать правителем Ынбара вместо тусклого 'монгола'.
  
  - Приезжала к нам важная советская делегация. Особое внимание собирались уделить посещению Богатой Тайги. И наш Ким Ир Сен решил достойно встретить гостей. Со всего района в поселок свезли скот. Всё покрасили, побелили. А вдоль степной трассы на много километров натыкали здоровенных голубых елей. Специально заказывали откуда-то с Кавказа.
  - А потом что?
  - Как что? Конечно, ёлки через месяц засохли. Их же как попало садили. На дрова пошли. Дорогие дрова получились... Очень дорогие.
  
  Я подумал, что надо взять у Гремящего Бубна несколько больших интервью, об истории Ынбара, а потом выпустить книгу - интересно ведь будет. Вот кончатся выборы - и займусь этим, решил я.
  
  Некоторые считают, что в последние годы именно он был мозгом 'ханской группировки', (советизированного дворянства) из который вышел некогда и российский министр Н. Черная Звезда Бубна побаивался, но впрямую никак не вредил - хотя и нормальных возможностей для развития не предоставлял. 'Сиди и работай юристом'.
  
  ***
  Когда он был главой президентской Администрации, а я только начинал входить в тонкости ынбарской политики, я спросил:
  - Почему у тебя на столе нет ничего, кроме красной книжицы с высказываниями Мао Цзедуна?
  - Ничего нет? А чтоб ничего от работы не отвлекало. А книжка... Надо хорошо знать врага. Тем более, что он был совсем даже не дурак. Вот сижу, почитываю иногда.
  
  Один из молодых сторонников прежнего Президента говорил мне о Гремящем Бубне:
  - Конечно, мы уважаем его. Но посмотри - его путь закончен. Подумай, какая тяжелая карма давит на него после событий девяностых? Какая тяжелая мысль на нем: наследный принц - а ничего нет...
  
  На входе в юридический кабинет висел большой шаманский бубен, и многие посетители, заходя или же выходя, тихонько стукали по нему, как бы приветствуя духа или прощаясь с ним. В кабинете частенько стоял дым от воскуриваемого ырца.
  
  По стенам висели фотографии: Гремящий Бубен в Лхасе... На священной горе... У знаменитого монастыря...
  
  - Ни во что я не верю, - говорил Гремящий Бубен. - Всё это ерунда. Но что-то в этом есть. А шаманы со мной работать отказываются. Говорят: а вот ему не надо. Ничего не надо.
  
  Наверное, шаманы были правы.
  
  Дочь его живет сейчас в Америке. Поработала сначала на хорошей позиции в Индонезии, в крупной корпорации, а сейчас отправилась еще подучиться, повысить квалификацию. То ли МВА, то ли еще что.
  
  
  Глава 24. Излечение, медиахолдинг. Выявление двух ошибок и завершение истории.
  "В игровом кино режиссер - это Бог, а в документальном Бог - режиссер".
  (Алфред Хичкок)
  
  Весна, лето, осень прошли в обычных для постинсультного человека заботах. Обычно за первым инсультом следует и второй - меня эта херня тоже не миновала. В итоге я лежал в ынбарской квартире, смотрел 'Игру престолов' и мечтал о тех временах, когда смогу самостоятельно дойти хотя -бы до хлебного магазина. Говорить я научился, но после пятиминутной речи у меня жутко поднималось давление. Читать было до сих пор трудно. Я сильно похудел. Я понимал, что организм угасает и сделать с этим ничего, в общем-то, не мог.
  
  Ынбарские врачи со скорой утешающе говорили:
  - Ничего, ничего, это нормально. Сначала похуже - а потом и получше станет.
  
  Видимо, заповеди 'Чжудши' об утешительной функции врача, как основной, были записаны у них где-то на уровне продолговатого мозга, т.е. весьма глубоко.
  
  Мне сильно надоело наблюдать за собственным постепенным умиранием, и я вызвал китайских иглотерапевтов с пиявками. Иголки оживили руки и ноги, а пиявки резко снизили давление. Через день я уже смог сходить в овощную лавку, а через неделю купил себе небольшую гантелю. Это был самый тяжелый груз, который я нес в своей жизни. Пять раз я подолгу отдыхал на лавочке, но в итоге смог дотащить гантелю до самого дома - целых пятьсот метров по растресканному асфальту и каменистой почве.
  
  ***
  Мне позвонил Татарин:
  - Есть предложение. Иди директором в наш медиахолидинг. Два канала, три радио.
  - Ты что, какой из меня сейчас директор? Мне бы ходить научиться нормально.
  - Ладно. Подумай недельку. Я позвоню.
  
  Татарин, конечно, никакой не татарин. Я его так для простоты обозначил: похож внешне на какого-нибудь татарина из Башкирии. Холдингом они владели втроем еще с двумя другими парнями. На тот момент независимых ТВ и радио в Ынбаре не осталось - за исключением их холдинга. Впрочем, в политику ребята не лезли и трогать их было вроде как не за что.
  
  Иглотерапия и пиявки в течение недели - и я 'встал и пошёл'. Мозг уже работал нормально. Речь немного замедлилась, исчезли некоторые сложные речевые конструкции, но для не знавших меня раньше все казалось окей. И я согласился работать в холдинге. Одной из задач было создание с нуля местного ТВ-вещания одного из российских каналов, ну а остальное всё понятно: реклама, деньги, персонал и прочее, прочее. Весенняя Капля осталась со мной, а Вселенская Гармония в это время уже трудилась редактором газеты в одном небольшом ынбарском городке, мэру которого мы прошлой осенью помогали делать выборы.
  
  Контракт был заключен на три года, их я и отработал. Потом вышел закон о переводе ТВ на цифру, и аналоговые компании накрылись медным тазом - как и наше ТВ.
  
  Главным же было полное восстановление после инсульта. Такое редко бывает. 'Чудо'. И это радует. В этом, конечно, есть немалая заслуга Татарина, предложившего мне в свое время перестать наблюдать за приходом собственной смерти и поделать что-то более интересное.
  
  ***
  Постепенно наши отношения с Черной Звездой перешли из недоброжелательного нейтралитета в откровенную вражду. Вражда эта, отмечу, приносила Черной Звезде лишь ущерб и явно не была в его интересах, но не надо забывать про интересы Кардинала, который и сейчас продолжает подергивать ынбарского правителя за надежно сплетенные ниточки. Этот Арлекин не покинет Карабаса, тут без вариантов.
  
  Не буду перечислять десятков попыток завести на меня уголовные дела: за диссертацию (экстремизм), за фильм (экстремизм), за песню (экстремизм), за книги, статьи и вообще за любые проявления интеллектуальной деятельности.
  
  В этом году ынбарский правитель проиграл выборы сыну прежнего Президента и вынужден был выборы полностью фальсифицировать. В общем, не очень хорошо у него дела идут.
  
  Читатель скажет: - но ведь он сохраняет власть!
  Да, сохраняет. Зная, что пользуется ей незаконно. Вопреки нелюбви народа. А уж все эти принесенные в жертву демонам ради власти люди... А постепенное превращение Ынбара в китайскую колонию...
  
  Если есть 'тот свет' или перерождения, то ынбарского правителя ждут очень тяжелые испытания.
  
  ***
  После холдинга был довольно долгий проект на Дальнем Востоке, затем ынбарские выборы... Но все это уже не важно. Написав эту повесть, я все-таки нашел две ошибки, которые чуть было не привели меня к гибели и нанесли немалый ущерб мне и моей семье. Они простые, как три рубля, эти ошибки (а чаще всего так и бывает). Возможно, ошибок было и больше (и даже наверняка больше), но ключевыми были они. А всё остальное уже отразилось в них, как в зеркале андерсоновского тролля.
  
  Ошибка 1. Когда Весенняя Капля сказала мне, что Стрелок грозился её убить, я 'не принял её слова в серьёз'. А ведь это мой близкий человек, помощница, с которой я проработал много лет. Зная ынбарских 'авторитетных бизнесменов', я прекрасно мог понять, что дело-то серьезное и просто так бить тревогу Капля не будет. Но я просто не захотел её слушать, ведь мне по приколу была обрушившаяся на нас веселая жизнь. Нравился фильм, в который мы попали. И своим самообманом я попросту подставил под удар наши жизни.
  
  Ошибка 2. Когда Стрелок приставил мне к груди винчестер и я принял решение никак больше не взаимодействовать с ним - я вскоре продолжил это взаимодействие. Потому что, опять же, мне нравился фильм, в который мы попали. 'Такеши Китано прикольный режиссер'. И я убедил себя в каком-то там 'прощении'. Какое, на хер, прощение? Решил не общаться - и не общайся. Слушай свой внутренний голос, выполняй принятые тобой самим решения. А деньги и веселье и из других источников можно было бы извлечь.
  
  Оба эти пункта были поворотными. Можно было свернуть на обычную человеческую тропу, где встречаются ведь иногда и мудрые, и добрые люди.
  
  А можно было шагнуть в киноэкран. Прямо в фильм, яркие титры которого меня в тот миг зачаровали.
  
  Я шагнул.
  
  ПОСЛЕСЛОВИЕ
  'В одном колесе тридцать спиц, но пользуются колесницей из-за пустоты между ними. Вазы делают из глины, но пользуются пустотой в вазе. В доме пробивают окна и двери, но пользуются пустотой в доме. Вот это польза бытия и небытия.'
  Лао-цзы
  
  Один из читателей, Сергей Соколов, в своем фейсбучном комментарии к последней главе "Ынбара" написал: "Жаль, что всё закончилось. Уже привык и к героям, и к событиям".
  
  Нет. Закончилось только данное кармическое расследование. А книга еще будет обрастать подробностями. Будут выкладываться некоторые новые куски-дополнения о знакомых уже героях, об интересных или забавных событиях, наблюдениях. ОЧЕНЬ многое осталось за кадром. И мы в книге практически не коснулись ни ынбарских традиций, ни музыки, ни скульптуры, ни принципа Дза-Дза-Дза (которого свято придерживаются и русские поселенцы Ынбара)...
  
  За кадром остался и свергнутый в 2007 году ынбарский Президент, и его набирающий политический вес сын Ромул (имя у него действительно римское, да).
  
  А главное вот в чём: история самого Ынбара-то ведь не закончилась. Она продолжается. (Даже Китаю не под силу моментально превратить в труху Ынбар или установить здесь свою прямую власть, на что намекали в своё время и манчжурские императоры. Они в два счета покончили с империей западных монголов, но запнулись ведь об ынбарскую колючку. Джунгарии больше нет - а Ынбар есть).
  
  Книга - документальная. Значит у неё вполне может быть и продолжение, в том числе - с участием многих прежних героев. Ведь многие из них живут и действуют. И, что интересно, чтение этой книги оказывает воздействие на их поступки. "Система с обратной связью".
  
  Например, Ван. Пару лет назад он без объяснения причин перестал общаться со мной. Сказал что-то вроде: "Я понял, что так надо". Вчера пишет: "Борис, в ынбарских соцсетях наткнулся на несколько глав, выискивать и читать неудобно. Скинь, пожалуйста, повесть целиком". Я скинул ссылку.
  
  Зачем Вану сидеть в Москве и читать это достаточно сухое расследование давних уже ынбарских событий? Кто ж его знает. Может его супруга (Молотова) попросила текст. А может сам захотел, с неизвестными для меня целями.
  
  Тоже самое может касаться и других выживших героев книги: её чтение, даже если отбросить магичность самого этого текста, безусловно будет оказывать влияние на их мысли, а следовательно - и на поступки.
  
  Один из побочных героев книги, бывший мой помощник Иван, пожелал сегодня откуда-то из Подмосковья всем читателям "Ынбара":
  
  - Верьте в фантастическое.
  
  Ынбар, октябрь 2019 ЫНБАР: ПРИКВЕЛЫ И СПИНОФФЫ (Дополнение к запискам политтехнолога, сделанным с целью проведения кармического расследования). Уважаемый читатель! Хотелось бы сразу предупредить: если вы не читали повесть 'Ынбар', то многие сценки, имена и общая направленность читаемой сейчас вами книги вам могут быть решительно непонятны. Впрочем... Кто его знает? Книжка эта - скорее мозаика, чем линейное повествование. В принципе, вы можете прочитать сначала её, а потом, заинтересовавшись судьбой героев или какой-нибудь событийной линией - прочесть основной текст, то есть сам 'Ынбар'. Как и в основной книге жанр этой мозаики - полухудожественная документалистика. То есть все описываемые события и явления происходили в реальности (или мне казалось, что они происходят). Некоторые имена изменены, так же как названия некоторых локаций. Во-первых, надоели судебные иски от ынбарских властей. Во-вторых - не хочется повредить некоторым живым существам. Часть персонажей появится впервые, но это не значит, что они не влияли на развитие сюжета в основной повести. Они и их действия остались за кадром - не хотелось перегружать текст подробностями. Многие действия будут происходить за пределами Ынбара, хотя все они косвенно будут связаны с ынбарскими историями. Один из читателей написал мне: жаль, что повествование кончилось. Уже успел привыкнуть и к героям, и к атмосфере. Я пообещал, что с героями повести прощаться пока рано. Так же как и с Ынбаром. (Вот только что услышал новость: Ким Чен Ын на белом коне поднялся на высшую точку корейского полуострова, гору Пэктусан. Теперь ждите: скоро ынбарский Президент поднимется на белом верблюде на вершину Серебряной Горы, покрытую вечными ледниками. Ким Чен Ын - тайный кумир нынешнего ынбарского Президента, наряду с Гитлером и Геббельсом). В общем, читайте на здоровье. Как сказал мне в Ынбаре один тибетский монах (тот, что дал мне рецепт тибетского супа): - Посвятить часть своей жизни Ынбару - это хорошая кармическая заслуга. Я провел здесь уже много лет, хотя мне здесь намного холоднее, чем в Тибете... Глава 1. Радиоактивный Алтай, Раиса Максимовна Горбачева. Знакомство с будущим миллиардером. - Куда бежать в случае атомного нападения? - Завернуться в белую простыню и медленно ползти в сторону кладбища. - Почему медленно? - Чтобы не создавать паники. (Анекдот) Общеизвестно название 'Семипалатинский полигон'. На деле же в зоне поражения находилось два достаточно крупных города. Один из них - российский Дзержиноглебск, промышленный город с населением около двухсот тысяч. Степной Алтай, граница с Казахстаном. В пригороде Дзержиноглебска родилась некогда Раиса Максимовна Горбачева, жена первого и последнего президента СССР. Умерла Раиса Максимовна 'от онкологии', что совсем неудивительно. Она всего лишь разделила судьбу тысяч дзержиноглебцев. В Дзержиноглебске её ненавидели люто: 'Тварь, хоть бы чем-то помогла родным местам'. Раисе Максимовне ничего не стоило дать всем дзержиноглебцам, проживавшим в городе хотя бы в период проведения открытых ядерных взрывов, особый статус. Усилить в городе диагностику соответствующих заболеваний и т.п. Ничего не сделала. Её муж, даже после смерти супруги от очевидных последствий радиоактивного облучения, также ничем дзержиноглебцам не помог. Никаких клиник там не открыл, ни хрена не сделал. Мой дедушка по матери умер в Дзержиноглебске от рака легких. *** Я попал в Дзержиноглебск с Сахалина, в возрасте семи лет. Ничего более противоположного, чем богатый природой южный Сахалин и унылый степной Алтай даже и представить не могу. Лесистые горы, моря, чистые горные реки, полные форели - и плоская как стол равнина, засеянная до горизонта хлебами и разлинованная лесополосами. По равнине протекала единственная речка - мутный и убитый заводскими отходами Алей. Неряшливый город, над которым воздымаются испускающие разноцветный дым трубы. Так я воспринимал открывшийся передо мной 'дивный новый мир'. На улицах частенько попадались одетые в странную, невиданную мною ранее форму люди. - Кто это? - удивлялся я. - А это заключенные. Здесь пять заводов. На них половина сотрудников - свободные, а половина - зеки. Их отпускают погулять в город. Еще в городе было множество вьетнамцев, работавших на тех же заводах. - А это Вьетнам рассчитывается по долгам с Советским Союзом, присылают рабочих. Контракт на пять лет. Вьетнамцы-мужчины жили в Дзержиноглебске, а женщины - в Барнауле. Посещать друг друга им было запрещено. Поэтому я видел много вьетнамских мужчин, но почти никогда в детстве не видел их женщин. Некоторые вьетнамцы в обход правил пытались свидеться со своими подругами. Маскировались под русских: отбеливали волосы, ресницы, брови и ехали в Барнаул на электричках. Иногда добраться удавалось, иногда нет - снимали контролеры, сдавали в милицию. За русских их, в любом случае, никто не принимал. Тетя курировала 'встраивание вьетнамцев в советский быт', поэтому мне довольно много довелось с ними общаться. В основном это были ветераны войны с США, им было что рассказать на своем ломанном русском: - Засада тлопинка делаешь, бамбуковое копье сидишь. Ждешь амеликана солдата. Один день ждешь, два день. Амеликана солдата идет бамбуковое копье ему в печень - лаз. Он умилать. Вкусная печень у амеликана солдата, жилная. *** Когда первый раз задрожала люстра, закачались шкафы, задребезжала посуда, я спросил, напуганный по сахалинской привычке: - Землетрясение? - Нет, что ты! - успокоил папа. - Это просто ядерный взрыв. Он далеко. Не бойся. Они всегда по вторникам проводят испытания. *** Вьетнамцы, работая на заводах, умудрялись параллельно делать бизнес. Привозили из Вьетнама какие-то диковинные для дзержиноглебцев вещи: японские магнитофоны, джинсы, короче всё, чего сейчас в любом магазине навалом. Вдумайтесь: как так? Из нищего Вьетнама привозили товары в богатый СССР... Когда Горбачев начал 'реформы' и из магазинов резко исчез сахар, многие дзержиноглебцы решили: - Это вьетнамцы весь сахар во Вьетнам вывезли. Вьетнамцев начали бить. Молодежь громила их общежития. Нескольких вьетнамцев убили. В школе на классном часе нам сказали: - Некоторые дети ходят убивать вьетнамцев. Это не хорошо, не ходите. Те, кто ходил это делать, сидели на задних партах и играли в карты. Да, пора рассказать про школу номер одиннадцать и одноклассников. *** Директор школы, Шерстаков, ранее заведовал детской колонией. У нас в классе было: - один четверогодник - два третьегодника - три или четыре второгодника. Эти ребята жили по блатным понятиям, были украшены соответствующими татуировками, принципиально не носили пионерских галстуков. Не учились. Не делали домашку, не писали контрольных, по всем предметам получали двойки. Один из них, Епифанцев, очень любил литературу - и по литературе имел пятерку (потом зарезал кого-то и учебу на этом прекратил). К чести этих ребят, они никак не мешали жить обычным школьникам: никогда никого не били, не забирали денег, не унижали. Просто существовали своим миром, который, при этом, был гостеприимно раскрыт для вступления любого желающего. Надо было лишь перестать носить пионерский галстук, сжечь его и пройти собеседование со 'старшими товарищами': уголовниками, которые курировали нашу школу. Отдельную группу составляли немцы, человек пять. Про них как-то и нечего сказать. У нас сформировалась своя группа: еврей Слава из инженерской семьи, пара детей из приличных рабочих семей, я и украинец Володя, родом из донецкой Горловки. Володя как раз и стал потом нормальным миллиардером (не хапнувшим себе советской собственности, а создавшим бизнесы с нуля). Когда в 2007 году ынбарский Президент позвал меня работать его помощником и мне срочно понадобились деньги на переезд, именно Володя ссудил мне необходимые средства. Остальную часть класса как бы назвать-то? Не люблю слово 'быдло', но вот тут, видимо, уместно как раз оно. Как можно было додуматься дать нашему единственному еврею кличку Фашист? Зачем было разрисовывать свастиками пионерский галстук безобидной девочке Середкиной, а потом доносить на это классному руководителю ('а Середкина фашистский крест себе нарисовала')? Зачем было в раздевалке резать бритвой куртки других детей? Много вопросов, но мне лень искать ответы на них. *** Переехав после нескольких лет алтайской жизни на полгода в красноярский Дивногорск, я вздохнул с огромным облегчением. Горы, Енисей, нормальные дети. *** После обрушения СССР все дзержиноглебские заводы умерли, каждый в свой срок. Город стал специализироваться на транзитной торговле афганским героином. Очень многие из одноклассников от него и умерли. Сейчас это - город-развалюха, не нужный никому в мире, даже самим дзержиноглебцам. 'Ржавый пояс'. А, муку продолжают делать, сыр. Но для этого производства такой большой город просто не нужен. Впрочем, население его довольно сильно сократилось. *** Володя с детства любил компьютеры и прочие подобные штуки. После школы поступил в Новосибирский электротехнический. Я тогда учился в медицинском. 1992 год. Встретились. Он говорит: - Сейчас вся эта учеба никому не нужна. Надо бизнес делать. Устроюсь работать в Кока-Колу - научусь там, как все устроено, и сделаю что-нибудь свое. Так он и поступил. Бросил институт и ни разу об этом не пожалел. Я же поступил в НГУ и занялся антропологией и этнографией... *** По забавному совпадению, когда я жил в Дзержиноглебске, туда каждый год на лето к бабушке приезжал Джурассик (см. в 'Ынбаре' главу Jurassic Park). Впрочем, я на лето всегда уезжал оттуда на Сахалин. Так что встретиться мы все равно вряд ли смогли бы. Джурассик ловил в степях и лесополосах разных чудных жуков, увозил их к себе в Академгородок, пополнял свою детскую еще коллекцию. Я тоже интересовался в то время жуками, да и вообще - биологией. Участвовал в краевых олимпиадах, занимал первое место - но особого толку это не принесло. Даже коробки с жуками у меня от тех увлечений биологией не осталось. А вот у Джурассика эти коробки есть, стоят на почетном месте в его ОбГЭСовской квартире: 'Осторожней, осторожней, пальцем-то не трогай! Смотри, какие тоненькие надкрылья...' *** В 1989 году ядерные испытания на Семипалатинском полигоне были полностью прекращены, а мои родители перебрались в Ынбар. Глава 2. Шоушенк и Купол. 'Ты пишешь не о себе, говорю себе я. Ты пишешь об Энди, а сам являешься лишь второстепенным персонажем своего рассказа. Но знаете, каждое слово, каждое чертово слово этого рассказа все-таки обо мне. Энди - это часть меня, лучшая часть, которая обрадуется, когда тюремные ворота откроются наконец и я выйду на свободу. В дешевом костюме, с двадцатью долларами в кармане'. (Стивен Кинг) После коммунистического переворота 1929 года в Ынбаре началось социалистическое переустройство при деятельной помощи братского Советского Союза. А какое же социалистическое переустройство без концлагерей? Появились и лагеря. Постепенно их начали наполнять присылаемыми из Союза заключенными. Особенно охотно ынбарские лагеря брали хороших специалистов: ведь работ по социалистическому переустройству предстояло не мало. Сегодня вот мне один ынбарский политик (назовем его Корней) рассказал историю своего дедушки. Не дословно, примерно цитирую: - Дедушка под Ленинградом заведовал большим строительным объектом. Рабочий упал с лестницы, дедушке хлоп - 10 лет, за вредительство. И в Ынбар. Начальник местного лагеря встретил приветливо: не бойтесь, никто над вами издеваться тут не будет. Нам вот СИЗО надо построить - вы и будете строительством заведовать. Усиленный паек. Все дела. Дедушка, молодой тогда мужик, живет и радуется: 'Господи! Повезло-то как!'. Сидит по-королевски. Сливочное масло получает. Через год начальник лагеря говорит ему: ты так хорошо работал, мы тебя решили расконвоировать. Вот тебе служебная квартира. Живи, устраивай личную жизнь. Проходит два года. Дедушка женился, живет нормально. Ну как нормально? Как расконвоированный заключенный с хорошим пайком. И тут хитрой окказией приходит письмо от родственников из Ленинграда: тебя два года назад суд полностью оправдал, ты куда исчез, что с тобой, никак связаться не можем... Дедушка к начальнику лагеря приходит разъяренный: это как так? А тот: ну извини, ты так хорошо работал. А если бы я тебе сказал, что тебя оправдали, ты бы уехал из Ынбара. Кто бы тогда здание МВД строил? Но ты ведь так хорошо сидел, грех жаловаться. Дедушка возмущается: а деньги за работу? Начальник лагеря: да не переживай, вот твоя сберкнижка, там вся зарплата за два года, получи и распишись. *** Тут можно 'Побег из Шоушенка' вспомнить, где невиновный парень сидел, потому что директору тюрьмы нравилось, как он с документами классно работает. Но... В итоге этот ленинградец ни в какую Мексику, ни к какому океану не уехал. Так в Ынбаре и остался, остались там и его дети, внуки и правнуки. Все остались. Несколько деталей добавлю, чтобы совсем странно стало. Родной брат этого дедушки уехал в США совсем молодым, после революции. И СТАЛ ГЛАВНЫМ РАВВИНОМ США И КАНАДЫ. В еврейской энциклопедии 'Сто мудрейших людей мира' этому раввину посвящено около тридцати страниц. Троюродный брат Корнея - современный, весьма известный голливудский режиссер. Корней попросил не называть его имени, так что не буду. Такие вот странные американо-ынбарские связи. *** Здание МВД и по сей день радует ынбарскую столицу Коммун-Хото своим сияющим на солнце золоченым куполом. От этого купола выглядит здание похожим на какую-то странную полуправославную церковь. Внутри купола, как мне говорили - груда старых личных дел бывших сотрудников органов. Их дела просто навалены там кучей, лежат и гниют. Глава 3. 'Надо заниматься бизнесом, хватит учиться'. Как Ынбар лишился подающего надежды археолога. В юношеские годы, когда человек особенно восприимчив, я как-то получил от отца совет, надолго запавший мне в память. - Если тебе вдруг захочется осудить кого-то, - сказал он, - вспомни, что не все люди на свете обладают теми преимуществами, которыми обладал ты. (Ф. Фицджеральд) Вопрос только в том - а что является этими преимуществами? Деньги? Общественное положение семьи? Генетические предрасположенности, таланты? Хрен его знает. 'Надо заниматься бизнесом. Хватит учиться!' - говорил в 1992 году Володя, будущий миллиардер из Дзержиноглебска. И оказался прав. Тоже самое говорил Еремей, подающий надежды студент-археолог из Ынбара - и оказался не прав. Русский Еремей на всех курсах Гуманитарного факультета НГУ был единственным ынбарским студентом. Его ценили профессора. Ему прочили блестящую научную карьеру. Мать Еремея заведовала в Ынбаре каким-то аптекоуправлением, и Еремей получил доступ к дешевым лекарствам по фиксированной цене, которые начал возить в Новосибирск и сдавать в аптечные сети с хорошей наценкой. Ему казалось, что это и есть бизнес . (На самом деле это было лишь паразитирование на трупе умиравшей советской экономики и продлилось это паразитирование совсем не долго: Советский Союз распался и перестал посылать в Ынбар дешевые лекарства.) Итак, Еремей бросил учебу и занялся 'бизнесом'. Попросту, он через свою мать лишал ынбарцев лекарств, изымая их из местного оборота. Некоторое время Еремей жил в Новосибирске красиво, пил ликеры ярко-синего цвета, купил себе подержанный Мерседес. Потом набрал кредитов, потом какая-то неудачная сделка - ну и дальше все по Пелевину: 'Мерседес разбит, офис заблеван, а кредиты отдавать надо'. Герои Пелевина в таких случаях начинали судорожно производить величественные рекламные ролики о своих компаниях, а Еремей просто начал еще больше бухать и отдавать кредиты за счет взятых новых. Потом 'кончились кредиты, начались бандиты'. Я тогда учился в НГУ на первом курсе. Захожу как-то в гости к знакомому бандиту Афтаичу. Их было двое братьев, Афтаичей. Старший, с железными зубами - выпускник новосибирской физматшколы и несостоявшийся геолог. Младший просто приехал к брату из Лесосибирска. Ну, как в фильме 'Брат'. Захожу, мне предлагают ликер (что еще можно было предлагать с уважением в 1993 году?). Сажусь, степенно беседуем. Тут вдруг из-под кровати слышу просящий голос: - Пацаны, мне-то тоже налейте. Я ж подпрыгнул на стуле. - Кто это у вас там? - удивленно спрашиваю я у Старшого. Он, блестя железом зубов, улыбается: - Так это ж Еремей. Я понимающе киваю, хотя и не очень понимаю: почему это блин Еремей лежит под кроватью и просит выпить? Хармс какой-то. Задумчиво закуриваю. Афтаич-младший, добродушный лесосибирский медведь, вытягивает из-под койки связанного скотчем долговязого Еремея, не очень сильно пинает его по животу, поясняет мне: - Так он у нас кредит взял. Не отдает. - Я отдам. Вы мне выпить дайте, а? Афтаич-старший говорит младшому: - Брат, ну пусть он тоже выпьет, чего мучать-то человека? Младшой соглашается, вливает в Еремея несколько глотков ликера. Снова бьет его несколько раз кулаком по животу, заталкивает под кровать. Еремей притворно стонет. Мы начинаем о чем-то беседовать. Еремей, как ни в чем ни бывало, обменивается с нами репликами. Иногда его достают, поют ликером, немного бьют и спрашивают: - Когда отдашь деньги? Еремей клянется, что на следующей неделе, его снова бьют. Афтаич жалуется: - Вот, смотри, - он показывает рукой на громоздящиеся в углу комнаты картонные коробки. - Часть долга сегодня притащил пантокрином. Настойка оленьих пантов, из Ынбара. И чего мне с ней делать? Еремей, из-под кровати: - Так её пить можно. Вместо водки. Афтаич задумался: - А ведь ликер у нас кончается... может попробовать пантов этих? Еремей, серьезным голосом: - Очень полезно для здоровья. Мы выпиваем по бутыльку. Один вливаем в Еремея. Вроде нормально. Апельсином отдает каким-то. Затем Афтаич неделю угощал этим пантокрином всю нашу общагу. Мы радовались. Еремея эту неделю Афтаичи держали под кроватью, выводя только в туалет или же вытаскивая для опохмеления. Денег он так и не отдал, в итоге его отпустили искать деньги и он затерялся куда-то. Потом в общагу периодически приходили какие-то чужие бандиты, реально страшные, били всех подряд и задавали один вопрос: - Где Еремей? Это длилось примерно год: - Шухер, опять Еремея бандиты ищут! И коридоры общаги пустели. Бандиты были какие-то необычно серьезные и жестокие, мы в Академгородке к таким не привыкли. *** Через много лет я увидел его на окраине Академгородка, бредущего по скользкой обочине трассы возле НИИ Систем: порванный пуховик неопределенного цвета, худое лицо с крючковатым носом, мрачная щетина на щеках, погасший взгляд, бомжеватый синяк. А ведь мог бы стать ынбарским или новосибирским археологом. Бизнес, ё-моё. Афтаича-младшего то ли убили в разборках, то ли в аварии погиб (не помню), старшой крепко запил и затерялся где-то на сибирских просторах. В начале 1990-х у него было развлечение: выбрать наугад любой вуз со сложными экзаменами по математике, поступить туда по приколу. Поступал, смеялся - какие они тут все тупые, а потом - опять бандитствовать. А затем как-то здоровье начало сдавать, дела под уклон пошли... Володя тем временем пару лет поработал в Кока-Коле, потом открыл свою адвокатскую контору. Потом маленькую мебельную фабрику. Потом купил обанкротившийся молокозавод, потом еще много чего. Увеличивал стоимость актива, продавал, покупал новые активы. У кого-то получилось, у кого-то нет. Наполеон Бонапарт писал: 'Жизнь для меня бремя потому, что ничто не доставляет удовольствия и всё мне в тягость. Она для меня бремя потому, что люди, с которыми я живу и с которыми, вероятно, должен жить всегда, нравственно столь же далеки от меня, как свет луны от света солнца'. Это он написал в своем дневнике, когда ему было семнадцать лет. При этом молодой человек прекрасно учился, обладал выдающимися способностями к математике, феноменальной памятью. 'А вы говорите - сила позитивного мышления'. *** Нам в начале 90-х было весело, у всех была куча надежд, словно у фицджеральдовских богачей из 'Великого Гэтсби'. Но есть подозрение, что надежды эти и веселье это пошли по большей части на растопку какого-то адского котла, в котором варили потом злое колдовское зелье некие неизвестные мне, нехорошие люди (?). Примечание к главе 3: Афтаич. Читатель Игнат Фармазин пишет: "Очередные знаки: Афтаич! Познакомился с ним на ноябрьские 89г. Общага ?9 (кажется) геологов. Пили мы там с корешком Митей дня 3, в ходе недельного турне по Нску. Помню их общество "Гея" (в 89-м это название не резало слух), там накрыли столы и начали торжество. Потом, уже на следующий день кажется..., был коридор 4-го этажа. Там на красном знамени расставили убогую закусь и спирт. Мой друг пел все что возможно по просьбам аборигенов. Я давал рекламу и собирал прикуп. Кто-то, помню даже, притащил флягу браги. Наш кутеж привлёк внимание местных авторитетов общаги, в лице Афтаича и К*. Он тоже просил что-то спеть. Митя это сделал. Продолжили с ними в какой-то комнате до поздней ночи. Наш товарищ-абориген с этой компании аккуратно съехал. (Позже я понял - опасался их общества) . Мы блистали песнями, поэзией и юмором. Я называл по-панибратски Афтаича Кафтанычем. Ему такой вариант, как гостеприимному хозяину, показался вполне)))... Но Пойло закончилось. Он отправил бойца в город, однако тот Пойла найти в Академгородке не смог. Нация в ту весёлую пору "борьбы с трезвостью" активно летела в алкогольную воронку. Тогда за Пойлом "пошли" мы. Когда принесли, он был удивлён, расстроен, возмущён... Как так? Где взяли? Все "точки" Академа пусты! Получилась неудобная ситуация...Мы свою тайну унесли с собой))). Но не в могилу. ))) Зная законы общаги, свой нз (спирт за 22-70) ещё на трезвую голову мы спрятали в одной из женских комнат "хорошисток" из группы моего однополчанина. Оттуда и пополняли застолье, разумно "отсекая левые хвосты" и растягивая удовольствие на несколько дней. А иначе - геологическая братия могла выпить "весь город"! А что Афтаич?.. Очень харизмаитичный чувак. Потому и запомнил его на 30 лет. И энергетику этой свободной общаги, её многочисленных звёзд, конца 80-х." Глава 4. Тибетский суп. В 1997 году, после глупой выходки Джурассика (фак, показанный бандитам на Обском море, см. главу 3 повести 'Ынбар') я отлежал в больнице недели три и отправился в Коммун-Хото: собирать материал для диплома. Нужно было определиться с направлением: политическая этнография или же более традиционные исследования религиозных верований. Мы с первой женой поехали на лето в Ынбар, где я встретился с некоторыми из давно уже не виденных мною школьных приятелей. Но в основном заниматься пришлось по трем направлениям: сидеть в архивах, опрашивать людей о 'событиях 1990 года', общаться с шаманами и монахами школы Гелуг. Моя жена была в Ынбаре впервые. Мы забрались на Гору, высившуюся над Коммун-Хото на правом берегу Великой Реки, смотрели вниз на вытянутый узкой полосой город. - Как тебе здесь? - Интересно, конечно, но... - Что? - Не знаю даже... С высоты было прекрасно видно, что город находится вовсе не на приречной равнине, а в колоссальных размеров межгорной котловине. В любую сторону от города постепенно все выше и выше начинали громоздиться горы. В одну сторону горизонт закрывал хребет Каррутерса, в другую, километров через 100 - хребет Танга. Где-то горы выглядели словно иллюстрация из фильма про Афганскую войну, где-то - как рериховский Алтай, где-то - как сибирские таежные сопки. По котловине вились нитки трех рек: Госпожа-Река и Господин-Река сливались в центре Коммун-Хото в любовных объятиях и рождали Великую Реку, что несла свои чистые холодные воды на тысячи километров прочь от Ынбара, в какие-то иные миры. - С кем сегодня пообщаемся? - Давай с каким-нибудь тибетским монахом, - предложила она. Я достал из кармана мятое объявление: - Вот, смотри, - зачитал я текст, - по улице Красных Бандитов, дом такой-то, ведет приемы тибетский Учитель. Сходим к нему? Мы спустились с горы, поймали попутку до города, а через 20 минут уже поднимались по лестнице опрятной, сталинского типа пятиэтажки. На улице Красных Бандитов раньше проживали, в основном, представители бывшей коммунистической элиты Ынбара. Дверь в квартиру была приоткрыта. - Будет ли он с нами говорить? - спросила жена. - Они вообще как, общительные? Я пожал плечами: - Никогда не общался с тибетцами. Тем более - с монахами. В прихожей толпился народ. Мы скромно стояли у двери, через минуту какой-то мужчина жестом пригласил нас пройти в одну из комнат. - Мы хотели пообщаться с Учителем. Мужчина кивнул: - Я его переводчик. А вы откуда? - Новосибирск. Работаю над дипломом. Переводчик покивал головой, сказал: - Учитель минут через 10 освободится. Он вышел в другую комнату, мы присели на диванчик. Ынбарцы посматривали на нас с доброжелательным удивлением. Вскоре народ куда-то схлынул, а переводчик позвал нас в зал. - По-английски говорите? - спросил он. Я кивнул головой. Лама оказался довольно молодым короткостриженным человеком в оранжевой тибетской одежде. Он улыбнулся, предложил присесть. - Диплом пишете? - спросил он по-английски. Я объяснил свои задачи, а потом добавил честно: - Ни разу не общался с тибетским монахом. Просто интересно посмотреть, поговорить... Он засмеялся: - А мне тоже интересно. Я с европейцами мало общался, мне на вас тоже посмотреть интересно. - Откуда вы английский так хорошо знаете? - Так у нас в Дхармасалле в университете часть образования - на английском. К тому же я - доктор наук. Положено английский знать. И он снова улыбнулся. - Я думал, монахи должны быть серьезными, а вы все время смеетесь и улыбаетесь, - заметил я. - Если быть все время сильно серьезным - можно поглупеть, - ответил лама. Он долго расспрашивал нас про Новосибирск, отметил, что 'там очень много буддистов'. Я спросил его про взаимоотношения школы Гелуг с шаманами и он объяснил: - У нас в Тибете тоже много шаманов. Люди общаются с духами-хозяевами гор, рек - что в этом плохого? Никаких противоречий у нас нет. Для нас главное не то, шаман он или нет, а то - какой он человек. Как и любой другой человек, шаман может иметь сострадание к живым существам или не иметь, вот это главное. Затем он сказал: - Я сегодня сварил тибетский суп, приглашаю вас отобедать. И мы прошли на кухню. Суп оказался вкусным и каким-то эстетичным. И ОЧЕНЬ сытным. - А вам разве можно есть мясо? - удивился я. - Для тех, кто живет в холодных горах это разрешено. Иначе здесь не выжить. Мне жаль животных, но такова жизнь... - А можно рецепт супа? Рецепт оказался на удивление прост. Привожу его здесь в вольной форме: - мелко режется свежая баранина средней жирности, много (в готовом супе её должно быть половина объема), варится бульон - из муки делается плоская, но не очень широкая лапша. - мелко режется лук. - небольшими квадратиками режется сладкий красный перец - через 30 минут после начала варки мяса туда бросается лапша и лук, за пару минут до готовности лапши бросается перец. - в готовое блюдо по вкусу добавляется острый красный перец (в нашем случае его добавлялось ОЧЕНЬ много, 'это привычка из Индии у меня осталась', пояснил лама). 300 грамм такого супа - и вы не просто сыты, а очень и очень сыты)). В принципе, традиционный ынбарский суп делается практически также, только без перца и остроты. - Как вам здесь, вообще? - спросил я ламу на прощанье. - Хорошо. Хотя и холодно... Но каждый, кто отдает Ынбару часть своей жизни - улучшает свою карму. И добавил, со смехом хлопая меня по плечу: - Так что не зря мы здесь мерзнем! *** Через десять лет я передал рецепт этого супа в ынбарское кафе 'Рай', где собиралась творческая интеллигенция, местный бизнес, приезжие политтехнологи и другая подобная публика. Сначала суп был вкусным, как надо. Потом в него начали класть все меньше мяса и красного перца и он постепенно стал обычным супом с лапшой. Потом в кафе начали зачем-то продавать водку детям. Зайдешь вечером - а там пьяные ынбарские дети, хлещут водку без закуски (потому что на закуску у детей денег не было). Через некоторое время кафе закрылось. Хозяева кафе до сих пор считают, что виноват в этом я. Глава 5. Черная Звезда: соревнование с Ким Чен Ыном. 'А какой Великий Руководитель примет решение противоречащее интересам его народа? Никакой!' (Ким Чен Ын) Новость о том, что Ким Чен Ын на белом коне покорил высочайшую вершину Кореи, гору Пэктусан, наполнила моё сердце восторгом и преклонением перед Вождем прогрессивного человечества. Я понял, что скоро Президент Ынбара, Черная Вечерняя Звезда, совершит подобное великое деяние и, например, покорит Серебряную Гору верхом на белоснежном яке или верблюде. А если серьезно, то вспомнилась на тему священных гор пара забавных (хотя и несколько трагичных) ынбарских историй. В 2006 году Черная Звезда был вице-премьером и руководителем 'правящей партии'. ('Правящей' я поставил в кавычки, ибо реально правил тогда Президент, Сын Воина, партия же даже не имела устойчивого названия и называлась то Единой, то Объединенной, то Всеобщей, то Единственной; создание партии было личным проектом российского министра Нагарджуны; устойчивое ынбарское название в итоге присвоил ей я, по результатам фокус-групп). И вот эта 'партия' решила водрузить партийное знамя на главную ынбарскую вершину, Серебряную Гору, имеющую для Ынбара большое сакральное значение. Снарядили и отправили целую экспедицию. Подняться на покрытую ледниками вершину Серебряной Горы - задача не простая и опасная даже для бывалого альпиниста. А тут просто собрали партийную молодежь - и послали водружать. Молодежь попадала в ледниковые трещины, несколько человек переломали руки-ноги. Пришлось снаряжать спасательную экспедицию, посылать вертолеты. Слава Будде, никто не погиб. Но Хозяйка горы явно проявила своё неудовольствие попытками использовать её владения для политических целей. Но в этом, 2019-м году, религиозно-политический бред густо полился уже в толщу ынбарского законодательства. Черная Звезда - Президент, почему бы не сакрализовать свою персону на законодательном уровне? В Ынбаре существует обряд ежегодного освящения главных сакральных вершин. В частности - Богатую Тайгу. Освящение проводят монахи школы Гелуг. В этом году в церемонии изъявил желание принять участие и Президент. Ну изъявил - так изъявил, все верующие имеют право присутствовать во время обряда. Ламы ждали его на вершине несколько часов - однако Черная Звезда так и не появился. И обряд был проведен без него, как и проводился сотни лет до этого. Черная Звезда был в ярости, и на следующий день издал закон, запрещающий монахам освящать горные вершины без присутствия ынбарского Президента. Ламы подумали, что Президент сошел с ума. Шаманы подумали, что Президент сошел с ума. Народ подумал, что Президент сошел с ума. На самом деле - нет. Не сошел, просто это у него ум такой. Мировые СМИ вяло пошутили над причудами центральноазиатского владыки, однако это ведь не Ким Чен Ын, чтобы обсуждать эти причуды сколько-нибудь долго и подробно... Однако закон есть. И теперь, если Его Святейшество Далай-Лама захочет снова освятить одну из ынбарских гор - ему необходимо будет ждать прибытия Президента. А нет - так и никакой святости не будет. Таков закон, что уж тут поделать. Дура лекс... Читатель Эрик Чернышев пишет: "Ынбарские зарисовки. Мой онлайн-друг Борис Мышлявцев недавно опубликовал повесть "Ынбар". Прочёл с огромным удовольствием. Брошу своих пять копеек, ведь людей узнаёшь и понимаешь по поступкам. Пошёл купаться в районе нового моста в Коммун-Хото, увлёкся и переплыл Великую Реку. Надо, думаю, передохнуть чутка перед обратной дорогой. А течение быстрое, несёт, и причалить негде, везде кусты в воду свисают. Вот, полянка виднеется - гребу к ней. На полянке компания ынбарцев культурно отдыхает. Экии, говорю, за берег держусь, из воды не выхожу. Пошептались чего-то, подходит ко мне представитель. Держит в одной руке пластиковую бутылку, а в другой обрезанную половинку пластиковой бутылки. - Праздник у нас, говорит, выпей за здоровье именинницы. И наливает из целой бутылки в половинку бутылки. А у меня принцип в жизни, отказываться нельзя, а то больше не предложат. Подымаю "бокал", делаю воздушный 'четтирдим' в сторону компании, выпиваю. Бля! Это спирт. Ни разу в жизни не разбавленный. И его много, очень много. Лакаю воду из Реки и соображаю, как элегантней раскланяться. Под одобрительные возгласы компашки представитель выливает остатки из целой бутылки в знакомую мне половинку. Я лучше погибну, чем обижу хороших людей! Выпиваю до дна. 'Байырлыг' я пробулькал уже под водой. Что было дальше - не знаю. *** Говорят, что с наступлением темноты в Ынбаре русским на улицу лучше не выходить. Не знаю, зимой 89-го каждый вечер встречал жену с работы, попадал исключительно на душевных людей. Зря только опасную бритву в кармане протаскал. Главное, не смеяться в 'Найырале' над индийским кино. Там да, под кинжальными взглядами ынбарцев, было неуютно. Краеведы утверждают, что для личной безопасности нужно понимать ынбарский язык. Не буду спорить, сам активно оперировал всеми десятью знакомыми мне словами. Забегают три ынбарца в общагу: "Де чердогов?" - Экии, говорю, что, не понял? - Де чердогов? - Не, тарга, не понимаю. - А-аа, - машут на меня рукой, уходят. Саня подходит. "Это бандосы, Борьку Чердакова ищут. Он им денег должен. Поймают, убьют." *** В геофизический отряд, располагавшийся в Богатой пустоши, должен был приехать начальник партии. Кол Акол Серендоолович фигура колоритная, его уважали и, даже, немного побаивались. Бригада заторопилась на выход, водила прогревал двигатель 66-го. Молодой начальник отряда попытался образумить подчинённых "Серендолыча надо дождаться". - Ты здесь человек новый, делай, как заведено, по дороге всё расскажем. ГАЗ-66 перепрыгнул через один-второй-третий бархан. Всё, на УАЗике Кол сюда не проедет, будем ждать. - У нас же всё нормально по работе, чего сорвались? - Это ты думаешь, что нормально. Серендолыч найдёт куда мордой натыкать. А так, приедет, увидит, что никого нет и спокойно вернётся обратно в Коммун-Хото. Он шашкой машет, только когда есть перед кем. Как-то раз, было, приехал неожиданно, пришлось на ГАЗ-71 в озеро заехать. Он бегает по берегу, кричит, а мы руками разводим - двигатель дескать заглох. Побегал, остыл, никого не наказал. Так что в отряде всё нормально, когда мы с Акол Серендооловичем в одном мире не пересекаемся. *** Однажды пятеро ынбарцев поехали собирать живицу. Выехали на УАЗике из Белых Грязей в район турбазы "Снежный барс". На место прибыли в 00.15. Решили залезть на дерево, чтобы осмотреться. Увидели, что к дереву привязан конь. Ынбарцы решили спасти коня, потому как он мог погибнуть от жажды. Но как только они вылезли из УАЗика, на них налетели злые и беспринципные люди. Повалили всех на землю, стали бить и обижать. Под пытками пришлось сознаться, что ещё одного коня они нашли и спасли от жажды вчера. Да, пришлось угнать его за перевал подальше от злых людей. (Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела). Говорят, что министр Нагарджуна настолько грозен и могущественен, что его уважает не только весь Ынбар, но и отдельные агбанские следопуты." ......................................
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Альянс Неудачников-2. На службе Фараона"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга вторая"(Уся (Wuxia)) Д.Сугралинов "Дисгардиум 4. Призыв Нергала"(ЛитРПГ) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) А.Светлый "Сфера: эпоха империй"(ЛитРПГ) М.Боталова "Темный отбор 2. Невеста дракона"(Любовное фэнтези) А.Тополян "Механист 2. Темный континент"(Боевик) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) В.Лесневская "Жена Командира"(Постапокалипсис) Е.Шторм "Сильнее меня"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"