Cемья наша хоть и простая, но порядочная. У каждого свое место. Мать, как положено, добрая, строгая. Даже братья старшие, отрезанные ломти, видимся редко, и то без нее никуда. Средние - солидные, толстопузые, у каждого по своему выводку, а матушкино влияние никуда не денешь. Про остальных и говорить нечего. Младшенький, быстрый, горячий, материна радость и утешение, возле юбки ее вертится. Сестра - красавица. В покрывале белом, ни складочки, ни изъяна, пройдет, улыбнется ласково - любо-дорого поглядеть. Я похолоднее буду, но мать уважаю, на жизнь серьезно смотрю, дурь всякая не про меня.
И эта... Позорище... Другие давно на нее рукой махнули, не разговаривают даже. А я нет-нет, да и словцом перекинусь. Сестра все-таки. Все надеюсь помочь, наставить на путь истинный. Да видно, зря. И не дура, вроде, да все не так у нее, как следует. Платья меняет, чаще некуда, вуаль то одна, то другая. Чужаков привечает, а они то пощечин надают, то одежду изорвут, должно быть, еще и заразили чем. Поплачет, да опять за свое. Утешаю, не плачь, мол, сестренка.
Эх, непутевая...И подружка ее ... Большая слишком, тоже не наша. Ну, да, у меня тоже два мелюзгатора не местные, приблудились. Но я их в строгости держу. А сестрицыно прыщавое приобретение влияние имеет. Вместе устроят пляску, аж пузо, водой налитое, колыхается. Смотреть противно. Конечно, болеет с детства, водянка у нее. Но нельзя ж себя до такого допускать. Знает ведь, что больна. Жаловалась недавно:
- Братец, миленький, хоть бы что присоветовал... Сил моих нет. Под кожей ровно кто-то ковыряется, наросты разноцветные по телу, дышу еле-еле, мушки черные вокруг вьются.
Говорю:
- Мне ли тебя учить? Ты же с детства болеешь. Да ведь как-то справляешься. Помнишь, до корчей дело дошло? А объявился чужак, вмазал тебе как следует, с ободранным боком ходила, но паразиты передохли, на время хоть.
- Ах, братец, да ведь гостя по заказу не зазвать.
- Давай сама, почешись, пошевелись!
Может, и помог бы. Но далековато живу. А сестренка все больше чудит, аж жутко делается, на нее глядючи. На днях побрякушку в подарок прислала, и не пойму, для чего. Ползет по мне, щекочет, электромагнитные волны от нее незнакомые.
Сигналю сестрице:
- Зачем прислала? Мне твоих модных штучек не надо!
А в ответ:
- Это не я, это они...
- Какие такие они?
-Эти...паразиты... И мушки черные от них, и фон электромагнитный повышенный...
- Да гони их, жарой, ли холодом...
- Пробую... изо всех сил...
Голосок слабый. Не доведет до добра ни водянка, ни с чужаками дружба.
А вчера... До сих пор в себя не приду... Объявился такой, резвый. И прямо к сестрице. Ну, думаю, клин клином. Помнет, так хоть на время шуганет этих. Так нет же, вуаль ее колыхнулась, что-то как вырвется, и пришельца в корявый бок! Раздолбало напрочь. Только ошметки полетели.
- Cестра! Как ты это сделала? Это ж... это ж на величайшее изобретение тянет!
А она словно из обморока, еле-еле:
- Это не я, это они...
Они... опять они. Что это за они такие? А время идет. Мать стареет. Скоро умирать ей. Растолстела. Братца младшего...Подумать страшно, что с ним сделала. Сестрицыно покрывало огнем пришкварила. Я каждый день думу думаю, как быть. Неужели она нас всех с собой на тот свет потащит? А эта, шалава, хоть бы хны. И вдруг:
- Прощайте, братья и сестры...
-Куда?!! Мать при смерти!
-Не знаю... Это не я.. Это они. Они придумали гипердвигатель!