Kaliopi Lee: другие произведения.

Полночь.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Ева Кристофер никогда не отличалась покладистым характером, и теперь ей необходимо приложить максимум усилий, чтобы не выдать себя перед новым мужем матери и его странным семейством. Как долго она сможет играть непривычную роль маменькиной дочки, когда детишки мистера Гамильтона провоцируют на каждом шагу? Или маленький городок с непривычным названием Тихая Ночь ожидает участь быть погребенным заживо, когда открывается "маленькая" тайна большого семейства?..

  Пролог.
  
  
   Пятница, 13.
   День, когда все изменилось.
   День, когда этот молодой мужчина переступил порог нашего дома.
   И произнес: "Меня зовут Валентин Гамильтон".
   Пребывая в удивлении, граничащем с шоком, не сразу обратила внимание на то, что этот человек, Валентин, вполне уверенно обнимает мою маму за плечи. А она смущенно бормочет едва различимые слова, явно чувствуя себя не в своей тарелке от всего происходящего, и бросает на меня умоляющие взгляды, словно мысленно просит простить ее за нечто постыдное, что она совершила. Никогда прежде я не видела ее в подобном состоянии, - куда подевалась моя всегда улыбающаяся подружка? - и это наводило на подозрительные мысли.
   Открыла рот, чтобы вымолвить хоть слово, и тут же его закрыла. Не имею представления, что можно сказать в данной ситуации. Незнакомый человек в нашем доме - явление, к которому трудно подготовиться. Я раньше не сталкивалась с необходимостью приветствовать гостей, и подобное было для меня в новинку. Думаю, и для мамы тоже.
   Кажется, меня ожидает долгий разговор.
   И оказалась права. Валентин несколько минут наблюдал за тем, как мы переглядываемся друг с другом, не в силах выдать ничего разумного, а затем произнес:
   - Разрешишь присесть? - Голос оказался достаточно приятным, но в гнетущей тишине - замогильной, честное слово, - он прозвучал чересчур громко, и я мгновенно вскочила на ноги, едва не уронив стул. Ножки с неприятным скрипом прошлись по линолеуму, заставив присутствующих поморщиться, но мгновенно заскрипел под натиском, - ухватившись пальцами за спинку, подтолкнула его к гостю, бормоча под нос первые пришедшие на ум приветствия. Мужчина легко улыбнулся, обнажив идеально ровные зубы, - мне же пришлось походить с железом, чтобы выровнять их, - и аккуратно усадил краснеющую маму, проявив необычные в наше время чудеса галантности, которые бесследно исчезли у парней из моей школы. И выглядел не так, как знакомые учителя и соседи.
   Идеальные черты лица, - разве только нос чуть длинноват, но это его и не портит - словно у принца из старых сказок. Светлые волосы тщательно уложены назад, открывая большой лоб - признак умного человека, как сказал однажды преподаватель по истории. Немного прищуренные глаза теплого карего оттенка меня внимательно разглядывают. С интересом... и добротой? Не могу понять по вине очков, устроившихся на кончике носа. Они, кстати, много стоят. И этот серый костюм тоже не в магазине уцененной одежды был приобретен. А про лакированные туфли с острыми носами, загнутыми кверху, я промолчу, дабы не травмировать детскую психику.
   И где мама умудрилась отхватить такого красавца? В нашем захудалом городишке такие на дороге не валяются.
   - Позволь представиться, - проговорил мужчина, заставив меня вздрогнуть от неожиданности и досадливо почесать голову - бессовестно пялить на человека, это ж надо умудриться! - Меня зовут Валентин Гамильтон, - повторил он, с любопытством наблюдая, как я нервно взъерошиваю короткие волосы - дурацкая привычка, от которой не могу избавиться.
   - Приятно познакомиться, - пробормотала, прикусывая губы. - Меня зовут Ева.
   - Сколько тебе лет, Ева? - осторожно поинтересовался он.
   Больное место. Несмотря на то, что по паспорту уже давно стукнуло семнадцать, большинство знакомых - и незнакомых - при первой встрече воспринимают меня, как в старом - и не смешном, в моей ситуации, - анекдоте: "Это симпатичный мальчик или страшненькая девочка?".
   - Семнадцать. С половиной.
   - Мы с тобой взрослые люди, Ева, - прыгнул с места в карьер Валентин, сопровождая свои слова утвердительным кивком головы. - Думаю, нет необходимости рассказывать о том, что между людьми может возникнуть чувство под названием любовь.
   Кажется, я поняла, к чему он клонит. Это стало очевидно с того момента, как они с мамой переступили порог кухни. Однако, я не думала, что это случится так скоро - со времени судебного заседания, на котором папаша поливал грязью нашу семью и рьяно доказывал, что у него нет денег на алименты, прошло около года.
   - Мы с Кристиной хотим официально зафиксировать наши отношения.
   Чего и следовало ожидать.
   Однако, я не предполагала, что банальное свидание матери осенним вечером несколько месяцев назад - втайне от дочери! - обернется для меня...
  
  
  
  
  
  Глава 1.
  
  
   Оформлением документов и сборами в дорогу занимались Валентин и мама, оставив на мои плечи только сбор собственных пожитков. В ту же неделю я со скрипом сдала выпускные экзамены, получив аттестат. На отличницу я никогда не тянула, поэтому не удивилась, когда обнаружила в небольшой книжице тройки вперемешку с четверками. Пятерка была одна - по родному языку, который я знала даже больше, чем того требовалось по школьной программе, имея так называемую орфографическую интуицию.
   Ранним летним утром мы отправились в дорогу. Заполнив несколькими чемоданами багажник вызванного такси, мы полтора часа провели в бесцельном разглядывании серых зданий, а затем машина выехала за пределы городка, и нам пришлось довольствоваться покрытием дороги, не имеющим ничего общего с асфальтовым покрытием. Автомобиль подскакивал на ухабах грунтовой дороги и цеплял колесами каждую выемку на разбитом от долгих лет жизни стареньком асфальте. Потертое сидение такси не повышало настроения, и к обеду, когда машина притормозила возле аэропорта, мы едва не передрались (выиграл Валентин, выбравшись из автомобиля первым, потому что сидел на переднем сидении) за право глотнуть свежего воздуха. Водитель - лысоватый дядька предпенсионного возраста - помог нам выгрузить чемоданы без ущерба для нижних конечностей, пока родители (непривычно звучит, если честно) отправились в небольшой магазинчик у края улицы, чтобы купить минеральной воды и чего - нибудь перекусить. Взвизгнув шинами и подняв в воздух облако пыли, автомобиль скрылся из виду, позволив мне внимательно оглядеться и в очередной раз удивиться тому, насколько сильно отличается мир за пределами нашей мусорки - иначе ту дыру, в которой мы с мамой провели всю свою сознательную жизнь, не назовешь.
   Еще полтора часа ушло на регистрацию и различные формальности. Я отправила маму разузнать обстановку, а сама устроилась в мягком кресле и принялась наблюдать за взволнованными пассажирами, снующими из одного конца зала в другой. Перелет предстоял долгий, и я не представляла, как буду бороться со скукой. Несколько часов в сидячем положении на невообразимой высоте - такое не каждый выдержит, не говоря уже о провинциальной семье, которая дальше местного рынка никуда не выезжала.
   Дальнейшее помню неясно, словно через толщу воды. Здесь большую роль сыграли сонливость - мама подняла нас с первыми лучами солнца - и волнение от предстоящего знакомства с новыми родственниками (а их, по словам Валентина, было предостаточно). Едва мы поднялись в самолет и заняли места, как меня захватила полудрема, отрезав от внешнего мира на ближайшие часы. Приглушенные голоса мамы и ее нового избранника, восхищающихся великолепными видами из окошка; тихое шуршание колес тележки с различными сладостями, которых я никогда раньше не пробовала; монотонное бормотание Валентина, вполголоса рассказывающего о городке под названием Тихая Ночь и его достопримечательностях - от них остались лишь смутные отрывки, о которых я позабыла, едва из громкоговорителя, прикрепленного над входом в салон из рубки управления, прозвучало объявление о посадке в аэропорту.
   Мне стоило немалых усилий держать открытыми глаза, чтобы не заснуть окончательно и навсегда. Заметив мое состояние, Валентин подхватил небольшой поцарапанный чемодан, который обнаружился на чердаке среди ненужного многолетнего хлама, и осторожно подтолкнул к выходу, о чем - то переговариваясь с мамой. Кажется, они обсуждали работу мистера Гамильтона в местной больнице - интиллигентный мужчина оказался главным врачом с неплохим заработком (это так, на всякий случай).
   - Нас встретят, - сообщил доктор (теперь так и буду его называть), едва мы пробрались через толпу к выходу. - До города доберемся с комфортом, - добавил он, заметив в наших глазах облегчение. Эту поездку на подержанной машине я буду помнить до конца своих дней.
   У входа действительно стоял автомобиль. И не простой подержанный металлолом, на котором наши соседи ездили по городу, а настоящий джип нереальных размеров с тонированными окнами и невообразимой окраской ядерно - красного цвета, от которого буквально резало глаза. Никогда еще мне не доводилось видеть ничего подобного, поэтому неудивительно, что, стоило увидеть этого красавца, как сонливость разом исчезла, уступив место нездоровому любопытству. Откуда у главврача небольшой больницы такие деньги на такой автомобиль?
   Он точно подрабатывает в мафии.
   И, кстати, прошло определенное количество времени, а я так и не разузнала подробности их встречи в нашем захолустье. Что там делать такому человеку, как Валентин Гамильтон?..
   - Прости за ожидание.
   - Да нет проблем! Как хоть добрались? Без происшествий?
   - А что может случиться?
   - Мало ли... Всякие нехорошие дяденьки могут на пути встретиться. А, забей! Лучше познакомь с родственничками!
   Оторвавшись от разглядывания чуда света, я перевела взгляд на маму, которая о чем - то мило беседовала с крупным парнем лет двадцати, лениво щурящегося на солнце. Он был не просто крупным, а мощным - и футболка, облегающая торс, только усиливала исходящую от него силу. Голубые глаза в сочетании с коротким ежиком каштановых волос и гладкой бледной кожей могли свести с ума не один десяток девушек, которые любят такое сочетание. Я в их число не входила, как не состояла в клубе любителей качков, поэтому отнеслась к незнакомцу сдержанно, чтобы не показать весь спектр эмоций, нахлынувший сметающей все на своем пути волной. Особо напрягали явно дорогая одежда и тот мобильный телефон последней модели, что небрежно крутился на ремешке.
   Кто они такие? Честное слово, мама, даже если мне придется прибегнуть к пыткам! - я все равно узнаю, где ты встретила этого человека.
   - Ребята, знакомьтесь! - спохватился Валентин. Подталкивая нас в спины, он направился к парню, который прервал разговор и теперь с любопытством разглядывал нас. И дешевые застиранные вещи, которые были едва ли не единственным комплектом, выглядящим менее чудовищно, чем все те, которые покоились в чемоданах.
   - Владимир - жених моей дочери.
   Теперь все стало на свои места. У доктора есть взрослая дочь, у дочери есть жених, а у жениха есть баснословно дорогой джип, от которого у меня - уверена, так выглядит со стороны, - недвусмысленно горят глаза. Все просто - и одновременно сложно.
   - Ну, привет, - пробасил Владимир, протягивая ладонь для рукопожатия. - Думал, ты более мелкая.
   - Ну, спасибо, - пробормотала, осторожно касаясь сильной руки, - как бы этот громила не переломал кости ненароком.
   - А как вас зовут, прелестная леди? - спросил Владимир, осторожно беря меня за руку. Не люблю, когда нарушают личное пространство, но этот парень не вызывал ничего, кроме симпатии и любопытства. Он слишком дружелюбен для того образа тупого спортсмена, который может появиться в голове при первом знакомстве.
   - Ева, - проговорила, смущенно рассматривая свои ботинки.
   - Думаю, нам лучше поспешить, пока дождь не начался, - пробормотала мама, обнимая меня за плечи и разворачивая в сторону машины.
   - И то верно, - согласился Валентин, подхватывая чемодан.
   Устроившись на заднем сидении, я позволила себе прикрыть глаза и на время задремать, пока машина не преодолеет отрезок трассы до Тихой Ночи - любопытству не помешает даже сильная усталость.
   Отвернулась к окну и принялась внимательно разглядывать проплывающие мимо редкие деревья. Вокруг простиралось бесконечное поле насыщенной зеленой травы, словно невидимый художник пролил краску - завораживающее зрелище. У нас была только пожухлая желтоватая трава, которую через силу жевал даже самый непривередливый домашний скот. А когда на горизонте показались не просто горы - Горы! С большой буквы! - у меня перехватило дыхание, и я не могла себе отказать в удовольствии опустить стекло и высунуться наружу, к чистейшему воздуху и бескрайним лесам, обступившим дорогу за считанные минуты. Много зеленого - было первой мыслью, возникшей в голове, едва за окном сменился пейзаж. Красивый цвет травы на поле остался в прошлом, стоило мне увидеть мшистые стволы деревьев - сосны, ели и многие другие, чьи названия вертелись на языке, но никак не хотели формироваться в более или менее адекватное слово. Казалось, стоит покинуть салон автомобиля и сделать несколько шагов, как ты окажешься вдали от цивилизованного мира, наедине с нетронутой природой.
   Густые заросли папоротника так и манили проверить, действительно ли существует цветок, исполняющий заветные желания - древняя легенда, но в этом месте она не кажется простой сказкой на ночь. Это место действительно волшебно.
   А небольшие домики, мелькающие среди деревьев, только усиливают очарование этого места. И даже стандартный столб с надписью "Добро пожаловать в Тихую Ночь" не может избавить от ощущения присутствия нечто непонятного, но не менее прекрасного.
   Дорога вильнула в сторону - и передо мной появился сам город Тихая Ночь.
   Небольшой городок - естественно, больше нашего, - имел атмосферу уюта и спокойствия. Жители передвигались по аккуратным улицам, словно им не было нужды спешить на работу - у нас подобной роскоши не увидишь. И выглядели они гораздо опрятнее и богаче - никаких наспех сшитых платьев и растоптанных ботинок, купленных в ближайшем магазине на сбережения. Я скосила глаза на свою майку с едва различимым рисунком, - не могу даже вспомнить, что там было, - и почувствовала себя неуютно. Здесь все иначе, не только внешний вид прохожих: никаких переполненных мусорных баков и озлобленных бродячих псов, машины съехали со страниц журналов, - моих познаний в марках не хватало, чтобы описать открывшуюся взору картину, - и современные автомобили соседствовали с раритетными, притягивая взгляд.
   - Нравится? - улыбнулся Валентин, поворачиваясь к нам.
   - Не то слово! - отозвалась мама, разглядывая неразборчивые рисунки на проплывающих мимо зданиях. Похоже, местные подростки неплохо здесь время проводят.
   Нравится ли мне здесь? Точного ответа пока дать не могу, - нужно еще немного времени, - но идея с переездом нравится все больше. Этот город уже не кажется таким хмурым, как первые минуты пребывания - тусклые лучики солнца неуверенно пробивались через пелену тяжелых туч, сопровождавших нас все путешествие. С каждой минутой становилось теплее, - в том числе и на душе, - и мне пришлось снять кофту с длинными рукавами, потому что в салоне резко поднялась температура, и сидеть на раскаленном сиденье было невыносимо.
   - Приехали! - объявил Владимир через несколько минут, отстегивая ремень безопасности.
   Надо же, за всеми размышлениями я даже не заметила, как автомобиль свернул с главной улицы и, проехав через небольшие переулки, вывез нас к большому кирпичному дому с крыльцом и плоской крышей - ни много, ни мало, классическая библиотека, закрытая жадной до спонсирования властью и выкупленная зажиточным семейством.
   Владимир, не нуждаясь в напоминании, выгрузил чемоданы и помог маме вылезти из машины. Естественно, я проигнорировала протянутую руку и выбралась из салона самостоятельно - со старыми привычками покончить не так просто.
   Высокие двойные двери медленно распахнулись, едва мы ступили на первую ступеньку широкой лестницы. Узкие окна были задернуты плотными шторами, поэтому мне не удалось разглядеть обстановку дома, пока не вошла в просторный холл, уставленный большими вазами с различными цветами. Я никогда прежде не видела такого количества растений - помещение утопало в зелени, как и сам город. Очень много зеленого, пришла в голову идентичная мысль, посетившая во время поездки через лес. Ничего плохого в том, чтобы украшать помещение, я не видела - но и чересчур усердствовать тоже не есть хорошо. Во всяком случае, небольшую лестницу, ведущую вглубь дома, я не сразу заметила.
   - Мы приехали! - крикнул Владимир, пристраивая чемоданы в углу.
   Откуда - то сверху раздался топот множества ног, и мне действительно стало страшно. Сколько же их тут? И выдержу ли я внимание группы людей, когда одно соседство едва знакомым доктором и незнакомым женихом его дочери вызывает чувство неудобства?
   Я придвинулась поближе к маме.
   Уже лучше. Только нервная дрожь в коленках никак не утихает.
   Топот прекратился, и через несколько секунд на верхних ступеньках лестницы появились несколько молодых людей, - высокий блондин и две светловолосые девушки, - а также подпрыгивающая от нетерпения девочка с нереально рыжими - явно крашеными - взъерошенными волосами. Они были не только похожи друг на друга, как и положено родственникам, - они были частью целого.
   - Добро пожаловать! - широко улыбнувшись, одна из девушек сбежала вниз по лестнице и остановилась перед нами, дав мне возможность украдкой рассмотреть новоприбывших, пока моя потенциальная сестра обменивается с мамой любезностями.
   Чересчур общительная девушка была невысокой и чуть полноватой, - в пределах разумного - что прослеживалось и в чертах лица. Длинные волосы завязаны в два задорных хвостика, подскакивающих при каждом движении, а миловидное лицо обрамляли несколько выбившихся прядей. Большие карие глаза просто лучились неподдельным весельем, заставляя непроизвольно улыбаться в ответ. Образ веселой девочки, по шутке судьбы попавшей в тело взрослой девушки - а выглядела она примерно на мой возраст, может, и старше - дополняли короткая майка с рисунком в виде популярного котенка и короткая юбка в складку. На ногах я заметила единственный атрибут современной девушки, - туфли на высоком каблуке - но и он был украшен маленькими пряжками в виде искривленных сердечек. И все это пестрело ярким оранжевым цветом, ослепляющим глаза.
   Поистине любопытная особа, ничего не скажешь.
   Как и вторая девушка, которая блистала своей красотой. Бледная кожа и тонкие черты лица делали ее похожей на принцессу. Или особу из высшего общества, если говорить на понятном языке. Длинные пепельные волосы обрамляли прекрасное лицо, а чуть раскосые небесно - голубые глаза гордо и снисходительно взирали на мир. Невесомое белоснежное платье струилось до самого пола, только усиливая впечатление. Когда она спустилась к нам, - осторожно, словно прощупывала каждую ступеньку, - не позволив себе ни малейшей слабости и держа спину идеально прямой, я почувствовала себя настоящим гадким утенком, хотя на протяжении многих лет родственники с завидным упорством твердили, что я выгляжу превосходно. Какое тут может быть превосходство, когда рядом стоит такая девушка...
   Следующим в очереди оказался высокий парень, продолжавший стоять на лестнице. После тщательного осмотра я пришла к выводу, что девушка в оранжевой одежде и этот молодой человек являются двойняшками - просто поразительное сходство во всем, кроме волос и одежды. Чуть длинноватые волосы были приятного медового оттенка и едва заметно завивались, а карие глаза, как и у сестры, смотрели с неприкрытым дружелюбием к незнакомцам, появившихся в этом доме. Очевидно, брат - старший или младший? Интерес так и распирает, - решил принарядиться по случаю появления родственников, потому что на нем красовались не только серая футболка и рваные джинсы, но и белоснежный пиджак, наверняка принадлежащий к костюму. На ногах красовались немного потрепанные ярко - красные кеды, не вписывающиеся в общую картину. Парень явно носит исключительно то, что удобно и нравится лишь ему самому. Это стало одной из причин, по которой я частично - пока на большее не хватает, - поверила этому человеку. Он явно из тех, кому не только наплевать постороннее мнение - наоборот, они стараются выбраться из серой массы, заключенной в рамки стандартов.
   Заметив мой взгляд, парень улыбнулся и весело подмигнул, заставив со смущенным румянцем на щеках отвернуться в сторону мирно болтающих мамы и солнечной девушки.
   - А ты Ева, - утвердительно заявила она, развернувшись ко мне. - Мы с тобой еще не знакомы, но я намерена избавиться от этой оплошности! Меня зовут Алиса! - звонко проговорила она, протягивая руку.
   Я на мгновение замешкалась, удивленная таким дружелюбным приветствием.
   - Не любишь вторжения в личное пространство? - без обиды спросила Алиса, спрятав руки за спину. - Ничего, такое часто случается! Дружбе это не помешает, правильно?
   Эта девушка уже решила для себя, что мы станем подругами. Удивило. Обычно все девочки сторонились меня, считая пацанкой. Подруг никогда не было, и простое заявление о том, что мы не просто будущие родственники - близкие, вызвало немало противоречивых чувств. Я страшилась этого и хотела одновременно. Вдруг не оправдаю ее ожиданий?
   - Насчет этого не беспокойся, - проговорила Алиса, внимательно заглядывая мне в глаза. - Никто не собирается принуждать тебя к игре в ту, кем ты не являешься на самом деле. Хочешь быть одиночкой? Без проблем! - улыбнулась девушка. - В твоем распоряжении спальня и ванная комната на втором этаже! На большее не рассчитывай - в покое не оставят!
   Пугает? Странно, но нет.
   Я чувствую себя спокойно. Даже немного поднялось настроение.
   - Думаю, стоит перенести разговоры о поисках собственного "я" в более традиционную обстановку, - проговорил парень, присоединяясь к своей сестре. - И накормить будущих родственников.
   - Проходите, - спохватилась Кассиди. - Мы вас накормим и проведем экскурсию!
   - А лучше нарисуем карту! - подала голос рыжеволосая девочка. - Этот дом может работать декорациями в фильме ужасов! Чересчур много комнат!
   На вид ей можно было дать лет тринадцать, но я не слишком хорошо разбираюсь в оценке детского возраста. Да и не совсем обычная внешность все усложняет. Вряд ли отец позволит своему еще не совсем оформившемуся ребенку красить волосы и одеваться в одежду кислотных цветов - желтый, зеленый, голубой, фиолетовый... К тому же, у нее выразительно блестели пухлые губы, - простой блеск - и мне кажется, многие отцы неодобрительно относятся к дочерям, которые в столь юном возрасте начинают краситься. И сколько же ей лет?
   - Виолетта, в чувстве такта тебя не обвинишь! - притворно проворчала Алиса. - Не нравится дом - живи в школе, а то силком не затащишь...
   - Вредина! - Девочка высунула язык и, полюбовавшись возмущенным лицом сестры, унеслась в неизвестном направлении.
   - Иногда она бывает чересчур импульсивна, - вздохнул Валентин. - Ладно, пройдемте в гостиную.
   Оставив чемоданы на попечение ожившей фее, у которой оказалось не менее красивое имя Ингрид, и Владимира, который отправился отгонять джип в гараж, мы прошли по лестнице в сопровождении всех будущих родственников, включая появившуюся из ниоткуда Виолетту. Там нас ожидала просторная гостиная светлых оттенков - от белоснежного ковра, занимающего половину помещения, до портьеров на огромных окнах. Здесь было одновременно уютно и стерильно - странное сочетание, которое, тем не менее, не преуменьшало моего хорошего впечатления. К тому же, здесь было не так идеально, как показалось на первый взгляд: небольшой журнальный столик перед диваном оказался завален множеством альбомных листов с непонятными рисунками и цветными карандашами, а возле низкого комода, стоящего под плазменным телевизором, валялись ярко - красные кеды.
   - Даже не стану спрашивать, чьи они! - процедила Алиса, заметив их на несколько секунд позже нас. Подскочив к противоположной стене, где и валялся компромат, она без зазрения совести запихнула обувь под диван. - В следующий раз это будет мусорный бак! - пригрозила она смущенному брату и направилась устраивать порядок на столе. - Наверное, вам стоит все же немного отдохнуть, - проговорила она, отрываясь от занятия. - Дорога очень утомительна... А мы с Кристиной выпьем вместе чаю! Правда?
   - Конечно, - кивнула мама, а затем повернулась к доктору. - Ты ведь не против, если Ева немного отдохнет?
   - Конечно, нет! - отозвался он. - Алекс проводит ребят в их комнаты. Алекс!
   - Уже иду! - Точная копия Алисы выскочила из кухни с бутербродом в руках. - Звал?
   - Не разговаривай с набитым ртом, - проворчал Валентин. - Отведи Еву в приготовленную комнату, а затем возвращайся обратно - будем чай пить.
   Алекс согласно закивал и, запихнув остатки хлеба с колбасой в рот под неодобрительным взглядом сестры, махнул мне рукой в сторону лестницы, расположенной справа от входа в гостиную. Деревянные ступеньки немного поскрипывали, когда мы поднимались наверх, и я подумала, что теперь незаметно пробраться на кухню в поисках съестного не получится - есть за мной такой грешок.
   Рассматривая идентичные друг другу двери в широком коридоре, мы добрались до моей - моей! - спальни. Алекс повернул круглую бронзовую ручку, и дверь распахнулась без единого звука.
   - Это твоя комната, Ева.
   Поняла задолго до того, как он произнес эти слова.
   Небольшая, но очень уютная. И выкрашена в фиолетовый цвет - мой любимый. Очевидно, перед тем, как привезти нас сюда, Валентин выведал у мамы все мелочи, касающиеся падчерицы.
   Моим хобби является чтение - всю правую стену украшали полки со всем, что только можно было поставить: художественная литература, мелкие статуэтки, горшки с цветами и даже маленький музыкальный центр, которого в прежнем доме и в помине не было.
   Я не являюсь поклонницей магазинов - любые намеки на предстоящую покупку одежды вызывают неконтролируемые приступы лени. Доктор узнал и об этом, поэтому ограничился небольшим шкафом - купе в стене, слева от входя. Напротив стояли низкая кровать со множеством подушек и две тумбы, на которых примостились будильник и настольная лампа. Ширина кровати позволяла без вреда для здоровья ворочаться во сне. Стыдно признаться, но иногда и непробиваемую Еву ночные кошмары приводят в истерику...
   Огромный плоский телевизор стоял на низкой прямоугольной тумбе, в одном из отделений которой приглашающе подмигивал тонкий плеер для дисков. Прямо на мягком ковре - светло - фиолетовом - лежала стопка этих самых дисков. Мне на миг показалось, что семейство Гамильтон ограбило магазин: здесь можно было найти любой жанр - от романтической комедии, которые мне не очень нравятся, до классики фильмов ужасов, от которых я просто без ума. Несколько старых мюзиклов, сборники клипов и самую малость документальных фильмов - видимо, руку приложили все, выбирая по своему вкусу.
   - Наверное, немного переборщили, - почесал затылок Алекс, заметив мое замешательство. - Цвет комнаты подбирала Алиса, а мебель покупали Влад и Ингрид - едва не передрались с выбором кровати, - усмехнулся он, словно припомнил старый анекдот.
   - Все хорошо, - поспешила заверить, разглядывая прозрачные занавески на огромных окнах, обитых мягкой тканью. Придется по утрам заворачиваться в одеяло, чтобы избегать солнца, но это окупается широким подоконником, на котором можно проводить вечера за чтением книг. А этот фиолетовый цвет, который, по определению, должен быть холодным, здесь только усиливает ту атмосферу уюта, которой пропитан весь дом.
   Не так уж и страшно, подумалось мне. Уезжая из родного города, на ум приходили только расплывчатые силуэты отрицательно настроенных людей и серые стены будущего дома. Но теперь, после нескольких часов, включая поездку, я поняла, что немного ошиблась. Конечно, стоит обратить внимание на то, что эти люди стараются создать хорошее впечатление, но я привыкла с детства наблюдать за всем, что происходит вокруг.
   Они не притворяются. Больше искренности, чем в их поведении и тех словах, произнесенных при знакомстве, не найти. Даже холодность Ингрид выглядит естественно и не напрягает, хотя ее властный взгляд может смутить кого угодно.
   - Так, тебе нравится? - донесся взволнованный голос Алекса.
   - Да, - кивнула, поворачиваясь к нему и изображая на лице улыбку. На меня накатила усталость, связанная с напряжением этих нескольких дней неизвестности.
   - Передам остальным, - широко улыбнулся парень. - Ладно, оставляю тебя. Хорошенько выспись - завтра Алиса не отстанет, пока не разузнает о новой сестре все, вплоть до родинок на теле. - Он вышел в коридор и прикрыл за собой дверь, на прощание одарив очередной улыбкой.
   - Еще чего не хватало, - запоздало пробормотала. - Она бы еще нижним бельем поинтересовалась.
   Оставив лишние размышления на потом, подошла к чемодану, который принесла Ингрид, и достала простую майку. Быстро переодевшись, рухнула на кровать и обняла подушку, чувствуя, как ноют во всем теле мышцы - знакомые и те, о которых раньше и не предполагала. В голове потяжелело, словно в череп набили камней. Обычно после подобного заявления приходится выслушивать от мамы шутливую речь о том, почему в моей голове нет серого вещества.
   Или мы рассказываем друг другу истории, засыпая рядом.
   Теперь все будет по - другому...
   Хорошо или плохо - не знаю.
   Со временем увидим.
  
  
  
  
  Глава 2.
  
  
   Первые несколько секунд после пробуждения я пыталась понять, где именно нахожусь. Незнакомая обстановка и совершенно неузнаваемый за окном пейзаж никак не способствовали адекватному мышлению - я вообще не могла думать ни о чем, кроме как о побеге из непонятного места.
   - Да чтоб тебя!..
   Громкий окрик заставил вздрогнуть и настороженно слезть с кровати. Мягкий ворс ковра приятно щекотал ноги - и позволил без лишних шорохов подобраться к двери. Кто бы ни находился по ту сторону, он явно злится, а я не хочу попасть под раздачу.
   - Чего расшумелись? - раздался сонный голос.
   К этому моменту все стало на свои места.
   Первое: я нахожусь в доме семьи Гамильтон, куда попала накануне после долгих разговоров с матерью по поводу переезда.
   Второе: я нахожусь в собственной - со вчерашнего вечера, - комнате, что, без сомнения, является плюсом, учитывая количество едва знакомых людей на квадратный метр.
   И третье...
   Кажется, там назревает крупный скандал.
   Вернувшись к чемодану, столкнулась с проблемой всех современных девушек. Что надеть? Семейство явно будет удивлено моим выбором - самый разгар лета не предусматривает просторную футболку черного цвета и рисунком оскалившегося черепа на груди.
   - Он захлопнул дверь прямо перед моим носом!
   - Я опаздываю в школу!
   - А мне нужно на работу!
   С каждой секундой голоса увеличивались в диапазоне, подгоняя меня в выборе одежды. Ограничившись комбинезоном, купленным перед поездкой в нашем местном магазине, направилась к выходу, мысленно умоляя небеса о том, чтобы не попасть под раздачу. Обычно мне очень везет на подобное...
   ... А в коридоре уже назревала настоящая война. Противоборствующие стороны в лице Алисы и Алекса никак не могли поделить ванную комнату. В стороне стояла Ингрид, со скучающим видом наблюдавшая за событиями. Из своей комнаты выглядывала заспанная Виолетта, с удивлением разглядывающая представленную картину.
   - Немедленно открой дверь! - шипела девушка в замочную скважину.
   - Ты меня поджаришь! - раздался голос паникующего за дверью.
   - Это будет заслуженное наказание, - ехидно протянула Ингрид.
   - А ты - то здесь откуда? Валентин послал тебя в город!
   - Я не собираюсь выходить из дома без утренних процедур, - фыркнула блондинка. - И если ты через минуту не покинешь эту комнату, я рассержусь.
   - Ни за что! - заявили категорично.
   - Что у вас тут происходит? - Соседствующая с моей дверь комнаты приоткрылась, и наружу высунулась взъерошенная голова Владимира. - Не можете сделать мне подарок? Сгиньте отсюда, желательно надолго! Спать хочу - по всему городу бегал!..
   - Вот и спи дальше! - выглянул Алекс. - Ой, сестренка, привет!
   Как мило. Нас заметили.
   - Доброе утро! - кивнул Владимир.
   - И часто у вас такое?.. - Взмахнула рукой, пытаясь изобразить то, что увидела несколько минут назад. - Такое...
   - Каждый день, - вздохнул парень, оглядываясь на родственников. - Вы ведь опаздывали? - хмыкнул он. - Или передумали уезжать?
   - Мамочки! - взвизгнула Алиса и бросилась в ванную комнату.
   - Идиоты! - прошипела Ингрид, разворачиваясь в сторону лестницы.
   - Майку отдай! - поскребся в запертую сестрой дверь парень. Секундой спустя ему на голову приземлился ярко - оранжевый комок. - Осторожнее! Она ведь новая! - Несильно пнув дверь для большего выражения обиды, он унесся вслед за блондинкой, выкрикивая на ходу неразборчивые слова. Влад только тяжело вздохнул.
   - Ты не обращай внимания, - пробормотал он. - Сейчас они уедут по делам, и здесь снова воцарится тишина. Спускайся вниз, Кристина готовит завтрак. - Заметив на моем лице неприкрытое удивление (распахнутый рот и округлившиеся глаза), парень улыбнулся. - Валентин ее уже проинструктировал, так что не переживайте, миледи. Ладно, я исчезаю, - Влад протяжно зевнул, прикрыв рот ладонью. - Будут какие вопросы - стучите в дверь. И погромче, погромче, не стесняйтесь!
   И с этими словами Владимир скрылся в своей комнате, громко хлопнув дверью. Мне ничего не оставалось, как пересечь коридор, прислушиваясь к посторонним звукам, а затем также тихо (ну, насколько это было возможно со скрипящими ступеньками) спуститься на первый этаж.
   - Доброе утро, юная леди! - Мистер Гамильтон встретил приветственной улыбкой и большой кружкой ароматного напитка. Странного розового цвета. - Кристина приготовила очень вкусный чай, стоит попробовать.
   - Доброе утро, мистер... - пробормотала я, разглядывая маму, передвигающуюся по кухне в фартуке с рисунком мультяшки. Ее длинные каштановые волосы были стянуты в высокий хвост, чтобы не мешать готовке, и выбившиеся пряди подпрыгивали при каждом движении. Она вполне вписалась в обстановку помещения, которое было напичкано всевозможной современной техникой и - как же без этого! - уставлено растениями. Оранжевый цвет стен не резал глаза, а дополнял атмосферу, и даже широкая барная стойка с высокими стульями не казались здесь не к месту. Иными словами, продвинутая кухня продвинутой семьи.
   И снова вопрос. Откуда столько денег у главного врача? Я помню, несколько лет назад лежала в больнице, и лечащий врач - по совместительству, главный смотритель (так и хочется сказать - на галерах) - приезжал из соседнего городка на нескольких автобусах. И никакой навороченной тачки у него не было и в помине. Мистика, да и только!
   - Просто Валентин, - проговорил мужчина. - Присаживайся, Ева. Сейчас будем завтракать. Кристина приготовила замечательные оладьи!
   Бросив любопытный взгляд на стремительно краснеющую маму, я осторожно опустилась на краешек высокого барного стула. Кажется, не только я чувствую себя не в своей тарелке, - мама тоже не может привыкнуть к многочисленным комплиментам. Папаша не только говорил ей милых фраз, которыми обмениваются, по моему мнению, возлюбленные и прожившие в длительном браке люди, - он постоянно называл Кристину мямлящей девкой, не способной содержать дом, а меня - отсталой пацанкой с синдромом Дауна. А за то время, что Валентин провел в нашем доме, оформляя документы, я успела услышать столько приятных слов в свой адрес, что невольно возникла мысль - уж не извращенец ли он? А что, всякое может быть!
   - А как вы с Кристиной познакомились? - сорвалось с губ прежде, чем успела спохватиться. Заметив испуганный взгляд мамы, демонстративно хлопнула себя по губам. - Прошу прощения! Вам, возможно, неловко об этом говорить...
   - Все в порядке, - поспешил заверить потенциальный отчим. - Я приезжал в ваш город касательно одного пациента и случайно встретил Кристину, - нежный взгляд в сторону стремительно краснеющей мамы, - когда возвращался в отель. Признаться честно, я немного заблудился, поэтому помощь милой незнакомки оказалась весьма кстати. - Кажется, мамочка сейчас задымится - настолько побагровела от смущения. - Мы разговорились, и я взял у нее номер телефона. Дальше рассказывать? - Валентин бросил мне многозначительный взгляд.
   Теперь краснеть пришла моя очередь... Вот дурочка! Захотела подробностей! Чем могут заниматься взрослые люди, имеющие собственных детей, оказавшись наедине?
   - Понятно, - пробормотала, подтаскивая поближе тарелку с ароматно пахнущими оладьями и хватаясь за первые попавшиеся под руку вещи. Горчица, кетчуп, ложка! - и кто только оставил их на барной стойке ранним утром? На глаза попалась баночка с ягодным вареньем, и я незамедлительно вытряхнула сладкую массу, пытаясь справиться со смущением.
   - Понятно, - пробормотала, подтаскивая поближе тарелку с ароматно пахнущими оладьями и хватаясь за первые попавшиеся под руку вещи. Горчица, кетчуп, ложка! - и кто только оставил их на барной стойке ранним утром? На глаза попалась баночка с ягодным вареньем, и я незамедлительно вытряхнула сладкую массу, пытаясь справиться со смущением. Точно, дурочка! Обсуждать такое со взрослым мужчиной! Я даже с мамой о таком никогда не говорила!
   Завтрак проходил в смущенном молчании. Тишину нарушал только поскрипывание столовых приборов по тарелкам. Кристина - я часто воспринимала маму, как близкую подружку, поэтому называла ее по имени, - выглядела немного сбитой с толку, но счастливой, и для меня этого было достаточно, чтобы загнать поглубже неудобства проживания в такой большой семье. В конце концов, она заслужила это счастье, как никто другой.
   - Прошу прощения, но мне необходимо покинуть вас, - сказал Валентин некоторое время спустя. Трапеза была закончена, и мама прибирала со стола, изредка перекидываясь незначительными фразами с будущим мужем. Вызвавшись помыть посуду, - чтобы не выглядеть той самой недалекой, по словам блудного папаши, - я в ответ получила довольно красноречивый взгляд. На неуклюжесть я особо не жаловалась, но доверять домашнее хозяйство может быть чревато.
   - Ничего, все в порядке, - отозвалась Кристина, легко чмокнув возлюбленного в губы и подавая кожаный дипломат. Кажется, она уже вошла в роль любящей жены. - Возвращайся поскорее, хорошо?
   - А вы, юная леди, - обратился ко мне, - можете попросить об услуге Владимира. Накануне вечером он совершил удачную сделку, и теперь наш гараж пополнился еще одним автомобилем. Думаю, нет ничего плохого в том, чтобы опробовать ее. Понравится - твоя.
   Моя собственная машина? Да быть такого не может! Где ваши ангельские крылья, мистер Гамильтон, хочу их пощупать. Мы часто с мальчишками катались на стареньком пикапе отца одного из моих одноклассников, - однако, это было под чутким руководством, и не было никакой вероятности, что нам удастся накопить на обучение в колледже или на подготовительные курсы, не говоря уже о личном автомобиле.
   Интересно, если я сейчас его расцелую, мама будет ревновать?
   - У меня нет слов, - протянула, разглядывая необыкновенное чудо, с милой улыбкой поправляющее очки. - Мистер Гамильтон, Валентин... Вам говорили, что вы обалденный?
   - Ева! - воскликнула мама. Кажется, моя сдержанность трещит по швам, и наружу рвется настоящий характер. Быть маменькиной дочуркой никогда не умела.
   - Ничего, Кристина, - мягко рассмеялся мужчина. - Ничего. Просто Ева удивлена такой щедростью. Верно? - обратился он, аккуратно прикрывая мой разинутый рот ладонью. Прохладная кожа немного отрезвила, заставив отскочить назад и запустить пальцы в волосы - привычный жест сбитого с толку человека. - Ну, я пошел. Постараюсь позвонить в обед, чтобы разузнать, как вы тут устроились.
   - Я провожу! - Кристина бросилась вслед за Валентином, оставив меня наедине со своими мыслями. И холодильником. После приторно сладких оладий, на которые я вытряхнула добрую половину варенья, хотелось выпить чего - нибудь холодного.
   Прикусив губу и оглядевшись по сторонам, - похоже на воровство, честное слово! - я ухватилась за изящную ручку и не без усилий потянула. Тяжелая дверца отодвинулась в сторону, открывая передо мной настоящее продуктовое царство. Кажется, здесь есть все, и даже больше - персональный супермаркет, не иначе. Чего и следовало ожидать от этой семьи.
   Ну, если Валентин позволил мне беспрепятственно блуждать по дому и даже - о, Боже! - воспользоваться автомобилем, не думаю, что несколько банок газировки что - либо изменят. Они, возможно, и не заметят пропажи. Если, конечно, не обладают чертой характера, заставляющей всех богатеев делать учет каждого куска хлеба, - по телевизору часто показывают, как звезды судятся со своими домработниками из - за кражи незначительной - по сути, для них это так и есть, - суммы денег или нескольких полуфабрикатов.
   Размышляя о том, насколько нам с мамой повезло встретить на добродушного богатея, я отодвинула в сторону пакеты с сыром и наткнулась на подозрительный картонный коробок без опознавательных знаков.
   - Хммм...
   Оглянувшись, - не вернулась ли мама, - я подхватила коробку и поудобнее устроилась на коленях. Покрытый зеркальной плиткой пол заставил вздрогнуть, но любопытство было сильнее. Подцепив ногтем крышку, я аккуратно, чтобы не повредить, приподняла картонку и заглянула внутрь, ожидая увидеть нечто, вроде бутылок пива, припрятанного предприимчивыми родственничками.
   Меня едва не вывернуло наружу.
   Коробка была переполнена маленькими стеклянными банками без опознавательных этикеток. Внутри переливалось нечто густое и темное, при ближайшем рассмотрении оказавшееся ничем иным, как настоящей кровью. Откупорив одну из емкостей, я поморщилась от привкуса железа, появившегося на языке, и поспешно захлопнула крышку, пересиливая тошнотворный комок, подступивший к горлу.
   Дрожащими пальцами затолкала банку с кровью - теперь уже твердо была уверена в субстанции, находящейся внутри, - обратно в коробку и вернула в холодильник, мысленно отсчитывая секунды, чтобы привести мысли в порядок. Что за человек хранит подобное в собственном доме? Неужели, Валентин один из тех убийц, которые расчленяют свою жертву и хранят части тела в морозильной камере? Или намного хуже...
   - Нет, Ева! - прошипела, взъерошивая волосы, словно это могло привести разбежавшиеся мысли в порядок. - Нет, это просто невозможно! Тебе не могло так "повезти"!
   - Что случилось, Ева? - раздался позади обеспокоенный голос Кристины. Растянув губы в притворной улыбке, я нашарила в нагрудном кармане мобильный телефон и продемонстрировала его маме, пытаясь играть как можно натуральнее.
   - Зарядка закончилась! Самый неподходящий момент - хотела позвонить однокласснице! - Возможно, звучало неестественно громко, поэтому я произносила все скороговоркой, не позволяя маме вставить и слова, постепенно подбираясь к выходу.
   - Ты уверена, что все в порядке? - уточнила Кристина.
   - Да - да, полный порядок! - отозвалась, уже запрыгивая на нижнюю ступеньку. - Не переживай!
   Господи, моя мама собирается замуж за вампира!
  
  
  
  
  Глава 3.
  
  
  
   Многочисленные родственники с радостью - исключением являлась только Ингрид, которая, очевидно, погрязла в вечной депрессии, - согласились присутствовать на семейном ужине в честь нашего с Кристиной переезда, - он должен состояться ближайшим вечером. Продолжать восхищаться манерами мистера Гамильтона или расспрашивать о достопримечательностях не было никакого желания - слово "вампир" пульсировлао в голове, с каждой минутой разгораясь все ярче. Не то, чтобы действительно считала вампиром интиллигентного мужчину, ухаживающего за моей матерью, - однако, чувство самосохранения подсказывает, что все не так просто. Ну, не может у законопослушного гражданина, каким позиционирует себя Валентин Гамильтон, храниться кровь в холодильнике.
   Именно поэтому мне необходимо выбраться из этого слишком идеального семейного гнездышка, чтобы немного поразмышлять на тему существования вампиров и попытаться избавиться от чувства тревоги, не покидающего с того момента, как захлопнулась крышка злосчастной коробки.
   - Было бы неплохо, - пробормотала, разглядывая нанизанный на вилку кусочек моркови. Интересно, вампиры употребляют овощи или мясные продукты? Судя по тому, с каким удовольствием этот положительный (на первый взгляд) человек употреблял завтрак, - да, похоже, вампиры совершенно не заботятся о состоянии своего здоровья.
   Ночью мне с трудом удалось заснуть после увиденного, - стоило опустить потяжелевшие веки, как перед глазами вставал образ небольшой картонной коробки. Страх за Кристину, которая некоторое время назад скрылась за дверью их с Валентином общей спальни, был намного сильнее собственного чувства самосохранения. Если у мистера Гамильтона действительно не все в порядке с законом, я должна оградить маму от непонятного человека, - волка, прикрывающегося заячьей шкурой.
   Миссия по разоблачению аристократа - вампира.
   Пока мне не оставалось ничего, кроме как изображать роль любящей дочери и отвечать на расспросы Алисы, которая наметила цель - подружиться как можно быстрее. Кристина заметила, что мы с ней достаточно похожи, - возможно, тем, что обе прямолинейны и непосредственны, - поэтому найти общий язык окажется нетрудно. Алекс тоже не отставал от своей сестры, бросаясь направо и налево шутками, заставляя меня раздражаться по малейшему поводу и еще больше злиться, когда очередной розыгрыш был адресован в мою сторону. Двойняшки оказались излишне энергичными, способные довести до белого каления своей болтовней, - куда мне до них. Но, стоило признать, находиться в их обществе было приятно и легко.
   - Мистер Гамильтон, - пробормотала. - Как насчет чесночного соуса? - предложила, подталкивая к мужчине миску. Основной - или один из - признак гласит: вампиры недолюбливают чеснок. Кажется, в одной из прочитанных книг было написано, что реакция на чеснок идентична результату после приема серной кислоты. Что ж, сейчас увидим.
   - Благодарю, - кивнул Валентин.
   И передал миску Владимиру.
   - У папочки аллергия на чеснок, - обьяснили двойняшки.
   Наверное, мой разочарованный стон можно услышать и на другом конце материка, если бы не вовремя прикушенная булочка. А ведь такой хороший план был!..
   Ну, ничего, у меня в запасе еще несколько признаков вампира, которые необходимо проверить.
   Например, солнечный свет. Или нет... Валентин ведь преспокойно разгуливает по городским улицам.
   Может, он надевает солнцезащитные очки?
   Нет, не надевает.
   Дело в автомобиле с тонированными стеклами? У них целый автопарк!..
   И не в автомобиле...
   - Что - то случилось? - поинтересовался Алекс, заглядывая в глаза. Валентин в это время поправлял галстук перед зеркалом под бдительным взором Кристины. На мгновение он дернулся, - словно почувствовал мой прожигающий взгляд, - и нахмурился. Догадался о моих планах на будущее?
   - Слишком туго, - пробормотал он. - Кристина, не могла бы помочь?
   Он ведь не специально издевается, правда?
   - Может, ты не выспалась? - продолжал допытываться парень, пока я взглядом, полным праведного гнева, провожала Валентина на работу. И желала удачного дня. И это был сарказм.
   - Скажи, Алекс, - обратилась к будущему сводному брату. - Я хотела бы заглянуть в книжный магазин. Здесь есть поблизости?..
   - Сомневаюсь, - улыбнулся он. - Ближайший находится на другом конце города, и тебе придется проехать немало минут на автобусе, чтобы туда добраться. Может, подождешь, пока мы с Алисой освободимся? Съездим вместе на выходные.
   Еще несколько дней в этом милом семейном гнездышке я не выдержу. Нет уж, лучше покатаюсь в душном общественном транспорте.
   - Я бы хотела сегодня, - пробормотала, нацепив на лицо маску разочарования. Насколько правдоподобно получилось, не знаю, но Алекс понимающе закивал и принялся обьяснять, как проехать к нужному месту, не прекращая - впрочем, как и всегда, - шутить по поводу и без. Я - маска сменилась благодарной улыбкой, - кивала и мысленно заносила полученные данные в блокнотик, попутно думая над тем, что было бы неплохо устроиться на работу, - тогда бы с чистой совестью могла кататься на подаренной машине, которую так и не видела, и не выглядеть при этом в глазах Ингрид - может, она и не выражала так явно, но точно думала! - нахлебницей.
   - Тогда желаю удачи! - воскликнул Алекс, выбегая из дома вслед за сестрой. - Как только освобожусь - устроим тебе экскурсию с персональным гидом!
   - Обязательно! - крикнула, помахав на прощание рукой. - Но только если сдашь итоговый экзамен!
   В ответ раздался протестующий вопль, и затем Кристина осторожно прикрыла дверь, - она еще не вполне уверенно себя чувствовала в новом доме. Хотя, как успела заметить, Ингрид приняла будущую мачеху довольно благосклонно.
   - Кажется, ты успела подружиться с ребятами, - заметила мама, положив теплую ладонь мне на макушку. Иногда быть не такой высокой, как окружающие, может быть и приятно. - О чем вы с Алексом разговаривали?
   - Хочу съездить в книжный магазин. Ты не против?
   - Конечно, нет. Только будь осторожна, хорошо?
   - Ты ведь меня знаешь! - поспешила заверить, бросаясь к стойке с обувью, затерявшейся между нескольких горшков с цветами. Пока натягивала любимые кеды, пальцы свободной руки уже нашаривали несколько бумажек, припасенных несколько дней назад. Мистер Гамильтон предоставил нам с мамой полный доступ к семейному бюджету, но я пока не рискнула пользоваться чужими деньгами. И даже на подарок смотреть не бегала, ограничившись рассказами Владимира. Меня беспокоило совсем иное. Можно даже сказать, паранормальное.
   - О да, знаю, - улыбнулась мама. - Когда в последний раз ты отправилась на прогулку, мне пришлось дозваниваться всем одноклассникам, чтобы узнать, - мою любимую дочурку занесло на другой конец города.
   - У меня топографический кретинизм, - пробормотала, сосредоточенно завязывая шнурки. Слишком сосредоточенно.
   Автобусная остановка находилась совсем недалеко, и мне не пришлось рыскать по всему кварталу в поисках таблички с номером маршрута. Алекс сказал, что мне стоит выбраться поближе к центру, чтобы добраться до другого конца города без лишних поворотов, и я беспрекословно подчинилась, - едва ли впервые в жизни, - поэтому через несколько минут, показавшихся вечностью, с затаенным страхом забиралась в пропахший раскаленной кожей салон автобуса и предвкушала - это тоже был сарказм, - долгую поездку в душном и переполненном раздраженными пассажирами транспорте.
   Однако, все оказалось не так сложно, как предполагалось вначале. Большую часть поездки я провела на заднем сидении, как можно дальше от разгоряченных людей, разглядывая аккуратные здания и неторопливых прохожих. Тихая Ночь с первого момента произвела впечатление тихого курортного городка, скрывающегося от любопытных глаз за высокими деревьями, которые напоминали рьяно охраняющих бесценное сокровище стражей. Атмосфера уюта и некоего умиротворения привлекала супружеские пары и молодых людей, решивших отдохнуть в таком таинственном месте. Именно таинственном, - потому что Тихая Ночь не была похожа на города с курортным званием, и это была еще одна причина, по которой люди съезжались сюда со всех концов материка. Они все хотели узнать, что же такого необычного в небольшом городке, расположенном в глубине леса, но так и не могли обьяснить, почему их притягивает сюда. И я тоже не могла.
   Выбравшись из автобуса на конечной остановке, оглядела широкую улицу, переполненную людьми, сверилась с приметами, - музыкальный магазин с яркой вывеской и фотоателье, - которые мне дал Алекс, направилась мимо маленького супермаркета к указанной точке, где предположительно располагался книжный магазин. Жаль, что не захватила свой старенький фотоаппарат, - вот уже несколько лет, как увлеклась фотографией (не профессионально, - баловство и только), и запечатлеть суетливость захотелось до покалывания на кончиках пальцев.
   Побродив по узким улочкам и купив несколько ненужных, по сути, мелочей (пара смешных магнитов на холодильник и плакат с любимой группой), добралась - таки до нужного места.
   Небольшой книжный магазин, каких много в любом городе, встретил меня знакомым ароматом отпечатанных страниц. Книги теснились на полках, - от современной до классической литературы, - привлекая яркими обложками и вполне приемлемыми ценами, по сравнению с тем магазинчиком, что ютился в замусоренной улочке за много миль отсюда. Едва слышное гудение кондиционера грело сердце, - не было никакого смысла приходить сюда, чтобы через несколько минут покинуть душное помещение. Мне нравилось бродить между высоких полок, проводя пальцами по гладким или шершавым корешкам, чувствовать запах страниц и перелистывать их, разглядывая аккуратные буквы. Это было одной из причин, по которой я отказывалась копить деньги на электронную книгу, про которую мне все уши прожужжали одноклассники (в нашем классе девушки ничего сложнее модных журналов не читали).
   Пройдя мимо отдела женских романов, - куча соплей и никакой настоящей романтики, - я остановилась перед стеллажом с табличкой "другая литература". Здесь находились справочники и книги, не относящиеся к конкретному жанру, - как раз то, что мне нужно.
   Пробежав глазами по разноцветным корешкам, наткнулась на увесистый том под названием "К вопросу о стереотипах". На обложке красовался очередной парень модельной внешности, долженствующий олицетворять одного из этой самой нежити. Судя по пристальному взгляду алых глаз и неестественно бледной коже, он пытался представить образ вампира. Меня это заинтересовало, даже более чем. Распахнув своеобразную энциклопедию, принялась перелистывать страницы в поисках определенного заголовка, чтобы с чистой совестью захлопнуть книгу, посмеявшись над своими глупыми подозрениями относительно интеллигентного мужчины. Недавняя мысль о том, что он вампир, не казалась правильной. Нет, она была абсурдной. Это более очевидно, стоит внимательнее посмотреть на иллюстрации кровожадных существ с белоснежными клыками, испачканными в крови, и горящими от жажды глазами.
   Вот, кажется, нашла.
   "...Вполне возможно, что вампиры не являются нежитью в полном понимании этого слова. Что есть "нежить"? Вероятно, это слово произошло от словосочетания "не живой", - однако, вампиры могут отрицать это своим существованием. "Мертвые" не могут "жить", поэтому более правдоподобно звучит версия о том, что так называемые вампиры - иная разумная раса, населяющая планету."
   "...Сердца вампиров бьются. Гораздо медленнее, чем у самого спокойного человека, но - бьются. Это обусловлено строением сердца, - сердечная мышца более "сильна", чем у среднестатистического человека."
   - Это мне ни о чем не говорит, - пробормотала, перелистывая страницу за страницей.
   " Сила и скорость реакции у вампиров на порядок превышают обычные человеческие. Это опять-таки связано с физиологией, - у вампиров выше скорость метаболизма, из-за этого выше скорость движения импульсов по нервным клеткам. Но в этом нет ничего необычного, - подобных результатов достигают мастера различных единоборств."
   Следующая запись показалась интереснее.
   " Сильнейшая аллергия на чеснок характерна для всей расы. Однако, идет процесс иммунизации. Пятьсот лет назад вампира можно было убить с помощью чеснока, - сейчас максимум получит аллергическую реакцию, как у обычного человека."
   Мгновенно вспомнилась утренняя трапеза, когда Валентин не отказался от чесночного соуса, но передал миску Владимиру. Это, конечно, не может быть причиной, по которой его следует отнести к вампирам, однако...
   Тряхнув головой, я продолжила читать.
   "Одно из сильнейших заблуждений, что вампир не может существовать без крови потому, что своей крови у него нет. Вампиры пьют кровь не потому, что это источник их силы, а потому, что кровь оказывает на организм вампиров действие, схожее действию хорошего вина на организм человека. При этом, ни один вампир не смог бы выпить шесть литров крови, поэтому смерть жертвы от потери крови, и, тем более, полного обескровливания происходит крайне редко."
   - Хорошее вино, говорите? - пробормотала, с содроганием вспоминая аккуратные баночки в холодильнике. Интересно, каким образом Кристине удалось их не заметить? Наверное, джентельмен Валентин придумал дееспособную отговорку. Врунишка.
   - Глупости какие! - пробормотала, поспешно захлопнув книгу. Не может быть такого, чтобы мои основанные на детской фантазии домыслы вдруг стали единственно верным заключением. Вампиры. Если бы они действительно существовали, планета избавилась от гнета эгоистичных людишек в считанные месяцы, оказавшись под властью так называемых ночных охотников, которые - если верить многочисленным тематическим сайтам в Интернете и литературе, - только и делают, что пьют кровь, бродят по ночному городу и ни в какую не хотят отражаться в зеркалах.
   А ведь Валентин и его отпрыски запечатлены на фотографиях и без проблем прогуливаются по Тихой Ночи в разгар летнего зноя, жалуясь на аномальную погоду. Если они действительно вампиры, то какие - то неправильные. Или генномодифицированные, похожие на тех, о которых говорилось в книге.
   Остается один выход - спросить напрямую. За этим последуют два варианта развития событий: если Валентин маньяк - меня убьют, если Валентин вампир - меня убьют, но перед этим достаточно долго будут пытать. Наверно, он спрячет меня в морозильной камере где - нибудь в подвале (кстати, он у них есть?) и будет время от времени наслаждаться молоденькой кровушкой, как крепленым вином. Хотя, такое возможно и при первом варианте. Гурман, чтоб его.
   Продавец - низенький мужчина средних лет (оказавшийся хозяином этого магазина), - довольно подозрительно покосился на девушку с подобной литературой в руках. По видимому, в его понимании, все представительницы женского пола обязаны читать только любовные романы, полные приторных - можно даже сказать, тошнотворных, - сцен и речей. Я честно попыталась прочесть подобное несколько лет назад, когда услышала от одноклассниц о мировом бестселлере. По слухам, это была сногсшибательная повесть о трудностях первой любви и всевозможных преградах, стоящих на пути к счастью. Зря понадеявшись на интересное времяпрепровождение на время болезни, я попросила маму заглянуть по пути с работы в книжный магазин.
   Вечер я провела весело и со вкусом. Ритуальный танец вокруг костра и жареные сосиски не оставили равнодушной даже мою спокойную одноклассницу - подружку, решившую навестить "очень больную подругу". Однако, что интересно вдвойне, после этих диких плясок насморк и температура скрылись в неизвестном направлении.
   Выбравшись из магазина с энциклопедией нежити, я собрала остатки храбрости, которые напоминали размазавшиеся по стенкам пластиковой банки остатки сметаны, и направилась в сторону остановки, - по крайнее мере, мне казалось, что она находится именно там. На часах было около восьми вечера, и солнце медленно опускалось за горизонт, заливая багряным светом крыши домов, - добираться до жилища в потемках не есть хорошо, и поэтому я ускорилась, думая над тем, как огорчится мама, когда узнает истинную сущность своего избранника (если, конечно, подозрения не вполне адекватной девушки подтвердятся). Не уверена, что она воспримет это хорошо, несмотря на свои утверждения о том, что необходимо любить человека не за определенные качества, а просто так, потому что он есть.
   Может, стоит просто заявить Кристине, что я против их брака, а потом демонстративно хлопнуть дверью и вернуться обратно? Так я точно не смогу поступить, как бы ни хотелось. Мамочка столько страдала, что заслужила то самое человеческое счастье, которое буквально искрится в ней благодаря Валентину. Уверена, - скажи я, что отрицательно отношусь к их связи, Кристина забудет о себе и примется утешать вспыльчивую дочурку с психологической травмой после развода родителей. Нет, так поступить я точно не смогу. Просто не хватит смелости произнести все это, наблюдая за тем, как наивные карие глаза наполняются слезами. Для нее счастье дочери важнее собственного.
   - Да что за черт! - выдохнула, нервно топнув ногой. - Почему это так сложно?
   Подергивания нижних конечностей плавно переросли в страх. Прошло достаточно времени с того момента, как я выскочила из магазина в растрепанных чувствах, а яркая вывеска музыкального магазина так и не появилась. Неужели, свернула не туда?
   - Да что за черт! - повторила уже громче, разглядывая низкие постройки с не вполне презентабельным видом. Кажется, все - таки не там повернула, - и в результате оказалась в неблагополучном районе. Потрескавшиеся фасады зданий и покосившиеся домики с отсутствующими дверями - наверное, в них жили бездомные, - не внушали должного доверия, и я покрепче сжала ремешок сумки, в которой дожидался своего часа - который, очевидно, наступит гораздо раньше, - предоставленный Кристиной перцовый баллончик. Он лежал с незапамятных времен, - занятия легкой атлетикой ( которую я вскоре бросила) проходили поздно вечером, и приходилось брести домой под тусклый свет немногочисленных фонарей.
   Улица казалась давно заброшенной, и в груди зародилась надежда, что это действительно так. Значит, немного поплутаю по кварталу и выберусь на оживленную улицу, а там уже можно узнать и местоположение особняка Гамильтонов.
   Однако, моя невезучесть достигла наивысшего предела, когда не остается ничего, кроме как следовать к месту, отмеченному призрачным белым крестиком. Сколько бы этот район не был заброшен, здесь наверняка проводят свое время те, кого назвать налогоплательщиками язык не повернется. Поскорее бы сбежать из этого места...
   На одной из нижних ступенек крыльца вольготно развалился потрепанный кот с неестественно желтыми глазами. Наблюдая за тем, как я стремительно двигаюсь, он напряженно дергал хвостом и - надеюсь, мне это показалось, - предвкушающе облизывался.
   - Чего смотришь? - пробормотала, останавливаясь. Может, все же стоит повернуть назад? Спросить у прохожих, как проехать до нужного мне района, вовсе не сложно, - и не надо пугаться каждого шороха. Воистину, Кристина, ты была права. У твоей дочурки отменный топографический кретинизм на пару с несусветной глупостью.
   - Эй, детка! Мы можем помочь?
   Только этого не хватало...
  
  
  
  
  Глава 4.
  
  
   Их было несколько человек, - нетрезвые молодые люди, в засаленной одежде, едва держались на ногах. С такого расстояния невозможно было сказать, пьяны они или находятся под действием препаратов, - меня это и не интересовало. Дрожащие ноги налились свинцовой тяжестью, иначе бы давно уже бежала, сломя голову, как можно дальше от этой бурно жестикулирующей шумной компании. Повезло, так повезло, ничего не скажешь. Что теперь делать, с одним - то баллончиком в руках?
   Сбоку раздалось едва слышное шипение, - видимо, коту тоже не понравились незваные гости. В этом я была с ним солидарна.
   Не отводя взгляда от приближающихся животных, - иначе и не назовешь, - почуявших очередную жертву, медленно двинулась назад, готовая в любую секунду сорваться с места. Занятия легкой атлетикой не прошли даром, - мое тело стало гораздо выносливее, - однако, кто знает, сколько удастся пробежать. И удастся ли вообще. Несколько из этих выглядят чуть менее, чем полностью, и вряд ли получится выбраться на более оживленную улицу. А если и смогу, - нет гарантии, что прохожие вмешаются. Как правило, людей не интересуют чужие проблемы, если не затрагивают их самих.
   - Какая милая девочка, - притворно сладким голосом пропел один из парней, приближаясь на недопустимое расстояние. Сжав пальцы на теплой поверхности баллончика, я мысленно прикинула, как можно находящиеся в болтающейся на бедре сумке ненужные вещи, которые, если верить учебнику по самообороне, способны выпутать из сложной ситуации. Даже не могу представить, каким образом можно навредить здоровенным бугаям при помощи магнита на холодильник. Говорить - то об этом просто!..
   - Иди сюда! - прошипел парень, резко бросаясь вперед. Я вскрикнула от неожиданности - хотя, этого следовало ожидать, - и бросилась в обратную сторону, едва не споткнувшись на не вовремя попавшем под ноги отколовшийся кусок асфальта. Странно, что он здесь вообще есть...
   О чем ты только думаешь, Ева!
   Сзади раздался топот множества ног, подгоняющий в спину сильнее, чем разозленный тренер, - кажется, даже услышала протяжный мявк кота, разгневанного тем, что его спугнули с насиженного места.
   Быстрее, Ева!
   Это было похоже на сон. Знаете, тот кошмар, в котором ты находишься в Нигде и в то же время знаешь об окружающем, стремясь преодолеть расстояние и добраться до определенного, - места? предмета? - но время утекает сквозь пальцы, словно песок, а ты продолжаешь сбивать в кровь ноги и пытаешься побороть огонь, разгорающийся в грудной клетке. Отличие - и довольно разительное, - в том, что однажды ты просто проснешься с сердцем, едва выпрыгивающим из груди, а в реальности может случиться совершенно противоположное.
   Ты заснешь. И уже никогда не проснешься.
   Ладони с громким шлепком соприкоснулись с асфальтом, и я почувствовала обжигающую боль в области коленей и локтей. Сзади раздался веселый гогот, и я едва не потеряла сознание от сильного удара по спине, буквально вдавливающего в землю. Перед глазами все потемнело, - и я была бы очень рада утонуть в засасывающем мраке, чтобы не знать того, что произойдет дальше. Я крепко зажмурилась.
   Тихое рычание. Едва слышное, но оно нарастало с каждой секундой. Тяжелое дыхание опалило щеку, и я непроизвольно поморщилась от неприятного запаха. Пальцы заскребли по земле и, к удивлению, наткнулись на жесткую шерсть. Приоткрыв глаза, я с ужасом увидела волка. Большого, лохматого волка белоснежного цвета. С острых клыков капала слюна, и мне пришла мысль, что такой зверь вполне способен за один присест съесть Красную шапочку. Необычайно голубые глаза внимательно следили за каждым моим движением, и на мгновение показалось, что зверь не просто наблюдает, - его взгляд был слишком осмысленным для простого зверя, непонятно каким образом попавшего в городскую среду. Может, у меня галлюцинация на почве паники? Вдруг, это простая породистая собака, сбежавшая из дома?
   Дальнейшие события разворачивались стремительно, не дав мне шанса подготовиться к увиденному.
   Издав протяжный вой, волк сорвался с места, оттолкнувшись тяжелыми лапами от моей спины. Когти разодрали футболку и прочертили тонкие борозды, заставив издать маловразумительный звук и, сжав кулаки, свернуться калачиком на асфальте. Громкий крик, полный боли и отчаяния, разрезал секундную тишину, и меня затошнило от аромата крови, появившегося через считаные секунды. Не было необходимости открывать глаза, чтобы понять, что именно происходит в нескольких метрах от меня, - треск рвущейся ткани и утробное рычание пробивались сквозь пелену страха, заполняя собой голову, отталкивая в сторону все мысли и слова песни, которой я пыталась отвлечь себя от действа, разворачивающегося совсем рядом.
   Казалось, прошло достаточно долго времени, - однако, солнце еще даже не успело скрыться за горизонтом. Тишина вернулась так же неожиданно, как и сбежала, - и показалось, что от пережитого я лишилась слуха. Страшной силой навалилась усталость, и хотелось просто заснуть здесь, на теплой земле, но я напомнила себе, что это не самая лучшая идея, и Кристина будет нервничать, если не вернусь домой как можно скорее.
   Тихое поскуливание раздалось совсем рядом, а затем кисть обожгло дыханием. Теплый нос принялся подталкивать свободную руку, - второй я пыталась добраться до лопаток, чтобы оценить весь ущерб, - и вскоре перед лицом замаячила мохнатая морда, одаряя не совсем свежим ароматом. Поморщившись, попыталась отстранить зверя от себя, чтобы принять вертикальное положение, но тяжелая лапа легла на грудную клетку, не давая сдвинуться с места.
   - Тяжело, - пробормотала, и тяжесть мгновенно исчезла.
   Запоздало, вспомнила о том, что произошло какую - то минуту назад, и к горлу подступил тошнотворный комок. Пальцы снова заскребли по асфальту, сдирая кожу, - я пыталась справиться с истерикой и как можно быстрее скрыться отсюда. Как можно дальше, чтобы никогда не видеть и не слышать. Чтобы не помнить. Иначе я точно потеряю последние остатки рассудка.
   Сдержаться не удалось, - тело содрогнулось, и наружу вырвалось все съеденное за день. Я попыталась вскочить на ноги, но колени предательски подогнулись, и мое лицо едва не встретилось с землей. Однако, нежданный спаситель с готовностью поймал меня на спину и помог удержаться. Это еще больше удивило и напугало одновременно, - ну, не может быть животное таким разумным! Он даже не позволял мне оборачиваться назад. И это было к лучшему.
   Громкий визг шин заставил испуганно вскинуть голову и непроизвольно сжать густую шерсть волка - собаки, - который не позволил украдкой бросить взгляд назад, - потому что из - за угла выехал знакомый автомобиль красного цвета.
   Джип Владимира.
   Он остановился в нескольких метрах от нас, на миг ослепив фарами. Я почувствовала, как напряглись мышцы животного, но мгновенно забыла об этом, когда оглушающе - по крайнее мере, так показалось, - хлопнула дверца, и следом раздался раздраженный голос жениха Ингрид:
   - Залезай в машину!
   Мой спаситель отстранился совершенно неожиданно, и я - с трудом, честно сказать, - удержалась на ногах. Кровь болезненно пульсировала в голове, и перед глазами появились непривычные мушки, увеличивающиеся в численности с каждой секундой. Влад продолжал стоять у машины, напоминая мраморное изваяние, и он не сводил напряженного взгляда с нас обоих - меня и волка. Мысль о спасителе, пусть и таком необычном, немного отрезвила, заставив оглянуться назад, на животное, - дальше мне не позволило бросить взгляд чувство страха, смешанное любопытство. Увижу - потом не смогу забыть никогда. Хватит и того, что услышала.
   Волк продолжал сидеть неподалеку, удерживая раненую лапу на весу, и наблюдая за мной с некой отстраненной грустью, - или мне просто померещилось. Казалось, он сейчас находится не рядом с растерзанными телами (не думай об этом, Ева, не думай!), если бы можно дать подобное определение животному. Но у него чересчур осмысленный взгляд.
   - Ева, быстрее! - прорычал Владимир, и я почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Его голос был просто пропитан этой злостью. Прежде мне не доводилось слышать подобное, парень ни разу не повышал голос за все время нахождения нас с Кристиной в доме мистера Гамильтона.
   И было нечто еще в глубоком басу. Нечто, которое можно было охарактеризовать, как животная ярость. Глупо, но Владимир представился мне большим медведем, приготовившимся напасть на свою жертву.
   И кстати. Как он узнал, что я нахожусь именно на этой улице? Стараясь не заикаться, - хотя была близка к этому, - озвучила вопрос, наблюдая за тем, как с каждым произнесенным словом лицо парня становится все мрачнее и мрачнее. Он шумно выдохнул, заставив меня машинально отступить назад, - правая нога отозвалась резкой болью в области лодыжки, - и запустил пальцы в короткий ежик волос.
   - Долго рассказывать, - пробормотал он. - Садись в машину.
   - Мы должны взять его с собой, - указала головой на волка, мысленно давая себе оплеуху. слова сорвались с губ прежде, чем я смогла предвидеть. Наследственная любовь к животным иногда доставляет некоторые хлопоты. - Он помог мне... - Голос сорвался, и я промямлила нечто маловразумительное, чтобы объяснить причину такого ненормального поведения. За спиной находятся несколько мертвых людей, которых несколько минут назад растерзали почти на глазах, а ты отказываешься уезжать отсюда только потому, что не можешь оставить бродячую собаку. Это не просто ненормальное поведение - чистой воды помешательство. И, кажется, Владимир подумал о том же.
   - Ева, давай не будем устраивать цирк, - попросил он, делая несколько шагов по направлению ко мне. - Давай, ты просто сядешь в машину...
   - Без него не уеду! - Глупая, глупая!
   - Без этого? - парень бросил презрительный взгляд в сторону пса, на который тот ответил тихим рычанием. - Хватит дурить, Ева! - Повысив голос, Владимир за считанные секунды оказался рядом у ухватил меня за локоть, больно сжав пальцы. Я поморщилась, и пес зарычал громче, в мгновение ока появившись рядом. Он прижал уши к голове и обнажил клыки, не сводя разъяренного взгляда с не менее обозленного парня.
   - Совсем страх потерял? - прошипел Влад, оттаскивая меня в сторону. - Убирайся отсюда, пока все кости не переломал!
   Возможно, это было несколько странно, - Владимир и собака словно переговаривались друг с другом, - но сегодняшний день оказался богат на события, поэтому я с усталостью, граничащей с потерей сознания, наблюдала за тем, как эти двое пререкаются, не сдавая позиций.
   - Пошел вон, я сказал! - прорычал парень, подталкивая меня в сторону автомобиля. Едва переставляя ноги, - по моему, правая все же вывихнута при падении, - направилась в указанном направлении. Еще немного - и просто свалюсь на землю от усталости и пустоты, свинцом давящей изнутри.
   - Блохастая тварь...
   Треск рвущейся ткани отвлек меня от жалости к самой себе. Я испуганно обернулась на звуки, ожидая увидеть, как мой спаситель вгрызается в горло моему будущему родственнику. Однако...
   ...Владимир и волк сцепились друг с другом. Животное стояло на задних лапах, навалившись на отбивающегося парня, и я только сейчас поняла, насколько он большой. Это действительно был волк. Белоснежные клыки едва не задевали мощную шею, когда зверь в очередной раз подавался вперед, но парень отбрасывал его назад. Снова и снова. А затем упирался ногами в землю, обхватывал волка поперек и пытался сломать позвоночник. Я с ужасом наблюдала за этой сценой, не в силах издать ни единого звука, и, кажется, упав на колени. Они намеревались не просто покалечить друг друга - убить.
   В определенный момент, Владимир обернулся ко мне лицом, и, увидев озлобленное выражение, я просто распласталась по земле.
   Глаза отливали красным...
   На висках взбухли вены...
   Злобный оскал...
   И маленькие клыки...
   Кажется, впервые в жизни я потеряла сознание...
  
  
  
  
  Глава 5.
  
  
   Операционная.
   Это первое, что пришло в голову, когда меня ослепил яркий свет ламп, прикрученных к потолку. Подождав, пока режущая боль не пройдет, быстро проморгалась, чтобы как можно скорее привыкнуть. Перед глазами мелькали черные точки, но я не могла оставить себя в неведении. Если это операционная, значит, меня привезли в больницу Тихой Ночи. Это плохо. Врачи явно не могли оставить без внимания то, каким образом я получила травмы, и тому, кто меня привез, будет сложновато убедить их в том, что это произошло в результате несчастного случая. Хотелось бы верить, что все произошедшее оказалось простым кошмарным сном, и я с натянутой улыбкой поприветствую мистера Гамильтона, спускаясь к завтраку. Однако, не всегда происходит так, как мы того хотим.
   Ладно, все проблемы будем решать по мере их поступления. Для начала попробуем осмотреться и, если получится, встать. О произошедшем не думать. Не думать, Ева!
   Протирая слипающиеся ресницы - признак того, что в отключке провела достаточно долго, - привстала на локтях, едва не взвыв от резкой боли в спине, и со сжатыми зубами принялась осматриваться. Это место явно было раньше кабинетом.
   Письменный стол отодвинули к дальней стене, разместив на нем все медицинское оборудование, какое только смогли принести - многих приборов я даже в глаза раньше не видела, не то, что названия вспоминать. Вместо этого, меня разместили на узкой кушетке с широкими ремнями, перетянувшими тело, чтобы во сне я случайно не упала на пол. Прямо перед глазами находился лес, на который я могла любоваться через зеркальную стену, но в данный момент не было никакого желания. Меня интересовало, что произошло накануне вечером - или это было гораздо раньше? - и как отреагировала Кристина. О Владимире и том звере, оказавшемся не простой собакой, а волком, я подумаю немного позже.
   Однако, теперь сомнений в том, что Валентин и его отпрыски - по крайнее мере, жених его дочери, - являлись вампирами, не существовало. У людей не могло быть таких красных глаз, какие линзы ни одевай, да и верхние клыки несколько больше, чем надо. Любимые истории теперь стали гораздо реалистичнее, и теперь они пугали гораздо больше, в отличие от того детского страха, который в данный момент казался попросту глупым. Вампиры, надо же! А я уже готова была поверить в маньячную натуру слишком идеального мужчины!
   Может, не стоило влезать в их семейные тайны?..
   Как бы то ни было, я не собираюсь становиться деликатесом или так называемым крепленым вином для особых случаев. Необходимо увидеть Кристину, убедиться в ее сохранности - и как можно быстрее валить из этого города.
   Вспомнив белоснежные клыки волка и красные глаза Владимира, - такое и в страшном сне не приснится! - я задрожала и, поморщившись от неприятного тянущего чувства на спине, которая была явно в неприглядном виде, принялась непослушными пальцами расстегивать ремни, то и дело оглядываясь на дверь, - каждые несколько секунд казалось, что к кабинету приближается все семейство вампиров, чтобы растерзать меня на лоскутки или упрятать в морозильник. Интересно, что они скажут впечатлительной маме, когда непутевая дочь не вернется домой?
   Едва ступни коснулись прохладного пола, в коридоре - или что там находится за дверью? - раздались неторопливые шаги. Меня охватила паника. В горле застрял тошнотворный комок, - зарождающийся визг едва не вырвался наружу, когда ручка двери медленно провернулась против часовой стрелки. Тихий скрип заставил подскочить обратно, подтянув колени к груди - я только сейчас заметила замотанную лодыжку, - и с ужасом наблюдать, как в проеме двери появляется Валентин собственной персоной. Идеальный, как и прежде.
   - Хорошо, что ты проснулась, - кивнул он. - Мне необходимо поменять повязку.
   Больше не произнеся ни слова, он направился к письменному столу и достал из верхнего ящика аптечку. Затем нацепил на нос неизменные очки и стал приближаться к кушетке. Чем больше сокращалось расстояние, тем дальше я отползала к изголовью, не сводя испуганного взгляда с тонких пальцев, сжимающих белоснежную коробку. Казалось, одно неверное движение - и мое тело никогда не найдут. Если у вампиров действительно отменный слух, то Гамильтон точно услышал учащенное сердцебиение. Куда там! Мне казалось, что этот комок мяса вырвется из груди и с громким шлепком приземлится на пол, побуждая потенциального папочку к действию.
   - Никто не собирается тебя убивать, - с явным раздражением произнес мужчина, останавливаясь в нескольких шагах от моей замершей тушки. - Предупреждая твой следующий вопрос, - да, ты живешь в одном доме с вампирами. А еще тебе повезло натолкнуться на оборотня. И это еще не самая главная проблема, которая должна занимать твою голову. - Он пристроил аптечку на краю кушетки и, сняв очки, потер переносицу. Я с отстраненной жалостью разглядывала глубокую складку меж аккуратных бровей и темные круги под глазами, - не спал долгое время? - Я думаю, нам стоит поговорить об этом в более уютной обстановке. Беседа пройдет в одном из многолюдных кафе, если тебя беспокоит наше происхождение. Хотя, - как уже говорил, - волновать должно нечто иное. Как ты смотришь на то, чтобы я осмотрел твои повреждения, а затем отвел на кухню и накормил приготовленным несколько минут назад завтраком. Прилагаются апельсиновый сок и шоколадное печенье в виде мишек - все, как ты любишь. Согласна?
   Я осторожно кивнула и медленно подвинулась назад. Валентин давно убил бы меня, имея такое желание, и никакая Кристина не смогла бы остановить. Хочется думать, что отказаться от такого его побудил не мой неприглядный вид.
   Несмотря на то, что на мне была надета просторная футболка с эмблемой какой - то команды, - как простыня на вешалке, - дискомфорта не было. Возможно, свою роль в этом сыграло понимание того, что мистер Гамильтон прежде всего является врачом, а уж затем взрослым мужчиной. Знаете, такое понимание, когда на приеме в больнице приходится обнажаться, но ты не испытываешь никакого стеснения, потому что знаешь - ты интересуешь в данный момент, как ходячий кусок мяса (звучит отвратительно, но так и есть) и не более того. Поэтому, когда после осмотра - все - таки вывихнутой - ноги Валентин попросил повернуться спиной и поднять футболку, я не испытывала никаких чувств. По правде сказать, меня больше занимал вопрос, что именно ожидает на этом важном разговоре.
   И кстати. Оборотни?
   - Придется перетерпеть некоторые неудобства, - проговорил мистер Гамильтон, обматывая мою грудь - о Боже, как звучит! - и верхнюю часть спины свежими бинтами. - Повреждения не настолько глубокие, но лучше принять определенные меры и не дожидаться, пока само заживет.
   - Где мы находимся? - спросила охрипшим от долгого молчания голосом, стараясь избавиться от этой гнетущей тишины.
   - Наш загородный дом. Мы часто проводим здесь лето, когда... - Он осекся, поняв, что сболтнул непредназначенное раньше времени.
   - Когда надоедает притворяться людьми?
   - В некотором роде. А еще у Виолетты слабое здоровье, и мы иногда привозим ее сюда, чтобы девочка подышала свежим воздухом.
   - Кристина знает о том, что я здесь?
   - Пришлось ее немного обмануть, - пробормотал Валентин, делая вид, что тщательно укладывает оставшиеся после перевязки бинты в аптечку. Кажется, мысль о том, чтобы обмануть свою возлюбленную, была из разряда отвратительных и постыдных. - Кристина считает, что вы с Алисой провели в этом особняке пижамную вечеринку после ознакомительной экскурсии.
   - Ох! - простонала, хлопая себя по лбу. Больше слезливых историй о трагической любви я ненавидела вот такие сборища. Как - то раз довелось побывать на одном таком. Грязные сплетни, обсуждение парней и предусмотрительно спрятанные от родителей мерзкие коктейли, благодаря которым я встречала рассвет в обнимку с унитазом - это еще не все, что пришлось пережить, и я навсегда зареклась ходить на нечто подобное, чтобы избежать преждевременного нервного расстройства. Мама с пониманием относилась к подобному, и теперь мне захотелось увидеть ее лицо в момент, когда была выдана информация о том, что дочка добровольно согласилась на пижамную вечеринку (гори она огнем!) в компании излишне энергичной Алисы Гамильтон. - И что она сказала?
   - Удивилась, - ответил Валентин, обходя кушетку. - Я бы даже сказал - очень. Ну, так что? - обратился он, вопрошающе приподняв бровь. - Как насчет занимательного завтрака?
   - Занимательного? - неосознанно повторила жест, поправляя слишком длинные рукава футболки.
   - У тебя ведь накопилось очень много вопросов... Думаю, наша беседа выйдет довольно познавательной.
   - И обстоятельной, - кивнула. - Но сначала я хотела спросить... Вы ведь не оставите в покое Кристину, верно?
   - Даже и не думал, - нахмурился Валентин. - И дело не в маленькой тайне, которую, как ты понимаешь, никто посторонний знать не должен. Мне кажется, ты уже достаточно взрослая, чтобы понимать - между двумя людьми противоположного пола могут возникнуть чувства, гораздо сильнее животных инстинктов размножения, - если ты понимаешь, о чем я.
   То же самое он говорил и в день нашей встречи. Тогда я не придала должного значения словам, ограничиваясь лишь убеждениями в том, что Валентин больше остальных - и уж, тем более, больше папашки, - подходит Кристине. Проведя в доме достаточное количество времени, я успела убедиться, что он действительно любит маму, и это не простая жалость к побитой жизнью или нежность к наивному ребенку, которой первые минуты знакомства казалась Кристина. Мне почему - то кажется, что, даже если я уговорю под любыми предлогами уехать обратно, он силой вернет нас в этот городок, и мама не будет против. Возможно, немного попереживает, но, в конечном итоге, выйдет замуж за этого человека, даже будучи посвященной в эту так называемую маленькую тайну. Есть у нее такая черта характера - видеть в человеке только хорошее. Правда, Валентин не совсем человек, но...
   - Мне начинать бояться? - Он что, шутит в такой ситуации?
   - Знаете, я не могу похвастаться нечеловеческой силой. И никаким магическим даром не обладаю. Однако, я буду следить за всем, что так или иначе связано с Кристиной.
   - Понимаю, что ты имеешь в виду.
   - Если я увижу ее расстроенной или в каком другом состоянии, не относящимся к положительному, и в этом будет ваша заслуга, - есть большая вероятность, что вам не поздоровится. Не причиню вреда - так попытаюсь.
   - Я понял, - кивнул мужчина. - И смею заверить, что Кристина в полной безопасности от подобного рода ситуаций. Их попросту не будет, можешь быть уверена.
   - Теперь, когда мы определились с ближайшим будущим... - Я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями. Ох, надеюсь, я правильно поступаю, оказывая некое подобие доверия к вампиру. - Как насчет занимательного завтрака?
  
  
  
   Загородный дом оправдывал свое название. Едва мы вышли из кабинета - который находился на первом этаже, - мгновенно попали в просторный коридор, уставленный растениями. Определенный пунктик семейства, ничего не скажешь.
   По мере того, как мы продвигались вперед, я заметила широкую арку по левую сторону, которая, как оказалось, вела в гостиную - белоснежную и огромную. Интерьер был похож на тот, который я каждый день могла видеть в городском доме. Единственное различие - стеклянная стена с правой стороны от входа, благодаря чему открывался великолепный вид на лес. Покрытые мхом деревья и высокие кроны, едва ли задевающие небо - на такое можно было смотреть часами, ни на минуту не отрываясь.
   Правая арка вела в не менее большую кухню, исполняющую также и функции столовой. Вместо барной стойки посередине стоял круглый стол, вокруг которого теснились аккуратные стульчики, - определенно, здесь может поместиться гораздо больше людей (или вампиров), не только семейство Гамильтонов. Может, они, прикрываясь вечеринками, заманивают сюда людей, а потом...
   - У нас часто бывают гости, - проговорил Валентин, пропуская меня первой. Хорошо, что пол не был выстлан плиткой, - здесь он был деревянным, как и во всем доме, - иначе бы мои оголенные ноги давно стали неким подобием охлажденного мяса. - Тебе не обязательно было так торопиться, - пробормотал вампирский папа, заметив мои кривляния - вывих причинял некоторые неудобства в передвижении. - Я мог принести завтрак в кабинет.
   - Нет, спасибо. Не в обиду будет сказано, но он похож на помещение, в которых проводят операции или что - то вроде того. - Воистину, я исключительная личность. Другие девушки при волнении падают в обморок или грызут ногти, а я начинаю нести маловразумительный бред или хаметь на глазах. - А я ненавижу больницы в любом их проявлении.
   - Такое часто случается, - кивнул Валентин, отодвигая один из стульев и жестом приглашая сесть за стол. Я неуклюже приземлилась и вытянула поврежденную ногу вперед, затылком ощущая внимательный взгляд. Вот сейчас он и вонзит клыки в шею...
   Вместо этого мистер Гамильтон направился к холодильнику, на ходу поправляя очки и что - то бормоча под нос. Кажется, что - то вроде "У нас где- то было...", - и в эту минуту он меньше всего походил на главу вампирского клана - или как у них там называется? - скорее, на мужа, у которого жена укатила по делам или на отдых, оставив неумеху на хозяйство. Такое часто происходило со мной, когда Кристина уезжала к покойной нынче бабушке, которая упорно отказывалась переезжать к нам.
   - Где же этот апельсиновый сок? - Валентин постукивал пальцами по дверце навороченного холодильника, исчезнув в нем едва не по пояс. - Я точно помню, что он был где - то здесь...
   - Ох! - раздался протяжный стон. Я резко обернулась на незнакомый голос, нервно подскакивая на стуле. В голове пронеслось все, что только можно, прежде чем поняла - убивать меня никто не собирается. Более того, вошедший сам был скорее мертв, чем жив.
   Высокий худощавый парень - тем не менее, мышцы все же присутствовали, - брел походкой моряка - от дерева к дереву, как говорят. Доходящие почти до плеч, чуть вьющиеся каштановые волосы скрывали часть лица. Тонкий изгиб губ? Чувственный рот? Как бы не так! - сейчас этот рот больше напоминал оскал или гримассу отчаяния. Я могла увидеть белоснежные зубы - они их краской мажут, что ли? - и маленькие клыки на верхней челюсти. Волосы были распущены, но на затылке болтался маленький хвостик, дергающийся при каждом движении, что до жути смешило и было... милым, что ли. Тонкие пальцы до побелевших костяшек сжимали бутылку с яркой этикеткой, - присмотревшись, я поняла, что это был апельсиновый сок.
   - А вот и он! - озвучил мои мысли Валентин, бесцеремонно отбирая емкость у парня и с грохотом ставя передо мной. Следом раздался еще более громкий, чем раньше, стон, полный такой тоски, что мои проблемы на миг показались незначительными.
   - Сейчас будет завтрак! - папочка словно и не замечал мучений. Он за несколько секунд водрузил на тарелку большую горку гречневой каши из маленькой кастрюльки, стоящей на печке, и с тем же грохотом поставил передо мной. Я только благодарно кивнула, чувствуя, как от голода скручивает живот. Незнакомый парень же, то и дело подтягивая довольно широкие пижамные штаны - с рисунком известного мультяшки на месте заднего кармана, - плюхнулся напротив и устроил голову между скрещенных рук, издавая нечленораздельные звуки.
   - Меньше надо употреблять спиртное, - покачал головой мистер Гамильтон, присаживаясь рядом со мной. - Уже алкоголиком заделался...
   - Я пью, только когда расстроен! - протяжно выдал парень.
   - И что на этот раз? - вздохнул мужчина, положив очки в карман.
   - Даже и не спрашивай!
   - Я так и думал, - вздохнул Валентин. - Итак, Ева, я обещал тебе довольно интересную беседу. Обещания стараюсь сдерживать, по возможности, так что самое время задавать вопросы на интересующие вопросы.
   - Сколько вам лет? - вырвалось прежде, чем успела сообразить. От досады чуть не сжевала вилку. Говорила же, что хамить начинаю!
   - Вампирское бессмертие? - понимающе улыбнулся он, однако, я успела заметить, как на мгновение смущенно потупил взгляд. Что, все так серьезно? - Думаю, нет ничего плохого... Да, так что... Семьдесят.
   Каша пошла не в то горло.
   - Осторожнее! - воскликнул Валентин.
   - Мама знает? - просипела. - Или это очередная задумка?
   - По паспорту мне около сорока, так что можешь не переживать. Семьдесят - по человеческим меркам. По вампирским - около тридцати, так что я почти подросток. - Это он так шутит? Где мои глаза? Кажется, они выкатились из орбит и исчезли где - то под столом... - Видишь ли, мы считаем те года, что идут уже после перерождения.
   - Перерождения?
   - Оно происходит, когда человек балансирует на пороге жизни и смерти. Новой жизни способствует либо кровь вампира, смешанная с твоей, либо изначальная предрасположенность. Перерождение длится около года. Меняется структура организма, которая занимает длительное время, - и, к тому же, нам приходится мириться с временной потерей зрения, потому что модифицируются глаза. Тогда же и получаем базовые навыки владения обновленными слухом и обонянием.
   - А кровь? - не могла оставить без ответа самый главный вопрос. - Вы пьете кровь?
   - Несколько капель, так сказать. Да, она необходима для поддержания жизни, но это не те несколько литров за раз, что показывают по телевизору или расписывают в книгах. Честно признаться, меня раздражают все эти поднадоевшие стереотипы.
   - Ага, - отозвался парень, не поднимая головы. - Один дурак придумал - другие подхватили.
   - Мы отражаемся в зеркалах, - продолжил Валентин, - и не боимся распятий. Почему бы и нет? Если простым смертным, - у которых грехов побольше нашего, между прочим, - позволено касаться святыни, то и нам это не доставит лишних неудобств. Единственное, что беспокоит - аллергия на чеснок, но это происходит так же, как и у людей. В остальном, мы ничем не отличаемся от законопослушных граждан. Кай уже закончил школу и собирается поступать в колледж, Алиса подрабатывает в местном кафе. Ингрид встретила Владимира чуть больше года назад, когда уезжала учиться в другой город. Я же успешно оперирую людей, помогая им в меру своих возможностей. Ничего необычного.
   - А как насчет оборотней? Они тоже не отличаются от людей?
   - Конечно! - опять подал голос парень. - Только способны по желанию трансформироваться в животных, - а не строго в волков. Это тебе не вервольфы из книжек! - тут все серьезно. По нашим лесам бегают не только волки, но и лошади, и собаки. Еще и кот по районам шастает.
   - Кстати, перед тобой один из представителей этого вида, - сказал Валентин, и на этот раз не в то горло пошел кусок хлеба. - Да что же это такое...
   - Ты оборотень? - Глаза, куда вы подевались?
   - А что? - с вызовом ответил парень, поднимая голову. Длинная челка скрывала чуть раскосые золотисто - карие глаза и немного длинныйнос, совершенно не портящий общий вид. Внешность хорошая - с манерами плоховато. - В чем проблема?
   - Ты не похож на волка! Слишком субтильный! Я бы даже сказала, тощий!
   - А? - протянул недоволк, вскакивая из - за стола. Ножки стула с неприятным скрипом проехались по полу, заставив меня поморщиться. - Ты кого тощим назвала? Кто ты такая, вообще? На себя бы посмотрела - страшнее ядерной войны! - Меня окинули полным презрения взглядом. Знаю, мои темные, торчащие во все стороны волосы и голубые глаза - подарок блудного папашки, - никого не приводят в неописуемый восторг, и часто вызывают неприятные ситуации (знаю, немного на смазливого мальчишку смахиваю!), но это не повод, чтобы так разглядывать!
   - Тебе какая разница? - Я тоже вскочила - на ногу. Вышло с некоторой заминкой, но ничего. - Какой смысл называть человеку свое имя, если он не может норально разговаривать? Только ругательства, наверное, и знаешь!..
   - Тише, ребята, - попытался успокоить нас Валентин. У него почти получилось - мы воззрились на него с нескрываемым раздражением. - Ева, вообще - то это...
   - Что? - недовольно пробормотала, подавляя в себе желание воткнуть злосчастную вилку в столешницу, чтобы хоть как - то показать, насколько я зла. Однако, думаю, за порчу имущества Гамильтон меня точно покусает.
   - Это твой вчерашний спаситель.
  
  
  
  Глава 6.
  
  
   - Ась? - Да уж, моему красноречию можно только позавидовать.
   Вчерашний спаситель? Да они даже не похожи! Передо мной стоял бесцеремонный и невоспитанный парень, пусть и симпатичный. Волк же являл собой благородство и мрачную красоту, - к тому же, белоснежную шерсть и желтые глаза никак нельзя приписать этому нахальному индивидууму. Я нахмурилась, с содроганием вспоминая неудачную прогулку и ее совсем не благополучный исход. Мысленно представив стоящего передо мной парня, попыталась совместить его образ с образом своего спасителя. Ничего не получилось. В моей голове были два совершенно разных персонажа, не имеющие ничего общего.
   - Ну - ка, дай сюда руку! - потребовала, подскакивая на здоровой ноге к страдающему похмельем, и бесцеремонно схватила за кисти. Помню, что волк пострадал в драке, - на его передней лапе была рана, - значит, и у этого алкоголика она должна быть. - Ничего не понимаю! - протянула, рассматривая совершенно гладкую кожу, без каких бы то ни было повреждений.
   - Я обработал ранение, - проговорил Валентин, - и врожденная регенерация исправила все за считаные минуты, так что ты ничего не найдешь. Ева, присаживайся, нам необходимо поговорить.
   Я мельком бросила взгляд на замершего парня и наткнулась на иронию в его глазах. И мгновенно отскочила в сторону, - дурочка, пристаю к совершенно незнакомому молодому человеку!
   Ну, почти незнакомому.
   - Это не может быть он, - пробормотала, возвращаясь за стол. - Они не похожи совершенно.
   - Однако, это факт. Зельман способен трансформироваться в белого волка, - кивнул мистер Гамильтон. - А еще он злоупотребляет алкоголем, в следствие чего имеет провалы в памяти. Верно? - обратился он к парню, разглядывающему нас с нескрываемым удивлением.
   - Что значит - провалы в памяти? - поинтересовался он. - Что произошло вчера вечером, Валентин?
   - Присаживайся, - пригласил тот, кивнув на стул. - Это достаточно долгий разговор, - о котором я, кстати, намекал. Вчера вечером, по словам Владимира, на Еву напала группа нетрезвых молодых людей с неблагими намерениями.
   - И как - успешно? - усмехнулся этот Зельман.
   Я попыталась метнуть в него вилку, - плевать, что холодное оружие! - но Валентин вовремя перехватил руку, ощутимо сжав прохладные пальцы. мне стоило больших усилий не высказать в лицо этой сволочи, что он за человек и каким образом ему следует убраться с глаз долой. Не позволяло только воспитание, - какой бы я ни была пацанкой, но Кристина приучила уважительно относиться к старшим и не вести себя, как существо доисторического периода в присутствии взрослых. К тому же, холодный взгляд карих глаз отрезвлял получше ведра холодной воды, - кажется, я даже заметила промелькнувшие красные искорки.
   - Пожалуйста, поспокойнее, - с нажимом попросил мужчина. Нехотя разжала пальцы, и вилка с громким звоном запрыгала по столу. От обиды хотелось заплакать, как маленькой девочке, но останавливало напоминание о возрасте. Все же, мне не пять лет, и рыдать, вытирая сопли - плакать красиво, как в мелодрамах, я никогда не умела, - не есть хорошо.
   - Что ты себе позволяешь, комок шерсти? - прошипела, выдергивая руку из захвата. Будь я ведьмой или кем - либо еще, с необыкновенными способностями, обязательно бы испепелила взглядом этого дурака.
   - Зельман, ты растерзал обидчиков Евы, будучи в нетрезвом виде, - на повышенных тонах проговорил Валентин. Самодовольный придурок приоткрыл рот от удивления, - а затем метнулся к раковине, направо и налево бросаясь нецензурными словами. Я дружила, в основном, с мальчишками из соседнего района, и знала много словечек, которые в приличном обществе озвучивать не следует, но этот волк превзошел мои самые смелые ожидания.
   - Прекрати, здесь же девушка, - поморщился Гамильтон. - Поэтому я просил тебя не злоупотреблять алкоголем, - даже в подавленном состоянии. Нам с Владимиром с трудом удалось вывернуть ситуацию так, чтобы это выглядело нападением бешеного пса. Очень большого.
   - Бешеного пса? - озлобленно выкрикнул парень, шумно полоская горло. - Это я - то бешеный пес?.. Поверить не могу! Допился до того, что всякую гадость в рот таскаю!..
   - Ты считаешь, что по пьяни убить человека - совершенно адекватный поступок? - воскликнула, порываясь снова вскочить, чтобы - на этот раз, уж точно! - довершить начатое. Вампирский папочка похлопал меня по руке, и обида усилилась вдвойне - так всегда делала мама, когда я отказывалась спать без света. Видимо, после всего произошедшего я снова буду включать лампу - кто знает, какие еще зверюшки могут скрываться в темном углу или за дверцами шкафа.
   - Судя по услышанному, они сами напрашивались на смертный приговор. Или ты хотела сначала стать пострадавшей, а потом кричать, что они заслуживают смерти? - едко поинтересовался Зельман, подхватывая с разделочной доски зеленый перец и с хрустом откусывая большую часть. - А я - то думаю, чего у меня с утра во рту привкус, будто там мышь сдохла!.. Необходимо продезинфицировать! - Отправив остатки овоща в рот, он стремительно вышел из кухни, оставив нас в полной тишине.
   - Вы говорили, что меня должна волновать одна проблема, - обратилась к Валентину. Он отстраненно покивал головой и медленно снял очки.
   - Проблема есть, и она достаточно необычная. Дело в том, что я при вчерашнем осмотре заметил на твоей левой ключице маленькую родинку...
   - Погодите! - Знаю, старших перебивать не хорошо, но я не могла спокойно выслушать. И дело не в том, что он, по всей вероятности, видел меня без одежды. - У меня нет на ключице никакой родинки!
   - Ты уверена?
   - На все двести процентов! - Не далее, как позавчера вечером я боролась с Алексом за ванную комнату, успешно выиграв поединок. Сколько себя помню, я никогда не входила в разряд тех девушек, которые часами вертятся перед зеркалом, рассматривая свое тело и отмечая, по моему мнению, незначительные детали, которые, на их взгляд оказывались просто приближающимся Концом света. Однако, я отлично знала, что никаких родинок, кроме нескольких незначительных пятнышек на спине, нет и быть не может. Вот у сбежавшего папашки их было великое множество.
   - Тогда, думаю, тебе будет интересно увидеть это, - проговорил мистер Гамильтон, кончиками пальцев оттягивая ворот футболки.
   Прямо на левой ключице красовалось миниатюрное пятнышко черного цвета. Вполне можно было принять за внезапно появившуюся родинку, если не брать в расчет кривые линии, отходившие от пятна в разные стороны. Своеобразная татуировка напоминала детский рисунок, - так обычно изображают солнышко школьники младших классов или дети дошкольного возраста, но эти каляки были более плавными.
   - Что это? - пробормотала, осторожно касаясь рисунка. На ощупь кожа оставалась гладкой, словно и не было никакой отметины.
   - Я не могу дать точного ответа - необходимо рассмотреть варианты и добиться фактического, - ответил Валентин. - Однако, с уверенностью в пятьдесят - шестьдесят процентов могу сказать, что это является Меткой. В давние времена ими обладали люди, рожденные для борьбы с нежитью. По крайнее мере, так было написано в дневнике, который вел мой отец, - он был так называемым первооткрывателем. Одним из перворожденных. Он писал, что люди с отметинами на теле рождаются в местах большого скопления нежити (глупое слово, придуманное людьми) для поддержания баланса.
   - Звучит неправдоподобно. - Опомнись, Ева! Перед тобой сидит семидесятилетний вампир, которому не дашь больше тридцати, а в соседнем помещении матерится оборотень с тонкой душевной составляющей! - И что теперь? - Кажется, еще немного - и я начну паниковать.
   - Видимо, общество нашего народа так повлияло, - продолжал задумчиво смотреть в даль мистер Гамильтон. - А всплеск негативных эмоций нынешним вечером завершил процесс. Как ты себя чувствуешь? Были какие - нибудь незнакомые или непонятные симптомы до этого времени?
   - Ничего, - покачала головой, продолжая разглядывать эту самую метку. Теперь этот рисунок не казался неказистым, он вызывал злость. С какой стати я должна быть грузиком на больших весах? И что делать с Кристиной, которая может случайно заметить этот рисунок. Ей ведь не обьяснишь, что дурацкая татуировка была сделана не по своей воле. У них здесь своих нет, что ли? Или решили прикарманить для курортного городка все самое лучшее?
   - Ладно, - вздохнул Валентин, потирая переносицу. - Думаю, с этим тоже проблем не будет. Честно говоря, когда я увидел эту родинку, - вокруг которой, кстати, не было таких длинных лучей, - то подумал о более серьезных вещах.
   - Каких?
   - Объяснять, что такое онкологические заболевания, тебе не нужно?
   - Н-нет, спасибо, - сглотнув, протянула я. Действительно, ситуация с балансом добра и зла выглядела радужнее.
   - Ладно, - повторил мужчина, вставая из - за стола. - Мне пора домой, - я сказал Кристине, что выезжаю на внеплановую операцию. Здесь есть все необходимое, так что плотно позавтракай и хорошенько отдохни, договорились?
   - А что вы скажете маме?
   - Придумаю что - нибудь, не переживай, - улыбнулся Валентин. - Мне в последнее время приходится часто играть роль писателя - фантаста, не находишь?
   - Да уж... Подождите! - воскликнула, когда доктор уже приблизился к входной двери - такой же стеклянной, как и большинство стен в этом доме. - Моя одежда... - бросила взгляд на футболку.
   - Ах, да! - вспомнил. - Ингрид привезет все необходимое. Надеюсь, ты не в обиде - ей придется немного похозяйничать в твоем шкафу. Но она уедет по делам, - добавил, заметив, как я мимолетно скривилась при упоминании имени сводной сестры. Она такая неприступная, что мне даже страшно от одного ее присутствия в помещении. - Думаю, вам будет о чем поговорить с Зельманом...
   - Он тоже остается? - Только этого не хватало! Наедине с этим придурковатым волком - вот она, мечта всей моей жизни! Полный сарказм.
   - Немного отдохнет - и отправится домой, - кивнул Валентин. - Смею надеяться, что вы не поубиваете друг друга раньше времени.
   - Постараюсь, - пробормотала.
   - Ну, до встречи. И кстати, Ева... - улыбнулся мужчина, приоткрывая дверь. Легкий ветерок ворвался в помещение, и я невольно вздрогнула, максимально низко оттягивая футболку. Не думала, что в разгар лета здесь окажется так прохладно.
   - Да?
   - Поздравляю тебя.
   А вот это уже интересно.
   - С чем? У меня же день рождения только в сентябре.
   - Импринтинг... - задумчиво пробормотал Валентин, отстраненно разглядывая кадку с неизвестным мне цветком. - Запечатление, подобно тонкой алой нити, соединяющей мизинцы предназначенных людей, навеки связывает двух совершенно разных людей, делая их как никогда ближе...
   - Ничего не понимаю, - пробормотала, для пущей убедительности помотав головой. - Как это связано с поздравлением?
   - Быть нареченной волка - большая ответственность. Два совершенно разных человека должны сосуществовать друг с другом, потому что в разлуке ни один из них не сможет полноценно жить. Любовь иссушает, она медленно убивает, сжигает изнутри, - не каждый храбрец способен справиться с этим чувством.
   Кажется, я начинаю понимать, к чему он ведет...
   - Быть нареченной Зельмана - это дорогого стоит.
   С этими словами Валентин поспешил удалиться, не скрывая лукавой - я бы даже сказала, ехидной, - улыбки. На голову словно вылили ведро холодной воды, а потом тщательно посыпали перьями. Я даже рот не могла закрыть, продолжая рассматривать качающиеся на легком ветру деревья. Было бы здорово прогуляться в одиночестве, наслаждаясь первозданной природой и драгоценной тишиной...
   - Волчара, тебе конец.
  
  
  
  Глава 7.
  
  
  
   Документальные программы никогда не были моим хобби. Честно сказать, я даже не особо любила смотреть телевизор в последнее время, ограничиваясь любимыми фильмами и клипами, транслирующихся по жуть - знает - какому разу. Большую часть свободного от школьных заморочек времени я проводила за книгами, изучая наиболее интересные для меня события истории (больше паранормальные, чем фактические) и классические приключения. Кристину заботило мое отношение (точнее, его попросту не было) к отдыху с подружками и сплетням о мальчиках, но никакие доводы не заставят меня выбраться воскресным утром из постели и отправиться в кинотеатр на очередную низкосортную комедию с туалетным юмором, которые так любят нынешние подростки (говорю как старая бабка, ей богу!).
   Одним весенним утром, несколько лет назад, я натолкнулась на программу о волках. Признаться честно, эти существа всегда мне нравились, да и выпуск оказался интересным, поэтому я устроилась поудобнее на диване и, предвкушая хороший завтрак - мама как раз испекла пирожки с картошкой накануне вечером, - провела около сорока минут, слушая речь диктора о том, какими преданными могут быть волки. В фильме речь шла об импринтинге, то есть запечатлении на наиболее подходящем партнере для продолжения рода. Это событие имело отношение и к человеку, - как оказалось, в определенные периоды жизни мы испытываем яркие эмоции, оставляющие отпечаток и заставляющие испытывать похожие ощущения в идентичных ситуациях.
   А самовлюбленный волк умудрился пройти запечатление под градусом, натворить делов - и успешно забыть об этом!
   Постукивая пальцами по столешнице, я пыталась четко сформулировать свой вопрос к Зельману, но пока выходила только нецензурная брань, сопровождающаяся шипением. Нет, ну как так можно?.. А этот нехороший субъект продолжает переключать каналы, вольготно развалившись на белоснежном диване семейства Гамильтонов. Судя по всему, он здесь частый гость, если с такой непосредственностью блуждает по чужому дому. Никогда не думала, что скажу такое, - но поскорее бы Ингрид привезла мои вещи, потому что долго я с этим алкоголиком в замкнутом пространстве находиться не смогу. В живых останется лишь один.
   - Это просто абсурд, - пробормотала, ковыряясь вилкой в остывшей каше.
   - А? - оторвался от просмотра какого -то малобюджетного боевика парень.
   - Что ты собираешься делать с запечатлением? - повысила голос, чувствуя, как раздражение накатывает волнами. Хотелось нанизать на вилку кусочки чуть пригорелой каши (все же, Валентин особыми кулинарными талантами похвастаться не может) и запульнуть в самоуверенного оборотня, которому, как я успела сообразить, наплевать на все, кроме своего похмелья.
   - Что делать? - пожал плечами Зельман. - Ничего. Не думаю, что импринтинг вообще произошел, потому что я не чувствую ничего, кроме похмелья. Скорее всего, Валентин просто решил немного пошутить. Не стоит относиться к этому так серьезно.
   - Тебя послушать, так можно вообще забыть обо всем, что произошло, и жить дальше, делая вид, словно ничего и не было, - проворчала, пытаясь выдавить кетчуп на кусочек хлеба. - Насколько я поняла из слов мистера Гамильтона, это самое запечатление для оборотней очень важно, так что просто игнорировать его точно не получится. Хорошо, хоть у вас нет привычки клеймить своих избранниц, а не то бы я тебе точно что - нибудь открутила...
   - Да ты и без этого хорошо справилась, - пробормотал парень, касаясь покрасневшей щеки, на которой остался отпечаток моей ладони. Кажется, все же немного перестаралась... Наш утренний разговор плавно перетек в небольшую потасовку, а там сработали мои рефлексы и пережитая истерика. Не то, чтобы дочка Кристины обладала черным поясом или еще каким цветным аксессуаром, но здесь сработал аспект неожиданности.
   - Доброго всем дня! - На пороге появилась раздраженная Ингрид, и, судя по выражению лица, пожелание имело двойной смысл. Я ее понимала - ехать в раскаленном автомобиле из одного конца города в другой, а затем прыгать на высоченных каблуках через весь лес не каждая сможет. И не факт, что после этого останется хорошее настроение. По крайнее мере, желание разобрать весь городок по камешку у меня появилось бы на все сто процентов.
   Бросив мне на колени полупрозрачный пакет, в котором обнаружилась старая футболка с фотографией любимой альтернативной группы и широкие шорты со множеством цепочек/ заклепок, Ингрид прошествовала к зеркалу в коридоре и принялась с тихим фырканьем поправлять и без того идеальную прическу. Казалось, ей наплевать на всех и вся, - однако, я заметила, как девушка бросала еще более раздраженные, чем несколько секунд назад, взгляды, в сторону Зельмана, который, в свою очередь, слишком внимательно смотрел кулинарную передачу. Тишина наступила так внезапно, прерываемая лишь приглушенным голосом певца, рассказывающего о том, как правильно резать морковь, что на мгновение мне показалось: еще немного - и здесь разыграется настоящая драма с кровопролитием и расчлененкой.
   Что - то тут нечисто...
   Сводная сестренка продолжала рассматривать свое отражение, и я, почувствовав неловкость (кажется, мне довелось увидеть документ под грифом 'секретно'), решила вернуться обратно в кабинет - операционную, чтобы привести себя в порядок. Подхватив пакет, выбралась из кухни и ощутила, как в воздухе сгустилось напряжение. Возможно, обладай я суперзрением, увидела бы, как в помещении искрятся снующие из угла в угол молнии. Точно что - то нечисто, бормотала себе под нос, поднимаясь по лестнице и не осмеливаясь обернуться назад. Чувство самосохранения пересиливало любопытство узнать то, что, по - видимому, не предназначено для чужих глаз.
   - Просто мыльная опера, а не курортный городок, - проворчала, пытаясь устроиться поудобнее на кушетке, чтобы без риска для жизни натянуть старые кеды, которые обнаружились под футболкой. - Между этими двоими явно что - то было...
   На первом этаже не раздавалось ни звука все время переодевания, и я подумала, что эти двое, грешным делом, разорвали друг друга на кусочки, оставшись без свидетелей. Оставаться в помещении не имело смысла, - за время перевязки успела изучить его вдоль и поперек, - поэтому приблизилась к двери и, прислушиваясь к звукам внизу, отправилась на самовольную экскурсию, разглядывая диковинные цветы и причудливые картины. Почему все богачи так стремятся украсить свою обитель различной безвкусицей, которую, как однажды сказал один знакомый, 'даже в туалете повесить противно'? Например, вот эта картина, на которой нет ничего, кроме белого фона и нескольких алых клякс. У художника кровь шла из носа? Или клиенту не понравилась траурная рамка, в которую заключен этот 'шедевр'? Может быть, это я ничего не понимаю в искусстве? Провинциальная девочка, которая не отличит один стиль от другого.
   Бросив еще один взгляд на картину и удостоверившись, что у кого точно нет вкуса, так это у художника, побрела дальше, снова и снова удивляясь тому, на какие глупости иногда тратят баснословные суммы. Лучше бы отдали эти деньги на благотворительность, пользы было бы больше.
   В конце коридора, прямо за углом, нарисовалась узкая белая лестница. И очередное окно на всю стену. Интересно, у Гамильтонов фетиш на подобное? Или очередная прихоть выбросить кучу денег, потому что 'это модно'?
   Даже будучи на каблуках, Ингрид подкралась совершенно бесшумно.
   - Если хочешь успеть к обеду, - отрывисто бросила она, - советую поторопиться.
   - Ваша семейка просто не оставляет права выбора, - пробормотала, но поспешила - насколько было возможно, - за девушкой, стремительно сбегающей вниз по лестнице. Кажется, у них точно не все в порядке, - Ингрид выглядела даже злее, чем некоторое время назад, когда я оставила их наедине. Она напоминала натянутую до предела струну, готовую в любой момент лопнуть с тихим треньканьем и обрушить на окружающий мир свои эмоции. Светлая память тому, кто сможет выжить после такого.
   - А как насчет него? - кивнула в сторону Зельмана, продолжающего без движения пялиться в телевизор, - мраморная статуя, не иначе. Я даже не успела с ним попрощаться, как бы смешно это ни звучало.
   - Скоро приедут дружки, и они закатят вечеринку, - выплюнула девушка, распахивая дверь автомобиля с пассажирской стороны. - Литры пива, тонны сушеных кальмаров и тяжелая музыка. Садись давай, - кивнула она. - А потом, когда градус достигнет максимальной отметки, - продолжила Ингрид, садясь за руль и кидая на заднее сиденье мобильный телефон, - начнут сплетничать о том, какие все бабы дуры. В этот момент они ничем не отличаются от предмета разговора, но доказывать бесполезно.
   Я даже не стала спрашивать, с чего сестрица такая разговорчивая. Просто откинулась на спинку и принялась разглядывать проплывающие мимо деревья, попутно раздумывая о том, чтобы серьезно поговорить с Владимиром и волком насчет запечатления. Пусть Зельман не придает этому особенного значения, но я по - прежнему сомневаюсь, что доктор решил немного подшутить над излишне впечатлительной девчушкой. В конце концов, это не та тема, которая должна становиться поводом для шуток. Я ведь помню, что белоснежный волк трогательно (в тот момент так, конечно, не казалось) ограждал меня от того зрелища, что развернулся за спиной. Это не было похоже на причуды пьяного, - но и утверждать, что это однозначно импринтинг волка, тоже не могу. Чем больше об этом думаю, тем сильнее болит голова от роящихся мыслей, нужных и не совсем.
   - Поздравляю, - подала голос Ингрид спустя некоторое время. Я вздрогнула от неожиданности и с удивлением воззрилась на девушку, которая как ни в чем не бывало продолжала вести машину, не поворачивая головы.
   - Ты о чем? - попыталась сыграть наивную дурочку, хотя прекрасно поняла с первого раза.
   - Валентин рассказал о том, что произошло накануне вечером, - негромко проговорила девушка, поглаживая оплетку руля. - И поздравляю тебя не с этим, а с фактом запечатления.
   - Сомневаюсь, что это именно то, что ты подразумеваешь под своими словами, - пробормотала, чувствуя себя неуютно в обществе хладнокровной (относительно) красавицы. Если подумать, за все время проживания в семействе Гамильтонов мы перебросились лишь парой слов, ограничиваясь приветствиями за завтраком и пожеланиями спокойной ночи. То, что Ингрид затронула эту тему, само по себе странно.
   - Знаю, о чем ты сейчас думаешь, - кивнула она. - Подобные разговоры не свойственны той мне, которую ты успела узнать. Однако, есть причина, по которой я сейчас приостанавливаю игру в хладнокровную стерву и начинаю весь этот разговор. Во - первых, это просьба Алисы.
   - Алисы?
   - Совершенно верно. Этот маленький ребенок в теле взрослой девушки очень переживает за тебя. Также, как и младший. Они достаточно прикипели к будущей сестре, чтобы просто покачать головами на сообщение о нападении.
   - Во - вторых?..- Во - вторых, я хочу предупредить, что быть запечатленной волка - достаточно тяжелая задача. Никто не отменял вспышек ярости и ревности, которые нельзя ставить на одну планку с эмоциями среднестатистического парня. Чем сильнее мечта о воспеваемой писателями любви, тем больнее падать с облака на полную боли и страданий землю. Все эти книжки о любви смертной и представителя 'ночного народа' - будь то вампир или оборотень, - не более, чем успешный маркетинговый ход, который приносит большие деньги дядям и тетям. Драконы ведь не отдают принцессу прибежавшему для ее спасения рыцарю, верно? Так и с оборотнями. Кем бы они ни были, - волки, кошки и псы, - считают объект запечатления не более, чем подходящий материал для продолжения рода. Может быть, они приравняют своих избранниц - какая ирония, правда? - к помощницам, которые следуют за своим партнером. Но не более. Редкие оборотни испытывают привязанность, единицы - любовь.
   - Зачем ты все это говоришь? - пробормотала, не представляя, куда деть глаза. - Я не собираюсь становиться какой бы то ни было избранницей. Нет, этого не будет. Совершенно исключено.
   - Не зарекайся, - хмыкнула Ингрид. - Хотя, возможно, ты и права. Той реакции, что ожидает Валентин, между вами с Зельманом никогда не случится. Наш папочка тот еще романтик, так что нет ничего удивительного в том, что он принял эмоциональный всплеск гормонально неустойчивого оборотня за факт импринтинга. Зная волчонка достаточно долго, могу с уверенностью сказать, что таких объектов запечатления будет предостаточно. Так что тебе остается только смириться и немного потерпеть подколки близнецов, пока Зельман не увидит очередную милую девушку. Такое происходит еще со школы, уж поверь мне.
   - Со школы? Значит, вы давно знаете друг друга? - Дурочка Ева, она же сказала об этом несколько секунд назад!
   - С детства, - кивнула девушка, выезжая на асфальтированную дорогу. Я почувствовала легкое облегчение - трястись около получаса на тропинках, по недоразумению названных дорогами, не доставляло никакого удовольствия. У меня даже пятая точка онемела.
   - И все же, я не собираюсь становиться никаким объектом, хотите вы того или нет, - пробормотала несколько молчаливых секунд спустя. - Это просто небольшое недоразумение, так что можете не заморачиваться по этому поводу. Как ты сказала, Зельман найдет себе какую - нибудь милую девушку, гораздо красивее меня, и все забудется за считаные секунды.
   - Посмотрим, - протянула с явным предвкушением сестрица. - А пока Владимир сможет немного подзаработать - близнецы устроили своеобразный тотализатор.
   - А... а... - У меня просто нет слов! За такой короткий отрезок времени я успела запечатлиться с самым настоящим оборотнем, вляпаться в серьезную передрягу и оказаться непонятным существом, которое призвано служить балансом между вампирами и оборотнями. Не удивлюсь, если Кристина окажется дальней родственницей потомственной ведьмы, а сбежавший папашка на деле был никем иным, как упырем обыкновенным. И чего мне не сиделось в нашем городке? Сказала бы, что собираюсь поступать на дополнительные курсы или подала документы на поступление в колледж. Тогда мама просто попросила бы приглядеть за мной соседку, милую женщину средних лет, и со спокойной совестью и не совсем спокойными нервами уехала к будущему мужу.
   От размышлений меня оторвала мелодия мобильного. Если учесть, что свой старенький аппарат я потеряла где - то в том районе, то можно сказать - это телефон Ингрид. И не тот, который покоился на заднем сидении автомобиля, а другой, более навороченный и дорогой, что она мгновение назад достала из бардачка.
   - Да? - отрывисто бросила девушка. Несколько секунд в салоне стояла тишина, - точнее, я могла слышать собеседника, но разобрать из потока слов внятные фразы было нереально. - Где? Хорошо, сейчас буду. Сейчас приеду, я сказала! - рявкнула Ингрид. Нажав на кнопку сброса звонка, девушка бросила телефон назад и вдавила педаль тормоза до упора. Автомобиль тряхануло, и я с огромным трудом избежала сотрясения головы, выставив вперед руки. Ремень безопасности больно вжался в грудь, перекрывая дыхание.
   - Что ты?..
   - Выходи.
   - А?
   - Выходи, сказала! - прошипела вампирка (сейчас она как никогда была похожа на того самого представителя 'ночного народа'), отстегивая мой ремень и распахивая дверцу машины. - Поторапливайся!
   Лучше уж немного потерпеть до ближайшей остановки, чем лишиться головы, подумалось мне, и я с кряхтением вылезла из салона, потирая ладони. Вокруг не было ничего, кроме высоченных деревьев, а на горизонте Тихая Ночь даже и не маячила - ее не было в помине. Может быть, Ингрид решила таким образом избавиться от головной боли семьи? Вполне приличная отговорка для Кристины. Глупенькая девочка решила прогуляться по лесу и потерялась, а здесь водятся кровожадные волки со взрывоопасным характером и синдромом алкоголика.
   - Позвоню Алексу, чтобы забрал тебя, - бросила девушка, захлопывая дверцу и газуя с места. Меня затошнило от запаха жженой резины, - и, ко всему прочему, захотелось в туалет. Наблюдая за тем, как автомобиль скрывается вдали, я костерила себя, на чем свет стоит. Молодец, Ева, не могла посидеть в особняке, предварительно позвонив кому - нибудь из Гамильтонов. На худой конец, могла притвориться ударенной на всю голову и попросить Зельмана довезти до города на спине. А что? Такой транспорт пропадает... Интересно, что такого произошло, раз сестрица в очередной раз показывает взрывоопасную натуру? Очередные слетевшие с катушек хулиганы? Или оборотни в облике кошек нагадили на крыльцо городского особняка?
   Так, Ева, вот о последнем думать никак нельзя. Туалетная тема запрещена законом и карается смертной казнью.
   - Ну, где же Алекс? - простонала через несколько секунд, словно это придаст младшему скорости. Подпрыгивая на месте от нетерпения, оглядывалась по сторонам и вспоминала считалки, которые мы с одноклассниками придумывали во время перемен, - некоторые из них были не совсем цензурного содержания. Зато веселые. Под конец, когда стало уже невмоготу, наплевала на все законы по защите природы и гнев всевозможных 'зеленых' организаций и направилась вглубь леса, безжалостно отправляя к праотцам растения, попадающиеся на пути. О том, что здесь могут водиться зверюшки поопаснее тех раздражающих птичек с абсолютным отсутствием таланта, я в тот момент не думала. В голове билась мысль, которая требовала немедленной реализации, и отказать было бы просто кощунственно.
   Как уже было оговорено ранее, Ева Кристофер не может ни дня без того, чтобы не вляпаться в очередную историю. И дело не в испачканной обуви. Оказалось, в этом мирном, на первый взгляд, лесу, водятся не только птички, не знающие ни одной ноты, и даже не выдыхающие похмельные пары волки.
   Выбираясь из кустов, я почувствовала внимательный взгляд, который буквально прожигал спину. Вывернув руку и почесав между лопатками, хмуро огляделась по сторонам, а затем продолжила путь. Мало ли, вдруг оборотни выбежали на прогулку. Остается только надеяться, что они не обладают рентгеновским зрением.
   Наплевав на испачканные в траве шорты, уселась на обочине дороги и обняла колени руками, разглядывая чистое, без единого облачка, небо. До обеда оставалось еще достаточно времени, но желудок предательски заворочался и принялся издавать недвусмысленные звуки. Видимо, тарелка каши вприкуску с булочками и апельсиновым соком показались ему маленьким десертом. Так, подразнить немного. Что странно, учитывая мой аппетит, - а точнее, его полное отсутствие в редкие моменты.
   Спина снова зачесалась, и это был не просто взгляд непонятного существа. Я даже не могла толком объяснить - просто знала, что там, среди покрытых мхом деревьев и буйнорастущих кустов, находится некто, связанный с тайной, о которой я недавно узнала. Хороший или плохой - неясно, но явно не обычный лесник, решивший подышать свежим воздухом или сходить по грибы.
   Что же за напасть такая? Только оправилась после вечернего происшествия - и вот тебе, получи в подарок подозрительную личность! Где же те самые молодожены и парочки, решившие отдохнуть в курортном городке, когда они так нужны? Или что, сезон уже закончился? Денег нет? Так я ради такого копилку разобью, - только выберите эту дорогу и довезите до города, пока из меня не сделали отбивную к выходному шашлыку.
   - Алекс, Алекс, Алекс, - пробормотала, нервно постукивая пальцами по коленям. Еще никогда в жизни я не ждала парня с таким энтузиазмом. Сколько еще времени ему потребуется? Может, стоит отправиться пешком, пока не поздно? Пока еще есть, кому шевелиться.
   Рядом затормозил ярко - желтый мотоцикл с нарисованными языками пламени. Подняв голову, увидела растерянное лицо Алекса, восседающего без какой бы то ни было защиты. Страшно представить, с какой скоростью он гнал, и что могло случиться... Бр - р...
   - Ты чего тут сидишь? - спросил сводный братец, поправляя взъерошенные волосы. - Давай, залезай быстрее.
   Мне два раза повторять не надо было. Отряхнув шорты, взобралась на мотоцикл и обхватила Алекса за пояс покрепче, чтобы не слететь в самый неожиданный момент. С него станется не заметить этого.
   - Ты так быстро, - пробормотала, накручивая на пальцы края голубой футболки, чтобы уж наверняка не проигнорировал. Если падать, так вместе с кусками одежды. - Не обязательно было так торопиться. - А мысленно танцевала и вопила футбольные кричалки, что мне не довелось встретиться с нежданным гостем. - Почему шлем не надел?
   - Забыл совсем, - отмахнулся парень. Так я и поверила. Наверняка, часто выезжает сюда, чтобы погонять, и ограничивается одними перчатками, покрывающими кисть только по первые фаланги пальцев. Знал бы Валентин, чем занимается его сынок... Хотя, возможно, он в курсе, но не может повлиять на взбалмошного ребенка, - выпускником с полученным аттестатом Алекса не назовешь, это уж точно. - Держишься? Отлично! Поехали...
   Может быть, это была игра воображения. Или же последствия всего, что довелось узнать...
   ...Среди деревьев мелькнула тонкая фигура, и на мгновение показалось, что над кронами разнесся звонкий смех, напоминающий перезвон колокольчиков...
  
  
  
   - Господи, Ева, что с тобой случилось? - воскликнула мама, едва я появилась на пороге дома Гамильтонов. Пришлось спешно вспоминать все, о чем говорил Валентин, чтобы избежать лишних расспросов.
   - Пижамная вечеринка прошла успешно, - поспешил на выручку Алекс, приобнимая меня за плечи. - Девочки выпили немного шампанского - знаете, Кристина, у папы просто замечательная коллекция! - и решили прогуляться по лесу. Ева споткнулась и вывихнула лодыжку, - вы ведь понимаете, никто от травм не застрахован, а от глупости тем более...
   - Вечно попадаешь в неприятности, - покачала головой мама, рассматривая мои ладони. Кажется, ее волновал не тот факт, что несовершеннолетняя дочь пьет шампанское, а бродит по лесу и спотыкается на каждом ходу. Знать бы еще, когда они успели спеться? От глупости... Тоже мне, умник нашелся. Сам - то на вечеринке проспорил несколько кругов по улице голышом, - Алиса рассказывала. Благо, что никто из соседей не увидел, иначе инфаркт был бы обеспечен.
   - Ладно, тусовщица, - вздохнула Кристина, поправляя мои взъерошенные волосы. - Мне нужно в магазин за продуктами...
   - А никто другой не может сходить? - покосилась на покрасневшего парня.
   - Они дальше магазинчика с автозапчастями пройти не могут, - улыбнулась она, открывая двери. - Алекс, присмотри за ней, хорошо?
   - Без проблем! - отозвался сводный братец, и Кристина помахала рукой на прощание. - Ну, сестренка?.. - повернулся ко мне со зловещей улыбкой. - Ты заставила своего братика поволноваться, так что должна понести наказание.
   - Боюсь даже спрашивать, что ты задумал, - пробормотала, расшнуровывая кеды.
   - Будешь смотреть со мной боевик! Недавно вышел, Владимир нашел полностью дублированную версию, так что...
   - Пожалуйста, пристрелите меня! - простонала, когда Алекс взвалил меня на плечо и потащил в сторону гостиной, описывая все сюжетные моменты этого фильма, вплоть до того, что главный герой съел на завтрак в одной из первых сцен. Судя по описанию, нашумевший блокбастер окажется не более, чем хорошо разрекламированным крупнобюджетным боевиком, в котором очередной брутальный парень с полным отсутствием мозгов и логики будет бегать за очередным супер - пупер - мега - злодеем, чтобы обезвредить его без последствий или же при этом разрушив половину города и снести все, что не успели восстановить после приключения другого такого 'спасителя'.
   - Тебе понравится, - продолжал разлагольствовать Алекс, перебирая диски с фильмами, пока я пыталась устроиться на диване так, чтобы не испачкать обивку и заснуть как можно быстрее. - Здесь шикарные спецэффекты, а еще...
   Парень замолк. Я приоткрыла один глаз и увидела, что братец слишком пристально смотрит программу теленовостей, которую не успел переключить. На экране мелькали кадры окровавленных рук и ног, сменяясь фотографиями молодых девушек и видеосъемками с места трагедии.
   -...Однако, можно с уверенностью сказать, что это дело человеческих рук, - вернее, зубов, - а не нападение стаи бродячих собак, как пытаются утверждать правоохранительные органы...
   - Вот почему Ингрид так быстро уехала? - прошептала я, не в силах оторвать взгляда от трансляции с места происшествия. Небольшой район, так похожий на тот, в котором недавно побывала я, был переполнен зеваками и тонул во вспышках фотокамер прибывших на место происшествия журналистов местной газеты. - Алекс, кто это сделал? Вампиры? Оборотни?
   - Не думаю, - пробормотал он. - Наши бы никогда так не поступили. Это, скорее всего, неуравновешенный вампир. Такие живут достаточно долго, чтобы лишиться разума. Видимо, он - или она, - забрел в наш городок и решил немного поиграть.
   - Поиграть? Что значит 'поиграть'?
   - Позвоню Ингрид с Владом, - оставил мой вопрос без ответа Алекс, спешно удаляясь на кухню и оставляя меня наедине с ужасной мыслью, набатом бившей в голове. Я точно видела в лесу фигуру! И она смеялась, - это был определенно женский голос, - когда я бросила взгляд на то место, где мелькнул силуэт.
   Получается, теперь я стала нежелательным свидетелем?
  
  
  
  
  
  Глава 8.
  
  
   Владимир снова и снова пересматривал повторные выпуски теленовостей, - снова и снова переключал канал с программы о чрезвычайных происшествиях в ближайших городах на выпуск, в котором говорилось о пропаже нескольких туристов, заблудившихся в лесу. От обилия мерзких кадров безвольных тел, прикрытых окровавленными простынями, и голоса диктора без каких - либо эмоций мне стало нехорошо.
   - Ты не мог бы переключить на другой канал? - попросила, откладывая в сторону найденный журнал. Статьи о модной в этом сезоне одежде и очередном замужестве безголосой певички интересовали меньше всего, а концерт попсового мальчика просто плавил мозг, - но я не настолько закостенела, чтобы с любопытством смотреть на истерзанные тела и судебное заседание, на котором рассматривалось убийство собственной жены идеальным, с точки зрения окружающих, мужем и отцом.
   Влад же после моих слов только тяжело вздохнул и, выключив телевизор, откинул голову на спинку дивана. Честно говоря, мне на миг показалось, что он разозлится или - вполне возможно, - закричит на меня. Слишком напряженными выглядели представители семейства Гамильтон последние несколько дней, непроизвольно утягивая меня в зыбкую массу пугливого ожидания. Мелькнувший среди деревьев силуэт отчетливо запечатлелся в памяти и не давал покоя ни днем, ни ночью. Кристина стала замечать молчаливость своей дочурки и шумного семейства, - прекратились даже глупые ссоры за ванную комнату по утрам, - и часто задавала вопросы, на что Валентин придумал очередное оправдание. Кажется, он сказал, что у старших проблемы на работе, а младшие никак не могут собрать необходимые документы на поступление в колледж/ университет/ институт. Мама, как мне показалось, не совсем поверила, но переспрашивать день ото дня, что произошло, тоже перестала, и у семейства появилась возможность выкарабкаться из этой ситуации как можно менее безболезненно.
   Тем же временем, Алиса с завидным упорством пыталась добиться от меня подробностей касательно нашего с Зельманом запечатления, что начинало раздражать все больше и больше. Видимо, она установила для себя цель - свести вместе две заблудшие души, как выразился Алекс, - и использовала все доступные для этого средства. Ближе к концу недели я напрочь отказывалась выходить из комнаты, пока не закончится этот цирк. Не знаю уж, что там сказал деткам Валентин, но посягательства на мое тщедушное тельце временно прекратились. Надолго ли?..
   - Самому не нравится подобное зрелище, - пробормотал Владимир, подхватывая с журнального столика кружку остывшего кофе, - но это необходимость, так что ничего не поделаешь. Валентин попросил просмотреть, чтобы выявить какую - нибудь логику у этого вампира - или вампирки. А по мне, так искать иголку в стоге сена проще, чем обнаружить логику у свихнувшегося долгожителя...
   - Почему это?
   - Потому что сено можно сжечь, а иголку найти при помощи магнита. С вампиром подобное не прокатит. За много лет можно научиться мастерски заметать следы.
   - Аа - а, - протянула, не найдя подходящего ответа. Просидев несколько минут в задумчивом молчании, мы синхронно вздрогнули, когда за спиной раздался звонок. Следом послышался громкий стук в дверь - кому - то явно не терпелось попасть внутрь, - и Влад с выражением мне - все - это - надоело отправился открывать дверь неизвестному гостю. Я же побрела на кухню, мысленно подсчитывая, сколько шоколада осталось после набега на холодильник сладкоежки - Алекса.
   А еще мне не давал покоя тот смех, раздавшийся в лесу. Насчет силуэта не было уверенности, но на слух я никогда не жаловалась, поэтому звонкий голос часто появлялся в ночных кошмарах, перерастая в звон будильника, трещащего на тумбочке Владимира, чья комната находилась рядом. В лесах близ Тихой Ночи явно бродит некто опасный.
   - Я точно что - то видела, - пробормотала, доставая из холодильника бутылку минеральной воды, - пить хотелось непередаваемо, и температура за окном усиливала это неприятное чувство сухости на губах. В последнее время приходилось набирать двухлитровую бутылку, чтобы не спускаться на первый этаж по несколько раз за ночь, скрипя лестницей. Раньше подобной потребности не наблюдалось.
   Осторожно переливая воду в стакан, прислушалась к разговору в гостиной. У нас в гостях явно мужчина - голос чересчур низкий для девушки. Может, Алекс вернулся после внеклассного собрания? Или Валентин заехал за своим чудо - чемоданчиком, который был и аптечкой, и портфелем для документов одновременно.
   Неприятный запах железа заставил поморщиться и, прикрыв нос ладонью, вылить остатки воды в раковину. Наблюдая за тем, как капли медленно стекаются к середине, сжала стакан в руках и с громким стуком поставила прибор на барную стойку. К горлу подступил тошнотворный комок, и в голове возникла мысль - минеральная вода чересчур напоминает кровь. Может быть, это покажется маразмом, образовавшимся на фоне произошедших событий, но мерзкий привкус буквально выжигал язык. Вполне естественно, что в минералке плавают подобные вещества, - где их в наше время нет? - но сейчас они оказались слишком выраженными. На мгновение показалось, что действительно пью кровь. Если учесть, кто обитает в этом доме, можно наткнуться на все, что угодно.
   Чтобы перебить аромат, пришлось промывать рот. Перед глазами мелькали картинки появления белоснежного волка и криков боли, заставляя дрожать от накатываемой тошноты. Все происходило настолько быстро, что мысли не успевали за движениями тела. Только думала о том, что стоит держать себя в руках - а в следующую секунду склонилась над раковиной, прощаясь с остатками завтрака. По позвоночнику пробежались мурашки.
   - Ева, что случилось? - Дрожащие пальцы перекрыли воду и схватились за край полотенца. Не хотелось, чтобы Влад застал меня в таком виде, но ничего не поделаешь. - Что случилось? - повторил он, осторожно положив теплую ладонь на плечо.
   - Видимо, отравление, - пробормотала, прикрывая нижнюю часть лица полотенцем. - Ничего существенного.
   - Ага, как же! - нахмурился Владимир. - Бледная, как поганка!
   - Благодарю за комплимент, - попыталась съязвить, но очередная волна тошноты свела все на нет, заставив нависнуть над раковиной. - Господи... - Желудок словно в узел скрутили, и я схватилась за живот, растерявшись окончательно. Владимир зацокал языком и принялся шарить по шкафчикам, бормоча что - то непонятное под нос. Кажется, это были названия лекарств.
   - Что у вас тут происходит? - раздался знакомый голос. Как же раньше не догадалась!
   - Ева отравилась, - ответил Влад, досадливо почесав затылок. - А у нас, как назло, нет нужных таблеток. Только от запора...
   Представив, что будет, если этому нехорошему человеку (или вампиру? Как мне их теперь всех называть?) придет в голову лечить меня при помощи подручных средств, я едва не отправилась в мир иной без посторонней помощи.
   - Лучше пойду, полежу немного, - промямлила, неуклюже вешая на крючок полотенце, которое тут же спланировало в раковину. - Ой... - Чувствуя, как краснею - непонятно, правда, почему, - под внимательными взглядами, двинулась в сторону выхода, пытаясь делать вид, что все в порядке. И совсем не кружится голова, честно.
   - Ага, пойди, полежи, - кивнул Владимир, всем своим видом показывая, что применит все инструменты средневековой инквизиции, если понадобится, или - еще страшнее, - поставит клизму, чтобы удостовериться в моем выздоровлении. - Я быстренько сгоняю в аптеку и привезу лекарства. Присмотришь за ней? - обратился он к гостю. Утвердительный ответ едва снова не отправил на небеса. Да что за невезение такое? Почему из всех людей - и нелюдей, - которым в голову пришло прогуляться в жару до Гамильтонов, оказался этот... Даже слов не найти, как я растеряна и раздражена одновременно. Мы ведь не разговаривали о предмете сплетен всех родственников и их ближайших знакомых уже несколько дней, и я бы с радостью не слышала об этой теме еще больше, - и теперь, когда появилась возможность поговорить напрямую, я чувствую себя хуже, чем на итоговом экзамене в школе.
   - Ну, значит, решили! - подвел итог родственник. Прозвучало, как приговор. Я не успела и слова сказать, как он запихнул в задний карман джинсов бумажник и бросился прочь из кухни, словно преследуемый стаей блондинок.
   Выглядит неповоротливым, а в аптеку бросился, как трепетная лань.
   Наступившая спустя несколько секунд тишина была не просто неловкой - ее, наверно, можно было резать ножом, такая густая оказалась. Я мысленно прокручивала в голове все возможные темы для разговоров, чтобы наладить контакт, и параллельно следила за гостем, который так же переминался с ноги на ногу.
   - Чего надулась, как мышь на крупу? - пробормотал он. Приблизившись на несколько шагов, - все равно близко оказалось! - внимательно заглянул в лицо, словно стремился найти там ответы на вопросы. Нет, это не я убила какого - там - по - счету - президента. И пирамиды тоже не моих рук дело.
   - Температуры нет? - бросил Зельман.
   И прикоснулся сухими губами ко лбу.
   Нет, конечно, я не настолько консервативна, чтобы орать направо и налево, что он украл мой первый поцелуй - можно ли считать поцелуй в лоб посягательством? - и падать в обморок. Тем более, что биться головой о барную стойку как - то не хочется. И все же!.. Со стороны это походило на поцелуй (да - да!), а целоваться с едва знакомым парнем - плевать, что, по идее, мы запечатлены! - собственное мировоззрение не позволяет. Насмотрелась на одноклассниц, которым никакие нормы морали не мешают встречаться с одним, симпатизировать другому и спать - именно спать, любовью там и не пахнет, - с третьим. Лучше подожду того, кому будет интересен мой внутренний мир, а не внешность или так называемая таинственность, которой так стремятся достичь девушки., - не хочу быть подобием навороченного гаджета, который можно демонстрировать своим друзьям. Судя по словам Ингрид, Зельман тот еще ценитель прекрасного.
   - Смерти ищешь? - выкрикнула, отталкивая как можно дальше, пока этому волку еще чего в голову не взбрело. Только сейчас пришло в разгоряченную голову, что нахожусь наедине со взрослым (кстати, сколько ему лет?) парнем, у которого явно силенок побольше будет. Мало ли, что придет в голову. Даже несмотря на те заверения, что я страшнее ядерной войны (запомнила!).
   - Чего? - возмутился. - Просто проверил температуру! Что тут такого?
   Может быть, для тебя это незначительно, но мне не нравится, когда нарушают личное пространство. Тем более, таким способом.
   - Больше так не делай, - бросила, стремительно направляясь в гостиную. Видимо, температура действительно поднялась, потому что меня начало знобить и потряхивать. Или же это был затаенный страх перед неизвестным, по сути, парнем, маячившим за спиной. Выпуск новостей давно закончился, и теперь по телевизору транслировали очередной многосерийный (можно сказать, бесконечный) сериал о тяжелой судьбе многодетной семьи. Я почувствовала прилив тошноты, - на этот раз причина была в мелькающих кадрах. Сколько можно снимать одно и то же? Единственное отличие - разные актеры. Кристина часто смотрит подобное и пытается заманить меня в эту секту розовых соплей, но пока все напрасно - доченька продолжает смотреть ужастики и мирно жевать бутерброды на особо кровавых сценах.
   Разместившись поудобнее на диване, прижала колени к животу, чувствуя, как желудок выплясывает самбу/ румбу/ прочее. Тошнота прошла довольно быстро, но неприятный осадок остался, и легкое головокружение приносило неудобства. Где могла так отравиться?..
   Зельман, очевидно, решил приготовить себе что - нибудь перекусить, потому что из кухни донесся грохот, сопровождаемый нецензурной бранью, - и почему все мужчины такие несдержанные? Я честно попыталась не обращать внимания ближайшие несколько минут, пока не почуяла запах горелого. Феминисткой никогда не была, поэтому считала, что и мужчины способны хорошо готовить, но, видимо, последние слова не относятся к Зельману, который, судя по всему, решил если не спалить семейное гнездышко Гамильтонов, то попортить кухню вознамерился наверняка. Надеюсь, к тому времени, как Владимир вернется из аптеки... Надеюсь, что ему вообще будет, куда возвращаться.
   Переждав несколько секунд и не получив никакого результата, поплелась на кухню, прикрывая рот ладонью, чтобы снова не оказаться у раковины. Где носит этого вампирюгу? Если небольшой книжный магазинчик находится в центре города, то аптеку они поставили у кромки леса, по всей видимости. Я быстрее, как говорится, ласты склею.
   - Ты решил прикрыть мою мучительную смерть несчастным случаем? - спросила, пытаясь справиться с тошнотой и паникой одновременно: Зельман не придумал ничего лучше, как засунуть в микроволновую печь банку тушенки, и теперь непонимающе смотрел, как агрегат с громким треском пытается расплавить железку. Под потолком витал едва заметный сизый дымок, навевающий нехорошие мысли о том, что этот горе - кулинар решил предварительно меня отравить. Куда уж больше...
   - Мда, шеф - повара из тебя не выйдет, - протянула, выключая печь и доставая банку с помощью нескольких полотенец. Кристина явно расстроится - она также, как и я, еще не до конца привыкла к тому положению вещей, когда можно почти не беспокоиться о деньгах. Мы всегда аккуратно относились к технике, потому что понимали - купить новую возможность появится далеко не скоро, если появится вообще. - Что мы скажем Валентину? - Не думаю, что он поставит нерадивых кулинаров в угол или заставит писать строчки. Скорее всего, просто покачает головой и в излюбленной манере поправит очки на переносице. Однако, мне будет неловко. Насчет Зельмана не уверена.
   Выбросив испорченную банку - пригорелый паштет вонял просто неописуемо, - я достала новую и вытряхнула содержимое на тарелку, - готовить не умею, но подогреть еду пока в состоянии. Микроволновку трогать не стала - мало ли, вдруг она взорвется, - поэтому предложила проголодавшемуся волку блюдо почти собственного приготовления - вчерашние макароны.
   - Вы похожи на семейную пару, - хмыкнул Владимир, появляясь на пороге кухни подобно привидению. От неожиданности я едва не уронила кастрюльку с макаронами, которую собиралась поставить на кухонную тумбу. Было бы очень весело получить к вывихнутой ноге и поцарапанной спине еще и ожог в придачу! Хвала всему, Зельман успел подхватить меня под локти и, обернув вокруг посудины полотенце, поставил кастрюлю на место, - а затем принялся внимательно осматривать мои ладони, не обращая внимания на тихие смешки Влада и мои покрасневшие щеки - на этот раз явно не от температуры.
   - Осторожнее, - пробормотал парень, проведя пальцем по почти зажившей царапине, оставшейся с памятного вечера. Я покраснела еще больше, - чувствуя, как кровь приливает к голове, побоялась за сохранение своего сознания. Зельман словно и не замечал этого. Или же не имел желания.
   - Прекрати, - прошептала, вырывая руки. В карих глазах, подернутых странной поволокой, промелькнуло удивление, а затем парень встряхнул головой - действительно, волк, - и поспешно отстранился. Выглядел он так, словно секунду назад получил тяжелым предметом по затылку.
   - Твои таблетки. - Владимир сделал вид, что ничего не произошло, и положил передо мной маленькую коробочку с нечитаемым названием. - Будешь пить одну вместо еды.
   - Мне теперь еще и голодать? - возмутилась, доставая одну пластинку. Маленькие желтоватые кругляши не вызывали должного доверия, и я понадеялась на то, что отброшу ласты без длительных мучений, потому что тянуть в рот всякую гадость непонятного происхождения мама не разрешает.
   - Что еще? - вздохнул родственник, заметив мой подозрительный взгляд.
   - Это точно поможет?
   - Да, пей давай!
   Таблетка оказалась чересчур горькой, и мне с трудом удалось подавить спазмы, вновь нависнув над раковиной. Желудок скрутило в узел, хотя, казалось бы, уже некуда. Почему у Валентина так много работы? Он бы точно сообразил, что происходит.
   - Тебе плохо? - бросились ко мне оба парня. Честно говоря, такое внимание довольно приятно, но не в подобной ситуации.
   - Все хорошо, - через силу улыбнулась. - Пойду, немного полежу. Может быть, удастся заснуть.
   - Да - да, - кивнул Владимир. - Отдохни немного, поспи, а я приготовлю что - нибудь легкое. Потом Кристина что - нибудь сообразит.
   Надеюсь, к тому времени, как она вернется из поездки по магазинам с настойчивой Алисой, мое здоровье улучшится, потому что нервировать маму очень не хотелось.
   Прижимая ладони к ноющему животу, направилась в свою комнату, морщась при каждом движении. Казалось, с каждой минутой боль только усиливалась, и тошнота, вопреки словам Владимира, не проходила, хотя таблетка должна была уже подействовать. Может быть, она оказалась бракованной? Или очередным витамином, которыми заменяют лекарства, - о таком много рассказывали по телевизору. Во всяком случае, никакого результата - все только ухудшилось. Самое смешное было в том, что я всегда строила из себя жертву кровопролитной войны, когда натыкалась на предмет мебели многострадальным мизинцем, и всегда молчала, когда чувствовала себя намного хуже. В первом случае мне хотелось простой материнской ласки, во втором же было сильно желание оставить Кристину в неведении, чтобы лишний раз не волновать.
   Задернутые шторы держали комнату в полумраке и прохладе, и я почувствовала себя немного лучше, завернувшись в тонкую простынь, чтобы не замерзнуть окончательно - по телу пробегал озноб. Едва различимый шорох проезжающих мимо автомобилей был своеобразным фоновым шумом, навевающим дрему, но я не могла заснуть, борясь с то и дело подступающей тошнотой и неестественной слабостью. В довершение всего, татуировка на ключице, про которую я умудрилась благополучно забыть в связи с событиями, принялась странно покалывать и зудеть. Хотелось вонзить ногти в кожу и разодрать ее, чтобы избавиться от этого неприятного чувства.
   Сколько точно прошло времени, я не знала, но приглушенные голоса в коридоре - это, кажется, были близняшки, - оповестили о том, что наступило время семейного ужина, и скоро придется отбиваться от излишне эмоциональных родственничков. Может, стоит опять прогуляться на ночь глядя, чтобы избежать ненужных расспросов и тошнотворных причитаний?
   - Ева? - Дверь приоткрылась с тихим скрипом, и на пороге замаячила долговязая фигура младшего братца - близнеца. Выглядел Алекс обеспокоенным, так что я растянула губы в приветливой улыбке, чтобы не пугать его еще больше. - Как ты себя чувствуешь?
   - Все хорошо. Правда, - добавила, заметив недоверчивый взгляд. - Просто отравление.
   Алекс только сочувствующе покачал головой и осторожно присел на край кровати.
   - А я принес тебе шоколадку, - пробормотал он, запуская пальцы в нагрудный карман очередной яркой футболки и доставая маленькую плитку, завернутую в фольгу. - В школе угостили, но я не очень люблю сладкое.
   - Отдал бы Алисе, - проговорила, принимая подарок, - слабая тошнота продолжала изводить, но и отказать не могла. В конце концов, не каждый день тебе оказывают знаки внимания, полные искренности, а не притворной любезности, которой я пресытилась, находясь в окружении лицемерных одноклассников.
   - Она скоро в двери не пролезет, - проворчал парень. - Может, тебе принести чего - нибудь? - спохватился он.
   - Нет, спасибо, - покачала головой. На несколько минут наступила тишина, которую нарушало лишь мое тяжелое дыхание. Очередная ситуация, когда ничего не приходит в голову для поддержания разговора. - Мм - м... Мне необходимо поговорить с Валентином...
   - Относительно татуировки?
   Я вздрогнула и непроизвольно прижала ладонь к футболке в том месте, где находился рисунок.
   - Кристина ничего не знает, - понимающе проговорил Алекс. - Валентин надеется, что Метка окажется не более, чем результатом большого сосредоточения негативной энергии. Не думаю, что ты хочешь стать смотрительницей...
   - Кем?
   - Это сложно объяснить, - пробормотал парень. - Представь себе стандартный многоэтажный дом, в котором много квартир идентичной планировки. Однако, в каждой из них живут не вполне обычные люди. Вернее, люди не в полном понимании этого слова... Ты являешься смотрительницей этого дома. Обязанности управляющего, думаю, перечислять не следует?
   - То есть, носители Метки следят за порядком на определенной территории?
   - Ага, - кивнул родственник. - В пределах города. Ты являешься смотрительницей Тихой Ночи, как предполагает Валентин, - татуировка появилась именно здесь, несмотря на то, что это было заложено еще при рождении. И произошедшее не имеет значения. Теперь ты должна поддерживать порядок...
   - Вы издеваетесь надо мной?! - У меня перехватило дыхание услышанного. Сколько еще информации мне предстоит собирать по крупицам, чтобы получить цельную картину происходящего? Сначала вампиры, потом оборотни, - а теперь еще и непонятная Метка, у которой появилось предназначение. Интересно знать, что теперь делать со всем этим? Я точно сойду с ума, рано или поздно.
   - Можно поподробнее? - шумно втянув ртом воздух, попросила. Недомогание отошло на второй план. Как о нем можно думать, когда тебе мимоходом вываливают информацию, не подлежащую обработке? - Что это за смотрительница такая? И что мне делать с этой Меткой? И как можно избавиться от ненужных обязанностей?
   - Не все сразу, - поморщился от большого количества вопросов Алекс. - Валентин поднял записи своего отца и выяснил, что смотрители прикреплены к определенному городу. Они рождаются с некими возможностями, - какими, мы пока не можем сказать, - и в течение определенного времени формируются, как обычные люди. Так называемое второе рождение нельзя определить по календарю или запланировать заранее - оно происходит, когда индивид готов к этому. И происходит именно в том, месте, к которому прикреплен новоявленный смотритель. Почему и как это происходит, мы не знаем, но Валентин намерен устранить эту оплошность. Ясно одно - тебе, как смотрительнице этого города, необходимо принять участие в поимке того сумасшедшего, что убивает направо и налево.
   - Я не могу, - замотала головой, чувствуя, как подступает страх. О чем он говорит? - Я не обязана этого делать!
   - Это заложено в твоей природе. - Алекс подсел поближе, не сводя с меня внимательного взгляда, и поднял руку. Желание отскочить в сторону побороть удалось с трудом, и я не сводила глаз с тонких пальцев, приближающихся ко лбу. От напряжения на висках выступили капли пота. Парень осторожно и едва ощутимо прикоснулся указательным пальцем к середине лба и повторил: - Это заложено в твоей природе. После появления Метки ты автоматически перешла в другой статус, - он более высокий, чем у обычного человека, но и намного выше оборотня или вампира. Ты будешь слышать зов окружающего мира так же, как слышим его мы, и с этим уже не поспоришь. Как только окончательно сформируется твоя новая сущность, желание быть участником действа, о котором не ведают простые смертные и знают редкие посвященные, станет непреодолимым, и не останется ничего другого, кроме как подчиниться...
   Я слушала монолог, произнесенный проникновенным голосом, и не могла двинуться с места, продолжая сидеть на кровати, подобно вытянутой струне или загипнотизированной. На второй план отошло даже то самое правило нарушения личного пространства, когда срабатывали рефлексы, - я вникала в слова Алекса и прислушивалась, пытаясь распознать этот самый зов. Однако, не слышала ничего, кроме шума проезжающего автомобиля и свое собственное сбившееся дыхание. Возможно, еще не пришло время.
   - Возможно, еще не пришло время, - озвучил мои мысли родственник, отстраняясь. - Но, думаю, это вскоре случится. Я надеюсь на это, потому что мы не откажемся от любой посильной помощи в поимке вампира.
   - Моя голова... - простонала, растирая щеки, чтобы куда - нибудь деть дрожащие от волнения руки. - Голова...
   - Тебе плохо? - всполошился братец, подскакивая на кровати. - Прости, возможно, не стоило так сразу... Может, принести воды? Сбегать за таблетками? Я позвоню Валентину!..
   - Да прекрати ты мельтешить! - прикрикнула на него, хватаясь за разболевшийся живот. - Все в порядке! Не стоит так переживать, - проговорила уже менее громко, натягивая на голову простынь. - Вы со своими тайнами меня скоро в психушку заведете...
   - А вот и нет! - улыбнулся Алекс. - В дневнике старшего Гамильтона было написано, что носители Метки отличаются завидной регенерацией и хорошим долгожительством!..
   Дальше выслушивать не было сил.
   Подушка с глухим стуком соприкоснулась с захлопнувшейся дверью. В коридоре раздавались приглушенные смешки близнеца, и мне захотелось метнуть туда еще и тумбочку. Не позволила только тошнота, резко подкатившая к горлу, и я свесилась с кровати, пытаясь побороть неприятные позывы. Да что же это такое? Чем можно так отравиться?
   Позвать кого - нибудь я не успела. Сильное головокружение буквально перевернуло комнату с ног на голову, и картинка окружающего мира исчезла буквально в считаные секунды.
  
  
  
  
  
  ;
  Глава 9.
  
  
   - Ты уверена, что хорошо себя чувствуешь? - поинтересовалась Алиса в бог - знает - какой раз, вызывая очередную волну раздражения, и мне пришлось прикусить нижнюю губу, чтобы не ответить грубостью. Последнее время излишняя опека со стороны родственников начинала давить на неокрепшую детскую психику, и мне приходилось прятаться в своей комнате, чтобы не попасть под перекрестье жалеющих (так и хочется сказать - жалящих) слов и обеспокоенных взглядов Кристины. Подумаешь, упала в обморок... По всему миру люди валятся с ног, как переспелые груши. И ничего. Пока ведь никто от этого не умер. А неприятное жжение татуировки, которая, казалось, постепенно исчезала под кожей, давно прошло, - осталось только легкое недомогание, которое обычно бывает у некоторых идиоток, помешанных на диете. Я, конечно, на диете не сидела, но отсутствие аппетита причиняло некоторые неудобства. Знать бы, когда точно произойдет это второе рождение...
  - О чем задумалась? - поинтересовалась Виолетта, с комфортом разместившись на заднем сидении одолженного у Владимира джипа. Младшая Гамильтон впервые за столь долгое время обратилась ко мне не стандартными фразами, которыми мы обменивались с ней каждый день утром и вечером - большую часть времени она проводила со своими друзьями. Кристина часто подговаривала меня поболтать с ней о всяких глупостях, чтобы наладить отношения, - однако, мне хватало и утренних приветствий. Взъерошенная дочурка Валентина оказалась чересчур импульсивной и неуправляемой даже для энергичной Алисы, поэтому я довольствовалась тем, что имела. Честно говоря, даже с Ингрид - неприступной и злой по утрам в воскресенье - удалось наладить перемирие, Виолетта же не поддавалась никакой дрессировке.
  Поэтому мы очень удивились, когда несколько дней назад она выразила желание отправиться с нами за покупками, - приближалась свадьба Валентина и Кристины, организатором которой выступила старшая в тандеме близнецов. Надо ли говорить, что после подобного заявления родственники стремились как можно раньше улизнуть из дома и вернуться поздней ночью, чтобы не встречаться с реактивной Алисой...
  - О Зельмане думаешь? - не успокаивалась девочка, подпрыгивая на заднем сидении. Как бы неприлично не звучало, но мне захотелось надеть ей на голову пластиковый стакан. Жаль, что мы не оставили надоедливую букашку, как выразилась Ингрид, в маленьком кафе, куда заехали больше получаса назад, чтобы подкрепиться перед важнейшим занятием - так Алиса назвала несколько часов нервов. На все попытки отмазаться она твердила, что это обрадует маму, и я мгновенно замолкала. Меньше всего хочется видеть огорченное лицо Кристины.
  - Никто о нем не думает, - пробормотала, забираясь на кресло с ногами. Я не видела его с тех пор, как отправилась в свою комнату, где потеряла сознание. Алекс говорил, что их мохнатая шайка патрулирует лес в безуспешных попытках обнаружить местоположение убийцы, и мне с головой хватило этой информации. Виолетта же принялась изводить меня глупыми сплетнями, от которых становилось настолько тошно, что недомогание скромно стояло в сторонке. - Мне обязательно ехать с вами? - спросила в сотый раз за это утро. В ответ раздалось дружное фырканье, и я пожалела, что не родилась мальчиком. Мужская половина семейства уехала накануне вечером, - как говорил Владимир, их ожидал просто грандиозный мальчишник. Это подтверждали и коробки с алкоголем и закусками, заблаговременно припрятанные в холодильнике. Я хмелеть не стремилась, но и мариноваться в обществе сплетничающих девушек желания не имела, - ближайшие несколько часов перед церемонией хотелось провести в одиночестве, оградившись от предпраздничной суеты.
  Кристина ожидала нас на крыльце загородного особняка Гамильтонов. При виде энергичной Алисы она шумно выдохнула и постаралась взять себя в руки, но предательская дрожь пальцев выдавала с головой, - видимо, ей тоже не нравилась вся эта задумка шикарной свадебной церемонии, но отказываться было уже поздно. Накануне вечером был проведен своеобразный девичник, на котором обсуждалось предстоящее мероприятие, а ранним утром Кристина уехала в сопровождении раздражительной - потому что вставать пришлось раньше всех, - Ингрид, которой предстояло исполнять обязанности визажиста и парикмахера в одном флаконе. На ходу раздавая указания, Алиса подхватила маму под локоть и потащила в ванную комнату на втором этаже, переоборудованную в настоящий салон красоты. Такого количества косметики я не видела ни на одной распродаже, что уж говорить о маме, которая последние несколько лет не пользовалась даже тональным кремом, чтобы замазывать глубокие тени под глазами, появлявшиеся после очередной крупной ссоры с бешеным папашкой и бессонницей.
  Кристину усадили в мягкое кресло, принесенное из гостиной, - меня же отправили в соседнюю комнату переодеваться в недавно купленное сестрами платье, от которого нервно дергался глаз. Не сказать, чтобы я была недовольна фасоном или длиной, - пышный подол со множеством нижних юбок спускался ниже коленей, - наоборот, платье очень нравилось, оно походило на наряд сказочной девочки. Но мне привычнее было ходить в поношенных джинсах и кедах, чем в платье и необычных туфлях, чья длина доходила почти до колен. Правильнее было бы назвать их тонкими сапогами, и я не имела представления, как выживу на этой церемонии, учитывая озвученную в новостях температуру воздуха и надоевшие вспышки недомогания.
  - Ты еще не оделась? - возмутилась ворвавшаяся в комнату цветным вихрем Алиса. Я поспешно подхватила коробку с обувью и неуклюже плюхнулась на кровать, безуспешно пытаясь расшнуровать праздничные туфли. Почему - то казалось, что в данные минуты злить без пяти минут сестренку противопоказано для жизни. Лучше один раз подчиниться, чем почувствовать на себе гнев вампирки. - Давай быстрее! - прикрикнула девушка, подхватывая с прикроватной тумбочки - которая, как и все горизонтальные поверхности в комнате, была погребена под тяжелыми вазами с растительностью, - корзинку с белоснежными розами и бросаясь прочь. Страшно подумать, что приходится терпеть маме...
  - Оделась? - Мне снова поплохело - на пороге замаячила суровая Ингрид. - Садись, сейчас сделаю тебе прическу.
  - Прическу? - переспросила, запуская пальцы в немного отросшие волосы. - Но... - Где гарантия, что она не прокусит мне шею и не выпьет кровь, чтобы избавиться от помехи? Мы в последнее время неплохо ладили... Точнее, почти не разговаривали.
  - У меня высшее образование, - фыркнула она, заметив мой недоверчивый взгляд. - Неужели, думаешь, что опущусь до банального убийства?
  - Кто тебя знает, - пробормотала, осторожно присаживаясь на краешек стула возле письменного стола. - Может, ты избрала не совсем обычный способ? Отравленный гребень или еще что похуже...
  - Какая богатая фантазия, - иронично протянула девушка. С каждым ударом высокого каблука я нервно вздрагивала и старалась отсесть как можно дальше, опасаясь, как бы она не привела мои больные фантазии в исполнение. - Я похожа на вурдалака, который собирается выпить твою кровь? - прошипела Ингрид. Дождавшись слабого мотания головой, означавшего несогласие, она подхватила пряди волос и принялась их перебирать, укладывать и подкручивать, намечая будущую прическу. - Сиди смирно, иначе случайно задену шпилькой! - пригрозила она, когда я слишком сильно дернулась во время одного из прикосновений прохладных пальцев к шее. - Будешь выглядеть сногсшибательно, и тогда Зельман не сможет устоять, - пробормотала она, явно растянув губы в ехидной улыбке. И что им всем неймется?..
  Последующие несколько часов прошли в настоящей предпраздничной лихорадке, свойственной всем подобным торжествам.
  Сначала мне пришлось ловить свидетелей жениха, вернувшихся со своего мальчишника. Где почти сутки пропадала мужская половина Гамильтонов, оставалось загадкой, но - судя по лицам - все прошло замечательно. Они прибыли через полтора часа после того, как Алиса позволила мне присутствовать при преображении невесты. Едва не въехали в прихожую на автомобиле - судя по всему, за рулем находился еще не до конца протрезвевший Алекс, - а затем расползлись по всему дому в поисках опохмела - как выразился близнец, когда я обнаружила его в чулане на третьем этаже, обнимающего бутылку с лаконичной надписью "Отбеливатель". После того, как удалось уговорить его отправиться переодеваться, пришлось долго оттаскивать от кота Пушистика - новое приобретение Виолетты, бродившее по дому, словно домовой, - которому тот клялся в вечной любви и пытался поцеловать в усатую морду. Домашний питомец младшей Гамильтон не разделял чувств вампира и благополучно упал в обморок на первой же минуте пылкого признания под едкие комментарии Владимира. Последнего пришлось долго уговаривать оставить в покое бутылку шампанского, которую тот упорно пытался открыть путем отгрызания пробки. Не дожидаясь, пока он доберется до желаемого, и не стремясь проверять вампирские зубы на прочность, я отобрала напиток и отвела обиженного парня в спальню, где его ждал костюм, проследив, чтобы в ванной комнате не было острых вещей - мало ли что придет в голову полупьяному созданию. Единственным, кто вел себя адекватно и передвигался по дому в вертикальном состоянии, оставался спокойный Валентин, которому, казалось, и ядерная война не испортит идеальную прическу. Он - то и помог мне запихнуть слабо сопротивляющегося близнеца в ванную комнату, где контрастный душ помог вернуть баламута на грешную землю.
  Выслушав в свой адрес много нового, о чем и не подозревала, получила от Алисы ценные указания по поводу костюмов, - в них следовало заключить все, что имело фамилию Гамильтон, - и вернулась обратно к Кристине. Мне не терпелось увидеть маму в свадебном наряде. Ингрид уже почти закончила прическу, собирая в сумку многочисленные шпильки, заколки - "невидимки" и еще много вещей, которые я раньше в глаза не видела. Выслушав мой отчет касательно трезвеющих ребят, блондинка собственноручно направилась одевать парней, параллельно планируя хорошенько промыть своему благоверному мозги. Напоследок она велела нам одевать невесту, потому что до начала церемонии оставалось всего ничего.
  - С этим вы справитесь? - Получив утвердительный ответ, скрылась в коридоре. Алиса сняла с вешалки белоснежный чехол, в котором ожидало своего часа платье, купленное еще задолго до предполагаемого дня церемонии. Кристина медленно поднялась с кресла и двинулась навстречу, нервно покусывая губы. Волосы были аккуратно уложены и скреплены заколками, на чуть бледное от напряжения лицо спадали несколько завитых прядей. Я в который раз убедилась, что моя мама красивее всех на свете.
  - Не порть макияж, - попросила, аккуратно приобняв ее за плечи. - У Ингрид ушло на него больше часа.
  Через приоткрытое окно мы услышали первые аккорды классической музыки - это прибыл в назначенное время оркестр, приглашенный Валентином. Мелодичная композиция, которая должна была подготовить гостей к главному действу этого дня, заставила нас поторопиться - нехорошо будет, если невеста опоздает на собственную свадьбу.
  - Букет готов? - поинтересовалась я, помогая Кристине обуть туфли.
  В этом есть своя ирония: обычно матери готовят дочерей к свадьбе, а не наоборот.
  Алиса протянула ей небольшой букетик, который впоследствии должен быть брошен.
  - А его точно заметят? - усомнилась я. - Какой - то он маленький!
  - Могу принести корзину из прихожей, - не удержалась от подколки Ингрид, появляясь на пороге. Выглядела она шикарно. Голубое платье струилось, оно казалось тонкой паутинкой, готовой порваться от малейшего дуновения ветерка. Я украдкой взглянула на свой наряд и едва сдержалась, чтобы не взъерошить чуть завитые волосы. Она говорила, что выгляжу сногсшибательно? Ингрид похожа на богиню, сошедшую с облака, и мне до нее, как до Луны пешком, здесь не стоит и сравнивать. Даже невеста, которой в этот день полагается быть краше всех, не могла затмить изящную девушку с копной светлых волос. Кристина выбрала скромное платье без лишних узоров и украшений, и это резко контрастировало с темной лентой, опоясывающей стройную фигуру Ингрид и исчезающей в складках платья. И кто здесь сногсшибателен?
  - Приготовьтесь, - проговорила Алиса, подхватывая чехол с собственным платьем и несколько коробок с обувью. - Скоро ваш выход, - бросила она нервничающей Кристине, выбегая из комнаты. Старшая Гамильтон ушла следом, пробормотав что - то невнятное.
  - Как ты себя чувствуешь? - спросила мама, прикасаясь к моей щеке.
  - Все хорошо. В данный момент тебя должно интересовать кое - что другое, - мило улыбнулась, позволяя Кристине оценить мой наряд и удовлетворительно кивнуть головой. Ее мечта исполнилась - непослушная дочурка влезла в платье.
  - Что же?
  - Как дойти до своего будущего мужа, устояв на таких высоких каблуках!
  Мы одновременно засмеялись, и я почувствовала странную легкость во всем теле. На все сто процентов уверена, что Валентин именно тот, кто нужен маме. Он сможет о ней позаботиться и - это уж точно! - не станет попрекать куском хлеба, как это делал сбежавший папашка. Я даже готова забыть о его истинном происхождении, лишь бы видеть улыбку на ее лице.
  - Ну, идем? - шутливо поклонившись, подставила локоть, за который Кристина ухватилась. - Ваш выход, миледи!
  Под мелодичные звуки скрипки мы с Кристиной вышли на первый этаж, особое внимание уделяя ступенькам, чтобы не покалечиться всем вместе. В коридоре пересеклись с Ингрид, которая успела привести ребят в надлежащий порядок. Внизу уже ожидал Влад, то и дело одергивая рукава пиджака.
  Обнявшись напоследок, мы пожелали невесте удачи и поспешили во двор через главные двери - второй вход предназначался для Кристины, которой необходимо было пройти по ковровой дорожке, - по моему мнению, слишком пафосно, но Алиса оказалась упорнее несущегося на полной скорости паровоза, поэтому пришлось отступить. Гости обсуждали то, с каким размахом мы собирались отпраздновать этот счастливый день, уделяя особое внимание украшениям и музыке - заслуге Ингрид, чьи усилия не были напрасны. Она с удовольствием рассказывала о подготовке к свадьбе, о том, как долго искала подходящий цвет дорожки, чтобы он сочетался со всей обстановкой, и много других мелочей, которые заставляли нескольких женщин восхищенно вздыхать и делать комплименты. Казалось, здесь собрался весь городок - от хирургов из больницы до тех пациентов, которых когда - то наблюдал Валентин. Люди сновали между стульчиками, в несколько рядов выставленных перед украшенной белоснежными розами аркой; здесь же был и священник, мирно беседующий с неуловимой Виолеттой. Даже интересно, о чем они говорят...
  Очередной приступ головокружения заставил приложить прохладную ладонь ко лбу и отойти под тень ближайшего дерева, комкая приятную на ощупь фиолетовую ткань платья и нервно отстукивая небольшим каблуком импровизированную мелодию. Татуировка снова принялась зудеть, как бывало в таких случаях, и я порадовалась, что ее не видно за куском ткани. В данный момент узор постепенно выцветал, - так происходило каждый раз, когда кружилась голова или к горлу подкатывала тошнота. Знать бы, к чему это приведет...
  - Ты в порядке? - Алиса приложила к моему лбу теплую ладонь. - Позвать папу?
  - Все в порядке. - Не думает же она, что я стану отвлекать Валентина ради такого пустяка? - Ладно, не все в порядке, - пробормотала, наткнувшись на недоверчивый взгляд карих глаз. - Но не стоит беспокоиться об этом, ничего существенного.
  - Как же, - фыркнула она, но продолжать ни к чему не ведущий разговор не стала. Вместо этого принялась подпрыгивать от энтузиазма, рассматривая наряды гостей и, пользуясь тем, что я не могу никуда улизнуть, - знакомых, с которыми можно было завести разговор, по пальцам пересчитать, - комментировать безвкусные, но от этого не менее дорогие украшения. Через несколько минут, показавшихся вечностью, я уже была готова броситься под крылышко разлюбезной Ингрид, рассказывающей незнакомой женщине о том, как сложно было подобрать гармонирующие ленточки, которые Владимира и Алекса заставляли развешивать на деревьях. Я с сомнением покосилась на белоснежную ткань, не понимая, что может быть сложного. Белые, белые, белые... Или я чего - то не понимаю в моде? Судя по сжатым губам и испепеляющему взгляду блондинки...
  - Чего такая кислая? - поинтересовалась Виолетта, заставив подпрыгнуть от неожиданности. Когда - нибудь она точно доведет до инфаркта. Если не умрет раньше от моей руки. - Улыбайся! - потребовала она, подергав меня за подол платья. - Больше так не делай! - жалобно попросила она. - А не то станешь похожа на блондинку, которая спрашивает, как пройти в библиотеку!
  Ингрид возмущенно фыркнула и направилась к группе молодых людей, стоящих неподалеку, - оказалось, это были ее однокурсники; некоторые обращались к Валентину за помощью. Поприветствовала незнакомую мне девушку легким поцелуем в щеку ( следить за идеальным макижем, да! ) и повела к остальным, в числе которых я заметила и Влада с близнецом. Выглядели они гораздо свежее, чем утром. Но пить им пока запрещалось: из своего месторасположения мне было хорошо видно, как вампирка отобрала бокал с шампанским у своего любимого. Вместо алкоголя ему был предложен стакан с апельсиновым соком, и Алиса не удержалась от ехидной шутки, позабавив других гостей.
  - Добрый день!
  К нам на инвалидном кресле приблизился высокий парень с чуть вьющимися каштановыми волосами. Чуть узковатое лицо было бледным, и под глазами отчетливо проступали тени, словно незнакомец не спал несколько суток подряд. Поправив клетчатый плед и с лукавой улыбкой ухватив удивленную Алису за кисть, он под ехидное хихиканье Виолетты осторожно прикоснулся губами к тыльной стороне ладони и бросил насмешливый взгляд карих глаз на сконфуженную девушку, - которая, по всей видимости, была ошеломлена подобным приветствием. Несколько секунд она простояла мраморным изваянием, пока гость не сощурил немного раскосые глаза карего цвета, поправил воротник идеально выглаженной рубашки и не подмигнул смеющейся младшей Гамильтон.
  - Опять ваши шуточки, - заворчала в притворном возмущении Алиса, возвращаясь в прежнее счастливое настроение и подхватывая зазевавшуюся меня под локоть. - Ева, знакомься, - проговорила она уже более спокойным голосом. - Этот шутник - младший брат Зельмана, Джебедия.
  - Просто Джеб, - поправил гость, не дожидаясь дополнительных пояснений и осторожно сжимая мои пальцы в руке. Видимо, немного ошалелый взгляд и сконфуженное выражение на лице подсказали, что необходимо ограничиться простым рукопожатием. Я же пыталась вести себя прилично и не пялиться на брата, - брата?! - который был почти как две капли воды похож на Зельмана. Различия были незначительны, в остальном не оставалось сомнений, что они родственники. А ведь никто из Гамильтонов не упоминал в разговоре, что у Зельмана существует младший брат. Даже сам волк. Или это я такая невнимательная?
  - Ева, - пробормотала, неловко выдергивая руку из захвата, хотя, как такового, его и не было. Джебедия - или Джеб, как он сам сказал, - продолжал улыбаться, и я чувствовала себя не в своей тарелке. Познакомились. Что дальше?
  - Опять уехал, не предупредив! Я должен тебя по всему лесу искать?
  Зельман подошел бесшумно, как и полагается настоящему хищнику. Белая майка - он отказался выряжаться даже в такой праздник, - контрастировала с кожей, а на ногах блестели недавно купленные ботинки, что можно было отнести к подвигу. Брови нахмурены, но глаза выдают облегчение, смешанное с тревогой, которую он испытал, когда потерял брата среди множества незнакомых - по большему счету, чужих, - людей.
  - Выглядишь превосходно! - едко заметила Ингрид, выплывая ниоткуда. - Сегодня все девушки будут твоими!
  - Ха - ха, - мрачно протянул парень под хихиканье сестер, с досадой оглядываясь по сторонам, - вокруг прогуливались только дамы предпенсионного возраста, и даже знакомые блондинки словно специально исчезли в неизвестном направлении.
  Алиса хотела что - то ответить, но гости зашептались и принялись рассаживаться по местам. Мимо стремительно прошел Валентин, которому так и не позволили увидеть маму ни этим утром, ни накануне вечером, - как сказал Алекс, чтобы вероятность побега была равна нулю - слишком велико желание увидеть Кристину в свадебном платье. Ингрид изящным движением подхватила подол платья и направилась к первому ряду, где должны были разместиться родственники и близкие друзья. Я немного замешкалась, и едва не оказалась под колесами Джебедии, который целеустремленно двигался занимать место. Зельман в очередной раз сыграл роль спасителя, - подхватив меня под локоть, он стремительным шагом направился к пустующим стульям, расположенным с краю. Мне пришлось подчиниться, - глупо было бы вырываться и вопить о неприкосновенности на людях, поэтому уселась на предоставленное место молча и чуть краснея. Джебедия разместил кресло рядом с братом, но на все попытки последнего отобрать плед - на дворе стояла середина июля, - ответил приглушенным шипением и недовольным ворчанием. Я сделала вид, что пытаюсь разглядеть Кристину, чтобы не доставлять побагровевшему от смущения парню лишних неудобств.
  Оркестр заиграл мелодию, отдаленно напоминающую свадебный марш, и Валентин поправил пиджак своего костюма. Несколько секунд томительного ожидания - у меня даже дыхание перехватило, - и мама появилась на ковровой дорожке, сжимая врученный букет. Медленно вышагивая, она старалась не споткнуться или зацепиться за длинный подол, - но все равно продолжала смотреть вперед, почти не моргая. Дрожащие - от нетерпения или же страха - пальцы приподняли платье, чтобы наверняка дойти до арки, под которой стоял Валентин, похожий на натянутую струну. Казалось, он готов сорваться с места и, подхватив свою невесту, вернуться обратно к священнику, чтобы сократить бессмысленные действия. Краем глаза я заметила, как нервно подпрыгивает на своем стуле Алиса, комкая - непонятно, откуда взявшийся, - белоснежный платок.
  Оставшиеся несколько шагов мистер Гамильтон провел ее за руку, не дожидаясь окончания мелодии. Едва стихли последние аккорды, священник откашлялся и открыл молитвенник:
  - Мы собрались сегодня здесь...
  Я не помнила, что он говорил, не отрывая взгляда от матери и ее избранника, - и вряд ли бы вспомнила по прошествии, спроси кто - нибудь об этом. Тихий голос убаюкивал и одновременно придавал некой бодрости - никак не могла дождаться кульминации. В этот момент я, возможно, походила на Виолетту или Алису, которых пытался успокоить близнец. Они даже всплакнули, совершено позабыв о своих же словах относительно праздничного дня и устойчивого макияжа. Я же не чувствовала ничего, кроме томительного ожидания, когда же наступит время главного вопроса. Для чего вообще все эти глупые клятвы и пафосные речи? Разве штамп в паспорте имеет какое - то значение? И к чему все эти украшения, которые за сутки истреплются и отправятся в утиль?
  - Согласна ли ты?..
  - Ева, - прошипел на ухо Зельман, и я чуть не соскочила со стула от неожиданности.
  - Чего тебе? - протянула в ответ, не смея отвести взгляда от матери, которая почему - то замешкалась. Сомневается? Боится? Неужели, откажется в самый последний момент?
  - Руку отпусти.
  - А? - От удивления я даже повернула голову, а затем опустила взгляд вниз. На собственные пальцы, вцепившиеся в уже побелевшую кисть Зельмана. - Ой, черт! - Свою руку отвести тоже удалось с трудом, она затекла и побледнела. - Прости, прости, прости!
  Чувствуя, как стремительно краснею, развернулась обратно к алтарю и не удержала разочарованный стон, - Кристина и Валентин Гамильтон уже увлеченно целовались, не замечая никого вокруг. Гости отчаянно рукоплескали, и даже Ингрид позволила себе искреннюю улыбку.
  - Да что ж такое - то...
  ... Владимир приобнял свою невесту за плечи - кстати, а они почему еще не поженились? - и повел на свободный участок травы, на котором уже кружились несколько пар, в том числе и молодожены. Остальные оживленно обсуждали церемонию и набивали животы выставленным угощением, от которого не могла отказаться и я, - на протяжении дня удалось выпить несколько стаканов воды, чтобы не умереть от жары. Солнце клонилось к закату, и температура несколько спала. Однако, я не удержалась и скинула неудобные туфли, прищурившись от удовольствия. Прохладная трава приятно щекотала ноги, а впереди маячил стол с закусками, среди которых я уже заприметила креветок, которые пробовала один раз в жизни, и теперь стремилась наверстать упущенное. Мама теперь в надежных руках, так что теперь можно расслабиться и немного повеселиться, раз уж Алекс притащил из особняка огромный музыкальный центр и водрузил его так, чтобы никто не мог уйти от карающей длани современной музыки. Большинство гостей постарше уже отправились по домам, и никто не мог помешать менее дряхлым праздновать, как говорится, на полную катушку.
  - Мои вкусняшки, - пропела, нагружая тарелку до отказа, предвкушая настоящий пир. И даже Алиса, которая стремилась поймать меня и выпихнуть на танцевальную площадку с одним из своих знакомых, не могла помешать.
  - Уже разговариваешь с едой? - раздался ехидный голос. Мало я его покалечила?..
  - Отойди подальше, пожалуйста, - любезно попросила, - иначе закапаешь своим ядом мой праздничный ужин.
  - Вот растолстеешь, - проговорил этот наглец, подхватывая с моей тарелки одну креветку, - и никто замуж не возьмет.
  - А я и не стремлюсь. Лучше быть одной и, - отобрала морепродукт, - с креветкой, чем без нее, но с придурком.
  - А как же Кристина и Валентин? - усмехнулся Зельман, кивая на молодоженов.
  - Они являются исключением, - пробормотала. - Валентин намного лучше папаши.
  - Папаши? - непонимающе переспросил парень, прислоняясь к стволу дерева, рядом с которым был расположен стол.
  - Мой биологический отец и бывший муж Кристины, - проговорила, продолжая наблюдать за танцем мамы и ее нового мужа. - Он постоянно обвинял нас во всех смертных грехах и часто поднимал руку. До сих пор удивляюсь, как удалось избавиться от него...
  - Вы его убили? - шутливо поинтересовался парень, но я заметила серьезность в его глазах. Странно было видеть плюющего на все человека, внимательно выслушивающего девчонку, к которой он относился если не с презрением, то уж с выражением 'ты - меня - уже - достала' точно.
  - Кристина подала на развод, - объяснила. - Даже вспоминать не хочется, какой грязью он поливал нас в суде... Однако, - продолжила уже более веселее, - Кристина встретила его, - кивнула на Валентина, - и у меня возникла надежда, что в этот раз ей более повезет. Прошло достаточно времени, чтобы я отчетливо осознала правильность ее выбора. Валентин не причинит ей вреда, даже по неосторожности. Теперь точно все будет хорошо... А вообще, - спохватилась, - почему я тебе это рассказываю?!
  Неловкость, которую чувствовала последнее время, достигла своего пика, и у меня накалились нервы. Нашла, кому рассказывать!.. Может быть, он сейчас смеется над глупой девчонкой, которая пытается быть взрослой; или же насмехается над Кристиной, считая ее очередной охотницей за толстым кошельком. Судя по тихим разговорам гостей, которые довелось подслушать, прежде чем они покинули праздник, многие считали именно так. Я частично понимала их сомнения и недовольства, но ничего не могла поделать со злобой, притаившейся в груди. У них нет права осуждать других людей, но именно это они делали на протяжении тех нескольких часов с момента, когда мама и папочка стали мужем и женой. Я до одури хотела вспомнить детство и сделать им какую - нибудь пакость, чтобы надолго запомнили...
  Однако, Зельман и не думал улыбаться или же как - то иначе проявлять свои мысли. Наоборот, он понимающе наблюдал за моими резкими движениями - зло поставить на стол тарелку, отряхнуть юбку, сцепить пальцы в замок, - и продолжал молчать, изредка бросая взгляд на Джеба, который рассказывал очередную шутку Алисе, и даже инвалидное кресло не мешало ему выделывать танцевальные па руками. Это выглядело довольно мило, если не было бы таким болезненным. Хотелось спросить, почему, но я не рискнула. Слишком неловко и страшно знать причину, по которой младший брат не может передвигаться самостоятельно.
  - Слушай, Ева, - протянул Зельман, и я подозрительно прищурилась. Даже не могу вспомнить, когда он последний раз называл меня по имени. Никогда? - Слушай, - протянул он снова. - Не хочешь потанцевать?.. Эй, у тебя такое выражение лица... Эй, ты чего? Ты в порядке? Тебе плохо?
  
  
  
  
  
  Глава 10.
  
  
  
  Никогда больше не буду употреблять алкоголь. Определенно.
  Мысль посетила мою раскалывающуюся на несколько частей черепную коробку ближе к утру, когда к горлу подступил тошнотворный комок с привкусом выпитого за вечер шампанского, - надо было видеть Зельмана, когда я опрокинула несколько бокалов, принимая неравный бой с застрявшей в горле креветкой. Алкоголь мгновенно ударил в и без того стукнутую голову, - видимо, только этим можно оправдать излишние эмоции при расставании с Кристиной и ее новым мужем. Я всем телом прижималась к матери и до боли в легких вдыхала аромат духов, пытаясь отчетливо запомнить родной запах. Она же сбивчиво шептала различные глупости, срывала с моих губ обещания вести себя хорошо, Когда мы последний раз стояли вот так - обнимая и даря друг другу свое тепло?..
  - Не стоит портить макияж, - сбивчиво бормотала Кристина. - Иначе Ингрид тебя покусает, - добавила она. Я знала, что это была попытка пошутить, разбавить повисшую в воздухе грусть, но ничего не могла поделать с опьяненным разумом. Прохладные и чуть вспотевшие от напряжения пальцы сомкнулись на горле, перекрывая сбивчивое дыхание. Если бы ты знала, мама, как близка к правде...
  - Она это может, - промямлила в ответ. И вновь прижалась к матери, пытаясь удержаться от того, чтобы не заплакать. Никогда прежде нас не разделяли километры на такое долгое время, и я не имела ни малейшего представления, каким образом смогу находиться в одном доме с настоящими - не вымышленными - вампирами без должного присмотра наиболее адекватного папочки Гамильтона. Неловкость, преследовавшая меня с момента приезда в Тихую Ночь, станет намного сильнее, и не будет возможности просто поговорить с матерью, которая всегда найдет способ успокоить. Хладнокровие Ингрид и в разы не причиняло таких неудобств, как непредсказуемость близнецов. Мне уже страшно.
  Этот страх я запивала апельсиновым соком, наблюдая за тем, как автомобиль с молодоженами отъезжает от загородного особняка под аплодисменты и веселые выкрики толпы, - гости, изрядно захмелевшие, отправились танцевать, совершенно не замечая того одиночества, осязаемой дымкой повисшего в воздухе. Неприятного одиночества. Я очень хорошо его чувствовала, и дрожащие пальцы сжимали ткань платья, чтобы не возникло соблазна броситься вслед за исчезнувшей среди деревьев машиной. Это чувство тонуло в нескольких бокалах вина, напоминающего шампанское. Присутствие Зельмана нисколько не смущало, - оборотень уже успел приложиться к бутылке пива, и не к одной. Так мы и просидели до рассвета, со скучающим видом наблюдая за танцующими парами и гадая, состоится ли главное событие любой свадьбы - драка свидетелей. Кажется, стычка все же была, и Владимир сыграл не последнюю роль, - видимо, поэтому Ингрид напоминала бешеную фурию, - но мне не повезло в очередной раз, и все закончилось раньше, чем мы с Зельманом успели заключить пари. Дальнейшее помнится смутно...
  ... Солнечный свет безжалостно слепил глаза, куда бы ни пошла, - и даже ванная комната казалась неестественно белоснежной. Отражение лохматого существа с бледным лицом и потекшей тушью, размазавшейся по щекам, тоже не придавало уверенности. Я поспешила поскорее смыть остатки косметики и переодеться в более подходящую для утреннего похмелья одежду, с затаенным удовольствием запихнув примявшееся платье в шкаф, - Алиса бы пришла в ужас от подобных действий, но мне удалось маленькой шалостью, о которой никто не узнает (если., конечно, близняшка не полезет в шкаф), поднять опустившееся ниже низшего предела настроение. Выпить таблетки от головы - и жизнь прекрасна!
  Так я думала.
  До того момента, как не спустилась на первый этаж...
  - Жизнь ужасна, - пробормотала, гипнотизируя наполовину опустошенную бутылку минеральной воды. Напротив угрюмо сопел похмельный оборотень, от которого за километр разило перегаром, и мне с трудом удавалось сдерживаться, чтобы не попросить его убраться как можно дальше отсюда. Сама хороша. Нечего было поддаваться эмоциям настолько сильно. Тогда не сидела бы сейчас и не рассматривала подгорелую яичницу, приготовленную на скорую руку. От одной мысли о еде начинало подташнивать, и я в который раз порадовалась, что поблизости нет близняшек с их извечными шутками. Не думаю, что Зельману понравились бы двусмысленные намеки в его адрес, - судя по всему, всклокоченный парень был готов убивать все, что шевелится, и мое присутствие можно было оправдать лишь плохим самочувствием. Или ленью.
  Знать бы еще, куда 'внезапно' подевались родственнички. Загородный особняк Гамильтонов откровенно пугал мертвой тишиной, но еще больше меня страшила мысль, что придется провести здесь определенное время. Зельман убежит обратно в город или же отправится на боковую в ближайшую свободную комнату, а мне придется слоняться по дому в одиночестве и постоянно думать о том, что с Кристиной, как они добрались до места назначения и все в том же духе, - очередная ирония положений матери и дочери.
  Глубоко задумавшись, даже не заметила, как машинально ухватила бутылку с газировкой, - и очень удивилась, когда не смогла сдвинуть ее с места. Сфокусировав взгляд, едва удержалась от злобного шипения. Ну, нет! Мне настолько нехорошо, что о вежливости и вспоминать не буду! Пройдусь по костям, если понадобится, но минералка будет моей!..
  - Отпусти, пожалуйста, - процедила, попытавшись притянуть бутылку поближе. Пальцы Зельмана только сильнее сжались на горлышке, едва не сминая пластик, а глаза прищурились, - он отчетливо показал, куда следует засунуть хорошие манеры, когда дело касается утреннего похмелья. Признаюсь, от желания поломать ему средний палец меня отвадила мысль о том, что придется уезжать из этого города, если не из страны вообще - найдет и отомстит.
  - Девушкам надо уступать, - пробормотала, перехватывая бутылку обеими руками. Сколько же у него силы - то? Такое ощущение, что пытаюсь сдвинуть с места самолет. Да что там! Его, возможно, проще передвинуть, чем этого самовлюбленного оборотня!..
  - Старших вперед, - не отступал парень, медленно придвигая минералку к себе. - Стариков здесь нет, так что нечего прибедняться! - прошипела, прижимаясь к несчастной газировке всем телом. Мое! Не отдам! - В кране много холодной воды - иди и пей!
  - Вот сама туда и иди! - отозвался Зельман. Бутылка жалобно заскрипела помятым пластиком, перекрывая художественные выражения, которыми мы обменивались. Я уже почти лежала на столе, пытаясь отобрать то, что, по сути, не было такой необходимостью. Однако, это дело принципа.
  Все закончилось совсем не так, как ожидалось.
  - Красный сигнал! - воскликнула взъерошенная Виолетта, появляясь на пороге, подобно монстрику из какого - нибудь стандартного ужастика. Я от неожиданности ослабила хватку, испугавшись промелькнувшей в голове мысли о том, что Кристина с Валентином попали в беду. Честно, я не хотела отпускать бутылку так внезапно...
  - Ах, ты ж!..
  Зельман опрокинулся вместе со стулом, проклиная неизвестных (хотя, кажется, я с ними знакома) до черт - знает - какого колена. Бутылка с тихим стуком упала на пол и прокатилась по кухне под нашими удивленными взглядами. Перспектива уезжать из этого городка как можно дальше уже не казалась такой пугающей, - в данный момент она казалась наиболее правильной.
  - Ой... - только и смогла выдавить.
  - Это даже не 'Ой' - это просто 'Караул'! - проговорила девочка, возвращая к действительности. - Зельман, хватит корячиться! Только что звонила Ингрид! Убийца бродит по лесу!
  Первые несколько секунд я не могла сообразить, что именно сказала Виолетта. Уши не воспринимали такую скорость речи. Однако, после в голове возник образ красноглазой вампирки с испачканными в крови руками и белоснежными клыками - от стереотипов, поданных фильмами ужасов, никуда не денешься, - и похмелье стало казаться легким недомоганием при отравлении. Поблизости. Бродит. Убийца. Что еще нужно, чтобы ввергнуть в панику?
  Видимо, Зельман и сам понял, что адекватных действий от нас не дождаться, поэтому за считанные секунды преодолел расстояние, разделяющее гостиную и кухню, подхватил с журнального столика беспроводной телефон и бросился прочь, крикнув мне напоследок, чтобы приглядела за Виолеттой и не смела покидать территорию. Все произошло настолько быстро, что оставалось только запереть двери на замок и пройти обратно на кухню, чтобы разобраться во всем происходящем.
  - Ты можешь объяснить, что произошло? - спросила, поднимая опрокинутую мебель и включая электрический чайник. Странная привычка, выработанная у многих - заваривать чай или кофе за несколько минут до предстоящего разговора. Успокаивает? Или думается лучше?.. Во всяком случае, сестренка не отказалась, забравшись на один из стульев с ногами. Вряд ли бы родственники погладили за это по головке, но выглядела она так взволнованно, что никакие угрозы и просьбы не подействовали бы в данный момент.
  Оказалось, что с рассветом гости разъехались по домам - отдыхать от шикарной вечеринки, устроенной Гамильтонами, и нас с Зельманом решили оставить в загородном доме, позволив отоспаться и привести себя в порядок прежде, чем появляться на людях. Родственники отправились в город немногим раньше, оклемавшись намного быстрее неподготовленного подростка и запойного оборотня, - видимо, свою роль сыграла их природная сущность. Однако, вампирская семейка не может долгое время провести без приключений. Еще по дороге через лес на телефон Ингрид пришло сообщение от одного из оборотней, в котором указывались приблизительные данные местоположения убийцы.
  Виолетта вызвалась оповестить оставшихся оборотней, что повергло меня, по меньшей мере, в неописуемый ужас. Как можно отправить ребенка через лес, по которому разгуливает настоящее чудовище?
  - Меня подвез Ровул, - поспешила добавить она, заметив, как я вздрогнула от мурашек, пробежавших по телу. Хотела отвлечь, и ей это удалось.
  - Ровул? - переспросила, осторожно, чтобы не разлить, переливая чай в высокую кружку с почти стершимися символами. - Кто такой Ровул?
  - Один из друзей Зельмана, волк, - пояснила Виолетта. - Так вот, он подвез меня...
  Ровул отправился за остальными оборотнями, кто находился поблизости, - вряд ли бы жители Тихой Ночи обрадовались, появись на улицах города оскалившийся от долгого бега волк. В лучшем случае, приняли бы за галлюцинацию в результате солнечного удара; в худшем - обратились в полицию и потребовали застрелить опасного хищника. Большая часть оборотней, оповещенных о присутствии на их территории опасного преступника - и вампира, в первую очередь, - принялись выслеживать неизвестного. Многие туристы в это время года отправляются на прогулки, часть предпочитает отдых на природе, и неизвестно, что хуже - натолкнуться на взволнованного волка или неадекватного вампира с полным отсутствием логики.
  - В любом случае, нам лучше оставаться здесь, - пробормотала, механически помешивая сахар и обжигаясь нагретой в кипятке ложкой. - Твои братья и сестры знают, как лучше поступить в такой ситуации...
  - Ничего они не знают, - проворчала девочка. - Я хочу сказать, такого раньше не было. Вернее, было. В Тихую Ночь забредали долгожители, находящиеся на грани, но Валентину удавалось немного привести их в чувство, чтобы избежать жертв, или братья расправлялись с ними... - Последние слова она произнесла едва слышно, словно боялась моей реакции. Все верно. Глупая человечка, не думала же ты, что, защищая свой город, они ограничатся стандартными нотациями и компромиссами. Что там говорить - даже полицейским не всегда удается удерживать ситуацию под контролем. Уверена, что Валентин делал все возможное, дабы избежать лишних смертей, - при наличии такого вот монстра, убивающего направо и налево, не остается ничего другого. Да. Все правильно.
  - Пей чай, а то остынет, - проговорила.
  Сколько точно прошло времени, мы не знали, предпочитая переговариваться время от времени на отвлеченные темы. Чтобы не подскакивать от каждого шороха, включили телевизор и попытались отвлечься просмотром очередного бессмысленного шоу, которое не вызывало ничего, кроме приступов тошноты от омерзения. Когда переключать каналы надоело, мы перебрались на второй этаж, в кабинет Валентина, - признаться, атмосфера этой комнаты создавала впечатление того, что в любую секунду дверь может приоткрыться, и на пороге появится доктор, задумчиво просматривающий какие - то важные документы. Это придавало некое спокойствие, и мы продолжили расспрашивать друг у друга то, что интересовало, попутно заглядывая в ноутбук и рассматривая смешные картинки в социальных сетях. Я узнала о том, что нравится новоприобретенной сестре, и какие домашние прозвища ее раздражают. Виолетта выпытывала подробности жизни в том, старом городке, и я рассказывала о немногочисленных приключениях с лучшей подругой, которая постоянно жаловалась на мой сложный характер. Тогда родственница заметила, что с того момента, как мы с Кристиной переступили порог дома семейства Гамильтонов, я стала более спокойной и задумчивой, чего можно было только желать остальным членам семьи.
  Разговор плавно перетек на личности, и бесхитростная Виолетта поведала о том, что Зельман раньше был влюблен в Ингрид, которая была старше на несколько лет. Она, по мнению девочки, эгоистично играла на чувствах оборотня, пока под руку не подвернулся Владимир, приехавший в Тихую Ночь для поступления в местный колледж. Со временем детская влюбленность прошла, но натянутые отношения остались, и Зельман никогда не упускал случая подшутить над блондинкой, подпитываясь ее раздражением и злостью ревнующего Влада. Случались и перемирия, но мелкие стычки происходили, все же, большую часть времени, включая тренировочные бои между волком и Владимиром, после которых Гамильтонам приходилось выравнивать участок загородного дома снова и снова. Что ж, это неудивительно...
  Виолетта проболталась и о некой Эмме, которая считалась неофициальной подружкой Зельмана, - и это заставило меня почувствовать себя типичной блондинкой, до которой все доходит только с третьего раза. Никто прежде не упоминал никакой девушки. На что был дан ответ: Эмма и Зельман знакомы длительное время, и девушка неровно дышит к волку, пытаясь всеми силами добиться его внимания, - однако, ничего не выходит, а теперь еще и появление запечатленной спутало все карты, так что Владимир и Алекс устроили маленький тотализатор, поспорив на дату нашего знакомства и возможный исход событий. Меня это не обрадовало, и в голове появилась мысль, план небольшой мести самоуверенным парням. Сомневаюсь, однако, что слабительное в кофе или другом напитке что -то изменит, но попытаться стоит...
  - Слишком они долго, - пробормотала Виолетта, просматривая рецензии на один из последних вышедших блокбастеров. Наступившая тишина тяготила, потому что мы не имели ни малейшего представления о том, что происходило за стенами дома. Может быть, кто - то из семейства вампиров или оборотней ранен, и ему требуется немедленная помощь? Не хотелось, чтобы это действительно случилось, но предполагается, что стычка с убийцей может повлечь за собой любые последствия.
  Размышления прервал телефонный звонок, доносившийся с первого этажа, видимо, не первую минуту. Я удивленно заморгала, оглядываясь по сторонам в поисках Виолетты, исчезнувшей так неожиданно, словно ее действительно сдуло ветром, как бы смешно не звучало. Едва не опрокинув ноутбук Валентина, бросилась вниз по лестнице, предполагая самое худшее, - вплоть до того, что дерзкая девчонка могла запросто отправиться к родне на выручку. В тот момент, когда по лесу разгуливает настоящий монстр.
  Однако, сестренка и не думала сбегать, - она разговаривала по мобильному телефону, хмуря брови и изредка срываясь на крик. В одном из предложений было упомянуто знакомое имя - Ровул, - и я мгновенно насторожилась. Надеюсь, им все же удалось поймать убийцу?..
  - Как такое возможно? - возмущалась девочка. - Вы волки или дворовые псины?.. Не рычи на меня, пес плюшевый! Сам виноват!.. И что теперь делать?.. Только попробуй!
  Отключившись, она сжала телефон в руке, и на миг мне показалось, что услышала треск пластика. Виолетта же отбросила мобильник в сторону, совершенно не заботясь о его состоянии, и повернулась ко мне лицом. Глаза подозрительно заблестели.
  - Ева, - жалобно простонала она, и у меня перехватило дыхание. - Владимир ранен!
  - Что случилось? - Я в мгновение ока оказалась рядом, приобнимая девочку за плечи и пытаясь справиться с собственными эмоциями, нахлынувшими ледяной волной. Не имела ни малейшего представления, как же! Там, очевидно, разворачивалось действо, на которое непозволительно смотреть впечатлительным персонам. Лишь бы с Владом все было в порядке...
  - Это оказалась вампирка, - всхлипнула Виолетта, размазывая тушь по щекам. - Она смогла улизнуть от оборотней, но от братьев сбежать не удалось, и Владимир пошел в лобовую атаку. Он всегда так делает, не задумываясь о последствиях. Валентин часто его ругал за это... И теперь у Влада сломаны ребра... Дурак!
  На последних словах родственница взвизгнула и, вырвавшись из моих ослабленных от страха объятий, бросилась к выходу. Обуреваемая смешанными эмоциями, не сразу сообразила, что произошло, - Виолетта щелкнула замком и, распахнув входную дверь, бросилась вглубь леса, исчезая маленьким огоньком. Паника охватила меня ледяными цепями, сковывающими каждое движение, и расстояние от крыльца дома до ближайших деревьев показалось длиной в несколько километров. Совершенно позабыв о том, что на ногах нет обуви - праздничные туфли были благополучно закинуты в дальний угол шкафа, - я бросилась вдогонку, морщась от впивавшихся в стопы обломанных веток и утопая в сырой земле. Легкий ветерок заставил по телу пробежать табун мурашек, но я не обращала никакого внимания, продолжая выискивать рыжую шевелюру и проклинать себя за беспечность. Кто вообще додумался позвонить в напряженный момент и сообщить такую новость Виолетте? Неужели, нельзя было немного подождать?
  - Виолетта! - прокричала. Безуспешно. Видимо, вампиры действительно обладают более лучшей физической формой. И передвигаются совершенно бесшумно, когда возникает необходимость, - я пыхтела от долгого бега с препятствиями и шипела, когда не замечала очередную еловую ветку. Девочка же исчезла совершенно бесшумно, словно и не сбегала в лес вовсе.
  Мелькнула мысль, что неплохо было бы позвонить Гамильтонам и сообщить, что не смогла присмотреть за их сестрой. Даже не пугали разъяренные взгляды и не совсем цензурные слова, которые, уверена, последуют за этим. Однако, потоптавшись еще несколько минут на одном месте, с ужасом поняла, что заблудилась. Совершенно не думала о том, как буду возвращаться, и куда, собственно, направляюсь, - голова была забита беспокойством за рыжую бестию. Теперь, вероятно, придется беспокоиться за собственную жизнь и молиться, чтобы вампир - убийца проскочил мимо. Иначе, по прибытии из свадебного путешествия, Кристина не застанет свою глупую дочурку. Или увидит, но уже в несколько разобранном состоянии.
  - Ева!
  Виолетта появилась, словно из ниоткуда, больно хватая за предплечье. Длинные ногти, разукрашенные в кислотный оттенок, впились в кожу, и я не смогла сдержать стон. Девочка же сильнее ухватилась за руку, испуганно оглядываясь по сторонам.
  - Надо уходить! - зашептала она, округляя глаза в непритворном страхе. Мне стало жутко. - Они здесь!
  - Кто 'они'? - Пожалуйста, верните меня обратно на несколько месяцев назад. Еще немного - и голова просто лопнет, как воздушный шарик! Я уже совершенно ничего не понимаю! - Виолетта, кто 'они'? - повторила, пытаясь вырвать свою побледневшую руку из плена. Страх сменялся раздражением, постепенно переходя в злость.
  - Перерожденные! - отчаянно зашептала девочка, едва ли прикасаясь губами к уху. - Они следуют за убийцей по пятам, я чувствую их запах! Здесь находится вампирка, и она очень злится! Так сказал Ровул. Нам необходимо уехать в город! Возвращаемся назад! Я покажу дорогу!
  - Почему она убивала людей? - спросила, позволяя Виолетте тянуть на буксире. - И откуда появились эти перворожденные? Что вообще происходит?
  - Она очень злится! - повторяла родственница, с каждой секундой ускоряя шаг. - Она, возможно, хочет отомстить!
  - Кому?
  - Тебе!
  - Что за черт? - вырвалось у меня. От неожиданного ответа тело дернулось, и одна лодыжка зацепилась за другую. Мне с трудом удалось удержаться на ногах. - Какого?.. Я - то тут причем?
  - Носительница Метки уничтожила ее мужа за то, что он охотился на людей, ставя свои низменные желания превыше моральных устоев и духовного роста. - Казалось, это говорила не девочка пубертатного периода, а взрослая женщина, повидавшая на своем веку достаточно много. - Прошло достаточно долгое время, и голос тела возвысился над голосом разума, - девушка закрылась в собственном мире, который окружал ее много лет. Носительница давно умерла, но память о произошедшем осталась, - и вампирка растила в себе чувство мести до того момента, пока не узнала примерное местоположение носителя Метки. Она не знает, что ты сменила другую, и все еще горит желанием отомстить. Никто не знает, почему решение было принято именно сейчас, но в данный момент семья пытается обнаружить перерожденных, которые подверглись жесткому воздействию. Нет информации о том, как ей удалось задурманить головы, - мы озабочены тем, чтобы не дать всем этим вампирам совершить непоправимое. Им нет оправдания за низменное желание убить человека, и мы воспрепятствуем этому. Перворожденные приближаются, но во главе нет зачинщицы, - а значит, она стремится добраться до своей цели. Мы должны уйти отсюда, чтобы позволить моим братьям и сестрам справиться с проблемой.
  Внезапно Виолетта остановилась, и ее тело напряглось, словно натянутая пружина.
  - Они здесь.
  
  
  
  
  Они появились бесшумно.
  Просто вышли из - за деревьев, медленно приближаясь, обступая нас со всех сторон.
  Пока не взяли в кольцо.
  Бессвязные слова, которыми пыталась выразить всю ту бурю чувств, охватившую после слов девочки, буквально застряли в глубине горла, так и не вырвавшись наружу.
  - Они голодны, - заметила Виолетта, рассматривая тварей (иначе их и не назовешь): их грязную и местами порванную одежду, в которой пришлось ходить несколько недель; тусклые глаза, в которых не отражалось ничего, кроме острого желания пить, рвать, кусать; приоткрытые рты, из которых на подбородок стекала слюна (меня едва не вывернуло от такого зрелища). - Они существуют достаточно долгое время, и их головы затуманены желанием удовлетворить потребности. Нам не избежать драки.
  У меня в голове крутилась другая мысль.
  Нам не избежать смерти. Не думаю, что одна девочка справится с таким большим количеством, меня же можно даже не брать в расчет. Позвать на помощь тоже вряд ли получится. Никто просто не успеет прибежать, - к тому времени, от нас ничего не останется.
  Легкий хруст ветки, попавшей под ботинок Виолетты, подал знак к нападению...
  Оттолкнув меня в сторону, родственница успела ухватить первого вампира за ворот рубашки, прежде, чем он повалил ее на землю. Согнув колени, она отбросила парня (чуть старше меня, возможно) достаточно далеко, а затем вскочила на ноги и отпихнула другого. Несколько вампиров бросились одновременно, но я не успела перепугаться за сестру, потому что сзади навалился мужчина, пытаясь добраться до судорожно бьющейся жилке на горле. Ударив локтем в область живота, откатилась в сторону, наугад, и тут же попала в стальные объятия какой -то девушки, истошно визжащей и обнажившей клыки.
  Сердце сжалось, стоило мне увидеть, как девочка пытается отбросить от себя вампира, навалившегося на нее всем телом. Она сдавленно шипела, извивалась и пыталась укусить мужчину за плечо, чтобы получить шанс выбраться. Перед глазами все поплыло, когда противник ударил Виолетту, - голова родственницы мотнулась в сторону, и она обмякла, сдавленно простонав.
  Ледяные пальцы железной хваткой сомкнулись на горле, поднимая тело в воздух. Картинка перед глазами подернулась рябью. Из горла вырвался тихий хрип. Сознание помутилось - еще немного, и я не увижу ничего, кроме темноты. На миг показалось, что среди деревьев мелькнул звериный силуэт, но перед глазами все помутилось, и я со стоном сожаления опустила потяжелевшие веки. Нет вероятности, что это не простая галлюцинация.
  Утробно зарычав, мужчина средних лет ( кажется, рабочий автосервиса, точно не помню) опрокинул меня в траву и прижал плечи к земле. Уже зная, что он собирается делать, я, глотая ртом воздух, пропитанный запахом сырости, вцепилась пальцами в куртку вампира и попыталась его отпихнуть. Страх новой волной прокатился по телу, подгоняя меня действовать. Мозг лихорадочно искал способы, благодаря которым можно выжить.
  И не находил ни одного.
  Острая боль пронзила правую кисть руки - он не стал ждать, пока я лишусь сил. Он просто вонзил клыки туда, где чувствовал поток крови.
  - Мама! - вырвалось громким криком. Горячая волна прокатилась по телу, формируясь в раскаленный поток. Мне показалось, что кровь забурлила, вступая в контакт с ядом, но это была всего лишь игра воображения ограниченного в воздухе сознания, - Валентин ведь упоминал, что они не несут в себе никакого вещества, как это часто пишут в книгах о вампирах.
  Тлеющий огонек, появившийся в области ключиц, постепенно разрастался, разливался по телу буйствующим огнем, выжигающим каждую клеточку тела.
  В голове словно взорвался сноп искр, обжигающих клетки мозга. Раненая рука онемела от слюны, стекающей изо рта вампира, и я снова забилась по земле - он начал пить кровь.
  Чувствуя, как с каждым новым глотком накатывает слабость, а в глазах снова чернеет, я всхлипнула. По щекам покатились слезы - слишком долго я не плакала. Теперь пришло время оплакивать не только прошедшие годы, но и те, которые теперь не смогу пережить. Вряд ли проголодавшаяся стая неадекватных существ оставит на этой поляне хоть кусочек.
  Приоткрыв глаза, бросила взгляд в сторону неподвижной Виолетты, над которой склонились несколько подростков в потрепанной одежде. Мелькнула мысль, что, возможно, они не станут пить кровь такой же по сущности, и девочке удастся спастись. Но через несколько секунд ее глаза распахнулись в неописуемом ужасе, и по лесу пронесся дикий визг, от которого залаживало уши. Родственница билась в припадке, словно ее тело обмотали электрическими проводами, - и я зажмурилась снова, чувствуя, как лицо обжигают слезы.
  - Больно!
  Неясно, кому именно принадлежал этот крик - мне или Виолетте. Рядом была плачущая девочка, над головой утробно рычал вампир, а вокруг топтались ожидающие своей очереди монстры, громко сопящие и мерзко хихикающие. Все походило на страшный сон, вызванный высоким градусом алкоголя. Вот, сейчас я открою глаза и увижу знакомый потолок, а потом приведу себя в порядок после свадебной вечеринки и отправлюсь завтракать - или обедать, - вместе с остальными Гамильтонами. И буду чувствовать себя неловко без привычного дружелюбия Валентина и обеспокоенных взглядов Кристины. Кристина...
  Мама...
  Она точно упадет в обморок, когда получит новости. Глупая и безответственная дочь отправилась на прогулку вместе со сводной сестрой, где подверглась нападению голодных волков, которые в считанные минуты разорвали тело на кусочки. Хорошо, что рядом будет доктор. Он сможет найти необходимые слова и успокоит - насколько это вообще возможно, - Кристину. И опять получится ирония, насмешка. Мать вышла замуж во второй раз, опередив дочь. Мать похоронит дочь, пережив ее на сколько - там - будет лет. Плохая ирония...
  Проснусь и увижу знакомый потолок...
  ...Но над головой были лишь кроны деревьев...
  Очень плохая ирония...
  
  
  
  
  
  
  
  
  Часть 2. Чужими глазами.
  Глава 1.
  
  
  Этим утром родственники выглядели неважно. Можно даже сказать, совершенно... Нет, такие слова в приличном обществе не озвучивают. Ингрид за подобное по головке не погладит. В любом случае, праздничное мероприятие не прошло бесследно даже для нашей мисс - идеальные - манеры, и ее паршивое настроение оказалось одной из причин, по которой - вместо того, чтобы отсыпаться, - мы загрузились - а некоторых и загрузили, - в джип Владимира и отправились в Тихую Ночь для дальнейшего обсуждения приоритетной на сегодняшний день проблемы. Милую девочку Еву, которая едва не впала в депрессию по поводу отъезда матери, и трезвенника Зельмана, который не только утилизировал всю алкогольную продукцию, которая находилась в пределах видимости, но и пытался послать в город моих родственничков, оставили отсыпаться в особняке до того момента, пока не придумаем волчонку задания, - Виолетту, которой нечего было делать в обществе гормонально неустойчивых оборотней, уговорить остаться в особняке не удалось. На это были свои причины. Несмотря на то, что наша сестренка достаточно взрослая, чтобы самостоятельно принимать в определенных ситуациях решения, ни от одного из родственников не укрылось, как она иногда поглядывает на Ровула - одного из друзей Зельмана, неуравновешенного и опасного волка, который совершенно игнорировал все возможные правила этикета в обращении с окружающими. Это являлось еще одной проблемой, временно отошедшей на второй план, но не потерявшей своей актуальности. Этого парня нельзя было назвать сногсшибательно красивым, но ему достаточно природного очарования, чтобы закадрить девушку, и, кажется, Виолетта попала под это радиоактивное излучение, потому что в последнее время стала больше интересоваться делами оборотней и, в частности, тем, чем занимается вышеозначенный индивидуум, приводя Ингрид в состояние тихого бешенства, стоит только заикнуться.
  Определенно, этот день с раннего утра не предвещал ничего хорошего, потому что, едва выбравшись из постели и приведя себя в относительный порядок, обожгла руку во время приготовления завтрака. Возможно, и не стоило задумываться об этом, не урони Алекс любимую кружку Валентина, заставив нас несколько минут простоять в немом шоке. При всей своей дружелюбности, иногда папочка может быть безжалостен, когда дело касается близких ему людей. Или вещей.
  - Не стоит делать из этого трагедию, - в своей излюбленной манере фыркнула Ингрид, торопливо отправляя осколки в мусорное ведро, - несколько минут назад я осмелилась признаться в плохом предчувствии, которое преследовало все утро. Владимир и Алекс до сих пор не оправились после праздника, поэтому мои предположения интересовали их в последнюю очередь, а вот старшей сестре я могла довериться. Однако, и она оказалась не в том настроении, чтобы выслушивать глупые предрассудки. Смирившись с этим, устроилась поудобнее на переднем сидении джипа Владимира, которому не смели доверить даже мобильный телефон, и принялась разглядывать осточертевшие деревья. За все время, проведенное в Тихой Ночи, мы с семьей изучили прилегающие к городку территории от и до, - оборотням оказалось и того легче, потому что они чувствовали природу намного лучше, однако, никакого результата в поимке убийцы это не принесло. Я желала как можно скорее покончить со всем этим и вернутся к нормальной - относительно, - жизни, где младший братец разбрасывает свои носки направо и налево, а Виолетта не заглядывается на взрослых парней.
  - О чем задумалась? - поинтересовалась Ингрид через несколько минут безмолвия.
  - Решила поиграть в заботливую сестренку? - усмехнулась. - Тебе это не идет, так что можешь даже и не пытаться...
  - Все думаешь о разбитой кружке? - изогнула бровь в притворном удивлении она, не отрывая взгляда от дороги. - Брось, ты же не веришь во всю эту чепуху касательно...
  - Вспомни, кем мы являемся на самом деле, - протянула язвительно, с затаенным удовольствием наблюдая за тем, как хмурятся идеальные брови и темнеют глаза. Ингрид уж точно никогда не забывает о природе своего происхождения. Уверена, раз за разом она вспоминает неожиданную и довольно забавную ситуацию, возникшую в день, когда Владимир, недавно переехавший из другого города, решил немного поохотиться и едва не поломал руку неосторожной Виолетте. Наша мисс Снежная Королева побелела от ярости, и кто знает, чем бы закончилось неудачное знакомство, не появись вовремя папочка с его примирительными речами и предложением пообедать в местном кафе, чтобы обсудить определенные правила, которые мы установили на территории Тихой Ночи.
  - Не стоит повторять это каждый раз, - пробормотала Ингрид, крепко сжимая руль. Я меланхолично пожала плечами и отвернулась обратно к окну, сбросив неудобные туфли и закинув ноги на сиденье. Хотелось спать и выпить чего - нибудь холодного, желательно со льдом и привкусом клубники. Брат и Владимир мирно посапывали сзади, изредка выдавая неразборчивые фразы и одаривая друг друга ощутимыми пинками, - ей богу, как малые дети, которых, вопреки всем мольбам и истерикам, уложили в кроватку. Хотелось крикнуть во весь голос, чтобы разбудить их, но не было никакого желания двигаться с места, поэтому я проигнорировала насмешливый взгляд Ингрид, закинула ноги на приборную панель и попыталась немного подремать. Ближайшие несколько часов обещали быть напряженными.
  Однако, все самые смелые ожидания не смогли переплюнуть реальности, - когда зазвонил мобильный телефон, мне показалось, что это происходит во сне, который на деле оказался невообразимее всех фантастических фильмов, просмотренных ранее.
  - Слушаю, - отозвалась Ингрид, откинув крышку мобильника. А затем побледнела и издала нечленораздельный звук, который, очевидно, можно было расценить, как согласие. - Сейчас будем! - отрывисто бросила она, а затем до побелевших костяшек вцепилась в оплетку руля, уставившись на дорогу ошарашенными глазами. - Черт бы их побрал!..
  - Что случилось? - пробормотал завозившийся Алекс, пихая в бок Влада. Я согласно закивала головой, выражая степень любопытства и страха, - произнесенные невидимым собеседником слова явно не были положительными.
  - Они нашли ее.
  - Что? - Ингрид проговорила все тихо, словно едва находила в себе силы выдавить хоть слово, и мне пришлось приложить немало усилий, чтобы расслышать отдельно взятые буквы.
  - Они ее нашли, - повторила уже громче, заставив меня вздрогнуть от пробежавшей по телу ледяной волны и выпрямить спину, как будто это могло помочь в адекватном восприятии ситуации. Губы пересохли, и я невольно провела по ним языком, предвкушая хорошую охоту, с использованием полных возможностей вампира и ароматом крови врага. В конце концов, последние несколько недель мы с близнецом голодали, со всей предсвадебной суетой совершенно забыв о естественных потребностях. Баночки с кровью, которые хранились в маленькой картонной коробке, были задвинуты в дальний угол при появлении в семейном гнездышке посторонних людей, и мы благополучно забыли о них. У папочки, кажется, еще оставались некие запасы, но притрагиваться без разрешения к ним никто не решился, и иногда я ловила себя на мысли, что у Евы очень притягательный аромат. Пока на ее теле не появилось Метки, - с того момента мы не могли чувствовать ее в полной мере, и приходилось использовать обостренные органы чувств, чтобы помнить, что она все еще находится в доме. Сейчас же появилась великолепная возможность поиграть и немного подкрепиться, от которой я не была намерена отказываться. В конце концов, иногда игра в маленькую девочку в теле взрослой девушки может надоесть и самому терпеливому актеру, а я никогда не отличалась покладистым характером.
  Если на то пошло, Ева тоже не являлась маменькиной дочкой, - она оказалась упорной и преданной, защищая маму от группы кровожадных вампиров, по ее мнению. И это достойно уважения. А еще она не любит самовлюбленных людей и тех, кто не ценит своих близких. Это тоже похвально. Было любопытно и одновременно страшно наблюдать за тем, как она пытается ради матери привыкнуть к посторонним людям и незнакомому городу. Когда - нибудь эта самоотверженность ее погубит...
  - Ну, я готова к охоте! - заявила, выпрыгивая из автомобиля, едва Ингрид остановила ее у обочины дороги. Ближайшие кусты отозвались шорохом, и через несколько секунд пред нашими очами появился небезызвестный Ровул. Этот высокий широкоплечий парень с коротко стрижеными темными волосами и чуть прищуренными карими глазами пользовался большим спросом у девушек. Вернее, все было наоборот. Идеальная фигура со всеми прилагающимися кубиками и бицепсами; белоснежная улыбка и едва заметные ямочки на щеках; мечта большинства школьниц, повернутых на загорелых спортсменах. И Виолетты, естественно. Возможно, это субъективное мнение, потому что мы знакомы достаточно долго, и с ходу можно назвать множество плохих привычек и недостатков, - но я до сих пор не могу понять, что в нем такого, чего нет, скажем, в брате Зельмана, который не только нормален на вид, но и немножко поумнее, если на то пошло.
  - У тебя проблемы со зрением?
  - А? - Кажется, меня заподозрили в чем-то нехорошем, судя по раздраженному взгляду. - Чего так грубо?
  - Чего уставилась? - в идентичном тоне выдал этот комок шерсти. Проигнорировав мой возмущенный взгляд, он принялся прямо на глазах у восхищенно краснеющей Виолетты стаскивать обрезанные джинсы, которые носил вместо шорт. Денег на новые жалко, что ли?..
  - Совсем ошалел? - змеей зашипела Ингрид, подхватывая младшую под локоть и подталкивая в сторону автомобиля. Я едва справилась с соблазном вцепиться этой собачатине в глотку. Плевать, что он делает это не специально! Хотя, как мне кажется, не сложно заметить, какими глазами за тобой наблюдает несовершеннолетняя вампирка, у которой на губах еще молоко не обсохло, не то, что кровь. Нужно быть полным дураком, чтобы этого не заметить! Или оборотнем...
  - Так, хватит! - попытался воззвать всех к порядку Алекс. Еще одно стихийное бедствие, за которым необходимо присматривать. - Сейчас есть проблема поважнее. Нам нужны примерные координаты этой вампирки, - пробормотал он, доставая из кармана мобильный телефон, - и еще обязательно обеспечить безопасность Виолетты на время охоты. И присмотреть за Евой.
  - Та девчушка? - хмыкнули за моей спиной, вызывая очередную волну злости.
  - Эта девчушка способна переломать тебе хребет, как только войдет в полную силу, - процедила, с притворной внимательностью разглядывая машину, которую изучила вдоль и поперек за столько лет. Ингрид пыталась уговорить строптивую девчонку вернуться обратно в особняк, чтобы не подвергать собственную жизнь опасности, - честно говоря, сделать это удалось только после того, как Владимир предложил отправить сопровождением Ровула. Тут уж никаких возражений не последовало, - более того, такого желания переступить порог родного дома не было даже у Алекса после сдвоенного занятий по физкультуре, где на нем отрывался по полной программе вредный учитель. Не думаю, что подобным положением вещей оказались довольный все без исключения, потому что красноречивый взгляд старшей сестренки обещал смертную казнь любимому женишку, у которого, кажется, тряслись даже брови. Мне же не оставалось ничего, кроме как, скрипя зубами, помочь счастливой Виолетте забраться на серого волка. Красная Шапочка, чтоб ее...
  - Только попробуй распускать лапы, - прошипела на ухо. - Отрежу все, что можно.
  Видимо, тон оказался достаточно убедительным, потому что оборотень повел ухом, огляделся по сторонам и, прочертив на земле несколько борозд от когтей, исчез среди деревьев.
  - Отлично! - фыркнула Ингрид. - Оставить ее наедине с бесбашенным оборотнем... Лучше и не придумать!
  - Сама не в восторге, - пробормотала, переминаясь с ноги на ногу в ожидании прямого приказа. В таких экстренных случаях, когда Валентин находится в отдалении и не имеет возможности координировать действия своих отпрысков, за старшую остается Ингрид, как самая хладнокровная, - даже Владимир не осмеливается перечить своей невесте. Мы же с Алексом погружаемся в гонку с головой, предпочитая действовать по ситуации, и иногда это оборачивается некоторыми проблемами, которые потом приходится разруливать все той же старшей сестричке. Надеюсь, на этот раз все пройдет гладко, иначе папочка очень расстроится, а непосредственный командир разозлится и придумает изощренное наказание.
  - Остальные оборотни прочесывают лес, так что нам остается последовать их примеру, - сказала Ингрид, останавливаясь прямо посередине дороги и оглядываясь по сторонам. - Думаю, стоит начать с окраины и двинуться к середине. Так больше шансов найти вампирку.
  Нам оставалось только кивнуть и разбрестись в разные стороны.
  Надеюсь, все пройдет хорошо, потому что меня гложет изнутри непонятное чувство.
  
  
  Мне удалось отойти на достаточно далекое от дороги расстояние. Вокруг не было ни грамма какой бы то ни было живой души, - не ощущалось присутствия оборотней, которые, по идее, должны ошиваться неподалеку, пытаясь поймать злосчастную вампирку. Да кто она такая, что с такой легкостью уходит от преследования? Попадись она мне...
  Легкий шорох заставил настороженно замереть на месте и прислушаться, используя обостренные чувства вампира. Если кто-то из этих мальчишек решил немного попугать, то он очень сильно пожалеет об этом, потому что сейчас не время для игр, когда по лесу бродит убийца с непонятными мотивами. Осторожно переступая с ноги на ногу, побрела вперед, продолжая сканировать окружающую местность и морщиться от влажной после дождя земли, - туфли на высоком каблуке пришлось снять, и теперь голые ступни сполна ощутили все недостатки живой природы. Где-то справа раздался очередной шорох, и я замерла на месте, пытаясь определить шутника. Возможно, это даже преступница собственной персоной, которую оборотни загнали для расправы. Надеюсь, что хватит сил для расправы, если вдруг это действительно окажется она.
  Однако, мои предчувствия, грызущие изнутри с того самого момента, как отошла от автомобиля, были оправданы.
  Мне удалось сделать еще несколько осторожных шагов, когда на спину в буквальном смысле запрыгнул источающий запах свежей крови вампир. Холодные пальцы сомкнулись на затылке в желании свернуть шею, - однако, мне удалось перехватить руки и, наклонившись вперед, сбросить нападающего на землю. Все произошло в считаные секунды и с такой скоростью, что обычный человек почти ничего и не заметил бы, не знай он некоторых способностях вампира, превосходящих людские в несколько раз.
  Новорожденный вампир, пронеслось в голове, стоило только увидеть сверкающие алым глаза и стекающую по губам вязкую слюну. Такие с трудом сдерживаются в присутствие человека, и их низменные желания преобладают над моральными принципами. Этот парень выглядел простым старшекурсником из какого-нибудь маленького университета, и я мысленно сопоставила образ с фотографией, показанной в одном из выпусков теленовостей, в которых фигурировали пропавшие или убиенные люди. Точно, один из пропавших! Кто же оказался настолько безрассуден, решив преобразовать человека в вампира путем мучительной смерти?
  - Чтоб тебя!.. - прошипела, нащупав на затылке несколько мелких борозд, оставленных ногтями нападавшего. Отбросив туфли в сторону, приготовилась к сражению, мысленно призывая кого-нибудь из оборотней поспешить на выручку, чтобы наверняка справиться с этим отродьем. - Нападай давай! - выкрикнула в нетерпении, не сводя глаз с обращенного, нервно шипящего в стороне. Алые глаза лихорадочно перебегали с моего раздраженного лица в область шеи, - нет, конечно, для вампира не обязательно литрами пить кровь, как показано в глупых фильмах, но для новорожденных это является приоритетом, непреодолимым желание почувствовать себя живым, попробовать на вкус горячую кровь и почувствовать слабое биение сердца своей жертвы... - Черт! - замотала головой. Давно не пила крови, как и родственники. Не желая пугать Еву и Кристину, негласно приняли диету, и это сейчас могло плохо сказаться, потому что ни о чем, кроме крови, я в данный момент думать не способна.
  Вампир истошно завизжал, словно услышав мои мысли, и бросился вперед. Едва удалось перехватить скрюченные пальцы, подбирающиеся к горлу, - у него оказалось больше силы, чем ожидала, и пришлось приложить достаточно усилий, чтобы отбросить новорожденного назад. Зажав голову локтем, как учил Влад, попыталась перебросить сопротивляющегося парня назад, но обломанные ногти прошлись по бедру, едва не разорвав новую юбку, и я отскочила назад, переводя дыхание. Слишком давно не охотилась, так недолго и жирком заплыть.
  - Уже с таким дохляком справиться не можешь? - Из кустов выпрыгнул упоминаемый индивидуум, крайне раздраженный и встрепанный. Без лишних разговоров он набросился на вампира, двигаясь настолько быстро и изящно, что мне оставалось только позавидовать. Женишок сестренки блокировал удары, отстранялась в сторону, перепрыгивал с места на место и атаковал разъярившегося вампира. В считанные секунды тот оказался в незавидном положении, - опрокинув парня на землю, Владимир придавил его горло ногой, недвусмысленно намекая на то, что раздавит как букашку, стоит только дернуться в ненужный момент. Мне в этот момент действительно стало страшно, потому что озлобленный Владимир может покалечить не только чужих, но и своих, потому что его злость туманит разум, и это становится большой проблемой для окружающих, - во всяком случае, догадки Евы подтвердились именно потому, что два самых несдержанных в плане драки персонажа встретились в одном переулке.
  - Давай, посмейся мне еще!.. - прошипела, безуспешно пытаясь остановить кровь, которая источала довольно соблазнительный аромат для проголодавшегося новообращенного вампира. Пальцы сжимались и разжимались в сантиметре от подола юбки, - я испытывала детское желание вытереть грязную ладонь, но чистоплотность одерживала свое. - Откуда ты здесь вообще появился?
  - Твои любовные игры с вампиром только глухой не услышит, - хмыкнул Владимир, проведя ладонью по лбу, словно вспотел после долгого бега и тяжелой борьбы, - я-то знала, что это не более, чем показушничество, потому что женишка моей сестрицы не свалят и несколько бутылок крепкого алкоголя, не то что молодой вампир, которому полгода отроду.
  - Как тебя зовут? - без прелюдии поинтересовалась у притихшего парня, пытаясь выглядеть как можно более угрожающе. Братец говорит, что лицо слишком доброе для игры в хорошего-плохого полицейского, поэтому мысль отвергла сразу же, как та замерцала в голове, и решила действовать напрямую. Раздражение только подстегивало, - хотелось как можно быстрее разобраться со всем этим, вернуться домой и принять горячую ванну. Плевать, что на улице сорокаградусная жара, - отучить Алису Гамильтон от странностей может только загробный мир. На время.
  - Ты бы отошла подальше, - посоветовал ехидно Владимир, придерживая парня ногой за плечо, - а то твоя короткая юбка свет всем, чем только можно...
  - Заткнись! - рявкнула, хватаясь за подол. Да, иногда пристрастия к неформальной одежде могут сыграть нехорошую шутку, но в данном случае я попытаюсь сосредоточиться на более важных делах. - Отвечай, как тебя зовут, овощ! - воскликнула, пытаясь сдержаться и не затеять потасовку с будущим родственником, - при нашей-то ситуации, это будет не то, чтобы странно выглядеть. Это будет смешно и драматично одновременно. По лесу разгуливает сумасшедший убийца, а мы с братом пытаемся выцарапать друг другу глаза просто потому, что я сама надела эту чертову юбку сегодня утром.
  - Джереми, - прошептал парень, смешно вытаращив испуганные глаза, в которых еще можно было прочесть отголоски жажды. Владимир удовлетворенно кивнул и скрестил руки на груди, приготовившись к дальнейшему разговору. Наплевав на нормы приличия и вещи, я уселась прямо в траву и шумно втянула носом воздух. - переговоры никогда не были мой сильной стороной, в отличие от хладнокровной Ингрид, которой - к великому сожалению, - в данный момент здесь не обреталось, как и папочки, поэтому пришлось прибегнуть к игре 'хороший-плохой полицейский' и природному обаянию, которого, как говорят окружающие, находилось с избытком.
  - Значит, Джереми...
  - Д-да? - отозвался побелевший - насколько это было возможно, - новообращенный.
  - Значит, Джереми, - повторила, легонько хлопнув его по животу. - У тебя есть возможность остаться в живых и перейти на сторону добра, где бесплатно раздают шоколадное печенье и целуют на ночь.
  - Я, я... Не люблю шокк-коладное п-печенье, - пробормотал вампир, отодвигаясь назад. Видимо, принял мягкий голос за коварную улыбку змеи. Я похожа на змею? Ладно, у нас нет времени на раздумья, Алиса, выжимай из него информацию побыстрее.
  - Или ты сейчас отказываешься рассказывать о том, кто бродит по лесу с неизвестными нам целями, - и оказываешься в незавидном положении, потому что мой брат, - ткнула пальцем в скептически настроенного Влада, - рассердится. Очень сильно рассердится, и тогда ты не сможешь уйти с этой милой полянки в полном составе, потому что тебе вырвут одну или несколько частей тела. Поверь, это очень больно. - Ну, судя по тому, как вопят свихнувшиеся вампиры в руках той же Ингрид или ее очаровательного, но вспыльчивого женишка, то да - это больно. - Может быть, даже не уйдешь вовсе, потому что моих сил не хватить, чтобы остановить братика, когда он находится в неадекватном состоянии... так что ты выбираешь? Жизнь в тепле или смерть в грязи? У нас есть несколько секунд на раздумья, - пробормотала, сделав вид, что рассматриваю невидимые часы на левом запястье. Парень испуганно забился под ногой Владимира, пытаясь выбраться. Он злобно шипел, царапал ногтями землю и, кажется, бормотал под нос не вполне цензурные слова, потому что братишка рассвирепел еще больше, пытаясь удержать взбесившегося вампира, - ему пришлось насесть всем телом, но и это не помогло. В новообращенном словно появилось намного больше энергии, чем существует в самом сильном новообращенном.
  - Что за черт? - пропыхтел Влад.
  А в следующую секунду раздался оглушающий треск, - и на поляну выскочила хрупкая девушка с растрепанными русыми волосами. Ее нельзя было назвать красивой или симпатичной: настороженно прищуренные карие глаза внимательно следили за каждым нашим движением; чуть изогнутые тонкие губы шептали нечто неразборчивое, - я попыталась прислушаться, но скорость произношения оказалась настолько быстрой, что ее не смог перебороть даже чувствительный слух вампира; тонкие руки нервно теребили легкую ткань полупрозрачного белоснежного платья, - во всяком случае, таковым оно было раньше, потому что долгие пробежки по лесу сказались на подоле и части юбки. Иногда она запускала одну руку в спутанные волосы и ворошила слипшиеся пряди, перенося вес тела с одной ноги на другу, - я не заметила какой бы то ни было обуви, ступни были грязными, но никаких видимых повреждений не было. Либо все зажило довольно давно, либо она, как и мы все, обладала определенной способностью к регенерации, - и это казалось более чем подозрительным. Нормальный человек не станет расхаживать в подобном виде по опасному лесу, кишащему хищниками и озабоченными котами, - а из вампиров существую только два варианта. Мы или они. И предполагаемый ответ мне ох, как не понравился.
  Ноздри девушки чуть дернулись, и я непроизвольно приложила ладонь к глубоким царапинам, оставшимся после нападения Джереми. Чувствует запах? Еще одна подозрительность. Человек даже с самым сильнейшим обонянием не сможет аромат крови на свежем воздухе. А здесь, в лесу, где пахнет землей и все пропитано свежестью воздуха, это просто невозможно. Конечно, если она не...
  Очевидно, Владимир оказался намного умнее, потому что быстрее просчитал все возможные варианты и мгновенно вскочил на ноги. Девушка вздрогнула, когда увидела, кого прижимал к земле родственник, и в ее глазах появилась возрастающая злость. Дрожащие пальцы оставили в покое платье и волосы; руки были скрещены на груди, и теперь незнакомка обхватывала ладонями трясущиеся плечи, словно оказалась в середине зимы на улицы в подобной легкой одежде. Я сама походила на натянутую струну, стремилась оказаться как можно ближе к родственнику, но продолжала внимательно следить за каждым движением девушки, за тем, как двигаются ее тонкие губы и лихорадочно перебегает с меня на притихшего Джереми взгляд.
  - Предатель, - прошептала она, изогнув брови в притворном удивлении. Влад отпихнул меня в сторону, себе за спину, когда мы оба увидели, как радужка незваной гостьи заполняется красным оттенком, а бледный язык в предвкушении проводит по потрескавшимся губам. Джереми жалобно всхлипнул и попытался отползти подальше в кусты, словно это могло избавить от неминуемой гибели при плохом исходе, и я схватила его за край футболки, подтягивая ближе к себе. Из этого парня еще может выйти толк, если направить жажду и силу в правильное русло, - пусть им по возвращении займется Валентин. Не думаю, правда, что Алекс и Ингрид будут в восторге, узнав, что я сохранила жизнь одному из врагов, а Владимиру достанется даже больше от любимой невестушки, но просто так я сдаваться не собиралась...
  - Предатель, - повторила девушка, дернув головой. - Знаешь, что бывает с предателями?.. О, это довольно занимательная история, которая улучшается с визуальным оформлением... Я покажу тебе, - слабо улыбаясь, проговорила вампирка. Она двинулась вперед...
  - Тварь, - прошипел Владимир, бросаясь вперед. Я не успела вовремя среагировать и ухватить его за руку, - хотя, естественно, это не принесло бы никакого результата, с его-то силой. Девушка истерично завизжала и ринулась в атаку, - я едва не завизжала следом, от страха, когда увидела, как она обхватывает брата за пояс и с неестественной силой, даже для вампира, опрокидывает того на землю. Несколько молчаливых секунд, проведенных в равной борьбе, - и над поляной разнесся громкий вскрик Владимира, заставивший меня сначала прирасти к месту, на котором стояла, а затем кинуться на помощь, с трудом разжав пальцы на руке Джереми. Влад попытался обороняться, но эта тварь попросту оказалась сильнее. Сильнее Владимира! Она с легкостью отталкивала его руки и стремилась добраться до шеи, чтобы перегрызть горло. Я ухватила ее за волосы и с удовольствием дернула назад, - мы обе покатились по траве.
  - Алиса! - воскликнул родственник, когда вампирка ухватила меня за ногу и притянула к себе, усаживаясь на бедра. Скрюченные пальцы потянулись к горлу, и в следующую секунду она попыталась перекрыть доступ к воздуху. Перед глазами потемнело в считанные мгновения - хватка оказалась слишком сильной. Сильная, она очень сильная... Я вскинула вверх кулак и почувствовала, как костяшки ударились о нечто твердое и прохладное. Скула или подбородок - не столь важно. Главное - она чуть ослабила хватку, и Владимир смог оттащить эту сумасшедшую как можно дальше от меня. Окружающий мир виделся расплывчатым, и я провела несколько секунд, пытаясь сфокусироваться и подняться на ноги. Чьи-то руки обхватили за плечи и рванули вверх, - показалось, что вернулась девчонка, потому что Влад не справился с ней. Но это оказался Джереми. На удивление.
  - Вставай, - прошептал он, по-прежнему смешно выпучивая глаза. Он дрожал даже больше, чем эта нервная. - Вставай...
  С какого рожна он вообще попытался привести меня в сознание, не было времени выяснять, потому что сзади раздался вопль Владимира, заставивший кровь заледенеть под кожей, и я подорвалась с места, бросаясь в ту сторону, откуда прозвучал крик. Ноги заплетались друг о друга, цеплялись за высокую траву, а пальцы слепо шарили в поисках какого-либо дерева для поддержания вертикального положения. Ударившись пальцами о нечто большое и теплое, я рухнула прямо на Владимира, который охнул от боли, - ему больно! Терпеливый женишок блондинки, который стенает только при виде банки с йодом или зеленкой, сейчас буквально кричит от боли!
  - Ингрид! Алекс! - выдохнула с трудом. Грудную клетку обжигало при каждой попытке сделать более-менее нормальный вдох-выдох, но я перенесла все внимание со своих никчемных страданий на искривленное в молчаливом крике лицо родственника. Даже не успела что-либо предпринять, как из-за ближайших кустов выскочил потрепанный, но по-прежнему белоснежный волк с оскаленной пастью и сверкающими азартом глазами.
  - Зельман, - прошептала, подаваясь вперед.
  Вампирка яростно зашипела - и развернулась прочь, пытаясь скрыться среди деревьев. Зельман протяжно завыл и метнулся следом, прочертив в сырой земле борозды от когтей. Несколько секунд я могла слышать треск, веселое поскуливание раззадоренного волка и истошные визги свихнувшейся девки, а затем все стихло, нарушаемое хриплым дыханием Влада, шорохами, издаваемыми Джереми - он, на удивление, не делал попыток убежать, - и моим панически колотящимся сердцем, готовым проломить горящую грудную клетку. Все произошло настолько быстро, что я никак не могла собрать пляшущие в голове мысли в одну картинку, - это казалось страшным сном, в котором есть определенная цель, невидимая и недосягаемая, но также есть и определенное количество времени, уменьшающееся с каждой секундой вдвое.
  - Идиот! - раздалось знакомое шипение, и на поляну выскочила взъерошенная Ингрид с глубокой царапиной на щеке. Она мгновенно бросилась к постанывающему Владу, бросим мимолетный взгляд в сторону сжавшегося Джереми. - Так и будешь стоять?
  Я дернулась вперед, но гневный окрик был послан не мне, - из-за дерева, на ходу натягивая шорты, выскочил Ровул, не менее взъерошенный и помятый. Следом высокчили еще несколько ребят из стаи и перепуганный по самое не могу Алекс. Прошло даже похмелье, потому что он казался даже больше, чем трезвым. Осторожно, как фарфоровую куклу, парни подхватили Владимира и медленно понесли в сторону автомобиля, переговариваясь на ходу. Один из их отцов немного понимал в медицине, а брат Зельмана собирался поступать на заочное отделение в медицинский колледж в соседнем городке, - я могла бы быть спокойна, будь Влад не более, чем женихом старшей сестры, но в семье Гамильтонов нет своих и чужих. Здесь каждого принимают в семью, независимо от его пола и социального статуса, - Владимир являлся моим братом, а это значило больше, чем простой знакомый парень, решивший захомутать сестричку.
  - Поднимайся, - пробормотал Алекс, выглядящий в этот момент не лучше меня. Его бодрость исчезла в считанные минуты. Подхватив его под руку, я медленно и неуверенно поднялась на зудящие ноги, на которых были стесаны коленки, пригладила помятую и грязную юбку, попыталась поправить выбившиеся из хвостиков волосы и полезла вытирать испачканными в земле ладонями слезы, которые готовы были вот-вот появиться. Да. Многие говорят, что я эмоциональная, но, по-моему, это лучше, чем быть ходячей льдиной.
  - А это кто? - недовольно поинтересовался брат, оглядываясь на новообращенного, прижавшего ладонь к нижней части лица. В его глазах можно было прочесть борьбу между затмевающей жаждой и желанием остаться при разуме, поэтому я целеустремленно, но заметно покачиваясь от легкого головокружения, побрела к нему. Ингрид меня убьет, Алекс возмутится, а Валентин только покачает головой, - однако, убивать опомнившегося вампира, который еще способен принять правильное направление, нет никакого желания. Мы убиваем только тех, кто полностью погряз в низменных желаниях или сошел с ума от долгих странствий и почтенного возраста. Не таких, как он.
  - Идем, - протянула руку. - У нас есть кровь и чистая одежда. Или хочешь вернуться к ней? - мотнула головой в сторону, куда убежали вампирка и волк.
  Видимо, при диктатуре ему жилось не просто несладко, потому что парень медлил всего несколько секунд. Мне с трудом удалось удержаться на ногах, когда он поднимался на ноги, так же неуверенно, как и я некоторое время назад. Алекс выглядел более, чем недовольным, но пытаться возмущаться или переубеждать не стал, продолжая придерживать меня за локоть, чтобы не пропахала носом землю окончательно. Джереми не знал, куда ему деваться от этого злобного взгляда, поэтому шагнул поближе ко мне, - хоть не попытался броситься на шею, и на том спасибо.
  - Алекс, это Джереми. Джереми, это Алекс, - пробормотала, неопределенно махнув рукой. - Все, познакомились. А теперь отведите меня домой, - хочу хорошенько подкрепиться третьей положительной и завалиться спать минимум на неделю.
  - А не опьянеешь, с третьей-то? - фыркнул братец, подталкивая вперед. Достигнув места, где валялись туфли, я зависла, как компьютер, на несколько секунд, бессмысленно разглядывая купленные Ингрид в подарок туфли. Брошу здесь - рассердится, прихвачу с собой - рассердится, что допускаю обувь до такого состояния. Когда она не злится при виде меня?..
  - А, к черту все, - снова махнула рукой. - Гулять, так гулять! Накачу отрицательной, завалюсь спать прямо так и буду видеть сны с участием любимых актеров... Присоединишься?
  - Я похож на того, кому нравятся смазливые мальчики? - хмыкнул Алекс, придержав меня за плечи, когда зацепилась ногой за выпирающий корень дерева. Впереди стихли приглушенные голоса оборотней, раздраженное бормотание Ингрид, которым она пыталась скрыть свое волнение за здоровье Владимира, - и даже тихое пение птиц, вернувшихся обратно после того, как их потревожила драка, прекратилось. Вокруг стояла тишина. Не сказать, чтобы умиротворенная, но это было лучше, чем шипение сумасшедшей вампирки и болезненные стоны родственника. - Интересно, они ее поймают? - пробормотал брат задумчиво.
  - Зельман погнался за девушкой в белом платье. Выглядела она более, чем свихнувшейся, - поежилась от воспоминания искр безумства в глазах ворвавшейся на поляну незнакомки. - Как ее зовут хоть? - обратилась к Джереми, который все это время плелся позади, испуганно оглядываясь по сторонам. У него дрожали пальцы и заплетались ноги, - от жажды так просто не избавиться, но уже то, что он понимает чужую речь и пытается вести себя, как адекватный человек - ну, или вампир, - способно удивлять. Обычно новообращенный вампир, не достигший года перерождения, подчиняется своим низменным желаниям и не стремится быть законопослушным гражданином.
  - Кажется, Марианна, - пробормотал парень, одергивая рукава футболки. - Не уверен.
  - Без разницы, - отмахнулся Алекс, - это не имеет никакого значения. Самое главное для нас - избавиться от этой сумасшедшей как можно скорее, пока число жертв не увеличилось в геометрической прогрессии. Не думаю, что Валентин будет доволен нашей топорной работой, когда вернется.
  - Топорной работой?! Мы несколько месяцев выискивали эту девку, - а оказалось, что она действительно сумасшедшая! - раздраженно бросила я. - Сумасшедшая, а пряталась так, что не могли уловить даже запах на месте преступления! Кто она вообще такая? - крепче обхватив руку брата, прошипела. - Гуляет, как у себя дома!
  - Она мстит за своего возлюбленного, - пробормотал еще тише Джереми, заставив нас замереть. - Много лет назад они оба были грозой города, пока не вмешалась носительница Метки, - проговорил громче под нашими пристальными взглядами. - Парня убили, а Марианна свихнулась на почве трагической любви. Мы - я и те, которых она обратила, - иногда слышали, как она рассказывает фотографии убитого планы мести. Это было страшно...
  - Погоди-ка, - протянул за нашими спинами Ровул, заставив меня подскочить от неожиданности. Парень не обратил на возмущенный взгляд никакого внимания, приблизившись к побледневшему вампиру. - То есть, ты хочешь сказать, что эта истеричка стремится отомстить носительнице Метки, которая убила ее любовника? Как давно это было?
  - Причем здесь возраст? - нахмурилась я. - Нас интересует совершенно другое!
  - Блондинка! - фыркнул раздраженно оборотень. - Покумекай немного своей детской головкой! Сейчас в Тихой Ночи и ее окрестностях нет никого, кто мог бы претендовать на звание носительницы Метки! Однако, ваш несравненный папочка привез личность...
  - Только не говори, что имеешь в виду... - выдохнула, запуская ногти в Алекса. Тот сдавленно зашипел, но мгновенно подскочил, как ищейка, обнаружившая зайца на охоте, когда с опозданием, но все же додумался, к чему ведет предмет обожания Виолетты.
  - Ева! - выкрикнули мы одновременно.
  
  
  
  
  
  Это было ужасно...
  - Я не знаю, что делать! - выкрикнула срывающимся от приближающейся истерики голосом. Дрожащие пальцы осторожно прикоснулись к белоснежной кожи, которой почти не было видно под вязкой кровью, залившей тело, - ее или нет? Пропитались даже волосы.
  - Больно! - простонала Виолетта, когда Алекс осторожно поднял ее на руки. В ответ раздалась гневная тирада о том, почему необходимо слушаться старших, но я пропустила большую часть мимо ушей, пытаясь определить состояние сводной сестры. Она была без сознания, совершенно точно, но видимые повреждения совершенно отсутствовали, несмотря на обилие словно нападения не было и в помине. Однако, Виолетта упорно продолжала твердить о том, что перерожденные пытались разодрать ее горло. Еще один вопрос, который пока остается без ответа, - куда подевались вампиры, если они действительно были в этой части леса? По дороге к особняку нам удалось поймать и убить еще нескольких, заставив Джереми поникнуть еще больше. Его пугала неизвестность, но я по-прежнему считала, что умереть успеет каждый. И если мы не окажем своевременную помощь Еве, она почувствует высказывание на себе первой.
  - Виолетта, где вампиры? - озвучила прыгающие в пустой голове мысли. Сестра вздрогнула и зажмурилась, пытаясь скрыть побледневшее лицо у брата на груди.
  - Виолетта, - повторила, но уже громче, попутно приподнимая голову Евы, чтобы попытаться привести ее в чувство. Боже, кто бы знал, насколько я перепугалась, когда обнаружила ее в крови! Это невозможно передать словами. А когда от боли застонала Виолетта, у меня едва сердце из груди не выскочило. Да что там! - рухнув около такой умиротворенной Евы, готова была расплакаться от бессилия и непонимания. Мелькнула мысль, что мы опоздали. Слишком медленно бежали, хотя брат до сих пор не мог отдышаться. Слишком поздно спохватились, - хотя, услышав крик, немедля бросились, прислушиваясь к каждому шороху. Слишком, слишком, слишком...
  - Я не знаю, - захныкала девочка, сжимая изорванную футболку Алекса в пальцах. - Они пили ее кровь и мою... Было так больно... А затем все прекратилось! Кажется, они бросились бежать. Или их кто - то убил. Я не знаю! - истерично выкрикнула она, закрывая лицо ладонями. Я шумно выдохнула, пытаясь совладать с эмоциями. В конце концов, девочка не виновата, что здесь произошла самая настоящая хрень. Сначала раздается крик, а затем, когда прибываем на место, нет никого, кроме самих жертв, которые явно не тянут на героинь, способных противостоять вампирам.
  - Пили кровь, говоришь? - пробормотала, внимательно разглядывая кисти рук Евы. Проведя кончиками пальцев по коже, не почувствовала ничего, что могло бы напоминать повреждения от зубов. Ни на одной руке, ни на другой. Горло тоже было в порядке. Черт с ним, с горлом!..
  
  Проблемы возникли с Меткой. Вернее, с ее отсутствием.
  Ее не было. Совершенно. Не считая крови, идеально чистая ключица. Словно ее и не существовало, хотя мне много раз доводилось видеть этот рисунок. Не мог ведь он впитаться в кожу? Или мог? Валентин обещал узнать больше о том, что таит в себе татуировка, но подробно нам так ничего и не рассказал. Не считая глупой трактовки Алекса о домоправительницы, мы ничего не знаем. Может быть, Метка помогла залечить раны? Однако, не думаю, что она способна на такую быструю регенерацию. Чтобы ткань срослась, потребуется больше времени. Взять того же Зельмана. После стычки с теми самоубийцами его лапа заживала почти до самого утра, несмотря на незначительный, по сравнению с данной ситуацией, процент повреждения. Нет, совершенно точно это не регенерация. Тогда что?..
  Я вновь приподняла голову Евы и легко похлопала девушку по холодным щекам. Они были не просто холодными - ледяными. В разгар лета она походила на замерзшую во льдах. - Необходимо позвонить Валентину, - проговорила, жестами попросив Ровула, маячившего за спиной, поднять Еву с земли. Он успел обратиться и достать из сшитого мною кармашка с ремешком запасную пару джинсов, - услышав крик, парень обратился мгновенно, в полете, разорвав джинсовые шорты и свалив с ног впереди идущего Алекса. Подхватив бедную девочку на руки, без лишних слов бросился в сторону особняка. Мы с братом последовали его примеру, оставив охоту за Марианной на остальных оборотней. Ингрид уже везла Владимира в городскую больницу, на ходу придумывая подходящую историю для того, чтобы медицинский персонал не обратился в полицию по поводу избиения человека.
  
  
  
  
  
  Все изменилось, как только мы переступили порог семейного особняка.
  ...Тело Евы задрожало, словно ее изнутри выжигало электричество. Припухшие и посиневшие веки приподнялись, и я увидела замутненные глаза, полные боли и отчаяния. Сестра ухватила близнеца за предплечье и сжала до побелевших кончиков пальцев, заставив его заметно сжать челюсти. Каким чудом не выпустил, до сих пор не могу понять.
  Издав тихий стон, Ева закатила глаза и вновь потеряла сознание, - а на губах появилась кровь. Мои мышцы буквально заледенели от накатившего страха. Я подхватила ее запрокинутую голову, ведь может захлебнуться...
  - Отойди! - Алекс бесцеремонно спихнул с рук всхлипывающую Виолетту и жестами велел Ровулу положить девушку на диван. Оборотень проделал приказанное, не произнеся ни слова поперек, а затем двинулся ко мне. Он обхватил мое лицо теплыми ладонями.
  - Посмотри на меня! - потребовал он. Переведя взгляд на волчонка, едва не разрыдалась. Честное слово, на глаза навернулись слезы в этот момент. - Звони Валентину! - четко, по слогам, проговорил парень. Удивительно, но из всех нас, таких правильных, он единственный, кто сохранил способность размышлять более - менее здраво. Алекс бесцеремонно бил Еву по щекам, встряхивал и прощупывал пульс, бормоча под нос непонятные слова, пытаясь привести ее в чувство, - но ничего не менялось. Она безвольной куклой лежала на диване и не подавал никаких положительных признаков. - Слышишь? - повторил Ровул, заслонив собой представшую картину. - Звони Валентину!
  - Хорошо, - прошептала, наблюдая за тем, как Алекс с рычанием подхватил Еву на руки и бросился вверх по лестнице. В голове мелькнула мысль, граничившая с безумием: вдруг он сейчас споткнется? Ведь брат такой неуклюжий. Он часто спотыкается на третьей сверху ступеньке или цепляется краями футболок и рубашек за набалдашники вверху и внизу перил.
  Громкий окрик волка, взявшего бразды правления в свои руки, заставил вырваться из того состояния оцепенения. Никакого хладнокровия, о котором так любят писать в книгах или показывать в фильмах, не было и в помине. Как можно вести себя подобным образом, когда твоя сводная сестра бьется в конвульсиях? Ни один человек не сможет мыслить здраво, когда у его близкого человека возникают проблемы. Будет следовать чужим указаниям, выполнять заученные движения, но спокойно наблюдать - никогда! Именно поэтому я, матерясь в полный голос и не заботясь о нежных ушах младшей сестры, сжавшейся в углу гостиной, бросилась следом за Алексом, едва не выбившим дверь в операционную папочки.
  Схватив с письменного стола старенький телефон, которым почти не пользовались, с трудом набрала правильный номер мобильного телефона отца и принялась ждать. Монотонные гудки выводили из себя похлеще глупых шуток оборотней. Будь моя воля, давно бы отправила этот дурацкий аппарат к праотцам.
  - Да? - раздался сонный голос папы. Даже думать не хочу, чем они там занимались!..
  - Дай сюда! - раздался рядом голос Ровула, и трубку вырвали из пальцев. Я бросилась к кушетке, на которой лежала побелевшая Ева. Ее веки трепетали, но нельзя было сказать, что она находилась в сознании. Кровь продолжала течь, и я поспешно вытерла ее краем простыни, на которой лежала сестренка. Раздался очередной протяжный стон, и я прикусила нижнюю губу, чтобы не завыть самой. Почему они все медлят? Нужно делать хоть что - нибудь!
  - Вколите ей морфий! - крикнул волчонок.
  - Морфий? - переспросила, не совсем понимая, что происходит. Яркий свет лам освещал хрупкое тело, и в голове мелькнула мысль, что сейчас Ева похожа на тех вампиров, о которых снимают фильмы. Какая ирония!..
  - Возможно, началось перерождение! - торопливо заговорил Ровул, очевидно, прислушиваясь к звучащим в телефонной трубке фразам и повторяя слова Валентина. - Значит, ее организм перестраивается. Необходимо облегчить ее боль и не дать откусить язык...
  - Язык? - Кажется, у меня началась настоящая истерика. Ладонь непроизвольно прижалась к губам, не давая вырваться всхлипам.
  - ... и пристегните ее ремнями на всякий случай!..
  - Ты издеваешься? - прорычала. Голову даю на отсечение - сейчас мои глаза покраснели, а через несколько минут этих бредней появятся и клыки. Хочу вонзить их в теплую плоть и нахлебаться крови, чтобы опьянеть и ничего этого не видеть! А лучше - вернуться обратно в лес и биться головой о деревья до тех пор, пока окончательно не потеряю память.
  - Алиса, не тормози! - рявкнул близнец, протягивая мне шприц с мутноватой жидкостью. Я научилась ставить уколы и накладывать повязки, но не уверена, что смогу сделать все правильно в данный момент. Нет, не могу!
  Тихий стон заставил меня вздрогнуть и перевести взгляд на Еву. На белках глаз проступили красноватые пятна - кажется, это лопнули капилляры. Несколько долгих секунд мы смотрели друг на друга. В моей голове роилось столько мыслей, что, казалось, они вот - вот полезут через уши.
  - Прости, - прошептала одними губами.
  Рука дрогнула, и игла вошла в ногу почти наполовину. Ева вскрикнула, и на губах выступила очередная порция крови. Сколько ее еще? Алекс ухватил девушку за руки и попытался привязать ремнями, прикрепленными к кушетке. Однако, она внезапно выгнулась дугой, а затем рухнула обратно, с глухим стуком ударившись лопатками. У меня остановилось сердце, когда она вырвалась из хватки брата и попыталась разодрать на груди футболку.
  - Еще морфия! - крикнул Алекс, наваливаясь на девушку всем телом. Ева уже не понимала, что делает. Она хотела избавиться от того, что причиняло такие страдания, пыталась достичь этого любыми способами. Ровул бросился брату на помощь, он прижал ноги девушки к кушетке и принялся искать свисающие ремни. Ева вонзила коротко остриженные ногти в руки брата, и близнец завопил в полный голос, пытаясь скинуть тонкие, но необычайно сильные руки. Он не хотел делать больно, но, вопреки всему, на коже появились отметины.
  - Ты оглохла?! - рявкнул Ровул, пытаясь нащупать эти злосчастные ремни и одновременно выдернуть из моей руки шприц.
  Нет, конечно, я не оглохла...
  Я поняла...
  Ее тело отторгает морфий.
  Мы не сможем ничего сделать, пока не закончится процесс перерождения, - вот, что я поняла. Мы не сможем избавить ее от этой боли, пока не пройдет определенная стадия. Если бы было больше информации, возможно, мы сумели бы облегчить ее страдания. Однако... Всхлипнув, я прислонилась к прохладной стене и медленно сползла вниз. На этот раз слезы оказались сильнее моей выдержки. Через призму горечи услышала протяжный вскрик Евы. Если бы могла забрать ее боль...
  Я успела пожалеть, что она пришла в сознание.
  Рядом опустился Алекс. Ровул пропал из поля зрения, - может быть, он продолжал стоять у изножья кровати, этого не знаю. Закрыв голову руками, брат принялся бормотать что - то неясное. Звуки долетали, словно через толщу воды.
  Только через несколько минут до меня дошло, что он читает молитву.
  Мой брат, который не верит в Бога.
  Крики сменялись громкостью звучания и частотой времени. Иногда они были похожи на тихие всхлипы, а иногда едва ли не разрывали барабанные перепонки. Содрогающееся в конвульсиях тело скользило по испачканной кровью поверхности с неприятным скрипящим звуком, заставляя вздрагивать вновь и вновь. Алекс обхватил меня за плечи и прижал к груди, закрывая уши ладонями, чтобы отгородить от происходящего, но звуки достигали с не меньшей силой. В какой - то момент, когда он прикоснулся к моему лицу, я поняла, что плачу навзрыд, и слезы раскаленным железом обжигают щеки.
  
  
  
  ...Неизвестно, сколько времени мы просидели вот так, обнявшись, не расцепляя объятий и читая молитвы. Я даже не помню, когда на первом этаже раздались взволнованные голоса, принадлежащие Владимиру и остальным. Не помню, как кто - то разжал мои онемевшие пальцы, поднял на руки и унес в другую комнату, а затем вколол успокоительное, чтобы не впадала в истерику.
  Я ничего этого не помню.
  Помню только одно.
  Ее сердце не билось.
  
  
  
  
  
   Глава 2.
  
  
  Обостренное чувство восприятия окружающего мира позволяли слышать любой незначительный отзвук, и это резало не хуже остро заточенного кинжала. Я могла слышать, как на первом этаже раздался стук каблуков Ингрид и невнятное бормотание недовольного Владимира, которому с трудом удалось вырваться из душного кабинета лечащего врача; Виолетта тяжело дышала и была на грани истерики, но упорно боролась с Ровулом, который пытался уложить несносную девчонку отсыпаться после произошедшего. Сейчас я даже не раздумывала над тем, что парень крутится вокруг младшей сестры, - они все могли постоять за себя, их способности к регенерации и умственное развитие превышало человеческое в несколько раз.
  А Ева, бедная маленькая Ева, которая всего лишь хотела счастья собственной матери, лежала на заляпанной кровью кушетке, пристегнутая ремнями. Все, что осталось от симпатичной девушки с непередаваемо упертым характером - безвольный манекен.
  Чертова Метка...
  Пальцы сжались непроизвольно, - удар кулака прозвучал, возможно, намного дальше нашего дома, дошел до глубины леса. Может быть, по полу пробежала тонкая сетка трещин, потому что я не могла отвечать за контроль над своими силами, как человеческими, так и вампирскими. Пальцы другой руки зарылись в растрепанные волосы, разворошили их еще больше, прошлись от виска к подбородку и обхватили перехваченное колючей проволокой горло. Я не могла объяснить, почему так плохо, - прежде никогда не доводилось так сильно беспокоиться о простом человеке, которого не знала достаточное время, чтобы называть братом или сестрой. Однако, Ева оказалась довольно интересной личностью, готова была бороться против целого семейства вампиров, чтобы защитить Кристину, - и это пленило не только нас с близнецом, но и Владимира, который так смешно беспокоился за ее состояние после того, как Валентин поведал о Метке и ее предназначении.
  Метка...
  Сейчас ее нет.
  Я с трудом поднялась на ноги и, не отрывая взгляда от продолжающей безмолвно лежать Евы, направилась к кушетке. Футболка была разорвана у ворота, и можно было отчетливо увидеть светлую кожу без намека на родинки или едва заметные шрамы, - людям свойственно попадать в некие неприятные ситуации. Будь там хоть татуировка в виде крысы с длинным голым хвостом, я просто бы позволила себе вернуться на насиженное мест и продолжала буравить тело своей сводной сестры пустым взглядом, как делала это на протяжении часа. Но мысль о этой гребанной метке перекрывала даже чувство потери, и я не рыдала над хладным трупом родственницы, а внимательно рассматривала каждую клеточку тела в области ключицы. Такое ощущение, что все произошедшее является страшным сном.
  - Необходимо позвонить Валентину и рассказать все, как есть, - раздался за спиной усталый голос Ингрид. - И придумать легенду для Кристины.
  - И кто этим займется? - Даже не повернулась в ее сторону. Осторожно обхватила руку Евы ладонями и попыталась согреть. Она вся была словно статуя, высеченная изо льда, и этот ужасный холод передавался мне, распускал свои щупальца в груди, образуя тяжелую глыбу, мешающую нормально дышать. Где-то на первом этаже раздались приглушенные всхлипы Виолетты, и тяжесть усилилась. Лаза предательски защипало.
  - Я, - прозвучал голос сестры со стороны письменного стола. Я продолжала едва ощутимо поглаживать тыльную сторону ладони дрожащими пальцами, пытаясь справиться с эмоциями, надвигающимися неспешной морской волной, готовой с головой погрузить в омут отчаяния. - Я позвоню папе и расскажу о том, что произошло. Он сам найдет необходимые слова для Кристины. Нам же необходимо собраться с мыслями и отдохнуть, чтобы решать все на свежую голову. Заканчивай с этим идиотизмом, - повысила она голос, заставив вздрогнуть. - Еву не вернешь, и это целиком и полностью не твоя вина! Никто не знает, как подействует Метка на потенциального смотрителя, так что это было одной из версий развития событий, которые рассматривал отец. А еще это ее вина, - ни один нормальный человек не сунется в лес, кишащий новообращенными вампирами! Ее предупреждали, но подростковый максимализм в очередной раз сыграл не очень добрую шутку, - так что нам остается только посочувствовать Кристине и подумать о том, что делать с беглой вампиркой. А тебе необходимо выспаться хорошенько, потому что сейчас выглядишь похлеще Евы!..
  Мимолетная острая боль пронзила левую лопатку. Я отпустила руку девушки и развернулась в сторону сестры. Ингрид стояла с непроницаемым лицом, сжимая в руке пустой шприц. Я не смогла даже четко выразить свое возмущение, потому что не чувствовала ничего, кроме опустошения.
  - Идем, - пробормотала Ингрид, осторожно приобнимая меня за плечи и направляя в сторону распахнутой двери. Я напоследок оглянулась на Еву. Вновь пришла мысль, что она действительно похожа на вампирку, - окровавленная и безвольная кукла, которая не смогла вовремя разорвать сковывающие нити и вырваться на свободу, подальше от сумасшедшей семейки, и оказалась разбита в считаные недели. - Идем же, - зашептала Ингрид, и я невольно подчинилась. В голове образовалась пустота, - лекарство начало действовать, поэтому не оставалось ничего, кроме как отправиться в самую дальнюю комнату, завернуться в простынь, заменяющую одеяло в жаркое время года, и провести в самодельном коконе как можно больше времени, пока не вернется Валентин, пока не похоронят Еву, пока не оправится Кристина. Не думаю, что она вообще будет в состоянии соображать, когда узнает, какой мучительной была смерть ее единственной дочери.
  - Вот так... - Голос сестры был невообразимо ласков в эти минуты. Возможно, она сама чувствовала то же, что и я. Или просто пыталась успокоить свою взбалмошную сестренку, потому что никогда не испытывала к Еве подобной симпатии, как я или Алекс. О Зельмане и говорить нечего...
  Внезапно по лесу пронесся волчий вой. Он был переполнен отчаянием, яростью, ненавистью и многими другими эмоциями, которым я не могла дать точное название. Это определенно был волчонок, - и еще никогда прежде он не выставлял свои чувства напоказ всем обитателям Тихой Ночи...
  - Узнал, - пробормотала Ингрид.
  - Кто ему рассказал? - раздался приглушенный голос Ровула.
  - Импринтинг, забыл? - Владимир. - Ева умерла, и он почувствовал это. Думаю, вам с ребятами стоит отыскать Зельмана и проследить, чтобы он не натворил глупостей. Это даже похуже, чем алкогольное опьянение...
  - Идем, - повторила Ингрид, уже сильнее подталкивая меня к ближайшей комнате . Ноги словно напичкали ватой, а вместо головы на плечах болтался надутый гелием воздушный шарик. Я чувствовала, что вот-вот растянусь прямо посреди коридора, но прохладные пальцы сестры осторожно и одновременно твердо сжимали плечи и поглаживали по спине.
  Дверь с тихим скрипом приоткрылась. Последние несколько шагов до кровати я не смогла пойти, - Ингрид буквально подхватила, как плюшевого мишку, и подтащила как можно ближе к постели. Не обращая внимания на грязь и кровь, толкнула, и я кулем рухнула на одеяло. С рисунком любимых мультяшек Виолетты, - значит, это ее комната, самая ближняя к лестнице. Она всегда первой прибегала к завтраку, неизменно катаясь на перилах, или первой же встречала Валентина, который заезжал после трудной работы на выходные. Мы все любили встречать закат, обсуждая последние новости и поедая приготовленные Ингрид булочки, сидя за маленькими столиками позади дома, на заднем дворе. Обычно после того, как садилось солнце, к нам прибегали оборотни. Зельман привозил своего брата на стареньком автомобиле отца, не забывая, естественно, прихватить ящик темного пива, к вящему неудовольствию блондинки. Тихие семейные посиделки быстро трансформировались в шумную вечеринку с прыжками через костер и жареными сосисками.
  - Отоспись, а потом я приготовлю чай с ромашкой, - бормотала Ингрид, явно чувствуя себя сконфуженно. Заботливая мамочка - не ее роль. Обычно этим занимался Валентин. Он был нам и матерью, и отцом, - большинство женщин городка тихо ненавидели ту, которой достанется такое сокровище, и, мне кажется, свадьба папочки и Кристины была сродни падению метеорита. Не многим везет, если муж способен готовить, стирать, убирать и присматривать за детьми.
  - Спи, - прошептала она, осторожно погладив меня по спутавшимся волосам. Перед глазами все плыло, и я больше не могла сопротивляться снотворному. Обхватив подушку, пропахшую шоколадными конфетами и малиновым мармеладом, опустила потяжелевшие веки.
  Последнее, что я чувствовала перед тем, как погрузиться во тьму - прикосновение холодных губ к пропитанному холодным потом лбу.
  
  
  
  
  Просыпаться было сложно. Очень сложно. Собственное тело не слушалось, и мне с трудом удалось разлепить потяжелевшие веки, не говоря уже об онемевших конечностях. Привстав на кровати, оглядела незнакомую комнату, - только через несколько долгих минут дошло, что это апартаменты Виолетты, а за стеной лежит умиротворенная Ева, которую через несколько часов положат в деревянный ящик и закидают землей. Я вздрогнула, представив подобную картину, и подскочила, пытаясь нашарить на тумбочке будильник или какое-либо подобие часов. Сколько прошло времени с того момента, как Ингрид предательски вколола мне снотворное и увела в эту комнату? И что произошло с Зельманом? Нет, я понимала, что его значительно подкосит внезапно разорванная связь с Евой, но его характер ник чему хорошему не приведет, если Ровул и остальные ребята не успеют перехватить волчонка.
  Пытаясь избавиться от неприятного жжения в глазах, осторожно поднялась на ослабшие ноги и покачнулась. Сил почти не было, словно по мне проехался нагруженный углем грузовик. Однако, это не уменьшало моего желания добраться до кабинета Валентина и вновь увидеть Еву. Я чувствовала, что это не было простой прихотью. Я должна.
  Маленькие часы в виде тошнотворно милого розового котенка показывали около девяти вечера. Если учесть, что принесли мы Еву примерно в обед, то проспала я достаточно долго для того, чтобы родственники определились с тем, звонить или не звонить Валентину, и что делать с телом. В любом случае, я должна добраться до кабинета и увидеть Еву. Это аксиома. Вновь бросив взгляд на подсвеченный красным циферблат, пьяной походкой направилась к двери. Голова все еще кружилась, тело было похоже на подтаявшее мороженое, но я попыталась загнать неприятные ощущения на дальнюю полку, чтобы сконцентрироваться на окружающем мире и не рухнуть в обморок от перенапряжения. Буквально распахнув дверь, я наткнулась взглядом на нахмуренную Ингрид. Она оглядела с головы до ног, поджала губы и, покачав головой, поудобнее перехватила небольшой полупрозрачный пакет, в котором я заметила окровавленные ремни. Те самые, которыми брат и Ровул привязывали Еву к кушетке. Меня затошнило, и к горлу подкатил неприятный комок.
  - Зачем вышла? - процедила сестра, шурша пакетами. - Отправляйся обратно в свою комнату и отоспись.
  - Мне не пять лет, нечего командовать! - прохрипела, хватаясь рукой за саднящее от долгого молчания горло. - Что вы решили?
  - Поговорим об этом позже!
  - Нет, сейчас! - выкрикнула, подаваясь вперед. Ноги предательски задрожали, и я ухватилась за стену, чтобы не упасть. - Скажи, что вы решили, иначе я за себя не отвечаю!..
  - И что ты можешь? - протянула блондинка, отбросив пакет подальше и доставая новый. - Ты в таком состоянии, что не сможешь даже побороть вампира, у которого начался процесс перерождения! Поэтому прекрати строить из себя обиженную девочку - возвращайся в комнату! А лучше приведи себя в порядок, - Владимир позвонит Валентину, и тогда все будут заняты похоронами, а не твоими причудами...
  Однако, я проигнорировала язвительные комментарии и продолжила двигаться к операционной. По пути натолкнувшись на зеркало в безвкусной оправе, купленное Ингрид на распродаже несколько лет назад, и поняла, почему сестра посылала ироничные взгляды. На меня смотрела бледная девушка со взъерошенными волосами, глубокими тенями под глазами и до крови искусанными губами. Яркие прежде блузка и юбка были заляпаны кровью и испачканы сырой землей. Словно типичный зомби из заштампованных фильмов ужасов. Нельзя было даже применить к открывшейся картине выражение 'пропустить через центрифугу' - слишком мягкое определение для оценки нынешнего состояния.
  Проигнорировав еще одно предложение принять горячую ванну и лечь спать, я дошла до кабинета и прислонилась к косяку. Ингрид явно там прибирается, - не хотела видеть Еву такой, но и просто так уйти не могла ей позволить. Если она решила так просто покинуть нашу семейку, то глубоко ошибается.
  Но мне очень страшно. Непонятное чувство выжигало изнутри, и я не могла его просто проигнорировать. Нет, не сейчас, когда осталось несколько метров до Евы, я не могла взять и отступить.
  Заглянула в кабинет. С трудом поборола очередной приступ тошноты - пахло человеческой кровью. Потерла нос, пытаясь избавиться от такого одновременно желанного и неприятного запаха. Он щекотал нос, вынуждал выделяться слюну и думать о тех баночках, что хранились в морозильной камере холодильника, припрятанные Валентином на всякий случай. Затаила дыхание и приблизилась на несколько шагов.
  ... Она лежала на чистой простыни, - видимо, Ингрид успела привести ее в порядок. Пол также был вымыт: ни одного пятнышка, идеальная чистота, - мне никогда не удавалось достигнуть такого результата, как бы ни злилась блондинка. Сестренка постаралась на славу, и уже за это стоило ее горячо поблагодарить и крепко обнять. Несмотря на свою неприязнь, она одела Еву в короткие джинсовые шорты и собственную футболку серого цвета, с причудливым рисунком в виде переплетающихся линий. Это явно была не жалость, потому что Ингрид даже омыла ее тело и тщательно расчесала волосы, - даже подложила под голову небольшую подушку, чтобы ей было удобнее лежать.
  На глаза навернулись слезы. Я не смогла подавить подкатывающий к горлу комок и зажала губы ладонью, чтобы не разреветься.
  Ева словно спала. Расслабленное тело, умиротворенное лицо и словно изогнутые в улыбке губы. Выдавала только излишняя бледность, - она не на секунду не позволила мне забыть, что произошло в этом помещении несколько часов назад.
  - В целом, выглядишь неплохо, сестренка, - подвела я итог хриплым голосом. Присев на край кушетки, осторожно коснулась дрожащими пальцами прохладной кожи на щеке, взяла ее хрупкую руку в свою и осторожно прижала к лицу. Снова этот запах крови. Но теперь он отошел на второй план.
  Не совсем понимая, почему действую именно так, принялась шептать то, что первым приходило в голову. Наблюдала за ее реакцией, гладила по плечам и голове, щупала маленькие ладошки и продолжала шептать.
  Про то, как мы все будем скучать. Даже холодная Ингрид. Ей просто необходимо придираться к тому, кто не знает ее так, как знаем мы.
  Про то, что Алекс лишиться предмета своих шуток. И некому будет отбиваться от нападок все той же блондинки, - потому что в одиночку это делать не так весело.
  А еще не все сделали ставки относительно Евы и Зельмана.
  И Кристине тоже будет интересно узнать, почему при упоминании друга семьи ее милая девочка так забавно бесится, краснеет - да-да, ее эмоции очень легко считывать! - и пытается сменить тему.
  А еще ее не познакомили с остальными оборотнями. Они хорошие, хотя и дураки. Действительно помогают, ничего не требуя взамен. Ну, кроме хорошей выпивки и видеоигр, хотя самому старшему уже давно стукнуло за двадцатник. Они настоящая семья, хотя большинство потеряли родных, которые также являлись оборотнями и боролись с низменными желаниями вампиров.
  А еще, думаю, стоит узнать о так называемой подружке Зельмана, чересчур милой и дружелюбной Венди, которая вынуждает меня постоянно играть в примерную девочку, которая не грубит посторонним и не дерется без причины. Я никогда не относилась к человеку так, как он того не заслуживал, но эта девчонка меня неимоверно раздражала и доводила до белого каления одним своим присутствием. Я начинала понимать Ингрид. Эта Венди утверждала, что у них с Зельманом нет ничего, кроме репкой дружбы, но постоянно требовала его присутствия рядом, - якобы, ей плохо без волчонка. И тайну Зельман открыл без лишних проблем, не то, что в ситуации с Евой, где пришлось отдуваться Валентину. У них все так просто и естественно - все эти объятия, поцелуйчики, - что меня выворачивает наизнанку от одного упоминания о 'мисс совершенство'. Может быть, плохо так говорить, но вся эта хренотень с запечатлением и третьим лицом уже порядком надоела. Алекс говорит, чтобы 'не парилась', но я не могу так просто отдать этот комок шерсти какой-то девке, которая только и может, что попадать в различные ситуации, вынуждая Зельмана отвечать своей шкурой вместо нее...
  - ... и тебе просто необходимо надрать задницу этой стерве, что натравила на вас с Виолеттой вампиров! - всхлипнула я, пытаясь вытереть хлещущие ручьем слезы. Рука, которую сжимала все то время, что мямлила бессмысленную чепуху, заметно потеплела, несмотря на то, что мои пальцы были холодными. Это словно подтверждало, что Ева всего лишь спит. Да, она спит.
  Она не может умереть просто так. Не сейчас, когда стала частью нашей семьи.
  - Идиотка! - вскрикнула, уже не в силах сдерживать эмоции. - Как так можно? Ты впускаешь ее в свой дом, а она наводит интриги и умирает! Не надо так, Ева, - жалобно провыла, толкая девушку в плечо. Необходимо ее растормошить, а то что-то эта спящая красавица слишком долго проспала, вынуждая всех волноваться.
  Ева просто спит!
  Никто не сможет меня в этом переубедить!
  - Ева! - позвала сестренку, вновь толкая в бок.
  Острая боль пронзила руку от кончиков пальцев и до локтя. Я не удержалась от крика и подскочила на ноги. Запнувшись, с еще одним криком рухнула на пятую точку, прижимая к груди ноющую руку. Бросив взгляд, с трудом удержалась от истошного визга.
  Кожа обуглилась в буквальном смысле. Словно я не коснулась мертвой девушки, а сунула конечность в кастрюлю с кипящим маслом. Я тяжело задышала, пытаясь побороть рвотные позывы, и продолжила наблюдать за тем, как благодаря регенерации кожа медленно, очень медленно восстанавливалась. Она сменяла цвет с темного на более светлый, принимала целостный вид и вновь меняла цвет с красного на розоватый. Прошло достаточно долго времени, чтобы я смогла оправиться от болевого шока, который помог не рухнуть в обморок или заполучить инфаркт от страха. Плевать, что я вампир!
  Такого просто не может быть!
  За спиной раздались топот множества ног и испуганные возгласы. Я не успела ровным счетом ничего сделать - даже оглянуться, - как перед глазами появилось искаженной паникой лицо младшего брата, мгновенно обхватившего меня за плечи и принявшегося тормошить, не обращая внимания на внешнее состояние. Добить решил, что ли?..
  - Алиса? - близнец дергал меня за плечо, пытаясь привести в чувство, но и это удалось сделать только через некоторое количество времени, когда окружающие предметы обрели свою четкость, а слезы перестали обжигать лицо. Я часто заморгала, пытаясь разобраться, что только что произошло, а затем развернулась к брату. Не только к нему, - вокруг столпились Ровул и родственники, а позади всех маячила голова бледного Зельмана. Выглядел он не лучше меня, - видимо, тоже накачали снотворным, чтобы не наделал глупостей.
  - Что произошло? - распалялся Алекс, не отпуская плеч.
  - Что произошло? - повторила его вопрос хриплым голосом, переводя взгляд на Еву. Она продолжала лежать без движения, словно не имела никакого отношения к случившемуся. Но я была твердо уверена, что это сделала именно она, потому что ничего другого мне на тот момент в голову прийти не могло. Не от летней жары ведь у меня обуглилась рука, в самом деле?..
  - Это мы у тебя хотим спросить, - отозвалась Ингрид, появляясь в поле зрения. Выглядела она чересчур бледной даже для самой себя. Настолько испугалась за свою глупую сестренку? - Сначала бродишь призраком по дому, бормочешь непонятно о чем, ведешь себя неадекватно, - и в довершение орешь дурным голосом, от которого кровь стынет в жилах. Логично будет поинтересоваться, что произошло, у твоей персоны, ты так не думаешь?
  - Это она, - ткнула пальцем в кушетку. Как маленькая девочка, ей-Богу! Но другого не могла и придумать, потому что отчетливо понимала - странное происходит не со мной, а с телом Евы. Очень-очень странное, определенно связанное с этой чертовой Меткой.
  - Совсем свихнулась с горя? - зашипела Ингрид, рывком поднимая меня на ноги и оттаскивая в сторону двери, совершенно не обращая внимания на приглушенные ругательства и попытки дать пинка. Я была в полной ярости от того, что любимые родственнички даже не хотели понять, не говоря уже о том, чтобы предпринять что-нибудь. - Еще скажи, что это она убила президента! Или тебя вынесло со снотворного? - все больше раздражалась блондинка, пихнув меня в руки своего женишка. Здесь даже присутствовала Виолетта, - она жалостливо посмотрел на меня и попыталась погладить по руке, но я с гневным шипением дернулась в сторону. Никогда не думала, что мои родные настолько толстокожи!..
  - Ты не понимаешь, - попыталась вырваться. - Я коснулась Евы, а она каким-то образом чуть не изжарила мою руку!
  - Покажи! - приказала сестра. Я вытянула поврежденную руку, на которой не осталось и следа постороннего воздействия. Блондинка едва не понюхала ее, когда осматривала, но в результате вернулась к прежнему мнению, - получилось, что я просто свихнулась на почве горя и попыталась заполучить всеобщее внимание. Что за вампиры? Они так же будут ловить и эту идиотскую Марианну?..
  - Тихо! - рявкнул внезапно Зельман, заставив всех испуганно замереть. Он растолкал локтями всех присутствующих, пробрался к кушетке и принялся внимательно разглядывать Еву. Словно видел то, что не могли видеть другие. Он простоял так несколько секунд, затем осторожно прикоснулся ладонью к щеке девушки, провел кончиками пальцев от виска к подбородку и обхватил тонкую шею ладонью.
  - Что ты делаешь? - не выдержала я, порываясь оттолкнуть его в сторону. Останавливала только жесткая хватка Влада, оставившая легкие синяки на плечах. Зельман только отмахнулся и осторожно присел на край кушетки, как я некоторое время назад, и продолжил внимательно наблюдать за Евой. Это не был взгляд влюбленного оборотня или нечто подобное, - гораздо сильнее, потому что волчонок осторожно взял маленькие ладони Евы в свои и склонился над ее лицом. Так прошло еще несколько минут, - полное молчание, никакого движения, словно он превратился в мраморную статую.
  - Сердце, - пробормотал Зельман по прошествии времени.
  Мы напряженно замерли, готовые почти к любой ситуации. Я вырвалась из хватки родственника и приблизилась на несколько шагов. Тело трясло, словно в лихорадке, - готова была поклясться, что подобное происходило с остальными. Никто не мог выдавить и звука, чтобы не нарушить атмосферу таинственности, перетекшую из банальной истерики окружающих. Алекс медленно остановился рядом и обхватил мою руку, переплетая пальцы. Никто не мог даже представить, что имел в виду Зельман, поэтому мы почти терпеливо дожидались его голоса, наблюдая за тем, как волчонок осторожно положил голову Еве на груди и прикрыл глаза.
  - Сердце, - повторил он, заставив нас встать в охотничью стойку. - Ее сердце бьется!
  - Что?! - взвизгнула я, отталкивая в сторону близнеца и бросаясь к кушетке. Рухнув перед ней на колени, потому что ноги уже не держали, я выхватила руку Евы из ладони Зельмана и прижала к щеке, прикрыв глаза. Определенно, в вампирском чутье есть большая польза. Очень большая.
  Первые секунды я не слышала ничего, кроме собственного сиплого дыхания. Потом, когда удалось справиться с эмоциями, наступила тишина. Ничего, кроме тишины и темноты.
  А затем я почувствовала.
  ...Еве определенно было больно. Тело едва заметно дрожало, - человеческие чувства не смогли бы уловить этой вибрации, но для меня все было очевидно. Эта боль не прошла в тот момент, когда Алекс вколол ей впоследствии отторгнутый морфий. Не прошла она и спустя несколько часов, - организм перестраивался, подчинялся Метке и творил из маленького тела, лежащего на кушетке, более совершенное существо, которое способно уничтожить вампира и оборотня. Возможно, она продолжала чувствовать все то, что преследовало в тот момент, когда мы пытались привязать ее к кушетке. Возможно, в той реальности, где она сейчас находилась, Ева чувствовала обжигающую, режущую боль, ломались кости и разрывались мышцы. Может быть, моя бедная сестренка не могла сделать глоток воздуха в тот момент, а потом ее пронзила острая игла, причиняя еще большую боль. Я почувствовала, как слезы катятся по лицу, но продолжала сжимать подрагивающую руку, принимая на себя все те чувства, что испытывала бедная девочка. То, что ей пришлось пережить и то, что ее ожидало впереди.
  ...Смертельная бледность начала спадать. Медленно, секунда за секундой, она сменялась красивым фарфоровым оттенком. Тускловатые волосы наливались цветом и - ко всеобщему удивлению! - начали увеличиваться в длине. Они были похожи на живых змей, - извиваясь в воздухе и буквально оживая на глазах, ползли по плечам, достигали ключиц и - я готова была поклясться! - щелкнули по пальцам Зельмана, который, завороженный происходящим, попытался прикоснуться к завивающимся в кольца прядям. Едва заметные синяки под глазами пропали за считаные секунды, исчезли маленькие шероховатости и затянулись трещины на прокусанных губах, мелкие царапинки на костяшках пальцев затянулись в мгновение ока, - Ева менялась на глазах всего семейства Гамильтонов, преображалась из девчушки с настороженным взглядом, какой мы ее запомнили, в красивую девушку, которой она и являлась на самой деле.
  - Мамочка, - прошептала Виолетта, которой, как и всем нам, не доводилось прежде видеть перерождения носительницы Метки. Да еще такого! Длина волос достигла середины спины, и теперь шикарные пряди мирно покоились на плечах девушки. Губы налились цветом, а на щеках появился легкий румянец, придавший ей еще больше очарования. Я могла слышать, как неуверенно, робко и почти не слышно бьется сердце, и это было прекраснее любой музыки на свете. Что может быть лучше, когда ты слышишь сердцебиение близкого человека, чувствуешь его тепло и видишь улыбку? Готова поспорить, теперь улыбка Евы будет еще красивее. И, может быть, она больше не будет такой неуклюжей. По крайнее мере, я на это надеюсь...
  Сердцебиение ускорялось с каждой секундой. Словно маленький комок готов был вырваться из груди. Дрожь в моих ладонях тоже усилилась, заставив напрячься и податься вперед. Чтобы это ни было, но мы должны увериться, что с Евой будет все в порядке, - Валентин сам сказал, что это перерождение, значит, ничего плохого из того, что уже произошло, случиться не может. Я покрепче сжала руку девушки, боясь отпустить и вызвать неприятные для нее последствия. Она по-прежнему чувствует боль, потому что меняется тело, и неизвестно, что произойдет в следующую секунду. Может быть, моя поддержка поможет ей справиться с этими муками.
  - Ой! - испуганно воскликнула Виолетта, когда на теле девушки начали проступать вены. Черные, словно вместо крови по ним текла нефть, - или неизвестное вещество, что было еще хуже. Они проступали, медленно пульсировали и так же медленно пропадали, продвигаясь к груди Евы. С каждой секундой, проведенной в такой необъяснимой неизвестности, я чувствовала, как мое сердце колотится в унисон с сердцем сводной сестры, готова была сделать хоть что-нибудь, лишь бы это облегчило страдания, - однако, по злой иронии, не могла ничего предпринять, потому что не имела представления о том, что происходит. Возможно, даже Валентин не мог предвидеть этого, потому что никогда не сталкивался с подобным.
  А затем все прекратилось.
  Черные линии добрались до области, где раньше находилась Метка, и исчезли. Тело Евы обмякло, и я испугалась того, что ничего не получилось. Вдруг, она оказалась недостаточно сильной, чтобы бороться со смертью или отметиной? Остальные считали также, потому что бросились к кушетке, отталкивая друг друга, - а Зельман продолжал наблюдать за лицом Евы, сжав зубы так, что по лицу гуляли желваки. Наверно, именно сейчас связь между волком и его запечатленной была достаточно сильна, чтобы он смог забыть про свои эгоизм и самовлюбленность.
  - Почему ничего не происходит? - пробормотал Алекс, вглядываясь в лицо девушки.
  - Перерождение проходит не так, как у вампиров, - отозвалась Ингрид. - Валентин говорил, что перестройка организма может занять намного больше или намного меньше времени, но я не думаю, что она умерла повторно. Выглядит хорошо, - иронично вскинув бровь, заметила она. Этот жест немного ослабил тиски, сжавшиеся на моем сердце. Если Ингрид продолжает иронизировать по поводу человека, значит, он скорее жив, чем мертв. Она довольно раздражительна, холодна с окружающими и не скрывает своего презрения, если кто-то неприятен, - но никогда не станет издеваться над покойным, какие бы отрицательные эмоции к нему не испытывала. У нее есть свои принципы.
  - Немного подождать, - пробормотал Ровул, прикладывая ладонь ко лбу, пытаясь успокоиться. Не хватало еще нервного оборотня в таком маленьком помещении. Я осторожно положила руку Евы обратно на кушетку и, привстав, поцеловала ее в щеку. Мимолетное желание прикоснуться к близкому человеку.
  - Ева, просыпайся, - прошептали мы с Зельманом почти одновременно.
  И она шумно выдохнула.
  
  
  
  
  
  
  Глава 3.
  
  
  - Как ты себя чувствуешь? - спросила, помогая Зельману приподнять Еву и усадить ее на кушетке. Сестренка - теперь она имеет полное право называться сестрой, потому что в этой семье не осталось нормальных людей, исключая, естественно, Кристину и папочку, - медленно поднесла руки к лицу и прикоснулась к щекам. Ее лицо заметно побледнело, и Ингрид тут же приняла бразды правления, как самая адекватная из присутствующих.
  - Хватит наблюдать, - проговорила она, подталкивая Ровула и остальных к выходу. - Не на театральном представлении. Ну-ка, живо все на кухню. Поможете приготовить ужин. И ты, - не обращая внимания на возмущенное бормотание, подхватила Зельмана под руку и потащила к дверям, - не исключение, дорогой. Твои дружки опустошают холодильник, так что должны взамен привезти продукты и почистить картошку. Равноценный обмен, не находишь? - продолжая раздавать указания, она вытолкала всех в коридор и остановилась, придерживая ручку. - Алиса, помоги Еве добраться до ее спальни и определись, наконец, что ты собираешься делать с этим вампиром, - поморщилась она. - Он скалится на оборотней и никого к себе не подпускает. Я не думаю, что с таким отношением к окружающим и нынешним статусом он долго проживет.
  - Хорошо,- отозвалась, поглаживая Еву по плечу. - Скоро спущусь.
  Ингрид удовлетворенно кивнула и прикрыла за собой дверь. Я придвинулась еще ближе к родственнице и заглянула в искривленное гримасой лицо. Она вытянула руку перед собой, пошевелила пальцами, а потом принялась оглядываться по сторонам. Вначале я не поняла, что происходит, потому что Ева словно не замечала взлохмаченную вампирку, сидящую впритык. С каждой секундой мысли проносились в голове, как электропоезд, выдавая варианты. В конце концов, выбрав один из возможных, я ухватила перепуганную девчушку за плечи и развернула лицом к себе, заглядывая в глаза. Так и есть. Чуть сузившийся зрачок и полное отсутствие бликов. Такое возможно только в одном случае.
  - Ева, - осторожно позвала. - Как отчетливо ты можешь видеть?
  Она испуганно вздрогнула и обхватила трясущиеся плечи, прикусывая губы и боясь произнести хоть слово. Возможно, ей было все еще больно двигаться или нечто в подобном роде, потому что Валентин упоминал возможную длительность обращения. Может быть, организм еще не до конца восстановился после смерти и перерождения, - и если это так, значит, зрение Евы придет в норму через некоторое время. Самое главное сейчас - узнать, как она себя чувствует, оттуда и плясать, как говорится. Я надеюсь, что сможем управиться своими силами, чтобы не отрывать молодоженов от приятного времяпрепровождения. И еще надеюсь, что Кристина не узнает о том, что произошло за одни только сутки - не каждая вампирская психика выдержит подобное, не говоря уже о человеческой. Психика... По поводу этой чокнутой вампирки. Нам просто необходимо поймать ее в кратчайшие сроки, пока она не обратила половину города в целях добраться до носительницы Метки. Объяснять что-либо совершенно бессмысленно - она же неадекватная, как Алекс поутру после пьянки! Конечно, презумпцию невиновности и судебные разбирательства еще никто не отменял, но в нашем случае можно обойтись утилизацией без права на адвоката.
  - Ева, не молчи, - попросила, - опиши свое самочувствие. Так мы сможем чем-нибудь помочь. - По крайнее мере, я на это надеялась.
  - Все тело ломит, - пробормотала она едва слышно, смотря в никуда. - И перед глазами все расплывается. И кружится голова. Страшно. Холодно.
  - Тише, тише, - зашептала я, принимаясь гладить съежившуюся девушку по голове. Ей и не должно быть весело после всего, что произошло. Странно, что вообще не закатила истерику и не потребовала отвезти ее обратно в свой городок, чтобы больше не сталкиваться ни с чем подобным. Хотя я не уверена, что там она не столкнется с каким-нибудь заглянувшим на огонек вампиром. Теперь, когда Метка активировалась, ее сущность сможет прочитать любой взрослый или даже молодой вампир или оборотень. Только вот позволят ли они собой командовать - другой вопрос. В чужой кинотеатр со своим попкорном не ходят. - Давай, я помогу, - пробормотала, поднимая Еву с кушетки. Сначала она медленно коснулась пальцами пола, затем поставила всю ступню и попыталась принять вертикальное положение, - я осторожно придерживала за плечи, в случае падения смогла бы поймать. Сестренка покачнулась, и у меня заколотилось сердце. Едва не запустив ногти под кожу, я придержала Еву, нервничая не меньше болезной - что нас ожидает? - и как можно нежнее подтолкнула в сторону двери. Может, стоит позвать верную собачку или кого из оборотней посильнее, чтобы помогли ее просто перенести?
  Потом отмела эту идею: все-таки она должна привыкать к такому состоянию, пока все не нормализуется, иначе превратится в овощ, не способный двигаться самостоятельно. Поэтому осторожно довела Еву до гостевой комнаты, специально подготовленной для крупных праздников, когда подвыпившие гости не могут добраться до дома на своих двоих. Уложив дрожащую девочку на кровать, прикрыла одеялом, поправила подушки и удостоверилась, что поблизости нет ни нежелательных гостей, ни посторонних звуков. Она столько натерпелась за неполные сутки, что любой другой на ее месте давно бы свихнулся на почве страха и отчаяния. О том, что она почувствовала во время перерождения, даже говорить не стоит...
  Наспех переодевшись в чистое, спустилась на первый этаж.
  - Как она? - спросила Ингрид, крутясь у плиты. Готовить на семью вампиров и банду оборотней - нелегкая задача.
  - Почти ничего не видит, - отозвалась, притягивая к себе тарелку с шоколадным печеньем.
  Парни расположились в гостиной, молча наблюдая за тем, как их любимая футбольная программа проигрывает в очередной раз за последние несколько недель. Я заприметила среди темноволосых - не без одной светловолосой, куда ж деть братца, - макушек скромно присевшего на краешек кресла Джереми, вздрагивающего от любого резкого движения оборотней или Владимира. Подхватив с кухонного стола чашку с нарезанными овощами, приправленными маслом и специями, я направилась в гостиную, раздумывая над словами Ингрид. С ним определенно нужно что-то делать. Еще на втором этаже, помогая Еве двигаться, я определилась, что убивать его нельзя. Это не те ослепленные жаждой вампиры, присланные Марианной, а вполне здравый молодой человек, который способен отвечать за свои поступки. Возможно, он просто еще не определился с выбором - человеческая кровь или человеческая жизнь. Но он живое существо, которое эволюционировало из животного в относительно мыслящего человека, так что можно заняться его воспитанием.
  Приблизившись к нервно оглядывающемуся парню, вытянула руку с посудой. Джереми вновь дернулся, но через несколько секунд поднял голову и внимательно посмотрел на меня. Стало немного неловко, хотя определение 'неловко' и Алиса Гамильтон не совсем сочетаются. Однако, я продолжала держать чашку с салатом, с каждой секундой увеличивая притворное раздражение, появившееся на лице. Честное слово, парень, у меня уже затекла рука и дрожат пальцы. Если постою так еще немного, все окажется на твоих штанах, и - уверена, - ты не будешь сидеть и принимать извинения, а попытаешься отгрызть кусок горла. Естественно, после этого начнется массовая драка в гостиной папочки, а Ингрид взбесится из-за того, что ей придется наводить порядок, и тогда не поздоровится всем, кто находится в зоне действия ее скверного характера. Видимо, Джереми прочитал эти сумасшедшие мысли, потому что коротко кивнул и принял чашку, хватаясь за торчащий кончик ложки, как за соломинку в середине водоворота. В конце концов, ему все равно придется немного посидеть на диете, чтобы почувствовать человеческий голод и привыкнуть к человеческой еде в новом амплуа.
  - Как ты себя чувствуешь? - спросила, присаживаясь на подлокотник дивана рядом с Владимиром.
  - Все нормально, - отозвался он, не отрывая взгляда от телевизора.
  - Заживает потихоньку.
  - О, пожалуйста, избавьте меня от этого! - раздался насмешливый голос Ингрид. На голос обернулся даже удивленный Джереми, стремительно поедающий оставшиеся несколько ложек салата. Я соскочила с дивана и вышла в коридор, всматриваясь в сгущающуюся темноту за окном. На подъездной дорожке показался знакомый автомобиль. Остановившись перед крыльцом, он мигнул фарами и затих, - а в следующую секунду из салона, со стороны водителя, выбрался тот, кого я желала видеть меньше всего. Господи, это худший день в жизни Алисы Гамильтон.
  - Привет! - радостно помахала Венди, подскакивая к двери. Длинные каштановые волосы весело подпрыгивали при каждом движении, светлый сарафан в цветочек походил на балахон привидения, - и мне захотелось забаррикадировать входную дверь, чтобы это приторное существо не проникло в наш дом и не высосало мой усталый мозг. Честное слово, Алиса Гамильтон не ненавидит все, что движется, но даже такой хладнокровный человек, как Ингрид, выходит из себя, когда эта девушка появляется на пороге городского или загородного дома, окрыленная любовью ко всему, что движется или уже успело притвориться мертвым. Внешне она похожа на обычную среднестатистическую милую девочку, которая стремится всем помочь и иногда комплексует по поводу своей внешности. Честно говоря, Ева мне нравится больше. Она похожа на взъерошенного котенка, которого хочется потискать и почесать за ушком, чтобы замурчал и успокоился. А Венди доводит меня до зубовного скрежета своими добротой и дружелюбностью. Знаю, что это неправильно, но ничего с собой не могу поделать.
  - Добрый вечер, - пробормотала, запуская Венди в дом. Следом показался Зельман собственной персоной, с несколькими огромными пакетами из круглосуточного супермаркета. Видимо, Ингрид претворила свои угрозы в действие и послала оборотня за провиантом к ужину. Мысль о том, что Венди будет ужинать с нами - а она явно согласится на притворное предложение сестры, - заставила меня поморщиться в очередной раз, как от кислого лимона, съеденного целиком, вместе со всеми горькими косточками. - Какими судьбами? - пробормотала, отходя в сторону.
  - Встретила Зельмана в городе, - проворковала Венди, смущенно краснея. Ага, как же. Небось, выискивала по всему кварталу, в котором поселились семьи оборотней. - Предложила подвезти, и он согласился. К тому же, мне очень хотелось навестить вас. Ты ведь не против? - заглянула мне в лицо. Я мило улыбнулась - хотя, возможно, улыбка больше похожа на оскал, - и бросила Зельману испепеляющий взгляд. Привезти девчонку в дом, где на втором этаже находится не сформировавшаяся смотрительница. Кто знает, что случится в следующий момент, а этот кобель - запечатленный, мать его! - флиртует с этой ходячей мармеладкой, от которой сводит зубы и вампирские клыки. Не флиртуешь, значит? Как же, нормальный парень, имеющий симпатию к другой девушке, не станет терпеть выходки этой Венди, которая так вцепилась в руку, словно хочет ее оторвать. Решила, что он принадлежит тебе? И не надейся! Не будь я Алисой Гамильтон, если позволю увести запечатленного оборотня у моей сестренки!
  - Это ты, - равнодушно бросила Ингрид, появляясь на пороге. Венди немного поумерила свой пыл. Она всегда побаивалась Ингрид старалась в ее присутствии быть тише воды, ниже травы, чтобы не навлечь на себя гнев холодной блондинки. Мы с братцем уже делали ставки - сколько еще Ингрид выдержит общество этой милой девушки. Пока счет идет в его пользу.
  - Привез? - поинтересовалась сестра, бросив взгляд на пакеты в руках Зельмана. Тот скривился, предугадав следующие слова. - Значит, продукты - в холодильник, а сам становись чистить картошку. Где твои братья по разуму?
  - Ровул убирается во дворе, - отозвался волчонок, топая вслед за блондинкой.
  - Знаю, как он убирается, - фыркнула сестра. - Сначала вылакает весь оставшийся в закромах алкоголь, а потом начнет метить деревья. Живо зови его резать лук! - Перечить никто не осмелился, так что парень поспешил выбраться во двор, толкнув по пути выбравшихся в коридор друзей, чтобы не посмеивались ехидно - их тоже ожидает участь быть рабами Ингрид, злобной и беспощадной. Я поспешила в кухню одной из первых, хватаясь за нарезку хлеба и приготовление бутербродов к чаю и кофе. Находиться в одном помещении с Венди - значит, услышать поток бессмысленных словосочетаний и умереть от перегрева всех наличествующих в теле мозгов. Я еще не готова уйти их этого мира во цвете лет.
  - Чего завис? - поинтересовалась Ингрид у топчущегося на пороге Джереми. - Если уж решил присоединиться к хорошим парням, то не имеешь права отрываться от коллектива, - заявила она, подталкивая вампира к кухонному столу, возле которого уже крутился Зельман. - Помоги ему с продуктами. И не вздумай делать глупостей, - прошептала она, метнув беглый взгляд в сторону Венди. - Здесь такое не приемлют. Одна попытка - и ты будешь игрушкой для оборотней. Собачки любят кусаться. Уяснил? - Дождавшись испуганного кивка, она хлопнула его по плечу. - Отлично! Приступим к приготовлению ужина!
  Я уже говорила, насколько плох сегодняшний день?..
  
  
  
  
  - Ну, Ева, хватит привередничать, - пробормотала я, пытаясь наколоть на вилку кусочек жареного мяса. Глаза предательски слипались, и от позорного падения лицом в тарелку меня останавливало осознание того, что сестра не ела почти сутки. За окном занимался рассвет. Остальные уже успели хорошенько поужинать, прибраться в доме под бдительным руководством Ингрид и отправиться на боковую. Некоторые оборотни убежали обратно в город, некоторые расположились в гостиной - не нужно говорить, что Зельман остался, - или решили поспать на природе, выбравшись на задний дворик и едва не передравшись за предоставленные Владом старые шезлонги, пылящиеся в чулане. Венди, как почетную гостью, отправили в гостевую комнату. На месте Ингрид я бы заперла ее там на ключ и заколотила окна досками, чтобы это любвеобильное существо не выбралось наружу и не изнасиловало Зельмана. Хотя у меня начали закрадываться смутные подозрения, что этот кусок шерсти не будет против, даже наоборот. В конце концов, они с Евой даже не встречаются, а Венди давно липнет к своему так называемому лучшему другу, - хотя давно понятно, что они могут в любой момент перейти на новый уровень. Фу, гадость какая!
  - Ева, пожалуйста, не пытай нас обеих! - простонала жалобно, поднося вилку к ее губам. - Ты хочешь есть, я хочу спать - мы просто созданы друг для друга! Давай, ты съешь несколько кусочков, чтобы подбодрить сестренку Алису, а я уйду спатеньки?
  - Хорошо, - пробормотала Ева, протягивая едва заметно дрожащую руку. Она все еще слаба, и даже не может нормально координировать свои движения. Даже не знаю, что будет дальше и как долго все это продолжится. Хочется верить, что перерождение займет гораздо меньше времени, и родственница сформируется к приезду молодоженов, иначе Кристина всех нас сдаст на опыты в лабораторию. Ох, и тяжела жизнь обычного вампира...
  Ева осторожна поднесла вилку к губам и лизнула мясо, видимо, пытаясь удостовериться, что мы не предлагаем ничего такого, способного умертвить. Она, кажется, думает, что следим за ее здоровьем только из уважения к Кристине и Валентину, хотя глубоко ошибается. Ну, людям свойственно ошибаться, так что можно и потерпеть. Немного.
  Пережевав и проглотив кусочек, девочка задумчиво уставилась впереди себя. Я наколола на вилку ломтик огурца и приготовилась играть в 'летит самолетик', как вдруг Ева вздрогнула и, схватившись за живот, бросилась к краю кровати. Я едва не отбросила тарелку с чертовым ужином, обхватывая Еву свободной рукой за плечи и подтягивая к себе. Вилка с громким звоном упала под кровать, отброшенная моей ногой, - я продолжала наблюдать за тем, как сестра мучается от рвотных позывов, сгорбившись на кровати и хватаясь за живот и грудную клетку. Схватив с тумбочки стакан сладкого чая, поднесла к ее губам и прошептала:
  - Пей, моя хорошая. - Сама не понимаю, откуда взялись такие слова, но они вырвались легко и непринужденно, словно так и надо было. - Пей. - Ева снова закашлялась, поднося стакан к губам и делая большой глоток. Я внимательно пронаблюдала за тем, как дернулся кадык, выждала несколько секунд и, удостоверившись, что дрожь в теле начала медленно стихать, отставила стакан в сторону, едва не столкнув тарелку с тумбочки. Уложив Еву на кровать, закутала в одеяло - при отравлении меня часто морозило, - и погладила по спутавшимся, отросшим благодаря Метке волосам. - Тебе нужно отдохнуть еще немного. Поспи.
  - Посиди со мной немного, - едва слышно попросила Ева, прикрывая глаза. Раньше я считала, что она не переносит чужого вмешательства в свое личное пространство, но теперь все изменилось, и, если бы не сильная усталость, я готова была даже сплясать и спеть для нее, чтобы успокоить и дать веру в то, что все будет хорошо. Но я только выключила слабый свет ночника, вернула упавшую вилку на тумбочку и забралась под одеяло. Конечно. Рассказывать сказки я не умею, но полежать рядом и громко посопеть - с удовольствием. Обхватив Еву за талию, подложила под голову руку и закрыла глаза, поддаваясь усталости и пережитому напряжению. Необходимо поспать немного, а потом приниматься за работу - охоту на Марианну. Не думаю, что она будет ждать, когда мы придем в себя или сможем противопоставить ей смотрительницу городка. Надеюсь, эта вампирка не додумается вербовать новых людей, иначе к приезду Валентина Тихая Ночь переквалифицируется из курортного городка в заброшенный, полный блуждающих существ, истекающих слюнями и горящими алым глазами. Нужно также поехать домой и прихватить каких-нибудь вещичек Евы, не вечно же ей бродить в одном и том же. Я кивнула сама себе, устраиваясь поудобнее и крепче прижимаясь к начинающей посапывать сестре. Какая ирония: та, что должна присматривать за вампирами, спит в обнимку с вампиром. И доверяет мне, словно и мысли не возникает о том, что могу вдруг не сдержаться и вонзить ей зубы в горло. С другой стороны, это даже хорошо. Хоть не шугается так, как в первые дни приезда. С этими лихорадочными мыслями я задремала.
  ...А проснулась от осознания того, что рядом никого нет. Распахнув глаза, убедилась в этом и принялась озираться по сторонам. За окном уже посветлело, часы показывали около полудня, а поблизости даже не чувствовался слабый запах геля для душа, который Ингрид разбавляла в тазу, чтобы омыть Еву. Соскочив с кровати, заметила, что поднос с почти нетронутым ужином куда-то исчез, что привело в еще большую панику. Нет, насчет оборотней я не волновалась - большинство уже в курсе, но вот встретиться с Венди она еще не готова. Так и рассудила, выбираясь в коридор и воровато оглядываясь по сторонам в поисках ушедшей из-под опеки сестры. Вокруг стояла такая тишина, что на мгновение подумала - все это сон, и мы еще даже не отошли от бурной свадьбы. Однако, сбежав на первый этаж по лестнице, споткнувшись на последней ступеньке, увидела премилую - в кавычках! В больших жирных кавычках! - картину: Зельман лежал на диване и обнимал прильнувшую к нему Венди. Слава печенькам и пьяному брату, они были одеты, иначе бы я точно не сдержалась. Обниматься с какой-то девкой, когда твоя нареченная в таком состоянии. Честное слово, эти перебежки из крайности 'я ее не знаю' в крайность 'она мне дорога' начинают надоедать. В скором времени, если такое продолжится, я просто покусаю обоих, наплевав на шерсть и приторную кровь. Хотя, повторюсь, это довольно ожидаемое развитие событий.
  - Тьфу, кобель! - не выдержала, замерев над этими телами. Пришла пора вершить месть. Если простодушная Ева не может, значит, я самостоятельно займусь данным вопросом. Либо Зельман остается со своей нареченной, либо катится куда подальше с этой двуличной стервой. - Ева! - позвала в полный голос, даже сложив ладони у губ в форме рупора. С затаенной радостью заметила, как заворочались эти двое, и подпрыгнула от внезапного прилива энергии и веселья. - Ева! - крикнула, заглядывая на кухню и возвращаясь в коридор. Спать этим извращенцам я не позволю, пусть и не надеются.
  - Господи, Алиса, - протянул Зельман, потирая переносицу. - Что опять произошло?
  - Ничего! Совершенно ничего! - четко проговорила, смакуя каждую букву и наблюдая за изменением выражения на лице обоих голубков. Венди глухо заворчала, сползая с дивана, и принялась поправлять задравшийся сарафан, - она явно пыталась сделать вид, что не сердится, хотя в глазах, обращенных к своим милым коленкам, которые мне так хотелось пнуть, явно читались раздражение и даже злость. Кажется, я была права, назвав эту лисицу двуличной. Но не лисицей, нет. Пушной зверек ни в чем не провинился. Скорее, змея, заползшая в чужой дом со своими претензиями.
  - Если ты ищешь Еву, - пробормотал появившийся на пороге Ровул, поправляющий сползающие с бедер джинсы, - то она находится на заднем дворе, - махнул в неопределенную сторону. Я оторвала взгляд от границы между загорелой кожей и джинсами - с трудом, если честно, - и стремительно направилась к месту дислокации неуемной девчушки, которая вечно попадает в неприятные ситуации. Остановившись на террасе, принялась оглядываться, пока не заметила хрупкую фигурку среди деревьев. Конечно, Марианна не такая глупая, чтобы соваться в обитель вампиров и их друзей-оборотней, но я все равно передернулась, представив, как она появляется рядом с Евой и угрожающе скалится. Вздрогнув всем телом от пробежавшего по спине холодка, сбежала по лестнице и рысью побежала к не двигающейся с места родственнице. С каждым шагом я могла все отчетливее слышать ее тихий голос. Из невнятного бурчания он перерос в осмысленные слова, которые я смогла разобрать, приблизившись вплотную к Еве и, как оказалось, ее собеседнику - большому толстому коту, которого вредная я не называла никак иначе, кроме как Пупс. Это был один из друзей Зельмана, обитавший в неблагополучном квартале, и, если верить словам Евы, молчаливый свидетель драки волчонка с Владимиром, когда они спасали сестру в том самом неблагополучном квартале. Как рассказал братишка, на вопрос, почему не помог, этот комок шерсти только пробормотал нечто вроде 'С моей комплекцией я мог только позвать кого-нибудь на выручку'. Хотел, но не успел - Зельман быстрее нашел и обидчиков, и нареченную. Хорошо, что Валентину удалось справиться со всей этой кошмарной ситуацией.
  - Приветик, Пупс, - проговорила, останавливаясь рядом с Евой. Кот раздраженно зажмурился, но голоса подавать не стал. - Ева, как можно в таком состоянии блуждать недалеко от леса? - попыталась укорить девочку, притворившись разозленной. Она только виновато улыбнулась, пряча лицо за волосами, а затем повернула голову ко мне, давая убедиться и мгновенно растеряв всю свою браваду. На меня смотрели чистые голубые глаза, настолько яркие, словно их отредактировали в компьютерной программе для фотографий. - Ой, - пробормотала, сконфузившись. - Прости, не ожидала. Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит?
  - Все хорошо, - проговорила она. Голос все еще звучал тихо, но сейчас меня интересовало это в последнюю очередь. - Уже лучше себя чувствую. Слабость, правда, небольшая. Но, думаю, это со временем пройдет.
  - Тогда тебе нужно хорошенько поесть, - заключила, спихивая с бледных рук недовольного кота. - Что, Пупс, решил разведать обстановку? - поинтересовалась, едва удерживаясь, чтобы не придавить пушистый хвост к земле. Мистер У-меня-нет-никаких-блох - в жизни - Коул, - почти всегда находился в своем втором облике, посещая загородный особняк Гамильтонов, поэтому я привыкла обращаться с ним, как с разумным котом из какого-нибудь фантастического фильма. Честно говоря, стала уже забывать о том, как он выглядит в человеческой ипостаси, но в этом нет моей вины, так что нечего так фыркать на каждое мое слово. Иногда хочется запустить в него туфлей Ингрид, чтобы побольнее. Останавливает только сама мисс Совершенство, которая одним своим ледяным взглядом заставит человека получить болезнь под названием слабый мочевой пузырь.
  - Идем-идем, - подтолкнула Еву к дому, не забывая, что она все еще слаба. И что делать с ее глазами? Мы ведь не в фантастическом фильме живем, а в суровой реальности, где некоторые личности могут задавать слишком много вопросов, прикрываясь незнанием и наивностью. - Чего ты больше хочешь - омлета с зеленью или приправленной специями жареной курицы? Добрая сестренка Алиса добудет все, что необходимо!
  - Чувствую себя венценосной особой, - улыбнулась Ева смущенно. Вот теперь я увидела, что она постепенно возвращается к той мило смущающейся девчушке, переступившей порог нашего дома больше месяца назад. - Можно обойтись тем, что найдем в холодильнике.
  - Будет сделано, моя Королева! - гнусавым голосом протянула, припадая на одно колено и обхватывая маленькую ладошку сестры. - Позвольте мне облобызать вашу белоснежную длань, дабы показать всю томящуюся в груди любовь и преданность!
  - Что ты делаешь? - сконфуженно зашипела Ева, не в силах выдернуть свою несчастную кисть из моих цепких лапок. - Алиса, хватит, я серьезно! На нас Виолетта смотрит! - еще громче зашипела она, в панике вытаращив глаза и уставившись куда-то вдаль за моей спиной. Оглянувшись, увидела заспанную и взъерошенную сестренку - и очень недовольную. Я даже знаю, чем. Или кем.
  - Что здесь делает она? - так же испуганно зашептала Виолетта, бросаясь к нам. - Меня сейчас стошнит, ей Богу! Пытается кормить Зельмана с ложечки, а этот комок шерсти только улыбается и стучит зубами об это дурацкую ложку! - едва не истерически воскликнула она, хватая меня за руку. Ева нахмурилась, пытаясь понять, что это несносное создание имеет в виду. - Ева, Венди - та самая, о которой я тебе рассказывала! - выпалила заноза на одном дыхании. Сводная сестра мгновенно погрустнела и вытащила руку из моей хватки, направляясь к дому и не обращая внимания на удивленные взгляды. Вспомнив, как Зельман держал ее за руку во время обращения, и как он шептал, что Ева должна проснуться, я опять почувствовала злость. Они ведь провели вместе весь вечер на свадьбе, постоянно что-то обсуждая, споря из-за откровенно глупых причин и вновь свободно общаясь. Кажется, мое сиюминутное желание свести этих двоих вместе стало материально. Во всяком случае, Ева определенно что-то чувствует к этому самодовольному идиоту, который ведет себя ненормально.
  - Подожди! - воскликнула, догоняя подозрительно равнодушную сестру и хватая ее за руку. - Не стану строить из себя квалифицированного психолога и лукавить почем зря, поэтому спрошу прямо в лоб. Он тебе нравится?
  - Ну, да, - немного помаявшись, ответила она. - Но ты не должна никому об это говорить. И, предвидя все твои следующие слова, я скажу: если Зельман противится этому запечатлению, то и я не стану ничего предпринимать. Невозможно заставить человека испытывать симпатию к тому, к кому он испытывает равнодушие. В нашем случае - раздражение.
  - Кто-то слишком много читает, - проворчала. - Послушай, Ева, с Венди их определенно что-то связывает, не только так называемая дружба, - начертила в воздухе кавычки. - Но и с тобой его связывает не тонкая ниточка. Она крепнет с каждым разом, и сейчас, могу с уверенность сказать, что это целая лента, которая обхватывает ваши кисти и не дают удалиться на большое расстояние. Черт бы побрал эту романтику, - скорчила гримасу отвращения. - Зельман точно что-то чувствует к тебе, и это не простое снисхождение к сводной сестре его друзей, будь уверена. Когда ты находилась в так называемой стадии перерождения, этот остолоп держал тебя за руку и просил как можно скорее очнуться, а это что-то да значит, верно? - Жестом предотвратила очередную порцию жалобных словоизлияний. - Он еще не до конца разобрался, я так думаю. Нужно немного подождать.
  - Вот и жди, - отозвалась Ева. - Только без меня. Я в этих глупых играх участвовать не собираюсь! - отрезала она. И я почувствовала исходящую от нее силу. Злость, раздражение, обида - это все можно было прочувствовать с необычайной легкостью. А напряжение, возникшее в воздухе, можно было разрезать на праздничные кусочки, и я готова была поклясться, что увидела, как посветлели глаза Евы, постепенно меняя цвет с ярко-голубых на почти белые, сливающиеся с глазным яблоком. Это определенно была та способность управлять оборотнями и вампирами, проживающими на ее территории, которую давала Метка. Мне действительно стало страшно, и не тем мимолетным страхом, который возникает, когда посмотришь фильм ужасов. Он ледяной змейкой заполнял все тело, вынуждая отступать назад в боязни почувствовать силу носителя на себе. Виолетта задрожала, клацая зубами, и обхватила меня за пояс, выискивая спасения. Я положила ладонь на ее рыжую макушку и привычным жестом взъерошила волосы, хотя сама была далеко не так спокойна, как могло показаться.
  - Прекрати, - голос оказался хриплым и надломленным. - Ева, прекрати.
  Она глубоко вздохнула, дернула плечами и, взмахнув отросшими волосами, направилась в дом, не поворачивая головы. Виолетта всхлипнула и прижалась еще теснее, а я попыталась справиться одновременно со страхом и желанием хорошо врезать этой девчонке. Остановило только понимание того, что это не она. Не та Ева, которую я успела узнать. Наша Ева добрая и немного неуклюжая. И храбрая. А эта холодная. И злая.
  Очень злая.
  - Идем, быстрее, - пробормотала, вцепившись ногтями в майку сестры и не сводя взгляда с двери, за которой скрылась Ева.
  
  
  
  
  
  
  
  
  Хвала любимым мультяшкам Виолетты, Ева отправилась в свою комнату, не заглядывая на кухню, где оборотни во главе с Венди обсуждали запланированную вечеринку. Стараясь не шуметь, я проследила за тем, как Ева не спеша поднялась по лестнице, прошла по коридору - и остановилась перед дверью в свою спальню. Так прошло несколько долгих секунд, которые действительно показались вечностью, и я уже успела пожалеть, что мы, вампиры, на самом деле не можем перекрывать собственное дыхание на продолжительное время, когда это потребуется. Она определенно знала, что я прячусь на верхних ступеньках лестницы, выглядывая в коридор и внимательно наблюдая за каждым движением. Слегка повернув голову, чтобы можно было разглядеть через отросшие кудряшки бледное лицо, она прошлась пальцами по отполированной многочисленными прикосновениями круглой ручке.
  И улыбнулась.
  Вот теперь у меня точно перехватило дыхание. Сжав пальцами угол стены, прильнула лбом к шершавой поверхности. Честное слово, за считаные секунды меня прошиб пот, пробил озноб, а затем по телу пробежала настоящая лава! Капля пота сползла по виску и скрылась в выбившихся прядях волос, но я этого почти не заметила. Сердце бешено колотилось, - я зажмурилась, чтобы попытаться прийти в себя и сделать что-нибудь. Хоть что-нибудь, хотя не имела ни малейшего представления, что именно.
  - Я знаю, что ты здесь, - прошептала она, и я также пожалела, что обладаю чересчур тонким слухом, чтобы не расслышать дальнейших слов. - Берегись.
  Тело задрожало..
  Что за черт?
  Проигнорировав вырвавшийся из моей груди всхлип, она, как ни в чем не бывало, повернула ручку и толкнула дверь, скрываясь в комнате. А я осталась на том же месте, пытаясь понять, что это за чертовщина. Разве Метка должна действовать подобным образом? Валентин думал, что перерождение займет определенное количество времени, после чего Ева приобретет более сильный организм, - но не станет таким чудовищем! Грубо, конечно, но у меня другого слова в арсенале не было, чтобы объяснить то, что творилось сейчас с Евой. Она не такая, как та, что несколько дней назад смущалась от подколок близнеца и пристального взгляда Ингрид. Я была бы даже согласна на возмущенную Еву, которая немедленно потребовала бы вернуть Кристину из свадебного путешествия, чтобы они могли вернуться обратно в свой городок. Все, что угодно, но только не эту неизвестность.
  Сейчас у нас в доме находится настоящий истребитель нежити, который, если его хорошенько подучить, способен разделаться со всеми присутствующими. А мы даже не имеем понятия, что она сделает в следующую секунду. И этот взгляд!.. Мне еще никогда не приходилось чувствовать себя, словно на приеме у рентгенолога. Она словно знает все, о чем я думаю; все, что я стремлюсь сделать - это пострашнее недавно обращенных вампиров.
  - Алиса, - зашептала Виолетта, дергая меня за край футболки. Я потерла вспотевший лоб ладонью и обернулась к сестре. Вид, наверное, был далеко не лучший, потому что она испуганно вытаращила глаза и вновь зашептала:
  - Что случилось?
  - Не знаю, - пробормотала. - Нужно срочно что-то предпринять, - проговорила, задумчиво разглядывая входную дверь и деревья за ней. Где-то там бродит сумасшедшая вампирка, а на втором этаже поселился настоящий демон. И после этого многие оборотни называют нашу семейку странной? Присев на ступеньку, схватила Виолетту за мокрые ладошки - она тоже в таком состоянии? - и глубоко вздохнула. - Позови Ингрид и Зельмана.
  - Хорошо. - Первый раз, когда она не стала протестовать и сделала так, как просят. Сбежав вниз по лестнице, громко топая ногами и тяжело дыша, скрылась на кухне, откуда через несколько секунд стремительно вышла Ингрид. Сзади замаячил ничего не понимающий Зельман. Еще бы, усмехнулась мысленно, тебя не интересует ничего, кроме драгоценной Венди, которая не приносит таких хлопот, как Ева. Отогнав подальше лишние мысли, попыталась сосредоточиться на нынешней проблеме, с которой необходимо справиться в кратчайшие сроки. Иначе к приезду четы Гамильтонов от Тихой Ночи ничего не останется.
  Язык мой - враг мой.
  На втором этаже что-то тихо щелкнуло, и по всему дому разнеслись первые звуки гитары и барабанов. Ингрид замерла, прислушиваясь, как и я, к проигрышу зажигательной песни - Ева добралась до старого музыкального центра, стоящего на подоконнике. С каждой секундой звук увеличивался, пока, в конце концов, не достиг своего апогея и не заставил выглянуть из кухни удивленных оборотней и недовольную Венди, которая явно не любила такую музыку. Ингрид приподняла бровь в удивлении.
  'Это то, о чем я думаю?'
  Так, во всяком случае, можно было прочитать настороженный взгляд.
  - Что случилось? - тихо спросила блондинка, наклоняясь ко мне. Человеческий слух не смог бы уловить этого, но я лишь обхватила ее лицо ладонями и прошептала на ухо то, что пришло в голову - единственное, что пришло в голову, если честно. Несколько секунд она смотрела в никуда, обдумывая слова, а потом в глазах появился так называемый холодный огонь. Сестричка уже приняла решение и включила функцию предводительницы разношерстного отряда настоящих безумцев. Резко выпрямившись, она обернулась к удивленному Зельману, замершему на нижних ступеньках, и к которому уже липла Венди, готовая выплеснуть недовольство на всех, кто попадется под руку.
  - Уводи, - коротко бросила Ингрид, кивнув в сторону выхода.
  На втором этаже что-то разбилось.
  - Что происходит? - закричала Венди, но ее голос потонул в оглушительном припеве. Зельман без лишних вопросов потянул свою подружку к дверям, за ним отправились остальные оборотни. Владимир подхватил дрожащую Виолетту и взвалил на плечо, снимая с крючка ключи от машины. Алекс пытался что-то объяснить Джереми, попутно выталкивая его за дверь, - Ингрид продолжала стоять на месте, внимательно наблюдая за каждым, чтобы никто не возомнил из себя героя боевиков и не вернулся обратно. Однако, таким оказался Зельман, - он ворвался в прихожую и всем своим видом показал, что уезжать никуда не собирается, чтобы там блондинка не думала. Я только покачала головой. Тупая псина, уже давно бы определился, на чьей он стороне, и перестал строить из себя востребованного парня, за которого готовы передраться девчонки Тихой Ночи и нескольких близлежащих городов. Втянув носом воздух, провела по лицу ладонями и собрала волосы в пучок на затылке, достав из заднего кармана старую заколку. Никогда не любила такую прическу, но сейчас не вечеринка. Нечто похлеще.
  - Идем, - отрывисто бросила Ингрид.
  На втором этаже снова что-то разбилось.
  Ингрид бросилась вверх по лестнице, едва не сбив меня с ног. Следом мчался Зельман. Никогда не верила в Бога, но сейчас мысленно перекрестилась, как умела, и прочитала короткую молитву, наобум придуманную из знакомых и когда-то услышанных по телевизору слов. Сердце готово было вот-вот проломить грудную клетку, когда я переступила с верхней ступеньки на деревянный пол коридора. Впереди маячила спина Зельмана, музыка оглушала, заставляя то и дело прикладывать к ушам ладони, чтобы удостовериться, что еще не лопнули барабанные перепонки и не идет кровь. Ингрид замерла перед дверью в комнату, которая была закрыта - словно намекала на то, то посторонним следует удалиться. Конечно, мою целеустремленную сестру это не остановило.
  Деревяшка громко треснула под напором вампирских сил и разлетелась на куски, заставив меня рвано выдохнуть от очередной ледяной волны страха и ухватиться за руку Зельмана, впиваясь ногтями в его кожу. Волк проигнорировал это, даже не поморщился. Он, как и Ингрид, как и я, смотрел вглубь комнаты, на распахнутое настежь окно с развевающимися от сильного ветра занавесками. Туда, где на широком подоконнике танцевала Ева.
  Она двигалась быстро и четко, словно всю жизнь провела в профессиональной школе современных танцев. Конечно, это были просто дополнительные бонусы к новому имиджу тайной хозяйки города, но даже осознание не помогало сдвинуться с места, и мы продолжали стоять на пороге комнаты, наблюдая за тем, как Ева перемещается по подоконнику, вскидывает вверх руки и запрокидывает голову. Волосы развевались, как у ведьмы из современных фильмов, но это действительно завораживало. Словно невидимая рука нажала на несколько клавиш, накладывая эффекты на саму реальность и позволяя Еве выглядеть так прекрасно и так ужасно одновременно. Она двигалась, совершенно не обращая внимания на восторженно-встревоженных зрителей, что позволило более хладнокровной Ингрид рвануть вперед.
  Она знала, что мы здесь.
  - А-а-а, - протянула она, покачивая указательным пальцем перед лицом злящейся сестры. - Нет-нет-нет, никаких резких движений. Зельман! - притворно радостно воскликнула она, подскакивая на месте и выпрямляясь. Я заметила слишком суженные зрачки. Она не пила спиртного и не могла принять никакого наркотика, потому что их нет в доме. Действие перерождения? - Преданный песик! - продолжала Ева насмешливо, заглядывая в глаза серьезного Зельмана, напряженно замершего рядом с Ингрид. - Кто там был против запечатления с какой-то ненормальной девчонкой? - с такой же притворной обидой протянула она, надув губы. Жест, который не принадлежал Еве никоим образом. - Как ты там говорил? 'Страшнее ядерной войны'? Поздравляю, плюшевая псинка, больше у тебя не будет проблем с надоевшей девчонкой, которая, судя по всему, мешает вашему счастью с той милой девчушкой! - заявила родственница, запрокидывая голову и подскакивая на месте. Потом внезапно наклонилась к парню, у которого уже играли желваки на лице - и легко поцеловала в губы, заставив меня выдохнуть от неожиданности. Мамочки, что происходит?
  Зельман ошарашенно уставился на заливающуюся смехом фигурку, прикрывшую ладонями лицо и раскачивающуюся вперед-назад. Он явно не ожидал подобного развития событий, как и все мы, - от того, чтобы не наброситься на Еву, Ингрид удерживало понимание того, что она запросто может применить какие-нибудь неизвестные силы или просто выпрыгнуть из окна. Зельман думал иначе. Он бросился вперед и ухватил Еву за руки, притягивая к себе. Сводная сестра истошно завизжала, перекрикивая даже жесткий голос солиста очередной песни, и попыталась вырваться. Я с трудом вырвалась из оцепенения и сжала пальцы на лодыжках Евы, сдерживая ее, насколько хватало сил. Перед глазами на мгновение все помутнело, затем приобрело более отчетливые очертания, а во рту стало неудобно - клыки увеличились в размерах. Ингрид забралась на подоконник, чтобы закрыть окно, но замерла на половине пути и уставилась куда-то вниз, на подъездную дорожку.
  - Чего тормозишь? - рявкнул Зельман, пытаясь удержать сошедшую с ума девочку. Она извивалась, словно не имела и намека на позвоночник, и верещала, чтобы ее отпустили. Я буквально села на ее ноги, боясь поломать или вывихнуть, но это была единственная возможность удержать Еву на месте. Повернулась к Ингрид, которая по-прежнему вглядывалась куда-то вниз.
  - Ингрид! - позвала.
  - Она здесь! - бросила блондинка. И спрыгнула вниз.
  - Что? - не сразу сообразила, что она имела ввиду.
  - Эта ненормальная здесь! - выкрикнул Зельман. Ева как-то странно зашипела - и, извернувшись из моих рук, ударила парня ногой в лицо. Я была удивлена подобной растяжке, но мгновенно взяла себя в руки, когда она поднялась на ноги и, отпихнув схватившегося за нос волка, запрыгнула на подоконник. Поймав мой напряженно-испуганный взгляд, она высунула язык, явно насмехаясь, и махнула рукой на прощание. Прощание, потому что позволила своему телу поддаться земному притяжению и рухнула спиной вниз, не отводя от меня насмешливого взгляда.
  - Твою мать! - рявкнул Зельман, пытаясь унять кровь. Здорово она его приложила, мелькнуло в голове, когда я забиралась на подоконник в стремлении отправиться вслед за Евой, Ингрид и вампиркой. Сущность родственницы явно учуяла постороннего, но нет гарантии, что она справится в таком состоянии. Сзади пыхтел Зельман, которому придется серьезно поговорить с Евой, когда она придет в себя. Хотелось бы присутствовать при этом моменте, чтобы увидеть лицо девчушки, когда она узнает, что добровольно - относительно - поцеловала этого ехидного представителя пушистого отряда. Что за глупость, Алиса! Ты должна думать сейчас совершенно о другом, а не о том, как будешь в компании с близнецом подслушивать разговор голубков. Спрыгнув на подъездную дорожку, огляделась по сторонам, но никого не увидела - кроме кота, нетерпеливо переминающегося с ноги на ногу у кромки леса, куда, по-видимому, убежали Марианна и Ингрид. Бросив взгляд на окно второго этажа, удостоверилась, что Зельман присмотрит за Евой, которая немного поумерила свой пыл, и бросилась вслед за подавшим голос Пупсом. Впереди замаячила белокурая грива Ингрид, что оказалось несколько удивительным, потому что я считала, она давно уже преследовала сумасшедшую вампирку. Знать бы еще, куда отправились остальные оборотни. Их помощь сейчас бы пригодилась.
  
  - Тихо! - вскинула руку Ингрид, осматривая каждое дерево от самого ствола и до верхушки. Кажется, Марианна решила немного поиграть в прятки. - Она где-то здесь, чувствуешь запах? Еще бы! Запах крови, смешанный с землей. От него у меня першит в горле и появляются рвотные позывы. Как вовремя.
  Справа раздался шорох, а в следующую секунду над головой буквально пролетела девушка в белом платье, заливисто смеясь. В голове мгновенно возникла картинка смеющейся на подоконнике Евы. Неужели?.. Да нет, такого не может просто быть! Наша Ева сильна и физически, и морально, она ни за что не поддастся какой-то глупой метке, которая стремится завладеть ее сознанием!.. Ингрид бросилась вслед за Марианной, я - за Ингрид. Ветки хлестали по лицу, и мне в голову пришла мысль, что неплохо бы отправиться на какой-нибудь курорт, когда все это закончится. Определенно, выпрошу у папочки билет на необитаемый остров, чтобы немного отдохнуть от всего этого безумия, который разворачивается на протяжении месяца. Чтоб у этой вампирки клыки повыпадали, стерва крашеная! Я едва не споткнулась о попавший под ботинок камень, перепрыгнула через ствол поваленного дерева - и едва не столкнулась с Ровулом, выпрыгнувшим из кустов. Пару секунд мы сверлили друг друга пристальными взглядами, затем он фыркнул и, неуловимо скользнув к моим ногам, подбросил на спину и устремился вперед, вынуждая довольно грубо вцепиться в всклокоченный загривок. Проигнорировав недовольное рычание и какие-то глупые, приторные мысли, пригнулась, чтобы не задевать низко расположенные ветви, и принялась высматривать Марианну с Ингрид. Они не могли так далеко сбежать, но поблизости никого не было, что немного пугало.
  По бокам раздалось громкое сопение, и я обернулась на звук. Еще два волка, только немного поменьше - обращенные совсем недавно, несколько месяцев назад. К тому же, они оказались братьями, совсем не такими разными, как Джеб и Зельман, и иногда было сложновато отличить одного от другого, если, конечно, не знать их достаточно близко. Я общалась с большинством оборотней либо по телефону, либо через Зельмана. Исключения составляли только Ровул и Пупс, которые прочно обосновались в обоих наших домах. А кое-кто пытается свести с ума мою горячо любимую сестренку. Не удержавшись, ущипнула Ровула, на что получила еще один недовольный рык, что можно было расценивать, как угрозу бросить прямо здесь или положиться на его богатую фантазию и подождать до озера, где он может разгуляться.
  - Быстрее давай! - зашипела, оглядываясь по сторонам. - Куда они делись?
  Братья поравнялись с Ровулом, а затем перегнали его, скрываясь в ближайших кустах. Волк остановился и дернулся, приказывая слезть. Пришлось подчиниться, потому что не так часто удается покататься верхом на волке, и у меня заболели мышцы. С трудом спрыгнув на землю, едва не обматерила этот хамоватый кусок мяса, потому что этот дуралей собрался обращаться прямо у меня на глазах. Заметив привязанный к задней правой лапе полиэтиленовый пакет для мусора, в котором, очевидно, находились вещи, сорвала самодельную сумку и принялась доставать обрезанные под шорты джинсы и легкую футболку с не совсем цензурным рисунком.
  - Извращенец! - не удержалась. - Давай быстрее! - Дождавшись, пока он не скроется за ближайшим деревом и, обратившись, не вытянет руку, бросила сперва джинсы, а потом футболку, краснея от смущения и злости. Нам необходимо помочь Еве, избавиться от Марианны, а этот волчара только тянет время, которое очень драгоценно. Я не сомневаюсь в достаточной силе сестры, но справиться с сумасшедшим вампиром в одиночку достаточно проблематично, и неизвестно, удастся ли Ингрид хотя бы попытаться вывести ее из строя на время. - Быстрее! - поторопила Ровула, который одевался слишком медленно даже для Виолетты, которая собиралась дольше, чем вся семейка вместе взятых.
  - Мужу своему так орать будешь! - отозвался этот негодяй, выбираясь из-за дерева и морщась от испачканных в земле ступней. Положить ботинки или, на худой конец, какие-нибудь тапки, он не предусмотрел, что неудивительно. Эти мальчишки такие тормознутые, что плакать хочется.
  - Почему мы остановились? - спросила, откидывая со лба выбившуюся прядь волос. Так и похудеть недолго, с такими-то нагрузками. - Где Ингрид?
  - Преследует вампирку, - отозвался парень, пытаясь вытереть ноги о кору дерева. - Мы останемся здесь и будем ждать. Остальные рассредоточились по всему лесу, чтобы поймать эту стерву в случае чего. Твой ненаглядный вампиреныш Джереми тоже принимает участие, - вновь поморщился он, словно выплюнув имя вампира. Мне стало обидно. Не за Джереми, за себя. Значит, он считает меня очередной глупенькой девчушкой, которая в буквальном смысле коллекционирует парней и приводит их в дом, как заблудших собачек? Понятно теперь, почему он так относится - постоянно язвит и насмехается. Не принимает всерьез мои попытки просто понравиться кому-нибудь, подружиться, - большую часть жизни я только и делала, что следовала указкам идеальной Ингрид, боялась расстраивать папочку и постоянно присматривала за Виолеттой, чтобы девочка не наделала ошибок в силу неопытности. Это угнетает, потому что играть роль взрослой дурочки в странной одежде очень сложно. Хочется быть кому-то нужной. Просто так, а не из-за очередного обращения молодого парня с играющими гормонами, не из-за очередного сумасшедшего вампира, не из-за каких-то проблем, возникших спонтанно. Все думают, что это легко - быть веселой и непринужденной в любой сложной ситуации, и никто не заботится о том, что чувствует эта самая взбалмошная девчонка в глубине души. Насколько сильно ей надоело улыбаться каждому, даже тем, кого она всей душой ненавидит. Неприятное чувство разъедает внутренности, но я продолжаю улыбаться окружающим и делать вид, что все хорошо, как бы больно не было. Иногда я завидую Ингрид, которая не пытается идти на поводу у бессмысленных стереотипов и не стремится нравиться всем встречным-поперечным. Она говорит то, что действительно думает. Может быть поэтому Владимир любит ее? Пусть и грубую, но настоящую, живую, со своими недостатками и достоинствами. Мне же остается играть роль легкомысленной девочки, которая не хочет взрослеть, и продолжать довольствоваться насмешками таких, как Ровул.
  - Эй, ты чего? - удивленно пробормотал он, не получив в ответ никакой реакции. Мне просто надоело быть сильной. Хочется, чтобы кто-нибудь без каких-нибудь меркантильных мыслей крепко обнял и прошептал, что все будет хорошо. Надоело гоняться за сумасшедшими вампирами, надоело улыбаться направо и налево, надоело быть не той, кем являюсь на самом деле, а приложением к прекрасному отцу, хладнокровной Ингрид, сильному Владимиру, взбалмошному Алексу, брату-близнецу, и крикливой Виолетте. Они все являются индивидуальностями, а я, если хорошенько присмотреться, являюсь их тенью, впитавшей все отличительные черты, чтобы казаться такой же яркой, как и остальные. Еще никогда прежде я не чувствовала себя такой опустошенной.
  - Ничего, все хорошо, - пробормотала, пытаясь уверить в озвученном больше себя, чем Ровула. Хотелось действительно отправиться на необитаемый остров, чтобы избавиться от всех этих депрессивных мыслей и напряжения, наблюдая за безоблачным небом и океаном.
  - Нет, не хорошо, - сказал Ровул, приближаясь на несколько шагов. Я отошла подальше, прячась за дерево, как маленькая девочка - и чувствуя себя точно так же. - Выглядишь так, словно тебя пропустили через центрифугу. Измочаленная вся, - выдал он, заставив меня приоткрыть рот в возмущении.
  - Какой комплимент, - саркастично протянула, возвращаясь к привычному поведению. - Сколько тебя знаю, но с каждым днем все больше убеждаюсь, что ты - неотесанный чурбан! - заявила, выглядывая из-за дерева. Где же там Ингрид с ее преследованием? Загнала бы эту вертихвостку в оцепление оборотней - и дело с концом. Они бы ее на заплатки порвали, и Пупс не поленился бы принять в этом участие. Но все-таки интуиция подсказывала, что все не так просто, как может показаться на первый взгляд. Мы второй раз ее преследуем, но даже не оставили ни царапинки, что говорит о многом. Марианна безумна, это факт, но она великолепна в своем безумии, устраивая нам ловушки, на которые не у каждого непревзойденного стратега хватит способностей. Плюс вампирская выдержка, благодаря которой она перемещается по лесу с непередаваемой скоростью. Непередаваемый коктейль, от которого уже начинает сводить зубы.
  - У тебя определенно что-то случилось. - Сейчас он казался неестественно серьезным. Неестественно, потому что мне было непривычно видеть язвительного волчонка в таком амплуа. - Алиса? - вкрадчиво позвал он, заметив мое замешательство. - Тебе плохо?
  - Нет, мне просто здорово, дорогой юморист! Покажите мне скрытую камеру, в которую нужно смеяться. Либо я окончательно сошла с ума от нервного напряжения, либо он действительно озабочен моим душевным состоянием. Даже осторожно ухватил за свободную руку - второй я уже намеревалась чесать макушку, как это обычно делала Ева, когда у нее были короткие волосы. Почему-то вдруг стало немного неловко.
  - Н-нет, ничего не произошло, - попыталась отвязаться, а заодно и вытянуть зажатую в настоящих тисках руку. И чего этот блохастый комок шерсти ко мне привязался? Раньше его совершенно не заботило мое состояние, а теперь буквально домогается, пытаясь вытрясти правду. - Что ты делаешь? - пробормотала, когда он ухватил меня еще и за вторую руку. Попыталась вырваться, но ничего не получилось. Конечно, можно было бы применить вампирскую силу, ведь, в определенном смысле, наши силы равны, но я не уверена, что слишком долгая диета поспособствует нормальному разговору. Что бы там не показывали и не писали в книжках, оборотни - такие же люди, с кровью, мышцами и, как ни странно, вполне человеческими мозгами. Боюсь, если услышу биение сердца, не смогу удержаться. А нападать на друга своего хорошего знакомого не есть хорошо. Во всяком случае, ни Зельман, ни, тем более, Валентин, подобного не одобрят. - Разрыв шаблона у меня случился, вот что, - сконфуженно пробормотала, чувствуя тепло его тела. - Ровул, отойди, пожалуйста. Замашки вампира никуда не делись, Пить очень хочется, - пробормотала едва слышно, отстраняясь как можно дальше. Он понимающе кивнул и оставил мои безвольно повисшие руки в покое. Наступила гнетущая тишина, которая сдавливала мой воспаленный мозг тисками; хотелось закричать в полный голос, чтобы привлечь внимание вампирки и покончить со всем этим. И помочь Еве.
  Вдалеке раздался протяжный вой. Мы подорвались со своих мест одновременно, потому что услышали не просто крик, а мольбу о помощи. Оставив в дальнем закутке сознания все посторонние мысли, побежала вслед за Ровулом; впереди виднелся силуэт волка, а по мере приближения, я смогла различить фигурку в белоснежном платье, стремительно перемещающуюся по ветвям деревьев и явно дразнящую остальных оборотней заливистым смехом. Кровь зашумела в ушах, когда мы выскочили на небольшую полянку и увидели одного из братьев-волков, пытающегося окончательно обратиться обратно в человека. Он катался по земле обнаженным, запрокинув голову и оскалив все еще острые клыки; тело было немного длиннее, чем простое, человеческое, и оно никак не желало трансформироваться назад, в прежнюю форму. Парень едва слышно стонал, держа скрещенные руки у груди, и явно пытался разодрать грудную клетку не до конца уменьшенными ногтями, - только приблизившись, мы смогли понять, в чем дело. Ровул присел перед своим другом и осторожно осмотрел его с ног до головы, что-то невнятно бормоча под нос. Я же в это время не сводила глаз с вампирки, которая замерла на верхней ветке одного из деревьев и насмешливо наблюдала, в свою очередь, за мной. Куда же подевалась Ингрид?
  - Ребра сломаны, - процедил сквозь зубы Ровул. - Нужно провести все эти медицинские манипуляции или как вы их там называете, пока не началось регенерирование.
  Я мгновенно приняла решение.
  - Забирайте его и уходите.
  - Чего? - он ошарашенно оторвался от топорного обследования и уставился на меня. Ну, так во всяком случае, мне казалось, потому что стояла спиной и не сводила взгляда с притихшей вампирки. - С ума сошла?
  - А то не видно, - пробормотала, вновь собирая волосы в пучок. Марианна продолжала сидеть на ветке, насмешливо скалясь. - Оттащи его подальше. Потом в несколько рук поднимите так, чтобы ничего не повредить, а затем отвезите в городскую больницу. Непонятно объясняюсь, что ли? - раздраженно бросила. - Она не выпустит отсюда никого, но если я задержу ненадолго, тебе удастся сбежать вместе с другом. Теперь сообразил?
  - Самоубийца, что ли? - рявкнул Ровул, вскакивая на ноги. - Сейчас здесь появятся ребята!
  - Пока они появятся, твой собрат загнется! - не менее тихо воскликнула, указывая на корчащегося в муках парня. - Я сказала, уходи! - крикнула, заметив, как подобралась Марианна. Она перепрыгнула с ветки на ветку и уставилась на нас с нескрываемым восхищением. - Ты слышишь? - Она переместилась на ближайшее дерево, которое качнулось под напором веса и приложенной силы, и тихо похлопала. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы сообразить, что это сейчас было.
  Она аплодировала.
  Чему? Сцене, которая разворачивалась на ее глазах?
  - Ровул, я сказала, уходи! - приказала, отступая назад и прикрывая их собой, потому что в глазах вампирки появилось какое-то странное выражение. Она облизнулась и подалась вперед.
  - Захотела выпендриться? Мать-героиня, чтоб тебя! - бросил Ровул. У меня перехватило дыхание от услышанного. Все те слова, которыми я пыталась уговорить саму себя и убедить, что окружающие не видят во мне обузу и приложение к идеальному семейству Гамильтонов, рассыпались на глазах, потому что держались на хлипкой вере в хорошее. Обида захлестнула с головой, и я даже не заметила, как на глаза навернулись слезы. Излишняя эмоциональность всегда доставляла неудобства. В какой-то момент картинка поплыла, а в голове зашумело еще больше. Значит, он все-таки считает меня такой. Большего и не ожидалось.
  Господи, до чего обидно.
  Мать-героиня, значит?..
  - Иди к черту, кусок мяса! - прошипела, опуская голову. Слезы все-таки вырвались наружу, и я опустила голову еще ниже, позволяя им обжигать щеки, задерживаться на подбородке и беззвучно падать на землю. Мысленно же уговаривала себя сдерживаться, не быть такой маленькой дурочкой, которой все меня считают, и надрать задницу не только этой стерве, которая испортила такое хорошее лето, но и самовлюбленному и бесцеремонному ублюдку, которого не интересуют чужие чувства. Он же только презрительно фыркнул и принялся осторожно передвигать своего друга, судя по звукам, а я шумно втянула носом воздух и попыталась сосредоточиться. Если верить этому недоумку, скоро здесь будет отряд разгневанных оборотней. Мне нужно только потянуть время. Думаю, я справлюсь.
  Остается надеяться, что не умру до того, как Ева и Зельман сыграют свадьбу.
  Марианна тихо хмыкнула и сорвалась вниз, ко мне. Отбежав на несколько шагов, попыталась ухватить вампирку за волосы, но она извернулась странным образом, и на моей правой руке расцвели багровым цветом алые полосы, оставленными острыми ногтями. По поляне пронесся веселый смех. У меня же пересохло в горле от возникшей жажды. Помотав головой, бросилась в атаку. Усталость давала о себе знать. Марианна изворачивалась, нападала, отскакивала, снова нападала - и так до бесконечности. Прошло несколько минут, мне же они показались вечностью, наполненной неестественной тишиной леса и хриплым дыханием. В голове шумело, перед глазами все плыло, а на теле появлялись новые синяки и царапины. Пропустив очередную атаку, я ударилась спиной об ствол дерева и захрипела, пытаясь вернуть выбитый воздух из легких. Рухнув на колени, попыталась подняться снова, но голову буквально втоптали в землю - Марианна поставила свою босую ступню на затылок и надавила. Грязь вперемешку с листвой забилась в рот и нос, и я не смогла нормально вдохнуть. Скрюченные пальцы ухватили пучок, выдирая несколько волос, и рывком подняли голову, заставив поморщиться от боли. Перед глазами замаячило довольное лицо вампирки. Она улыбнулась, обнажив выпущенные клыки, и я поняла, что она собирается делать. Эта стерва оправдала все возможные ожидания.
  Захихикав, она вонзила клыки в горло.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) К.Юраш "Процент человечности"(Антиутопия) М.Атаманов "Искажающие реальность-5"(ЛитРПГ) А.Шихорин "Создать героя"(ЛитРПГ) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) И.Громов "Андердог - 2"(Боевое фэнтези) Е.Кариди "Суженый"(Любовное фэнтези) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1"(Киберпанк) А.Робский "Охотник: Новый мир"(Боевое фэнтези) Стипа "А потом прилетели эльфы..."(Антиутопия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"