Natalia: другие произведения.

Свет над временем

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
  • Аннотация:
    Выложено для себя, чтобы не потерять, как многое до этого, из-за неисправностей компъютера.

   КТО ТЫ , ЧЕЛОВЕК ?
  ЗВЕРЬ ИЛИ БОГ ?
  ЗАВЕСА ПРЕД ТОБОЙ,
  ОТКРОЙ ЕЕ.
  ИБО ТЫ - ЧЕЛОВЕК ,
  ЭТО ТВОЕ ПРАВО !
  
  
  
  
   СВЕТ НАД ВРЕМЕНЕМ
  
   ( Роман для тех, кто может смотреть вглубь)
  
  
   А Н Н О Т А Ц И Я К РОМАНУ
   " СВЕТ НАД ВРЕМЕНЕМ "
  
  
  Человечество не смеет переступить порог двери, за которой скрывается тайна Бытия. Зачем, почему и как ? Эти вопросы для нас в художественной форме, через своих героев раскрывает автор. Он считает себя почти реальным участником происходящих событий. Мистические переживания, оккультные ритуалы, шаманизм и магия, но так же над всем этим, стоят высшие проявления человеческого Духа.
  Герои, проходя через цепь событий, познают мир и себя в БОГЕ, осознают кармическую предопределенность, свою силу и власть в этом.
  Автор ведет одновременно три пласта повествования: это и само динамическое развитие событий, в которых ясно и четко прослеживается законы кармы и родственности душ, при чем, действие развивается как в пространственном измерении - странах различных духовных традиций мира, так и по вертикали - во времени, привлекая внимание читателей к закону о многочисленности перевоплощений; тут же курсивом вплетаются многочисленные эзотерические отступления автора и, самое парадоксальное, - могучее включение силы, знания и любви Высших Сил, руководящих проникновением этих истин в человечество. МЫ, я и они - вот три параллели, три книги в одной, и автор с огромной благодарностью принимает Великое Водительство.
  Нам очень хотелось бы, чтобы читатель вместе с нами совершил путешествие во времени и пространстве, осознал, что это рассказ и о нем, о той части его существа, о которой он не знает или не помнит.
  Синтез религий и духовных практик, ведущих нескончаемую борьбу с иерархией темных сил за души людей, проходят перед читателем и может чуть-чуть, помогут ему когда-нибудь стать по-настоящему сильным, добрым, мудрым,- таким, какими стремяться стать наши герои.
  
   А У М
  
  
  
   КНИГА 1 . У Т Р О
  
  
  О Г Л А В Л Е Н И Е
  
  ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ - НАЧАЛО:
  НАЧНЕМ (ПОЧТИ) С КОНЦА
  
  1. ОДИН ИЗ МИЛЛИОНОВ.
  2. МАСТЕР ТРЕХ КОРОН.
  3. КОСТЕР ИНКВИЗИЦИИ.
  4. КОЛЬЦО, КОТОРОЕ НЕЛЬЗЯ ПРОДАТЬ.
  
  
  I. Г Л А В А: ДОМИНИК И ШАРЛОТА.
  
  1. МОЖЕТ ЛИ ОДНО ДЕРЕВО ДАВАТЬ РАЗНЫЕ ПЛОДЫ
  2. "ВЕТХИЙ ДНЯМИ": ОБ ОТЦЕ И СЫНЕ.
  3. РЫЦАРСКИЙ ТУРНИР, ПЕРВАЯ ПОБЕДА - НАД КЕМ ИЛИ ВСЕ ЖЕ, НАД ЧЕМ?
  4. СТАРШИЙ БРАТ - НЕЛЮБИМЫЙ СЫН
  5. КТО ВЫБИРАЕТ ПАЖА, КОРОЛЕВА ИЛИ СУДЬБА?
  6. СЛАБЫЙ КОРОЛЬ - СЛАБАЯ СТРАНА - ИГРУШКА В РУКАХ ВРАГА.
  
  II. Г Л А В А : ПУТЕШЕСТВИЕ В НЕИЗВЕСНОСТЬ.
  
  1. КОРОЛЕВА - МУДРАЯ И КРАСИВАЯ.
  2. ВПЕРВЫЕ О КАМНЕ О Д И Н А.
  3. ЛЮБОВЬ - РАВНАЯ ЧЕСТИ.
  4. ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА С "ЛЕТУЧИМ ГОЛЛАНДЦЕМ".
  5. ВСТРЕЧА С МАСТЕРОМ
  6. КАК МЫШЬ МОЖЕТ УБИТЬ СЛОНА.
  
  
  
  III. Г Л А В А : ОСТРОВ И Д О Л А.
  
  1. " ЗЕМЛЯ ! ", - ВСЕГДА ЛИ СПАСЕНИЕ ?
  2. ЛАГЕРЬ ТУЗЕМЦЕВ И КОРОЛЕВА.
  3. КАМЕНЬ О Д И Н А НАЧИНАЕТ ДЕЙСТВОВАТЬ.
  4. ИДОЛ ИЛИ О ТЕХ , КТО ЕГО ОСТАВИЛ ЛЮДЯМ.
  5. ИСТОРИЯ ПАДЕНИЯ БЫВШЕГО ЧЕЛОВЕКА.
  6. РИТУАЛ ПОСВЯЩЕНИЯ Т Ь М Ы.
  7. КАМЕНЬ О Д И Н А И И Д О Л, ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ДВУХ ЭНЕРГИЙ.
  8. РАВНОЦЕННЫЙ (!??) ОБМЕН.
  
  IV. Г Л А В А : КОРАБЛЬ "БЕЛАЯ ПТИЦА".
  
  1. ЧУДЕСНОЕ СПАСЕНИЕ.
  2. ВЕДЬМА ЗНАКОМИТСЯ СО СВОИМ НОВЫМ ТЕЛОМ.
  3. ПРОБА СИЛ, ВЕДЬМА ВХОДИТ В ОБРАЗ.
  4. ТАИНСТВЕННЫЙ СУНДУК.
  5. УЧИТЕЛЬ И УЧЕНИК.
  6. КОРОЛЕВА ПРИНИМАЕТ "УДАР НА СЕБЯ".
  7. ШАМАНКА И ... ТРЕТЬЯ СИЛА.
  8. ПОСВЯЩЕНИЕ " БЕЛОЙ ПТИЦЫ" - ПРЕДОПРЕДЕЛЕННОСТЬ.
  
  V. Г Л А В А : ЕГИПЕТ
  
  1. НИЩИЕ, НО ГОРДЫЕ.
  2. СЫН ФАРАОНА И ПОТОМОК СЕМИРАМИДЫ.
  3. ПРАЗДНИК - ДЛЯ БОГА СОЛНЦА АМОНА-Р А ,
   А ПОДАРОК - ДЛЯ ФАРАОНА.
  4. ФАРАОНИХА: ЗА ЧТО БОРОЛАСЬ, НА ТО И НАПОРОЛАСЬ.
  5. СТРОИТЕЛЬСТВО ПИРАМИДЫ, МАГИЯ СТРОИТЕЛЬСТВА.
  6. ШАМАНКА У ПРЕСТОЛА.
  7. ЛАБИРИНТ, 77 - ОЙ УРОВЕНЬ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА.
  8. МАГИЯ ЖРЕЦОВ ЕГИПТА СПАСАЕТ ЕГИПЕТ И МИР.
  9. НАШИ ЛЮБИМЫЕ ГЕРОИ: ШАРЛОТА - ПРОЩАНИЕ
   С КАМНЕМ; И ДОМИНИК - Я ВЕРЮ, НО ЧТО ЖДЕТ
   ВПЕРЕДИ?
  10. ВЕДЬМА: НОВЫЕ ПЛАНЫ - НОВАЯ ИНТРИГА.
  11. МОЖЕТ ЛИ БЫТЬ КОНЕЦ ЗЛУ ?
  12. КОРОЛЕВА ШАРЛОТА - БОЛЬШЕ НЕ КОРОЛЕВА.
  
  
  
   ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ - НАЧАЛО :
   НАЧНЕМ ( ПОЧТИ) С КОНЦА.
  
   1. ОДИН ИЗ МИЛЛИОНОВ.
   2. МАСТЕР ТРЕХ КОРОН.
   3. КОСТЕР ИНКВИЗИЦИИ.
   4. КОЛЬЦО, КОТОРОЕ НЕЛЬЗЯ ПРОДАТЬ.
  
  Тихо-тихо ветерок шевелит локон уснувшего Путника. Полотняная рубашка, да холщовая сумка - вот и все его снаряжение.
  Ресницы дрогнули, удивленно изогнулись уголки губ, последовал глубокий вздох, и юноша - еще почти ребенок, пробудился. Глаза с удивлением, стряхнув последние остатки снов, устремились ввысь, окинув мимолетным взглядом синеву небес, остановились на вершинах столетних кедров. Сознание постепенно возвращалось: зашевелились мысли, всплыли воспоминания. Мальчик, щеки которого еще алели как от молодости и здоровья, так и от крепкого сна, внезапно погрустнел и стал серьезен, - серьезен и собран, и мгновенно показался намного старше. Заботы сделали из юноши мужа, при этом сразу почувствовалась его сила и решимость. Яркие, широко распахнувшиеся глаза, только что излучавшие остатки грез и благодушия, потемнели и затаили огоньки сердечности глубоко под ресницами.
  Подросток лет четырнадцати был один на один с таинственным краем гор и озер, которые многократно отражали небеса. Он и птицы, да еще ветер в этой далекой затерянной стране в глуби великого материка олицетворяли собой вечную единую троичность всего сущего: живой и не живой природы, и человека. Человека дерзнувшего на этот контакт, который был мал и велик одновременно.
  Что же произошло? И как этот паренек мог оказаться так далеко от мест проживания своих сородичей да и вообще от жилища человека?
  Он затерялся в далекой горной стране не по своей воле, а по воле судьбы, которая играет с нами порой позабавнее кошки наслаждающейся добычей. Но что забавно для кошки, совсем иначе воспринимается жертвой. Паренек, назовем его Оскар, был брошен волею обстоятельств в незнакомые места и оторван от близких ему людей.
  Он оказался без поддержки и совета, совсем один...
  
   * * *
  
  ...Время текло медленно в далеком городке, который затерялся где-то на северо-западе Европы. Женщины неторопливо вязали свои полосатые чулки, а мужчины так же неторопливо раскуривали трубки за бокалом пахучего эля. Каждый имел свой дом, работу, семью и мирно проживал отведенную ему жизнь.
  Провинциальный уклад жизни размеренно пересыпался в песочных часах судьбы жизни тысяч горожан и ничто не нарушало их дремотного состояния.
  Однажды, летним утром на городской площади раздался стук копыт. Въехала повозка, запряженная парой белых лошадей, той породы, что так редки в северных городах. На козлах восседал возница довольно почтенной наружности, его пронзительные глаза неторопливо и внимательно оглядывали дома, кирху, лобное место и таверну.
   Северное небо хоть и улыбалось лучами летнего дня, все же сильно отличалось от родного неба этого старика. Но определение старик оказывалось совсем не к месту, стоило присмотреться к вознице повнимательнее: его величественная фигура дышала силой и достоинством и не могла принадлежать простолюдину, несмотря на его скромную одежду. Высокий лоб, изборожденный морщинами, притягивал взгляд своей необычной красотой, дуги густых бровей не могли затенить глаза - глаза, в которых нельзя было найти дна и цвет их неуловим: темны сейчас, они таили в себе синь небес. Прямой нос и жесткие губы придавали особую уверенность прямому, хотя и не массивному подбородку. Волосы до плеч перехватывала повязка через лоб, а пестрый платок скрывал мощную шею.
  Возница ловко остановил лошадей, бросив благодарный взгляд на их блестевшие от пота спины и перевел его на ратушу, где часы отстукивали полдень. У повозки отодвинулся занавес и выглянуло еще сонное личико ребенка, его всклокоченные вихры и нос в веснушках говорили о совсем еще юном возрасте,- лет четырех-пяти, да и то - учитывая его смышленый не по возрасту взгляд. Старик бросил поводья и, походя похлопывая лошадей, направился в сторону кабака, где застал лишь пару попрошаек, местного пьяного цирюльника, да двух проезжих.
  Хозяйка - дебелая, грудастая с простым широким лицом и острыми глазками, манерно поджав губы, внимательно оглядывала незнакомца, соображая на сколько монет можно рассчитывать и стоит ли вообще распинаться. У нее сегодня опять была тяжелая ночь, ее буйный муженек очередной раз решил посчитаться "с этой рыжей заразой раз и навсегда, отравившей ему жизнь". Несчастная женщина и так уже не досчитывалась нескольких зубов, да и плечо саднило и болело после его жестоких объятий. Но едва ее глазки встретились с глазами вошедшего, невольная искра пробежала по лицу, губы приоткрылись, несмотря на выбитый зуб, а глаза потеряли цепкость, как-будто споткнулись, испугавшись тайны, что cкрывалась под ресницами старика.
   - Что изволите? - ее голос прозвучал не только высоко, но еще и подобострастно, чего она за собой раньше не замечала.
  - Где живет Мартин-аптекарь и как его найти?- и получив после небольшой паузы сбивчивые объяснения, незнакомец вышел, не сказав ни слова.
  Во время этого диалога все присутствующие молчали. Но и после ухода путника тишина была нарушена лишь кошкой, которой все же удалось залезть на полку, где стояла миска со сметаной, но бедолага не удержалась и вместе с вожделенным продуктом грохнулась, вначале о стойку - коротко мякнув, а затем о каменный пол.
  Все сразу пришло в движение. Цирюльник всхлипнув и протрезвев, резко встал и даже не покачиваясь, ушел. Нищие куда-то запропастились, как-будто их не было. А проезжие, находившиеся здесь, пожимая плечами, подергивая ногами под столом, - удивленно морщились и потирали лбы. Хозяйка же - даже не обратила внимания на разлитую по стойке и полу сметану и виновницу разбитой чашки, - так велико и необычно было впечатление от облика этого человека.
  Странно и неожиданно его воздействие на окружающих, он знал об этом и его нисколько не смущало ощущение расстояния сразу возникающее у окружающих.
  Затянувшаяся пауза оставила людей в каком-то растрепанном состоянии, каждый чувствовал себя ненастоящим, находящимся не на своем месте и участвующим в странном спектакле.
  А старик, между тем, вернулся к повозке и, шагом правя парой своих лошадок, завернул в боковую улицу. Дома на ней, плотно стоя друг напротив друга, перемигивались миленькими окошками, результатом гордости и соревнования местных домохозяек. Повозка едва помещалась на узкой дорожке, вымощенной булыжниками, и стук копыт отчетливо разносился по сонному безмолвию центральной части города.
  Наконец путник достиг цели. Домик, ничем не отличающийся от остальных, такой же опрятный и ухоженный, предстал перед его взором.
  Стая воробьев, весело чирикая, дразнили неторопливую ворону, которая нахохлилась и делала вид, что дремлет. На звук колокольчика выскочила аккуратно одетая девчушка в передничке с оборками и полосатых чулочках. Ее нисколько не смутил возникший перед порогом незнакомец и запыленная повозка. Любопытство и доброжелательность сквозило во ее облике. Узнав, что спрашивают отца, она смешливо наморщив нос, приложила палец к губам и покосилась на правое окошко в доме, объяснив что: " Папа очень занят, он приготавливает снадобье для тетушки Англен и просил его не беспокоить."
  Но за ее спиной тут же возник силуэт хозяина дома и, тихонечко отстранив ребенка, шагнул навстречу путнику. Их взгляды встретились, скрестились и едва заметный знак гостя сразу расставил все точки над "i" . Мартин широко вздохнул, улыбнулся и приветливо кивнув, жестом пригласил в дом.
  Все это время мальчуган наблюдал сквозь щель в занавеске и терпеливо ждал указаний, ничем не обнаруживая свое присутствие.
  Мужчины прошли в комнату, служившую лабораторией и кабинетом главе дома, и плотно прикрыв дверь, с легкими улыбками окинули друг друга взглядами. Мартин первый нарушил молчание.
  - Приветствую тебя, Брат, каким ветром у нас и нужна ли тебе моя помощь?
  - Я - Авессанарий " Три К " - ты слышал обо мне, - и гость написал грифелем на доске знак, тут же стерев его.
  - У тебя я остановлюсь лишь на две ночи, чтобы привести в порядок свои дела и запастись в дорогу, со мной мальчик - мой сын духовный. Его мать погибла в пламени костра, мне едва удалось спасти ребенка, применив всю свою силу, но для спасения той женщины даже ее оказалось недостаточно. Она должна была погибнуть в пламени, чтобы обрести высший свет и покой. Ее долги и связи закончились, а вот у нас еще много нерешенных проблем и узлов. Мне нужна твоя лаборатория для работы и твоя помощь в ней, - гость был серьезен и сосредоточен.
   - Конечно, конечно я рад что удостоился чести твоим посещением, для меня это будет свежий глоток воздуха.
  Авессанарий - а нашего герой имел это имя, вернулся к лошадям, распряг и отвел их в боковую дверь ворот, ведущую на задний двор, где помощник аптекаря уже готовил воду и сухие холстины для их натруженных спин.
  Повозку развернули так, чтобы она никому не мешала и из нее старик вынес на руках мальчика, перенес, раздел, усадил в чан с водой, а затем завернув в полотно, отнес на второй этаж в одну из спален. Жена аптекаря принесла чашку молока и булочку. Мальчишка благодарно вонзил зубы в румяную корочку и залпом осушил содержимое чашки. Хозяйка с жалостью погладила обессиленные ноги ребенка, вздохнула и вышла. Она была добра, молчалива и не отличалась образованностью, но это искренняя женщина умела ненавязчиво помогать.
  Солнечный зайчик притаился в углу спальни, вот он переместился на спинку кровати, затем прыгнул на подушку и коснулся щеки ребенка. Оскар, а это был он, открыл глаза, нахмурил брови и почесал нос, чихнув, он окончательно проснулся.
  За окном уже раздавались звуки городской жизни, но мальчик остался в постели, так как ноги его теперь ему не принадлежали. Он мог лишь надеяться на то, что о нем не забудут. И правда, дверь приоткрылась и в проеме он увидел силуэт девочки. Она чинно вошла, ее лицо горело от волнения. Глаза с любопытством взглянули на маленького гостя, но сразу же опустив ресницы, малютка скрыла сверкавшую в них искру здоровья и радости жизни.
  Подойдя к кровати, девочка скороговоркой произнесла фразу, но Оскар ее не понял, так как знал лишь свой родной язык, а остальные были для него" за семью печатями". На всякий случай он кивнул и улыбнулся ей. Дети казались примерно одного возраста, приятны и располагающи. И почувствовав это, оба с симпатией взглянули друг на друга. Девочка присела на край кровати и принялась "щебетать" о чем-то, при этом выразительно жестикулируя - как бы приглашая мальчика поддержать беседу. Но быстро поняв, что он ее не понимает, сконфужено улыбнулась и убежала за матерью.
  В комнату торопливо вошла жена хозяина дома с кувшином воды и полотенцем. Ласково приговаривая, она помогла Оскару совершить утренний туалет и вышла. В спальню вошел Авессанарий. От него веяло силой и уверенностью, и как всегда в его присутствии Оскар почувствовал себя спокойно и протянул к нему руки...
  
   * * *
  
   Да, мальчик был болен - его не слушались ноги. Это произошло в страшный момент жизни. Они подкосились и онемели, когда один из палачей, поднес факел к дровам костра, в котором к столбу была привязана его мать. Ребенок был привязанным к другому столбу и тоже на ветках, но еще незажженного кострища.
  Он навсегда запомнил ее отчаянно-решительный, горящий каким-то неземным огнем взгляд зеленых глаз, волосы растрепались, высокий лоб покрылся испариной, прекрасные черты лица не исказила мука страха, - оно было наполнено какой-то необъяснимой силой отречения, граничащей с экстазом. И лишь взгляд на сына - маленького, хрупкого и беззащитного, отражал боль.
  Но даже в эти пронзительные минуты жизни сила - уже неземная освещала ее стройную фигуру.
  Огонь зажегся: вначале чуть-чуть - по краю веток, укрепился на более толстых стеблях и запылал. Дымное облако сменилось открытым пламенем. Оно ярким всполохом поднялось и охватило фигурку, брошенную в его объятия.
  Люди, стоящие вокруг не услышали ни одного крика. Но вместо обычной сытой радости, которая всегда охватывала их грубые лица при виде возмездия, питавшейся их людским, шумным неконтролируемым безумием, жаждой чужой боли и страдания,- они вдруг ощутили пустоту.
  Затем тяжесть навалилась на их тела и сонное марево поглотило всю площадь. Костер, последний раз ярко вспыхнув, - догорал, распространяя запах сгоревшей плоти. А стража, палач с новым но еще не зажженным факелом, священники и среди них сам - главный судья-экзекутор, с удивлением тараща глаза, медленно оседали туда же, где только что стояли и от нетерпеливого возбуждения пританцовывали, перебирая ногами, торопясь закончить начатое. Их упоенные местью лица приобретали сонное - рыбье выражение, а глаза против их воли плотно закрылись.
  Сон сковал площадь, лобное место и прилегающие улицы центральной части города. Даже звонарь, наблюдавший казнь с высоты колокольни и готовый возвестить всем окрестностям, что возмездие совершилось и очередная " ведьма со змеенышем" отправились прямиком в ад руками правосудия, медленно осел и погрузился в глубокий сон с похрюкиванием, сопением и руладами под стать его "музыкальной " работе.
  Все спало кроме солнца, неба и мальчика - ребенка лет трех привязанного к столбу. Ужас объял его маленькое тельце, ног он не чувствовал, а время вокруг него вдруг изменило свой бег и направленность. Он видел и слышал все как через стекло из мира, который в этот момент вырвал его из ужаса реального. Даже вороны, собравшиеся на городской площади, вели себя как-то странно и перелетали с места на место в замедленном темпе: взмахи их крыльев начавшись, никак не могли закончиться. Все повисло и замерло.
  Лишь небо и солнце, и страшная бездна кострища напротив. Всхлипнув, мальчик потерял сознание...
   * * *
  Часы на ратуше пробили двенадцать раз и толпа пробудилась, звонарь кинулся к решетке на своей колокольне, священники удивленно крестились, с недоумением и подозрением оглядывали друг друга. С момента их провала в небытие прошла едва ли минута. Вся и все очнулось, но ...
  Ужас вначале парализовал, а затем началась давка, вначале в сторону лобного места, после - все кинулись врассыпную. Мальчика не было на втором костре, причем веревки оказались плотно обмотанными и завязанными теми же специальными узлами палача, как если бы он привязывал готовя к казни сам столб.
  Но более необъяснимым и поэтому жутким зрелищем для этих людей предстало первое кострище: среди догорающих углей не было обгоревшего трупа "ведьмы", - на его месте рос куст ярко-красных роз и ни нем еще сохранились капельки росы! Палач с безумным видом кинулся к цветам, схватил их обеими руками, чтобы выдернуть, но тут же упал, - как если бы пытался выдергивать воздух, - цветы исчезли. Все, проваливаясь еще в большую прострацию, увидели, что руки его исцарапаны в кровь, как если бы он действительно рвал голыми руками ветки с шипами.
  
   * * *
  
   А теперь оставим их. - Пусть им ! Перенесемся вслед за мальчиком. Он сквозь полузабытье чувствовал, что его отвязали и теперь несут куда-то сильные руки, ощущал запах трав и еще какой-то незнакомый аромат, исходивший от человека, который его спас. Ребенок заснул, не ощущая ничего - это был спасительный сон...
  ...Очнулся от ощущения того, что за ним кто-то наблюдает, вздрогнув, вжался в постель. Воспоминания нахлынули и придавили ужасом свершившегося. Сердце защемило и подскочило к горлу. Слез нет, глаза сухи, только в сердце покалывают тысячи осколочков боли: "Я мал и слаб , и один, ... и жив ! "
   Какое-то цоканье, щелканье прервало вертящийся кошмар, взгляд по-мимо воли остановился на причине беспокойства. Ею оказался ворон. Он спокойно сидел на жердочке-крылечке у дверцы открытой клетки и попеременно смотрел на ребенка то правым, то левым глазом, весело склоняя голову набок, затем взъерошился и лапкой почесал затылочек, при этом продолжая коситься на незнакомого человечка. Достойному представителю семейства пернатых думалось: "Вот только что спал довольно спокойный и милый птенец человека, а как проснется, да схватит камень или еще хуже - выпустит кошку!".
  Но ничего не произошло, мальчик болезненно сморщил лицо, чувствовалось, что его лихорадило, он чем-то напуган, и старался как бы уменьшиться в размерах.
  " А что," - подумала птица -" может он и нечего, если большой человек сам притащил его сюда, да еще трое суток чем-то поил и обкладывал травой, обкуривал ароматным дымом и зажигая свечи, что-то чирикал на огромных листах, при этом то припевая, то шепча, кланялся и махал руками - ну конечно не совсем, как уважающий себя ворон, но как, как ... м-, м-, м-,... - человек ! Что еще здесь можно сказать!".
   Вот так примерно рассуждал очень старый и очень мудрый ворон. Мы немного дополнили историю мальчика, практически родившегося заново. Он спасен, почти здоров - почти, вот только ноги... Ноги почему-то не хотели повиноваться, как-будто вслед за матерью из них ушла сила. Но они не болели, просто их вроде бы вообще не было. Ребенка это беспокоило только в силу того, что он лишен общения и возможности познавания мира.
  Но Авессанарий был другого мнения: если как раз то, что мальчик не может сейчас передвигаться и этим выдать свое местонахождение сыщикам - "добросовестным псам" Его Святейшества, - пока устраивало, то само заболевание его настораживало. Он связывал его возникновение не столько с нервно-психическим стрессом, сколько с особыми связями, возникшими от ребенка через его ноги в загробный мир. Мать погибая, помимо своей воли привязала сына к себе, конечно ей это простится. Судьба сама выбирает испытания и тех через кого или посредством кого они идут.
  Тогда, Авессанарий, как адепт величайшей из наук, раскрыл "книгу тайн" и прочитал о своем участии и долге перед этим, прежде чужим ему ребенком. "Ну раз так, то будем бороться дальше, раз уж я его смог найти и вырвать из лап смерти, смогу и оторвать от берега, что за порогом жизни, недаром столько времени собирались мной силы и знания. Я достиг многого и остался последний предел - вырастить и воспитать юнца, которого укажет судьба. Мальчик найден, теперь остается поставить его на ноги в прямом и переносном смысле!", - и он приложил все что знал и имел.
  Результата не было, хотя сам ребенок заметно окреп и глазки его вновь приобрели осознанное выражение. Три года это так мало, - и так много, если приложить к ним пережитое.
   * * *
  И тогда, спросив у звезд время, путь и цель, Авессанарий начал готовится в дорогу. Он и раньше жил очень скромно, но все же отъезд оказался очень проблематичным из-за множества книг и древних рукописей, которые нельзя было оставить ни на кого, да и ребенок не мог самостоятельно передвигаться. Нужно достать средство передвижения. Тогда Авессанарий направился к своему брату - очень знатному и богатому сеньору. Его дворец окружал роскошный сад, уступами спускающийся к лагуне. На террасе в затейливой беседке, увитой виноградом, Авессанарий нашел брата.
   - Приветствую тебя, я к тебе по делу - хочу просить помощи.
   - Помощи? Великий и несгибаемый чудак, мудрец и отшельник, вдруг пришел к легкомысленному сеньору за помощью. И если учесть, что за пятьдесят лет до того он ушел гордо оставив все и отказавшись от всего, а отец отрекся от старшего сына на которого возлагал надежды...
   - Прости, но у меня нет времени и желания выслушивать тебя. Исполни просьбу, и я опять исчезну может снова на пятьдесят лет, может больше.
  Все время разговора младший удобно сидел в плетеном кресле, постукивая хлыстом по блестевшему сапогу, руки его были прекрасны. А старший стоял прямо, с достоинством и в нем не было ни тени смущения, ни мига нерешительности - он был естественен и силен в своей целостности.
   - Дай мне двух хороших лошадей и крытую повозку.
  Лицо младшего брата оживилось, он прищурил левый глаз и сладко зевнул, зевнул чтобы показать свое равнодушие.
  - Это такие мелочи, что не стоят моего внимания. Уходи отсюда.
  Авессанарий пронзительно взглянул на брата и снял с пальца кольцо. Маска равнодушия слетела с ничтожного человечка, глаза загорелись тревогой и алчностью одновременно. Рубин! Рубин королевы Шарлоты играл в серебряной оправе. Сеньор аж порозовел от волнения.
  - Да, но ты должен мне его подарить. Знаю я твои штучки. Такие камни не продаются, это живые "звери", которые могут служить, а могут и убивать - лев в клетке или послушная пантера. Я согласен. Я дарю тебе лошадей с повозкой, а ты мне подаришь это кольцо. Ведь ты не хочешь преждевременной смерти своего брата?
  - Жадность и одержание овладели им. "Вот одна кровь, да разный дух. Почему?" - об этом с некоторой долей грусти думал Авессанарий, запрягая в повозку двух прекрасных лошадей: " Ну да БОГ ему судья !".
   Погрузив драгоценные книги, усадив ребенка, в последний раз окинул прощальным взглядом дома и сады родного города - города погрязшего в пороке и безумии, вздохнул и призвав на помощь Святого ДУХА и Покровителя, тронул вожжи.
  Повозка легко покатилась по наезженной дороге, солнце зашло за горизонт, утопив свои лучи в океане, на мгновение обратив его в розовое зеркало. В последний раз мигнув, золотой шар дрогнул, луч ласково коснулся Путника как-будто прощаясь с Авессанарием.
  Вот так. В путь! А что осталось за горизонтом - уже забыто.
  
   Желтая дорога
   Ветер
   Старый замок
  
  
   ГЛАВА 2. I. Г Л А В А: ДОМИНИК И ШАРЛОТА.
  
  1. МОЖЕТ ЛИ ОДНО ДЕРЕВО ДАВАТЬ РАЗНЫЕ ПЛОДЫ
  2. "ВЕТХИЙ ДНЯМИ": ОБ ОТЦЕ И СЫНЕ.
  3. РЫЦАРСКИЙ ТУРНИР, ПЕРВАЯ ПОБЕДА - НАД КЕМ ИЛИ ВСЕ ЖЕ, НАД ЧЕМ?
  4. СТАРШИЙ БРАТ - НЕЛЮБИМЫЙ СЫН
  5. КТО ВЫБИРАЕТ ПАЖА, КОРОЛЕВА ИЛИ СУДЬБА?
   6. СЛАБЫЙ КОРОЛЬ - СЛАБАЯ СТРАНА - ИГРУШКА В РУКАХ ВРАГА
  
  
  
  
   В пути пролетело два года. Люди и страны сменяли друг друга. Авессанарий шел дорогой незнакомой прежде, но у него была в руках " нить Ариадны" - в незнакомых местах он узнавал и его узнавали братья по духу, а простые люди принимали его с уважением и даже с некоторым раболепием не вникая в суть и причину того.
  Мы хотим немного остановиться и описать этого героя - великого человека, который предстал перед нами в образе старика-отшельника Авессанария. Откуда он и кто он? Мы уже поняли, что он из знатного и богатого рода страны принадлежащей к южной части огромного континента.
   Родился мальчик - первенец у жены знатного сеньора, известного своим богатством и жестокосердием. Ребенок был долгожданным и на него возлагались большие надежды еще задолго до его рождения. Отец мечтал проявиться через сына, таким образом продлив свой путь изощренной жестокости, гордыни и самолюбования. Его подданные забитые и униженные со страхом взирали на своего феодала. Жена властителя скромная и незаметная, взятая им из очень благородного, но обнищавшего семейства, некогда единокровного королю, но из-за неприятия к подкупу и интригам оттесненного с Олимпа высших человеческих страстей и желаний. И король уже не помнил родства с этим последним погибающим отростком некогда могучего царственного дуба.
  Наконец родился мальчик. Издав первый крик, был сразу принят и отнесен к кормилице. Раньше благородных феодалов выкармливали крестьянки, отличавшиеся здоровьем и приятной наружностью. Мать - бледная и немощная, едва оправившись от родов, тут же зачала второго ребенка. Брат родился через одиннадцать месяцев после рождения старшего, - таким образом, они были одногодки. Этого ребенка мать не отдала, цепляясь за него всеми остатками своих убывающих сил и вскормив его грудью, вскоре тихо скончалась.
  И в любимом младшем сыне ее натура проявилась слабостью и изнеженностью чувств, которые соединившись с упрямством знака Зодиака под которым мальчик родился, образовали несовместимую пару противоречий. Мальчик в полной мере развил хитрость и изворотливость, которые уравновешивали слабость, подгоняемую так же присущим ему упрямством, и только так он мог себя реализовать.
  В отличии от горячей любви уже умершей матери, отец же не признавал младшего сына, который до времени тихонько рос в тени старшего брата, свободолюбивого и сильного. Хотя их учили одни учителя, занимались у одних и тех же мастеров фехтования, стрельбы из лука и арбалета, верховой езды, успехи были различны.
  Наш герой Авессанарий, его имя от рождения было Доминик, учился играючи, никак не реагируя на возникающий иногда гнев учителей, и несколько насмешливо относясь к тем упражнениям и правилам, что они пытались ему вдолбить. Он наотрез отказывался заучивать наизусть и повторять бесконечное количество раз уже изученное однажды, но на испытаниях неизменно выходил победителем в соревнованиях с братом, который очень старался, учил и упрямо поджав губы, кусал их до крови от ревности и злости на брата.
  Муки эти для всех все же закончились после того, как Доминик ускакал от пытавшегося его вернуть учителя словесности, ни разу не обернувшись. Наставники, боясь показываться на глаза сеньору, сговорились и начали старательно учить младшего, рассчитывая, что старший из братьев сам выдержит испытания при королевском дворе. Они устраивались для всех вельможных отпрысков одного года рождения. А Доминик тем временем, пока его брат постигал азы этикета и куртуазности, словесности и физических упражнений, ускакав в леса, которые охватывали предгорья, кинув поводья, изо дня в день встречал восход солнца. Его манила великая красота и недосказанность тайны, что каждое утро разворачивалась на Земле.
  
  
   Рассвет
   Еще мрачные ели
   Нежный цветок
  
   И каждый раз вздохнув запах утра, с каким-то необъяснимым волнением он возвращался в замок, где только начинала просыпаться жизнь. На пастбища выгонялся скот, крестьяне тащили тяжелые корзины для сбора винограда. На повозках, нагруженных всякой домашней снедью торопились крестьянки на базар, чтобы успеть продать ее до полудня и вернуться к очередной дойке коров. Каждый с самого раннего утра торопился по своим делам, лица их выражали не радость жизни и упоение свободой, а наоборот - заботу, тревогу и страх, - страх перед любым поворотом событий. Ибо, они не ждали от судьбы никаких подарков. Родясь в хижинах у бедных простых крестьянок в многодетных семьях, где уже было бесчисленное множество детей, ежегодно рождавшихся и выраставших затем сами по себе. Если крестьянские дети болели и умирали, то до них не было никакого дела. И так продолжалось до тех пор, пока подрастая, они не начинали приносить деньги и хлеб для семьи. После этого взрослые дети становились объектом и от них уже требовали и требовали работы и денег, нисколько не заботясь об их собственных потребностях. Вот так все и протекало - заботы и обязанности, бесконечный труд и полная бессознательная покорность судьбе. Замкнутый цикл смертей и рождений не выпускающий из своих цепких лап ни одну человеческую единицу. И хотя природа в этом краю цвела и пела, ее свет и любовь не отражались на несчастных и запуганных людях.
  Все это наблюдал Доминик, возвращаясь со своей встречи с солнцем и природой в тишине горных лесов. И этот контраст резко и ослепительно просил, просил, вопрошал - почему? И как может человек быть так несчастен на такой прекрасной земле? И почему кроме ненависти и испуга, зависти и тупой покорности ничего не отражается в его глазах. И если человек так слаб и несмышлен, то почему сильные и умные - священники и феодалы не заботятся и не помогают этим несчастным?
  Мальчик возвращался в свой замок, где хозяева еще спали и наблюдал ту же картину, но с некоторыми изменениями, если не к лучшему, то к более осознанному бытию. Здесь царил уже не испуг и бессознательность, как среди крестьян, а интрига, зависть и хитрость. Ну а на самом верху этой иерархической пирамиды стоял отец со своими управляющими и тоже кроме спеси и гордыни, презрения и жестокосердия их глаза и души ничего не выражали.
  Доминик, осознав себя в окружении таких энергий, пронизывающих внутреннюю суть людей, испытал потрясение. Это открытие переполняло мукой живое и отзывчивое сердце мальчика. Единицы добра и любви, чистосердечности и смирения глубоко страдали, унижаемые и подавляемые за свои же добродетели. Он наблюдал как на конном дворе, прямо перед стойлами прекрасных лошадей, привязали конюха за то, что он отсыпал овсяной муки для нищенки с выводком голодных детей, его обтянутое ремнями итак не могучее тело, на солнце вначале приобрело коричневый оттенок, затем огненный и кожа начала слезать и кровоточить.
  Мальчик, движимый состраданием, ведь он помнил о том как этот человек когда-то подсаживал и придерживал неумелого мальчишку на лошадь, подбежал и принес кувшин воды и напоив страдальца, остатки воды вылил на непокрытую голову несчастного. Все окружающие со страхом и удивлением смотрели на хозяйского сына, который посмел нарушить грозное распоряжение властелина. И тут же кто-то шмыгнул со двора, чтобы доложить хозяину, снискать его милость и доверие, остальные: кто с болью и страхом в сердце, кто с равнодушием занимались своими делами.
  Мальчика привели к отцу, хмурый вельможа сидел за прекрасным столом в старинном, очень старинном кресле. По преданию в этом кресле еще сидел Агапий I и оно досталось прапрадеду матери за особые заслуги во время освобождения страны от иноземцев. Кресло было выполнено из особого черного дерева, которое за это время приобрело вид и структуру черного благородного агата. При этом, в кресло были вправлены три огромных отполированных куска нефрита и венчал каменную композицию необыкновенно редкий камень, происхождение которого так никто и не узнал: он был кроваво-красного цвета, не граненный, а отполированный неизвестным мастером, причем, - в центре образовывалась воронка уходящая вглубь, - но это был не дефект, а намеренная обработка. Воронка сужалась и исчезала в центре камня и оттуда при любом освещении выбивались искры как брызги капелек крови.
  Камень был необыкновенным, мальчик ощущал его силу и кроющуюся за ней тайну. Он знал совершенно отчетливо, что еще чуть-чуть и ему откроется это.
  Волнение от мысли об этом каждый раз сжимало грудь и охватывало все существо Доминика, и он с удивлением видел, что больше никто такого не испытывает. Отец садясь в кресло, всем своим видом выражал принебрежение и неуемную гордыню, совершенно не осознавая силы таящейся в камне крови и трех кусках нефрита, а ребенок, если чуть-чуть сужал глаза, то видел фосфоресцирующий ореол над головой отца, исходящий от трех зеленых нефритов и вновь втягиваемый в омут воронки рубина, но затем выбрасываемый уже перерожденными огненными каплями. Ребенку от этой феерии становилось не по себе, он крепко зажмуривался, тряс головой, чтобы отогнать увиденное, но на остальных это не производило никакого впечатления.
   Итак, темный кабинет, отец, сидящий на загадочном кресле и ребенок, стоящий перед ним, маленький и твердый, горящий от уверенности в своей правоте и от жалости к осужденному. Вельможа хмуро взирал на сына и раздумывал: "Откуда у того жалость к рабам, неужели в его первенце проявляется слабость натуры матери?"
  Но мальчик стоял спокойно и с достоинством, страха не было, а только вопрос и вызов. Отец убедившись в силе своего отпрыска с удовлетворением вздохнул: "Но, тем не менее я должен его наказать, не годится пускать в свое сердце жалость, да еще и нарушать мои запреты".
  - Доминик, ты не смел подходить к виновному и слушать твои объяснения я не желаю. Ты наказан, тебя проводят в темницу на всю ночь!
  Он позвонил в колокольчик, пришедшему лакею знаками указал на сына велев запереть его. А Доминику очень хотелось открыться отцу, рассказать о людях и о том, что он в них увидел, спросить, попросить у единственно родного (кроме брата) человека совета, помощи и укрепиться в своем взгляде и отношении к бытию. Но тут он не нашел отклика - стена, а что за ней он не знал. Мальчик оправдывал отца, считая что тот просто не разобрался и поддался мнению наушников-лакеев. Поэтому он шел в темницу задумчиво и совсем без обиды, а лишь несколько неудовлетворенный собой, тем что не смог объяснить, открыться и обрести отца своим единственным покровителем.
  Сердце, нет не болело, а лишь слегка грустно сетовало само на себя: " Не смог! Не сумел! Я еще очень мал и незначителен для него, я должен доказать свою силу и заслужить его любовь и уважение. Я несправедлив к своему брату, считая его глупым и слезливым. Я должен, я всем должен! Как я их люблю! Я вырасту и они тоже полюбят меня. И мы вместе будем творить добро. И все вокруг будут счастливы!" - так рассуждал подросток, направляющийся в темницу для наказания.
  Всю ночь мальчик не спал, он мечтал, мечтал о том как откроется отцу, расскажет о черном кресле и сиянии камней и ...о божественном зрелище - чувстве, что возникло у него при восходе солнца. Мечты раздвинули стены темницы: он вновь был в горах, лес смыкал и размыкал кроны столетних сосен слышалось пение птиц и рокот моря , а затем особая кристальная тишина. Есть звук и нет..., время останавливается на секунду, замирает все и... СОЛНЦЕ - Великое СВЕТИЛО разом озаряет ВСЕ, все , что простирается ему "Путем" под его лучами.
  Разом все ожило, возродилось в новом дне с еще большей силой и тягой к жизни. И он вспомнил свое ощущение полета в невесомости, когда купался в Его лучах. И душа трепетала и умывалась в этом благодатном источнике...
   * * *
  Дверь скрипнула и открылась, лакей выпустил мальчика. И потянулись обычные дни, но Доминик перестал избегать учителей превратившись в прилежного ученика, надеясь, что отец узнав о его успехах позовет к себе сына и похвалив, приблизит к себе, может появится возможность поговорить, побыть рядом с ним, а то и вместе отправиться на прогулку. Даже в охоте был согласен участвовать Доминик, хотя ему отчаянно претило любое истребление животных ради удовольствия и в азарте погони.
  Но дни тянулись, а великий вельможа совершенно не интересовался сыновьями. Мальчики постигали науки, занимались спортивными упражнениями, но кроме наставников никто ими не занимался. А это были совершенно чужие люди тепла, понимания и любви от них не дождешься. Между братьями тоже не возникло приязни, они были слишком разные. И хотя Доминик и считал себя ответственным за Августо, тот не принимал помощи брата, а наоборот вместо того, чтобы прилепиться - отделялся да и еще пытался как-то очернить, подставить " ножку", его подленькая натура требовала унижения другого. И он искал случая и объекта для своего триумфа: учителя же хоть и были слугами, но все же взрослыми и сильными, и маленькому интригану казались не "по зубам". Брат же был поближе, да и еще вдруг стал открыто проявлять дружеское расположение, помогать. Августо обрадовался: теперь есть на ком отыграться, ведь раньше тот был недосягаем как отец.
  И тогда младший стал ждать удобного момента. Он был неплохой ребенок и не доставлял никому особых хлопот, оставшись без матери мальчик в отличии от старшего, который ее и раньше редко видел, ощутил особое одиночество и нехватку заботы. Привычка к изнеженности преобразовалась в обиду на всех, кто ее не мог или не хотел давать, а глядя на брата, который хоть и был старше меньше чем на год, но сильнее морально и физически значительно, к обиде примешивалась зависть и злость, что тот так легко живет и все у него получается лучше и быстрее.
  Два мальчика родных, покинутых и находящихся в одинаковом положении были очень далеки друг от друга. И к двенадцати годам у них сформировались разные понятия о доме, об окружении и своем месте в этом мире. Равнодушие старшего к младшему сменилось ответствен-ностью, а его неразделенная любовь к отцу звала на труд и желание взаимосближения. У младшего же всего этого не было, он затаился и скрупулезно накапливал силы и ждал момента.
  Разница с братом оказалась еще большей, когда он понял, что старший по рождению является и старшим по положению, и все что сейчас принадлежит их отцу должно перейти к старшему брату, а ему который младше всего чуть-чуть не коснется даже капля всего богатства и положения в обществе. И он как младший сын знатных родителей должен будет уйти из дома и сам себе создавать положение и собирать богатство! Это его поразило, ибо он был ленив и слаб по природе, но тщеславен, жаден и ревнив. Он вдруг ощутил себя таким обездоленным и это из-за того, что брат его немного старше, так как имел счастье родится первым. Эта несправедливость потрясла мальчика, он рыдал несколько дней и вынашивал всевозможные фантастические планы мести и своего возвышения.
  И в каждой его фантазии главным врагом был образ брата, но ничего не придумав, выплакав весь запас слез он вернулся к обычной жизни, но стал более замкнутым и молчаливым, внимательным и расчетливым.
   * * *
  
   Событие не заставило себя ждать. В замок по случаю дня рождения хозяина должны были прибыть гости и даже ( об этом говорили шепотом) могла приехать королева. И поэтому не только челядь все скребла и мыла, но и наставники взялись за ребят вплотную : "А вдруг ее величество о чем-нибудь спросит ребят?"
  Дети прилежно учились. Приближался торжественный день, в доме все блестело, сад причесан и приглажен, лошади в конюшнях сыто отмахивались расчесанными хвостами и неторопливо встряхивали косичками и лентами грив.
  Начался праздник, мальчиков красиво одели, но к гостям не пустили :" Занимайтесь своими делами". От нечего делать дети пошли гулять по саду, издали оглядывая освещенный факелами парадный подъезд , великолепные кареты запряженные прекрасными лошадьми. Величественные вельможи под руки вели своих жен и взрослых дочерей. Слышалась музыка. Все кого-то ждали, дозорные неторопливо перекликались...
  Наконец, ждать перестали и праздничная карусель завертелась своим чередом. Стемнело, мальчики заскучали и начали уже позевывать, и тут их внимание привлекли посторонние звуки и движение. Это была белая лошадь без седока. Она нервно перебирала копытами, пряла ушами, по коже пробегала нервная дрожь. Все говорило о том, что красивое животное в богатой упряжке, грива которого была заплетена во множество косичек с разноцветными лентами и бусами принадлежало богатому и знатному хозяину, который к тому же собирался на ней не на обыкновенную прогулку, а на празднество. Мальчики подошли к лошади, она фыркала и косилась фиолетовым глазом, но поймать себя позволила. К седлу была пристегнута сумка, в сумке ничего говорящего о хозяине не было, кроме пары перчаток, которые могли принадлежать как придворному щеголю, так и важному сановнику, табакерка с изумрудной крышкой, да свиток опечатанный королевской печатью. Кроме того круп лошади оказался разодран чем-то острым - глубокий разрез или разрыв тянулся от седла к самым голеням, три четкие полосы кровоточили рваными краями.
  Августо предложил сообщить взрослым и они повели коня в сторону замка. Поднялась тревога, срочно собрали егерей и слуг и пустились на розыски всадника. Наконец его обнаружили в трех милях от замка. Это был посланник королевы, она не могла приехать сама и отправила офицера с письмом-грамотой, в котором пожаловала вельможе в честь его именин право распоряжаться тремя холмами поросшими виноградником, что приводило к значительному увеличению его владения и одновременно значило более почетное место при дворе и трона Его Величества. Но на посланца напал дикий хищник, свалил всадника, впрочем его не тронул, так как целью ягуара был конь. Но конь ускакал, юноша же отделался легким испугом.
  Короче все волнения связанные с этим событием шли к завершению и офицер в присутствии гостей приступил к вручению грамоты королевы. Все соблюдалось в точности согласно этикету, но когда посланец открыл сумку, кроме перчаток и табакерки там ничего не обнаружил. Все замерли, драгоценного письма не было, хотя сумка была так же завязана и пристегнута как ранее. Как такое могло произойти? Вызвали обоих мальчиков. Отец сидел нервно теребя веер и кусал ус :
  - Доминик, ты открывал сумку?
  - Да, отец.
  - Ты видел письмо?
  - Да.
  - И что было потом? Куда оно делось?
  Доминик спокойно взглянул в глаза отца и сказал:
  - Я видел письмо, даже держал его в руках и там была королевская печать, мы положили ее на место и повели лошадь к замку, дальше я ничего не знаю.
  Управляющий выступил вперед и подтвердил , что принял у мальчиков лошадь к седлу которой была пристегнута зашнурованная сумка.
  Повисла гнетущая тишина...
  Вельможа бросил взгляд на Доминика, а затем обратил его на Августо:
  - Ну а ты, что скажешь сын мой? Ты видел как твой брат держал в руках грамоту?
  - Да!
  Губы ребенка дергались, в глазах стояли слезы. Доминик с удивлением взглянул на брата, его удивила такая реакция, он ни в чем не чувствовал себя виноватым и был уверен, что сейчас все выяснится.
  - Дальше! - вельможа возвысил голос.
  -Куда он дел документ? Говори!
  Августо покрылся испариной, из глаз брызнули слезы:
  - Он взял ее себе и куда-то спрятал, я не видел куда, я хотел его остановить, но он не слушал меня, ведь он считает себя старшим...
  Его речь была тороплива и несколько бессвязна, но своим напором она произвела должное впечатление, да еще слезы ребенка. Все молчали.
  Молчал Доминик - его поразила ложь, ее действие на людей и самое страшное было в том, все ей поверили, ибо мерили по себе. Мальчик повернулся к отцу и уже открыл рот, чтобы возразить, образумить этих взрослых людей, но наткнулся на каменное выражение лица отца, от этого глаза его сузились и потемнели:" Но зачем мне это надо? Я этого не мог сделать !" - последние слова мальчик не произнес, и лишь в голове стучало и боль отдавалась в сердце.
  Холодные стены вновь обступили, Доминик очень отчетливо почувствовал их холод и равнодушие, то же равнодушие и призрение, что испытал от самого близкого ему человека. Но одна лишь мысль билась и не давала покоя : "Августо, как мог Августо - родной брат так сказать, ведь что-то его заставило меня оговорить? Может ему это показалось в темноте ночи и призрачном свете факела? " Но все сходилось на том, что брат намеренно обвинил его. А куда же на самом деле делся этот злополучный документ?
  Самое плохое было в том, что все произошло на празднике, в присутствии многочисленных знакомых. Общественное мнение для знатного вельможи было важнее любых обстоятельств, важнее собственных детей, здоровья и даже собственного благополучия и богатства. Доминик понимал что то, что произошло навсегда отрезало ему все пути к отцу. Тот никогда не простит и не признает свою неправоту. Итак властный и холодный, никого кроме себя не любящий, он и в сыне видел лишь продолжение своих амбиций, а тут такой скандал на глазах у всей знати, да еще связанный с подарком от самой королевы. Нет он никогда даже не захочет видеть "свой позор" воплощение которого он видел в старшем сыне. Это катастрофа в семье по значимости даже превосходящая смерть, отец предпочел бы вообще не иметь сына, чем пережить такой скандал. Это был полный разрыв. Причем разрыв односторонний, но от этого не менее серьезный.
  Что же делать? Выход один - идти к самой королеве, надеясь на ее участие. И Доминик решил ждать возможности повлиять на сложившиеся обстоятельства. Бумаги было искать бесполезно, уже ничего не изменилось бы он не сможет доказать свою невиновность. Да их наверно уже нашли, брат конечно об этом позаботился. При мыслях об Августо гнева не было, возникло щемящее чувство жалости и недоумения: "Несчастный! Что заставило его на это пойти? И как он с этим сможет жить дальше? И потом, разве я ему совсем не нужен?".
   Августо тем временем, наблюдал за суетой, шепотом слуг и молчаливым негодованием отца. Мальчик затаился - стал тих и незаметен. Он ждал своего следующего часа. Доминика выпустили и все оставили.
  
   * * *
  
   Так прошло три года. Мальчикам исполнилось по пятнадцати лет. Близился праздник "Осенних Смотрин" для молодых отпрысков дворянских родов. Мальчикам изготовили доспехи, небольшие мечи и в сопровождении свиты отвезли в королевский замок.
  На площади перед дворцом все устроили для состязаний. Скамьи для зрителей переполнены, балконы знати не только красиво украшены, но еще и зашторены драгоценными драпировками. Особенно выделялся своим убранством балкон короля и королевы.
  Герольды протрубили начало соревнований, королева махнула кружевным платочком, трибуны оживились. На полном скаку нужно поразить цель, затем стрелой из лука попасть в вертящегося на оси деревянного жаворонка, перепрыгнуть на коне через ров и сразу за ним преодолеть насыпь высотой в 2,5 метра. Все это было проделано более менее успешно и экзаменующимся предстоял последний экзамен за который полагалась особая награда королевы.
  Суть его состояла в том, что среди бьющихся на мечах в конце концов должен был остаться один победитель. За каждой парой наблюдал и определял победу специально облеченный рыцарь, затем победитель одной пары вставал против победителя другой пары и так до финального поединка, в котором судьей была сама королева. Августо оказался побежден на третьем бою.
  А Доминик дрался и побеждал раз за разом, хотя все эти три года с ним никто не занимался, наставники не замечали его, учителя не приглашали на занятия и не объясняли заданий. Все дни мальчика наполнялись лишь природой, природой и еще раз природой. Он встречал рассветы, разговаривал с деревьями и птицами и иногда, издалека наблюдал пролетавшую мимо "охоту", скачущего на разгоряченном коне отца, красивых дам и прислугу.
   * * *
  
  Как то раз Доминик разговаривал со скворцом, сидя под дубом и вдруг ощутил еще чье-то присутствие, обернувшись увидел старика, спокойно сидящего на пне совсем неподалеку. Очень стар, лицо цвета печеного яблока, из-под старой войлочной шляпы выбиваются густые совсем седые волосы. Одежда ветха, но при этом имеет свежий вид, как-будто она была новой и древней одновременно. Складочки этого живописного одеяния аккуратно ниспадали и живописно располагались как бы сами собой на траве вокруг пня, где он сидел. Обращали особое внимание глаза - совершенно молодые и зоркие, они излучали необычную силу и мудрость.
  Доминик не мог отвести взгляда. Старик смотрит с такой любовью, что сердце готово выпрыгнуть из груди мальчика. Слезы брызнули из глаз и все что он носил в себе вновь встало и пронеслось перед внутренним взором. Доминик всхлипнул, но взял себя в руки:" Кто вы?" Старик молчал.
  Птицы пели, ветер шумел в кронах деревьев. Прошло не менее получаса. Странник казалось очнулся, вздохнул, взгляд потерял цепкость и стал намного мягче: "Не удивляйся Доминик, я все знаю, я прочел всю твою грустную историю одиночества и борьбы за право жить. Но так же я знаю все что было до твоего рождения и знаю что будет после нашей встречи на много лет вперед. Молчи. И слушай. Твое время драгоценно. Оно сейчас спрессуется для тебя в несколько минут твоей жизни, но потом ты будешь проживать эти минуты всю свою жизнь.
  Кто я, ты не поймешь сейчас, но в конце пути это тебе откроется, ты встанешь и будешь меня звать. И Я прийду и БУДУ !
  А сейчас слушай - ты маленький принц, забывший о своем родстве, брошенный волею судьбы в эту жизнь без родных душ. Ты видишь, чувствуешь и знаешь то, что сейчас недоступно окружающим. Тебе больно и одиноко. Так осознай свою избранность среди этого болота. Ты и они на одной земле, а пути разные. Но в боли своей укрепи свое сердце не для мщения, а для любви. Разум твой да будет светел, воля крепка.
  Мы вырастили тебя за многие и многие жизни и велик должен твой венец, избран ты для трех царств, по твоему пути пройдут единицы, за ними сотни, а там и Великая Сущность человечества.
   ДА будет так ! - Я так сказал . - ВЕТХИЙ ДНЯМИ .
  Доминик находился на грани реальности. От старика шел жар, который не обжигал, а завораживал и наполнял силой и счастьем. Возникло необыкновенное ощущение, его нельзя сравнить ни со сном, ни с явью. И тем не менее происходящее более реально, обострено, значимо чем вся реальная физическая жизнь. И самое важное - это неподдающаяся объяснению уверенность в том, что это есть единственная реальность, правда и, что все это Доминик уже знал, но почему-то забыл.
  Необычный человек продолжал: " Ты мал годами, но велик духом и я пришел, чтобы ты вспомнил и осознал свой путь. С этой минуты ты знаешь кто ты есть на самом деле, и прозреваешь свой долг и путь".
   И старик ушел, причем не как обычно по земле, а как бы растаял, не исчез, а ушел - отдаляясь и отдаляясь в одной и той же точке, становясь все дальше и дальше, не меняя местоположение. Пень остался, а Вестник ушел в него - из него- в никуда...
  Поразительно, необычно и самое странное, что Доминик нисколько не удивился, а принял это как естественное действо, чего никак не случилось бы с ним раньше.
  Мальчик перевел дух, отвел взгляд от уходящего на фоне пня странника и у него возникло чувство, что сейчас уходит действительно близкий и родной человек, но тут же он ощутил внутри себя радостное движение сопричастности с чем-то и близости с кем-то очень любимым и великим.
  Доминик стал тем , кем он был на самом деле, он стал Авессанарием и это свершилось в четырнадцать лет.
  
   * * *
  
   А теперь вернемся ко двору короля. На площади перед королевским балконом стояли два мальчика два победителя, им предстояло помериться силой между собой. Они отсалютовал королевской чете, зрителям и друг другу.
  Королева Шарлота махнула платком. Начался поединок. Мальчики оказались примерно одного роста и крепкого телосложения, хотя юношеская грация еще сквозила в их движениях. Противник Доминика представлял собой прекрасный образец юности, ловкости и силы. Его черные глаза сверкали азартом, молодость и здоровье подрумянили щеки, еще безусый рот вместе с выразительным подбородком выражал волю и отвагу, но брови сошлись на переносице резко отрезав чистый лоб от вдруг ставшего суровым лица. И это странным образом вносило какую-то дисгармоничную нотку в весь облик юноши. Возникало ощущение несоответсвия и чего-то уже свершившегося...
   Мальчики сошлись на мечах, посылая друг другу вызывающие взгляды: небольшой обмен ударами, звон мечей о щиты, подзадоривание зрителей - все выглядело весело, играючи.
   А теперь мы немного опишем площадь арены, где всегда происходили поединки: овальный амфитеатр, зрители располагались с северной , восточной и южной стороны, с западной находились ворота отделявшие поле от внутренних помещений театра, где содержались перед поединком быки и куда они после выступлений вновь загонялись или заводились, или увозились в зависимости от исхода боя. На восточной же стороне, над зрительскими местами возвышался балкон короля, от которого шла лестница вниз на арену. После выступления по ней поднимался победитель, чтобы получить приз или награду. Герою, после опасностей борьбы, не составляло труда по высоким и неудобным ступеням взлететь к самым ногам королевы...
  ...Доминик внимательно следил за противником, умело отражая и нанося удары. Легкие кольчужки и накладные латы на плечах и груди не сковывали движений.
  Солнышко ласково освещало арену, ветерок шевелил кудри юношей, обдувая прохладой их разгоряченные лица. Силы равны, ни один не уступал другому. Постепенно атмосфера накалялась, зрители резко разделились в своих симпатиях: добродушное понимание в начале соревнования и его просветительский характер простого экзамена на зрелость сменился азартом, а затем слепым безумием страсти, жаждой победы сильного над более слабым, нетерпимостью и лихорадочным возбуждением.
  Мальчики уже немного подустали, но энергия зрителей невольно захватила их влажные от пота тела. И если Доминик не прерывал своей высшей связи с солнцем, небом и внутренним источником "Я" , то его противник начал заводиться: глаза сузились, почернели и заполыхали огнем ненависти, неконтролируемой разумом, движения - из человеческих, умело отточенных специальными упражнениями, превратились в танец смерти дикой кошки - это уже был не просто человек, а очень красивое дикое животное, вышедшее на поединок.
  Доминик заметил это превращение и попытался дать понять, что это не смертный бой, а всего лишь экзамен, но его не поняли, снижение активности сочли за слабость и трусость. Крики, свист, топот слились в сплошной гул. Мальчик стал отступать под натиском эмоций и силы, стараясь не поддаться страсти и гневу. Королева, охваченная страхом перед безумием зрителей, открыла дверцу балкона и спустилась на несколько ступенек, чтобы предупредить возможный несчастный случай, и тут произошло невероятное...
  Западные ворота распахнулись и оттуда вырвались три мощных быка. Все произошло в считанные секунды. Один бык вонзил рога в изгородь отделявшую арену от зрителей, другой пошел на большой круг со слепыми от ярости глазами.
  А огромный черный зверь, влекомый страстью исходящей из точки поединка, где сконцентрировалась энергия зла ринулся на бьющихся между собой людей. В одну минуту был сметен и раздавлен противник Доминика, так и не понявший откуда и почему пришла боль и смерть.
  Бык резко развернулся, наклонил голову, роя землю копытами, из ноздрей выбивалось горячее дыхание, с черных загнутых рогов на лоб и маленькие кроваво-красные глаза стекала кровь первой жертвы. Все замерли, окаменели..., замер и зверь, выбирая следующую жертву, одной ему было мало, она безжизненными лохмотьями валялась в луже собственной крове на траве арены. В неповоротливом мозгу животного обозначились две фигурки: юноша в блестящих латах с мечом и вьющимися волосами и немного выше фигурка женщины в ярком платье, усыпанном сверкающими на солнце камнями. Другой бык в это время приближался с противоположной стороны.
  ...Время для Доминика остановилось. Свой сверкающий щит он послал резким броском в сторону приближавшегося быка и щит, ударившись о его рога, ребром попал в глаза и на несколько минут ослепил животное. Сразу же юноша бросился первому быку под брюхо, минуя рога и мгновенно оказался на спине, перерезав ему мечом сонную артерию. Зверь закачался и рухнул.
  Время сдвинулось с мертвой точки. Королева медленно оседала в глубоком обмороке, король сломал трость, что сжимали его руки, мужчины перепрыгивали через ограждения арены.
  Все, все наконец, обрели возможность соображать и двигаться. Унесли королеву, ушел король и вся свита. Аккуратно подняли убитого мальчика, поймали остальных быков и увезли поверженного черного. Оглушенные случившимся люди медленно расходились. Праздник окончился трагедией.
  
   * * *
  
  И жизнь потекла своей чередой. Однажды, из королевского замка прискакал гонец с грамотой, в которой сообщалось, что обоим сыновьям вельможи вручались звания рыцарей первой ступени Его Величества Короля и кроме того, старшему было предписано явиться на прием к королю на следующий день к полудню вместе с отцом.
  У мальчика еще не улеглась горечь от поединка сопровождавшегося такой трагедией, он внутренне понимал, что это случилось не само собой, а было чем-то вызвано. Возникало ощущение о взаимодействии сил и энергий зла и вытекающих из этого последствиях, но ему об этом никто и никогда не говорил, а Доминик не мог еще полностью довериться своей интуиции, особенно в области бессознательного.
  Единственным подтверждением необычности происшедшего была явная остановка времени, которая возникла только для него и кроме него ее никто не заметил и не смог использовать. Ведь на самом деле без этого феномена пятнадцатилетний мальчик никогда не смог бы обезвредить одного быка и убить другого.
  Но люди не смогли сопоставить такие факты, они видели то, что видели и безусловно верили своим глазам и ушам. Сказки и легенды для них имели лишь один однобокий разрез, не вдаваясь вглубь и символичность сказания, веря в добро и зло, и при этом не видя полутонов, человечество было на самом деле слепо и глухо и никогда не искало за следствием причины его вызвавшей. Удел их был бездумно плыть по течению, плакать от боли, радоваться жирному куску и сострадать соседу, одновременно радуясь, что беда не затронула самого. Почему, зачем и в чем смысл? Это никогда и никому не приходило в голову. Если ты знатен и богат, то наслаждайся жизнью и не жалей бедных, а если слаб и беден, работай и уважай сильных и богатых.
  И вот в который раз Доминик задавал себе вопросы и тщетно искал на них ответы, но при этом он был уверен, что ответы существуют и он их найдет и для себя и для людей.
  Наступил следующий день. Отец с многочисленной свитой и Доминик направились к королевскому замку. Короткая, знакомая дорога и очень скоро показались стены крепости. Высоко в небе реяли птицы, поля зеленели молодыми посевами, на пастбищах мирно паслись стада. Отец ехал впереди презрительно оглядывая близлежащие деревеньки, это вотчины короля, но у знатного феодала любая "черная кость" всегда вызывала такие чувства. Ему не было особой разницы кто перед ним бедный человек или бык, главное: кому принадлежит и какую пользу может принести. Свита под стать господину: все одинаково одетые и с одинаковым выражением лиц, манерой держаться и даже лошади их, казалось, выражали такое тупое тщеславие как лица их всадников.
  Только один мальчик не сливался с этой однородной группой. Конь под всадником совсем не плох, что сразу выделяло его из челяди, ехавшей на местных лошаденках, и одежда другого рода и качества. Но главное - это лицо молодого человека, оно хоть и похоже на лицо вельможи, ехавшего во главе отряда: такие же сильные черты лица, но молодая кожа несла следы свежести и румянилась на щеках, глаза и брови привлекали внимание четкостью и выразительностью, а утренняя синь небес яркостью своей соперничала с бездонной глубиной синих глаз, спрятанных под густой завесой черных ресниц. Нос и рот идеальной формы, благородный овал лица и лоб. Лоб, обрамленный черными кудрями, являл собой самую замечательную часть всего облика юноши. И конечно отец мальчика не мог похвастаться таким высоким благородным лбом на котором, правда, уже появились поперечные складки, говорящие о работе ума и направленным волевым усилиям в области духа.
  Мальчик был красив, даже очень, если добавить к этому его гармонично развитое тело, высокий рост и благородную манеру держаться, то особое достоинство, что свойственно только высокорожденным. И крестьянские девушки, встречавшиеся на дороге со вздохом провожали блестящую кавалькаду из-за красавца-юноши ехавшего чуть-чуть поодаль.
  Наконец, прибыли к воротам замка, через ров перекинут подъемный мост, шириной не более двух метров, таким образом, что маленький отряд въехал на него попарно, впереди господин и завершал эту процессию сын господина. Стражники пропустив всех, наглухо захлопнули ворота и подняли мост.
  Время беспокойное, по предместью рыскали шайки разбойников под предводительством пиратов, покинувших своим корабли и поменявших свой водный и опасный вид разбоя на более спокойный, в этой стране им угрожали лишь сами обижаемые крестьяне, да небольшие войска местных князей. Но эти разрозненные отряды не представляли большой опасности, а королевское войско не пускалось в погоню за бандитскими шайками, так как короля беспокоила более серьезная угроза и забота.
  Мало того, что свои феодалы ощущали себя слишком независимыми и мало почтения выражали своему суверену, не говоря о ежегодно уменьшающемся потоке податей. Главная угроза возникла со стороны внешних врагов, которые частично завоевав близлежащий континент, на огромных быстроходных кораблях, представляли большую опасность для этой некогда могучей, а сейчас раздробленной и ослабевшей страны. Король хоть и был родственником почти всех царствующих домов цивилизованного мира уже не ждал помощи ни откуда, а своих сил было мало. Вот так выглядела политическая обстановка в стране, где родился и провел свою юность Авессанарий.
  Прибыв в замок отряд расположился небольшим лагерем, но тут же вельможа с сыном были вызваны в приемный зал. Аудиенция состоялась наедине с королем и королевой, не считая придворных мажордомов и пажей, так же копьеносцев и герольдов, оповещавших и исправно провозглашавших каждое действо установленное церемониалом.
  Король - мужчина крупного, даже тучно телосложения лет пятидесяти, милостиво кивнул в ответ на поклоны вошедших. А королева - она была второй женой короля- вдовца, приветливо улыбнулась и махнула веером. Ее ближние придворные дамы оценивающе оглядывали отца и сына. Всего в зале присутствовало не более пятидесяти человек и это считался приемом в интимном кругу, так как слуги и лакеи вообще за людей не признавались.
  Король протянул руку для поцелуя и сказал сеньору: " Мой друг, я пригласил тебя с твоим старшим сыном, чтобы отблагодарить за услугу, которая спасла жизнь королеве, ты воспитал достойного наследника и моего верноподданного. Расскажи мне о нем. Каковы его успехи и какие планы строит этот достойный юноша?"
  Отец взглянул на сына, улыбка тщеславия слегка тронула его губы: " Этот недостойный сын, я думаю, случайно оказался между быками, а его резвость была направлена на спасение собственной жизни и поэтому, он никак не стоит вашего внимания". В глазах короля мелькнула насмешка понимания над чувствами отца, а королева удивленно свела свои тонкие брови.
  Она встала, оглянулась на мужа, тот ей кивнул и обратилась к Доминику: "Прекрасный рыцарь, ведь ты уже получил грамоту в присвоении тебе этого звания, его младшей ступени?" - " Да!" - последовал ответ. Юноша имел звучный голос и спокойная улыбка резко контрастировала с перекошенным гневом и завистью лицом сеньора.
  Шарлота подошла почти вплотную к коленопреклоненному юноше, он ощутил аромат ее одежды и свежесть дыхания. Королева была прекрасна, но не только своей юностью, а особой утонченностью, высочайшем из качеств леди - умением себя держать и ставить на пьедестал. Перед мужчинами стояла изумительной красоты женщина - королева среди всех женщин, а не просто повелительница своей страны. И это сквозило во всем ее облике и в нем не было места плотскому, грубому, животному чувству, она была олицетворением чистоты и нежности. Это был идеал, и как только он смог воплотиться в земном облике? И тем не менее она была во-плоти, здесь и рядом.
  Все это пронеслось в голове Доминика за секунды.
  Королева обошла вокруг юноши что-то прикидывая, а потом спросила:" Скажи, как удалось тебе обезвредить одного и убить другого быка, ведь ты так молод и силы твои еще не приобрели выносливости и отточенности движений настоящего борца-тореро? "
  Доминик сам думал об этом и все время приходил один ответ:" Мне помог БОГ!". Ответ произвел впечатление. "А что случилось три года назад с моей грамотой для твоего отца? Ведь я все знаю, вы первые обнаружили лошадь, потерявшую всадника и подняли тревогу, а потом,... потом эта история с грамотой. Что это?! Говори не бойся." Доминик серьезно взглянул в глаза королевы: "Я не забирал и не прятал грамоту, да видел ее и положил на место, она мне не нужна ни тогда, ни сейчас."
  Вельможа не выдержал: "Ты врешь, ты делаешь вид, что тебе не нужно мое наследство, не нужны земли, почести! Тогда скажи, что тебе нужно?" Юноша опустил голову, подумал и вымолвил: "Меня ждет дорога, судьба избрала меня, а я избрал судьбу - я с ней повенчан." Никто не понял смысла, но даже король опустил глаза, понимая, что этот еще совсем юный человек знает гораздо больше, чем говорит.
  И только родной человек совершенно не хотел понимать собственного сына, он видел в нем только, чем обладал сам - спесь и ложь. Королева почувствовала противостояние, и женское чутье подсказало ей единственно правильное решение. Между этими родными по крови людьми глубокая пропасть, и если они будут стоять на краю друг против друга, один обязательно погибнет сорвавшись.
  Она взглянула на мужа:" Мне нужен паж из числа младших рыцарей, и я предлагаю тебе Доминик это место, надеюсь твой отец не станет возражать!" И она протянула руку для поцелуя мужу, затем вельможе и под конец юноше. Это предложение являлось безусловным приказом и не подлежало обсуждению.
  Аудиенция окончилась. Вельможа удалился, Доминика поручили старшему офицеру, приставили к нему оруженосца и наставника. Таким образом, он наконец оказался в настоящей школе для рыцарей. Ведь рыцарь младшей степени - весьма условное звание и присваивалось всем родовитым детям, если они по достижении пятнадцати лет были представлены при дворе и смогли выполнить небольшой минимум физических упражнений по владению оружием ( чему мы уже были свидетелями).
  Служба же при дворе сопровождалась еще более серьезным обучением, занятиями и получением настоящих навыков для уже настоящих рыцарей, а не доморощенных вельможных отпрысков, живущих в своих поместьях под домашним присмотром. В те времена принято было в пажи отдавать младших детей, а не прямых наследников. Младшие отпрыски знатных семейств не могли рассчитывать на богатство, титул и положение в обществе, дающееся им по праву рождения.
   У Доминика же совсем другая ситуация - прямой наследник всех поместий, привилегий и титулов отца, но и он оказался "белой вороной". У мальчиков-пажей, находящихся вместе с ним на службе, была цель возвыситься и разбогатеть, а может и с высоты собственного положения завоевать себе вотчины, когда-то перешедшие в пользу старших братьев.
  Мальчику отвели отдельную комнатушку-келью, объяснили распорядок дня. Началась новая жизнь. Подъем в пять утра, молитва, физические упражнения, занятия в классах с наставниками, прогулки верхом, к двенадцати по-полудни караул при выходе королевы, завтрак и личное время до шестнадцати часов, затем несение караула на стенах крепости вместо обычной стражи, которая в это время отдыхала. В отдельные дни распорядок изменялся в зависимости от желаний короля или королевы.
  Доминик с душевным подъемом взялся за учебу, учителя разительно отличались от прежних наставников в родном доме. Это был совсем другой уровень, особенно он для себя выделил наставника по математике, астрологии и философии. Им был монах по имени отец Торио. Очень старый человек, но держался прямо, некрасив - его портил орлиный нос и сведенные над ним кустистые брови, но глаза против ожидания поражали своим несоответствием суровому облику,- неожиданно мягкий взор казалось обнимал собеседника. Из-за этого возникало какое-то смешанное чувство: вроде суровый и неприступный человек издалека, но кто умел и отваживался смотреть вглубь, обнаруживал целую сокровищницу ума и добросердечия.
  Доминик оказался как раз таким учеником, рассмотревшим в суровом учителе человека. И отец Торио, встретив наконец такого вдумчивого ученика, чрезвычайно обрадовался и начал потихоньку вводить юношу в страну знания и мудрости. Постепенно душевная связь между ними крепла, и часто на очередном уроке можно было наблюдать такую картину: сидел класс учеников, а учитель разъяснял урок понятный одному Доминику, ради него горел его взгляд вдохновением, и для него он отдавал те знания, которые для остальных были совершенно непонятны, не нужны и скучны. Постепенно мальчики начали откровенно скучать и тогда вмешался куратор.
  Отец Торио повинился и предложил разделить класс, возник конфликт.
  Во время одной из аудиенций о происходящем в классах было доложено королеве.
  Она отослала к королю.
  Король вызвал Доминика и монаха: "Скажи, святой отец, достоин ли сей юноша того внимания, что ты ему уделяешь в ущерб другим своим ученикам?"- взгляд не сулил ничего хорошего. Отец Торио наклонил голову, сложил руки лодочкой: "Да, ваше Величество, я виновен в том, что обделил своим внимание остальных учеников. Но те знания, что черпает этот юноша пойдут на пользу отечеству. Немного на своем долгом веку я встречал подобных юношей и надеюсь, что он не зароет эти знания в землю. Слава тому государю, в чьей стране родятся такие дети. Они достойны называться ее детьми!", - наш почтенный ученый был еще и ловким дипломатом.
  Король молчал. Он думал: Досужие сплетни всегда сопровождают неординарных людей и часто, под гнетом людской зависти, они не могут развиться и принести пользу отечеству. Мальчик хорошего рода, наружности и как оказалось ума, может быть вместе с этим у него есть любовь и почитание к стране и принявшему его дому? Нужно спросить королеву, какого она мнения об этом отпрыске, а так же есть ли у него смирение и почитание - "Идите!" - был ответ короля.
  Старик и юноша поклонившись, удалились. Уроки продолжались, но отец Торио продолжал волноваться, часто прерывал речь, сбивался. Так пролетела неделя в тревожном ожидании. И вот, однажды, на занятия астрологией вошел куратор и объявил, что сейчас все ученики свободны кроме Доминика. Они остались втроем. Куратор - достаточно умный и серьезный мужчина не высокого дворянского рода, достигший своего положения только своими усилиями иногда честными, иногда нет, но все же он уважал ум и неординарность:" Я пришел донести до вас высочайшее повеление: отныне в утренние часы занятий Доминик должен сопровождать королеву в утренних прогулках, читать ей книги и стихи, всячески развлекая ее величество, а часы предназначенные для отдыха он может принимать твои уроки святой отец."
  Это была победа! Отец Торио склонил голову и вознес хвалу Господу, а глаза юноши засветились. Жизнь вновь изменилась в благополучную для Доминика сторону.
  ...В таком ритме прошло четыре года. Доминик вырос и возмужал, лицо его и прежде привлекавшее на себя женское внимание, теперь несло на себе печать не столько красоты, сколько ума. Раньше детские черты привлекали своей гармоничностью, дарованной природой, сейчас внутренняя сила ума и воли освещала весь облик молодого человека. Даже королева иногда останавливала удивленный взгляд на юном паже. Успехи в учебе и воинском искусстве очень выделяли его на общем фоне, что конечно могло вызвать зависть, но в силу слишком уж большого отрыва от остальных, уже почти не вводили в искушение соучеников. Да и сам Доминик ко всем относился ровно, с участием и старался ни чем не показывать своего превосходства над товарищами. Короче, эти четыре года пролетели как один миг и кроме светлых воспоминаний ничем не омрачали течение времени.
  
   * * *
  
   II. Г Л А В А : ПУТЕШЕСТВИЕ В НЕИЗВЕСНОСТЬ.
  
  1. КОРОЛЕВА - МУДРАЯ И КРАСИВАЯ.
  2. ВПЕРВЫЕ О КАМНЕ О Д И Н А.
  3. ЛЮБОВЬ - РАВНАЯ ЧЕСТИ.
  4. ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА С "ЛЕТУЧИМ ГОЛЛАНДЦЕМ".
  5. ВСТРЕЧА С МАСТЕРОМ
  6. КАК МЫШЬ МОЖЕТ УБИТЬ СЛОНА.
  
  
   Но все гладко в этом мире не бывает. Страна, в которой происходили эти события была лакомым куском для агрессивной политики сильного правителя с востока и час пробил. Накопив силы и собрав их в единый кулак, Абаш-аль-Эм-Рашид напал на Эратуса -III, подчинил себе его вассалов, попутно дотла спалив тех, кто оказывал сопротивление и подошел к стенам резиденции короля.
  Эратус был измотан болезнью, не имел прямых наследников и дорожил лишь красавицей женой, поэтому, когда возникла угроза сдачи крепости, он вызвал своих приближенных и устроил совет. Совещание ни к чему не привело, все боялись лишь за свои жизни и видя слабость правителя думали о том, как получше выйти из такого опасного положения. Король это понял. Распустив всех, он вызвал своего доверенного рыцаря, который был еще старше короля и в детстве служил ему товарищем для игр, и спросил у него совета...
   К королеве пришел слуга с приказом от мужа срочно собираться: взяли только часть драгоценностей и белье, фамильные реликвии и династические регалии, через подземный ход вошли в горный грот, откуда во время прилива можно выйти в открытый океан на небольшой каравелле. Король в последний раз обнял жену, вытер проступившую слезу и не оглядываясь, исчез в глубине подземного хода, ведущего назад во дворец.
  Шарлота осталась среди небольшой горстки служанок и придворных дам на попечении капитана, старого рыцаря и юного пажа. Этим пажом, как вы догадались, был Доминик. Он не собирался бежать из крепости, но отец Торио благословил его на подвиг спасения королевы, напомнив о пути, который ждал своего свершения и против такого аргумента юноша ничего ни смог возразить.
  Команда из двенадцати матросов, боцмана, лоцмана и капитана быстро подготовили корабль к отплытию. Прилив наступил и они вышли в открытое море. В целях безопасности они обогнули выдающийся в море материк с другой стороны замка, чтобы быть незамеченными противником, и даже не представилось возможности бросить последний взгляд на гибнущий город.
   Погода благоприятствовала плаванию, прекрасно построенное судно, обладало совершенными формами и благодаря редкой породе дерева, сохраняло хорошую плавучесть. Паруса весело натянулись легким бризом и парусник заскользил по воде, ни чем не обнаруживая тревоги и боли плывших в нем людей. Трюмы полны питьевой водой и продовольствием, оставалось только опасаться встретить пиратов или испытать на себе капризы морской стихии.
  Дни тянулись однообразно, тревога постепенно рассеивалась и сменилась скукой и нетерпением. Изо дня в день все с надеждой вглядывались в горизонт, стремясь увидеть долгожданную землю. У капитана не было строгого плана куда плыть, так как там где расположены дружественные государства путь опасен, и мореплавателей в это время года поджидали шторма, непогода и длительные лишения, а более короткий путь отрезан неприятелем. И все же решили плыть на свой страх и риск в тыл к неприятелю, надеясь проскочить, потерявших былую бдительность сторожевые суда врага.
  Там еще оставались островочки свободных земель и самые большие надежды возлагались на Египет. Ходили слухи, что завоевателям не удалось его покорить.
  
   * * *
  
  Дни тянулись за днями, складываясь в недели и месяцы, горизонт был все так же пуст. Ветер то весело натягивал паруса, то словно смеясь над людьми вообще их даже не шевелил, тогда двенадцать матросов садились на весла.
  Шарлота, будучи родом из Англии, вернее из Шотландии решила, чтобы хоть немного занять людей, обучать их своему родному языку, и это занятие пришлось как нельзя кстати. Умная и мужественная женщина - королева могла достаточно разнообразно вести свои занятия, то она рассказывала легенды о древних друидах, то пела старые рыцарские песни на родном наречии. Саги о нубелунгах и короле Артуре, о их приключениях и подвигах, чистой любви рыцарей к своим дамам "сердца" мягко ложились на сердца ее слушателей. Она даже пыталась организовать что-то вроде "круглого стола", правда рыцарей было всего двое: один шестидесятилетний барон Жиль де Брасио и юный девятнадцатилетний Доминик сын герцога де Марино Грис Фонтанако. Мы намеренно не вводили раньше титул отца Доминика, во-первых по матери наш герой был настоящим принцем, правда младшей ветви, лишенной по мере удаления от корней своих прав, а во-вторых, как только он оказался на службе у короля, отец автоматически прекратил считать его своим наследником и закрепил это документально. Мы вам уже рассказывали о существовавших тогда порядках и условностях. Старшие дети владетельных сеньоров должны были обучаться и жить в своих владениях, а служили при дворе лишь младшие и это считалось нижней сословной структурой общества высокорожденных отпрысков. Сеньоры в те времена были слишком горды и с большим трудом преклоняли свои головы даже перед королем, считая себя самостоятельным властелином своих земель, имея свой флаг и войско, сами вершили суд и расправу.
  А дамы вместе с королевой составляли пять человек, и при этом каждая считала себя вдовой, тайком утирая слезы, так как в осажденной стране остались их близкие. Старшей из женщин было уже за сорок, ранее она была смотрительницей покоев королевы и происходила из "захудалого" дворянского рода сохранившего лишь грамоты и геральдические знаки. Две других - тридцатилетние напуганные изнеженные создания имевшие мужей, детей на попечении мамок-крестьянок и сейчас оказавшиеся на судне в бескрайних просторах океана, без твердой почвы под ногами, совсем потеряли остатки мужества. Их с большим трудом удавалось каждое утро заставлять выходить к завтраку и выполнять все необходимые церемонии согласно этикету, не смотря на помощь и уход их горничных.
  И последняя из женщин ( как вы поняли, слуги в расчет не принимались) была еще юной семнадцатилетней девушкой из знатного и богатого рода, определенная в свиту королевы на время до момента выхода замуж, и жених уже был и велись необходимые в таких случаях переговоры, но... И вот судьба ( в который раз!) сыграла с людьми одну из своих шуток и теперь наблюдала, что же выйдет из этой истории? Одни могли выжить и стать еще сильнее и чище, а другим предстояло погибнуть и виновником в этом была отнюдь не судьба или стихия, а сами люди - их внутренний мир, который находился в согласии или нет со всем окружающим их мирозданием. И если личность человека была гармонична, то все трудности лишь оттачивали грани души и он обретал силу и разум, а если маленькая слабая душа стенала и жаловалась, считала синяки и ссадины,- удары, в ответ на ее вопль становились все сильнее и безжалостнее. Подобное притягивает подобное. Каждому определена та мера боли или счастья, что он может выдержать не сорвавшись, но только на самом большом натяжении струн. Ну а если ты слаб и ленив - то увы, ты не достоин дороги жизни - этой школы, что учит людей стать вновь совершенными.
  
   * * *
  
  
  Шарлота все же пыталась сплотить этих таких разных людей, понимая, что разрозненность и отчаяние могут привести к катастрофе, которая начавшись в душах людей, окрепнув, обратится против них в виде новых ударов. Как-то раз собрав всех в кружок, она приподняла правую руку и показала на кольцо, одетое на среднем пальце. Это был камень похожий на рубин чрезвычайно интенсивной окраски и чистоты, он отражал свет, собрав его в пучок, переродив в своих недрах и вернув россыпью огненно-красных лучей. При чем, эти стрелы огня были не призрачно-прозрачны, а почти материальны, казалось их можно потрогать и там, где они терялись, пронзив материю или пространство, все еще оставался отсвет их пути и точки соприкосновения.
  Они были как бы живыми и несли каждый свою явно ощутимую для всех людей независимо искру энергии света. Необыкновенной красоты камень был оправлен в серебро очень простой, даже грубой работы: сплошной круг и на нем какие-то точки, черточки, кружочки. Кольцо всех заинтересовало.
  Королева опустила руку в тень, куда не попадали прямые солнечные лучи, и камень изменился - вместо россыпи лучей - омут сверкающей кровью бездны. Уже ни одна искра не вырывается из каменного плена. Рубин горел огнем будто внутри жерла вулкана, мерцал и манил своей глубиной и тайной. От него невозможно было оторвать взгляда. Проникая все глубже, взгляд человека падал, падал... и смотревший с большим трудом мог стряхнуть с себя оцепенение, возникающее от завораживающего действия этого магического кристалла. Казалось, что вслед за взглядом летишь по огненному тоннелю: все дальше и глубже, еще немного и не сможешь вернуться никогда... в этот мир.
  Шарлота резко закрыла камень миниатюрной крышечкой, вмонтированной в кольцо, сделанной в виде сеточки с очень мелкими отверстиями, а фокус камня закрывался сплошной пластинкой из нефрита. И это кажущееся несоответствие двух таких разных минералов совершенно гасило и сводило на нет воздействие рубина вовне.
  Люди, пораженные увиденным, хранили молчание. Сила, исходящая от самоцвета привела дам почти в полуобморочное состояние. Старик де Брасио сидел как пригвозжденный к креслу, а лицо приобрело нехороший багрово-синюшный оттенок. Только Доминик и Шарлота хотя и взволнованные не испытывали неприятных или шокирующих ощущений.
  Королева начала рассказ. Это кольцо Одина, мне оно досталось от отца, когда я отправлялась в качестве невесты к новому месту своей жизни в нашу страну, чтобы там стать королевой. Это кольцо стоит нескольких стран и является единственным в мире, камень этот никогда не был найден на земле, он всегда был на руке у Бога. Но Великий Один оставил этот мир, подарив людям это кольцо. Владельца оно охраняет, врага может убить, сила его огромна. Сам Один проявляется через него, много тайн хранит он в себе, но мне они не доступны, я всего лишь слабая женщина. Но я знаю одно, что пока горит этот камень на моей руке, я и люди, которые вместе со мной верят в него, не погибнут.
  "Круглый стол" вновь не получился. Жиль де Брасио немного придя в себя, пробормотал, что уж лучше бы его бросили в огонь, а затем в омут, чем такие картинки показывать. А леди, бледные с головной болью и негнущимися ногами, постарались поскорее покинуть каюту Шарлоты. Вместо того, чтобы придать людям уверенности и вселить надежду, результат оказался прямо противоположным. Перед необъяснимым человеческое несовершенство либо испытывает страх, либо трактует его на свой лад, подстраивая и объясняя в понятных для себя образах, и если это не удается вместить в рамки своих представлений, то отметается как ложное или ненужное. Именно так это и было воспринято. Кроме того, что это кольцо с очень дорогим драгоценным камнем, ничего больше в умах и чувствах этих людей не отложилось.
  Доминик встал, поклонился королеве и ждал окончания затянувшейся паузы, по этикету он не смел заговаривать первым. Шарлота же настолько была потрясена очевидной слепотой людей, которые ее окружали, что начала сомневаться в собственном благоразумии. "Быть может она в юности, когда фантазии летят как птицы, нафантазировала себе про это кольцо, облекла его в магический ореол, а сейчас боится потерять последнюю надежду из далекой и такой защищенной жизни? А люди боятся ее обидеть, хотя видят очевидность ее выдумок?"- глаза наполнились слезами, и тут она встретила очень серьезный - взрослый, скорее даже очень мудрый взгляд еще совсем молодого человека. Глаза сказали больше, чем любые слова: " Нет! Она не выдумщица и не фантазерка. Сокровище, которым она владеет действительно бесценно, не стоимостью камня, хотя она очень велика, а силой. Настоящее богатство, что делает счастливым только сильного и доброго человека и может уничтожить, испепелить, если эту силу хотят обратить во зло.
  Шарлота ждала слов, она совсем забыла о правилах. Рыцарь молча еще раз поклонился. И тут королева вспомнила, что он от нее ждет.
  - Мой верный паж, вы хотите сказать что-то своей королеве?
  - В замке моего отца есть кресло из черного дерева, подаренное моему предку Его Святейшеством в знак заслуг во времена военных походов, в спинке его мерцают четыре камня - три зеленых нефрита и один кроваво-красный камень похожий на рубин, но с воронкой уходящей в самый центр, и никто не замечает тайного взаимодействия этих камней. И обратите внимание, Ваше Величество, то же сочетание нефрит - рубин и оправа в одном случае из серебра, в другом черное дерево, мне кажется, здесь есть какая-то связь, но я не могу определить какая. Но ваше кольцо несомненно - это что-то большее, это целое явление в нашем мире. Мне кажется я все это уже когда-то видел и испытывал, а тайна камней в черной оправе серебра ли, дерева ли не дает покоя и кажется еще чуть-чуть и она расскажет о себе. Возможно на вашей родине еще сохранились легенды и сказания о древних кельтских обрядах, хотя очень мала вероятность, что мы туда сможем попасть.
  
   * * *
  
  
   Да, перед ними расстилались необозримые горизонты: небо и океан, и ничего более... Глаза скользили по простору и не могли ни за что зацепиться. Вот к югу от горизонта появилась какая-то точка, вначале неясная, она не исчезал, а начала приобретать очертания корабля. Матрос забил тревогу, вышел капитан и штурман, и их внимание приковал незнакомый корабль.
  Он шел без парусов и флага, вернее не шел, а его несло по воле волн. Все всполошились и с нетерпением ожидали сближения. Вот его уже можно рассмотреть в подзорную трубу, но ничего не прояснилось. Незнакомец ничем не обнаруживал свой интерес к встрече, не подавал никаких сигналов и его несло течением прямо на каравеллу. "Летучий голландец" - вырвалось у капитана и вахтенного матроса одновременно. "Галатея" (такое имя носила каравелла королевы) легла в дрейф, чтобы увернуться от неуправляемого пришельца.
  И вот он в зоне видимости - грустное зрелище. Парусник средних размеров, без признаков обитания, молча проносится мимо, видно, что его основательно потрепали шторма, дерево старое и кое-где медная отделка и крепеж приобрел зеленый цвет, паруса некогда натянутые, истлели и висели клочками бессильно трепещущими на ветерке. Трудно определить принадлежность корабля к какому-то флоту, скорее всего он сошел со стапелей где-нибудь в Португалии, а затем принадлежал какому-нибудь купцу, так как явно виден его мирный торговый характер расположения помещений на задней палубе. Нет пушек или тюремных амбразур для гребцов-рабов, либо каторжников - очевидно команда состояла из вольных матросов, нанимаемых в портовых городах всего южного побережья. Обращала внимание рубка капитана, она была очень сильно повреждена и, тем не менее, сохранила некоторые из фрагментов, украшавших ее наружные панели. На одной из дверец можно ясно увидеть монограмму, в которой из перламутра выложена какая-то экзотическая птица, она отражала солнечные лучи и казалась от этого объемной и живой. Корабль "с птицей" благополучно миновал каравеллу и унесся дальше в свое бесконечное плавание, влекомый волею волн и ветра. Все это произвело на людей гнетущее впечатление.
   Для команды - время шло - обычная жизнь, свойственная профессии моряков, но для пассажиров - время медленно тянулось. Морское однообразие и неопределенность тяготила все более и более. Самыми стойкими членами этой общности оказались королева и молодой паж - рыцарь младшей ступени Доминик Грис Фонтенако.
  Шарлота вынуждена была быть сильной из-за ответственности, которую чувствовала за этих людей. В другой ситуации, если рядом был бы кто-то сильный (а для нее сильными являлись только муж и отец), она давно бы раскисла, плакала и жаловалась всем и вся. Здесь ситуация сложилась так, что только она должна отвечать перед судьбой за людей, которые были вынуждены ее сопровождать. Ее придворные фрейлины уже и днем не выходили на палубу, пребывая в глубокой меланхолии, а старый рыцарь совсем разболелся, его замучили боли в ногах и сердце.
  Спокойнее всех переносил однообразие плавания паж: молодой, красивый и сильный юноша мог служить примером для растерявшихся людей. Энергия ни минуты не утихала в этом неутомимом человеке, а его жажда к познанию и философский склад ума не позволяли расслабиться. Он с большим энтузиазмом изучал иностранные и древние языки с помощью королевы, брал уроки германского у барона, который многие годы воевал в составе одного их тевтонских орденов, а у капитана с большим интересом расспрашивал о путешествиях, странах и людях их населявших. Кроме того, Доминик внимательно наблюдал за ночными светилами и составлял звездную карту близ экваториальных широт. Знание астрологии дополнялись знаниями, полученными ранее у отца Торио.
  Самый главный стимул к активному образу жизни конечно была первая юношеская влюбленность. В кого же ? Конечно в королеву! Рядом с этой замечательной женщиной блекли самые прекрасные и юные девушки в мире. Читатель уже ранее получил представление об образе Шарлоты, но для молодого человека, влюбленного впервые, никакие слова не могли передать облик любимой. И одной из основных подстегивающих это чувство причин, являлась ее абсолютная недосягаемость,- тот непреодолимый статус, который разделяет людей сильнее чем время и расстояние. Их ежедневные встречи и общение кроме обычных поверхностных слов и взглядов несли еще колоссальный заряд недосказанных мыслей и чувств и конечно, если бы на их месте оказались люди не имеющие такого врожденного понятия чести, то любовь бы может и победила. Как всегда, в таких случаях, рушаться устои, предаются близкие люди, бросаются дети, и открываются ворота крепостей для врагов - гибнут люди в результате таких предательств, ради всепоглощающей силы любви, и гибнет любовь отвоеванная, обретенная таким способом. Во имя любви строятся города и во имя ее же убиваются тысячи неповинных жизней. Коварство и сила ее не имеет границ, если видеть в объекте своей любви лишь бренную прекрасную оболочку. Но истинная любовь подвластна своей повелительнице - чести - высочайшей судье и вдохновителю. Истинно любящие никогда не подвергнут объект своей любви испытанию честью. Любовь, которая отвергла устои и обязательства перед другими людьми нарушает высшую заповедь "не убий", " не укради". Не убивай своим эгоизмом других, не кради у них то, что любят они, и самое важное не лишай своего любимого чувства правды, чувства своего достоинства и чести перед людьми. Люби его и он будет любить тебя, но так чтобы ваша любовь никому, слышите, никому не причинила страдания. Если обстоятельства против вас и вы не можете быть вместе, не причинив при этом боль другим, не нарушив обет или долг, то страдание во имя любви принесут вам больше счастья, чем пир на "костях" ближних.
  Обо всем этом размышлял наш герой и твердо решил ничем не обнаруживать своего чувства, дабы не внести сумятицу в мысли и чувства королевы. Это было действительно достойное решение мужественного человека. Шарлота естественно не подозревала о такой глубине чувства юноши. Но любящие слепы в одном, но очень прозорливы в другом. Как женщине ей льстило то обожание, что она ощущала на себе со стороны своего пажа, причем очень достойного человека во всех отношениях, но ее внутренние устои данные от рождения, закрепленные воспитанием о долге и чести ни на минуту не позволили разыграться фантазии.
  Итак, между ними возник молчаливый договор о соблюдении дистанции и абсолютном, безусловном соблюдении этикета даже тогда, когда этого совсем не требовалось. Сердца были заперты на замки и ключи выброшены за борт, в душах бушевали страсти, перемалывали и сжигали себя, но истинная высшая любовь облеченная честью покрывала золотым светом благодати эти два сердца. А так как к королеве Шарлоте всегда и все обращались с величайшим почтением и благоговением, то ни у кого не возникало даже тени подозрений об истинном чувстве соединившем эти две души.
  И как во все времена на Земле были, есть и будут одни и те же проблемы. Из века в век во всех народах и обществах всегда возникали и требовали решения как отношения "отцов и детей", так же и всегда между двумя любящими вдруг возникал кто-то третий ( одна проблема на все времена: и в пещере древнего человека и в золотой век античности, и в лачугах и во дворцах). И естественно, в нашей истории около героев нашего романа возникла третья динамическая сила - это Флорена - молодая фрейлина, жених и близкие которой остались в осажденном городе.
  
   * * *
  
  
  Хочется поподробнее остановиться на ее облике, то что ей едва исполнилось семнадцать , мы уже говорили и об ее происхождении нам тоже известно, эта девушка была как раз под стать Доминику, сыну герцога, но не оказалась в его невестах из-за существовавшей тогда неприязни между двумя отцами. Герцог Грис де Фонтенако, как уже говорилось, был необыкновенно жестким, агрессивным господином и его кичливость простиралась и на соседей, из-за чего у него не могло быть добрососедских отношений. А его опальный старший сын, еще будучи ребенком, увезенный на службу в королевский замок, никогда не рассматривался в качестве потенциального жениха для взрослых дочерей знатных вельмож. Сила дурной славы отца автоматически падала как отсвет на старшего сына и наследника.
  Девушка волею судьбы, оторванная вначале от родного дома, затем и вообще брошенная среди совершенно чужих ей людей в опасное путешествие - растерялась. Ее не окрепшая воля к жизни не могла справиться с тем, что являлось очень опасным даже для закаленных сильных людей - с недеянием и неопределенностью. Вынужденная бездеятельность засасывает и разлагает самую сердцевину человеческой натуры, а когда к ней примешивается страх, то они могут полностью разрушить личность. Два вируса человечества, которые противостоят один другому и могут являться между собой противоядиями один другому, здесь оказались союзниками и успешно сломили старика-рыцаря и трех леди из свиты королевы, чтобы вплотную подобраться к Флорене.
  Воспитанная в холе и неге мамками, дуэньями, учителями под неусыпным контролем родителей, которые ее очень любили и заботились, девушка обладала всеми качествами и достоинствами своего знатного происхождения, и только-только вступала в свет. Прекрасные музыкальные данные сочетались с любовью к природе и живописи, развитые артистические возможности ( специально приглашался учитель) позволили ей сразу легко и свободно себя почувствовать в свите королевы, которая очень бдительно и скрупулезно просеивает и отшлифовывает новичков в придворной жизни. Интригами всегда были пропитаны круги вокруг "власть придержавших" и удержаться на плаву, не утонуть в этих условностях и хитросплетениях было очень сложно. Но молодая девушка, унаследовав красивую внешность матери, имела еще ум отца, талантливого царедворца ( в отличие от герцога Грис Монтенако), возвысившегося в основном за счет своей дальновидности. Ее род был осколком знатного и древнего рода, но являвшийся младшим в семье и родовые владения ему не принадлежали. И поэтому отец фрейлины лишь на службе у короля смог путем интриг овладеть поместьями своего старшего брата и затем стал самостоятельным сеньором, владеющим землями и людьми.
  Окрепнув, он смог с помощью короля получить герб своей семьи, лишь с небольшими изменениями, так как законы геральдики неумолимы даже для царствующих особ, на поле его герба не хватало короны на голове вепря, во всем остальном он соответствовал гербу старшей ветви и это не давало ему покоя. Свою единственную дочь он стремился воспитать в духе времени, но при этом он лелеял надежду на то, что благодаря удачному замужеству на сыне знатного вельможи она сможет соединить два герба, и внуки будут иметь право на герб с короной. Его уже не интересовал какой символ будет под ней: вепрь, буйвол или орел лишь бы это была старшая ветвь. Поэтому и жених подыскивался соответственно этому желанию.
  Старшего сына своего ближайшего соседа (отца Доминика) он отмел сразу из-за своей неприязни ко всему, что было связано с именем Фонтенако, и перебрав всех наследников подходящих по возрасту, богатству и положению остановился на сыне графа Флер Монте Верассо. Молодой человек двадцати трех лет, уже имел звание рыцаря младшей ступени. И готовился к принятию второй ступени, недурен собой, решителен и самое главное являлся старшим сыном, и стало быть наследником рода. Имея в гербе необходимую корону, правда над головой наполовину козла - наполовину дракона, он таковым образом являлся идеальным женихом в глазах отца девушки.
  Флорена была послушной дочерью, да и ее неразбуженное сердце ничего не имело против замужества на этом молодом человеке, тем более он очень почтительно к ней относился, старался как можно чаще ее видеть и всегда оказывал ей знаки внимания, подобающие этим отношениям. И вот вдруг все изменилось, привычное на много лет вперед расписанное течение жизни нарушилось в одночасье. Они на небольшом корабле с маленькой командой, несколько людей одного круга во главе с королевой, но при этом минимум удобств, надежд и невозможность выйти из этой ситуации. Привычный мир остался там, далеко и нет никакой уверенности в будущем. Первое волнение, сопровождавшее бегство, отплытие и путешествие в прибрежной зоне, опасность их обнаруживания и захвата врагом постепенно улеглось и сменилось вначале скукой, затем нетерпеливостью, а потом апатией, изредка прерываемой взрывами истерического бессильного гнева на судьбу, обстоятельства и окружение. Но как воспитанная девушка, Флорена не выносила своих мыслей и чувств на окружающих, а закрывшись в своей каюте целыми днями не выходила на палубу.
  Королева, понимая и сочувствуя состоянию юной девушки решила помочь ей обрести смысл жизни даже в такой ситуации путем привлечения к своим занятиям с Домиником, постоянно заставляя что-то делать, думать, выходить из своего добровольного заточения к людям. Флорена вначале внутренне сопротивляясь приказам королевы, постепенно втянулась в их маленький круг, и хотя ее совсем не прельщали занятия английским языком, она нашла свой интерес в этом общении. Им был Доминик, молодой паж королевы. Мало того, что молодой рыцарь был очень красив, он еще и соответствовал положению Флорены, а она знатная и утонченная была тем не менее прагматична по натуре. Ей не свойственна была идеализация и витание в облаках. Несколько лишенное фантазии воображение быстро выстроило все последствия от возможного союза с этим молодым человеком. Девушка не могла представить себе развития событий, кроме более-менее скорого прибытия в порт дружественной страны и затем возвращения на родину к родным стенам, владениям и прежнему образу жизни. В мыслях своих, обращаясь к отцу, девушка выстраивала доводы и предвидя его возражения, все же пришла к выводу, что ничего плохого не будет, если под давлением обстоятельств, она изменит слову, данному своему первому жениху и представит в качестве кандидата в мужья Доминика - сына герцога Грис Фонтенако.
  Ее жизнь вновь обрела смысл, девушка расцвела. Велика сила, которая подкреплена ясной целью, и многие люди могут жить только, если эта цель близка и ощутима, им не нужен " журавль в небе" - достаточно и " синицы".
  Представим стройную, довольно высокую девушку с прямыми темными волосами, смуглой кожей, чувственными губами, прямым носом и прекрасными карими глазами, брови как крылья летящей птицы и плюс длинные ресницы, придающие взгляду тайну и некоторую томность, ее немного портил лишь низкий лоб и несколько расплывчатый овал лица. Но это маленькое несоответствие обращало на себя внимание лишь когда лицо теряло живость и энергию. Но стоило в глазах появиться искре интереса, как оно вновь обретало выражение грациозной загадочности и освещалось лучиком задора: некоторая незаконченность выглядела, как недосказанность, тайна и придавала всему облику пикантность, к тому же у женщин всех эпох есть свои маленькие секреты макияжа.
  Флорена нисколько не сомневалась в своей привлекательности и обаянии, поэтому она применила тактику призывных взглядов, многозначительных улыбок и постоянных обращений за помощью или разъяснениям. Минуя королеву, фрейлина привлекала внимание к себе то вздохами, то многозначительными улыбками, то возгласами, давая понять, что желает внимания Доминика. Конечно это сразу обратило внимание окружающих и не оставило в них ни тени сомнения в намерениях молодой девушки. Королеве пришлось бороться с собой, что бы подавить волну неприязни при виде такой откровенной и фальшивой демонстрации своего интереса фрейлиной. Доминик же хоть и оказался объектом агрессивного наступления на любовном фронте ( к сожалению некоторая категория людей по другому "любить" не умеет), практически ничего не замечал.
   * * *
   Юноша был занят своим внутренним миром, борьбой со своей любовью к королеве, занятиями дающими работу мозгу, усиленно тренировал тело, которое требовало постоянно все большей физической нагрузки. Кроме того, среди матросов оказался кореец, он же служил коком, но маленький и энергичный человечек обращал на себя внимание внутренней силой и уверенностью. Доминик, как-то во время утреннего моциона подошел к дверям кухни и увидел, что не обращая внимания на кипящие котлы, на полу в какой-то странной позе с полузакрытыми глазами сидит Кую-ун-Порху с абсолютно отрешенным видом. Наш герой сразу уловил силу струящуюся в... и из... маленькой фигурки, как бы два облака охватывали человечка: одно впитывалось, другое исторгалось.
  Они были не видимы обычному взгляду, но Доминик обладал особым качеством, он мог переключать его от внешнего зрения к внутреннему ( как когда-то в кабинете отца, глядя на таинственное кресло, при встрече со старцем в лесу, или видя рубин на руке королевы), этому он научился еще в детстве, встречая рассветы в горных лесах. Во время восхода солнца мальчик ощущал себя по другую сторону этого бытия, видел мир другими глазами, во сто крат ярче, гармоничней и существенней. Ему уже тогда, в эти мгновения была доступна суть вещей в их сокровенной глубине, но как только он возвращался из этого состояния, все проходило, он становился обычным ребенком и только в глубине души сохранялось какое-то чувство света и чистоты. После таких мистических состояний, Доминик еще сильнее осознавал суетность окружающей его жизни, и тем не менее, он ни минуты не сомневался в нужности ее и в том, что свое якобы нескончаемое существование в море бед и болезней, бесконечных трудов по добыванию пищи, завоеванию "места под солнцем", можно возвысить до истинной жизни, единственно верного пути, когда не человек будет подчиняться обстоятельствам и событиям вокруг него возникающим, а события будут возникать и формироваться по воле такого человека. И юноша искал такой путь, прозревая свое будущее. И вот, одним из событий его жизни, которое он притянул к себе ( это только не искушенному в эзотерике читателю может показаться , что все события "случайно" почему-то выстраиваются и приводят "случайно" к определенному концу - цели) своим постоянным стремлением к совершенствованию и жаждой знания - была встреча с обыкновенным (внешне) корейцем - человеком другой расы, культуры, положения.
  И если бы Доминик не был тем, кем он был на самом деле (вспомните об Авессанарии), эта встреча закончилась бы так и не начавшись: ну и что - сидит себе маленький желтый человечек в странной позе и - пусть сидит. Но для Доминика, глаза которого были широко открыты на мир, а слух всегда готов внимать истине, это было окно в другой мир, мир знания ведущего вверх. Ибо знание всегда дает возможность человеку подняться, не зависимо от источника, главное, чтобы берущий правильно его использовал. И даже если это источник магии, светлый человек может взять и из него, трансформировать и использовать для своего подъема. Все во-благо, что дает знание и воля человека: подниматься на его крыльях или камнем лететь вниз.
  Итак, сидит повар - корабельный кок на полу кухни ( камбуза), а за ним из окошечка каждое утро наблюдает юноша, но не с праздным любопытством, а проникая в самую суть, и если внимательно наблюдать за ним, можно обнаружить, что Доминик в этот момент больше ничего не слышит и не видит. В один прекрасный день к Доминику обратился штурман, он и раньше иногда рассказывал ему всевозможные морские истории, и поэтому имел право обращаться к знатному господину на правах мудрого дядюшки( как когда-то в замках были "дядьки" наблюдавшие и обучающие сыновей господина) - на корабле этикет почти сошел на нет из-за особой опасности положения и плотности проживания. Штурман сказал, что у него есть один чудной матрос - моряк он хоть куда, да к тому же отличный повар, но кореец по национальности и поэтому, поклоняется каким-то своим богам, иногда совершает какие-то ритуалы, но при этом это ему никогда не мешает четко нести свою службу, ну так вот, этот кореец просит разрешения у сеньора на разговор. Доминик очень обрадовался, он и сам не знал как к этому подойти, если бы не его знатное происхождение - все было бы проще. А сейчас в свите королевы хоть и изгнанницы, он обязан был соблюдать определенные правила поведения. А теперь благодаря вмешательству третьего лица можно было решить этот щекотливый вопрос. Встреча состоялась. Кореец низко кланялся, складывал руки, улыбался и ждал первых слов господина.
  "Прости, что я наблюдал за тобой и нарушил твое уединение", - вымолвил Доминик. Кореец еще раз поклонился.
  - Скажи, это религия твоего народа, если можешь расскажи мне о ней.
  - Да, мой господин. Я Мастер по древнекитайскому учению Цигун Тай Цзы. Я родом из Кореи, но мой дед по матери - китаец, за сто лет до моего рождения, он вынужден был бежать со своей родины от жестокого феодала, да простит меня господин, там женился на корейской девушке, у них родилось много детей и среди них моя мать. Я родился, когда деду было сто двадцать лет ровно в один день с его рождением. Я был его единственным внуком, так как у всех детей рождались только девочки. И он очень обрадовался, когда взял меня на руки, он вырастил и воспитал меня до семнадцатилетнего возраста, а умирая передал мне свои слова - тайну, которых я постигаю до сих пор. Сейчас мне сорок три года и все эти годы я продолжаю традиции Цигун, завещанные мне дедом. Это не мешает мне, а наоборот помогает в жизни. Я сразу вас заметил, а так же я определил, что вы не просто наблюдаете за мной, а взаимодействуете, как бы улавливаете энергию ци, которая проходит через меня. Видя такое отношение, я решился поговорить с высоким сеньором. Кроме постулатов, ритуальных упражнений я работаю над программой, которая определяет мой жизненный путь - это и есть слова моего деда, которые я по мере своей реализации все более и более постигаю. И один из смыслов, которые они в себя включают: спасение себя - через спасение своих учеников, но как раз эту сторону я не мог отработать, плавая наемным матросом на кораблях. У нас в Корее, где сильны традиции нетрудно проявить себя в учениках, совсем другое дело среди людей не имеющих отношение к религии ДАО.
  Доминик слушал его очень внимательно, ему не очень нравился этот человек, но он не мог не признать за ним силы, причем эта сила была двойной: энергии и знания. И если первого своего учителя отца Торио он вспоминал с теплым чувством любви и благодарности за доброту и самоотречение, то в корейце он ощущал силу огромную, порой жестокую, но одновременно его тянуло постичь ту истину, на что опирается эта сила.
  - Я понял, что ты предлагаешь мне знания и работу. Как высокий сеньор я не в праве становиться учеником человека низкого сословия если он не мудрец, монах или философ. Для разрешения этого вопроса я должен обращаться к королю или королеве. Я думаю ее Величество может разрешить мне брать у вас уроки, если сочтет это нужным, но объясните мне как должен выглядеть путь вашего ученика, сможет ли он продолжать выполнять обязанности и не уронит ли он честь рыцаря ее Величества?
   Кореец поклонился.
  - Досточтимый сеньор, в нашей стране не учитель просит ученика прийти к нему в ученики, но здесь я поступаю против правил. Я подозреваю о влиянии силы, которая заставляет меня это делать, и я подозреваю о силе, что заставит вас отбросить свое высокое положение, которое только мешает на пути к вашему совершенствованию.
  Доминику глубоко запали эти слова. Он задумался, затем сделал знак матросу, чтобы тот удалился, бросив вслед.
  - Я тебя позову.
   * * *
  И опять закружился водоворот жизни вокруг королевы, Доминика и Флорены. Остальные пассажиры совсем потеряли представление о времени и месте нахождения, ими все воспринималось через призму боли и мук неопределенности, для них это была плавучая трюма, выхода из которой они не находили. Флорена, тем временем, поняла что тактика совсем не имеет успеха у объекта ее чувств, а лишь вызывает недоумение у окружающих, но остановиться уже не могла. Начав, из меркантильных соображений, порожденных скукой, она попалась на собственный крючок. Игриво начиная разговор с молодым человеком и наталкиваясь на откровенное непонимание им внутренней подоплеки, девушка терялась, расстраивалась, искала поддержки у королевы. Но Шарлота сдержанно сторонилась этих взглядов, ищущих сочувствия. То, что эта красивая девушка так стремится привлечь внимание юного рыцаря болью в сердце отзывалось и тормошило подавленное чувство королевы.
  Все было бы тихо и спокойно, Шарлота где-то в глубине души наслаждалась отсутствием людей, короля, обязанностей королевы и могла спокойно всей душой отдаваться этой волшебной атмосфере, что возникает вокруг влюбленных, при этом нимало не нарушая долг и не затрагивая честь. Молчаливо установленная между ними дистанция вполне ее устаивала, ей достаточно было взгляда, слова, жеста или просто присутствия, ощущения его рядом и ничего в мире ей уже было больше не нужно. Временами забывая обо всем, глядя на безбрежный океан она ощущала только его присутствие и любовь, любовь к нему и жизни. Но тут оказалась эта девочка, юная прекрасная, такая слабая вначале, - ее с трудом удалось вытащить из глубокой меланхолии.
  Но с того времени прекратилось их уединение душ, всегда вместе и между ними была эта назойливая "муха"! Но Доминик ее не замечал, она его не раздражала, и в своем служении королеве он воспринимал ее как часть обстановки на фоне которой царит она - Шарлота! Две женщины вдруг обнаружили друг друга, наконец они определилсь соперницами. Для Шарлоты это была "точка боли" - обострение любви, и ее подавление долгом в этой "точке" могло кончиться, она могла не справиться, ведь очень трудно день за днем, миг за мигом подавлять свою любовь, и если при этом еще кто-то извне вскрывает этот нарыв, тревожит его и пытается туда забраться, то - то от чего ты добровольно отказываешься, начинает болеть еще сильнее. Тогда очень трудно удержаться на прежней позиции - спокойной братской любви ко всем людям одновременно.
  Флорена же, осознав, что ее тактика не имеет успеха из-за соперницы, воодушевилась еще больше. Девушка принадлежала к категории людей, которым просто необходимы трудности, они живут только в минуты борьбы, они живут только борьбой...
  При дворе Флорена быстро и легко сделала карьеру, оказавшись ближайшей фрейлиной королевы из-за своего борцовского характера, мир интриг был ей близок. В душе актриса, девушка ежедневно проигрывала сцены для себя и для людей ради цели. Но когда возникла опасность и они оказались в изолированном маленьком мирке и ее судьба ей уже не принадлежала, Флорена растерялась и чуть не заболела, но благодаря помощи королевы, справилась и обретя цель - вновь ринулась в атаку.
  Не удовлетворившись первым поражением, она как разъяренный бык искала цель и нашла - королева - причина ее неудачи ! Задохнувшись от ярости в своей догадке, она тихонько собралась, затаилась и начала наблюдать. Королева же растревоженная в своей чистой любви, потеряла контроль лишь на несколько мгновений, когда взгляд ее был не достаточно холоден и отстранен и ... была разгадана! Драма назревала. Один Доминик не ощущал возникшей напряженности, он только вздохнул с облегчением, что не надо уделять так много сил и внимания на бесконечные обращения к нему младшей фрейлины королевы. А Флорена превратилась в грустную и задумчивую девушку, ее большие черные глаза подолгу останавливались на юноше, затем медленно переводились на море, по щеке катилась слеза, она начинала декламировать стихи, пела баллады о любви, предательстве и разлуке.
  А королева ушла в тень поняв, что ее тайна раскрыта, она мучилась и не могла себе простить душевной слабости, не могла простить Доминику, что он оказался на ее пути, и она в своих глазах пала так низко. По существующим нравственным законам того времени, принцесса могла стать только женой короля и только один раз и единственной альтернативой этому мог быть только монастырь. И в понятиях этой целомудренной женщины не было места любовным приключениям, и поэтому минутная слабость даже платонического чувства расценивалась ею как настоящее предательство и нарушение супружеского долга. Она жестоко себя казнила и начала таять, ежеминутно кляня себя, с трудом заставляя выходить и исполнять ежедневный церемониал. Стыд сжигал ее, королева начала ненавидеть себя, Флорену и Доминика. Шарлота находилась в глубоком кризисе: все сложнее и сложнее было заставлять себя выходить, улыбаться, отвечать на вопросы.
  Уже все заметили, что с королевой творится неладное - центр любого общества, сейчас это была ее слабая тень. Ее золотистые волосы цвета спелой пшеницы как-то потускнели, карие с золотистыми искорками глаза, которые всегда любовались миром широко распахнув пушистые темные ресницы, теперь были опущены, веки припухли и покраснели как будто выжженные горячим ветром пустыни. Да в сердце Шарлоты действительно царила пустыня: зной, раскаленный песок и ни капли воды. Ах как нужно было этой женщине - королеве простое человеческое слово. Но где она его могла найти? Ее придворные фрейлины были настолько сломлены сами и их духовный строй совсем не соответствовал этике королевы, они ее просто не смогли бы понять, у них не существовало подобных комплексов и связанных с ними запретов. Флорена же была охотником, она возглавляла охоту на королеву: " Ату ее! Идет королевская охота!". Старый рыцарь - болен и он являлся доверенным лицом короля, как бы его частичкой, призванной блюсти честь королевы.
  Что же делать ? Господи, помоги королеве! Доминик почувствовал неладное, но не мог определить откуда идет опасность. Он был не искушен в интриге, да и трудно допустить, что юная красивая девушка, такая нежная и утонченная, может создать такой накал и так затравить жертву. То, что жертвой стала королева, он уже понял и догадывался, что именно он является причиной ее несчастий, ибо она избегала своего пажа всеми возможными средствами и во взгляде ее прекрасных газ сквозила мука. Положение осложнялось день ото дня, и Флорена в своей патетике уже начала терять допустимые рамки.
  И возникшая напряженность, болевая точка должна была рано или поздно прорваться...
   * * *
  
  III. Г Л А В А : ОСТРОВ И Д О Л А.
  
  1. " ЗЕМЛЯ ! ", - ВСЕГДА ЛИ СПАСЕНИЕ ?
  2. ЛАГЕРЬ ТУЗЕМЦЕВ И КОРОЛЕВА.
  3. КАМЕНЬ О Д И Н А НАЧИНАЕТ ДЕЙСТВОВАТЬ.
  4. ИДОЛ ИЛИ О ТЕХ , КТО ЕГО ОСТАВИЛ ЛЮДЯМ.
  5. ИСТОРИЯ ПАДЕНИЯ БЫВШЕГО ЧЕЛОВЕКА.
  6.РИТУАЛ ПОСВЯЩЕНИЯ Т Ь М Ы.
  7. КАМЕНЬ О Д И Н А И И Д О Л, ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ДВУХ ЭНЕРГИЙ.
  8. РАВНОЦЕННЫЙ (!??) ОБМЕН.
  
  
   Корабль скользил по зеркальной глади океана, солнечные лучи многократно отражались в воде и на медных деталях в обшивке корабля, который шел на веслах при полном безветрии в мареве экваториального жара. И вот движение ... " Вперед смотрящий" - подал голос : " Земля!". Все всполошились, очнулись, блеснула радостная искра надежды. Даже жертва и охотница на мгновение забыли и своем противостоянии и одновременно буквально "кинулись" к правому борту, пытаясь разглядеть то, на что указывал матрос. Каравелла слегка изменила курс и теперь приближалась к острову.
  Землей оказался остров в океане, достаточно большой, так как его границы выходили за рамки поля зрения путешественников. Всеми овладело радостное смятение. Кто-то что-то пытался собрать. Гребцы налегли на весла. Каравелла плавно входила в лагуну острова. Шарлота ушла в каюту и дала волю слезам, болевая пелена из-за изменения обстоятельств наконец смогла прорваться. Она плакала от одиночества, от дистанции, которую вынуждена была все жизнь выдерживать по отношению ко всем людям, у нее никогда не было близких, ее подруги были почтительны, мать - прекрасна и недосягаема - как идеал королевы, а отец, лишь в далеком детстве брал ее на руки, она прижималась к его сильной груди и чувствовала себя в безопасности. Как сейчас ей не хватало такой защиты, но и ему она не раскрыла бы своей тайны - своего постыдного чувства - Хотя читатель, конечно с некоторой долей непонимания принимает тот накал боли, что вызывает по его мнению такая ничтожная причина. Но не забывайте, мои уважаемые, ведь она была КОРОЛЕВОЙ. Рожденные на Олимпе - от рождения обречены на одиночество, туда не смеет подниматься больше никто, но и высокорожденные, даже задыхаясь в душной атмосфере условностей и этикета никогда не спустятся, чтобы глотнуть воздуха - простого, ни такого разреженного. И им проще погибнуть, чем переступить через черту. И вот на знании этого и построила ловкая фрейлина свою интригу:" что положено льву - не доступно шакалу, а что смеет шакал - не смеет лев!"
   Вернемся к нашему герою. Он заметил, что королева ушла с палубы и решил что она собирается. Корабль бросил якорь и четверо матросов на шлюпке отплыли.
  Все стали ждать их возвращения, но прошло условленное время, на берегу возле привязанной лодки так никто и не появился. Тревога и нетерпение возрастала. После стольких месяцев плавания быть у земли и не выйти! К тому же начали приходить к концу запасы пищи и пресной воды. Капитан принял решение отправить еще шестерых, они хотя смогли бы дать сигнал тревоги или помочь товарищам, отправившимся ранее, уходить от острова ничего не узнав и не дождавшись матросов было нельзя. Матросы уплыли, через некоторое время они вернулись, сообщив что все спокойно, но следов товарищей они не нашли, которые по-видимому слегка забылись, очутившись на твердой почве.
  Пресная вода на острове есть и очевидно водиться дичь, решено высаживаться, а так как на корабле командует капитан, о королеве в этой суматохе никто не вспомнил. Лишь Доминик ни на минуту о ней не забывал и как верный паж ждал когда ее Величество соберется и соизволит выйти. Все уплыли. На корабле остались четыре человека команды, штурман, Доминик и королева. И вот когда группа людей скрылась в прибрежном лесу, двигаясь очень осторожно цепочкой, что то изменилось.
  Доминик это понял внутренним чувством, какое-то напряжение повисло в воздухе, возникло ощущение опасности, но трудно определить откуда. И вдруг перед юношей вырос человек - не человек - чудовище совершенно жуткого вида: гигант ростом более двух метров, совершено голый, не считая набедренной повязки, лицо его раскрашено и превращено в маску животного - толи носорога, толи тапира - трудно разобрать в эти считанные секунды, но преображение лица в звериное подобие пугающе естественно. В одно мгновение на юношу сзади наброшена сеть и вот он беспомощный связан и обездвижен. Краем глаза Доминик увидел бьющегося в сетях штурмана и троих матросов, корейца нигде не было. Жуткие создания молча, не издавая не одного звука двигались по кораблю, вот спустились вниз и через какое-то время, почтительно склоняясь и делая необычные телодвижения, вывели королеву.
  Вернее сказать, это она их вывела, бледная и взволнованная, золотые волосы волной спускались ниже пояса, в платье цвета черного винограда, на стройной шее простой крест, но на правой руке сверкал рубин Одина. Дикие люди приседая и закатывая глаза судорожно дергались, образуя коридор, Шарлота, гордо ступая, шла между ними, голова приподнята, ласковые губы сжаты в твердую линию: "Ее подданные в опасности!" Не осталось и следа от ее слабости, еще час назад, съедаемая муками совести - сейчас это было олицетворение достоинства и силы.
  Королева ! И этим все сказано. Дикари - полулюди сразу почувствовали, что это Существо никогда не встанет с ними рядом, и не могут касаться их ноги земли, где так гордо выступает эта женщина. Но не это их остановило и привело в замешательство, облик королевы среди людей, даже туземцев был вторичен и мог пройти незамеченным, подумаешь, попалась редкая птичка - очень необычная и экзотическая по их меркам - возьмем и ее ! Остановила сила Камня. И если камень Одина не мог помочь Шарлоте в ее борьбе внутри себя, то сейчас его сила была направлена на внешнего врага.
  Людей в сетях занесли в лодку, свободно вошла в нее королева, так они переправились на берег. Туземцы прекрасные пловцы и им ничего не стоило вновь преоделось расстояние, толкая перед собой лодку с пленниками. Именно таким же образом, но под водой, дыша через тростинки они ранее подобрались к кораблю, причем так тихо, что их никто не заметил, лишь Доминик ощутил волну тревоги - но как оказалось поздно. Об этом размышлял юноша - паж королевы и рыцарь, беспомощно "покоясь" в сетке, как дикая кошка у звероподобных полулюдей, и сейчас ничем не мог он оправдать своего звания и должности. И то что он является сыном герцога, то что он умен и силен ничего не значило.
  Природа, небо, солнце все так же прекрасны в своей первозданной чистоте и ничто не нарушало их гармоничного единства, а то что люди людей несут на палках, связанных как диких зверей нисколько не возмущало картины бытия. Мирозданию были безразличны людские страсти и желания, радость и боль. Рыцарь от таких мыслей не потерял силы духа, а наоборот сконцентрировался и оценивал ситуацию. Из всех на свободе скорее всего лишь один человек - кореец, его не было среди пленников, хотя он и находился на корабле вместе со всеми, то есть оставалась надежда на помощь извне, плюс свои силы, но прежде всего нужно увидеть куда их принесут, постараться обнаружить первый пропавший отряд и людей вместе с капитаном, главное, чтобы эти дикари собрали их в одном месте. Если же они спрячут пленников маленькими группками по всему острову, то будет намного сложнее освободиться и выручить остальных. А пока оставалось только ждать, неизвестность скоро кончится.
  Шли в глубь леса достаточно долго - около двух часов, королева молча следовала позади группы. Лес густой и старый, деревья, лианы, кустарники - все переплеталось и теснило друг друга, необычные птицы с ярким оперением, порхали прямо над головами идущих. Туземцы очень хорошо развитые физически предпочитали нести своих пленников на руках, справедливо полагая, что так гораздо безопаснее и быстрее их можно доставить. Наконец вышли на очень большую поляну: лес обступал со всех сторон, но границы терялись за горизонтом. Судя по всему наши путники приплыли к очень большому острову и племя, живущее здесь, себя чувствовало вольготно, это их дом, их страна и ничто не говорило хоть о каком-то признаке цивилизации.
  Долина была превращена в поселение: кругами по двадцать-тридцать хижин располагались меньшие поселения с кострищами внутри. Эти круги образовывали цепочки по окружности поляны, всего цепочек было семнадцать, они уменьшались количеством кругов к середине. В результате центральный круг образовывался из шестидесяти семи хижин с большой поляной по-середине, немного сбоку от центра стоял длинный шест, рядом яма, сбоку слегка поодаль- странный дом, так же из ветвей, но форма не шатровая, а многоугольная с одним входом со стороны кострища. Слева от этой" архитектурной" композиции - огромный камень - валун, а на нем деревянный идол огромных размеров, вместе с камнем он составлял около десяти метров высоты и производил впечатление гиганта. Оно усиливалось тем, что эта деревянная скульптура была очень искусно вырезана и представляла собой человека, причем не туземной наружности, а скорее европеоида. Хотя голова была очень большой и удлиненной в затылочной части, глаза представляли собой узкие прорези, нос начинался с середины лба, острый подбородок рассекала щель рта, ушей вообще не было видно. Руки разведены в стороны и немного вверх, как-будто человек вот-вот взлетит, ноги вместе и даже ступни плотно примыкали друг к другу. Нет это не европейский тип , а скорее что-то из будущего, но может не совсем человеческого... земного. Еще одна интересная особенность статуи в том, что мастером была очень тщательно вырезана вся одежда идола, она производила впечатление облегающего комбинезона, но в центре груди на уровне сосков - выемка и оттуда - исходило мерцание камня ярко-красного цвета с воронкой посередине, уходящей в глубь, а ниже треугольником располагались три пластины из нефрита. Если добавить к этому, что сама фигура выточена из черного дерева, которое здесь не росло, и что оно уже от древности приобрело вид и структуру черного благородного агата, то вы сразу поймете какая аналогия пронеслась в мыслях Доминика. Черное кресло в замке отца и черная статуя на острове дикарей, попавшая сюда непостижимым образом.
  Пленников освободили от сетей и тут же каждого по отдельности привязали к специальным небольшим копьям, врытым в землю на расстоянии метра друг от друга (видимо пленники на острове не редкость - все отработано). Шарлоту никто не тронул, ее все почтительно обходили, делая друг другу какие-то знаки. На другой стороне поляны другой ряд копьев занят ранее ушедшими спутниками Доминика, там же и капитан с остальной частью матросов. Женщины-фрейлины и их служанки привязаны наравне с мужчинами. Надежда на этих людей рассеялась как дым костров, горящих поодаль.
  Когда королева увидела всю эту картину, силы на миг оставили ее, она почувствовала свою слабость перед обстоятельствами. Раньше достаточно было одного ее взгляда и десятки людей тут же бросались исполнять любое ее желание. Сейчас на чужой земле, среди жутких полулюдей, она бессильна, а ее подданные, верные слуги оказались в плену и неизвестности. А от нее - королевы теперь ничего не зависело. Даже ее верный рыцарь - паж, она все еще боялась на него смотреть, тоже бессилен! Шарлота в смятении опустилась на ближайший камень, но туземцы, тут же подскочив, подали ей некое подобие кресла, сделанное из тростника (в такой ситуации это выглядело смехотворно). В ожидании прошел весь день, вечер и ночь. Шарлота вставала и в чашке, выдолбленной из какого-то растения обносила пленников водой, ей никто из туземцев не препятствовал, но даже женщин не разрешили развязать. Она пыталась объясниться со старшим, как ей показалось из стражников - но он сделал огромные глаза, сложил губы трубочкой и пронзительно свистнул, тут же как из-под земли возникли другие. Они своими телами оттеснили Шарлоту к ее "креслу", при этом стараясь не дотрагиваться до нее, а лишь выстраивая стенку. Медленно тянулись часы плена, а жизнь в селении шла своим чередом.
  Прежде всего хочется описать жителей острова. Люди очень высокого роста, мужчины более двух метров, женщины им под стать. Сильные и развитые физические тела, с рельефной мускулатурой обтягивала красно-коричневая кожа. Глаза очень светлые - серо-голубые, но не яркие, и этот контраст вначале очень неприятен, трудно ожидать такого сочетания, во всем остальном черты лица отвечали типу негроидной расы. И еще одна дисгармоничность облика делала их неестественными - при огромном мощном теле - очень маленькая голова с каким-то птичьим затылком и поэтому, на свои короткие курчавые волосы туземцы одевали огромные головные уборы из трав, цветов, птичьих перьев. В общем впечатление прямо скажем не очень, не говоря о таком приеме. В поселке в это время можно было наблюдать много женщин и детей, стариков и старух и все суматошно что-то делали, о чем-то кричали и ощущалось всеобщее радостное возбуждение. К ночи, наконец, все успокоились, разошлись по своим хижинам и остались только стражники и наблюдающие за кострами. Домашних животных в племени не видно, сельскохозяйственных орудий тоже. Видимо племя еще находилось на очень низкой ступени развития.
   * * *
  Настал рассвет. Доминик как всегда пробудился, вернее в данной ситуации, очнулся за полчаса до восхода. Его волновала тишина, которая воцаряет в эти минуты. Природа как бы встает на колени, склоняет голову и протягивает руки в сторону прихода Властелина мира. Молчат птицы и ветер, затихнув, не шевелит ветвей деревьев. Тьма еще явно ощутима, ее можно потрогать, кажется, что нет надежды ни на что, но мгновение..., и в душе раздаются звуки оркестра, небо на востоке светлеет, отделяется этим светом от линии горизонта. Первый пронзительный луч... и целая гамма света и звука захлестывает этот мир. Все оживает, пробуждается и благодарит, благодарит судьбу за тот восторг, что пережило при самом великом акте во всей драме жизни. И вот Оно - Само - вечное и великое Светило, дарует себя всему, его лучи ласкают все, для всех восходит оно каждое утро и всем дарит свое тепло и свет.
  Эти часы Доминик всегда проводил в молитве, он входил в особое состояние, сознание его перемещалось и охватывало весь мир, вселенную, мироздание. Тело живо и полно энергии, но главная его суть пребывала во всем и везде и даже, он чувствовал себя единым с солнцем, с Богом-Отцом. Проходили мгновения, Доминик возвращался, переводил дыхание и с огромной любовью обозревал все, что принадлежит Богу и составляет с ним одно целое. Так и сейчас, тело заковано, связаны руки и ноги, но великой Дух юноши над всем - вечный и безграничный. Вот откуда у этого еще совсем молодого человека была сила, милосердие и мудрость...
  ...Внезапно Доминик почувствовал еще чье-то присутствие, стражники все так же спали, растянувшись вдоль костра, но юноша понял, что у него освободились руки, затем перерезались ножом путы на ногах и ему вложили в руки нож. Мелькнула фигура корейца, он разрезал веревки у соседнего матроса. Юноша бросился к женщинам, но одна из служанок, увидев его, испуганно заверещала - глупая курица! Шум сразу разбудил стражу, поднялась тревога. Доминик с корейцем едва смогли спрятаться, а затем залезть на мощную крону дерева стоявшего на окраине поляны. Дерево было такое могучее и дремучее, что в нем мог бы спрятаться целый отряд. Они затаились, внизу туземцы внимательно всматривались в землю, ища следы беглецов, посмотреть вверх, они почему-то не догадались. Вернувшись ни с чем, дикари сердито перекликаясь еще раз проверили и затянули веревки, сделанные из лиан, на руках и ногах пленников.
  Окончательно взошло солнце, из хижин повысыпали дети, женщины и старики в ожидании чего-то, они прикладывали руки к бровям, к губам, что-то показывали и издавали какие-то звуки, нетерпеливо вглядываясь в горизонт. И вот их ожидание увенчалось успехом. Показалась группа людей: впереди они несли на носилках какое-то подобие трона. На нем восседал человек, разукрашенный под дикую кошку, а его огромные бледно-голубые глаза смотрели не мигая на людей, склонившихся перед ним. За его носилками колыхались в движении мерного ритма еще трое носилок поменьше. В двух - сидели молодые женщины, видимо его жены, так как их лица тоже превращены в маски животных семейства кошачьих. А на третьих сидела рогатая ... старуха, рога конечно были не ее , а толи от буйвола, толи от быка, но весь ее вид привел бы в содрогание даже туземца этого племени. И если перед первыми повозками все склонялись с подобострастием, то перед последними - просто в ужасе падали ниц.
  Трудно описать эту ведьму, а это была именно ведьма племени-шаманка или как ее все в страхе и почтении величали - иохабе. Когда носилки поставили, вождь остался сидеть на своем троне, жены устроились на земле у ног повелителя. Шаманка встала во весь рост и прямиком направилась к пленникам в сторону королевы.
  Шарлота сидела окаменев от волнения, бледное лицо, горящие искрами золотых брызг карие глаза, сведенные брови, сжатые губы. Волосы гладко зачесанные назад, были заплетены в толстую косу, спускавшуюся к самым стопам сидящей женщины. Руки судорожно впились в подлокотники. Словно скульптурное изваяние, прекрасное и незащищенное человеческое существо, былинка в руках судьбы и ...
  Ведьма: огромного роста, как мужчина этого племени, но голова ее, в отличии от этого туземного типа, пропорциональна туловищу; волосы седыми космами выбивались из-под убора из рогов, костей, каких-то перьев и колючек. Прямое костистое тело прикрывал плащ, сплетенный из травы и украшенный камушками, ракушками, перьями и колокольчиками из черепков мелких животных, они, собранные в пучки свободно болтаясь там и сям по всей одежде, ударялись друг о друга и вызывали треск и клекот. Но сильнее всего было впечатление от ее лица: оно просто завораживало - глаза очень светлые и какие-то водянистые с огромными веками и верхними и нижними, создавалось впечатление, что они вынесены намного вперед всего лица, как-бы вправлены или приделаны и никак не составляли с ним одного целого. Очень темная кожа, обтягивала скулы, небольшой нос, сморщенные губы, которые кривясь приоткрывали показывая беззубый рот, и уши с оттопыренными раковинами и оттянутыми вниз мочками почти до плеч. Шеи почти не было, но сутулая фигура отражала силу и энергию.
  Шарлота, встретившись взглядом с этими глазами, которые двигались и жили своей жизнью впереди лица, обмерла и завороженно смотрела на приближающуюся ведьму. Правая рука судорожно сжала распятие висящее на груди, крышечка у кольца сдвинулась и камень, поймав в свой фокус солнечные лучи, ударил ими в несущиеся на нее глаза. Одну секунду продолжалось движение по инерции, глаза шаманки захлопнулись, затем еще больше вытаращились, замигали, из них потекли слезы, кровавые слезы. Ведьма обхватила лицо когтистыми руками, закрутилась на месте, с воплями и воем упала на землю и продолжая кататься, начала пригоршнями хватать золу из костра и разбрасывать ее вокруг себя что-то крича.
  Все оцепенели. Она тем временем, набирая силу поднялась, закружилась и пошла волчком с воем по кругу, изредка останавливаясь, взбивая руками седые космы волос, визжала и выла, пока не дошла до идола, стоящего на пьедестале камня, упав перед ним навзничь, шаманка принялась биться головой о землю у его подножия постепенно затихая. Солнце поднималось, вот его лучи осветили лицо статуи, спустились на грудь и произошло то же, что Доминик видел в далеком детстве, та же дуга света-силы из трех нефритов возникла и ушла в воронку кровавого камня, а оттуда веером вылетели искры света и накрыли собой значительное расстояние перед статуей и в том числе лежащую ведьму. Она сразу ожила, глаза прекратили источать слезы и кровь.
  Все это время Шарлота пребывала почти в трансе. Она даже не поняла, что случилось и никак это не связала с действием кольца. Доминик и матрос-кореец тоже с изумлением наблюдали эту сцену. У них еще не было плана освобождения пленников, сначала надо определить, что тех ждет и как скоро, а затем решать, что делать вначале: захватывать свой корабль, на котором сейчас туземцы или освобождать пленников; и от того, что сейчас произойдет зависело их решение. Туземцы не двигались, пленники, наблюдавшие эту сцену, в зависимости от своего физического состояния по разному восприняли увиденное. Например, капитан с матросами и штурман воодушевились, а женщины мало что поняли, их онемевшие от веревок тела доставляли им столько страданий, что ни о чем кроме своих страданий они уже не могли думать.
  Старуха-туземка тем временем что-то кричала вождю, била себя по голове, рвала волосы и из губ ее брызгала слюна. Жены вождя сложив руки лодочкой, прикрыв глаза, раскачиваясь и подвывая, вторили ведьме. Вождь молчал, глаза его не мигая смотрели на Шарлоту. Он встал, отстранив трех женщин и неторопливой походкой отправился обходить пленников. Около мужчин он не остановился, разглядывал только женщин, изредка бросая косой взгляд в сторону королевы. Пройдя мимо старших фрейлин и их служанок, он остановился около Флорены.
  Взмахнул рукой - ее отвязали. Девушка рухнула на землю всем своим телом, от боли в занемевших суставах она ничего не соображала. Вождь снова махнул рукой подбежали старухи и начали растирать ноги и руки Флорены, та закричала от боли, слезы брызнули из глаз, но после такого растирания смогла подняться. Вождь обошел вокруг, все время как бы сравнивая с королевой, заставил открыть рот, осмотрел зубы, а затем махнул рукой своим женам. Они подбежали с почтительностью двух фурий, схватили девушку и поволокли в сторону большого шатра, та кричала и пыталась отбиться, но грохот барабанов и еще каких-то ударных инструментов заглушил крики несчастной. Королева пыталась прийти на помощь фрейлине, но была остановлена опять молчаливой стеной туземцев. В результате Шарлота смогла лишь с жалостью проводить взглядом уводимую девушку.
  Вождь поднял руку и махнул своим войнам, они сразу же бросились к привязанным женщинам, отвязав рассматривали их и очень быстро всех разобрали. Наши путешественники поняли, что женщины предназначались в качестве жен или рабынь. Слезы бессилия текли по щекам Шарлоты: " Уж лучше бы остались в осажденном городе". Доминик побледнел и кусал губы, сжимая в руке нож, которым не мог воспользоваться. Страшно переживая за участь королевы, он знал, что пока они на свободе у пленников есть шанс спастись. Кореец хмуро молчал.
  Действо продолжалось, на кострище натащили огромную кучу дров, запылал костер. Грохот барабанов нарастал. Ведьма прошлась вдоль пленников, она придирчиво их оглядывала, то качала головой, то кивала, говоря сама с собой, отобрала четырех. Махнула, подбежали войны, отвязали троих матросов и капитана и сорвав одежды поволокли к подножию памятника. Надежда погасла в глазах королевы: " Мужчин ведут убивать и она должна это видеть!" Несчастных бросили на землю и один из туземцев с маской из птичьих перьев под какофонию звуков издаваемых местным оркестром, с острым ножом приблизился к выбранным пленникам.
  Шаманка кружилась в диком танце, весь лагерь дикарей пришел в движение: все кружилось, дергалось, прихлопывало, притопывало. Бубны ли - барабаны издавали единый рокот, ритм приобрел очертания. Казалось даже природа замолчала с удивлением взирая на людское безумие. Все сейчас существовало в едином ритме: Бумм-та-та, бумм-та-та,- на двенадцатом круге он прервался дробью и опять Бумм-та-та, бумм-та-там!. Деревья застонали, раскачиваясь: бумм-та-та, ветер порывами приносил запах леса и океана, перебивая запах костров: бумм-та-та, облака бежали по небу, набегая на солнечный диск: бумм-та-та!!!
  Доминик в отчаяние зажал руками уши, кореец лишь еще крепче сжал губы и глаза превратились в две щелки, оттуда вырывался взгляд, которым можно было обрезаться. Бумм-та-тамм!!
  Шарлота лишилась чувств, бессильно откинув голову на своем кресле.
  Кольцо на ее руке кровавым глазом устремилось в небо.
  Туча закрыла дневное светило.
  Дикий танец.
  Грохот барабанов.
  Несчастные жертвы.
  Прекрасная женщина в глубоком обмороке.
  Идол с раскинутыми руками и кровавым камнем в груди.
  Ведьма у его пьедестала вертящаяся волчком в жутком завораживающем ритме. Все движется, все вздыхает, воет и кружится: Бумм-та-тамм, бумм-та-тамм!
  Палач с огромным ножом пританцовывая: бумм-та-тамм, приближается к жертвам...
   Камень Одина, прорвав тучу, послал ярко-красный луч в солнце, переломившись луч стрелой упал в на три зеленых нефрита и воронку кровавого камня на груди идола.
  Дуга, закручиваясь спиралью вонзилась в тучу вновь закрывшую солнце.
  Сверкнула молния! Грянул гром так, что вздрогнул остров.
  Небо ответило призыву людской боли и страха!
  Великий Один открыл силой своей бездну могущества природы.
  Земля казалось опустилась, сжавшись клочком суши в бескрайних просторах океана.
  А он могучий и бескрайний - великая праматерь жизни на этой земле, вздохнул, взорвав свои недра, в ответ на гнев неба; еще вздохнул, подняв свои воды на высоту самых великих горных пиков; выдохнул и ... гигантская волна обрушилась всей яростью, вызванной болью и страхом маленькой горстки людей, - сметая все, ему не было дела до правых и виноватых. Все погибает под его могучей дланью. Идол скрылся в его водах, остались лишь голова с удлиненным черепом и кончики распахнутых ладоней.
  За одно мгновение остров исчез, лишь деревья качающиеся на волнах и на них птицы.
  Доминик и матрос крепко держались за ствол своего дерева, которое при первом ударе грома с грохотом повалилось прямо на поляну, по счастливой случайности, совсем рядом с Шарлотой. Они вдвоем подхватили бесчувственную женщину на руки....
  И теперь - бескрайняя синь океана, ствол огромного дерева и на нем три человека. Что было - все исчезло по воле великого Бога древних друидов.
  Конечно не все читатели согласятся с таким толкованием. Всегда есть скептики и любое событие ими раскладывается, объясняется, становится плоским и однобоким. Да, конечно не только волшебная сила кольца произвела все эти разрушения. Описываемый нами остров находился в зоне неблагоприятной сейсмической активности и раз в тысячелетия или два , но подобные разрушения были, но не такие грандиозные, как в этом случае. Сейчас он был полностью затоплен и являл собой дно океана. Многие тысячелетия стояла на острове фигура существа, которой всегда поклонялись племена людей. Они имели очень низкий уровень развития, так как природа на острове давала все и вдосталь, климат был мягким и не требовал от людей напряженного труда в борьбе за выживание. А то небольшое развитие, которое все же происходило в сознаниях людей, вновь сдавало свои позиции во время очередной катастрофы на острове. Во время разгула стихии выживали случайные не самые развитые особи в моральном и умственном плане, а наоборот наиболее дикие, близкие к природе.
   * * *
   Таким образом существовало племя, очень большое, так как эти полулюди были крепки физически, плодовиты, не перегружались в поисках добычи и не вели между собой войн. У них был общий бог - идол, который предписывал одного жреца или жрицу и одного вождя. Из-за низкого морального уровня и высокого физического в племени царил культ сильного, жестокость поощрялась и ни о каком правосудии никогда не велось и речи. Делить, кроме жен, было нечего - орудия: ножи и копья, стрелы и веревки составляли основное богатство туземцев. Между ними не существовало товарного обмена, так как никто ничего не выращивал и не производил. Всего и так было вдоволь и единственными видами соперничества в племени это состязание в силе. Самый сильный имел самое большое количество жен.
  Но все же была в жизни племени идея, которая делала их хоть как-то слегка приближенными именно к человеческой расе - это религия, то чего никак не могло быть у животных. Если на острове не было бы скульптуры, то эти люди поклонялись бы силам неба и земли, но так как уже имелось изображение чего-то огромного, сильного и необычного, то религия исповедовала культ идола. Но это делалось не только из-за одного его присутствия: люди заметили, что в определенные часы в связи с солнцем, происходит взаимодействие лучей и камней на груди исполина, и веерообразный свет рассеиваясь и опускаясь на поляну перед подножием, вызывает у людей особое состояние, сродни опьянению от сока лианы определенного вида, но гораздо ярче и сильнее, выразимое неким искривлением пространственного восприятия. Люди забывают обо всем, лишь бы еще раз за разом прочувствовать это ощущение ирреальности другого мира, какого - они не могли понять.
  И этим воспользовалась верхняя каста вождя и колдунов, благодаря чему они могли держать племя в узде: иногда ограничивая доступ к вожделенной цели, иногда позволяя раствориться в трансе. И кроме них, никто не мог этого делать, так как воздействие этого "нечто" на человека достигалось лишь при особом ритуале, который обычные члены племени не знали и поэтому они даже если бы и захотели получить наслаждение, то не смогли. Главным в церемонии были шаман или шаманка, они знали все и по велению вождя, одних допускали к таким оргиям, других нет. Вот с помощью какого механизма управлялось общество на острове...
   * * *
   Время шло. Шарлота очнулась и с удивлением оглядывалась: кошмар исчез, над головой бездонное небо, совсем рядом слышен плеск воды и она - на неудобном ложе из веток. Ее рыцарь и матрос сидят поодаль, их лица серьезны. Невесть откуда взявшийся ураган, так же неожиданно утих. От острова не осталось и следа, над водной гладью видны верхние ветви уцелевших деревьев, да руки и голова идола.
  Доминик с грустью думал о судьбе привязанных пленников, в таком положении у них не было и малейшего шанса на спасение. Туземцы прекрасные пловцы то тут, то там проплывали и добирались до сломанных плывущих стволов. На наших героев они теперь не обращали никакого внимания- не до пленников, себя бы спасти. На одном из таких плывущих деревьев Доминик и матрос с радостью увидели трех матросов и капитана, которых готовили для принесения в жертву и (о ирония судьбы) поэтому они уцелели, те перебрались к ним. Итого их было семеро : четыре матроса, капитан и королева со своим рыцарем на одиночно плывущем по воле волн стволе могучего дерева в бескрайних просторах океана. Подводное течение их мимо идола, вода потихоньку спадала, на его плече сидела ведьма, крепко обхватив шею скульптуры правой рукой, другой рукой она поддерживала что-то. Подплыв ближе, наши герои увидели, что этим что-то была фрейлина королевы Флорена. Проплыв почти вплотную, мужчины смогли втащить девушку к себе на плавучий ствол. Ведьма не пожелала расставаться со своим насестом...
   * * *
   ...Перед ее внутренним взором нескончаемой чередой проносились годы, как быстро меняющиеся картинки ее жизни. Да эта жуткая женщина, фурия в человеческом теле обладала недюжинной силой и не только физической. Лет ей было под пятьдесят, но это нисколько не отражалось на ее внешности. При взгляде на нее, возникало ощущение, что существо таким родилось и таким же умрет, если вообще сможет такой ужас в облике человека освободить людей от своего присутствия. Мы уже описывали ее внешность, но нисколько не останавливались на внутреннем содержании, но как известно именно характер и особенности души ярко и отчетливо проявляются через физическое тело человека.
  И если до двадцати пяти лет человек еще пользуется внешностью и здоровьем данным ему природой и кармой прошлых воплощений и рода, то после на его облик начинают оказывать влияние черты характера, поступки и следствия этих поступков. Постепенно тело желаний (астральное) человека настолько приобретает власть на индивидуумом, что становиться его второй натурой, причем главной, подчиняя себя его эфирно-физическое тело, проявляет себя через него и придает ему свои черты.
   И в конце концов человек внешностью своей представляет на всеобщее обозрение и суд свой внутренний мир во всей его красоте или безобразии. Мы говорим не просто о чертах лица и фигуры, которые сейчас приукрашаются, изменяются с помощью медицины, одежды и косметики, а об энергетике взгляда, мимике лица, движении тела и самое главное о такой почти неуловимой субстанции, что люди могут воспринимать и излучать - света. И конечно мы говорим не о физической природе света, а об эзотерической, той самой, которую мы улавливаем внутренним взором и в зависимости от света мы любим человека, хотим с ним общаться, либо наоборот, бежим от него, боимся или ненавидим.
  Человечество - Сын Божий от сотворения был прекрасен, силен и здоров, таким каким мог быть только Бог. И вот посмотрите на себя и вокруг на людей вас окружающих, красивы ли мы, здоровы ли и счастливы? Давайте вернемся к истории колдуньи и на примере ее жизни проследим возникновение ее современного облика. Кстати, хоть действие и происходит на далеком острове и во времена весьма от нас отдаленные, это так же правомерно по отношению к нам здесь и сейчас. И те, кто исповедует тот или иной путь овладения черными энергиями, так же современен, как и эта колдунья.
  Вы можете не согласиться говоря, что многие колдуны и маги имеют очень красивую внешность и во многом благодаря своим магическим усилиям. Да, мы не будем спорить, так как красивая, это далеко не значит, что привлекательная или приятная. Люцифер - этот падший ангел необыкновенно красив, не даром даже имя у него- сын Утренней Зари. А какой ужас он сеет вокруг себя и не надо ему даже ничего делать, достаточно просто его присутствие. Одно из имен дъявола - лукавый. Это значит, что для определенной части людей, которые лишены внутреннего видения, он может предстать в очень красивой, но обратите внимание "мертвой" оболочке, то есть в физическом теле, но лишенном света, не исторгающем из себя тепла и любви к людям и окружающей природе. А люди, обладающие внутренним зрением или связью с Ангелом-Хранителем, интуитивно видят за красивой внешностью холод и смерть - гибель души. Сыны тьмы не имеют внутреннего светильника, вместо него бездна - черная дыра, тьма аннигиляции и попав туда бедная человеческая душа, если уже миновала точку возврата, вырваться не сможет. Так же как в космосе, любое тело, особенно небольшого энергетического потенциала, попав в зону действия отрицательной энергии, засасывается и распадается навсегда. Но мы опять отвлеклись, вернемся же к нашей истории, которую мы вам раскрываем.
  Раннее утро, крик ребенка - это родилась дочь вождя у его шестой жены. Югма- назвали девочку. И она так же как и все дети этого племени родилась крупной и здоровой. Ее мать уже имела трех детей и для нее в этом событии не было ничего особенного, так часто воспринимаемого другими женщинами как волшебство и счастье материнства. В общей стае детей девочка росла, проводя все время в играх, еде и сне. Единственно, чем этот ребенок отличался от остальных - сосредоточенностью. Народ острова стоящий на очень низкой ступени развития не обладал такими качествами, как сосредоточенность, наблюдательность, или любознательность. В стае - а это была даже скорее стая, а еще не племя, царили главенство силы и ежеминутного удовольствия, не зависимо от чего или от кого оно исходит. И единственный источник удовольствия, который признавался всеми - это идол - Ол-ам-аах!
   Даже отец, если ему можно было идти к Ол-ам-ааху отказывался от любой из своих жен и даже от любимого напитка из сока Ляимды. У взрослых существовала единственная забота, причем она была скрытой и передавалась шепотом, тайными знаками и присвистом, суть которой состояла в участии в плясках около идола. После них, как правило, счастливчик трое- четверо суток валялся в блаженном сне, там же где упал во время танца. Но очнувшись он в воспоминаниях блаженно щерился, тер себя по ляжкам, ягодицам, груди, но вызвать подобное ощущение не мог. Распоряжался всем этим действом шаман - Кронле-кле. Он вместе с отцом долго и яростно ругался пока решали кто в следующий раз дня Умкей и часа Сух удостоится чести совершать ритуал. При этом отец всегда настаивал на своей кандидатуре, но Кронле-кле увещевал его, негоже вождю так часто надолго покидать племя, за это время соперник может захватить власть.
  Сам шаман, хоть и участвовал в действе, но никогда не забывался в его сладостном сне, а лишь еще ярче горели его черные глаза. У шамана не было жен и женщины никогда не входили в его жилище. Югма часто из-за кустов наблюдала за этим странным человеком, будучи небольшого роста, относительно людей племени, он имел большую голову и еще что-то необычное сквозило во всем его облике - какая-то сила и тайна. Шаман мог часами сидеть под палящими лучами солнца во всем своем шаманском наряде не шевелясь, с полуприкрытыми глазами и дыхание не вырывалось из его уст, лицо то было размягченно-спокойным, то вдруг начинало подергиваться и кривиться, потом его пронизывала судорога, тело начинало вибрировать, извиваться, а затем биться в агонии, пока его не охватывал спазм и в таком положении оно застывало. Проходило немного времени и Кронле-кле как ни в чем не бывало открывал глаза, вытирал пену с губ, растирал сведенные судорогой руки и ноги, поднимался и уходил в свой шалаш. Чудное его поведение не привлекало ни чьего внимания, так как это было обычным поведением любого шамана издревле, да и люди племени вообще любопытством не отличались.
  И лишь маленькая Югма от этого зрелища боязливо поеживалась, у нее сладко сосало под ложечкой, по телу пробегали мурашки и какой-то жгучий интерес - полувопрос, полувоспиминание будоражили ее еще неразвитое сознание. И так раз за разом, она прибегала наблюдать за колдуном, уже четко изучив признаки его надвигающегося состояния, глядя на это, сама почти впадала в транс, перед глазами возникали какие-то точки, пятна, неясные очертания предметов, тени, непривычные звуки врывались в детский мир. Однажды в кустах в таком вот состоянии ее обнаружила мать. Схватив за волосы, женщина проволокла ее по всему селению, громко крича и пиная, подтащив к ногам отца, она визгливо кричала, закатывала глаза и поднимала руки к небу. Девочке в то время исполнилось четырнадцать лет. Вождь решил предложить ее своему соседу-сопернику, в качестве обещания оставить ему место вождя после своего ухода за океан ( так у туземцев называлась смерть), но за это тот обещал оставить всякие попытки захватить власть.
  Югму причесали, разукрасили ее лицо перышками и крылышками жуков, разрисовав окантовку соком Гуйля. И в один из часов, когда луна и солнце смотрели другу другу в глаза и оба правили миром: солнце уходя, а луна сменяя его, разожгли костер, собралось все племя. Начались танцы, музыканты племени были очень искусны, они могли своими инструментами подражать звукам моря, леса, неба, выбивать ритм жизни людей. В зависимости от темы они разыгрывали целые картины из жизни племени или природы.
  Сейчас была церемония сватовства. Отец и жених сидели на возвышении в окружении своих жен - Югма должна была стать третьей женой - это очень поднимало статус мужчины, так как на острове хоть и было многоженство, но женщин явно не хватало. Девушку плотно окружили женщины и под звуки бубнов и трещеток начали кружиться в затейливом танце, ни на секунду не выбиваясь из ритма. Танец изображал естественный акт направленный на продолжение рода. В нем было все и прелюдия с заигрыванием и демонстрацией своих достоинств, и приглашение достаточно откровенное. Далее вторым внешним кругом в ритм танца вошли мужчины, они так же изображали начало любовных игр, ритм и скорость нарастали, танцующие кружились в двух кругах, вертящихся в противоположных направлениях, их тела покрылись испариной, волосы взмокли, кожа же наоборот в мурашках еще не удовлетворенного желания, глаза сверкают, зрачки расширены, губы раскрыты на встречу избранному партнеру и влажны, единый ритм не делает ни секунды остановки и не позволяет ни мгновения касания телами друг друга, страсть нарастает, тела непроизвольно подергиваются в инстинктивных движениях и это еще сильнее накаляет атмосферу действа. Наконец, кульминация достигает наибольшего накала , ощущения становятся осязаемыми, жар тел уже становится непереносимым без прямого физического контакта, это танец призыв, вожделение возросло до критической черты и ...
  Танец оборвался. Танцоры шатаясь упали на траву с трудом переводя дыхание. Зрители же наоборот, их возбужденные тела жаждут продолжения, но никто не уходит, таков закон. Действие разворачивается. Жених выходит в круг, испуганная невеста сжалась комочком на земле. Он приближается, поднимает ее , придерживая рукой за подбородок, всматривается в черты лица ( кстати, которые в то время были весьма приятны по туземным эстетическим вкусам) и кружится вокруг невесты в ритме танца гладит ее, касаясь все сильнее и продолжительнее, прижимается со вздохом отклоняется, вновь приникает уже крепче обхватив руками. Зрители и отдохнувшие танцоры образовав плотный круг, вторят звукам барабанов, хлопают и подвывают.
  Действие довольно быстро набирает обороты, все разгорячены, жених пылает, от него исходит запах крепкого мужского пота и еще чего-то. Девушка почти в полуобморочном состоянии едва поспевает переставлять ноги и поворачиваться, когда ее как тряпичную куклу крутят и мнут чужие потные руки, лезут туда, куда она тайком заглядывала в минуты юношеских фантазий.
  По обычаю племени жених становится мужем только тогда, когда на глазах у всего племени в конце церемонии овладевает невестой и чем дольше танец, а за ним акт, тем больше рукоплесканий мужчина получает.
  Югма в тяжелом состоянии полусна, полутранса. Перед ней мокрое в зверином оскале лицо, пожирающее ее глазами, вожделеющие губы дергаются, глаза налились кровью. Огромный мужчина, которого она прежде не знала в своем детском мире, обхватил ее своими сильными руками, его жаркое тело льнет к ней, пахнет зверем, дышит в лицо. Его движения все резче, все сильнее он сжимает и вертит безвольное тело девушки. Грохот бубнов, вой, улюлюкание толпы, клокочущее дыхание ... Девушка теряет сознание и падает в пыль у ног жениха. И в этот момент вдруг стрела вонзилась в землю точно у затылка невесты. Все замерли, как-будто споткнувшись, в оперении стрелы были перья птицы ага-агир.
  Это означало только одно - невеста станет женой идола - Ол-ам-аах! Мгновенно поляна опустела, все разбежались, побросав и бубны и украшения - так велик был страх перед шаманом и силами статуи.
  Югма осталась поляне, все еще говорило о дикой оргии, вожделение на грани экстаза все еще царило здесь. Пошел дождь, она промокла тут же, но жар от пережитого ужаса и предчувствия трагедии не стихал. Югма дрожала в лихорадке. Эта девушка была не обычной для своего племени, у другой в ее возрасте танец и ритуал вызвал бы скорее любопытство смешанное с опасением, может немного напугал бы, все женщины здесь проходили через такую церемонию и у девочек, которые ежедневно могли наблюдать эту сторону жизни у себя в хижине или даже в лесу, не должно было вызывать такого шока. Но Югма обладала более тонкой душевной организацией, не даром ее так тянуло к жилищу шамана, именно эта сторона жизни больше привлекала ее. И поэтому провидение вмешалось, конечно в этом участвовал Кронле-кле, это он послал стрелу, но все что несло отпечаток идола для племени было священно и внушало суеверный ужас перед возможным возмездием в случае ослушания. Постепенно Югма затихла, впав в полузабытье. Очнулась девушка в каком-то жилище на лежанке из остро пахнущих трав, вокруг курились палочки из кустарников Гон и Чепга. В глубине горел огонь, было тихо и спокойно. В углу она уловила какое-то движение - это был шаман, он сидел закрыв глаза, скрестив руки и ноги и что-то напевал...
   * * *
  Итак девушка оказалась в хижине шамана, которая была не сплетена из веток, как все жилища в селении, а вырыта в земляном холме, отдельно стоящем от всех. Пещера была очень древней, здесь всегда жили кулдуны племени. Ол-ам-аах сам выбирал себе очередного шамана или шаманку в жены или в мужья, так как сам идол был андрогином и к нему можно было обращаться или как праматери, или как праотцу. Сейчас шла эпоха праматери племени и ее мужем считался шаман Кронле-кле, но великий символ племени на следующий период определил себя как праотца, выбрав себе в жены Югму.
  Шаманы или шаманки являлись неприкосновенными независимо от передряг и событий внутри племени. Такое положение выгодно отличалось от положения политической элиты. Каждый кандидат на звание вождя проходил через серьезные испытания в силе и ловкости, прежде чем могли предстать перед шаманом для окончательного утверждения. А тот выбирал из трех или четырех претендентов наиболее достойного по его мнению на должность вождя. Но не прошедшие кандидаты не оставляли попыток перехватить власть и каждый всячески заискивал перед шаманом. Остальные члены племени просто боялись и сторонились этого великого в масштабе острова человека.
  Югма оказалась избранной идолом и это означало совсем другую судьбу. Власть и одиночество всегда ходят рука об руку. Оказавшись на вершине, избранник так же оказывается в одиночестве. Как королева Шарлота в силу своего высокого рождения, так и Югма в силу своих внутренних особенностей, которые позволяют как подняться на вершину, так и оказаться в самом низу.
  И только Воля Божья бросает людей в то или иное рождение и наделяет их теми или иными качествами. Почему?
   От чего это зависит, ведь ОН справедлив и милосерден! Так почему одни родятся во дворцах, сильными, умными и красивыми, а кто-то в глубинках, затерянных на этой планете, в семьях бедных и несчастных людей, и при этом не обладают ни красотой, ни умом, ни силой. Почему же люди такие разные и каждому с самого рождения отмеряется своя доля любви и счастья от Создателя? Человечество во все века задает себе эти вопросы и не находит ответов, а сильные мира твердят о справедливости мира! Мы надеемся в своем романе докопаться до сути и серьезный читатель вместе с нами все же обретет уверенность в справедливость Величайшего Судьи
  ...Девочка перевела дыхание, для нее возникла возможность передышки, отсрочки ужасной церемонии. Она все еще не сомневалась, что участь всего женского населения постигнет и ее. По меркам племени она и так уже была перезревшей, где женщинами становились с десяти - одиннадцати лет. Но вождь-отец все оттягивал ее замужество из-за ожидаемой возможности выбрать с помощью дочери наиболее выгодного союзника. И возможно для цивилизованных людей, это все дико и недостойно человека, тем не менее нравы этой стороны жизни у дикарей все же не упали так низко, как у некоторых так называемых особей современной цивилизации, где разврат возводится в ранг достоинства и блудницы являются зачастую или власть придержавшими, или средством для добивания этой власти и богатства. Не идут в расчет качества претендентов, если даже на кровосмесительные отношения не накладывается табу. Эти дикари никогда не падали настолько, чтобы пойти на кровосмешение или другие виды разврата. У каждого война была одна или несколько жен, и только на них распространялась его любовь, и никакие прелюбодеяния не допускались законами племени. Каждый ребенок точно знал своего отца. Вы можете усомниться в такой степени "целомудренности" дикарей-каннибалов, но у них был сдерживающий фактор - идол. Наказание было неотвратимым и немедленным. Очень строгое соблюдение этого закона вело к тому, что племя вообщем-то небольшое для нормального эволюционного процесса и изолированное от всего мира не выродилось в результате близкородственных связей...
  Югма оглядывала помещение, оно намного больше шалаша отца, очаг являлся основной нотой всего интерьера жилища, кроме него и лежака на котором очнулась девочка другой мебели не было, но зато везде висели пучки трав, ароматических палочек, в чашах и деревянных сосудах хранились порошки, мази, краски естественного происхождения, ворох одежды и всевозможных мелких украшений и символических вещиц, и все это покрыто довольно плотным слоем пыли и грязи, кое-где лишь прерываемым на наиболее часто употребляемых вещах. Она впервые оказалась здесь, раньше лишь издали наблюдая за входом в жилище и самим таинственным человеком, втайне мечтала сюда попасть, и вот она здесь...
  Шаман сидит без движения, ярко горит огонь, тишина, тепло и спокойно. Кронле-кле открыл глаза, встал и подошел к девочке, откинул прядь волос со лба... Да, как он и предполагал: над низким лбом - на границе, где начинаются волосы четко просматривалось родимое пятно в виде птичьей лапки, отодвинув волосы за левым ухом, увидел еще одно - поменьше, повернув девочку спиной - ниже седьмого позвонка третье пятно больше предыдущих, видом похожее на таракана. Шаман тщательно осмотрел все тело девочки и понял, что он не ошибся в выборе своей преемницы. На древних деревянных таблицах указывались метки, которыми отмечаются шаманки и шаманы, для каждого пола они различны, но кроме опознавательной функции они выполняли намного более серьезную роль.
   Как географическая карта все тело человека - его кожный покров - есть область контакта: во-первых со всеми внутренними органами, но самое главное с силами и энергиями, которые эти органы обозначают на эзотерическом плане непроявленных энергий, а так-как каждый человек являет собой единство со всем окружающим миром на планете и единство со всем космосом проявленным и не проявленным, можно легко уяснить место и роль такого индивидуума во всем мироздании.
   Человек обладающий знаниями, применив закон аналогии не только может вылечить или наоборот вызвать болезнь, но и через особые метки читать о связях и силах, областях и категориях, что оставили свои следы на теле. Родинка - скопление пигмента и уплотнение кожной ткани являют собой знаки выхода определенных энергий из мира непроявленного, это всегда кармические знаки - узлы, некоторые возникают уже при рождении, другие впоследствии.
  Но у обычных людей родинки не являются фатальными, то есть неразрешенными узлами судьбы и долгами привязывающими его к миру черных энергий и поэтому, они имеют чувствительность, а так же как правило с годами теряют интенсивность окраски. А у людей, которые своими предыдущими поступками нарушили законы космоса и пали в области черных энергий ими овладевшими, эти силы оставили на коже свои точки выхода-контактов на строго определенных участках тела. Эти родинки всегда очень пигментированы и не имеют чувствительности, они как бы выжжены на коже.
  Можно сказать так: если в своих физических воплощениях ( мы говорим в нашем романе только о физической жизни ) человек раз за разом впадал в какой-то грех, на его физическом теле это проявлялось появлением родинки, поэтому целители связывают наличие дефектов внутренних органов (которые есть результат наших грехов) с появлением пигментных пятен на коже в строго определенных местах. Так же как метод иглоукалывания - есть механическое, химическое или энергетическое воздействие на определенные участки тела, что ведет за собой терапевтический эффект на органе, который проявляется на поверхности кожи в точке за него отвечающей.
  Так вот, появилась родинка, человек же продолжает жить нисколько не изменяясь, и если он не заболеет в наказание за свой грех и в страдании не очистится, то его может ждать другое худшее из зол. Дело в том, что не все люди несут наказания за свои грехи сразу, а лишь те у кого есть возможность исправиться, а те кто закостенел в своем грехе и своими низшими оболочками так запеленал, так зацементировал внутренний светильник, не заслуживают немедленного наказания, оно просто откладывается, отодвигается на многие и многие воплощения. У таких людей очень сильны три низших тела в своей плотности не пропускающие лучи божественной Воли, и лишь на физическом теле конденсируется болевая точка греха.
  Вначале она просто есть, в следующем воплощении, если человек не исправился к ней добавляются другие , какие-то исчезают, какие-то вновь появляются. Ведь человек живет и изменяется во времени и пространстве, пока он не совершит первый смертный грех, усилит его многими воплощениями и поступками, и тогда, появляется родимое пятно сатаны. Оно находится в строго определенном месте и никак не беспокоит человека и что интересно, даже при травме или намеренном воздействии в нем не испытывается никаких ощущений. Как если бы иголку втыкали в пустоту, а не в плоть в центре родинки.
  А там действительно пустота - канал в низший мир, и в зависимости от количества, интенсивности и расположения таких меток сатаны, человек вынужден при очередном рождении служить дьяволу. Во времена инквизиции одним из методов опознанная ведьм и колдунов служило именно определение родинок и проверка их чувствительности. Но не только ведьмы обладают такими отметками дьявола, но и многие убийцы, насильники, маньяки имеют укромную родинку, определяющую их принадлежность к легиону дьявола, при этом остальные родинки на теле могут быть как у всех людей.
  У Югмы был полный набор таких родинок сатаны, причем все они еще и имели свои рисунки, говорящие о высоком статусе будущей ведьмы. Именно поэтому она чувствовала такое влечение к потусторонним магическим силам идущим от идола и от Кронле-кле - сегодняшнего шамана племени, но по своей отмеченности ими она его намного превосходила. У колдуна даже возникло чувство ревности в том, что рядом с ним проявилась жрица идола еще совсем молодая годами, но видимо очень старая грехами. И вначале еще до сватовства шаман хоть и замечал ее во время своих мистических занятий, старался оттянуть час приобщения ее к миру магии и колдовства.
  Но случилось то, что случилось и он был не вправе ее не спасти от одной участи, чтобы привести к другой. Иначе возмездие над колдуном не заставило бы себя ждать и было бы ужасно. Сатана не прощает своим слугам даже малейшего ослушания. Но теперь девочка была в его логове, и оказалась гораздо более значимой в плане черных энергий, чем он предполагал. Она конечно пока ничего не подозревала и ему предстояло ее учить, чтобы затем уступить ей свое место. Кронле-кле был в ярости, но ничего поделать не мог, разве что выучив, попытаться уничтожить. Ведь предательство было в ходу у таких как он, и здесь у них были равные права - победитель завладевал всеми силами и привилегиями побежденного - сатане нужны были такие слуги. Начались годы жизни в пещере у Кронле-кле, с матерью и остальными членами племени Югма не смела общаться, вернее они не смели. Молодая ведьма достаточно легко освоила основные обряды и заклинания, ежедневно присутствуя при погружении шамана в область по ту сторону жизни, иногда сама почти впадала в экстаз, но он ей категорически запрещал это делать. Кронле-кле при каждом таком погружении должен был долго курить особую траву или пить сок из многих-многих компонентов, которые включали корни, соцветия, семена, листья различных трав, далее обязательно использовались сушеные насекомые, вернее только их панцири или крылья, и кровь и различные выделения пресмыкающихся и земноводных, которых, кстати, на острове было очень мало, и поэтому у шамана был свой маленький "виварий" сделанный из отгороженного участка, прилегающего к внутреннему озерцу. Шаман выделив этот участок, искусственно создал заболоченные островки в вперемежку с грязными лужами и затенил сверху огромным полуповаленным деревом, перевив его лианами в изобилии произрастающими на острове. Таким образом, на этом островке с благодатным климатом появился маленький кусочек земного ада со змеями, лягушками, гнусом и прочей мерзостью, которая чувствовала себя здесь вольготно и размножаласть с утроенной скоростью.
  Югме очень хотелось испытать ощущения, в которых буквально купался шаман, но она боялась его ослушаться, так же она вела немудреное хозяйство колдуна, убиралась в пещере, готовила ему еду до определенного момента, затем шаман что-то сам добавлял в нее и только после этого, совершив ритуал они приступали к трапезе на заходе солнца. Все остальное время суток можно было есть обычные фрукты и коренья. Девочка очень быстро научилась всем названиям и применению магических трав и других компонентов употребляемых в смесях для всевозможных нужд племени: от чистого колдовства до обычной помощи при родах. И еще к одному ритуалу не допускал ее Кронле-кле - к церемонии служению идолу. Всячески отговариваясь и оттягивая этот процесс, хотя он должен был быть совершен при всех единоплеменниках. Этим актом Югма становилась настоящей шаманкой - женой идола, так же как шаман был мужем идола Ол-ам-ааха. Благодаря андрогинности идола ему могли служить и мужчины и женщины порознь и вместе.
  Наконец, однажды после очередного погружения шаман, придя в себя долго и задумчиво смотрел на девочку: никуда не денешься, О--ам-аах требует свою невесту себе в жены - и в очередное полнолуние должен быть совершен ритуал приобщения, должна быть обрезана пуповина связывающая ее душу с Великим ОТЦОМ и отдана мужу-господину на вечные времена и оттуда уже не будет возврата. Финал близился из-за того, что душа Югмы сама, своим путем на протяжении многих воплощений, ежедневной своей жизнью и поступками, энергиями, которые при этом вызывала к жизни и использовала - делала свой выбор, пока однажды не совершила смертный грех став убийцей отца, затем невинных младенцев. С того момента ее душа была захвачена в лапы тьмы, бездна начала использовать ее "искру" в качестве своего эмиссара, пока наконец своими злодеяниями она не достигла уровня ведьмы с очень большой отмеченностью черной энергией.
  И вот очередное рождение "на колесе Сансары" - обыкновенный ребенок на затерянном острове в примитивном племени, внешне совершенно не зловещий, а лишь чуть-чуть выделяющийся из общности. Но шаман племени (обыкновенный воин сатаны) должен воспитать и дать толчок этому вселенскому злу в женском обличье, и даже ему не ведома судьба энергий зла, что предначертано вызвать и воплотить ей! Такого уровня ведьме уже не интересны обычные людские пороки и даже ее сладострастные сородичи и ревнивый учитель со своими тщеславными планами - жалкие котята перед этой черной пантерой. Вот такого уровня зло воплотилось и росло на этом острове, терпеливо ожидая часа, когда сможет вырваться в мир...
  Югма готовилась к ритуалу, никто не смел вмешиваться в этот процесс. Четыре дня без еды и воды, ежедневные ванны в отведенном источнике, от которого остро пахло серой, затем натирание специальными мазями всего тела с помощью старухи, которая была старше всего племени и ее тоже считали колдуньей, но это было так давно, что никто не помнил ее в роли жрицы идола. Старая ведьма жила одиноко и очень редко выходила на племенные сборы, но пищу ей всегда приносили первой после жертвоприношений идолу. Как видите, в племени оказалось три шамана: бывший, действующий и будущий. Далее мы узнаем почему до таких лет дожила старая ведьма, ведь уже был ее преемник, которого она уже когда-то приобщила, так же как он должен приобщить Югму. И в день его приобщения на ритуале кроме этой старухи - тогда еще в полном расцвете сил - присутствовал старик, похожий на поросший мхом и лишайником трухлявый пень, и он помогал готовить, а затем участвовал в ритуале, в последний раз участвовал...
   * * *
  И наконец последний день клонится к заходу. Все племя собралось и с нетерпением ждет начала, в такой день - а он происходил в среднем в полвека раз, разрешено присутствовать и наслаждаться всем его членам: и взрослым и детям.
  ...Огромный костер, яма наполненная водой, зажигается огонь, звучат бубны: трещат, перестукиваясь между собой, собираются в едином ритме, затем как будто разваливаются - бумм-та-таамм!..., вновь собираются, сила их звука нарастает.
  Поднялась луна. Ночь черна, ни малейшего дуновения ветерка, а звезд нет...
  Огонь отражается в воде. Музыка оборвалась. Тишина - даже не слышно звона цикад, молчат ночные птицы... Взрыв звука - бумм-та-таамм!!!
  Из своей пещеры выходит Кронле-кле и ведет под левую руку старуху-шаманку, она убрана как невеста, венок из белых лилий и длинное одеяние ярко зеленого цвета. Старуха идет очень медленно и на редкость прямо. Ее коричневая кожа на щеках даже румянится, остатки седых волос тщательно расчесаны и распущены, на лице нет маски, как у всех людей племени. Кстати, вы уже обратили внимание, что эта жреческая элита не закрывает свои лица ни перьями, ни шкурками, ни чешуйками. Они у них и так как маски, маски - их внутренней природы. И если туземцы вынуждены разукрашивать и одевать себя под стать диким зверям, дабы сконцентрировать или вобрать в себе их силу, то для магов это излишне, они итак имели то, что выражали их лица. Лицо этой старой ведьмы действительно обращало на себя внимание: очень старое, даже в этом племени, где и обыкновенные люди жили до ста лет и более, оно поражало силой взгляда, быстрым и режущим как у орла, от которого людям становилось не по себе, каждый ощущал себя как бы вывернутым на изнанку, кустистые брови, сходящиеся на переносице, добавляли ему еще и тяжеловатую суровость. Орлиный же нос не длинен, а беззубый рот плотно сжат в одну едва различимую линию. И... очень заметный, острый и загнутый вперед подбородок выделялся намного вперед. Тело костистое и высокое, ранее сгорбленное - сейчас ведьма шла прямо ступая как солдат, чеканя шаг и даже казалось, что земля глухо возвращает топот ее босых ног, вторя эхом.
  Кронле-кле подвел старуху к подножию идола - она опустилась на колени, затем упала лицом к подножию что-то шепча, изредка выкрикивая невнятный набор звуков. Кронле-кле взмахнул рукой, прошелестел рокот барабанов, приглушенный и дробный и ...
  Занавес пещеры отодвинулся вышла Югма совершенно нагая, волосы распущены, в руках нож и чаша, приблизившись к статуе встала на колени рядом со старухой. Шаман кинул в костер горсть трав, резко запахло чем-то пряным, сладковато дурманящим. Девушка подошла к шаману, ее глаза встретились с его глазами : "Я готова!" Кронле-кле протянул ей трубку, которая уже дымилась, Югма сделала четыре затяжки, в глазах поплыло, в груди взорвались тысячи маленьких пузырьков, наполнив силой, энергией и радостью. Она видела все в туманной полутьме: сородичи ритмично прихлопывающие; музыканты, отбивающие ритм; старуха, распластавшаяся на земле и шаман. Шаман мазью намазал ей середину лба, соски, живот, запястья рук и колени. Тело загорелось огнем, девушка начала приплясывая петь песню, которую велел выучить заранее шаман. Ритм бубнов, танец, песня, действие дыма и мази - все соединилось и она почувствовала себя в облаке, как в коконе влекомой кругом костра.
  Югма ничего более не ощущала, в танцевальных движениях она попеременно опускала то руки, то ноги в огонь, не обжигаясь, а заряжаясь энергией все более и более. В диком танце фигурка девушки с распущенными волосами на фоне огня в ночи преставляла собой эффектное зрелище. Наконец, доведя себя до изнеможения, она вновь опустилась на колени к монументу идола.
  Подошла очередь старухи, отпив какого-то зелья, она тоже начала плясать вокруг костра при этом корчась и содрогаясь, действо настолько разительно отличалось от предыдущего танца, что у зрителей возникло состояние столбняка, не вырывалось ни звука - этот спектакль происходил в совершенной тишине. Ночь, пылающий огонь, на фоне его жуткая колченогая, высохшая ведьма с трясущимися членами в пестром одеянии тягуче-изматывающе приковала к себе болезненное внимание зрителей...
  Тишина взорвалась грохотом барабанов, как будто музыканты таким образом хотели заглушить ту пустоту и омерзение, что вызывало это зрелище. Гром барабанов превратился в сплошной зловещий рокот, и под конец ведьма в своем верчении оказалась у ног шамана. Наступила зловещая тишина.
  Медленно подошла Югма с чашей и кинжалом, который передала шаману. И так они какое-то время стояли: Кронле-кле с кинжалом слева от старухи, девушка справа с чашей. Шаман схватил ведьму за волосы - венок упал на траву и одним движением перерезал артерию на шее. Югма подставила чашу под бурлящий, пузырящийся поток крови. Кровь медленно толчками наполняла чашу, едва попав на ее дно, она становилась похожей на густой - почти черный, остро пахнущий змеиный хвост, но никак не жидкость, вот-вот и она вильнув этим хвостом уползет , соскользнет по руке девушки и попав на землю растворится в ночи! Сходство было столь поразительным , что рука у Югмы дрогнула. Шаман, позволив набрать ей в чашу на две трети жидкости, отодвинул девушку, разжал руку удерживающую седые пряди старухи, и два война подхватив тело, бросили его в костер - распространился запах горелой плоти.
  Действо продолжалось. Бубны вновь ожили... Кронле-кле, тем временем, нараспев читал какие-то заклинания над чашей с кровью, бросая туда комочки зелья. Затем, подошел к костру, в котором догорали останки старухи и громко речитативом повторяя одни и те же слова, четыре раза со всех сторон брызнул кровью на костер. Пламя зашипело и как ни странно обрело новую силу вспыхнув огромным факелом, доходящим высотой почти вровень с идолом, и тут же погасло, но при этом не осталось даже углей, а лишь кучка пепла от всего, что там было.
  Шаман голыми руками собрал пепел в чашу с кровью и снадобьями, подошел к девушке и дал ей отпить несколько полновесных глотков, затем окропил ее всю с головы до ног этим жутким составом и тщательно пальцем нарисовал на всем теле разводами какие-то символы и знаки, взял за руку и подвел к яме с водой. В воде в это время отражалась полная луна, вдруг осветившаяся кроваво-красным цветом, - толи из-за отсвета в воде костра, который вновь заполыхал неизвестно на каких дровах, толи еще почему-то?
  Барабаны смолкли. Кронле-кле бросил на лунное отражение венок старухи, тот немного проплыл и остановился ровно посередине, полностью закрыв собой отражение "ночной владыки". Шаман, почти крича заклинания вылил все содержимое чаши в черную воду. Вода вспенилась, проглотила венок и стала коричнево-красной, при этом загустев до консистенции сметаны.
  Девушка, все тело которой обагрено кровью, вошла в воду и скрылась с головой. Прошло пять минут в полной тишине, затем появился венок из белых лилий, за ним голова Югмы на волосах которой он лежал. Девушка вышла из ямы с водой, вода вновь обрела прозрачность и спокойно отражала желтую луну.
  Югма с венком на сухих (!) волосах стояла прямо и немигая смотрела в глаза Кронле-кое. Шаман опустился на колени и преклонил голову. Он понял, что она имеет посвящение ангела тьмы, он автоматически должен уйти в шалаш теперь уже мертвой старухи, где доживая свой век будет ждать следующего претендента на молодого колдуна, чтобы умирая отдать ему свою силу.
  Все пришло в движение. Начались дикие пляски и каждый, зачерпывая из ямы и выпив той воды, бросался на землю с безумным видом, а затем блаженно затихал. Идол молчаливо взирал на людей, ему до них не было дела и лишь три нефрита отражали свет ночного светила, да воронка красного камня таинственно поблескивала.
  А Югма ушла теперь уже к себе в пещеру. Она стала тем, кем должна была стать! Жизнь в племени пошла своим чередом. Мы описали внешнюю сторону ритуала, а что же почувствовала сама Югма во время и после его свершения?
   * * *
  Во время кружения вокруг костра было упоение силой и движением, необычность состояния невесомости тела сообщала легкость и эйфорию. И поэтому, все что произошло потом совсем не шокировало, а совершалось как бы само собой разумеющееся. Она и раньше, когда еще жила среди соплеменников знала, что в великие ночи примерно раз в пятьдесят лет совершается ритуал: свадьба идола с новым избранником, во время этого ритуала происходит убийство самого старого действующим шаманом для приобщения нового. И это ни у кого не вызывало протеста, так как племя никогда не брезговало мясом случайно попавшими к ним чужаками, хотя в других случаях своих сородичей не приносили в жертву. Но все же одно дело знать, другое - присутствовать и того хуже, быть одним из центральных действующих лиц.
  Но все прошло гладко, воздух этой магической ночи был густой и какой-то ирреальный, действие курений и мазей облегчили восприятие происходящего. Но самое значительное началось после того, как Югма отпила из чаши и затем вошла в воду. Страха не было.
  Вслед за венком старухи она прыгнула в яму и так же была поглощена бездной. Девушка против ожидания не почувствовала воды, она просто оказалась в другом мире. Сначала был полет по коридору черному и зловещему, окутанному призрачным туманом, мерцавшем тысячами огоньков от кроваво-красных до коричневых, почти черных, но черные вспышки тоже были (!), хотя это казалось невозможным. Повороты коридора неслись вниз плавно изгибаясь и урча, этот тоннель был живой сущностью - утробой тьмы, не человечек в нем летел вниз, а он сам изменяясь, сокращаясь проталкивал эту песчинку мироздания. Его стены казались (и были!) живой плотью, она жила и дышала мельчайшими воронками-крючками, которые слаженно изгибаясь, одной мощной волной-движением посылали все попавшее в их цепкие объятия дальше и дальше внутрь этого гигантского насоса, который как ассенизатор вытягивает и поглощает, чтобы переварить всю грязь мира. Это было жерло выхода черных энергий в мир, одно из многих...
  Югма, проглатываемая тьмой, неслась по тоннелю с огромной для человека скоростью, не испытывая страха или удушья, наоборот, какой-то азарт, щекотание нервов и восторг объял всю ее натуру. Тело, встречая сопротивление среды каждый раз сладко вздрагивало при столкновении с мельчайшими частицами тут и там мерцающими в жерле. И это сладкое падение - кружение, в котором ей хотелось пребывать вечно, внезапно оборвалось, как если бы водный поток вынес ее в открытое море. Но это было не море, а пространство - необъятное и одновременно обступившее со всех сторон, его безмерность давила всей тяжестью неизмеримой величины.
  Молодая жрица с трудом перевела дыхание. Насколько радостно было лететь и ощущать засасывающее прикосновение в тоннеле, настолько пугающим оказался конец. Зрение полностью оказалось отключено, звуки тоже не проникали, ее тело показалось ей жалкой ненужной оболочкой, одеждой которая мешает видеть, слышать, дышать и так хотелось от него освободиться, снять его, казалось, что скинув ненужное она увидит и услышит что-то, того что ждет этого от нее. И Югма в экстазе, как погребенный заживо человек, пытается разрыть-разорвать мглу могилы, схватила руками себя за грудь, в том месте где находится центр груди и буквально вонзилась пальцами внутрь, разорвав кожу, мышцы и сломав кость вывернула все наружу.
  Не содрогайтесь, так как было ощущение, что это все ненастоящее, как если бы сделали куклу и разломав, вытащили внутренний механизм.
  Схватив свое сердце она бросила его под ноги и растоптала...
  Бездна ожила, задышала, спала тяжесть и удушье, и девушка потеряла сознание. Перед ее мысленным взором проносились многие и многие жизни. "Искра" отделилась от Светила и летит в вечности, пронзает время и присоединяется к одеянию великого Сына БОГА, создавая ему вместе с другими "искрами" твердую оболочку - земную кору. Затем через миллионы-миллионов лет этот камешек при дороге, распадаясь в пыль вызывает к жизни бактерии, затем путь через растительное царство, царство животных и наконец, - посвящение в человека. Вначале примитивного, древнего с каменным топором, трепещущего перед силами природы. Затем постепенная эволюция во времени Земли и вот одно из воплощений, когда оказавшись перед выбором между добром и злом, светом и тьмой, выбор сознательно (!) был сделан в не в пользу света. После этого последовало воплощение - наказание - дабы, страдая, душа очистилась и в следующий раз исправив, отдав долг, могла эволюционировать, но... эта душа, страдая не очистилась, а волю своей направила свой энергетический потенциал на борьбу с судьбой, избирая для этого оружие обмана, подкупа, клеветы и предательства. В следующих жизнях, обозлившись окончательно, решилась на смертный грех и была отмечена силами тьмы, как кандидат в легион. И так огромная вереница жизней-преступлений. Все пронеслось как один миг, и не вызвало ни чувства сожаления, ни укоров совести. Глубоко в подсознании в память об этом, лишь один или два раза что-то дрогнуло, екнуло в том месте, где только что было сердце, но очень слабо и почти неощутимо в общем хоре славословия злу.
  Югма увидела себя принцессой в древней Индии, вот она крадется с кинжалом, чтобы убить соперницу, а затем пьет вино в которое примешала кровь жертвы, далее нищенка ворующая детей, чтобы сделать из них малолетних преступников и проституток, потом воплощение блудницы-дворянки, которая плетя интриги, расчищает себе путь к власти и богатству. После колдунья, которую сжигают на костре и в пламени она проклинает все и всех... Поток перерождений был огромен: один кадр сменялся другим и всегда эта женщина была роковой для тех, кто оказывается рядом. В результате люди гибли, страдали, болели и попадали сами во власть черных энергий. Все, кого она предала, убила или совратила кляли ее и судьбу ее им послалавшую.
  Югма увидела огромный камень размером (она это поняла каким-то особенным способом) представлял собой груз ее долгов людям и главное космосу. И этот валун во сто крат превышал другие такие камни других людей. Их она здесь тоже обнаружила, как живые картинки - каждый со своим камешком. И вдруг этот камень уменьшился и проник в ее грудь на место вырванного сердца.
  Молодая колдунья тут же успокоилась окончательно и твердым взглядом начала озираться вокруг. Что же она смогла разглядеть? Югма увидела что то, что она посчитала бескрайним пространством, оказалось чем-то похожим на пещеру и стены, ранее терявшиеся во тьме. Теперь они обрели очертания: толи от того, что сжались приблизившись, толи у нее прояснилось зрение. Затем, она обнаружила, что своды пещеры - если так можно было назвать это пространство заключенное в чем-то, имеют такую же природу как и тоннель - это была плоть!
   Они имели вид слизистой оболочки выстилающей внутренние органы живых существ, но с мельчайшими трубочками присосками, которые пришли на смену крючкам в тоннеле, они так же шевелились и возникало ощущение, что они сознательны. Пещера вздохнув, при этом сократились и вновь расслабились ее стены, издала толи вой, толи стон. Но Югма не испугалась, она ощущала себя очень комфортно, как будто всю свою жизнь провела здесь, да это и был ее настоящий дом теперь - дом где находилось ее сознание и она тут же разглядела место в стене, которое было не занято присоской.
  Зазвучал голос. Обычной членораздельной речи она не услышала, но ее смысл явственно проникал в сознание, и она понимала, что это обращение к ней: " Ты пришла женой Ол-ам-ааха, но это лишь обман, сей сын Неба не имеет отношения к нашему жерлу, он лишь прикрытие и на его слабости, слабости людей его племени мы и сыграли свою партию. Мы просачиваемся и завоевываем все, и везде, где есть хотя бы тоненькая щель слабости любого грешка, - заползают наши щупальца." Трубочки согласно мигнули вначале надувшись, затем вытянувшись и вновь сократившись. Возник звук "чмок", и при этом стены так же надулись и сократились, единый "чмок" буквально вырвал звук из этого пространства. Создавалось впечатление отсутствия воздуха, вместо него возник желеобразный субстрат и в нем, как тысячи голограмм на маленьких крючках висели человечки, разных рас, времен, возрастов и полов, каждый был нанизан на крючок, а с другой стороны его держала присоска вытянувшаяся от стены тонкой трубкой. В этом желе переплетались нити жерлов, как живые змеи или черви. Так выглядело насыщение тьмы энергиями жизни многих человечков, случайно ли, или по собственному желанию служащими пищей для э т о г о .
   * * *
  -Расскажите мне про племя Ол-ам-ааха, почему мое племя поклоняется ему?
  Э т о - хлюпнуло и хрюкнуло довольным смешком:
  - Когда-то очень давно по вашим меркам, а по мне так и совсем недавно, планета зовущаяся Землей приняла десант с планетной системы звездного кольца Сириусов. Эти братья - их было трое - три звезды, но один ушел в провал аннигиляции - став черной дырой, но эта дыра осталась космическим объектом. И племя похожее на людей, являющееся их братьями, смогло спастись во время коллапса. У них не хватило энергии, чтобы спасти всех, так как облако распада не щадило никого и выживал каждый самостоятельно в силу своего энергетического потенциала, заложенного у каждого в виде трех нефритов и воронкообразного камня Ямдул. И в какой мере они были развиты, в такой мере каждый мог противостоять силе коллапсоидного жерла с минус-потенциалом. При этом минус - бесконечен - это непрерывная река во тьму, силы его велики чрезвычайно, но есть отдельные энергетические потенциалы, которые из-за своей непрерывной связи с Творцом способны противостоять ему и такие люди смогли вырваться и не сгореть. Они собрались на искусственном спутнике и решили не оставаться ни на одном из двух оставшихся Сириусах, хотя в силу своего совершенства могли создать себе любые оболочки, служащие проводниками их сознаний. Хоть и спасшиеся, но напуганные, даже не за себя , а за другие души, которые воплотившись в их племени будет все время находиться рядом с гранью, за которой бездна, выбрали систему Солнца, обратив внимание, что его проявленная вселенная с физическим Светилом уже создала несколько планет на которых эволюционировала жизнь. Выбор пал на планетную систему Земли."
  - Как ни странно, но Югма все понимала, хотя парадокс (!) ведь это какая-то девочка-шаманка дикого племени на затерянном острове, но подсознание сейчас у нее было главенствующим, а оно это знало всегда и сейчас только вспоминало вновь.
  - Это было время, когда на планете было немного душ - миллионов пять-шесть не более. И место, где сейчас остров представляло собой горный хребет, пересекающий огромную равнину. Стада животных, буйная растительность и плотные слои атмосферы - все создавало выгодные условия для скитальцев из космоса. И хотя они были похожи на людей Земли, главное отличие все-таки не в чертах лица и фигуры, а в реакторе, который содержит пламя энергетического потенциала, даруемого БОГОМ каждой своей "искре" вначале от Сотворения и плюс в момент посвящения в человека, зажигаемого освященным пламенем самого Творца, посредством нити через ментальную оболочку. То есть, как только сознание-животного получает ментальное поле (а оно самое легкое и тонкое), сразу же через него проходит искра-луч и оплодотворяет первоначальную "искру" от Сотворения, следущее рождение этого сознания уже человеческое. Даже ваша планета ждет такого оплодотворения своих недр - которые сейчас находятся под нашей властью, но пока Земля живет энергиями астрального плана ей не создать ментального поля достаточного для оплодотворения-одухотворения и перехода в другой статус - звезды.
  Мы же, в свою очередь, видим задачу в обратном, свести уровень земных оболочек с астрального к эфирному, затем к мертвому - физическому, для взрыва внутреннего реактора планеты, так как тогда нам останется прорвать всего лишь одну оболочку и отверзнуть еще одну дверь в мир тьмы как в системе Сириуса. И делаем все это посредством людей, многих видов животных, ядовитых и сорных растений, вирусов и микробов и самое главное - реакциями распада энергий, что царят в вашем мире. Мы их вызываем, поддерживаем и питаем, и очень стремимся взорвать, расжечь пламя аннигиляции. А такие как ты - Югма наши верные слуги!
  Но мы отвлеклись. Итак, на планету высадился десант и начал обживаться, их реакторы несущие потенциал энергии были открыты и располагались на груди в виде четырех камней и чем ярче горели камни, тем выше был уровень вибраций излучаемой и поглощаемой энергии жизни. Многие разошлись по всему материку и руководили молодым человечеством, так как знали, что природа энергии из которой устроены их тела едина, потому что она исходила от одного Творца. Об этом племени у людей много легенд, но информация о камнях в их груди осталась только на этом острове, так как в те давние времена имеено он был начальной точкой их прибытия, и там они показались в своем естестве. Далее, эти сыны Неба сокрыли свои сердца от глаз землян, чтобы не вводить их в изумление или в искушение.
  Так шли века, раса землян под руководством мудрых старших поднималась из хаоса и это насторожило нас. Легион принял решение вытеснить таких сильных противников, тем более что те начали постепенно вырождаться из-за малочисленности, а браки с землянами еще более ослабили их тела и связь с небом. И дождавшись момента, в тела их праправнуков, с нашей помощью, были внедрены энергии зла, искушавшие их сознания, но только лишь одним грехом мы смогли удержаться в их мощных сжигающих все черное силовых полях - гордыней. Тогда эта раса погибла к великой нашей радости! Во многих частях планеты остались свидетельства об их пребывании и деятельности, так же остались знания принесенные и оставленные земному племени, что , кстати, и мы используем себе на благо. Настоящее изображение этих существ есть лишь на этом острове, так как разгоревшаяся война между сынами Неба: теми кто не поддался нашему влиянию и теми кто стал одержим нашим главным эмиссаром - гордыней, обратила Землю в кипящий котел.
  Они обладали такими силами, что горы превращались в дно океана, а небо переворачивалось и становилось твердью Земли. Все оболочки этой планеты превратились в месиво, и все в результате борьбы тьмы против света. Мы были на вершине успеха: падали вместе с нашими войнами, вновь поднимались, и когда это закончилось - в ментальном поле высокого уровня не выжил никто, все кто воевал были ввержены в астральное царство, так как тоже поддались энергиям рождающим войны. И с тех пор планета вновь живет энергиями астральной области - желаниями и страстями, вызванными инстинктами. У Земли был взлет и сознания людей раскрывались в радостном осязании мыслей всего мироздания, они творили ее силой, мысль рождала материю, материя подчинялась разуму и воли людей, но нашими стараниями планета вновь ввержена вниз. Идет борьба.
  И ты, Югма - наш эмиссар зла, и мы даем тебе наше посвящение тьмы. Огромная работа предстоит тебе, так как вновь человечество возрождается, появляются высокие Сущности и опять возникает для нас опасность перехода Земли в новое качество. Где-то на планете сохранились адепты, которые не поддались искушению ненависти и гордыни и перешли в другие области Духа, но сознаниями "заякорились" в телах немногих выживших землян. Затем рождались в их детях, и так называемые людьми Боги - и в Индии, и Египте, и на Севере Европы, и в Греции, и в Америке - это рождение высоких Сущностей в телах землян. Уровень их неизмеримо высок это и те стародавние сыны Неба и даже еще более чистые и могущественные из Высших реалий. Даже мы на такие ипостаси божественного Духа не смеем замахнуться, а можем лишь ждать. Время в котором мы живем не может касаться Богов, но мы надеемся найти щели, как когда-то в сынах Сириуса, или же самое простое и часто встречающееся - человечество массой своей поглотит те островки света, что сохранились и вновь расцветают на планете.
  А вот работа для тебя. На планете остались еще камни с Сириуса, ты должна их найти и обезвредить. И еще - бойся Ока огненного ОДИНА на руке женщины!...
   * * *
  ...Югма оказалась вновь на поляне, она вышла из ямы с водой ( как мы уже говорили) совершенно сухой. И подойдя к Кронле-кое заставила его ей покориться. Теперь она видела его "насквозь" - учитель был мал и незначителен.
   Потекли годы, все это время она ревностно исполняла ритуалы положенные ее роли шаманки. Племя вело свой обычный образ жизни, изредка к ним заносило людей из далеких стран к радости соплеменников и несчастью обреченных жертв. Но еще никогда Югма не испытывала такого подъема, как тогда.
  Они были на очередном обряде по поводу смерти одного из знатных членов племени и вдруг прибежал гонец - есть пленники. Колдуньей овладело нетерпение. И вот они на месте, все как обычно, но что это все полукругом обступили и не смеют приблизиться к женщине, кто она? Ведьма бросилась к ней, какая-то сила несла ее и вдруг... на руке луч от красного камня впился и обжег, почти выжег глаза. Ослепленная, она бросилась к подножию идола и очнувшись, услышала голос бездны:"Кольцо Одина, не промахнись, эти пришельцы - твой путь в мир, через них зло сможет пересечь океан - ты это сделаешь!".
  Оправившись, колдунья подала знак начать ритуал и все завертелось как обычно, но... Кольцо вновь вмешалось: и эта буря, и наводнение. Но ведьма была отличной пловчихой, как и все ее племя, и по какому-то наитию выхватила из бездны вод одну из белых женщин, почувствовав в ней какое-то родство. Буря внезапно начавшись, так же быстро прекратилась. Солнце, океан, плывущие деревья вырванные ураганом и идол, а на нем две женщины - жуткая старуха-ведьма и фрейлина королевы - Флорена.
  Девушка, наглотавшись воды, находилась в плачевном состоянии - полу-явь - полу-реальность. Шаманка своими страшными руками подняла ее волосы над узким лбом, отодвинула прядь за левым ухом и развернув спиной, осмотрела область около седьмого позвонка. Все сходилось! Это знак!!! Схватив, оцепеневшую от пережитого ужаса и находящуюся еще в большем шоке при виде своего нынешнего положения Флорену, ведьма впилась своим мощным клыкастым ртом в губы девушки. Но это был не поцелуй любви и страсти, это был поцелуй смерти. Вначале из жертвы был высосан весь воздух, дыхание остановилось, затем ведьма набрав полные легкие воздуха вдохнула его опять в почти безжизненное тело девушки.
   Далее, на уровне сосков посередине груди она своим сильным пальцем с острым, загнутым вниз как у хищной птицы когтем нарисовала какой-то символ, так что из ранки начала сочиться кровь и, сделав то же самое у себя, припала им к нежной кровоточащей груди девушки. Потом ведьма нарисовав таким же манером символ вокруг пупка и ниже, что-то шепча делая какие-то пасы, вновь прижалась к полумертвой от истязаний Флорене, и закончила обряд.
  Девушка лишилась чувств, а ведьма схватив ее руки крепко обвила ими шею идола. В этот момент мимо проплывало дерево, на котором спаслись Доминик, королева и немногие из команды, они перехватили Флорену к себе с плеча идола, а старуха осталась на своем насесте...
   * * *
  Прошло время, Флорена пришла в сознание. Она на каком-то столбе, вокруг океан и кое-где там и тут плывущие деревья, а на них спасшиеся туземцы. Вода начала спадать, девушка уже от страха упасть крепко держалась за шею как оказалось деревянной статуи, сидя на ее плече. Туземцы, смастерив что-то вроде веревочной лестницы и гамака, наконец сняли ее. Все к ней относились очень почтительно, но Флорена от пережитого все воспринимала с трудом и видела как в тумане. Едва очутившись на земле, заползла под какой-то корень поваленного дерева и крепко уснула...
   Проснулась от толчка, рядом стоял воин и что-то ей говорил, она боязливо отодвинулась и взгляд ее упал на свои ноги, руки, тело, схватилась за лицо, волосы...!!! Все завертелось и закружилось - это было не ее тело: не ее руки, не ее ноги, не ее волосы, не ее лицо! Она оказалась в теле ведьмы-шаманки племени...
  
  
  
  
  
  
   IV. Г Л А В А : КОРАБЛЬ "БЕЛАЯ ПТИЦА".
  
  1. ЧУДЕСНОЕ СПАСЕНИЕ.
  2. ВЕДЬМА ЗНАКОМИТСЯ СО СВОИМ НОВЫМ ТЕЛОМ.
  3. ПРОБА СИЛ, ВЕДЬМА ВХОДИТ В ОБРАЗ.
  4. ТАИНСТВЕННЫЙ СУНДУК.
  5. УЧИТЕЛЬ И УЧЕНИК.
  6. КОРОЛЕВА ПРИНИМАЕТ "УДАР НА СЕБЯ".
  7. ШАМАНКА И ... ТРЕТЬЯ СИЛА.
  8. ПОСВЯЩЕНИЕ " БЕЛОЙ ПТИЦЫ" - ПРЕДОПРЕДЕЛЕННОСТЬ.
  
  
   Время тянулось медленно. Женщины находились в состоянии прострации и поэтому никак не реагировали на случившееся, особенно Флорена. Девушка просто тихо лежала среди ветвей сплетенных мужчинами наподобие гамака. Доминик и капитан совещались, положение было крайне тяжелым: во-первых не было запаса пресной воды, кроме этого, они не знали куда еще их может занести течение и практически при этом не могли управлять своим плотом, и самое неприятное, что в таком же положении с ними оказались женщины, слабые и беззащитные, совершенно не способные вынести такие лишения и потрясения. И эта двойная ответственность угнетала во сто крат более, хотя конечно чудесное избавление из плена и практически отвоеванное право на жизнь внушало надежду на такой же случай, что уже вмешивался в их жизнь. И случай вновь не заставил себя ждать.
   В ночь, когда совсем стемнело, измотанные путешественники, привязав себя покрепче к стволам могучего дерева, уснули, и даже матрос, которого оставили в карауле, как ему показалось на минуту забылся в лихорадочном сне, все очнулись от толчка. Что-то большое возвышалось над их деревом, что это, в темноте ночи было не разглядеть. Луна еще не народилась, а звезды давали совсем не много света. В тревоге вскочив, на ощупь они обнаружили, что их ствол накрепко сцепился с кормой какого-то корабля.
  Это была надежда ! Срочно стали ощупывать и осматривать, то что вплотную подошло к ним. Моряки, закинув несколько лиан, которые то тут то там остались в ветвях дерева, смогли зацепиться, чтобы подняться наверх. Это была действительно шхуна, но с нее никто не отзывался. Может это их каравелла? Когда один из матросов смог окончательно вскарабкаться на палубу, он тут же нашел и скинул вниз веревочную лестницу. По ней подняли сначала женщин, а потом забрались все остальные. - Но это была не "Галатея".
  Близился рассвет. Совсем другой корабль оказался спасительной соломинкой для людей, находившихся в почти безнадежном состоянии, но выбирать им не приходилось. Они были рады любому плавучему средству. Женщины остались на палубе, а мужчины разошлись осмотреть судно.
  Взошло солнце. Его первые лучи осветили небосвод, заскользили по поверхности воды, шхуна закачалась на волнах в золоте света. Штиль, ничто не нарушало безмолвия утра. Люди оглядывались, возникло смутное воспоминание - было в этом корабле что-то знакомое и вдруг - вот ! Солнечный луч коснулся борта, перебежал по краю палубы, скользнул вверх и заплясал на перьях диковинной птицы. "Летучий Голландец"- тот самый, что уже встречался им в начале плавания! Это был старый потрепанный корабль, по неизвестной причине покинутый командой, либо погибшей, либо захваченной пиратами. Но несмотря ни на что, им предстояло продолжать свое путешествие на этом таинственном корабле.
  Доминик спустился в трюм, там было всего две каюты-спальни и каюта капитана. Так же небольшой кубрик для команды и камбуз. В принципе, это вполне устраивало. Все находилось в запустении. Капитан дал распоряжения, и работа закипела. Матросы, оказавшись в привычной обстановке, принялись все выметать и вымывать с удвоенным усердием. Довольно скоро каюты женщин оказались готовы и их проводили каждую к себе.
  Доминик и капитан продолжали обследовать корабль. Капитан делал отметки где и что подремонтировать и что можно заменить в случае нужды, спустились в нижний отсек судна, где обычно хранятся запасы продовольствия и воды. Скрипучая дверца сразу не поддавалась, поднажав плечом, наши герои вошли в помещение.
  Темно, свет с трудом пробивается сквозь крошечные оконца в корме, зажгли масляную лампу, которая висела при входе. Везде, там и тут стояли огромные короба-сундуки с вяленым мясом, бочки с вином и мешки с крупой, мукой и специями. Стало ясно, что до того как на этом корабле случилось какое-то прошествие, он находился в пути не очень продолжительное время. Двинулись между рядами, ища питьевую воду, которая оказалась в опечатанных бочках с серебряными черпаками внутри, что позволило и ей сохраниться. Все это немного успокаивало.
  Доминик остановился, осматриваясь, взгляд упал на перекладину под потолком этого и так небольшого помещения, она выполняла роль распорки днища и одновременно поддерживала пол верхнего отсека, деля его на две части. К балке был привинчен какой-то сундук на крестовине и обмотан еще цепями. Все это - еще и заперто на три огромных замка. Вид предмета внушил в сердца мужчин какую-то тревогу: ясно, что просто так его не снять, нужно искать ключи, а еще лучше найти запись в бортовом журнале или в личных записях предыдущего капитана. Так и решили, но чтобы ни у кого не возникло праздного любопытства, мужчины набросили на сундук большой моток канатов, что помогло создать впечатление просто одного из элементов кладовой.
  Наши "искатели" поднялись на верх, там кипела работа: моряки - люди закаленные, привыкшие прямо смотреть в глаза опасности и ни на минуту не оставаться бездеятельными перед лицом судьбы, деловито продолжали уборку и ремонт корабля. Внимание Доминика привлек матрос-кореец, он, по мере того как все оказались на корабле и вернулись с своим обязанностям, вновь соблюдал дистанцию, которая возникает между простым матросом и рыцарем королевы, наследником герцогской короны, но чувствовалось, что он пытается заострить внимание и вызвать юношу на разговор.
  Наш герой понял это, но оставил на потом: вначале надо разобраться с судовым журналом, может там найдутся ключи и ответ, а кореец..., кореец - пусть подождет.
  Капитан с Домиником вошли в капитанскую каюту, внутри на двери также виднелась монограмма, очень искусно выложенная из перламутра разных оттенков: на медной пластинке экзотическая птица, точно такая же, как на внешней стороне рубки капитана. Но несмотря на то, что птичья голова была изображена в профиль, неизвестным художником были мастерски выполнены оба глаза из какого-то необычного металла с включениями порошка из драгоценного изумруда.
  Каюта капитана отделана панелями из ореха, мебель - очень дорогая, инкрустирована перламутром и на одном из ящичков бюро, можно рассмотреть монограмму этой же птицы в миниатюре.
  Итак, три птицы: на палубе - огромная, высотой полтора метра и с размахом крыльев около двух с половиной метров; другая - на двери внутри каюты пятьдесят на девяносто сантиметров и совсем крошечная - семь на десять сантиметров. Птички хоть и разного размера, во всем остальном абсолютно идентичны, кроме постоянно усложняющегося изображения птичьих глаз. Привычное правило обычной земной техники инкрустации переворачивалось с ног на голову: чем мельче изображение тем сложнее и четче были выложены все мельчайшие детали, и они были очень правдоподобны, обладали какой-то жизненной силой. Кроме этого, еще был загадочный сундук под потолком в нижнем трюме, и полное отсутствие людей. Теряясь в догадках, выдвинули ящик с монограммой, но там ничего не оказалось; вновь закрыли не зная, что предпринять - послышалась музыка - это пел закрытый ящик; когда открыли - музыка прекратилась - в ящике так же ничего не было...
  Очевидно, документы захвачены с собой пропавшими людьми, если это так, то разгадать эту тайну будет трудно. Конечно можно было не теряться в догадках, а думать лишь о спасении собственных жизней, но Доминик обладал врожденной особенностью "видеть свет в конце тоннеля". Интуиция подсказывала ему, что добраться до истины необходимо. Вопрос - почему как-то отпадал сам собой.
   * * *
  Оставим пока Доминика с его мыслями, капитана с его заботами и обратимся к нашим женщинам, разделяющим судьбу путешественников. Пока матросы приводили в порядок судно и обустраивали его, пока капитан по приборам определял местоположение судна и пытался проложить маршрут на ближайший остров ли, материк, где можно было получить помощь - наши дамы отдыхали.
  Шарлота с большим трудом уняв начинающуюся горячку, забылась в тяжелом сне. Кошмары предыдущих дней перемежались с лицами трех мужчин: отцом - принцем крови в далекой Англии, мужем - королем ее страны и пажом - наследным сыном герцога. Все мужчины спасали ее и вытягивали из горячечного бреда, но за образом каждого из них смутно возникало и просвечивало сквозь знакомые черты - лицо другого человека. Эта метаморфоза нисколько не смущала ее. Шарлота воспринимала его как мужчину, так как оно открывалось вместо них, но отдаленно понимала его непривязанность к полу и какое-то высшее проявление любви и силы, как-будто, та Великая Сущность, что проявляла себя в этих трех близких ей людях, была единственным центром, который являлся их единой сутью.
  Шарлота, как маленькая девочка протягивала руки, обнимала за шею и прижавшись к сильной груди выплакивала, выговаривала всю свою боль. Слезы - без влаги, лишь колючки боли в глазах и сердце, закованное обручами страха, неизвестности и отчаяния. Но когда вновь появлялись сквозь знакомое лицо еще более близкие и родные глаза и облик наконец обретал очертания, она знала - вот ОТЕЦ и МУЖ - единый и любящий - на все времена! И в эти моменты она понимала, что связало ее судьбу с этими мужчинами, такими различными внешне и едиными внутри. Но кошмары не отступали: вот костер, шаманка летящая к ней с жуткими выпуклыми глазами и скрюченными руками, готовыми схватить и отнять.
  Но что??? Что ей нужно ? И опять родной облик, как солнце восходит и светит, рассеивая зло и ужас. И вновь, вновь наваждение, грудь сдавлена кажется она сейчас расплющится и когтистая рука вонзает свои пальцы в сердце, а там на месте сердца - белый лотос. Грязная лапа рвет его и кромсает. Цветок пытается закрыться, сделаться меньше, но от черных рук летят в разные стороны лепестки с оборванными измятыми краями. Шарлота прижимает руки к сердцу, но ведьма со злорадным смехом вновь налетает, сделав круг .
  - Что ты хочешь?
  В ответ адский смех все громче, ее торжество достигает своей кульминации, но... вдруг запнувшись о стену света - золотого света, она замирает, ее резко отбрасывает. Свет преследует, обволакивает это жуткое создание и чудесный облик, улыбаясь говорит Шарлоте:
  - Милая девочка, не бойся, лишь через страх может проникнуть в человека зло. Ужас бессилен перед любовью и верой. И эти слова возвращают сознание Шарлоты в ее трепещущее тело, силы и ясность ума вернулись к ней:
  - Кольцо! Кольцо защитит меня!
  Вот луч направлен навстречу вновь летящей ведьме и, в луче, попав в его струю этот монстр в панике теряет ориентацию: ослепленный, мечется в разные стороны и не может вырваться. А луч от камня рождает все новые и новые потоки искр, они вырастают и обращаются в цветы - красные маки и розы. Шаманка оказывается плывущей, задыхающейся в море цветов. Ее облик деформируется, сжимается, превращаясь в безжизненную серую оболочку - рваный, грязный кусок тряпки и тогда эта тряпица, почти сгорев, превращается в черный уголек, но уголек какой-то необычный - это не материальное тело - это пустота - дырка в никуда.
  Искры из кольца окружают эту пустоту, пытаясь ее заполнить собой, но она, сжавшись в одну точку, взрывом выбрасывает из себя новый комок плоти. Плоть растет, разворачивается и обретая очертания превращается... - во Флорену!
  Фрейлина предстает перед ней и протянув руки летит опять на Шарлоту. Девушка красива, очень красива - небесно-голубое платье подчеркивает стройность стана и оттеняет смуглую кожу. Волна черных волос тяжело струится по плечам и спине. Щеки, слегка тронутые румянцем, огромные черные глаза, выразительный рот, невысокий, но чистый лоб... Но, стоп! Надо лбом, как звезда - пятно - жуткое, паукообразное и дырявое! Нет это не как звезда, а как ... нет, нет определения на человеческом языке. И вот вновь, не пятно - дыра - бездна выбрала себе новое тело, сменив одежды.
  Лишь на одно мгновение, увидела Шарлота ее природу. И вновь, это всего лишь фрейлина в реверансе с милой улыбкой склоняет юную головку:
  - Что изволите, моя королева?
  Но Шарлота теперь знает, что ей нужно. Она очнулась. В теле сильная слабость, болела грудь. Кошмар во время сна закончился, впереди кошмар наяву. Но королева готова к нему, вновь сильна и прекрасна. Она не испугается и призовет на помощь его. Кто он? "Я Есмь, Один", - возник в голове ответ. "Так вот, кто спасает меня!" - слезы благодарности выступили, смочили густые ресницы и, наконец, пролились спасительным потоком. Она смогла теперь выплакаться и душа умылась, как-будто вся грязь стекла куда-то вниз в спасительном роднике, льющемся не из глаз - из сердца!
   * * *
  Королева вышла на палубе. Все так же прекрасна, улыбка ее - лучезарна. Это ее люди, она должна вселить в них уверенность, она за них в ответе перед БОГОМ. И Один ей поможет. Да, будет так !
  Ну, а что же с Флореной, вернее с шаманкой? Читатель помнит, что произошло во время бури. Ведьма спасла девушку, чтобы использовать ее тело. Оно стало проводником для падшей душы. И этой душе в нем было комфортно. Наконец-то! Она властью дарованной ей тьмой прорубила себе окно в мир, теперь нужно как следует обжиться в своей новой оболочке, привыкнуть к новой внешности, перенять манеру поведения и разобраться в своем статусе. Это было не очень просто, ведь память о прошлом тела ушла вместе с сознанием девушки, которая теперь обречена жить на затерянном острове. Но не даром и совсем не зря Югма постигала премудрости черной магии, для дальнейшего проникновения в роль фрейлины королевы, ей необходимо совершить астральное путешествие в сны путешественников, что плывут вместе с ней и таким образом распознать их взаимоотношения и отношение к ней, как к Флорене - имя свое она знала. И одним из таких ее вояжей уже был вышеописанный сон королевы. После него ведьма поняла, что к Шарлоте нельзя соваться напрямую, в лоб, как это она привыкла делать раньше и, что пока у королевы есть покровитель такого уровня, да в придачу родовое кольцо, тактику следует изменить.
  Надо прощупать остальных. Матросов и капитана она сразу сняла со счетов мельком пронесясь в их астральных полях во время сна, там кроме желания спастись и выйти из этой передряги ничего интересного не было. Но один из матросов очень заинтересовал ее. Такого она еще не ощущала. Лишь чуть-чуть приблизившись к полю маленького узкоглазого человечка ведьма была отброшена какой-то силой, при этом возникла мощная вибрационная волна такой частоты, что ее астральное тело чуть не распалось и, самое поразительное, что вся тьма, сопровождающая ее, заверещала от страха и ужаса, как если бы кукла из бумаги собиралась прыгнуть в костер. Немного придя в себя, она попыталась вызвать информацию о его уровне и направленности потенциала. В ответ - тишина и, лишь страх - предупреждение, символ опасности - солнце. Для бездны земного уровня этот символ означает смерть, то есть вероятность перерождения. Югма была озадачена и озлоблена, она не ожидала, что совсем рядом с ней сразу же возникнут силы, которые так неумолимо будут ей противостоять.
   - Ну что же, если это препятствие не пробить, то его нужно просто обойти. Интересно, почему же она на острове на него не обратила внимания, ведь она обходила всех пленников? Но его среди них определенно не было! Она бы его не пропустила. Этот человечек и внешне отличался от всех своей незначительностью и малым ростом. Но что за ним стоит? Что-то необъяснимое и явно ей не "по-зубам.
  Она бесилась и кусала губы прекрасными зубами, лицо искривилось, глаза совсем почернели и как бы уменьшились, лишившись блеска. Красивая девушка вмиг обратилась в трясущуюся фурию. Немного успокоившись, колдунья решила обратиться к первоисточнику, к самой Флорене, и может через нее она найдет ответы на свои вопросы. Югма приступила к подготовке совершения астральной экспедиции, в принципе, ей это было не в первой: еще на острове она этим развлекалась, заодно забирая у своих соплеменников нужную ей энергию и силу для страшных магических обрядов.
  Вообще-то Югма выполняла роль пчелы, которая перелетая с цветка на цветок и собирая сладкий нектар, переваривает его и несет в улей уже мед, таким ульем для нее было жерло. И даже теперь для шаманки не существовало расстояния, хотя она знала, что ее "родное жерло" не единственный вход вниз, и везде она будет принята с распростертыми объятиями, везде будет чувствовать себя как дома, благодаря своему "высокому" посвящению в ордене сатаны.
  В этом ажиотаже и выбившем ее из колеи корейце ведьма совсем забыла о Доминике. Воспользовавшись тем, что все были заняты и фрейлину королевы никто не беспокоил, Югма заперлась у себя в каюте и приступила к обряду: конечно ей не хватало мазей, трав и других компонентов вводящих сознание в преломление, которое означает переход из одной реальности в другую, при этом как в параллельную, так и в абсолютно отдаленную или же противоположную ей ирреальную.
  Вы можете спросить, почему же ей все этого не требовалось раньше, когда она шерстила астральные поля капитана, матросов, вторглась в поле королевы и подошла к корейцу? Объясним, во-первых, все эти люди уже связались с ней общей судьбой, то есть чередой событий, через которые они проходили или должны будут пройти, поэтому образовался как бы "коридор" Сущности Времени, который именно их группировал в себе, стало быть их поля уже находились во взаимодействии. Ну, а во-вторых, Югма тогда ощущала себя еще под допингом предыдущих событий, которые по инерции( там тоже существует закон инерции, но не массы, а временного события) сообщали ей силу. А неудачное путешествие во сне Шарлоты, и затем шок от непроницаемой силы света матроса, который казался совершенно неприглядным внешне и не внушал никакого опасения, абсолютно лишил ее запаса сил. Но как вы понимаете силы зла никогда не устают в своем ежемгновенном искушении человечества и они черпают ее тоже из неиссякаемого источника, лишь добывая другим способом: обманом, страхом, захватом.
  Ведьма должна была собрать силы, что бы успешно внедриться в поле Флорены, вобрать в себя ее память, обжиться там, и тогда впредь не сможет возникнуть недоумения у окружающих. Нужно искать очередную жертву. Что-то отвело ее взгляд от пажа королевы, к самой королеве она не могла подступиться - та приобрела силу после их последнего контакта, матрос же задал ей такого жару, что именно по его милости у нее не было сил, остальные матросы слишком примитивны, и на "подушках" из их энергий особенно не разбежишься. Оставался капитан.
  А выглядело это так. На следующее утро капитан не смог встать и выйти из своей каюты. С трудом поборов слабость, с трясущимися руками и на негнущихся ногах, с бледным лицом держась за сердце, он позвал к себе Доминика и тихим голосом с горечью поведал о своем состоянии. Этот волевой, сильный мужчина стал совершенно беспомощен: его руки и ноги безжизненными плетями лежали вдоль расслабленного тела. Свинцовая тяжесть не покидала, а в центре груди возникло ощущение инородного тела, как-будто что-то огромное придавило тело, пройдя его насквозь. Еще вчера ничто не предвещало такой беды, болезнь поразила внезапно и разобраться в причине ее было сложно, так как никаких других симптомов не обнаруживалось.
  Доминик, выйдя из каюты капитана, на минуту задумался. Он свободно облокотился о перила и следил за бесконечно удаляющейся линией горизонта. За последние дни у него совсем не было времени хоть на минуту остановиться, что бы помолившись, обратиться в глубь себя, спросить своего внутреннего Учителя, обрести ясное представление о дальнейших действиях и оценить произошедшее. Время настолько спрессовало события , что эти несколько дней промелькнули как один миг в котором все вертелось и крутилось, совершенно не подчиняясь воле людей. А они, как песчинки в великой буре, неслись влекомые силою не поддающейся их пониманию и тем более волеизъявлению. Молодой рыцарь думал о том, что перед ней все равны и ничто не спасало людей: ни их силы, ни знания, ни высокое положение. Плен, затем буря и одинокий плот в океане, вдруг - спасительная соломинка - таинственный корабль. Спаслись по счастливой случайности, а не от того, что были умны, сильны, знатны. На их месте могли оказаться совсем другие люди или не оказаться вообще...
  Так что значит человек в этом мире? Вчера капитан был здоров и полон энергии, почему вдруг сегодня он обратился в немощного старика? Ведь понятно, что его состояние не связано с физической болезнью, только совсем недалекий человек мог предположить, что это переутомление. Такая слабость не свойственна настоящим мужчинам, особенно в экстремальных ситуациях, но тем не менее, оставалось одно: продолжать жить и бороться, ведь не зря обстоятельства и события влекут их с такой силой - значит, есть надежда! Хотя, трудный путь может и ни к чему не привести, пройдя все испытания, преодолев массу невзгод: страдая, болея, падая и вновь поднимаясь, человек на пороге дома вдруг погибает от примитивной причины.
  Все эти вопросы задавал себе Доминик и не мог найти ответа. Он только одно знал точно, ни в коем случае никогда нельзя терять головы, поступая безрассудно, или опускать руки, отказываясь от борьбы. Человек не имеет права быть бездеятельным и глупым, ведь он - Человек! Но вот на что надеяться? Что-то подсказывало, что все имеет смысл - что здесь и сейчас, люди видят лишь внешнюю сторону цепи событий, а внутренний смысл ускользает от них. Кажущаяся несправедливость - есть лишь взгляд муравья на падающий с дерева плод. Тайна стучалась в сознание юноши, но никак не давалась в руки. Впереди предстоял длинный путь познания. А пока, пока - бороться, не смотря на кажущуюся абсурдность и неоправданность, не ждать награды за труды, предполагая, что есть, есть Высшая Справедливость, иначе не было бы смысла в жизни, и эволюции на Земле.
   Югма-Флорена окунулась в море астральных потоков, ей совсем не трудно было еще днем поймать взгляд капитана, когда она как бы случайно приподняла край юбки, мгновения хватило на то, чтобы приникнуть в "святая-святых" - в дом, где обретает сознание индивидуума, зацепиться там и устроить поистине разбойный налет. Таким способом пользуются иногда обыкновенные люди, живущие среди вас, но конечно до такой филигранности им далеко. В народе это называют сглазом, в худшем случае порчей, но Югме не понадобилось зелий и заговоренных "куколок", ее уровень был на несколько порядков "выше" ( вы понимаете, что мы имеем в виду, беря это слово в кавычки).
   * * *
   Корабль шел, рассекая бескрайние просторы океана, люди потихоньку успокаивались, занимаясь привычной работой. Судно хоть и потрепанное морем и ветром, оказалось послушным рулю и обладало прекрасной плавучестью - чувствовалось, что строили его настоящие мастера своего дела. Запасные паруса были найдены и натянуты, шхуна легко скользила, как бы радуясь новой жизни, что вновь забурлила в ее недрах. Четырех матросов было маловато, да и капитан занемог и поэтому наблюдение за всеми работами взял на себя Доминик, но конечно он совершенно не знал тонкостей морской жизни и это заставило его приблизить к себе корейца. Тот, казалось знал, что в нем возникла необходимость и пришел почти мгновенно, поклонился и прямо взглянул на юношу.
  - Сама судьба распоряжается так, чтобы нам быть вместе, подбрасывая проблемы и преграды. Иногда люди начинают понимать, что один в поле не воин, и именно сейчас ситуация такова.
   * * *
  Доминик задумчиво смотрел на Кую-ун-Порху. С момента их серьезного разговора об учительстве прошло совсем не много времени. Эти дни и даже часы можно легко пересчитать, но сколько событий пронеслось и как при этом изменились люди. Ведь большая часть человечества, прожив огромный период своей жизни, не может вспомнить и одной десятой того, что пережили путешественники за несколько дней.
  - Интересно, время мне кажется измеряется не часами и минутами, а действием оказываемым на людей. Люди изменяются во времени из-за своего участия в событиях, которые выстраиваются одно за другим, а часы это всего лишь внешняя линия измеряющая длину дороги, но не ее качество и сложность, от которых как раз и зависит скорость прохождения пути, а длина его тут совсем не причем.
  Матрос улыбнулся, он понял, что рыцарь не думал говорить это вслух, уж так получилось. Доминик перевел взгляд на солнечный закат и обратился к корейцу:
  - Скажи, ведь ты говорил, что познал Мудрость, к чему мы идем?
  Кую-ун-Порху без улыбки ответил:
  - К свету, - его глаза при этом блеснули такой силой правды, что юноша вздрогнул, дрожь пробежала от макушки к стопам, сердце екнуло в груди и забилось вновь радостно и гулко. Он не подозревал такой глубины сознания в простом, несколько необычном и казавшимся чудоковатым матросе. И когда он отвергал его предложение, совсем не думал, что отвергает истину. Минутное замешательство не было паузой растерянности, за мгновение Доминик увидел свое далекое детство, горные вершины, восход солнца и старика - ветхого телом, но могучего духом. Тот вновь как бы улыбнулся ему глазами этого корейца, такого странного и ..., но нет - не странного - а необыкновенного!
  Вот, что все время останавливало и одновременно притягивало к нему Доминика. Суета событий, их головокружительное вращение не оставляли ни минуты на погружение во внутренний мир. Любовь заслонила все и это было чудесно, но любовь запретная и поэтому такая пронзительно бьющая, захватывающая все существо. Борьба с самим собой, битва на уничтожение той искры света, что проникла в сердце и отзывалась мучительной болью. Эта маленькая молния колюче цепляла и ранила итак истекающее кровью сердце в сострадании к такой близкой и несчастной душе, которая называлась сейчас королевой Шарлотой. Она была тем родным существом, которое нельзя признать родным! Почему? Опять почему! Какие силы руководят каждым человеком в его бесконечном пути по жизни? И вот когда события начали наматываться и собираться в стремительном потоке жизни, по которому бросало эту горстку людей, боль от сердечной раны хоть и притупилась, но сменилась тревогой за жизнь близкого человека и остальных товарищей по несчастью. И опять появился этот человек, но теперь Доминик видит в его раскосых глазах что-то неуловимо знакомое - это "Свет в конце тоннеля" и к нему нужно идти.
  - Я согласен, Учитель! И не только потому, что ты бывалый моряк и мы плывем на плохоуправляемом корабле, а потому, что я увидел в твоих глазах истину и ты можешь мне ее указать. Отныне я не сын герцога и не рыцарь Его Королевского Величества для тебя!
  Матрос молчал. Доминик несколько запнувшись, продолжил:
  - Я останусь рыцарем королевы, пока не достигнем безопасного пристанища.
  Кую-ун-Поху торжественно произнес:
  - Я беру тебя в ученики с соизволения Высшего и Величайшего Судьи Мира!
  Момент был очень необычен и торжественен. Казалось, что вокруг них образовалась какая-то воздушная подушка, отделявшая от всего мира. И Доминик вдруг услышал внутри себя голос - но это были не слова произнесенные устами, а услышанные сердцем:
  - Мы поздравляем тебя, Авессанарий, ты зачислен в ученики и это твой первый урок.
  Доминик удивился, покачал головой и взглянул на Кую-ун, но тот молчал. Но потом кореец поднял правую руку и открытой ладонью дотронулся до лба юноши.
  - У тебя есть имя, не бойся, скажи мне его.
  - Откуда ты знаешь? - Доминик прекрасно понял о чем идет речь.
  - У каждого человека есть одно имя, что дается его душе на все воплощения, под этим именем он совершает свои духовные подвиги. В смысл имени заложена вся программа для души на этом пути эволюции. И по мере того как она реализуется, происходит одухотворение имени и тогда в Небесах (на тонком плане) возникает двойник человека, который обладает могуществом и являет собой связь своего близнеца с Отчим домом. Это имя - идея, спущенная Отцом для каждого сына. " Бог создал нас по образу своему и подобию" - говорится в христианской Библии. И этот образ есть у каждого, и цель каждого воплотиться в него, стать божественным по сути и обличию.
  Кореец был очень серьезен и торжественен.
  - Авессанарий - с трудом произнес Доминик. Оно звучало для него необычно. Очень сложно произнести вслух незнакомое слово, которое уловил внутри себя. Кую-ун прищурился еще больше, затем глаза его раскрылись, как будто он прозрел цепь событий.
  - Это значит проникновение ввысь! Я рад за такого ученика! А теперь, запомни для всех мы: матрос и рыцарь, наедине - Учитель и Авессанарий. Пора заняться делом, пойдем и еще раз определим направление и сверим курс.
   А тем временем Югма приобретала память своего нового тела, она заново родилась в знатном и богатом семействе, росла и расцветала, видела своего жениха, затем службу при дворе, плыла на корабле, влюбилась в пажа королевы и чуть не довела Шарлоту до нервного срыва. Все эти события быстро пронеслись и четко запечатлелись в голове Югмы-Флорены, и когда, последним броском, она охватило свое предназначение в качестве фрейлины королевы, то радостно заплясала и закружилась в своем адском танце, путешествие подошло к концу и она могла теперь отпустить капитана.
  Он сразу же почувствовал облегчение, как будто липкие присоски оторвались от него, спазм в груди ослабел и в голове прояснилось. В планы ведьмы не входила гибель капитана, он был необходимым винтиком в кругу событий, что продвигали ее к намеченной цели. Теперь-то она знала, что пропустила одного очень важного человека на которого должно было быть в первую очередь направлено ее жало. Ведь именно он представлял ощутимую угрозу для сил, которые двигали ею, сознавали ею и действовали тоже через нее! Как же его звать? Ей не назвали. Так же как она не знала имени корейца. Те имена, что звучали в повседневной жизни им совсем не соответствовали - это было ей понятно с первого момента. Маг в своем дьявольском деле обязан иметь имя цели, иначе стрелы его не настигнут жертву, как это случилось с корейцем. Полное фиаско во многом произошло именно по этой причине. Ну что же нужно встать на место Флорены и в повседневной жизни что-нибудь, да откроется, тем более, что никто не ждет с ее стороны какой-нибудь опасности.
  Но она ошибалась. Да, действительно Доминик-Авессанарий не подозревал о таком перерождении Флорены, так же как и не догадывался ранее о кознях фрейлины против королевы. Юноша обладал врожденной порядочностью и в людях не различал зла и не верил, что можно с такой изобретательностью уничтожать ближнего. Об отце и брате он вспоминал с грустью, считая их поступки и образ жизни просто душевной слепотой и стечением обстоятельств и верил, что когда-нибудь сможет стать вновь близким с родными людьми, а они раскаявшись будут рады встрече с ним.
  Но не будем забывать, что в этом маленьком коллективе собрались действительно необыкновенные люди. Волею Судьбы черная энергия оказалась окружена тремя неординарными личностями, и накал противостояния возрастал с каждой минутой.
  Наши дорогие читатели конечно теряются в догадках, когда мы смещаем акценты то на один, то на другой персонаж. Но дело в том, что хотя и велика роль личности в эволюции и колоссальна ее воздействие на весь процесс, но без окружения, без взаимодействия с другими энергиями, без участия в событиях и ситуациях и взаимного проникновения между людьми не может быть развития ни одной даже самой уникальной человеческой единицы. Отшельники, уходящие от общества смогли это сделать лишь по прошествии огромного пути среди общества, и только когда раздали все долги, полностью искупили и развязали кармические узлы, смогли отделить себя и дальше продолжать свой духовный рост в дали от людей, от ежеминутных искушений и суеты-сует
  В повседневной жизни постоянно возникают проблемы большие и маленькие, и решение их зависит не от одного пусть даже и очень продвинутого индивидуума, а от целой общности людей, причин, условий как вовне, так и внутри них. Человек, живущий на Земле, все свое время проводит взаимодействуя с окружающим миром: человечеством, природой, планетой, космосом, непроявленным миром - Отцом. И в результате этого взаимодействия, постоянно возникают связи, которые есть - суть взаимных кармических обязательств и от них чрезвычайно сложно полностью освободиться.
  Есть определенная практика, по которой идут продвинутые единицы человечества, она ведет к облегчению индивидуальной кармы и кармы человечества и планеты в целом. Это на самом деле редчайшие светильники - их единицы, но они - соль Земли. И о пути таких единиц мы рассказываем в этом романе, для того, чтобы наши читатели- наши братья во-плоти наконец прозрели и смогли, обретя надежду, изменить себя и очень многое вокруг себя. Мы очень хотим этого и прозреваем такой путь уже не только для единиц, а сотен тысяч. Мы ждем их, нам нужна их помощь в борьбе против мирового зла, что стучится на этом рубеже энергий.
  Но вернемся, хоть Югма и была уверена в своем инкогнито, она ошибалась. Шарлота лишившись иллюзий по отношению к реальной сущности людей несколько более внимательно, чем раньше соизмеряла свои отношения с окружающими. Королева поняла, что во-первых, "канули в лету" очень многие привилегии и тот недосягаемый для многих статус каким она обладала, будучи королевой своей страны. Изгнанница не в силах выдерживать ту дистанцию, что полагалась ей по рангу. И поэтому она оказалась включенной в общую безудержную борьбу за существование.
  А во-вторых, однажды уже имея печальный опыт в отношениях с конкретным человеком - фрейлиной, оказавшись стиснутой безжалостной рукой предательства, той самой , что была приближена и обласкана, и от которой казалось бы вправе ожидать хотя бы благодарности, но...
  А затем этот страшный сон. Сон не сон, но от него осталось впечатление реальных событий, и неизгладимый след в сознании после него заставлял задуматься о его смысле и поверить в предупреждение прямо и косвенно им озвученное. Шарлота поняла, что тогда она победила, но так же чувствовала, что борьба еще не окончена. Конечно невозможно связать образ фрейлины и ведьмы в единое целое, так как это противоречило ее пониманию реальности и интеллект, трезво оценивающий события, не мог допустить этого, но тем не менее это поселило в ее душе настороженность. И конечно, настоящая королева при любых ситуациях остается королевой, и умение владеть собой навсегда останется сутью ее натуры. Так уж она была воспитана, для такой роли рождена.
  Честь превыше всего: любви, жизни и даже ненависти. Как вы понимаете, устоять против всепоглощающей любви чрезвычайно сложно, трудно не оступиться на краю гибели, но подавить в себе пылающее пламя ненависти - достойно человека, облеченного Честью!
  Дни для Шарлоты потянулись бесконечной чередой, минимум удобств, однообразное течение времени и ... надежда. После своего прозрения о реальной силе кольца и о великом покровителе, Шарлота укрепилась духом и с мудростью старшей показывала своим поведением пример для остальных. Фрейлина ей прислуживала, проявляя при этом необычную расторопность и изобретательность, чего ни как нельзя было ожидать от изнеженной девушки-аристократки. Королева с трудом преодолевала неприязнь, внушая себе чувство жалости и ответственности к этой девушке. " Ведь она очень молода и так многого лишилась, разделив судьбу своей королевы", - думала Шарлота глядя сквозь ресницы в полудреме солнечного полудня на девушку, которая расположившись в кресле напротив своей повелительницы, коротала бесконечные дни утомительного плавания. Паж изредка разделял общество дам, так как был очень занят, он выполнял роль простого матроса, а в свободное время уединялся с матросом-корейцем в отдаленной части палубы. Югма, приоткрыв тайные страницы памяти Флорены, попыталась "построить ему глазки", но не добилась ни малейшего успеха, и на этом остановилась, ей он был сейчас не нужен, ее цель достигнуть вместе с путешественниками берегов цивилизованных стран.
  А Доминик поглощен новой работой, его любовь спасена и находится рядом и ему больше ничего не надо, он раз и навсегда запретил себе думать о большем в отношении королевы. Это его идеал, хоть и облеченный в тело земной женщины, но такой же недоступный, как если бы она состояла из воздуха. Но конечно, будучи молодым мужчиной в жилах, которого струилась горячая кровь в снах, и иногда в мечтах его посещали грезы, далекие от эфирных отношений, но воля и разум, стоило ему вернуться в настоящее, были непреклонны. И даже вполне определенные знаки внимания Флорены вызывали в нем отторжение, хотя девушка мила и даже красива, свободна и молода.
   * * *
  Одинокий корабль обжит, как-будто на нем никогда не случалось происшествия связанного с исчезновением всей команды и пассажиров. Капитан проложил курс и по его расчетам: немногим как через месяц они должны войти в порт одной из дружественных стран. Хорошая погода и прекрасные плавучие качества судна внушали надежду на благополучное завершение плавания.
  Шарлота как-то, что бы побороть скуку, спустилась в нижний отсек трюма. Она шла, влекомая какой-то силой - сама не зная почему, войдя, зажгла лампу. Ее прекрасное лицо, покрытое легким загаром, озарилось призрачным светом, исходящим от масляного фитиля, щеки румянились, стройная шея гордо несла ее чудесную головку с тяжелой копной золотых волос, вырез довольно поношенного платья слегка приоткрывал упругую грудь, на золотистой коже рельефно выделялся простой крестик. Тонкая рука прекрасной формы немного нервно сжимала веер. На кольце сквозь решетчатую крышечку поблескивал рубин.
  Ее внимание привлекла потолочная балка, висевший на ней моток канатов был каким-то нелепым, неестественным. Она потянулась и дернула кончик веревки, клубок начал разматываться и вся связка упала на пол. Взору открылся сундук, крепко привинченный и обмотанный толстой корабельной цепью, ее венчали три огромных замка. Королеве было не свойственно излишнее любопытство, но тут что-то удержало ее внимание. Как зачарованная женщина смотрела на черный сундук, было непонятно из чего он сделан, он казался монолитным будто из единого куска камня, не просматривалось ни крепежа, ни петель, не было обычных кованных деталей на местах креплений. Даже трудно определить где щель под крышкой, казалось его специально отполировали и повесили обмотав цепями вместо запоров. Шарлота подошла ближе и провела ладонью по гладкой поверхности - она поблескивала как зеркально отполированная, но на ощупь же оказалась бархатистой как замша прекрасной выделки. Это несоответствие было слишком явным, чтобы оказаться случайностью, оно представлялось специально сделанным, дабы привлечь внимание к поверхности и материалу. Кроме этого, поверхность не холодила ладонь, как если бы это был минерал, не ощущалось так же нейтральной температуры дерева, - она казалась теплой, как рука!
  Шарлота со страхом отдернула ладонь, таким неожиданным был контраст между видимым и осязаемым. Эти два органа чувств обычно очень связаны, человек видит и уже может представить предмет на ощупь, или слепые люди, осознают окружающую действительность через осязание. Королева вновь взглянула на сундук, он матово поблескивал как хорошо отполированный черный агат, казался гладким и холодным, но прикоснувшись пальцем, ощутила даже легкое головокружение, ей на мгновение показалось, что она прикоснулась к живому существу. Здесь был какой-то обман. Но что первично? Тогда Шарлота зажмурила глаза и обеими руками, бросив веер на пол, ощупала сундук. Впечатление было потрясающим, перед внутренним взором ее предстала белая кошка! Хотя руки шерсти не ощущали. Вновь открыла глаза, перед ней все то же - сундук из отполированного черного камня. Как такое может быть?
  Внезапно разболелась голова, начавшись с постукивания в висках, боль охватила затылок, а затем огненным обручем опоясала, объяла все. Глаза налились свинцовой тяжестью, женщина пошатываясь, наощупь пошла к выходу, каждый шаг был мучителен и отдавался в мозгу тысячами молоточков боли, но основная волна шла от глаз, ничего не видя, огромным усилием воли, механически переступая, Шарлота оказалась на пороге и в лучах солнечного света потеряла сознание, провалившись в мягкую вату небытия. Королеву первым увидел один из матросов, подбежал Доминик и подхватив на руки бережно перенес на ложе в ее каюту, побрызгал водой - бесполезно. Все суетились возле Шарлоты, но даже Флорена ничего не могла понять. Пришел матрос-кореец и всех выгнал из каюты. Доминик спустился в трюм, откуда поднялась королева и на полу на куче канатов увидел веер королевы, решив, что тяжелый моток мог упасть на нее сверху, он все поправил и поднялся наверх.
  ...Шарлота видела тоннель, белый кот игриво манил ее за собой: " Не бойся, эта тайна откроется тебе за порогом, пойдем, не бойся. Ты слишком близко подошла к ней, от нее нельзя уйти безнаказанно". Шарлота увидела себя маленькой девочкой, вот она ласкает котенка, вокруг какие-то люди, это мужчины - моряки, она видит их обветренные лица, лицо их капитана. Мужчины дружно смеются и один за другим выпрыгивают за стену тоннеля, а это уже не стена, а борт корабля и люди тонут в море. Так вот что случилось с командой, ее тоже заманил белый кот! Но она не пойдет, она не отдаст своих людей в лапы этой пушистой белой иллюзии, она за них в ответе: " Уйди от меня, лукавый котище, я не боюсь тебя и твоей тайны!". И в этот же миг пропал и кот и тоннель, а перед глазами потолок каюты, а рядом сидит матрос и сосредоточенно растирает ее руки и ноги, нажимая на какие-то участки кожи на теле и они отзываются резкой болью.
  Королева очнулась. Матрос поклонился и отошел в сторону. Боль потихоньку отступала, голова обретала ясность. "Что со мной было?" - еще слабым голосом спросила королева.
  - Ваше Величество нашли на пороге двери, ведущей из нижнего трюма.
  Королева сделала знак, чтобы ее оставили. Матрос, пятясь и кланяясь удалился. Шарлота заснула глубоким, спокойным сном. И во сне она вновь видела тоннель, белого кота, но теперь он не звал ее, а свернувшись в клубочек мирно мурлыкал. " Ты вновь победила, девочка, там где не смогли спастись очень многие. Если нет страха и велика ответственность - никакие силы не смогут сломать волю человека, "- голос был родным, она пыталась и не могла вспомнить: " Кто, ты?" - ее вопрос прозвучал в одинокой каюте так, что Шарлота пробудилась. Проснувшись, она поняла - это тот же голос, однажды назвавший себя Одином.
  Она не одна! Ее покровитель - отец, муж и брат, вместил всю любовь и силу самых близких ей людей и она знала, что он - Один всегда с ней, даже на самом краю она не будет одинока. Мысль возвращалась и повторялась как молитва - если нет страха и велика ответственность, никакие силы не смогут сломить волю человека. Этот этап пройден, проблема осталась позади и она знает, что произошло с людьми ранее плывшими на этом корабле.
  - Но что же в сундуке и сундук ли это и что стоит за ним, что в нем и зачем он здесь?
  Ответа не было.
  Доминик очень волновался о здоровье королевы, но Кую-ун вышел и сообщил, что с ней теперь все в порядке. Все вернулись к обычным делам.
   Шарлота, немного успокоившись начала думать о том, как обезопасить своих людей от ... она не могла подобрать названия этому явлению. Посоветоваться было не с кем, она привыкла, что советники были старше и мудрее ее. Если она просто издаст указ о неприкосновенности ящика, это ни к чему не приведет. Во-первых, тогда его пересилит людское любопытство, особенно если наложен запрет, а во-вторых, ведь ее саму явно что-то привело и заставило взаимодействовать с этим "нечто", так же как это же заставило ранее предыдущую команду совершить самоубийство. Одно было ясно - просто обойти "это" было невозможно, так как в любой момент может произойти непоправимое и она потеряет людей.
  Королева приняла решение. На следующее утро она распорядилась собраться у себя в каюте капитану, пажу, фрейлине. Это все, что у нее осталось, да еще четыре матроса, которые несли вахту. Ее рассказ был кратким. Внизу в трюме висит предмет похожий на сундук, и ей стало известно, что из-за него погибли все люди ранее плывшие на этом судне. Этот предмет продолжает действовать таким же образом, и что она сама едва не стала его жертвой, но все же благодаря этому происшествию, она оказалась посвящена в подробности из жизни предыдущей команды. А что это за предмет и что за всем этим стоит, она не знает и теперь спрашивает совета как поступить, чтобы максимального обезопасить плывущих.
   * * *
  Собравшиеся так ни к чему и не пришли. Чтобы открыть замки не было ключей, расковать цепи - не было инструмента. Да и сам момент прикосновения к сундуку тоже был очень небезопасным. Все так и разошлись в раздумье. Но на всякий случай на дверь ведущую к нижнему трюму повесили замок, а ключ был у королевы. Спускаться туда мог только кореец, исполнявший обязанности корабельного повара, каждый раз беря и возвращая ключ королеве.
  Была королевой, стала по-совместительству ключницей! Ирония судьбы, толи еще может быть! Так все это выглядело внешне. Но какова была реакция каждого? Доминик, встревожившись, вновь задумался о таинственном сундуке, он вспомнил, что когда набрасывал на него канаты, ничего особенного не произошло и он ничего не почувствовал. Капитан вообще ничего не мог придумать.
  Флорена же была заинтригована, ведь даже она не знала о наличии какой-то третьей силы, которая не принадлежала ни к миру королевы, ни к жерлу. Если природа этого явления была ей близка, она бы несомненно знала о ней, а тут... Окунувшись в свой медитационный туман ведьма ничего из него не выловила, ясно только, что это "нечто" не взаимодействует ни с какой из сил жерла и может нарушить планы тьмы, погубив команду, а корабль вновь настигнет участь "Летучего Голландца".
  Неумолимый таинственный молот притягивающий и уничтожающий все, что к нему приближается независимо от уровня и направленности энергии. Ведьма-иохабе на мгновение в экстатическом состоянии смогла оказаться в нижнем трюме перед этим предметом, но эффекта не было никакого, его внутренние структуры не поддавались бомбардировке ее сознанием, тайна не пускала внутрь, а тонкое тело ведьмы не имело возможности прощупать его снаружи. Очнувшись, она решила проникнуть туда физически и испытать на себе то, что испытала королева. Матрос-кореец дважды в день спускался в трюм за продуктами и водой и вот этим и решила воспользоваться Югма.
  Рано утром, подкараулив его, она прошмыгнула в открытую дверь трюма и спряталась в темноте. Когда матрос взяв продукты вышел и закрыл дверь снаружи, она вышла из своего укрытия. Свыкнувшись с темнотой, глаза постепенно начали различать отдельные предметы в этом сумрачном помещении. Вскоре ее внимание привлек предмет висящий у потолка, не отсветом, а наоборот тем, что это была самая темная точка во всем помещении, она не только отражала, а наоборот, поглощала свет. Ведьма зажгла свечу - в обычной жизни это была обычная женщина со всеми слабостями и заботами тела, которое захватила и поэтому освещение в этот момент ей было необходимо.
  Предмет казался зеркальным, во всяком случае при свете он поблескивал. Пронесшийся ветерок задул еще не успевший окрепнуть огонек и опять - эффект поглощения света, Югма даже физически ощущала, что в темноте он действует как что-то всасывающее в себя свет, вернее его рассеянные остатки. Когда огонек вновь зажегся это действие прекратилось. Тогда Югма совершила свой обычный ритуал с вызыванием духа тьмы, ей это удалось почти немедленно. Он явился, вьющийся ядовито-зеленый огонечек, который по ее желанию расползался в небольшой светящийся плоский квадрат на котором высвечивались символические ответы. Она использовала его в разных случаях, когда не могла найти ответа внутри себя.
  Прихлопывая и приохивая, вскрикивая и чертя руками какие-то знаки, эта девушка в одежде фрейлины королевы, имея ее наружность произвела бы на случайного наблюдателя странное впечатление, можно было вообразить, что она слегка не в себе, как минимум. Но это выражение в данный момент соответствовало действительности. Сознание ведьмы находилось совсем на другом уровне и чертя знаки и выкрикивая заклинания она уносилась в вихре черной энергии и ее сознание пребывало с ними в полной гармонии. Создав вокруг себя поле равное своему энергетическому потенциалу, она вновь осознала себя в физическом теле. Маленький змеевидный огонек полностью теперь подчинялся ее воле. Югма расправила его, разгладила и получилось нечто в виде экрана. Он светился зеленоватым фосфоресцирующим излучением. Едва она раскрыла рот, что бы воззвать к своему повелителю, дуновение сквозняка вновь погасило свечу, но ей это конечно не помешало бы, если бы не то, что этот экран который она вызвала и создала, вдруг не оказался втянут в черный проем на месте таинственного сундука. Да, вот так, очень легко, оставив ее с вытаращенными глазами и приоткрытым ртом, просто взял и проглотил созданную ею структуру. Причем структуру находящуюся под покровительством самого могучего Екле, так у туземцев назывался сатана. Впервые за много лет после своего посвящения в орден жерла она была обескуражена и совершенно не могла контролировать ситуацию. Даже отпор Шарлоты или удар стороны корейца не вывел ее из равновесия, а тут... совершенно необъяснимая ситуация. Ситуация стоящая не только против ее планов, а вообще против всех. Так пусть все остальные и борются, а она "умоет руки", если у них не получится, она сумеет спастись, а если они победят, она в стане победителя войдет в мир.
  События не заставили себя ждать, однажды кореец не смог сам сходить за продуктами в трюм и вместо него спустился один из матросов. Его обнаружили через четыре часа в жутком состоянии бреда. Он твердил одни и те же слова: " Омле! Омле! Я иду!" Его даже пришлось связать, так как он все время порывался выпрыгнуть за борт. Путешественники лишились одного из трудоспособных членов экипажа, вместо этого у них появился буйнопомешанный, который требовал ухода и внимания. Оказалось, что его ни на минуту нельзя оставить одного, он тут же начинал биться головой о любой твердый предмет до которого мог дотянуться. В присутствии человека несчастный успокаивался. Решили установить около него дежурства: королеве и фрейлине, сменяя друг друга, необходимо было неотлучно находиться рядом с больным.
   * * *
  Во время одного из занятий, которые несмотря на трудности не прерывались, Кую-ун завел разговор о таинственном сундуке и судьбе людей с ним соприкоснувшихся. Доминик уже давно мучился над разгадкой, но он чувствовал, что его время еще не пришло, и пока он не может вторгаться в такие таинственные вещи. Не смотря на то, что эта бомба замедленного действия в любой момент может погубить всех людей, бессилие перед ее тайной не позволяло что-либо предпринимать. Во время занятий с мастером, он все более и более проникался уважением к силе и мудрости Кую-ун-Порху. Между ними возникала связь, которая предполагала в дальнейшем прямой умственный контакт. Стоило Доминику подумать о чем-либо, и мастер ему отвечал не дожидаясь вопроса. Вначале юноша удивлялся, но затем привык. Во время занятий маленький кореец вырастал в глазах своего ученика и приоткрывались такие глубины человеческой гения, что возникало ощущение огромной реки энергии и знания, которая этого человека выбрала своим ключом, проводником, через него проявлялась и была неиссякаема. И каждый, кто окунался в этот поток силы, был охвачен его величием, подхвачен его силой и защищен от любых проявлений зла. Возникало прозрение о связи вещей и энергий исходящих от них.
  Во время очередного занятия кореец резко прекратил упражнение:
   - Если ты не можешь сосредоточенно работать, то лучше не начинать вообще.
  Доминик с горечью вымолвил:
  - Неужели ты не понимаешь, что нам всем грозит гибель от неизвестной причины? Я удивлен, что ты никак на это не реагируешь.
  - Хорошо, раз к тебе до сих пор не пришло понимание, слушай внимательно. Ты не задумывался о том, что ты и я часто заходим в нижний трюм, и никаких проявлений по отношению к нам от сундука не испытываем?
  - Может просто не дошла до нас очередь?
  - Может быть и так, а может дело совсем в другом. Он не манил нас своей тайной потому, что мы волею Свыше находились вне его пределов. Но стоит пробудиться нашему интересу, произойдет взаимодействие.
  - Да, но королеву просто притянуло к нему и заставилосоприкоснуться с ним, что ты на это скажешь, а матрос, а люди ранее плывшие на этом корабле?
  - Поэтому я и задал вопрос по поводу нейтральности ящика по отношению только к нам с тобой.
  - Ты хочешь сказать, что мы какие-то особенные, что королева тоже необыкновенная, раз смогла сама справиться, а все остальные могут быть втянуты во что-то и с ними может произойти непоправимое. А мы будем смотреть, как мучаются или погибают наши товарищи?
  Кореец думал.
  - Раз ты поднял этот вопрос и он не дает тебе покоя, ты должен вмешаться, а так как ты мой ученик, я не имею права оставить тебя одного в этом серьезном деле. Ну что же давай призовем в себя Великий Дух, который покровительствует нам в нашей работе.
  Они спустились в трюм. Едва переступив порог ощутили, что теперь их уже ждут. Именно их, сегодня и сразу двоих. Зажгли лампу, закрыли за собой дверь. Ящик тускло поблескивал, ничто не нарушало тишины и какой-то густоты воздуха. Подошли. Доминик осторожно дотронулся до цепей, они ни чем не отличались от обычных, провел рукой по днищу сундука, при этом возник звук как от пилы. Кую-ун зашел с противоположной стороны и железным ломом оторвал один из замков, вновь ничего не произошло, так они сорвали все три цепи с замками. Оба чувствовали себя как обычно. Вдвоем сняли сундук с крючьев и установили на полу. Теперь можно открывать, но все в нем так добротно пригнано и не видно никаких щелей, что установить где крышка, где стенки сундука сложно. Кую-ун взял нож и тихонько лезвием провел по вертикальному ребру, стараясь найти мельчайшую щель, наконец нож остановился на ней, далее проведя по периметру он слегка наметил линию по которой должна отделяться крышка от сундука. Но дальше ничего не получалось. Дерево х о л о д н о поблескивало.
  Внезапно, откуда-то возник звук, он приближался и на крышке сундука начал проявляться какой-то рисунок. Вот он слегка наметился и, наконец, полностью материализовался - из перламутра белая птица со странными глазами, глядящими прямо на людей, мерцающими необычным металлом и изумрудной краской-порошком.
  Но на этом материализация не кончилась, птица обрела объемность и ... вышла из крышки закрытого ящика. Она теперь перед людьми, как механическая игрушка и ее можно рассмотреть со всех сторон. Материализация происходила прямо перед изумленными людьми: вначале сгущение воздуха, его постепенное уплотнение, затем наполнение формы цветом и качеством. В довершение, птица ожила, но природа ее отличалась от природы любого живого существа на Земле. Сомнений не возникало, что и перламутр перьев и изумрудный металл глаз обладает жизнью, как наша земная кожа, волосы и глаза. Нет это не механическая игрушка возникшая из ничего, это живое существо, имеющее совсем другую иноземную структуру плоти.
  Глаза ее замерцали и обратились в два экрана, при этом расстояние между ними исчезло, они оказались как бы под углом друг к другу и поэтому, изображение слилось, обратившись в объемное. Птица раскрыла крылья, как ширмой закрыв пространство за собой, и наши герои оказались в изолированном от трюма помещении, экраны светились мягким светом, в них клубились облака на зеленом небе, от объемности картины возникало ощущение сопричастности ее к времени и пространству. Воздух вокруг потерял свою плотность и стал легким, кристально чистым так, что легкие испытывали радостное томление от того, что наконец наполнены такой атмосферой.
  Доминик и Кую-ун с удивлением это обнаружили, и удивились еще больше тому, что весь их организм стал сознательным каждой своей клеточкой, каждым атомом и вполне определенно выражал свое отношение к происшедшей перемене. Кожа, упруго сокращаясь и расслабляясь, как бы нежилась от соприкосновения с неземным воздухом. Волосы легко лежали соприкасаясь между собой, прекрасно воспринимая близость друг друга. Глаза смотрели выполняя гигантскую работу сложнейшего живого оптического прибора и передатчика. Мозг, серьезно урча, соизмерял, раскладывал, сортировал. Сердце - этот мощный мускульный мешок-насос, - втягивало в себя кровь и гнало ее в другом направлении, при этом одновременно руководя и направляя другой поток. Желудок процеживал через себя с помощью сложной рецептуры соков питательные вещества и отдавал их мельчайшими порциями в миллионы всасывающих каналов с кровью. Сама кровь - веселая стайка, нескончаемым потоком неслась по жилкам-коридорам в полном согласии с собой и всем организмом.
  Мы могли бы подробно описать всю работу человеческих органов и функций, но для этого пришлось бы издавать труд по физиологии человеческого организма. Главное же при этом могло ускользнуть, а суть в том, что все: и кости, и жидкости, и ткани - плоть, до самой мельчайшей частицы; и порознь и вместе в целой системе - жило, имело сознание и находилось в согласованном единстве как со всем организмом, так и с мельчайшим атомом; занимало и выполняло строго определенную роль и задачу в этой иерархической структуре, которая называлась человеческим телом.
  - Вы осознали сейчас свое физическое тело, во всей его целостной слаженной работе, заглянули в свой микрокосм, - голос звучал в их мозгу.
  - Этого для начала вам вполне достаточно. Но ваш физический мир состоит из биллионов всевозможных живых организмов, они все имеют изначальную единую природу, которую могут строить беря из физической оболочки вашей планеты. Мы не будем загружать ваш слабый физический мозг понятиями о других ваших телах на других уровнях, достаточно просто знать, что они есть.
  Итак слишком велика нагрузка: учитель и ученик по земным меркам, а в наших глазах два ничтожных семечка живой углеводородной жизни, вмещающие в себя все вселенные, весь космос проявленный и не проявленный. Слава Богу, вы можете стоять перед тайной неопалив своего сознания, другие, оказавшиеся на этом месте погибли или едва смогли спастись. Нам разрешено приоткрывать завесу тем, кто достиг кратного нам ментального уровня и у кого не возникнет дисбаланса в момент наших сопряжений, хотя наш уровень в неизмеримое количество раз выше и тоньше, но мы, вновь повторяем, кратно соизмеримы с вами. Вам, как говорят у вас на Земле - повезло. Все, что вы сейчас слышите, принимайте как аксиому, это небольшой аванс в надежде на ваше дальнейшее развитие, понимание придет в процессе напряженной духовной работы и наложится на ту информацию, что мы вам раскроем.
  - Почему корабль "Белой птицы" летит подчиняясь воле волн и ветра, где команда, какова цель и содержимое черного ящика?
  - Не будьте нетерпеливы в рое своих суетливых мыслей. Корабль, якобы существующий в вашем физическом мире, ему не принадлежит. Нужна была зацепка, чтобы проявиться, выделиться на планете Земля. И тогда одному очень богатому судовладельцу пришла мысль - построить корабль своей мечты, снарядить его и отправить в кругосветное плавание. Сказано - сделано. Люди, что исполнили его волю и плыли на корабле были обычными земными людьми и никак не ожидали однажды в глубине корабля обнаружить "нечто". Людское любопытство толкает порой на поступки, которые интуиция пытается предотвратить, но им всем было предопределено уйти с земного плана через мучительную смерть от умопомешательства, их ментальные поля не в силах были выдержать соприкосновение с энергиями тонких вибраций, произошел дисбаланс и разрушение полевых структур.
  Ваши чувства кричат сейчас о беспощадности нашей силы. Вы - за мухой не можете увидеть слона: невинных смертей не бывает, просто пришел их час. Все смерти вершатся Великой Сущностью Времени. А для Совета Судеб нет смерти, нет пощады или награды. Ведь вы стоите перед нами живые и невредимые не потому, что мы вам даруем то, что отняли у многих. Каждый сам всеми своими жизнями, своим эволюционным путем строит себе свои тела, делает их тяжелыми и хрупкими или тонкими и упругими. Своей мерой любви к Богу, тому Высшему источнику Всего творил свой микрокосмос. И то, что они сгорели, опалившись о пламень высшего проявления жизни - им во благо, одновременно они сожгли негативную карму, что накопили в них своими необузданными мыслями, неуправляемыми эмоциями, необдуманными поступками. Следующее воплощение они начнут хоть и с более примитивной ступени, но чистыми, не отягощенными долгами, которые как вериги и кандалы не дают людям подняться к областям Высшего Духа.
  А вот вам не просто повезло, а пришло время встречи - вы духовно сонастроились на наш поток Света, мы ждем таких единиц сознания готовых к служению и способных в дальнейшем получить посвящение на нашем Пути. И только ради этого мы затеяли весь этот спектакль. Для вас это жизнь, а для нас картинки в букваре для младшей эволюционной спирали. Теперь вы можете заглянуть в сундук, или вернее в то, что вашими органами чувств воспринимается как сундук и получить то, что будет являться посохом в вашем дальнейшем пути.
  Вмиг все исчезло: и птица и экраны. Они опять в трюме перед сундуком, но теперь он открыт и из него исходит ровное зеленоватое сияние. Первым к нему наклонился Кую-ун-Порху и достал оттуда пластину из металла похожего на золото, она была размером с тарелку и с четырех сторон на ней укреплены цепи из этого же металла, перекрещивающиеся между собой. Вещь представляла собой что-то вроде нагрудного щита, продев ее через голову и просунув руки сквозь перевязь цепей, кореец оказался закованным, грудь защищалась пластиной, на которой упруго выступало изображение черепа и костей. Череп был человеческий и имел в глазницах ярко красные рубины, а сверху над ним ясно выступал силуэт улетающей птицы. Птица была динамична и ежесекундно удалялась, одновременно все так же оставаясь в точке своего изображения.
  Доминик побледнел, взглянул на учителя. Кую -ун спокойно и уверенно глядя в глаза, ответил на молчаливый вопрос:
  - Не смотри на меня с жалостью, смерти нет, это лишь порог, щит - это путь война, затем... через смерть, вслед за птицей.
  - Но почему щит, а не меч?
  - Мой меч - это мои руки, мое тело, которое мы теперь осознали полностью. Ну что же ты медлишь? Твоя очередь. Смелее!
  Доминик наклонился над ящиком и вспомнил глаза старика из далекого детства, который уходил, оставаясь на месте. Ветхий Днями улыбнулся ему: " Не бойся, я с тобой, всегда с тобой, мой мальчик!" Стиснув зубы, Доминик опустил руку и вынул... письмо. Оно имело плотную шершавую поверхность, было скручено в трубочку и перевязано шнурком, а другой шнурок пропущен через ее центр и образовывал петлю. Из этого было ясно, что письмо нужно носить на шее. Трубочка очень тонкая - тоньше мизинца, да и длиной с мизинец. Доминик с изумлением рассматривал предмет, развязал шнурок и развернул лист и ... ничего не увидел, но через минуту напряженного ожидания-недоумения и еще целой смеси чувств, проявился какой-то символ, нет не символ - силуэт, ...силуэт девушки! Рядом возникла другая фигура - стоящая на коленях женщина, такая же молодая и наверно красивая, но за спиной в левой руке она сжимает нож, льстивая улыбка превращается в гримасу злобы и резким броском умелая рука посылает кинжал в грудь... королевы! Да, это Шарлота падает истекая кровью.
  Доминик в ужасе отворачивается от живой картины, но взгляд возвращается и видит - все исчезло, вместо этого надпись: " Ты увидел, но познай цепь причин и создай свою".
  Теперь он понял всю ценность письма. Поцеловав свиток, вновь завязал его и повесил на шею... Сундук пропал как-будто его и не было. Наши герои поднялись на палубу, спрятав под одежду необычные подарки, и каждый занялся своим делом. За то время, что прошло после их спуска в трюм ничего не изменилось, более того, солнечные часы показывали тот же час и ту же минуту, но теперь Доминика это нисколько не удивило. Сундук исчез и вместе с ним исчезли все монограммы на корабле.
   Птица улетела, оставив на планете Земля двух рыцарей своего ордена: Война-Защитника и Посланника.
   * * * * * *
  И кроме этих двоих никто больше о тайне корабля не вспомнил.
  Лишь Югма-Флорена несколько опасливо озиралась во время своих ночных вояжей в царство тьмы, потеряв былую уверенность во всесильность жерла и в единичность противника.
  Да Шарлота вспоминала как сон прекрасного сильного мужа-отца Одина.
  Кую-ун продолжал нести службу на корабле, исправно исполнять обязанности судового повара и усердно заниматься со своим учеником.
   Авессанарий постигая тайны мастерства ни на минуту не забывал предостережение письма и очень внимательно приглядывался к фрейлине королевы. Она и раньше ему не очень нравилась своим интриганством и изворотливостью, он и раньше с болью принимал в свое сердце те взгляды и уколы что были направлены в Шарлоту. Но теперь юноша вел себя очень осторожно. Это выражалось в особой галантности по отношению к обеим женщинам: к королеве, чтобы не дай Бог не переступить дистанцию, которую они вновь себе воздвигли; и к Флорене, чтобы присмотреться к ней поближе, ведь раньше он ее не замечал.
  Результат поразил Доминика переменой произошедшей в обеих женщинах. Шарлота все так же прекрасна, но далека, как будто она хранила какую-то тайну и доверялась только чему-то в своей душе. Женщина приобрела черты целостности и силы гармоничной натуры, и если раньше уверенность она черпала из статуса и чувства ответственности за людей из-за своего врожденного понятия чести, то теперь к этому добавилась сила - какое-то высшее понятие об истиной сущности своего внутреннего "я". Шарлота больше не чувствовала себя одинокой и слабой, она верила в себя. Доминик оставался бесконечно любимым и родным человеком, но теперь она спокойно отделяла себя от него: у него свой путь и удел, у нее свой, а их взаимная привязанность пусть и дальше теплой волной тихой грусти и любви согревает и омывает их сердца! Это открытие поразило и даже слегка задело юношу, но затем он обрадовался такому становлению личности любимой.
  А вот фрейлина королевы еще больше удивила юношу, если раньше он видел ее тонкой, хорошо воспитанной натурой, но слабой внутри, а так же недалекой, но дипломатичной и хитрой, то теперь это был совсем другой человек. И если бы люди в нашем мире так не верили своим глазам, а больше доверяли внутреннему провидению - интуиции, они сразу обнаружили бы подлог, замену. Раньше этот образ воплощал в себе все же человека, пусть не самого лучшего свойства, но теперь на его месте в его оболочке жила сама жрица тьмы.
  И Доминик был неприятно поражен, особенно решительно он отказывался верить своим внутренним ощущениям. Но, напомним, наш герой еще очень неопытен и взгляд физических глаз ставил выше внутреннего зрения. И просто фраза: такого не может быть, просто потому, что такого не может быть никогда, - заслонила истинную картину свершившегося. Он так же как и все впал в обман из-за собственного недоверия себе, своим силам, своей интуиции.
  Итак, враг виден, но... не обнаружен! Сами себе закрыли глаза руками, что ж человечество еще слепо, даже его самые лучшие сыны, и лишь страданием ему можно открыть глаза - истинное зрение души.
  
  
   V. Г Л А В А : ЕГИПЕТ
  
  1. НИЩИЕ, НО ГОРДЫЕ.
  2. СЫН ФАРАОНА И ПОТОМОК СЕМИРАМИДЫ.
  3. ПРАЗДНИК - ДЛЯ БОГА СОЛНЦА АМОНА-Р А ,
   А ПОДАРОК - ДЛЯ ФАРАОНА.
  4. ФАРАОНИХА: ЗА ЧТО БОРОЛАСЬ, НА ТО И НАПОРОЛАСЬ.
  5. СТРОИТЕЛЬСТВО ПИРАМИДЫ, МАГИЯ СТРОИТЕЛЬСТВА.
  6. ШАМАНКА У ПРЕСТОЛА.
  7. ЛАБИРИНТ, 77 - ОЙ УРОВЕНЬ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА.
  8. МАГИЯ ЖРЕЦОВ ЕГИПТА СПАСАЕТ ЕГИПЕТ И МИР.
  9. НАШИ ЛЮБИМЫЕ ГЕРОИ: ШАРЛОТА - ПРОЩАНИЕ
   С КАМНЕМ; И ДОМИНИК - Я ВЕРЮ, НО ЧТО ЖДЕТ
   ВПЕРЕДИ?
  10. ВЕДЬМА: НОВЫЕ ПЛАНЫ - НОВАЯ ИНТРИГА.
  11. МОЖЕТ ЛИ БЫТЬ КОНЕЦ ЗЛУ ?
  12. КОРОЛЕВА ШАРЛОТА - БОЛЬШЕ НЕ КОРОЛЕВА.
  
  
  
   ...Земля! Слово прозвучало неожиданно, наполнив и радостью и тревогой: однажды прозвучав, оно круто изменило, переставило акценты на судьбах и личностях людей. Что же теперь оно сулит? Освобождение и долгожданный покой или плен и лишения? По расчетам капитана это должен был быть Египет.
  Благословенная страна древнейшей цивилизации, тайных знаний и крепкого монархического строя. Царствующая династия считалась нейтрально-дружественной, не вставая на сторону христианских правителей, она вела с ними мирную торговлю, ни на что не претендовала, как впрочем и по отношению к странам других религиозных систем. Народ, населявший ее просторы делился на две категории: оседлые землепашцы, селившиеся в долине реки Нил, и кочевники- бедуины, растекшиеся по необъятной пустыне со своими небольшими стадами, кочуя от оазиса к оазису в сезоны дождей и подтягиваясь к пойме реки в засушливые периоды.
  Корабль шел огибая многочисленные бухты и островки изобилующие морскими животными и рыбой, прекрасной щедрой растительностью царствующей в прибрежной зоне. Горизонт утратил свою однообразность и путешественники могли наслаждаться видами открывавшимися с палубы корабля. Но приставать к берегу боялись. Прибрежные районы были густо заселены, то тут, то там виднелись хижины местных жителей, на мелководье сновали легкие выдолбленные из целых бревен лодочки и каноэ. Корабль шел на всех парусах ни чем не обнаруживая малочисленность команды и незащищенность самого парусника. Туземцы, хотя и проявляли интерес к большому судну, не решались к нему приближаться. Таким образом плыли несколько недель, пока наконец не вошли в один из рукавов дельты реки. И для обычного человека, не искушенного в морском деле, было бы трудно различить где кончается море и начинается могучая река. Вроде бы ничто не изменилось, лишь теперь им мешало течение, пришлось сесть на весла, паруса убрали и корабль, заметно обнажившись, выглядел действительно старо и убогого, и это конечно совсем не соответствовало статусу королевского фрегата, на котором могли путешествовать особы королевской крови.
  Да и сами путешественники потеряли лоск и блеск. Матросы и капитан не имели даже смены белья, а форма абсолютно вылиняла да так, что невозможно было различить к флоту какой страны принадлежит команда. Не было флага и вымпела, на своих бортах корабль горделиво выставлял пустые крючья от сорванных шлюпок, на которых намоталась морская трава и обрывки канатов, древесина была изъедена солью и приросшими к ней разнокалиберными моллюсками и ракушками. Кроме того, как мы уже говорили, исчезли монограммы белой перламутровой птицы. Единственное, чем судно могло обратить на себя внимание - это совершенство линий, прекрасное, хоть и старое дерево и легкий ход, как-будто парусник летел не касаясь воды. Так выглядит истинный принц, который был низведен, преодолел трудности, и вот рассекая толпу царственно выступает в нищих одеждах изорванных и потрепанных борьбой и дорогой.
  Примерно так же выглядели и сами пассажиры. Всю королевскую атрибутику Шарлота утратила во время злополучной высадки на остров, да и одежда ее и фрейлины представляла жалкий вид, хотя было заметно, что когда-то это были роскошные одежды. Ветер и солнце покрыли загаром кожу, с лиц исчезла изнеженность и томность - это были две прекрасные женщины - энергичные и смелые, уже давно оставившие пустые надежды на легкость и быстротечность морского путешествия. Нил это судоходная река, по нему тут и там сновали легкие лодки местных рыбаков, важно проплывали торговые галеры, и иногда встречались ладьи важных сановников, крытые драгоценными коврами. По берегам кипела жизнь. Но наш корабль, не останавливаясь, быстро продвигался к главному городу Египта, где правил властелин этой огромной и богатой страны, имевший возможность оказать достойный прием королеве. Так же они надеялись, что в стенах его дворца могут рассчитывать на полную безопасность и дальнейшую помощь, чего не смогли бы сделать люди более низкого ранга.
  Но как всегда человек предполагает, а судьба располагает. Неожиданно, уже в самом конце пути, корабль дал течь в нижнем трюме начала прибывать вода. Все запасы оказались затоплены, началась осадка судна и плыть дальше на нем оказалось невозможным. Путешественники пристали к более-менее удобному берегу и выгрузились.
  Египет и тогда был цивилизованной страной, особенно в области дорог и храмов. Развитая государственная машина полностью контролировала ситуацию во всех областях страны. Множество чиновников осуществляли контроль за подданными и конечно, появление иностранцев не осталось незамеченным. Капитан ранее уже навещал эту страну и немного был знаком с законами и языком в пределах, которые позволены иностранцам. Поэтому путешественники, выгрузившись на берег, среди засеянных полей, пересекающихся прямыми и широкими дорогами, выложенными плитами известняка и шлифованным камнем, остались ждать.
  Действительно, вскоре показался небольшой отряд. Впереди несли носилки с начальником. Легко одетые войны, в высоких головных уборах, легких полотняных брюках-юбках и сандалиях, обладали крепким телом и высоким ростом. На груди, очень смуглую кожу прикрывали небольшие нагрудники, сделанные из кожи и металла, красивые лица соединяли в себе специфичность двух расс: негритянской - черной и желтой - восточной. Их причудливой смешение совершалось на основе другой еще более древней красной расы. Она появилась в этих краях очень давно и неизвестно откуда, и ее преображение создало совершенно уникальный тип человека. Костистые, высокие люди с бронзовой кожей, необычным профилем - когда нос как бы является продолжением линии лба, что делало верхнюю часть носа похожей на знаменитый римский профиль, но заканчивался он совершенно негритянской формой - с четко очерчеными ноздрями и с чисто индийским закруглением к низу.
  Само лицо удлиненной формы с острым подбородком, выпуклыми губами, высокими скулами приковывало к себе внимание. Его можно было рассматривать, как хорошую картину, каждый раз отмечая все новые и новые необычные особенности, то в потрясающих очень длинных глазах, веки которых скрывались почти полностью, но брови летящими дугами как бы охраняли эти дивные черные глаза, отделяя их от высоких скошенных лбов, то в вытянутых сухощавых телах, и очень стройных, даже утонченных ногах и руках. Уши не крупные, но удлиненные, как бы оттянутые вниз, часто были оттопырены. Высокие длинные шеи и выпуклые затылки довершали и как бы замыкали законченность облика. Не люди - стая черных лебедей, птиц необычной немного дикой красоты и изящества, предстали перед глазами путешественников.
  Занавес на носилках, заколыхавшис, отодвинулся и оттуда вышел, спускаясь по подставленным спинам начальник отряда. Он молод и видимо только начинает свою службу. Глаза его горят усердием, брови сдвинуты, чтобы придать весомость своему облику. На поясе болтается множество талисманов в форме фигурок, передник красиво украшен камешками и разноцветными узорами из кожи. Он обратился к путешественникам, фразы длинные и не понятные, но тем не менее можно было догадаться, что он настроен дружелюбно, и выясняет кто они и по какому делу. Капитан попытался спросить, понимают ли они морские знаки. Один из воинов выступил немного вперед, поклонившись своему начальнику. Тогда капитан передал позывные СОС и страну из которой приплыли путешественники, так же он отметил не указывая прямо об очень высоком статусе пассажиров. Молодой начальник кивнул и вновь уселся в свои носилки, они развернулись, войны встали по обе стороны чужеземцев и, тем ничего не оставалось делать, как следовать пешком по дороге за носилками предводителя этого маленького сторожевого отряда.
  Дорога заняла часа два, показались стены города, вокруг него кипела жизнь, так же как и во время пути им попадались навстречу или обгоняли многочисленные повозки и отряды, шли толпы местных жителей или рабов, подгоняемых войнами. Вообще-то, и рабы и крестьяне не выглядели изможденными или несчастными. Они принимали жизнь и судьбу такой какая она есть и ими двигали чувства непонятные чужеземцам. Вошли в город, дома простолюдинов не производили впечатления - серые квадраты из известняка ровными рядами выстроились вдоль улиц, радиусами сходящимися к центру. В центре же подавлял своей громадой дворец, при этом камень, использованный при его постройке,- все тот же известняк. Все тяжеловесно, огромно, монолитно, даже арки и балконы, на которых были разведены сады, поражали своей суровостью. Можно это было бы определить как функциональность, если бы не многочисленные барельефы и статуи людей, зверей и человеко-зверей, сплошь покрывавших стены дворцового ансамбля.
  Небольшой отряд остановился, начальник, оставив за себя старшего из воинов, скрылся за стенами дворца. Через четверть часа оттуда вышел человек обличьем понаряднее и видимо повыше рангом. Он был старше и лицо его выражало неприступность и твердость, но тем не менее он остановился, приложил правую руку к груди и что-то спросил. Капитан понял его вопрос и ответил на этот раз на языке этой страны, правда с большим трудом подбирая и видимо искажая слова. Египтянин выслушал ничуть не меняя выражения лица, затем молча ушел, оставив путешественников в неизвестности. Вышел провожатый и жестами пригласил их следовать за ним. Они оказались в одном из помещений дворца, там их разделили, мужчин оставили и велели располагаться, а женщин увели дальше. Им принесли еду - лепешки с медом и слабое вино, больше похожее на сок или компот. Никто с ними не разговаривал и не было никакой возможности спросить о чем-либо.
  События выстраивались в цепочку, почти безмолвную и полную неизвестности. Путешественники оказались в положении жалких безродных чужеземцев, правда теперь не на острове среди дикарей- каннибалов, а в дружественной цивилизованной стране, но и в этом случае их не хотели понимать, и с этим они ничего не могли сделать. Очевидно, что это еще не конец пути, не желанная пристань и уютный ночлег. Капитан только определил, что это не столица и здесь нет фараона и поэтому рассчитывать на помощь и милость самодержца не приходится, а что могут сотворить его "преданные" слуги в отдаленном городе, где все подчинено их власти, "где до БОГА высоко, а до царя далеко" - неизвестно.
  Большее опасение вызывала судьба женщин, их самые худшие предположения показались вполне обоснованными, когда их разделили, - потеряться в такой стране немудрено. И человек еще вчера знатный, мог оказаться в весьма плачевном состоянии - просто никто, чужак без роду и племени - неузнанный и никому не нужный. В который раз возвращалась мысль: зачем было бежать из своей страны, спасая свою жизнь, если на чужбине ты так же потерял все и можешь расстаться с жизнью, но о тебе никто и никогда не узнает.
  Доминика волновало совсем другое: видимая реальная опасность для королевы была всего лишь опасностью для любой женщины оказавшейся в чужой стране, а вот то, что он увидел на свитке, который теперь висел у него на шее, было направлено конкретно на Шарлоту. Это зло невидимо и от этого еще более опасно. Бедная женщина оказалась не только в плену, рядом с ней притаилась смерть в облике единственно близкого человека с далекой родины. Осязаемая беда была конечно котенком по сравнению с той угрозой, что нависла над Шарлотой. Но юноша ошибался относительно неведения королевы. Она прекрасно понимала, что доверять фрейлине нельзя, и лишь совместная беда и ответственность за юное создание, заставляет ее быть рядом с этой девушкой.
   Женщин провели через сады. Прекрасные фонтаны алмазными брызгами пропитывали раскаленный воздух и дарили прохладу. Маленькая группа, не останавливаясь и не обращая внимание на это замечательное создание человеческой смекалки и природы, быстро миновав их, прошла многочисленными террасами, наполненными ароматами цветущих растений с разных концов света и оказалась в небольшом открытом ветру и солнцу здании, скорее из-за своих размеров и формы - флигеле внутри дворцового ансамбля. Он выделялся из общей законченности дворца, но не диссонировал, а просто обращал внимание своими формами, выпадающими из единого ритма архитектурной композиции. Флигелек явно готического стиля, так же мрачен и полон тайны как и окружающие его здания, чужак пришедшийся ко двору. Весьма ценимый хозяевами и представляющий предмет их немалой гордости.
  Какую функцию несло это здание, чем оказалась задумка автора подсмотревшего ее в далеких краях и перенесшего сюда. Что в ней? Соответствует ли форма содержанию?
   Женщин провели в помещение и оставили отдыхать, принесли вина, вкус его был необычным и после, наступило забытье. Глубокий, тяжелый сон без сновидений навалился с тяжестью и жаром, и от него не было спасения и прохлады. Очнувшись, женщины обнаружили себя совсем в другом помещении, при этом на них были незнакомые одежды, волосы расчесаны и убраны во множество косичек затейливой прически. Появился страж - нубиец. Черный гигант с круглыми глазами, сверкая белками глаз и белизной зубов, согнулся в поклоне, затем пал на колени перед входом.
  В проеме показался мужчина - египтянин, тоже высокий и несмотря на смуглую кожу - какой-то бледный, сероватый оттенок кожи говорил об аскетизме или о тщательно скрываемой одержимости. Обескровленное лицо ничего не выражало, длинные черные глаза совсем не имели ресниц, бритая выпуклая голова, тонкие губы и костистый нос с небольшой горбинкой действовали завораживающе на людей случайно ли, специально ли оказавшихся в его присутствии под немигающим взглядом стерегущих глаз. Одетый в белые одежды, спускавшиеся свободными складками незнакомец конечно не был простолюдином, но он не был и вельможей.
   * * *
  Жрец! Сила и уверенность сквозили в его манере держаться, он в упор рассматривал обеих женщин, как если бы смотрел на неодушевленный предмет. Но наши путешественницы не были обычными женщинами, и он это понял. Два противоположных витка спирали: свет и тьма - вот, что увидел этот адепт, и не нужно было ни о чем их спрашивать- он видел их "насквозь". Но наши уважаемые читатели, очень ошибутся, если облегченно вздохнут: не надо мерить обычными человеческими мерками то, что не поддается измерению. Личность египетского жреца чрезвычайно многогранна и сильна каждой (!) гранью. И голос рассудка затихает перед Истиной и Провидением. Путь мудрости и воли, которым прошел этот человек слишком широк для обычного человеческого сознания. Оказавшись в русле его и попытавшись измерять неизмеримое, интеллект обычного человека может просто сгореть, испепелив себя высшими вибрациями, энергетикой к которой тела его не приспособлены.
  Обе женщины не отрываясь смотрели на необычного мужчину. Шарлота с усталостью от пути, но с надеждой на спасение, а Флорена, с любопытством и ожиданием возможности для своего внедрения в этот мир. Анрухтеп увидел это, аура вокруг каждой из женщин, отчетливо указывала на свет или тьму и он вдруг ясно провидел ту же картину, что изображалась у Доминика на свитке. Один единственный раз жрец вздрогнул, его немигающие глаза на мгновение закрылись и, открывшись вновь с изумлением рассматривали двух женщин, которых ему послало провидение.
  Анрухтеп понял, что все не так просто, сейчас перед ним картинка возможного развития событий, - первая страница, но книга жизни не исчерпывается ей одной, и ему придется участвовать в ее перелистывании. Жрец резко развернулся и ушел в полном молчании. Нубиец поспешно удалился следом.
  Вскоре появились девушки-служанки, они принесли фрукты и сладости, воду и благовония, новую одежду. Обступили напуганных женщин с песнями и щебетанием принялись привычно ухаживать за ними. Надо сказать, что в те времена отличить простую женщину от родовитой было совсем не трудно. Не говоря о манере одежды и особенностей поведения, тембр голоса, утонченное телосложение и аристократические черты лица - все это сразу говорило о степени знатности и общественном положении своей обладательницы. Более нежная, как бы прозрачная кожа; мягкие, блестящие волосы; лицо несущее признак интеллекта; и глаза, в которых читалось больше строгости к себе и окружающему - сразу выдавали более высокий общественный статус своей обладательницы. Так же всегда являлась обязательным изящность рук и ног, длинная шея с прекрасной линией плеч, гордая осанка и гордая поступь.
  И заметьте, именно такими и рождались женщины в знатных семьях, если же девушка не развивалась в физический образец - ее делали такой, путем упражнений, массажа, драпировки, тщательным контролем над своими движениями и возможностью что-то приоткрывать, а что-то никогда не выставлять на показ. Благодаря таким условиям "выращивания" и в какой бы ситуации не оказалась дочь своего рода, она ни на одну секунду не забудется и не позволит себе расслабиться на виду у окружающих, не изменит своей манере поведения, не выдаст чувств ее охвативших. Главное - не выдавать чувств, ни перед врагами, ни перед друзьями - нельзя показать, что ты спустилась на землю и страдаешь; что тебе так же тяжело, как другим; ни при каких обстоятельствах, нельзя показать свою слабость и несовершенство - обычного человеческого несовершенства перед силами природы или земными событиями. Статус не позволяет высокорожденной стать более "тяжеловесной", чем ей положено от рождения, - это трудный удел, все время помнить и контролировать каждый свой жест, звук, взгляд. Это только снизу кажется, что находящиеся на Олимпе, живут и наслаждаются в неге и довольстве, что в трудных ситуациях их не касаются проблемы и беды, контроль для них - это такая же функция, как дышать. Они обязаны быть примером для окружающих!
  Простолюдинка же может быть и жалкой и слабой, глупо-наивной и сердитой; может позволить себе говорить, не думая, а подчиняясь чувству; болеть и страдать - и требовать к себе сострадания, быть болтливой, громогласной и иметь низкий голос; вовлекать окружающих в свои проблемы и самой встревать и совать нос туда, куда не просят - ей прощается. Она не развита и грязна, что с ней поделаешь?
   А Анрухтеп, тем временем, спустился к себе: там среди книг и папирусов стояло его скромное ложе, имелся прекрасный стол и величественное кресло. Сотворив молитву Богу Солнца РА и призвав Осириса и Изиду, он погрузился в медитативное размышление. Символы, проявившиеся в его сознании, в ответ на концентрированный запрос-призыв заставили задуматься еще крепче - уже просто сидя в размышлении за столом.
  Да, занесло же ветром судьбы таких "птиц". Великой Амон-РА посылает мне испытание. Что я могу предложить в противовес? Это совсем другие пласты магии и силы. Одна из женщин очень высокого рода и возможно имеет Посвящение, зато другая... Тут он не мог нащупать уровня, хотя то, что это темные силы было очевидно. Жрец прекрасно знал о взаимном существовании обеих энергий, и о том, что одна проявляется, что бы выявить другую, так же ему пришла идея о возможном овладении обеими каналами и использованием их в своих целях.
  У адепта не возникло и мысли: о помощи путешественникам, лишь об использовании их для выполнения своей жизненной программы думал он. Конечно это удача!
  Такого уровня женские силы еще не появлялись на берегах Нила, во всяком случае при его жизни и жизни его учителя, который завещал ему продолжить борьбу и установить свой знак силы, дабы Великий Сфинкс даровал ему свое Посвящение...
   Еще маленьким мальчиком Анрухтеп оказался при храме, почему-то ему оказывали особое внимание в отличии от остальных воспитанников и, даже главный жрец иногда подолгу разговаривал с семилетним ребенком. Потом, уже будучи иерофантом он от своего учителя узнал, что является сыном фараона, но не от царственной жены, а от наложницы - ассирийки, дочери Мосульского царя. Фараон хотел взять в жены прекрасную принцессу, но вмешались жрецы. При рождении у фараона от нее мальчика, нельзя допустить, чтобы внук царя страны Синеар (так они называли ее родину), с кровью текущей в его жилах от самой жуткой колдуньи и вампирши Сатьемиды, правил страной. Шумерская кровь не должна течь в жилах фараона!
  Ребенок очень полюбил своего наставника, хотя тот был суров с ним, мальчика привлекало облако тайны и силы окутывающей жреца. И изгнание его учителя из храма прозвучало, как гром среди ясного неба, как потом полу-намеками, полу-метафорами объяснили ребенку: сей жрец, получивший полное посвящение, искусно скрывал от всех, что поклоняется другим богам и в великом храме Амона-РА исповедует культ другого бога - какого и как такое могло произойти под покровом этого пантеона богов ему не сказали. Но тем не менее молодой монах на всю жизнь запомнил чарующую личность своего первого учителя.
  Что же притягивало в нем мальчика? Из-за кармы по материнской линии ему на это воплощение были закрыты некие верхние потоки энергий и, как бы он не старался, того особого состояния духа у него не получалось. Но зато, опять же из-за крови великой прабабки, мифический образ которой прославляли, а истинная сущность оставалась в тени (так как такая энергетика любит тень), у него прекрасно получалось овладение энергиями астральных областей. Его сознание легко и свободно плавало и творило свою волю - очень многие события подчинялись маленькому жрецу царской крови. Главный жрец храма очень долго пытался подключить юношу к высшим потокам сознания, но сила астральной энергии не оставляла его. И тогда верховный адепт решился на последнее средство: показать заблудшему Душу-Солнце - родного отца мальчика - фараона, в надежде на то, что сознание ребенка сдвинется с областей низших энергий и потянувшись, вырвется из-под власти астрала.
   * * *
  Назначен день. Юношу одели в тонкие шерстяные одежды из шерсти особых нубийских коз, это полотно столь тонко и легко, что не чувствовалось на коже и одновременно не пропускало жару полуденного дня. Анрухтеп запомнил двор залитый солнцем, колесница, из нее рабы со страхом в глазах, очень осторожно распрягают лошадей и раболепно им кланяясь препровождают в отведенные им стойла, - это колесница фараона, только ему подчинялись эти норовистые животные. Далее всплывают в памяти бесконечные дворики, анфилады и колонны, наконец вошли во дворец, и...
  Ослепительный зал: пол из нефрита манит и кажется мягким, стены теряются в далике, помещение не просто огромно - оно колоссально - почти равнина. Вошедшие медленно идут по залу, звука шагов не слышно, очень странное впечатление, как-будто кажущаяся мягкость нефрита, тем не менее все же поглощает звуки. Это не зал - это мир. Солнцем залито все: зелень пола и золото воздуха. Стены не видны из-за своей прозрачности и проницаемости для солнечных лучей. А впереди вырастает трон из чистого золота (или чего-то еще более неосязаемого и драгоценного(?) - для мальчика, впечатления которого ограничивались лишь серыми мрачными стенами древних святилищ, зрелище превзошло и поглотило самую яркую фантазию.
  На нем - не человек - Бог, сам Амон-РА, в золотых одеждах: переднике, нагруднике, ножных и ручных манжетах-браслетах, голову венчает корона. Он сидит прямо, сливаясь со своим троном и одеянием. Многократно отражающиеся солнечные лучи, преломляясь, казалось излучаются от самого величественного... Кого? Так и не найдя ответа, мальчик поклонился вслед за склонившимся в поклоне жрецом. Жрец отошел, Анрухтеп остался стоять перед подножием трона. Кроме них троих в этой бесконечности никого не было.
  Лицо фараона задумчиво, взгляд пронизывающ и в нем, несмотря на это сквозит сострадание, милость и... любовь! Юноша сразу уловил эту ноту - сердечную горячую каплю, ведь не даром он прекрасно владел телом чувств и желаний, эта мельчайшая "искра" любви моментально зажглась в его сердце и осветило все. Все закоулки души, даже тело наполнилось радостью и упоительным светом. Как, как такое может быть? Кто все же перед ним? ОТЕЦ! Он понял, не просто земной физический отец сидел сейчас перед ним, а истинный ОТЕЦ души, который ждет, когда сын осознает и обретет себя, свои силы и знания, и в ответ на любовь ОТЦА откликнется и воспарит и сам станет сияющей душой - сыном СВЕТА. Произошла истинная магия, трансмутация души. Слезы текли по щекам Анрухтепа, он их не стеснялся, в молчании он упал на колени, сердце сладко ныло и прерывистое дыхание сотрясало все его существо. Вот, что значит прикоснуться к Богу!
  Жрец подошел к нему и тихонько вывел, - время фараона драгоценно. С тех пор прошло три десятилетия, но как самое потрясающее событие жизни, хранит он это воспоминание. И действительно, сила Света подействовала на мальчика: его перестали преследовать сны с жуткими картинами, а во время медитаций он не проваливался в бездну, а старательно концентрировался на небе, солнце, любви ко всему живому. Жрецы радовались перерождению своего ученика, работа шла успешно и наконец, подошло время первого Посвящения. Анрухтеп успешно прошел его и получил знак отличия касты. Затем потянулись годы, они были заполнены постоянными упражнениями в выравнивании своих энергетических оболочек, участием в ритуалах и церемониях, изучении наук. Несколько раз он присутствовал на процессиях, где видел ОТЦА, но этот Бого-человек не принадлежал себе, воплощение Бога на Земле не должно иметь привязанностей к отдельным личностям, оно всецело принадлежит народу среди которого воплотилось. И сын не смел приблизиться к отцу, а тот его не звал...
   * * *
  Монотонность повседневной жизни постепенно стирала краски с идеалов, разбуженному, но не окрепшему сознанию было тяжело удержаться в череде повседневной жизни. Постепенно служение безличному Богу потеряло новизну и вдохновение, тем более оно не приносило такого подъема и озарения, как при той встрече с отцом. И Анрухтеп, заскучав в начале, потихоньку - почти незаметно для себя стал вновь спускаться в область астральных энергий, там по крайней мере было интересно, ты чувствовал себя творцом и судьей. И подчиняя своей воле людей и обстоятельства, сам впал в зависимость от энергии правящей там, резко возрос дефицит сил, а желание повелевать не угасло.
  Поймите, мои дорогие, что в царстве астральных энергий ничего не завоевывается бесплатно, за все нужно рассчитываться энергией из своего потенциала, а если его недостаточно, то нужно искать доверчивые сознания, и с них взимать дань, дабы расплатиться за удовольствия, за экстаз и могущество во времени. Да, в пределах времени, а не за ним. Все астральные путешествия и "подвиги" хоть и совершаются свободно в любых пространственно- временных промежутках, за его пределы выйти не может. Правило для кажддого одно и то же: пожалуйста пользуйся, но за аттракцион нужно платить!
  Для подкрепления своей иссякающей энергии нужны были почет и поклонение, но в храме никто никому не служил и не поклонялся. Все любили и уважали свободу другого, прислушивались к старшим и мудрым, а равнялись на свой внутренний свет, на свое высшее сознание. И лишь сознание Анрухтепа металось в тисках гордыни и жажды утвердиться. Но к тому времени жрец достиг высокого уровня самообладания и никто, почти никто не заметил перемены, перерождения, что произошла с ним, плавность перехода сгладила острые углы - все было как всегда, но наоборот...
  Пришло время, отец - фараон перешел в царство мертвых. Его тело с великими почестями и многодневными церемониями было приготовлено, забальзамировано и перенесено в гробницу, находящуюся в одной из пирамид. На трон вступил сын фараона и его царственной жены - фараон Верхнего и Нижнего Египта - живое воплощение Амона-РА, сводный брат Анрухтепа. Главный жрец храма, был одним из тех людей, который ведал о терзаниях и борьбе происходящей в Анрухтепе. Великий Адепт видел в нем не маленького и глупого мальчика, или неофита только выбирающего свой путь, и даже не просто жреца, а собрата - посвященного, уже не имеющего права быть бессознательным, подчиняться своей гордыне и идти на поводу у желаний. В жреческой среде наказуемым был лишь один проступок - разглашение тайны. Все остальное каждый волен был совершать или нет сам и сознательно платить за свои ошибки, ибо ведал о той мере наказания, которую получит.
   Жрецам страны Кем было открыто будущее в рамках закона: о неизбежности возникновения следствия - от причины его вызвавшей. Каждый Посвященный сам строил свой путь познания: кто-то шел через познание высших тайн путем совершенной мудрости и приходил к осознанию своего единства с ОТЦОМ и всем мирозданием. Кто-то раскрывал свои высшие волевые аспекты и именно таким образом, приобретал силы и способности вселенского величия. А кто-то узнавал оборотную сторону жизни, временно позволяя взять в себя в плен чувствам и желаниям, овладеть собой черным энергиям и сознательно пережив эти опыты жизни, прочувствовав и отказавшись от них, победить демонов, гнездящихся в каждом человеческом существе, избирая работу с законом "отрицание-отрицания" и согласуясь с законом "единства и борьбы противоположностей", которые так же действовали на Земле и служили на пользу эволюции.
  Путей столько же сколько идущих, но цель - одна. И ошибка приравнивалась к опыту, а любой опыт это всегда движение вперед, даже если он привел к отрицательному результату. Конечно последний из описываемых путей считался "пограничным" , наиболее опасным и требовал от идущего: во-первых, особых склонностей души (человек знал о своей зависимости от страстей и сознательно избирал этот путь борьбы с ними), во-вторых, необходим был очень сильный внутренний ментальный контроль во время всей совершаемой работы, как бы отстараненность одного начала от другого ( специально развивалась некая раздвоенность: когда один делал, а другой следил за всеми проявлениями первого, анализировал, искал слабость и несовершенство, и предлагал свой путь решения проблемы; после этого, первый послушно воплощал предложенное, вновь шел анализ результата и только после этого возникал окончательный вариант решения сложившейся ситуации).
  Таким образом достигалась полная сознательная победа над человеческими чувствами, этот путь совмещал в себе аспекты мудрости и воли. Но конечно не всегда человек оказывался победителем в этой борьбе с самим собой и поэтому не каждый решался пройти через все искушения и испытания. Очень часто адепт запутывался в своих мыслях и чувствах, они менялись между собой местами и мысль начинала услужливо работать под контролем желания, борьба оказывалась проиграна и ничто уже не могло спасти неудачника...
   Верховный жрец, ведая о скрытых страстях Анрухтепа, не смел ему мешать, а мог лишь слегка помочь, исподволь направив в нужную сторону, Поэтому своей мирской властью он решил удалить его из столицы, чтобы находясь вдали от царственного брата у него была большая вероятность обуздать зависть и гордыню, которые он взлелеял в своей душе. Еще раз повторяем: для того чтобы победа была полной и окончательной, нужно встретиться "лицом к лицу" со своим врагом, так как безлично - мы всегда с легкостью побеждаем и отвергаем то, что нами еще не пройдено и не испытано, но при прохождении реального опыта, как правило, оказываемся слабы.
   Итак, Анрухтеп в Фивах, в городе "ста врат" - величественном и прекрасном своей угрюмой тяжеловесной архитектурой, таинственными храмами, посвященными Амону-РА, Изиде и Озирису. Он назначен верховным жрецом в главном храме, который посвящен Богу солнца - РА. Но назначение, которое он воспринял как изгнание, не остудило его гордыни и в голове зародились мысли - достигнуть звания Верховного жреца в главном храме Мемфиса и, захватив власть фараона, сместить брата, который был к тому же младше его годами.
  Нет, этот жрец, даже при всей своей многогранности, не был адептом пути к Богу: через победу и обуздание своих страстей посредством воли и разума, хотя и создавалось такое впечатление. Раз ступив на путь подчинения своим порокам, он уже не смог остановиться, кровь со стороны матери оказалась сильнее, да и не было в этом мире уже того живого примера, - отца, который хоть и находился на недосягаемой вершине, но БЫЛ и самим своим существованием сдерживал честолюбивого сына.
  
   * * *
  
  
  Анрухтеп затаился в ожидании случая. И вот судьба посылает двух богинь света и тьмы. Кто они такие не важно, здесь они никто, в его власти сделать из них цариц или рабынь. Он сможет, руководя ими как правой и левой рукой, добиться желаемого, нужно лишь не торопиться, все продумать и подготовить. Скоро праздник посвященный Озирису, на него приедет фараон, а Анрухтеп будет руководить церемонией.
  Он знает, что нужно сделать! Он все проведет как надо. А пока ? Пока пусть прекрасные женщины отдыхают. Час придет, - корона отца будет его и он сам будет Светом. Но... дорогие читатели конечно понимают, что в мечтах можно воспарить очень высоко, но затем падать с этой высоты бывает очень больно. И жрец-посвященный уже перестал понимать даже такую простую истину. Почему? Потому, что оказался перед "закрытыми дверьми", ведущими в царство Истины. Всякий кто хоть раз удостаивался внимания этой Величайшей из Богинь превращается в сына Мудрости, но даже сын Мудрости может поддаться искушению и тогда двери для него оказываются закрытыми. Но он в ослеплении своем продолжает стучаться в них лбом, набивая шишки, думая, что черпает из бездонного колодца, а то, что лоб при этом стал круглее .... - так наверно и умнее! Несчастный слепой безумец. Такая же участь постигала и постигает многих посвященных, мудрецов и священнослужителей и, самое печальное, целые религиозные системы. Они оказываются настолько далеко от источника и их зрение и слух так испорчены и искажены, что все их старания и продвижения на стезе выглядят как вопли сумасшедшего возомнившего себя Цезарем. Думая, что вокруг верные войска, он сражается с больничными стенами. Отступление от истины и падение всегда происходит для человека незаметно. Еще вчера горел и светился, но сегодня уже жалкие ошметки былого гения.Примеров масса.
   Женщины отдыхали физически, но томились в неизвестности, услужливые рабыни быстро и красиво их одевали, ухаживали за телом и волосами, услаждали музыкой и танцами, но никто не обмолвился с ними ни словом, хотя конечно, жреческая каста и многочисленные рабыни могли знать их язык. Но вокруг путешественниц образовалась гробовая стена молчания и она изматывала не хуже тюрьмы для тела. О мужчинах тоже не было никаких вестей. Время тянулось медленно.
  Даже Югма начала скучать, в непривычной для нее роскоши не хватало изюминки - возможности действовать, а суть этой женщины была сильна именно своим темпераментом и способностью к обучению. Шарлота же впала в полусонное состояние меланхолии, уйдя в свою раковину и стараясь не общаться с фрейлиной. Ей стало казаться, что если она сможет установить тишину внутри себя, ей откроется смысл их путешествия и выход из создавшегося положения. Но постоянное, подчас назойливое присутствие Флорены доставляло массу беспокойства, да еще неутихающий лепет рабынь, их пение и танцы не способствовали уединенному размышлению.
  Ну а что же с нашими мужчинами? О них как-будто забыли. Жрец настолько был обрадован открывшейся перед ним исключительностью пленниц, что не обратил никакого внимания на их спутников, просто отдав распоряжение занять их работами по ремонту городских стен. Близился день праздника. Все были очень заняты его устройством, ведь фараон появлялся на нем раз в семь лет. А этот, недавно вступивший на трон, никогда еще не принимал благословения Амона-РА и не участвовал в церемонии в Фивах в качестве правоприемника Бога СОЛНЦА.
   * * *
  Анрухтеп досконально продумал сценарий церемонии, в этой работе было занято очень много людей. Техники-механники создавали новые подъемные машины, конструировали уникальные раздвижные пологи. Мастера по факельным и огневым устройствам готовили праздничное освещение и ночной фейверк. Музыканты сочиняли новые мелодии и приспосабливали на строго выверенных местах акустические сферы и трубы. Шились новые одежды всем вплоть до лошадей, которые должны были участвовать в церемонии. В главном храме загодя обмывали и обтирали стены и потолки специальным составом, куда входили особые ароматические растения и природные красители.
  "Изюминкой" всего праздника было парфюмерное сопровождение, оно выражалось в постепенном изменении различных композиций запахов и их плавный переход из одних в другие, в соответствии с ритуалом и сопровождающей его музыкой. Живыми были не только звуки, но и краски, постепенно переходящие из оттенка в оттенок, но над всем этим царило волшебство живого аромата, действующего на более тонком, почти бессознательном уровне на присутствующих. Симфония ароматов, красок, музыки и танца должна была сопровождать все передвижения свиты фараона во главе с самим божественным правителем, а снисхождение процессии на особое место - постамент самого Амона-Ра в облике СВЕТА довершало кульминацию праздника.
  Маленькое пламя, возникшее от солнечного луча при помощи многочисленных линз, - невидимых глазам непосвященных в технические хитрости церемонии, являлось символом проникновения и заякорения Света на земле. Под торжественные звуки оно приобретало силу и размах, едва умещаясь в специально подготовленном факеле-треножнике. Музыка стихала, атмосферу наполнял тревожный зовущий аромат особого африканского растения, которое используется для натирания войнами-аборигенами перед решительной схваткой с врагом. Запах экбу пробуждал невольный всплеск патриотизма в груди каждого присутствующего, дробный звук барабанов, как перестук миллионов сердец, его ритм сливался в одно биение - одного могучего сердца и этим сердцем нации был фараон.
  Он выступал вперед, склонял колено перед пламенем, рожденным Светом и, спокойно протянув правую руку, полностью погружал ее в огонь. Момент соприкосновения огня и человеческой плоти длился не одно мгновение, за это время любое другое соприкосновение неминуемо привело бы к трагедии, но вместо ожидаемого в этом случае запаха горящего мяса, разливался аромат цветущих лилий произрастающих на священном озере, которое, имея форму человеческого глаза одиноко противостояло пескам и ветрам в самом центре пустыни. Его не занесло, не высушило и оно не затянулось болотной ряской, прекрасное чудо природы имело на своих священных водах лишь один вид растительности - лилии, нельзя сказать, что они были необыкновенной красоты или размера, отличались особой цветовой гаммой, но кое-что особенное они имели, это - аромат. Аромат такой силы, что определить нахождение озера можно было за многие километры даже при отсутствии ветра, кроме того запах этих растений не действовал возбуждающе, он не был сродни наркотическому опьянению, скорее он тонизировал, воодушевлял в каждом, кто вдохнул его дивный аромат лучшее, благоприятное - все, что имел человек в себе доброго увеличивалось во сто крат. Наверно такие цветы растут в раю.
  Фараон так же спокойно и торжественно убирал руку из пламени, она нисколько не темнела и не обугливалась, скорее ( или это уже был обман воображения, вызванный всей экзотичностью церемонии) она излучала отсвет, как бы захваченный из пламени,
  Правая рука фараона олицетворяет собой правые дела владыки и отныне, на срок в семь последующих лет они благословлены Богом Солнца Амоном-РА. Так случалось каждый раз, одно и тоже действо, один и тот же сценарий и каждый хоть раз присутствовавший на таком празднике запоминал его во всех мельчайших подробностях. Анрухтеп решил и на этот раз ничего не менять, за исключением того , что новый фараон впервые пройдет через все церемониальные обряды и впервые соприкоснется с силой и магией.
  И вот настал торжественный день. К середине дня, как и было назначено появилась ладья фараона, вся площадь между пристанью и городскими стенами заполнилась народом, легкий ветерок, сияющие лучи солнца в воде Нила, многочисленные лодки сопровождающие царский кортеж.
   Фараон вступил на землю, наклонив спины, рабы выстроились живой тропой- по ним ступал фараон поднимаясь к носилкам. Процессия двинулась, впереди бежали гонцы расталкивая толпу, за ними несли многочисленные церемониальные принадлежности от символов солнца до священного скарабея на подушечках, все это сопровождалось звуками труб и ударных инструментов. При подходе к городу, к его царским вратам, процессия остановилась, воцарило всеобщее молчание. Фараон спустился с носилок, он должен пешком войти в город, при этом от свода ворот вниз спускался солнечный диск на уровне головы среднего человека. Фараон подойдя, должен согнуться и, приклонив голову, пройти под диском. Это означало поклонение физическому воплощению Бога в его символическом изображении. Входя в дом Бога, его проводник ( фараон являлся проводником солнечной энергии на землю) приклонял голову, как носитель человеческого интеллекта перед Великой Сущностью.
  Но произошло неожиданное (так как в это время никогда не было дождей, об этом даже не подумали), при приближении к вратам на чистом небе вдруг образовалась тучка и пролилась ливнем, как раз в том месте где шла процессия, дождь застал фараона в тот момент, когда тот медленно проходил сквозь врата под диском. Почему Великий РА заслонил в этот момент свое сияние водяными струями, что означало такое явление природы? Анрухтеп вздрогнул, предвидение божественного вмешательства в его земные планы на миг посеяли сомнения в проведении задуманного им, но другого такого случая может долго не предвидится и он укрепил свою решимость.
  Многочисленная процессия из жрецов и царедворцев прошествовала следом за фараоном, поочередно слоняясь перед солнечным диском. Верховный жрец всех храмов Мемфиса озабоченно нахмурился, ему не понравился этот знак посылаемый людям, и только слепцы не обратили бы на него внимание: " Великий РА не принимает поклонение от фараона, который должен являть собой земное вместилище Бога? Фараон значит - Дом Бога, и вот этот дом в самый торжественный момент оказывается облит водой, что-то за этим стоит, какова причина? Нужно быть очень внимательным и приглядеться к Анрухтепу, который руководит церемонией, ведь он когда-то был отдален из столицы из-за родства фараону и неуемной гордыни!"
  Тем временем, процессия, пройдя мимо городских ансамблей, приблизилась к главному храму, стоящему на некотором отдалении от мирских зданий. Там прилюдно на открытой площади был совершен ритуал освящения руки фараона от огня, зажженного лучом полуденного солнца. Здесь все прошло гладко как в добрые (?) старые времена. Народ ликовал и наслаждался, воодушевившись от зрелища, аромата и музыки. Далее, фараон покинул общественное место и войдя в само святилище, подошел к стене, на которой барельефами были расписаны все основные факты и события города, затем пройдя через многочисленные анфилады, вошел во внутренние покои, где располагался жертвенник и пьедестал для фараона. На этом жертвеннике еще не горел огонь, он зажигался на заходе солнца, последним его лучом. Младшие жрецы окропили алтарь кровью жертвенного животного, которая свернувшись комочками источала тлетворный запах, здесь запрещено использовать специальные снадобья. Иллюзия осталась за стенами - для народа, здесь тайна не прикрывалась яркими красочными покрывалами, все кто хотел и мог - ощущали ее, тем не менее проникаясь символизмом происходящего. Фараон подошел и тронул пальцами жертвенного барашка, обмочил их в крови и вине и брызнул ими в сторону фитиля на алтаре, и тут солнечный луч зажег огонь. Солнце совершив свой очередной круг и в этот день - юбилейный, послало свой луч через множество линз ( или они поймали его луч?), загорелся тонкий фитилек, мгновенно обратившись в пламя. Все действо совершалось в полной тишине. После этого акта откуда-то ненавязчиво зазвучала музыка.
  Фараон занял свое место на троне, а все допущенные цепочкой подходили к алтарю и повторяли действия своего властелина, затем расположились по правую и левую стороны от трона в строгой зависимости от знатности и должности. Жреческая каста при этом расположилась слева, остальные справа. Так же слева от трона фараона стоял под углом девяносто градусов к нему меньший трон Верховного жреца Мемфиса, справа рядом с фараоном трон для жены фараона, но он был пуст, так как властелин еще не соизволил выбрать себе царицу. У Египта еще не было царицы по двум причинам: из-за малости лет самого венценосца, ему исполнилось лишь восемнадцать, но самая главная причина состояла в том, что в Египте и близлежащих дружественных государствах в данный момент не было истинной принцессы крови, достойной этого трона. В те времена уже канул в лету закон о близкородственных династических браках, - истощилась кладовая божественности в царях и эти браки теперь могли привести лишь к вырождению, а никак не сохранению божественной крови в потомстве. И пока этот вопрос был открыт, многочисленные рабыни услаждали отдых фараона. Место царицы место рядом с ним занимала его мать: величественная, утонченная и одновременно обладающая незаурядным умом тридцатипятилетняя женщина. Именно она и Верховный жрец творили историю и проводили политическую линию Египта того времени. Но на эту церемонию она не приехала - нельзя Мемфис оставлять без присмотра.
  Начались подношения жителей Фив своему властелину, каждое сословие отправляло избранных из своей среды с дарами - самыми лучшими и ценными, из всего сделанного ими за семь лет. Каждый дар был благосклонно принят и унесен для дальнейшей отправки в Мемфис. Настала очередь иноземных гостей и купцов, которые в этот момент жили в Фивах: каждая делегация приносила подарки своей родины и в аллегоричной форме высказывала пожелания и предложения либо от своего имени, либо, если они были уполномочены, от властителя своей страны.
  Мир конечно знал о свободном троне рядом с фараоном и многие желали бы породниться со столь развитой и могущественной страной. Поэтому суть всех даров выражалась в описании качеств возможной невесты из своего государства. Среди подносимых сокровищ особенно выделялись рубины, оправленные в драгоценный металл в форме сердца, губ и сосков прекрасной принцессы, дочери одного из магараджей; кроме того, обращали на себя внимание: туфельки с ноги принцессы Великого китайского императора, сделанные из сафьяна и украшенные драгоценными сапфирами и жемчугом; или, например, - редкая сладкоголосая птица в клетке из далекой страны на востоке, которая пением своим услаждала прежде слух своей повелительницы. Драгоценные дары-предложения следовали одно за другим, внимательно осматривались жрецами и уносились. Затем пошли процессии из жрецов окрестных храмов, они подносили прошения, в которых излагали свои нужды, просьбы о необходимости строительных или ремонтных работ в храмах, нехватке рабочих и дополнительных средствах. Так же каждая жреческая группа представила календарь богослужений, церемоний и график приема и обучения учеников. Далее, были представлены молодые люди, достигшие уровня, после которого возможно посвящение в жреческий сан младшей ступени. Фараон должен был, взглянув на неофита сказать последнее слово: да или нет. После утвердительного юношу в ближайшей церемонии посвящали в иерофанты, а при отрицательном ответе срок его обучения продлевался в худшем случае на семь лет, а лучшем нужно было ждать следующего удобного празднования либо в Мемфисе, куда можно будет приехать и вновь предстать в качестве кандидата, либо внеочередного посещения фараоном их города.
   Так все шло своим чередом, без сбоев и задержек, ритуальность действа не позволяла ни малейшего отступления от правил. Настал черед подарка от жрецов главного храма Фив. Рабы внесли две одинаковых объемных конструкции: каждая представляла собой фигуру состоящую из двух конусов, соединенных основаниями, высотой больше двух метров и шириной в самой широкой своей части около полутора метров. Рабы торжественно поставили их на пол одним из остриев вниз, другим вверх, так что оси их были пепендикулярны полу. Другие рабы принесли конструкции, которыми и закрепили их в таком статичном положении. Таким образом перед фараоном оказались две формы в виде двойных волчков, все это время они были обтянуты шелковой тканью не позволяющей проникнуть взглядом внутрь.
  Зазвучала музыка, подошли огромные нубийцы в золоченых передниках, наколенниках, браслетах, их мощные грудные клетки скрывались под такими же нагрудниками. Сочетание иссиня-черной блестящей теплой живой кожи и блеска холодного ярко-желтого благородного металла, подкрепленное звуками издаваемыми трещетками и тамбуринами, производило завлекающее впечатление. Глаза всех присутствующих с напряженным вниманием следили за дальнейшими действиями этих шестерых великанов. Прекрасно вышколенные нубийцы, разделившись по трое подошли к закутанным неподвижным формам. Музыка, до того неторопливо отсчитывающая ритм незаметно перешла в нечто рокочущее, тревожно-призывное, пока не зависла на крайне тревожной ноте. В зале повисло вопросительное молчание: один из рабов тройки рывком оторвал край полотна, а два других в это время резко раскрутили конус, с обеими структурами все произошло одновременно. Они на мгновение открылись взглядам заинтригованных зрителей, но верчение их было настолько быстрым в двух противоположных направлениях, что рассмотреть содержание было невозможно. Что там? Драгоценные скульптуры, необыкновенные вазы или диковинные животные? Каждый задавал себе вопрос и не мог рассмотреть ответ. Музыка как-будто взбесилась какофонией звуков резко и неожиданно переходя от самого низкого и редкого диапазона до включения самых высоких почти неразличимых нот. Два двойных конуса не прекращали своего верчения,- об этом заботились нубийцы, но скорость при этом уменьшилась и зрители смутно стали различать что-то находящееся внутри. Из-за блестящих прутьев золотой и серебряной клетки неопределенно просматривались чьи-то тела. Но скорость все же была высока и в основном перед глазами мелькало сплошное мерцание спиц. С потолка спустились два колеса с горящими масляными лампадами по окружности, так что загадочные волчки оказались внутри. Колеса остановились на уровне самой широкой части фигур, при этом на серебряную клетку спустился круг из черного опала, а на золотую круг из зеленого нефрита.
  Верчение продолжалось, музыка превратилась лишь в фон, сопровождающий действо, постепенно конусы стали замедлять движение и наконец остановились совсем, но сразу же пришли в движение круги вокруг клеток черный и зеленый, огонь их лампад превратился в горящее колесо, отсвет падал вокруг и на прутья клеток. Музыка, буквально "возрыдав", резко замолкла в наступившей тишине и... темноте. Зрители не заметили как были погашены все светильники кроме горящих в кругах и можно было наконец рассмотреть, что же пряталось за этим верчением и кружением.
  Там оказались две фигурки обнаженных женщин, которые по осям клеток были прикованы золотыми и серебряными наручниками на золотых и серебряных цепях, так что руки подняты вверх, а ноги стояли на неподвижном пьедестале, вокруг которого вращалась клетка так, что во всем верчении и кружении они не принимали участия, все происходило вокруг них, они были лишь центрами. Но тем не менее участь этих "центров" была не совсем ясна: скованные руки и ноги, клетка вокруг, и вертящееся, светящееся колесо составляли тройной символ пленения.
  Цивилизованность часто отступает перед алчностью или жаждой власти и наши дамы из путешественниц превратились в пленниц. Они оказались оружием для решения проблем и амбиций одного человечка, который теперь творил их судьбу и да и свою тоже... За них все решили и сделали их такими, какими захотели видеть: у обеих волосы, собранные в одинаковые высокие хвосты на затылке, спускались мягкими волнами до пояса. При этом у одной девушки, которая находилась в серебряном конусе и черном круге, волосы цвета вороного крыла переливались в отсвете огней иссиня-черной волной, у другой, волна волос спорила своим сиянием с благородным металлом клетки.
  Молодой и горячий фараон не выдержал и счел возможным, правда при этом сначала переглянувшись с Верховным жрецом Мемфиса, неторопливо приблизиться к клеткам с дивными подарками, то что это подарки ни у кого не вызывало сомнения, но что может вырасти из такого подарка?
  Его еще молодое лицо не имеющее пока мимических складок величия и невозмутимости выражало неподдельный интерес, достойный котенка, который с изумлением рассматривает клетку с белыми мышками. Он обошел вокруг клеток и замер между ними. Задача казалась неразрешимой, уж слишком непохожи и слишком прекрасны оказались эти две женщины - иноземки. Красота одной олицетворяла собой саму Мать-природу, у нее было пышное, белое тело, сквозь мраморную кожу которого просматривалась тоненькая сеть голубых пульсирующих жилочек. Тонкие руки с длинными пальцами высоко подняты цепями, отчего голова откинулась назад, выставив чувственный рот. Сильный подбородок переходил в запрокинутую чуть полноватую нежную шею. Полные груди с очень большими коричневыми сосками торчали почти вызывающе, темные подмышки как бы очерчивали по краям волну волос, сливаясь с ней и невозмутимо акцентируясь на темном островке внизу живота, живот же был мягким и зовущим. Тонкая талия резко переходила в очень широкие бедра и их линия сужалась лишь к коленям, тонкие голени ног почти незаметно переходили в изящные щиколотки и маленькие ступни. На шее, талии, щиколотках и запястьях, на каждом пальце рук и ног перезванивались тяжеловесные серебряные украшения с темными непрозрачными камнями и перламутром, которые в сочетании с ослепительно белой нежной кожей пленницы создавал неповторимое сочетание хрупкости жизни в грубой действительности. Вся фигура дышала экстазом, плоть заявляла о себе громко и недвусмысленно, любовь в самом глубоком физическом проявлении гордо демонстрировала свое отображение в земной женщине, земной ли?...
  А красота другой еще сложнее поддавалась постижению с помощью обычных человеческих определений, казалось, солнечная богиня спустилась на планету и сейчас, в клетке выставлена перед жадными очами смертных. Ее матовая кожа была упругая, искрилась и сияла, как-будто ее специально присыпали золотой пудрой. Длинные руки, как крылья раненой птицы заломлены вверх, маленькие груди беззащитно топорщатся, заканчиваясь маленькими бутончиками розовых сосков, длинная стройная шея, худенькие, но довольно широкие плечи, тонкая талия и стройные бедра, подтянутый живот и длинные красивые ноги - сильные и стройные. Казалось сама Афродита вышла из пены прибоя и на секунду позволила солнечным лучам обласкать свое тело. На ней почти не было украшений, лишь маленький простой крестик и кольцо на пальце, камень которого был прикрыт от дневного света и лишь потаенно мерцал светом-отцветом - разобрать невозможно, да и не хотелось отрывать внимания от чуда-чудного в образе женщины равной, которой не вообразить.
  Но после восхищенного созерцания тела взгляд, останавливаясь на лице, изумленно замирал перед не менее прекрасными чертами. Выразительное лицо брюнетки, несмотря на ее юный возраст, уже приобрело характерность, которая выражалась в неуловимости и противоречивости. Магнетические глаза первыми приковывали к себе внимание: острый и твердый как клинок взор, совершенно лишенный блеска, затягивал в себя и угрожал каждому, дерзнувшему утонуть в нем взглядом, но, через мгновение, неожиданно смирялся под строгим росчерком густых бровей, которые таили в себе неменьшую опасность для случайного наблюдателя, но совершенно неожиданно, это впечатление вновь полностью менялось, благодаря яркому рту - зовущему и пленительному, и лицо снова менялось. Такая резкая смена чувств оживляла его, делала крайне динамичным и не позволяло памяти составить законченный портрет, хотелось вновь и вновь неотрываясь, следить за сменой красок, желаний, игрой мыслей на этом диковинном лице.
  На озаренном светом лице другой пленницы, широко распахнутые глаза сияли золотыми искрами, как-будто только-что окунулись в солнечный ветер и он подарил частицу своей чудодейственной силы этой женщине, и они, несмотря на боль, страх и стыд, светились в пламени мерцающего круга летящих мимо огней. Высокий лоб, правильный нос, высокие скулы, небольшой, нежный четко очерченный рот о острый подбородок пленяли своей гармоничностью. Все чувства наблюдателя устремлялись навстречу красоте этой солнечной богини. Отсвет самой гармонии окутывал ее как вуалью и согревал сердце наблюдателя.
  Обе девушки были прекрасны и очень эффектны, и все же чувствовалось их большое различие в статусе. Возраст не угадывался, скорее брюнетка казалась старше и искушенней, чем рыжеволосая, особенно, на это указывало развитое, чувственное тело и контрастность облика. Мягкость же тонов и линий второй пленницы наоборот, создавала впечатление свежести и неискушенности. Восхищенный вздох разнесся по залу, который вызвала умело поданная и оформленная женская красота. Хотя египтяне не служили красоте физической, исповедуя достаточно мрачную религиозную систему, основанную на поклонении богам и заботам о своем посмертном существовании, этот спектакль не мог не вызвать у них восхищения, еще и потому, что это физическое совершенство было не поверхностным, а выражало внутреннюю суть каждой из этих женщин: двух противоположных начал женского обаяния и власти.
   * * *
  Женщины были испуганы, лица их выражали тревогу и собранность, Но одна была полна энергии и вызова, а другая стыда и гнева. Конечно для Югмы-Флорены это означало лишь дальнейшее развитие событий и возможность развития своей миссии, но для Шарлоты это был конец, с ней осталась лишь ее гордость, которая удерживала остатки мужества в ее выставленном на показ, когда-то царственном теле.
  ...И боль, заглушившая боль занемевших рук, тисками сжала грудь, глаза ослепли от переживаемого унижения, и ей с трудом удавалось сдерживать слезы и сохранить маску невозмутимости на прекрасном лице. Она как бы отключилась от своего тела и смотрела на себя со стороны, совершенно не идентифицируясь с тем, на что сейчас с таким вожделением и восторгом взирали сотни глаз.
  Глаза же Флорены моментально обежали зал, оценили ситуацию и вычислили главное действующее лицо, лицо на которое нужно направлять свое влияние: " Да, они выставлены как два подарка великому фараону, и из этого нужно было извлечь выгоду. Египет? Пусть будет он! Куда ее направляют силы провидения и толкают ее могучие покровители, туда она и будет внедрять энергию, проводимую через нее. Еще Югма сразу поняла, что из двух пленниц выбирают одну и пока не могут решить кого предпочесть. Ну что ж, она сможет помочь этому царю выбрать ее, ей нужного лишь выйти из круга огней, а сейчас ее магия бессильна. - Но тут в ней заговорило тщеславие - Неужели она хуже королевы, ведь она моложе ее на четыре года? Дайте мне только вырваться! Я быстро поставлю всех на голову! "
  Верховный жрец Египта почувствовал угрозу исходящую от одной из женщин и быстро подошел к клеткам, - Да так и есть - одна из них олицетворение низшего мира, и не дай, о Великий РА, фараон остановит на ней свой выбор. Ну, а другая, что же она представляет из себя? - Конечно жрец Посвященный очень высокой ступени и ему не представляло особого труда различить этих двух женщин, для него не могли быть непроницаемым барьером физические тела, он сразу прозрел суть и отшатнулся, когда "увидел" своим внутренним видением мощный столб света, покрывающий златовласую женщину, и этот столб нес не меньшую угрозу зрителям и исполнителям спектакля, чем опасность сквозившая от другой пленницы. "Что же это за явление в образах и как защитить государство и фараона от таких подарков? Не даром было предупреждение в виде дождя. Вот оно! - Лишь отрезвление может спасти, как от резкой струи воды спящий человек моментально пробудится, нужно докопаться до истины - воды истины помогут! Но пока все должно идти своим чередом", - жрец вернулся на место, фараон медленно обойдя еще раз вокруг клеток, тоже возвратился на свой трон. Зазвучала музыка, остановились круги с горящими лампадами, зато клетки вновь пришли в движение, скрыв от всех удивительно красивых женщин. Лампы погасли, круги подняли, зал осветился факелами, великаны-нубийцы вновь закутали клетки китайским шелком и осторожно вынесли из зала, чтобы доставить пленниц на ладью фараона в числе других подарков. Церемония продолжилась.
   Женщин тем временем освободили, одели в красивые и дорогие одежды и ввели на корабль.
  Опять корабль! Флорена чувствовала себя уверенно, ее глаза остро поблескивали, а чувственный рот кривился от торжествующей усмешки.
  Шарлота напоминала тень и скорбь. Ее глаза опущены и сквозь завесу густых ресниц изредка скатывались слезинки. - "Ты плачешь, девочка, - значит еще есть надежда, не сожжены корабли и не выветрилась сила в твоей душе, борись!" Откуда пришли эти слова, Шарлота не поняла, но явственно их услышала.
  Девушек усадили, накинули на них покрывала: красное, расшитое золотой и серебряной нитью на Флорену, и синее расшитое речным жемчугом на Шарлоту. Рядом встали те же нубийцы и медленно потянулись минуты.
  Анрухтеп внутренне торжествовал - эти женщины на самом деле на много прекраснее, чем он ожидал и притягательностью своей погубят еще неопытного и слегка женолюбивого фараона. Жрец знал, что если какой-либо мужчина попадет на свою беду, в центр борьбы между двумя женщинами - он обречен, особенно таких женщин..
  Одного лишь не смог предусмотреть воспаривший было в своих мечтах глупый жрец: что хорошее начало интриги совсем не означает ее успешного завершения.
  Церемония закончилась и ладьи медленно поплыли вдоль берегов великой реки. На первой находились фараон, Верховный жрец и первые приближенные, за ней - несколько лодок доверху нагруженных подарками. В предпоследней находились и наши героини. Плавание продолжалось недолго - к утру прибыли в столицу. Город представлял собой грандиозное зрелище: многочисленные храмы и дворцы фараона и вельмож притягивали взгляд своей суровой величественностью. В другое время и при других обстоятельствах Шарлота с большим интересом гуляла бы по городу, осматривая и знакомясь с уникальной архитектурой, но сейчас, после пережитого стыда, мысли и чувства ее не могли успокоиться. Она понимала, что упала не она, что обстоятельства привели ее к такому невыносимому положению, выставив ее как рабыню - товар, не подозревая о ее царском достоинстве, хотя каждая женщина, независимо от того, кто она - царица или служанка заслуживает уважения и неприкосновенности.
  Но это в идеале, а на бренной земле существовали цари и рабы и случалось, они вдруг менялись ролями. Царица и дочь принца крови оказалась бессловесной рабыней, и даже ее единственная защита и знак отличия - кольцо Одина не помогло ей, на него просто не обратили внимания, камень был закрыт кружевной крышечкой и не открывался даже случайно, как это случилось однажды на острове. Но ведь там, именно он спас жизнь ей и ее спутникам и помог избежать плена, а сейчас? Она сама не смогла им воспользоваться, что-то удерживало ее - во-первых, а во-вторых она толком не знала как с ним обращаться. Раньше это происходило само собой, а сейчас?
  Подумав, Шарлота пришла к выводу, что камень каждый раз вступает в силу независимо от ее состояния, его сила начинает действовать в зависимости от каких-то других, неведомых ей причин: во сне ли, на яву, но ясно одно, сейчас когда она подверглась такому позору, - камень бездействовал. Для Шарлоты это было подобно полному и безвозвратному падению и совершенно не имело значения, что послужило причиной ее бесчестья, вольна ли она была в данных обстоятельствах или нет: как человек, потерявший голову - казнен ли он, или же является самоубийцей, результат для него один - головы нет и он уже не человек, а труп, Именно так думала королева, теперь уже бывшая. Это она сказала себе раз и навсегда, поставив этим точку на своей дальнейшей судьбе королевы. Наши читатели конечно не вполне согласятся с королевой Шарлотой в ее самобичевании, но уж так она была воспитана, и такое понятие о чести у нее сформировалось.
   Лодки с подарками разгрузили, нашим пленницам определили апартаменты и прислужниц и, наконец, оставили в покое. Но на этот раз их разделили, ни одна не знала об участи другой, обе оказались окружены негой и заботой. Постепенно женщины начали привыкать и входить в ритм нынешней своей жизни, привыкать к служанкам и их языку.
   * * *
   Ну, а что же стало с нашими героями? Мы оставили их в момент когда была определена их участь как пленников. Четырех матросов, капитана и Доминика никто даже не рассматривал как важных персон, гостей или друзей страны. Не имея при себе никаких свидетельств, в потрепанных и выцветших одеждах, на старом корабле, без малейших признаков принадлежности к флоту какой-либо из стран, им не на что было надеяться во времена, когда даже в их родной стране человеческая жизнь ценилась не выше, чем жизнь лошади или вола. Не обладая силой и богатством, человек не имел права на почет и уважение. Чужеземец, который не мог доказать своей знатности и представить могучих родственников не был интересен. Поэтому наших путешественников определили туда, где требовалась рабочая сила, они не считались рабами, так как не были захвачены в бою или куплены на невольничьем рынке, просто люди без рода и племени, без средств к существованию, ну что же , мы позволим жить в нашей стране, дышать нашим воздухом и пить нашу воду, но только в обмен на труд, тяжелый труд.
  И вот после стольких месяцев лишений и изнурительного плавания, берег встретил их не столь ласково, как хотелось бы. Правда, они были свободны: либо работать, жить и есть, либо уйти дальше в неизвестность еще более нищими, чем приплыли, да еще оставалась непреходящая тревога за судьбы женщин, которых сразу отделили, что с ними? Доминик понимал, что нельзя оставлять их на произвол чужих людей, не знающих их и не желающих знать. Но эту заботу кроме Доминика не разделял, почти никто, кроме корейца. Даже капитан бездействовал, опять к нему возвращалась меланхолия, и он мог часами сидеть без движения, однажды подвергшийся колдовству Югмы, он не вылечился окончательно, этот вид болезни никогда не проходит сам, он требует серьезной работы как от индивидуума, так и от людей ему помогающих. Ну а матросы - обыкновенные крепкие мужчины, которые привыкли к трудностям, но по природе своей не умели действовать самостоятельно, принимать рискованные решения, они не трусы и не лишены отваги, но лишь под руководством способны бороться. Поразмыслив, они пришли к выводу, что можно некоторое время переждать на берегу, а затем вновь наняться на какой-нибудь корабль, тем более, что их свободу никто не ограничивал. Итак, из шести - четверо спокойны, никуда не рвутся и видимо считают свой долг и обязанности выполнены в силу сложившихся обстоятельств.
  Доминик и Кую-ун-Порху работали и держались вместе, вместе лежали их матрасы из тростника в огромных залах-спальнях для рабочих, вместе ходили на обед в общественную столовую и вместе совершали прогулки по городу и за крепостные стены. Постепенно они научились объясняться с местными рабочими и горожанами, и конечно, праздник сопровождавшийся приездом фараона не остался ими незамеченным. Их не допустили присутствовать на церемонии, им так же не удалось находится поблизости в момент шествования фараона со свитой, и с крепостной стены они смогли наблюдать как на царские ладьи грузятся подарки и две закутанные женщины в красное и синее покрывала. Не хотелось верить в такой исход событий и поэтому, Доминик и кореец продолжали поиски, но по прошествии трех недель они так ничего и не смогли узнать о двух женщинах-чужестранках, полная тишина, информационный вакуум сопровождал все что было связано с фараоном, жрецами и теми кто попал в их зону повышенного внимания.
  Тем не менее учитель и ученик не оставляли своих занятий и упражнений Цигун и вот, однажды, во время выполнения движения, которое начавшись растянулось во времени и от этого в сознании Доминика произошло смещение на другой план бытия.
  А так как им владела одна и та же мысль и забота: он увидел Шарлоту в красивом помещении у фонтана, несколько чернокожих девушек окружали ее, полог открывается и горделивой поступью входит женщина, все падают ниц, кроме королевы, она с измученным лицом поворачивает голову в сторону вошедшей. Вошедшая - а это была мать фараона, нахмурив брови деловито и тщательно осматривает Шарлоту, как если бы та была вещью или породистым животным. Но Шарлота неприступна, она ничем не выдает своих чувств, никто не должен видеть ее отчаяния. Обе женщины встают друг против друга, они полны достоинства и величия, взгляды встретились и пересеклись, повисло напряженная тишина. Королева бледна, а смуглые щеки матери венценосного сына зажглись румянцем негодования: "Как смеет эта чужестранка не оказывать ей почестей и так дерзко стоять перед ней, это вызов! Это бунт!"
  У разъяренной женщины даже не возникает мысли, что перед ней стоит равная ей царица, и если бы не ослепление гордыней и ревностью может она и прозрела бы. Но в каждой приближающейся к фараону женщине, она видела угрозу своему величию, свой закат и потерю влияния на сына, а для властолюбивой женщины это было равносильно уходу из жизни. Ее царственный супруг никогда не любил ее, он любил рабыню, халдейскую принцессу, от которой у него был старший сын и которого с таким трудом ей удалось отослать подальше от столицы. И вот ответный удар от ненавистного пасынка, именно он дарит фараону драгоценный подарок, зная любовь юноши к прекрасным женщинам, унаследованную от отца. Наверняка каждая из них является его верной шпионкой и подготовлена так, чтобы завладев сердцем фараона, подчинить его себе, а затем сместить его с помощью жреца - брата фараона. Материнское сердце - вещун, она действительно смогла увидеть то, чего очень хотел и к чему стремился Анрухтеп. Но прозрев мысли мятежного брата фараона, она не смогла проникнуть в величественную трагедию другой женщины - королевы, изгнанницы и пленницы. Мать фараона никогда не поняла бы ее действительной сути и нравственного закона и поэтому, слепыми от ярости глазами она сверлила сейчас, прожигала ядом ненависти свою возможную соперницу. А то, что эта женщина могла пленить ее сына не вызывало сомнения. Властная царица сделала для себя вывод: эту златовласую женщину - гордую и красивую нужно уничтожить. Как? - Она пока еще не придумала. Главное - решение принято, а способов множество.
  ......................................................................................................................................
  Вот, что увидел Доминик за одно мгновение, он прозрел всю ситуацию, мысли каждой из женщин и возможность трагедии, пока его руки, ноги и тело плавно наклоняясь и поворачивая голову выполняли одно из динамически-статических упражнений - поз.
  Вы, может быть, не совсем поняли причем здесь позы и видение, но мы вкратце поясним для читателей не знакомых с практикой и теорией древнего учения. В древнем Китае было найдено зерно мудрости, брошенное когда-то Богом своим детям. Это было учение, которое давалось еще "юному" человечеству, обладавшему прекрасным гармоничным эфирно-физическим телом, при недостаточно развитом ментальном и слабом астральном. Мы надеемся, что наши читатели обладают некоторыми эзотерическими знаниями, которые сейчас открыты человечеству и плюс к этому, можем отослать к учению Синтеза, которое передано через этого же автора, под названием : "О чем мы забыли", так же "Эссе о Матери", где они смогут обрести то, что действительно раньше знали, но утеряли. Так вот, при занятиях Цигун в древнем Китае обязательным считалось полное отсутствие мыслей (ум должен быть чистым как белый лист бумаги) и бесстрастность ( чувства должны быть приведены к абсолютному покою) в момент выполнения движений. Акцент ставился только на эфирно-физическое тело, и тогда все энергии из Божественного источника изливались только на него, через определенные точки-контакты, эти точки подробно изучены и описаны во всех трактатах по древнекитайской медицине.
  В момент движения эти точки оказываются в определнных сочетаниях между собой и точками окружающего эфирного поля планеты, вселенной, космоса - соответственно, и все это сопрягается в определенное время и как результат такого взаимодействия - возникает "искра" - человек получает просветление - выход на другой уровень неизмеримо более высокий. Время, которое он и так растянул, почти останавливается, вернее переходит на другой уровень отсчета и человек может очень многое узнать, успеть, пересмотреть, или даже повернуть вспять, изменив закон причин и следствий, но это возможно только на высоком уровне мастерства.
  Но главная суть не только в абсолютной тишине ума и полном успокоении чувств, главное - в движении, которое должно совершаться настолько медленно, что при обыкновенном взгляде со стороны, человек почти находиться в покое и, - только тогда этот контакт, который возникает при сопряжении точек человеческого тела и космоса будет плавным не убийственным для полевых структур человека. Вот поэтому упражнения в Цигун являются динамически-статическими.
  Ибо Божественная энергия может обжечь, а может и уничтожить, и, одновременно, может вообще никак себя не проявить, как это происходит в вашей повседневной суетной жизни. Человек сейчас совсем забыл, что он и космос одно целое и только изредка во время медитационных или других энергетических упражнений связывается всеми своими полями и точками со Вселенной его породившей.
  Доминик мгновенно очнулся, это был его первый эзотерический опыт во время занятий под руководством Кую-ун-Порху. Но от учителя он знал о достоверности фактов увиденных во время таких переживаний. Кую-ун неоднократно объяснял, что плавность во время работы с энергиями - главнейшее качество, она не должна ни на мгновение прерываться во избежание попадания в мертвую точку.
  Это значит, что в тело человека во время занятий Цигун в момент рывка может попасть квант антиэнергии из мертвого источника. Жизнь это всегда движение и если движение замирает даже на такой короткий временной период, как атомарная частота вибрации (что в Цигуне вполне возможно), то происходит разрыв энергетических связей всех тел и полей, - и человек может выйти за этот жизненный цикл, не реализовав свою программу. Это означает, что в момент такого микро-коллапса в пределах своего организма, человек отделяет, разрывая свои тела одно за другим. И даже когда упражнение полностью закончено, движение не должно замереть, а продолжается затухающее движение, пока в критической точке из затухающего ученик не переведет его вновь в начинающее, и только доведя до нормального ритма жизни, его можно либо оборвать, либо двигаться гармонично ли , хаотично ли, словом так, как мы ведем себя в обычном состоянии. На нашей реалии, когда функционируют уже все тела человека, мертвая точка не сможет разорвать эфирно-физическое, ее воздействие рассеивается во времени и пространстве на все тела и поля человека.(см. Синтез, Разомкнутый круг).
  Но такая опасность существует лишь для мастеров, у начинающего же или ученика недостает: во-первых, полной концентрации на выполняемом движении, во-вторых, невозможна абсолютная пластичность - мягкое перетекание эфирной энергии и вкупе с тем, очень трудно полностью отвлечься от мыслей и успокоить чувства. Но зато всегда рядом с истинным мастерством гнездится срыв, и чем выше мастер, тем круче обрыв его подстерегающий. Доминик задумывался над этим, ведь как он уже удостоверился на своем опыте, обстоятельства, окружающие человека, могут загнать его в очень узкие рамки и на краю пропасти будут продолжать нахлестывать одновременно натягивая поводья. Отчего это? Если вдруг великие мастера срываются, то что делать ученикам, к чему стремиться или ходить по лезвию бритвы? Нет, все не так трагично, человечеству всегда наряду с ядом указывали на противоядие, нужно лишь потрудиться и найти.
  А пока, ему слишком далеко до совершенства и поэтому возможная скорая гибель во время упражнений не грозит. Но тем не менее, после столь яркого и практически досконального видения сцены из жизни двух женщин, он ни на секунду не прерывая движение, довел его до конечной точки в начало нового действия и только когда достиг обычной резкости движений повседневной жизни, поклонился и встал.
  Хотелось бы нам еще немного отвлечь вас наши дорогие читатели, дабы заинтересовать вас еще более. Очень необычно ощущение прорыва на другой уровень сознания, что испытал Доминик, но и не менее (если не более) необычно состояние конца-начала движения: истинный мастер проникает все глубже и глубже балансируя на стыке двух миров: материи и антиматерии. Он доводит свое движение до такой статико-динамической фазы, когда оно еще есть и одновременно его уже нет, момент затухания-возникновения движения растягивается во времени на неопределенность, которая оторвавшись от нашей материальности, начинает жить в другой категории величин и вместе с ним (временем) туда переходит и мастер, но он при этом не теряет связи с этой материальностью,- как бы контролируя обе категории. Здесь идет прорыв в мир иррациональности, но даже слегка заглянув за порог, можно поймать время "за хвост" и ... развернуть, разделить, умножить, дифференцировать и интегрировать по своему разумению и желанию, вот это и есть высший миг, ради него многие и многие мастера стараются как можно дольше удлинить переход от конца к началу. Именно этот промежуток, который промежутком-то и не является, так как уже не имеет протяженности, настолько он мал в пространстве и почти бесконечен во времени,- есть щель в мир иной. А ясновидение - это обычное явление и им могут обладать ученики почти с первых занятий в зависимости от чистоты кармы, развернутости полей и величины потенциала. (См. Синтез, Разомкнутый круг)
  Доминик стоял и ждал, когда Кую-ун прекратит упражнение и обратит на него внимание. Так и произошло, кореец последний раз глубоко вздохнул и спросил.
  - Ну и что ты думаешь теперь делать?
  Доминик , не смотря на то, что не раз убеждался в мастерстве учителя, все же удивился:
  - А разве ты знаешь, что я видел?
  - Конечно, ведь я тоже был там, но не стал тебе мешать, а лишь проследил, чтобы не возникло чужого искаженного восприятия.
  - Нам нужно попасть в Мемфис, там сейчас произошла закладка новой пирамиды для этого фараона, она совсем недалеко и мы сможем иногда попадать в город и быть может нам удастся пересечься своими путями с Шарлотой.
  - Будь по твоему - ответил кореец. Он то прекрасно знал, что Шарлоте угрожает опасность не только от матери фараона, но об этом же тайком от самого себя думал и Доминик, вспоминая о письме, висевшем на шее. Юноша переживал и старательно пытался отодвинуться от этих мыслей. Итак слишком много страданий и испытаний для одной женщины.
  Не откладывая задуманное, уже на следующий день они отправились вместе с другими строителями в столицу Египта того времени. Это оказалось совсем не трудно сделать. Страна представляла собой сплошную строительную площадку, правители малых и больших городов считали своим долгом: во-первых, поучаствовать своими людьми в строительстве храмов и гробниц, которые затевали жрецы и фараон, во-вторых, каждый более-менее знатный и богатый вельможа в меру своих средств украшал семейные гробницы и склепы, так же часто выполненные в форме пирамид.
  Это была страна, где культом в области духовной являлось посмертное существование, а повседневной мирской жизни этот огромный муравейник жил заботами о хлебе насущном, так же как и все человечество. Постоянно сооружались дороги, храмы, жертвенники. На Ниле возводились плотины и берега его в этих местах одевались камнем, вдоль которых устанавливались монолиты и колонны с прекрасными и немного диковато-грубоватыми скульптурами богов, полулюдей-полуживотных. Поэтому повсеместное передвижение строителей и строительных материалов было отлажено и упрощено. На лодках типа галер, где сами же пассажиры были и гребцами, наши герои прибыли в Мемфис, где их сразу же разместили в огромных помещениях с многочисленными рядами матрасов, накормили и распределили в некое подобие бригады, и на следующий же день отправили на строительство.
  Бригады работали в сменном ритме: по неделе каждая, затем неделя перерыв, во время работы ночевали недалеко от площадки, прямо на земле под открытым небом, завернувшись в шерстяные одеяла. Конечно пирамида, на строительство которой они попали была не большой и поэтому работы по ее завершению продвигались довольно быстро, учитывая огромное количество людей, занятых на различных работах. Единственное отличие ее от других уже построенных, было в том, что она возводилась на месте другой очень древней, которая когда-то была полностью разрушена и временем и природой, но больше всего людьми.
  Древняя усыпальница таила в себе несметные богатства, так как построена была при одном из первых величайших фараонов давно исчезнувшей династии и именно ее богатства привлекли к себе внимание людей не столь щепетильных нравственно и духовно. Но кроме этого, та далекая цивилизация обладала знаниями и тайными силами и могла их использовать. Это тоже когда-то тщательно скрывалось в тайниках пирамид, зашифровывалось и закладывалось для будущих поколений, среди которых должны родится и жить люди по уровню своему и духовности достойные принять и правильно использовать таинственное учение. Реликвии ждали своего часа, но люди не искушенные в мудрости, но зато умеющие разрушать преспокойно растоптали то, что так тщательно хранилось, но не все... Древние могли предвидеть и такой оборот событий.
  Сегодняшние правители Египта обмельчали, как и обмельчали их гробницы. Все меньше власти и богатства, все больше зависимости от жрецов, фараон практически уже не творил политику страны и не управлял ее экономикой, а лишь как фетиш власти и жалкое подобие былой божественности заученно воседает на троне и участвует в процессиях и ритуалах. Измельчал дух, измельчали нравы, и теперь не редкость были интриги вокруг трона, главной силой страны оставались жрецы, но в эту "святая святых" не мог проникнуть случайный человек. Поступить на службу в храм, получить звание или больше того, достигнуть определенных степеней посвящения обычному жителю страны, а тем более чужеземцу почти невозможно. Кандидату же еще требовалась знатность происхождения, рекомендательные документы (тогда уже во всю развилась и работала бюрократическая машина), и только после особых испытаний стремящийся допускался на годы и годы работ и служения, и только после этого, был возможен какой-то разговор об обучении на начальных степенях мудрости. Короче, нашим героям не светил этот путь познания, хотя конечно оба они могли бы с честью выдержать многие искусы египетских жрецов.
  Вернемся же к нашей стройке. Предыдущая пирамида, разрушенная до основания, сохранила свой подземный лабиринт, состоящий из тысяч и тысяч коридоров и тупиков, имеющая много уровней и, благодаря этому, до сих пор скрывавшая внутри себя главную тайну и завет исчезнувшей династии. Даже жрецы не смели приникнуть внутрь и до поры - до времени не предпринимали никаких попыток.
  Почему сегодняшний фараон решил заложить на ней основание для своей пирамиды, для всех оказалось загадкой. Одни, зная фараона, решили, что это просто каприз еще молодого человека, таким образом пытающегося возвысить свое правление и одновременно указать на связь времен и единство корней, другие, не зная фараона, считали, что это мудрое решение действительно достойное великого воплощения РА. Но настоящей причины не знал никто.
  Новая пирамида была намного мельче предыдущей и занимала одну крошечную часть всей площади лабиринта, который и раньше далеко выходил за периметр старой усыпальницы и многочисленными своими переходами и коридорами пронизывал многие и многие километры пустыни, соединяясь с ходами, идущими от храмов и дворцов. И конечно никто из сегодняшних жрецов не спускался дальше изведанных и специально отмеченных и обозначенных путей вглубь на третий и четвертый уровень, и не мог сказать, что же это и куда ведут проходы, а может они бесконечны, или несут в себе что-то очень серьезное для людей этой страны, а может и всей Земли.
  И даже Великая пирамида, которую охранял Сфинкс, могла показаться малюткой по отношению к предполагаемым размерам пирамиды, которая могла бы иметь своим основанием периметр площади первого уровня лабиринта. Вот какое место для своего посмертного дома дерзнул выбрать нынешний фараон и его уже не смущали маленькие размеры его собственной пирамиды, главное, что она будет выситься над..., над чем? Ответить на этот вопрос было сложно.
  Наши герои влились в отряд строителей, где существовала строгая система, функционировала отлаженная иерархическая структура и каждый, от мастера-архитектора до простого каменщика очень четко представлял свои обязанности.
   Но опять мы позволим себе небольшое отступление. Когда большое сообщество людей слаженно выполняет какую-либо работу, в этом процессе возникает определенный импульс - энергии, которая сплачивает и поддерживает всех участников, и если этот посыл силен и имеет ясно обозначенную цель, то люди, движимые этой силой образуют как бы единый организм со своим умом, сердцем, легким, спиной, руками, ногами и..... И тогда, возникает интересный эффект, система продолжает действовать по инерции, то есть затем не требуется таких значительных усилий как в начале. У людей сообщества как бы присутствует постоянный заряд силы и знания того, что делать дальше.
  Вы возразите, что такого не наблюдали никогда и что все наоборот: всегда хорошо начинается, и так же хорошо разваливается и растаскивается, если нет постоянного контроля и подпитки. Но дорогие мои, мы говорим о египетской структурной организации строителей пирамид, о магии, которая обволакивала и пронизывала весь процесс, там ( этого вы не найдете ни в одной книге)- каждый заряжался работой и у него каждое движение было обусловлено высокой сосредоточенностью и силой. И там вы бы не нашли измученных лиц и изуродованных работой тел, они все (!) - все были как бы одухотворены совершаемой ими работой, это был ритуал, духовная практика и без нее они не представляли своей жизни. Это было такое же действо, как для христианина служение в храме, для йога - медитация, для мастера Цигун - жизнь в вечном движении, это можно было бы сравнить с Дзен-буддизмом, но в нем действо исходило от одного человека к процессу, который он совершает один, а у строителей пирамид на всех было только одно действо, всеобщее в едином порыве и не кратковременное, которое сведя концентрацию в точку ( как в Дзене) может неожиданно реализоваться в Сверхсознание через эфирный проводник (то чего добиваются многие йоговские практики).
  При строительстве египетских пирамид возникало постоянное силовое поле, направленное на реализацию общей конечной цели и всегда, каждый член такого сообщества чувствовал эту силу-поток, который буквально нес его тело и сознание от одного движения к другому, от одного действия к другому. И поэтому, таким единым организмом было очень легко руководить, все члены были сознательны в своей области ( вспомните, может у вас возникла аналогия с человеческим организмом, тайна которого приоткрывается в главе о "Белой птице"). Результаты труда каждого очень точно подходили и совпадали с результатами труда остальных. Никто не терял времени и сил - это особого рода одержимость работой приносила грандиозные результаты, может и была сродни муравейнику, но с разницей в уровне сознания.
  Поэтому современному исследователю невозможно постичь успешное претворение в жизнь таких сложнейших монументов, что оставили нам наши предки. Это не только Великий Сфинкс и пирамиды Египта, существуют такие же загадочные пирамиды древних цивилизаций инков и ацтеков,(храм Кукулькан, пирамида Чолуле и Тикаль) тщательно скрываемые от глаз чужеземцев пирамиды в Китае, идолы с острова Пасхи, Стоунхедж и Нью-Грендж северо-западной Европы, пустыня Наска, испещренная непонятными фигурами, Великая китайская стена ( кто их создал, люди Земли или существа из других реальностей?), и даже, маленькие пагоды на Востоке, и конечно, памятники деревянного зодчества, без единого гвоздя, возведенные в славянских странах и многое, многое другое - всего не перечислишь в маленьком отступлении. Но главным остается то, что все , что мы сейчас имеем, создано либо нашими предками, некогда населявшими Землю, либо кем-то еще, уровень которых выше нашего понимания.
   Весь мир изобилует чудесами, современный человек не в силах объяснить и повторить многие подвиги древних строителей, если не использовать современные достижения научно-технического прогресса. Что это? Да все то, о чем мы сейчас говорим - магия строителей. Та самая, что сродни и по воле Великих Космических Строителей Вселенной. Человечество "помнит" об этом, но не хочет этому поверить.
  Весь процесс строительства пирамид был отработан много тысячелетий назад и было точно рассчитано каждое действие при любом виде работ, но со времен супермонолитных строений, когда сооружения складывались из каменных блоков, все же несколько упростилась техника обработки, доставки и установки. Минуло много лет и постепенно как происходит в каждом учении: при его удалении от источника постепенно закрываются основные тайны от непосвященных, соответственно теряются силы и мельчают результаты. Великие строители - каменщики ушли с земного плана, но они конечно оставили знания и поток силы своего учения, но только в переработанном экзотеричном аспекте, - главная же истина осталась сокрыта от непосвященных в главные ступени.
  Вы можете удивиться, зачем прятать от человечества истину? Дело в том, что уровень его сейчас слишком материален, оно оторвалось от своего Божественного источника силы внутри себя, и если такой отторгнувший свое внутреннее "Я" человек окажется в поле силы учения, идущего из прямого источника поля БОГА, человек не сможет его принять, не имея внутри отклика, он либо сгорит, либо вообще не заметит Божественного потока энергии.
  Очень многие люди сейчас не чувствуют полей, энергий, сил, потому, что замуровали свой внутренний огонь - "искру", заложенную в каждом от Сотворения, и хотя это больше его беда, чем вина, но открыть вновь, разжечь свой источник он должен сам. Только тогда его энергетические центры раскроются и начнут вновь функционировать. Он сможет, наконец, жить в единстве с Божественным потоком энергий, станет их проводником: извне - во внутрь, и изнутри - во вне. Он будет видеть, знать, делать: ясновидение, яснознание станут такими же доступными для него органами чувств, как слух, зрение, осязание.. А пока он закрылся и замуровался в своем физическом теле, эти потоки его огибают как воды Великой реки огибают камни.
  Уйдя с физического плана великие строители оставили материальные воплощения своих идей в виде пирамид, храмов и многих, других памятников истории, унеся с собой знания и силу, но они же и оставили вход-контакт для потомков достойных этого знания, справедливо полагая, что истинные Источники "знания-силы" привлекут к себе достойных проводников своих ( слово проводник, здесь означает человека, проводящего через себя, в свое сознание, в свои действия силу и мудрость с высших планов, реализующего их и распространяющего среди своих современников). Источник созрел, чувствовал, ждал своего проводника...
   И именно поэтому фараону пришла мысль поставить свою усыпальницу на столь необычном месте, хотя им руководили совсем другие мысли и чувства. Скрытая сила владела всеми происходящими событиями, выстраивая их в строгом порядке, который обозреваем бывает лишь сверху, внизу мы не можем уловить системы и увидеть многих причин и следствий, чтобы прозреть конечную цель.
   Для всех людей, занятых на строительстве, от каменщика и повара до самого фараона осязаемой целью было лишь само строительство пирамиды, для Провидения же, которое привело некоторых людей в это время и это место существовала другая цель...
  Вы конечно уже догадались, о ком мы говорим и какую тайну - истину мы имеем в виду. Но, да простят нам наши читатели, еще за одно отступление от фабулы романа, просто нельзя ни вспомнить - орден Вольных Каменщиков - "масонов" и поэтому хочется обратить ваше внимание на связь, которая существует (!) всегда между строителями пирамид и масонами, но только масоны самых высоких степеней прозревают истину о ней, ведь это уже область запредельности нашего мира. Если внимательно вникнуть в эзотерическую сторону масонства, то можно найти корни зарождения ордена и в Египте, и на острове Пасхи, и в Древнем Китае, так же как в совсем другой стране света - Южной Америке.
  Так вот, кроме силы объединяющей и несущей пласт ордена масонов, можно наблюдать даже иерархическое устройство, полностью идентичное древним мастерам-строителям. Но не закольцовываясь на этой связи, мы так же найдем аналогию и идентичность в древних рукописях по космогонии, исходя из этого мы хотим вам сказать: что неизмеримо выше вашего плана бытия существует космическое сообщество - вольных каменщиков - строителей миров, и именно они явились вначале прообразом земного ордена, затем материализовав некоторые свои аспекты на планете, чтобы заякорить свои знания как основу многих религий и подарить таким образом часть своего могущества человечеству, своему младшему брату. То что сейчас люди имеют - это малые крохи от малых крох брошенных когда-то для вашей цивилизации. Но они прорастают, то тут, то там в сознаниях великих сынов человечества: из семечка - могучее дерево, поднимающее уровень всего человечества и всей планетной системы.
  И конечно, наш герой буквально втянут Провидением в цепь событий и явлений такого уровня. Тайна старой пирамиды в очередной раз (!) притянула к себе личность, которая может черпать из ее источника.
   * * *
  А теперь, перенесем наше внимание вновь во дворец фараона, в ту его часть, где находится женская половина семьи. Здесь полновластная владычица - мать фараона: молодая вдова страстно мечтающая о власти и влиянии, которых была лишена будучи женой фараона. Сильный муж не позволял никому вмешиваться в дела государственные, кроме того, как мы уже говорили предпочитал ей другую женщину. То ли околдованный, то ли зачарованный ассирийкой фараон делил с ней ложе, но даже ей не позволял он ни кончиком пальца, ни краешком глаза прикоснуться к "святая-святых" - управлению великой страной и влиянию на политическую картину мира того времени.
  И теперь, ненасытная женщина ( кто знает, может насыщение ее было бы и невозможным в любых условиях?) тщательно отбирала и просеивала сквозь сито своих ценностей и принципов каждую женщину хоть чуть-чуть приблизившуюся к ее сыну. А выбирать и волноваться было из-за чего: многие девушки обладавшие родовитостью и красотой - из послушной слуги или почтительной рабыни вдруг, из прихоти фараона - могли оказаться выше бывшей своей властительницы и нагло занять трон, на котором восседала она - она сегодняшняя царица-мать. При мысли об этом сердце бедной женщины сжималось в комок, твердело и самые черные мысли зарождались в прекрасной голове, которую не затронули ни годы, ни переживания. Царица гордо несла свое звание и обладала природной красотой, лишь маленькие морщинки на переносице и гневливый рот указывали на непримиримость и жестокость. Этой женщине легче было дать растерзать свое тело, чем смириться с победой соперницы. Всю жизнь она терзала себя, с горечью созерцая триумф ассирийки и только одна мысль поддерживала - то, что ее сын станет фараоном и тогда, она сможет отомстить и насладиться своим могуществом.
  И вот ее время пришло, но вдруг замаячила новая беда в виде молодой царицы, которая сможет вновь у нее отнять силу и всеобщее поклонение, затмить ее на олимпе власти - самого пьянящего и одновременно самого эфемерного чувства, которое - вот оно есть и вот - где? Нет уже. И ты - никто и тебя попирают ногами простые смертные. Ты - человек, смертен и все в твоем мире преходяще. Возможность вытеснения приводило честолюбивую египтянку в негодование и ужас. Она уже заранее ненавидела и презирала каждую возможную кандидатку. Подумайте, не бывает ли похожих женщин и чувств в вашем сегодняшнем времени? Трон или кухня, какая разница, главное править!
  Поэтому грозная мать очень серьезно подошла к этому вопросу, установила строгий контроль и не одна женщина, минуя ее, не могла приблизиться к фараону. И вот совсем неожиданно для нее и для всех - такой сюрприз - подарок ! И опять просквозила тень ненавистной соперницы - бывшей и будущей. Она смогла избавиться от ассирийки. Как только пирамида приняла в свое лоно теперь уже мумию фараона и погребальный камень закрылся, прикрыв жизненные эманации теперь уже бывшего властителя, его жена, "безутешная" вдова первым своим распоряжением отдала приказ отправить в пустыню (там был маленький оазис для неугодных жен фараона), ассирийку, при этом, ей очень бы хотелось покончить с ней окончательно, но законы неумолимо гласили, каждый соприкасавшийся с фараоном - неприкасаем, священна его плоть и его можно лишь удалить, но не убить.
  Один только раз потеряла бдительность ревнивая хозяйка гарема, хотя могла бы почувствовать беду, ведь сын ее поехал не просто на праздник, а на ритуал, который устраивал Анрухтеп! Где были ее глаза, что затуманило ее разум? И вот она перед фактом, этих женщин первым увидел тот, кому они предназначались, и она уже не сможет их спрятать или не допустить, оставалось "постфактум" познакомиться с ними, прощупать их и определить степень опасности. Самое печальное для нее то, что они действительно производили неизгладимое впечатление и были так мастерски представлены, что ни один мужчина не смог бы остаться равнодушным. Надо отдать должное этому лукавому жрецу, он оказался достойным отпрыском этой колдуньи-ассирийки.
  На время этих женщин нужно оставить в покое, пусть не думают, что ими кто-то сильно заинтересовался, а затем она решит и подберет ключики к каждой. Но по поведению сына она поняла, что может и опоздать, ситуация выйдет из-под контроля. Тогда грозная царица-мать, прикинув шансы каждой, выбрала златовласую женщину, ибо если смотреть критически, та была гармоничней и совершенней в своей физической красоте. Но неприступность и гордость сквозившая во всем ее облике, несмотря на положение выставленной вещи, могла означать, что именно она окажется достойной противницей. Было в ней что-то такое, что приподнимало ее над всеми. Именно поэтому нельзя терять времени, ее нужно в первую очередь изучить и в зависимости от результата или привлечь на свою сторону, но в качестве послушной исполнительницы своей воли, либо ..., либо изолировать и уничтожить пока священная тень покровительства ее сына не обезопасила эту женщину.
  Что такое человеческая жизнь для царицы Египта? Эта умная женщина хорошо знала своего сына, ему нравятся сильные и гордые женщины, способные заслонить собой, ее - еще не старую и полную амбиций мать. Ах, если бы ему нравились просто красивые дурочки, слабые и не далекие, она смогла бы править страной, руководя сыном и невесткой. Но ..., вдруг рядом с ним окажется такая женщина как эта чужестранка, тогда конец ее надеждам и власти над Египтом!
  Царица хлопнула в ладоши, вбежали служанки и распростерлись ниц. Она подала знак подготовить прекрасную мраморную раковину, в которой вода цвета лепестков розы благоухала ароматом цветущего сада ( вы знаете уже, из описанного выше, что египтяне были мастерами в области ароматов). Через трубочки подведенные к дну и стенкам такой ванны служанки, специальными гофрированными трубами из кожи, как мехами вдували воздух, при этом, на каждой были установлены специальные клапаны, через которые воздух проходил в воду, но вода не могла просочиться из емкости. Таким образом царица оказывалась в своеобразной живой воде, собранной и привезенной из горных источников, с добавлением настоев цветов и при этом, она как бы кипела благодаря многочисленным пузырькам воздуха.
  Все помещение наполнилось ароматом цветов, звуками журчащей воды и многочисленных колокольчиков, до которых тоненькими палочками из хрусталя едва дотрагивались рабыни-китаянки. Мелодия воды была настолько нежной, что возникал эффект полного слияния вибраций звука с вибрациями движения пузырьков воздуха. И если добавить к этому то, что ванна царицы располагалась в центре огромного мраморного зала, звук в нем разносился и повторялся многократно, а солнечные лучи путем специальных окошечек причудливо освещали только саму раковину, и таким образом, достигалось чувство безграничности окружающего пространства. Стены и потолок терялись во тьме и тишине, а только на пьедестале в мраморе и пенном кружеве вод и ароматов, как нимфа возлежала грозная царица, только вокруг нее была жизнь и движение, игра света и нежная нега воды. Конечно после такой процедуры царица выходила обновленная, полная энергии и решимости.
  Мы с вами с помощью Доминика наблюдали сцену, которая произошла впоследствии. И результатом этого знакомства, было открытие истинной красоты Шарлоты, тот особый свет, который всегда отличает красоту духовную, предвосхищающую красоту природную, и явилось большой неожиданностью для царицы, а Доминик, невольно оказавшийся свидетелем, в который раз, зачарованно отметил про себя, что это есть истина, а истина всегда прекрасна. Цветок не играет всеми красками в темной комнате, но лишь коснется его солнечный луч, как тут же возникает неожиданное перерождение: лепестки раскрываются, движутся и оживают.
  Царица была неприятно поражена светящейся красотой женщины, хотя при этом она отметила про себя не столь юный возраст пленницы, как это показалось вначале. Но выражалось это не в морщинках или других признаках заката, зрелость выдавала сила, которая ощущалась во всем облике женщины. Глядя в ее глаза, невольно попадаешь не только под их очарование и глубину взгляда, нет не совсем это так манило и заставляло еще глубже окунуться в этот бездонный колодец света, там играло солнце, со всей силой своей и любовью. Мы уже отмечали, что карие глаза королевы были усыпаны светящимися искрами, они завораживали, привлекали и ... подчиняли, заставляя служить себе, жить ради них и страдать за них. Но это для любящих сердец, для другой категории эти глаза являлись спасительным оплотом, на них можно положится, спрятаться за их силой, полностью отдаться на волю их и любовь. И наконец, третья часть человеческих существ видела в них вызов, угрозу для своего маленького уютного мирка, они будоражили и открыто призывая к жертве, к жертве, на которую многие не готовы, и поэтому, невольно вызывали агрессию, ненависть из-за своей светоносности и силы. Это была сама жизнь, нет - не девственная природа - это была одинокая распустившаяся роза, прекрасная в зените своего лета и неуязвимая из-за шипов. И вот эту красоту и неуязвимость почувствовала мать фараона.
  Она приписала бы это глупой гордыне или одному из способов глухой защиты, если бы не светилось в прекрасных золотистых глазах чужеземки такое достоинство, при котором даже она почувствовала себя неуютно. Никто раньше не смел так держать себя с ней. Для искушенного ума женщины все сразу стало ясно и ненужно даже задавать вопросы - эта противница и, если она окажется рядом с сыном, - ей "не по зубам". И выход только один, любым способом не допустить ее до фараона, а затем уничтожить.
  "Все, на сегодня с меня хватит!" - подумала царица-мать и отправилась к себе в спальню. День клонился к закату, она всегда рано ложилась, чтобы не видеть умирания дня, но затем утром присутствовать при рождении дневного светила. Эта женщина не была лишена знания основ народной магии и при этом еще, очень боялась смерти, именно поэтому, это правило она неукоснительно выполняла. Первое, что она сделала утром после омовения и молитвы, распорядилась отправить златовласой пленнице фигурку цапли из воска с перевязанными лапками, ошейником на тонкой шее и связанными крыльями. Фигурку помести на золотой пластинке на пересечении двух линий, что означало: пленница, попавшая волею судьбы на этот жизненный перекресток не смеет ни улететь, ни уйти, но должна покориться тому, кто надел на нее ошейник. Так же на другой пластинке принесли настоящий ошейник сделанный из кожи змеи и украшенный нефритами - он означал, что от нее требуют безусловной покорности матери фараона. В ответ от пленницы принесли восковой шарик, в который Шарлота скатала фигурку присланной цапли, этот шарик означал солнце.
  В Египте было три Верховные силы, из соотношений и взаимодействия которых вытекала вся история, политика и культура. Главной из трех была религия и она являлась основной во всех делах, следующая по значимости была власть фараона, а за ней шла магия. Магия широко использовалась в повседневной жизни, начиная с работы на полях, строительстве храмов и пирамид, до внутрисемейных конфликтов. При этом, ее использовали с большим или меньшим успехом все, от мала до велика. Но существовал негласный закон, магия не могла распространяться на две верховные силы, ни фараон, ни жрецы не подвластны этому виду энергии. И то, что могла себе позволить обычная мать семейства - первая жена хозяина (а в Египте действительно хозяйки, как истинные хранительницы очага, руководили домом по своему усмотрению прибегая к помощи заговоров и талисманов), того не могла сделать в своем гнезде царица - мать или жена фараона. Ей приходилось руководствоваться умом или хитростью и заручатся помощью жрецов. И то, что чужеземка в ответ на ее маленькую дипломатически-магическую хитрость посмела ответить таким образом, потрясло царицу. В Египте считалось смертельно опасным изменять такие послания. "Но незнание не освободит ее от кары!" - "в сердцах" подумала царица - "Возмездие будет быстрым и ощутимым, ты, глупая пташка, сама своими руками подписала себе приговор".
  Время продолжало свой неумолимый бег, но ничего не происходило. И это удивляло еще больше, ну что же нужно прибегнуть к хитрости и некогда разбираться в связях между чужеземкой и египетской магией. Голова идет кругом от этих забот и неприятностей из-за женщин сына. Очень трудно быть властительницей - все охватить, ни чего не пропустить.
  Заботливая мать посетила другую из кандидаток. Впечатление оказалось прямо противоположным. Девушка ей представилась юной, наивной, красивой и благоговеющей перед Великой царицей Египта. Она подбежала, грациозно поклонилась и скромно опустив длинные ресницы, молчаливо выслушала незнакомую речь. Царица осталась довольна. Интересно, какие отношения между ними, разница в возрасте очевидна, какова разница в положении? Пора идти на одну из церемоний, затем встреча с Верховным жрецом по-поводу строительства пирамиды фараона, даже ее усыпальница на некоторое время была оставлена из-за переброски туда большой группы рабочих. Затем нужно распорядиться с девушками из гарема сына, пока он был молод и не имел узаконенной царицы, там распоряжалась мать. Часть наложниц досталась ему от отца, часть подобрала она. Очень много забот у матери фараона! Ну а сам фараон, что же он, он обязан был быть фараоном, даже любовные утехи для этого " воплощения БОГА в человеке" были строго регламентированы и не могли составлять более двух раз в неделю.
  Посещения девушками спальни повелителя почитались за особую честь и каждая из них с нетерпением ждала этого момента, не из любви к господину, а из-за особого отличия и знаков расположения, которые она от этого приобретала. Вся жизнь в этом маленьком женском коллективе была сосредоточена на едином центре и руководствовалась одним желанием - оказаться возле повелителя, по возможности выбираться чаще других, но о том, чтобы быть рядом с ним постоянно или сопровождать его в обычной жизни, не могло быть и речи. На это могла рассчитывать лишь жена фараона, причем, если обычный египтянин мог позволить себе до четырех жен, то фараон имел только одну царицу. Остальные женщины из его окружения считались наложницами, и только от царицы рождался наследник, остальные дети не считались царственнорожденными, а просто в дальнейшем получали хорошее образование и пополняли либо жреческую касту, либо военную элиту. Поэтому среди этой части аристократии, а у фараонов за время их активного в физиологическом плане периода могло насчитываться до семисот детей, можно было увидеть людей с самыми различными национальными признаками. Кровь фараона, текущая в их жилах перемешивалась с кровью пленниц, чужеземок и образовывала причудливые типы людей, обычно красивых физически и образованных, но ущемленных своей судьбой. Они не имели права называться сыновьями фараона ( девочки от наложниц в расчет вообще не принимались) - звались птенцами из гарема повелителя.
  Если же жена фараона оказывалась бесплодной, то предусматривались два пути: первый - это выбрать наследника от одной из наложниц, возможно царских кровей, если в гареме оказывалась захваченная принцесса, а второй - жениться второй раз, разведясь с первой женой. Но эта процедура считалась очень серьезной не столько по исполнению, сколько из-за морально-этических нюансов. Женщины восточных стран, к которым принадлежал и Египет, вообще не являлись полноправными членами общества. У фараона процедура еще более усложнялась, его жена, полнокровные сестры ( то есть от его же матери) и дочери от жены-царицы почитались и могли вести свободную жизнь, развиваться по своему усмотрению, остальные, даже приближенные женщины, вели жизнь затворниц и не могли получить никакого образования. Только женская элита при фараоне была свободна, обожествлена и конечно, когда вдруг оказывалось, что нужно менять царицу, возникала очень щекотливая ситуация.
  Поэтому развода как такового не происходило, просто появлялась вторая жена, первоначально под номером два, пока она не производила на свет наследника мужского пола, и только тогда первая царица отходила на второй план, ее значение терялось и она незаметно исчезала как с политического, так и с бытового горизонта. Где она, кто теперь она, никого не интересовало, она просто исчезала в одном из многочисленных дворцов и вела там жизнь затворницы. Кстати, одна из таких отставных жен фараона на закате своей жизни создала множество прекрасных поэтических произведений, а другая в своем затворничестве ткала и вышивала очень красивые полотна, а кто-то просто сходил с ума от безделья и нравственной пустоты.
  Жениться фараону позволялось лишь после достижения им двадцатипятилетнего возраста, считалось, что ранее его неокрепший организм не готов произвести на свет наследника - будущего фараона. Но рядом с царем-солнце все же всегда была женщина - либо мать, либо одна из приближенных наложниц подходящего рода и никогда не прекращалась скрытая и явная борьба за место "под солнцем". И конечно целью каждой матери было как можно дольше не допустить в окружение сына сильную соперницу, которая может ослабить или вообще исключить влияние матери. Все эти проблемы стары как мир. Борьба за власть, интриги и часто даже преступления. Хатшесуп, мать "нашего" фараона очень тщательно подбирала наложниц, поощряя или напротив, наказывая их тем, ради чего они здесь жили, боролись и интриговали. Появление новой женщины каждый раз вызывало тревогу или уныние, потому, что новенькая могла неожиданно возвыситься и на долгие месяцы отодвинуть остальных от милостей господина. Случалось, что наложницы становились царицами и из подруги по несчастью превращались в мстительную госпожу. В этом маленьком сообществе были свои ураганы и подводные камни, а спасительный берег достигался крайне редко.
  Подарок из двух новых наложниц переполошил все это и так далеко не спокойное общество. Девушек им не показывали, они находились в отдельных покоях, каждая в своем и лишь рабыни шептались об их необычной красоте. Более того, на приближение к покоям одной из них, после ее посещения повелительницей - матерью фараона, был наложен строгий запрет, выставлены немые рабы-стражи, а служанкам за ней ухаживающим, под страхом смерти запрещено выходить из ее покоев. Множество огромных помещений позволяли достаточно большому количеству людей жить изолированно от остальных, молчаливо сообщаясь с внешним миром лишь при получении продуктов и передаче всевозможных хозяйственных надобностей.
  Зато другую женщину начали тщательно готовить к встрече с фараоном. И одним из первых шагов, было предпринято обучение языку - девушка обязана была понимать желания повелителя и складно отвечать на его возможные вопросы. Югма, вы уже поняли, что именно на нее пал выбор, оказалась очень способной, плюс к этому еще и музыкальной, умеющей танцевать, да еще и девственницей.
  Хатшесуп была довольна: "Похоже, что ее можно сделать своей наушницей, исполнительницей своих планов, тогда планы жреца Фив провалятся, и она станет абсолютной хозяйкой на достаточно длительный срок. Судя по всему, очень мала вероятность скорого появления в гареме другой столь же прекрасной и необычной наложницы. Похоже Анрухтеп промахнулся на этот раз и мне не придется долго интриговать и манипулировать девушками, эта - так подобострастна и счастлива оказывать услуги той, от которой зависит ее судьба, а судьба любой из живущих здесь девушек зависит только от меня. Мать фараона уже предвкушала свой длительный триумф и исполнение своих многочисленных планов. Одна только мыслишка свербела в груди или в другом каком месте (не нам об этом знать), но достаточно занозистая и неприятная от того, что другая из пленниц-подарков могла одним взглядом золотисто-карих глаз разом перечеркнуть усилие всех. И от этой мысли холодок пробегал по лощеной коже Хатшесуп и мысли далеко не столь радужные переносили ее помимо ее воли в один из дальних дворцов, где затворницами коротали свои бесконечные унылые дни и ночи отставные царицы, и это было, есть и, наверно, будет.
  Царица отправилась в храм, где встретилась с Верховным жрецом, так же призвав жреца-астролога, приказала ему разработать и высчитать по звездам лучшее время и день представления фараону новой заложницы. А саму Флорену поручила рабыням с острова Ява для обучения искусству эротического массажа и любви. Жизнь закружилась обычной суетой, которая тем не менее продвигала вперед честолюбивые планы одной из женщин и готовило сюрприз для другой.
  Наша же героиня, Шарлота облегченно вздохнула, когда поняла, что на ближайшее время ее оставили в покое...
   * * *
   А теперь поспешим к нашим строителям пирамиды. Что же там?
  Солнце, песок, легкий ветер и бездонная синь небес. Молчаливо вдалеке возвышаются памятники более древних династий, очертания их неопределенны, размеры лишь угадываются. С другой стороны можно различить стены городских построек: дворцов и храмов, там пейзаж оттеняется фоном из зелени садов, четкая полоса посевов параллельна линии горизонта. Воздух сух и горяч, кажется ломким, звучащим, словно состоит из мельчайших звездочек хрусталя. Ветер нарушает временами это звенящее равновесие, а когда он в бессилии перед всерасплавляющем жаром поникает, вдруг случается фантастическое приближение пространства: город со всеми своими постройками и садами возникает прямо перед взглядом истомленного зрителя, даже блеск могучего Нила может уловить зачарованный путник. Бедуины-кочевники прекрасно знают о таких свойствах воздуха пустыни, о миражах и песчаных бурях, об оазисах и караванных тропах. Тайны пустыни существуют наравне с тайнами других областей Земли, горы и реки, леса и морские глубины - все имеют и хранят то, что еще не разгадано, не узнано, чтобы подарить эти тайны достойным.
  Обычные люди не смеют прикасаться к неизведанному, для этого нужен особый склад души и строители пирамид в Египте никогда не путешествуют по пустыне, не знают ее тайн, не понимают языка этой древней и тайной местности. Они - простые люди, движимые судьбой от одной стройки к другой, там вся их жизнь и не о чем другом они не могут думать. Бесконечная механическая работа настолько преобразовала их тела, плюс к этому одни и те же природные условия и пища сделали их очень похожими друг на друга.
  Всегда можно выделить особый тип людей-профессионалов той или другой специальности, есть некий усредненный человек, когда при взгляде на него можно определить к какому миру он относится: либо это шахтер, большую часть жизни проводящий под землей; либо ткач, многочисленными часами, глотающий пыль у ткацкого станка и совершающий бесконечное множество однообразных движений; либо это лощеный дипломат, тонкий и изворотливый; или просто бездельник, живущий за счет накопленных ранее капиталов родителей; учитель и врач; ученый и плотник - все людские занятия имеют свои изюминки, характер и только им присущие черты. Эти черты и несут в себе группы людей рожденные в этой среде, выращенные для этой среды и имеющие к ней склонность. Даже преступники, обитатели дна в корне отличаются от других категорий граждан, падшая женщина и внешним видом и манерами, а главное голосом, словарным запасом и его тончайшими модуляциями никогда не сможет вдруг превратится в аристократку, возвышенную и изысканную. Хотя мы не можем утверждать, что в глубине каждой такой группы людей все одинаковы, все имеют одни и те же склонности и качества, что за прекрасными манерами не кроется извращенность, что за спасительным белым халатом хирурга или стоматолога не может оказаться садист, мы просто говорим об общем, внешнем налете, который накладывают на внешность, манеру поведения и смысловую основу речи людей ведущие профессии мира.
  Наши герои конечно выделялись из массы худощавых жилистых египтян, даже не смотря на то, что среди тех было множество людей с различными расовыми признаками, Доминик и Кую-ун не были похожи ни на кого. Работа текла без спешки и суеты, но четко и слаженно, но властвовали не разум и чувства, а движения - раз и на всегда определенные: неукоснительное выполнение указаний бригадиров, доведенное до совершенства. В результате многократность повторения из дня в день приводила к естественному успокоению мыслей и чувств. Поначалу они затихали, плавно выплывая, так же плавно уходили одна за другой, постепенно мысли приобретали прозрачность, становясь все легче и незаметнее, пока не исчезали вообще. Внутри образовывалась тишина, ничем не нарушаемая снаружи, звуки доносились как бы издалека не вызывая ответного отклика, человеческое тело двигалось помимо сознания, вернее верховного сознания, так как каждая часть тела обретала свое маленькое сознаньице - этакого капитана на маленьком суденышке и очень точно выполняла бесконечную череду движений и действий. Единое общеохватывающие поле строительного действа влекло и двигало руками, ногами, спинами и плечами огромной массы людей при полной тишине внутри каждого. Происходило абсолютное слияние человека с механической работой и он обращался в механического человека, питаемого силой механической энергии действия. Это было, можно сказать, захватывающее состояние, люди разучились думать и чувствовать и лишь одно стремление владело ими - делать, делать, делать и ... умереть. Не приходит ли вам в голову аналогия, которую можно приложить к некоторым людям и в современном вам мире. Вспомнив, наше предыдущее упоминание о масонах вы придете в недоумение после такого описания ритма работы. Но не путайте уровни и задачи. Масонство - это безусловное подчинение идее, которую ему поставил старший, при этом задача производится и решается силой действа и воли - это тот же ритм, но другой уровень.
  Доминик и Кую-ун очень быстро включились в общий ритм работы и ни чем кроме внешности не отличались от остальных, но и на них постепенно начала оказывать влияние магия строителей пирамид. Огромный поток силы, встречаясь с необычными носителями иного уровня сознания, неумолимой массой своей стирал углы и границы, размывая, растворяя в себе другие категории. Кую-ун очень быстро почувствовал на себе волну этой силы, она как бы сконцентрировалась на всей оболочке его тела и давила пытаясь проникнуть внутрь, но внутри этих людей не было пустоты. Там царило равновесия и гармония на основе системы Цигун, животворящая энергия построила там себе дом и могла встретить другую силу лишь как почтительную гостью и друга, а не завоевательницу.
  Кореец оказался в сложном положении: как кармически, так и с детства он жил и дышал по законам своего учения, и теперь ему нужно было свои движения, свое дыхание уравновесить относительно другого потока, при этом в силу интенсивности работы не было возможности выделить точного времени для своих упражнений. Нагрузка в результате оказалась огромной, слаженные, плавные - кошачьи движения корейца обратились вдруг в суетливые дрожащие потуги, он начал обливаться потом, тяжело дышать, то бледнел, то наливался багровым румянцем, едва дотянув до ночи, проваливался в глубокий сон. Однажды, когда напряжение достигло придела, щит привязанный на груди мелодично позванивая запел, пластина выгнулась как от огромного механического усилия, затем вернулась в прежнее положение и Кую-ун понял, что кризис миновал. Он тут же сел в благодарственной молитве, но перед глазами возникла пустыня, улетающая птица, появился звук, а смысл долетел позже: " Не долго, скоро предел и свершение - искупишь карму, радуйся и благославляй БОГА!"
  Доминик с тревогой наблюдавший за теряющим силы товарищем, был обрадован увидев резкую перемену к лучшему. Его самого сила египетских пирамид почти не задела, так как его тела имели мягкие, гибкие и прозрачные оболочки ( подробный обзор о телах-полях человека, вы можете прочитать в нашем учении Синтеза и работе "Разомкнутый круг"). Он легко трансформировал поток энергии внутри себя и полностью настроился на него, но не как бездумный и бесчувственный автомат, а как преобразующий центр, то что одних превращало в механизмы, другого едва не сломало, для Доминика оказалось одной из граней обретения знаний и силы. Каждый раз на рассвете как обычно он просыпался и выходил навстречу солнцу. Великое светило всегда и везде одинаково встречало своего сына - ученика Авессанария, от него набирался он сил и уверенности в выбранном пути. Человека, имеющего такую прочную связь с Высшим, не могло сломить ничье влияние, ничья сила. Ото всюду и у всех он черпал знания и учился, и столь разнообразное, часто взаимоисключающее влияние приобретало в нем истинного проводника и гармонично соседствовало одно рядом с другим. Гибкость его была почти парадоксальна: он с легкостью мог вместить в себя все учения мира, соединить их, синтезировать из них одно всеобщее исходящее, проходящее через него - человека, имеющее своей целью поднять его - человека, все Человечество.
  Только для этого БОГ позволил своей мудрости, любви и силе проявиться на земле в виде учений и религий.
  Это и был его удел, который он будет претворять в жизнь, а сейчас он, как прилежный ученик, накапливает силы и знания.
  Как мы уже говорили, закладка пирамиды происходила на фундаменте предыдущей, но ввиду четкого разделения обязанностей каждого, никто не владел информацией и объемом работ в целом. Доминик и Кую-ун выстилали ряды и промежутки между каменными блоками специальной материей, напоминающей асбест, но напротив, обладающей свойством горючести, как только очередной ряд был уложен и каждый камень обернут по боковым и нижней грани таким холстом, ткань поджигалась. Но при этом, она не вспыхивала огнем, а тлея превращалась в смолистое вещество, при этом температура ее плавления была огромной, создавалось впечатление, что плавится и шипит гигантская змея, зажатая между камнями, выделялся резкий дым с запахом сероводорода, даже камни слегка потрескивали и плотно прилипали друг к другу. Поджигал эти ленты только жрец, специально обученный в храмах города Мертвых. Смола, склеив блоки, как бы впитывалась в них, приобретая природу этого минерала, а затем уже невозможно было отличить сам камень от наплавленного вещества на нем. Весь процесс завершался за короткий период, когда в полдень все занятые на стройке отдыхали.
  Солнце в своем зените - ярко, ослепляюще бросало лучи на землю, пустыня отвечала на это изнуряющим зноем, все живое старалось скрыться, спрятаться в норки и замереть до шестнадцати часов, когда немилосердная жара пойдет на убыль. Люди тоже прятались в эти часы от немилосердной солнечной радиации. Время обеда и отдыха никогда не изменялось и соблюдалось неукоснительное присутствие каждого в специально сооруженных укрытиях. И только лишь издали можно наблюдать как с места стройки то тут, то там по периметру вспыхивает огненный отблеск, слышен треск, шипение и в верх взвивается облако дыма, распространяя окрест мерзкий запах. Лишь грифы, сидя неподалеку на огромных валунах, казалось находили удовольствие от дыма и запаха. Затем, когда время перерыва заканчивалось, ничто уже не говорило о каких-то поджогах. Камни как стояли, так и продолжали находиться на своих местах, лишь уже не возможно было их сдвинуть друг относительно друга. Доминик и другие ответственные за укладку холстов вновь разматывали огромные бобины свернутого материала и выстилали им место предназначенное для следующего ряда. Этот холст изготавливался за стенами храмов и никто не знал и не видел его производства.
  Наш герой - наблюдательный от рождения, использовал любую возможность что-либо узнать, которая могла привести к выходу из создавшейся ситуации. Поэтому очень часто во время утренней молитвы или упражнений он задавал один и тот же вопрос, как спасти королеву и помочь остальным. Время шло, ничего не изменялось. Но постепенно дух юноши укрепился уверенностью скорого разрешения проблемы. Он вновь и вновь вопрошал, и вот однажды, мысль обожгла сознание - нужно посмотреть в письмо. Да, свиток как талисман или оберег все время висел на шее, ничем не напоминая о себе и, он так свыкся с ним, что перестал замечать. Но какие-то силы заставили обратиться к нему.
  Рано утром, когда все еще спали, Доминик вышел встречать Светило. В воздухе еще стоял аромат от цветения ночных фионий, цветы эти имели резкий одурманивающий запах и часто использовались во время погребальных церемоний. Символ умирающей или засыпающей природы еще витал над пустыней. В оазисе, где располагался лагерь строителей, сгустившийся сумрак благодаря аромату казался осязаемым, желеобразным, но вот внезапно перешел в лиловый, а затем плавно в пурпурный цвет, и став розоватым, наконец, окрасился на горизонте в красный, далее превратился в оранжевый и первые лучи солнца торжественно показались из-за горизонта.
  Абсолютная тишина, молчали листья деревьев - ветер не теребил их своими быстрыми пальцами, молчали птицы - толи еще в полудреме, а скорее всего в преддверии торжественного момента. В ушах юноши внезапно зазвучала музыка, взявшаяся ниоткуда - это всходило солнце, - Великий РА тронул поводья своей колесницы. Конечно читатель поймет, что музыка звучала внутри Доминика, вибрации радости и одухотворения от встречи с ОТЦОМ ежедневно вызывали такие ощущения и подъем всех жизненных сил. Этот мальчик (для ОТЦА) был истинным сыном неба, которому доступна красота и гармония, вызывавшая внутри него ответный отклик и поэтому ему были доступны и понятны идеи исходящие сверху. Только люди с такой тонкой организацией способны уловить сверхтонкие вибрации.
  Доминик снял свиток с шеи и развернул его. Все так же на нем был отпечатан символ опасности для королевы, но присмотревшись, можно уловить другое изображение. Основной рисунок побледнел, превращаясь в фон, а сверху на нем отчетливо стали проступать какие-то черточки, линии и знаки, вначале никак не связанные между собой, затем все ощутимее и ярче, наконец, возник план, при этом он казался трехмерным. Его даже хотелось потрогать, далее, интересная деталь - огромный лабиринт ( а это был он) оказался представлен на маленьком кусочке листа во всех своих мельчайших подробностях и на всех семидесяти семи уровнях, но ни один не закрывал от взгляда Доминика нижележащий, они были прозрачными, предыдущие не перекрывали и не загораживали подъемов и спусков, поворотов и тупиков последующих. Этакая объемная живая картинка! На самом нижнем уровне в центре в огромном зале-камере мерцала искра. Моментально вся эта структура обратилась опять в плоское изображение - очень приблизительное. Но Доминик теперь четко держал в памяти весь свой путь по лабиринту, по тоннелям, знал о всех поворотах и спусках, знал так же и о том, что его там давно ждут...
  Но кто, об этом мы можем лишь догадываться, юноша приведет нас туда и вместе с ним мы увидим и узнаем, хотя обретет один лишь он!
   * * *
  Солнце взошло, пора было возвращаться в лагерь. День прошел как обычно, лишь одно событие несколько задержало начало послеобеденных работ. Когда жрец, как положено один, в отсутствии рабочих, которые в это время обедали и отдыхали в лагере поднес лупу к концу холста, что бы как всегда поджечь его и этим сплавить каменные блоки, солнце вспыхнуло так ярко, что стекло в руках монаха треснуло ровно посередине и от этого фокус луча как-бы раздвоился, разрезанный пополам и вместо пучка узконаправленных лучей, образовал линию света, как лезвие меча. Жрец от неожиданности сместил руку и рассекающая молния солнца на мгновение ударили в подножие пирамиды. Жрец конечно ничего не заметил, а просто сходил заменил лупу, поджег холст, а после всей процедуры подал знак начальникам строителей о возобновлении работ.
  Вечером, когда уже все спали, Доминик пришел на место стройки. Его как будто вели, он сразу нашел место в фундаменте, куда упал солнечный луч через лупу и увидел, что там образовалась какая-то ямка в мягкой смолообразной природе небольшого камня. Он ничем не отличался от остальных булыжников выстилавших пол пирамиды, но благодаря щербинке от луча вдруг оголилась его отличная от них природа. Юноша дотронулся до него пальцем, палец вошел как в масло: " Странно, что раньше никто этого не обнаружил и сам камень не деформировался и не расплавился." Но раздумывать было некогда. И когда рука полностью погрузилась в вязкую массу, она наткнулась на что-то твердое - это была то ли ручка, то ли рычаг. Взявшись покрепче Доминик попытался дернуть - не получилось, тогда попробовал покрутить или повернуть - и она поддалась, вращая ее слева - вниз - направо, он постепенно сделал полный круг против часовой стрелки, затем вращение пошло легче. Постепенно он потерял счет виткам и уже устав от однообразных бессмысленных действий, которые ни к чему не приводили, вдруг почувствовал сопротивление, дернул на себя - нет, в одну сторону - нет, в другую и - вдруг, все камни находящиеся правее пошли вниз и провалились образовав проем, в который мог влезь человек.
  Ни минуты не сомневаясь Доминик прыгнул вниз и очутился на ровной площадке. Ее он не видел, но при движении почувствовал под ногами гладкую поверхность, настолько ровную, что она могла соперничать с поверхностью зеркала. Ноги плавно скользили по ней и не хотелось их даже приподнимать, но впрочем в условиях кромешной тьмы и скользкого пола это было единственно безопасный вид передвижения. Юноша двинулся вперед, вытянув руки и очень скоро уперся ими в стену так же отполированную, без единой выемки и шероховатости, и вот так вдоль гладкой стены по скользкому полу он начал свое движение. При этом в голове у него четко проявился план и внутренним зрением он прекрасно видел куда и как идет. Вот поворот и, он действительно ощупывает руками искривление стены, вот ступеньки и нога действительно вначале повиснув в воздухе, находит немного ниже ступень. И так шаг за шагом в кромешной тьме, но ведомый внутренним светильником.
  Не символично ли? Как вы думаете? Древние никогда не делали ничего просто так. Их язык был глубоко содержателен, во всякой малости зашифровывалось и скрывалось великое знание. Тайны хранились для будущих поколений и могли быть обнаружены лишь достойными, способными раскрыть дверь аллегории и увидеть смысл в повседневном.
  Сколько времени прошло Доминик не ощущал, непрерывное движение в тишине и темноте притупили восприятие реальности, лишь движение заставляло осознавать свое существование. Внезапно он почувствовал дуновение ветерка, вначале легкое, постепенно оно сменилось вполне ощутимым сопротивлением воздуха, перешедшем затем в сильнейший ветер, который буквально валил с ног и не давали идти, и если учесть, что пол и стены были гладкими, то можно представить каких усилий требовало передвижение вперед. Юноша лег на пол и пополз, ноги и руки скользили, локтям и коленям невозможно было опереться. Ветер перешел в порывистый и во время его усилений нашего героя буквально отбрасывало назад. Но как только порывы ослабевали, Доминик с большим трудом преодолевал буквально метры и снова оказывался отброшен на еще большее расстояние, чем до этого смог преодолеть. Ко всему прочему прибавился шум, вначале отдаленный, как бы сбегающей воды, затем он все нарастал, обратившись в рев и вдруг этот рев материализовался, обратившись в поток воды, мчавшийся с сумасшедшей скоростью против ветра по тоннелям. Человек оказался в плену у двух стихий, яростно схватившихся между собой. Огромная масса воды неслась в одном направлении, увлекая с собой малую песчинку мироздания, а ей навстречу такая же огромная масса воздуха, врезалась и вздыбливала огромные волны, которым в тесноте тоннеля негде было разгуляться. Пространственно-временное измерение потеряло всякую реальность. Где верх, где низ, куда летишь: вперед или назад, захлебывающийся и ударяющийся о твердые, гладкие стены и сколько времени прошло, и когда это кончится потеряло смысл и остроту. Сплошное вращение, биение и движение в темноте, шуме и боли, а куда и зачем уже не имело значения. Так продолжалось какое-то время, трудно сказать какое.
  Но, внезапно Доминик вспомнил глаза, они всплыли перед его умственным взором и в них плескалось море любви и сострадания, и тот поток, что увлекал сейчас его беспомощное человеческое существо, оказался так мелок и невелик перед безграничной любовью, льющейся на юношу из глаз ОТЦА. Да, это был ОТЕЦ, не тот, что остался в далекой стране, а тот, что всегда и везде, и во всем. Он приходил в годы далекой юности в образе старика, он возникал в сознании в минуты опасности и отчаяния - он помогал победить. И сейчас он пришел, чтобы вновь спасти, спасти своего сына. Доминик вмиг осознал себя, кто, где и что, он понял - это борьба и он все равно победит, даже стихию. И как только эта мысль возникла, он обнаружил себя сидящим на полу в темноте тоннеля, облокотившимся спиной о стену. Одежда была сухой, хотя волосы и даже щеки мокры то ли от воды, то ли от слез и пота борьбы. Переведя дух, он двинулся дальше. Вновь возникла надежда и стремление к цели.
  Опять тишина, темнота, но пол и стены из гладких постепенно обратились в обыкновенную дорогу - шероховатую и неровную местами, местами гладкую, но уже не скользкую. Так продолжалось его путешествие, пока вдруг, отвыкшими от света глазами он увидел, а скорее почувствовал искру света. Затем, когда глаза привыкли - увидел луч, который вырывался откуда-то далеко впереди. Обрадовавшись, Доминик побежал, точка начала приближаться, появились очертания. Он бежал и бежал. Дыхание вначале ровное, постепенно учащалось, пока не перешло в хаотическое захватывание ртом воздуха, а птица ( а это была птица из света) то приближалась, то вновь удалялась. Вот она совсем близко, даже, если сделать еще рывок, можно скользнуть рукой по ее золотистому оперению, но рывок не получается, дыхание прерывается, ноги подкашиваются и юноша падает на колени, протягивая руки, а лукавое видение со смехом ( вы когда-нибудь слышали такое?) улетает. Да, это мираж, видение и гонка по кругу, по замкнутому кольцу. И когда, очередной раз Доминик упал на пол и рукой ощупал все тот же камень в форме треугольника, очень гладкого и абсолютно правильного, понял тщетность гонки, призрачность золотой птицы и безвыходность своего положения. Эта мысль как молния пронзила его разум, но сил уже не было даже испугаться. Он просто устало закрыл глаза и провалился в небытие...
  Очнулся от тяжелого спертого воздуха, духота и влажность плотно обступили со всех сторон. Доминик сразу не понял где он, что с ним, но стряхнув остатки сна и полностью очнувшись, огляделся. Конечно, как и раньше ничего не было видно, встал и ту же больно ударился головой о какую-то стену, взмахнул руками и локти уперлись в преграду с обеих сторон, выставил вперед руки - там тоже оказалась стена. Доминик внимательно ощупал вокруг себя - везде были стены. Он оказался заключен в куб размером грани около полутора метров. Шершавые стенки выложены из небольших кирпичей известняка. "Замурован! " - пронеслась мысль, но даже не возникло чувства опасности, настолько устало тело, издергались чувства и притупились мысли.
  Навалилась обреченность, все показалось ненужным, не имеющим смысла. " Не все ли равно где умирать, быть поглощенным стихией, или бесконечно блуждать по кругу лабиринта в погоне за призрачной птицей, - уж лучше спокойно не тратя сил уснуть на месте, пусть все идет как идет, я слишком устал," - так думал Доминик, медленно погружаясь в забытье. Но недостаток воздуха начал душить, не принося успокаивающей неги, грудь сдавливалась тисками удушья, а камни как бы выросли и уже совсем вплотную обступили человека. Холод и ужас могилы дохнул в лицо. И тут яркой вспышкой лицо Шарлоты - она в опасности, ведь из-за нее он здесь, и если он сдастся - она погибнет неминуемо. Нет этого он не мог допустить. Резко развел руки, оперся ими о стены и начал расшатывать темницу.
  Человеческая ладонь мягка и легко ранима, но если сила ее подкреплена желанием выжить, спастись, что бы спасти ближних, она может стать крепче стали. Постепенно пальцы нащупали более широкую и глубокую щель в кладке, вот они проникают все глубже и глубже, захватывают камень и с силой вырывают его. Известняк мягкая порода, он хорош в монолитах, в огромных массах против времени и разрушающего рассеянного воздействия природы, но если направлено воздействие на одну точку, он легко поддается и разрушается даже человеческими руками. А потеряв кирпич, единство рушится и вот уже нет всей структуры. Так и получилось, расшатав и вынув один из камней, человек добился того, что нарушил целостность всей стены, система утратила прочность и монолитность, соседние кирпичи изменили положение, за ними следующие и стена превратилась в рыхлую груду камней, при этом потолочная плита потеряв опору рассыпалась, кирпичи обрушились на юношу завалив его полностью. Многочисленные ушибы плеч и головы, разодранные до мяса пальцы, но - свобода и воздух, правда, относительные. Сейчас он выбрался, но что же дальше? Продолжать путь. К чему? К цели! И вновь движение вперед.
  Как читатели уже заметили, он за это время ни разу не вспомнил о голоде и жажде и других естественных нуждах. Или слишком силен накал событий, или прошло совсем немного времени? Но это мы пока оставим без ответа.
  Выбравшись из-под завала. Доминик попытался осмотреться в том смысле, чтобы определить наощупь направление стен и высоту потолка. Все время своего путешествия он двигался по направлению известному одному ему, как-будто маленький маячок горел впереди. Постоянно, по мере продвижения, возникали перекрестки, разъединения дорог, но он ни разу не задумывался перед ними.
  И сейчас Доминик встал и уверенно направился дальше в тоннель уходящий левее и ниже. Постепенно тьма начала рассеиваться: вначале полумрак и едва различимые стены, затем проход начал как-то проявляться, глаза, уставшие от темноты с жадностью ловили очертания предметов. Оказалось, что стены не просто шершавые плиты, а сплошь усеяны вкраплениями камней другой цветовой гаммы и природы. Постепенно глаза уловили узор вьющийся по обеим стенам, но перед поворотом или на развилке он заканчивался и начинался лишь через десятки метров после очередного выбора дальнейшего пути. Доминик шел и шел. Светлело, хотя дорога спускалась вглубь, а воздух не казался затхлым и душным. Остались позади многие повороты и спуски. "Как же я буду возвращаться?"- временами возникала мысль, но не оформившись полностью уносилась прочь. Главным было другое - достичь. И все доводы рассудка сейчас были отброшены...
   * * *
   Вернемся во дворец фараона. Нас интересует лишь сторона связанная с судьбой наших героинь.
  Сын в неформальной беседе, между делом, справился у матери, все ли наложницы здоровы, где поместили новых и когда они предстанут перед ним, чтобы он смог по-настоящему оценить подарок.
  Конечно, царица вполне владела собой и была готова к такому вопросу.
  - Сын мой, мы их готовим, обучаем языку и правилам поведения. Я лично их посетила и осталась вобщем-то довольна, хотя, чего ожидать от этого жреца. Ведь он может создать мираж, произвести впечатление, для этого он обладает знаниями и магическими приемами. Но, сын мой, разве может быть возможным такое сочетание двух противоположных канонов красоты, такие два противоположных совершенства, когда одно контрастом своим не уничтожает, а подчеркивает достоинства другого, при этом не теряя и не умаляя своих. Существование двух совершенных женщин, прямо противоположных друг другу, в принципе, конечно можно предположить, но вместе, - это иллюзия, фантом, удачная выдумка. И поэтому, при ближнем рассмотрении, при свете дня, можно было обнаружить идеальную красоту в одной и искусственно воспроизведенную в другой. Но, мой повелитель, одна - действительно необыкновенно хороша и очень скоро ты ее будешь лицезреть. Вторую тебе так же представят, но она рыжая, просто крашеная и немолодая, слабая здоровьем и усталая женщина. Разве ты не заметил огонь глаз белолицей брюнетки и отрешенного выражения другой? Хотя все было подано необыкновенно эффектно. Наша госпожа гарема обладала поистине даром психолога, на ее месте никто другой с таким мастерством не смог бы облечь в словесную вязь такой объем информации нужного ей направления.
  Фараон молча выслушал, но при этом в мыслях у него возникла поникшая золотая женская фигурка, светящаяся и трогательная, чистая и утонченная. Что это мираж жреца или видение сердца?
  Но разговор закончен. Не пристало ему обсуждать достоинства наложниц с кем-либо, даже с матерью. Он повелитель Египта Верхнего и Нижнего, воплощение РА в своей стране, которая избрана Богом, как свое жилище, обитель. Очень много государственных дел, все они требуют решений, бесконечные приемы и аудиенции, церемонии и посещения целиком занимали все время фараона. Юноше, а он был еще практически ребенком, некогда было думать о таких мелочах, как жизнь женщин в его гареме, ему даже в голову не могло прийти, что кто-то там томится и кому-то нужна помощь.
  Агузийцы всегда являлись постоянной угрозой для страны, да еще эти внутренние интриги. Они конечно не достигали его ушей, но атмосфера накала у подножия трона нет-нет да и доносила смрад нечистой игры до повелителя. Кроме того, фараон должен был еще учиться в главном храме у Верховного Жреца, а тот был неумолимым воспитателем и властным учителем, даже отсвет короны его ученика ни в коей мере не смущал властолюбивого учителя. Необыкновенное умение владеть собой позволяло ему с непроницаемым лицом вести и плести такую нить беседы, что любой участвующий в ней запутывался и терялся, а к концу разговора, в самый ответственный момент оказывался не готов дать отпор или отстоять свою точку зрения.
  Современному читателю было бы весьма интересно хоть на миг перенестись в эту страну и как посторонний свидетель принять участие в такой беседе. Этот опыт мог бы с успехом заменить многие пособия и учебники по психологии, поведению людей в социоуме, умению владеть собой и искусству общения. Египет - страна таинственная и необъяснимая, в ней всегда сплетались две линии энергий: сила солнца и неба; и другая, идущая вспять - загробного мира, земли, бездны. Фараон, являющийся властителем - сердцем страны, собою, всем своим временем и силами принадлежал этой стране, для личных дел у него просто не могло остаться места и времени. Но мозгом страны конечно была жреческая каста во главе с Верховным Жрецом, кто как не они веками и тысячелетиями разрабатывали и соблюдали традиции, проводили всю религиозную, политическую и культовую политику страны, и даже в экономическую сферу вмешивалась досужая жреческая рука. Они везде успевали, им до всего было дело, им были доступны и тайны храмов и тайны государства. Это была слаженная мощная машина, а фараон одинок, над всеми возвышался его трон, но силы его не могли достигнуть глубин и привести в действие любую точку его воздействия. Для этого ему приходилось обращаться к жрецам, а они все делали по-своему, слегка подправляя, немного искривляя, и часто желаемое очень далеко отстояло от действительного.
   * * *
  Флорену усиленно готовили, чтобы представить под царственные очи повелителя, за этим внимательно наблюдала царица. Она теперь часто посещала новую пленницу и своим строгим женским оком оценивала ту самую "лошадку", на которую сделала ставку. Девушка уже вполне сносно изъяснялась на их языке, владея тем запасом слов, что был необходим во время общения в гареме и перед повелителем. Так же она отдохнула и расцвела, тело налилось жизненной силой, глаза бросали вызов судьбе. Ей слегка подбрили лоб и от этого лицо утратило прежнее выражение мрачноватости. Но глаза наложницы все так же ставили в тупик эту видавшую виды царицу. Сколько девушек и женщин прошло перед ней в бытность еще женой фараона и сейчас. Но ни одна не была столь непонятна и таинственна.
  Первое благоприятное впечатление постепенно рассеивалось ( а тогда, как вы помните, перед ней предстала коленопреклоненная Флорена - опытная царедворка и девушка знатной фамилии), сейчас что-то необъяснимое настораживало Хатшесуп. Во-первых, в поведении наложницы ничто не изменилось, все так же со смирением она склонялась перед повелительницей и ловила каждый ее жест и взгляд, но эта не изменяющаяся игра и приводила ту в недоумение. Обыкновенная, живая девушка этих лет уже "обкаталась" бы, попривыкла и движения и взгляды были бы другими, а здесь как заученная кукла, четко отработанная тактика поведения, и непроницаемый взгляд черных глаз. Странных, очень странных глаз, внутри которых исчезал свет, они обволакивали и давили. Бррр... Когда Хатшесуп случайно встречалась глазами с этой рабыней, холодок пробегал по ее спине, и ей становилось не по себе от мысли, что ее сын будет рядом с такой женщиной. "Хорош подарочек, ассирийка и в могиле продолжает мстить ей".
  Но уже ничего изменить нельзя, ситуация разворачивается по-мимо ее воли. Нужно будет спросить у астролога, а еще лучше пусть Верховный жрец посоветует ей провидца. Не откладывая в "дальний ящик" она обратилась к Арумзесу со своими сомнениями. Но Югму-Флорену хранили мощные покровители, и жрец "не разглядел" ее, он с удивлением выслушал сомнения царицы-матери и попался на гордыне и пренебрежении к другим кастам, полу, возрасту. Его высокомерие говорило ему: "Как может совсем молодая девушка быть опасной, непонятной и таить в себе какую-то угрозу, ну да ладно, пусть женщины в своем "курятнике" успокоятся, вот тебе магический амулет, посмотри как отреагирует эта наложница, когда он окажется у нее над дверью", -так сказал жрец, передав ей в руки мешочек наполненный какими-то мелкими камешками, они пересыпались, постукивая и позванивая.
  Царица принесла его в покои и велела одной из рабынь повесить его в дверном проеме. Ничего не произошло, лишь один раз она увидела как сверкнул взгляд Флорены, да по лицу пробежала усмешка, но это промелькнуло и исчезло, опять на лице улыбка раболепия и взгляд опущен.
  Настал торжественный день, к ночи новую наложницу должны подготовить к свиданию с фараоном. Целый день с утра над ней трудились массажистки, удалили с тела все волосы, купали в различных настоях, натирали маслами, обкуривали ароматным дымом. Накрасили ногти на ногах и руках, ступни и ладони натерли абрикосовым маслом смешанным с травой каркаде, что придало им оттенок цикламенов. Подвели стрелки над глазами, подщипали брови, расчесали волосы, уложив их в причудливую прическу, состоящую из множества косичек, переплетенных бусами, золотыми и серебряными нитями. Искуссные рабыни нанизали сверху настоящие жемчужины и все это великолепие собрали в высокий хвост и далее, распустили по плечам. На руках и ногах Флорены было надето множество браслетов, шею окутывали бусы, грудь слегка поднималась, поддерживаемая снизу корсетом сплетенным из специально обработанного китового уса, таким образом, что каждая грудь покоилась как на подставке, словно жемчужина в раковине. Бедра охватывали сплетенные из золотых и серебряных нитей кольчужки-сеточки, уступами спускающиеся к ногам. Уши оттягивали массивные серьги, гармонировавшие с обручем на лбу. Девушка была украшена как новогодняя елка, такое количество украшений намеренно переносило акцент с прекрасного тела, делая его еще более загадочным, а значит и более желанным. При движении все это сверкающее буйство издавало мелодичное позванивание. Ее с головой накрыли очень тонким покрывалом, прозрачность которого позволяла лишь угадывать контуры, но не позволяла даже вообразить, что за ним скрыто.
  Зашло солнце, все это время царица не находила себе покоя, она то и дело проходила в покои наложницы и внимательно, со скрытой тревогой всматривалась в девушку, женская интуиция била тревогу, но смиренный вид Флорены и насмешливый ответ жреца противоречили голосу интуиции. И конечно амулет, - на него она полагалась больше всего, а он спокойно висел в проеме, девушка не обращала на него никакого внимания. Жрец, когда отдавал ей его, объяснил, что злые силы устрашаются действия специально подобранных минералов, каждый камешек в этом мешке является оберегом от какой-либо энергии и "черный " человек, колдун или маг просто не смогут переносить его присутствие, а тем более пройти под ним. Да и сама царица это чувствовала, так как, как вы понимаете, она была далеко не святой и мысли и чувства, приводящие ее в эти покои, не отличались добротолюбием и, поэтому, каждый раз, проходя под ним она ощущала как замирает сердце и мутится разум, но она была царицей и магия на нее не могла оказывать такого действия как на простых людей. Но все же действие было, значит действительно очень силен амулет, данный Верховным Жрецом Египта Верхнего и Нижнего.
  - Ну а девушка? Она чувствовала себя очень свободно, даже как-то..., или только казалось, да наверно казалось, - будто бы она общалась с этим амулетом, ну как..., как кошка с мышеловкой. - Этакий ленивый котище предвкушает себя на обед мышку попавшуюся в мышеловку, которую для этой цели поставил услужливый хозяин, дабы зверь излишне не утруждал себя! - Нет! Такого просто не может быть, мне все кажется, я просто последнее время переволновалась из-за всех этих интриг и той, ... златовласой. Кстати, как она там? Надо бы ее проведать, может она потихоньку заскучает, опустит руки, подурнеет, недаром она совершила такое преступление - скомкав восковую фигурку, ее обязательно должно коснуться возмездие, оно подползет незаметно, подточит ее тело, ее красоту, это именно то, что надо и сын не удостоит тогда ее своим вниманием. Нет, она определенно намного опаснее этой молодой наложницы. И все мои страхи и переживания просто от усталости. Пройдет ночь, настанет день, сын, увидев эту наложницу забудет о второй, а затем, насытившись и потеряв интерес, займется обычными делами, и она - мать фараона спокойно рядом с ним будет вершить дела страны. А эта новая девушка войдет в разряд остальных наложниц и займет свое место в их строгой очередности. Пока она - Хатшусуп не подыщет сыну жену, достойную и послушную ее воле. - Мысли неслись обгоняя одна другую в красивой головке досточтимой царицы, понемногу она успокаивалась...
  Но утро, начавшись с хорошего настроения и надежд, обернулось вначале непониманием, растерянностью, а затем уже и тревогой. Церемония рассвета оказалась отложена, затем отменился торжественный завтрак. Царица и жрец в недоумении стояли в приемном зале, но фараон не выходил, хотя слуги сновали с подносами в его покой и обратно, пологи не поднимались, на попытки передать через посыльных знаки Верховного Жреца и матери фараона не последовало никакой реакции. Во дворце все замерло, как будто темная туча заволокла всю страну. Царица кусала губы и гневно смотрела на жреца: " Как же твой амулет, почему же он не сработал?". Тот в ответ хранил непроницаемое молчание и озабоченно хмурил брови.
  Хатшесуп бросилась в покои Флорены, чтобы в ярости содрать и растоптать ненужный мешочек с фальшивыми оберегами. Она вбежала в покои наложницы, забыв о всякой торжественности и достоинстве, буквально подлетела к проему, где висел злополучный амулет, схватила его руками и в ужасе с криком упала на пол, оттуда выползала змея, самая ядовитая и быстрая из всех имеющихся в этой стране. Хатшесуп в шоке осматривала свою руку, - там ясно обозначились две ранки. Царица повержена тем самым амулетом, который должен был оберегать ее сына, ее дом и ее саму от злой энергии. Глаза ее закатились, тело начала бить дрожь, оно посинело, скрючившись в страшной судороге, так, что на еще живой женщине полопались все связки и сухожилия и, дернувшись в последний раз, несчастная умерла.
  А ее гробница еще не достроена. Да, она была царицей и магия на нее не могла действовать, но это магия Египта, а то с чем она соприкоснулась, выходило за рамки одной, хотя и великой страны, и одной, хотя и великой религии. Жрец пришел позже, по его лицу нельзя было прочесть мысли, чувства так же никак не проявлялись ни в позе, ни в голосе. Он приказал осторожно отловить змею и уничтожить, далее рабыни с плачем пытались вернуть тело царицы в естественное положение, но суставы так были вывернуты, а кости так искривлены, что им пришлось посылать за помощью, и только когда пришел жрец, специально вызванный из храмов города Мертвых, сообща смогли придать телу обычное положение. и только тогда унесли в камеру для обработки и мумификации царских тел.
  Весть о трагической смерти матери фараона моментально разнеслась по дворцу, но все говорили об этом шепотом, во-первых, не было официального оповещения, во-вторых, уж слишком необычным был ее конец. Так фараоны Египта еще не умирали. Доверенное лицо фараона, главный казначей угрюмо сидел у входа в личные покои повелителя, даже ему туда не было хода. Тогда, снарядив одного из рабов, положили ему на поднос три фигурки: одна фигурка в виде гуся, означавшая бога мертвых и земли СЕБа, это ему приписывалось сотворение изначального яйца, другая в виде коровы - образ богини НУТ, которой при жизни особенно поклонялась Хатшесуп, приравнивая себя к ее когорте, которая на самом деле являлась персонификацией неба и олицетворяла женский его принцип, активно участвующий в сотворении мира и вселенной, а так же большой фигурки АНЕПа - "бог, чье лицо позади" - это демон загробного мира, который своими многочисленными обличьями обращался в ловушки и наказания для умерших. Все эти три фигурки связали между собой, что в аллегорической форме сообщало фараону о несчастье постигшем его семью. Но в ответ и на это сообщение реакция была необычной, мало того, что с ответом не торопились, но и наложница не было возвращена в женскую половину, как принято при таких несчастьях, траур,- есть траур. Но какое-то движение все же произошло, в покои пригласили Верховного Жреца. Фараон сидел на троне в малом приемном зале в облачении и с символами власти. Трон рядом с ним был свободен...
  Но жрец прекрасно разбирался в настроениях и чувствах господствующих над людьми. Просто сказать, что он был проницательным человеком мало, вернее его можно было назвать - ясновидящим. Аскетический образ жизни, Посвящение и знания, полученные им в храмах со времен далекой юности, не говоря о его кровном родстве с фараоном ( Арумзес приходился фараону дядей, будучи сыном родной полнокровной сестры его деда. Вы помните, что детьми фараона считались лишь дети рожденные от царицы-жены) могли развить в человеке сверхспособности. Уровень свой он оттачивал ежедневными упражнениями, но это не помогло ему избежать роковой ошибки, и все же сейчас, он моментально уловил настроение своего племянника, зная его еще ребенком и занимаясь его воспитанием, так же как и с незаконным, но любимым сыном предыдущего фараона, теперешним жрецом Фив, с которого и заварилась вся эта каша.
  Эх, знать бы, быть бы повнимательнее, еще много чего бы..., но что свершилось, то должно было свершиться, теперь очередь за ним, его ход, посмотрим... Можно ли делать ставку на фараона? Он всегда был слаб, и еще ребенком не отличался любовью к учению, жреческая премудрость не занимала его, он любил цветы и животных. Но по праву рождения другой судьбы ему не досталось. Единственный законный наследник - еще очень юный, но рядом была опытная и сильная мать, а так же учитель - Верховный Жрец, представитель силы, едва ли не большей, чем власть самого фараона. И дела в государстве текли своим чередом, политика не менялась, проблемы решались жрецом и царицей-матерью. От молодого фараона лишь требовалось представлять внешнюю сторону власти. И у него много времени уходило на церемонии и посещения, на приемы и ритуалы, но это была лишь внешняя сторона его жизни. Он никогда не входил всей своей сутью в совершаемые им действия, внутренне он скучал и тяготился. Юноше не хотелось сидеть замерев как статуя на своем золотом троне, выслушивая монотонные доклады и прошения, тяготили ежедневные ритуалы служения Богу Амону-РА, воплощением которого он представлялся, но не являлся. И это он осознал, только когда занял место отца.
  Это открытие его потрясло, ведь еще маленьким мальчиком, изредка допускаемый на церемонии, где творил свое действо Фараон - его великий отец, с замиранием сердца думал о том дне, когда удостоится такой же чести. Во время этих церемоний всем присутствующим и даже Верховному Жрецу казалось, что сам Амон-РА посетил их скромное человеческое жилище. И действительно этот фараон не только представлял БОГА- Солнце, но и п р о я в л я л его через себя, через свое физическое тело. Каждый даже самый скромный и недалекий человек невольно в присутствии фараона проникался величием Сущности, которая жила в их повелителе. Каждое его слово, взгляд, движение было словом, взглядом, движением Божества, и даже слепцы увидели бы это. И конечно на такого человека не смогли бы замахнуться никакие силы, они просто сгорели бы при любой попытке приблизиться, в этом теле царил свет и для тьмы там не было закутка.
  Но постоянное проявление Божества через человека почти невозможно. Все мы имеем бренные оболочки, которые функционируют, нуждаются в определенных действиях и удовлетворении потребностей и поэтому даже фараон, когда не участвовал в церемониях и обрядах, в обычной жизни был просто человеком, имеющим свои слабости и привязанности, но даже тогда он мог оставаться сильным и достойным. Хотя одна "заноза" не давала ему покоя, будоражила его чувства и ум. Его любовь к наложнице, той самой ассирийской принцессе, от которой у него был сын, и он признавал и любил его, не считая " птенцом гарема", но не смел объявить официально и сделать наследником. И конечно, самое печальное для отца было то, что настоящий наследник во всем проигрывал своему сводному брату, не было в нем той силы и достоинства, которые должны обязательно присутствовать у фараона. Этого как раз в избытке хватало у старшего, но незаконного и совсем не досталось младшему.
  Но если человек обладает знанием, он всегда может стать сильным, "знание - сила", из слабого стать могучим, из нерешительного - целеустремленным, нужно лишь знать как. Фараон-отец поручил Верховному Жрецу своих сыновей: чтобы одного сделать жрецом, лишив таким образом честолюбия и жажды власти; а другого, наоборот, из малодушного принца вырастить великого царя. Но к сожалению Арумзес, весь ушедший в служение Осирису, потерял одну из главных черт воспитателя. Служа БОГУ, совершенствуя свое отношение к небесному Покрову и обретению сил и знаний, он оторвался от действительной жизни, мерилом ему служило Божество, и спуститься, встать на одну ступень с земными мальчиками, хотя и царственного происхождения он не смог. Жрецу казалось само собой разумеющимся стойкость и ум в одном, а смирение и трудолюбие в другом. Но дети этим как раз не обладали и конечно задача воспитателя состояла в том, что бы направить их в нужном русле, чего и не было совершено.
  Итак, мы с вами можем сделать выводы, что близорукость жреца, проявившаяся в отношении наложницы была не первой его ошибкой. И поэтому, можно наблюдать стремящегося к интригам и захвату власти умного и сильного жреца с одной стороны и, наоборот, малодушного и сластолюбивого фараона, тяготящегося своими обязанностями, совсем не понимающего сути своего служения и путей овладения той силой, что ему должна быть присуща. Народ Египта получил царя неспособного защищать и охранять его.
  Но конечно нельзя искать причину и сваливать все на одного человека. В мире проявленном, в котором пребывает планета Земля, правит развитием эволюции и судьбами закон" причин и следствий". И не думайте пожалуйста, что просто так фараон-отец встретил и полюбил одну женщину, а сделал царицей другую, родив сыновей, поручил их такому воспитателю. Все имеет свою причину и ведет к определенным событиям, которые человеком за короткий период его воплощения не могут быть до конца осознаны. И поэтому, мы в своем романе, как бы со стороны, вам показываем цепь причин и событий на протяжении нескольких жизней различных людей, судьбы, которых переплетаются и воздействуют друг на друга, а так же и на свою судьбу, следующую за этой, показывая, что готовят они себе ее сами.
   * * *
  Вернемся же во дворец к фараону. Бывший учитель стоит перед учеником. Молчаливый поединок мыслей и энергий. Еще совсем недавно жрец подробно рассказывал и объяснял весь порядок церемоний и приемов по различным причинам, при различных действующих лицах. Но сейчас - неординарная встреча, конечно, фараон мог делать все, что хочет, но из-за нарушения распорядка, из-за потакания своим слабостям произошла трагедия, и именно это мысленно стремился передать жрец.
  Конечно эта причина лишь внешняя сторона событий, внимательный читатель легко проследит всю цепь и даже сможет заглянуть достаточно глубоко в прошлые события этой истории, но во внешнем мире, даже в такой стране, как Египет такая раскрутка-развертка причин была недоступна . Но если бы (как хотелось, что бы это "если бы" имело право на существование) такой человек нашелся., услышали бы его, прислушались бы к его голосу? Наверно нет! Только единицы тогда и сейчас имеют такое видение и могут, по-настоящему могут связать все грани событий, выявить причины и предположить следствия. Это люди будущего - Посвященные и они вершат судьбами и руководят событиями. Но читатель, боюсь заскучал от моих многочисленных отступлений.
  Вернемся же, опять вернемся в малый зал для приема лиц особо приближенных. Жрец понял, что фараон не воспринимает информацию и не провидит ситуацию, которая может развернуться в еще более угрожающую трагедию. И еще он увидел, что фараон в данный момент вообще не только не слышит его, но даже не может сосредоточиться на трагедии, мыслями и чувствами он находится где-то, и символы власти, и трон, и поза - всего лишь оболочка фараона, пустая кукла, ее высосали и выбросили за ненадобностью.
  Когда Арумзес осознал до конца в какую пропасть может провалиться Египет, его ум начал искать пути спасения. Не думайте пожалуйста, что жрец сгустил события и поддался панике. Человеку такого уровня достаточно одного знака ( а здесь был не просто знак, а признак беды), чтобы осознать надвигающуюся угрозу. Да, слабость фараона была очевидной, его неумение и нежелание принимать участие в жизни страны, в делах государства, а самое главное олицетворять собой идею, служа ей, так же очевидна. Для этого юноши главным - было служение своим слабостям. Но раньше это не допускалось из-за неусыпного контроля и принуждения матерью, Верховным Жрецом и четко расписанной жизнью фараона, которая не им заведена, но требовала неукоснительного исполнения всеми царями, всех династий. Их этого треугольника сил фараону выбраться не под силу.
  И тут крик его измученной души был услышан (не на верху, так внизу), возникла ситуация, а за ней событие, которое могло дать ему свободу от опеки, от обязанностей, от самого себя! - Потрясающий подарок от жрецов Фив, а в нем наложницы. И вот одна с ним - фантастическая женщина, он буквально захлебнулся в море страсти, которой она его одарила. Это была магия, всепоглощающая сила, разбудившая дремлющие чувства в молодом человеке. Все, что окружало его раньше стало мало и незначительно. Он тешил, тешил свою плоть, ощущая себя могучим, всесильным и свободным от всех обязанностей. Яростное горение тел, их проникновение, объятия и совместные всплески эмоций; все было окрашено заревом пожара, на всем свете существовали лишь их два тела, вселенная сосредоточилась лишь на их ложе. Те напитки, что подносила ему новая возлюбленная вновь и вновь ввергали его в сладострастную страну неги и культа тела.
  Все новые и новые фантазии, становились явью. Он был пронесен этой девушкой через все миры, через все этапы творения, казалось, звездные системы служили им в их сладостном танце - совокуплении, казалось он был творцом Вселенной и Отцом всего сущего. Казалось.... "Что теперь для него значила маленькая страна на затерянной Земле? Планета мала и незначительна. Люди ? Люди - далеки и смешны. Смешна мать со своими амбициями и желанием власти, жалок этот Верховный жрец со своими заботами и чаяниями о процветании Египта. Ничего, совсем ничего ему теперь не нужно, пусть все от него отстанут, лишь одна мысль, полностью подчиненная желанию владела им. Вернуться и скорей окунуться в эту великолепную плоть новой наложницы и улететь вместе с ней из этого тяжелого и обременительного мира. Какое ему дело до них теперь, пусть как хотят живут и как хотят умирают. Строят, воюют, но не трогают их... тут ему пришла мысль, что все от него чего-то хотят и не оставят его в покое. Нужно обезопасить себя, нужно прогнать всех прочь...", - суетливые мысли окружили царственного помазанника.
  Вот что, мои уважаемые читатели, происходило в воспаленном мозгу фараона, царя огромной страны, населенной людьми, несущей в себе тысячелетние традиции и культуру многих замечательных, гениальных и сильных людей, жизни свои положивших ради развития и процветания человечества. Югма не зря была жрицей тьмы, посвященной большой степени, область сексуальных энергий была ее послушной вотчиной, одной из областей, где она могла приложить свои силы. И вызывая огонь в половом энергетическом центре фараона, она как капитан корабля направляла твердой рукой их лодку, призывая на помощь колоссальную животную силу продолжения рода, но то, что в животном царстве совершалось в меру и к месту, то в человеческой сексуальности, когда там оказывались такие ведущие и ведомые превращалось в перевесы и перекосы, а всякое излишество рождает извращение. Небольшой наклон может расшатать равновесие, нарушить гармонию и взять на себя все силы, только себе подчинить желания и действия. Так и произошло.
  Но сама Югма была цельна и трезва, она участвовала в действе как жрица, а действующие лица - область приложения ее сил, теряли себя в океане ее энергий. Она как опытный хирург следила и направляла свой скальпель - поток энергии в наиболее уязвимые точки, но хирург этот был черным - антиврач, антицелитель. Расчленить, чтобы забрать и завладеть сердцем, умом и душой. Подчинить себе фараона, вместе с ним его страну, а за страной...
  Она уже видела горизонты своей славы, могучий поток энергии бездны бил через нее и остановить его могла лишь великая жертва. Только чистое сознающее сердце могло закрыть собой зияющую дыру выхода энергии бездны.
  И поверьте мне, мои дорогие друзья, в этот момент над нашей планетой действительно нависла угроза захвата Земли черными, с ее последующей аннигиляцией - полным поглощением "черной дырой". Агрессия распространяется моментально и неумолимо, вы это наблюдаете на примере многочисленных войн: кровь льется рекой, унося в своем потоке все новые и новые жертвы и лишь, когда уровень человеческой боли сравняется по масштабам своим с уровнем ненависти, процесс взаимного истребления теряет силу и одна из сторон, "сыто икнув", одерживает верх. До следующей волны гнева и нетерпимости, до следующей боли и жертвы.
  Равновесие энергий во Вселенной - очень тонкая грань, она качается постоянно, и силы Света прикладывают все усилия к уравновешиванию кармы планеты, к осветлению человечества. Но бывают тяжелые времена, когда силы тьмы начинают одерживать верх, возникает реальность Апокалипсиса и каждый раз человечество спасается благодаря усилиям многих "Сознающих душ": святых, праведников и жертвы Сына БОГА и человечества. Это как правило, остается невидимым и лишь, о единичных случаях реального вмешательства и жертвы,- знает человечество. И Прометей и Иисус и Джордано Бруно были не единичны, их братьев тысячи-тысяч, они являлись клапанами, выпускающими пар мирового зла, своими горящими телами, страдающими душами и всепобеждающим духом они уравновешивали, готовое вот-вот перехлестнуть через край, мировое зло. И сейчас такие светильники живут среди вас и о таких людях наш роман.
  Не думайте пожалуйста, что это выдуманная история, - человек ничего не может придумать, все было, или есть, или будет, ну может немного не так, но.... Книги так же спускаются нам как музыка и живопись, как величайшие открытия и прекраснейшие озарения Свыше. Муза - это Богиня, служащая своей Повелительнице Идее. Она приходит к тем, кого выбрали для ее воплощения. И автор этих строк, прекрасно понимает, что при всей фантастичности описываемого им, все это является реальностью, более весомой и более правомочной, чем та иллюзия, в которой живет сейчас большинство непрозревшего человечества.
   * * *
  Фараон молчал потому, что ему нечего сказать, жрец молчал по этой же причине. Итак, все ясно.
  - Я распоряжусь насчет погребальных церемоний вашей матери, но ее гробница еще не достроена, поэтому я думаю приготовить ей усыпальницу в пирамиде вашего отца.
  На это фараон кивнул. Разговор был закончен, жрец удалился. Да, как он и предполагал, положение было серьезным, - налицо полное подчинение фараона какой-то силе, - конечно это чужеземка. Придеться вызвать к себе жреца Фив и заключить с ним союз: во-первых, очевидно, он владеет ситуацией, а во-вторых, конечно, он метит на место фараона, но в-третьих, - эта сила может погубить и врагов и друзей. Ей не важно, кто помог ей подняться.
  Распорядившись по-поводу умершей, он немедленно послал гонцов в Фивы.
   * * *
   Шарлота тем временем тосковала одна, не считая рабынь, без вестей и без близких друзей она чувствовала себя очень одинокой. Шок потерял остроту, боль унижения ослабевала, уступая место обреченности. Возникшее чувство было разрушающим. Оно отказывало в любви к самому себе.
  Когда-то маленькая принцесса, затем королева жила и радовалась в своем привычном мире, любила людей, которые ее окружали, любила себя, сознавая свою ценность и место среди них. С рождения маленькую девочку окружала любовь и уважение, затем ей внушили ответственность и для королевы этого было достаточно. В ее небольшой стране, в упорядоченном мире она служила образцом любви к мужу и вниманию к подданным, достоинство королевы сочеталось с заботами об устройстве и поддержании порядка и справедливости в своей стране, как по отношению к знатным сеньорам, так и к простым людям. Она с тактом и вниманием вникала в проблемы, помогала советом и властью нуждающимся. И все любили свою королеву, восхищались ее красотой, неприрекаемым авторитетом, добротой и снисходительностью. Это был добрый ангел для своих подданных.
  С момента бегства Шарлота так же показывала пример стойкости духа и мудрого проникновения в событие. Но тут и начались злоключения. Равновесие нарушено, женщина лишившаяся надежной опоры, держалась за счет ответственности за судьбы своих подданных. Лишь долг заставлял ее сохранять присутствие духа. Но вспомним, тут же вместе с событиями пришли искушения и травля. Травля и тонкая игра ее фрейлины вначале чуть не погубила, но затем, цепь следующих событий помогла Шарлоте вновь переключить внимание со своей персоны на ответственность перед людьми, и королева выстояла, этим увеличив свои силы и стойкость.
  Много-много произошло событий, реальных и ирреальных с болью и страданиями, с огромным напряжением всех сил, многое было преодолено. И вот, когда уже был виден спасительный берег и тихая гавань дружественной страны, - опять плен и позор. Позор, которого не может выдержать королева. Во время церемонии представления подарков фараону в золотой клетке находилась не Шарлота - королева своей страны, а тело несчастной пленницы. Оно было без имени и звания, сознание в ужасе просто сместилось, вышло за рамки физического носителя. Когда говорят, что человек сошел с ума, подразумевают переход сознания такого человека из его естественного положения в другую область или в сущность, олицетворение себя с новым проводником. Но к счастью, тогда с Шарлотой не произошло полной безвозвратной потери контроля сознания. Да, оно было ослеплено, контужено насилием, которое претерпела мораль королевы, но его временное отключение скорее сыграло положительную роль.
  Как вы знаете, в этом мире все имеет начало и конец, и когда пришла к своему завершению мука израненной стыдливости, тело ее вновь обрело своего господина и хозяина. Разум и чувства сызнова заговорили в ней, она вновь получила способность осознавать. Хотя, картинка несколько исказилась, потеряла свою остроту и яркость, как- будто все происходило не с ней или же во сне, это была спасительная тактика сознания, благодаря которой не произошло срыва. Подобный кризис в во всей его реальности и напоре могут пережить или по-настоящему испорченные натуры, или не совсем развитые индивидуумы, которые легко могут отождествлять себя то с вещью, то с животным и их природа человеческой личности при этом, не взбунтуется , а по привычке воспримет как должное.
  В неразвитых странах, где женщина играет подчиненную, второстепенную роль, где ее не воспринимают как свободную личность, равную перед Творцом, где оцениваются лишь ее физические качества, как дорогой вещи или породистого животного, ни минуты не задумываясь о ее внутренней сути, родятся слабые в духовном плане дети. От женщины -рабыни не может родиться свободный человек, корень его еще до рождения подточен червем насилия над матерью. Такие дети, несущие щербинку рабства, сами вдруг оказавшись на вершине, с особой жестокостью насилуют и убивают, понятие чести и долга у них искажено. Не стойкость, а фанатизм; не милосердие, а месть - исповедуют они. Ответственность свою они соизмеряют с той долей жестокости, которую изливают на порабощенных собой людей, а любовь - количеством женских тел, что смогли изнасиловать. И детей своих - мальчиков они выращивают, заражая их долей своего высокомерия и беспощадности, а девочек сразу превращая в выгодный товар, бессловесную тварь.
  Именно потому, фараон имел детей, вернее считал своими детьми, лишь детей рожденных женой - свободной женщиной, которая имела все права и привилегии свободного сильного человека, а остальные признавались лишь "птенцами гнезда фараона".
  Но, кроме мира, который мы ощущаем, есть миры тонких энергий, где кроме физических законов и степени их соблюдени, существуют законы тонких энергий, чувств, мыслей, Духа. И там творится внутренняя суть людей. И если сын любимой рабыни родился сильным, но тщеславным, то в этом виновата любовь и отношение его отца к матери-рабыни; а сын от свободной жены - родился слабым и равнодушным, то и в этом виноват его отец.
  Вот оказывается где корень проблемы, необходимо не только любить своих жен, но и уважать их, только тогда ваши дети родившись, вырастут и добрыми, и сильными.
  В стране, в которую попали наши герои отношение к женщинам было двоякое: то что было разрешено по отношению к рабыням и наложницам, не допускалось по отношению к свободным и царственным женщинам. Но никто не удосужился узнать статус и положение пленниц, это могло помешать планам тех, в под чье покровительство они попали. Но Шарлота не погибла, не потеряла разума, но от этого положение ее не изменилось.
  На смену боли, острой и действующей временами как наркоз для сознания, пришла повседневная реальность бытия. Картины одна болезненнее другой всплывали в ее сознании, заставляя содрогаться от ужаса и унижения. Постепенно в одиночестве боль становилась привычнее, острота потеряла свою силу и Шарлота поняла, что ее единственное спасение от душевных мук - это все забыть, лишив себя королевского звания. То, что можно королеве не доступно простой женщине и, наоборот, то что без вреда может пережить обыкновенный человек, является гибелью для короля. Вначале эта мысль стремительно пронеслась в голове, почти не оставив следа, затем вернулась и задержалась. Королева Шарлота осторожно со всех сторон ее рассматривала, пробовала на "слух" и "вкус". Да, это единственное решение, которое сможет смыть с нее пятно, не с нее, а с королевы Шарлоты!
  Решение принято: не королева была обнажена и выставлена на показ в золотой клетке, а рабыня, невольница и пленница, женщина под именем Шарлота. Она не помнит своего прошлого, не помнит свою страну, мужа, отца, людей ее окружавших. Она - никто, просто молодая женщина, и приняв это она спасет королеву!
  Все... Королевы нет больше на этой Земле. Перерождение было очень болезненным, но явным. Во-первых, действительно огромным усилием воли память канула в подсознание и на следующее утро после многочасовой молитвы, перед нашим взором, дорогие читатели, предстал совсем другой человек.
  Мы с вами, в силу своего места и времени с помощью этой книги, можем видеть и людей и события не во внешнем их выражении, а их суть, от нас не могут быть скрыты причины и цели поступков людей, судьбы которых перед нами разворачиваются.
  Признайтесь! Вы случайно не ощущаете себя этакими великими, наблюдающими за этим миром, в котором правит Судьба, а вы - сторонние наблюдатели, вам хорошо и уютно сидеть с книгой в любимом кресле? А страдания и события лишь слегка щекочут ваши чувства и развлекают ум?
  Но скажу вам по секрету, ведь ваша жизнь, ваши судьбы так же наблюдаемы и оцениваются Высокой Сущностью, призванной для этого БОГОМ. Ну, а книги даны человечеству, чтобы оно очнулось и вспомнило, почесало в затылке и поняло: оно строит свою судьбу, оно притягивает события и, не смотря на боль и препятствия, оно должно все пройти и за все ответить. Как кошка играет с мышкой, не зная о том, ее уже высмотрел беркут и камнем падает на свою жертву.
   * * *
  ...Фараон уже нечаял дождаться конца церемонии: " Этот противный и неприятный разговор, в котором он вынужден был участвовать, сохраняя позу и лицо! О, этот противный и ненужный разговор, в котором он должен участвовать, сохраняя позу и лицо!!! И не важно, что им не было произнесено ни слова, - произошел обмен энергиями и принято решение, а он так и не смог поставить на место этого жреца. Все, хватит! Отныне он сам распоряжается своей судьбой, и никто не заставит его делать то, что он не хочет. Дела государственные занимают слишком много времени и лишают его энергии, но теперь это не его забота, он ее не добивался, ему это было не нужно,..." - и, и, и,... так его мысли и эмоции бежали обгоняя одна другую, гневливые и нетерпеливые.
  Перед нами не фараон, а какой-то слюнявый мальчишка. Вы не находите? Но властью, которая сосредоточена на этом мальчишке можно сделать очень многое, даже нарушить равновесие в мире. История знает многих великих царей и полководцев, пророков и героев, и именно их силой и гением творилась мировая история и судьба человечества. А наш жалкий царек забыл об ответственности и добровольно сбросил с себя заботу и долг. И то, что у одних происходило вынуждено, во спасение имени, чести или людей, - у него легко и непринужденно. Эти одежды слабо держались на нем, он им был не по размеру - слишком уж мал и слаб.
  Вновь и вновь с нетерпимостью и в спешке снял с себя царские облачения и символы власти и бросился в покои, где ожидала его женщина - воплощение желания и обещание новых и новых наслаждений. Эта женщина в совершенстве владела своим телом, оно было горячим и манящим во время танца любви, а в минуты отдыха прохладным и успокаивающим. Ее тонкие пальцы искусно лаская тело повелителя находили и вызывали к жизни самые потаенные ручейки энергии из только ей одной известных точек на человеческом теле. Попеременно то лаская, то вонзая туда свои острые ногти она вызывала неизъяснимое наслаждение во всем теле, сопровождаемое вибрирующими потоками желания сотрясающими все тело. И фараон каждый раз доведенный до высшей ( или низшей?) точки своего сексуального возбуждения, наконец допускался в "святая святых" - ее лоно, жаркое и влажное, и вместе с ней в экстазе уносился куда-то без мыслей и воли, на коньке одного желания - обладать лишь этой женщиной, этой женщине служить и быть, всегда быть с ней.
   * * *
   И вот, пока Доминик блуждал по лабиринту - семьдесят седьмому уровню подземного храма самой древней пирамиды, пока Шарлота тихонько "жила" в своих покоях, жрецы думали, молились, совершали жертвоприношения, и тихонько завершался погребальный процесс над матерью фараона, он наслаждался своей новой наложницей. Но, пыл угасал, жизненные силы иссякли и однажды он очнулся и увидел рядом с собой женщину, которую ему больше не хотелось. Фараон чувствовал себя слабым и больным, хотелось на воздух к воде, умыться и вздохнуть полной грудью. Его сознание уже начало ощущать плен и завесу иллюзии, в которую окунулся вначале с таким наслаждением. Это включился механизм самосохранения, который был наконец разбужен, благодаря постоянно совершаемым молебнам и жертвам во всех храмах Египта. На бедном человеке столкнулись две огромные силы и с разной степенью воздействия вначале одержала верх одна, затем по великому закону цикличности на смену ей пришла другая, не дав закончить первой свою разрушительную работу. Фараона отмаливали очень много людей, специально обученных и достигших определенных побед и свершений в искусстве древней магии Египта. Все они одновременно совершали работу по очищению и освещению одного и того же человека, целенаправленно, слаженно и дисциплинированно били в одну и ту же точку, а в этот момент Югма немного расслабилась ( ведь она тоже была пока человеком), поверив в свою полную власть.
   Фараон вскочил, с ужасом наблюдая за спящей женщиной. Дело в том, что в нем пробудилось внутреннее видение, благодаря стараниям жрецов и изнурительной работе физического тела, а Югма в это время не позаботилась о маске, и перед взглядом юноши предстала во всей своей "красе" жуткая фигура и лицо шаманки с далекого, затерянного в океане острова Идола. Оно неожиданно проявилось сквозь черты спящей Флорены. Помните, мы говорили о том, что внутренняя суть человека все равно проявляется, как бы проступает через физическое тело. И как бы не был красив человек от рождения, если он раз за разом служит демонам в своей душе, поклоняется и проводит через себя энергии зла, его внешность приобретает черты и отталкивающее выражение своей внутренней природы. Вот именно это и произошло с Югмой-Флореной, стоило ей на мгновение расслабиться, "почивая на лаврах" . Но, еще раз напоминаем вам, конечно только одной причины , вызвавшей то или иное событие быть не может, лишь совокупность всех видов кармы и действий ведет к определенному следствию, и здесь берется в расчет и временные, и космические, и материальные, а так же и нематериальные действия человека ( мысли, чувства), человечества и природы, - все творит судьбу одного человека, все с чем он когда-либо соприкасался или будет взаимодействовать. Человек так же воздействует на судьбу всего, что с ним когда-либо было связано.
   ...Немедленно были вызваны рабы и еще сонную девушку проводили в ее покои. Она даже не совсем поняла, что произошло. Но зато разозлилась она по-настоящему. Сцена дикой ярости с трудом поддается описанию. Вот-вот ее цель так близка, и вдруг она опять ни с чем. Служанки и рабыни в полуобморочном состоянии разбежались по углам, такого ужаса они не испытывали даже в самых жутких кошмарах, на мгновение им показалось, что они находятся "на том свете", а в адском пламени скачет по залам и покоям кошмарная фурия, все это продолжалось не долго. Ужас, вихрем пролетев, исчез так же внезапно, как появился. И вот перед ними несчастная отставленная наложница фараона - игрушка в руках мужчины. Она ничком лежит в подушках и рыдает. Девушки боязливо обступили госпожу. "Очевидно им все померещилось, разве может такая красивая и такая несчастная женщина обратиться в такое чудовище. Нет, очевидно на них нашло какое-то затмение", - так думали перепуганные женщины, да большего им и не нужно было знать.
  Фараон тем временем повелел приготовить свою ладью и отправился на прогулку по Нилу. Его тело сотрясала нервная дрожь. Он вновь и вновь с ужасом вспоминал пережитое, метался по лодке, не находя себе место. Постепенно солнце, воздух и плавное всплескивание вод Великого Нила, сделали свое дело, он как после тяжелой болезни, медленно осознавал и по-новому оценивал события, которые произошли за столь короткий период. В сознании наконец возникла горечь от утраты матери, раскаяние от своих судорожных попыток освободиться от долга перед страной. Память об отце, великом фараоне, истинном воплощении Бога на Земле Египта возвращалась. Он вспомнил свои ощущения в присутствии отца, когда тот восседал на троне (совсем не так как сидит сам), - по залу как бы разливалось свечение, воздух становился упругим и наполненным силой и светом, в груди возникало ощущение давления и какой-то сладкой боли, как-будто сердце сжимается, а разжимаясь - растет, разрастаясь - с любовью охватывает всех и все. Все, абсолютно все охвачено светом, все поет и искрится в любви, изливаемой из сердца. Вот какое действие оказывал фараон на окружение. И вот каким должен был быть наследник - новый фараон. И осознав, юноша не выдержал и слезы брызнули из его глаз, сердце заныло и сжалось в груди: " Что я наделал? И что мог еще натворить по своей слабости и безответственности. Прости меня, Великий Отец - Бог солнца Амон-РА, прости меня, несчастная мать, прости, Египет. Ибо, я в ослеплении и гордыне своей попирал ногами и отрекся в малодушии своем!" Он решительно направил ладью к главному храму Мемфиса и послал гонцов, что хочет видеть Верховного жреца. В ответ пришло милостивое разрешение - принесли на подушке священного скарабея ( жука, почитаемого в Египте, олицетворяющего солнечного Бога). Фараон, склонив голову и сняв золотой нагрудник вошел в святилище, поклонился жрецу. У них состоялся долгий разговор. Прошла ночь и настал день. Ладья тихо покачивалась в волнах у причала. Наконец показался Фараон - это был другой человек - это был Фараон.
  Дорогие читатели могут догадаться, что за стенами храма произошло покаяние, очищение и вновь инициация - Посвящение юноши в Фараоны. Такого раньше не было в Египте, но никогда раньше мир не стоял так близко на краю гибели. Отмолили, смогли вырвать из цепких лап тьмы и Слава Великому РА! Смог осознать себя, покаялся и принял повторное Посвящение, но уже сознательно, понимая, что Фараон - это прежде всего жертва человека БОГУ. Чтобы стать воплощением - жилищем Бога, нужно полностью посвятить себя ему, отречься от всего земного, забыть о своих желаниях и слабостях. Да, ты упал, но смог подняться и сделать выбор, и ты - прощен. ( "за битого, двух не битых дают". - не правда ли, друзья?).
  Ну что же, Египет, а с ним и мир спасен и сейчас пока ему ничто не угрожает, а что же наши путники, ведь и о них болят наши сердца, мыслями о них занят наш ум?
   * * *
   Вернемся на строительство. Кую-ун-Порху первым обнаружил исчезновение Доминика, но счел это возможным, единственное, что его огорчило то, что он потерял с ним связь. Благодаря целостности своей натуры и внутреннему проникновению в бытие, он понимал, что у каждого своя мера и путь, и ждал сигнала для себя, зная, что его час близок. Щит на груди напоминал о долге и предначертанности. Все чаще приходила мысль о королеве Шарлоте, но теперь он почему-то не воспринимал ее как королеву, - была где-то в плену женщина и он должен будет ее спасти. Кую-ун был истинным мастером, и реализовав себя в ученике, подошел к порогу, за которым мастер становиться Посвященным, уровень которого уже будет недосягаем для энергий извне.
  В обычной жизни он продолжал исполнять свои обязанности, работая как автомат единой стихии стройки. И вот..., вы напряглись, уважаемые читатели? Ибо привыкли, что жизнь героев необычна и полна таких начальных вступительных слов. Не сердитесь и не хмурьтесь, все действительно происходило, происходит и будет происходить где-то, когда-то и с кем-то. А наши описания событий во многих деталях совпадут или уже совпали со многими жизнями. Ведь вы себя не знаете, может эта книга про вас и ваших близких в прошлых или будущих воплощениях, в этом или ином мире.
  И вот, однажды в один из обычных дней Кую-ун совершая свой ежедневный ритуал, почувствовал недостаточность своих усилий, ему как бы чего-то не хватало, что это? Все было правильно и хотя никакие мысли и чувства не будоражили его сознание, но он ощущал, что чуть-чуть не дотягивает, а то чуть-чуть опережает ритмы Вселенной. Вновь и вновь, но никак не удавалось слиться с космосом. Вот рука - идет плавно, множиться многократно, проникает во все точки мироздания и движет их своею силой, увлекая за собой, еще чуть-чуть и сольется. Ан - нет, опять опережение или случайное судорожное незаметное обычному глазу движение. Такого с ним давно не было. Еще маленьким мальчиком, сидя напротив деда, он старательно выписывал руками движения, медленно привставал и ..., что-то получалось скачком и вновь и вновь выбивало из плавной кривой. Происходило смещение его точек тела относительно точек эфирного поля планеты ( тогда он работал на уровне планеты) и возникал дисбалланс и сброс его энергии из общего поля движения. Дедушка встал, с доброй улыбкой подошел к внуку и сказал : " Что тебя тревожит из вне? Отбрось все и тогда оно прийдет изнутри, ты осознаешь суть, а не временную сторону явления" . И вновь и вновь мальчик повторял упражнения внимательно сосредотачиваясь на плавности и непрерывности, вдыхая и выдыхая , наполняясь энергией ЦИ, и вдруг он осознал, что движется не сам, а им движет сила, исходящая из него, но ведущая его тело помимо его рассуждающего интеллекта, и самое потрясающее было в том, что и вовне и внутри, была одна Среда, полное единство и непрекращающееся действо, вечное движение, тело жило и излучало из себя силу и ей же наполнялось. Непередаваемое ощущение и наверно даже свободный полет птицы многократно проигрывает ему, благодаря его сказочной легкости и безмерной свободой в потенции. Ему казалось, что все объемлет силою своей, вот планета на его ладони, он есть сила - бескрайняя и неделимая. Дед потом ему объяснил, что в результате взаимодействия и взаимопроникновения энергии из эфирного поля планеты через точки в эфирном поле человека проявляется и происходит их полное сопряжение. Человек, двигаясь, перемещаясь в пространстве так же двигает и перемещает в пространстве энергию эфирного слоя Земли, как гигант размером с планету медленно и плавно выполняет упражнения Цигун и сила его адекватна силе всего эфирного поля планеты. Такое проникновение возможно все выше и выше, объемля в себе и растворяясь в эфирном поле, сопрягаемом с Полем Божественной Воли. Но для этого одних занятий мало, нужен путь служения, прохождение через испытания, подвиг и расдача кармических долгов. Так как человек, соединившийся с Полем Божественной Воли становится Сыном БОГА, а он не смеет иметь долгов. Мальчик очень внимательно слушал деда.
  - Дедушка, а как я узнаю, как почувствую, что имею право на такое Посвящение?
  - Ты узнаешь об этом в конце пути, это произойдет в результате жертвы, я вижу твой путь и вижу страну, это страна Сфинкса.
  Кую-ун запомнил эти слова. И даже когда от "белой птицы он получил щит - символ жертвы и гибели, он еще не был уверен, что цель близка. Но сейчас, он уже знал - это его последний бой, он должен выйти один на один с огромной силой и ... погибнуть, но это его последняя жертва, он будет искуплен самим собой , тогда - свершение!
  Он готов и уже чувствует приближение часа, часа, когда понадобятся все его силы и все его мастерство и в зависимости от этого пойдет дальнейшее развитие его и многих судеб. Зло не должно победить, оно будет остановлено. И он приложит все свое умение. Кую-ун вспомнил деда, он сейчас как бы стоял перед ним в своем эфирном двойнике и с улыбкой смотрел на внука. " Да ты готов к бою и силен как никогда, но и силы зла не дремали, а росли и множились и со всей силой ярости выбирают себе жертву. А жертва - Шарлота. Югма готовит себе новое тело, это ее цель.
   * * *
   Шарлота тем временем прогуливалась по саду, это была единственная радость и развлечение, все что у нее осталось. Внутренний ухоженный сад обладал очень притягательным для нее свойством, там росли даже деревья с ее родины. Она подошла к дубу, он тяжело переносил жару и сухость климата, чужое небо и постоянная смена атмосферы, то колючий раскаленный воздух, приносимый ветром с пустыни, то влажное дыхание со стороны Нила. Не хватало земли, простора. В своей земле дубы вольно раскинулись среди холмов и полян, кроной своей покрывающие значительные пространства, они составляли предмет любви и гордости народа, населявшего родину Шарлоты. Множество птиц вьют гнезда в его листве. Дикие свиньи приходят полакомиться желудями, зайцы и белки, кроты и полевки - все кормится от этого могучего дерева. А воздух родины влажен и мягок, он несет аромат лесов и цветущих полей, легко наполняется пением птиц и так же быстро замолкает перед дождем. Сколько гроз и ударов стихии принимают на себя эти великаны леса, они добровольно берут миссию ответа перед ветрами и молниями по праву сильных. Так думала Шарлотка, обнимая рукой ствол дуба слабого и какого-то изогнутого среди прочих экзотических деревьев, собранных со всех частей света для наложниц фараона. Но деревья, лишенные земли и воздуха родины плохо развивались и выглядели хилыми и больными. Вот так же люди, оторванные от своих корне теряют силу, а вместе с ней и свои качества. Задумавшись, она села под ним, облокотилась спиной о ствол и прикрыв глаза в мыслях унеслась в далекое детство. Когда-то на лошади, подаренной ей отцом по случаю ее четырнадцатилетия, она уносилась навстречу ветру и солнцу, под копытами лошади мягко гудела земля, травы сплошным зеленым ковром устилали долины ее родины, все напоено ароматом лета в самом его расцвете, бросив поводья и вольно раскинувшись на цветах и полевых травах девочка устремила взгляд в высь: бескрайнее небо, синее и высокое, легкие облака причудливыми стайками быстро проносились по небу, нисколько не заслоняя собой дневное светило. Жужжание пчел перемежаясь с пением птиц дополняло гармонию природы. Слияние ребенка с ней было полным, девочке казалось, что она дышит вместе с ветром, наполняется любовью солнца и силой зелени лугов и лесов, что она маленькая, но очень важная частица всего. И это была абсолютная правда тогда, но не сейчас...
  Шарлота перевела дыхание и заметила, что за ней наблюдают. Юноша по внешности египтянин, без каких-либо знаков отличия с изумлением и как-то растроганно наблюдал за молодой женщиной. Конечно это был фараон, кто же еще беспрепятственно мог находиться в этом саду. Он настолько устал после всех событий проишедших с ним, что после своего повторного Посвящения, покончив с неотложными делами, спустился в сад, чтобы в тишине, среди зелени отдохнуть душой, наполниться спокойствием и обрести равновесие. Он помнил, что раньше его отец после многочисленных приемов и церемоний, забот связанных с государственным аппаратом, политикой и финансами, сбросив с себя символы власти и оставшись в простых полотняных одеждах, часто босиком, спускался отдохнуть душой в этом маленьком уголке природы. И вот сейчас и здесь такое видение, диво - прекрасная женщина. Но у него не возникло чувства радости хищника при виде жертвы. Он только что освободился от наваждения, связанного с женщиной и после обряда очищения ( а он искренне принял его) его мысли и чувства были чисты и светлы. Конечно, Шарлоте повезло, за ней теперь наблюдал не слабый избалованный юноша, а человек, которому свойственно было ошибаться, страдать и подняться, сделав для себя правильный выбор. "За битого двух не битых дают". Он теперь знал и горечь утраты, и одиночество, и раскаяние. Его душевная рана еще не до конца затянулась, а тело чувствовало себя разбитым и измученным, и от этого еще острее и ярче пробивался дух сострадания и любви к чистому и светлому. И вот такое воплощение света и страдания одновременно вдруг предстало перед его глазами. Да, это была вторая наложница, подаренная ему в том злополучный день и уже никаких чувств господина по отношению к красивой игрушке у него не возникло, перед ним была не просто наложница - вещь ему принадлежащая, а страдающая, сломленная женщина, прекрасна я и не защищенная. Чувство острой жалости огромной волной затопило сердце юноши : " Как она чиста и прекрасна!" Сердце сжалось и пронзилось насквозь резкой болью, болью сожаления и желанием помочь, заслонить от беды этот поникший цветок. Она конечно полная противоположность этой жуткой сладострастной наложнице. И даже сейчас воспоминание о пережитом содрогнуло все его существо, настолько сильный отпечаток они в нем оставили и настолько полной была в нем победа совести и долга истинного фараона над слабой плотью.
  Шарлота широко раскрытыми глазами смотрела на незнакомца, она его не узнала в простой одежде, да и в ее памяти стерлись подробности церемонии ее дарения. Юноша медленно подошел, взял ее руку в свою и молча перебирал ее тонкие пальцы. На одном было кольцо, камень закрыт ажурной сеточкой-крышкой. Фараон отодвинул ее и взгляду открылся камень - дивный, фантастический рубин, тот самый о котором столько говорили легенды древнего Египта. У фараонов, как вы поняли было особое видение, Посвящение давало им это свойство, и он сразу различал даже суть драгоценных камней. Легенды рассказывали, что когда-то БОГ Солнца в своей могущественной колеснице привез своего брата, БОГА с далекого Севера и эти два близнеца вновь встретившись должны были тут же расстаться. У них разные пути, у каждого свой долг. Тогда они обнявшись, обменялись своими талисманами. Один отдал своему брату нефритовый обруч с чудесным желтым бриллиантом, олицетворяющим собой бессмертную силу БОГА, а Амон-РА - кольцо с живым рубином - кровью из сердца БОГА. Нефритовый обруч бесследно исчез, говорят он где-то спрятан в одном из подземных лабиринтов, пронизывающих землю Египта. А вот кольцо Один унес с собой в далекую страну на Севере и следы его затерялись. Прошли многие тысячелетия и вдруг это кольцо у пленницы-наложницы, красивейшей из женщин. Фараон был потрясен, он встал на колени ( это фараон-то!) и с благоговением поцеловал руку на которой мерцало кольцо БОГА. Шарлота в изумлении смотрела на юношу, она начала догадываться кто он. По его властной походке, движениям и знанию, которое он обнаружил.
  И фараону было о чем задуматься: " Нужно немедленно сообщить об этом кольце и его обладательнице Верховному Жрецу, это может перевернуть весь мир! Если есть кольцо, а оно не случайно пришло в Египет - свою родину, значит оно должно привести и к утерянному обручу и тогда мою страну ждет возрождение и небывалое величие," - так мог думать человек действительно заботящийся о своей стране, ее истинный хозяин. Он позвонил в колокольчик, моментально прибежали слуги и с благоговением склонились перед Шарлотой.
  "Будь моей почетной гостьей!"- он еще раз наклонил голову и вышел. Шарлоту с великими почестями проводили в ее покои.
  Но при этой встрече присутствовало третье лицо. Югма-Флорена, спрятавшись за кроной цветущих кустарников, яростно ломая ногти, вонзив их в ствол ближайшего дерева, закусив губу и сверкая глазами, наблюдала за происходящим: " Он узнал в ней королеву и увидел кольцо Одина, ну что же, тем хуже для нее и для всех остальных!". Шаманка когда-то получившая чужое тело и успешно использовав его, жаждала обрести следующее.
   Вот, что чувствовал и знал Кую-ун, вот к какой жертве он готовился, чтобы остановить путь развития зла.
   Шарлота задумавшись смотрела на фонтанчик, который велело журчал и поддерживал прохладу в ее покоях. Капельки воды серебрясь и переливаясь на солнце, которое попадало через скрытые в крыше окна, помогали плавному течению мыслей. Что может быть лучше льющейся воды, которая настраивает человека на размышления, заставляет отвлечься от суеты повседневной жизни и задуматься.
  "Итак, кольцо Одина опять проявило себя, но почему только сейчас? А когда она в нем так нуждалась, оно молчало. Что за тайна , почему никогда нельзя быть уверенным в его помощи в минуты нужды, а потеряв свое достоинство и цель жизни, вновь обрести кольцо, почувствовать его силу, которая заставляет склоняться в благоговении самого фараона, царя-Солнца, воплощение Бога на Земле в стране хоть и чужой, но высокоразвитой? У кого же можно спросить?" - так размышляла Шарлота, сидя на края обода фонтанчика. Журчала вода, шаловливо играли солнечные зайчики, в прозрачном бассейне веселыми стайками сновали разноцветные рыбки, в золотых клетках перекликались экзотические птицы. Вокруг все дышало него и роскошью. Молодая женщина чувствовала себя такой же птицей в клетке, таинственный камень на ее руке значил больше, чем ее жизнь и ее достоинство. Родившись принцессой, став королевой, выдержав много испытаний, она смогла сохранить свой статус, смогла остаться королевой даже среди жутких дикарей, сохранила свое "Я" в лапах "белого кота" - этого завораживающе-очаровывающего обмана, выдержала астральные нападения во время сна и всегда кольцо Одина приходило ей на помощь. Но властвовать над ним распоряжаться она не могла, оно позволяло ей принимать помощь, стоящей на самом краю падения, когда не было никакой надежды на спасение. Его помощь приходила, когда она уже смела ждать. И все же она всегда чувствовала себя защищенной, веря в него , его силу, но ... Этот позор в Египте, положение игрушки - вещи, что никак не совместимо с ее достоинством, ее жизненными ценностями. Она потеряла себя, отказалась от себя - кольцо молчало , полностью переродилась, отказавшись от звания королевы, и что же, - кольцо мягко переливаясь на пальце вновь бездействовало. Что же это, почему? Когда все было потеряно, взорваны все мосты и ничего не осталось, лишь прекрасная оболочка с выжжено изнутри, потерявшейся душой, страдающей от безвозвратности - опять заговорило кольцо. И не думайте, что все это цепь случайностей. Шарлота понимала, что оно действует лишь по своей, неведомой ей воле, что для него не имеют значения е боль и ее потери, что ему доступно понимание чего-то высшего, о чем она не имеет представления. И то, что для человека - тьма, за которой гибель и хаос, для этой таинственной силы - что-то другое, недоступное человеческому пониманию. Она была королевой, теперь это просто женщина-невольница, без рода и близких, все для нее потеряло смысл и самое ужасное, - она начала презирать себя, свою плоть из-за которой подверглась унижению. И тогда (!) заговорило кольцо, да так, что фараон оказался склоненным у ее ног. Что это? Шарлота была близка к разгадке: " Вот в чем дело, когда ситуация разворачивалась как подавление и унижение извне, когда она не теряла своего тела, и не уничтожала себя сама - ее заставляли страдая, мучаясь держаться, переносить боль и терзания гордости, то есть ее гордость, очевидно, для Одина не представляла ценности. А вот как только она сама отказалась от себя и начала работу по своему саморазрушению - тут заговорила сила, она не позволила уничтожить свое достоинство своими собственными руками. "Вот, оно!"- Шарлота наконец четко осознала : Если тебя унижают, презирают, мучают, а ты остаешься целостен и светел, если ты страдая и болея не заражаешься их ненавистью ни к ним ни к себе, ты не оказываешься поверженным на краю пропасти, в этом случае пропасть лишь иллюзия. К гибели человека может привести только он сам, только своими руками человек роет могилу своему сознанию, путем самовольного отречения от себя, самоуничтожения своего нравственного закона, когда он встает на сторону своих мучителей и вместе с ними вершит эту работу. Свое уничтожение человек может совершить двумя путями: либо бездумно, послушно позволяя распадаться своим полям-телам ( см.Синтез), своему сознанию, либо с яростью и брезгливостью к себе довершить начатой своими врагами, помочь им в добивании своего израненного сердца. И видимо она оказалась на краю пропасти не тогда, обнаженная в золотой клетке, а когда отказалась от себя, опустила руки позволив распадаться и опускаться своему сознанию. Опасность не извне, а внутри человека и только он может и вправе привести себя к гибели или спасти несмотря ни на что. Даже гибель человека, физическая гибель от руки извне, осознающего свое единство со Вселенной и Творцом не смерть, а жизнь вечная, его сознание не гаснет на пороге смерти, а продолжает свой путь в новом качестве и новом статусе. И дьявол искушает человека, но не может завладеть его душой без его согласие, без его добровольного участия в деле саморазрушения. И поэтому так велик грех самоубийства одномоментного или постепенного, плавноперетекающего от бездействия к потери: сначала силы, затем отмирания оболочек, а затем уничтожения своего Потенциала (см.Синтез) . Человек, которого убили - умер лишь в своей физической оболочке, и у него есть возможность по прошествию времени обрести новую, а человек самовольно убивший себя или позволивший убить себя, являясь со-творцом убивает свою божественную суть - Монаду и теряет право на дальнейшее развитие, его удел пропасть. Он волею своей тушит светильник, зажженный в нем ОТЦОМ. И к сожалению в обществе хоть и порицается самоубийство, но без осознания той бездны к чему оно ведет, без осознания этого последнего творческого акта человека, после которого он теряет это право навечно. И не велика разница между физическими самоубийцами и моральными. Часто вы забываете о том, что позором является лишь добровольное действие во зло себе и другим, а если вас подвергают позору и унижению, простите и пожалейте своих мучителей, ибо это они ввергают себя в пропасть, а в вас лишь возрастают силы души. Воля, ведущая каждого человека через огромную реку жизни, в которой его ждет и мутная вода и илистое дно и острые камни и быстрина, никогда не покидает человека, если он сам от нее не откажется или не убьет себя. И благодарите Господа за то, что он посылает вам все эти испытания. Я понимаю, что некоторым читателям такие обширные отступления сейчас могут наскучить, но в жизни каждого могут произойти события влекущие за собой глубинные переживания, которые поставят вас перед выбором. И нам очень хотелось бы, чтобы человек вооруженный знаниями разумно разрешил бы их, на то он и "гомо сапиес". В вашу (нашу , так как я сейчас нахожусь среди вас, а Учителя благосклонно направляющие меня "живут" во всех эпохах, во всех временах) эпоху человеку позволено приоткрыть завесу и обрести мудрость, а не действовать спонтанно, повинуясь только чувствам. Учитесь владеть собой и соизмерять свои поступки с той долей ответственности которая заложена в нас ОТЦОМ нашим, в детей его. Итак, прежде чем поступить по своему желанию, сделать шаг, остановитесь и подумайте, обратитесь к источнику, а не идите на поводу у расстроенных нервов и неутоленных страстей. За каждое свое действие, желание, мысль человек несет ответ, он в полной мере ответит за то, что сотворил. Ведь он творец своей вселенной, своей судьбы и винить в своих бедах он должен только себя. Но и выбираться из них он не просто должен, он обязан, несмотря ни на что! Это долг его сознания перед Высшим Творцом, который всегда любит его и никогда не вмешивается в свободную волю своего Сына." Я жду, Я терпелив, как может быть терпелив только ОТЕЦ!" (см.Синтез)
   * * *
  А Югма готовилась к приобретению нового тела, ей нужно двигаться дальше, нынешний физический проводник исчерпал свои возможности. Мало того, что идея завоевания фараона лопнула, полностью дискредитировав себя, но и тело выглядело изможденным и потрепанным. Дело в том, что в от Флорены в нем было только физическая оболочка, и энергетика его пропитывающая, то что называется эфирным телом и составляет с ним неразрывное единство и отделяет живого человека от трупа, но остальные более тонкие поля-тела, а самое главное сознание - было от Югмы. И поэтому физическая оболочка еще молодой и утонченной в общем-то девушки, за эти несколько месяцев приобрело налет грубого и немолодого, а еще и безобразного облика колдуньи.
   * * *
  Ну, наконец, мы подошли к одной из наших героинь: какая бы она не была - она - действующее лицо романа и поэтому имеет право на такое звание. Вы помните, что девочка племени внешне ни чем не примечательная ни в хорошем, ни в плохом смысле выросла, получила посвящение тьмы и через несколько десятков лет превратилась в жуткую фурию. Это и было как раз проникновение энергии ее астрального тела через эфирное непосредственно в физическое, и как результат материальная оболочка ее представляла из себя то, что выражало и несло в себе астральное. Вы и сейчас люди современного мира можете наблюдать такие же метаморфозы с людьми, особенно теми, кто находится на дне общества: алкоголики, наркоманы, преступники, сумасшедшие - все они несут в своих физических телах крайние проявления своих высших по отношению к нему тел астрального или ментального. Да и под старость люди резко разделяются между собой на две пограничные категории: добрые и злые, это видно невооруженным глазом, для этого не нужно с ними даже разговаривать или входить в какие-то отношения. Поэтому так мало красивых людей в пожилом возрасте.
  Все мы конечно несем какие-то изъяны характера, кого-то нелюбим, с чем-то не можем смириться и вот результат, молодые люди еще красивы своей молодостью, силой физической оболочки, которая не успела пропитаться нашими мыслями и чувствами, в среднем возрасте она еще держится, но излучение от человека либо тускнеет, либо излучается совсем не то, что хотелось бы, ну а старость ставит все точки над "i". Но бывают исключения, даже в младенческом возрасте физическая оболочка человека не выдерживает натиска черного астрала или ментала, такие дети с "молодых ногтей" отмечены печатью тьмы, люди интуитивно стараются обходить их стороной и корят себя за жестокосердие, но только святые могут длительное время находится рядом с таким кармическим уродом и не заболеть от него. Ведь зло заразительно. Так вот наша "героиня" после того, как смогла заполучить себе новое эфирно-физическое тело, а она в него проникла в своем астральном, вытеснив оттуда сознание Флорены, смогла вновь некоторое время проводить свои энергии по назначению, не заботясь о выдержке физического тела. Но пожалуйста, не запутайтесь, не просто так тела могут вытеснять одно другое. Чтобы легче было понять такую технику ( кстати довольно часто используемую в магии и некоторых ответвлениях индуизма и буддизма) приведем аналогию: тела - это кареты, в которых едут хозяева, а хозяин - это сознание, так вот сознание шаманки в облачении своего астрального тела-поля заняло эфирно-физическое облачение фрейлины королевы. А несчастному сознанию Флорены в ее более слабом астральном поле (поэтому его и смогли вытеснить, кроме того оно было расположено кармически своими свойствами слабой и испорченной натуры) пришлось воплотиться в жуткую оболочку ведьмы. В противном случае ему пришлось бы отправиться по ту сторону жизни, либо искать себе другой эфирно-физический проводник, который разбойным образом пришлось бы захватывать. Кстати, в вашем (проявленном) мире летают многие тысячи таких душ-сознаний с той лишь разницей, что эти души в большинстве своем не были таким образом вытеснены из своих проводников, а просто они у них отобраны, это люди расставшиеся с жизнью не естественной смертью, а каким-либо насильственным образом. Такой человек в момент смерти резко (неожиданно для себя) теряет свое эфирно-физическое тело, а сознание при этом перемещается непостепенно : через эфирное в астральное, а сразу в астральное, так как эфирное при убийстве тоже страдает вместе с физическим, то есть не происходит его естественного отделения, обычного в момент смерти, и тогда, его астральный проводник находясь в крайне неуравновешенном состоянии ускоренного катарсиса уже не может спокойно вынести душу из тела и провести через ч и с т и л и щ е .
  Такой резкий переход сопровождается шоком для сознания ( мы в данном случае ставим равенство между терминами сознание и душа)и оно стремиться вновь найти свое эфирно-физическое тело, но не может этого сделать: "ходит" будоражит чувствительных людей, возвращается на место гибели, либо на место жительства, пытается вспомнить события и осознать, но как правило его самостоятельные попытки ни к чему не ведут и только помощь свыше, либо от людей, которые молятся за нее и этим помогают ей переступить порог этого плана бытия и оторваться от материи. Но в нашем случае был просто вариант вытеснения и как результат этого - насильственный обмен низшими телами. Но обратите внимание, все сошло очень гладко и естественно, так как Флорена во-первых, кармически ( вспомните наличие у нее определенных знаков-родинок на теле), а во-вторых, в силу ее нравственного закона подходила для такой участи. Манипуляция прошла не вызвав никаких сотрясений полевых структур планеты и Вселенной. Они были внутренне похожи, просто одна являла собой слабое, еще не развившееся отражение другой ( в нашем случае Югма могла служить зеркалом для Флорены в случае ее дальнейшего развития в этом же русле используемых ею энергий).
   Но вот и тело Флорены исчерпало себя, сыграло свою роль и Югма в нем, немного не дотянув до финала, потерпела неудачу. Уж слишком высок был уровень того на завоевание которого она сделал ставку, и слишком большие силы ( египетских жрецов) ей противодействовали. Она не дооценила противника. Ну что ж, впредь она будет умнее - зло тоже растет и развивается, но по своему пути. Бренное тело пострадало от ее тяжелой энергетики, да и несколько износилось от злоупотребления сексуальностью и конечно после провала не могло больше служить для исполнения ее целей. Югма металась, меняя тактику и свое поведение, но это был не выход, нужно, ей очень нужно новое тело, обязательно молодое, очень красивое и ... не запятнанное. И еще хотелось бы, чтобы хозяйка обладала высоким положением в обществе. Вывод один - таким телом обладала Шарлота, по всем параметрам она идеально подходила, кроме одного и очень важного - суть ее души являла собой прямую противоположность сути ведьмы, ей никак не соответствовали энергии зла, обмана и развращенности. Ее поля гармоничны и чисты, но самое важное и Югма это понимала, что в такое вторжение может вмешаться высшая сила, которая отвечает за космический порядок и гармонию и тогда т ь м а - хозяин Югмы не сможет ей помочь. Что же делать? Тем более, что развивающиеся события стали складываться в пользу Шарлоты???!
  Представьте грязную, вонючую нищенку в царских одеждах, ее черное сморщенное лицо не скроется под короной, ее грязные руки с черными когтями не закрыть никакими кружевами, ее костлявое кривобокое и горбатое тело будет рвать и вздыбливать золотую парчу и искривлять совершенный крой платья, а шатающаяся, шаркающая походка - не имеет ничего общего с царственной осанкой. Все это сразу увидят, сорвут с нее одежды и забросают самозванку камнями. Конечно это аллегория, но...
   Вот чем ей грозило это вселение. Но у нее выбора не было, з л о толкало на новые свершения, оно требовало от своей слуги - своего эмиссара следующей реализации. Да и ее статус в ордене с а т а н ы был чрезвычайно высок, у нее были силы, умение и знания; и их нужно было употребить. Началась работа. Нам очень не хотелось вам ее описывать и лишний раз материализовывать зло через нашу книгу, но когда человек предупрежден, это значит он уже наполовину победил. Мы надеемся на силу наших читателей, их горячие любящие сердца и светлый разум, которые не пропустят вовне то, о чем узнают, а наоборот, зная - смогут в дальнейшем вовремя распознать и обезвредить. Итак, с БОГОМ! Ибо его помощь нам очень необходима. Жрица тьмы начала колоссальную подготовку и конечно главным для нее было сейчас - это отсечь Шарлоту от самоконтроля и Покрова сил Света...
   * * *
  И Шарлота это сразу ощутила, она оказалась как бы в вакууме. Ватная атмосфера, воздух вместо того чтобы оживотворять, забивал легкие, лез в уши и нос, застилал глаза. Женщина чувствовала себя как в раскачивающейся лодке, грудь сдавило, ноги налились тяжестью, все время хотелось спать. Все воспринималось как сквозь пелену, ее далекое детство, юность и жизнь в далекой и родной стране, в которой она была когда-то королевой, выглядело как старый забытый сон. Все отодвинулось и таяло в этом тумане. Родные лица потеряли ясность и не возникало больше чувств утраты или ответственности. Решимость и надежда казалось, ей никогда и не были свойственны. Вначале королева, затем просто женщина без рода и племени, а сейчас - существо без воли и памяти, без чувств и мыслей. Слегка зародившись, ленивая мысль тут же рассыпалась, не оставив и следа, а если приходила к своему концу - терялось начало. Чувства вообще не проявлялись. Лень - могучая, всепоглощающая лень захватывала, заполняла собой все пространство вокруг и властно заползало в тело, размягчая члены, наполняя свинцовой тяжестью мышцы, веки тяжелели и глаза закрывались. Дыхание становилось поверхностным и она вновь и вновь проваливалась в забытье, купаясь в тусклых бессмысленных снах. Так, - какие-то обломки мыслеобразов, незавершенные и лишенные смысла и эмоциональной нагрузки. Молодая женщина лежала на шикарном ложе, слабая физически и раздавленная морально.
  Что же случилось? Изредка приходила мысль и чуть-чуть чувство тревоги вносило слабую вибрацию отрезвления и тут же таяло, как и не было, не оставалось даже беспокойства. Вы конечно вспомнили капитана, но то, что когда-то происходило с ним было просто "цветочками магии", так, мимолетное касание без продолжения, он - незначительный субъект - просто салфетка, ею вытерли руки и выбросили за ненадобностью. А здесь не просто объект - легкая добыча для подпитки энергией, а цель. Цель, которая оправдывает все средства и является единственновозможным путем реализации дальнейших планов. И только через нее можно продолжать выполнение намеченной экспансии мира. Спираль энергий зла закрутилась в штопор и острием вонзилось в грудь Шарлоты. Как раненная, растерзанная птица, пригвозжденная к ложу, лежала молодая женщина без мыслей и чувств. Ее чудесные волосы рассыпались по подушке, прекрасные глаза закрыты, густые ресницы еще больше утяжелили тени под глазами. Щеки бледны, тоненькие вены голубыми ниточками просвечивали сквозь побледневшую кожу. Время растянулось и превратилось в сплошную серую тягучую резиновую массу.
   Югма была занята, очень...
  Все ее чувства сконцентрировались в одной точке, все ее помыслы направились к одной цели. Но она слишком хорошо осведомлена об опасности, которой себя подвергала и поэтому, она не торопилась, нужно сделать все ювелирно точно, от филигранности ее работы зависит все, т ь м а не простит ей новой ошибки! При вхождении в светлые оболочки черная энергия утяжеляя, загрязняя их и, сама подвергается опасности расплавления, трансмутации. И только одно соображение поддерживало ее решимость, это то, что жертва не осознает своей защищенности, не имеет понятия об оружии, которым обладает. Если человеку, который никогда не видел и знает что такое ружье, дать ему его в руки, он выбросит его как бесполезную железку, даже если на него будет нападать стая волков. Что имела в виду ведьма, вы догадываетесь - ее смущало кольцо Одина.
  Она прекрасно помнила о том, как чуть не ослепла еще на острове из-за того рубина. Против камня-кристалла она не могла противопоставить ничего. Да, ее магические силы были огромны, она имела власть над живой и не живой природой, оказывала влияние на людей, но... Не все люди и не все минералы находились в ее власти. И хотя таких было единицы, но зато какие!
  Как драгоценный камень чистой воды, так и святой человек, не имеющий изъянов, был не досягаем для сил зла. Его можно было убить, разломать, уничтожить физическое тело камня и человека путем приложения грубой физической силы, но изменить его природу, развратить праведника, либо бриллиант превратить в простой хрусталь невозможно. И люди и драгоценные камни имеют еще одно особенное свойство, отличающее их от всего, это возможность стяжать в себя энергию света и удерживать сколь угодно длительное время, они вне времени.
  Вы знаете об особых свойствах кристаллов, знаете то, что они составляющие собой всю живую и не живую природу, являясь ее мельчайшей частицей, тем не менее имеют сознание и память, выполняют свои задачи, активно взаимодействуя с окружающей средой, растут и сами строят свою форму, которая строго симметрична, то есть обязательно имеет ось симметрии и центр приложения силы. Благодаря этой способности внутренняя структура минерала - его кристаллическая решетка обладает моментумом энергии. Но только драгоценные камни чистой воды способны стяжать в себе( вырабатывать и концентрировать) энергию Бога, все остальные содержат магнетические моментумы энергии с разных планов со всей палитры Мироздания.
  Точно как у людей. Поэтому в магии часто используются минералы, из них делают талисманы и амулеты, вытачивают символические фигурки, используют в предсказаниях и приворотах. Они как лечат, так могут и калечить людей в зависимости от приложения силы, которая проводится через них и, сочетаясь с их внутренней природой может как забирать энергию, так и подпитывать человека. Защититься от магии камня чрезвычайно сложно, лишь огонь и молитва являются действенными барьерами для ее излучающего влияния. Причем действие камня очень трудно уловить, узнать источник, так как наряду с крайней материальностью в нем живет тот вид энергии, который имеет самую сильную природу - воли. То есть действие магии, которая использует растительное или животное царство, то есть эфирно-астральные энергии можно перехватить ( имеются в виду знахари, целители), но магии камня может быть противопоставлена лишь сила человека - Святого.
  Но у нас совсем другая ситуация, камень являлся не средством воздействия, а средством защиты, охранительным символом , да еще и самой высокой и чистой "воды". Рубин - это кровь БОГА, субстанция Его "души" - проявление на астральное поле планеты, если можно применить эти понятия к Высшей Сущности. Но вспомните законы Гермеса Трисмегиста, в частности закон аналогии " как наверху, так и внизу". И хотя нам очень трудно это объяснить, но дело в том, что в этом рубине сплелись воедино несколько высочайших сил, являющих собой проявляющуюся через них Суть БОГА. Высшие Сущности не могут иметь в материальности земных проводников для своего Сознания и тогда они проявляются либо через своих учеников - Посвященных очень высоких ступеней, через реликвии и символы, которыми их обозначают люди : статуи, иконы, храмы, тайные места, алтари, священные камни, но это то жилище, о котором знают люди. Оно бывает указано им в откровениях, бывает явлено чудом, бывает вначале создано человеком, по наущению Свыше, а затем освящено, далее предметы религиозных культов приобретают свойство проявлять через себя энергию Высшей Сущности, если с ней постоянно идет работа, совершаются ритуалы. Как бывает с обычными иконами, созданными людьми, вначале иконописец готовится к созданию образа, получает благословение, сосредотачивается и пишет, но пишет только в потоке, вы этот поток называете в обычном творческом процессе Музой, Пегасом, и т.д., но у создателя божественных образов или передающего откровения Пророка - это Высший Поток Силы-Света, под влиянием которого создаются материальные свидетельства, в них заключена Высшая Сила.
   Но кроме начального заряда, обязательна дальнейшая работа с такой вещью: либо на нее молятся, либо ее читают, и она оказывая воздействие на людей, отдавая им свою благодать, взамен берет на себя чувства верующих, их экстатическое состояние и этим усиливает свое воздействие на следующих людей, так как эта энергия им более близка по частоте вибраций и более удобоварима. Ясновидящие могут легко определить действие того или иного предмета священного культа, они подразделяются на три категории: первая - это нерукотворная вещь, и к ней как раз и принадлежал Рубин Одина; вторая - вещь только что созданная автором, имеющая заряд Высшей Сущности, которая трансмутировала свою Благодать через одного, избранного ею человека. Такая реликвия обычно сильнее в своем начале, но при тиражировании или по прошествии времени - немного теряет от мощности заряда: например рукопись автора - всегда сильнее своих печатных изданий; и третья категория - это уже культовое произведение, находящееся в постоянной работе с верующими, она несет в себе - и первичный заряд ее Творца, и так же многочисленные энергии поклоняющихся ей. Есть еще мертвые реликвии, это либо оскверненные, либо долгое время использовавшиеся не по назначению, например иконы, висящие в антикварных кладовых или просто стоящие в закрытых шкафах - " выбросить жалко, а что с ней делать не знаю, пусть себе висит на стенке, может пригодиться" - скажет иной обыватель, не думая о том, что совершает святотатство, а как вы знаете, незнание закона, не освобождает от наказания.
  Итак, мы с вами разобрали, что кольцо Одина, находящееся на руке Шарлоты принадлежало к святыням самой высокой степени. И конечно ведьме, даже олицетворяющей собой все силы планетарного зла, которые через нее хотели еще сильнее "заякориться" на Земле, было не под силу переступить через действие камня и совершить нападение на его обладательницу, ту , которой оно досталось по наследству, как символ ее высокого положения и отличия. Очень большая разница в том как вещь приходит к человеку: либо она находит себе хозяина, либо человек приобретает ее сам. Фамильные, подаренные, найденные реликвии - это пришедшие к вам Святыни через ваших Ангелов-Хранителей по Воле БОГА, а купленные, украденные, отобранные - это совсем другое, не будем говорить как это на вас может подействовать.
   * * *
  дьявола часто называют лукавым, и если ему не выдержать открытый бой, можно обмануть ввести в заблуждение, а затем напасть из-за угла. План был выработан. Флорена явилась к совершенно обессиленной и непонимающей Шарлоте. Ей без особого труда удалось проникнуть в ее покои, так как в это время в гареме фараона царила анархия и недоумение. Всегда раньше мать фараона - Хатшесуп твердой рукой вершила свою волю и устанавливала строгий режим, - сейчас же многочисленные наложницы были брошены. Фараон вообще как бы забыл о них, во всяком случае он за последнее время ни разу не посетил их и не выразил им своей любви и приязни в виде подарков, и специально организованных для них развлечений. Женщины скучали и от скуки и бесконтрольности совсем перестали подчиняться порядку, разбаловались сами и разбаловали своих рабынь. Новой владычицы не появилось, а вроде бы взлетевшая на "олимп" наложница, вдруг неожиданно для остальных низвергнута, и об очередном интересе со стороны фараона ничего не говорило. Девушки маялись в неизвестности, холили свои тела, лениво перебрасывались старыми шутками и с тоской бросали взгляд на двери откуда могли, но не появлялись гонцы от фараона.
   * * *
  Шарлота же не была в курсе как стремительного взлета, так и падения своей фрейлины и увидев ее, была тронута, ведь в эту минуту рядом с ней не было близких людей. Она не помнила зла, перед ней стоял человек из ее страны, из ее окружения и более того, такая же пленница как она, разделившая ее судьбу. На мгновение в ней проснулась память о прошлом, о муже-короле и о том, что из-за нее вместе с ней страдает эта молодая девушка. Но...
  СТОП! Что-то не так, ведь Флорене немногим больше девятнадцати, а почему она так изменилась, совсем другое лицо, выражение глаз раньше лукавое и с хитринкой, сейчас сделалось каким-то тяжелым и вообще?... Она никак не могла подобрать слов, что же произошло, что ей мешает принять этот облик девушки.
  - Бедная! Наверно она страдала! Ведь они расстались сразу после того как их привезли в Мемфис и развели по разным покоям. - Шарлота ни с кем не общалась и сейчас искала причину из-за которой так подурнела Флорена. Вообще-то Шарлота и раньше предпочитала одиночество - пустой болтовне и ей не было свойственно любопытство, кроме того, плохое знание языка, да и девушки, ее окружающие невольно сторонились ее, так как не могли чувствовать себя с ней на равных. Эта вынужденная изоляция лишила ее информации и вот теперь она мучилась вопросом, что же с ее Флореной?
  Конечно она не забыла о том, что девушка очень далека от таких человеческих качеств как искренность и доброта, но ей всегда хотелось верить в то, что Флорена когда-нибудь станет честнее, добрее и мягче, но теперь ее просто сразила перемена произошедшая с фрейлиной. То, что раньше можно было лишь предположить внимательно изучая лицо (если человек при этом обладал даром физиономиста) и анализируя слова и поступки, то теперь все это явно проявилось во внешности, но такого, так быстро и так явно - просто не бывает!
  И первое движение Шарлоты - это сострадание: " Моя бедная Флорена, что с тобой случилось?"- она тут же забыла о себе, в ней вновь заговорила королева и любящая душа, она вновь вспомнила о своей ответственности за судьбы людей, которые пошли за ней. Но если когда-то это спасло ее, то сейчас... Сердце раскрылось навстречу такой несчастной ... девушке. И всеми остатками своих сил она поднялась на своем ложе и обняла ведьму, от всего сердца прижала ее к своей груди и из зажмуренных глаз выступила слезы жалости и любви...
  Но первый порыв был неожиданно прерван леденящей волной страха, который сменился ужасом, как будто в ее объятиях оказалась скользкая холодная змея, готовая впиться ей в шею. Чувство было настолько реальным, что из груди Шарлоты вырвался крик, перед глазами взорвались тысячи разноцветных брызг и сердце на мгновение остановилось, стиснутое ледяной рукой ужаса. Как маленькая теплая птичка внезапно попавшая в зимнюю прорубь, задохнулась и, - в одно мгновение превратилась в прозрачный осколочек льда. Пронзительная боль молнией прошла сквозь тело, через все существо Шарлоты. И даже в ушах возникло чувство неумолимого падения куда-то вниз, в пропасть. Она медленно оседала на пол буквально вываливаясь из железных объятий ведьмы. Но сердце нашло в себе силы и в одно мгновение резко сократилось, сбросив ледяные оковы, одним залпом послало по всему организму новую порцию горячей крови, и вновь и вновь. Могучий мотор, поддерживающий ее жизнь, сильными залпами посылал силу в стынувшие члены. Голова прояснилась, в глазах возникло ощущение света и женщина обрела жизнь.
  Еще мгновение назад она уже была не здесь, а по ту сторону жизни всего-навсего на одну секунду раскрывшись навстречу своей смерти, обняв ее в минуту сострадания и любви ко всему слабому и несчастному.
   Вот так за одно мгновение можно оказаться на краю гибели. - Но наваждение внезапно начавшись, так же внезапно испарилось.
  О люди, о сила любви, - вы не знаете о своем могучем естестве и поэтому гибните на самом краю, за мгновение до своей победы. Если бы! Да, если бы на одну секунду, даже на одну биллионную секунды это объятие продлилось бы больше и на одну биллионную единицу энергии в ведьму проникло бы больше любви, то и она не выдержала бы - расплавилась, сгорела, растаяла, переродилась!!! Одного мгновения не хватило силе любви человека к человеку, чтобы раз и навсегда уничтожить зло, колоссальное зло, т ь м у бездны.
  И как Шарлота стояла на самом ее краю, так и ведьма со всеми силами жерла балансировала на черте тоньше лезвия бритвы перед своей аннигиляцией. Но волею судеб контакт двух тел, двух энергий спонтанно начавшись, так же и прекратился.
  Обе женщины были к нему не готовы. Как Шарлота движимая импульсом, так и Югма не ожидавшая такой силы в ослабевшей жертве. Обе, побледнев отпрянули друг от друга, спазм дыхания заставил обеих очнуться. Казалось прошла вечность, прежде чем Флорена смогла, собрав остатки сил, скривить подобие улыбки, затем сморщив лицо в страдающую мину, обратиться к Шарлоте, сделав вид, что ничего не почувствовала. Шарлота же была потрясена, она конечно не догадывалась о том действии, которое сама оказала. Но того, что она почувствовала обняв фрейлину, ей было достаточно, чтобы вновь без сил откинуться на подушки, затем с трудом переведя дыхание, заставить себя с натугой вздохнув, взглянуть на фрейлину. Но та уже была само обаяние и сострадание - невинное лицо, смиренная поза, внимательный, обожающе-востороженный от встречи с любимой повелительницей взгляд.
  "Потрясающе, такое перерождение, это наверно со мной не все в порядке, раз мне мерещится такой ужас", - подумала Шарлота. Очень трудно описать это смешение чувств и энергий, но еще труднее пережить. И они обе его пережили, одна потому, что ей повезло, другая..., другую спасла любовь, ее любовь и сила, о наличии которой в себе она не догадывалась.
  Югма "хорошо" получила, каждую клеточку ее тела сотрясала нервная дрожь: " Вот это да, ну и оболочку я себе присмотрела, впору войти на костер, чем примерить такие "одежды" - эффект один: и там сгоришь, и здесь не спасешься". Но от своего намерения она не отказывалась: " Мы пойдем другим путем - пусть он будет более длинным, зато надежным, уж слишком велика награда!" - так думала ведьма, постепенно приходя в себя.
  На следующий день она вновь появилась в покоях королевы. Опять раболепная поза, заискивающий взгляд, плаксивое выражение лица. Она страдает, страдает морально и физически, а еще она больна - у нее лихорадка, которая охватывает ее внезапно и так же внезапно отпускает. Шарлота с жалостью выслушивала эту ложь и сама себе при этом казалась просто изнеженной и малодушной особой, ведь из-за нее эта юная неприспособленная девушка попала в такие условия и терпит такие муки и лишения. И опять благородство в ней заменило осторожность, опять любовь и сострадание потекли потоком из сердца в сердце, почти абсолютно обескровливая и обессиливая саму Шарлоту. Как вы догадались здесь имел место самый обыкновенный и примитивный вампиризм. Но жертва была ослеплена, обманута и бездумно отдавала остатки своих сил. Но ведьме нужно было не это, ее не устраивало обессиленное и обескровленное эфирно-физическое тело, в которое она собиралась внедриться, ей хотелось иметь сильный проводник для своего сознания, а вот старая оболочка - тело Флорены могло и пострадать, последний раз принести пользу и сыграть роль.
  Главная задача состояла в том, чтобы обезвредить кольцо Одина, пока оно защищает свою хозяйку, никакая энергия не может прямо напасть на нее и только добровольное сотрудничество жертвы в убийстве самой себя, могло сыграть на руку адскому плану. Поэтому, день ото дня к Шарлоте приходила все более и более "слабая и больная" фрейлина. Было трогательно смотреть, как из последних сил эта верная слуга служила своей королеве, какие мучения при этом она преодолевала. Ее ноги отекли и еле передвигались, стали синюшными и покрылись волдырями, лицо обезобразилось окончательно, глаза почти совсем скрылись за распухшими веками, которые лишились ресниц. Губы и нос увеличились до гротесковых размеров, кожа напоминала рыбий пузырь натянутый до предела, все тело очевидно так же представляло нечто подобное. Но оно было скрыто под свободными одеждами, только руки остались прежними - нежными и белыми с длинными, гибкими пальцами и узкими запястьями.
  Конечно читатель с большим трудом может поверить, что человек сознательно решиться на такое - изуродовать свое тело, внести в него болезнь, не ради спасения чьих-то жизней, а для того чтобы ее отнять. В ум человека не может прийти такое извращенное отношение к своему телу, но это человеческому уму, а уму зла, уму колдовства и ада? Ведьма всего лишь выпила сока одного растения и со все возрастающим восторгом наблюдала за медленным разложением своего физического тела. Она не чувствовала боли и страха, которые так умело разыгрывала, но и не забывайте, ведь это был закаленный воин тьмы. Вспомните нищих, которые сидя на улицах и площадях городов с каким-то вожделением обнажают свои язвы и уродства, со страстью к боли, ежедневно вновь и вновь расковыривают их и бередят. Вы думаете, чтобы заработать кусок хлеба? Нет! Хлеб они могли бы заработать другим образом, быстро привели бы себя в порядок и зажили обычной жизнью большинства бедных, конечно тоже в чем-то больных, но честных слоев населения.
  Что же заставляет их вести такой образ жизни? А вот что. Ежедневно раздражая свои недуги и публично демонстрируя, унижая и убивая свое физическое тело, они черпают энергию от жалости и ужаса проходящих мимо людей, для них это наркотик, только такая пища им воистину доставляет радость. В обычно жизни вы вспомните про многих таких вампирчиков по-слабже и по-меньше, они так любят лечиться, ходить по врачам, всем и вся рассказывать о своих болячках, большей половины которых у них и нет, но это им доставляет удовольствие, они питаются энергией либо сострадания, либо отвращения, которое буквально выжимают у окружающих, и очень долго еще живут с такими "страшными" болезнями, гораздо дольше тех, кто о них заботился и лечил, с кого они в полной мере черпали силу и здоровье. Старайтесь спокойно относиться к таким людям, каждому свое, помочь нужно, но только действительно страждущему, а как отличить больного от просто вампира читайте в книгах, которые мы для вас готовим с этим же автором.
  Смотри, сильный и здоровый на меня больного и изувеченного и страдай за меня, пусть в ужасе и боли сожмется твое сердце и та энергия жалости и немного брезгливости и страха, что вырвется от тебя - мне-то и нужна! Но конечно мы принимаем тот протест, что вырвался у многих, да не все больные и несчастные таковы - это только одна сторона медали. А все имеет две стороны, во всех слоях общества люди кажущиеся одинаковыми, несущими и разделяющими одну судьбу воплощают через себя прямопротивоположные энергии. Можно родиться принцем и принести людям свет знания и свободу, и другой такой же принц, обладающий властью над жизнями своего народа может ввергнуть свою страну в хаос и нищету, превратив некогда развитое и богатое государство в руины и тюрьму для своего народа. Мы с вами уже знаем о том, что едва не произошло с Египтом, и только колоссальная сила жрецов и внутренняя суть фараона помешали катастрофе. Так же и среди нищих и убогих есть откровенные кармические уроды, а есть святые, которые несут на себе грехи мира со смирением и любовью к людям. Это агнцы рассы, которые сердца свои зажгли огнем Господа, дабы человечество прозрело и увидело как в зеркале, что их раны и болезни - есть добровольно взятые на себя болезни душ людей, которые сейчас здоровые и самовлюбленные гордо шествуют мимо этих несчастных. Но распознать разницу между этими двумя категориями очень трудно, лишь сердобольный, но внимательный человек заметит разницу. Если "черные" ненавидят свою плоть и используют ее как флаг для демонстрации, то те немногие святые никогда не задержат вашего внимания на своем убогом физическом теле, они страдают - и действительно оно ему приносит физические страдания. Их глаза горят любовью и прощением, они молча и сознательно несут свой крест, чтобы никого не потревожить и не ранить, и со смирением просят Господа, чтобы чаша сия миновала остальных.
  Но Югма принадлежала к третьему виду, ей не нужна была энергия королевы, она как раз не хотела ослаблять то тело, которое готовила для себя, сейчас же ей нужно было кольцо и этим способом она хотела этого достигнуть. Свою оболочку она использовала как капкан, как паук плела паутину для одинокой бабочки...
   * * *
  И вот однажды в обычный час фрейлина не появилась. Шарлота в тревоге смотрела на двери, затем не выдержав, бросилась в покои Флорены, та лежала на своем прекрасном ложе и ничего кроме волос и нежных рук не осталось от прежней, красивой и молодой девушки. Вообще-то Шарлота постепенно привыкла к изменениях происходящим у нее на глазах, но сейчас даже привычный взгляд споткнулся и в страхе отпрянул в сторону. Во-первых, запах разлагающейся плоти дурманил голову, вызывая тошноту, доводя почти до обморока, кроме этого эта груда мяса покрылась струпьями и кровоточащими язвами, которые истекая лимфой и гноем разъедали даже ткань с которой соприкасались. Шарлота почувствовала, что стены закачались, пол ушел из-под ног и она потеряла сознание.
  Но вы знаете, что выход сознания из физического тела - есть лишь смена акцента с одной оболочки на другую. В такие моменты человек оказывается в своей эфирной оболочке, и если обморок глубок и может привести к смерти, то сознание сбрасывает эфирное и переходит в астральное. Об астральном теле-поле мы еще "не проходили", в смысле не говорили. Нет, мы не смеемся и не издеваемся над читателями, не тянем время нашего повествования, когда в самые критические и острые моменты отвлекаем внимание ваше от действия. Одна из причин, которую мы преследуем здесь, это то, что кроме вашего введения в Храм эзотерических знаний, хотим вам объяснить, что все острые моменты, которые происходят с вами в вашей физической жизни, есть лишь - И Г Р А.
  Ваша душа - сознание - актер облаченный в одежды исполняет свою роль, при этом актер высочайшего класса, так велико его проникновение в облик, что умирая на сцене или разыгрывая сцену потери, - он искренне умирает или теряет физически. Но как только спектакль завершен, снята маска, актер немного усталый и довольный от своего труда идет домой, чтобы отдохнуть и в следующий раз вновь выйти на сцену. Но актеры это тоже индивидуальности, имеющие свои характеры и обязанности. Они все отличаются друг от друга и каждый по своему исполняет свою роль. Все очень многослойно. Но главное в том, что сознание-душа - бессмертны. И в критические моменты Высший Свидетель с любовью и вниманием наблюдает за маленькой человеческой единицей.
  Поэтому мы и вырываем вас из событий, которые следуют одно за другим в книге или же сменяют друг друга в жизни. Человек всегда стремится, мчится, толкается локтями, истекает кровью, чувствами, страдает, мучается, переживает и даже более, но в любой момент даже славы или наслаждения может быть вырван из этой сцены жизни за воздаянием или наградой. И не можете вы уловить когда это произойдет и не верите в то, что это может случиться когда-нибудь с вами, и мните себя неподсудными, живущими в единственной реальности и все происходящее с вами это глобально: либо катастрофа, либо достижение. Выделяя свою маску как исключительную, как важнейшую, вы срастаетесь с ней, глубоко проникая во все события, через которые она следует, воспринимаете ее как свое "я", причем единственное и основное. Но на самом деле, вы даже приблизительно не можете осознать своего истинного "Я" , которое есть ваша Суть - великая и неделимая. Но и об этом потом, а пока вернемся к нашему роману о жизни - книге о нескольких жизнях, волшебной книге, которую читает Господь!
  Шарлота оказалась под потолком, а ее тело бесчувственно лежало внизу. Удивительное ощущение легкости и покоя: "Как все просто и ничего не беспокоит". Ее фрейлина находилась на своей кровати и не двигалась: "Кажется я переборщила", - думала ведьма, она прекрасно понимала, что произошло с Шарлотой и, что сейчас та могла увидеть ее истинную суть и понять игру. Внедриться же в тело Шарлоты, такое вожделенное и значительное она еще не смела, кольцо находилось на пальце и зловеще поблескивало сквозь сеточку крышки и слегка сдвинутый край ободка. То, к чему так тщательно готовилась Югма, совершилось с Шарлотой само собой в момент обморока. Разум и нервы нашей любимой героини - ее внешнее сознание не выдержало потрясения и в страхе дернулось, вздрогнуло так, что выскочило из своей эфирно-физической оболочки, и в этот момент находясь в астральном проводнике представляло собой единой целое с астральным полем планеты, как наши эфирно-физические тела имеют единую природу с такими же оболочками Земли. Мы рассказывали уже об эфирном проводнике, но в этом случае у Шарлоты он оказался так слаб и истощен, что не смог , как ему полагалось удержать душу, и она переместилась в более тонкий, но энергетически лучше заряженный свой проводник.
  Ведьма затаилась, ничем не обнаруживая себя, наоборот сосредоточившись в "своем больном" теле и в астрал не высовывалась.
   Вы можете удивиться почему она так осторожничала, что такого? Дело в том, что наше зрение работающее на физическом уровне, оказывается совершенно беспомощным по ту сторону материальности. И наоборот в материальном мире мало у кого имеется действующее внутренне видение. Так называемое "ясновидение" вообще не принадлежит ни одному из планов, каждый человек развивает его и совершенствует там где чаще бывает, но может с помощью его видеть и на другом плане более редко посещаемом. Все люди видят сны, или почти все и это как раз внутреннее видение в астральном поле, многие видят или вы говорите провидят события - это видение в ментальной оболочке, так как там все уже существует, как бы запроектировано, так же легко могут оказаться в прошлом и будущем.
   Но в цель нашего повествования еще не входят рассуждения о других измерениях, но провидцы как раз и оказываются в так называемом четвертом измерении, то есть в многовременном поле, но там тоже есть свои тупики и лабиринты и поэтому не всегда предсказания сбываются все зависит от чистоты воспринимающего канала. Мало иметь отличное зрение, надо еще чтобы экран вашего телевизора не искажал, программа соответствовала заданной, да и те, кто готовит и показывает вам передачу были добросовестными и талантливыми людьми. Видите сколько составляющих необходимо для истинного про-видения. Часто такие медиумы накладывают свои чувства и мысли на события, которые пытаются прозреть, либо "эгрегор", который ведет и пестует человека сам оказывается недостаточно сведущ. "Наверху", а на самом деле действительно трудно дать определение на человеческом языке местоположения тонкого мира. Ведь в нем нет того пространства к какому мы привыкли ( там пространство энергетическое) и поэтому вопрос "где" отпадает, так как все может быть спрессовано в одной точке, или точка может быть разлита на все и везде.
  Так же нет времени и тогда вопрос "когда" тоже отпадает сам собой: то что будет завтра - есть всегда и много-много раз, а то, что было вчера вообще еще не существовало и т.д. Здесь можно развить массу таких взаимоисключающих мыслеформ и все будет соответствовать или наоборот... мир иррациональности чуден и необъясним лишь для людей, закованных в материальность, ограниченных временем и пространством.
  Но как только сознание человека оказывается оторванным от физического тела - все становится ясным и понятным. Как правило во сне мы совсем не удивляемся тому, что с нами происходят часто совершенно фантастические вещи, - мы понимаем какой-то их очень другой и глубокий смысл. Они так же реальны и там поддаются нашему анализу - там, но когда мы просыпаемся,- или ничего не помним или ничего не понимаем, а самое главное, мы не понимаем себя, как мы могли там себя так хорошо чувствовать и осмысленно действовать в том - каком-то другом смысле. И ваши психоаналитики, такие умные и известные, считающие себя глубоко проникающими в глубины человеческой психики, исследующие сновидения, фантазии душевнобольных, всевозможные пограничные состояния человеческой психики под воздействием психотропных средств или веществ ( что в принципе одно и то же)на самом деле же проецируют на свои исследования и видения пациентов, либо клиентов- свое видение, своего сознания, как бы расправляя мятый платок, накладывают сверху свой и считают, что каким-то образом два разных кусочка материи могут составлять одно целое. Это АБСУРД!
   Никогда сознание одного человека не может проникать в сознание другого. Как не смешать два куска дерева или два камня, их соединить можно лишь измельчив до атомарного состояния, но тогда они окажутся уже не индивидуальными сознаниями, а массой чего,- неизвестно. Так вот ваши сознания здесь в материальности - это твердая материя, которая обособлена у каждого и не может быть по-настоящему понята другим. Но есть категория людей, которая обладает сознанием "жидкости". Это люди использующие интуицию и конечно кармически стоящие на другой более высокой ступени развития. Но, ради БОГА, не думайте, причисляя себя к ним, что вода пропитав дерево познает суть его моллекулярно-кристаллических структур, - она лишь заполнит пустое пространство между ними и совсем не сможет понять суть простой речной гальки. И даже люди обладающие сознанием "воздуха, хотя и облеченные свыше на такую легкость и чистоту окажутся перед дверью с семью замками у входа в "святая-святых".
   И техника гипноза и фармакология, токсические, магические или ритуальные действия по обнажению сознания даже самого примитивного индивидуума - есть лишь пляски перед закрытой дверью. Истинная суть каждого так глубоко сокрыта, что лишь сама душа освобожденная от оков самости и тлена, потрясенная взирает на свое истинное "Я" , и на те оболочки, как на "луковую шелуху", что оно на себя одело. Бесконечная русская матрешка с биллионами оболочек, но сознание ваше может их пронзить в одно мгновение и оказаться в истиной своей сути: " Ты, есть то , что ты есть, а не то, что ты думаешь, что ты есть". Но что же мы встречаем тогда в других областях, когда лишены материальной оболочки? Во сне, под гипнозом, в момент потери сознания, во время молитвы или медитации ?
  Мы видим мыслеобразы людей, их желания, чувства, которые в астральных и ментальных полях окрашиваются и обретают видимость. Если здесь на Земле вы строите, лепите, шьете, рисуете, пишите и это становится материальными объектами, И ваши дома, машины, еда и цветы - все имеют материальное выражение, то в мире тонком все это тоже существует: и те же дома, и машины, и цветы, и еда, и картины, и идеи, но все они не совсем такие. Они как бы и выглядят так же, но имеют еще несколько измерений, как если сравнивать рисунок на бумаге, который является двухмерным с его трехмерным объектом, например кот нарисованный и кот живой. Есть разница, верно?. А там к этому добавляются еще несколько измерений. Например, тот же кот: он живой, плюс вы его очень любите, и это в нем присутствует, плюс он к вам относится снисходительно и это тоже сразу видно в нем, плюс он в себе несет всю свою эволюцию от простой "искры" сознания, только что вышедшей из ОТЦА, до глобальной структуры Сверх-Сущности, в которую когда-нибудь воплотится; и еще при этом одновременно в нем будут видны все ваши дальнейшие связи и взаимообмен энергиями, все ваше прошлое и будущее связанное с этим котом; далее, если лететь еще глубже, - вы уйдете в просторы Вселенной и о, наконец, познаете конец и начало мира. Как вам ЭТО?!
  Совершить такой экскурс возможно даже на дождевом черве, главное, чтобы к этому было готово ваше сознание. Ибо все это оно : и червяк, и кот, и Солнце, и даже Духовное Солнце Вселенной, но в своем Потенциале. Конечно лучше не на червяке, но каждому свое, есть религиозные культы, которые достигают просветления на самых низких вещах, на самых тяжелых энергиях, но это особый разговор и в этой книге мы вряд ли его коснемся. Хотя, кто знает, кроме ОТЦА. Быть провидцем вещь очень полезная, другое дело как далеко ты при этом стоишь от настоящей истины, если тебя на самом деле нет? ( про иллюзорность нашего существования мы уже упоминали).
  Но, отметим для себя, Югма не достигнет просветления, несмотря на то, что она тоже концентрируется на самых низких вещах и самых грубых энергиях, из-за того, что цель у нее другая и видение тоже. Ей никогда не проникнуть в мир идей, так как она лишена творческого огня, который является ключиком от дверей его. Ментальное поле человечества - это и есть мир идей, там есть все, что когда-либо придумал или придумает человек, множество проектов, реализованных и нет, начатых и отброшенных по различным причинам или только ждущих своих первооткрывателей, которые настроясь на проблему, будут развивать свой ментальный проводник, пока он наконец не расширится настолько, что сможет выловить решение проблемы, осознать ее и материализовать. Все открытия в мире, все изобретения - это суть мыслеформ, когда-то невостребованных, а теперь материализовавшихся.
  Вы спросите, а откуда они там возникают, кто их насаждает? Творец, вернее его творческое начало, Потенциал, которым заведует Каузальное Поле - оно в ответ на сильный импульс человеческой эволюционной необходимости в том или ином пласте мудрости и знаний, концентрирует и спускает в мир идей некую энергию творчества, которая как пластилиновая ждет своего со-творца - уже человеческое сознание, оно может быть не одно, а целой общности людей, которые много работали над его разрешением на протяжении многих поколений, но там земного времени нет и поэтому работают все одновременно. Но земное понятие "работа" здесь не подходит, мы имеем в виду работу - как энергетическое сгущение силы и очищения информационной ниши, затем,(хотя слово "затем" здесь не правомерно, так как нет временных рамок, но если специально для материального ума разложить на временные вехи то,- затем) происходит активизация определенного участка поля и там вырастает идея, как волшебный цветок.
   Идеи - это дейстельно цветы, но на поле мудрости!
  Ведь и человечество до сих пор восхищается и не может до конца постичь тайну и процесс зарождения любого живого субъекта: и дерево, и человек волшебным образом зарождаются из семечка, в маленькой клетке заключено целое - в своей потенции. Так же и в мир идей бросается зерно, а там стараниями людей, их творческими энергиями оно растет и развивается. Но ментальное поле человечества не совсем божественно, не только сверху приходят туда энергии, но и множество ненужного мусора снизу, человеческие фантазии, спровоцированные астральным полем, совсем нечистым и тяжелым, несут ментальные структуры. Человек-творец, и он полностью использует это право.
  Если идея спущенная из каузального плана принимается человеком, то он материализует ее почти минуя астральную область энергий, ему для этого хватает сил и напора для ее воплощения в материи. Так творят истинные художники, музыканты, танцоры, писатели, поэты, да и люди науки. Говорят талант от БОГА, да, врач, ведомый такой идеей творит чудеса, даже портной или парикмахер, и вообще все истинные произведения черпаются человеком из своего поля, входящего в Поле Божественной Мудрости. А вот если идея обретает свою силу по запросу из астрального поля она имеет другой статус и силу. Желание человека строит мыслеобраз своей идеи, затем напитывается силой в астральном поле и проводится его на эфирно-физический план.
  Так вот, что могла увидеть Шарлота, когда сознание ее свободно парило в мире тонком. Она могла бы уловить связь между фрейлиной, которая сейчас представлялась больной и несчастной и той областью астрала, откуда та черпала свою силу. Увидеть воочию то, что тщательно скрывалось. Но Югма сконцентрировалась на больном теле и ни чем не обнаруживала себя в поле желаний.
   * * *
  Шарлота ошеломленно взирала на свое тело, которое распростерлось на прекрасном ковре, на человеческую массу возлежавшую на ложе и уже ничего не волновало и не поражало ее. Прекрасное было прекрасным, а отвратительное - отвратительным, и никаких чувств, кроме простой констатации фактов. Мысли были ясными и спокойными, даже проскальзывала какая-то искорка насмешки над собой, над миром, в котором ее сейчас не было.
  Это поразительно! Но Шарлота знала, что ее в нем нет и все тут! Не было лишних вопросов, серьезный ум не воспринимал и не требовал доказательств. Абсурдность положения не вызывала удивления даже простое нахождение под потолком, а вот она на полке, вот на канделябре, за столом, и вообще куда только проникает мысль в одно мгновение Шарлота осознает и себя. То есть она думает - мысль летит, и она летит вместе с мыслью. Интересно. Шарлота и раньше была не глупой женщиной, а сейчас ее заинтересовал этот феномен. Она осознала себя своей мыслью.
   Для уважаемых читателей скажем, что это значило, Шарлота вышла на более высокий уровень астрального поля, когда оно плавно переходит в ментальное, чувства перестают властвовать над человеком и он все более и более уподобляясь мысли все глубже и глубже уходит к своей сердцевине через ментальное поле к Высшему "Я", но такое плавное вхождение возможно лишь у таких натур как Шарлота, ее поля желания и мысли - представляли из себя природу любви и долга, и поэтому перехода между не было, не было границы, но таких людей единицы.
  Солнечный лучик блеснул на золотом диске и зайчиком прыгнул к мозаичному потолку и она тут же почувствовала себя этой частичкой света - маленькой искрой солнечной энергии и разглядела, что все напоено такими же искрами света, все пронизано лучами благодатными и могучими. Ее сердце (то место, что она считала сердцем) радостно затрепетало и разлилось горделивой радостью, что она вместе со всеми есть Свет. Радость и любовь кругом, она видит большую солнечную долину - настоящий ковер света расстелился и уносил все выше и выше...
   * * *
  Она очнулась, вначале увидела потолок, край колонны и лица взволнованных служанок, лекарь подносил к ее носу нюхательную соль и растирал виски. Тело показалось тяжелым и нелепым.
  В нашем романе герои все время втянуты в круговорот жизни, стремительно развивающиеся события одно за другим показывают им и увлекают от одного опыта к другому, от одного переживания и обретения к следующему. Великая мистерия эволюции с любовью держит на своих ладонях их судьбы, пробует их на твердость, рассматривает на свет и любуется игрой граней. А заметив небольшой изъян или шероховатость вновь и вновь бросает их в жернова жизни, чтобы вынуть отполированными и еще более сверкающими.
  И когда Шарлота доведенная до грани истощения своих физических и психических сил была подвергнута очередному опыту, ее выход за пределы тела помог ей увидеть свет "за" и вернувшись она опять стала собой. Да, есть разница между человеком провалившимся в небытие и человеком увидавшим свет. Один, очнувшись от комы еще долгое время будет слаб и болен, другой прозрев еще раз и уверовав в единую силу, которая вершит волю свою на все мироздание. Вновь готов к жизни и дальнейшей борьбе за жизнь в вечности.
  ...Шарлота открыла глаза и слабо улыбнулась, ее осторожно перенесли в свои покои. Югма так и осталась у себя на ложе. Она кусала распухшие губы. Лекарь даже не взглянул на нее, было приказано не обращать внимания до особого распоряжения. А его не было, фараону было не до нее, а хозяйки гарем, как вы знаете сейчас не имел.
  Но все же была опасность, что Верховному Жрецу доложат, что одна из наложниц больна и ее тогда изолируют от остальных, но все как-то сразу, едва выйдя за порог забывали о ней, кроме королевы, толи в силу равнодушия, которое сейчас было проявлением закона самосохранения, действующего на подсознательном уровне у каждого человека, толи действовали чары колдуньи, которая пока не собиралась покидать это жилище.
  Югма думала: " Я немного ошиблась - опять ошиблась! Да, что же это такое. Почему в случае с фараоном чуть-чуть недотянула, а здесь наооборот "перегнула палку? Фараон оказался более неуязвимым, а Шарлота более ранимой. Что же не дает мне добраться до самой сердцевины каждого из них?" - Ведь остальные люди ей были легко доступны, она читала все их мысли и чувства, дела, прошлое и будущее и могла вертеть ими как своими пальцами: " Пальцы!!!"
  Ее взгляд остановился на руках. Как они прекрасны: тонкие, длинные ладони чудесной формы, белая кожа просвечивающая нежными голубыми сосудами, идеальная форма блестящих заостренных ногтей - вот, что осталось от Флорены. Остальное - груда плоти не поддающаяся описанию. Но это ее совершенно не тревожило. Боли, страданий она не испытывала, просто старая одежда, сыгравшая свою роль и призванная в свое последнее действо, эту сцену оно должно повторить, но сыграть при этом более талантливо и тонко! А руки, руки ей нужны здоровые и красивые. Кольцо Одина она должна одеть на эти пальцы. Только, когда на королеве не будет этого оберега, Югма сможет посягнуть на ее тело.
  Мысли закружились непрерывным хороводом: " Она - жрица тьмы, ее знания и силы велики в этом мире, там, где властвует Время и Пространство. Она легко ими манипулирует, владеет всем объемом информации об этом подлунном мире. Ее родной дом простирает власть свою на все царства природы, держит в руках чувства и страсти миллионов людей и через них незаметно закрадывается в их сердца, что бы путем кропотливой работы по разложению их душ, обратить их в камни, такие же, ну может чуть меньше чем тот, что бился в груди самой Югмы".
  "Чрево" неумолимо стучало и требовало исполнения замысла от своей рабыни. Да, она рабыня "чрева" , но она же и госпожа над душами многих и многих людей, которых смогла погубить за все свои жизни. Они ее пища из которой она черпает свои силы, на их энергетике она строит свои замыслы и претворяет их в жизнь.
  Чрево же никогда ничего не дарует своим подданным, оно лишь учит их собирать "жатву" с таких же грешных и несчастных, замученных, страдающих и ... одержимых, и поэтому озлобленных, ввергающих себя в лапы владычицы темных энергий. Такие люди уязвимы и поэтому являются пищей для служителей ада. В противовес им Иисус говорил своим последователям:" Ешьте мое тело и пейте мою кровь," - что раздается как вино и просвири во время причастия и других таинств церкви Христа. Этим актом религия ЕГО символически говорит, что силу и энергию каждый страждущий смиренно подошедший к престолу с покаянием в сердце и уме, может черпать из его неиссякаемого источника жизни вечной, ради которой ОН пришел в этот мир.
  И мы видим, что одни забирают, другие это даруют. И твоя воля человек: либо со смирением приложиться к чистому источнику, либо трястись от страха и болезней, увеличивая немощи свои, но казаться себе при этом венцом творения, которому все дозволено. Смирить свое внутреннее "я" подчас сложнее, чем ударить или убить ближнего, но на свою самость и непогрешимость человек не смеет поднять голос своего сердца, оправдывая себя, всегда оправдывая, не считаясь ни с чем.
   И ваши поговорки "своя рубашка ближе к телу" - это доказывает. Внутренний эгоизм для каждого - есть его великий господин и судья, но он вместе с утешителем требует энергии, подталкивая человека на новые и новые преступления против совести, все большей и большей платы за свое покровительство. Именно поэтому люди, находящиеся под покровительством тьмы - так черны даже для ваших невооруженных глаз, их оболочки лишены света. Да они могут быть сильны, умны и энергичны, но в их присутствии люди чувствуют себя неуютно, а после общения с ними остается чувство усталости, хочется умыться и отдохнуть. Это ваша реакция на самый примитивный бытовой вампиризм в вашем мире. Служа целям, которые ставят перед ними демоны в душе: своей алчности, гордыне или ненависти, они черпают энергию из окружающей среды, из тех кто находится рядом.
  И наоборот, к человеку, имеющему покров высших сил света, независимо от его цвета кожи и волос тянутся люди, говорят с ним о своих бедах и несчастьях и всегда чувствуют облегчение от общения с ним. От такого человека идет излучение любви и света и каждый после встречи с таким "светочем свободы" вновь обретает надежду и прилив свежих сил. Вот вкратце мы показали вам два типа людей, которые живут в вашем мире, но абсолютно "черных" и абсолютно "светлых" крайне мало, все вы представляете смесь из энергий, которые проводите через себя. Весь процесс мироздания основан - соткан из потоков энергий, исходящих из различных планов от камня до человека. Но лишь человек вправе выбирать из этого громадного океана энергий те, что он желает принимать, чтобы перерабатывать в своем внутреннем реакторе и вновь выпустить в мир.
  Человек - творец своей вселенной и ничто чуждое помимо его воли не смеет внедриться в него. Но тогда вы зададите вопрос, как же ведьма так легко завладевала людьми, забирала у них энергию и даже физические тела? Кто же по доброй воле отдаст то, что ему принадлежит и без чего его дальнейшая жизнь будет весьма проблематичной. Вы можете слегка запутаться и спросить нас, ведь мы раньше говорили о том, что в сознание человека нельзя проникнуть, но сейчас речь идет не о сознании, а об энергетике, которая питает это сознание. Здесь все очень просто, зло входит в нас через двери, которые мы ему же и прорубили в своих оболочках. Дверьми для зла являются: страх, ненависть, разврат, обман, зависть, гордыня, алчность, предательство, ревность, осуждение, суета, лень. То есть те самые грехи, которые осуждают все религии мира. И по великому космическому закону, который обосновал для человечества Великий Посвященный Гермес Трисмегист :" Подобное притягивает подобное", зло "видя" хоть маленькую щелочку в человеческой сути моментально запускает туда свои щупальца и вот вначале слегка заметное честолюбие превращается в зияющую рану на астральном теле человека, потом ее разъедают все более и более гордыня и тщеславие, а за ними последуют все когорта подобной нечисти. И поэтому несчастная Флорена была так легко выдворена из своего "дома", а капитан заболел через искушение, да и многие другие вынуждены были делиться своей энергией с ведьмой и все это - из-за своего несовершенства.
  Целостная гармоничная натура неуязвима для зла. Но давайте вернемся к Шарлоте. Да, конечно эта великая страдающая душа были и чиста и целостна, прекрасно было ее тело, светлы ее оболочки. Но тогда почему же она следующая жертва? Вот великая драма жизни, когда Силы Света вынуждены закрывать своими лучшими сынами дороги в мир, по которым рвутся когорты сатаны. ОТЕЦ каждый раз, когда чаша весов готова выйти из равновесия, идет на великую жертву, отдавая сына во власть материи и они своими сознающими сердцами закрывают дыры в мировом поле-теле. Шарлоте было предопределено встать на пути жерла. Ну, а что из этого выйдет, увидим далее.
   * * *
  ...Шарлота вновь вспоминала свое детство, свою жизнь королевы, путешествие и последовавшие за этим события, но теперь это воспринималось по другому. Не было сожаления об утраченных удобствах "счастливой" жизни, а возникло щемящее чувство незавершенности. Она искала ответа. Взгляд упал ну руку. Отведя крышечку камня, Шарлота заглянула в его глубину : "Великий Один предназначил и для меня это кольцо, через столетия оно, меняя своих владельцев, пришло ко мне и что же ? За что, за какие заслуги я ношу его? Что хорошего или великого я смогла совершить? Имея такой высочайший символ, как я его использовала? Я была всегда уверена в своей высшей предначертанности: принцесса крови, затем жена короля - королева среди своих подданных, но рядом с этим камнем кажутся смешными мои амбиции и уверенность в своей избранности. Я жалкая кукла с кольцом от Великого, не знающая о силе его, и о том, что с ним делать. Недаром судьба уже не одиножды указала мне на мою слабость и невозможность влиять на события. Оно спасало жалкое тело от ударов судьбы, но не стало ( теперь она знала, что это не случайно) спасать от себя самой. И она сама должна пройти через те унижения и жертвы, что вставали перед ней. С открытым сердцем встретить боль и унижение. Теперь она знала есть Свет, что ОН выше всего, и кольцо на ее пальце - есть материальная частица того Света. "
   И ее озарило, - кольцом не смеет она больше прикрываться. Оно ей дано не как доспехи, а как меч, скальпель хирурга. Кольцо не будет защищать слабого, оно орудие в руках сильного. И владение им - не есть награда, а великая повинность - долг! И она должна - должна Одину!
  Шарлота решительно захлопнула крышечку и сняла кольцо с пальца...
  ...Югма встрепенулась. Нет больше охранительных огней и она поползла еле переставляя ноги, оставляя за собой след гноя, крови и зловония. Она цеплялась прекрасными руками за колонны и стены, там где прислонялось ее тело оставались влажные смердящие пятна. Служанки в ужасе разбегались перед этим гниющим месивом.
  Дорога свободна.
  Вот последняя дверь. Но уже нет сил. Тело казалось разливается, ноги без сил лежат у порога. Еще чуть-чуть. Рука пытается толкнуть дверь. Еще и еще. Никак не достать. Мелькнула мысль:
  - Опять поторопилась, опять чуть не дотянула! О, жерло! Дай мне еще немного сил!
  Но оно молчало, с брезгливостью насмехаясь над слабостью своего детища.
  - Ну еще немного и, я преодолею эту проклятую дверь. Мне главное увидеть ее глаза и утонув в ее океане жалости, влиться в нее, вообраться в это прекрасное тело, и тогда отбросить прочь эту мерзость, что когда-то являлось прекрасным сосудом для жуткой сущности, обитающей в нем.
  Но руки не могли достать до ручки злополучной двери, раз за разом размягшие плечо и спина не могли придать силы руке. Югма начала задыхаться. Хотя она и не чувствовала физических страданий, тем не менее ее волевой импульс не мог достичь цели, ему не на что было опереться. И самое страшное для нее то, что если ее сознание действительно не успеет вовремя покинуть это разлагающееся тело, то она умрет вместе с ним, и у нее не достанет сил выполнить свою миссию. А не справившаяся жрица тьмы для "жерла" - всего лишь мусор, он ее выбрасывал, - игрушка сломалась, место ей на помойке.
  Югма с трудом переводила дыхание, руки обреченно скреблись о порог покоев Шарлоты. Сознание начало блекнуть, гниющее физическое тело распространяло свое влияние вглубь. Она уже не может связать свои мысли и чувства, стены, дверь исчезают.
  Что, что же перед ней? И вот теперь, она вдруг почувствовала боль, жуткую нечеловеческую (потому, что она была выше планки предела человеческой чувствительности, за планкой - шок и смерть от боли) боль физического тела, но его у нее уже не было, было "я", но горящее огнем боли, только лишь теперь она полностью ощутила то, что испытывало тело Флорены, только теперь болезнь внешняя проявила себя внутри.
  Да то, что она искусственно вызвала, чтобы добиться своей цели, оказалось действительной проекцией ее больной души, не зная об этом Югма, как мазохистка наслаждалась ужасом, который вызывал в окружающих вид ее больного тела, она ( даже она - ведьма высокого ранга) не знала своего истинного "я" того, во что она сама его превратила. Все язвы тела являлись лишь отражением язв в душе и ослепленная ненавистью к миру, она созидала ненависть к своей душе. Болевой шок так силен, что ее внутреннее зрение почти ослепло, а когда к ней вернулось сознание, она поняла, что ей остались мгновения, и если она ими не воспользуется, то погибнет.
  И тогда,..., огромным усилием воли, а вы не можете не признать за ней этого качества, она послала свое сознание в ту студенистую массу с руками, что когда-то была и ее телом, и на том же порыве, как от электрического заряда, вся эта груда, содрогнувшись, - выпрямилась и плашмя упала на дверь.
  Если бы Шарлота могла увидеть ту борьбу, что происходила у нее за порогом, неизвестно понадобились бы ведьме дополнительные ухищрения и усилия для захвата, вряд ли обычные человеческие чувства смогли без вреда для своего разума и нервов "переварить" увиденное. Но БОГ миловал, и все это произошло в тайне от человеческих глаз.
  Но... это было только начало грандиозной драмы, готовой здесь разыграться.
   * * *
  Итак, опочивальня Шарлоты. Распахнулась дверь, а на пороге - безжизненное тело Флорены. Шарлота в ужасе прикрывает руками лицо, зловоние резко ударяет в нос. Заставив себя взглянуть на то, что валялось у нее на полу, она судорожно перевела дыхание и всхлипнув призвала на помощь всю свою решимость: " Я должна, я должна Одину и ничто не испугает меня! Раз она на моем пороге, значит я должна ей помочь. Но, Боже мой, как же я смогу к ней прикоснуться, вдруг она уже мертва?"
  С опаской Шарлота подошла, но существо, что лежало у ее ног было еще живым и тянуло к ней свои руки. " Руки? Но почему руки не изменились?" - Шарлота обхватила оба запястья и попыталась приподнять фрейлину, но тело той казалось размазывалось по полу.
  И вдруг руки Флорены неожиданно крепко вцепились в Шарлоту. Королева почти в полуобморочном состоянии зажмурив глаза и закусив губы, стараясь не вдыхать, тянула тело фрейлины к своему ложу.
  - Подожди, ты не сможешь меня поднять, спасти меня может лишь твое кольцо.
  - Дай мне его !
  - Дай мне его!!! - эта фраза звучала раскатом, затем дробилась и вновь собиралась в одно заклинание: -
  - Дай кольцо, или я умру, но не выпущу тебя из моих рук!
  - Спаси меня и ты освободишься из моих цепких объятий.
  Откуда шел голос Шарлота уже не соображала. Свет померк, перед ее глазами, только неравномерно возникали какие-то всполохи красок, в ушах звучал голос, стены и потолок пропали и вместо них чернота пространства влажная и горячая со всех сторон обступила ее, ее - маленькую испуганную женщину.
  Как заведенная кукла, Шарлота сжала в кулаке кольцо и вложила его в руку Флорены.
  И тут что-то произошло, но совсем не то, что ожидала Югма: вожделенный камень горит на ее ладони, он отдан ей и поэтому она его госпожа, но кто ее держит за руки и не дает одеть на палец?!
  Это не королева, - та, окаменев от страха, упала на подушки и не смея пошевелиться, огромными глазами смотрит на оживший ужас, который приобрел силу и развернулся во всю свою мощь.
  Казалось, сама преисподняя раскинулась во всей своей "красе" в покоях королевы. И тело, столь же безобразное, - но вовсе не обессиленное, и жуткое лицо - со звериным оскалом.
  - Что в нем осталось от фрейлины?
  - Ничего!
  - И руки поднятые в экзальтическом восторге перед ожиданием власти, что даровало ей обладание камнем Одина.
  Но.. какое-то замешательство.
  - Они - эти руки, чем-то или кем-то остановлены! И это смогла заметить даже Шарлота.
  - Что-то мешает им, что-то преградило дорогу.
  Блеснул золотой щит - "Белая птица"! Два рубина в глазницах черепа сфокусировав на себе лучи исходящие из рубина, - потушили их. Разве такое возможно?
  Да, одно мгновение длилось это противостояние и, возник человек.
  Да человек! Это человеческое сердце билось под щитом, и оно смогло остановить смертоносный луч, оно погасило силу его и вобрало в себя!
   * * *
  Перед ведьмой стоял кореец. Две энергии сошедшиеся в открытой борьбе. Кто читал Упанишады и Бхагават Гиту вспомнит о том, как описывается там битва сил тьмы и света, но это аллегория. А тут само мировое зло, обманом завладевшее силой камня, встретило другую силу. Щит отразил и исчез.
  Остался человек, обычный земной, а так же сила его и умение.
  Стоял Мастер собравшийся, сконцентрировавшийся для последнего боя. И ему действительно выпала честь встать заслоном на пути тьмы. Много мастеров и Посвященных, но мало кому выпадает удел выйти на открытый бой с самим "жерлом".
  Кую-ун увидел своего деда: " Мальчик мой, ты един со мной и Космосом. Знай это, будь молниеносен в бесконечности точки. Вперед!"
  Кореец не стал ждать, его тело пришло в движение и засветилось мириадами солнц, энергию которых несли в себе атомы его, они вместе с ним пришли в движение и, Мироздание закачалось.
  Огромная Сущность, в сердцевине каждой частицы которой стоял этот человек, начала свой танец Энергии. Перед взором ж е р л а мелькали и сменяли друг друга биллионы звездных систем, все пришло в движение, приведенное силой одного маленького человека, который слился с Космосом всей своей сутью.
  Он сейчас исполнял свой последний танец, то самое вечно длящееся движение, которое не могло угаснуть. Оно уходило в точку, но каждый раз благополучно минуя "мертвую зону", разгоралось вновь - в вечный закон эволюции, и вновь затухающее, безмерное и бесконечное - где его конец?
  Нет конца!
  Есть вечное начало!
  Югма сосредоточенно следовала за ним, пытаясь сорвать его плавность и непрерывность, затянуть в пламя аннигиляции и, каждый раз была вновь и вновь - вынимаемая из свой "черной дыры".
  Кую-ун-Порху светел и сосредоточен. Никогда раньше он не смел даже мечтать о том великом уделе - той работе, которую должен сотворить своим мастерством. Глобальность задачи нисколько не смутила и не остановила его, все его упражнения развили в нем единство с сутью Космоса, умение растворяться в Великом, не теряясь в нем, и точка его конца каждый раз удлиняясь во времени, наконец, превратилась в бесконечность.
  Е С Т Ь ! Он вышел за пределы времени и пространства и вытянул за собой следом забывшуюся ведьму. Для нее это смерть в вечном Свете. Зло не может переступить этот порог, для него это аннигиляция. И наш Кую-ун зажав в своих железных объятиях "край плаща сатаны", который олицетворяла собой Югма, нырнул вместе с ним в пламя БОГОРЕАЛЬНОСТИ.................................................................................................
   * * *
  Но и для него теперь материализация больше не доступна. Он навсегда оставил свои земные одежды, полностью реализовав себя как человек, - стал Богом!
  Все!
  Все вновь обрело очертания. Шарлота с трудом приподнялась на подушках. В ее покоях никого не было. Лишь кольцо с плотно закрытой крышечкой лежало на ковре.
  Она с трудом подошла, подняла его, зажав в руке. Да, все - что только что пронеслось перед ней - было! И она знала, что это конец многому, но,.. лишь на планете Земля.
  Там, куда ушло завершение всей этой драмы конца не будет, есть только начало.
  Но и для нее этот круг так же завершен.
  Она не смеет больше носить кольцо Одина, оставаться королевой, ее удел совершить то, что другим не под силу, раз уж сегодня у нее не достало сил.
  Она спокойно взяла в руки папирус и тонкой палочкой из драгоценного графита с примесью серебра написала:
  - Я, Есмь Шарлота, Божьем соизволением - ухожу. Меня ждет Gуть.
   Великим промыслом Одина передаю его кольцо тому, кто исполнит Его Волю в этом мире.
   Да, будет так!
  
  Папирус и кольцо. Вот то, что оставила после себя эта прекрасная женщина.
  
   К О Н Е Ц 1-ой К Н И Г И
  

Популярное на LitNet.com Д.Сугралинов "Дисгардиум 6. Демонические игры"(ЛитРПГ) Т.Ильясов "Знамение. Вертиго"(Постапокалипсис) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) Д.Сугралинов "Кирка тысячи атрибутов"(ЛитРПГ) Грейш "Кибернет"(Антиутопия) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) О.Иконникова "Принцесса на одну ночь"(Любовное фэнтези) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) Л.Огненная "Академия Шепота 2"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"