Наварро Алеся: другие произведения.

Академия Ринвуд. Ученица темного мага. Часть 2.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 7.93*6  Ваша оценка:
  • Аннотация:

  Воздуха не хватало. Вернее, не так. Воздуха перестало хватать уже добрую милю назад, но Амалия упрямо продолжала мчаться вперед, перескакивая через поваленные деревья и замерзшие канавы, стараясь как можно сильнее стучать сапожками по твердой ледяной корочке тропинки. Это хоть как-то приглушало звук ее собственно хриплого дыхания и немного отвлекало от боли в правом боку. Но теперь даже легкий морозный ветерок не приносил привычного облегчения. Как хорошо, что осталось совсем немного - всего каких-то три-четыре ярда. Куда уж там правильно дышать или смотреть под ноги! Руки безвольно повисли плетьми, а сердце будто бы собиралось выпрыгнуть из полыхающей огнем груди и самостоятельно добраться до заветного поворота тропинки, бросив измученное тело. Ну же, еще немного... Все! Снег привычно встретил Амалию мягкими прохладными объятиями.
  - Медленно, - проворчал Мастер Коннери. - Медленно и плохо.
   Он сидел прямо на земле, привалившись спиной к стволу огромного дуба, и задумчиво ковырялся длинной палочкой в остывающих уголках костра. Рядом с ним стояли песочные часы, не успевшие отсчитать и половины времени. И он еще недоволен?!
  - Мастер... - Амалия перевалилась на бок. - Мастер Коннери, я...
  - Поднимайся. Нельзя лежать на снегу после бега.
   Придется встать. Иначе он снова схватит ее за шиворот, как котенка, поставит на ноги, а потом будет гонять по лесу, пока ее ступни не сотрутся до кровавых мозолей. Ну почему он с ней так?! Даже самые проворные стражники вот уже несколько недель как не могли угнаться за Амалией, но Коннери раз за разом повторял только "медленно" и "плохо".
  - Мастер, - жалобно простонала она, кое-как выбираясь из сугроба. - Я не могу быстрее. Вы же сами видели, как я обогнала всех на прошлой неделе. Почему я...
  - Потому что они - ленивые толстозадые увальни, которые годятся только разгонять пьяных старшекурсников, - отрезал Коннери. - А ты - боевой маг.
  - Пока я только скачу по лесу, как умалишенная, и перетаскиваю с места на место ваши дурацкие железки, - Амалия сердито пнула сугроб.
  Мелкая белая крошка взвилась в воздух и тут же осела обратно. Снег. Холодный, такой же, как Мастер Коннери. Можно сколько угодно биться об эту ледяную глыбу и в ответ слышать только неизменные "медленно" и "плохо". Если ему так хотелось учить незадачливую девчонку, родившуюся с Даром Изначальной Тьмы, мог бы придумать что-нибудь поинтереснее, чем бесконечная беготня по лесу, после которой даже подъем в библиотеку превращался в самую настоящую пытку!
  - Хорошо. Немного разнообразия тебе не повредит, - неожиданно согласился Коннери и кивнул в сторону разложенных под деревом тренировочных мечей. - Выбирай клинок.
  - Прямо сейчас? - Амалия отступила на шаг. - Я ведь только что пробежала почти восемь миль...
  - Шесть с половиной. Думаешь, противник будет ждать, пока ты успеешь отдышаться?
  - Здесь нет никакого противника, - фыркнула Амалия. - Только я и вы.
  - Совершенно верно. - Коннери лениво поднял руку, и самый длинный и тяжелый меч подпрыгнул со своего снежного ложа, сверкнул в воздухе и послушно лег рукоятью в ладонь Мастера. - Только ты и я.
  - Отец Всемогущий, - жалобно простонала Амалия. - За что?..
   Она ведь еще совсем не умеет драться! Разумеется, у Коннери была только одна цель - как можно больше ее измучить! Какое-то время Амалия просто топталась на месте, надеясь, что он одним ударом отправит ее в сугроб и закончит издевательства. Но нет - Коннери, похоже, не собирался бить первым и медленно отступал вглубь леса. Подальше от тропинки, туда, где снег доставал Амалии почти до колена. Ей и до этого было непросто двигаться, а теперь, когда ноги при каждом шаге приходилось выдергивать из сугроба... Но надо идти вперед, надо нападать, иначе Коннери заставит ее пробежать еще пять, десять, сто кругов вокруг замка Ринвуд! И совершенно бессмысленно плакать и умолять - проще добиться сочувствия у серых камней Академии, чем у Мастера.
   Амалия неуклюже взмахнула мечом, пытаясь достать Коннери. Тот даже не стал отступать - лишь слегка отклонился назад и пропустил клинок в паре дюймов от себя. Еще немного, и Амалия бы его зацепила! Она била еще и еще, но Коннери все так же лениво покачивался из стороны в сторону, словно под порывами ветра, и меч Амалии раз за разом вспарывал лишь морозную пустоту.
  - Слишком далеко, - коротко бросил Коннери. - Так ты никогда не попадешь. Подойди поближе.
  Еще бы! Легко говорить, когда в тебе почти шесть с половиной футов ростом и тебе достаточно один раз переступить огромными сапожищами, чтобы твоя крошечная противница вынуждена была ковылять через снежные заносы, теряя последние силы! Амалия стерла рукавом пот со лба, стиснула зубы и снова двинулась вперед, молясь, чтобы Коннери поскорее надоело мучить ее. Достаточно одного удара, хотя бы слабенького, и тогда можно будет с чистой совестью нырнуть в уютный сугроб и притвориться, что ей очень-очень больно. А потом отправиться в жилой корпус, забраться в горячую ванную и просидеть там целую вечность...
  - Не спи.
  Раз! Коннери бил плашмя, почти без замаха, но левое плечо тут же тоскливо отозвалось болью. Все, теперь можно упасть и...
  - Не вздумай свалиться. Будешь притворяться - пробежишь еще три круга. А потом начнем сначала.
  И снова удар - на этот раз по бедру. Почти не больно - больше похоже на шлепок. Но почему-то на глаза сразу навернулись слезы.
  - Как вы можете, Мастер?! Я же леди!
  - Ты боевой маг.
  Боли Амалия уже почти не почувствовала. Легкий укол чуть повыше локтя был сущим пустяком в сравнении с усталостью, от которой темнело в глазах. К кончику меча, казалось, привязали огромный камень весом в пару сотен фунтов. Косматый силуэт Коннери расплывался, превращаясь в неуловимую тень - неторопливую, почти неподвижную, но все же недосягаемую.
  - Не опускай клинок. В следующий раз ударю в голову.
  И оставит на лице безобразный шрам! Даже тупое лезвие в могучих лапищах Мастера без труда могло бы рассечь Амалию надвое. Но он не будет ее калечить. Нет, все куда хуже! Изуродовать - вот его затея. Окончательно превратить юную девушку в страшное чудовище, которое годится только на то, чтобы испепелять своей ненавистью врагов Короны. Убить ту Амалию Хэмптон, которая могла расплакаться от одного вида хромого котенка, и выковать из нее новую игрушку себе на потеху. Сделать крохотную копию себя самого.
   Воздух вокруг задрожал, наливаясь Силой, а потом что-то глубоко внутри лопнуло, взорвалось, и сталь в руках Коннери брызнула осколками. Обломок меча свистнул у Амалии над ухом и срезал прядь волос.
  - Ну вот, - Мастер задумчиво посмотрел на расколотую рукоять - все, что осталось от его оружия. - Хорошая была железка. Жалко.
  На снегу прямо под его ногами одна за одной начали появляться дымящиеся красные точечки.
  - Мастер, - пролепетала Амалия. - Вы... Простите меня!
  - Постарайся не прикончить меня хотя бы до своего выпускного бала, - проворчал Коннери, стаскивая перчатку. - Злость - сильный союзник, но ненадежный. Иногда куда лучше драться с холодной головой.
  Амалия подошла чуть ближе. Глубокий порез проходил наискосок через ладонь Коннери, но его края уже начали закрываться. Через несколько мгновений рана превратилась в узенькую красную полоску, а потом и вовсе исчезла.
  - Как видишь, иногда быть темным магом не так уж и плохо, - усмехнулся Коннери, стирая другой рукой остатки крови. - А к боли рано или поздно привыкаешь.
  - Зачем вообще нужны поединки на мечах, - Амалия опустила глаза и ковырнула снег носком сапожка, - если можно просто убить человека магией? Сьяма Джаду...
  - Сьяма Джаду - нелегкое и опасное искусство, - Коннери сдвинул брови. - Лишь одно из многих, которые тебе еще предстоит изучить. Но если ты думаешь, что магия так уж сильно отличается от фехтования... подумай еще.
  - Не вижу никакой связи, - фыркнула Амалия. - Искусство управления Силой и глупые тяжелые железки.
  - Не стоит недооценивать оружие, - Коннери закинул за спину перевязь с тренировочными мечами. - Пойдем. Уже темнеет. Пожалуй, тебе действительно не помешает немного отдохнуть.
  Впрочем, путь к воротам Академии совсем не походил на отдых. Мастер неизменно избегал хорошо протоптанных тропинок Звенящего Леса и каждый раз шагал через сугробы и завалы. Амалии приходилось чуть ли не вприпрыжку бежать, чтобы не отстать от Мастера, которому хромота никак не мешала продираться сквозь кусты и голые заросли. Он еще и успевал рассказывать то, что "настоятельно рекомендовалось запомнить"!
  - Не стоит недооценивать оружие, - повторил Коннери. - И уж тем более не стоит недооценивать то, чему может научить искусство боя.
  - И чему же? - Амалия едва не завалилась набок, успев в последний момент вцепиться в плащ Мастера. - Стирать ноги и обзаводиться синяками?
  - Бить первым, - Коннери пропустил остроту мимо ушей. - Оценивать противника. Находить его слабые места. Обманывать. В конце концов, успевать сбежать до того, как тебя прикончат. Схватка магов - это не только противостояние Силы. Иногда опыт и умение значат куда больше, чем врожденная мощь Дара.
  - Это значит, что вы бы смогли победить ректора Торвальдсена? - спросила Амалия. - Говорят, что он один из сильнейших магов Ритании и всего мира.
  - Сильнейший из ныне живущих, - поправил Коннери. - Но даже Элвин Торвальдсен смертен. А значит, его тоже можно убить. Но я буду учить тебя не этому. Точнее, не только этому.
  - Чему же? - Амалия ускорила шаг, чтобы не отстать от Мастера. - Фехтование, магические искусства... что еще может понадобиться боевому магу?
  - Маскировка. Стрельба из лука. Умение драться кулаками, - Коннери хрипло рассмеялся. - Конечно же, если речь идет об обычном боевом маге. Но тебе предстоит изучать тактику, стратегию, историю, картографию, геральдику, дипломатию, языки Серединных Земель...
  - Геральдику и дипломатию? - Амалия едва не споткнулась. - Зачем мне все это?
  - Уже совсем скоро ты узнаешь, как много войн было выиграно с помощью одного лишь яда или кинжала, - Коннери на мгновение обернулся и сверкнул зелеными глазищами. - И как много войн было проиграно не на полях сражений, а в наполненных золотом роскошных дворцах. И что обычное гусиное перо отправило на тот свет куда больше людей, чем все мечи вместе взятые. Обычный боевой маг стоит сотни солдат и может выиграть битву. Но ты должна научиться выигрывать войны.
  - Мастер Коннери... - вздохнула Амалия. - Разве я когда-нибудь смогу? Я ведь самая обычная девочка!
  - Ты боевой маг.
  * * *
  Два лестничных пролета в больничное крыло. Совсем немного для полной сил юной девушки. Бесконечно долгий подъем для юной девушки, которую три-четыре часа без перерыва истязал беспощадный Мастер Коннери. Последние ступеньки Амалия преодолевала, ухватившись за перила обеими руками. Но ее мучения на сегодняшний вечер не спешили подходить к концу. Даже боль в ногах не могла сравниться с тем, что происходило у Амалии внутри.
   Навстречу шагала Ливи... Нет, сейчас это была не Ливи, а Оливия Монтгомери, маркиза Саффолк. Такая же величественная и прекрасная, как и всегда. Неприступная и холодная, больше похожая на безупречную ледяную статую, чем на девушку из плоти и крови. Такой ее знали почти все однокурсники. И только немногие могли похвастаться знакомством с другой Ливи - веселой, бесшабашной и с ума сходящей по медовым пирогам Берты. Не так давно и Амалия могла причислить себя к этим избранным. Но теперь во взгляде соседки для нее не осталось ни искорки привычного мягкого тепла - лишь острый и колючий блеск стали. С того самого дня, как Алекс дрался на дуэли с Эдвардом Бофортом, она сказала Амалии едва ли десяток слов.
  - Ливи, - негромко позвала Амалия. - Ливи, подожди...
  - Доброго тебе вечера.
  И ни слова больше - только легкий поклон и вежливая улыбка, от которой хотелось взвыть. Разумеется, до нее уже дошли слухи, что Амалия Хэмптон обжималась с неряхой и уродцем Дереком Каннингемом, не могли не дойти. И это в тот самый день, когда Алекс едва не погиб! Что ж, Амалия прекрасно понимала соседку. В свое время малышка Ами получила немало затрещин от старшего брата Мирона, но попробовала бы какая-нибудь вертихвостка поступить с ним подобным образом! Ей бы точно не поздоровилось! Амалия бы уж точно не ограничилась молчанием, подобно Ливи, а запросто повыдирала бы обидчице все волосы, а то и сломала пару конечностей. Если бы можно было рассказать Ливи о той цене, которую Амалия заплатила за жизнь Алекса... Но и это едва ли бы заставило соседку сменить гнев на милость, ведь Алекс отправился к Белой Скале лишь для того, чтобы защитить честь Амалии. И Бофорт чуть не убил его!
   Амалия устало всхлипнула и уселась на верхнюю ступеньку. Коннери научил ее терпеть вязкую и тягучую боль в натруженных мышцах, как и ту, что оставалась от острых веток или ледяных кромок в Звенящем Лесу. Но что можно было сделать с тем, что царапало сердце изнутри? Вина - за то, что Алекс бросил вызов Бофорту и чуть не поплатился за это головой. За то, что так и не смогла оттолкнуть Дерека. И страх - что Ливи никогда ее не простит. Но даже куда больше этого Амалия боялась того, что с ней делало одно лишь присутствие того, другого Дерека. Если он снова придет и так же бесцеремонно заявит на нее свои права - сможет ли она найти в себе силы противиться черному пламени в его глазах?
  - Опять ты?
  То ли человеческий голос, то ли скрип древних петель на дверях в больничное крыло. Впрочем, старуха Мерсье была куда старше и петель, и дверей, и, если уж на то пошло, всего замка Ринвуд. Амалия обернулась и нехотя кивнула. Приличия требовали встать и поклониться, но сил на учтивость уже не оставалось.
  - Не стоит сидеть на холодных камнях, - прокаркала Мерсье. - Да и вообще не стоит тебе ходить сюда - пока не стоит. Мальчику нужен покой. Легко лишь нанести рану или разбить... что-нибудь. Исправить всегда сложнее.
  - Разве? - буркнула Амалия. - Мне приходилось слышать, что магия исцеления способна поставить человека на ноги за пару часов.
  - Девчонка, - Мерсье шагнула вперед. - Глупая и маленькая девчонка.
  В ее словах не было и тени злобы или недовольства. Старуха не ругалась - просто сообщала что-то, что казалось ей само собой разумеющимся. Она склонилась над сидящей Амалией и беззлобно усмехнулась. Та только сейчас потрудилась как следует рассмотреть лицо старой ведьмы. Морщинистая кожа, тонкие губы высохли, превратив рот в темную щель под носом. В глазах Мерсье давно не осталось и следа тех страстей, что заставляют кровь быстрее бежать по венам - только усталость и мрачная насмешка. Зубы старухи, хоть и сточившиеся и пожелтевшие от табака, все остались на своих местах, такие же ровные и крепкие, как и сотни лет назад. Пожалуй, когда-то эту женщину называли красивой... но с тех пор прошло столько времени, что она успела забыть об этом. Мерсье жила уже так долго, что ей не было никакого дела ни до приличий, ни до Короны, ни до самого Всемогущего Отца. Такая действительно не станет бояться никого и ничего. И если Амалия вдруг вздумает перейти ей дорогу, даже заступничество Коннери едва ли станет надежной защитой. Но сейчас у Мерсье попросту не было причин вредить. Попытка проскочить в больничное крыло уж точно не было чем-то, что могло всерьез разозлить древнюю ведьму. Плевать она хотела на глупых студенток или мальчишек, которые колошматили друг друга острыми железками у Белой Скалы.
  - Можно залечить рану быстро, - усмехнулась Мерсье. - Можно. Но короткий путь не всегда верный. Покой и травяные настойки подействуют не хуже самого могучего Дара. А еще они дадут твоему отважному рыцарю достаточно времени поразмыслить. Мальчишки, - Мерсье пожала плечами. - Если не отправить их на койку хотя бы на пару недель, они непременно найдут новый способ искалечить себя. Никто не ценит то, что дается легко.
  - Ведь вы сейчас говорите совсем не о ранах Алекса, верно? - устало выдохнула Амалия. - А о чем же?
  - Дорогуша, я просто самая обычная старуха, - Мерсье мерзко захихикала и заковыляла вниз по лестнице. - Может быть, я уже сто лет назад выжила из ума. Надо ли меня слушать? Решай сама. Я не твой Мастер, чтобы тебе указывать.
  - Какое счастье, - тихо проворчала Амалия себе под нос - так, чтобы старуха не услышала.
   Все равно на размышления сил уже не осталось. И никто - ни Ливи, ни мадам Мерсье, ни даже сам Мастер Коннери не смогли бы заставить Амалию отказаться от того, за чем она пришла. Там, за дверью больничного крыла, был Алекс. Ее Алекс.
  - Сегодня ты поздно. Коннери совсем тебя загонял, да?
  Когда Амалия приоткрыла дверь, в комнате было совсем темно, но Алекс тут же зажег волшебный огонек. Белое пламя сначала тускло замерцало и чуть не погасло, но потом все же разгорелось и медленно поднялось к потолку. Как же у Алекса еще мало сил!
  - Давай лучше я... - прошептала Амалия и тут же зажгла сразу три огонька.
  Ей вдруг стало стыдно. Похоже, Алекс уже успел уснуть, а она разбудила его. Только потому, что ей безумно хотелось его видеть. Эгоистка! Глупая маленькая эгоистка.
  - Прости, - Амалия взялась за дверную ручку. - Наверное, я пойду. Тебе надо поспать...
  - Нет уж, - Алекс приподнялся на локтях и кое-как уперся лопатками в спинку кровати. - Теперь тебе придется остаться хотя бы на пару минут.
  Что ж, у него хотя бы есть силы спорить. Уже хорошо. Амалия подошла и уселась на край кровати. Может быть, ей показалось, но со вчерашнего дня Алекс стал выглядеть еще немного лучше. Темные круги под глазами почти исчезли, а ввалившиеся щеки стремительно обретали былой вид. Наверняка мадам Мерсье как следует пичкала Алекса не только отварами из лесных трав, но и овсяной кашей с салом. Любые попытки незаметно угостить больного чем-то вроде куска пирога или парой капель эля влекли за собой немедленное изгнание из больничного крыла. Уилл до сих пор горестно вздыхал, потирая ягодицы - мадам Мерсье была не из тех, кто предупреждает дважды, а больничное крыло было царством, которым она владела безраздельно. И если бы старуха приказала есть - можно было не сомневаться: сам ректор Торвальдсен или грозный Мастер Коннери послушно бы принялись давиться овсянкой.
  - Конечно, останусь, - Амалия улыбнулась и уткнулась лбом Алексу в плечо. - Я безумно соскучилась. Ты правда на меня не сердишься?
   Она каждый раз задавала один и тот же вопрос - начиная с того самого дня, как впервые решилась навестить Алекса на больничной койке. И Алекс каждый раз только улыбался и обнимал ее - настолько крепко, насколько мог. Но рано или поздно он должен был спросить. Про все - про Дерека, про ее Дар, про занятия с Мастером Коннери. И Амалия бы ни за что не стала его обманывать. Но Алекс не спрашивал, а Амалия так и не нашла в себе сил рассказать самой.
  - Я ни капельки не сержусь, глупая, - теплая ладонь Алекса легла ей на плечо. - Ты ни в чем не виновата.
  Нет, виновата! Она, Амалия Хэмптон, не стоит и мизинчика Алекса. Он великодушный и очень смелый. А она не может даже рассказать ему всю правду. Но как заставить себя быть честной, когда Алекс рядом?! Когда можно просто протянуть руку и прикоснуться к нему? Нет, это выше ее сил.
   Амалия упрямо мотнула головой и, сбросив на пол туфли, устроилась на узкой кровати под боком у Алекса. Вот так. Теперь все хорошо, все правильно. Просто быть вместе, быть рядом, а все остальное может катиться к Дьяволу.
  - Сюда может кто-нибудь войти, - заметил Алекс.
  - Мне все равно, - Амалия потянулась к нему. - Пусть заходят.
  Сейчас репутация заботила ее меньше всего. Да и имеет ли репутация хоть какое-то значение для той, кому суждено стать темным магом? Девичья честь, непорочность? Слишком мало для того, чтобы искупить свою вину перед Алексом. Но больше у Амалии ничего не было.
  - Я люблю тебя, - одними губами прошептала Амалия. - Люблю.
   Он услышал. Они уже целовали друг друга, когда оставались наедине, но в этот раз все было иначе. Когда-то давно маленькая Ами видела, как полноводная река прорвала плотину в четырех милях вниз по течению от Вудсайд-Хаус. Вода хлынула в старое русло, ломая как спички молодые неокрепшие деревца, и в мгновение ока размолола недостроенные домики - страшное зрелище. Амалия не могла отвести глаз от вырвавшейся на свободу стихии. Разве можно себе представить что-то более пугающее и одновременно прекрасное, чем бушующие холодные волны, прокладывавшие себе путь там, где он должен быть, а не там, где того пожелали глупые люди?
   Оказывается, можно. Сейчас Амалия сама была той рекой. Горячие волны желания играючи смывали все лишнее - страх, вину, сомнения... Даже мыслям места больше не осталось. Только Алекс и его губы. И руки, настойчиво и уверенно скользнувшие под платье. Конечно же, с ним сейчас происходит то же самое - разве может быть иначе?
  - Так ведь лучше? - шепнула Амалия, опрокидывая Алекса спиной на подушки.
   И тут же сама уселась сверху. Теперь уже ничего не будет мешать... Глупый! Ну зачем же возиться со шнуровкой, если можно просто стащить это дурацкое платье через голову и вышвырнуть его на пол, где ему самое и место? Аххх... Когда ладони Алекса вдруг отпустили талию и скользнули по обнаженной коже выше, Амалия тихо застонала и запрокинула голову. Отец Всемогущий, как же это приятно! Теперь пусть только попробует прекратить делать так...
   Когда Алекс вдруг вздрогнул и опустил руки, Амалия тихо вскрикнула и готова была уже рассердиться. Пока не увидела красное пятно, расползавшееся по его рубашке.
  - Ох, Алекс... - испуганно забормотала она, снова и снова целуя побледневшее лицо. - Алекс, милый, тебе больно? Мне позвать кого-нибудь?
  - Не надо, - тихо простонал Алекс. - Умоляю тебя, не двигайся...
  Сначала ей показалось, что он закашлялся, но дело было совсем не в этом. Похоже, каждый выдох приносил ему новую боль, но Алекс все равно не мог сдержать смеха.
  - Так... бывает... - Алекс зажмурился и сжал зубы. - Глупо, да? Мадам Мерсье говорила, что мне не следует вставать, двигаться или... волноваться. А еще говорила, что и близко тебя не подпустит.
  - Все правильно, - буркнула Амалия и аккуратно сползла обратно на матрас. - От меня одни несчастья.
  - Видимо, ты и правда хочешь моей смерти, - снова прыснул Алекс. - Проклятье, мне даже смеяться больно. Просто побудь еще немного рядом со мной... только прости, думаю, мне больше не стоит тебя целовать.
  - За такое - ни за что не прощу, - Амалия оправила задравшийся подол платья и на всякий случай отодвинулась от Алекса подальше. - Тебе точно не нужна мадам Мерсье?
  - Ты мне нравишься куда больше. И ты мне нужна.
   Лежать рядом с Алексом, но бояться даже прикоснуться - вот самая настоящая пытка. Уж лучше пробежать по Звенящему Лесу хоть двадцать кругов. Или залезть в ванну с ледяной водой - тогда тело хотя бы перестанет гореть. Впрочем, тяжелый день быстро дал о себе знать, и уже через четверть часа веки Амалии отяжелели и...
  - Эй, да ты уже спишь, - Алекс мягко улыбнулся. - Не уверен, что тебе стоит ночевать здесь. Это место для больных.
  - Еще неделя занятий с Коннери, и я окажусь здесь на законных правах, - проворчала Амалия, нашаривая босыми ногами туфли. - Сейчас - спать. Только сполоснусь немного. Агнешка говорит, что после тренировок от меня пахнет, как от старой козы.
  - Наглая ложь. Ты чудесно пахнешь.
   На то, чтобы попрощаться, у них ушел еще почти целый час.
  
  * * *
  
  - Курвамать! Нет, не смей залезать в воду, я еще не насмотрелась. Повернись!
  Амалия вздохнула и послушно переступила босыми ногами по теплым плитам. Надо было идти мыться одной...
  - Курвамать, - восхищенно повторила Агнешка. - Чтобы заполучить такую задницу, нужно продать душу Дьяволу... ну, или родиться маркизой Саффолк. И это притом, что ты можешь в одиночку уплести целый земляничный пирог! Признавайся, в чем твой секрет?
  - На самом деле все довольно просто, - Амалия плюхнулась в огромный бассейн и блаженно вытянула гудящие ноги. - Пара-тройка кругов по Звенящему Лесу перед завтраком и вдвое больше - после ужина. Конечно же, если Мастеру вдруг не захочется как следует помучить тебя еще и ночью.
  - Помучить? Ночью? - Агнешка заинтересованно приподнялась, но тут же уселась обратно. - А-а-а, ты ведь совсем не о том, да?.. Беготня и упражнения, черт бы их побрал. Старик Коннери решил загонять тебя до смерти?
  - Похоже на то, - устало согласилась Амалия и окунулась в воду с головой. - Зато теперь во вторник мне можно поспать подольше и не идти на историю.
  - Адские мучения с одной стороны, - Агнешка задумчиво покачала головой. - С другой - шикарные ноги и возможность прогулять историю... Даже не знаю. Кстати, об истории, - Агнешка потянулась за своей сумкой. - Пока Коннери выжимал из тебя все соки, мне удалось разузнать кое-что интересное. Крамер теперь шарахается от меня, как от прокаженной, так что я без особых проблем смогла пролезть в библиотеку и стащить одну занятную книжку.
  - По истории, - догадалась Амалия.
  - Верно, - Агнешка довольно кивнула. - Проницательность леди Фалмут не знает границ. Мемуары придворного мага какого-то князька то ли из восточной части Остерайха, то ли из Вольных Городов - черт разберет этих Францев и Фердинандов. Разумеется, ничего такого уж интересного, - Агнешка поморщилась. - Крамер наверняка запрятал любые книги, где есть хоть пара слов о Матабере, в закрытую комнату, куда не попасть даже старшекурсникам.
  - Тогда что же тебе удалось откопать? - полюбопытствовала Амалия. - Неужели что-то о рыцаре из дневника?
  - Увы, - Агнешка развела руками. - Твой возлюбленный вояка едва ли был принцем крови или наследником герцога, а мелкую знать в годы Осенней Войны никто не считал. Нет, я нашла кое-что другое, - Агнешка протянула Амалии свернутый в трубочку пергамент. - Старейшие маги Академии настолько упорно пытаются убедить нас, что никакого Матабера и вовсе никогда не было, что я уже ни капли не сомневаюсь в том, что он действительно жил и творил свои черные дела полтора века назад. Можно вычеркнуть из любых записей имя... но всех грязных делишек не вычеркнуть. Смотри.
  - Что это? - Амалия из всех сил вглядывалась в корявый почерк соседки. - Ларс де Бриен, Патриция Локапм, Готфрид Ленц...какие-то имена, цифры... даты?
  - Годы жизни, - кивнула Агнешка. - Это список магов, умерших или пропавших без вести за два года перед Осенней Войной.
  - Марта фон Хааке, - кое-как прочитала Амалия. - Родилась в девятьсот тридцать восьмом, точная дата неизвестна, пропала без вести из своего особняка под Зальцбургом четвертого ноября тысяча двести сорок первого года... Ого, ничего себе! Вот так старушка.
  - В книжке еще был портрет, - Агнешка покачала головой. - И вот что я тебе скажу: хотела бы я сама выглядеть так же в триста с небольшим. С виду ровесница Кроу, только волосы не такие густые.
  - Высший маг?
  - И снова прямо в цель, - Агнешка несколько раз хлопнула в ладоши. - И она, и все остальные - или Высшие, или просто очень древние и могучие. Такие могут жить безумно долго, почти не старея. И вдруг почти полтора десятка умирает или исчезает за пару лет. Ты веришь в такие совпадения?
  - Их убили, - догадалась Амалия. - Точно так же, как Софи Дюбуа из Лютесса. Кто-то перебил самых сильных магов Серединных Земель тогда... и кто-то снова пытается сделать это сейчас.
  - Не кто-то, - Агнешка погрозила пальцем. - Матабер. Неудивительно, что Крамер чуть не наложил в штаны при одном упоминании этого имени. И Торвальдсен до сих пор не вернулся, хотя Кроу говорила, что его не будет всего пару недель...
  - Прекрати, - Амалия поежилась. - Не хочу даже думать об этом. Уверена, с ректором все в порядке. Кому под силу его одолеть?
  - Попробуй догадаться, - фыркнула Агнешка. - Даю подсказку: очень сильный темный маг. У тебя одна попытка.
  - Ты же сама недавно говорила, что Коннери чудо как хорош, - Амалия недовольно поморщилась. - Даже несмотря на космы и седину. А теперь снова утверждаешь, что он и есть Матабер.
  - Ну, мне всегда нравились обаятельные злодеи, - Агнешка пожала плечами. - Хотя это совершенно не относится к делу. И я вовсе не утверждаю, что твой Мастер на самом деле Владыка, едва не отправивший к Дьяволу все Серединные Земли полтора века назад. Но он единственный известный мне темный маг.
  - Но в таком случае Кроу его покрывает, - отозвалась Амалия. - Не может же она с ее Даром и опытом не заметить у себя под носом вернувшегося из ниоткуда Матабера?
  - Вот теперь ты понимаешь, насколько все серьезно, - вздохнула Агнешка. - Хвала небесам, если я ошибаюсь. Но если я права... мы никому не можем доверять! Кроме друг друга и маркизы Саффолк, которая до сих пор с тобой не разговаривает.
  - Я в это не верю, - Амалия помотала головой. - Кроу никогда бы не предала Академию и ректора!
  - Тогда почему Торвальдсен до сих пор не вернулся? - парировала Агнешка. - Для мага его мощи небольшое путешествие - пустяк, а его нет уже почти два месяца. Он либо столкнулся с чем-то, что по силам ему одному, либо...
  - Прекрати, - Амалия зажала уши руками. - Не хочу даже слышать об этом.
  - И все-таки послушай, - твердо произнесла Агнешка. - Сейчас у нас нет ничего, кроме догадок, слухов и пары строк в давно забытых книгах. И нам не к кому идти за помощью. Если я попробую сболтнуть кому-нибудь то, о чем рассказываю тебе, меня посчитают сумасшедшей...
  - Хорошо, - Амалия раздраженно брызнула на соседку мыльной водой. - И что ты предлагаешь? Вдвоем сражаться с Высшими магами?
  - Искать правду, - ответила Агнешка. - И - если получится - доказательства. Знаешь... я тоже искренне надеюсь, что Коннери и Кроу здесь не при чем. Они вдвоем посильнее всех остальных профессоров вместе взятых.
  - Старуха Мерсье тоже может быть вместе с ними, - задумчиво проговорила Амалия.
  - И даже ты, - Агнешка натянуто улыбнулась. - Ты ведь ученица Коннери и темный маг. Но, судя по тому, что ты еще не утопила меня...
  - Сейчас же перестань, - фыркнула Амалия. - Или я тебе действительно тресну.
  - Лучше прибереги силы для сегодняшней ночи, - Агнешка понизила голос. - Мы отправимся в ту самую закрытую секцию библиотеки и попробуем поискать что-нибудь о темных магах. Если повезет, откопаем где-нибудь портрет Матабера и будем спать спокойно... или не будем, если он действительно окажется стариком Коннери.
  - Спать. Проклятье, - обреченно простонала Амалия. - Я когда-нибудь высплюсь?
  - На кладбище, - усмехнулась Агнешка. - И притом очень скоро, если нас поймают. Ты готова?
  - Будто бы у меня есть выбор, - Амалия обреченно вздохнула. - Но как мы сможем пробраться в святая святых Крамера? На дверях наверняка уйма охранных заклятий.
  - На дверях, - Агнешка загадочно улыбнулась. - Но мы пойдем иным путем. Некий Бедивер Теофилус Уилсон - уверена, ты о нем наслышана - милостиво согласился помочь нам не заблудиться в подземельях замка Ринвуд.
  - Бард? - вытаращилась Амалия. - Ты снова грозилась поджарить ему пятки?
  - Ну зачем же так грубо, леди Фалмут, - Агнешка состроила невинное личико. - Я просто назначила ему встречу в полночь у главной лестницы. Короткая юбка тоже умеет творить чудеса.
  
  * * *
  
  - Невероятно. Все-таки пришел.
  - Ты проспорила мне кружку эля, - довольно отозвалась Агнешка, натягивая капюшон плаща. - Ну что, идем?
  - Нет, - Амалия ухватила соседку за рукав, - подожди немного. Мы просто обязаны на это посмотреть.
   Бард сидел на ступеньках, подстелив под себя край плаща. Похоже, он ждал уже довольно долго, и уже начал замерзать. У его ног стояла бутылка, явно прихваченная с расчетом на романтическое продолжение встречи. Какое-то время Бард просто тоскливо озирался по сторонам, но потом не выдержал и приложился к горлышку.
  - Пффф, - фыркнула Агнешка. - Так то он ожидает свою леди. Давай, Ами, лучше добраться до библиотеки до того, как господин Уилсон надерется в стельку.
  - Доброй ночи, Бедивер, - произнесла Амалия, выходя из тени. - Прекрасная погода, не правда ли?
  - Амалия? - Бард вскочил со ступенек и чуть не выронил бутылку. - Агнешка?! Но...
  - Планы меняются, милый, - проворковала Агнешка и легонько ткнула Барда кулаком в живот. - Помнится, ты хвалился, что знаешь все подземелья и тайные ходы Академии. Нам нужно попасть в закрытую секцию библиотеки.
  - Вы с ума сошли, - прошипел Бард, отступая на шаг назад. - За ту балладу Коннери заставил меня месяц мыть тарелки в "Вересковом меде"! Не знаю, что вы задумали, но я не собираюсь в этом участвовать.
  - Постой! - Амалия едва успела поймать Барда за руку. - Не уходи, выслушай меня, прошу!
  Похоже, ей удалось произнести все это достаточно жалобно и беспомощно. Бард остановился и склонил голову набок, ожидая, что она скажет дальше.
  - Нам... мне очень-очень нужно попасть в библиотеку, - продолжила Амалия. - Но я не знаю пути, а в подземельях так темно и страшно. И холодно!
  - Ну, - Бард приосанился и расправил плечи, - наверное, я мог бы отыскать проход в Дом Четырех Стихий. Или даже в саму библиотеку...
  Амалия не успела заметить, как ладонь Барда легла ей на талию. Первой мыслью было как следует врезать ему в нос, но тогда он точно не станет помогать...
  - Тогда не будем терять времени, - Агнешка решительно шагнула вперед. - Если ты сможешь провести нас в тайник Крамера, я непременно придумаю, как тебя отблагодарить. И могу обещать, что это окажется куда приятнее, чем робкие взгляды благочестивой леди Фалмут.
  - Ну разве я могу отказать двум очаровательным леди? - Бард с явным сожалением убрал руку с пояса Амалии и тут же переключился на Агнешку. - Идем. Надеюсь, вы не слишком пугливы. Катакомбы замка Ринвуд глубоки и простираются на многие мили, и про них всякое рассказывают. Вам приходилось слышать о призраках? А о големе? О, так я и думал. Позвольте поведать вам леденящую кровь историю...
  
  * * *
  
  Насчет многих миль Бард, вероятнее всего, наврал. Но спускаться пришлось действительно долго. Узкая каменная лестница, начинавшаяся за неприметной дверцей на задней части "Верескового меда" уходила все глубже и глубже и даже не собиралась заканчиваться. Амалия осторожно переставляла ноги - не хватало еще споткнуться на раскрошившихся древних ступеньках и кубарем покатиться вниз. Бард уверенно шагал в десятке футов впереди, освещая путь магическими огоньками, и без перерыва вспоминал страшные истории, связанные с подземельями замка Ринвуд. Судя по тому, что несчастная дева, разорванная на части ожившими мертвецами, оказывалась то Альмой из Минстера, то Алией из Галифакса, большую часть из историй была придумана им только что. Но рассказывать Бард умел весьма убедительно. Пару месяцев назад Амалия бы действительно испугалась, но теперь его болтовня вызывала только звон в ушах и легкое раздражение. К счастью, Агнешке роль впечатлительной девы давалась куда лучше - она исправно охала, поднося руки ко рту, подпрыгивала и раз в несколько минут исправно висла у Барда на шее. Тот все больше расцветал и, похоже, сам успел уверовать в собственную отвагу и непобедимость.
   До того самого момента, пока под его ногами не заплескалась вода.
  -Проклятье, - Бард охнул и отпрыгнул назад. - Подземелье затопило.
  Амалия спустилась еще на несколько ступенек и заглянула Агнешке через плечо. Действительно, еще несколько футов вниз - и лестница уходила в темную воду.
  - Дальше дороги нет, - вздохнул Бард. - Придется возвращаться.
  - А раньше здесь был проход? - Агнешка уперлась руками в бока. - Может быть, ты что-то напутал.
  - Нет, едва ли, - Бард растерянно запускал в темноту впереди один волшебный огонек за другим. - Я как-то забирался сюда раз или два. Здесь всегда изрядно капало сверху, но откуда взялось целое озеро?
  Амалия протиснулась между Бардом и стеной и ткнула в воду концом посоха (знала ведь, что палка пригодится!) Посох погрузился чуть меньше, чем на фут и уперся во что-то твердое.
  - Скорее лужа, - заметила Амалия. Здесь можно пробраться... если не бояться намочить ноги.
  - Проклятье, я не уверен, что это такая уж хорошая идея... - пробормотал Бард. - Будь осторожнее!
   Амалия прошла чуть дальше. Ступенек под водой больше не было - лестница закончилась и превратилась в узкий и длинный коридор, затопленный где-то по щиколотку. Холодная вода быстро промочила сапоги насквозь, и пальцы ног тут же начали неметь, но все же здесь можно было двинуться и дальше - туда, вперед, в темноту.
  - Вода, - простонала Агнешка. - Терпеть не могу холодную воду. Как хорошо, что с нами наш отважный и могучий рыцарь.
   С этими словами соседка обвила шею Барда руками и ловко запрыгнула с последней сухой ступеньки ему на спину.
  - Что ты делаешь, черт бы тебя побрал? - выругался тот. - Я из-за тебя все ноги промочил!
  - В таком случае, терять тебе уже нечего, - невозмутимо отозвалась Агнешка, устраиваясь поудобнее. - Леди Фалмут подобна стальному клинку, и не боится не темноты, ни холода, а я - хрупкое и нежное создание. Ты же не желаешь, чтобы я заболела и скончалась по твоей вине?
  - Скорее я заболею и скончаюсь, - натужно пропыхтел Бард, хватаясь руками за мокрые и грязные стены коридора. - Не хочу показаться бестактным, но кое-кому следует поменьше налегать на лимонные пирожки и эль.
  - Нет, каков нахал. Разве можно говорить подобное в обществе леди?
  Бард тихо охнул - похоже, неугомонная Агнешка изловчилась и укусила его за ухо. Амалия устало выдохнула. Эти двое что угодно могли превратить в балаган. Впрочем, их перебранка хоть немного отвлекала от замерзающих ног и неприятного запаха сырого подземелья.
   Мастера Коннери сложно было назвать добрым и чутким человеком. Иногда Амалии казалось, что он вовсе не пытается чему-то ее научить, а только изводит долгими и бессмысленными упражнениями и жестокими шутками. Даже простая беготня по Звенящему Лесу могла в любое мгновение превратиться в изощренную пытку. Куча снега, внезапно падающая на голову будто бы сама по себе, корни деревьев, вылезающие прямо под ноги на хорошо знакомой тропинке, скользкий лед, вдруг возникавший там, где его никак не могло быть - воображение Мастера не знало границ. Сколько же раз Амалия выбиралась из сугроба, кое-как оттирала снег с замерзшего лица и бежала дальше, согреваемая лишь злостью, которую она испытывала к мучителю Коннери. В конце концов она почти перестала попадаться на его уловки, будто бы наперед зная, какой сюрприз Мастер преподнесет ей в очередной раз. Какое-то неведомое чутье неизменно подсказывало, с какой стороны поджидает ловушка.
   И сейчас это чутье тоскливо подвывало где-то внутри, словно пытаясь образумить глупую девчонку, невесть зачем забравшуюся в сырое и холодное подземелье. Там, впереди, за плотной пеленой темноты, которую не мог разогнать даже магический свет, таилась опасность. Что-то куда более неприятное, чем мокрые ноги, паутина на лице или шишка на лбу.
  - Сейчас направо, - подсказал Бард. - И потом немного передохнем. Госпожа Ковальски сегодня слишком плотно поужинала... Ай-й-й!
   Неизвестно, как Бард мог запомнить все эти бесчисленные подъемы, спуски и повороты. Иногда проходы становились настолько узкими, что даже невысокая и хрупкая Амалия еле могла протиснуться в узкое отверстие в стене, но иногда стены вдруг расходились в стороны, образовывая огромные залы высотой в несколько десятков футов. Магический свет выхватывал из темноты то обломки колонн, то какие-то древние статуи, то что-то подозрительно напоминавшее гробницы, выдолбленные прямо в камне.
  - Интересно, сколько лет всему этому барахлу? - задумчиво поинтересовалась Агнешка. - Здесь можно запросто отыскать сокровище. Тогда я бы стала завидной невестой, не так ли?
  - Я никогда не был суеверен, - Бард вытер пот со лба, - но это место даже меня вгонят в дрожь. Некрополь, город мертвых. Отсюда ничего не стоит брать.
  - Ты хочешь сказать - кладбище? - Амалия поежилась. - Древнее кладбище? Прямо здесь, под Академией?
  - Некрополь, - поправил Бард. - Его построили здесь за многие века до замка Ринвуд. Думаю, во времена Старых Богов, когда Захария Светлый еще не принес в Ританию Слово Всемогущего Отца.
  - То есть, этим развалинам уже почти тысяча лет? - недоверчиво воскликнула Амалия. - Откуда ты вообще все это знаешь?
  - У странствующих поэтов свои пути и свои тайны, - Бард усадил отбрыкивающуюся Агнешку на какой-то камень. - Сделаем привал.
  - Как скажешь, - Амалия кое-как вскарабкалась на соседнюю глыбу и устроилась, положив посох на колени. - Только недолго.
   Здесь не стоило оставаться. Огромное полузатопленное кладбище глубоко под землей - не лучшее место для отдыха. Но разве могут быть опасны давно забытые могилы? Амалия прикрыла глаза и выдохнула. Здесь почти не ощущалось потоков Силы. И все же назвать Некрополь совсем безжизненным никак не получалось. Не просто сквозняк, тянувший из глубин холод и сырость. Между древних руин и камней затаилось что-то. Не живое, но и не мертвое. Не совсем мертвое. Будто бы десятки голосов тихо взывали к Дару Амалии и о чем-то просили, умоляли. Нет, слов она разобрать не могла. Пока не могла.
  - Вы слышите это? - Амалия подняла голову. - Здесь... здесь что-то есть.
  - Терпеть не могу, когда ты говоришь вот так, - прошипела Агнешка. - Обычно после этого начинается какая-то чертовщина. Здесь даже крысы не водятся - все утонули или разбежались.
   Громкий скрежет, раздавшийся после ее слов, прозвучал словно насмешка. Действительно, крыс в Некрополе не осталось. Зато осталось кое-что куда хуже. Троица молодых и глупых в поисках пути забрались слишком глубоко в чертоги мертвых. И мертвым это не понравилось. Тихий шелест чужих голосов в ушах Амалии превратился в рев.
  
  Девочка пришла... Девочка пришла... Маленькая, теплая. Зачем? Кто ты такая, чтобы тревожить наш покой? По какому праву ты здесь? На тебе Знак, но ты не одна из Хозяев... Обман, снова обман! Мы спали слишком долго, слишком крепко... Мы ведь могли забыть, что значить служить... Мы забыли... Мы не хотим подчиняться той, чья кровь горяча!
  
  Нас создали рабами. Только во сне раб освобождается от оков. Только вечность и темнота нужны немертвым - о большем мы не смеем и мечтать. Вернуться туда, где нет ни боли, ни звуков, ни света. Даже искорка живого огня выжигает наши глаза, даже шепот разрывает наш слух. И все это из-за тебя, девочка.
  
  Ты должна перестать дышать.
  
  - Бежим, - простонала Амалия, заваливаясь набок. - Быстрее...
   Словно страшный сон. Происходит что-то жуткое, ужасное, но ты ничего не можешь сделать. Нет никаких сил даже на то, чтобы подняться и сделать пару шагов. Можно только смотреть, как одна за другой отодвигаются тяжелые каменные плиты, из-за которых появляются иссушенные временем тела. Ни саванов, ни кожи - ничего. Никакая ткань не пролежит под землей тысячу лет. Лишь кости и ошметки плоти. И жалкие осколки души - вот и все, что оставила немертвым древняя магия. Но и этого было достаточно, чтобы двигаться. И убивать.
   Агнешка истошно завопила и полоснула по мертвецам пламенем из ладоней. Несколько высохших тел вспыхнули, словно факелы, и с шипением повалились в воду, но остальные шлепали между камней, протягивая руки к незваным гостям. Медленно, неуклюже - но с каждым шагом все ближе и ближе.
  - Вставай, надо уходить, - Бард потряс Амалию за плечи. - Ну же, что с тобой! Не время ложиться отдыхать!
  - Я не могу, - прошептала Амалия, зажимая руками уши. - Я слышу их. Как они кричат...
   Странно, что Бард еще не сбежал. Несколько десятков, а то и сотен восставших из могил древних были уж точно пострашнее, чем работа посудомойки или чистка оружия.
  - Попробуй подняться. Проклятье!
  Все-таки Бард умел не только дурманить девичьи головы и выпускать из пальца светящиеся искорки. Он что-то пробормотал себе под нос, и ослепительная голубая вспышка развеяла в прах почти дюжину немертвых. Но их все равно оставалось слишком много.
  - Поднимай свою тощую задницу, Ами! - рявкнула Агнешка, снова выбрасывая из ладоней огонь. - Я больше не могу!
  На этот раз ее магическое пламя оказалось совсем тусклым. Темные сухие силуэты дернулись, на мгновение замедлили шаг, но тут же снова двинулись вперед.
  - Уходите, - Амалия вжалась спиной в камень. - Спасайтесь. Им нужна только я...
  - Нам ты тоже еще пригодишься, - проворчал Бард. - Держись!
  Он глухо застонал, но все-таки кое-как вытянул Амалию из воды и взвалил на плечо. У нее не осталось сил даже на то, чтобы обхватить его за шею.
  - Вот так, - измученно прохрипел Бард. - А теперь пойдем отсюда.
  Каждый шаг давался ему с явным трудом, но он все же упрямо тащился вперед, пошатывался, бился коленями о выступающие из воды камни, но не выпускал свою ношу из рук.
   Через несколько минут голоса немертвых, ревущие у Амалии в голове, стали чуть тише. Теперь она могла хотя бы немного помогать Барду, кое-как самостоятельно переставляя ноги. Что угодно, лишь бы поскорее убраться подальше от Некрополя и перестать слышать крики и плачь.
  - Что это было, черт бы тебя побрал? - прохрипела Агнешка, приваливаясь спиной к стене. - Куда ты нас завел? Чуть не сожрали...
  - Такого не должно было случиться, - Бард обхватил себя руками за плечи. - Мертвые поднимаются. Значит, дело совсем плохо...
  - Что ты хочешь этим сказать? - Амалия отобрала у Агнешки свой посох. - Что плохо?
  - Все, - огрызнулся Бард. - Я думал, это просто страшные сказки для детей. Но в старых легендах подобное уже встречалось. Мертвые никогда не поднимаются просто так. Они чувствуют. Должно произойти что-то по-настоящему плохое. Болезни. Война. Смерть.
   Амалия подняла голову и поймала предостерегающий взгляд Агнешки. Разумеется, соседка подумала о том же самом: немертвых могло разбудить и возвращение Матабера. Но не стоило говорить об этом в присутствии Барда - даже после того, как он спас Амалии жизнь.
  - Надо двигаться дальше, - Агнешка тяжело вздохнула. - Обратно я не сунусь ни за что на свете. Хотя бы найти выход отсюда, если уж нам не попасть в эту чертову библиотеку.
  - Библиотека совсем рядом, - Бард поднял магический свет повыше. - Если я не ошибаюсь, еще два поворота направо.
   Двигаться стало проще. После пережитого ужаса промокшее насквозь платье и холодная вода, доходившая почти до колена, казались сущими пустяками. Амалия шагала первой, ощупывая дорогу концом посоха. Какая бы опасность не ждала впереди, она едва ли могла бы сравниться с голосами немертвых, звучащими в голове. Похоже, ни Бард, ни Агнешка их не слышали. Но почему древние, пробужденные темной магией, звали именно Амалию? О каком Знаке они говорили? Загадки, снова загадки... Слишком много смертоносных тайн для шестнадцатилетней девушки. Лучше всего будет просто завалить катакомбы под Академией, чтобы больше никто и никогда не разбудил немертвых.
  - Проклятье! - испуганно вскрикнула Агнешка где-то за спиной. - И здесь они. Я думала, мы уже убрались из Некрополя.
  - Похоже, мы здесь не первые, - Бард посветил ей под ноги. - Или мертвецы восставали и раньше. И кто-то не давал им пройти здесь.
  - Или что-то, - пробормотала Агнешка. - Беднягу просто размололи.
  Иссохшийся труп древнего полулежал в воде, прислонившись спиной к стене коридора. Можно было бы подумать, что немертвый просто присел отдохнуть... несколько сотен лет назад. Неизвестно, что заставило его покинуть Некрополь - но в этом месте он остался уж точно не по своей воле.
   У немертвого практически отсутствовала голова. На ее месте на лоскутах плоти висело нечто плоское, торчащее во все стороны острыми осколками черепа. Подобный эффект мог бы вызвать разве что удар кузнечного молота. Вернее, двух молотов - с разных сторон.
  - Отец Всемогущий, - Бард покачал головой. - Ну и силища. Не хотел бы я повстречаться с тем...
   Сначала Амалии показалось, что к ним приближается конный отряд. Стены коридора вздрогнули, а по воде пошла рябь. Но откуда здесь, глубоко под землей могли взяться рыцари? Нет, со стороны библиотеки приближалось что-то совсем другое. Огромное, неторопливое и могучее.
  - Голем, - прошептала Агнешка, поднимая дрожащую руку. - Идет сюда...
  Похоже, создатель чудовища не слишком-то задумывался о красоте своего детища. В ход шло все подряд - камень, глина, грязь - что угодно. Из-за широких плеч голем двигался по коридору почти боком, с трудом протискивая огромное тело через узкий проход. Короткие и толстые, похожие на столбики ноги почти полностью утопали в воде, зато руки были такие длинные, что он без труда мог опираться при ходьбе еще и на них. Правая чуть ли не вдвое толще левой - голема явно лепили наспех. Даже глаз нет - да и к чему они чудовищу, которое было сотворено лишь для того, чтобы в вечной темноте подземелья охранять проход и крушить любое существо, которое выползет из глубин Некрополя. И совершенно неважно, будет ли то крыса, оживший мертвец или троица студентов, невесть зачем забравшихся в катакомбы.
  - Я ничего не смогу ему сделать, - всхлипнула Агнешка. - Големы не боятся огня.
  - Они вообще почти ничего не боятся, - Бард потянул Амалию за рукав. - Бежим. В коридорах ему нас не догнать.
  - Ну уж нет, - Амалия тряхнула головой. - Обратно в Некрополь я не сунусь.
  Что угодно, только не немертвые. От их криков можно сойти с ума. Возможно, Бард и Агнешка смогут прорваться через обитель восставших, но она, Амалия, останется там навсегда. Или будет разорвана на части безмозглым чудовищем из грязи и дерьма. Достойный финал для дочери Оливера Хэмптона и ученицы самого могучего боевого мага во всей Ритании.
   Амалия поудобнее перехватила посох. Простая палка из простого, хоть и крепкого и надежного дерева. Можно ли представить себе что-то более нелепое для драки с големом весом в добрую тысячу фунтов? Но Мастер всегда говорил - куда важнее оружия рука, которая его держит. Что бы сделал сам Коннери, окажись он на месте Амалии? Ему бы уж точно не понадобился меч или посох. Даже крупицы могущества Мастера хватило бы, чтобы развеять голема в прах. Там, в Некрополе, голоса немертвых едва не задушили Дар Амалии, но здесь он вновь ожил и привычно потянулся сквозь толщу земли и камней замка Ринвуд к Дару Мастера. Коннери наверняка почувствует, что Амалия в опасности. И придет на помощь. Амалия почти слышала его голос - далекий, мрачный и насмешливый. Что такое какой-то убогий грязевой голем для настоящего темного мага? Пустяк, игрушка, даже не комнатная собачонка - муха. Маленькая, слабая и надоедливая. Достойная только презрения. И смерти - за то, что осмелилась встать на пути.
  - Проваливай, - приказала Амалия. - Проваливай, или я тебя уничтожу.
   Если бы на месте голема стояло живое существо, оно бы наверняка почувствовало, как посох Амалии наливается тягучей и недоброй Силой, оплетающий слабое дерево и придающей ему крепость стали. Но голем не умел бояться - только делать то, что приказал ему создатель. Уродливая нескладная фигура, лишь отдаленно напоминавшая человеческую, на мгновение замерла и снова двинулась вперед, скрежеща по стенам и потолку коридора и вытягивая вперед огромные ручищи. Амалия скользнула вперед и ударила. Даже холодная вода по колено и вес посоха почти не стесняли движений - на занятиях с Мастером бывало и похуже. Голем неуклюже отмахивался, грохоча по стенам кулаками, но никак не мог зацепить свою крохотную противницу.
  - Осторожнее! - в один голос закричали Бард с Агнешкой.
  О, это Амалия умела хорошо. Быть осторожнее. Во время учебных схваток Мастер не жалел коварных выпадов или бесчестных приемов. Амалия никогда не успевала следить за обеими его руками одновременно, но сейчас, с неповоротливым големом ей почти не приходилось напрягаться. Самое главное - не терять голову. Шаг назад - уклон - шаг вперед - удар. И снова - столько раз, сколько потребуется. Посох Амалии раз за разом достигал цели, разбрасывая ошметки глины и откалывая от голема целые куски камня. Но куда важнее было совсем не это - с каждым удачным выпадом гиганта покидала Сила, вложенная создателем. Он мог бы выдержать десять, двадцать, сто ударов и продолжать сражаться, даже лишившись половины конечностей, но заряд чужой магии неумолимо иссякал, превращая голема обратно в то, чем он и должен был быть - просто уродливой кучей камней и грязи. Амалия едва успела отпрыгнуть, когда он рассыпался на части.
  - Леди Фалмут! - радостно завопила Агнешка, подхватывая Амалию под локти. - Как же я тебя обожаю! Бард, ты это видел?!
  - Вне всякого сомнения, - Бард оправил полы кафтана. - Мы победили...
  Мы?! - рявкнула Агнешка и вцепилась ногтями Барду в ухо. - МЫ победили, маленький ты врунишка?! Вот ведь странное дело - мне почему-то показалось, что пока отважная валькирия сражалась с чудовищем, Бедивер Теофилус Уилсон прятался в тени и вытряхивал из грязных штанишек...
  - Каждый внес свою лепту, - захныкал Бард, безуспешно пытаясь освободиться. - Стоило ли...
  - Помолчите, оба, - устало выдохнула Амалия. - Библиотека должна быть уже совсем близко, а вы вопите, как умалишенные.
  - Ладно, - Агнешка выпустила Барда из своей хватки. - Надо признать, господин Уилсон сегодня не так уж и бесполезен. Ну же, показывай проход.
  Бард молча кивнул и двинулся вперед. Через несколько десятков футов коридор начал стремительно уходить вверх и превратился в довольно широкую лестницу.
  - Здесь тупик, - заметила Агнешка, подсветив путь. - Ничего нет.
  - Не стоит оскорблять меня еще и недоверием, госпожа Ковальски, - проворчал Бард, касаясь рукой камней перед собой. - Добро пожаловать в закрытую секцию библиотеки.
   Раздался негромкий щелчок, и часть стены с тихим скрежетом отъехала в сторону. Амалия осторожно шагнула в образовавшийся проем. В отличие от великолепного основного зала библиотеки, тайник Крамера оказался довольно скромным и небольшим помещением. Здесь помещался едва ли десяток полок с книгами, несколько запертых на висячие шкафов и тяжелый стол из темного дерева, принадлежавший, по-видимому, самому владыке библиотеки. На двери и единственном узком зарешеченном окне тускло мерцали охранные заклятья, но внутри Крамер ничего подобного не оставил.
  - Здесь сотни, если не тысячи книг, - Агнешка деловито прошлась между полками. - Не будем терять времени!
  - Ага... - рассеяно отозвалась Амалия.
  Ее взгляд приковала к себе всего одна книга. Увесистый фолиант с золотым тиснением на корешке лежал на самом краю стола Крамера. "Хроники Серединных Земель". Тот самый четвертый том, который пропал из библиотеки в тот день, когда Амалия видела в большом зале черное чудовище!
  - Проклятье! - Бард отпрянул от двери. - Сюда кто-то идет!
  - Прячься, Ами! - Агнешка ухватила Амалию за рукав и утянула за полку.
   В то самое мгновение, как дверь со скрипом распахнулась.
  - Вот! - раздался испуганный голос. - Подземный ход открыт! Я же говорил - кто-то прошел через катакомбы! Мой... мое охранное заклятие сработало!
  - Ваш голем, Алистер. Называйте вещи своими именами.
  Коннери неторопливо прошел между полками следом за Крамером. Амалия осторожно приподняла голову. При тусклом свете волшебного огонька она могла разглядеть только силуэты. Один - маленький, взъерошенный, непрерывно дергающийся, словно тень от пламени свечи. И второй - огромный, косматый и неподвижный.
  - Откуда вам известно? - прошипел Крамер. - Кто...
  - Я защищаю замок Ринвуд, - Коннери чуть склонил голову. - Это моя работа. Как по-вашему, могу ли я не знать, что один из профессоров создал и выпустил в катакомбы безмозглого монстра-охранника? Чего вы так боитесь, Алистер? Крыс?
  - Не делайте вид, что не понимаете, Грегор, - злобно отозвался Крамер. - Некрополь! Я уже не раз слышал шум из глубин!
  - Да, - кивнул Коннери, - драугры начинают пробуждаться.
  - И мы оба прекрасно знаем, что это значит! - истерично взвизгнул Крамер. - Я... я должен бежать. Я поговорю с госпожой Кроу! Она должна понять...
  - Не будьте болваном, Алистер, - Коннери сложил руки на груди. - Сейчас Академия - самое безопасное место в Ритании. Здесь вы под надежной защитой.
  - Вы хотите сказать - под вашей защитой? - Крамер захихикал, мелко тряся головой. - Под защитой темного мага? Нет, я не могу доверять вам. Вы же слышите этот зов! Разве можно противиться тому, что так глубоко внутри вас, профессор? Противиться самой вашей природе?
  - Позвольте мне самому разобраться с моей природой, Алистер.
  Коннери едва возвысил голос, но Крамер тут же сник, еще больше согнувшись под его взглядом. Потом до ушей Амалии донеслись тихие рыдания.
  - Кто я такой, чтобы спорить с вами? - прохныкал Крамер. - Если вы пожелаете, я не выйду живым даже из этой комнаты.
  - Перестаньте молоть чепуху, - загремел Коннери. - Вы собираетесь шарахаться от любой тени? Кто, по-вашему, открыл потайной ход и уничтожил голема? Безмозглые ходячие трупы?
  - Нет, - Крамер обхватил голову руками. - Подобное не под силу драуграм! Но другие слуги тьмы... Эта ваша девочка, Амалия, и другие... ходят, вынюхивают! Они спрашивали меня о...
  - Что? Я не ослышался? - Коннери запрокинул голову и расхохотался так громко, что задрожали стены. - Вы боитесь маленьких девочек? Или считаете, что парочка нерадивых студентов может справиться с големом?
   С этими словами Коннери вдруг повернулся в сторону полки, за которой прятались Амалия с Агнешкой, и сверкнул зелеными глазищами. Неужели заметил?! Но разглядеть в такой темноте двух затаившихся студенток... Или Мастер с самого начала знал, что они здесь? Амалия нервно сглотнула и на всякий случай присела еще ниже. Коннери вновь вернулся к беседе с Крамером и больше не смотрел в их сторону. Может быть, просто показалось? Но нет - Агнешка тоже дрожала, как осиновый лист, и прижималась к боку Амалии. Если Коннери узнает, зачем они здесь... Нет, об этом даже думать не хотелось!
  - Кто знает, кто знает... Не любой взрослый маг способен развеять голема. Но слуги Тьмы многочисленны, и их сила велика... - Крамер вдруг бухнулся на колени и горячо зашептал. - Умоляю вас, Грегор, позвольте мне уехать! Вы должны меня понять...
  - Нет, это вы должны меня понять, Алистер! - рявкнул Коннери, поднимая Крамера обратно на ноги. - Что подумают студенты, если профессоры начнут разбегаться? Поднимется паника, и тогда нас просто раздавят! Мы должны защитить юных магов, чего бы нам это не стоило. Поэтому вы никуда не поедете, Алистер. Возьмите себя в руки!
  - Взять себя в руки... - пробормотал Крамер. - Да, взять себя в руки. Верно...
  - Верно, - Коннери заговорил тише. - Отдохните несколько дней. Как следует поспите, напейтесь, если хотите... сходите к девочкам, в конце концов. Но к следующей неделе вы нужны мне и профессору Кроу в здравом рассудке.
  - Вы правы, друг мой, вы правы, - Крамер несколько раз глубоко вздохнул. - Прошу простить меня за мои слова. Но я же не такой, как вы, Грегор, я не воин. Удивительно ли, что меня страшит неизбежное грядущее?.. Будет война, да? Снова?
  - Будет, - коротко ответил Коннери и шагнул к подземному ходу. - Но стоит ли бояться? Встряска пойдет вам на пользу, Алистер. Жизнь без хорошей драки становится невыносимо скучной.
  - Куда вы? - Крамер засеменил следом за Коннери.
  - Вниз, - отозвался тот. - Думаю, мне стоит наведаться в катакомбы и запечатать Некрополь. Это удержит драугров... на какое-то время. Будет нехорошо, если они доберутся до кого-нибудь из студентов.
  - Вы отважный человек, Грегор, - Крамер немного потоптался на месте и тоже шагнул в темноту. - Позвольте мне пойти с вами... Признаться, я просто боюсь оставаться один.
  - Буду признателен, - голос Коннери отразился от стен подземелья. - Соваться к драуграм в одиночку - не лучшая затея.
  - Грегор... - Крамер на мгновение замялся. - Позвольте мне задать вам еще один вопрос. Этот Некрополь... неужели те, кто строил замок Ринвуд, не знали? Неужели Персиваль Сеймур не знал, что Академия обретет свой дом на месте древнего могильника?
  - Сомневаюсь. Не стоит недооценивать предков, они во многом были куда мудрее нас с вами, Алистер, - Коннери спускался по ступеням вниз, и его голос уже едва доносился до библиотеки. - Кто знает, может быть, Сеймур как раз и рассчитывал, что если драугры пробудятся, поблизости окажется парочка толковых магов...
  - Нам тоже пора, - Бард неслышно скользнул в укрытие Амалии и Агнешки. - Кажется, они не оставили охранных чар на двери. Идем.
  
  * * *
  
  - Отец Всемогущий, - Агнешка подставила лицо морозному ночному ветру. - Что может быть лучше свежего воздуха и неба?
  - Да уж, - охотно согласилась Амалия. - Я думала, мы никогда не выберемся из этих чертовых подземелий. Мне срочно нужна горячая ванна... и, желательно, сон до обеда.
  - И все зря, - Агнешка сокрушенно вздохнула. - Мы так ничего и не нашли. А теперь Крамер точно удвоит бдительность и заселит големами все подземелье.
  - Не совсем, - улыбнулась Амалия, распахивая сумку. - Кое-что я успела утащить.
  - "Хроники Серединных Земель"! - радостно взвизгнула Агнешка. - Тот самый четвертый том! Ну же, открывай быстрее!
   Амалия уже вовсю листала древние пожелтевшие страницы, не обращая внимания ни на смертельную усталость, ни на холод, сковывающий льдом мокрое платье и волосы. Что же здесь?.. Ага! Оглавление. Первая часть - "История княжества Вышеградского". Не то! Вторая - "Краткие жизнеописания темных магов. Ромуланская Империя - Новое Время". Есть!
  - Дай мне! - Агнешка нетерпеливо дернула книгу. - Вот оно... Кажется, они тут в алфавитном порядке. Буква Д... Дальше! К... Л...О... Вот! М! Мааран Темная Вода, Маркуш Ленски... Маттиас фон Зорн... Маури-Скрипач...
  - Ты, наверное, пропустила, - Амалия пролистнула несколько страниц назад. - Матабер точно должен быть до Маури-Скрипача!
  - Да... - растерянно пробормотала Агнешка. - Между Маркушем Ленски и Маттиасом фон Зорном... Но его нет. Может быть, мы правда ошиблись? Или его звали по-другому?..
  - Нет! - Амалия зажгла магический огонек поярче. - Посмотри!
   Почти незаметный след между Маркушем Ленски и Маттиасом фон Зорном. Несколько крохотных клочков почти у самого переплета. Кто-то старался уничтожить все следы - но сделал это недостаточно аккуратно.
  - Страница вырвана! - Агнешка топнула ногой. - Там точно было написано про Матабера!
  - И что мы будем делать теперь? - Амалия захлопнула книгу и убрала ее обратно в сумку. - Пытать Крамера каленым железом?
  - Вот что я тебе скажу, леди Фалмут, - Агнешка натянула на голову капюшон. - После всего, что с нами сегодня было, я хочу только догнать Бедивера Теофилуса Уилсона, взять его за... в общем, взять, отвести на конюшню и выполнить то, что я ему обещала перед тем, как мы полезли в этот чертов Некрополь.
  - О-о-о, - Амалия прыснула. - У тебя серьезные планы. Ну... в конце концов, без него мы обе вряд ли бы сбежали от... как их называл Коннери - драугры?
  - И это тоже, - кивнула Агнешка. - Я вдруг поняла, что со всеми этими играми в Тайную Службу Ее Величества мы можем не дожить до завтрашнего обеда. И мне, черт возьми, хочется взять с собой в чертоги Всеотца побольше приятных воспоминаний. Ну что, будешь меня осуждать? - Агнешка уперлась руками в бока. - Давай, мне плевать.
  - Нет, - Амалия покачала головой. - Не буду. Признаться, я тебе искренне завидую.
  - О да, детка, ты делаешь успехи, - рассмеялась Агнешка. - Твой возлюбленный зануда Монтгомери едва ли сейчас годится на что-то... Но вот что я тебе скажу: через полчаса старик Коннери вылезет из подземелья и наверняка захочет забраться в теплую ванну. Думаю, он не будет возражать, если ты составишь ему компа... А-а-аййй! Прекрати щипаться, леди Фалмут, у тебя железные пальцы! Все-все, я уже ухожу!
  
  * * *
  
  Не успела тяжелая дубовая дверь захлопнуться за Амалией, как ее тут же окружили однокурсники.
  - Ну как?
  - Все хорошо, да?
  - Олбани не слишком свирепствует?
  - Высший балл, - Амалия рассмеялась. - Хватит с меня экзаменов.
  История была последним предметом, которые нужно было сдать перед праздником Рождения Солнца. Впереди почти целый месяц свободы... Ну, если не считать ежедневных занятий с Мастером Коннери - он вряд ли разрешит своей ученице прохлаждаться без физических упражнений и фехтования. Но даже многочасовая муштра не могла испортить Амалии настроение. До самого конца января никаких книг и тетрадей! И Алекс наверняка уже скоро сможет подняться на ноги. Даже о страшных тайнах думать совсем не хотелось. "Хроники Серединных Земель" давно были прочитаны вдоль и поперек - и, разумеется, ни слова о Матабере. Иногда Амалия даже начинала думать, что его действительно придумали для того, чтобы пугать непослушных детей. Но о ком тогда писал рыцарь в своем дневнике?.. О Мастере Коннери? Что ж, Мастера сложно было назвать добрым и приятным человеком. Порой - особенно после занятий, заканчивавшихся большим количеством синяков и ссадин - ей казалось, что она искренне его ненавидит. Но страха - страха уже не осталось. Косматый седой старик, неторопливо хромающий по лесу и ворчащий свои любимые "медленно" и "плохо" мог быть каким угодно. Вредным, недобрым, мрачным, надоедливым, жестким и даже жестоким - но только не страшным... конечно же, если не смотреть на него Истинным Зрением. Он не мог не знать о поисках Амалии и Агнешки - и не пытался ничего предпринять. Даже словом не обмолвился. Так уверен в своих силах? Или Агнешка все же ошиблась?..
  - Вот и ты, наконец, - соседка бесцеремонно растолкала первокурсников и крепко стиснула Амалию в объятиях. - А я к тебе не просто так, милая. Ты даже представить не можешь, кто пожаловал к нам в гости!
  - Ректор Торвальдсен вернулся?..
  - Еще лучше! - Агнешка нетерпеливо потянула Амалию за руку. - Пойдем домой, сама увидишь!
  
  * * *
  
  - Папа...
  Амалия так и застыла в дверях своей комнаты. Отец устроился на ее кровати. Похоже, он сидел так уже давно - чемодан отставлен в сторону, а зимний плащ аккуратно повешен на спинку стула. Старый, темно-синий, с воротником из облезлого волчьего меха. Отец давно собирался выбросить его и заказать новый. Так и не заказал.
  - Все, я оставляю счастливое семейство, - шепнула Агнешка, прикрывая за собой дверь. - Пойду раздобуду себе эля.
  - Папа...
  Все, больше никаких слов не осталось. В носу защипало, и Амалия одним прыжком преодолела половину комнаты и бросилась отцу на шею. Папа, милый папа! Очки в помутневшей от времени серебряной оправе, родные темные глаза - такие же, как и у самой Амалии. Волосы цвета лежалой осенней листвы, слегка припорошенной сединой, словно первым снегом. Совсем не изменился! Впрочем, с того дня, как он привез Амалию в Академию, прошло всего четыре месяца. А кажется - будто бы целая вечность...
  - Ну же, что с тобой, малышка? - отец аккуратно погладил Амалию по спине. - Ты плачешь?
  - Я сама не понимала, как соскучилась, - Амалия всхлипнула и уткнулась лицом отцу в грудь. - Думала, вы никогда больше ко мне не приедете! А мама?..
  - Увы, малышка, - вздохнул отец. - Маме пришлось остаться. Но она уже ждет нас обоих. Ты же не против встретить Рождение Солнца дома, в Вудсайд-Хаус?
  - Не против?! - Амалия едва не задохнулась. - Я даже мечтать об этом не могла! Если профессор Кроу не будет возражать...
  - Я уже поговорил с ней утром, - отец широко улыбнулся. - Она думает, неделя-другая дома пойдет тебе только на пользу.
  - Папа! - Амалия едва не задушила отца в объятиях. - Папочка, ты чудо! А... а можно мне взять с собой мою подругу? Агнешку! Ты ее уже видел! Она все равно собиралась остаться здесь, в Академии...
  - Ты, верно, говоришь о той громогласной юной особе с волосами, похожими на огонь? - рассмеялся отец. - Мама точно упадет в обморок от ее манер... Но попробовать стоит!
  Амалия радостно вскрикнула и снова принялась сжимать отца так сильно, что у того затрещали кости. А потом вскочила на ноги, и принялась метаться по комнате, как умалишенная. Каждая минута промедления делает короче срок, который можно провести в родном Вудсайд-Хаус - а ведь еще столько всего нужно сделать! Догнать Агнешку и сказать, чтобы собиралась. Навестить Алекса и попросить прощения за скорый отъезд - он ведь не обидится? Всего пара недель, не больше - как раз, чтобы вернуться к концу каникул. Они еще успеют нагуляться перед тем, как занятия снова начнутся, Алекс как раз успеет совсем поправиться! И самое главное - никакой муштры по ночам и бесконечной беготни по сугробам! Так-то, Мастер Коннери!
  - Куда ты? - удивился отец. - Посиди со мной еще немного!
  - Я скоро вернусь! - прокричала Амалия, на ходу затягивая завязки плаща. - Мне надо в Дозорную Башню... Ненадолго!
   Так быстро она не бегала даже на тренировках. Из жилого корпуса, через площадь, к Дому Четырех Стихий, вверх по лестнице, в арку к Дозорной Башне и снова вверх, вверх, вверх - к жилищу Мастера Коннери. Сердце бешено колошматилось, пот со лба уже заливал глаза - Амалия едва видела дорогу и только чудом не переломала ноги на винтовой лестнице, прыгая через две ступеньки. Плевать! Через каких-то пару часов она уже будет ехать домой, к маме, вместе с Агнешкой и отцом! Сколько всего надо будет рассказать папе! Но это можно сделать и в дороге, а потом показать Агнешке Вудсайд-Хаус. Все - конюшню, сад, библиотеку, старую комнату Амалии... И непременно тайком заглянуть на кухню и выпросить у Нянюшки Энн несколько кусков ее пирога - не хуже, чем у Берты в "Вересковом меде". А может быть даже и лучше! А потом отправиться в Эйлсбери и пройтись по родным заснеженным улочкам, грея пальцы о кружки с горячим вином и заглядывая в каждую лавку на площади! И еще...
  - Мастер Коннери, - выпалила Амалия, рывком распахивая дверь. - Мастер Коннери, я должна сообщить вам, что...
  - Сядь, - коротко бросил Мастер, указывая на свободный стул. - Представления не имею, что за дело привело тебя сюда, но оно определенно может потерпеть еще несколько минут. Для начала переведи дух.
  Мастер неторопливо окунул перо в чернильницу и снова принялся писать. В его комнате было прохладно, но он забросил плащ и куртку на кровать и остался в тонкой бесцветной рубахе - значит, сел работать надолго. В такие моменты его едва ли стоило беспокоить, но Амалия не могла больше ждать! Одно лишь созерцание Мастера за столом выводило ее из себя. Огромный, седой, как серая скала или лед, почти неподвижный - только рука неспешно выводит букву за буквой на листе бумаги. Иногда Амалия даже удивлялась, как Мастер вообще может писать - настолько странно и нелепо смотрелось гусиное перо в пальцах, привыкших к рукояти полуторного меча. Да и почерк получался под стать - неровный, угловатый, будто бы даже сами буквы побаивались Мастера и торопились разбежаться во все стороны. Наверное, именно поэтому он всегда писал так медленно. Слишком медленно!
  - Мастер Коннери, - снова начала Амалия. - Мне очень жаль, но я не смогу заниматься с вами несколько недель. Мой отец приехал, чтобы забрать меня домой на каникулы. Я вернусь после Рождения Солнца. Нам нужно отправляться как можно скорее!
  - Вот как? - Мастер продолжал писать - только брови немного приподнялись, и все. - В таком случае, на твоем месте я бы не стал терять времени. Напиши письмо матери... и другим родственникам, если у тебя вдруг возникнет такое желание.
  - Зачем? - непонимающе пробормотала Амалия. - Я ведь смогу и сама...
  - Нет, не сможешь, - Мастер осторожно подул на бумагу, чтобы поскорее высушить чернила. - Потому что ты никуда не едешь.
  - Что вы имеете в ви...
  - Я разве сказал что-то непонятное? - Мастер поднял глаза и посмотрел прямо на Амалию. - Ты останешься здесь, в Академии. Теперь, когда все экзамены позади, ты сможешь тренироваться нормально - хотя бы пару недель. Мне будет очень стыдно, если ты и весной будешь держать меч, как вязальную спицу. А пока все идет именно к этому - так что нам стоит как следует поработать на каникулах.
  - Нет, вы не можете, - губы Амалии задрожали. - Отец уже говорил с профессором Кроу, она разрешила...
  - В этих стенах только один человек может тебе что-то разрешать или не разрешать, - Мастер перевернул лист бумаги и снова взялся за перо. - И это не профессор Кроу. Ты никуда не едешь. И не заставляй меня повторять в третий раз.
  - Любой студент Академии имеет право уехать на каникулы, - Амалия изо всех сил пыталась сдержать слезы, рвущиеся наружу. - Я знаю правила! Все могут уехать!
  - Я твой Мастер, - отрезал Коннери. - Мне плевать на правила Академии. Даже если тебя отчислят, даже если сама Королева потребует отпустить тебя - ты останешься.
  - Это нигде не написано! - закричала Амалия, вскакивая со стула. - Я все равно уеду!
  - Попробуй, - Коннери пожал плечами. - В одном ты права: древний Кодекс, в котором говорится о Мастере и его учениках, действительно нигде не написан. Он появился еще в те времена, когда писать умели очень немногие... Или даже еще раньше. Кстати, там есть и о наказаниях за непослушание. В том числе и телесных.
  Телесных?! Конечно, Амалии не раз доставалось от Мастера на занятиях - она уже перестала считать синяки, которые оставляли тренировочные мечи. Но это совершенно другое! Нет, конечно же, он не посмеет поднять руку на леди. И уж тем более не станет пороть ее розгами... Ведь не станет?
  - Вы не имеете права, господин Коннери, - Амалия попыталась произнести эти слова, как истинная леди. (Вот только истинные леди едва ли хлюпают носом, пытаясь выглядеть холодными и величественными). - Я попрошу защиты у...
  - Как тебе будет угодно, - похоже, угрозы только развеселили Мастера. - Возможно, поблизости даже найдется кретин, который вызовет меня на поединок.
  Поединок? Если бы не слезы, Амалии впору было бы рассмеяться. Кто осмелиться драться с темным магом, двухсотлетним ветераном, который всю свою жизнь только и делал, что отправлял людей на тот свет? Никто. Никто не сможет защитить Амалию. Она не просто ученица Мастера - она полностью принадлежит ему. Как собака или лошадь. Как вещь. Нет, даже не так! К вещам - вроде мечей - Мастер всегда относился с уважением. А Амалия для него лишь игрушка - бесполезная, глупая и несуразная, которую совсем не жалко сломать или выбросить, когда надоест!
  - Я вас ненавижу! - прошептала она, оттирая слезы. - Ненавижу!
   Тяжелый медный подсвечник вдруг подпрыгнул на столе, роняя на истертое дерево капли воска, и устремился к голове Мастера. Нет! Она не хотела!..
  - Пять дополнительных кругов сегодня вечером. - Мастер не перестал писать, даже не отвел глаз от бумаги. Его левая рука перехватила подсвечник в паре дюймов от виска и поставила на прежнее место. - Еще одна подобная выходка - и их станет десять.
  - Мастер... - всхлипнула Амалия. - Мастер, прошу вас! Я так давно не видела маму...
  Внутри что-то надломилось. Даже сил злиться уже не осталось. Мастер Коннери растоптал ее - легко, походя, даже не отвлекаясь от своего дурацкого листка бумаги. О, ему, наверное, так нравилось чувствовать себя всемогущим! Он ведь наверняка этого и добивался - чтобы она умоляла. Чтобы ползала на коленях! Нет! Не дождется! Леди Фалмут сохранит остатки достоинства - пусть даже это будет стоить ей мучительной боли. Вудсайд-Хаус, мама, заснеженные узкие улочки Эйлсбери - сладкий сон растаял. Мастер отобрал самый бесценный подарок, который только можно было придумать.
  - Будьте вы прокляты, Мастер, - прошептала Амалия, поднимаясь со стула. - Будьте прокляты.
  - Я уже и так проклят с того самого дня, как появился на свет, - Коннери усмехнулся и отложил перо. - И ты тоже. Ступай. Мне нужно закончить письмо.
  - Как вам будет угодно.
   Путь обратно в комнату двадцать четыре показался бесконечно долгим. Амалия устало ковыляла по лестницам и улочкам Академии, то и дело натыкаясь на спешивших куда-то студентов, здоровалась с кем-то и невпопад отвечала на вопросы. Как экзамены? Отлично. Где ты собираешься встречать Рождение Солнца? В Звенящем Лесу с профессором Коннери. Да, он мой любовник, можешь рассказать всем. Почему ты плачешь? Убирайся к черту.
   Отец ничего не спросил - ему достаточно было взглянуть на опухшие от слез глаза. Папа всегда понимал свою девочку без слов. Он просто молча сел рядом и накинул Амалии на плечи одеяло. А она свернулась клубочком у него на коленях. Совсем как в детстве. Совсем как дома... Прежде, чем отец заговорил, прошло почти полчаса блаженного молчания, в котором постепенно затихали рыдания Амалии.
  - Ты... ты напишешь маме? Думаю, она будет рада.
  - Он не отпустил меня, - выдохнула Амалия. - Просто не отпустил. Мой Мастер...
  - Профессор Грегор Коннери, - закончил за не нее отец. - Последний из темных магов. Профессор Кроу все мне рассказала.
  - Неужели ничего нельзя сделать, папа? - умоляюще прошептала Амалия. - Меня просто отдали ему. Теперь я его собственность!
  - Не говори так, малышка, - отец провел ладонью по волосам Амалии. - Обрести не просто учителя или профессора, а Мастера - великая честь. На моей памяти никто из магов не обращался к древнему Кодексу. Ты особенная девочка - раз уж сам Грегор Коннери... О нем всякое говорят, но для Дара, подобного твоему, лучшего учителя не найти.
  - Ты знал?! - Амалия вскочила. - Поэтому отправил меня сюда? Чтобы я попала в лапы к Коннери?
  - Дар Изначальной Тьмы, - отец опустил глаза. - Что я еще мог сделать? Я верю в Грегора Коннери, Ами, но еще больше я верю в тебя. Ты изменилась. Всего несколько месяцев, а ты уже совсем другая. Сильная, взрослая. Твой Дар расцветает, малышка...
  - Не называй меня так!!! - Амалия сжала кулаки. - Больше никогда!
   Отец знал все с самого начала! Да разве могло быть иначе? Оливер Хэмптон, блестящий ученый, один из самых могучих умов Ритании, а то и всего мира. Разве мог он ошибиться или не предусмотреть чего-то? Нет, все это - и Академия, и всплески Силы, и Мастер Коннери - отец все просчитал. Это он отдал единственную дочь чудовищу. Он - и никто другой.
  - Ами, постой! - отец вскочил на ноги. - Вернись!
  Но Амалию было уже не догнать.
  
  * * *
  
  Два шага на вдох - два на выдох. Главное - не сбиться с ритма. В конце концов усталость возьмет свое, и тогда в измученной голове появится долгожданная, почти блаженная пустота, в которой останется только два на вдох - два на выдох. И все. Бежать. Круг, два, пять, десять - пока тело не начнет болеть сильнее, чем душа. К тому же Мастер Коннери списывал Амалии дополнительные круги, если она отправлялась бегать самостоятельно. Только спрашивал - сколько? И никогда не пытался влезть ей в голову, чтобы проверить. Амалия уже не раз думала слегка приврать и накинуть хотя бы парочку миль... но так и не отважилась. Мастер наверняка бы почувствовал ложь, и тогда Амалии пришлось носиться по Звенящему Лесу до самого выпускного. Но дело было не только в страхе. При всей своей беспощадности, сам Мастер никогда ее не обманывал. Хотя, как она могла быть уверена? Раз уж даже родной отец предал ее, спихнув испорченную Темным Даром дочь профессорам Академии.
   Амалия не сразу заметила, что за ней следят. Едва заметная тень двигалась следом, скрываясь в сгущающихся сумерках. Уже давно, но теперь, когда Амалия, наконец, перешла на шаг, тень подобралась совсем близко. Совсем бесшумно - даже снег не хрустнул, будто бы за Амалией шел не смертный человек, а один из легендарного народа фейри. Пожалуй, ей стоило бы испугаться - совсем одна, в лесу, а за спиной - неизвестный соглядатай. Но страха не было. Точнее, Амалия настолько вымотала себя, что появись перед ней сейчас хоть сам Дьявол во главе полчища демонов, она бы, пожалуй, только пожала плечами и пошла бы дальше.
  - Кто здесь? - Амалия развернулась. - Можешь не прятаться, я все равно тебя вижу.
  - Ты хорошо бегаешь.
  
  Мелодичный, похожий на журчание ручейка или шелест листьев, женский голос, звучал совсем негромко. Но Амалии почему-то показалось, что даже если бы незнакомка стояла в целом ярде от нее, она бы все равно ее прекрасно слышала. Даже Истинное Зрение не помогало разглядеть маленькую фигурку, затаившуюся в тени дуба. Та почти сливалась с деревом - словно и сама была частью леса. Только один человек - да и человек ли? - смог бы так спрятаться.
  - Не бойся. Я здесь не для того, чтобы обидеть тебя.
  Селина мягко ступила на тропинку. Невысокая, хрупкая, с виду - совсем юная девушка, едва ли многим старше самой Амалии. Профессор природной магии всегда была мила и доброжелательна, и к тому же хороша собой, и многие первокурсники тайком вздыхали по ней. Но Амалия навсегда запомнила взгляд темно-зеленых глаз Селины. Мягкий, мудрый и бесконечный, в котором давным-давно не осталось ничего, присущего обычной женщине. Она отдала себя Лесу и сама стала его частью - и никакого дела ей не было до пылких юнцов. Ее вообще едва ли интересовало что-то кроме животных, растений и своих занятий. Селина всегда просила, чтобы студенты обращались к ней по имени и носила самую простую одежду. Даже сейчас, зимой, она надела тот же самый наряд, что и летом - легкие сапожки и простое льняное платье, только теперь их дополнял короткий темно-серый плащ из тонкой шерсти - и тот она взяла скорее для того, чтобы не смущать обычных людей.
  - Мне не холодно, - Селина улыбнулась, поймав взгляд Амалии. - На деревьях больше не осталось листьев, но Лес не умер - только уснул до весны. Мне хватает его тепла и сейчас.
  - Зачем вы здесь? - Амалия устало опустила плечи. - Просто гуляете?
  - Я слышу Лес. И тех, кто в нем. Я слышу боль. Очень много боли. Вот здесь. - Селина прижала руки к груди. - С тобой случилось что-то плохое.
  - Со мной случилась я, - горько усмехнулась Амалия. - И вы ничего не сможете с этим поделать.
  - Грегор Коннери, - Селина подошла ближе и вытянула руку вперед открытой ладонью. - Дар Изначальной Тьмы. Мы с ним служим разным силам, и мне страшно и противно его мертвое искусство. Даже Лес боится его. Слишком древняя, слишком большая сила, слишком часто он обращался к ней - хоть мне и хочется верить, что его цели были благими.
  Амалия непонимающе помотала головой. Селина прекрасно умела объяснить все, что было связано с травами, деревьями или лесными животными, она учила врачевать раны и черпать силы из окружающего мира, но когда речь шла о чем-то другом, она почти все время говорила загадками, и слова ее были понятны разве что ей самой. Не зря ее за глаза называли дриадой - пусть даже в жилах Селины текла красная кровь, а не древесный сок.
  - Есть ли спасение для него? - продолжила она. - Я не знаю. Мне такое не под силу. Его Темный Дар может искалечить мой Лес, изменить, превратить во что-то ужасное - даже если твой Мастер сам не будет того желать. То, что дано ему с рождения, мне уже не забрать, - Селина печально вздохнула. - Не забрать и Лесу. Но твой Дар еще молод. Еще не поздно что-то изменить. Если Лес примет тебя, ты будешь очищена. Раз и навсегда.
  - Что вы хотите сказать? - пробормотала Амалия. - Я могу избавиться от Дара Изначальной Тьмы?
  - Возможно, - Селина покачала головой. - Все возможно. Но всему есть своя цена. Лес забирает ненужные страсти и дает покой. Тьма уходит. Но что еще уйдет вместе с ней?
  - Я изменюсь, да? - Амалия шагнула вперед, с трудом поборов желание схватить Селину за руку. - Стану такой же, как вы?
  - Не знаю. Моя боль покинула меня, - Селина улыбнулась одними уголками губ. - В чем твоя боль? Я не знаю. Что Лес заберет у тебя? Я не знаю. Но я могу помочь.
  - Правда, можете? - выпалила Амалия. - Я...я хочу этого! Больше всего на свете!
  Селина молча повернулась и зашагала по тропинке. Медленно, неторопливо, но Амалии пришлось бежать, чтобы догнать ее.
  - Вы мне поможете?
  - Посмотри, - Селина указала рукой на дуб, под которым пряталась. - Когда-то он был крохотным ростком. Теперь - огромное могучее дерево. Некоторые изменения не происходят быстро. Звенящий Лес был здесь всегда и всегда будет. Ему некуда спешить.
  - Когда? - одними губами спросила Амалия. - Когда это... станет возможным?
  - Когда придет время, - Селина на мгновение прикрыла глаза. - Когда ты будешь готова. Но не сегодня.
  Амалия тихо вздохнула. Опять это - выбор, терпение... Неужели нельзя просто взять и помочь? Забрать этот проклятый Дар - и будь что будет. Никакая цена не стала бы слишком большой за то, чтобы вернуть прежнюю жизнь.
  - У тебя хорошие задатки природного мага. Да-да, не смотри на меня так удивленно, - Селина тихо рассмеялась. - Дар Изначальной Тьмы вовсе не убивает все остальные. Он особенный, но не единственный. Ты умеешь слышать Лес - а значит, Лес тоже услышит тебя. Если ты этого действительно захочешь. Попробуй.
  Селина аккуратно коснулась морщинистой замерзшей коры старого дуба. Амалия пожала плечами и тоже протянула ладонь. Сначала кожу только неприятно покалывал холодный лед, но через несколько мгновений дерево отозвалось. Амалия почувствовала, как там, глубоко под толстой корой, тихо бьется жизнь. Словно огромное сердце, принадлежащее не только дубу, но и вообще всем деревьям Звенящего Леса одновременно. Конечно, Амалия не могла ухватить эту Силу так же легко и естественно, как Селина, не могла напитаться ей и позволить Лесу растворить боль. Но все же измученному сердцу на мгновение стало чуточку легче.
  
  * * *
  
  - Выше. Никогда не опускай меч.
  Амалия едва успела отшатнуться. Как всегда - пропустила момент, когда движения Мастера Коннери, похожие на неторопливые и нарочито неуклюжие покачивания и тяжелые шаги старого медведя, вдруг молниеносно взрываются вихрем. Стальная вспышка еще сверкала перед глазами, Амалия еще чувствовала на лице холод воздуха, рассеченного клинком - а Мастер уже успел отступить почти на десять футов и вновь встал в свою излюбленную лениво-расслабленную стойку. Левая нога чуть впереди, согнута, руки лишь слегка придерживают длинную рукоять полуторного меча, позволяя тяжелому лезвию слегка накрениться в сторону Амалии. Но эта небрежность обманчива. Амалия уже научилась двигаться быстро - куда проворнее тех стражников, с которыми ей приходилось тренироваться - но у нее никогда не получалось подловить Мастера, нащупать в его обороне слабину. Как бы она не пыталась крутиться вокруг него, он лишь слегка переступал на месте, и Амалию встречал уже не мягкий и уязвимый бок, а четыре с небольшим фута крепкой стали. Попробуй только броситься вперед - сразу же получишь!
   Последние несколько дней они занимались не в лесу и не на оружейном дворе, а в тренировочном зале. Зима щедро засыпала снегом замок Ринвуд и его окрестности, и сугробы приобретали настолько грозные размеры, что невысокая Амалия запросто могла бы провалиться по шею. Увидев, как она раз за разом тратит по половине часа на поиски утонувшего в снегу меча, Мастер Коннери все-таки согласился перенести занятия под крышу, в натопленный зал. И Амалия уже успела было обрадоваться нескольким дням передышки от бесконечных кругов по Звенящему Лесу, но Мастер тут же придумал новую пытку: теперь он гонял ее бегом вверх-вниз по лестницам Дозорной Башне. И когда у Амалии уже начинало рябить в глазах от серого камня, наступало время фехтования. Обычно Мастер ставил ее против кого-нибудь из стражников или старшекурсников. Те, не сговариваясь, жалели девочку, весившую чуть ли не вдвое меньше любого из них. В эти дни Амалия могла хотя бы спать, не тратя по паре часов на поиск позы, в которой у нее ничего не болело. Но иногда Мастер брался за меч сам - и тогда она вновь переставала считать синяки и ссадины. После таких занятий Амалия едва могла дотащиться до больничного крыла, чтобы навестить Алекса. Он до сих пор вынужден был отлеживаться на койке, но теперь мадам Мерсье хотя бы выпускала его на прогулку на несколько минут в день. И эти короткие встречи были достойной наградой за все мучения. Алекс больше слушал, а Амалия неизменно начинала рассказывать. Про все - про тренировки, про экзамены, про то, как Агнешка в очередной раз попалась в мужском крыле жилого корпуса, про то, как Роб с Уиллом хотели окунуть профессора де Вилью в снег, но перепутали его в темноте с Мастером Коннери... Только о Матабере Амалия так и не рассказала. Не хватало втянуть в эту жутковатую и запутанную историю еще и Алекса. Не говорили они и о Ливи, которая при каждой встрече с Амалией до сих пор лишь здоровалась с искрящейся льдом вежливостью. И ни слова больше - даже в комнате, которую они вынуждены были делить.
  - Не спи. Не пытайся следить за моими глазами - следи за мечом.
  Наверное, Мастер все-таки пожалел ее и чуть замедлил полет затупленного лезвия. Снова чуть не получила по руке! Дурацкая ошибка, от которой Амалия никак не могла избавиться. И стражники, и молодые боевые маги всегда смотрели туда, куда собирались ударить, и Амалия уже научилась предугадывать их движениями. Но с Мастером Коннери этот трюк срабатывал не всегда. Он мог долго усыплять ее внимание предсказуемыми стандартными атаками, а потом вдруг отводил взгляд в сторону, выкручивал меч совершенно немыслимым образом... и у Амалии появлялся новый синяк. Конечно, она уже могла предугадать некоторые излюбленные финты Мастера, но он, похоже, имел их бесчисленно множество. И ему определенно нравилось колотить Амалию - просто так, для собственного развлечения. Наверное, потому он и не отпустил ее домой на каникулы - разве можно отказаться от любимой игрушки? Но Амалия больше не собиралась доставлять ему удовольствие мольбой или слезами - только глухо ворчала сквозь зубы всякий раз, когда ее касался клинок, и снова бросалась в бой.
  - Ладно, - Мастер крутанул мечом в воздухе и отступил. - Все еще весьма посредственно, но уже кое-что. Отдохни несколько минут, потом повторим.
  Амалия едва не закашлялась от удивления. Весьма посредственно, но уже кое-что? До этого она слышала исключительно "медленно" и "плохо". Интересно, с чего бы вдруг Мастеру, можно сказать, сыпать комплиментами? Уж не из-за профессора ли Кроу, которая как раз появилась в тренировочном зале? Впрочем, какая разница? Если есть возможность присесть ненадолго, ей непременно надо воспользоваться. Амалия отложила меч и устало опустилась на табурет.
  - Профессор, вы загоняете бедную девочку до смерти. Она еле держится на ногах.
  Кроу неторопливо прошла вдоль стены зала. Сегодня она зачем-то сменила привычную мантию на костюм мужского кроя - сапоги, штаны из плотной темной ткани и кожаный жилет на шнуровке, оставлявший плечи и руки открытыми. Довольно смелый наряд - но выглядел красиво. Амалия едва ли могла бы назвать фигуру Кроу изящной - все-таки та была рослой и крупной женщиной, но легкая полнота ничуть ее не портила. Скорее наоборот - добавляла какой-то особенной красоты. Высокая грудь, широкие бедра женщины, давно вышедшей из девичьего возраста - но по стройности талии Кроу немногим уступала признанным красавицам из старшекурсниц. Есть, чему позавидовать. Особенно если ты - худенькая и невысокая девчонка с грязными щеками, у которой куча синяков и все ногти обломаны о рукоять меча...
  - Надеюсь, что вы ошибаетесь, - Мастер Коннери упер острие меча в пол. - Впереди еще два часа занятий, и я рассчитываю, что госпожа Хэмптон не разочарует меня преждевременной кончиной.
  - Будь с ней помягче, Грег, - Кроу улыбнулась и шагнула к Амалии. - Посмотри, какая она маленькая. Разве такой изящной леди под силу управиться с полуторным мечом?
  - Эта - как ты выразилась - изящная леди, - насмешливо проворчал Мастер, - не далее как вчера голыми руками сломала пополам столешницу в "Вересковом меде", когда я вытащил ее из-за обеда. Отличные дубовые доски почти в два дюйма толщиной...
  - И все-таки, - Кроу приблизилась, встала у Амалии за спиной и положила теплые ладони ей на плечи. - Бедная девочка так напряжена! Или ты хочешь, чтобы у нее стали плечи, как у каменщика? Будет совсем некрасиво...
  - Нельзя выиграть бой одной лишь смазливой мордашкой, - фыркнул Мастер. - Ей нужна сила.
  - Пусть так, - Кроу аккуратно помассировала Амалии плечи. - Ты учишь девочку недоброму ремеслу - раз уж это так необходимо. Но прошу тебя - не забывай, что она не одна из твоих солдат. Она леди. И она может сражаться, как леди. Ты позволишь? - Кроу кивнула в сторону стойки с оружием.
  - Хочешь немного размяться? - Мастер Коннери удивленно приподнял брови. - Тебе не так давно здорово досталось. Не уверен, что это хорошая идея.
  - Я настаиваю, - Кроу выбрала длинную тонкую шпагу. - Я и так уже слишком засиделась в кабинете Эла.
  Амалия не удержалась и все-таки посмотрела Истинным Зрением. Да, аура все еще неровная, слабая, но в ней уже цветут краски, присущие только Высшим магам. Еще немного, и покалеченный Дар Кроу вернет себе прежнюю мощь. Но неужели она рассчитывает одолеть Мастера - хотя бы в шуточном поединке?
  - Полагаю, предлагать тебе подраться с Робом или Амалией нет смысла. - Коннери покачал головой. - Постарайся не бить меня слишком сильно.
  - Может быть, возьмешь шпагу? - поинтересовалась Кроу, прочертив острием своего клинка в воздухе крест-накрест. - Меч слишком неповоротлив - будет нечестно.
  - Благодарю, - Мастер поднял оружие. - Я как-нибудь справлюсь.
  - Ну... я тебя предупреждала.
   Амалия уже видела, как Коннери в одиночку расшвыривает всех своих учеников. В таких схватках Мастер двигался неимоверно быстро. Но сейчас он дрался с равным... почти равным противником. Во все стороны хлестали потоки Силы, ускорявшие тела Мастера Коннери и Кроу до сверхчеловеческих пределов. Зрение не успевало поймать ни одного движения - два силуэта расплывались, переплетаясь в безумном танце боя. Кроу - гибкая, текучая, словно вода, совсем небольшая по сравнению с Мастером. И сам Коннери - огромный, могучий, но ничуть не уступавший своей противнице в подвижности. Его меч превращался в сплошной поток стали, успевая отражать удар за ударом, выплевывая горячие искры, когда оружие сходилось с оружием. Кроу удалось оттеснить его на несколько шагов, но он тут же отбросил ее обратно и сам перешел в наступление, сминая защиту. Противники замирали друг напротив друга на мгновения, и снова схлестывались, словно сливаясь в единое целое. Амалии казалось, что оба они вдруг превратились в черное пламя, полыхавшее в самом центре тренировочного зала и отбрасывающие на стены длинные пляшущие тени.
   Все закончилось внезапно. Так же быстро, как и началось. Мастер Коннери и Кроу застыли. Она - почти лежа, выгнувшись назад так, что ей пришлось упереться в пол свободной рукой. Он - нависая над ней черной громадой, так близко, что его растрепавшиеся в горячке боя седые волосы касались ее лица. Меч Мастера остановился в паре дюймов от груди Кроу - еще немного, и он рассек бы противницу надвое. Но и ее шпага целилась Мастеру прямо в горло.
  - Что ж, - Кроу мягко улыбнулась, - похоже, у нас ничья.
  - В настоящем бою не бывает ничьих, Кет.
  Амалия не могла поверить своим глазам. Мастер Коннери тоже улыбался. Не привычным широким оскалом, обнажавшим два ряда крепких зубов, не недоброй усмешкой - обычной человеческой улыбкой. И даже его глаза больше не полыхали зеленым пламенем, а лишь слегка мерцали мягким, почти умиротворяющим светом.
  - Скорость, подвижность, ловкость, изящество - это только защита, - Мастер, не отрывая взгляда от Кроу, взялся двумя пальцами левой руки за основание клинка ее шпаги. Взялся - и переломил закаленную сталь, словно тоненькую веточку. - Победу приносит сила.
  Кроу не ответила. Они так и не сдвинулись с места. Глаза в глаза. Амалия вдруг почувствовала себя совершенно лишней. Этим двоим явно было о чем поговорить... и о чем помолчать, если они вот так замирали, словно уносясь мыслями далеко-далеко отсюда, в далекие места и времена, когда...
  - Кто я такая, чтобы спорить с первым мечом Ритании, - Кроу рассмеялась и ловко вывернулась из-под Мастера, отбрасывая в сторону сломанную шпагу. - Но - так уж вышло - я пришла сюда, чтобы беседовать не об искусстве боя, а о куда более изящных искусствах.
  - В таком случае, ты ошиблась залом, Кет, - Мастер Коннери пожал плечами. - Изящные искусства - это не удел боевых магов.
  - Возможно, - Кроу склонила голову. - И все же одному боевому магу придется заняться не самым привычным для него делом. Бал, посвященный Рождению Солнца, состоится через две недели. По старой традиции первый танец открывает ректор. Обычно Эл приглашал меня. Но сейчас его нет, и...
  - Нет, - Мастер тряхнул седой гривой. - Даже не думай, Кет, даже не...
  - ... и поэтому я хочу, чтобы ты составил мне компанию, - закончила Кроу.
  - Проклятье, - проворчал Мастер. - Почему я? Де Вилья прекрасно танцует и обожает балы. Я никогда не занимался ничем подобным - не поздновато ли начинать? Нет, даже не проси.
  - Это не просьба, - отрезала Кроу. - И даже не приказ. Ты должен понимать, Грег. Для Академии настали нелегкие времена. Сначала Кристалл, потом исчезновение Эла, а теперь еще и эта дурацкая дуэль мальчишек... В столице тоже неспокойно - ты же знаешь. Смута, наши враги поднимают головы. Если мы не будем держаться друг за друга - нас просто растопчут.
  - Я не боюсь этих болванов из Парламента, - Мастер сложил руки на груди. - И я никому не позволю навредить тебе... или кому-либо в этих стенах.
  - Я знаю, - Кроу улыбнулась. - Но мы должны показать, напомнить всем - даже без Элвина Торвальдсена Академия Ринвуд в надежных руках. Мы с тобой нередко расходимся во мнениях - кто-нибудь непременно захочет сыграть на этом. Но если нас увидят вместе, никто не осмелится сказать и слова. Ты мне нужен, Грег. Не на поле боя, не в тренировочном зале, а на празднике. Всего несколько танцев, пара слов - и все. Неужели я требую невозможного?
   Мастер Коннери с тихим ворчанием склонил голову. Амалия еще никогда не видела его таким хмурым. Конечно, он совсем не похож на завсегдатая званых вечеров, но это же всего лишь на всего танец! Может быть, два... Кроу, не произнося больше ни слова, зашагала к выходу из зала. И только когда дверь за ней затворилась, Мастер заговорил.
  - Похоже, мне понадобится пара уроков. Ты меня научишь.
  - Что? - удивилась Амалия. - Вы это мне?
  - Ты видишь здесь еще кого-нибудь? - хмуро отозвался Мастер. - Ты ведь знаешь все эти новомодные танцы, не можешь не знать. Завтра начнем на полтора часа раньше.
  
  * * *
  
  Снег блестел так, что становилось больно глазам. Погожий денек - редкое явление для зимы в Ритании. И от этого радости только больше. Амалия довольно зажмурилась и отпустила поводья. Маленькая мохнатая лошадка сама прекрасно знала дорогу в Вудроу - уж точно получше Амалии. Яркое солнце, легкий морозец и целый день впереди - что еще нужно для счастья? И даже недовольные визгливые окрики профессора де Вильи, призывавшего не растягиваться по дороге, ничуть не портили настроения. В конце концов, Амалия честно заслужила этот отдых. Мастер Коннери все-таки поддался на уговоры и не стал лишать ее возможности выехать в Вудроу вместе с остальными студентами, но последние два дня тренировок были сущим адом. Все тело до сих пор болело - зато теперь Амалия могла целый день провести в городе! Надо купить подарки Алексу, Агнешке и Ливи, и еще неплохо бы обзавестись чем-нибудь красивым к балу... только денег совсем мало. Амалия вздохнула. Отец оставил ей кое-что, но дела в Вудсайд-Хаус шли не слишком-то хорошо, так что о новом платье приходилось только мечтать. Придется идти на бал в чем-нибудь совсем обычном - на радость Урании Клиффорд, чтоб ее черти сожрали...
  - Выше нос, леди Фалмут! - Агнешка стукнула свою каурую кобылку пятками и поравнялась с Амалией. - Нас ждет великий день! Я собираюсь обойти все лавки, а в завершение напиться темного эля. Говорят, в Вудроу его отменно варят.
  - Я воздержусь, - вздохнула Амалия. - Сегодня вечером у меня очередное занятие с Мастером Коннери.
  - Кстати, - Агнешка дернула Амалию за рукав, - как проходят уроки танцев? Твой Темный Владыка хорош?
  - Неожиданно - да, - Амалия улыбнулась. - Мне не к чему придраться. Но я пытаюсь.
   Мастер действительно быстро учился. Всего за пару часов они с Амалией разобрали все основные движения. Неудивительно - чего стоит запомнить десяток танцевальных па, если ты знаешь сотни, если не тысячи приемов боя на любом оружии, которое только когда-либо изготавливала рука кузнеца? Мастер двигался чуть более резко, чем следовало, но никогда не сбивался с ритма. Танец с ним походил на тренировочный поединок на мечах - только куда менее выматывающий и не оставляющий синяков. Пожалуй, Амалии бы даже нравилось заниматься со столь способным учеником...
   Если бы на месте Мастера Коннери был кто-нибудь другой. Кто угодно. И дело было не только в неприязни, которую Амалия испытывала к нему с самого начала. И даже не в том, что он запретил ей уехать на зимние каникулы вместе с отцом. Амалия чувствовала бешеную мощь его Дара даже на расстоянии. Сильнее - когда они тренировались с мечами. Но во время танца Мастер был совсем близко, и от каждого его прикосновения Дар Амалии словно вспыхивал темным пламенем - а вслед за ним начинало гореть и тело. Странное и тягучее ощущение возникало где-то в груди, прокатывалось горячей волной к низу живота и дальше, по ногам, которые в такие моменты едва не подгибались. Это было почти... почти как боль. Но почему-то Амалия никак не могла сразу выпустить руку Мастера, когда танец заканчивался. Иногда ей казалось, что и сам Мастер Коннери чувствует что-то похожее. Во всяком случае, он тоже не слишком-то любил эти занятия. Хорошо, что их осталось совсем немного...
  - Замечталась? - ехидно поинтересовалась Агнешка. - Похоже, эти танцы заставляют твое сердечко биться чаще. А он не пробовал класть руки не на талию, а, скажем, чуточку пониже?..
  - Отстань, - фыркнула Амалия. - У тебя все мысли об одном.
  - Но-но. Я попрошу, юная леди! - Агнешка назидательно подняла палец вверх. - Вообще-то иногда я думаю еще и о выпивке. Но твой драгоценный старикан... Проклятье, я не понимаю, чего ты ждешь. У тебя есть возможность подобраться к самому шикарному мужскому телу во всей Академии, а ты...
  - Прекрати. Что за глупости?! Ему почти две сотни лет!
  - Ну и что? - Агнешка распалялась все больше и больше. - Зато какой опыт! Да, у него седые волосы, его сложно назвать красавцем, но лично мне такие мужчины нравятся даже больше. Неужели мне придется всему тебя учить? Это же совсем просто - после занятия смотришь на него жалобными глазами и говоришь что-то вроде: "Мастер, кажется, я повредила плечо и не могу сама снять..."
  - Неделя дополнительных занятий, госпожа Ковальски.
  Нет, Агнешка говорила не так уж и громко. Но от Высшего мага сложно что-то утаить. Кроу вполне могла бы услышать даже то, что и вовсе не было произнесено. Интересно, давно ли она следовала за ними? Как много успела услышать?..
  - За что? - обиженно проворчала Агнешка. - Я всего лишь...
  - Две недели, - глаза Кроу блеснули синевой льда. - За то, что вы мне не нравитесь. Еще одно подобное слово от вас - останетесь без праздничного бала.
  К счастью, Агнешке хватило ума промолчать. Профессор Кроу могла быть мягкой и заботливой. Но сейчас она выглядела почти устрашающе. Верхом на крупной вороной кобыле, в длинном черном плаще. Волосы распущены по плечам, и в них блестят снежинки - ни в шапке, ни даже в капюшоне Кроу не нуждалась, несмотря на мороз. Ни тени улыбки, идеально ровная спина и холодный взгляд. С такой Кроу уж точно не стоило спорить - и Агнешка, тяжело вздохнув, пришпорила свою лошадь и ускакала вперед.
  - Кажется, ваша подруга упоминала профессора Коннери, юная леди? - Кроу поравнялась с Амалией. - Кстати, он просил меня особенно внимательно приглядывать за вами.
  - Разумеется, - Амалия почувствовала, как ее лицо наливается краской. - Как вам будет угодно.
  - Постарайтесь не отходить от меня далеко, госпожа Хэмптон, - кивнула Кроу. - У вас останется время на лавки - но сначала мы направимся к госпоже Аманде Дрейк.
  
  * * *
  
  - Вы могли бы сами попробовать сшить платье без предварительной мерки, милая Кеттрикен, - ядовито проворчала хозяйка мастерской (назвать эту величественную седовласую женщину простой портнихой язык не поворачивался). - Но Аманде Дрейк будет стыдно, если бедная девочка пойдет на бал в ЭТОМ.
  - Мне кажется, оно великолепно... - робко пробормотала Амалия.
  Платье было не просто красивым - настоящим произведением искусства. Не шелк, не бархат - какой-то другой материал, не просто черный, а будто бы без остатка растворявший свет в своей глубине. Мягкий на ощупь и чуть прохладный, хотя в комнате было жарко натоплено. Амалия еще раз повернулась перед зеркалом. Смелый, очень смелый крой, но ни капли фривольности или пошлости. Плечи и руки открыты, на груди и талии - корсет, но не такой, как на обычных бальных платьях. Плотный каркас облегал тело мягко, не сдавливая, но все же талия в нем казалась совсем тоненькой. Узкая юбка в пол подчеркивала бедра и как будто бы делала ноги длиннее на несколько дюймов... Нет, это просто какая-то особенная магия. В зеркале отражалась не Амалия Хэмптон, а какая-то другая девушка. Нет, даже не девушка - молодая женщина. Ниже шеи. Растрепанные волосы и испуганные темные глаза все еще принадлежали Амалии. Но тело было чужим.
  - Великолепно? - фыркнула Аманда Дрейк. - Вы хотите сказать - было бы великолепно, если бы госпожа Кроу потрудилась привезти вас ко мне хотя бы неделю назад? Если так, то я не смею спорить. Но пока что это больше похоже на напрасную трату нескольких футов анцерийского велнуара.
  - Вы сможете привести его в порядок до Рождения Солнца? - Кроу покачала головой. - Признаться, я тоже не вижу в платье не единого изъяна, но...
  - Нет, не смогу, - Аманда Дрейк помотала головой. - Но я смогу сделать так, чтобы никто не заметил моего позора. Пришлите кого-нибудь через пять дней. И умоляю вас, леди, никому не говорите, что это платье работы Аманды Дрейк. Столичные модницы мне этого не простят.
  - Уверяю, госпожа Дрейк, вам не придется краснеть,- улыбнулась Кроу. - На балу Амалия будет блистать. Думаю, стоит дополнить это платье ожерельем из белого золота или...
  - Только жемчуг, - отрезала Аманда Дрейк. - Ожерелье и серьги. Никакого металла.
  - Значит, будет жемчуг, - согласилась Кроу. - Пойдем, Амалия. Кажется, нам надо будет заглянуть еще в одно место.
   Мастерская Аманды Дрейк была самым настоящим волшебным царством, в котором Амалия на мгновение превратилась в сказочную принцессу. Но стоило ей приоткрыть дверь, ведущую на улицу, реальный мир тут же ударил в лицо холодным ветром. И невеселыми мыслями.
  - Спасибо, что привели меня сюда, профессор, - тихо вздохнула она. - Но зачем? У меня все равно в жизни не хватит денег на такое платье. И на жемчуг тоже...
  - Не думай об этом, - отмахнулась Кроу. - Можешь считать это подарком на праздник Рождения Солнца... или поощрением за успехи в обучении.
  - Подарок? - Амалия не поверила своим ушам. - От... от вас?
  - Разумеется, нет, - рассмеялась Кроу. - Я не настолько богата, чтобы столь щедро одаривать студентов. От Мастера Коннери.
  Амалия непонимающе уставилась на Кроу. Нет, та не шутила. Кажется. Ее лицо оставалось непроницаемо-серьезным, но в глубине синих глаз сверкали озорные искорки. Кроу придумала что-то необычное и явно была собой очень довольна.
  - Он очень любит ссылаться на древний магический Кодекс, - пояснила она. - Но он не единственный, кто знает этот свод правил. В частности, там говорится о том, что на все время обучения благосостояние ученика является заботой Мастера. Очень мудрое замечание, как мне кажется. Плохо одетый или голодный ученик - позор для Мастера.
  - И он сам выбрал для меня такие подарки?!
  - Вообще-то нет, - призналась Кроу. - Я напомнила о его обязательствах, когда он занимался одной из своих бесчисленных железок в кузнице.
  - Ой, - Амалия поднесла руки ко рту. - Вот он, наверное, разозлился...
  - Вовсе нет. Просто отдал мне ключи от своих сундуков и попросил больше не беспокоить по пустякам, - Кроу подкинула на ладони увесистый звенящий мешочек. - Так что теперь у нас с тобой достаточно золота и на платье, и на жемчуг, и на шарф из черного шелка.
  - Профессор, мне не нужен шарф, - тихо пискнула Амалия. - Зачем?..
  - Шарф не тебе, а мне, - Кроу не сдержала улыбки. - А чего такого? Я тоже хочу получить что-нибудь на праздник Рождения Солнца. За почти полтора века нашего знакомства твой Мастер трижды спасал мне жизнь, но ни разу не подарил даже полевого цветка. Думаю, он уже не исправится, так что придется все делать самой.
  - Ну... наверное, - неуверенно согласилась Амалия. - Мы ведь его не слишком ограбим?
  - Не имею представления, - Кроу пожала плечами. - Он служит Короне уже куда больше сотни лет. Некоторые правители осыпали его золотом за победы. Некоторые подвергали гонениям за Темный Дар... Большинство делали и то, и другое. Впрочем, твой Мастер все равно почти ничего не тратит. Кусок мяса, кружка эля, пара крепких сапог и хороший меч - вот и все, что ему нужно. И ему всегда было плевать и на золото, и на титулы, и на милость при Королевском дворе.
   Вот как. Амалия никогда не задумывалась о чем-то подобном. Каково это - провести половину столь долгой жизни в бесконечных войнах и не получить ни славы, ни богатства - ничего, кроме ненависти и страха?
  - Тогда за что он сражался все эти годы? - тихо спросила Амалия. - Зачем?
  - Я не знаю, - Кроу опустила голову. - Он не любит говорить об этом. Может быть, он сражался за Ританию. Не за Корону, нет - за людей. А может быть, он просто делал то, что умеет делать - без какой-либо особой причины.
  Амалия затаила дыхание. Вот он - тот самый момент, которого она так долго ждала! Кроу уже рассказала немало. Приступ откровенности? Или что-то другое? Но сейчас важно не это. Можно спросить про Матабера - и получить ответ...
  - Леди Фалмут, вот ты где!
  Довольная и раскрасневшаяся то ли от мороза, то ли от эля Агнешка стояла около лавки со сладостями и, призывно размахивая руками, вопила на всю улицу. Проклятье! Неужели нельзя было помолчать?..
  - Полагаю, вас уже ждут, госпожа Хэмптон, - Кроу запахнула полы плаща. - Желаю вам удачно провести время. И не опаздывайте к отправлению обратно!
  - Черт бы побрал твою громогласную глотку, - буркнула Амалия и ткнула подбежавшую Агнешку кулаком в живот. - Я вообще-то разговаривала с профессором Кроу.
  - Ну и что? - удивилась Агнешка. - Ты сюда за этим приехала? Пойдем, угощу тебя булочкой с изюмом. Нам еще целый день ходить по лавкам.
  Амалия вздохнула и молча поплелась за соседкой. Почему-то ей совсем не хотелось делиться тем, что рассказала Кроу. Все равно ни слова о Матабере там не было.
  
  * * *
  
  Ярмарки перед Рождением Солнца везде одинаковые. И в столице, и в небольшом Эйлсбери, и в совсем крохотном Вудроу. Различие только в размахе. Но и на огромной площади перед Королевским дворцом, и на пятачке в едва ли ярд поперечиной перед ратушей на вертелах жарится свежее мясо, из пузатых бочек рекой льются эль и вино. Из каждого угла звучит песня заезжего менестреля, а бесчисленных деревянных лавок и цветастых палаток с товарами вперемежку бродят молодые и старые, богатые и бедные, знатные и простолюдины. Торговцы трут замерзшие уши ладонями, подпрыгивают на месте, гоняют нищих и мелких воришек и вполголоса жалуются друг другу, что в прошлом году ярмарка была куда лучше.
   Амалия едва поспевала за Агнешкой, на ходу дожевывая сдобу, которая действительно оказалась выше всяких похвал. Бойкая соседка мелькала то тут, то там. Агнешка только что разглядывала украшения из янтаря - и вот она уже нагло торгуется с продавцом шерстяных платков. Вероятнее всего, из одного лишь желания позубоскалить. Денег у Агнешки всегда было немногим больше, чем у Амалии, но она все равно умудрялась спускать все до последнего медяка на какую-нибудь ерунду вроде медовухи. Амалия дождалась, пока соседка отвернется, и тут же купила огненно-красный платок. Он чудесно подойдет к рыжим волосам Агнешки. А вот тот, синий - для Ливи. Пусть маркиза Саффолк до сих пор сердится - это не повод оставлять ее без подарка. Кожаный пояс для Барда, для Алекса - серебряные запонки в форме львиных голов. Подумав, Амалия купила резной гребень для роскошных волос профессора Кроу и в нерешительности остановилась перед палаткой оружейника.
  - Ты заблудилась, девочка? - хмуро проворчал крупный мужчина с пышными рыжими усами.
  Неудивительно, что он такой мрачный. Оружейник поставил свою лавку на самом краю площади - сюда мало кто заглядывал, а если и заглядывал - наверняка тут же спешил дальше. Кому понадобится покупать мечи перед Рождением Солнца? Торговля шла из рук вон плохо, и оружейнику оставалось только тайком глотать бренди из пузатой глиняной бутыли и ворчать на прохожих. Амалия улыбнулась. Конечно, он никогда не поверит, что столь юная леди может пожаловать к нему за клинком. И все же она пожаловала. Наверное, будет странно дарить Мастеру Коннери что-то, купленное на его собственные деньги... но не оставлять же их себе! Нет, Амалия просто обязана была потратить все, что отдала ей профессор Кроу - пусть даже для этого ей придется купить подарок самому неприятному и жестокому человеку во всей Академии. Интересно, что бы сказал Мастер, увидев работу оружейника? Наверное, что-то в таком духе...
  - Вот эти, - Амалия провела рукой над мечами, разложенными с левой стороны прилавка, - годятся разве что забивать коров на скотобойне. Паршивая сталь, затупится о доспехи после двух ударов. А вот этот неплох, - Амалия кивнула в сторону полуторника справа. - Его не испортила даже отвратительная заточка.
   Оружейник поперхнулся и вытаращил глаза. Амалия не выдержала и расхохоталась. Пожалуй, такое зрелище стоило даже тех безумно долгих вечеров в кузнице. Мастер Коннери обычно был немногословен, но об оружии мог говорить часами. В конце концов Амалии даже стало интересно. Кто еще из девушек мог бы похвастаться умением с одного взгляда отличить полуторный меч-бастард от гигантского цвайхандера или фламберга с лезвием в форме волны? Клинки, наспех выкованные из дешевого железа, Амалия узнала бы даже вслепую, но у благородной стали был особый вид. Особый звук, если легонько щелкнуть ногтем по самой кромке лезвия. А лучшие мечи нужно было долго держать в руках, пробовать на удар, на выпад. Прислушиваться. И тогда они начинали петь. Как знать, может быть, среди кучи железа, разложенной на прилавке, найдется клинок, достойный Мастера...
  - Прелестно, - проворчал оружейник. - День и так не задался, а теперь еще какая-то маленькая наглая заноза надумала ругать мой товар. Какого черта тебе здесь вообще надо?
  - Меч. Полуторный или двуручный. Для настоящего бойца, а не эти, - Амалия снова указала на прилавок, - железки для разбойников и деревенщин. Я заплачу хорошую цену за хороший клинок.
  Оружейник все еще хмурил густые брови, но теперь в его взгляде появился интерес. Какое-то время он испытующе глядел на Амалию, словно желая спросить - действительно ли эта кроха может разбираться в кузнечном деле, или все это лишь дурацкая шутка, подстроенная другими торговцами?
  - Проклятье, ты права, малышка, - наконец, сдался он. - Не знаю, кому понадобилось учить тебя всем этим премудростям, но так оно и есть. Большая часть этого барахла никуда не годится, - оружейник тяжело вздохнул. - Хорошую сталь сложно достать, да и откуда в нашей глуши те, кому нужен правильный клинок? Местным увальням вполне хватает тупых железок за десяток серебряных монет.
  - Но у вас ведь найдется... что-нибудь особенное? - Амалия чуть наклонилась вперед. - Что-нибудь для того, кто знает толк в хорошей стали?
  Оружейник понимающе хмыкнул и полез под прилавок. Сначала он выкладывал совершенно непримечательные мечи, но стоило Амалии пару раз презрительно фыркнуть, тут же исправился и начал извлекать на свет что-то, что уже было отдаленно похоже не оружие. Лучше. Намного лучше. Но даже над этими клинками Мастер лишь посмеется. Амалия продолжала упорно качать головой. Не то. Не то. Не годится. Пока не увидела...
  - Вот этот, - тихо произнесла она. - Можно посмотреть поближе?
  - Ты еще сообразительнее, чем я думал, - оружейник одобрительно улыбнулся и протянул оружие рукоятью вперед. - Будь осторожнее. Он лежит у меня уже давно, но лезвие до сих пор острое, как бритва.
  Амалия сомкнула пальцы на рукояти. Хорошая обмотка. Хорошая - но не отличная. Со временем кожа высыхает, становится жесткой и начинает растрескиваться. Но это не так уж и важно - рукоять можно перемотать заново, нужно только подобрать правильный ремешок и не пожалеть времени. Лезвие - почти идеально. Ни пятнышка ржавчины, ни зазубрины. Немного отдает синевой. Ого, вот это редкость! Амалия встала спиной к солнцу и присмотрелась внимательно. Нет, ошибки быть не могло. Иберийская голубая сталь. Старинный секрет оружейников из Авледо - сейчас таких клинков уже почти не делают, и даже в коллекции Мастера их всего два. Интересно, откуда у провинциального оружейника такое сокровище? А, неважно! Амалия прокрутила меч в руке, с наслаждением прислушиваясь к свисту рассекаемого воздуха. Конечно, для нее тяжеловат, но Мастеру придется как раз впору! Еще немного подправить заточку, и будет отлично. А если попробовать вот так? А вот так? Сталь мелькала в воздухе все быстрее и быстрее. Амалия уже перестала обращать внимание даже на оружейника, который ошалело наблюдал, как невысокая худенькая девушка размахивает мечом, который немногим меньше ее самой. Шаг вперед - удар справа, шаг назад - блок, выпад, выпад, блок...
  - Чудесно! Просто чудесно!
  Амалия неохотно остановила полет клинка и обернулась. Смуглый юноша со светло-каштановыми волосами стоял чуть поодаль и радостно хлопал в ладоши. Его лицо показалось Амалии смутно знакомым. Кажется, она встречала его то ли в Академии, то ли где-то поблизости. Высокий, отлично сложенный, его не портил даже простой небогатый наряд. Все равно куда больше хотелось смотреть на искрящиеся весельем темно-синие глаза и широкую белозубую улыбку. Пожалуй, незнакомец был чуть постарше Амалии - или темные усы и бородка добавляли ему пару лет.
  - Мое имя Джон Тейлор... но для вас просто Джон, - представился он. - А как зовут вас, милая леди?
  - Амалия Хэмптон, леди Фалмут. Можно просто Амалия.
  - Отлично управляетесь с клинком! - Джон подошел чуть ближе и склонился на одно колено. - В жизни не видел ничего красивее. Госпожа Хэмптон, вы выйдете за меня замуж?
  Шутит? Конечно, шутит - разве можно вот так разговаривать с почти незнакомой леди! К тому же он явно простолюдин... Но сердиться на него совершенно не хотелось. Джон Тейлор был чудо как хорош - конечно, не так, как Алекс... Но Алекс остался далеко в Академии, а Джон здесь. Его обаянию сложно было противиться - даже суровый замерзший оружейник улыбался, глядя на них с Амалией.
  - Благодарю вас, добрый сэр, - Амалия рассмеялась и коснулась кончиками пальцев протянутой руки Джона. - Я безумно польщена вашим предложением. Вы позволите мне подумать?
  - Увы, разве достоин простой бродяга сорвать столь прекрасный цветок, - Джон сокрушенно вздохнул, но тут же снова заулыбался. - Но могу я хотя бы угостить вас медовой наливкой, моя леди? Она такая же сладкая, как и ваши губы - хоть мне и никогда не познать их вкус.
   Почему бы и нет? В конце концов, это ее ни к чему не обязывает. Нет ничего постыдного в том, чтобы провести полчаса в обществе симпатичного юноши. Амалия, не торгуясь, заплатила за меч столько монет, что оружейник тут же пообещал ей лично доставить его в Академию, чтобы не утруждать столь щедрую леди.
  - Пойдем, - Джон взял Амалию за руку и потянул прочь. - Никуда твоя игрушка не денется. А вот насчет медовой наливки я не уверен.
   Амалия думала, что он поведет ее к самому центру ярмарки, где обычно стояли лавки торговцев всякой снедью, но Джон уверенно двигался по самому краю площади. Даже здесь их не миновали веселые и радостные взгляды горожан. Одна пожилая женщина даже подбежала и обняла обоих, бормоча что-то про свое благословление. Наверное, Амалия и Джон действительно были красивой парой, а встретить свою любовь перед Рождением Солнца всегда считалось добрым знаком. Что ж, пусть думают, что хотят - не объяснишь же каждому, что возлюбленный Амалии остался в замке Ринвуд, а Джона она, вероятнее всего, больше никогда не увидит. На таких ярмарках не зазорно позволить себе чуть больше, чем обычно. Где-то среди толпы мелькнуло бледное лицо Урании Клиффорд. Та явно была чем-то довольна. Ну конечно - завтра можно будет разболтать всем, что Амалия Хэмптон хватается за любого смазливого юношу, даже если он сын крестьянина... Ну и пусть! Джон добрый и милый, и совершенно неважно, что в его жилах не течет кровь благородных предков. Амалия улыбнулась и покрепче ухватилась за его руку.
  - Нам сюда, моя леди, - Джон скользнул между двумя торговыми палатками и вышел в узкий переулок, примыкавшей к площади. - Почти пришли.
  - Ну, и где же твоя медовуха? - рассмеялась Амалия. - Ярмарка в другой стороне, сэр.
  - Нет, - выдохнул Джон, разворачиваясь на пятках. - Все здесь.
  И ударил Амалию кулаком в лицо.
  Все-таки тренировки с Мастером Коннери не прошли даром. Она уже давно привыкла к неприятным сюрпризам и научилась действовать быстро. Ей почти удалось увернуться от первого удара. Кулак скользнул по скуле - всего чуть-чуть зацепил, но все равно больно! Второй раз били уже сзади - похоже, у Джона имелась парочка сообщников. Когда на голову Амалии набросили мешок из какой-то грубой ткани, она попыталась закричать, но только наглоталась пыли и закашлялась. Оставалось только драться - руками, ногами, даже головой. Несколько раз ей удалось попасть во что-то мягкое.
  - Сука! - выругался кто-то. - Крепкая тварь. Держи ее!
  - Я предупреждал.
  Амалия узнала голос Джона. Бил, наверное, тоже он. Амалия чуть не потеряла сознание, когда что-то тяжелое с противным хрустом врезалось ей прямо в нос. Кровь тут же залила губы и шею, и желания отбиваться сразу же стало куда меньше. Мастер Коннери не стеснялся колотить Амалию на тренировках, но никогда не пытался ее покалечить. Сейчас все было совсем по-другому. Трое мужчин били ее в полную силу, остервенело вымещая злобу за то, что она посмела сопротивляться. Амалия еще несколько раз вяло отмахнулась, а потом просто свернулась на холодных камнях мостовой калачиком, стараясь хотя бы защитить грудь и живот.
  - Все, хватит, парни, - скомандовал Джон. - Не забейте до смерти!
  - Чертова девка оставила меня без зуба, - прохрипел его товарищ. - Проклятье, ну и силища!
  - Ничего, еще поквитаешься с ней, - Джон схватил Амалию за руку. - Пора отсюда убираться.
  
  * * *
  
  Отец Всемогущий, до чего же больно! Амалия стиснула зубы, но все же не выдержала и тихонько застонала. Темно. Почему все качается? Похоже, ее везли прочь от города на какой-то телеге. Возница не жалел лошадей, но они все равно не могли быстро пробираться по заснеженной дороге. Вокруг тишина - слышен только стук копыт и скрип колес по ледяной корке. Значит, никакой погони - никто так и не услышал, как Амалию похитили всего в паре десятков футов от ярмарки! Сколько сейчас времени? Когда ее хватятся? Проклятье!
   Телега в очередной раз качнулась на ухабах, и голова вновь взорвалась болью. Амалия попыталась хотя бы улечься поудобнее, но не смогла пошевелиться. Руки и ноги плотно стягивала веревка.
  - Эй, ты! - раздался грубый мужской голос. - Не дергайся, а не то еще всыплю.
  - Ладно тебе, Рам, - захихикал возница. - Зачем ей лишние синяки? Если будем с девочкой помягче - как знать, может, она не станет сильно брыкаться...
  - Я первый, - заявил Джон откуда-то сбоку - похоже, он ехал верхом. - Не люблю доедать вчерашний суп. Если вы понимаете, о чем я.
  - Ну, конечно, - усмехнулся тот, кого называли Рамом. - Ты же у нас Красавчик Джон. Все самое лучшее достается тебе.
  Ответом ему стал нестройный гогот. Если у Амалии и были какие-то сомнения насчет своей судьбы, теперь они точно развеялись. Ее схватили какие-то бандиты. То ли беглые каторжники, то ли разорившиеся крестьяне, которых нужда заставила жить разбоем. Зачем им понадобилась студентка Академии? Потребовать выкуп? Нет, едва ли. Если бы эти ублюдки рассчитывали получить за нее деньги, они бы не стали ее бить. Но самое худшее, похоже, было еще впереди...
  - Неужели нельзя было найти кого-нибудь посочнее? - проворчал возница. - Одна кожа да кости.
  - Зато какая красавица, - возразил Рам. - Конечно, если Джонни не превратил ее милое личико в отбивную.
  - Да какая разница? Ты ведь можешь даже не снимать с нее мешок.
  На этот раз бандиты заржали одновременно со всех сторон. Сколько их? Пожалуй, десяток или полтора. Мастер Коннери без труда отправит их на тот свет... вот только Амалию к тому моменту успеют неоднократно изнасиловать, а то и убить. Наверное, она должна была испугаться - но страха почему-то не было. Только усталость, холод и боль. Боль плескалась в голове, не давая собраться с мыслями. Если бы она могла позвать Мастера... Но нет, он остался в Академии. Слишком далеко, чтобы дотянуться, особенно когда сознание то оживает, то вновь осыпается в темную пустоту мелкими осколками. Мастер все равно что-то почувствует, возможно, он уже сейчас мчится в Вудроу, оседлав Грома. И когда он сможет нащупать Дар Амалии, бандиты умрут. Но станет ли это утешением для ее истерзанного и бездыханного тела?
  - Отпустите меня, - тихо простонала она. - Мой Мастер найдет вас, всех до единого.
  - Это она о чокнутом старикашке из замка Ринвуд, - рассмеялся Джон. - Меня предупреждали, что он первым бросится ее искать.
  - Грегор Коннери? - уточнил Рам. - Знаешь, Красавчик, я бы не хотел с ним встретиться. Про него всякое рассказывают...
  - Сказки, - фыркнул кто-то сзади. - Он старше, чем твоя толстая мамаша, Рам.
  - Пошел ты...
  Кто-то предупредил Джона о Мастере. Выходит, бандиты специально искали именно ее, Амалию. Но зачем? И кому могло понадобиться ее похищать? Вот бы протянуть время, хотя бы немного. Мастер уже наверняка ее ищет!
  - Вы не знаете, с кем связались, - каждое слово отзывалось колокольным звоном в голове, но Амалия продолжала шипеть сквозь зубы. - Мастер Коннери развесит ваши кишки по деревьям. Оставьте меня и бегите так быстро, как только сможете! Возможно, он не захочет вас догонять...
  - Захлопни пасть! - рявкнул возница. - Мы приехали.
   Телега остановилась, и кто-то пинком сбросил Амалию прямо в снег. Потом она почувствовала, как путы на ногах ослабли - кажется, веревку разрезали.
  - Вставай, маленькая дрянь, - еще один пинок под ребра. - Никто не собирается тащить тебя на руках.
  - Прекрати, Рам, - Джон ухватил Амалию за ворот плаща и дернул вверх. - Она не сможет идти. Давай, помоги мне.
   Они даже не стали поднимать ее с земли - просто протащили по сугробу несколько десятков футов, потом раздался скрип двери, и вдруг стало тепло.
  - Рам, останешься здесь, - приказал Красавчик Джон, подтягивая руки Амалии вверх - видимо, к вбитому в стену крюку. - Остальные - ждите своей очереди. Девчонка крепкая, хватит на всех.
  - Ох-х-х, Джонни, зачем ты ее так? - сокрушенно протянул Рам, стаскивая с головы Амалии мешок. - Кто теперь возьмет ее замуж?
   В единственной комнате то ли убогой лачуги лесника, то ли просто заброшенного сарая, царил полумрак - окон не было, только пара оплывших свечек на столе. Еще немного света давала ржавая железная печка. И все же вполне достаточно, чтобы кое-как рассмотреть плавающее перед глазами лицо Рама. Амалия едва ли смогла бы представить себе кого-нибудь более уродливого. Низкого роста, почти карлик, но с огромными плечами и ручищами. Черная густая борода оставляла открытыми лишь приплюснутый широкий нос и крохотные глазки непонятного цвета. В них не было ни крупицы жалости или сострадания - лишь похоть и непонятная злоба.
  - Да какая разница? - усмехнулся Красавчик Джон, доставая нож. - Сегодня у нее будет столько мужей, что на всю жизнь хватит.
  Когда лезвие вспороло подол платья, Амалия попыталась как следует пнуть Рама в колено, но ноги не слушались. Красавчик Джон коротко размахнулся и ударил ее в живот рукоятью ножа.
  - Ублюдок, - Амалия согнулась пополам и закашлялась. - Ты сдохнешь!
  Как жалко, что она уже не увидит, как Мастер Коннери сожжет это грязное логово вместе с обитателями. Страх ушел окончательно - осталась только ненависть. Если бы можно было умереть в бою, достойно, как ученица темного мага, а не как сломанная и беспомощная игрушка, которую подвесили на крюк, как свиную тушу! Хоть один удар, хоть немного Силы... нет, не получится. Амалия не могла даже поднять голову или отодвинуться от жадных рук Красавчика Джона, сдиравших с нее исподнее. Еще мгновение - и остатки ее одежды упали на грязный пол.
  - Проклятье, а девка хороша! - Рам плотоядно ухмыльнулся и принялся возиться с завязками штанов. - Ты посмотри, какие крепкие ножки. А кожа нежная, белая... Сразу видно - настоящая леди, а не какая-нибудь деревенская курица... давай быстрее, Джонни, черт бы тебя побрал! Ты здесь не один.
   Но с Красавчиком Джоном происходило что-то странное. Только что он стоял ровно, разглядывая обнаженную Амалию, будто лошадь на ярмарке, а теперь его вдруг согнуло и повело вбок. Если бы Рам видел, что творится с его товарищем... Но он тоже смотрел лишь на Амалию. Когда нож вошел в широкую шею, Рам даже не покачнулся, не вскрикнул - только глаза у него на мгновение стали удивленными. Он так и повалился на пол - со спущенными штанами, чуть приоткрыв рот, словно не понимая, что с ним случилось.
  - Как хорошо, - тихо произнес Красавчик Джон. - Больше нам никто не помешает.
   Амалия выдохнула - и не смогла вдохнуть. Прямо перед ней будто бы вспыхнуло черное пламя чужого Дара. Красивое молодое лицо Джона плавилось, словно воск свечи, и из него проступало что-то другое - уродливое, страшное. Глаза налились непроглядной темнотой, а рот как будто стал вдвое шире... или это просто тени так ложаться? Но из этой твари во все стороны хлестали потоки Силы, и Амалия могла ею воспользоваться!
  
  - Мастер! Мастер Коннери!
  
  Амалия лишь на короткое мгновение оказалось где-то далеко отсюда. Увидела снег, темные стволы деревьев, могучую холку огромного жеребца - будто бы сама сидела на нем верхом... Но этого мгновения было достаточно.
  
  - Я иду. Держись, девочка.
  
  И ни слова больше. Только снег взметнулся под копытами Грома - но Амалия этого уже не увидела. И не увидела бы, даже будь она рядом с Мастером. Он исчез из этого мира и прокладывал свой путь там, куда обычным людям и магам дороги не было. Исчез, чтобы идти быстрее, черной стрелой пробивая время и расстояние. Чтобы успеть.
  
  - Как ты прекрасна. Как хороша... Я скучал по тебе, малышка.
  Нет, черты лица Красавчика Джона остались прежними, но это был уже не он. Темная тварь, занявшая его тело, придвинулась еще чуть ближе. Словно во сне - но на этот раз все было по-настоящему! По коже Амалии скользнули холодные, как лед, пальцы. Снизу вверх - по бедрами, по животу, по груди к шее и выше, пока не коснулись лица.
  - Да-а-а, я вижу, - прошелестело чудовище из сна. - Он идет сюда. Полный гнева, сильный - еще сильнее, чем был когда-то! Интересно, что он почувствует, если найдет свою маленькую девочку мертвой?
  Холодные руки царапнули ногтями и легли Амалии на бедра. Она дернулась, но черная тварь держала крепко.
  - Нет-нет-нет, куда же ты?! Тебе не нужно бояться! Ты слишком ценна, чтобы просто убить! - голос чудовища все больше напоминал шипение целого клубка змей. - Ты уникальна! И ты все равно будешь принадлежать мне...
  Шею обожгло ледяным дыханием. Проклятье, что оно делает?! Амалия изо всех сил отклонилась назад, до боли вжимаясь лопатками в бревна. Нет, только не так, только не...
   - Как жаль, - чудовище отступило назад. - Нам каждый раз не хватает совсем немного времени... Я не готов встретиться с ним - пока не готов. Но мы еще непременно увидимся! Передавай привет моему старому другу.
  С этими словами тот, кто еще совсем недавно было Красавчиком Джоном, радостно оскалился. А потом поднял нож и распорол себе горло от уха до уха. Но даже падая на пол с потухшим взглядом, он все еще продолжал улыбаться.
   И тут же закричали снаружи. Десять голосов одновременно. Десять взрослых мужчин верещали, как маленькие дети. Верещали - и умирали очень нехорошей смертью, о которой Амалия тщетно пыталась их предупредить. Впрочем, это едва ли бы что-то изменило. За ними пришел тот, кто не ведал пощады. Мастер Коннери не стал выбивать дверь - просто ворвался сквозь стену черным вихрем, ломая толстые бревна, как спички. Тела Рама и Красавчика Джона протащило по полу несколько футов. Амалия в первый раз видела Мастера по-настоящему разгневанным. Свечи погасли, но вместо них в темноте полыхали два зеленых огонька. Волны Силы встряхнули древнюю лачугу, едва не развалив ее на части, но тут же улеглись. Здесь больше не с кем было драться - и внутри, и снаружи из живых остались только сам Мастер Коннери и Амалия - избитая, обнаженная и до полусмерти замерзшая.
  - Похоже, ты умеешь за себя постоять, - пророкотал Мастер, развязывая ей руки. - Эти двое... не успели тебе навредить?
  - Нет, - прошептала Амалия одними губами. - Это не я их убила. Тот, другой... из моего сна.
  Теперь, когда все бандиты погибли, больше не было нужды держаться. Ноги Амалии подогнулись. Она безвольно повисла на руках у Мастера Коннери и разрыдалась, прижавшись щекой к его груди. Сейчас близость совсем не пугала - наоборот, казалась почти необходимой. Прикасаться, чтобы почувствовать его Силу, от которой ее собственный Дар загорался, согревая замерзшее тело. Видели бы их сейчас - заплаканная обнаженная девушка, перепачканная собственной кровью, и седоволосый мужчина, молчаливой громадой склонившейся над ней. Наплевать. Так даже лучше - чем меньше одежды между ними, тем проще согреться. Мастер даже не дернулся, когда Амалия скользнула руками вверх по его спине, пряча закоченевшие ладони под рубаху. Кожа у него была теплая, почти горячая. Но и этого показалось мало - Амалия привстала на цыпочки и потянулась вверх.
  - Все хорошо, - тихо проговорил Мастер. - Сейчас...
  Когда он чуть отстранился, Амалия едва не впилась ему в кожу ногтями, но Мастер лишь щелкнул застежкой и на плече и, стащив с себя плащ, укутал Амалию.
  - Садись. Тебе нужно согреть ноги.
  Прямо посреди комнаты вспыхнуло колдовское пламя. Амалия послушно опустилась на пол, утягивая Мастера за собой. Огонь приносил тепло в развороченную лачугу с двумя изломанными трупами на полу, но в самое нутро Амалии тепло мог принести лишь Дар, подобный ее собственному. Мастер щедро делился Силой, позволяя впитывать все, до чего она могла дотянуться. Какое-то время он не двигался, но потом осторожно освободил левую руку и принялся разминать замерзшие ступни. Амалия блаженно выдохнула - каждое касание теплых пальцев возвращало ей капельку жизни. А еще можно уткнуться лбом Мастеру в шею. Так совсем хорошо.
  - Ты в порядке, - Мастер чуть склонился, пытаясь заглянуть Амалии в глаза. - Остальное неважно, ерунда. Сейчас...
   Она никогда бы не подумала, что руки, способные переломить оружейную сталь, могут быть настолько чуткими и осторожными. Мастер провел кончиками пальцев по ее шее, потом чуть выше, по щеке, и глухая боль начала уходить. Комната перестала качаться, и Амалия смогла поднять голову. Зеленые глаза мягко светились в темноте. Совсем не страшно. Даже красиво. И тепло.
  - Послушай... - Мастер чуть нахмурился, но потом на его губах появилась едва заметная улыбка. - Сейчас я собираюсь кое-что сделать. Не уверен, что тебе понравится, но это действительно важно. Хорошо?
  Амалия зачарованно кивнула. Разве можно возразить сейчас, когда Мастер так близко? Пусть делает все, что хочет - только бы оставался рядом. Она даже не могла представить себе, как это - выпустить его из объятий. Куда проще перестать дышать...
  - Славно. Хорошая девочка...
   Рука Мастера вдруг метнулась вверх, крепко ухватила Амалию за нос и с оглушительным хрустом дернула влево. Как же больно! Лицо словно пронзила молния, но куда хуже было гадкое ощущение, что ее обманули, предали! Слезы брызнули из глаз почти на целый фут. От собственного визга у Амалии заложило в ушах. Она изо всех сил колошматила Мастера Коннери по широкой груди кулаками, вырывалась, но он даже не шелохнулся. Просто продолжал сжимать, пока Амалия не перестала биться и снова не зарыдала.
  - Хватит верещать, - негромко проворчал Мастер, покачивая Амалию на руках, словно маленького ребенка. - Мне уже приходилось вправлять сломанный нос. Не так уж это и страшно... Зато теперь на балу никто не спутает тебя со старухой Мерсье.
   Снова теплые пальцы, и снова боль отступала, стихала, но теперь Амалия скорее предпочла бы мучиться, чем принять помощь от Мастера. И в глазах щипало уже не от боли, а от какой-то непонятной обиды. Амалия вдруг почувствовала себя обманутой, и сразу же пришел и стыд: вот она - обнаженная, в руках мужчины, посреди заснеженного леса в нескольких милях от Вудроу. А что про нее теперь подумает Мастер? Она же чуть не... Проклятье!
  - Отпустите меня, - тихо всхлипнула Амалия. - Я... я в порядке.
  - Только если ты пообещаешь больше не пытаться сломать мне ребра, - Мастер осторожно ослабил хватку. - Думаю, нам пора. Незачем здесь задерживаться.
  - Да, сейчас, - Амалия как можно плотнее закуталась в плащ. - Благодарю вас, Мастер. Неизвестно, что бы со мной стало, не явись вы вовремя.
  - Ты должна быть осторожней, - Коннери покачал головой. - Попасться шайке мелких воришек достойно неразумной девочки. Боевой маг не допускает подобных ошибок.
  - Может, я не создана для того, чтобы быть боевым магом! - Амалия тряхнула головой. - Может, я куда лучше справилась бы с магией природы...
  - Никогда больше не говори этого! - рявкнул Мастер.
  Зеленое пламя в его глазах полыхнуло так, что Амалия на мгновение увидела даже самые темные уголки лачуги. И чего же она такого сказала? Всего лишь...
  - Не стоит тебе общаться с Селиной, - уже тише прорычал Мастер. - То, чем она является... Это хуже, чем Дар Изначальной Тьмы. Хуже, чем смерть!
  - Вот как? - Амалия поднялась на ноги. - Мне так не показалось. Селина очень добра. Она чувствует каждого. Даже вас, Мастер.
  - И считает меня чудовищем, - Коннери ухмыльнулся. - А сама она? Отказаться от самой человеческой природы ради того, чтобы понимать лесных зверушек... нет, я даже не могу представить себе что-то более извращенное и нелепое. Ее сострадание не стоит ничего! Ее любовь ко всему живому... проклятье, она же растение! Разве дуб или терновник могут любить?
  - А темный маг? - Амалия шагнула вперед и встала прямо перед Мастером. - Темный маг - может?
  - Разумеется, - Коннери пришлось чуть согнуться, чтобы посмотреть ей в глаза. - Человеческая страсть - гнев, страх, ненависть - в этом мы черпаем свою Силу. А любовь - оборотная сторона ненависти. То, что позволяет нам оставаться людьми, а не превращаться в безумных монстров. Ты спрашиваешь, может ли темный маг любить? - Коннери оскалился. - Я отвечу. Темный маг должен любить.
  - Прекрасно, - Амалия готова была рассмеяться. - И кого же любите вы, Мастер?
  - Тебя, - коротко бросил тот. И тут же продолжил. - Профессора Кроу. Ректора Торвальдсена. Агнешку Ковальски, Оливию Монтгомери и ее бестолкового братца. Бедивера Теофилуса, черт бы его побрал, Уилсона. Профессора де Вилью... чуть меньше, чем остальных. Каждого болвана за стенами замка Ринвуд. Даже тех, кто мечтает увидеть меня на костре или болтающимся на виселице.
   Амалия хотела было ответить, сказать, закричать что-нибудь грубое, обидное - но не смогла. Мастер Коннери стоял прямо перед ней - огромный, несгибаемый. Что ему упреки или оскорбления от маленькой девушки, если он так уверен в своих словах? И разве не то же самое говорила о нем и профессор Кроу? Всю свою долгую жизнь сражаться и не требовать награды. Можно ли назвать это любовью?
  - Пойдем. - Коннери легко подхватил Амалию на руки. - Не дергайся. Незачем тебе идти по снегу босиком.
   Амалия промолчала. Можно брыкаться, вырываться, но Мастер все равно сильнее, намного сильнее. Да и злилась она совсем не на него. На себя. Глупое, почти ребяческое чувство, пришедшее неизвестно откуда. Впору было снова заплакать. От усталости, от бессилия. От того, что окончательно запуталась в себе.
  - Не уверен, что тебе стоит на это смотреть, - вздохнул Мастер. - Я слишком спешил.
  Но Амалия все равно смотрела. Даже подступающая темнота ночи не могла скрыть то, что случилось здесь какие-то четверть часа назад. Обломанные ветви деревьев и потемневшая земля. Мастер шагал по трупам. Жуткое зрелище - плоть убитых будто бы не сгорала, а сразу превращалась в тяжелый серый пепел, лишь в некоторых местах еще сохранивший форму человеческих тел. Бандиты умерли мгновенно - Мастер спалил их всех дотла, когда выходил в этот мир обратно из места, которому нет названия. Так выглядит ненависть темного мага - выжженный кусок земли, на котором не остается ничего, кроме смерти и пустоты. Амалия устало закрыла глаза. Одно дело знать, какое будущее уготовила тебе судьба, и совсем другое - видеть. Если каждый раз вместе с врагами сгорает и частичка души - что останется в конце?
  - Знаешь, у меня ведь не было учителя, - Мастер усадил Амалию на спину Грома и вскарабкался следом. - Я прочитал тысячи книг - но все без толку. Никто и никогда не пытался пройти тем путем, которым иду я. Сдерживать Дар, пытаться использовать его во благо... ошибаться, - Мастер усмехнулся и пустил Грома медленным шагом. - Начинать сначала, верить - и снова ошибаться. Нет никакой истины, нет конца пути.
  - А что тогда есть, Мастер? - Амалия подняла голову. - Ради чего все это? Почему?
  - Потому, что иначе нельзя, - Коннери коснулся рукой ее лба. - Есть только вера и упрямство. Много-много упрямства. Самая страшная война - это война с самим собой. Каждый день. Стоит один раз остановиться, потерять волю - и все, конец. Там нет ничего, девочка. Но мы должны держаться. Должны - потому что впереди темные времена. Тот, кого ты видела во сне и наяву - чудовище, порождение мрака. Если ты оступишься, он сожрет тебя. А потом всех, кого ты любишь.
  - Его имя Матабер? - Амалия вцепилась в ворот куртки Мастера. - Скажите мне!
   Наверняка на лице Коннери не дрогнул ни один мускул - Мастер умел держать себя в руках, как никто другой. Но Амалия все еще прижималась к его груди и почувствовала, как сердце забилось чуть быстрее и громче. Неужели угадала? Или?..
  - Профессор Коннери! Профессор!
   В половине ярда впереди среди деревьев замелькали факелы. Отовсюду послышались голоса, среди которых Амалия узнала профессора де Вилью и Агнешку. Коннери пришпорил Грома и въехал в полукруг света. Сколько же здесь всадников? Двадцать? Тридцать?
  - Ами!
  Агнешка спрыгнула с коня прямо в сугроб, едва не свалилась, и тут же бросился вперед, но Ливи оказалась быстрее.
  - Ами, милая, прости, прости меня, пожалуйста! - Ливи не смогла сдержать слез. - Я ужасный человек! Отец Всемогущий, что, если бы я тебя так и не увидела?! Я больше никогда в жизни не буду на тебя сердиться!
  - Маркиза, подвиньте свой благородный зад, - Агнешка бесцеремонно отпихнула Ливи и изо всех сил ухватила Амалию за руку. - Черт бы тебя побрал, леди Фалмут, неприятности находят тебя в самых неожиданных местах. Ты цела?
  Амалии пришлось вцепиться в Мастера Коннери, чтобы ее не стащили вниз. Она кивала, отвечала что-то, слышала, как де Вилья упрашивает всех поскорее вернуться в Замок и дать бедной девочке отдохнуть. Кто эта девочка? Ах, да, это же она сама, Амалия Хэмптон, леди Фалмут... Почему все вокруг говорят так тихо? Нет, пусть не молчат, Амалия рада ответить каждому... но силы уже окончательно ее покинули. Последнее, что она увидела перед тем, как сползти в блаженную темноту сна, были два зеленых огонька. Мастер рядом. Значит, все будет в порядке.
  
  * * *
  
  ... должно было случиться. Этой ночью мы с Кошкой стали близки, как никогда раньше. Так, как больше никогда не будем. У меня не хватит слов, чтобы описать то, что случилось. Боль, смерть - но и блаженство тоже. Возможность прикоснуться к ней, даже когда она далеко. Видеть то, что видит она. Чувствовать. Да, теперь я чувствую намного больше, чем раньше. Звуки, запахи - все. Странно и непривычно. Бродяга нагнал нас сегодня утром. От его левой руки остался обрубок. Чуть ниже локтя. Не знаю, как он может улыбаться - но все-таки улыбается. Как всегда. Он говорит, что все идет так, как и должно. Что теперь я стану совсем другим, и тогда мы сможем одолеть Матабера. Я ему верю. Мне не нужны мои бойцы, не нужен мой конь. Даже меч начинает казаться детской игрушкой. Я буду таким же, как Кошка, как Бродяга. Только еще сильнее. Так надо. Как бы мне хотелось не знать, чего это будет стоить всем нам! Но я уже знаю.
  
  8 ноября, Лето 1242 от Рождения Солнца
  
  - Ну же, пойдем! - Ливи легонько дернула за край одеяла. - Разве можно такое пропустить?
  - Леди Фалмут, не заставляй меня тащить тебя силой, - проворчала Агнешка. - Ты чудесно выглядишь! Подумаешь, какая-то ерунда...
  - Не надо, - Амалия отложила черную книжечку и натянула одеяло по самые глаза. - Никуда я не хочу. Идите без меня, правда. Я только буду портить вам настроение.
  Лучше остаться и почитать. Вдруг получится разобрать хотя бы еще страничку? Конечно, Ливи и Агнешка любят ее и такой, какой она стала, но остальные... Амалия вздохнула и потянулась за зеркальцем. Скинула непослушную светлую прядь на лицо и сразу же убрала обратно. Нет, такое не спрячешь. Ни прической, ни косметикой - ничем. Это навсегда.
   Неровный белый шрам тянулся от носа влево и вниз, к уголку губ. Совсем незаметный - если отвернуть голову. Но стоит снова посмотреть прямо... Самое настоящее уродство. Разве кто-нибудь захочет общаться с леди, у которой огромный шрам? А Алекс? Он сможет полюбить ее такой? Сможет целовать изувеченное страшным ударом дубинки лицо? Сможет быть с ней рядом, когда все станут перешептываться и указывать на Амалию пальцем? И вправе ли она потребовать от него подобную жертву?.. Он ведь сын герцога, и однажды возьмет в жены чудесную девушку из знатного рода. А вовсе не дочь бедного виконта из Эйлсбери, у которой шрам на половину лица!
  - Не пойду, - упрямо повторила Амалия и отвернулась к стене. - Оставьте меня в покое!
   Сейчас ей хотелось побыть наедине с рыцарем из черной книжки. У него наверняка хватало своих шрамов... и его уж точно не волновало личико какой-то там Амалии Хэмптон. На войне люди гибнут сотнями и тысячами, а увечья и вовсе никто не считает. Наверное, рыцарь бы даже посмеялся над ее горем - подумаешь, шрам на лице. Вот только легче от этого ни капельки не становилось. Соседки неторопливо завершили сборы и, тяжело вздыхая, ушли. Пусть отдыхают - они заслужили праздник. И Агнешка, и Ливи будут скучать, но через пару часов музыка и вино сделают свое дело, и они смогут как следует повеселиться. Как и положено молодым девушкам на балу в честь праздника Рождения Солнца. Нормальным девушкам. Которые не бегают по лесам и лестницам, не упражняются с мечами и не носят на лице шрамов.
  - Амалия.
   Как бы хотелось сейчас притвориться спящей, выругаться или хотя бы просто не поворачиваться. Но профессор Кроу не их тех, кому можно нагрубить без серьезных последствий. И обмануть ее тоже не выйдет.
  - Добрый день, профессор. - Амалия перевалилась на другой бок, лицом в сторону двери. - Прошу меня простить. Кажется, я нездорова.
  - Ты отлично себя чувствуешь, - Кроу прикрыла за собой дверь. - Просто не хочешь идти.
  - Верно, - буркнула Амалия. - Незачем портить всем настроение. Лучше я останусь здесь.
  - И что? - Кроу подошла ближе и чуть склонилась. - Теперь всю жизнь просидишь в комнате?
  - А что, если так? - Амалия подняла голову. - Я же должна стать боевым магом. Зачем мне балы и платья? Достаточно меча... и пары крепких сапог.
  - Мастер Коннери одобрил бы такие слова, - Кроу присела на край кровати. - Одобрил бы - сто или чуть больше лет назад. С тех пор он многому научился. Оружие или магический Дар могут немало. Но не стоит недооценивать балы и платья. Сегодня в замке Ринвуд соберется много людей - лорды, леди, гости из столицы... может быть, даже из Серединных земель. Ты не просто студентка Академии, тебя тренирует сам Грегор Коннери, - Кроу чуть сдвинула брови. - Что подумают о твоем Мастере, если его ученица не появится на балу?
  - А что о нем подумают, если появится такая уродина? - Амалия склонила голову так, чтобы свет из окна падал на ее шрам. - Как вы думаете, профессор?
  - Ты не уродина, - Кроу протянула руку и коснулась кончиками пальцев лица Амалии. - У тебя приятные черты, ты молода и свежа. Твое тело великолепно развито тренировками. А шрам... шрам лишь добавляет тебе загадочности - мужчины это любят, поверь мне. Высший маг или сильный целитель вполне бы могли убрать его, не оставив и следа...
  - Вы можете? - Амалия рывком села на кровати. - Правда, можете?
   Вместо ответа Кроу отступила на шаг, откинула в сторону волосы и чуть приспустила воротник мантии. Алый рубец проходил по безупречной белой коже от ключицы почти до груди. Старая, очень старая рана. Кроу давно привыкла - хотя без особого труда могла бы вернуть своему телу прежнюю красоту.
  - Почему? - Амалия непонимающе тряхнула головой. - Зачем... так?
  - Не знаю, - Кроу поправила прическу. - Как напоминание, может быть. Все готовы носить нас на руках, пока мы молоды и красивы. Но только тот, кто любит по-настоящему, любит и наши шрамы. А теперь собирайся. У нас мало времени.
   Это совсем не звучало как приказ, но Амалия и подумать не могла возразить. Может быть, потом Кроу сможет ее вылечить... Или она считает, что все нужно оставить так, как есть? Что означает шрам, который Амалия теперь носила на лице? Напоминание? Но если так - то о чем ? И не лучше ли было бы забыть?..
  - Вылезай, - Кроу достала из складок мантии крохотный мешочек. - Платье. Жемчуг. И еще нужно успеть сделать что-то с твоими волосами...
   Амалия и представить не могла, что соберется так быстро. Руки Кроу мелькали то справа, то слева, то со всех сторон одновременно - поправляли, подтягивали, расчесывали, застегивали... Зеркало отражало невероятную метаморфозу: взъерошенная девочка со слегка опухшим от сна лицом стремительно превращалась в леди из высшего света. Неизвестно, что Аманда Дрейк сотворила с платьем, но теперь оно не просто сидело безупречно, но и будто бы добавляло роста и делало талию совсем тоненькой даже без тугой шнуровки. Жемчужное ожерелье и серьги дополняли совершенную черноту наряда, мягко сияя в свете свечей... не хотелось даже думать, сколько Кроу за них заплатила. Даже Ливи едва ли могла похвастаться чем-то подобным.
  - Чудесно, - Кроу смахнула с платья невидимую пылинку и отступила на шаг. - Осталось придумать, что сделать с твоей головой.
  - Может быть, челку на лицо? - жалобно попросила Амалия. - Тогда будет не так видно...
  - Глупости, - отрезала Кроу. - Не стоит пытаться спрятаться. Пусть смотрят. Ты сразишь всех наповал - если сама не будешь бояться. Минуточку...
  На этот раз Кроу воспользовалась Даром. Воздух над ушами Амалии едва слышно зазвенел, и непослушные локоны принялись укладываться в аккуратную высокую прическу, открывающую шею и плечи.
  - Теперь немного на глаза, - Кроу щелкнула пальцами, и ресницы Амалии удлинились вдвое и налились густой чернотой. - И не вздумай взяться за помаду. Вот так - отлично.
  - Да... - только и смогла прошептать Амалия.
   Кроу сотворила самое настоящее чудо. Только сейчас Амалия смогла увидеть... Бесконечные упражнения с мечом сделали ее плечи крепкими, будто из стали, но не добавили грузности. Руки остались стройными - но стоило сжать пальцы в кулак, и под мягкой кожей будто бы перекатывались железные шарики. Открытая шея не прятала сложения бойца - наоборот, будто бы кричала: вот, посмотрите! И смотреть хотелось. А глаза... от них было сложно отвести взгляд. Темные, почти черные - ни следа девичьей наивности. Пожалуй, Кроу не ошиблась: даже шрам удивительно вплетался в получившийся образ, нисколько не портя, а скорее дополняя что-то. Из зеркала на Амалию смотрела женщина-боец, женщина-клинок - острая и опасная. Она чуть отставила ногу в сторону и подняла руки, представляя, что сжимает рукоять меча. Бесподобное платье. Узкое, как перчатка, но совершенно не стесняет движений. В нем одинаково удобно будет и танцевать, и драться. Наверное, его даже можно снять одним движением... а ведь под ним ничего нет! Странное ощущение свободы, легкости...
  - Только не заиграйся, - Кроу улыбнулась. - Постарайся не разбить за один вечер слишком много сердец... А мне уже пора. До бала всего час, а я совершенно не готова. Поэтому идти за Мастером Коннери придется тебе. Да-да, и не смотри на меня так! Проследи, чтобы он не сбежал до начала праздника.
  
  * * *
  
  Незнакомый высокий мужчина стоял к двери спиной. То ли разглядывал в стекле свое отражение, то ли просто смотрел в окно. Амалия хотела было незаметно притворить дверь и отправиться искать Мастера Коннери - тот наверняка потерял счет времени и до сих пор торчал или в кузнице, или в тренировочном зале. Но не выдержала и залюбовалась. Сзади незнакомец смотрелся более чем эффектно. Черный камзол, шитый серебром, плотно облегал ладную фигуру. Длинные волосы собраны в аккуратный пучок на затылке. Только цвет у них какой-то странный - то ли серый, то ли просто свет так падает... Интересно, кто это такой? Судя по богатому наряду - гость из столицы. Но что он делает в комнате у Мастера Коннери? Может быть, стоит спросить?..
  - Ты долго будешь там стоять?
  Незнакомец спросил первым. И тут же обернулся. Амалия почувствовала, как щеки заливает краска. Нет, гостя Мастера едва ли можно было назвать красивым в привычном понимании этого слова, и все же он притягивал взгляд. Открытое лицо с правильными чертами, прямой нос, крупный подбородок. Уже не молод - небольшие морщинки в уголках глаз выдавали возраст. Пожалуй, ровесник профессора Кроу - только упрямая складка между бровей делала незнакомца чуть старше. Но это ему даже шло - в хмуром облике угадывалась незаурядная воля и сила характера. Такие мужчины всегда оказываются самыми надежными - для тех, кто им дорог. И самыми опасными для врагов. Пожалуй, незнакомец даже чем-то походил на Мастера Коннери - ростом, шириной могучих плеч, колючим блеском зеленых глаз... может быть, брат? Или даже сын...
  - Может, прекратишь разглядывать меня? Я и так не в восторге от того, что они со мной сотворили.
  - М...М... Мастер? - выдавила Амалия.
  - А кто еще, по-твоему, живет в этой комнате? - Коннери недовольно потер гладко выбритый подбородок. - Пойдем. Черт бы побрал эти танцы вместе с праздниками.
   Словно во сне Амалия протянула руку и взяла Мастера под локоть. Нет, невозможно! Глазам не поверить! Просто сбрить бороду, собрать в пучок седые космы, сменить бесформенную солдатскую куртку на шикарный камзол... Но Истинное Зрение не могло врать - все та же бьющаяся и густая Тьма, все тот же Мастер Коннери. Только... другой.
  - Проклятье, как Эл в этом ходит? Мне все время кажется, что меня пытаются придушить.
  Мастер осторожно повел плечами. Ткань жалобно затрещала, но выдержала.
  - Профессор Кроу ждет вас, - тихо пролепетала Амалия. - Бал уже скоро начнется... вы с ней открываете первый танец.
  - Не напоминай, - проворчал Мастер. - Надеюсь, я не отдавлю ей все ноги.
   Наверное, ему действительно было не по себе. От самого подножья Дозорной Башни Амалию и Мастера Коннери преследовали изумленные взгляды, щедро разбавленные перешептываниями. Едва ли половина студентов и преподавателей узнали в богато одетой паре старого профессора боевой магии и его ученицу - вечно растрепанную девчонку, которая большую часть времени щеголяла в мужских нарядах. Но те, кто все-таки узнал, перешептывались еще громче. До ушей Амалии доносились лишь обрывки фраз, но и этого было достаточно. Хорошо, что плащ закрывал шею и плечи - наверняка даже они у Амалии покраснели...
  - Это всегда так? - Мастер мрачно ухмыльнулся. - Перед балом? Все глазеют, скалят зубы... Проклятье, я бы с большей радостью прыгнул к дракону в пасть.
  - Всегда, - Амалия покрепче обхватила пальцами руку Мастера. - Ничего необычного. Просто несколько танцев.
  Она старалась выглядеть спокойной, но внутри все подпрыгивало. Казалось, каждый считал своим долгом вытаращиться на них. Завидев Мастера, дамы в пышных платьях принимались прятать лица за веерами и бессовестно хихикать. Кавалеры же уделяли куда больше внимания Амалии - ей достался не один восхищенный взгляд. Похоже, Кроу не ошиблась. В любой другой день Амалия бы только порадовалась подобному, но сейчас ей хотелось только одного: чтобы все это побыстрее закончилось. И куда пропала Кроу?.. А, вот же она - почти у самого входа в Дом Четырех Стихий.
  - Благодарю вас, госпожа Хэмптон. Профессор Коннери... вы чудесно выглядите.
  - Прекрати, Кет.
   Кроу лукаво улыбнулась и протянула Мастеру руку, облаченную в белую перчатку по локоть. Несмотря на мороз, она вышла на улицу без накидки или плаща. И, разумеется, ничуть от этого не страдала. В ослепительно-белом платье она сама сейчас казалась частью зимы и словно искрилась Силой. Коннери чуть склонил голову, взял ее под локоть, и в зал для танцев они проследовали уже рука об руку. Амалии же осталось только выискивать глазами соседок - наверное, они уже вовсю воздают должное вину и закускам.
  - Леди Фалмут! - раздался радостный вопль. - Курвамать! Я же говорила, что она придет!
  Огненная шевелюра мелькнула слева, и уже в следующее мгновение Агнешка изо всех сил сжимала Амалию в объятиях.
  - Ты потрясающе красивая, - только и сказала Ливи, подойдя ближе. - Лучше всех на этом балу.
  - Разве что после тебя, - Амалия рассмеялась. - Итак, мой долг перед Академией выполнен. Профессор Коннери доставлен сюда и передан в крепкие руки профессора Кроу. Теперь я могу спокойно насладиться вином и танцами.
  - Коннери? - фыркнула Агнешка. - Что-то я его здесь не видела... или?.. Подождите-ка?!
   Она так и стояла с широко открытым ртом. И когда раздались первые звуки музыки, и когда друг другу навстречу двинулись две фигуры. Одна - черная, чуть поблескивающая серебряным шитьем камзола. Другая - белая, почти излучающая свет. Амалия думала, что Кроу выберет для начала танец попроще, но та явно не собиралась давать Мастеру Коннери поблажки. Сама Амалия не смогла бы повторить все ее движения. Часть из них были знакомыми, но почти половину Кроу словно изобретала на ходу. Их танец был похож на схватку на мечах - Кроу нападала, а Мастер Коннери отвечал, подхватывая ритм. Он словно чувствовал, что делать, хотя Амалия никогда бы не смогла научить его ничему подобному. Что ж, теперь она до конца поняла план Кроу. Не все могли посмотреть на танцующих магов Истинным Зрением, но даже обычные люди чувствовали исходящую от них Силу. Мужчина и женщина, черное и белое, двигались в едином порыве, одновременно прекрасные и устрашающе-могучие во всем великолепии своего Дара. Кто бы осмелился бросить вызов тем, кто жил и сражался точно так же, как танцевал - вместе и до самого конца? Долгие и долгие десятки лет. Амалия не могла отвести глаз. Сердце сжималось от восторга, но к нему почему-то примешивалось какое-то странное и горькое чувство. Что-то, что заставляло искать в совершенстве танца изъяны.
  - Отец Всемогущий, - Агнешка, наконец, вернула себе дар речи. - Это же Коннери! Без бороды! Курррвамать! Прошу вас, леди, - Агнешка вцепилась в Амалию и Ливи одновременно. - Держите меня, если я прямо сейчас начну снимать с себя одежду. Вы видите его? Видите?!
  - Прекрасно видим, - Амалия недовольно покачала головой. - Не понимаю, что вдруг вызвало у тебя такое волнение.
  - Все ты понимаешь, - Агнешка все еще улыбалась, но ее глаза вдруг перестали искриться смехом и в одно мгновение сделались совершенно серьезными. - Можешь говорить что угодно, но кое-что лучше видно со стороны. Ты уже почти десять минут не сводишь с них глаз, и взгляд у тебя, как у ребенка, у которого отобрали конфету, - Агнешка пригубила вино из бокала. - Вот так-то.
  - Глупости, - Амалия нахмурилась и заставила себя отвернуться от танцующих. - Ничего особенного.
  - Разумеется, - Агнешка пожала плечами. - Алекс Монтгомери пожирает тебя глазами уже целую вечность, а ты даже не заметила, что он здесь.
  - Где?! - Амалия едва не подпрыгнула.
   Всего в десятке футов - спереди и чуть справа. Алекс надел тот самый серый камзол, что и на самый первый бал в сентябре. Амалия заметила, что ему все еще тяжело стоять - он будто бы невзначай опирался на край стола. Чего же ему стоило дойти сюда из больничного крыла?! И какой он все-таки еще бледный и худой... У Амалии сжалось сердце.
  - Что ты здесь делаешь? - прошептала она, на цыпочках подбежав к Алексу. - Мерсье отпустила тебя? Ты в порядке?
  - Я удрал, - Алекс слабо улыбнулся. - К тебе. Сколько можно валяться? В конце концов, что она мне сделает? После овсянки я уже ничего не боюсь. Ты...
   Этот взгляд - от глаз чуть ниже, туда, где лицо Амалии пересекала уродливая черточка шрама. И тут же обратно - сразу же, молниеносно. Будто бы Алекс вовсе ничего не заметил. Амалия изо всех сил стиснула зубы и заставила себе не убежать и не отвернуться. Пусть, пусть смотрит! Лучше сейчас, сразу, чем потом.
  - Ты потрясающе выглядишь, - тихо произнес Алекс и взял ее за руку. - Правда...
  - Не знаю, - Амалия опустила голову. - Неважно.
   Она ведь должна радоваться - Алекс здесь, бал, прекрасное платье, соседки... Но почему внутри все будто бы надламывается? Что не так?
  - Ты самая красивая, - Алекс подошел ближе и легонько ткнулся лицом в волосы Амалии. - Что бы ни случилось - ты всегда будешь лучше всех. Я скучал по тебе.
  - Я знаю, - Амалия чуть отстранилась. - Спасибо, что пришел.
  Ужасные слова. Неуклюжие, неправильные. Алекс здесь, совсем рядом, можно обнять его, прижаться и держать хоть целую вечность. Радоваться - но радости не было. Только недоумение и какое-то гадкое чувство, от которого хотелось спрятаться где-нибудь подальше отсюда.
  - Ты изменилась, - задумчиво произнес Алекс. - Стала какая-то другая. Что с тобой творится, Ами?
  - Хотела бы я знать, - Амалия вздохнула. - Нет, дело не в тебе! Это я, я сама... и Дерек здесь тоже совершенно не при чем.
  - И все же ты его вспоминаешь.
  Алекс отступил на шаг. До чего же он вдруг стал похож на Ливи - когда та почти не разговаривала с Амалией. Стальной взгляд, на бледном лице - ни тени улыбки, ничего. Пусто. Когда музыка вновь заиграла, толпа вокруг тут же пришла в движение. Кавалеры подхватывали дам в пышных платьях и пары тут же принимались кружиться под звуки вальса, а Амалия и Алекс так и стояли - глаза в глаза, без движения. Она рассеянно отвергла руку какого-то приземистого старшекурсника, потом еще одну, и еще... Просто смотрела, пока в паре шагов перед ней не мелькнуло синее платье Урании Клиффорд. Та шагнула к Алексу и что-то проговорила.
  - Нет, - одними губами прошептала Амалия. - Ну же, не соглашайся, не надо...
  Алекс чуть сдвинул брови, покачал головой, но Урания уже настойчиво тянула его к центру зала. И он сдался. Тоскливо опустил плечи, чуть ссутулился, но все же протянул руку настойчивой партнерше. Амалия выдохнула. Опять эта самовлюбленная дрянь! Конечно, она же прекрасно знает, что Алекс никогда не обидит даму отказом от танца. Ей не тягаться с ученицей темного мага в открытой схватке, но вот такие дурацкие подначки... а может быть, даже подкуп дюжины нищих головорезов?! Не случайно же она оказалась поблизости там, в Вудроу! Синие платье и камзол Алекса еще раз или два промелькнули в пестрой толпе и исчезли в водовороте шелков и золота. Кто-то случайно толкнул Амалию локтем. И снова. Танец начался, и никому больше не было дело до маленькой девушки со шрамом, невесть как оказавшейся чуть ли не в самой середине зала. Одна, совсем одна! От обиды и злости защипало в носу. Проклятые чувства! Амалия изо всех сил стиснула зубы, удерживая слезы. Мастер Коннери называл дриаду Селину растением - пусть так. Зато ей уж точно не приходится страдать из-за того, что сердце словно раздирают крохотными коготками тысячи маленьких беспощадных чудовищ. И нет спасения. Разве что закричать, ударить, выплеснуть во все стороны алое и тягучее, от которого все тело дрожало, а пальцы начинали гореть огнем! На мгновение отпустить все - и тогда...
  - Амалия.
  Большие теплые ладони легли на плечи. Мастер Коннери подошел сзади, и Амалия не видела его, но все равно сразу же узнала. Даже не по хриплому голосу - по тому, что всегда неизменно шло за любым его прикосновением. Ее Дар встрепенулся и потянулся к Мастеру, увлекая за собой и тело. Амалия чуть подалась назад. Металлические пуговицы камзола остро и неприятно кольнули холодом обнаженную спину, но это было неважно. Привычная сладкая боль затопило все внутри, и шум в ушах стих. Но обида и злость остались - даже вспыхнули еще ярче, словно чужая Сила только раздувала их.
  - Амалия, прошу тебя.
  И что он скажет ей? Что нужно держаться? Но что делать, если уже не можешь? Если Проклятый Дар неотвратимо берет свое, заставляя чувствовать, как что-то в груди трескается, осыпается и выпускает Тьму наружу?
  - Оставьте меня в покое, - Амалия сжала кулаки. - Это вас не касается.
  - Ты ошибаешься. Ами...
  - Пустите меня, - прошипела Амалия, изворачиваясь в руках Мастера. - Пустите!
  Она изо всех сил прогнулась назад, упираясь ладонями ему в грудь, но Мастер даже не шелохнулся. Значит, так?! Пускай же!
   Амалии даже не пришлось напрягаться. Скрученная в тугую пружину Сила сорвалась и хлестнула Мастера, словно пощечина. И Амалия тут же зажмурилась и втянула голову в плечи, ожидая чего угодно - того, что в бальном зале разом погаснут все свечи и обрушится потолок. Что люди вокруг застынут, а потом осядут на землю серыми кучками пепла. Что весь замок Ринвуд обратится в бесформенные и почерневшие развалины. Но куда больше всего этого Амалия боялась Мастера. Разве мог он оставить такое без ответа? Она напала на него - не в тренировочной схватке. Не для того, чтобы выполнить упражнение...
   Но мгновение шло за мгновением, и ничего не происходило. Все так же звучала музыка, все так же шуршали роскошные платья дам. Замок Ринвуд все так же крепко стоял на своем древнем фундаменте. Только пальцы Мастера, все еще сжимавшие плечи Амалии, чуть похолодели. Разве мог он простить такое? Амалия не сразу отважилась открыть глаза. Мастер нависал над ней молчаливой громадиной, но что-то неуловимо изменилось. Он не пытался отразить удар, не пытался уклониться - просто раскрылся навстречу потоку Силы и впитал его весь без остатка. Вся боль, которую Амалия не смогла удержать внутри, теперь плескалась в его глазах зеленым пламенем. Но даже для могучего мага этой Силы оказалось слишком много. Изначальная Тьма стремилась взять свое. Губы Мастера вздрогнули, обнажая два ряда крепких зубов. Амалия почувствовала, как стальные пальцы впиваются в ее плечи. Боль заставляла все больше выгибать спину, откидываясь назад. Мастер специально мучил Амалию - но это не было наказанием. Она прекрасно знала, что заставляло его до скрежета сжимать зубы и смотреть на нее вот так.
  - Мастер Коннери? Вы ведь тоже это чувствуете?
  Амалии показалось, что она сказала это вслух - но на деле ни издала и звука. Никто вокруг даже не посмотрел в их сторону. Не обратил внимания.
  - Каждый. Чертов. День, - едва слышно выдохнул Мастер сквозь зубы.
  - И как с этим справиться? - прошептала Амалия. - Это вообще возможно?
  - Не знаю.
  С этими словами Мастер вдруг резко выпустил ее, почти оттолкнув, развернулся и зашагал прочь. И танцующие на его пути шарахались в стороны, будто к выходу из бального зала отправился не блестящий кавалер в черном камзоле, а страшное чудовище.
   Впрочем, разве не так оно и было?
  
  * * *
  
  - Не любишь танцевать? Никогда бы не подумал. Ты просто создана для балов... как и это платье. Чудесно выглядишь, малышка.
  Амалия едва не споткнулась и не полетела вниз с лестницы. В Доме Четырех Стихий всегда было вдоволь свечей или магических огоньков, но все же зима и вечер брали свое, и в углах и нишах накапливалась густая, словно патока, темнота. Амалия могла бы поклясться, что еще мгновение назад в тени за колонной никого не было... Впрочем, Дерек всегда появлялся из ниоткуда в самое неподходящее время. Сначала в полумраке дьявольским огоньком сверкнули глаза, а потом навстречу Амалии шагнула невысокая худощавая фигура. Дерек сменил костюм - то ли по случаю бала, то ли просто, без особой причины. Новая одежда из грубой черной ткани едва ли могла бы называться дорогой и изящной, но, по крайней мере, не была затерта до дыр и не висела мешком.
  - Убирайся к дьяволу, Дерек, - выдохнула Амалия. - От тебя вечно одни неприятности!
  - Неприятности сами находят тебя, принцесса, - вкрадчиво промурлыкал Дерек. - А может быть, это ты их находишь. Что на этот раз? Кто-то одел такое же платье? Или твой обожаемый болван Монтгомери наступил тебе на ногу?
  Одно упоминание имени Алекса вновь заставило Амалию едва слышно всхлипнуть. Наступил на ногу? Ах, если бы это было так. Алекс наступил на ее сердце. Вот только Дереку уж точно не стоило об этом знать.
  - Оставь меня в покое, - она постаралась вложить в свои слова столько льда, сколько могла. - Никогда больше не подходи ко мне.
  - Или что? - Дерек неуловимым движением скользнул вперед и оказался всего лишь ступенькой ниже Амалии. - Будешь звать на помощь? Ударишь меня?
   Не самая плохая идея. Когда Дерек хозяйским жестом потянулся к талии Амалии, она чуть присела и резко рванулась, выбрасывая вперед не только руку, но и все тело - как учил Мастер Коннери. Удар вышел славным и оставил бы Дерека без доброй половины зубов - разумеется, если бы достиг цели. Амалия уже успела забыть, какая нечеловеческая сила и ловкость скрывается в тщедушном теле. И совершенно напрасно. Уже в следующее мгновение она была крепко прижата спиной к холодному камню колонны - не вывернешься. Даже не вскрикнуть - стальные объятия не давали толком вдохнуть.
  - Я тебя обожаю, - усмехнулся Дерек и скользнул губами по шее Амалии. - И откуда в такой худенькой малышке иберийские страсти? А уж это твое платье...
  - Убери. Руки! - Амалия зарычала и безуспешно попыталась пнуть Дерека по ноге. - Что тебе от меня нужно?!
  - Как будто ты не догадываешься.
  - Нет. Никогда! - Амалия снова рванулась.
  На этот раз Дерек на удивление легко сдался и разжал хватку. И тут же отступил на пару шагов.
  - Прости, - он поднял вверх раскрытые ладони. - Ты такая... Безумно, невероятно сложно держать себя в руках. Особенно сейчас. Но я постараюсь.
  - Ты сумасшедший, - Амалия поправила платье, которое уже готово было сползти с груди куда-то к поясу. - Я все расскажу профессору Кроу!
  - Почему бы и нет? - Дерек пожал плечами. - Начни с того, как забралась в кабинет к Крамеру. Потом расскажи, как стащила оттуда книгу.
   Проклятье! Неужели кто-то проболтался? Агнешка? Нет, едва ли. Бард? Да уж Бард едва ли упустил бы возможность похвастаться подобным приключением. Черт бы побрал его длинный язык...
  - Представления не имею, о чем ты, - Амалия подняла голову и снова зашагала вниз по лестнице. - Кабинеты, книги... у тебя чересчур живое воображение, Дерек.
  - Разумеется, - послышался насмешливый голос за спиной. - В данный момент я как раз воображаю тебя без платья. А вот что касается книги... представляешь, несколько дней назад мне в руки попался один маленький листочек...
   Амалия развернулась на каблуках. Дерек стоял там же - у колонны - и задумчиво пощипывал пальцами край пожелтевшего от времени листка бумаги.
  - Выглядит так, будто бы его вырвали из какой-то очень старой книги, - продолжил он. - Интересная штуковина. Весьма подробная биография какого-то мага. Судя по его делишкам, этот парень был тем еще кровопийцей... Тут даже портрет есть, можешь себе представить? Кого же он мне напоминает?..
   Амалии пришлось изо всех сил ущипнуть себя за запястье, чтобы не броситься обратно. Дерек и так знал слишком много, и стоит ей показать, что страничка из старой книги действительно так важна... Проклятье, почему она отошла так далеко?! Отсюда кое-как было видно только старые буквы и рисунок в самом низу страницы - то ли портрет немолодого мужчины, то ли...
  - Наверное, обронил кто-то с нашего курса, - Амалия будто бы невзначай поднялась на ступеньку, но вид делала самый что ни на есть скучающий. - Кто-то еще читает старые сказки.
  - Ты права, - на кончике пальцев Дерека зажегся крохотный огонек. - Просто древний и никому не нужный хлам. Думаю, от него стоит избавиться. Старая бумага хорошо горит.
   Амалия едва подалась вперед - совсем чуть-чуть, но Дерек все же заметил.
  - Значит, старые сказки? - усмехнулся он. - Маленькая обманщица. Тебе же нужна эта чертова бумажка, ведь так?
  - Просто интересно, - буркнула Амалия и поднялась еще чуть выше. - Дай посмотреть.
  И снова Дерек оказался быстрее. Амалия одним прыжком перемахнула через семь ступенек, но там уже никого не было. Сильные руки обхватили ее сзади.
  - Зачем тебе играть в эти детские штучки? - промурлыкал Дерек прямо в ухо. - Достаточно просто сказать, что эта страничка тебе нужна. И все. Ну же, скажи...
  Амалия сжала зубы. Опять Дерек играет с ней, заставляет делать что-то, что нужно ему одному! И опять она никак не может противиться его выходкам... Нельзя упустить шанс узнать что-то о Матабере, а страничка из книги может оказаться последней частичкой головоломки, которую они с Агнешкой тщетно пытаются разгадать уже почти полгода.
  - Да, мне нужна эта бумажка, - прошипела Амалия и ткнула Дерека локтем в живот. - Отдай.
  - Прелестно, - рассмеялся тот. - Значит, я не ошибся. Ты получишь свою ветошь... но я хочу получить кое-что взамен.
  - Даже не думай, - Амалия кое-как выдавила из себя что-то, отдаленно напоминающее издевательский смех. - Не надейся, что я буду... с тобой...
  - Глупышка, - Дерек горячо выдохнул ей прямо в ухо. - Чего ради меняться на то, что я и так получу - рано или поздно? Нет, мне нужно кое-что совсем другое.
  - И что же?
  - Вот такой разговор мне нравится, - Дерек чуть сильнее приобнял Амалию за плечи. - Никакой пустой болтовни, прямо и честно. Старик Коннери обычно носит на поясе древний, как холмы, ремешок с бронзовой пряжкой... Наверное, когда-то он пристегивал к ней ножны меча. Она уже успела позеленеть от времени, потом почернеть, и потом снова позеленеть. Сущая безделица, старикашка ничего не заметит. Принесешь мне пряжку - и страничка твоя. По рукам?
  - Зачем тебе это старье? - удивленно пробормотала Амалия.
  Она ожидала чего угодно - но только не этого. Зачем кому-то вообще могла понадобиться древняя пряжка Мастера Коннери? Чего в ней было ценного? И почему Дерек так хочет ее заполучить?..
  - Это мое дело. Страничку в обмен на пряжку - и никаких вопросов.
  С этими словами Дерек разжал руки.
   Когда Амалия обернулась, на лестнице уже никого не было. Только темнота в углах будто бы стала чуть гуще.
  
  * * *
  
  Крохотные ледяные черточки. Только прямые, но вместе они образовывали узор, в котором при желании можно было бы разглядеть любую фигуру - круг, квадрат, восьмиконечную звезду. Еще мгновение - и совершенство линий расплылось, а потом и вовсе исчезло. Снежинка растаяла, превратившись в крохотную капельку на ладони. Амалия вздохнула. Все прекрасное в этом мире недолговечно. Туфли стопчутся, платье рано или поздно порвется и превратится в тряпье, а тело и лицо изуродуют шрамы или морщины. А уж человеческие чувства... Меняются, танцуют, словно пары на балу, замерзают и тают, словно снежинки - как можно в них не запутаться? Еще совсем недавно Амалия любила Алекса так сильно, как только могла, но сегодня в сердце поселилось что-то совсем другое. Какая-то гадкая и холодная пустота, вина, словно она должна была сделать, сделать... но не сделала. И сказала не те слова. И даже когда Урания утянула Алекса танцевать, Амалия почувствовала лишь одиночество, тоску и боль разочарования. А любовь... Ушла? Или ее и вовсе никогда не было, а Амалия принимала за истинное чувство лишь отчаянное желание близости?
   Где-то под ногами послышалось настойчивое мяуканье, после чего крупная полосатая зверюга вскочила на подоконник рядом с Амалией и принялась тереться о ее руки мохнатой мордой. Кот всегда знал, когда хозяйке плохо. И всегда приходил отогнать тоску низким урчанием, от которого иной раз подрагивали стекла.
  - Да, милый, - Амалия рассеянно почесала кота за ухом. - У меня нет для тебя угощений, прости. Может быть, Агнешка или Ливи принесут что-нибудь с бала. А я сегодня плохая.
  Кот недовольно фыркнул, но потом все же принялся вылизывать Амалии ладони. Его чувства не отличались сложностью и тонкостью - чего только стоила его манера бесцеремонно топтаться по груди и животу в середине ночи - но зато были искренними и бескорыстными. И ему действительно было не так уж и важно, удалось ли ей стащить для него кусочек вкусного мяса. А уж такие мелочи как шрамы, туфли и платья для него и вовсе ничего не значили. Кота вообще мало интересовало то, что нельзя было съесть.
   До конца бала оставалось еще несколько часов, и жилой корпус пустовал. Амалия никогда бы не подумала, что здесь может быть так тихо. Только чуть поскрипывали от ветра ставни и едва слышно подвывал в каминных трубах ветер. Или... не ветер?
   Амалия затаила дыхание. Нет, ошибки быть не могло. Звук шел откуда-то сверху, с чердака. Кто-то или что-то тихонько всхлипывало, словно вторя ветру за стенами.
  - Вот странно, - пробормотала Амалия, сползая с подоконника. - И кто же это может быть?
  Кот негромко мявкнул. Конечно же, он неплохо знал обитателей чердака - особенно тех, которые годились в пищу. Но едва слышные через толстый потолок рыдания мало напоминали птичий гомон. Человек... или привидение. Может быть, дух первокурсницы, повесившейся на чердаке из-за несчастной любви. Нет, ерунда! Амалия помотала головой. Никаких призраков не существует. А людей ученице темного мага бояться не пристало. Кот чуть покрутился у ног, пока она надевала туфли, а потом запрыгнул на кровать и тут же засопел. Амалия накинула на плечи плащ и вышла в коридор. Путь вниз, на первый этаж, освещался почти двумя десятками свечей. А лестница наверх?
  Конец коридора утопал во тьме - дверей в жилые комнаты здесь не было. Только какие-то чуланы или кладовки, в которые давным-давно никто не заглядывал, а за ними - пыльные деревянные ступеньки, уходившие под потолок. Амалия кое-как разглядела на стене уродливый старый подсвечник, в котором не осталось даже огарка свечи.
  - И кому понадобилось туда лезть? - проворчала она, зажигая магический огонек. - Только пыль и сырость. Бррр!
  Ступеньки тоскливо скрипнули под ногами, но выдержали. По бокам их покрывал чуть ли не дюймовый слой пыли, но посередине было сравнительно чисто. На старом дереве отчетливо виднелись отпечатки ног. Амалия поставила рядом свою. След оказался лишь чуть крупнее бальной туфельки - на чердаке пряталась девушка. Амалия запустила магический огонек в распахнутый люк и втянула носом воздух. Ничем особенным не пахло. Загадочная незнакомка не принесла с собой смертоносного железа, не варила какое-нибудь загадочное зелье и не откручивала головы птенцам. Просто тихо плакала... и, кажется, пила вино.
  - Кто здесь? - негромко позвала Амалия. - С вами все в порядке?
  - Проваливай к черту!
   Магический огонек словно испугался крика и бестолково заметался по чердаку, а потом прицепился к какой-то балке, выхватывая из темноты огненно-рыжую шевелюру. Не просто волосы - будто бы живое пламя, подобного которому в замке Ринвуд не было. Агнешка сидела на перевернутой деревянной бадье около слухового окна. Без плаща, в одном бальном платье, кое-как державшемся на одном плече. У ее ног валялась пара бутылок из темного стекла.
  - А-а-а, это ты, леди Фалмут, - Агнешка мотнула головой. - Курррвамать... Я думала, ты на балу. Что ты забыла в этой дыре?
  - Просто услышала тебя... - пробормотала Амалия. - Зачем ты вообще сюда забралась?
  - Грязный вонючий чердак, - Агнешка отхлебнула из бутылки. - Мокрый, холодный и темный. Отличное место для такой, как я, разве не так? Да-да, мое место здесь, среди крыс и птичьего дерьма. А вовсе не на празднике для богатых и знатных господ.
  - Да что с тобой такое? - Амалия нахмурилась и шагнула вперед. - Что ты несешь? Ты ничем не отличаешься от меня или Ливи!
  - Разумеется, - Агнешка пьяно хихикнула и чуть покачнулась. - Разумеется, я точно такая же, как дочь герцога или виконта. Безродная Агнешка со странным именем - Ковальски. Агнешка, которая вечно влипает в какие-то истории. Агнешка, которая может перепить любого стражника. Агнешка, которую в первый же день в Академии трахнули в Дозорной Башне! Точно такая же?!
  - Значит, и мое место тоже здесь, - Амалия решительно толкнула соседку и уселась рядом. - Я тоже удрала с этого чертова бала.
  - Ты? - прыснула Агнешка. - Амалия Хэмптон, особенная девочка. Иногда мне кажется, что вся Академия крутится лишь вокруг одной тебя. Ректор, старик Коннери... даже страшила Дерек Каннингем сошел с ума от малышки Ами. А я-то надеялась, что хоть этот достанется мне, - Агнешка горько рассмеялась.
  - Но я не виновата! - Амалия схватила соседку за руку. - Я не знала... не думала...
  - Конечно, милая, - Агнешка легонько погладила пальцы Амалии. - Даже если бы я хотела, я бы все равно не смогла на тебя злиться. Да и кому нужен этот Дерек?.. Нет, я совсем не о нем.
  - Ты влюбилась в кого-то? - догадалась Амалия. - Из-за этого ты... такая?
  - Пьяная и бестолковая? - Агнешка рассмеялась. - Можно сказать и так. Он все равно никогда не сможет полюбить меня. Никогда не женится на такой - безродной девчонке, от которой даже собственная мамаша поспешила избавиться. Мы с ним... нет, мне даже думать б этом смешно. Между нами пропасть.
  - Мой Мастер?! - Амалия привстала на месте. - Коннери?!
  - Сядь на место, валькирия, - Агнешка легонько толкнула Амалию в грудь. - Никто не собирается срывать камзол с твоего драгоценного старикашки, хотя без своей дурацкой бороды он стал еще лучше. Нет, я не о нем. Можно сколько угодно любоваться на его великолепные руки, спину и задницу... но в его глазах Преисподняя. Ты ведь знаешь, о чем я, леди Фалмут?
  Амалия молча кивнула.
  - С ним нельзя играть, его невозможно любить, - продолжила Агнешка. - Обычную женщину он спалит дотла. День, месяц, год - больше не продержится никто. Подобные старику Коннери всегда одиноки. Разве что... разве что когда-нибудь ему встретится такая же, как он сам. Но разве это возможно? Нет, малышка, я не о твоем Мастере. Но и тот, кого я люблю, тоже... тоже твой.
  - Алекс, - тихо произнесла Амалия и зачем-то уточнила. - Брат Ливи. Старший.
  - Глупо, да? - вздохнула Агнешка. - Мы ведь с ним совсем разные. Но я ничего не могу с собой поделать - с того самого дня, как впервые увидела. Благородный болван, само совершенство, курвамать. И даже если на тебя свалиться флюгер Дозорной башни, мы все равно... все равно не будем вместе. Никогда!
   Последние слова дались Агнешке с явным трудом, а потом она снова тихо разрыдалась, уткнувшись лицом в ладони. Амалия тряхнула головой. Она ни в чем не провинилась перед подругой - но гадкое чувство все-таки скреблось в груди маленькими коготками. Будто Амалия украла что-то чужое, и украла не из нужды, а только лишь из глупого и низменного желания обладать. Агнешка, вечно улыбающаяся во все зубы - даже когда дела шли совсем плохо - сейчас рыдала, словно маленькая девочка. Слезы тоненькими ручейками текли между пальцев и капали на залитый вином подол платья. Сколько же она держала в себе это, неизменно скаля зубы при встрече с Алексом - и даже слова не сказала! Не желала мешать подруге, не желала бросать тень на счастье Амалии. От этого становилось еще тяжелее - хотелось рухнуть на пыльные доски чердака и расплакаться вместе с Агнешкой.
  - Глупая ты, - всхлипнула Амалия. - Почему не сказала? Я бы тогда даже не стала бы... Почему ты всегда ведешь себя так, будто терпеть не можешь Алекса?!
  - Хм. Ну, вот тебе урок жизненной мудрости от старой Агнешки, - Агнешка шмыгнула носом, но голос ее зазвучал чуточку веселее. - Иногда ты будешь делать что угодно - кроме того, чего хочешь на самом деле. Чтобы никто и никогда не догадался, как сильно тебе это нужно. Может быть, даже получиться самой поверить... и это хорошо, ведь так легче. Потому что ты никогда не сможешь получить. Потому что ты просто недостойна.
  - Не говори так! - Амалия почувствовала, как и по ее щекам потекли слезы. - Мне все равно, откуда ты и кто твои родители. Ты самая смелая, самая верная и добрая на свете! И очень красивая!
  - Даже так? - Агнешка обняла Амалию за плечи. - Ты мне бессовестно льстишь, леди Фалмут.
  - Неправда! - Амалия даже топнула ногой. - Ты заслуживаешь всего, чего заслуживаю я или Ливи... нет, даже больше! Когда-нибудь ты точно выйдешь замуж за герцога или даже принца крови!
  - Малышка Ами, - Агнешка протянула руку и смахнула со щеки Амалии слезу. - Да не нужен мне герцог, и даже принц не нужен. Я просто хочу, чтобы меня любили. Вот и все.
  - Я тебя люблю! - Амалия изо всех сил сжала ладони подруги. - Честно!
  - Сильно любишь? - Агнешка подалась еще немного вперед. - Насколько?
  - Очень-очень! И не только...
   Про то, что Агнешку любит еще и Ливи, Амалия сказать так и не успела. Горячее дыхание с легким цветочным ароматом обожгло лицо. Но губы Агнешки оказались еще горячее. Сладкие от выпитого вина, мягкие, они сначала едва ощутимо коснулись губ Амалии, но с каждым мгновением становились все настойчивее. Амалия хотела было отпрянуть, но соседка скользнула кончиками пальцев по шее вверх, на затылок, взъерошивая волосы и придерживая. Совсем немного, но и этого оказалось достаточно, и никаких сил не было оторваться от этого неправильного, но такого пьянящего и будоражащего поцелуя. Амалия затаила дыхание, позволяя Агнешке ласкать себя, и это продолжалось, продолжалось... продолжалось...
  - Ох, - тихо выдохнула та целую вечность спустя. - Да уж, теперь я понимаю, почему мужчины вокруг тебя буквально сходят с ума, леди Фалмут.
  - Что... что это вообще такое было? - пробормотала Амалия, едва находя в себе силы подняться на ноги. - Ты?..
  - Не волнуйся, малышка, я все еще предпочитаю мужчин, - Агнешка улыбнулась и лукаво закрыла один глаз. - Хоть и заставила меня всерьез задуматься. Не обращай внимания. Я просто пьяная и глупая Агнешка. Которая вечно выкидывает что-нибудь дурацкое.
  - Это точно, - Амалия зажмурилась и потрясла головой. - Ты сумасшедшая. И тебе надо ложиться спать.
  - Именно, - Агнешка покачнулась, но все же кое-как встала с бадьи. - Пойдем... и, леди Фалмут!
  - Да?
  - Расскажешь кому-нибудь - я тебя поджарю. Серьезно.
  
  * * *
  Амалия спала - и знала, что спала. Она уже давно научилась отличать эти сны - темные, тягучие... страшные? Пожалуй, нет. Не всегда. Но неизменно гадкие, мутные, словно застоявшаяся вода в пруду. После них на коже оставался липкий холодный пот, который хотелось поскорее смыть, но вода не приносила облегчения, а будто бы загоняла противную мелкую дрожь вглубь, и Амалия иногда почти час стояла под горячими струями в бане, а потом вновь ложилась в измятую кровать и не могла уснуть до утра. Даже кот, бесстрашно стоявший на страже покоя хозяйки, ничего не мог поделать с терявшимися в серой дымке башнями, бесконечными скрипучими лестницами, тихим шепотом драугров, что ворочались в своих каменных гробницах глубоко под замком Ринвуд, черным чудовищем, тянувшимся тысячью щупалец из каждого темного угла и юношей, чье лицо Амалия каждый раз почти узнавала. Почти - и каждый раз просыпалась.
   На этот раз все началось почти так же, как обычно. Амалия вновь поднималась вверх по узкой винтовой лестнице, пытаясь убежать от следовавшего по пятам белесого тумана. Вперед и вверх - туда, где прямо среди черной пустоты то ли неба, то ли чего-то совсем чужого, нездешнего, висел позеленевший от времени бронзовый колокол. Обычно висел. Но теперь лестница закончилась неожиданно быстро, туман отступил, и Амалия оказалась перед небольшой деревянной дверцей. Ни замка, ни скважины - только ручка из тусклого желтоватого металла. За спиной - лишь мокрая пелена и холод, ни конца, ни края. Как-то раз Амалия пробовала брести наугад, выставив руки вперед, но в тумане не было ничего. Бесполезно. Значит, ей нужно туда, за эту низенькую дверцу. Амалия взялась за ручку и потянула.
   Небольшая комната освещалась лишь едва теплящимся пламенем камина. В огне догорал последний кусок дерева. Снаружи, перед решеткой, оставалось еще достаточно дров, но хозяйка темной комнаты то ли не хотела подбросить в огонь еще, то ли попросту не нуждалась в свете. Мадам Мерсье сидела в нескольких футах от камина. Можно было подумать, что старуха задремала, если бы не глаза, отражавшие угасающее пламя - два крохотных огонька, в которых собралась вся жизнь, что еще оставалась в дряхлом морщинистом теле. Мерсье куталась в свою любимую цветастую шаль и не сводила взгляда с умирающего пламени. Ждала. То ли пока погаснет огонь, то ли чего-то, известного ей одной. В сторону Амалии она даже не смотрела - да и едва ли могла бы увидеть. Это был сон, в котором Амалия оказалась лишь зрителем - молчаливым и бесплотным. В тишине едва слышался только скрип такого же древнего, как и сама хозяйка, кресла-качалки. Вперед-назад. И потрескивание остывающих угольков. Огонь будто бы из последних сил еще несколько раз мелькнул на кончике почерневшей головешки и совсем погас. И только тогда старуха заговорила.
  - И давно ты здесь? - раздался скрипучий, как иссохшиеся старые половицы, голос.
  Амалия вздрогнула. Неужели?.. Но нет. Мерсье разговаривала не с ней. А с тем, кто появился сразу после того, как в камине погас последний слабенький огонек.
  - Достаточно давно, - прошелестело в ответ.
  По полу вдруг протянуло холодком, и угольки в камине еще потускнели, погружая комнату во тьму. Но Амалия все же смогла разглядеть, как из угла шагнула невысокая худощавая фигура. Почти человеческая. Только от людей во все стороны не тянутся черные щупальца, которые тут же опутали стены и потолок - и только около камина замерли, словно испугавшись обжечься.
  - Ничего не меняется, - Мерсье откинулась в своем кресле назад. - Ни тогда, ни сейчас. Ты все так же боишься света.
  - Ты ждала меня.
  Ночной гость не спрашивал - ответ и так был ему известен. Его щупальца вновь зашевелились и черными змеями поползли по креслу старухи, поднимаясь все выше и выше.
  - Ждала, - усмехнулась Мерсье. - Все остальные тебе или не по зубам... или не страшны.
  - Пока, пока не зубам, старая ты кошелка, - в тихом шелесте чудовища прорезалась злоба. - А ты... Где же защитные заклятья? Почему не зовешь своего драгоценного Грегора Коннери?
  - Ты вошел в эту комнату, - Мерсье чуть повела плечами под шалью. - И уж точно не забыл поставить защиту. Теперь я бессильна.
  - Неужели это будет так просто? - смех ночного гостя напомнил скрежет ржавых петель. - Ты так старалась защитить девчонку, сделала все, чтобы ее отдали Коннери, месяцами сплетала вокруг нее кокон Силы - и что теперь? Она все равно будет моей. Еще немного - и я стану даже сильнее, чем был до того, как они прикончили меня! Даже Коннери...
  - Коннери отрежет твои яйца, - каркнула Мерсье. - И выбросит собакам. Вернее, выбросил бы - если бы они у тебя были...
  - Можешь сколько угодно делать вид, что не боишься умереть, - черное щупальце захлестнуло горло старухи. - Кто знает, может быть, так оно и есть. Ты гниешь уже так долго, что даже Торвальдсен для тебя младенец. Но боль... Боли боятся все. Разве не так?
  - Ты слишком много болтаешь, - Мерсье покачала головой. - Когда-нибудь эта привычка тебя прикончит. И куда быстрее, чем ты...
  - Так приступим! - тьма вокруг кресла старухи дернулась и оплела дряхлое тело сплошной сетью. - Сними с девчонки защиту - и обещаю тебе, ты умрешь быстро!
   Мерсье не ответила. Только вцепилась узловатыми кривыми пальцами в подлокотники кресла, обламывая ногти. Но не издала ни звука - пока кончики черных щупалец не превратились в острые пики и не вонзились ей под кожу. И тогда старуха закричала. Амалия зажала уши руками, но исступленный вой умирающей страшной смертью древней ведьмы прогрызался сквозь пальцы и ввинчивался в голову, лишая сил и воли. Ни шагнуть, ни вздохнуть, ни позвать на помощь - только смотреть, как умирает та, кого Амалия с самой первой встречи считала если не врагом, то уж точно не другом. Умирает, но не предает глупую девчонку, которая так ничего и не поняла.
  - Неужели ты передумала? - чудовище чуть ослабило свою хватку. - Хочешь что-то мне сказать?
  - Хочу, - Мерсье сверкнула глазами, в последний раз растягивая в уродливой улыбке залитые кровью губы. - Ублюдок. Кастрат. Merde. Сын больной шлюхи. Ко...
   Амалия проснулась от хруста лопающихся костей.
  
  * * *
  
  - Леди Фалмут. Леди Фалмут! Курвамать, держи ее, маркиза, она слишком сильная!
  Амалия еще несколько раз дернулась в руках соседок и открыла глаза. В комнате было светло - одинокий огарок свечи на столе выбрасывал пламя высотой в добрую половину фута - так всегда получалось, когда Агнешка нервничала. И сейчас она нервничала очень сильно. Они с Ливи вдвоем навалились на Амалию, вдавливая ее в подушки, и вид у обеих был самый что ни на есть испуганный.
  - Проклятье, малышка, я думала, ты переломаешь себе все кости, - облегченно выдохнула Агнешка. - Ты так колошматила по стене... Плохой сон, да?
  - Не знаю... - Амалия кое-как оторвала гудящую голову от подушки и села. - Я видела, как тот... тот, черный, из моих снов - он убил мадам Мерсье!
  - Привидится же такое, - Агнешка скривилась. - Эта старая карга сама кого хочешь прикончит.
  - Может быть, стоит рассказать Кроу? - озабоченно произнесла Ливи. - А что если это все по-настоящему?
  Не знаю, что там со старухой Мерсье, - фыркнула Агнешка, - но если мы разбудим Кроу посреди ночи, мы точно умрем. Просто дурацкий сон...
  - Ужасный сон! - Амалия сбросила босые ноги на пол. - Голова раскалывается! Но Ливи права - лучше рассказать Кроу... Где она сейчас?
  - У себя, в левом крыле Дома Четырех Стихий, - проворчала Агнешка. - Я покажу дорогу. Но стучаться будете сами - мне и так до конца года хватит дополнительных занятий.
  - Так идем же скорее, - Ливи плюхнулась на кровать и принялась натягивать сапожки. - О подобном сразу нужно рассказывать, как же иначе. Кроу все поймет!
  - Мне бы твою уверенность, маркиза, - Агнешка рывком затянула ворот плаща. - Ставлю две пинты на то, что леди Фалмут получит неделю в архивах у Крамера. Или будет убита на месте... в лучшем случае.
   Последние слова Агнешки потонули в дружном топоте каблуков по лестнице. Вниз, налево и снова вниз - к двери на улицу. Ветер тут же сорвал с головы Амалии капюшон и швырнул в лицо горсть ледяных крошек. На мгновение площадь вокруг Старины Боба озарила яркая вспышка, а потом откуда-то сверху загрохотало.
  - Ураган, - тоскливо выдохнула Агнешка. - Курвамать... Ты не могла увидеть дерьмовый сон в другую ночь?
   Амалия не ответила. Ветер хлестал по щекам и трепал полы плаща, будто бы желая поднять ее в воздух и играючи забросить на крышу жилого корпуса. Чтобы хоть как-то двигаться вперед среди бушующей вьюги, приходилось пригибаться к земле. Ветви Старины Боба натужно скрипели и, казалось, вот-вот были готовы сломаться под ударами стихии - но пока каким-то чудом держались. Амалия с трудом могла разглядеть стены ближайших зданий или проход к Дому Четырех Стихий - только чуть слева мелькали три огонька... Факелы? И кому могло понадобиться выходить на улицу ночью в такую вьюгу?
  - Смотрите, там стражники, - Ливи подняла руку. - Двое... трое... Пятеро! Сразу! Что тут случилось?
  - Похоже, они что-то тащат... длинное, узкое... - Агнешка прикрыла руками глаза, защищаясь от кромсавшего лицо снега. - Носилки! Там мертвый!
  - Мадам Мерсье... - прошептала Амалия. - Идем!
   Высокие фигуры в меховых плащах мелькали всего лишь в половине ярда, но путь через сугробы показался бесконечно долгим. Амалия несколько раз спотыкалась, падала ладонями в колючий снег, перемахивала через свежие сугробы, но трепещущие на ветру огоньки фонарей, казалось, становились только дальше.
  - Стойте! - закричала она. - Подождите!
  И почти сразу же уткнулась в чей-то мягкий живот.
  - Проклятье! - выдохнул мужской голос. - Леди... что вы забыли здесь? Да еще и в такой час?..
  Амалия подняла голову. Хорошо знакомый ей по тренировкам на оружейном дворе стражник Хорас был чуть ли не вдвое выше ее и при этом обладал огромным животом. Коннери нередко ставил Амалию в тренировочном поединке против этого могучего, но неповоротливого толстяка, и в последнее время ему ни разу не удалось выйти победителем. Что, впрочем, не мешало уже немолодому Хорасу относиться к Амалии как к дочери и иной раз баловать ее сладостями. Пожалуй, из всех стражников Академии старина Хорас был самым приятным, но сейчас его лицо казалось хмурым и уставшим - и дело явно было не только в урагане.
  - Что тут происходит, Хорас? - Амалии пришлось перекрикивать свист ветра. - Куда вы идете?
  - Ох, малышка, это ты, - стражник узнал Амалию. - Господин Коннери отправил нас... по важному... да, по важному делу! А что ты делаешь на улице в такой час? Юным леди не пристало разгуливать по Академии посреди ночи! Если попадетесь кому-нибудь из профессоров, вас накажут! И нас заодно...
  Хорас попытался состроить грозную физиономию, но бегающие скорбные глаза выдавала его. Стражник врал, и врал неумело.
  - Зачем вам носилки? - требовательно спросила Агнешка, указывая на ношу стражников. - Что там у вас?
  Амалия шагнула в сторону, чтобы получше рассмотреть, и Хорас тут же попятился назад, пытаясь закрыть носилки своим огромным телом.
  - Проклятье, Хорас, прекрати болтать с девками, - рявкнул грубый голос из-за его спины. - Пусть убираются к Дьяволу!
  - Кто-то умер, да?! - закричала Амалия, пытаясь обойти Хораса. - Это мадам Мерсье?!
  Стражник изменился в лице и вдруг наклонился к Амалии. Так близко, что его колючая щетина царапнула щеку.
  - Вот что я тебе скажу, малышка, - быстро зашептал он. - Не надо вам лезть в это темное дело. Лучше возвращайтесь к себе и ложитесь спать. Не заставляйте тащить вас домой силой!
  В голосе Хораса послышалась мольба. Кто-то или что-то до полусмерти напугало огромного, как платяной шкаф, старого стражника. Амалия кое-как разглядела носилки. Между длинных жердей лежал увесистый сверток, припорошенный снегом. Старое тряпье, под которым вполне могли примоститься два или три мешка с пшеницей... или изломанное тело старой ведьмы. Вот только кому бы понадобилось тащить под покровом ночи пшеницу?.. Амалия прикрыла глаза и втянула носом воздух. Истинное Зрения едва ли помогло бы увидеть что-то неживое, но запах... запах у носилок был. Едва заметный, но тяжелый, давящий. Чуть сладковатый и отдающий железом. Кровь. Смерть.
  - Идем, - прошептала Амалия и нашарила руку Агнешки. - Идем скорее. Я должна рассказать Кроу.
   Стражники прошли мимо, вполголоса бормоча под нос то ли ругательства, то ли молитвы. Слов было не разобрать - так сильно завывал ветер, становившийся все злее. Казалось, сама стихия хотела заставить Амалию и ее соседок повернуть назад. Но они все равно упрямо шагали через сплетение улочек, помогая друг другу пробираться через сугробы. На дорогу до Дома Четырех Стихий ушла почти четверть часа, хотя путь едва ли был длиннее пары-тройки ярдов.
  - Я думала, мы там околеем. Курвамать, - выругалась Агнешка, растирая замерзшие щеки. - Ног не чувствую...
  - Я тоже, - Ливи пару раз подпрыгнула на месте и затворила дверь, за которой бесновалась метель. - Куда дальше?
  - Вверх и налево, - Агнешка махнула рукой в сторону лестницы. - Проклятье, леди, вы правда думаете, что старуха Мерсье отдала душу Всеотцу? Темный из сна Амалии прикончил ее, и теперь стражники несут...
  - Коннери должен знать, - вспомнила Ливи. - Они говорили, что это он приказал!
  - Они сделают все, что старик прикажет, - проворчала Агнешка. - Боятся его, как огня. Может, это он сам и убил старуху, и теперь пытается скрыть...
  - Не болтай! - Амалия дернула соседку за рукав. - Мой Мастер бы точно не стал такого делать!
  - Пожалуй, - согласилась Ливи. - Признаться, у меня до сих пор дрожат коленки, когда Коннери проходит мимо, но убить старую женщину ночью... Ни за что не поверю!
  - Пусть Кроу с этим разбирается, - Агнешка свернула в коридор налево. - В конце концов, мы ничего такого не скажем... надеюсь. Сюда!
   Амалия нерешительно остановилась перед тяжелой дубовой дверью с золоченой ручкой. Личные покои грозной Кеттрикен Кроу, которая очень не любит, когда ее беспокоят по пустякам. Страшный сон, увиденный студенткой первого курса, отряд стражников носилками... А что, если Кроу вообще не станет их слушать?.. Нет! Не для того они пробирались сквозь бурю, чтобы сейчас повернуть назад! В Академии только что случилось что-то страшное, и Кроу должна об этом узнать - чего бы это ни стоило трем замерзшим студенткам. Амалия выдохнула и постучала в дверь.
   Старое дерево отозвалось едва заметным дрожанием, а потом с той стороны послышался тихий звон колокольчиков - наверное, сработало какое-то несложное заклятье. Кроу всегда была готова принять незваных гостей. Возможно, потом этим гостям придется мчаться вниз по лестнице, сбивая пламя с полыхающих юбок - но та, кого Торвальдсен оставил вместо себя, уж точно не стала бы спокойно спать, когда кто-то стучится к ней в дверь. Амалия услышала торопливые шаги - Кроу так спешила, что даже не успела надеть туфли и шла босиком. Ручка дернулась вниз и дверь распахнулась.
  - Хэмптон. Монтгомери, - Кроу хмуро переводила взгляд. - И, разумеется, Ковальски. Посреди ночи. Почему я не удивлена?
  - Профессор Кроу, - Амалия нервно сглотнула. - Я думаю, что в Академии случилось что-то страшное. Я видела сон, в котором...
  - И из-за этого вы решили, что можете вытаскивать меня из постели в такой час?
   Кроу выглядела недовольной. Очень недовольной. Но уж точно не заспанной. Синие ледяные глаза метали молнии, волосы - чуть взъерошены, но совсем не так, как это бывает после долгого и крепкого сна. На щеках Кроу играл румянец. Она руками придерживала запахнутые полы длинного темно-красного халата - затянуть пояс Кроу так и не успела. Неужели так быстро вскочила с постели, что уже стряхнула с себя всякий следы сонливости... Или?..
  - Прошу простить меня, профессор, - снова заговорила Амалия. - Мне приснилось, что кто-то убил мадам Мерсье, и я решила, что...
  - Это что, какая-то дурацкая шутка? - Кроу сдвинула брови. - Вы находите это смешным?!
  - Я не шучу! Это правда! - закричала Амалия, делая шаг вперед. - Ее убили! Я сама видела!
  - Во сне? - Кроу приподняла бровь.
  - Именно так, профессор, - Агнешка встала рядом с Амалией. - А по пути сюда мы видели стражников с носилками - их послал профессор Коннери. А на носилках лежало...
  - Тело мадам Мерсье? - Кроу криво усмехнулась. - Вы это хотите сказать, госпожа Ковальски?
  - Да... - Агнешка поежилась. - А еще я считаю, что ее мог убить профессор Коннери. Если, конечно, это его настоящее имя...
  - Продолжайте, юная леди, - раздался хриплый голос. - Это начинает казаться забавным. По-настоящему забавным.
   Сердце Амалии пропустило удар. На мгновение ей захотелось развернуться и просто убежать - неважно куда, лишь бы подальше отсюда. Она ожидала, что Мастер Коннери, как и всегда, незаметно возникнет за спиной, но его голос звучал из покоев Кроу. Огромная фигура на мгновение заслонила свет и шагнула вперед. Коннери уже успел избавиться от ненавистного камзола и остался в одной шелковой рубахе и темных штанах. Что он вообще забыл у Кроу? И почему он тоже босиком?..
  - Итак, я под покровом ночи прокрался в жилище беззащитной пожилой женщины и придушил ее, - Коннери сложил руки на груди. - И на самом деле меня зовут... как, госпожа Ковальски?
  - Мастер Коннери! - Амалия выставила вперед ладони. - Мне снова приснился сон, где был тот, черный без лица! И он пытал мадам Мерсье, а потом убил ее!
  - У тебя очень богатая фантазия, - оскалился Коннери. - Или вы пытаетесь превзойти госпожу Ковальски в остроумии?
  - Да нет же!
  Амалия задрала рукав. Там, где ее руки коснулось чудовище из сна, до сих пор остались четыре неровные белые полоски - следы когтей. Неужели Мастер не помнит?! Он ведь сам прогнал черную тварь и целую ночь провел под окнами на страже! А теперь...
  - Похоже, ты была права, Кет. У девочки слишком нежный характер. Так волноваться из-за плохого сна...
  Коннери чуть склонил голову и будто бы невзначай приобнял Кроу за талию. Недопустимая вольность - пусть они и знают друг друга почти полтора века! Конечно, та должна была немедленно убрать его руку или хотя бы сделать шаг в сторону... но вместо этого Кроу чуть откинулась назад и уткнулась затылком в грудь Коннери.
  - Не знаю, Грег, - устало вздохнула она. - Может быть, еще не поздно все изменить? Если Амалия вернется в Эйлсбери, к семье...
  - Что?!
  Амалия не могла поверить своим ушам. Эти двое стояли прямо перед ней и обсуждали ее будущее так, будто бы ее здесь и вовсе не было! Кроу хочет выгнать ее, Амалию, из Академии, а Мастер Коннери просто молчит?! Молчит - и даже не смотрит в ее сторону. Конечно же, все его внимание приковала к себе Кроу! Наверное, они оба считают ее маленьким и глупым ребенком. Но она прекрасно знает, почему Мастер Коннери вдруг оказался посреди ночи в покоях профессора Кроу... и почему она совсем не выглядит заспанной. И почему им нет дела ни до покойной Мерсье, ни до трех замерзших студенток!
  - Я никуда отсюда не уйду! - Амалия сжала кулаки. - Слышите! Не уйду!
   Воздух вокруг загустел, наливаясь Силой. По коридору пробежал ветер. Не тот, что бесновался снаружи. Другой - куда злее и опаснее... Амалия уже не могла остановиться. Пусть только попробуют выгнать ее! Ее дом - здесь. Ни отец, ни даже мать не примут чудовище со шрамом на лице обратно в Вудсайд-Хаус. Мастер Коннери и Кроу предали свою ученицу, так легко отказались от своих слов.
  - Ты забываешься, - угрожающе проговорил Мастер. - Немедленно отправляйтесь домой, юные леди. Не стоит беспокоить нас вашими глупыми выходками.
  - Вы болван! - закричала Амалия, делая шаг вперед. - Мерсье убили, и вы это прекрасно знаете! И вы знаете, что это сделал...
   Резкая боль заставила ее замолчать на полуслове. Конечно, она даже не успела заметить, как Мастер оказался рядом. Его пальцы стальными клещами сомкнулись на плече. Амалия рванулась, и он нажал чуть сильнее, заставив ее с рыданиями рухнуть на колени.
  - Девчонка, - презрительно бросил Мастер. - Глупая бесполезная девчонка. Кажется, пришло время преподать тебе последний урок.
  - Не трогай ее, слышишь, ты, грязный...
  Агнешка попробовала было приблизиться к Мастеру, но тот лишь сверкнул на нее зелеными глазами, и она с тихим клекотом схватилась за горло.
  - Ковальски, Монтгомери - пошли вон! - Коннери повернулся к Кроу. - Ложись спать, Кет. Нам с госпожой Хэмптон предстоит долгая ночь.
  
  * * *
  
  - Мастер, прошу вас, - простонала Амалия. - Мне больно!
  - Заткнись.
  Коннери напоследок стиснул плечо так, что потемнело в глазах, а потом швырнул ее на холодный пол тренировочного зала. Амалия едва могла шевелить левой рукой, но все же попыталась подняться.
  - Как я мог так ошибаться, - Мастер неторопливо прохаживался взад-вперед, склонив косматую голову. - Бесполезная трата времени. Из тебя никогда не выйдет боевого мага. Твой Дар так же ничтожен, как и ты сама. Почти полгода - и ты даже не можешь удержать меч.
  - Неправда! - Амалия кое-как встала.
  Ноги едва держали ее, но она все-таки старалась снова не упасть, не согнуться под тяжелым взглядом Мастера. Как будто это имело хоть какое-то значение...
  - Ты будешь со мной спорить? - усмехнулся он. - Хорошо. Пусть так. Бери меч.
  Амалия доковыляла до оружейной стойки и взяла свой любимый тренировочный клинок. Не слишком длинный, легкий - сейчас с другим она бы точно не управилась.
  - Брось эту игрушку, - приказал Мастер. - Бери тот, крайний. Неделю назад какая-то бестолковая деревенщина пыталась протащить его в Академию для госпожи Амалии Хэмптон.
  Амалия молча сомкнула пальцы на рукояти. Благородное оружие вернуло ей капельку сил - теперь она могла хотя бы ровно стоять. Что бы ни придумал Мастер, она больше ни о чем его не попросит.
  - Нападай, - Коннери отступил на шаг и чуть отвел плечи назад, разминая мышцы. - Смотри, я без оружия. Сможешь хотя бы поцарапать меня - останешься в Академии. Не сможешь - отправишься домой.
   Значит, так? Амалия несколько раз выдохнула и встала в стойку. Конечно, Мастер может обратить ее в прах одним лишь взглядом. Но он не станет нарушать собственные правила. Честная схватка - сталь против человеческой плоти, меч против руки. Но Амалия слишком хорошо знала, на что способны эти руки. Останавливать остро отточенное железо. Ломать, уничтожать. А еще - снимать боль, приносить тепло... Нет, больше никогда! Амалия тряхнула головой и пошла вперед. Стоит хоть на мгновение отпустить клокочущую внутри ярость - и она просто не сможет ударить Мастера. А тот лишь следил за ней одними глазами, словно дразня, давая подойти ближе, обманчиво подставляя под клинок из голубой стали ничем не защищенное огромное тело.
   Но Мастер не стал играть. В любой другой день он мог бы хоть целый час ускользать от выпадов Амалии, доводя ее до изнеможения, но сейчас все было иначе. Она вложила в удар все остатки Силы, которые только смогла собрать, и движение получилось правильным. Меч сверкнул молнией. Быстрее стрелы, быстрее самого убийственного заклятия, быстрее ветра - но Мастер оказался еще быстрее. Его ладони сомкнулись на лезвии, и Амалия почувствовала, как рукоять вырывается из пальцев, обдирая кожу до крови. Мастер отбросил меч в сторону и, уже не спеша, размахнулся и отвесил Амалии звонкую затрещину. Потом еще одну. Потом еще - пока она не свалилась на пол.
  - Как я и думал, - устало выдохнул он. - Где ты вообще раздобыла эту железку?
  Амалия упрямо стиснула зубы. Теперь никто и никогда не смог бы заставить ее рассказать, для чего она купила меч. Точнее - для кого.
  - Никчемная игрушка. Поддельная иберийская сталь, жалкая фальшивка, - Мастер присел рядом с Амалией и проговорил уже тише. - Такая же, как и ты.
  Поднявшись, он подобрал клинок, несколько раз крутанул им в воздухе и с размаха обрушил на пол.
  - Нет... - только и смогла прошептать Амалия.
  Острые осколки камня брызнули во все стороны. Но и сталь не выдержала. С прозрачным и жалобным звоном лезвие меча переломилось пополам.
  - Чертова девка, - выругался Мастер, стаскивая через голову рубаху. - Проваливай отсюда и собирай вещи. Если завтра увижу тебя в Академии - прикажу отхлестать розгами и вышвырнуть за ворота голой. Проклятье! - Мастер сбросил на пол ремень. - Мне надо помыться. Столько времени потрачено зря, черт бы тебя побрал...
   Но Амалия уже не слушала его злобное ворчание. Не смотрела, как он удаляется в сторону ванной комнаты, шлепая по полу босыми ногами. Все ее внимание приковал к себе старый солдатский ремень. И пряжка - не большая, которую Мастер носил на поясе. Другая - совсем крохотная, потемневшая от времени. К этой он наверняка пристегивал ножны меча. Когда-то давным-давно.
  
  * * *
  
  Дерека не было ни в библиотеке, ни в "Вересковом меде". Мужской корпус пустовал с самого утра - почти всех студентов согнали в Дом Четырех стихий прибираться после вчерашнего бала. Но и среди неторопливо снующих туда-сюда юношей с недовольными лицами Дерека не оказалось. Конечно, он сбежал с подобной работы - много ли радости в том, чтобы двигать тяжеленные столы среди источающих густой похмельный аромат старшекурсников? Амалия заглянула даже в "Одноглазую фею", потом на конюшни и, в конце концов, вышла за ворота и неторопливо зашагала по тропинке, ведущей в Звенящий Лес. Мог ли Дерек по какой-то причине оказаться там? Дерек мог вообще что угодно. Амалия даже не пыталась догадаться, чем он занимается и что ему на самом деле нужно. У него была страница из книги, на которой вполне мог быть изображен портрет... Мастера Коннери? Амалия устало выдохнула. Ну как не запутаться во всей этой круговерти событий, подсказок, строк из древних книг?.. И куда бежать, если Агнешка окажется права? Если мрачный старик, раскрывший Темный Дар Амалии, действительно окажется персонажем из детских страшных сказок? Владыкой Матабером, едва не утопившим в крови Серединные Земли полтора века назад? Нет, так даже думать нельзя! Сначала получить заветную страничку из "Хроник", и только потом - действовать. Сбежать из Академии, спрятаться, найти кого-нибудь из Высших магов. Высшие справятся, даже если Кроу окажется на стороне Коннери. Двое против целого мира - разве они смогут выстоять?.. А что будет, если смогут? Проклятье!
  - Дерек, черт бы тебя побрал, - устало пробормотала Амалия. - Где же тебя носит?..
  - Прямо здесь.
  Амалия вздрогнула и задрала голову. Дерек сидел, свесив ноги, на ветке могучего дуба почти над самой тропинкой. И как она его не заметила? Он был без плаща, в той же самой черной одежде, что и вчера, но холод, похоже, не причинял ему никаких неудобств.
  - Могла бы просто позвать, - усмехнулся Дерек. - Как видишь, это совсем несложно. Уже успела соскучиться, или у тебя что-нибудь для меня есть?
  - Я готова поменяться, - осторожно произнесла Амалия.
   В конце концов, ему ничего не стоит отобрать пряжку силой. Всех тренировок с Мастером Коннери не хватило, чтобы отделать Дерека вчера после бала. Неизвестно, откуда в худощавом теле взялась такая силища. Амалия чуть прищурилась и посмотрела на него Истинным Зрением. Серые тени, тусклые всполохи, немного красок. Ничего. Ничего особенного. Дерек умел хорошо прятать свою настоящую сущность... да и тех у него было целых две. И с этой Амалии связываться не хотелось.
  - Чудесно!
  Дерек спрыгнул с дерева прямо на тропинку. Ловко приземлился, чуть стукнув о еще не растоптанный снег сапогами - будто бы ему вовсе не пришлось пролететь полтора десятка футов.
  - Ты просто чудо, Ами, - глаза Дерека радостно сверкнули. - Пряжка с тобой?
  - Может быть, - Амалия отступила на шаг. - А ты принес, что обещал?
  - Ты боишься, что я тебя обману? - Дерек расхохотался. - Чего ради? Мне нет никакого толку от твоего старья. Вот, пожалуйста.
  Он порылся в карманах и извлек на свет сложенную вчетверо пожелтевшую бумажку. Страницу из "Хроник", ту самую? Пожалуй. Слов было не разобрать, но Амалия без труда разглядела крупный угловатый шрифт. Точно такой же, как и в украденной из библиотеки книге!
  - Отдай. Сначала ты, - Амалия нащупала в сумке пряжку и изо всех сил стиснула ее в кулаке. - Потом получишь свое.
  - Я всегда получаю свое, малышка, - Дерек протянул ей страницу. - Держи. Теперь твоя очередь.
  - Черт бы тебя побрал, - проворчала Амалия, отбирая свой трофей. - Вот. Лови!
   Даже здесь у нее не получилось переиграть Дерека. Тот лишь легонько щелкнул пальцами, и пряжка вынырнула из сугроба и послушно легла ему в ладонь.
  - Твое упрямство нравится мне даже больше, чем твое личико, - Дерек подбросил пряжку и снова поймал. - День обещает быть хорошим.
   Амалия торопливо развернула страничку. Вот! Портрет сохранился плохо, но все же достаточно, чтобы на нем можно было узнать... Тяжелый взгляд, длинные седые космы и борода могли принадлежать только одному человеку.
  Массерио Лунный Шепот.
  1182-1237 Лето от Рождения Солнца.
  
  Точное место и день рождения Массерио Тавеса неизвестны. Некоторые рукописи указывают юг Иберии, в других говорится, что будущий Темный маг появился на свет в одном из Вольных Городов или даже на землях Остерайха. Способности к волшебству проявились...
  
  Массерио Лунный Шепот? Амалия пробежала глазами весь листок до конца, потом вернулась к началу и прочитала уже медленнее. Темные искусства, жертвоприношения, дар перевоплощения... Оборотень-людоед Массерио за свою жизнь сотворил немало зла, но ничто не связывало его с кайзером Маркусом-Герартом. Массерио сожгли на костре за пять лет до начала Осенней Войны! И портрет... Оборотень действительно напоминал Мастера Коннери - но лишь на первый взгляд. С портрета на Амалию смотрел глубокий старик. Больной и худой, с ввалившимися щеками и глазами. Судя по морщинистой коже и впалому рту, у Массерио не осталось и половины зубов. Шея тощая, волосы редкие, свалявшиеся, борода уродливыми клочками... Амалия вспомнила могучую фигуру и оскал Мастера. Нет, невозможно. Уродливый старик с безумным взглядом никак не мог превратиться в пышущего силой и здоровьем мужчину. Это был совершенно другой человек. Не Мастер Коннери. Не Матабер.
  - Ты меня обманул, - Амалия подняла глаза от бумаги. - Это не тот...
  - Разве, малышка? - Дерек широко улыбнулся. - Ты хотела страничку - ты ее получила. Разве я виноват, что ты не нашла на ней того, что искала? Я сдержал слово.
  - Нет! - Амалия бросилась вперед. - Отдай!
  - Глупышка.
   С лица Дерека вмиг исчезло все благодушие. Он не сдвинулся с места, не использовал Силу - просто встретил Амалию ударом ноги в живот. Простой и подлый прием, который следовало ожидать. Мастер всегда говорил, что гнев - ненадежный союзник, и сейчас Амалия снова убедилась в его правоте. Она рухнула в снег, не имея даже сил вздохнуть. Как же больно! Амалия сжала зубы, зажмурилась, но все равно не смогла сдержать слез. Фигура Дерека сначала расплылась, а потом и вовсе исчезла среди снега и деревьев. Амалия осталась одна. Боль понемногу отступала, но вставать не хотелось. Просто остаться в снегу, пока не замерзнешь - разве плохо? Отдать холоду и боль, и обиду, и глодающую изнутри пустоту. Уйти от обмана и предательства. Заснуть и больше никогда не просыпаться...
  - Вставай.
  - Не хочу, - Амалия уткнулась лицом в колючий снег. - Не буду. Оставьте меня в покое.
  - Я понимаю твою боль.
   Селина не рассердилась на грубость. Амалия едва ли могла представить себе что-то, что могло вывести из себя древнее создание с голосом, похожим на звон серебряных колокольчиков.
  - Нет, вы не понимаете, - Амалия кое-как выбралась из сугроба и села. - Вы отказались от боли. Ее больше нет.
  - Зато я могу чувствовать чужую, - Селина протянула маленькую руку и помогла Амалии подняться. - Кто-то тебя обидел. Очень сильно.
  Амалия отряхнула заснеженный плащ. Ее обидели? Мастер Коннери? Кроу? Дерек? Какая теперь разница? Ей придется покинуть Академию, и она больше никогда не увидит ни Агнешку, ни Ливи, ни Алекса. Интриги, загадки, мучения - все останется в прошлом. Наверное, отец теперь отправит ее в монастырь. Если во всей Ритании найдется монастырь, готовый приютить Темного мага.
  - Мне все равно, - убито выдохнула Амалия. - Я устала.
  - Может быть, - Селина мягко улыбнулась. - Может быть, твое время почти настало. Иногда внутри становится так много печали, что сердцу не под силу его выдержать. Но что для Леса человеческая тоска? Лишь короткий миг в вечной безмятежности.
   Амалия чуть прикрыла глаза. Но на этот раз Звенящий Лес не ответил.
  - Не торопись, - негромко произнесла Селина. - Тебе больше незачем спешить. Я уже слышала, что твой Мастер решил отказаться от тебя... но ты можешь пойти со мной.
  - Пойти? - удивилась Амалия. - Куда?
  - На эти земли вернулась Тьма, - Селина обхватила себя за плечи. - Звенящий Лес меняется. Я должна уйти. Мы сможем найти новое место, еще не тронутое болезнью. Там твоя душа исцелится.
  - Вы... вы знаете, что происходит? - пролепетала Амалия, поднимая глаза. - Что вернулось?
  - Тот, само присутствие которого извращает и калечит все живое, - прошептала Селина. - Я не боюсь смерти - но его я боюсь.
  - Назовите мне имя! - Амалия схватила дриаду за руки. - Его можно остановить?
  - У Зла нет имени, милая, - Селина тяжело вздохнула. - Его Сила слишком велика. Я могла бы встретить его здесь, в Звенящем Лесу... могла бы, да. Но мой путь не в сражениях. Мы с тобой найдем другое место и...
  Снова эти отговорки, игры словами.
  - Не будет никакого другого места, - Амалия выпрямилась и кулаком вытерла слезы. - Не будет! Можно бежать хоть на самый край света. Только что вы сделаете, когда Зло придет и туда? Когда убегать будет уже некуда?
  - Не знаю, - Селина опустила глаза. - Я не умею сражаться. Давным-давно я выбрала другую дорогу.
  - В таком случае, мне с вами не по пути! - крикнула Амалия.
  - Как много в тебе от твоего Мастера... - Селина отступила на шаг. - Воля и ярость... Мне нечему научить тебя, девочка.
   Амалия крутанулась на пятках и зашагала обратно к замку Ринвуд. Пусть так - дриада была права. Пусть будет больно, пусть даже впереди только Тьма и смерть. Но это все равно лучше, чем убежать и вечно прятаться от неизбежного, сдавая безымянному Злу шаг за шагом. И разве так важно, был ли Мастер Коннери тем самым загадочным Матабером? Он учил ее только одному - драться. До того, как предал. Но у Амалии оставался еще один учитель. Тот, кто никогда не сдавался - даже когда против него встал чуть ли не целый мир. Только вперед и до самого конца. И она, Амалия Хэмптон, леди Фалмут, ученица Темного мага, должна справиться. Должна хотя бы попробовать. Но сейчас ей нужно было всего несколько слов, которые она могла найти только в одном месте.
  
  * * *
  
  Черная книжечка сразу раскрылась на нужной странице. До этого Амалия много раз пролистывала ее вдоль и поперек, но могла разобрать только те строчки, что уже читала раньше. Неужели чистая, без единой чернильной кляксы страничка действительно пряталась в конце почти у самой обложки? Нет, едва ли - пропустить ее было невозможно. Просто ее время пришло только сейчас.
  
  Сегодня утром на нас напали. Несколько десятков вооруженных до зубов рейтаров. Я не верю в такие случайности. Должно быть, кто-то предал. Или Он воспользовался своей дьявольской силой, чтобы отыскать крохотный отряд, затерявшийся среди свежих снегов где-то под Виенной. Я сам не знаю, где именно мы находились. На размокших картах кое-как видны дороги, но мы сошли с них давным-давно.
   Шесть человек, включая меня и Кошку. Конечно, нам было не выстоять. Абрахам, Варли, Шон и Говард. Я никогда не забуду того, что вы смогли сделать - ни на этом свете, ни на том. Вряд ли этот бой когда-нибудь попадет в баллады. Уже скоро не останется ни одного из тех, кто мог бы рассказать, что творилось на рассвете.
   Я тоже должен был умереть. Не знаю, скольких я отправил к дьяволу на этот раз - но они все равно победили. Рейтары забрали Кошку - я знаю, я чувствую, что она жива. Только эта мысль заставляет мое сердце биться, а изрубленное мечами обескровленное тело двигаться. Ублюдки даже не потрудились как следует меня похоронить - просто швырнули в яму вместе остальными и слегка забросали землей. Я не собираюсь прощать им этой ошибки. Сегодня мертвецы поднимутся из земли. Я найду Кошку и уничтожу любого, кто встанет у меня на пути. А потом настанет черед Матабера. Я смогу отдохнуть только когда вырву из груди его черное сердце.
  
  Будущее ведомо одному лишь Всеотцу. Мое сердце полно решимости, но враг силен. Я не отважусь доверить бумаге имена моих друзей Кошки и Бродяги. Тех, кого я люблю больше самой жизни. Тех, ради кого я поднял бы меч даже против своего Короля - да простит меня Его Величество за то, что я посмел написать подобное. Но свое имя я не скрываю. Им я запечатаю этот дневник от чужих глаз, ведь больше мне сказать нечего. Я завершаю мой скромный труд, и пусть он попадет в руки достойного.
  
  3 декабря, Лето 1242 от Рождения Солнца
  
  Милостью Всемогущего Отца рыцарь Его Величества
  
  Грегор Коннери
  
  Черная книжечка выпала из рук Амалии и со стуком ударилась о пол.
  
  * * *
Оценка: 7.93*6  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2"(Боевая фантастика) А.Шихорин "Ваш новый класс — Владыка демонов"(ЛитРПГ) Д.Деев "Я – другой 5"(ЛитРПГ) А.Емельянов "Мир Карика 10. Один за всех"(ЛитРПГ) О.Обская "Возмутительно желанна, или Соблазн Его Величества"(Любовное фэнтези) Л.Лэй "Пустая Земля"(Научная фантастика) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Е.Флат "Свадебный сезон 2"(Любовное фэнтези) В.Старский "Интеллектум"(ЛитРПГ) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"