Нэмени Тибор Матвеевич: другие произведения.

Современный водевиль.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:

   Современный водевиль
   Пьеса в пяти картинах.
  
   Произведена господином Нэмени в 2008-2010 г.г.
  
  Действующие лица:
  Герберт Петрович - пенсионер, старый хрыч.
  Анна Марковна - его соседка, куртуазная пожилая дама.
  Мариелла - Петровича внучка, еще молодка в соку.
  Вован - Ее как бы бой-френд.
  Вы будете смеяться, но дальше автор пока и сам не знает, кто там добавится.
  
  Исполнители:
  Было бы забавно, если они будут.
  
   Пролог.
  
  (Не имеет прямого отношения к сюжету. Может быть исполнен перед началом действия, но автор на этом не настаивает.)
  Действие происходит здесь и сейчас (если вообще оно происходит) в мегаполисе постсоветских времен. Жизнь обывателя в этом городе может стороннему наблюдателю представиться нагромождением фантастических выдумок и странных нереальных ситуаций, достойных пера Гоголя и Салтыкова-Щедрина, каковые и выдумать-то как следует стоит немалого труда.
  Взгляните сами: небольшая кучка непомерно богатых вороватых людей обладает несметными богатствами, буквально купается в золотом потоке нефтегаза, и проживает в особых недоступных для плебса фешенебельных резервациях типа Рублевки, охраняемых когортами вооруженных сил.
  А все остатнее население, которое, кажется, вовсе и не нужно, но которого еще очень много, проживает в самом мегаполисе, заполняя, так сказать, все его поры и сосуды и наполняя дважды в рабочие дни наш замечательный лучший в мире метрополитен.
  И сколько это может так быть - никто не знает.
  И маленький обычный Россиянин, член, так сказать, социума, вдруг оказался обладателем единственного поистине бесценного для него сокровища - своей собственной малюсенькой квартирки, однушки или двушки, стоящей непомерные деньги! Ну разве это не дурной сон? Чтобы нынче купить один только метр такой квартирки надо сброситься жителям целого квартала!
  Власти как всегда ничего не могут сделать и только молча воруют и внутренне ужасаются. Чтобы спасти ситуацию, нужен новый Цезарь!
  Но Боже мой, один уже был у нас недавно, Цезарь Виссарионович.
  
  Но пора таки уже остановить поток красноречия. Ведь мы здесь собрались не для того, чтобы слушать пламенные речи автора.
  А для чего?
  Осмелимся уподобиться Паяцу у Леонковалло и объявить: итак, мы начинаем!
  
   Картине первая.
  
  Убогая комнатка в хрущевке на первом этаже. За столом сидит старик (выглядит моложаво), ест яичницу и пьет пиво.
  Звонок в дверь.
  - Кого там несет?
  Идет открывать. Входит с девушкой лет двадцати.
  С. - Манька, ты ли это?
  М. - Это я. Здравствуй, дед! И не Манька, а Мариелла.
  С. - Мариелла? Ну-ну. Здорово. Чего приперлась?
  Смотрит на нее.
  С. - Хм, подвыросла с тех пор как последний-то раз была. Ну, садись, коли пришла.
  Мариелла садится напротив старика, который продолжает пить и есть.
  М. - Дед, у тебя с носа капает. Ты что, простыл?
  С. - Капает. (Продолжает трапезу.)
  М. - И кусочки изо рта падают.
  С. - Падают.
  М. - Неприлично.
  С. - Может, и еще откуда-нибудь иногда течет. А ты что, помилосердствуешь?
  М. - Дед, не поверишь, я вот подумала...Стыдно мне стало. На что же ты живешь?
  С. - Да, на что же я живу? Вопрос! Вот, внучка, поднимись наверх, у меня там в кабинете деловые бумаги.
  М. - На какой верх? Ты что, Букиных насмотрелся? Ты же внизу живешь!
  С. - Вот я и говорю, наверх! ...Слушай, о Мариелла, в "Русалке" Пушкина и Даргомыжского князь спрашивает бедного старика-мельника: "Кто за тобой здесь ходит?" А он, помнишь, отвечает: "Русалочка, внучка!" Эх, нет у меня внучки - русалочки.
  Поет: - Сам за собой хожу я.
  Ну, выражаясь современным сленгом, короче - чего надо?
  М. - Дед, ты не поверишь, что-то со мной произошло... Стыдно мне стало, что мы тебя так забыли. Ведь ты когда-то столько с нами возился.
  С. - Неужели вспомнила?
  М. - В тяжелые времена, помнишь, как бабушки не стало, ты всех нас кормил и поддерживал.
  С. - Было дело под Полтавой. А как там матушка ваша. Работает где?
  М. -Работает, кассиром устроилась.
  С. - Да, в этом деле ее университетское образование будет очень кстати.
  М. - А помнишь, как мы с тобой и туда и сюда и в доме отдыха, на лодках...
  С. - Да, ты, помню, в десять-то лет гребла изо всех сил, лучше деда...Но, все- таки, чего тебе надо, выкладывай.
  М. - Дед, поверь, я от чистого сердца. И мамка не знает, я сама по себе. Что-то на меня нашло, наехало, не по себешеньки мне стало, места себе не нахожу, маюсь хожу, не успокоюсь.
  Пауза.
  М. - Я буду к тебе заходить, вот прибраться помогу. Окна, гляжу, у тебя уж сто лет не мыты. Дед, буду за тобой и капли вытирать и со стола убирать и где течет затыкать, не гони меня!
  С. - А ты, девка Мариелла, замуж-то собираешься, или как?
  М. - Или как.
  С. - Что так-то?
  М. - Не спрашивай, ради Бога! Об этом не спрашивай, а? Про это говорить - для меня нож вострый. Как нибудь сама расскажу.
  С. - Значит, пока не ладится? Эх, госпожа Мариелла, мужика надо ловить! Ну, ладно, ладно, молчу. (Пауза). Так, значится, стало быть, касатка, ты не по матримониальному вопросу. Ну, коли уж так, иди воткни чайник, вымой себе чашку с ложкой и садись чай пить. Или пивка хочешь?
  М. - А у тебя есть?
  С. - У меня все есть, что положено иметь нищему пенсионеру. Только здоровья не ахти, ну так это тоже в соответствии с реалити шоу.
  М. - Нет, сейчас не хочу. (Включает чайник и идет к раковине мыть посуду.)
   Дед, а помнишь, раньше чайник на огонек ставили. А он, помнишь, весь обгорелый и потемнелый, все выключать забывали?
  С. - (Мечтательно.) Да, и был у нас такой один терпеливый чайник. А забывала-то вечно мать твоя.
  М. - Сколько мы забывали его на огне, а он все до дырки не прогорал.
  С. - Как-то мамка расшумелась. Стали мы покупать новые да чистые, но они все тут же прогорали насквозь.
  М. - И пришлось вернуться к нашему старому.
  С. - По этому поводу я, помню, даже сложил стихи а ля Беранже.
   Мой старый чайник, друг сердечный
   Ты все еще живешь.
   Не прогораешь, и на все кладешь.
   Такой чудак!
   Вот мне бы так. Да, мне бы так.
   И все бы греть...М-м-м...
   Блин, дальше забыл.
  М.- (смеется) Помнишь, у Горького "На дне" Лука говорил - плохо, если любимое забыл.
  С. - Плохо, ох плохо, касатка.
  Садятся чай пить.
  С. - Гляди-т-ка! А ты разве читывала Горького?
  М. - Случалось, отец Мисаил.
  С. - Хм, нетипично для нонешних молодых людей. А специальность хучь есть у тебя?
  М. - Специальность?
  С. - Ну, выучилась ли хоть чему?
  М. - На хрена она мне? Да не волнуйся ты, дед! Я работаю менеджером.
  С. - Топ?
  М. - Что топ?
  С. - Ну, топ-менеджером небось.
  М. - Нет, деда, на топа я не тяну. Не умею так понты развешивать, но бабки кое-какие есть.
  С. - И тачка?
  М. - И тачка есть.
  С. - Так ты часом не на ней приехала?
  М. - Да.
  С. - Так покатай деда! Может, к мамке заедем.
  М. - А что? Поехали!...Впрочем, нет, не поехали.
  С. - ?
  М. - Сейчас такие пробки, что никуда мы не доедем.
  С. - Ну, хоть в пробке постоим.
  М. - Нет неохота, давай в следующий раз.
  С. - Следующий раз когда-то будет. Нет уж, поехали.
  Пауза. Старик смотрит с сомнением. Вечереет, в комнате темнеет.
  М. - Давай свет зажжем. Где у тебя выключатель, что-то не найду!
  С. - Или ты все выдумала?
  М. молчит.
  С. - Какая у тебя тачанка-то? Мерседес?
  М. молчит.
  С. - Так ты все выдумала?
  М. - Выдумала.
  С. - И никакой у тебя машины нет? Ну, хоть бы москвичонка.
  М. - Нет, я все тебе наврала. И никаким ни менеджером я не работаю. Все, дед, я выдумала.
  С. - А зачем?
  М. - Не знаю. (Плачет).
  С. - (Растерянно.) Ну, вот тебе раз!
  Суетится, включает свет, достает из холодильника бутылку пива и колбасы.
  С. - Не было печали! Ну-ка, давай-ка дернем пивка.
  М. - Дедушка-дед, ты прости меня. Я думала-думала, думала-думала, не с кем больше посоветоваться.
  С. - Ну давай, выпьем пивка и потолкуем.(Пьют пиво.)
  С. - Хотя пивом горю не поможешь...Да, как петух клюнул, так про деда вспомнила... Ну ладно, ладно, не буду попрекать. Что уж!..Хватит уже плакать. Выкладывай.
  Я буду рад в сей тяжелый момент оказать тебе посильную помощь добрым советом, тем более, что советы ничего не стоят.
  М. - Тебе легко иронизировать. Но ты прав, зря я разнюнилась. Тут, как говорил Карлсон, дело-то житейское. Так послушай же, о дед, мою совсем незамысловатую историю, которую мне жизнь набросала столь быстрыми и яркими мазками.
  С. - Хорошо излагаешь!
  М. - Ты понимаешь, он, конечно, негодяй, а я, конечно, бедная жертва обстоятельств, поддалась порыву чувств.
  С. - То есть, выражаясь по рабоче-крестьянски, залетела?
  М. - Увы!
  С. - Но было вам хоть весело поначалу?
  М. - Было и еще как! Не спрашивай так, а то опять заплачу!
  С. - И жениться он, зараза, не хочет?
  М. - Я сама не хочу. Ты знаешь, он балбес и нет здесь проку.
  С. - Понятно. Так бывает.
  М. - Дедуля, что же мне делать, зарабатываю я немного, немного мамка помогает, но это же мало...
  С. - Аборт?
  М. - Как не хочется! И папа Римский не велит. Несколько у меня подруг, да и тетка, раньше говорили. Не бойся, мы тебя в беде не оставим, поможем. А я и поверила... А как дошло до дела...Я им звоню, так мол и так. Они все охают и ахают и тоже твердят. Тебе не справиться одной!... Вот так, не справиться одной. Одной! Намекают тоже на этот окаянный аборт. На мамку тоже нет надежды. Да и боюсь я...Вот пришла посоветоваться.
  С. - Был бы я помоложе, то, может быть... А так, поздно, плохая на меня надежда. Не знаю...Что нищих-то плодить?
  М. - Так ты тоже...туда же?
  С. - Туда же или сюда же, не знаю даже...А все же, этот твой кавальер. Он хоть знает?
  М. - Нет еще.
  Звонок в дверь. С. идет открывать и возвращается с Анной Марковной.
  А.М. - Герберт Петрович, простите, прошу вас, тысячу и один раз, если обеспокоила! Зашла на минутку, скрасить ваше одиночество. И кстати принесла вашу куртку...О, миль пардон, мон шер! Какой сюрприз! Вас посещают молодые особы. Надеюсь, я не слишком помешала?
  С. - Не слишком, не слишком. Какую куртку? -
   (Обращаясь к Мариелле) - Вот, Маня, кличет меня Гербертом, и все тут, словно Уэллса какого!
  А.М. - Ну, помните, вы просили пришить вешалку? Теперь можете смело ходить в библиотеку, долго не оторвется.
  С. - Спасибо. Вы меня выручили. Не знаю, Анна Марковна, как смогу оплатить адекватным образом. Разве что написать новый вариант "Человека-невидимки" и посвятить Вам. Что же касается моей молодой гостьи, то почему же иной раз, так сказать, и не тряхнуть стариной! Молодость так освежает...Да шучу я, шутка! Вот, познакомьтесь с моей младшей внучкой.
  М.- Маша.
  А.М. - Очень приятно, Анна Марковна, соседка вашего дедушки.
  М. - Я так и подумала.
  А.М. - Дедушка ничего не рассказывал о Вас.
  С. - Все как-то некогда, когда печешься о судьбах человечества.
  А.М. - Я что-то не поняла, Герберт Петрович, кто же занят попечением о человечестве - вы или ваша внучка или оба вместе?
  С. - Вопрос! Маня, ты не стесняйся, здесь все свои, мы с Марковной уже много лет знакомы.
  М. - А что же вы "на Вы"?
  С. - Не знаю, привычка.
  А.М. - Так нам почему-то приятнее. Какой-то пиетет в этом есть.
  С. - Да, ты знаешь, Манька, как-то избавляет от будничности. Приукрашивает течение жизни. Кстати, Анна Марковна, вы можете величать мою молодую гостью Мариеллой, ей так нравится.
  М. - Дед, я пошутила.
  А.М. - Отчего же? Очень мило! Дорогая Мариелла, не будет ли слишком нескромным с моей стороны поинтересоваться, отчего вы так редко бываете у дедушки?
  С. - Да я и сам у них редко бываю. Уж очень моя дочка вредная и занудливая. Все реже и реже заходил. Так как-то постепенно и совсем почти не общаемся. Анна Марковна, это не интересно. Слушай-ка, Мариелла, если ты не возражаешь, может поделимся твоими заботами с Марковной. Может, что присоветует. А разболтать ей про это все равно некому. У вас же нет общих знакомых.
  М. - Хорошая весть пешком идет, а дурная на крыльях летит! Да и что здесь можно присоветовать.
  С. - Одна голова хорошо, а три - лучше!
  М. - У меня может быть ребенок. Если не наделаю глупостей. А я наделаю!
  А.М. - Да вы, голубушка, извините за прямоту, уже наделали. То есть, тысячу извинений, что я осмеливаюсь вмешиваться в дело столь деликатное.
  С. - Тут хоть вмешивайся, хоть не вмешивайся...А что делать-то?
  А.М. - Опять же пардон, дорогая, что осмелюсь спросить, а вы сами-то хотели бы ребенка?... В принципе?
  С. - Что за вопрос? Я думаю, наверное, да. Как любая женщина.
  А.М. - Ну, не скажите. Я знаю некоторых особ, которые придерживаются совсем другого мнения.
  С. - Врут, небось, все, эти некоторые особы. А дай им шанс...К стати, моя красотка, а матери-то говорила?
  М. - Нет еще.
  С. - Почему же?
  М. - А что ты, сам ее не знаешь?
  А.М. - Ну, если, следовать традиции, и плыть, так сказать, по течению - Вам, Мариелла, в данной ситуации ничего не остается, как принести в подоле, как писали в старину.
  С. - Так сказать, поставить перед фактом. Но если насчет аборта, то ввиду плохой демографической ситуации...
  А.М. - Вы знаете, Мариелла, я бы рискнула добавить к этому соображения религиозного порядка. Как хотите, но это грешно!
  М. - Анна Марковна, а как в таком случае не плыть по течению? На что Вы намекаете? Утонуть, что ли?
  С. - Маня, не бери быка за рога!.. Вот, допей-ка пиво. И не будем горячиться.
  А.М. - О, конечно, конечно, не надо горячиться!
  М. - Легко сказать. Помню, как говорил какой-то персонаж: "Надо все обдумать и взвесить!".
  С. - Вот именно, Маня, надо подумать, надо подумать!
  У Мариеллы звонит мобильник. Она внимает абоненту и отвечает.
  М. - Нет...Я сказала, нет!...Мне надоели твои песни...Вовка, хватит заливать! Я сказала: я тебе не верю и больше не приставай ко мне...Что? ...Не приду. Ни за что не приду!.. Ну, хватит, мне неудобно, у меня клиенты, пока!
  Выключает мобильник.
  С. - Круто, как нынче говорят.
  М. - Не хочу ничего знать! Он мне надоел!
  А.М. - Я, конечно, миль пардон, но, может быть, надо было как-то помягче.
  М. - Он мне всю душу вымотал своими песнями. А денег что-то не дает. Все я покупаю, где это видано? Так, дед, знаешь, незаметно. Говорит: "У меня сейчас с собой нет, ты пока заплати". Жлоб чертов! Да и на других, замечаю, поглядывает. (Решительно) Нет, деда, я решила твердо - обойдусь без сопливых.
  А.М. - Ну, в конце концов, если Вы так решительны, Сейчас есть сильные медикаментозные средства. Такие, знаете, таблетки, позволяют достичь цели без операционного вмешательства. И сравнительно недорого.
  С. - Анна Марковна, я поражен Вашей осведомленностью в таких вопросах.
  А.М. - (Смущенно.) Женщины, Герберт Петрович, имеют свойство обо всем потолковать.
  С. - Да уж, этого у них не отнимешь!
  М. - Но я хочу ребенка. Хочу своего маленького карапуза, маленького Вовика, черт его возьми! (Всхлипывает.)
  С. - Но откуда ты знаешь, что будет Вовик? А может, это будет какая-нибудь Миранделла?
  М. - А, знаешь, так подумать.. А зачем я пришла? Ну, действительно, чем ты мог бы помочь?
  С. - Да, действительно.
  М. - Я это понимала, конечно..Понимала.
  (Пауза).
  М - Но тяжело одной заботушку носить. С мамкой дома контакта нет. Вечно молчим друг с другом. Мы живем как соседи. Мне не с кем поделиться. Получается, вроде бы среди людей, а одиноко.
  С. - Это чувство мне, Маша, хорошо знакомо.
  А.М. - Как у Маркеса, помните, полковнику никто не пишет?
  С. - Да чего там. Правильно ты сделала. И мне веселее. Не боись, чего-нибудь придумаем!
  А.М. - Осмелюсь заметить, от одиночества помогает общая нужда, что-что такое, что всем надо.
  С. идет к холодильнику.
  С. - Вот еще две бутылки осталось!
  Приносит их на стол и наливает всем, в том числе А.М.
  С. - Анна Марковна, мы столько знакомы, собственно, а я до сих пор не знаю, вы пиво пьете?
  А,М. - Не откажусь.
  С. - Хох!
  Все пьют.
  М. - Вот как в жизни часто получается. Вот вы, извините, я смотрю - и знакомы, и не в ссоре и живете рядом. А тем не менее оба одиноки.
  С. - Маша!
  А.М. - Мариелла!
  М. - Простите, ради Бога, что я, не подумавши, ляпнула!
  Все пьют пиво.
  А.М. (После паузы.) - Но, дорогой Герберт Петрович, я бы осмелилась заметить: устами ребенка глаголет истина.
   Занавес.
  
   Картина вторая.
  
  Хорошо обставленная комната. Посередине стол, над ним по-старинному нависает красивый абажур. В углу возле дивана приютился холодильник.
  Входит Владимир. В руках полотенце.
  В. - Заспался я сегодня. Э-э-э! (Потягивается.) Чо-то жрать охота. А маманя опять ничего не сварила. На кухне пусто. Хорошо хоть хлеб не очень черствый. Эх, мама, мама, не заботишься ты о ребенке!
  Идет к холодильнику, возится там.
  В. - Вот полбутылки кефира и бутылка "Клинского".Что предпочтем? Кабы мне на работу, то пиво было бы не кстати. Но, во-первых, работа не волк, в лес не убежит, а во-вторых, ее еще надо отыскать, работушку-то эту...Но это так хлопотно!
  Пьет пиво из бутылки.
  В. - Я, можно сказать, свободный художник. Не верите? Кое-что могу изобразить. Намедни мамочкин патретик в карандашах цветных сбацал в полный рост. Она ажник ахнула. Мало что не прослезилась, и Маринка говорит - очень похоже...Да. А вы ноктюрн сыграть могли бы на флейтах водосточных труб? И образование имею высшее. Нынче не всякий знает, что такое значит пи эр квадрат, я уж не говорю об асимптотической устойчивости, например.
  Звонок в дверь.
  В. - Кого это там несет? (Выжидает.)
  Звонок повторяется. В. Идет открывать.
  В. - Кто там? (Его голос в прихожей.) Ба, Василий, откуда ты, сердечный друг? Неожиданно! Ну, раздевайся, раздевайся, чемоданчик сюда поставь, проходи.
  Входят Володя и Василий. Последний лет тридцати, поджарый мужчина, одет несколько провинциально.
  В. - Рад тебя видеть. Давно ведь не виделись.
  Вас. - Да, уж порядочно.
  В. - А что ты не позвонил предварительно? Ты, кажется, из Коломны?
  Вас. - Я из Рязани. А ты уж и забыл про нас, столичный житель? Да я звонил тете Вале на работу, у нее все занято и дома что-то никто трубку не берет.
  В. - А по мобильнику?
  Вас. - Дороговато будет из другого-то города.
  В. - Ну, ты присаживайся. У нас еды сейчас не густо, но пока чайку попьем с приездом, так сказать.
  Убегает на кухню. Приезжий осматривается, рассматривает карандашный портет тети Вали в полный рост, приколотый фигурными шпильками к стене.
  В. прибегает с чашками, чайником и т.п., сервирует стол, снова ныряет в холодильник.
  В. - Вот масло, сыра кусок, и еще бутылка пивка отыскалась! ...Надолго к нам?
  Вас. - На неделю по делам нашей фирмы. А как похоже, ведь это тетя Валя! Кто это вам нарисовал? Вот хотел у вас остановиться. Жилье в гостинице сам знаешь почем.
  В. - Хочешь сэкономить командировочные? Я не против, надо только маме позвонить. Ну, давай по пивку за встречу...(Пьют.) Так, теперь по чаю! (Разливает чай.) Вот масло, сыр, правда хлеб черствоват слегка. Мама придет, вечерком нормально посидим... А это я сам нарисовал!
  Вас. - Ну силен, бродяга! Этого я за тобой не знал...А ты что дома? Я боялся, что никого не застану.
  В. (Смущенно.) - Не работаю пока. А хрен его знает, где и устроиться! Промышленных предприятий у нас в Москве осталось мало, все больше станочники там требуются. На инженеров спросу нет. (Звонит по мобильнику.) ...Мама, привет тебе из Рязани! Василий приехал в комадировку..Что? Ну да, по работе. На недельку, говорит. Хочет у нас остановиться...Что? Хорошо передам. (Выключает мобилу, Василию) Ну, вот, привет тебе от мамы, все ОК!
  Ладно, еще чайку?...А как у тебя там житуха?
  Вас. - Какая там житуха? Мы же провинция! Как раньше в СССР говорили: "У нас дым пожиже и труба пониже!" У нас, можно сказать, все как сто лет до революции. Почти со времен пьес Островского ничего не меняется. Зоопарк и террариум вместе взятые. А на все это сверху наложили как бы капитализм.
  В. - А компьютеризация всей страны?
  Вас. - Издеваешься, Вова? Какие компьютеры? Пока только тотальное оболванивание жителей города Глупово через телевидение. Жилой фонд в таком состоянии, что его можно только экспонировать как исторический памятник. Мы сохранились во всей своей красе как живой остаток докапиталистической постсоветской эры. Нас международному сообществу надо бы хранить и инвестировать, ничего не трогая, как живой заповедник прошлого и охранять через ЮНЕСКО. И промышленность нашу архаичную почти вековой давности тоже не трогать, пусть работает!
  В. - Красиво излагаешь! Где ты этого набрался? Заповедник еще ничего, но как бы не превратили нас в резервацию!
  Вас. - Да наболело давно! Наберешься, коли у нас подольше погостишь! Вот если проехаться по матушке России, по "нашей Раше", то увидишь, что более-менее сносная жизнь "почти как в Европах" с компами и инетами и успешными менеджерами на тачках имеет место только в двух супермегаполисах - Москве и Питере, а все кругом и окрест этого - полупустынно, немо и сонно.
  В. - Ну и картинку ты набросал!
  Вас. - Я набросал! А все в "нашей Раше" видят это и знают и чувствуют, а ничего сделать не могут, кроме как изо всех сил всей Россией (плюс несчастные иноземцы из ближнего Зарубежья), стянуться любой ценой в эти две Мекки обетованные.
  В. - Ты прав, конечно, хотя очень все это грустно. Смешно, но дело идет к тому, что скоро вся страна будет состоять из двух городов, плюс нефте-и-газопроводы, плюс районы их добычи. История сделала круг, мы снова превращаемся в полис - город-государство, как когда-то древние греки и римляне
  Вас. - А остальную территорию заселим китайцами и кукурузой!
  В. - Что в этих случаях остается русскому человеку?...Сбегаю за бутылкой?
  Вас. - Нет, Вова, я бы с удовольствием, но мне уже пора по делам, в том числе в "Минэкономразвитие".
  В. - Дурацкое название! То есть, туда, где деньги пилят?
  Вас. - Что-то в этом духе. Ведь наши заводы в основном все же дотируются.
  В. - Бывай здоров, коли так!
  Василий уходит. Вова останавливается против портрета матери и задумчиво смотрит на него.
  В. - Может, хотя бы этим подрабатывать? Нет, супротив профессионалов у меня никаких шансов. Это только родственников ублажать...Со стола убрать, что ли? А то мамочка опять будет пилить...(Как бы обращаясь к зрителю) Ну, казалось бы, действительно, а почему не убрать? А вот как уж не хочется! И почему это так сделано в человеке, что иногда и не хочется? (Раздается звонок в дверь.) Ну, вот, не успел. Иду, иду, кто еще там?
  Идет открывать дверь.
  В. - (голос из прихожей) Мадам, пардон, проходите, пожалуйста. Чему обязан, как говорится?
  Анна Марковна - (тоже голос из прихожей). Тысячу извинений, молодой человек, тысячу извинений за вторжение. Я еще не имела чести с Вами познакомиться. И вот теперь рискнула это сделать. Мне хотелось с Вами поговорить. Хотелось поговорить.
  В. - Раздевайтесь, повесьте вот сюда. Пардон, проходите пожалуйста.
  Проходят в комнату. А.М. предстает перед очами зрителей парадно приодетой и несколько вызывающе для ее возраста. Но именно в зрелом возрасте дамы это любят, и с этим ничего не поделаешь.
  В. - Простите, у меня тут с утра некоторый беспорядок, по-домашнему.
  А.М. - Что Вы, о чем Вы говорите! Это я должна просить извинения за неожиданное вторжение в дом к молодому незнакомому мужчине, что уже само по себе мове тон!
  В. - Если откинуть правила этикета, то и правда я несколько смущен.
  А.М. - Но меня в данном случае воодушевляет моя роль посредника, или заступника, или ходатая, если хотите, по делам одной известной Вам молодой особы.
  В. - Ах вот оно что!
  А.М. - Я вижу, что вы сразу поняли, о ком идет речь.
  В. - Мария?
  А.М. - Да. У нее возникла серьезная проблема, впрочем, обычная для молодых девушек. Не знаю почему, мне очень хочется ей помочь, даже настолько, что я вот решилась поговорить с Вами.
  В. - Она Вас просила об этом?
  А.М. - Нет, о нет! Если она узнает, а я надеюсь, что Вы оставите мой визит в тайне, она, боюсь, убьет меня. Это целиком моя инициатива, и только моя.
  В. - Марья хорошая девка, и я люблю ее. Но часто возникают у нас споры насчет моего легкомыслия. Да и не работаю я сейчас нигде! А кем вы, собственно, ей приходитесь? И какая у нас теперь проблема? Я что-то об этом пока не знаю.
  А.М. - Владимир, позвольте мне Вас так называть, мир тесен. Существует такое правило шести рукопожатий, может, слышали. В современном обществе люди настолько связаны, что каждый человек опосредованно знаком с любым другим жителем страны через короткую цепочку общих знакомых. В среднем эта цепочка состоит из шести человек. Так вот, меня зовут Анна Марковна, я - соседка дедушки Вашей знакомой, а Мария как-то зашла к нему поговорить о том, о сем, и я случайно тут оказалась. Вот так все оно и вышло.
  В. - Любопытно! Этого правила я не знал, и вижу его в действии. И какая же проблема?...Впрочем, я догадываюсь.
  А.М. - Да, Вы правильно догадываетесь...У вас должен быть ребенок, но она боится Вам об этом говорить, не чувствуя в Вас опоры. Извините за конкретность, но Ваша ля Фам еще имеет по времени шанс избавится от ребенка, так сказать абортари.
  В. - Я думал о такой опасности заиметь ребенка раньше времени, если говорить начистоту. Хотя и предпринимал до поры некоторые предупредительные меры, также, как и она. Лишний раз я убеждаюсь, что они не дают полной гарантии. И свидетельствую об этом Вам, Анна Марковна, и всему миру!
  А.М. - Уважаемый Владимир, гарантии, по-видимому, может дать только Бог! Причем Он постоянно или во всяком случае довольно часто награждает потомством тех, кто этого в данный момент и не хотел бы. И наоборот иногда упорно не дает потомства тем, кому кажется, что им оно очень надо.
  В. - Ну, хорошо, а с чем же Вы, собственно, пришли ко мне, помимо этой информации? Что Вы предлагаете?
  А.М. - Ради Бога, Вольдемар, простите мне мое вмешательство. Но мне очень хочется помочь этой девочке! Я право не знаю, почему. Если Вы не легкомысленный молодой человек, как Вас аттестует Ваша избранница, и если Вы решились бы не убивать дитя в утробе, так сказать, матери...
  В. - А почему Вы, Анна Марковна, решаете за меня?
  А.М. - Я не решаю за Вас... Но, видит Бог, это же грех...И потом, совершенно неизвестно, сможете ли вы потом снова это повторить этот эксперимент и снова с благополучным исходом.
  В. - Это факт. Но, во-первых, я не знал! Во-вторых, надо подумать. Тогда нам надо жениться официально...Мама пока ничего не знает...У нее касательно меня были свои планы...Где жить, на что жить...Надо подумать, надо подумать.
  А.М. - Да, матримониальный вопрос встает, так сказать, ребром! Но, Владимир, мне кажется, Вы несколько кривите душой, когда говорите, что мама так-таки ничего об этом не знает. Это мало вероятно.
  В. - Ну, разумеется, я немного преувеличил, точнее, преуменьшил. Кое-что она, конечно, знает, и кое о чем догадывается...Но не настолько! (Пауза).Но что же Вы все-таки думаете?
  А.М. - Конечно, мне неловко вмешиваться и что-то советовать.
  В. - Да ладно, валяйте. Раз уж прошли через этот Рубикон. Тем более, что советы не оплачиваются.
  А.М. - Ну, во врачебной практике это как раз не так.
  В. - Но я же не на приеме!
  А.М. - Вот именно. Да и я не доктор.
  В. - Не совсем это так. Мне сдается, что Вы сейчас выступаете в роли психоаналитика.
  А.М. - Ну, что ж, в таком качестве смею взять, так сказать, быка за рога. У меня, извините, создается впечатление, что Вы, Володя, в душе все же не решили для себя окончательно, не сделали свой выбор - стоит ли Вам останавливаться именно на этой кандидатуре. Что может быть и какой-то другой вариант. И он, я думаю, есть.
  В. - Откуда Вы это знаете?
  А.М. - И Мария этого еще не осознает, но подсознательно, интуитивно она это чувствует. В этом истинная причина ее поведения, поэтому ее внутренняя неуверенность в Вас выражается в упреках и недовольстве Вашим легкомыслием.
  В. - И что же делать?
  А.М. - Это Вам решать. Но, по моему, если в жизни без конца выбирать привлекательные варианты, то можно и с носом остаться. Поскольку время идет и жизнь наша, увы, без устали бежит. Много мы знаем тому примеров. Поверьте мне, как бы там ни было, но женитьба - это своего рода омут, в который надо бросаться с головой. Кто не бросился в свое время - остался холостяком и всю жизнь тоскливо взирает на чужие семьи, хотя и очень тщательно пытается это скрыть. Ну, вспомните, как у Гоголя Подколесин выпрыгнул из окна!
  В. - Так и что же?
  А.М. - Вольдемар, рыцарь без страха и упрека! Плюнуть на все и немедленно жениться, сохранив, таким образом, для России еще одного нового гражданина!
  В. - Или гражданку!
  А.М. - Вот именно!
  В. - Анна Марковна! Извините за вопрос, но у самих-то Вас была семья?
  (Ремарка автора. Если б это была опера, в этом месте следовало бы дать "Арию Марковны". Но мы оперы не пишем.)
  А.М. - В молодости, Владимир, я была горяча и обидчива. Гонору было слишком много. У нас была история, немного похожая на вашу. Мы уже собирались пожениться, и я также, как и Мариелла, понесла. Но кавалер мой был слишком красив для меня и избалован жизнью и женщинами, как я думаю. Короче, как теперь говорят, как-то я узнала от подруг, от которых ведь ничего не скроешь, что он мне изменяет. Я сначала не поверила. Не может быть, думаю, чтобы мой Боря, чтобы он...(Пауза.)...У него было такое открытое лицо! Но злые подруги "помогли", и мы поймали его с поличным! Я очень гневалась и метала икру во все стороны. Не буду иметь ребенка от такого подлеца! И хотя аборт делать было поздновато. Врачиха Сергеевна все приговаривала - "Риск все же велик!". В результате я после этого долго болела...(Пауза.)...Потом поправилась. Но детей иметь уже не могла...(А.М. склонила голову и некоторое время молчала.)
  В. - Анна Марковна! Вы плачете?
  А.М. - Вот, Володя, после этого я вышла замуж за хорошего человека и долго жили мы с ним, пока он не ушел из этого мира.
  В. - И что же теперь Вы? Впрочем, простите, дурацкий вопрос!
  А.М. - Да, пожалуй. Одна мыкаюсь. Вот захожу к соседу. Я его Гербертом зову, хотя он Георгий, а мне так больше нравится. Не подумайте, у меня есть кое-какие родственники, но очень дальние, так что мы редко видимся.
  В. - Я чувствую, Анна Марковна, что Вам одиноко живется!
  А.М. - Спасибо за сочувствие. Теперь непонятно, кто кого пришел успокаивать (смеется).
   В. - Знаете что? А Вы заходите к нам! Я думаю, мама будет рада. Она у меня хлебосольная и добрая. Только суховатая. Наверное, как все главные бухгалтеры!
  А.М. - Спасибо за приглашение! Я вижу, Вы отзывчивый человек, Володя. Но и я, со своей стороны приглашаю - приходите-ка вы как-нибудь к Герберту Петровичу вместе с Мариной. Я с ним договорюсь. Посидим, он ведь тоже, в сущности, одинок.
  В. - А что? Это тоже неплохой вариант. Марина мне что-то говорила про деда, и мы даже думали об этом.
  А.М. - И отлично! А сейчас, Владимир, мне пора и честь знать. Позвольте мне откланяться!
  В. - Не смею Вас удерживать!
  Остается один. Стоит в задумчивости.
  В. - Какая-то вещунья! Наверное, в молодости была хороша. Чем-то она притягивает и околдовывает. Я и опомниться не успел, а она меня уж и почти уговорила, Я и сам расчувствовался!... Хм! В омут, говорит...Пока она говорила - все казалось так просто! А чего стоит одна мамина реакция? Скажет - бездельник, на что будете жить? На меня не рассчитывай! Она в раздражении и не такое может сказать. (Звонок мобильника.) Але! Слушаю, кто это? Дарья, привет, привет! Да вот, что-то закрутился...Не скажи, вот все работу ищу. Какую, какую, мать дома достала. Ладно, вечерком позвоню! (Выключает аппарат.) Нет, тут надо подумать, надо подумать!
  
   Занавес.
  
   Картина третья.
  
  Начало осени. Но еще достаточно тепло. Парк "Сокольники". Марина сидит на скамеечке недалеко от центрального входа, в руках мобильник светится, как обычно у девчонок. Разговаривает.
  М. - Представляешь, Мила, какой фокус вышел! Оказывается, я не залетела! Почему думаю? А вдруг месячные пришли после той задержки! Я, Милка, сама понимаешь, всполошилась...Что? Я и говорю, а как же тесты! Помчалась к гинекологу. Оказалось, это ошибка тестирования. Докторесса говорит - может, они просрочены? Принесла, посмотрели - вроде нет. И делала тестирование ведь не однажды! Выходит, мне туфту подсунули в аптеке-то. Она говорит, вообще тестирование не дает стопроцентной гарантии, надо было сразу ко мне идти! Вот так! (Некоторое время слушает комментарии подруги.) Что, и у Алки также было? Надо же!...Мила, Мила, а я-то всем насвистела, всюду шум подняла и даже к деду ходила плакаться...(Снова слушает комменты подруги.) Да, да, конечно, я так и думаю. Пока никому ничего не скажу, проверю-ка этого своего типчика на прочность! ...Ой, ну пока, вон идет Василий, мы тут в Сокольниках в кафешку собрались. Какой Василий? Да это родственник Вовки приехал, двоюродный брат, что ли. Слушай, подчаливай к нам часа в два, от центрального входа налево по кругу вторая кафешка. А что? Посидим! Если надумаешь, позвони от входа, я выйду встретить...Ну, чао!
  Подходит Василий.
  Вас. - Здравствуйте, Мариелла!
  М. - Привет!
  Вас. - А я Вас не узнал издалека. (Садится рядом. Пауза.) Теплая нынче осень выдалась.
  М. - А где же Вова?
  Вас. - Он побежал куда-то к другу на минутку, просил немного подождать.
  М. - А Вы не москвич, я слышала?
  Вас. - Да, я из Рязани. Рязанские мы (смеется). В командировку к вам в столицу.
  М. - Не бывала в Рязани. Как там у вас?
  Вас. - У нас все, как у людей. Есть и Кремль наш рязанский и Главная площадь Победы с административными зданиями и Главной елкой на ней на каждый новый год. Метра, правда, пока нету...Знаете, что? Давайте пока, пойдем займем место в кафешке, закажем кое-что, пока он подойдет. Он знает - вторая от входа налево.
  М. - Не возражаю. А по какому случаю?
  Вас. - Ну, во-первых, так сказать, со знакомством. А во-вторых, так вышло, что у меня сегодня день рождения.
  М. - Поздравляю и сочувствую.
  Вас. - Чему же?
  М. - Ну, как? Все же довольно далеко от родного, так сказать, дома, вдалеке от жены и детей.
  Вас. - Я не женат.
  М. - Не может быть! Все командировочные и отпускники в отпусках не женаты, это мы знаем!
  Вас. - Но поверьте, это правда. Представьте себе, так бывает!
  Сама скамеечка и разговор на ней - все происходит на авансцене. В конце разговора собеседники поднимаются и проходят за занавес, каковой раздвигается и открывает сокольническую кафешку у круга того вида, какой они почти все там имеют. Действующие лица садятся за столик и рассматривают меню, спешно поднесенное им смуглой официанткой таджикского профиля. Слева за столиком сидит грузный мужчина, перед которым на столе - три бутылки пива и тарелочка с сухариками. Имеет меланхоличный вид. Справа за столиком сидит компания из нескольких человек. Три женщины средних лет и двое мужчин чуть постарше среднего. Они что-то отмечают, как я думаю, но делают это достаточно негромко и не привлекая внимания. То есть, приличные люди, не так ли?
  Вас. - Итак, что желает мадемуазель?
  М. - Пожалуйста, лучше Вы сначала сделайте выбор.
  Вас. - Ну, у нас, русских провинциалов, это просто. Вот возьмем по шашлычку, салатику, картошку вот фри я вижу. Ну и водочки. Не каждый день родимся!
  М. - Вы все мужики одинаковые! Да еще и холостые. Я думаю, Вова Вас поддержит с этим выбором. А шампанского?
  Вас. - Мариелла, это само собой! И конфет каких-нибудь.
  М. - Да, пожалуй.
  Вас. - А что еще пить будем?
  М. - Я, может, пива бы выпила. Водку я не люблю. И кофе на десерт не забудьте. Гулять так гулять!... А вот и Володя приспел. Привет, дорогой!
  Вас. - Вован, привет! Садись, я уже заказываю. Хочешь взглянуть, что я заказал?
  В. - Я заранее со всем согласен.
  Вас. - Ну, хоп! Официантка! (Та подходит. Делает ей заказ.)
  Слева пьет пиво и меланхолично взирает на них толстый мужчина довольно сурового вида, а справа слышен не слишком громко женский голос
  - Давайте еще раз поднимем бокалы за хорошего нашего Сергей Петровича!
  Ее поддерживает басовитый голос
  - Дай Бог ему здоровья и здоровья и еще раз здоровья!
  Другой мужской голос в ответ - Спасибо! Но так много здоровья нажелали. А счастья в личной жизни?
  Вас. - Что, шампанского нет? Как это?
  Растерянно обращается к присутствующим
  - Ну, не бежать же за ним!
  В. - А есть что-то похожее?
  Официантка
  - Вот есть красное полусухое.
  Вас. - Как, ребята?
  М. - Пойдет, давайте! (Официантка уходит.) За иноземного гостя, так уж и быть, выпью и зелена вина!
  В. - И не зелена, а красного!
  М. - (Укоризненно.) Вова, это же метафора!
  Вас. - Вот именно, метафора, я так и понял. Ладно, готовьте ваши поздравления, господа!
  М. - А вы, чужеземец, поведайте в ответ нам про вашу землю рязанскую!
  Вас. - Что же, о Мариелла, ради Вас я готов спеть в ответ арию Рязанского гостя.
  М. - Василий, Вы, я вижу, хоть и не столичный житель, а про оперы знаете! Но, по-моему, у Садко на пиру не было такого гостя.
  Вас. - Что с того? А у нас на нашем пиру - будет! Для вас, Москвичей, все, что за МКАДом - ближнее зарубежье. Не так ли? Так, что вам теперь все равно: что Варяжский гость, что Рязанский гость - все мы единым миром мазаны.
  Общий смех.
  Официантка приносит кое-какие напитки, рюмки, стаканы, салаты и т.п., и сервирует стол.
  В. - Ну, и загнул ты, Вася! Ладно, наливай!
  Вас. - Привычный русский клич! Радует сердце!
  Разливает.
  За столом справа слышен женский голос
  - Сергей Петрович, а помните мы с вами еще в девяносто восьмом году об этой работе докладывали?
  С.П. - Как же, как же! Сколько беготни было. Помнишь, Миша?
  Миша. - Было дело. А воз и ныне там! Как в басне. Что вспоминать? Давай лучше еще по маленькой!
  Владимир понимается с бокалом вина
  - Начнем, пожалуй! Я, так сказать, на правах хозяина этого типчика из Рязани, с этим маленьким бокалом и с большим сердцем...
  Одновременно звучит негромкий женский голос из за стола справа
  - Может хватит, Миша?
  Владимир - и с большим сердцем хочу пожелать нашему гостю в этот день очень много счастья и очень мало неприятностей, так мало неприятностей, чтобы он по ним даже немножко соскучился, и так много радости, чтоб даже это немного надоело, в конце концов!
  Осушает бокал и все вслед за ним.
  Вас. - Спасибо, амико! Это ты оригинально, насчет приятностей-неприятностей.
  Все закусывают.
  Из-за стола справа слышится басовитое
  - Сергей, в следующее лето махнем на Ахтубу?
  Женский голос
  - Пора, ребята, собираться. Сергей Петрович, не надо, может, больше заказывать? Пойдемте лучше по парку погуляем!
  В. - После первое пред второй перерывчик небольшой! (Марине) Ну, теперь твоя очередь.
  М. - Василий! Я, с этой маленькой рюмкой и с большим чувством пользуюсь случаем с большим удовольствием поздравить Вас с днем рождения! И пожелать прежде всего здоровья! Мы раньше не были знакомы, что очень жаль, так как Вы производите очень приятное впечатление! Желаю Вам всяческих успехов! (Пьет.)
  Вас. - Вот видите, и за МКАДом что-то есть!
  Все пьют и закусывают. За оградой со стороны большого круга появляется молодая дама, весьма экстравагантно одетая. Ее стройную фигуру в обтягивающем платье венчает темная шляпа с широчайшими полями а ля ковбой. Она наклоняется через барьер, отделяющий открытую площадку кафе от наружного пространства (от "улицы"), и вглядывается в сидящих посетителей.
  М. - (Машет незнакомке рукой.) Мила, Мила, мы здесь! Давай проходи. Василий, извините, я на свой страх и риск пригласила прийти к нам свою подругу.
  Вас. - И правильно сделали! Сейчас пододвинем еще стульчик. Будет только веселей.
  Мила подходит и усаживается на предложенный стул.
  Мила - Здравствуйте вам! Людмила! (Володе) А с Вами мы уже немного знакомы.
  М. - Ну вот, а теперь познакомься с виновником торжества.
  Мила и Василий обмениваются взаимным церемонным поклоном. Официантка приносит дополнительный прибор.
  Вас. - Если бы Вы Мила опоздали, то Вам полагалась бы штрафная.
  Мила - Но я не прохожу по этому пункту.
  В. - Вот поэтому позвольте налить Вам как обычно. Что Вы предпочитаете?
  Мила - Ради такого повода предпочитаю рюмку водки.
  Вас. - У всех налито?
  В. - Поехали! Мила, выступайте!
  Мила - Вова, что значит поехали? Разве мы куда-то спешим?
  В. - Пардон, мадемуазель!
  М. - Не обращай внимания! Это с ним бывает.
  Мила - Поздравляю Вас, Вася, от души! Не люблю много говорить, Счастья Вам и здоровья!
  Все пьют.
  За столиком сзади и справа посетители собираются уходить. Они, двигая стулья, производят некоторый шум и к тому же тихо переговариваются.
  Приходят трое свежих посетителей (мужчина и две дамы) и садятся за столик слева и сзади от нашей компании. Рассматривают меню и тихо переговариваются между собой.
  М. - (Встает со стула.) Господа, господа! Я хочу еще тостировать! А то что-то скучно стало!
  В. - (Несколько удивлен.) Тостуй Манюня!
  М. - Что значит это вульгарное "тостуй" и что значит "Манюня"?
  Посетители со столика справа и сзади потихоньку пробираются к выходу за спиной ораторши.
  М. - Впрочем, это не важно! Я хочу еще раз поздравить нашего именинника.
  В. - А он не именинник. Вася, когда у тебя именины?
  Вас.- Именины? Я и не помню. Кажется...
  М. - (Перебивает.) Извините, господа, дайте же сказать!
  Мила - Да, Вовка, перестань, дайте сказать человеку!
  М. - Вот именно! Дамы и господа! В этот торжественный день, когда мы собрались, так сказать, как бы на лоне природы, я хочу еще раз поздравить уважаемого Василия
  Вас. - Скажите просто "Васю".
  М. - Васю с этим праздником. Потому, что день рождения - это ведь маленький праздник для человека. И может быть, один из самых важных. Стрелка Васиной жизни сделала еще круг. Кто знает, что ждет его впереди?
  В. - Я прослезился! Где мой платочек?
  М. - Я желаю Вам, Вася, чтобы сбылись все ваши надежды и мечтания, желаю удачной карьеры и хорошей жены! Позвольте, я Вас поцелую!
  Мила - Как? Наш гость холост? Редкий случай!
  В. - Музыка, туш! Тра-та-та-та-та-та-та...! (Выстукивает, напевая, по столу праздничный марш.)
  Компания выпивает и закусывает.
  Пришедшие за столик слева и сзади делают негромко заказ подошедшей официантке. Пивной человек слева берется за очередную бутылку и все также задумчив. Что видится ему?
  В. - Вот ты, Марина, говоришь, мечтания. И желания. Какие у нашего поколения могут быть мечтания? И какие желания, кроме самых тривиальных?
  Раньше когда-то крестьянин мечтал иметь справное хозяйство, купеческий сын - наладить торговое дело, а профессорский мечтал, что может собственных Невтонов наша земля рожать. Потом при коммунизме все мечтали стать интеллигентами и учеными и на Марс махнуть, а еду пусть мать-земля сама родит!
  Вас. - А теперь у нас капитализм, говорят.
  В. - Рублевский! На Рублевке хорошо, там кругом охрана. И туда ты не ходи ночью без нагана.
  Вас. - Ну все равно, Вова, ты слишком круто загнул. Жизнь продолжается. Хрен с ними со всеми, и с нефтью и с чиновниками, в конце концов!
  В. - Это, конечно, верно. А по телевизору что за хрень вечно идет? Кто с кем живет, как там Алена Водонаева...А эти сериалы?
  Вас. - А ты не смотри! Как там профессор Преображенский говорил доктору Борменталю, помнишь: "Не читайте Советских газет!"
  В. - Но ведь других же нет!
  М. - Почему нет? Есть же разные программы!
  В. - Но это в Москве.
  М. - Не думаю. Вася, как у Вас в Рязани?
  Вас. - История повторяется, но не полностью. У нас тоже много программ, только не во всех районах. Да это и не важно. Народ все равно липнет к первой программе и сериалам. Но и на это можно рукой махнуть.
  Я вот, например, мечтаю летом махнуть летом куда-нибудь в теплые края! Разве плохо?
  М. - И с молодой женой!
  Вас. - Так это ж бы совсем неплохо!
  Мила - Что же мешает?
  Вас. - Да ничего, собственно.
  Мила - За это надо выпить! Вова, ты еще не налил дамам?
  В. - Будет сделано!
  Немного темнеет. Вдоль аллеи большого круга зажигаются огоньки типа иллюминации.
  Все пьют. В то время, когда компания управляется с закуской, недалеко на веранде оркестр грянул короткий марш.
  В. - Интересно, а по какому это случаю?
  М. - По-моему, сегодня День донора!
  В. - Да, мало еще у нас разных дней, товарищи.
  Оркестр замолкает и после короткой паузы звучит что-то а ля танго.
  Мила. - Классно! Что мы сидим? Нам как раз не хватало музыки. Пойдем потанцуем!
  В. - Но как же... рассчитаться?
  Мила. - Но мы вернемся! Я сейчас договорюсь с барменшей! Вовка?
  Вас. - Я как хозяин пикника договорюсь. Вы идите...Мы вас догоним!
  Мила с Володей убегают.
  (Ремарка автора. Если б я писал либретто оперетты, здесь следовал бы дуэт Эдвина и Сильвы. Но мы и либретто оперетт не пишем. А что и зачем мы вообще пишем и кто это читает? Но это уже другая тема.)
  Следующий "дуэт" проходит в "музыкальном сопровождении" с танцверанды.
  М. - Вы долго еще в Москве пробудете?
  Вас. - Четыре дня осталось.
  М. - Вася, извините за откровенность, но мне с Вами так хорошо и спокойно, как ни с кем еще не было. Ну, кроме самых близких. Хотя мы с Вами и виделись-то всего пару раз, да вот и сегодня.
  Вас. - Мариелла, мне стыдно сознаться, но Вы мне тоже очень нравитесь. С первого раза, как я увидел Вас у Володьки. И у меня такое тоже впервые. Во всяком случае, мне так кажется.
  М. - Почему же Вам стыдно?
  Вас. - Ну, как же, Вы вроде с Владимиром, так сказать...Мне перед ним неловко. Да и возраст мой...
  М. - А сколько Вам, извините?
  Вас. - Тридцать шесть. Вот тридцать седьмой стукнул.
  М. - А мне двадцать четыре. Не такая уж разница. А насчет Вовки не берите в голову! Это, в конце концов, мое дело. Я ему на Коране не присягала. Знаете что? Давайте выпьем на брудершафт!
  Вас. - Давайте!
  Пьют на брудершафт. Василий после этой процедуры хочет поставить рюмку и несколько отстраниться от Марины.
  М. - Как, а поцеловать? Эта процедура завершается поцелуем!
  Целуются довольно долго. Потом долго стоят обнявшись под звуки вальса. Затем немного вальсируют вокруг стола.
  Пивной человек встрепенулся и смотрит в некотором изумлении.
  Садятся за стол.
  Вас. - Вы знаете, мне с Вами тоже очень спокойно на душе, я не чувствую никакой неловкости, как обычно с мало знакомыми девушками. Как будто мы уже давно знакомы. Это чудно и чудесно.
  М. - Вася, дорогой, говори мне "ты", ведь после брудершафта люди переходят на ты!
  Вас. - Да? А я, "тундра" рязанская, этого не знал, если честно!
  Смеются.
  М. - Времени осталось у нас мало. Завтра увидимся?
  Вас. - Конечно, я как раз хотел об этом сказать. Только с утра я тут по командировочным делам...Я позвоню тебе, как освобожусь, по мобильнику.
  М. - Я буду ждать.
  Вас. - Эх, где наша не пропадала, давай еще по рюмочке!
  М. - Давай!
  Вас. - Как в старину говорили: "Со знакомством!", так сказать.
  М. - За наше брудершафтное знакомство!
  Пьют. Музыка на веранде замолкает. Прибегают Владимир с Милой.
  Мила - А вот и мы! Немного поплясали. Что ж вы не пришли?
  В. - Что ж вы тут делаете в таком случае?
  Вас. - Пьем.
  В. - Все пьете?
  Мила - А как же мы?
  В. - Вася, наливай!
   Занавес.
  
   Картина четвертая.
  
  В гостях у Анны Марковны. Стол под люстрой, состоящей из массы продолговатых плафончиков, у левой стены комнаты покрыт разноцветной скатертью и украшен чайными принадлежностями и самоваром в центре. Ближе к сцене - тахта, собранная в положение дивана. На противоположной от зрителя стене большое окно, из которого просматриваются окна высокого дома напротив. Справа вдоль стены длинный шкаф с множеством книг. У шкафа в углу примостился ломберный столик, на нем ноутбук.
  Хозяйка в разноцветном одеянии сервирует стол для чаепития.
  Звонок в дверь.
   А.М. - Открываю, открываю. Раздевайтесь. Вот здесь, пожалуйста. Проходите!
  Входят Марина и Владимир.
  А.М. - Хорошо, что вы откликнулись на мое приглашение! Я боялась, что вы не придете.
  В. - Почему же не побывать у хорошего человека.
  М. - Вот именно!
  А.М, - Присаживайтесь к столу...Вот так, молодцы! Вы знаете, ребята, я как человек одинокий, что-то заскучала. И подумала - почему бы не угостить моих новых молодых друзей чаем из самовара?
  М. - Из самовара - это классно!
  В. - Из настоящего?
  А.М. - Ну нет, конечно. Электрического. Но это не очень заметно! Вот, для начала выпьем по чашечке!... Наливайте сами. Вот печенье и вот конфеты, если угодно...Ох, старая, ох, увы мне!
  М. - Что такое, Анна Марковна?
  В. - Что случилось?
  А.М. - Да торт-то я забыла купить!
  Гости в оба голоса
  - О чем Вы говорите! Что за глупости! И так здесь всего полно!
  А.М. - Все вышло потому, что сама-то я торты вообще не люблю. Вот и вышла промашка...Дайте-ка я и себе налью.
  Некоторое время идет чаепитие. Слышно тиканье электронных часов на стене.
  А.М. - Вы, конечно, про себя думаете. Зачем старая вдруг пригласила нас? Ведь не чаю же попить, хоть бы и из самовара!
  Оба гостя - Что Вы, что Вы!
  А.М. - Ребята, не будемте душой кривить! Я и правда хотела с вами поговорить о ваших делах. И заранее прошу извинить меня за это как бы вторжение в вашу личную жизнь...Но, знаете, ребятки, со стороны иной раз виднее. Ведь все-таки я не совсем посторонняя для вас...Присаживайтесь вот на тахту, а я напротив...Вот, так удобнее.
  Теперь парочка сидит на тахте, а Анна Марковна - на стуле напротив, словно следователь какой, спиной к столу с самоваром, из которого идет еще пар.
  А.М. - Мариелла, я знакома с Вашим дедушкой...И о вас кое-что знаю...Мне так хотелось бы вам обоим помочь в этот ответственный момент вашей жизни.
  В. - Ответственный момент?
  А.М. - А что, разве нет? Если отбросить околичности, речь идет о судьбе нового человечка!
  В. - Представляешь, Марина, мы снова решаем извечный вопрос - быть или не быть.
  А.М. - Остроумно! Только в несколько другом контексте.
  М. - (Обращаясь к Володе.) Ну, положим, решаю это я, а не ты.
  В. - Кто спорит, Ваше Высочество! Это Вы в данном случае выступаете в роли принца Датского.
  М. - Да, именно так. Выступаю! Это всегда нам, бабам, приходится решать! А от вас мужиков часто никакого проку! Вот ты, Володя, здесь ерничаешь, а что-то серьезной поддержки я от тебя не чувствую.
  В. - В каком смысле?
  М. - В самом прямом! Как буду дальше я с ребенком маяться? Где и на какие, извините Анна Марковна, за грубость, шиши?
  А.М. - (Пытаясь сгладить остроту конфликта.) Я так понимаю, Володя, Мариелла здесь намекает на матримониальный вопрос.
  В. - То есть, можно представить такую сценку, что любимая прижимает партнера к стенке и говорит "Жениться буш?"
  М. - А что, если ты хошь по рабочее-крестьянски, то можно и так спросить.
  А.М. - Ребята, успокойтесь! Володя, ну в самом деле, если не заострять так вопрос, то какая Ваша позиция по этому вопросу?
  В. - Какая позиция? Если серьезно, надо подумать. Действительно, на что будем жить? Ведь работы пока у меня нет. Ну, жить, наверное, можно и у нас. Но мама предупредила, что она не собирается нас кормить...
  Раздается звонок дверь.
  А.М. - А вот и Герберт Петрович, я думаю.
  Выходит в прихожую.
  А.М. - (Из прихожей.) Редкий гость. Раздевайтесь, милейший! А мы уже тут беседуем.
  Входят в комнату.
  Дед - Тысячу извинений, дамы и господа. Тысячу извинений! И у меня, знаете, бывают иногда дела.
  (Примечание. В первой картине Герберт Петрович именовался как Старик, т.е . заглавной буквой "С", а здесь он же именуется как Дед, т.е. заглавной буквой "Д". Мы надеемся, что это не вызовет путаницы.)
  А.М. - Вот, познакомьтесь, это Володя!
  Д. - Так сказать, бой-френд? Рад познакомиться. Честь имею!
  (Обмениваются рукопожатием.)
  А.М. - Вы, Герберт Петрович, может выпьете сперва чаю. Вот из самовара, я его сейчас включу. Вот так. А мы продолжим.
  Дед присаживается к самовару, а Анна Марковна возвращается на свое прокурорское место.
  М. - (Обращаясь к Владимиру.) Так и что же ты предлагаешь?
  В. - Не разумнее ли сейчас, пока не поздно, подождать с этим делом?
  А.М. - Володя! Значит, я Вас тогда не убедила?
  В. - Как Вам сказать? Не знаю...Да и ведет она себя довольно легкомысленно.
  М. - Я? Легкомысленно? И это ты говоришь?
  А.М. - Что Вы имеете в виду?
  В. - Вы знаете, Анна Марковна, на днях к нам с мамой приехал в гости мой двоюродный брат Василий из Рязани.
  А.М. - И что же?
  В. - Не прошло и нескольких дней, как они уже спелись!
  Д. - (Берет стул, подходит и садится рядом с Анной Марковной.) Как это спелись?
  В. - А так, дедушка. Она с него, можно сказать, глаз не спускает, комплименты ему разные говорит.
  М. - Деда, Василий мне и правда понравился! Серьезный человек. Не то, что этот...
  А.М. - Вот это сюрприз!
  В. - Жизнь полна сюрпризов. Позавчера мы в небольшой компании в Сокольниках отмечали Васькин день рождения. Так у него совпало. Мария и тут прилипла к нему и они ворковали на разные темы.
  М. - Ну, и язычок у тебя!
  В. - Уж какой есть! И Василий, между прочим, рекомендовался ей холостяком. А вчера я узнал от мамы, что он, между тем, женат и у них там ребенок есть.
  М. - (Побледнела.) Не может быть! Он мне казался таким искренним! (Хватается за голову.)
  А.М. - Увы, может! Со мной, Мариелла, однажды тоже был аналогичный случай!
  Немая сцена.
  После паузы.
  Д. - Но Маша, как же так? Какой Василий к черту, извини!?
  А.М. - А как же теперь... Как же ... ребенок ваш?
  М. - Вот беда...Анна Марковна, нет ли чего-нибудь выпить?
  А.М. - Есть, вот коньяку немного. Сейчас, дорогая, сейчас. (Лезет в шкаф. Приносит початую бутылку коньяка.)
  Д. - И мне налейте, моя милая!
  Наливает обоим.
  Д. - Эх, Машка, давай дернем по такому случаю!
  Пьют.
  М. - (Приходит в себя.) Анна Марковна! Дедушка! Я не столь низко пала, как вы думаете. Хотя от любви и это может быть. Почитайте классику...Нет у меня никакой беременности. Это была ошибка диагностики! Меня эти чертовы тесты подвели.
  А.М, - Да, тестам, вообще говоря, нельзя доверять.
  М. - У гинеколога проверка подтвердила, так сказать, врачебную ошибку. Анна Марковна, и месячные пришли!
  Д. - Так чего же ты голову нам морочила?
  М. - Я Вовку на вшивость проверяла!
  Д. - Проверила!
  А.М. - Да уж, применяя известную поговорку, - это была Пиррова проверка!
  
   Занавес.
  
  
   Картина пятая.
  
  Возле поезда на перроне Казанского вокзала. Восемь вечера. У выхода из вагона ? 3 как обычно при отправлении поезда стоит проводница. Вдоль по перрону туда-сюда прогуливается Василий. Он в легком пальто с поднятым воротником.
  Моросит мелкий дождик.
  Вокзальный динамик (Вещает.) - Поезд номер эф двадцать три Москва-Челябинск отправляется с пятого пути второй платформы через восемнадцать минут.
  К вагону подходит пассажир. Проводница просматривает его билет и пропускает в вагон
  - Проходите! Ваше седьмое купе, место снизу.
  Пасс. - Благодарю! (Проходит.)
  Василий все ходит туда-сюда.
  Вокзальный динамик - Поезд Москва-Челябинск отправляется с пятого пути второй платформы через пятнадцать минут.
  На платформу влетает Марина. С ее плеча сползает сумочка, которую она на ходу пытается подправлять, тогда как в другой руке трепещется полураскрытый зонтик.
  Вас. - Наконец-то! Я думал, ты не придешь!
  М. - (Задыхаясь от бега.) К-как же не приду. Как не приду! Замоталась на работе и дома заковырялась. Вот, Вася, я тебе на дорогу пирожков испекла!
  Вас. - Какие пирожки! Тут ехать всего три часа!
  М. - Ничего, Вася, чайку с соседом попьете.
  Вас. - Ну, спасибо! (Берет у нее пакет.)
  М. - Вася, Васечка, у нас мало времени. Вчера была у нас там дома как бы разборка. Вовка пыхтел, и на тебя бочку катил! Ему мама сказала, что на самом деле ты женат, Вася! Ей это брат как-то сказал. Как же так, Вася?
  Вас. - Ох, злыдень этот твой Вовка! Марина, я и правда был женат. Но мы скоро год как развелись. (Грустно.) У меня сын там растет, Марина! Я оставил им квартиру.
  М. - Ой-ей-ей!
  Вас. - Не горюй, Мариелла! Главное, что я тебя люблю! Выше нос, мы новых нарожаем!
  М. - А где же ты теперь живешь?
  Вас. - Да вот, снимаю то там, то сям... Но у меня под городом шикарный участок остался!
  М. - Участок?
  Вас. - Чудо, что за участок! Выроем там себе пещеру, и заляжем на зиму!
  М. - (Оживляясь.) В пещере хорошо!
  Вас. - А этот твой Вовка перед отъездом насвистел мне много нелестного про тебя.
  М. - А жениться не хочет! Не пойму я его.
  Вас. - Марина, он завистливый человек! Он завидует свежим и наивным чувствам, каких у самого нет. Под конец он выдал мне, что ты, мол, от него беременна. Но я даже и на это согласен!
  М. - Вася! Это неправда! Я тоже так думала, но это оказалось, если коротко, врачебной ошибкой. Я не беременна, Вася, это ошибка, я в порядке, понимаешь?
  Вас. - Понимаю, любимая моя, понимаю!
  М. - И у меня будет сын от тебя! Сын от тебя. Я это знаю, Вася!
  Вокзальный динамик - До отхода поезда Москва-Челябинск с пятого пути второй платформы осталось пять минут! Просим провожающих покинуть вагоны!
  М. - Вася! Созвонимся! Я к тебе обязательно в гости приеду! Прощай!
  Вас. - До свидания!
  Приникли друг к другу. Зонтик упал. Долго стоят обнявшись.
  Проводница - Пассажир, проходите уже! Сейчас тронемся. Я закрываю подножку.
  Вас. - Иду, иду. До встречи, Мариелла, до встречи! (Уже из вагонной двери из-за спины проводницы.) Все будет хорошо! Прощай!
  М. - (Как бы вдогонку.) Счастливого пути! Я обязательно приеду! И скоро! Что тут ехать, три часа на электричке!
  
   Занавес закрывается.
  
  Слышен короткий басовитый гудок электровоза и шум уходящего поезда.
  Марина выходит из-за занавеса на просцениум, поворачивается спиной к зрителям и машет рукой вдогонку уходящему поезду.
  Потом поворачивается лицом к зрителям.
  М. - Я плачу от горя и я плачу от радости. Как говорил Ги де Мопассан "жизнь не так уж хороша, но и не так плоха, как кажется!"
  
   Конец.
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com С.Волкова "Игрушка Верховного Мага 2"(Любовное фэнтези) В.Свободина "Прикованная к дому"(Любовное фэнтези) К.Демина "На краю одиночества"(Любовное фэнтези) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров. Арена"(Уся (Wuxia)) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Ю.Кварц "Пробуждение"(Уся (Wuxia)) Eo-one "Люди"(Антиутопия) Ф.Вудворт "Наша сила"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) Е.Белильщикова "Иной. Время древнего Пророчества."(Боевое фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"