Неменко Александр Валериевич: другие произведения.

История одного отступления

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
Оценка: 7.54*7  Ваша оценка:


История одного отступления.

Глава 1 Удачная эвакуация

   История эта началась в Одессе, с одной весьма удачной операции советских войск. Что бы там ни говорили, но эвакуация войск Приморской армии из Одессы -операция удачная и успешная, показывающая, что при соблюдении должного порядка, даже большую армию можно эвакуировать из осажденного города. Да, ее масштаб не сравним с Дюнкерком, но и результат ее сильно отличается от западного аналога.
   Да, при эвакуации были потери материальной части, особенно это касается артиллерии и автотранспорта, да были сбои в организации, и последний транспорт, задействованный в операции, не был загружен (хотя мог вывезти достаточно много материальных ценностей и вооружения). Но, может и к лучшему, т.к. на переходе пароход "Большевик" был потоплен. Но это все детали.
   В Севастополь прибыло достаточно много войск. Сколько? Ответить на этот вопрос несложно. Данные есть. В них нужно просто разобраться. Разложить все по полочкам. Приведу одну цитату [1]: "В период 2-16 октября 1941 из Одессы было эвакуировано 86 тысяч бойцов и командиров, 16 тысяч гражданских лиц, 462 орудия, 34 танка, 1158 автомашин, 163 трактора, более 3,5 тысяч лошадей, большое количество боезапаса, продовольствия и других грузов".
   Это цифра почти правильная. Почему "почти"? ответ прост: не все, что было вывезено, из Одессы попало в Севастополь. К примеру, в Севастополь не попала 157-я стрелковая дивизия, приданная Одесскому оборонительному району для десанта в Григорьевку, ряд других подразделений.
   Есть и другие цифры, приведенные в работе А.С.Юновидова "Оборона Одессы" [2]. К сожалению, автор не дает ссылки на источник этих данных. Вероятнее всего, это "Отчет об обороне Одессы" из ЦАМО.
  
   Полевое управление армии
   Начальствующий состав 414
   Младший комсостав 205
   Рядовой состав 785
   Всего 1404
   Лошадей 30
   Автомобилей 114
  
   25 стрелковая дивизия
   Начальствующий состав 1041
   Младший комсостав 1376
   Рядовой состав 7421
   Всего 9838
   Лошадей 189
   Автомобилей 41
  
   95 стрелковая дивизия
   Начальствующий состав 881
   Младший комсостав 1079
   Рядовой состав 6987
   Всего 8947
   Лошадей 156
   Автомобилей 31
  
   421 стрелковая дивизия
   Начальствующий состав 691
   Младший комсостав 900
   Рядовой состав 5407
   Всего 6998
   Автомобилей 11
  
   2 кавалерийская дивизия
   Начальствующий состав 226
   Младший комсостав 224
   Рядовой состав 1558
   Всего 2008
   Автомобилей 3
  
   3-й полк морпехоты
   Начальствующий состав 104
   Младший комсостав 169
   Рядовой состав 1381
   Всего 1654
   Лошадей 16
   Автомобилей 20
  
   265-й корпусный артполк
   Начальствующий состав 138
   Младший комсостав 298
   Рядовой состав 1089
   Всего 1525
   Автомобилей 175
  
   Части армейского подчинения
   Начальствующий состав 911
   Младший комсостав 1448
   Рядовой состав 6465
   Всего 8824
   Лошадей 235
   Автомобилей 417
  
   Тыловые части
   Начальствующий состав 657
   Младший комсостав 494
   Рядовой состав 8646
   Всего 9797
   Лошадей 246
   Автомобилей 60
  
   Отдельно даны:
   136-й запасной стрелковый полк.
   Начальствующий состав 240
   Младший комсостав 337
   Рядовой состав 2077
   Всего 2654
   Лошадей 253
  
   Батальон выздоравливающих
   Начальствующий состав 90
   Младший комсостав 196
   Рядовой состав 1803
   Всего 2089
  
   Если сложить все воедино, то получится, что в Севастополь прибыло:
  
   Начальствующий состав 5478
   Младший комсостав 6890
   Рядовой состав 44199
   Всего 56 567
   Прибывший состав имел
   Лошадей 1125
   Автомобилей 938
  
   Как мы видим, в приведенном фрагменте, численность вывезенных войск несколько отличается в меньшую сторону. Причина проста: здесь приведена только Приморская армия, здесь нет флотских частей (в частности, персонала Одесской ВМБ), вывезенных в Севастополь и порты Кавказа, здесь нет и 157-й дивизии, вывезенной с 1 по 7 октября 1941г.
   По числу орудий и танков, вывезенных из Одессы, так же есть разночтения. Они так же связаны с тем, что в их количество были включены орудия и танки 157-й дивизии. Попробуем определиться с их реальным количеством в Приморской армии.
   По состоянию на 1.1041г. в 157-й дивизии числится 112 орудий и 6 танков. Т.е. по логике, в Приморской армии должно было оставаться 28 танков и 350 орудий. Попробуем подойти с другой стороны, и подсчитать количество орудий в дивизиях и подразделениях Приморской армии, используя данные из различных документов.
  
   265-й корпусной артполк (командир майор Н.В.Богданов) и 638-й зенитный артполк
   Согласно отчетным данным, подписанным командиром полка, полк потери материальной части не имел. Один дивизион этого полка (3-й) был вывезен еще 7.10.41г. на транспорте "Жан Жорес" вместе с первым дивизионом 638-го зенитного артполка.
   11.10.41 на транспортах "Котовский", "Белосток" и "Ураллес" вывозятся 3 дивизиона 265 полка и оставшиеся орудия зенитчиков. Всего было вывезено 23 пушки 107мм, 24 пушки - гаубицы МЛ-20, 22 зенитных орудий калибром 85мм [3]
  
   Артиллерия 25-й Чапаевской СД
   69-й дивизионный артполк (командир подполковник Лукьяненко)
   Полк в полном составе вывезти не удалось. В Одессе остались орудия 4-й, 5-й, 6-й, 8-й и 9-й батарей полка. Всего 12 шт. дивизионных 76мм орудий и 6 шт. 122мм гаубиц. Три 76мм батареи прикрывали отход, и их матчасть была взорвана, а шесть 122мм гаубиц бросили в порту в связи с тем, что портовики поспешили вывести из строя погрузочное оборудование.
  
   0x01 graphic
  
   69-й артполк грузился 15.10.41г. сразу на 4 транспорта, и, как следствие, понес потери матчасти. В порту были оставлены все автомобили и тягачи, были оставлены все зарядные ящики, лошадей было доставлено всего 169. При перевозке "потерялись" 124 человека (4 человека начсостава, 7 человек младшего комсостава). Если проанализировать их принадлежность, то выяснится, что это как раз и есть расчеты батарей, прикрывавших отход. Их просто не дождались. В Севастополь прибыли 15 шт. 76мм дивизионных пушек, 3 гаубицы, калибром 122мм, одна зенитная пулеметная установка[4].
   0x01 graphic
  
  
   99-й гаубичный артполк
   В составе полка удалось вывезти 25 орудий: 3 гаубицы, калибром 152мм, 22 гаубицы, калибром 122мм, 2 зенитно-пулеметные установки М-4[5]. Других данных пока нет.
   Полковая, зенитная и противотанковая артиллерия дивизии насчитывала 27 орудий 76мм и 45мм калибра.
  
   Артиллерия 95-й дивизии
   397-й пушечный артполк ТиУР был придан 95-й дивизии и сражался в ее рядах. Он же и упомянут в приказе на посадку 95-й дивизии от 14.10.41г. 3-й дивизион полка должен был грузиться на "Армению", 1-й на т/х "Украина". Полк прибыл в Севастополь в составе 3-х дивизионов, всего 24шт. 76мм орудий. [6].
   57-й пушечный артполк 95 СД прибыл в составе 26 шт. 76мм орудий [7].
   175-й ЗенАД 2 батареи 6 шт. 76мм зенитных орудий обр. 1931г. [9].
   97-й отдельный противотанковый дивизион пожертвовал своей 1-й батареей для прикрытия отхода, и прибыл в составе восьми орудий.
   Полковая артиллерия дивизии насчитывала 9 орудий. Правда, это еще не все. Указано, что четыре орудия, калибром 76мм и три, калибром 45мм были сняты с бронепоездов N 21 и N22, что это за орудия- сказать сложно. 76мм орудия должны быть дивизионными 76мм Ф-22, но уверенно сказать сложно.
   Вместе с 95-й дивизией эвакуировался и 97-й зенитный артдивизион (без 2-й батареи) [10]. Всего 7 орудий.
  
   Артиллерия 421-й дивизии
   134-й гаубичный артполк (ранее принадлежавший 95-й СД) прибыл в трехдивизионном составе на транспорте "Абхазия". Всего: 22шт. 122мм гаубиц и 9 шт. 152мм гаубиц. [8].
   Разобраться внимательно с остальной артиллерией этой дивизии пока не представляется возможным. В документах дана общая цифра: 49 орудий, без разбивки по калибрам и типам. Любопытно отметить, что в составе артиллерии дивизии числятся 18 трофейных орудий [11].
  
   Была артиллерия и в частях армейского подчинения, (всего 19 орудий) и не только артиллерия. В Одессе находился 2-й дивизион гвардейских минометов к-на Черняка. Дивизион был трехбатарейного состава, в нем насчитывалось 12 боевых машин (82мм).
   Если подвести итог, то получится, что из Одессы было вывезено 322 орудия разных калибров. Цифра несколько отличается от расчетной, но...
   В этом подсчете не учтены орудия ЧФ. Какие? Прежде всего, 73-й зенитно-артиллерийский полк и 16-й зенитный артиллерийский дивизион ЧФ (3 батареи, доставленные на парусно-моторных шхунах в Севастополь). Кроме того, по уточненным данным, из Одессы были вывезены 4шт. 75мм пушки Канэ береговой батареи N6, 45мм "стволики" (т.е. пушки, изготовленные из учебных стволов) и.т.д. Т.е. цифра орудий, вывезенных из Одессы, если не в точности совпадает с расчетной, то, во всяком случае, получается похожей.
  
   С танками ситуация и проще и сложнее. Поясню. Есть воспоминания Т.Ф.Крохмалева, в которых точно указано сколько и каких танков было вывезено из Одессы. Нет официальных документов (или они не найдены).
   По данным воспоминаний [12] в Севастополь прибыл батальон трехротного состава. В первой роте 7 шт. танков БТ-7 и 2 танка БТ-7М, во второй роте 3 танка БТ-5 (с двигателями от БТ-7), 1шт. БТ-2, трофейные танки (!) 3шт. 3-я рота состояла из бронетракторов, но, скорее всего, третья рота в Севастополь не прибыла, во всяком случае, в воспоминаниях указано, что рота разбежалась. Многие бронетрактора, действительно были брошены или сброшены в море при эвакуации. В дезертиры командиром батальона Юдиным были записаны 42 человека, в основном, одесситы. Сомнительно, чтобы при нормальном командовании это было возможно, но факт остается фактом.
   Кроме того, в 25-й дивизии числится бронетанковая рота - 10 танков Т-26 (из них один огнеметный). В других частях числятся 3 бронеавтомобиля Ба-10, 12 бронеавтомобилей Ба-20, две трофейных танкетки, 7 шт. Т-37 и неуточненное количество бронетракторов. Доставку бронетракторов на транспортах подтверждают многие ветераны, но точных данных нет.
   Если просуммировать количество вывезенных танков, приведенное в воспоминаниях Т.Ф.Крохмалева, то оно почти совпадет с официальными цифрами. Так что, возможно, данные вполне достоверные.
   Итак, подведем итог. Операция, действительно, была исключительно удачной. Причин несколько. Главная, на мой взгляд, заключалась в том, что Одесса находилась в румынской "зоне ответственности", а Румыния не обладала достаточным количеством авиации, и, главное, опытом действий на морских коммуникациях. Не обладала большим количеством авиации и немецкая 11-я армия, "подопечными" которой были румынские войска.
   Отход советских войск из Одессы отвечал интересам румынского командования, которое было заинтересовано в захвате города, но, которому была безразлична конечная цель войны- разгром СССР. Создается ощущение, что румыны сами дали возможность уйти советским войскам. Но итог операции не изменить.
   В Севастополь, действительно, прибыла достаточно большая сила: более чем 50 тысячная армия, которая имела более 300 орудий и до трех десятков танков. А, теперь обратимся сразу к итогам отступления.
  

Глава 2 Печальные итоги

  
   Мы привыкли прятать свои ошибки, не извлекая из них уроков. А жаль. Обычно в советской истории о результатах отступления говорится мутно и невнятно. Примерно так же составлены документы. Так, например, В справке отдела укомплектования Приморской армии от 10 ноября 1941 г. общая численность армии определялась в 43 321 че­ловек, т.е. потери, вроде бы не велики. Отчетность по потерям армии тоже составлена так, что понять, сколько и в какой период потеряно невозможно.
   Пользуясь этим, ряд авторов даже спорят и доказывают, что Приморская армия вернулась в Севастополь чуть ли не в полном составе, сохранив свои знамена и артиллерию. Западные историки, напротив, доказывают что армия была разгромлена, и в Севастополь пришли только "штабы и знамена". Попробуем копнуть глубже, и понять, кто же прав.
   Начнем, по традиции, с 25-й дивизии. По донесению штаба 25-й стрелковой дивизии на 11 ноября 1941 г. в ней числилось 4233 человека [13]. Уходила на Перекоп дивизия в составе 9,8 тыс. бойцов и командиров. Т.е. потери дивизии составили почти 50%. П.А.Моргунов в своей работе "Героический Севастополь" указывает, что и эта цифра неверна. Он утверждает, что в составе легендарной Чапаевской дивизии в донесении, по состоянию на 11 ноября 1941года, показаны 1814 человек 3-го морского полка и 747 человек моряков (все что осталось от 7-й бригады). Вычтем? Остается 1672 человека. Цифра шокирующая, но правильна ли она? Проверить несложно. Донесения о состоянии дивизии сохранились [14].
   -31-й Пугачевский им. Фурманова стрелковый полк (полк вышел под командованием ВрИД командира полка майора Жук А.С.)
   71 человек начсостава (из них 19 человек политсостав)
   19 человек младшего комсостава
   323 человека рядового состава
   5 станковых пулеметов
   3 зенитных пулемета
   2 пулемета ДШК
   2 шт. 120мм минометов
   5 шт. 82мм минометов
   3 шт. 50мм минометов
   Но это данные неполные. Кроме "основного" состава была еще сводная боевая группа, которую возглавил командир 31-го полка подполковник Касым Мухамедьярович Мухамедьяров. В сводном отряде подполковника Мухамедьярова (сформирован из 31 СП, 69АП, 99ГАП):
   772 человека,
   станковых пулеметов 1 шт.
   зенитных пулеметов 2шт.,
   ДШК-2шт.
  
   -54-й им. Степана Разина стрелковый полк (командир - майор В.И.Петраш, сменивший выбывшего из строя полковника И.И.Свидницкого)
   67 человек начсостава (из них 10 человек политсостав)
   29 человек младшего комсостава
   349 человека рядового состава (данных по вооружению нет)
  
  
   -287-й стрелковый полк (командир подполковник М.В.Захаров, сменивший майора А.И.Ковтун-Станкевича, ушедшего в штаб армии)
   нач. состава 71 человек (из них политсостава 13 человек),
   младшего комсостава 67 человек,
   рядового состава 224 человека.
   винтовок 206шт.;
   минометов 120мм 3шт.;
   минометов 82 мм 3шт;
   орудий 45мм-3шт
  
   -69-й артиллерийский полк (убитого командира полка сменил нач. штаба майор Курганов)
   За время отступления из Крыма потеряно:
   9 шт. 76мм орудий
   2 гаубицы 122мм.
   На 10 ноября 1941г. В полку числится:
   67 человек начсостава (из них 10 человек политсостава),
   младшего комсостава 74 человека,
   рядового 299 человек,
   винтовок 339,
   ручной пулемет 1шт.,
   пушек 76мм -5 шт.
   гаубица 122мм 1 шт.
  
   -99-й гаубичный артиллерийский полк
   На 10 ноября в составе полка:
   89 чел. начсостава (из них 15 чел. Политсостав)
   80 чел. младшего комсостава,
   248 человек рядового состава.
   винтовок 245,
   гаубица 152мм 1шт. (требующая заводского ремонта)
   гаубицы 122мм -4шт.
   За время отступления потеряно 18 орудий
   Подведем итоги? Получим 2 849 человек. Но и эта цифра неполная. Сюда нужно добавить управление дивизией 218 человек, медсанбат (вышедший почти в полном составе), вспомогательные части, сложив все это, получим цифру 3599 человек. Но и это не все.
   Здесь не учтены группы, выведенные к Севастополю инициативными командирами. Самой большой была группа бойцов 25-й дивизии, под командованием майора З.М.Султанова (99-й ГАП), в составе которой находилась и батарея 99ГАП (4 орудия). Общая численность групп 25-й СД, вышедших до 17.11.41г. составила 1178 человек. В связи с этим, нужно признать, что скорее П.А.Моргунов ошибся, указав численность 25-й СД в 1672 человека. Или по состоянию на 11.11.41 года не все части 25-й дивизии были учтены. Последний вариант наиболее вероятен.
   Любопытно другое: численность подразделений и групп, выведенных инициативными командирами, соизмерима с численностью частей вышедших организованно. Но об этом чуть позже.
   2-я кавдивизия вышла в совсем слабом составе. Из более чем 2 тыс. конников в строю осталось всего ... 320[15], включая штаб и комендантский взвод.
   По донесению штаба 95-й стрелко­вой дивизии 9 ноября 1941 г. в ней числилось 3759 человек[16]. Эта цифра довольно точна, и, как правило, не оспаривается. Но и по ней есть уточнения. Артиллеристы дивизии вышли почти в полном составе, но потеряв почти половину орудий. По состоянию на 10.11.41г в 57-м артполку числится 12 орудий 76-мм, в 397-м артполку так же 12 орудий 76-мм. В двух артиллерийских полках дивизии числится 1760 человек.
   В других подразделениях (управление, батальоны специального назначения и др.) числится 1028 человек. Зато в стрелковых полках потери огромны. В трех полках в сумме насчитывалось всего 971 человек. Т.е. в дивизии тоже осталось менее 50% изначального состава. Д.И.Пискунов, в своем докладе указывает, что особо тяжелые потери понесли 241-й полк и 13-й разведбат в первом оставалось 297 человек , во втором 87.
   421-я стрелковая дивизия, в процентном отношении, понесла наименьшие потери. Причина проста. Как ни странно, далеко не все ее подразделения участвовали в боевых действиях. По данным П.А.Моргунова, части, ее составляющие, насчитывали 3438 человек[18]. Так ли это?
   Артиллеристы 134-го ГАП, приданного дивизии вышли почти в полном составе. Лишь 1-й дивизион 134-го гаубичного полка потерял 40 человек и 3 орудия 122мм в арьергардном бою около Артека [17]. Численность полка, на момент выхода составляла 1023 человека. С артиллеристами все просто, сложнее со стрелковыми полками. Все дело в том, что их сильно перетасовали уже даже перед отправкой в северный Крым. Из 1330-го полка, которым командовал бывший зампотыл Одесской военно-морской базы военинженер 1-го ранга (полковник) Я.Осипов, изъяли часть личного состава, пополнив личным составом из других подразделений. Примерно то же произошло и с 1331-м полком. После этого, полк пополнили за счет так и не сформированного 1327-го полка и ряда расформированных частей армейского подчинения. Вернулись в Севастополь из состава 2 полков всего 1978 человек. Т.е. цифра похожая.
  
   Сложив все воедино, мы получим общую численность четырех "дивизий" в районе 12 тыс. человек. Но нужно сказать, что 4 дивизии, это далеко не полный состав армии. Мы не учли численность частей армейского подчинения. Неподсчитанными остались:
   -265-й корпусной артил­лерийский полк -- 1106 человек. Полк при отступлении "потерял" свой третий 152мм дивизион, который отошел вместе с 51-й армией, и стал основой для формирования "нового" 265-го артполка.
   -танковый батальон -- 213 человек; (матчасть батальона пока оставим без рассмотрения)
   -дивизион реактивных установок -- 211 человек (вскоре будет вывезен из Севастополя)
   - зенитные части армейского подчинения
   -инженерные и строительные части
   -госпиталя и медсанбаты
   -запасные и резервные части
   Если сложить все воедино, то общая численность армии после возвращения в Севастополь составила около 19,5 тыс. человек. В некоторых работах приводится цифра 8 тыс. человек. Она тоже является правильной, это численность боевых частей, армии, вернувшихся в Севастополь. Правильной будет цифра и в 12 тыс. -это общая численность частей армии, вместе с резервными частями, остававшимися в Севастополе. Есть и еще одна цифра.
   На основе анализа цифр из краткого обзора боевой деятельности Приморской армии за ноябрь 1941 г. боевой состав частей и соединений При­морской армии указан в количестве 24 712 человек (без гвардейского минометного дивизиона), но говорится, что армия получила пополнение в количестве 9251 человека. Т.е. получается, что в армии должно быть не 19,5 тыс. бойцов, а всего лишь 15тыс. Немного позже мы попробуем разобраться с причинами столь существенного расхождения.
   Пока будем опираться на цифру в 19,5 тыс. человек. Если сравнить ее с численностью армии "до того", то потери составят 2/3 личного состава. Потери огромные. В чем же их причина?
  

Глава 3 "Небоевые" потери

  
   Как это ни странно, самые существенные "потери", приморская армия понесла из-за... Черноморского флота. Да, при обороне Одессы Черноморский флот существенно помогал армейцам отстаивать город.
   В Одессе был сформирован 1-й Черноморский полк морпехоты (будущий 1330-й полк), в него влился "недоформированый" 2-й Черноморский полк морпехоты. В Одессу прибыло шесть отрядов моряков-добровольцев:
   1-й отряд -- майор А. С. Потапов (будущий командир знаменитых морских стрелковых бригад -- 79-й и 225-й), старший политрук С. М. Изус (1600 человек); 2-й отряд -- майор И. М. Деньщиков, старший политрук Я. С. Ремезов (600человек); 3-й отряд -- майор П. Е. Тимошенко, политрук А. И. Кочетов (270 человек); 4-й отряд -- майор А. И. Жук, будущий командир 31-го стрелкового полка, политрук Ф. В. Еремеев (данных о численности нет); 5-й отряд -- капитан В. В. Спильняк (данных о численности нет); политрук Г. А. Ярославцев; 6-й отряд -- майор А. И. Щекин, старший политрук В. Е. Заброда (данных о численности нет);
   В состав частей Одесского оборонительного района вошли моряки -артиллеристы оставленных одесских батарей. И, наконец, высадившийся в Григорьевке 3-й полк морской пехоты. В трех стрелковых батальонах и минометном дивизионе насчитывалось 1617 человек. Из них 180 -- коммунисты. Командиром полка был назначен капитан К. М. Корень, военкомом -- батальонный комиссар И. А. Слесарев из политуправления флота (будущий комиссар 79-й морской стрелковой бригады).
   Но..., увы, после оставления Одессы, начался обратный процесс. Армию после эвакуации из Одессы начали "растаскивать" по частям. Флот забрал обратно своих бойцов, и полки Приморской армии ушли в Северный Крым без "моряков".
   Приведу только один пример: 3-й полк морской пехоты под Воронцовку не ушел. На момент формирования в нем было 1624 человека. В ходе боев за Григорьевку, из-за неумения вести боевые действия на суше, и слабости командования его потери составили 781 человек (т.е почти 50%. Вместе с тем, к 29.10.41г. его численность составила 1814 человек, а спустя три дня в полк прибыло пополнение, численностью 524 человека.
   Но забирал части не только флот. Для строительства никому не нужных промежуточных рубежей из армии забрали все строительные и инженерные батальоны, все управления военно-полевого строительства (УВПС). Для поддержки 51-й армии ушел дивизион гвардейских минометов (в Приморскую армию он больше не вернулся).
   Тянули обратно "свои" войска и органы НКВД, которые фактически обескровили 1331-й стрелковый полк 421-й одесской дивизии. Из него забрали большую часть бойцов и командиров 79-го и 26-го погранотрядов. В полку остались только малочисленные бойцы бывшего отряда одесской школы НКВД(милиция), 249-го конвойного батальона НКВД бойцы бывших истребительных батальонов и батальона 136-го запасного полка.
   "Растаскивание" армии по частям имело и другую негативную сторону. Часть армии под Воронцовку или опоздала или вовсе не ходила. Так 421-я Одесская дивизия из-за многочисленных переформирований в боевых действиях почти не участвовала, а была перехвачена противником при отходе. Реорганизация полков, помимо затягивания сроков их отправки, сказывалась отрицательно и на их боеспособности.
   Мягкотелость И.Е.Петрова в этом вопросе стала одним из факторов поражения армии, и причиной ее больших потерь. Оправданий такому поведению И.Е.Петрова можно найти много: можно говорить о том, что он не имел полномочий, можно говорить о том, что армией он командовал меньше месяца и не вошел в курс дела, но... Результат от этого не меняется.
   Была и еще одна причина ослабления "армии". Чисто хозяйственная. Не хватило транспорта и ресурсов для переброски. Армия не может сняться и передислоцироваться на 200км в один день. Да и...
   Организация и материально-техническое снабжение всегда были слабыми местами нашей армии. Танковая рота, оснащенная танками Т-26, осталась в Севастополе. Причина достаточно странная: не нашлось бензина. Причина странная потому, что в конце октября, только на одном из танкеров из Севастополя на Кавказ ушло 3тыс.т. бензина (как раз нужных марок). Для танков БТ дизельное топливо нашлось, нашлись и эшелоны для их отправки, но они сильно опоздали.
   Из-за нехватки лошадей и передков, в Севастополе остались части некоторых артполков и большая часть полковой артиллерии дивизий.
   Откровенно говоря, далеко не все было сделано для того, чтобы перебросить армию вовремя. Так, например, автотранспортный батальон армии, под командованием майора Костромитина, свои машины в Одессе оставил. Но по прибытию, батальон получил в Севастополе 342 грузовика (156 ЗиСов, остальные ГАЗ-АА), но был задействован не на переброску войск, а на подвоз материалов для строительства рубежа Саки-Окречь[19].
   Логистика показывает, что большую помощь в переброске войск мог оказать флот, доставляя мелкосидящими судами войска в Ак-Мечеть(Черноморское), но ведомственные границы у нас всегда были важнее общего дела. А жаль.
   Если называть вещи своими именами, то фактически под Воронцовку ушла не армия, а две неполных дивизии, одна легкая кавалерийская дивизия и несколько отдельных батальонов. Назвать это армией достаточно сложно. Сколько человек, ушло в Северный Крым? Как они были вооружены? На эти вопросы точно ответить нельзя. И не потому, что нет документов. Армия вступала в бой частями, она потерпела поражение в то время, когда основная ее часть еще находилась в процессе движения к местам боев.
   Можно оценить только численность войск, принявших участие в бое под Воронцовкой, но об этом в следующей главе.
  

Глава 4 Движение к Воронцовке

  
   Последовательность событий пришлось складывать, как мозаику, из различных документов. Из журнала боевых действий 2-й кавдивизии за 17.10.41:
   "В разное время все три судна: крейсер "Червона Украина", пароход "Чапаев" и эсминец "Шаумян" где находились людской состав и материальная часть 2-й кавалерийской дивизии прибыли в Севастопольский порт. Части дивизии, после выгрузки постепенно перебрасывались на Севастопольский вокзал для посадки в вагоны и дальнейшего следования по железной дороге к станции Курман-Кемельчи (Красногвардейское).
   Тылы дивизии, после выгрузки их с суден (так в тексте) в Севастопольском порту, имея автомашины, следовали в Курман-Кемельчи по шоссе и прибыли туда 19.10.41г".
   Возникает два вопроса. По отчетным документам, дивизия, по прибытию, имела всего три машины, но этого мало для доставки тылов для 2 тыс. человек. Второе что непонятно: почему дивизия следовала до станции Курман-Кемельчи, а не до Воинки. Ведь до места основных событий от современного Красногвардейского втрое дальше, чем от Воинки.
   Ответ прост. 19.10.41г. ситуация еще не была критической. Опасность прорыва разглядели слишком поздно. Лишь спустя два дня дивизия получила приказ двигаться к Воронцовке.
   Из журнала боевых действий 2-й кавдивизии: " 21.10.41 По распоряжению командующего войсками Крыма, через командующего Приморской армией генерал-майора Петрова 2-я кавдивизия получила приказ немедленной переброске частей со станции Курман-Кемельчи на станцию Воинка, и по прибытию на станцию Воинка расположиться в районе с. Воронцовка и с. Онгар-Найман. Данный приказ был осуществлен и части дивизии заняли указанный рубеж 22.10.41г. согласно приказа. 15-й кавполк оборонял Воронцовку, 20-й кавполк восточную часть хутора Калинин, 7-й кавполк с. Онгар-Найман. В N, часов под натиском противника поддержанном большим количеством танков и самолетов отошли южнее х. Калинин и с. Онгар Найман. При поддержке 40-й кавдивизии перешли в контрнаступление и отбросили противника на прежние позиции (Бой-Казак татарский)"[20].
   Из приведенных фрагментов можно сделать два вывода. Первый бой частей Приморской армии в Крыму, произошел 22.10.41. Т.е. лимит времени для переброски войск на опасный участок был. Но им не воспользовались. Дивизия (пусть малочисленная) простояла посреди Крыма без дела два дня.
   Второй вывод: до 21.10.41г. никто не разглядел критической ситуации на реке Чатырлык. Почему? Да потому что как раз в это время произошла смена командования. В самый критический момент Ф.И.Кузнецов улетел в Москву, не оставив никаких указаний и не передав дела приемнику, а адмирал Левченко, принявший командование как раз 22.10.41г. был еще не готов к активным действиям. Смена руководства войсками была произведена крайне несвоевременно.
   Но, может, по другим частям ситуация была иной? Второй частью, подоспевшей к месту боевых действий, стал 54-й стрелковый полк 25-й Чапаевской дивизии. Полк двигался самостоятельно, отдельно от дивизии. Почему? Так "исторически сложилось". Все дело в том, что и в Одессе полк действовал не в составе дивизии, а отдельно. Практически до конца обороны, полк действовал в составе 421-й Одесской дивизии, хотя формально числился в 25-й СД. Полк двинулся к Воронцовке одним из первых. Но двигался он тоже в два этапа, и тоже с перерывом в два дня. Из Журнала боевых действий полка: " ...21.10.41г. после двух дней отдыха полк получил приказ срочно грузиться в эшелон на станции Биюк-Онлар, для следования до ст. Воинка. К 4:00 22.10.41г. приказ был выполнен, и полк в составе 1192 человек при 4 орудиях прибыл на станцию Воинка, для следования к с. Джелишай" [21].
   Третьей частью, прибывшей к фронту стала 95-я дивизия. После прибытия в Севастополь, ее, пешим порядком, так же направили для отдыха в Евпаторийский район. И для нее приказ о переброске под Воронцовку тоже явился неожиданностью. Приведу приказ полностью [22] Для упрощения понимания ситуации поясню: станция Княжевичи это современная станция Яркая, по Евпаторийской ветке железной дороги, Сарабуз- это современная станция Остряково, ответвление железной дороги на Евпаторию. Биюк-Онлар это современная станция Элеваторная. Если проанализировать приведенный документ, то станет ясно, что части Приморской армии в бой, немедленно, никто вводить не собирался.
   Обострение ситуации просто проглядели, движение войск нужно было начать немедленно. Отсутствие надежного контроля над ситуацией, плохая связь, и медленное реагирование на развитие ситуации всегда было нашим бичом, как, впрочем, и состояние транспортных магистралей. Ведь наступление немецких войск началось на выходные 18-19 октября 1941г. И кризис назрел уже к понедельнику, а отреагировали на него только спустя сутки. На удивление, железнодорожники сработали хорошо, перебросив за сутки почти 12 тыс. человек, а вот командование сработало не оперативно.
   Впрочем, сложно сказать, какое командование. Войска в Крыму имели очень сложную иерархию управления, которая и сказалась отрицательно на ходе операции.
   0x01 graphic
  
  
   0x01 graphic
  
  
  
   Первым подразделением 25-й дивизии, прибывшим к месту боевых действий стал 31-й стрелковый полк, но он вступил в бой 27.10.41г. С разницей в несколько часов после этого подоспел и 287-й полк той же дивизии. Вторым подразделением 421-й дивизии, вступившим в бой (после 54-го стрелкового полка) стал сводный батальон 1331-го полка (бывший 26-й полк НКВД), но дата его вступления в бой та же [23].
   Но это все стрелковые части. А как же обстоит дело с артиллерией? Анализ документов показывает, что 22-27 октября части поддерживали: 397-й артполк (все время), 97-й отдельный противотанковый дивизион (2 батареи), 265-й корпусный артполк (одним дивизионом) и все... Остальные артиллерийские части к бою не успели.
   Дабы не оказаться голословным приведу фрагмент одного документа, который называется "Политдонесение N 00135" (были и такие). Его составил военком 69-го АП батальонный комиссар Арбузов:
   "НАЧАЛЬНИКУ ПОЛИТОТДЕЛА 25 СТР. ДИВИЗИИ
   Все корабли на которых был погружен полк 18.10.41г. прибыли в порт Севастополь. До сих пор еще не выгружена матчасть 7-й батареи с парохода "Курск" и лошади 1 дивизиона с парохода Жорес. При эвакуации, на Одесском фронте оставлено: 76мм м/м пушек 6 шт. 122 м/м гаубиц- 6 и все заряд. ящики, вся матчасть взорвана за исключением 6 пушек которые не удалось погрузить в порту ввиду того, что были попорчены краны, с этих душек сняты замки и испорчены прицельные приспособления, лошадей привезено только 169 шт. Оставлены и взорваны все автомашины, в том числе одна зенитная пулеметная установка. Одна зенитная пулеметная установка передана на сторожевой катер.
   Во время погрузки матчасти артиллерии 15.10.41 г. в порту творился полный хаос: подходы к кораблям были забиты машинами и тракторами, в порту бродило масса не организованных военных и гражданских лиц.
   69-й артиллерийский полк грузился на 4 кораблях. Все это привело я тому, что часть имущества не было возможности погрузить, а некоторая часть бойцов не смогли сесть со своими подразделениями. За период движения от Одессы до Севастополя аморальных явлений и происшествий не было. Во время движения с парохода "Жорес" по приказанию начальника эшелона была сброшена в море кухня штабной батареи ввиду то го, что она мешала зенитному орудию вести огонь по самолетам противника.
   19.10.41 г. к 9.00 имею предварительно следующие данные о наличии людей:
   Всего не оказалось - 124 человека. Начсостава - 4 человека. Младшего начсостава - 7 человек,
   Красноармейцев - 113 человек.
   18.10.41 года к 19:00 основная масса подразделений собраны в районе вокзала. Приводится в порядок матчасть, орудий, обмундирование, организована горячая пища. 19. 10. 1941 года для всего состава будет баня.
   19.10.41 г. проведены политинформации и читки газет.
   20.10.41 г. будет про ведены партсобрания батарей и политинформации.
   21.10.41 г. проводится совещание с начсоставом полка и комсомольские собрания батареи.
   Политико-моральное состояние бойцов и начсостава здоровое. Личный состав правильно понимает обстановку и задачи....Приняты меры в розыску отставших бойцов, об изменениях буду доносить".
   Далее в донесении N 00136 описываются мероприятия по повышению политико-морального состояния бойцов.
   В донесении от 31 октября говорится: "... последние три дня, начиная с 20.10.41г., полк ведет бой, неоднократно, прямой наводкой отражал наступление танков противника" [24]
   Полк вступает в бой только 29.10.41г., но, к сожалению, в донесении нет даже намека, где ведет бой полк. Уточнить развитее событий удалось чуть позже, из воспоминаний, а затем подтвердить документами. До станции Воинка состав с орудиями не дошел, он был вынужден выгрузиться на станции Биюк-Онлар, т.к. пути были перекрыты разбитым 28.10.41г. бронепоездом "Орджоникидзевец", спустя сутки полк вступил в бой.
   Из воспоминаний начальника автотранспортной службы полка: "утром 30 октября прибыл на станцию Биюк-Онлар, где в домишках размещались тылы нашего полка. Бойцы указали, что наш полк, выгрузившись на станции 28 октября, вчера столкнулся противником, и вступил в бой в районе д. Муний, а штаб полка находится в самом селе..." Село Муний, это современная дер. Степная Первомайского района. Данные подтверждаются и некоторыми документами. Так, например, в документах командира полка Лукьяненко указано, что он был смертельно ранен осколком снаряда 30.10.41г. при обстреле села Муни. Т.е. картина более или менее проясняется.
   Примерно та же картина получилась и с 99-м гаубичным полком, который выгрузился на станции Биюк-Онлар 28.10.41г.
   134-й гаубичный артполк загрузился в Севастополе, но доехал только до станции Сарабуз, где был вынужден выгрузиться [25].
   Т.е., действительно, получается, что части Приморской армии действовали при поддержке одного артполка, одного дивизиона корпусного артполка и двух батарей противотанкового дивизиона. Два залпа по противнику дал и дивизион гвардейских минометов. Но этого явно мало. Причем вот что досадно, даже к тому небольшому количеству артиллерии, которое поддерживало войска, не было снарядов.
   Итак, хронология событий получается следующей: Немцы пробивались по линии бывшего Англо-Индийского телеграфа, вдоль которой шла хорошая дорога на Воронцовку.
   20 октября немецкая 50-я дивизия прорывает оборону 514-го полка 172-й дивизии по р.Чатырлык. Дивизия, растянутая на 18 километров, тем не менее, смогла восстановить фронт, используя остатки 5-го танкового полка (7 танков Т-34)
   Второй прорыв осуществляется 21.10.41, но его удалось закрыть силами конников 40-й и 42-й кавдивизий, при этом части вынуждены были отойти назад, что увеличило фронт обороны.
   Третий прорыв произошел в том же месте 22.10.41г. его закрыли спешенные конники 2-й кавдивизии. Это был первый бой подразделений Приморской армии в Крыму, если не считать 157-й дивизии, которая была переброшена в Крым 5-7 октября 1941г., и сражалась тут же, на правом фланге, удерживая дефиле между озерами.
   Ударом конницы части немецкой 50-й дивизии удалось отбросить к селению Бой-Казак Татарский, Кышкара (район современного с. Курганное), но противник захватил с. Средний Сарай (современное с. Среднее) и позиции разбитой батареи морских орудий N 126. Захватив небольшой полуостров в районе устья р. Чатырлык противник получил небольшой плацдарм для дальнейшего наступления. Солдатами 3-й роты 521-го мостостроительного батальона были наведены две переправы через реку.

Глава 5 Поражение

  
   24-го октября подошедшие части Приморской армии попытались контратаковать. Приведу приказ N45 по 95-й Стрелковой дивизии. Для понимания попробую пояснить изменения, произошедшие на карте за прошедшее время. Прежде всего, р. Чатырлык и места боев, ныне частично затоплены, т.к. р. Чатырлык запружена дамбой, образовав водохранилище. Берды -Булат немецкий -это урочище Березовка (ныне не существующее село) между д.Воронцовка и Привольным. Деревня Онгар-Найман ныне тоже не существует, она находилась примерно посередине между Воронцовкой и дер. Ручьи. Деревня Русский Шигим это современная Матвеевка. Остальное в приказе понятно. В нем же указана все поддерживающая артиллерия.
   0x01 graphic
0x01 graphic
  
   И.А.Ласкин описывает события так: "В десятом часу утра 24 октября фронтовую тишину нарушили редкие пушечные выстрелы. Это должно было означать артиллерийский огневой налет перед наступлением Приморской армии. Затем слева от нашего наблюдательного пункта, часов около одиннадцати, началось выдвижение стрелковых подразделений 95-й дивизии, вступивших в бой группами, по мере подхода. На равнинной, открытой местности их хорошо было видно. К ним подключились и наши ослабленные полки. Но загремела артиллерия противника. Сотни разрывов снарядов и мин окутали дымом наступающую пехоту. И она залегла. Полчаса шел огневой бой. Затем полки приморцев и нашей дивизии снова стали продвигаться вперед. Немцы были потеснены. Но этот успех был слишком небольшим и кратковременным. С утра следующего дня без артиллерийской подготовки, совсем не имея танков и авиационной поддержки, в наступление вместе с нами перешла и подошедшая 25-я Чапаевская дивизия. Но сильный артиллерийско-минометный огонь остановил наше продвижение". И.А,Ласкин допускает неточность на его фланге атаковали части 95-й дивизии, 54-й полк 25-й дивизии стоял левее, на фланге частей 95СД.
   Результатом неподготовленного наступления стали большие потери и приказ N 051 от 25.10.41г. Приведу его текст:
   "Поставленные задачи частям на наступление в течение 24 и 25.10.41 не были выполнены. Подразделения действовали неорганизованно, неуверенно и нерешительно. Разведка огневой системы пр-ка, его переднего края обороны, отдельных его огневых точек, как на переднем крае, так и в глубине отсутствовала. Движение при наступлении превратили переход в атаку о криком "Ура* на пустые места. Переход в атаку не подготовлялся. ...
   Командиры полков в процессе боя не оказывали своего непосредственного влияния на подчиненные им подразделения, теряли управление батальонами, крайне слабо реагировали на изменение обстановки в ходе боя. Кроме того, командиры полков не принимали всех мер по обеспечению выполнения боевой задачи - заявки артиллерии на подавление огневых точек давались с запозданием и через штаб артиллерии, а не непосредственно поддерживающим дивизионам и часто эти заявки даются неконкретно, опять потому, что командиры стр. полков, батальонов не знают огневой системы пр-ка. В результате плохой организации наступления батальоны вступили в бой разновременно, и с опозданием.
   Вторые эшелоны /резерв/ использованы были не верно, разведки и наблюдения в процессе боя не было организовано.Связь и взаимодействие с соседями не был" организованы, вследствие чего продвижение вперед одних б-нов и их успех не был использован другими соседними подразделениями. До сих пор ещё имеет место равнение по отстающим а не по передовым.
   Нет организованной стрельбы по снижающимся самолетам, в силу чего при появлении авиации пр-ка наступление совершенно прекращается.
   Для устранения отмеченных недочетов, приведение частей и подразделений в порядок и тщательной подготовки и организации взаимодействия пехоты с артиллерией для предстоящего наступления ПРИКАЗЫВАЮ:
   1. Стрелковым полкам закрепиться на достигнутых рубежах, окопаться, отрыв окопы полной профили на каждое отделение и орудийный расчет, окопы тщательно замаскировать.
   2. Организовать разведку и наблюдение в полосе наступления каждого полка, батальона, создав общую систему ориентиров и сектора наблюдения.
   3. в течение 26.10.41 произвести рекогносцировку полосы наступления полка, увязав непосредственно на местности направление наступления б-на, роты и каждому взводу, на какие огневые точки пр-ка атаковать.
   4. в течение дня 26.10.41 на местности организовать взаимодействие пехоты с артиллерией внутри полка, а так же с соседями. Командирам полков лично управлять и поставить задачи полковой, противотанковой артиллерии и минометной батареи, организовав хорошую связь с ними.
   5. В стр. полках и батальонах организовать и оборудовать постоянное НП, в которых просматривать всю полосу и направление наступления полна и б-на.
   6. Передовые HП артиллерии установить на таких пунктах с которых наблюдалась бы полоса наступления.
   Начальнику артиллерии дивизии до 14.00 26.10.41 .41 проверить все НП артиллерии
   7. Привести части и подразделения в порядок, пополнить запасы боеприпасов до одного боекомплекта организовать четкое управление, обратив особое внимание на бесперебойную работу всех средств связи.
   8. Во всех частях произвести точный учет всего личного состава я оружия, представать данные учета мне к 4.00 26.10.41г.
   9. Пересмотреть весь личный состав тылов, направив излишествующий состав в подразделения действующие на фронте.
   10. Выполняя настоящее указание подготовить части к переходу в наступление с утра 27.10.41
   11. О выполнении настоящего указания командирам частей доложить мне по каждому пункту в отдельности до 15.00 26.10.41г."
   Т.е. виноваты все, кроме командования, не организовавшего атаку, и не обеспечившего части боезапасом. Виноваты в этом приказе все, кроме тех, кто не доставил артиллерию, танки. Виноваты все, кроме тех, кто должен был руководить этим наступлением. Так было, так есть и так будет ... За успех награждают командиров, в неудачах винят подчиненных.
   В чем же причина поражения стойких, кадровых дивизий под Воронцовкой? Ну, начнем с того, что дивизии, прибывшие в Крым, были уже далеко не кадровыми. Да, изначально 25-я дивизия, где некогда командиром 1-й бригады был В.И.Чапаев, была кадровой, кадровой была и 95-я дивизия но....
   Проанализируем потери этих двух частей во время обороны Одессы. Потери 25-й дивизии за все время предыдущих боев составили 11 тыс. человек (из них 4 тыс. пропавшими без вести) или 100% изначального состава. 95-я потеряла 16 тыс. (3 тыс. пропавшими без вести) или 150% изначального состава. Т.е. называть их кадровыми не стоит. Они были чуть лучше ополченческих дивизий. О 2-й кавалерийской и 421-й дивизии говорить не стоит. Они были ополченческими, со всеми вытекающими последствиями.
   Решающую роль сыграло плохое снабжение боезапасом. Немаловажную роль сыграла малая подвижность войск и отсутствие транспортных средств, оставленных в Одессе.
   Немаловажную роль в поражении Приморской армии под Воронцовкой сыграло отсутствие авиации. Но, закономерно задать вопрос: а где же авиация Приморской армии? Небо Одессы во время обороны защищал 69-й истребительный авиаполк. 13 октября его личный состав начал перебазирование в Крым. К сожалению все было сделано по-русски, "на авось". Машины ушли неподготовленными, перегруженными с недостаточным количеством топлива, при плохих метеусловиях. Первая эскадрилья из семи армейских машин, под командованием старшего лейтенанта Череватенко, на пределе возможностей все же дотянула до Крыма, сев на неподготовленные площадки в районе с.Кунан. Вторая эскадрилья 69-го истребительного полка, составленная из самолетов ВВС ЧФ, под командованием капитана Демченко, потеряла большую часть своего состава. Из-за погодных условий он разбилась на две группы: в первой шесть и во второй четыре самолета. Из первой группы до Крыма долетел только УТИ-4 капитана Елохина и самолет л-та Вальцефера. Но обе машины разбились при посадке. Из второй группы до аэродромной площадки Терекли-Конрад дотянуло только два самолета. До Севастополя (как планировалось ранее) не дотянул никто. 69-й истребительный полк фактически перестал существовать. Прикрывать Приморскую армию было некому. У флота еще оставались резервы, но он не спешил с ними расставаться.
   После неудачного советского наступления, противник ввел в бой новую свежую 132-ю дивизию. По своей численности, она была равна 2-й, 95-й и 25-й дивизиям вместе взятым, но в отличие от последних имела единое управление и была подготовлена и сосредоточена. Дивизия имела достаточное количество боеприпасов и артиллерии.
   Одновременно с этим начали подтягиваться основные силы советской 25-й дивизии, но, к сожалению, немного запоздало, и к большому сожалению без артиллерии и боеприпасов. Приведу боевой приказ по 95-й дивизии, добавив в него только современные топонимы (для понимания)
  
   БОЕВОЙ ПРИКАЗ N 047 ШТАДИВ 95 ДЮРМЕН (Максимовка) 10.00 27.10.41 Карта 100.000
   1. Противник, создав группировку в районе Берды-Булат Нем, Воронцовка в 15:00 26.10.41 при поддержке танков и авиации перешел в наступление и оттеснил наши части.
   2. Справа 172 СД удерживает занимаемый рубеж к исходу дня 26.10.41 своим левым флангом находится в 1 км. сев. зап. с. Яланташ (Братское)., граница с ней: Учевели-Орка(Пшеничное),Табор Кирей(Макаровка), выс. 10,5-все для нее /иск/. Слева 2 КД обеспечивая левый фланг 95 СД, удерживает занимаемый рубеж. граница с ней: выс. 14,6, выс. 18,1 + 5,3 Джалишай-все для нее /иск/
   31 СП,25 СД из района ОНГАР-НОЙМАН, развертываясь из правого фланга 7 КП атаковать пр-ва в направлении Джелишай.
   3. 95 СД прочно удерживает рубеж: выс. 8,7, 1 км. сев. выс. 18,1 и недопускает продвижения пр-ка на юг.
   4.161 СП занять и оборонять выс. 8,7 и 1,5 км. вост., недопуская наступления пр-ка в юго-вост. Направлении. граница слева: Джурчи, Сталин-вег, выс. 8,7, выс. 14,5.ПП 161-1/397 АП. Штаполк 161-Дер-Эмес(Правда)
   5. 241 СП занять и оборонять сев. зап. скаты выс. 8,7 недопуская наступления пр-ка в южном направлении. ПП 241-265 КАП граница слева /иск./ выс. 26,0, Дюрмен, /иск/ 5,1 Штаб полка- Дер-Эмес.
   6. 90 СП занять и оборонять рубежи. сев. отм 18,1 + 5,3 примыкая своим правым флангом в левому флангу 241 СП, обратив особое внимание на дорогу идущую от Воронцовки на Дюрмен и обеспечить стык с соседом слева.
   ПП 90-2/397 АП штаполк 90-в овраге 500 м.вост. отм. 12,8
   7. 97 ПТД мой противотанковый резерв - расположиться на сев. зап. скатах выс. 19.4 в быть готовым к отражению танков пр-ка из направления Воронцовка.
   ЗАДАЧИ:
   1/ Не допустить наступления пр-ка в полосе обороны дивизии
   2/ Недопускать продвижения танков пр-ка, обратив особое внимание на дорогу идущую от Воронцовка на Дюрмен.
   3/ Обеспечить стыки с соседом справа одним д-ном и соседом слева одним д-ном.
   4/ организовать взаимодействие артогня с 31 СП.
   9. Штадив 95 - Дюрмен, 2 эшелон штаба - Учевели-Орка.
   10. Базирование частей дивизии непосредственно со станции снабжения - ст. Джанкой
   11. Требую от всех командиров а комиссаров принятие решительных мер, проявление настойчивости, инициативы в бою. Недопускать никаких элементов паники, трусости.
   Трусов и паникеров расстреливать на месте, командирам и комиссарам всех степеней руководить непосредственно боем в своих частях и подразделениях, и обеспечить порядок.
   ГЕНЕРАЛ-МАЙОР ВОРОБЬЕВ
   ПОЛКОВОЙ КОМИССАР МЕЛЬНИКОВ
   Что можно сказать по этим документам? Только то, что на левом фланге Приморской армии зияла огромная дыра, открывавшая дорогу внутрь Крыма. Ее пытались прикрыть подтягивающимися частями 25-й дивизии, но было поздно. Сама Приморская армия вытянулась по диагонали с юго-запада на северо-восток. 172-я дивизия держалась стойко, 95-я стояла рядом, удерживая рубежи, остатки 2-й кавдивизии, прикрывали фланг 95-й. Из-за левого фланга советских войск, "висящего в воздухе", выдвигались части 25-й дивизии, пытаясь если не перекрыть брешь, то хотя бы сузить ее, но бесполезно. Дорога через Федоровку и Ташкуй (Огородное) еще была прикрыта левофланговой 2-й кавдивизией, вторая дорога на Копкары и Атай -татарский была полностью открыта. Еще вечером 26-го октября первая колонна немецких войск двинулась по дороге в тыл советских войск.
   Противника пытались остановить, но бесполезно. Приведу фрагмент еще одного документа. "Боевой приказ N 048 Штадив 95 Джурчи 24.00 27.10.41 Карта 100.0001. Противник развивая наступление с направления отм. 14,5 по оси большой дороги на Симферополь к 15.00 27.10.41 головными частями вышел в район отм.12,8, Дер-Эмез.... 3.С целью не допускать продвижения пр-ва на юг и юго-восток 95 сд с 287 СП и б-ном 1331 СП занимает рубеж обороны.... 8. 287 СП в 8.00 28.10.41 атаковать пр-ка из района в направлении сев. окр. Дер-Эмез ..."
   Все. Фронт прорван. Закрыть брешь нечем. Войска есть, но перебросить их быстро можно только ... флотом, в Ак-Мечеть (Черноморское). Но действовать нужно очень быстро. К сожалению, флот занят. Он эвакуирует свои части и имущество. В том числе и из Ак-Мечети. 27.10.41года, происходит второй прорыв, на сей раз уже на правом фланге. Обычно принято считать, что противник прорвался на стыке Приморской и 51-й армии. Это не так. Анализ немецких документов [26] показывает, что второй прорыв немецкие войска совершили вдоль дороги Из Ишуни на Воинку, т.е. на участке 42-й кавалерийской дивизии 51-й армии. Это и объясняет тот факт, что вместе с Приморской армией оказались отрезанными и части 51-й армии.
   Советские источники утверждают, что отход 51-й армии произошел в результате получения приказа командования Крыма. Но это не так. Прорыв немецких войск по дороге на Воинку произошел, как минимум, на сутки раньше. Причем вот что интересно: Приморская армия этого приказа не получила, оставшись одна в поле. Вместе с ней остались некоторые части 51-й армии, так же не имевшие приказа на отход. С одном строю с Приморцами остались: 172я стрелковая дивизия, 40-я кавдивизия и полтора полка 42-й кавдивизии, оба Перекопских отряда моряков, ряд более мелких частей.
   Приморская армия и часть 51-й армии оказались обойдены с обеих сторон. В брешь на левом фланге вошла немецкая 132-я дивизия, и двинулась к Севастополю вдоль берега моря. На правом фланге 50-я немецкая пехотная дивизия двинулась по другой дороге на Симферополь. С вечера 26 октября 1941года началось "великое бесполезное стояние" Приморской армии. Продолжалось оно до ночи с 30 на 31 октября 1941г., когда было принято эпохальное (но сильно запоздавшее) решение об отходе на Севастополь. И вот с этого момента как раз начинается отступление Приморской армии.
  
  
  
  

Глава 6 Искусство отступления.

  
   Объективно говоря, винить И.Е.Петрова в "великом стоянии" не стоит. Он просто не получил приказа. Как бывший член революционного трибунала И.Е.Петров четко знал, что бывает с теми, кто отходит с позиций без приказа. Попытка связаться с командованием оказалась неудачной. Были посланы нарочные в Симферополь, но они пропали без вести. Связь действовала, (даже телеграфная), но приказов не поступало.
   Почему же командование войск Крыма не дало приказа на отход? Ведь это решение было вполне логичным. Или почему командование не предприняло каких либо активных действий по ликвидации прорыва? Ведь связь действовала
   Искал командование войсками не только генерал Петров. Из воспоминаний командира 172-й дивизии 51-й армии И.А.Ласкина: "Мною был направлен офицер управления дивизии к генералу Батову с докладом о положении, создавшемся на фронте дивизии и у соседа справа. Я просил указаний на дальнейшие действия. Но офицер не нашел Батова и его штаб".
   Как ни странно, в самый ответственный момент штаб командования войск Крыма прекращает работу. Причем совершенно непонятно его местонахождение в эти дни. Был штаб в Симферополе, был запасной командный пункт в Красных пещерах (Кызыл-Коба). Кроме этого, был командный пункт Южнобережного оборонительного рубежа в Алуште, и был штаб флота в Севастополе.
   По логике, пока фронт не рухнул, должен был действовать штаб в Симферополе. В крайнем случае, командование могло перейти на запасной командный пункт в Кызыл-Коба. Но, вместо этого, наши отцы-командиры (в том числе и легендарный генерал П.И.Батов, и адмирал Г.И.Левченко) сбежали сразу в Алушту, потеряв все нити связи с войсками. В своих воспоминаниях П.И.Батов дипломатично обходит молчанием свои действия в этот период. Но факт остается фактом. В самый ответственный момент войска бросили.
   Из воспоминаний В.П.Папаева (76-й отдельный армейский батальон связи): "Попытка связаться по радио и телеграфу оказалась безуспешной, штаб войск Крыма не отвечал, было принято решение направить связного офицера в Симферополь.... В Симферополе выяснилось, что здание штаба стоит пустое, по улице летают обрывки документов, а штаб эвакуировался. Часовой у дверей не мог сказать куда... На запасном КП штаба так же никого не оказалось, в деревне Кызыл-Коба выяснилось, что запасной командный пункт свернут, а караван машин штаба направился по дороге в сторону Алушты" [27].
   76-й отдельный батальон связи, это армейский связной батальон, который потом станет 110-м полком связи Приморской армии, поэтому воспоминания связистов этого батальона достаточно любопытны. Из воспоминаний А.Ф.Наконечного: "... в те дни И.Е.Петров сильно нервничал, и даже приказал расстрелять командира нашего батальона майора Мокровицкого, когда в степи потерялась машина с радиостанцией, но к счастью в это время во двор въехала машина, и приказ отменили"[28].
   Знаменитый совет в селении Эки-Баш на котором было принято решение об отходе на Севастополь, был проведен И.Е.Петровым только для того, чтобы снять с себя ответственность за отход армии. Наверное, это правильное решение, но чтобы спасти войска, нужно было бы действовать решительнее и быстрее. Но кто же знал, что наше командование окажется столь трусливым. Если даже оно приняло решение "эвакуироваться", то необходимо было известить об этом части и определить средства связи на будущее. Вместо этого оно просто "исчезло".
   Впрочем, так бывает почти всегда в экстремальной ситуации. По опыту событий редко находится человек, способный принять на себя ответственность за события. Более того, как правило, того, кто взял на себя руководство в критической ситуации, спасая людей и технику, не награждают. Те, кто бежал первыми, пытаются очернить (и чаще всего успешно) того, кто их прикрыл. Достаточно изучить биографию генерала И.Ф.Дашичева, чтобы подтвердить эту истину. В этих событиях он попытался организовать отступление 51-й армии (хотя мог бы и остаться в стороне), за что и поплатился в первый раз. Второй раз он поплатился за свое мужество в 1942 году, во время Феодосийской катастрофы от 20 января.
   И.Е.Петров оказался грамотнее в этом вопросе, он принял "коллегиальное решение". В советской литературе написано много слов сказано о том, что благодаря искусному маневру силами И.Е.Петров смог сохранить большую часть армии от разгрома. Так ли это?
   После принятия решения, генерал-майор И.Е.Петров тут же выехал в Симферополь. В Симферополе никого не оказалось. Не оказалось никого и в Кызыл-Коба, а потому командующий армией оказывается в Алуште, причем уже 31 октября 1941г. Т.е. в тот же день, сразу после принятия решения на отход. Но собравшееся в Алуште командование связи с войсками не имело, и собиралось перебираться под защиту флота в Севастополь. А кто же до этого управлял войсками? Ответ простой: никто.
   Как обычно делается в таких случаях, произошло наказание невиновных. Вышел приказ: "...Начальника штаба войск Крыма генерал-майора Иванова,
как не справившегося со своими обязанностями, от занимаемой должности отстранить и направить в резерв кадров Красной Армии."
   Т.е. за то, что начальство бежало, и потеряло связь с войсками, оказался виноват начальник штаба, т.е. человек исполняющий приказы. Любопытный подход.
   Стоит обратить внимание на то, что И.Е.Петров выехал в Симферополь без радиостанции. Т.е. связи с войсками у него не было. По прибытию в Алушту, вечером 31.10.41г. И.Е.Петров смог установить связь по радио с "Василием" (В.Ф.Воробьевым) и "Трофимом" (Т.К.Коломийцем). По-хорошему, это стоило сделать раньше, до отъезда, и связи с войсками не терять. После "перебазирования" всех штабов в Севастополь командующий Приморской армией "руководил" отступлением по радио, лишь на заключительном этапе руководство отступлением осуществлял генерал-майор Коломиец.
   На тот момент потери Приморской армии были еще невелики, и можно было бы сохранить силы. Для этого нужно было бы разработать план отступления, выслать разведку, установить связь со всеми частями, жестко взяв управление в свои руки. Необходимо было жестко взять управление и над примкнувшими частями 51-й армии. Но, вместо этого, все было пущено на самотек. Конная группа генерал-майора Д.Аверкина (48-я КД и часть 42-й), пользуясь маневренностью могла соединиться с Приморцами, но ее командир принял иное решение. Неумение подчиняться сыграло с генералом плохую шутку. В районе Судака, двигаясь по горной дороге, без разведки, конная группа почти в полном составе (почти 1,5 тыс. человек) была взята в плен вдвое меньшими силами 1-й румынской горной бригады.
   Кто виноват в том что не все было сделано в этом направлении? Сложно сказать, но по установившейся традиции, за все несет ответственность командир. Но он в это время был уже в Севастополе. Можно было бы оправдать его действия тем, что необходимо было обеспечить содействие выходу армии со стороны Севастополя, и кое-что в этом направлении было сделано.
   Бой 16-го батальона морской пехоты перед Бахчисараем и бой курсантского батальона ВМУБО на Каче, скорее всего, были попытками удержать дорогу по долине р.Кача. Но, к сожалению ни проходы по р.Кача, ни по р.Бельбек удержать не удалось, но об этом чуть позже.
   К сожалению, нужно признать, что отходили части Приморской армии, "как придется", без плана, без организованной разведки, не установив четкой связи между частями.
  

Глава 7 Отход без плана.

  
   Отход частей Приморской армии можно разделить на два этапа. Первый, слабо организованное отступление на Симферополь, и более или менее упорядоченное отступление из района Симферополя на Южный берег Крыма. На момент отъезда командующего Приморской армией И.Е.Петрова армия находилась в довольно сложной ситуации.
   Ее части оказались рассеянными вдоль железной дороги и вдоль дороги на Воронцовку. Большая часть стрелковых частей была втянута в бой, а артиллерийские полки еще только подтягивались к фронту.
   Из воспоминаний Л.И.Ященко (134-й ГАП) "25-го октября 1941г. 134-й ГАП погрузил орудия, личный состав и боеприпасы на станции Севастополь (у Южной бухты)... Под натиском войск противника, линия обороны была прорвана, и 134-й ГАП был вынужден выгрузиться на станции Сарабуз. Полк оказался в очень тяжелом состоянии. При наличии материальной части, боеприпасов и личного состава полностью отсутствовали средства тяги (в связи со сжатыми сроками эвакуации из Одессы, все грузовики и тягачи были потоплены в порту). Несмотря на это полк на руках выкатил орудия, рассчитывая, что командование доставит средства тяги следующим эшелоном. Меры, предпринятые по быстрой разгрузке эшелона, оказались своевременными, буквально через час эшелон был разбит немецкой авиацией.
   Мужество и отвагу проявила служба боепитания полка во главе с начальником службы капитаном Захлебиным, по спасению уцелевших трех вагонов боеприпасов. К этому времени через станцию уже проходили тылы и остатки отступающих войск.
   Избежав опасности потери матчасти, полк оказался перед другой опасностью. Отсутствовали средства тяги. ... На свой страх и риск мы решили произвести мобилизацию гражданского автотранспорта... В течение 8-10 часов к каждому орудию была доставлена машина, были даже три трактора ЧТЗ..."[29].
   Примерно так же поступил и 69-й полк. Приведу лишь одну выдержку из воспоминаний.
  
   0x01 graphic
   0x01 graphic
  
   В общем-то, это и спасло орудия этих двух артполков. Никакой заслуги командования в спасении орудий нет. 397-й артполк был на передовой. У него не было возможности "перехватить" транспорт для вывоза орудий, поэтому почти все орудия пришлось оставить. Появившиеся впоследствии у него 12 шт. 76мм пушек, это по большей части, орудия 57 артполка, которые "поделили" между двумя подразделениями. 97-й противотанковых дивизион имел легкие орудия, которые можно было перекатывать вручную, потому он частично сохранил свою матчасть. "Богдановцы" (265-й корпусный артполк) имели весь комплект тягачей, а потому, легко снялись с позиций и отошли. 3 дивизиона (два пушечных и один гаубично-пушечный) отошли с Приморцами, один дивизион ушел с 51-й армией.
   57-й артполк, получив средства тяги, начал выдвижение из Севастополя, но смог добраться только до Симферополя, и, не заходя в город, начал отступление по дороге на Алушту. 2-й дивизион полка вернулся в Севастополь, и 3.11.41г. уже вел огонь под Дуванкоем.
   Пехота отступала, как тогда шутили, "на 11 номере", т.е. пешком. Расстояние от Воронцовки до Симферополя, около 100 км. Для пешего марша два дня пути, но многие части, например 1330-й полк, были на полпути между Симферополем и Воронцовкой.
   Отступление от Воронцовки шло по нескольким дорогам. Первой отступала 2-я кавдивизия, В арьергарде двигалась 172-я дивизия и сводный батальон 1331-го полка. Если говорить точнее, то с тыла, отход частей прикрывал 388-й стрелковый полк 172-й дивизии, 514-й и 747-й полки двигались по правому флангу отходящих войск Приморской армии. Приморцы прикрылись 172-й, как щитом, с фланга и с тыла. По какому маршруту отходила 172-я?
   И.А.Ласкин, в своих воспоминаниях [35] дает маршрут и порядок отступления 172-й дивизии. "Начальнику артиллерии армии была поставлена задача немедленно направить армейские артиллерийские полки в Севастополь через Алушту и Ялту. 172-я стрелковая дивизия составляла левую колонну армии и должна была совершать марш на Наймин, Новый Комрад, Битень". Если честно, то поначалу ни один из указанных топонимов на старой карте Крыма найти не удалось. Они написаны с ошибкой (специально или нет, не знаю)
   Судя по контексту, 172-я дивизия должна была отступать на Евпаторию, но затем маршрут отступления был изменен на Симферополь. Но если провести линию Найман (Южное) - Новый Комрат (Разино)- Бютень (Хлопковое), то она и так ведет к Симферополю. Правда, прямой дороги между этими населенными пунктами нет. Фрагмент немного непонятный.
   Ветеран саперного батальона 172-й дивизии А.А.Косенко, в своих воспоминаниях указывает другие населенные пункты. Из его воспоминаний следует, что саперный батальон и 388-й полк отступали по дороге, идущей вдоль линии бывшего англо-индийского телеграфа на Айбары, вступая постоянно в боестолкновение с немецкими войсками. В арьергардных боях полк потерял большую часть личного состава. Для того, чтобы оторваться от противника была устроена засада в составе роты саперного батальона и двух Т-34. (командиры танков Борисов и Симоношвили). В скоротечном бою были разбиты четыре грузовика, пушка, транспортер, шесть мотоциклов и танкетка. Противник вынужден был приостановиться.
   При отступлении до Симферополя 25-я и 95-я дивизии боевых потерь почти не несли, но было много потерь "небоевых". Отход прикрывали, в основном армейские части, в этих боях был разбит, например, 247-й армейский саперный батальон (командир к-н Ершов). Батальон принял бой с передовыми частями 50-й дивизии в 20 км от Симферополя в районе дер. Кумбат-Эли. Он вел бой в одиночку и был рассеян на мелкие группы.
   Отъезд И.Е.Петрова оказался крайне несвоевременным. Более того, он не оставил вместо себя единого командира, а пытался руководить процессом отхода сам, дистанционно, передавая приказы всеми возможными способами.
   Штаб армии оставался с войсками, но командиры дивизий В.Ф.Воробьев и Т.К.Коломиец не смогли организовать планомерное отступление, и многие мелкие подразделения просто "потерялись" при отходе. Основные потери, как ни странно, армия понесла именно на участке между Воронцовкой и Симферополем.
   50-я немецкая дивизия, двигавшаяся на левом фланге немецкого наступления, периодически сталкивалась с советскими частями. Советское командование пыталось остановить противника, вводя в бой разрозненные части, но это было все равно, что остановить поток, бросая горстями землю.
   7-я бригада стала щитом, которым прикрыл отступление своей армии И.Е.Петров. Изначально, бригада попыталась занять участок промежуточного рубежа Саки-Окречь, но, из-за потерянного времени рубеж было уже не удержать, на левом фланге противник уже проскочил за него.
   Пользуясь пассивностью советских войск "бригада Циглера" обошла левый фланг Приморской армии, сбила сводный стрелковый батальон Фрайдорфской группы в районе городища Кара-Тобе, опередила развертывание 7-й бригады морской пехоты, и вышла к станции Альма.
   Проезжая мимо бригады, 31.10.41г. И.Е. Петров, развернул ее на 90 градусов, фронтом на запад. Прикрыв ею отступающие части с фланга.
   Но, увы, у бригады ни на левом фланге, ни на правом, соседей не было. Это был просто временный заслон. Прикрыв армию, бригада спустя сутки начала отход к Симферополю. К сожалению, в процессе отступления бригада понесла серьезные потери. По документам 50-й дивизии 1.11.41г. в результате боя взято 330 пленных.
   Вторым подразделением, с которым столкнулись немцы при своем движении, стал 1330-й полк 421-й дивизии. Однако и он в результате вынужден был отойти.
   К 11 часам 1.11.41г. части немецкой 50-й пехотной дивизии находилась по линии: 5 км севернее Булганак-Старые Лезы- Юхары Джамин - Октоберфельд-2 км севернее разъезда Камбары - 5 км южнее д. Буранчи [36] т.е. знаменитое село Эки-баш уже спустя сутки, после военного совета Приморской армии, было уже захвачено противником. И противник двигался вплотную за отступающими частями, а часто маршруты движения советских и немецких частей проходили, пересекая друг друга.
   В оперативных сводках штаба войск Крыма от 27 и 28 октября 1941г. говорится [37]: Приморская армия понесла большие потери. В 172 сд осталось 280 штыков; в 95 сд -- 161 сп -- 200 штыков и в 241 и 90 сп всего 550 штыков. В 40 и 42 кд осталось по 300 человек в каждой", но, реально, это цифры заниженные, это количество войск в подразделениях с которыми у штаба была связь. Большинство групп и подразделений отступали самостоятельно. 1330-й полк столкнулся с противником в районе совхоза Симферопольский и вынужден был отступить.
   В районе Симферополя удалось организовать движение колонн. 172-ю дивизию (саперный батальон и 747-й полк), сводный батальон 1331-го полка 1.11.41г. поставили прикрывать Симферополь с севера и запада. 31-й стрелковый полк 25-й дивизии занял оборону в районе Марьино. В Симферополе собралось достаточно много войск. Но, увы, дорога на Севастополь была уже перекрыта. Немцы плотно запечатали путь на Севастополь по Симферопольскому шоссе и железной дороге. Части, направлявшиеся в Севастополь, по Симферопольскому шоссе столкнулись с противником. Только 2-й дивизион 57 артполка выдвинувшийся к Симферополю, успел проскочить назад, пользуясь боем бронепоезда "Войковец" у станции Шакул (Самохвалово). Вместе с дивизионом успела проскочить одна пушка 172-й дивизии.
   Или разведка у Приморской армии работала плохо, или связи с частями не было или была предпринята попытка прорыва на Севастополь по шоссе, пока неясно. Бои под с.Приятное Свидание и в районе современной Новопавловки -это неизвестные эпизоды отступления.
   По крайней мере, три подразделения погибли в этих боях. Об одном бое есть упоминание у Е.И.Жидилова в книге "Мы отстаивали Севастополь":
   " Мало осталось людей и от пятого батальона. Его командир капитан Михаил Дьячков, выполнив задание генерала Петрова, после не смог соединиться с основной колонной бригады и следовал самостоятельно. У деревни с лирическим названием "Приятное свидание" он столкнулся с противником. Морские пехотинцы прямо с марша были вынуждены вступить в бой. Вскоре Дьячкова и его начальника штаба старшего лейтенанта Михаила Надтоку тяжело ранило. Раненых погрузили на машину, но ее захватили немцы. В командование батальоном вступил комиссар старший политрук Турулин. Моряки под его руководством сражались отважно и стойко. Они отбили все атаки противника, но к концу боя в батальоне осталось всего полсотни человек. Вырвавшись из окружения, они во главе со своим комиссаром пришли в Севастополь."
   В воспоминаниях ветерана Минчарко (7-я ОБрМП) [30] напротив, указано, что совместно с частями 51 и Приморской армии была предпринята попытка прорыва через Бахчисарай, в которой и погиб батальон Дьячкова. Он утверждает, что бойцы 7-й бригады во главе с Турулиным смогли прорваться, несмотря на мощный артиллерийский огонь противника. Правда, он утверждает, что боя не было, а советские части были разбиты немецким артиллерийским огнем с большой дистанции.
   Анализ воспоминаний многих ветеранов, в том числе и П.К.Зайцева (1-й артполк 172-й СД) [31], А.А.Косенко (сап. бат. 172 СД) [32], Т.Ф.Крохмалева и ряда других позволил более или менее установить картину.
   По приказу, подписанному Т.К.Коломийцем сводный отряд из состава 514-го полка 172-й дивизии, остатков 1-го артполка 172-й дивизии (4 орудия), отряда моряков (возможно как раз это и был 5-й батальон), усиленные танковым батальоном Приморской армии, осуществили попытку прорыва вдоль Симферопольского шоссе. В официальных советских документах этого нет. Можно было бы отмахнуться, и сказать, что в воспоминаниях идет путаница, но...
   Сразу 12 человек не могут описывать одно и то же выдуманное событие, да еще так, чтобы совпадали детали. Более того, сами немцы пишут о захвате трех советских танков под Бахчисараем (один танк обозначен "12 t(onn)", два как "16 t(onn)") [33]. Найдены и материальные свидетельства. Местными жителями сданы в утиль два больших фрагмента гусениц от БТ-7 и ... башня от того же танка. По их утверждению, эти детали были найдены как раз в том районе, где был бой. По воспоминаниям, танки были разбиты огнем тяжелой батареи с большого расстояния. В своих воспоминаниях, командир бронепоезда "Войковец" С.П.Баранов (бывший командир 5-го танкового полка) указывает, что немецкие батареи вели огонь не только по бронепоезду, но и в направлении Симферополя [34]
   Кроме того, если боя не было, то, как тогда объяснить, что исчезли без следа две роты танкового батальона Приморской армии. Из всего состава батальона, в Севастополь вернулся только один БТ-7м под командованием ст. л-та Юдина и две трофейных танкетки. Это подтверждается и воспоминаниями Т.Ф.Крохмалева, но он указывает не БТ-7, а БТ 5.
  
   0x01 graphic
  
   0x01 graphic
  
   Поскольку дорога на Севастополь оказалась закрыта, армия начинает отступление в другом направлении. Из воспоминаний И.А.Ласкина: "Утром 1 ноября дивизия подошла к северной окраине Симферополя, и полки заняли рубеж для временной обороны. Вскоре поступил приказ командующего армией продолжить отход на Севастополь. И снова в путь через горы по одной проселочной дороге. 172-я дивизия назначалась в арьергард и должна была прикрывать отход армии. Вслед за 25-й Чапаевской мы выступили на юго-восток".
   К сожалению, заход дивизии в родной Симферополь обернулся новыми "потерями". Нашлись бойцы, захотевшие "остаться дома". Их было немного, но они были.
   Странно другое, в дивизии еще оставались пять (по другим данным, четыре) танков Т-34. Но для них не смогли найти топливо. Три неисправные машины были оставлены в Симферополе [40]. Не хватило бензина и для грузовиков и тягачей артиллерии 172-й дивизии, не нашли бензина и для флотского 85-го зенитного дивизиона. Видимо они были "чужие" для Приморцев, ибо для остальных частей топливо нашли.

Глава 8 Движение к Алуште

   Одновременно с организацией обороны Симферополя, начался отход к Южному берегу Крыма. Стрелковые части от Симферополя двигались по двум основным дорогам. Первая, это дорога с твердым покрытием Симферополь-Ангарский перевал-Алушта. На конечном участке, проходящем через горы, дорога обхода не имеет, но на начальном участке дороге есть грунтовая дорога через д. Кызыл-Коба (Красные пещеры), выходящая к деревне Ангара (Перевальное). Эта дорога есть и сейчас. Поэтому, отдав приказ 1330-му полку перекрыть дорогу в районе дер. Шумхай (Доброе) И.Е.Петров поставил эту часть в сложную ситуацию. Противник мог выти ей в тыл по соседней дороге (что, в конечном итоге, и произошло).
   Вторая дорога немного худшего качества, но она чуть короче. Она проходит от деревни Саблы (Партизанское) идет через село Бешуй, и, далее вдоль р.Альма к Алуште. Пока армия отступала именно туда. Руководил ей дистанционно, по-прежнему И.Е.Петров. Войска планировали закрепиться в "Южнобережном оборонительном районе".
   Соответственно дорогам, армия двигалась двумя колоннами. Одной колонной командовал Т.К.Коломиец, второй (через Бешуй) В.Ф.Воробьев. Но четкого порядка и распределения частей не было, части отступали вперемешку.
   Тяжелую артиллерию армии спасали в первую очередь. 2-й и 3-й дивизионы 265-го корпусного артполка уже 30-го октября оказались в Алуште, а 2-го ноября в Севастополе. Их перебросили по дороге через Ангарский перевал. Проанализируем эту информацию. Механизированной колонне этого артполка требуется не более 10 часов, однако до Севастополя колонна добиралась двое суток. Объяснение этому факту дать не сложно. Большинство ветеранов говорит о том, что планировалось оборонять Алушту и горные районы Крыма. Правда, есть и другие данные.
   Из воспоминаний Шлепнева (265-й корпусной артполк): " 31 октября я прибыл в штаб командования войск Крыма в гостинице "Астория" в Алуште, и спросил, какие будут распоряжения для артполка. Ответ был однозначным: "На Севастополь, на Севастополь, и еще раз на Севастополь!".
   Артиллерия шла через Ангарский перевал. После того, как 31.10.41г. в Алушту проследовал "Богдановский" 265-й тяжелый артполк (сохранивший три дивизиона из четырех). За ним начали движение орудия 51-го армейского артполка (51-й армии, командир капитан А. В. Жестков, которого вскоре сменил майор А. П. Бабушкин) в составе трех батарей 152мм пушек-гаубиц МЛ-20, за ним 52-й армейский артполк (командир полковник И. И.Хаханов, 8шт. трофейных французских 155мм пушек Шнейдера). Еще 4 шт. 155мм орудия этого полка следовали с 7-й бригадой морпехоты. Затем следовали уцелевшие орудия 67-го и 99-го гаубичного артполка, затем тяжелый дивизион 134-го гаубичного артполка (421-й СД).
   Затем, начали движение стрелковые части. По дороге через Ангарский перевал следовали (считая с головы колонны):
   -80-й отдельный разведбат 25-й дивизии (командир к-н Антипин),
   -82-й армейский инженерный батальон,
   -штаб дивизии под охраной 2-го Перекопского отряда моряков (командир майор И.И.Кулагин),
   -части боевого обеспечения 25-й диивзии (медсанбат, батальон связи и.т.д.),
   -287-й стрелковый полк (командир подполковник Захаров).
   - часть 514-го стрелкового полка (172-й дивизии, командир подполковник Устинов)
   - штаб и части боевого обеспечения 172-й дивизии
   - 388-й стрелковый полк (командир подполковник Ерофеев) 172-й дивизии вместе с двумя ротами саперного батальона (командир л-т Лепехин) и двумя дивизионами 134-го гаубичного артполка 421-й дивизии.
   40-я кавдивизия с примкнувшим полком 42-й КД обеспечивает фланговое прикрытие отступления. (правда не совсем понятно, что это означает, но так в документах).
   В районе Шумхай (Доброе) был оставлен для задержания противника 1330-й полк. 1331-й сражался у деревни Саблы. Во всяком случае так указано в воспоминаниях Шарова.
   0x01 graphic
   Из воспоминаний И.А.Ласкина: "... буквально через полчаса (1.11.41г.) командующий подписывал боевой приказ, в котором указывалось, что противник, концентрируя крупные силы к западу и югу от Симферополя, стремится овладеть Севастополем. Одновременно обозначилась попытка наступлением с севера перехватить дорогу Симферополь -- Алушта в районе Шумхай Средний. В этой обстановке генерал Петров ставит 421-й стрелковой дивизии задачу -- закрыть дорогу из Симферополя на Алушту и не допустить продвижения противника на Севастополь по Алуштинскому шоссе".
   Давайте разберем фрагмент. Прежде всего: что такое 421-я дивизия? Это 134-й гаубичный артполк, который 1.11.41г. тормозит машины в районе Срабуза, чтобы вывезти орудия. Это 1331-й полк, представленный после "переформирования" одним батальоном, и 1330-й полк которым командовал бывший зампотыл Одесской военно-морской базы военинженер-интендант 1-го ранга Я.Осипов. После "переформирования" (т.е. отзыва моряков и пополнения запасными частями) он стал совсем малочисленным полком двухбатальонного состава. Третьим полком дивизии был 54-й СП Чапаевской дивизии, который теперь действовал самостоятельно. Так что... "мы говорим дивизия- подразумеваем -полк". Но есть и еще одна маленькая сложность. 1330-й полк находился еще очень далеко от того рубежа, где должен был сражаться.
   Из воспоминаний Е.И.Жидилова: "Возле Атмана (совр. с. Веселое), у перекрестка дорог, где мы устроили короткий привал, лежит на траве группа усталых бойцов. Среди них сидит на камне человек в шинели. На голове кубанка. По черной бороде узнаю его. Это полковник Яков Иванович Осипов, командир Одесского полка морской пехоты. Поздоровались. Осипов мрачен, неразговорчив. Чувствуется, что он страшно устал. Горстка бойцов вокруг него -- это все, что осталось от героического полка, наводившего ужас на врага под Одессой.
   На разговоры нет времени. В любую минуту можно ожидать налета вражеской авиации. Я поднимаю своих бойцов. Огромная, растянувшаяся на несколько километров, наша колонна продолжает свой марш. Я и не подозреваю, что больше нам не доведется увидеть Осипова, что он вместе с остатками своего полка погибнет в стычке с фашистами, которые внезапно нападут на дорогу". Этот фрагмент воспоминаний датирован 1.11.41г. А, теперь определим расстояние между д. Шумхай и деревней Атман. По прямой 35 км, по дорогам 55 км. Это дневной переход. Достаточно много. Есть и другая красивая легенда о том, что Я.Осипов погиб, поведя свой полк, спасать медсанбат, где служила его любимая женщина. Вторая легенда говорит о том, что он повел свой полк в бой, со словами, "Мне надоело бегать от немцев, как заяц!". Документы этого не подтверждают. Район, где по всем данным, погиб Я.Осипов находится как раз по маршруту следования полка. Остатки 1330-го полка все же вышли в указный в приказе район, и заняли оборону, прикрывая отход колонны. Подробности этого боя неизвестны. Он требует более внимательного изучения. Известно, что противник обошел позиции 1330-го полка по дороге через Кызыл -Коба, но основным силам удалось прорваться из окружения Известно, что 4.11.41г. на помощь полку бросили 15-й Алуштинский истребительный батальон (командир л-т НКВД Дудка), но история этих боев нуждается в уточнении. О них почти ничего неизвестно.
   Колонна В.Ф.Воробьева шла в следующем порядке:
   -13-й разведбат,
   - 747-й полк и рота саперного батальона 172-й дивизии
   -штаб 95-й дивизии
   -161-й и 241-й полки 95-й дивизии
   -7-я бригада морпехоты, а если говорить точнее, ее 3-й и 4-й батальоны.
   -54-й стрелковый полк 25-й стрелковой дивизии.
   Нет пока данных по маршруту отступления 90-го стрелкового полка 95-й дивизии, 31-му стрелковому полку 25-й дивизии (он отступал двумя отдельными отрядами) и 1-му Перкопскому отряду моряков. Арьергард колонны составили бойцы 54-го полка 25-й дивизии и зенитчики флотского 85-го дивизиона 122-го ЗенАП.
   Отступление было нелегким, и не обошлось без потерь. Наиболее ожесточенным был арьергардный бой у деревни Саблы (Партизанское). Об этом бое мало что известно. В рукописи Е.А.Игнатовича [42] "ПВО в обороне Севастополя", указывается: " 3 ноября 85-й дивизион, при отходе к Севастополю был окружен, в связи с чем были потеряны 5 орудий, 2 ПУАЗО, 2 дальномера, четыре пулемета (2 шт. М-4 и 2 шт. М-1), 8 тракторов и 18 машин. Командир дивизиона Шубаев и Комиссар Ковзель попали к партизанам". 85-й зенитный дивизион ЧФ, входивший в 122 зенитно-артиллерийский полк прикрывал штаб армии в Симферополе.
   Командир полка описывает события чуть иначе.
  
   0x01 graphic
  
   Объективно говоря, судя по воспоминаниям, командир полка довольно неуважительно относится к своим коллегам. Попробуем разобраться, используя документы 50-й немецкой дивизии. В записи от 2.11.41г. есть упоминание о бое у д.Саблы. По утверждению немцев разгромлен целый полк.
   Запись от 3.11.41 говорит о том, что в результате боя у деревни Саблы, "убито 100 русских солдат, взято в плен 500 человек, захвачено большое количество вооружения (8 шт. 9см пушек, 2 противотанковые пушки, 200 винтовок)".
   Действительно, в этом бою 54-й стрелковый полк и 85-й зенитный дивизион понесли тяжелые потери. Данные по пленным и убитым у немцев завышены, но, тем не менее, 85-й ЗенАД практически перестал существовать. Т.е. бой все-таки был. Он прослеживается и по немецким потерям. Этот бой дал почти сутки отступающим частям. Прежде всего, 7-й бригаде морпехоты.
   Отдельно от всех следовали остатки 2-й кавалерийской дивизии, но ее маршрут пока установить не удалось, это вопрос для отдельного рассмотрения.
   Пути отступления и маршрут движения частей были определены при проработке более чем 150 рукописей-воспоминаний, поэтому дать ссылку на источник представляется затруднительным. В этом фрагменте могут быт неточности, некоторые части в нем упущены. Это только первая попытка проследить пути отступления Приморской армии.
  

Глава 9 Неожиданный поворот.

  
   До 2.11.41г. все силы стягивались к Алуште. Да, И.Е.Петровым было принято решение отступть на Севастополь, но командование войск Крыма планировало организовать оборону Севастополя по Дальнему рубежу, который смыкался с рубежом Южнобережным.
   Севастополь рассчитывали оборонять флотскими частями, части Приморской армии рассчитывали поставить на оборону Южнобережного рубежа. Правый флаг этой оборонительной линии уже был занят 184-й стрелковой дивизией НКВД 51-й армии. Сюда же стремилась конная группа генерала д.Аверкина (48-я и остатки 42-й кавдивизии).
   Учитывая характер местности, наличие небольших портопунктов в Ялте и Алуште, удержать этот рубеж силами Приморской армии было вполне реально. Но "Южнобережный оборонительный район" с командным пунктом в Алуште, просуществовал недолго. А причина была в том, что "сыпалась" оборона Севастополя. Первые же бои показали, что удержать и Севастополь и Южнобережный рубеж невозможно.
   2-го ноября 1941г. В Севастополь прибыл командующий ЧФ Ф.С.Октябрьский. 2-го ноября в Севастополь прибыл командующий войсками Крыма адмирал Г.И.Левченко. Видимо, адмиралы между собой "договорились" и 2-го числа И.Е.Петров получил приказ прибыть в Севастополь.
   На вопрос И. Е. Петрова, как быть с армией, Г. И. Левченко ответил: "У вас есть генералы, которые доведут войска, а вам надо сейчас быть в Севастополе и вместе с коман­дующим флотом создавать нужную оборону".
   Как пишет Г.И.Ванеев, в книге "Севастополь. Хроника героической обороны" И.Е.. Петров, поручил (по радио) управление войсками Т.К. Коломийцу и выехал в Севастополь [41]. На самом деле, скорее всего, было все не так. Большинство участников тех событий (в том числе и Ф.С.Октябрьский) пишут, что И.Е.Петров, прибыв на совещание, попросил предоставить радиостанцию для связи с отступающими войсками, и по радио передал командование Т.К.Коломийцу.
   Решение имело катастрофические последствия. И больше даже не для войск Приморской армии. Части 184-й стрелковой дивизии НКВД оказались брошенными на произвол судьбы. Т.К. Коломиец, которому было поручено командование отходящими частями, понятия не имел о 184-й дивизии. Приказ на отход дивизии никто не давал.
  
   Из воспоминаний Х.Пиастро (184-я стрелковая дивизия НКВД)
  
   0x01 graphic
  
   Впрочем, "пропавшая" 184-я дивизия, стоит того, чтобы о ней рассказать поподробнее. 15 августа 1941 года, в Ялте, началось формирование 4-й Крымской дивизии народного ополчения. Изначально дивизия была необычной, ее составили в основном из тех, кого сейчас стыдливо зовут "пограничниками". Это не совсем так. Основу дивизии составили части НКВД, располагавшиеся на полуострове. Управление погранвойск округа было переименовано в управление 4-й стрелковой дивизии и на должности назначены: командиром дивизии -- начальник войск округа комбриг Киселев, военкомом дивизии -- полковой комиссар Родионов, начальником штаба -- полковник Абрамов военкомом штаба -- батальонный комиссар Кальченко.
   Спешно формировались полки: 3-й стрелковый -- на базе 23-й Севастопольской отдельной погранкомендатуры, командир полка -- майор Рубцов, военком -- ст. политрук Тилинин, начальник штаба -- капитан Кочетков. Полк получал участок от мыса Айя до исключительно Аюдаг, штаб полка -- Алупка. 6-й стрелковый полк -- на базе 24-й Ялтинской погранкомендатуры, командир полка -- майор Мартыненок, военком -- полковой комиссар Ермаков, начальник штаба -- капитан Кашин; полк получал участок Аюдаг, исключительно Новый Свет; штаб полка -- Алушта. 9-й стрелковый полк -- на базе 25-й Алуштинской погранкомендатуры, командир полка -- майор Панарин, военком -- ст. политрук Молоснов, начальник штаба -- капитан Лебеденко; полк получал участок Новый Свет, Судак; штаб полка -- Судак. Командирами батальонов и рот назначались в основном офицеры НКВД. Чуть позже, дивизию "разделили" с управлением погранвойск, комбриг Киселев остался на прежней должности, а командиром дивизии был назначен полковник Абрамов. Пополнение рядовым составом дивизия получала от военкоматов из числа выписанных из госпиталей, а главным образом призванных по мобилизации бывших сотрудников НКВД и жителей южного берега Крыма. Изначально, в задачу дивизии входила противодесантная оборона побережья. Но затем ситуация изменилась. Было решено создать новый "укрепрайон" в Крымских горах. В задачу дивизии ставилось создание укреплений на горных дорогах. Приведу выдержку из документа [43]. "Продолжая выполнять ранее поставленную задачу наблюдения за морем и препятствования высадке морского десанта противника, основные силы выдвинуть на рубеж: Старый Крым, Карасубазар, Эски-Сарай, ст. Альма, Бахчисарай, ст. Сюрень с задачей не допустить противника в горы и далее к морю. Разграничительные линии: справа -- Козловка, м. Магеном; слева -- ст. Сюрень, Шули, м. Айя. На указанных рубежах перекрыть дороги, ведущие в горы, создавая укрепленные заставы с целью недопущения противника...".
   В октябре 4-я дивизия народного ополчения, была переименована в 184-ю стрелковую дивизию НКВД, а полки в 262-й (3-й стрелковый полк), 294-й (6-й стрелковый полк) и 297-й (9-й стрелковый полк). После прибытия Примармии, дивизия получила солидное подкрепление за счет 1331-го полка 421-й дивизии. Полк этот был составлен из бойцов 70-й и 26-й погранкомендатур, и некогда назывался "26-м пограничным полком". Как уже указывалось ранее, по возвращению в Севастополь органы НКВД забрали "своих" бойцов, а из остатков и был сформировали "сводный батальон 1331-го полка. Из воспоминаний генерал-майора Абрамова, командира 184-й дивизии: "Утром 28 октября меня вызвал начальник штаба армии генерал-майор Иванов и сообщил, что противнику удалось прорваться через Перекоп, что его передовые части вышли на р. Чатырлак. В этих условиях не сегодня-завтра возможно выдвижение на север нашей дивизии, почему сегодня же надо собрать полки. Быстро оценив обстановку, я доложил генералу Иванову свои соображения, сводившиеся к следующему. С прорывом немцев на Перекопе началась маневренная война, в которой они, обладающие танками и машинами, имеют перевес. От Перекопа вплоть до гор нет рубежей, на которых нам можно было бы задержаться.
   Наша 184-я стрелковая дивизия хорошо укрепилась в горах и прочно закрыла основные дороги к морю на Судак, Алушту и Ялту. Учитывая все это, а равно и слабую маневренность дивизии из-за большого некомплекта транспорта, будет правильней оставить ее на месте, усилив тремя полками артиллерии за счет отступающих войск. Тогда враг у гор будет задержан, и к морю, мы его не пропустим. Генерал Иванов внимательно выслушал, обещал это доложить командующему, но подтвердил свое распоряжение о сборе полков...". Ночью полки выступили и прибыли в указанные им районы. Но ни одна из отступающих дивизий не получила приказа занять оборонительный рубеж по границе Крымских гор. Дивизии двигались или на Керчь или на Севастополь. Т.е. дивизия была предоставлена сама себе.
   Лишь спустя три дня, 1 ноября о ней вспомнили. Был получен приказ: "До рассвета отвести части дивизии, занять и оборонять новый рубеж Карасу-Базар (Белогорск), Александровка, Розенталь (Ароматное), Мазанка с задачей задержать продвижение немцев к морю. Командный пункт дивизии Кызыл-Коба"... Далее указывались части, которые якобы должны были занять позиции слева и справа от дивизии. В тот же день противник вышел к оборонительному рубежу 184-й дивизии. Сутки дивизия вела бой, однако, ни слева, ни справа соседи не появлялись. Дивизия сражалась в одиночку. Связаться с штабом армии не удалось ни из Фриденталя, ни из деревни Кызыл-коба. Связаться по рации так же ни с кем не удалось. Штабные рации не отвечали на вызов. Дивизия сражалась уже неделю. Никаких указаний из штаба не поступало. Из воспоминаний К.С.Шейкина (26-й одесский погранотряд, затем зампотылу 184СД): "Кажется, 3-4 ноября мне было приказано немедленно отводить все службы тыла 184 погранивизии (автороту, хозроту, связь, особый отдел, прокуратуру, замена) в село Ангара из г.Зуя. Зная проселочные дороги и проходимые предгорья, тропы, не слушая возражений моих "пассажиров", автоколонну я повел минуя Симферополь, в который, как выяснилось, в это время вступали фашистские войска. С 4 на 5 ноября автоколонна наша прибыла в г.Алушту, Здесь начштаба Приморской армии генерал ШИШЕНИН мне приказал (он знал меня по Одессе) организовать охрану речки, по которой ручьем текло выливаемое Винсовхозом в море вино. Во второй половине дня прибыл комбриг КИСЕЛЕВ, направил меня в Судак, для встречи якобы прорвавшегося полка 184 СД, но такого прорыва не оказалось. Наша автоколонна из 30 грузоавтомашин перебрасывая поэтапно, следуемых пешью призывников, около 1000 человек, 6 ноября прибыли в г. Ялту. Комбриг Киселев очень нервничал, тяжело переживал о неизвестной участи стрелковых полков. К ноября в день 24 годовщины Октября, по приказу т.КИСЕЛЕВА, в Ялте я Взорвал склад боеприпасов принадлежавшей 184 СД и о автоколонной выехал в Севастополь. По пути следования в Ливадии остановились, потушили объятый пожаром подожженный Ливадийский к вечеру прибыли в Севастополь"[44].
   Т.е. с принятием решения об отходе из Алушты дивизия оказалась в очень сложной ситуации. Из воспоминаний Абрамова: " "Что делать?" -- спрашивали себя я и Кальченко. Связи с армией нет. Шесть дней находится дивизия впереди одна, четверо суток ведет бой без соседей, отбила много атак врага, нанесла ему большие потери, способна драться еще, но кончаются боеприпасы и нет продовольствия..." Правда, поведение самого командира дивизии, другие офицеры, описывают совсем не так. Из воспоминаний К.М.Хомутецкого: " После того, как противник занял перевалы, и вышел к южному берегу Крыма, дивизия оказалась в окружении. Командир дивизии полковник Абрамов в этой ситуации проявил малодушие и струсил. Он приказал: "Срывайте петлицы, и спасайтесь, кто как может!"[45]"
   Беспорядок, возникший после принятия решения об оставлении Алушты, стал причиной гибели еще одной дивизии- 48-й кавалерийской. Из донесения командира румынской 1-й королевской горнострелковой бригады. М.Ласкара "3 ноября 1941г. совершив ускоренный марш, протяженностью 180 километров, бригада достигла берега моря северо-восточнее Судака. Результатом операции стало пленение 2247 человек... Особо следует отметить действия 58-й разведгруппы (небольшое подразделение приданное 1-й ГСБр), пленившей 2 офицеров и 47 солдат [46]".
   Чуть позже, в районе деревни Туак (Рыбачье) были пленены 150 человек, а 5-го ноября в районе Куру-Узень (Солнечногорское) плен попал целый полк 48-й кавдивизии. Это данные только по 1-й горнострелковой бригаде. В остальных частях, преследовавших Приморскую армию, количество пленных было еще больше. Так, например, основные силы немецкой 22-й пехотной дивизии, сообщили о взятии в плен 3128 человек, и вряд ли эти цифры завышены.
   По советским данным группа генерала Аверкина, состоявшая из остатков 48-й и 42-й кавдивизий пыталась с боем пробиться из Судака через Алушту на Ялту но не смогла. Подробности этого боя так же требуют уточнения. По легенде генерал-майор Аверкин ушел к партизанам и пропал без вести, но эти данные ничем не подтверждены.
   Не совсем понятно движение еще одной кавалерийской дивизии. Из журнала боевых действий 2-й кавдивизии: "2.11.41г. Дивизия сосредоточилась в гор. Ялте. Ввиду малочисленности личного состава 15-го и 20-го кав.полков, в гор .Ялте был доукомплектован 7 кав. полк, куда и влился личный состав 15 и 20 полков. 7-му отдельному кав. полку была поставлена задача штабом оборонять выс. Айпетри. Командованию Штаба дивизии было предложено принять руководство городом Ялта, войсковыми частями находящимися на территории города, кроме того назрел вопрос упорядочения и концентрации войсковых частей и отдельных подразделений отходящих под натиском превосходящих сил противника в город Ялту".
   Многие авторы утверждают, что в дивизии не было лошадей и автотранспорта. В этом случае, совершенно непонятно, как дивизия, начав движение вечером 31.10.41г. могла успеть к утру 2.11.41г. попасть в Ялту, да еще по дороге, больше похожей на тропу. . 7-й бригаде на это потребовалось втрое больше времени. Варианта два: или дивизия оставалась конной, или... штаб 2-й кавдивизии бросил свой спешенный личный состав на переходе. Последний вариант наиболее вероятен, хотя и оправдан.
   "3.11.41г. Полковник Новиков командир 2-й кавдивизии был назначен начальником гарнизона г. Ялты, комиссаром гарнизона гор .Ялты был назначен полковой комиссар Хацкевич /Военком 2-й кавдивизии/. Капитан Конденко - начальником штаба гарнизона, начальником политотдела гарнизона - дивизионный комиссар Балашов, комиссаром штаба гарнизона- батальонный комиссар Юсуфов. Состав военнослужащих Управлений Штаба дивизии находился в распоряжении начальника гарнизона гор. Ялты и выполнял обязан обязанности, связанные с комплектованием прибывающих в г.Ялту частей, снабжением последних и отправкой этих частей на участки обороны. 3-го,4-го ,5-го и 6-го ноября Управление 2-й кавдивизии, приняв на себя обязанности гарнизона гор. Ялты выполняли задачи входящие в круг обязанностей гарнизона. За 4 дня гарнизоном гор. Ялты были собраны и отправлены на фронт около 3-х тысяч красноармейцев, командиров и политработников, отставших от своих частей".
  

Глава 10 Попытка прорыва по Качинской долине.

  
   Из воспоминаний Ф.С.Октябрьского: "3 ноября на узел связи, находившийся в потерне Балаклавского форта "Северный" прибыл командующий войсками Крыма вице-адмирал Г. И. Левченко. С ним были его заместитель по сухопутным войскам генерал-лейтенант П. И. Батов, (он же командующий 51-й армией), и помощник по инженерным войскам генерал-майор А. Ф. Хренов. Туда же прибыл командующий Приморской армией генерал-майор И. Е. Петров. Находясь на КП, генерал Петров просил помочь ему связаться с армией, чтобы передать генерал-майору Т. К. Коломийцу, что оставляет его за себя. Это было сразу сделано по радио". Повторяет эту информацию и П.А.Моргунов, комендант береговой обороны Севастополя: " Находясь на КП БО, генерал Петров просил помочь ему связаться по радио с армией, чтобы передать генерал-майору Т. К. Коломийцу, что оставляет его за себя . Это было сразу сделано по радио с передового командного пункта БО".
   Штаб армии размес­тился в Херсонесских казармах, откуда осуществлял ру­ководство прорывом войск, и начал заниматься изуче­нием состояния обороны Севастополя и ее организацией. Приказ о "повороте на Севастополь" был отдан И.Е.Петровым еще накануне, и отступающие части изменили направление движения. Ближайшим путем, по которому части могли прорваться к Севастопольским рубежам (не к самому городу, а именно к его оборонительным рубежам) была долина реки Кача. Вдоль нее шла хорошая дорога на Бешуйские копи (не путать с селом Бешуй) далее шла грунтовка, пересекающая дорогу Саблы-Алушта, по которой отступала одна из колонн Приморской армии. Была и еще одна дорога (или, скорее тропа) по руслу реки Аполах идущая к этой же дороге, но ближе к началу дороги. В связи с этим, 95-я дивизия развернулась головными частями на грунтовку к Бешуйским копям. 7-я бригада, двигавшаяся в хвосте колонны, получила приказ двигаться вдоль реки Аполах к тому же пункту назначения. Из воспоминаний Е.И.Жидилова: "3 ноября мы весь день пробирались по сухому руслу горной реки Аполах, узкому, извилистому, усеянному обломками скал. Протащить по нему автомашины, тракторы и пушки -- труд адский. Кирками, ломами, лопатами бойцы пробивали проходы, а часто буквально на руках вытаскивали застрявшие орудия и машины. За весь день мы продвинулись всего лишь на десять километров".
   К этому времени начала свое движение в этом же направлении и вторая колонна, из Алушты. Большая часть 25-й дивизии была уже в Алуште, а 172-я еще только подтягивалась к ней. После получения приказа об изменении направления движения, 172-я, оказалась в голове колонны . На марше обе колонны Приморской армии объединились. Порядок движения изменился, но уточнить его пока не представляется возможным.
   И все было бы хорошо, если бы батальон ВМУБО... Но, при чем здесь курсантский батальон? Все дело в том, что если бы он не отошел, открывая вход в долину Качи, то маршрут движения Приморской армии был бы совсем иным. Отчаянная атака курсантов 3-го ноября 1941г. была как раз той отчаянной попыткой открыть путь Приморской армии. Но, увы, попыткой неудачной. Хронология событий у батальона ВМУБО такова:
   3.11.41г. в 8:30 передан приказ перейти в атаку, и занять старые свои окопы. Роты немедленно начали атаку, но ... 3-я рота в атаку не пошла. Как пишут, "майор Демьянов проявил нерешительность и неспособность командовать в бою курсантами". Стоит ли его осуждать, если уже через 10 минут атакующие части были накрыты мощным артиллерийским огнем? Именно в этом бою батальоны понесли наибольшие потери. По телефону майора отстранили от должности, и приказали явиться на КП батальона, находившийся в то время в большом доте на высоте 122.3.Вместо него, командиром роты был назначен капитан Лобов. Вряд ли майор Демьянов струсил. Он нашел в себе мужество явиться на КП батальона, зная, что его ждет. Да, приказы не обсуждают, и все же... Это решение спасло не одну курсантскую жизнь.
   10:30 бой шел в садах, идущих по левому берегу Качи. 1-я и 2-я роты, атаковавшие от казармы в районе ст. Сюрень, вели бой с противником, который установив артиллерию на оставленных курсантами высотах (Эгиз-Оба и соседняя высота, между ж/д и автодорогой) вел непрерывный обстрел. 16-й батальон прикрывал фланг атаки справа, 17-й батальон занимал Дуванкойский узел.
   10:50 Противник нанес бомбоштурмовой удар 15-ю самолетами. Г.В.Воинов [47] пишет, что " В батальоне не было никаких средств борьбы с немецко-фашистскими самолетами, а наша авиация в небе не появлялась". Действительно, 217-я батарея 2.11.41г. была почти уничтожена, но должны были еще оставаться 2 или 3 орудия 702-й батареи 70-го дивизиона 122-го зенитного артполка. Но и ей приходилось несладко. "3 ноября на батарею налетело три группы по 9 "Ю-87". Они сбросили 57 бомб среднего калибра, а затем облили батарею горючей жидкостью. Начали гореть ящики с боезапасом".
   11:55 на КП прибыл майор Демьянов. Он был арестован и отправлен под конвоем бойцов комендантского взвода в Севастополь. Бой продолжался, курсантов поддерживали артиллерийским огнем 213-я батарея, минометчики, два орудия зенитных батарей, и два орудия Дуванкойского узла.
   13:50 1-я и 2-я роты, которые вели бой на прежней позиции, в саду, доложили, о высоких потерях.
   14ч.30 минут, для поддержки батальона из состава 80-го отдельного разведбатальона Приморской армии прибыла танкетка, но было поздно, в 15:00 роты отошли на исходные позиции в Дуванкойский узел.
   3.11.41г. 18:30 получена радиограмма Г.В.Жукова: "Командиру батальона ВМУБО. Отойти на рубеж д.Бельбек - совхоз им.С.Первской.
   Все, попытка "открыть" Качинскую долину не удалась. Немецкие войска, двигаясь из Бахчисарая через Успенский монастырь и Чуфут-Кале и по долине реки Кача, вышли к деревне Шуры. А вот дальше ситуация неясная. Воспоминания бывшего командира И.А.Ласкина и нач. штаба Приморской армии Н.И.Крылова противоречат друг-другу. Совершенно непонятен походный ордер и движение частей. Воспоминания рядового и младшего офицерского состава так же ясности не дают, т.к. они не обладали достаточной информацией. Немецкие источники дают одностороннюю информацию. Но сложив воедино эту информацию, получим интересную картину.
   Приведу цитату из воспоминаний Крылова: "Противник проявил больше мобильности, чем мы ожидали, когда в ночь на 2 ноября намечали в Шумхае маршрут движения главных сил армии по долине Качи через Бия-Сала, Шуры (теперь Верхоречье, Кудрино). Как стало потом, известно, Манштейн, бросив свой 54-й корпус прямо на Севастополь, поставил частям 30-го корпуса задачу не выпустить из гор Приморскую армию. Быстро реагируя на маневр наших войск, гитлеровцы сумели занять Шуры раньше, чем туда подошли приморцы. Узнав о занятии противником селений Шуры, Улу-Сала, Мангуш, через которые должны следовать части армии, генерал И. Е. Петров приказал командиру 25-й Чапаевской дивизии генералу Т. К. Коломийцу возглавить руководство всеми отходившими частями армии, разгромить противника, который преградил путь отхода войск, и продолжать движение на Севастополь кратчайшим путем через Керменчик, Айтодор, Шули".
   Все это было хорошо и правильно, но Качинская долина, действительно была перекрыта немецкими частями, причем, боев было два. На сей раз, серьезную ошибку допустили немцы. В результате скоротечного боя немецкие части сводной моторизованной бригады были смяты, и в брешь смог выйти сводный отряд 31-го полка.
   С 31-м стрелковым полком 25-й дивизии очень много неясностей. Фактически он отступал двумя группами, одна называлась 31-м полком, другая группой подполковника Мухамедьярова. Отступали он разными путями. Были и более мелкие группы. Приведу достаточно любопытный фрагмент из воспоминаний Н.Ширяева (31СП 25 СД).
  
   0x01 graphic
  
   0x01 graphic
  
  
   Возможно, под прикрытием сводного отряда в Севастополь отошел штаб Приморской армии. Эти данные подтверждаются воспоминаниями В.Котенева, который утверждал, что их сводный отряд прикрывал отход штаба Приморской армии, но больше подтверждений пока найти не удалось.
   По воспоминаниям В.Котенева [48] маршрут движения становится более понятным. Он утверждает, что воспользовавшись тем, что противник был связан боем, их отряд, вместе со штабом армии проследовал по маршруту Ауджикой (Охотничье) -Керменчик(Высокое)-Албат(Куйбышево). Такая дорога, действительно, есть.
   Дальше уже движение не представляло сложности. И.А.Ласкин пишет: "Разгадав новый замысел противника, генерал Петров тут же, в 2 часа ночи 2 ноября, отдал распоряжение командиру 40-й кавалерийской дивизии полковнику Ф. Ф. Кудюрову: "Противник стремится прорваться на Ялту. Любыми усилиями не позднее 10 часов утра 2 ноября перехватить дорогу на Ялту в районе Албат. Т.е. дорогу Сюрень-Ялта через-Ай-петринский перевал. Сюда же из Ялты перебросил сводный отряд 2-й кавдивизии и полковник П.Г.Новиков.
   Противник осознав свою ошибку, отбросил передовые отряды Приморской армии, и поднялся вверх по долине Качи, и захватил деревню Ауджикой (Охотничье), закрыв этот путь отступления. Удар наносили немецкая конная разведрота 73-й дивизии, румынская мотоциклетная рота и противотанковый дивизион 72-й пехотной дивизии.
   Ночью 4-го числа советские части нанесли ответный удар. В 2 часа части 95-й стрелковой дивизии, 287-й стрелковый полк 25-й Чапаевской дивизии, две роты саперного батальона и 747-й полк 172-й дивизии атаковали противника, пытаясь расчистить путь по долине Качи.
   Из воспоминаний И.А.Ласкина: "Наши подразделения еще добивали метавшихся фашистов, а обоз и артиллерия полным ходом двинулись по шоссе. В бою был полностью разгромлен мотоотряд и 72-й противотанковый дивизион немцев, было взято 18 вражеских орудий, 28 пулеметов, до 30 автомашин и 19 мотоциклов В этой ночной схватке принимали участие 747-й полк и другие подразделения 172-й стрелковой дивизии. Саперному взводу 172-й дивизии под командованием лейтенанта Петра Терентьевича Лепехи было приказано выбить немцев, засевших в домах и садах на окраине селения. Лепеха скрытно через огороды вывел взвод. Бойцы внезапно открыли огонь из винтовок, забросали врага гранатами, а затем с криком "ура!" атаковали гитлеровцев. Вражеская группа была полностью разгромлена".
   Почему армия не развила этот успех пока непонятно. Вероятнее всего, противник подтянул основные силы и остановил продвижение советских войск. Да и продвижение по долине р.Кача уже потеряло смысл. Батальон ВМУБО уже отвели, бой шел за Дуванкойский пункт, т.е. выход из долины Качи уже был перекрыт противником. Прорыв же по узкому ущелью р.Кача грозил большими потерями.
   Армия горными дорогами двинулась дальше. К следующей долине -долине Бельбека, в надежде прорваться по дороге через Ай-Петринский перевал.
  
  
  

Глава 11 Вторая попытка прорыва.

  
   4-е ноября 1941года стало последним днем советской власти в Алуште. 4 ноября в 5 часов утра по Козьмо-Дамиановскому шоссе (ул. Партизанская), в горы отправилась группа партизан под командованием С.Е. Иванова. В 14 часов из Алушты под командованием комиссара В.Г. Еременко в сторону кордона Ай-Йори вышла вторая группа партизан.
   В 8 часов в район Таушан-Базара выступил 15-й истребительный батальон под командованием старшего лейтенанта погранвойск НКВД Дудкина. В результате перестрелки остатки батальона отошли к д.Шумы (Кутузовка) В 12 часов в Алуште появились первые немецкие части, около 16 часов в результате боя, передовые немецкие войска были выбиты отходящими бойцами 1330-го полка и примкнувших к ним частей, но затем подошедшие немецкие подкрепления выдавили советские части, которые отошли по дороге к Ялте. В боях за Алушту пропала без вести большая часть 82-го армейского саперного батальона. У большинства из них в личных делах указывается: "пропал без вести при выполнении спецзадания в г.Алушта" Что это было за спецзадание- пока не ясно.
   В связи с тем, что долина Качи оказалась закрыта, армия двинулась дальше. Путей было несколько. Дорога на Алушту к вечеру закрылась, Алушту захватили немцы, поэтому по дороге Алушта -Ялта двигались лишь немногочисленные части, которые еще оставались городе и остатки 1330-го полка. Можно было спуститься по дороге через Крымский заповедник в Ялту. Этим путем пустили совсем обессиленную 172-ю дивизию (точнее ее остатки), которая с 18 октября 1941г. не выходила из боя.
   Часть подразделений к 4.11.41г. уже прибыли в Севастополь. Это были: артиллерийские полки Приморской армии (кроме трех дивизионов 134-го ГАП 421-й дивизии), штаб 25-й дивизии во главе с Т.К.Коломийцем (поэтому, понять, кто же руководил отходом, сейчас сложно), 80-й отдельный разведбат 25-й дивизии, остатки 514-го полка 172-й дивизии (103 человека), 2-й Перекопский отряд моряков, медсанбаты и тыловые части трех дивизий, части 31-го полка.
   172-я дивизия была измотана непрерывными боями и маршем, ее остатки были отправлены по дороге в Ялту. Из воспоминаний И.А.Ласкина: "Утром 4 ноября части дивизии спокойно вошли в город-курорт Ялту. Здесь мы встретились с командиром 2-й кавалерийской дивизии полковником Петром Георгиевичем Новиковым и от него узнали, что 421-я стрелковая дивизия под командованием полковника Семена Филипповича Монахова в тяжелых боях задержала продвижение врага со стороны Симферополя и удерживает Алушту. На берегу моря у причалов толпилось множество людей в ожидании пароходов и катеров для эвакуации. Но не все хотели уходить в тыл. К нам обращались женщины, пожилые люди, подростки с просьбой взять их в наши части: они хотели воевать с фашистами. Многие из них действительно пошли с дивизией в Севастополь.
   В Ялте мы достали десятка два грузовых машин, погрузили на них отдельные подразделения полков и направили в Севастополь. А 5 ноября выступили и все остальные силы. Когда они приблизились к Байдарскому ущелью, где дорога, круто петляя, проходила вдоль обрывистых скал, а внизу зияла бездна глубиной до полукилометра, водители заглушили двигатели. Попытки даже очень осторожно вести здесь машины привели к тому, что первый же грузовик упал в пропасть. За ним чуть не свалился и второй. Поэтому, оставив на дороге машины до рассвета, мы двинулись пешком и вечером 6 ноября прибыли в Севастополь". Но это не так. 747-й полк был пополнен остатками 388-го, саперным батальоном и снова брошены в бой через Ай-Петринский перевал [49]. Боевые части Приморской армии, во главе с В.Ф.Воробьевым предприняли еще одну попытку прорыва к передовым рубежам обороны Севастополя по долине Бельбека.
   Удар советские войска нанесли с двух сторон, но оба удара оказались слишком слабыми. Знаменитое наступление в районе Дуванкоя 5.11.41года, силами 80-го разведбата, двух огнеметных танков химроты ЧФ, 17-го батальона морпехоты, было не спонтанным, оно имело целью облегчить прорыв частей В.Ф.Воробьева по долине Бельбека. Одновременно, части Приморской армии попытались прорваться мимо д.Коккозы (Соколиное). Посетители Большого каньона Крыма, наслаждаясь красотами природы, даже не догадываются, что в ноябре 1941г. Здесь шли жестокие бои. Из воспоминаний Н.И.Крылова: "После того как эта колонна миновала Биюк-Узенбаш (Счастливое), откуда ужо совсем близко до выхода в равнинную часть долины Бельбека, противник еще раз преградил ей путь в районе Гавро (Отрадное), успев завладеть .господствующими над горным проходом высотами. Однако наши войска пробились и здесь, хорошо использовав гаубицы и минометы и нанеся врагу значительный урон. 5 ноября у селений Гавро и Коккозы (Соколиное) колонна с боем вышла на шоссейную дорогу, ведущую через Ай-Петри на Южный берег Крыма". Правда, сам начальник штаба Приморской армии в это время был уже в Севастополе.
   Ни один, ни другой удар не получился- слишком мало было сил. В этом бою погибла большая часть личного состава 287-го стрелкового полка 25-й дивизии и конники 2-й кавдивизии. Немецкие войска были сильнее, а у прорывавшихся частей почти не было артиллерии. И возникает еще один вопрос: а где приморцы взяли гаубицы? Вся их артиллерия была уже в Севастополе, у них оставалось лишь несколько 76мм и 45мм пушек, которые гаубицами никак не назовешь. Скорее всего, это была батарея, под командованием С. Султанова из состава 69-го гаубичного артполка. Ее потом "потеряли", но командир смог вывести орудия к Севастополю.
   Итак, дорога по долине Бельбека тоже оказалась закрыта. Оставалось одно: отход через Ялту на Форос и далее, через Байдарский перевал. Войскам вновь пришлось возвращаться на дорогу, и спускаться в Ялту. Но противник двигался буквально по пятам за отступающими частями.
   В оперативной сводке СОР за 6.11.41г. указывалось, что " 25 сд (без 31 и 54 сп), 95 сд и 172 сд остатками своих сил ведут бой в р-не Коккозы, обеспечивая вывод матчасти на Алупку; частью сил продолжают движение на Алупку.
   31 сп -- составляет резерв СОРа, сосредоточен в районе в. 154,7 -- перекресток дорог верховье долины Кара-Коба, пам. (памятник.-- П. М.), имея передовые подразделения р-не в. 269,0.
   54 сп обороняет рубеж в. 1472,6 (8 км сев.-вост. Ялты), не до­пуская прорыва противника с северо-востока на Ялту. Алуш­тинское направление обороняют подразделения пограндивизии в районе Кучук-Кой.
   7 кп обороняет рубеж Коккозы, прикрывает выход частей 25, 95 и 172 сд в район Алупки.40 и 42 кд на марше с задачей занять оборону рубежа: Саватка -- в. 302,8 -- г. Самналых.
   7 Бр. мп, 1330 сп, б-н 172 сд сосредоточены Ялта.
   Связь с частями БО -- телефонная и подвижными средствами; с 25 и 95 сд по радио; с 40 и 42 кд подвижными средствами; с 172 сд -- отсутствует"[50].
   40-я и 42-я кавдивизии прикрыли отход армии в Байдарской долине. Все дело в том, что из села Албат (Куйбышево) через перевал Бечку есть неплохая дорога в долину (существует до сих пор). Поэтому эта мера была не лишней. 72-ю пехотную дивизию немцев подвела неторопливость и ... сопротивление двух рот 262-го "Рубцовского" полка 184-й дивизии. О бое на перевале известно мало, вместе с бойцами НКВД, в бою принимал участие строительный батальон, занятый строительством укреплений Дальнего рубежа. Не зная об этом, кавалеристы "подстраховали" армию от удара во фланг.
   54-й стрелковый полк майора Петраша прикрывал отступление частей, седлая дорогу через Крымский заповедник в районе отм. 1472,6. В современных топонимах, это гора Авинда (на других картах Авунда) над Ялтой.
  
   0x01 graphic
  
   Прибрежное шоссе было перекрыто остатками 172-й дивизии, которых поддерживали орудия 1-го и 2-го дивизионов 134-го артполка. Из-за отхода стрелковых частей, в бою под Артеком погибла батарея 1-го дивизиона. В бою погибли командир 1-й батареи ст. л-т Павленко, командир 1-го дивизиона к-н Манзий и 40 человек из 1-й батареи [51].
   Уже к 5.11.41г. для немцев стало ясно, что перехватить и полностью разгромить армию не удается. В связи с этим, часть подразделений 22-й пехотной дивизии, сражавшиеся с бойцами 184-й дивизии НКВД в горах над Алуштой, сдали свои позиции 1-й горнострелковой бригаде румын, и 7 ноября начали переброску под Севастополь. Правда, переброска началась с запозданием из-за того, что командующий 22-й ПД оказался в отъезде в войсках, а нач. штаба не принял самостоятельного решения. Причем, что интересно, переброска 22-й ПД была не полной. Некоторые подразделения 22-й ПД были приданы 72-й ПД до 25.11.41г.
   Официально, последним днем отступления стало 7-е ноября 1941г. 7-го утром из Ялты ушла "Армения", а спустя несколько часов город был занят немцами. Все вроде бы так, но как-то все авторы молчат о том, что в медвежьем углу, за Форосом бросили ряд частей, не удосужившись их вывести в Севастополь, или даже известить их об отходе.
   Для современного читателя ситуация может показаться непонятной. Все дело в том, что современной Ялтинской дороги не существовало. Была только одна Ялта-Форос- Байдарский перевал. Дальше шли только узкие дороги к маяку на м. Сарыч и рыбколхозу Ласпи. Все кто оказался в этом углу, оказались отрезаны от основных сил. Здесь оказались части ВНОС ЧФ, Гидрографии ЧФ, и... целый полк 184-й дивизии (пусть даже слабого состава).
   Моряки своих попытались вывезти. Правда, удалось вывезти не всех. Мобилизованный тральщик, подошедший за личным составом маяка, был обстрелян немцами.
   Кто хоть немного интересовался историей обороны Севастополя, наверняка знают фамилию командира сводного полка НКВД Г.А.Рубцова. Но мало кто знает, что попал он в Севастополь только 17-го ноября на старых баркасах рыбколхоза.
   Батальон связи 184-й дивизии НКВД и полк Г.А.Рубцова оказались прижаты к морю в районе Ласпи. Никто не додумался вывести их в Севастополь. Приведу воспоминания К.М.Хомутецкого:
  
   0x01 graphic
  
   Из воспоминаний Н.И.Крылова: "К счастью, состояние других прибывавших частей и соединений оказалось более отрадным. В дивизии Воробьева насчитывалось до четырех тысяч бойцов и командиров, почти столько же -- в Чапаевской. Все части нуждались в основательном доукомплектовании, но даже в наиболее поредевших сохранились в значительной мере командные кадры, работоспособные штабы. Артиллерийские полки, участвовавшие в горном марше, сберегли, как ни трудно это было, свою боевую технику. Скажу тут же, что за последующие недели наши части (в том числе и стрелковый полк Устинова) пополнились не только новыми, но также и... старыми своими бойцами. Не все, кого уже вычеркнули было из списков, выбыли из строя окончательно!
   В горах и на подходе к ним, в крымской степи, немало приморцев оказывались отрезанными от своих, попадали в окружение. Те, кому удавалось из него вырваться, двигались дальше самостоятельно. Куда держать путь, они знали: предвидя, что в складывавшейся обстановке таких случаев вряд ли удастся избежать, командарм еще в Экибаше распорядился, чтобы командиры объявили всему личному составу: армия идет к Севастополю.
   В течение почти всего ноября через фронт в Севастополь пробивались и мелкие, и довольно крупные группы бойцов, а нередко и целые подразделения во главе со своими командирами. Одну из групп, успевшую установить связь с партизанами, привел артиллерист майор А. А. Бабушкин, назначенный вскоре командиром 51-го артполка. С другой группой бойцов пробился, тоже с помощью партизан, батальонный комиссар П. С. Праворный -- будущий военком богдановского полка". Анализ численности частей Приморской армии, показывает, что "неорганизованно" вышло очень много бойцов.

Глава 12 Уроки операции.

   Когда задают вопрос: "А зачем же все-таки существует такая наука, как история?" Традиционно следует ответ: "Для того чтобы извлекать уроки из прошлого". К сожалению, анализ последних работ по истории, показывает, что сейчас историком считается тот, кто может грамотно переписать ссылочки на исторические документы из других работ или тот, кто смог подогнать найденные документы под свою теорию, ничего не объясняющую и не дающую полезных знаний.
   На мой взгляд, такой подход ведет к полной стагнации в исторической науке, ибо такая работа смыла не имеет. К, сожалении должен констатировать, что годы идут, а ничего не меняется. И даже сегодня, спустя столько лет, боеспособность корабля определяется блеском надраенной бронзы, а боеспособность сухопутной части, чаще всего, определяется блеском сапогов личного состава. Вместе с тем, в экстремальной ситуации, часто те, кто на службе считался худшим офицером, становятся лучшими командирами. Примером тому, может служить биография майора Курганова (69-й артполк). В мирное время, этот офицер имел взыскания, по воспоминаниям, любил выпить, но поле гибели командира полка, приняв командование, стал одним из лучших офицеров-артиллеристов. Именно его 76мм дивизионные орудия прикрыли отход 287-го полка во время второго штурма. Артиллеристы вели огонь прямой наводкой с короткой дистанции, затем быстро снимались и меняли позицию. О действиях его артиллеристов неоднократно писали газеты.
   И, наоборот, те, кто достиг вершин и званий в мирное время, в боевой обстановке оказались никчемными и трусливыми командирами. Мирное время делает армию обычной конторой, где платят хорошие деньги. Так было и тогда, лейтенант после училища, получал вдвое больше начальника цеха большого предприятия. Любопытно, но если сейчас произойдет экстремальная ситуация (не хотелось бы, но все в жизни бывает), все будет идти по тому же сценарию, как в 1941-м или, к примеру, в 1812-м году. Мы уроков, к сожалению, не извлекаем. Но это мое личное мнение. Разделять или нет -это личное дело каждого. Но это все лирика.
   Какие же выводы можно сделать из анализа описанных событий? Прежде всего. Слабой стороной нашей армии всегда была слабая подготовка и организация операций. Эвакуация Одессы в этом плане стала позитивным исключением. Но, самое интересное, что основной объем подготовки этой операции был выполнен не И.Е.Петровым, а его предшественником, генералом Софроновым.
   Организация отправки Приморской армии не выдерживает никакой критики. Да, для этого есть объективные причины, нехватка ресурсов, транспорта и.т.д. Но...
   Опыт этой операции четко показывает, что одна дивизия, оснащенная всем необходимым, имеющая боезапас и артиллерию, гораздо эффективнее, чем три или, даже четыре, но слабо оснащенные. Выброска частей, слабо оснащенных артиллерией и боезапасом частей, привела лишь к большим потерям личного состава и техники.
   Обратимся к потерям. Анализ этих цифр может дать достаточно любопытную информацию. Возьмем, в качестве примера 25-ю Чапаевскую дивизию Уходило в Северный Крым 9,3 тыс. человек, вернулось, 4,2 тыс. Всего потери 5, 1 тыс. Я специально не привожу "точные" цифры, ибо в реальности, они весьма приблизительны, нормальный учет потерь не велся.
   Из них 3,9 тыс. пропавшими без вести, 853 раненых, 54 заболевших, остальные -убитыми. Для сравнения даю структуру потерь немецкой 22-й пехотной дивизии за этот же период: 89 убитых, 367 раненых, 5 пропавших без вести. Вопрос не в количестве убитых и раненых, а в структуре потерь. 3,9 тыс., это 76% от общего количества, жирное пятно на репутации наших командиров верхнего звена. О слабом верхнем звене командования говорит и то, что "организованно" вышло менее 40% личного состава дивизии, в основном штаб, медсанбат, тылы. Остальные части вывели "инициативные командиры", по званию, до старшин-сверхсрочников включительно.
   Как ни странно, но младший командный состав сыграл важную роль в более или менее благополучном выходе многих частей. Особенно это касается частей НКВД. Гитлер говорил: мне не нужен Гинденбург, мне не нужны 100 Гинденбургов, дайте мне 100 тыс. подготовленных фельдфебелей, и я покорю мир". Определенная правда в этих словах есть. Грамотнее всего, действовали те командиры, военная биография которых начиналась не в офицерском училище, а со службы в армии. К слову сказать, в Германии существовала практика: офицерское звание не давалось без выслуги в армии на рядовых должностях. Еще одно любопытное наблюдение: грамотнее всего действовали офицеры, с хорошей теоретической подготовкой: артиллеристы, зенитчики связисты. Отход артиллерии и зенитных войск это показал четко. В отчаянных условиях, командиры все же смогли сохранить материальную часть.
   Откровенно говоря, даже по послевоенным воспоминаниям, хорошо видно, кто каким командиром был. У тех командиров, чьи действия были успешными, воспоминания написаны четко, ясно, с привязкой к местности, с анализом, цифрами и.т.д. Воспоминания же командира дивизии состоят из баек, историй, написанных политотделом, лозунгов и откровенного вранья (извините за резкость оценки). Но это субъективная оценка, объективной цифрой показывающей качество командования все же является процент пропавших без вести. К слову сказать, даже в 95-й этот процент намного ниже.
   Пропавшие без вести, это "утерянные" при отступлении подразделения, это разбежавшиеся ополченцы, это брошенные на передовой части, о которых "забыли". Это следствие еще одного недостатка нашей армии: низкой исполнительности и плохой связи штаба с частями и между подразделениями. Это следствие того, что отсутствовало единое жесткое руководство.
   Успех в критической ситуации, чаще всего, определяется наличием жесткого единого руководства, которое действует по четкому, согласованному плану, который неукоснительно выполняют подчиненные. Демократия в экстремальной ситуации -гарантия поражения. Как, впрочем, и двоевластие. Я говорю об институте комиссаров, сыгравшем во многом отрицательную роль в командовании войсками. Командир должен быть один. Он должен принимать решения, и нести за них ответственность. Подчиненные должны четко выполнять приказы, нравится это им или нет. "Армия львов под командованием барана, гораздо слабее армии баранов, под командованием льва". Эти слова были сказаны 2,5 тыс. назад. История показывает, что часто самый безумный план, при четком руководстве и четком исполнении бывает успешным. Примером может служить выход большой группы судакских пограничников, которые пройдя через пол-Крыма.
   Вот этого, к сожалению, и не было при отходе Приморской армии. Зато шла постоянная смена руководства отступлением, и "отбытие" старших командиров в относительно безопасный Севастополь. Сначала туда "отбыл" командующий войсками Крыма, потом командующий Приморской армией, потом штаб Приморской армии, потом, и командующий 25-й дивизией Т.К.Коломиец. "Убытие" шло без передачи дел, и не удивительно, что многие части просто "потерялись". Но пример подала Ставка, сменившая Ф.И.Кузнецова, ранее командовавшего войсками Крыма, на вице-адмирала Г.И.Левченко. Генерал-лейтенант Кузнецов улетел в самый критический момент, не передав дела. Аналогично поступил и Г.И.Левченко, "отступив" в Алушту в самый критический момент, аналогично поступил и генерал Петров, оставив войска в критической ситуации, так же поступил и Ф.С.Октябрьский, оставив Севастополь накануне критической ситуации. С точки зрения "кабинетной тактики" -это решение правильное. Переложить ответственность на другого несложно, но с точки зрения дела, это преступление.
   Трусость и хитрость-это способ выживания одного человека, мужество и честь -это способ выживания коллектива. Но... в современных условиях в одиночку, человек не выживет. Как не может победить армию один, (пусть даже самый гениальный) полководец.
  
   Ссылки
  
   [1] "Оборона Одессы советскими войсками в августе-октябре 1941 года" Воениздат 1950г.с 347
   [2] "Оборона Одессы" А.С.Юновидов Приложение 4.
   [3] Материалы архива ММФ Фотоархив автора.
   [4] политдонесение N0135 комиссара 69АП батальонного комиссара Арбузова от 19.10.41г. архив НМГООС
   [5] политдонесение N00601 комиссара 25СД бригадного комиссара Степанова от 20.10.41г. архив НМГООС
   [6] Отчет штадива 95 от 19.10.41г. Архив НМГООС
   [7] там же
   [8] "История 134ГАП" Приложения к воспоминаниям Ященко архив НМГООС
   [9] "Армейские зенитчики". Воспоминания А.С.Овагимяна
   [10] приказ N043 штадива 95 архив НМГООС
   [11] С.Ф.Монахов. Рукопись. Частная коллекция рукописей.
   [12] Т.Ф.Крохмалев. Воспоминания. Архив НМГООС.
   [13] ЦАМО ф. 288, оп. 9912, д. 2
   [14] Донесение 00608 от 10.11.41г. архив НМГООС
   [15] ЦАМО ф. 288, оп. 9912, д. 2
   [16] там же.
   [17] "История 134ГАП". Приложения к воспоминаниям Ященко архив НМГООС
   [18] П.А.Моргунов "Героический Севастополь" М. "Наука", 1979г. С.101
   [19] Т.Ф.Крохмалев. Воспоминания. Архив НМГООС.
   [20] Журнал боевых действий 2-й кавдивизии. Фотокопия. Архив НМГООС.
   [21] Журнал боевых действий 54СП Фотокопия. Архив автора
   [22] Копия приказа. Архив НМГООС.
   [23] МГООС. Сборник документов к военно-научной конференции 1966г. Том 3
   [24] Донесение N0138. Фотокопия. Архив автора.
   [25] Воспоминания Ященко. Рукопись. Архив НМГООС
   [26] Tagebuch der 50. Infanterie-Division. Фотокопия. Архив автора.
   [27] В.П.Папаев. Воспоминания. Рукопись. Архив НМГООС
   [28] А.Ф.Наконечный. Воспоминания. Рукопись. Архив автора.
   [29] Воспоминания Ященко. Рукопись. Архив НМГООС
   [30] В.Минчарко. Воспоминания. Рукопись. Архив автора.
   [31] П.К.Зайцев. Воспоминания. Материалы военно-научной конференции 1966г. Архив НМГООС
   [32] А.А.Косенко Воспоминания. Рукопись. Архив автора.
   [33] Tagebuch der 50. Infanterie-Division. Фотокопия. Архив автора.
   [34] С.П.Баранов. Воспоминания к ХХ годовщине победы. Архив НМГООС.
   [35] И.А.Ласкин "На пути к перелому" сайт "Проза войны"
   [36] Kriegstagebucher und sonstige Unterlagen BA/MA
   [37] ЦАМО ф. 288, оп. 9905, д. 12
   [38] Д.И.Пискунов. Рукопись доклада к конференции. Фотокопия. Архив автора.
   [39] А.А.Косенко Воспоминания. Рукопись. Архив автора.
   [40] А.М.Никонов. Рукопись. Архив НМГООС
   [41] Материалы Севастопольской городской исторической комис­сии. Т. 6. Архив НМГООС
   [42] Е.А.Игнатович "Войска ПВО в обороне Севастополя" Рукопись. Архив автора.
   [43] Приказ на оборону Крыма 51-й армией 18.08.1941г. Фотоархив автора.
   [44] К.С.Шейкин. Воспоминания. Материалы городской исторической комиссии т.6 Архив НМГООС
   [45] К.М.Хомутецкий Воспоминания. Архив НМГООС.
   [46] Частная коллекция V.Nitu.
   [47] Г.В.Воинов. Воспоминания. Архив НМГООС.
   [48] В.Котенев. Воспоминания. Рукопись. Архив автора.
   [49] Воспоминания М.Ф. Семененко. Фотокопия. Архив НМГООС.
   [50] ЦВМА, ф. 83, д. 9589
   [51] Воспоминания Ященко. Рукопись. Архив НМГООС
  
      Библиография
         Анализ применения береговых войск и морской пехоты в Великой Отечественной войне // Научно-технический отчет о НИР; научн. рук-ль Е. П. Абрамов. Шифр "Штурм". УДК. Инв. N 148. -- СПб.: ВМИИ, 2005.
      Ачкасов В. И., Павлович Н. Б. Советское военно-морское искусство в Великой Отечественной войне. М.: Воениздат, 1973.
      Басов А. В. Флот в Великой Отечественной войне 1941-1945: Опыт оперативно-стратегического применения. М.: Наука, 1980. 304 с.
      Боевая летопись Военно-морского флота 1941-1945. Г. А. Аммон [и др.]. -- М.: Воениздат, 1983. 496 с.
      Ванеев Г. И. Черноморцы в Великой Отечественной войне. Воениздат, 1978.
   Ванеев Г. И. Севастополь. Хроника героической обороны. Украiна 1990г.
      Васьковский Я. Я. Мы -- из Чапаевской. М.: Молодая гвардия. 1986.
      Воробьев В. Ф. Оборона Одессы в 1941 г. Сборник военно-исторических материалов Великой Отечественной войны, вып. 12. М.: Воениздат, 1954.
   Жидилов Е.И. Мы отстаивали Севастополь
      Крылов Н. И. Не померкнет никогда. М.: Воениздат, 1969.
      Кузнецов Н. Г. Курсом к Победе. М., 1975.
   Ласкин И.А. На пути к перелому М. 1976.
   Моргунов П.А. Героический Севастополь М. Наука 1985г.
      Одесса в Великой Отечественной войне Советского Союза. Сборник документов и материалов. Т. I, II, III. Одесское обл. издательство. 1947-1949.
      Пограничные войска в Великой Отечественной войне. Сб. документов. М.: Наука, 1968.
      Платонов А. В. Энциклопедия советских надводных кораблей 1941-1945. СПб.: Полигон, 2002.
      Тюленев И. В. Через три войны. М.: Воениздат. 1960.
      Украинская ССР в Великой Отечественной войне Советского Союза 1941-1945 гг. Т. 1. Киев: Политиздат. 1975.
      У черноморских твердынь. Отдельная Приморская армия в обороне Одессы и Севастополя. М.: Воениздат. 1967.
      Хорьков Г. И. Советские надводные корабли в Великой Отечественной войне. М.: Воениздат, 1981.
      Хроника Великой Отечественной войны Советского Союза на Черноморском театре. Вып. 1. С 21 июня по 31 декабря 1941 г. М.--Л.: Управление морского издательства НКМВФ СССР, 1945.
      Хренов А. Ф. Мосты к победе. М.: Воениздат, 1982.
      Юновидов А. С. Десанты 1941 года. М.: Яуза, 2009.
      Axworthy Mark, Cornel Scafes, Christian Graciunoiu. Third Axis-Fourth Ally: Romanian Armed Forces in the European War 1941-1945. Arms and Armour, London 1995.
      Nafziger George F. Romanian Order of Battle in World War II. West Chester 1995.
      Gheorghe Silea, Mihai Retegan. "June 1941: The Fourth Army's Preparation for the Offensive". Revue Internationale d'Histore Militaire. Edition Roumaine, Bukarest 1992.
      Hubert J. Kubersky. Sojusznicy Hitler a. Militaria N 3, Warszawa 1993.
      Alesandru Dutu, Mihai Retegan, Marian Stefan. Romania in al doilea razboi mondial. -- Magazin istoric, 1991.
      Dutu A., Dobre F., Loghin L. Armata Romana in al doilea razboi mondial (1941-1945). -- Dictionar Enciclopedic, Editura Enciclopedica, 1999.
   Nitu V. Manstein's Romanians in the Crimea 
   Nitu V. Romanian troops in WW II
   Werner Haupt Die deutschen Infanterie-Divisonen
   Schmitz/Thies Die Truppenkennzeichen... der deutchen Wehrmacht u. Waffen-SS
   Klaus-Jurgen Thies Der Zweite Weltkrieg im Kartenbild
   Сборник Das Reichsheer und Seine Tradition
   Alex Buchner The German Infantry Handbook 1939-1945
   Friedrich-August von Metzsch Die Geschichte der 22. Infanterie-Division 1939 - 1945, Podzun, Kiel 1952
   Georg Tessin Verbдnde und Truppen der Deutschen Wehrmacht und Waffen-SS im Zweiten Weltkrieg 1939-1945.
   Pipes, Jason. "22.Infanterie-Division". Retrieved April 2, 2005.
   Werner Haupt: Die deutschen Infanterie-Divisionen, Podzun-Verlag
   Kriegstagebucher und sonstige Unterlagen BA/MA
   Kriegsgliederungen der 11. Armee RH 20-11
  
  

Оценка: 7.54*7  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com С.Нарватова "4. Рыцарь в сияющих доспехах"(Научная фантастика) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) Ю.Ларосса "Тихий ветер"(Антиутопия) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) Н.Изотова "Последняя попаданка"(Киберпанк) О.Бард "Разрушитель Небес и Миров. Арена"(Уся (Wuxia)) М.Ртуть "Попала, или Муж под кроватью"(Любовное фэнтези) Л.Малюдка "Конфигурация некромантки. Адептка"(Боевое фэнтези) М.Юрий "Небесный Трон 1"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"