Съехавший с катушек видеомагнитофон подавился первым клипом "Зверей" - закрутил его туда-сюда на разных скоростях, попутно перемешав с "Днем сурка" и парой тарантиновских блокбастеров. Ох уж эта здоровенная детина! Властитель дум, что и говорить. Крутые машины, крутые пушки, "киски", "дерьмо", "бабки", "недоноски", "сучки" и "цыпочки", которых, конечно же, "трахают". Яркие декорации, в которых юнайтед-киндомские и юнайтед-стэйтовские мастера играют свои задорные трешевые пьесы. А когда действо заканчивается, и актеры под аплодисменты публики уходят за кулисы, когда свет гаснет и сторож запирает служебный вход...
На сцене появляется ее величество фантастика. Магическое сияние озаряет неубранные декорации, забытые впохыхах костюмы, бутафорские автоматы и доллары, вырезанные из журнала "Космополитен". Оживают старые герои - толстый, неуклюжий полицейский, которому всегда ровно полгода до пенсии, крэйзи сайнтист, одержимый своей маленькой вендеттой, тупой и психованный рогоносец - и эта странная труппа начинает играть другой, ни на что не похожий спектакль...
Про дом, который построил Джек, слышали все. Но никто знает, зачем он был построен - никто, кроме автора пьесы. Оказывается, бедному Джеку просто надоел весь этот звериный хоспис - синица-клептоманка, кот-маньяк, пес без хвоста и безрогая корова. И он построил дом, особый, темпоральный: с временными коридорами и хронологическими подвалами. В этом доме каждый день повторяется одно и то же: вороватая синица грабит чулан, убивая пожилую ключницу, у дверей сталкивается с собакой, а после - с котом. Кот, врезавшись в синицу, погибает, а гнавшийся за ним пес возвращается в будку, чтобы найти там кота, который нагло уплетает его "Чаппи". Рассвирепев, он кидается на вора, не зная, что в этот момент корова падает из окна прямо в мусорный бак, чтобы на следующий день снова выломать двери чулана, в котором пшеница хранится, в доме, который построил Джек. Уффф! Кажется, ничего не перепутал.
Месть, которую придумал Джек, конечно, оригинальна и страшна. Незавидная участь "зацикленной" четверки смягчена тем, что этой зацикленности никто не осознает. Вот если бы несчастные мучались, как герой "сурковского дня", страдали - вот это был бы настоящий смак, достойный истинного злого гения.
Что до смерти, то ее удостоились всего двое, зато - неограниченное число раз. Кенни Маккормик номер айн:
"Ник летел с капота "Мустанга". Лобовое стекло машины превратилось в мозаику, тело Ника кулём врезалось в столб. Виктор понял:
- Я убил его..."
- Сволочь!
Вторым стал тот самый охранник, так и не доживший до пенсии. Его мочканули просто так, для остраски, чтоб другим неповадно было:
"Борис хладнокровно пристрелил жирного охранника, сидевшего у входа"
"И так каждый день", - успел вздохнуть толстяк, - "чертова работа. Пора увольняться из этого долбаного банка".
Рассказ порадовал. Читая такие истории, понимаешь, что существует кое-что пострашнее меня. Героев жаль: у них, застрявших во времени, нет будущего... У рассказа - есть.
В скромных размеров миниатюре - глобальнейшие, планетарные события. А большому кораблю, как известно, положены большие крысы, поэтому меньше чем на миллион смертей автор не разменивается:
"...существа, которое уже выжгло огнём с орбиты крупные города"
Знаете, не слишком-то мне нравятся эти оптовые заказы. Шагает по Нью-Йорку или Токио какая-нибудь очередная Годзилла, ломает картонные небоскребы, грозно сучит лапками - только успевай косой махать. А на помощь человечеству уже спешат могучие Рейнджеры, Ультрамен, Супермен, Спайдермен, Сейлормун, Сулейман, Седуксен (нужное подчеркнуть). Так и на этот раз: прилетело чудо, выжгло столицу-другую - для пущей наглядности, как давешнего охранника-жирдяя.
Люди в спешном порядке наскребли дюжину гениев, тех, что еще не сошли с ума и не озлобились, быстренько сделали пару фундаментальных открытий, за три часика построили непобедимую машину... Вот они люди, каковы - пока гром не грянет, не почешутся! Нашли добровольца, облучили его альфа-, бета- и омега-лучами, напоили тритиевой водой, накормили изотопами, затравили радиоактивными пауками, и, когда бедняга изрядно смутировал, отправили на бой с супостатом. И тут встал интересный вопрос: что делать Супермену, когда Лексы Лютеры повывелись?
Что творилось в черепушке у избранного, автор не рассказал. А ведь это самое интересное: не каждый согласится стать богом, провести остаток вечности в недрах гигантской машины, упиваясь всемогуществом. Это надо иметь особо закрученные извилины, а такими может похвастаться не каждый доброволец, даже нажравшийся урана.
Боюсь, рассказ не жилец. Выкосят его жюристы - за язык, тяжелый, как Солнечный молот, и слишком невнятный для миниатюры.
И хлопнул все человечество! А точнее даже два - чего мелочиться?
"Ваши расы будут полностью уничтожены"
Мне это естественно, не по нраву: чтобы обслужить такую кучу народа, придется работать в три смены. Кто мне заплатит за сверхурочные? Уж точно не эта "бесформенная масса", которая прикидывается богом и выражается фразами типа "... вы не захотели идти по пути ко мне. Вы пошли по пути от меня".
Разочаровали его люди. Не оправдали оказанного им высокого давления. Придирки старые, еще со времен Всемирного Потопа. Любил я вас, дети мои, любил, но вы съели кусок мяса, и придется вас укокошить и заменить более новой и совершенной моделью. Как в известном анекдоте: ну что, этих перевоспитаем или новых наделаем?
Этому, конечно, есть объяснение - бог эволюционирует, растет, и старые игрушки его уже не устраивают. Плюшевого мишку - в утиль, даешь Дарта Вейдера с набором разноцветных мечей! Бог стремится к совершенству, значит, он несовершенен, значит, это и не бог вовсе, а какая-нибудь высшая раса. И будет он апгрейдится и апгрейдится, создавая и убивая выводки очередных "горячо любимых" детей. Печально.
А жюристы - выкосят, несомненно. Они у нас товарищи начитанные. "Где-то мы вас уже видели, - скажут они, хитро прищурившись, - и бога, разгневанного на созданий своих, и корпорацию "Небо", и уничтоженное высшим разумом человечество...
Говорят, у компьютерных персонажей - саперов, диггеров и братьев Марио - есть свой собственный Смерть. Честно скажу, не знаком с этим субьектом. Говорят, он вообще невидим, и о его приближении можно догадаться только по печальной мелодии или издевательскому смеху - в зависимости от характера разработчиков игры.
Если вы считаете, что этот Смерть для людей не опасен, то автор вас с радостью переубедит. Решил как-то один менеджер, офисная крыса, поиграть в рабочее время. Открыл "тетрис", начал двигать кирпичи, тут - р-рязь! - и он уже стоит в глубоком колодце, а сверху падают булыжники. Манагер скрывается в норе, но там его уже ждут шустрые прожорливые твари и мешочки с золотом. Бедняга вылезает на поверхность - и оказывается на минном поле. И так далее, см. "Принц Госплана".
Ах да, рассказ не про тетрисы и минеры, а про "Варкрафт", в который я, простите мою темноту, никогда не играл; такой уж я невежественный Смерть. В остальном - все то же самое плюс всякие "нехватало" и "растроенно". Кто кого убил, кто чей плотью закусил и кто какой уровень за это получил - пересказывать не хочется.
Рассказ жаль. Наверняка в первом туре на него напустят драконов, големов и упырей, высосут кровь, потом оживят на темном алтаре, еще раз убьют, достанут из трупа книгу, прочтут и поднимутся на три уровня. Вот! Уже и я кое-что понимю в этих играх!
Ух ты, про меня рассказик! Имя придумали забавное, "Суэртэ". Что-то среднее между русским "смерть" и испанским "муэрто"? А, понял, это чтобы главный герой не догадался! А так - человек в черном плаще, который никогда не проигрывает в казино, ходит сквозь стены, откуда-то знает о герое и нанимает его кидать в огонь монетки... Ничего подозрительного, правда? Ай да хитрец автор, ловко завуалировал! И герой не подкачал, догадливая бестия - только на шестидесятом трупе до него дошло: тут что-то нечисто!
"Смерть знакомых, смерть друзей, настала очередь близких. Пришло письмо из деревни. Похороны. Родителей. Милиция сообщила, что нашлась жена. Мертвая. Жизнь угасала, как те "монетки" из кувшинов тлели в каминном огне. Монеты? Монеты!"
Жена упала, Штирлиц насторожился.
Слишком много допущений. И вообще, не люблю, когда у меня отнимают работу всякие подозрительные самозванцы-диспетчеры! Куда отправят этот рассказ господа судьи? При отстутствии более крупных монеток - в камин.
Я сначала испугался - опять Армагеддон! Но потом прочел вторую половину названия и успокоился. Рассказ-перевертыш о виртуальном путешествии в опустошенный пятым ледниковым периодом город. Вороны, бомжи и проститутки - верные спутники всякого апокалипсиса. Популярный писатель, грабящий пустые магазины, отлично вписался в эту компанию.
"У смерти много возможностей, а лицо всегда одно, и на нем безмятежность и холод"
Ну, вулканолог, свалившийся в кипящую лаву, мог бы с вами поспорить. Шучу. Изобразили вы меня красиво, но как-то нереально, кукольно. Пустые шопы - а куда делись продавцы? Прохожие, Шойгу, в конце концов? Уехали, закопались поглубже в сугроб, чтобы не смущать бомжей и ворон своими посиневшими лицами? В общем, схалтурили господа виртуальщики. Им бы "Вавилонскую Б." Веллера почитать! Вот уж кто мастерски описал конец света в отдельно взятом городе - там и холодная смерть, и горячая, и от урагана, и от вулкана, и от мора, и от потопа. Словом, на любой вкус.
Было бы хорошо, если бы писатель-мародер покрепче дружил с запятыми и дефисами. Вот подружится - и придаст этому любопытному рассказу достойную форму.
Красиво. Черт возьми, красиво. В лучших традициях дореволюционных литературных сказок. Я сразу вспомнил те благословенные времена, когда я был еще маленьким Смертенком во-от с такусенькой пластмассовой косой и в розовом капюшончике. Мама читала мне на ночь волшебные сказки - про то, как волку вспороли брюхо, как лиса скушала колобка, как царя сварили в кипятке. Чудесные истории...
Стиль захватывает, увлекает и несет, "сквозь заросли колючих кустов и древних лиан"... Я даже не удивился, откуда в русском лесу лианы - околдовал автор, околдовал. Симпатичный рассказ, симпатичная гибель:
"А когда на поверхности болота осталась одна голова, Кикимора схватила его за пышные черные локоны и, оттянув, ловко соскребла их ножом вместе с кожей. Потому что договорились они с ведьмой, что взамен колдовства принесет ей Кикимора человечьи волосы"
Такая вот ведьма из племени ирокезов, охотница за скальпами. Зачем колдунье сей экзотический трофей, я так и не понял. А еще не догнал, к какому селу и городу в этой истории девушка-горбунья. Как будто из другой сказки приблудилась, а скорее всего, из сценария к американской комедии про тинейджеров. Очень похоже, сами посудите: первый парень в колледже, весельчак и заводила, вместе с парочкой приятелей из школьной футбольной команды издевается над забитой уродиной-ботанкой. Потом заключает пари, что сумеет ее соблазнить... Ох, дэжа вю, дэжа вю!
И как подсказывают мне сетевые эксперты по сказкам, кикиморы водятся не в болоте, а на дому. Поэтому героиня рассказа - эльф! Однозначно. Эльф в его исконном, народном облике, каким он был до того, как Вильям на пару с Джоном-Рональдом вымыли, переодели и причесали этого фольклорного монстрика. Настоящий эльф мал росточком, мохнат, уродлив и злобен, ибо срисован с британского партизана-язычника. Все остальное - косметика и грамотный пиар.
Что ждет рассказ в первом туре - судить не берусь. Эльфы народ загадочный...
Само название подкупает. Когда о тебе рассуждают - это всегда любопытно. С другой стороны, что может быть интересного в естественной смерти? Согласитесь, инсульт и аденома простаты не так зрелищны, как, скажем, стокновение с марсианским крейсером или расстрел фаерболлами. Какая-то не слишком героическая кончина.
Но если взглянуть поглубже, на микроуровень, откроется такое... Тысячи бифидобактерий погибают от гигантских цунами, среди лейкоцитов свирепствует атипичная пневмония, и не видно конца братоубийственным войнам между кариозными монстрами и грибками перхоти... Какая же крохотная коса нужна для таких крошек?
Сюжет таков: гигантский Гулливер, он же Господь Бог, мучается радикулитом и с презрением наблюдает, как плющит от этого радикулита несчастных лилипутов.
"Кожа моя высыхает и шелушится, как старая сосновая кора, дыхание неровно и зловонно, и на голове моей осталось не так уж много волос. И они там, внизу, задыхаются от жаркого отравленного воздуха, маются животами от грязной воды и ютятся в каменных щелях, вместо того, чтобы разгуливать свободно по всему их игрушечному мирку"
- Вы утомили меня, ничтожные червячки...- вздыхает болезный господь. - Плевать мне на вас, понятно? Что, загибаетесь? Ничем не могу помочь.
Как ничем? А врачи? А китайская медицина? А диета и бег по утрам, здоровый образ жизни? Может, стоит перестать думать о смерти и попробовать сделать шаг к излечению? Но нет, герой, похоже, тащится от масштаба трагедии, от значимости собственной подагры; герою приятно, что столько гуманоидов гибнет из-за его фурункула.
А ведь из этой идеи можно было сделать замечательный рассказ для детей на тему "Береги здоровье смолоду!" Мол, занимайтесь спортом, ребята, иначе миллиард микроскопических человечков погибнет под завалами холестерина! А что, отличный стимул!
А вместо этого - еще один безответственный Бог. Кариозных монстров жалко!
Прекрасное далеко, как это часто случается в фантастике, оказалось довольно жестоко. Герой, замороженный в далеком будущем и растаявший в еще более далеком, оказывается на планете обезьян. Вернее, планете кошек и птиц, сражающихся за место под куполом. Как они успели мутировать за двадцать лет и почему язык меняется медленнее, чем генотип - непонятно. Вы уже заметили, я многого не понимаю в рассказах; это все из-за того, что вместо головы - пустой череп. Вот и сейчас мой череп не догнал, за что Петр так ненавидит Ганса. То ли коварный бундес заманил героя в криокамеру против его воли, то ли они вместе решили побывать в будущем, а Петр, отморозок эдакий, просто вымещает зло на товарище.
"- Ганс. Взорву тебя - что дальше? - Поднявшись, Пётр смотрит сквозь крышку саркофага. - Умирать с тобой не хочу. Пойду наверх. Сволочь ты. Так и так я остался в этом времени"
Так или иначе, а Петру этому, кем бы он ни был, я сопереживал. И картинку чувствовал в полном объеме и верил этой картинке, несмотря на выкрутасы генетики, продажной девки литературы, которая распоясалась окончательно. Рассказ живой и может дожить до второго тура, если не заклюют его людоптицы из будущего.
Да, а фамилия у Петра прикольная. Неужели родственник того самого Карлоса?
Нас со стоматологом люди почему-то не любят. Все время пытаются увильнуть от встречи, обмануть, подтасовать; взять хотя бы давешнего обозревателя, мир его праху. Даже когда Стикс переплыт, и клиент казалось бы, бесповоротно остыл, находятся фантазеры, мечтающие эту смерть отменить. Вернуться в прошлое, переписать историю...
Для героини рассказа такие переписки закончились трагично:
"Догадка приходит с визгом тормозов, и падающем на меня лобовым стеклом"
И это еще не самое страшное. Изюминка в том, что героиня, сделав темпоральный коленкор, с лихвой реализовала свой комплекс Электры и стала собственной матерью. Это, пожалуй, так же круто, как тот мужик, сменивший пол и женившийся на самом себе. И удивительны даже не физические и генетические парадоксы, а фантастический склероз автомамы. Это ж надо: не узнать своего отца, пусть даже молодого, и свою фамилию! Как же она хотела предотвратить папину смерть, если ничего о нем не знает? О чудесных совпадениях уже не говорю. Можно считать, что автор сценария для блокбастера "Назад в будущее-4" найден.
Есть мнение, что многих исторических катаклизмов можно было избежать, сделай чья-нибудь мать в свое время аборт. Не родился бы тиран, глядишь, все и обошлось бы...
Но автор пошел еще дальше. Его герой, бывалый вояка, отстреливает злодеев на минус первом триместре, еще до того, как злодеевы родители явятся на первое свидание. Он избавлен от мучительных раздумий: кем станет вот этот эмбрион? Кто из него вырастет - вождь мирового пролетариата Ленин или бездарный юрист Ульянов? Фюреры и деспоты идут к нему уже готовенькие - с челками, свастикой, ожерельями из ушей и даже головами младенцев. Интересно, они так и вылезут из животика - на конях, с автоматами наперевес?
Впрочем, для притчи эти условности допустимы. Как и "странная немочь, сродни которой только дурманные сны наяву", происхождение которой не известно ни герою, ни автору. Зато она объясняет, как удалось просочиться в мировую историю Гитлеру, Нерону и почему-то Чингизхану. Вообще-то после книг Гумилева я не особенно верю ни в демонический образ монгола-кочевника, ни в роль отдельных извергов в истории. Пассионарность - сильная штука, ее из базуки не убьешь, у нее всегда имеется достаточно потенциальных гитлеров.
А сюжет рассказа мне симпатичен. Солдат, в одиночку охраняющий наш хрупкий мирок, без патронов и, судя по всему, без зарплаты. На шести сотках и голом патриотизме. На таких, наверное, и стоит мир - вы это имели в виду, автор?
Жюристы, наверное, не оценят. А я в "лайте" поддержу.
Насколько я знаю, этот рассказ задумывался как провокация. Автор хотел "глумиться над жюри, топча чувство прекрасного грубыми армейскими сапогами" - а жюристам-то понравилось, они тоже не ханжи и не косные пуритане! Конечно, рассказы-провокации оценивать сложно. Похвалишь - автор доволен. Поругаешь - автор доволен еще больше, провокация-то удалась! Ну, максимум удовольствия не обещаю, но...
Жил-был маленький мальчик Владик. Его все обижали, грабили, а его девочка спала с другими ребятами. Тогда Владик пошел к одному черному волшебнику, который жил в подземелье, между ларьком с кассетами и нищей старушкой.
- Дядя Волшебник, сделай, пожалуйста, так, чтобы меня не чмыряли другие ребята!
- Йоу, мазефака! - делая странные пасы руками, Черный Волшебник начал читать свое страшное заклятие. - Вотс зэ шит! Вайт гай гоу эвэй! Фак оф!
С этими словами Волшебник ударил мальчика по голове волшебной бейсбольной битой, и тот превратился в злобного отморозка.
- Круто, матьтвою! - радостно воскликнул Владик и, отобрав у Волшебника биту, отправился гулять по городу, раздавая удары направо и налево. Но к вечеру его заела совесть и он снова пришел в то самое подземелье.
Волшебник поначалу упрямился, не хотел говорить по русски и даже пытался убежать, но Владик урезонил его при помощи четырех волшебных слов, произнесенных с различными вариациями.
- Ладно, ладно, вот тебе чудесные розовые очки, только по голове не бей, - сказал Волшебник, держась за разбитые в кровь толстые губы.