# Король-чужак. Прода от 03.02.19

Владимир Никитюк

Читать сначала


--------------------- Обновление от 03.02.19 ----------------------

- Злак, из которого делается серая каша, хорошо известен. Да вот только если его собрать и сварить, получится блюдо не очень вкусное. Значит, аборигены его каким-то особенным обрабатывают. Но вот как - никто понять не может.

- Странно это звучит, - засомневалась мама. - В наше-то время. Надо взять порцию крупы, сделать её тщательный химический анализ, - и всё станет ясно.

- Думаешь, производители питания у нас дураки? Пробовали... Много раз пробовали... Только вот безрезультатно.

- А не пытались у аборигенов технологию купить?

- Пытались. Но те вполне резонно отвечают, что не видят в продаже технологии ни выгоды, ни необходимости.

- Забавно! - вмешалась Оля. - Получается, аборигены умеют что-то такое, чего не умеют люди. Вот умора!

- Не вижу никакого повода для веселья, - сухо возразил отец. - Тут не смеяться надо, а плакать. Распустили мы аборигенов. Ох, распустили!

- Насколько я знаю, это политика Федерации - осторожно возразила мама.

- Дурацкая, скажу я вам, политика! - отрезал отец. - И никогда от своих слов не откажусь!

- В конце концов, - задумчиво протянула мама, - нам-то какая разница? Всегда можно пойти к аборигенам в лавку и купить.

- Да, но если бы люди освоили эту технологию, тогда бы такая каша продавалась ежедневно. Не надо бы было гадать, будет в этот раз или нет.

- Но при этом она стала бы в несколько раз дороже. И качеством хуже.

- Не веришь ты, видно, в качество земных продуктов! - подколол маму отец.

- Я не очень верю в честность наших торгашей, - отрезала мама.

- И всё-таки в аборигенских лавках есть свои достоинства, - осторожно вмешался в разговор Толик. - Однажды приходишь - а там белая каша в продаже!

- Белой каши я бы сейчас с удовольствием поела! - мечтательно заявила Оля.

Её реакция была неудивительна. Если серая каша считалась повседневным деликатесом, то белая каша была деликатесом праздничным. Но продавали её аборигены очень-очень редко.

- Ты мне зубы-то не заговаривай! - неожиданно разозлился на Толика отец. Скажи ясно и чётко - выгонишь своего жука?

- Нет! Ни за что! - мотнул головой Толик.

- Ладно, - стараясь не повышать голос, протянул Алексей Михайлович. - Как ты со мной, так и я с тобой. Посмотрим, кто раньше уступит!

Толик ничего не ответил. Но всем своим видом дал понять, что уступать не собирается.

За столом повисло тягостное молчание. Толик чувствовал, как на него давят отрицательные эмоции его родных. Обида со стороны сестры, возмущение со стороны отца, тягостное недоумение со стороны матери. В общем, получается, он вокруг виноват!

Но он не мог выкинуть этого замечательного жука, просто не мог! Особенно после того, что он узнал от консультанта-аборигена.

Но тут грустные мысли мальчика были прерваны самым неожиданным образом.

Глава третья. Неприступная комната

В столовую буквально ворвался соседский сын Вадик:

- Тётя Надя! Дядя Лёша! В аборигенской лавке сейчас крупу для белой каши дают! Мама просила немедленно вам передать!

- Вот удачно поговорили! - захлопала в ладоши Оля. - Помечтали - и сбылось!

- Вот и сбегай сама, если так белую кашу любишь! - предложил отец.

- Ну папа... сразу же скривилась дочка. - Ходить в аборигенскую лавку - это же работа Толика!

- Толик сегодня не может! Он наказан!

- А давай он будет наказан с завтрашнего утра, - предложила Оля. - А сейчас за белой крупой сбегает - пока она не кончилась.

- Ну ладно - делайте как хотите! - махнул рукой Алексей Михайлович.

Толик, пока родители не передумали, схватил сумку и побежал в лавку. Оля пошла в свою комнату. Вадик почему-то побежал вслед за ней. А Надежда Сергеевна повернулась к мужу. Выражение её лица не предвещало ничего хорошего.

- Ты, когда разозлишься, совсем соображать перестаёшь! - набросилась она на Алексея Михайловича. - Ну зачем было говорить при посторонних, что Толик наказан? Теперь этот Вадик всё своим родителям расскажет. А наших соседей я знаю. Растреплют эту новость всем - кому надо и кому не надо!

Глава семейства был смущён - сам знал, что накосячил.

- Извини, дорогая! - приобнял он жену. - Пожалуй, сейчас я действительно сделал что-то не то. Постараюсь больше так не делать!

А в это время Вадик допытывался у Оли, за что наказан Толик. Та скрывать ничего не стала, подробно рассказав всю историю с жуком. Соседский сын жадно слушал её, буквально впитывая каждое слово. Вот новость так новость! Будет что одноклассникам рассказать!

К счастью, до него не дошла самая главная информация - о том, как Толик укрепил свою комнату. Этого факта девочка просто не заметила. Она решила, что отец очень нервничал - вот поэтому и не сумел 'с ходу' дверь открыть.

А Толик в это время бежал к аборигенской лавке. Почему бежал, а не шёл? Потому что очень беспокоился о жуке, оставшемся в его комнате. Вдруг в его отсутствие отец всё-таки попытается войти и разобраться с Толиковым другом в меру своего понимания?

Впрочем, никакого удивления бег ни у кого не вызвал. За белой крупой ещё и не так побежишь!

Так что в лавку мальчик буквально ворвался. И сразу же стал озираться: где тут белая крупа лежит?

На полках дефицитного продукта не было. Где же его искать?

Осмотревшись ещё раз, Толик понял, что дефицитную крупу выдают вручную. И делает это уже знакомый ему продавец-консультант.

В одни руки давали только один пакет в этом не было ничего странного - так было всегда.

Толик положил пакет в корзину и 'завис'. Ему надо было срочно проконсультироваться с аборигенами - но он не знал, как это сделать. Привлекать внимание других покупателей очень не хотелось!