# Н/у попадан. 13331

Владимир Никитюк

Проснулся он рано утром - выспавшимся и даже отдохнувшим. И стал с интересом осматривать помещение, в котором оказался.


Этому способствовало то, что он находился отнюдь не в полной темноте. Маленькое окошечко на одной из стен выходило в одно из освещённых помещений. Так что Степана окружал отнюдь не мрак.


Так что можно было осмотреться вокруг и подумать.


Первой его реакцией, честно говоря, было недоумение: индивидуальные помещения для рабов были, по идее, невероятной роскошью. Но внимательно пригдядевшись к тому, что его окружало, он понял, что роскошью здесь и не пахло.


Помещение, в котором он находился, занимало очень небольшой объём.


Формой оно больше всего походило на пенал. Большую часть площади занимала деревянная койка. Говоря точнее, она занимала всю ширину и большую часть длины. Только небольшой пятачок - между дверями и ножным концом койки - оставался свободным.


Сама койка была очень низкая. На ней можно было сидеть, почти упёршись ногами в дверь. При этом коленки выпирали вверх, а голова упиралась в потолок - так что её приходилось наклонять.


На койку приходилось залезать со стороны ног. Когда человек лежал на койке, у него создавалось ощущение "упакованности": справа, слева и со стороны головы были стены. Наверху, на очень низкой высоте, находился потолок, обитый чем-то мягким. Очевидно, что это было сделано для того, чтобы человек не ушибся, попытавшись резко вскочить. Кстати говоря, таким же образом был обит потолок и около двери - там, где не было кровати.


Изголовье было приподнято, и на нём лежало что-то вроде мягкого толстого коврика. На самой койке ничего не лежало - так что в эту ночь он спал на голых досках. Нет ничего удивительного, что у Степана болели бока.


Эта боль усугублялась тем, что корабль нещадно качало - и он во сне не просто лежал на койке, но и периодически перекатывался с боку на бок.


Но проснулся он не от этого. Его разбудило "настоятельное желание". Ведь накануне, во время ужина, он выпил большой стакан воды с лёгким фруктовым привкусом.


К счастью, эта проблема оказалась легкоразрешимой. Под кроватью обнаружился большой бронзовый сосуд сантехнического назначения, причём довольно хитро устроенный: жидкость из него не выплёскивалась даже во время сильной качки.


Использовав этот хитрый агрегат надлежащим образом, Степан решил вновь полежать. Тем более больше делать было нечего.


"Что-то готовит мне завтрашнее утро? - вяло подумал он".


И незаметно для себя уснул.


* * *


Проснулся он от скрипа открываемой двери. В его комнату заглянул человек в сине-бело-жёлтой одежде и жестом поманил к себе.


Выйдя наружу, Степан оказался в полутёмном коридоре (правда, по сравнению с его персональным "пеналом" здесь казалось очень светло). Степан сразу же оказался между двумя "сине-бело-жёлтыми": один находился спереди, другой - сзади. Так, цепочкой, они все трое и пошли наверх - на палубу.


На палубе было очень светло. Так светло, что Степан в первый момент даже зажмурил глаза. Но потом всё-таки начал осторожно смотреть вокруг себя.


Увидев, что их спутник снова стоит с открытыми глазами, "сине-бело-жёлтые" повели его вдоль палубы. Через пару десятков шагов Степану жестом предложили войти в не очень широкую дверь.


Молодой попаданец оказался в довольно богатом помещении. За столом перед ним сидели два роскошно одетых "сине-бело-жёлтых". Сбоку сидел третий - одетый чуть попроще.


Один из богато одетых что-то сказал сидящему сбоку - и тот обратился к Степану с короткой речью.


- Ничего не понимаю! - с сожалением ответил Степан. - Совсем ничего не понимаю!


Тогда к нему обратились ещё несколько раз - судя по всему, уже на других языках. И в эти разы он ответил то же самое - хотя и каждый раз несколько другими словами.


Такая его реакция вызвала у сидящих за столом большое недоумение. Все трое коротко обсудили ситуацию (Степан, конечно, ничего при этом не понял). А потом один из богато одетых сделал знак рукой - и Степана увели.


Через двадцать минут он снова лежал на койке в своём "пенале" и грустно думал о том, что незнание языков опять его подвело. Как бы "сине-бело-жёлтые" не приняли решение продать бесполезного раба кому-нибудь другому!


Степан почему-то не сомневался, что любой другой хозяин может быть только хуже.


Мысли, грустные мысли... И опять никакого просвета впереди...


Молодой попаданец и не заметил, как снова заснул...


* * *


Спал он недолго - потому что его быстро разбудили. Причём по очень приятной причине - принесли обед (завтрак, судя по всему, он проспал).


Обед был просто замечательный. Какие-то толстые варёные стебли - мягкие, очень вкусные и даже ещё горячие. Несколько мелких сырых овощей разных видов. Штук пять орехов, похожих на грецкие, - но гораздо крупнее. В завершение обеда - фрукт, напоминающий гигантский мандарин. И ко всему этому ещё прилагалась огромная кружка свежей воды, пахнущей фруктами.


Нет ничего удивительного, что такой обед принёс Степану массу положительных эмоций. И, как ни странно, немного успокоил: если его так хорошо кормят, то вряд ли собираются сделать что-то плохое.


Чуть позже, вспоминая этот день, Степан пришёл к выводу, что такое умозаключение носило весьма сомнительный характер. Но уж очень ему тогда хотелось успокоиться!


И это, кстати говоря, получилось. Улегшись отдохнуть после обеда (а что тут ещё было делать?) Степан временно выбросил из головы мысли о своей судьбе (мол, что будет, то будет). И даже задумался на всякие отвлечённые темы...