Нико Лаич. Мать

"Мать"

"На Руси мамок много, солдат ещё нарожают!"

(один из русских генералов, XIX век)

Сын достался Матери очень тяжело.

Муж бросил её на восьмом месяце беременности - ушёл к другой, из богатой семьи. Будущая Мать плакала всю ночь и под утро решила покончить с собой. Едва она высыпала на ладонь горсть таблеток снотворного, ребёнок, словно почувствовав угрозу своей жизни, зашевелился в материнской утробе, задёргался, начал сучить ножками - и победил.

Роды были очень сложные - ребёнок был крупный и не торопился появляться на свет, но вытаскивать щипцами его она не разрешила, боялась, что врачи поранят его. Так и рожала, мучая врачей, и мучаясь сама. После родов ей сделали сложную операцию и продержали два месяца в больнице. Только присутствие рядом маленького крохотного тельца, постоянно что-то требующего от неё, заставляло её бороться за свою жизнь и за жизнь ребёнка.

В детстве Сын два раза был при смерти. Ещё в первый раз, когда годовалым малышом он пролежал в реанимации полтора месяца, Мать поседела и с тех пор была вынуждена постоянно красить свои волосы. Во второй раз её и саму едва откачали - схватило сердце. Больше всего на свете, больше самой жизни она любила своего сына.

Из-за Сына она долго не выходила замуж, хотя предложения были. Когда Сын пошёл в школу, она наконец-то решилась, но опять же выбирала мужчину не для себя, а для Сына. Новый муж был старше её на пятнадцать лет, некрасив и неласков, но он стал для сына хорошим воспитателем.

В десятом классе Сын совершил ошибку, которую некоторые бдительные граждане расценили её как проступок. Было возбуждено уголовное дело. Муж сказал: раз виноват, пусть садится в тюрьму. Он так говорил, не потому что не любил пасынка. Нет, он говорил так, потому что был принципиальным человеком. Следствие вёл молодой уверенный в себе следователь, знающий, что ему надо от жизни лично для себя. Он дал Матери шанс, но взамен потребовал денег. Мать тайком от мужа собрала деньги и понесла следователю домой. Милиционер был пьян, и оказалось, что одних денег ему недостаточно. Мать не кричала и не плакала, ради сына она убила в себе честь.

Следователь оказался хоть и сволочью, но человеком слова. Он прекратил уголовное дело в виду отсутствия состава преступления.

Когда начались события на Даманском, Мать очень испугалась за Сына. Она очень боялась, что маленький конфликт на далёкой границе перерастёт в большую войну, и её Сына заберут на эту Войну.

Её страхи оправдались. "Весь советский народ с возмущением воспринял происки китайской военщины... и ведомый Коммунистической Партией и Советским Правительством, решил дать отпор маоистским агрессорам."

Сына призвали на десятый день войны. Сперва Мать получала письма из обычной воинской части с пятизначным номером, расквартированной в небольшом городке Красноярского края. Месяц спустя на конверте солдатского письма стоял новый обратный адрес - Москва-400 и номер полевой почты - Сын попал на фронт.

Письма его были лаконичные и успокаивающие. Сын безбожно врал, что служит поваром в отдельном банно-прачечном отряде. Мать, конечно, ему не верила: к кулинарии у Сына не было никакой наклонности, зато были успехи в спорте - особенно в самбо и пулевой стрельбе.

Вскоре первоначальные успехи советских войск сменились затяжными и нерезультативными боями. Маршал, успевший получить своего Дважды Героя ещё на Той Войне, был снят с должности (в народе шептались: мол, за то, что берёг солдата).

Новый Главнокомандующий Направлением, в которое входили Сибирский, Забайкальский и Дальневосточный фронты - моложавый Генерал, страстно желавший стать Маршалом и Героем, начал новое наступление.

Письма от Сына перестали приходить. Мать почти перестала спать и есть. Она и так боялась писем - боялась, хотя и ждала их. Когда-то она прочитала, что фронтовые письма - это как свет далёкой звезды, бывает, что звезда давно уже погасла, но их свет ещё доходит до человека. Читая письма Сына, она всегда боялась - вдруг в тот момент, когда она читает письмо, её Сына уже нет в живых.

Через месяц молчания пришло долгожданное письмо от Сына - необычно длинное и написанное не его рукой, но его словами. В письме Сын с шутками и прибаутками описывал свою службу, извиняясь за долгое молчание. По его версии он был переведён на должность старшего повара в большой штаб; за отличное исполнение обязанностей награждён медалью "За отвагу" и даже представлен к ордену. В поварском искусстве он достиг такого мастерства, что подумывает после войны податься в Москву - работать поваром в "Арагви" или "Праге". Сейчас же он лежит в госпитале на излечении, потому что из-за неисправности котла полевой кухни обварил себе руку паром, но ожог несерьёзный и скоро заживёт. Мать плакала, перечитывая это письмо. Конечно, она не поверила детскому вранью Сына, потому что хорошо знала его. Но она приняла это вранье и Сын сам об этом догадывался, хотя и не показывал вида.

Однажды, подходя к своему дому, она увидела возле калитки двух незнакомых мужчин, один из них был в форме. У Матери оборвалось сердце... Неужели Это случилось?

Еле переставляя свои подгибающиеся ноги, она подошла к ним. Язык никак не поворачивался задать страшный вопрос... Военный поспешил представиться:

-- Подполковник Кемкин Алексей Леонидович, сотрудник областного военного комиссариата...

Слова военного зазвучали медленнее, Матери показалось, что он еле-еле шевелил губами, но слова его звучали очень громко, даже гулко, словно набат большого колокола:

-- Вы... Дракошина... Владислава... Тимофеевна?

Мать больше спросила, чем ответила утвердительно:

-- Я?

Подполковник радостно закивал головой, причём движения его всё более и более замедлялись. Откуда-то издалека доносился его громовой голос:

-- Ваш... сын... сержант... Полянский... Александр... Тимофеевич...

Мать вся замерла, её сердце перестало биться - сейчас прозвучат эти страшные слова: "ПАЛ СМЕРТЬЮ ХРАБРЫХ". Её сознание отделилось от тела, и она наблюдала за собой как-то со стороны - сильно ссутулившаяся женщина в окружении двух здоровых дородных мужчин.

Сперва Мать не поняла, что произошло. Она снова оказалась в своём теле и недоумевающе смотрела на подполковника, речь которого стала обычной человеческой. Она даже переспросила его:

-- Что Вы... что Вы сказали?

Офицер опять повторил:

-- Ваш Сын попал во вражеский плен.

-- Что, что...?

На помощь военному пришёл его спутник с азиатской внешностью. Он сунул под нос потрясённой женщине удостоверение с красными корочками. Мать едва успела разобрать - майор госбезопасности Кванг. Немного отстранёно она удивилась такой странной фамилии.

-- Владислава Тимофеевна, Ваш сын - сержант Полянский совершил воинское преступление. Выполняя важное задание командования в тылу врага, он со своей разведгруппой попал в окружение и сдался в плен противнику.

Кванг выждал паузу, внимательно наблюдая за лицом Дракошиной. Но оставалось безучастным.

-- Владислава Тимофеевна, мы хотели бы предложить выступить Вам с публичным отказом от сына, как предателя Род...

-- Нет! - резко перебила его Мать. Подполковник Кемкин смущённо отвернулся в сторону. Майор госбезопасности притворно вздохнул:

-- В таком случае, Вы не оставляете нам выбора. Вы будете арестованы, как член семьи военного преступника.

Он подал сигнал рукой. Из тени деревьев появились два крепких молодых человека в одинаковых костюмах и с одинаковыми лицами. Один из них достал из кармана наручники. Второй - большой пистолет. Майор ожидал, что эта угроза окажет нужное воздействие на Дракошину.

Но Мать отрицательно мотнула головой...

-- Нет!

Кванг раздражённо скомандовал:

-- Арестовать её!

Тяжёлая сталь наручников хищно защёлкнулась на тонких материнских руках.

Теперь Мать ожидал скорый, но справедливый советский суд и долгие и тяжёлые испытания в исправительно-трудовых лагерях, но душа её пела от счастья - её Сын был жив.

А предать Сына Мать никогда не могла.

Комментарии: 9, последний от 19/04/2010. © Copyright Нико Лаич (porutik@mail.ru) Размещен: 09/06/2005, изменен: 17/02/2009. 9k. Статистика. Рассказ: Фантастика Альтернативная История - Разное		Ваша оценка:
Аннотация: Конфликт между СССР и КНР перерос в большую войну. Это не рассказ Горького, но получилось похоже на его "Итальянские сказки".

Нико Лаич: другие произведения.

Мать