Николаева Раиса Борисовна: другие произведения.

"В последний раз спрашиваю по-хорошему: ты на мне женишься?"

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 8.20*15  Ваша оценка:
  • Аннотация:


  
   Николаева Раиса Борисовна
  
   Роман
  
  
   "В последний раз спрашиваю по-хорошему: ты на мне женишься?"
  
   Первый роман из цикла (Шагарры - раса поверженных полубогов)
  
  
   Часть первая
  
     
      Глава 1
     
      Ирина Павловна вышла из универсама, немного покрутила головой, решая, куда идти в первую очередь: на маленький рыночек, где у бабушек можно купить пучок душистой зелени, несравнимой с той, что лежала на полках универсама, или сначала заплатить за квартиру и коммунальные услуги. Этот платеж был для нее чрезвычайно неприятен, не только тем, что приходилось безвозвратно расставаться с достаточно большой суммой, но еще и тем, что оплата производилась через терминал - такую большую тумбу с дисплеем, вызывающую у Ирины Павловны просто панический страх. Однако делать было нечего, поэтому, нацепив на нос очки, она внимательно вчитывалась в открывающиеся надписи, медленно и неуверенно нажимала пальцем на значки, делала ошибки, потом все начинала набирать сначала, пока кто-то сердобольный из очереди не помог оплатить счета, вызвав у нее целый поток благодарственных слов.
      Расправившись с самой неприятной половиной своего вояжа, она, наконец, добралась до рынка, и тогда уж "оттянулась" на полную катушку. Живое человеческое общение было многократно приятнее общения с бездушной машиной. Ирина Павловна умела и любила торговаться, заодно вступая в разговор с продавцами и покупателями, обсуждая все подряд, начиная с политики и заканчивая сплетнями о жизни звезд.
      Потом она надолго застряла у газетного киоска, выбирая себе журнал. Она обожала желтую прессу, обожала читать о личной жизни знаменитостей, разглядывать наряды звезд и рассматривать дома и поместья, где звезды живут. Купив приглянувшийся журнал, она отправилась домой, обдумывая, что ей приготовить себе на ужин. Ирина Павловна жила одна. Единственный сын жил отдельно. Хорошо зарабатывая, он купил собственную квартиру, не принуждая маму продавать или разменивать ее трехкомнатную малогабаритку. Так что Ирина Павловна, можно сказать, жила в собственное удовольствие. Сын, внук и невестка ее навещали постоянно, и поскольку визиты никогда не длились очень долго, то были всегда ей в радость, и она готовилась к ним, словно к маленьким праздникам. Сын отлично зарабатывал, и постоянно покупая все новые и новые вещи. Старые относил маме, и она тщательно берегла их, забив в одной комнате все шкафы, поскольку ее жизнь прошла под девизом строжайшей экономии всегда и во всем.
      По-другому и быть не могло. По-другому она не смогла бы помочь сыну получить достойное образование, которое и явилось залогом его такого успешного будущего.
      Ирина Павловна было не глупа. Экономя на ничего не значащих вещах, она могла расстаться с огромными, для нее, суммами, если это было действительно важно. Но сейчас она могла себе ни в чем не отказывать. Сын завалил ее подарками, и пусть телефон, ноутбук, телевизор и многое-многое другое, что отдал ей сын, было не самым новым, все приборы отлично работали, ей только оставалось научиться ими пользоваться. И она старалась. Осторожно осваивала ноутбук, осторожно изучала интернет и бесконечно болтала по телефону с подругами и родственниками, проживающими в других городах, одновременно смотря бесконечные сериалы. Одним словом, хорошая, спокойная старость ее почти не тяготила.
      Дома она едва успела выгрузить из сумок купленные продукты, как позвонила ее самая близкая подруга, и потребовала, чтобы Ирина Павловна немедленно приехала к ней. Голос подруги был настолько таинственным и заговорщицким, что Ирина Павловна поняла: посиделки затянуться допоздна, и, вероятно, будут сопровождаться парочкой бокальчиков десертного вина. Сухие вина она не любила, и Тасечка, ее подружка, отлично об этом знала. Такие посиделки не позволяли погрязнуть в собственном мирке среди кастрюль и швабр и заставляли чувствовать себя если не светскими леди, то полусветскими точно.
   Ирина Павловна переоделась в свое лучшее платье, немного взбила волосы, подкрасила губы, надела туфли на невысоком каблуке, взяла сумку и пошла к подруге. Идти было примерно две остановки. Ирина Павловна шла пешком, убежденная в том, что длительная ходьба удлиняет жизнь и сохраняет здоровье. Она шла, шла, думая о том, что купить в продуктовом магазине, находящемся в том же доме, где жила Тасечка - с пустыми руками идти неудобно, а продукты, которые она покупала себе на ужин, никак не могли быть предназначены для подобных посиделок. Ирина Павловна решила купить коробку конфет, самых-самых дорогих и свежих, что будут в магазине... Такие приятные мысли были неожиданно прерваны очень странным обстоятельством: Ирина Павловна вдруг почувствовала, что дальше идти она не может, поскольку перед ней стояла стена. Да, самая настоящая стена, только невидимая. Как Ирина Павловна ни старалась пройти сквозь нее, ничего не получалось, но что было самым странным - другие люди ходили совершенно спокойно, не замечая никакого препятствия.
       От страха и непонимания происходящего ее охватила паника, хотелось бежать без оглядки, но ноги словно приросли к земле. Сколько она так простояла, Ирина Павловна и сама сказать не могла. Очнулась она только тогда, когда невидимая преграда вплотную приблизилась к ней, ощутимо толкнув в бок, которым она была немного развернута к стене. Ирина Павловна покачнулась и сделала пару неуверенных шагов назад. Невидимая преграда сдвинулась следом. И в эту секунду Ирина Павловна вспомнила все. Все до самых малейших деталей. А самое главное - она поняла, что это за стена, и что ее внезапное появление означает.
     
     
      Глава 2  
     
      Невидимая преграда была стенкой воронки портала. Эта воронка медленно, но неуклонно сужалась, подталкивая ее к эпицентру, потом ее должно выбросить назад, в тот Мир, из которого ее с таким трудом выбросил отец.
   Ирина Павловна уперлась в стену руками и судорожно стала двигаться вдоль нее. Со стороны это выглядело очень странно, но ей было не до этих переживаний. Ирине Павловне нужно было выяснить, насколько велика воронка, и сколько у нее осталось времени, прежде чем ее затянет внутрь. Стена была прямой, а значит, воронка была огромна, и у нее в запасе был час, может, чуть больше, и ей нельзя было терять ни минуты, постаравшись подготовиться к возвращению как можно лучше.
      Она знала, куда ей придется вернуться - домой. В замок отца, вернее, в башню, в которую отец перевез ее одиннадцатилетней девочкой, сухо сообщив, что теперь это ее постоянный дом, в котором она будет жить одна долгие-долгие годы. И она жила.
      Ирина Павловна так ясно вспомнила этот страшный каменный мешок, что ей захотелось закричать от страха и безысходности, но вместо этого она, собрав всю свою волю... пересчитала деньги в кошельке и бросилась к ближайшему супермаркету. Она схватила тележку и помчалась по торговому залу. Для такой благообразной, культурной пожилой дамы подобная скорость перемещения была очень странной, она со всех сторон ловила удивленные взгляды других покупателей.
   Чтобы не впасть в панику хватая ненужные вещи и забывая купить необходимые, она на минуту закрыла глаза, как можно явственнее вспоминая свой дом. Огромная серая махина, устремленная в небо - сложенная из дикого камня узкая башня с винтовой лестницей внутри. Окна-бойницы, через которые не смог бы пролезть даже маленький ребенок. Эти проемы в стенах на зиму закрывались деревянными щитами, не пропускающими и луча света, и тогда комнаты и весь замок погружались в непроницаемую тьму. Ходить по такой темноте можно было только со свечой или факелом, поскольку свечи строжайше экономились и использовались только в крайнем случае. Свет еще давали дрова, горящие в камине. Каминов в башне было всего три, по одному на каждом этаже. Тепла они давали немного, поскольку завывающие сквозняки, гуляющие по всему замку, выдували это ненадежное тепло. Ирина Павловна вспомнила свою убого обставленную комнатку-спальню: кровать-топчан с матрасом, набитым соломой, шкура медведя, которой она укрывалась вместо одеяла, несколько книжек, которые оставлял ей отец, постоянно меняя на новые, когда раз в месяц появлялся в этой башне, проводя с Ириной Павловной два-три дня. Впрочем, какая Ирина Павловна? В том мире ее звали Лорри. Лорри - сокращенное имя от Лорианны. Да, именно это имя она там носила. А еще ей было только семнадцать лет, шесть из которых она прожила в этой страшной башне в полном одиночестве.
   Ирина Павловна зябко поежилась. Воспоминания были ужасны, а самым ужасным было то, что именно в это место ее и затягивал портал.
      "Что купить, что купить? - панически повторяла она про себя. - Электричества там нет, значит, любые электроприборы бесполезны. Зато свечи, спички, зажигалки очень и очень нужны".
      Она ярко вспомнила о тех трех кошмарных днях, когда, будучи маленькой девочкой, не смогла разжечь камин с помощью кресала, что ей оставил отец. То ли дрова отсырели, то ли ей просто не хватало сил бить должным образом по камню, чтобы высечь огонь, только она тогда чуть не замерзла насмерть. Если бы отец не подоспел вовремя, она точно бы не проснулась после одной из тех холодных ночей.
      И Ирина Павловна мигом сгребла в тележку десять упаковок спичек, десять зажигалок и двадцать парафиновых свечей. Ее взгляд упал на пластиковые тазы и ведра, и сразу же вспомнилось деревянное ведро, которым она доставала воду из колодца, расположенного рядом с домом. Она было метнулась к ведру, но резко остановила себя, решив, что, возможно, воронка портала откроется в ее квартире, а дома у нее точно были и пластиковые тазы, и пластиковые ведра, и много-много еще чего другого.
      "Надо брать только то, чего у меня нет дома!" - приказала она самой себе и застыла в растерянности. Вдруг, словно молния, сверкнула мысль: "Мне же там всего семнадцать лет!" - и сразу же вспомнились все непростые проблемы, связанные с молодым возрастом. Неудивительно, за пятьдесят пять лет, что она прожила в теле Ирины Павловны, привычка к комфорту как-то незаметно и очень прочно вошла в ее сознание. Шампунь - две литровых бутылки, мыло хозяйственное - пять кусков, еще несколько кусочков мыла с разными запахами. Увидев упаковку с памперсами, Ирина Павловна на секунду замерла. Когда она растила сына, такого подарка судьбы еще в продаже не было, но вот когда родился внук, она смогла в полной мере оценить практичность этого изобретения. А вдруг там у нее родится малыш? И Ирина Павловна решительно бросила одну упаковку в двадцать штук в корзину. Потом она купила еще кое-что для личной гигиены, потом ей на глаза попались полиуретановые шлепки. Вспомнив, как там тяжело с обувью, она купила несколько пар разного размера.
   Расплатившись, с тоской взглянула на выданную ей сдачу, вышла из магазина, и тут ее накрыла настоящая волна ужаса. Она поняла, что не подумала о самом главном, чем ей необходимо запастись в немыслимых количествах, и о чем она напрочь забыла. Самой большой проблемой в замке была еда. Ирина Павловна растеряно оглянулась, потом пересчитала жалкие крохи денег, их хватило только на пару булок хлеба, на два батона и несколько пирожков с повидлом.
      "Надо бежать домой, - подумала она, - там у меня есть в заначке достаточно большая сумма. Рядом с домом есть магазинчик, может, успею там скупиться?"
      Быстро идти не получалось: нести три больших пакета было неудобно и достаточно тяжело. Воровато оглянувшись по сторонам, она зашла в первый открытый подъезд дома. Сделав несколько пассов руками и пробормотав какое-то заклинание, впихнула пакеты в образовавшуюся небольшую воронку и поспешила к дому.
     
  
      Глава 3
     
      Ирина Павловна, пока поднималась в лифте, постаралась четко продумать, что ей купить из продуктов в первую очередь. У нее на черный день хранилась достаточно большая сумма, теперь ею надо было правильно распорядиться. "Сахар, соль, спички, табак, алкоголь, консервы, - вспомнила она совет, как необходимо комплектовать стратегические запасы. - Что ж, с этого и начнем".
   Под ее домом было несколько маленьких магазинчиков. Продуктовый магазин, магазин в котором продавали сантехнику и другие железяки для мелкого ремонта в квартире, магазин бытовой химии и аптека.
      В продуктовом магазине сахар оказался только на развес, и в расфасованном виде осталось двенадцать килограмм, зато был рафинад кусочками. Ирина Павловна купила весь, что был в магазине. С двумя пакетами она юркнула в подъезд и быстро отправила груз в пространственную небольшую воронку. Соль продавалась в килограммовых пачках, и Ирина Павловна, прикинув, что для выживания в отсутствии холодильника единственным доступным консервантом является соль, купила ее двадцать два килограмма - фактически всю, что в этот момент была в этом крошечном магазине. Она купила все хлебобулочные изделия, пятнадцать банок сгущенки, все молоко в тетрапаках, двадцать килограмм муки и несколько пачек сухих дрожжей, понадеявшись, что сможет печь хлеб и сама. Потом, скривившись от отвращения, поскольку ненавидела сосиски, сардельки и прочие чудеса химии, что лежали на витрине под видом мясных изделий, купила все, что были в магазине. Копченая колбаса, копченые ребра, копченые части курятины - как ни противно, но пришлось покупать и их, в любом случае это была ЕДА. Мороженые куриные бедрышки, крылышки, голень - Ирина Павловна забрала все, что было в морозильной камере магазина. Дальше - несколько банок рыбных консервов и все, что только было из макаронных изделий: вермишель, рожки, спиральки. Увидев упаковки с крупами, Ирина Павловна хищно облизнулась. Кто-то любит мясо, кто-то овощи, а вот она любила каши, причем, все равно какие: рисовую, пшенную, пшеничную, гречневую. Она купила все виды круп, что были в магазине, отказавшись лишь от каш мгновенного приготовления, которые было достаточно лишь залить водой. Но потом, передумав, она купила небольшое количество супов, каш, гарниров быстрого приготовления. Исключение сделала для картофельного пюре и картофельных чипсов. Такого овоща в ее мире не было, зная, что обязательно соскучиться за картошкой, Ирина Павловна купила все, что хоть в какой-то мере относилось к картофелю. И еще она горько пожалела, что рядом нет магазина, торгующего овощами и фруктами, очень хотелось взять с собой лимоны, моркови побольше, капусты и того же картофеля.
   Напоследок она выбрала несколько плиток шоколада, две упаковки леденцов, купила все специи в пакетиках, что были в магазине, особенно порадовавшись молотому перцу. Кофе! Как же она его обожала в молодости, пока у нее не начались проблемы с давлением. Жадно оглядев банки и пакеты, она купила свой, когда-то самый любимый, в глубине души понимая, что, возможно, в этих банках от натуральных зерен только пыль, в которой они лежали, и все же, и все же. Чай, сода и уксус, десять бутылок растительного масла и все брикеты сливочного...
   Ирина Павловна старалась не смотреть на ошарашенные лица продавцов, хорошо понимая, насколько дикое впечатление она производит не только на них, но и на других покупателей. Многие, видя такой ажиотаж по скупке продуктов, явно занервничали, и несколько пакетов с макаронами были вырваны у Ирины Павловны прямо из рук. Еще раз оглядев магазин и не обнаружив в нем больше ничего достойного внимания, Ирина Павловна перекочевала в соседнюю аптеку с твердым намерением купить спирт, поскольку алкогольных изделий в магазине не было.
      В аптеке, взяв столько бутылок спирта, сколько согласилась ей продать провизор, Ирина Павловна купила несколько упаковок ваты, лейкопластырь, бинт - все в огромных количествах. Подумав, добавила несколько пар резиновых стерильных перчаток и кучу лекарств, в основном, обезболивающих и антибиотиков, лидокаин в ампулах несколько упаковок, к нему -шприцы, и многое другое. Уже уходя, она увидела детские бутылочки с сосками, по какому-то наитию она купила пять штук и только тогда покинула аптеку.
      В магазине бытовой химии затарилась моющими средствами всех видов, несколькими бутылками "Белизны", купила две швабры с поролоновой моющей частью, добавила несколько запасных валиков. Не удержавшись, купила самый огромный таз (почти небольшую ванну), губки для мытья посуды, еще кучу гигиенических средств, и с этой добычей покинула магазин. Закинув все вещи в воронку, она решительно двинулась к магазину, торгующему всякой металлической фигней.
      Деньги, которые она сейчас тратила, предназначались для капитального ремонта ванной и туалета. Сейчас она была очень рада, что постоянно оттягивала этот ремонт, отбиваясь от упреков сына (давшего ей на этот ремонт деньги) и оправдываясь то тем, что зимой делать ремонт неправильно, то тем, что на дачу еще рано переезжать, там пока нечего делать, а просто сидеть в дачном домике скучно. Вот когда начнутся основные дачные работы, она со спокойной совестью выедет на время ремонта из квартиры... А все вон как обернулось.
   Зато, готовясь к ремонту, она многое узнала и о душевых кабинках, и о трубах, и о мойках. И теперь, точно знала, что она хочет купить в том маленьком магазинчике, чтобы создать себе в холодном унылом замке комфорт, пусть и небольшой. Вспоминая, как она носила воду большим деревянным ведром, как она потом выносила помои, Ирина Павловна решила попытаться провести в том своем доме что-то, напоминающее цивилизованный слив, чтобы ей хотя бы не приходилось выносить ведра с использованной водой. Нужно было совсем ничего: нержавеющая мойка, сливное устройство и трубы с переходниками разной конфигурации. Она искренне надеялась, что сама сможет собрать эту конструкцию, и возможно, даже сможет как-то вывести ее за пределы дома. В магазине продавец, словно фокусник, на ее глазах легко собрал небольшой кусочек водовода, соединяя между собой небольшие изогнутые кусочки и уверяя, что и она сможет сделать так же. Ирина Павловна набрала про запас всего и побольше, тем более, что стоили они не так уж и дорого. Увидев пластмассовые рукомойники, купила три штуки про запас. Потом она вспомнила о щелях между камнями, но поскольку никогда не имела дела с цементным раствором, покупать цемент в мешках не решилась. Зато взяла бустилат, решив попробовать намешать мелких камушков или песка на этом клее и забить этой смесью щели в своей будущей спальне. Продавец, с которым она поделилась этой идеей, не стал отговаривать ее от покупки клея, но в то же время деликатно подсказал купить пену в баллончиках, и Ирина Павловна с благодарностью взяла двадцать штук.
   К выбранному добавились несколько метров клеенки и лопата, благо она попалась на глаза. Потом она купила негашеной извести, хотя белить стены в помещении, в котором пользуются открытым огнем, по меньшей мере глупо. Несколько навесных замков, петли на двери и шпингалеты, три цинковых ведра... Она снова оглядела магазин. Заметив ручную тачку, она сразу поняла, что просто обязана ее взять. Деньги еще оставались, и она купила тридцатилитровую пластиковую бочку для воды, еще клея, набрала гвоздей, шурупов, кучу батареек - решила забрать с собой все фонарики, что были в доме.
   Она понимала, что многое упускает, но уже почти ничего не соображала, измотавшись и бегая взад вперед из магазина в подъезд, сбрасывая купленные вещи, а оттуда снова в магазин. На последние деньги, заскочив в соседний парфюмерный магазинчик, купила дезодаранты, кремы для рук, еще несколько бутылочек одеколона, и чувствуя, что скоро ее потянет в портал, бросилась домой, где хранились самые важные и ценные вещи, которые могли пригодиться в том, ее мире.
     
     
      Глава 4
        
      И снова, поднимаясь в лифте, Ирина Павловна думала о том, что ей делать дальше. Она знала, что когда ее сознание вынесет порталом, в квартире останется мертвое тело. Ей не хотелось, чтобы его обнаружили родные, поэтому она решила вызвать скорую помощь и оставить открытой дверь. Пусть уж лучше чужие найдут, чем сын или невестка.
      Ворвавшись в квартиру, она кинулась на балкон. Там стояли десятилитровые пластиковые бутыли. Зимой был порыв труб, и воду отключали на два дня. Она тогда запаслась водой, но так и не использовала ее. Выливать воду было некогда, поэтому она просто закинула их в свой пространственный "карманчик", туда же отправились и пустые бутыли. В том мире стекло было доступно немногим, любая стеклянная банка была ценностью.
   В углу хранились вещи, оставшиеся от сбежавшего кобеля-мужа. Он любил мастерить, и у него были золотые руки. Ирина Павловна, не глядя, собрав все коробки и ящички, бросила их в воронку.
   Теперь предстояло заняться комнатами. Мысленно попросив у сына прощения, она взяла его вещи, которые он брал с собой в путешествия: палатку, топорик, котелок, шампуры. Большой надувной матрас? Несколько секунд она раздумывала, брать его или нет, потом все же бросила его в свой пространственный карман. Сколько раз она потом благодарила проведение, что так поступила, но это было значительно позже. Открыла шкаф, в котором хранила одежду, ставшую сыну ненужной. Со спокойным сердцем (поскольку понимала, что после ее смерти они все окажутся на помойке), развернув простыню, уложила эту груду одежды, и, связав простыню узлом, закинула к другим вещам. Мешок с игрушками внука - в карман, подушки, одеяла - туда же. Тарелки, кастрюли, ложки, ножи из нержавейки, кружки, банки - Ирина Павловна хватала все без разбора.
   Дошла очередь до кладовки.
      Когда-то давно, чтобы не сойти с ума от тоски сразу после ухода мужа, она решила стать великой писательницей, сочинив любовный роман о своей жизни, и таким образом обессмертить свое имя в веках. Компьютеров тогда не было, и свой роман она печатала на пишущей машинке, каждую страницу в трех экземплярах, чтобы не дай бог ее творение не потерялось. Она тогда писала, писала, пока ей это не надоело, вернее, пока боль от предательства мужа не ушла куда-то, оставив вместо себя ощущение свободы. Больше она замуж не вышла, и все время и силы бросив на воспитание сына. Свой роман она никогда не перечитывала, однако сохранила его, спрятав в кладовке. И вот теперь с радостью забросила эти стопки бумаги в "карман", порадовавшись, что теперь близнецам будет на чем рисовать, да и на растопку эта бумага отлично сгодится.
   В кладовке обнаружился еще один мешок с поломанными игрушками внука, в основном, машинки. Стоял тут старый трехколесный велосипед, и еще талакар, который внуку купили родители, едва эти "автомобильчики" появились в продаже. Хранились здесь и коробки с простыми и цветными карандашами, линейки, циркули - все, что было необходимо для черчения. Ирина Павловна сохранила эти вещи сына, думая, что они пригодятся и внуку, когда тот поступит в институт. Теперь же она забрала их с собой, понимая, что ее сын не позволит ее внуку пользоваться такими доисторическими предметами.
   Дошла очередь до сумки с небольшими баночками с завинчивающимися крышками - консервирование было тайной страстью Ирины Павловны. Прошли времена, когда она огурцы и помидоры закатывала трехлитровыми бутылями, теперь она пользовалась маленькими баночками, которые в огромном количестве ей поставлял сын. В основном это были банки из-под детского питания, в которые она закрывала варенья, аджику, овощную икру. И пустые банки, и банки с закатками - все отправилось в ее пространственный карман.
      Она, уже почти не глядя, забрасывала вещи, попадавщиеся под руку, про себя удивляясь, сколько же мусора она насобирала и бережно хранила, захламив всю квартиру. Впрочем, теперь, вспомнив в каких условиях она жила в том замке, Ирина Павловна догадалась, что так она поступала подсознательно, поскольку в ее мире любая из этих вещей станет очень ценна и необходима.
      Ирина Павловна почувствовала легкий сквозняк, и сразу поняла, что ее время пребывания в этом мире заканчивается. Посмотрела по сторонам, увидела несколько глянцевых журналов, принесенных ей невесткой, что-то из жизни звезд, зачем-то забрала и их.
   Оглядев разгромленную, вернее, не разгромленную, а вычищенную от вещей квартиру, поняла, как испугается сын, обнаружив мертвую мать и квартиру в таком состоянии. Она схватила лист бумаги, с трудом нашла ручку и стала торопливо писать.
      "Вадим, прошу тебя, не пугайся!
      Я чувствую, что скоро умру, не спрашивай, откуда я это знаю. Просто знаю и все. После моей смерти ты все равно выбросишь все вещи из квартиры, мне было неприятно это осознавать, поэтому я сама раздала их нуждающимся людям.
      Прости меня за деньги. Ты знаешь, за какие. Я потратила их на свою мечту, и потому ухожу из жизни счастливой. Ты знаешь, где искать все документы.
      Вадим! Ни в чем не вини себя! Я клянусь, что ты самый лучший сын на Земле. Я гордилась и горжусь тобой каждый день, каждый час, каждую минуту.
      Вещи, в которых меня надо похоронить, лежат на кровати. Как я люблю и тебя, и Наташу, и Сашеньку. Будьте счастливы!"
      Ирина Павловна положила свои самые лучшие, самые красивые вещи на край кровати. Сама легла с другого края и позвонила в скорую помощь: сообщила о своем сердечном приступе и назвала номер квартиры, который надо набрать, чтобы открыли дверь в подъезд. Потом позвонила соседке Марине, сказала ей, что заболела, и попросила никуда не уходить, чтобы открыть подъезд врачам. Вытянувшись на кровати, Ирина Павловна приготовилась к страшной, чудовищной боли, о которой хорошо помнила, когда ее в тот раз переносило в этот мир. Ее сознание тогда вселилось в тело пятнадцатилетней девочки, попавшей под колеса грузовика Ирочки Кулешовой.
      Боль нарастала и нарастала, и вдруг Ирина Павловна подумала: а вдруг ее порталом вытягивает назад не отец, а те люди, что всегда охотились за ней? Но эта мысль показалась ей настолько страшной, что она тут же ее отбросила. Конечно, это отец, кто же еще?
     
     
      Глава 5
       
      Яркая вспышка вырвала ее из умирающего тела и потащила сквозь пространство. Она ощущала только движение, ничего не видя и не слыша, а когда она, наконец, пришла в себя, то поняла, что лежит в комнате без окон, скорее всего, в подвале, вокруг горят свечи и факелы, и лежит она в центре пиктограммы. У Ирины Павловны от ужаса зашевелились волосы на голове. Она знала этих людей, нет, не поименно, она знала таких людей - с такими мертвыми, холодными глазами и татуировкой в виде скатывающейся слезы на левой щеке.
   Ирина Павловна вскочила на ноги, надеясь убежать, но ее руки ткнулись в непреодолимую прозрачную стену, которой ее окружили. Мужчины что-то продолжали читать речитативом, под действием их голосов стена в подвале дрогнула, и рядом с Ириной Павловной оказались ее брат и сестра вместе с няней. Дети ошарашено оглядывались по сторонам, потом, увидев Ирину Павловну, бросились к ней, как к единственной защите. Она прижала их к себе, с ужасом осознавая, что сейчас произойдет. Их сожгут заживо. Всех четверых. Об этом говорил отец, когда объяснял, почему ей необходимо жить одной в ужасном замке. Ирина Павловна зажмурилась.
   А потом стало происходить нечто странное. Их всех четверых потащило порталом. Не просто вытягивать их сознание, а полностью перемещать тела. Ирина Павловна даже представить себе не могла, какой силой должен был обладать тот, кто способен на это. Мгновение - и мощным рывком их всех четверых вырвало из этого подвала и потащило неизвестно куда.
   Если бы они задержались хоть на мгновение, то увидели бы, как на их место в центр пиктограммы плюхнулся молодой мужчина, следом, почти ему на голову, свалилась сумка с бряцающими в ней металлическими предметами и большой рюкзак. Парень вскочил на ноги, быстро глянул по сторонам, и вдруг заплясал от счастья, выкрикивая немного хрипловатым голосом: "Нас выбросило совсем в другом месте! Это не замок Страга!" Потом сам себе возразил уже другим тоном: "А хрен редьки не слаще? Ты посмотри на этих мужиков в черных балахонах, что-то мне их рожи не очень-то нравятся!" Но хриплый голос засмеялся в ответ: "Да по сравнению с тем, где мы должны были оказаться, это младшая группа детского сада, такие себе мальчиши-плохиши. Они называют себя охотниками, потому что охотятся и зверски убивают потомков моего народа. Вот только сегодня им очень крупно не повезло, - и хриплый голос довольно рассмеялся. - Ох, какой их ожидает сюрприз, прямо не нарадуюсь, - дурашливо протянул он, а потом совсем другим тоном добавил: - У нас есть в запасе три-четыре минуты, чтобы как следует подготовиться".
      Ничего этого Ирина Павловна не видела, поскольку в эту самую минуту оказалась в другом месте. И вот теперь страх, обрушившийся на нее, был таким, что она застыла, полностью парализованная увиденным ужасом. Она с близнецами и Фанной находились в светящейся сфере, зависшей над полом на высоте чуть больше метра. А под ними... а под ними лежал распластанный на камне обнаженный человек, руки и ноги которого были прикованы точно по лучам выбитой на камне звезды. Судя, по раззявленному и искривленному рту, мужчина кричал, и, безусловно, от боли, хотя в сферу, в которой находилась Ирина Павловна, не проникало ни звука. А еще он умирал страшной мучительной смертью, ведь только такие эманации могли дать достаточно энергии для создания подобного портала. Все это она успела заметить в долю секунды. А еще она увидела нескольких человек, лежащих вокруг фигуры в центре, и эти люди тоже были прикованы каждый к своему месту. В их сердца были воткнуты трубки, по которым сбегала кровь в вены мужчины, лежащего в центре. Она пригляделась и поняла, что немного ошиблась. Тот, что лежал под сферой, отдавая, вливая в нее свою энергию жизни, был не человеком, а вампиром. Когда она это поняла, то поняла и другое: никаких человеческих сил не хватило бы, чтобы создать подобный портал, нужны были силы вампира, но не простого вампира, а одного из Древних.
   И тут-то, наконец, Ирина Павловна заметила самую главную фигуру, режиссера и организатора этого кошмара. Мужчину, такими дикими глазами смотревшего на нее и малышей, что сразу стало понятно, что именно он создал этот портал, и что он меньше всего ожидал увидеть в ответ на все свои усилия, эту четверку.
      Мужчина махнул рукой, и сфера, в которой находились пленники, перестала светиться. Еще одно движение рукой, и вот они уже стоят перед ним, словно деревянные куклы, не в силах шевельнуть ни рукой, ни ногой.
      - Вы кто? - бешено прошипел мужчина, сдавив горло Ирины Павловны рукой и заглядывая ей в глаза.
      - Мое имя Лорианна. Я и мои брат с сестрой живем в замке, - просипела она, но мужчина ее не слушал.
      - Где Дэттер? - прорычал он ей в лицо.
      - К-к-какой Дэттер? - заикаясь от ужаса, сдавлено прошептала она.
   Мужчина схватил ее за шиворот и сильно встряхнул:
      - Где Дэттер?! - диким голосом прокричал он и стал трясти ее так, что ей казалось: ее голова вот-вот оторвется.
      - Я не знаю никакого Дэттера! - отчаянно пискнула она, и тут же умолкла, заворожено глядя ему в глаза. Мужчина сдавил ей виски, и у нее возникло ощущение, что он копается в ее голове, перебирая все ее мысли и воспоминания. Одни он брезгливо отбрасывал, другие пристально рассматривал.
   Видимо, убедившись в том, что она говорит правду, он точно таким же способом заглянул в глаза малышам, Фанне, после чего с отвращением вытер руки платком, видимо, сочтя даже прикосновение к таким ничтожным существам оскорблением для себя. Глаза мужчины засветились злобой, стало ясно, что он не получил того результата, на который надеялся.
   Он оглянулся по сторонам в поисках того, на кого бы свою злость выплеснуть, взгляд его остановился на вампире.
      Мужчина шагнул по линиям рисунка, не обращая внимания на то, что стирает эти линии подошвами сапог, и одним движением вырвал все трубки из тела.
      - Тебе еще рано сдыхать, - ласково сказал он. - Как только я разберусь, что случилось, ты еще раз окажешься на этом камне. Надеюсь, что тебе понравилось? - голос мужчины сочился ядом, не было ни малейшего сомнения, что Ирина Павловна видела сейчас последние аккорды какой-то давней вражды или войны.
   Вампир не отвечал. То ли он был совсем обессилен, то ли так выражал свое призрение врагу. Мужчина грубо стиснул вампиру лицо, принуждая смотреть ему в глаза, потом откинул его в сторону, словно поломанную куклу, оглянулся по сторонам, увидел тела, лежащие вокруг рисунка, махнул рукой, и все они мгновенно обратились в пепел.
      - Вампира и этих четверых - в камеру, - громко приказал он кому-то. - Через три дня я вернусь, еще раз поговорю с женщинами, а потом можете их забирать себе, это мой вам подарок.
      Ирина Павловна услышала взрыв радости и, повернувшись в сторону раздающихся благодарных криков, содрогнулась от ужаса. Мерзкие, небритые, грязные рожи целой кучи здоровенных мужиков вызывали омерзение, но еще больше они вызывали страх.
   Их поволокли в камеру. Конвоиры, что тащили ее и Фанну успели облапить их, не скрывая, что ждут не дождутся, когда женщины окажутся в их полной власти. В камере пленники забилась в самый дальний угол. Ирина Павловна поняла, что ей придется убить и Фанну, и детей, и себя, чтобы избавить всех от страшной и мучительной смерти.
     
  
      Глава 6
     
      Немного погодя в камеру втащили вампира и приковали к стене за руки и за ноги. Сначала Ирина Павловна не поняла, для чего их оставили в одной камере с вампиром, ведь наверняка в этом подвале полно свободных темниц. Но потом, услышав, как вампир жадно вдыхает воздух, как причмокивает при этом, она догадалась, что он страшно голоден, и его нахождение рядом с потенциальной едой доставляет ему дополнительные мучения.
      Фанна и дети даже дышать боялись в присутствии вампира, а вот Ирина Павловна, очевидно, под воздействием огромного количества просмотренных фильмов, в том числе и про вампиров, да не о плохих и злых кровососах, а об очень хороших, любвеобильных красавчиках, решилась подойти к вампиру поближе и хорошо его рассмотреть.
      В камере было темно, совсем немного света проникало через окошко с решеткой, прорезанном в двери. Этот свет был отражением света в коморке охранников, которая находилась в конце коридора. Ирина Павловна, или Лори, как ее называли и дети, и Фана, могла зажечь фонарик или свечу, но это обязательно бы привлекло внимание стражи, поэтому надо было сначала занавесить решетчатое окно чем-то темным. Выбор пал на черную куртку на синтепоне. Завесив окно, она достала маленький фонарик, подошла к вампиру, присела рядом на корточки и посветила ему в лицо. Вампир рванулся к ней. От неожиданности Ирина Павловна отшатнулась в сторону и упала на пол, выронив фонарик. Потом, сообразив, что вампир ничего не сможет ей сделать, она снова посветила на этого несчастного и содрогнулась от ужаса. До красавчика ему было, как до Луны пешком. Худой скелет, обтянутый кожей - вот что он из себя представлял. Особенно противной была голова. Голый череп без волос со сморщенной пергаментной кожей, красные глаза и совершенно безумный взгляд. И все же в какую-то долю секунды ей показалось, что он с любопытством посмотрел и на нее, и на ее фонарик, и этот единственный осмысленный взгляд придал ей сил, чтобы попробовать поговорить с ним.
      - Я понимаю, - тихо начала она, - тебя подвергли таким пыткам, таким мучениям, что сохранить здравый ум и здравое сознание невозможно. Но если ты меня понимаешь, если ты можешь, хоть немного взять себя в руки, чтобы поговорить со мной, прошу, скажи хоть что-нибудь.
      Вампир молчал. Ирина Павловна с сожалением вздохнула, и тут услышала шипящий дрожащий голос.
      - Что ты от меня хочешь?
      Она радостно вгляделась вампиру в глаза, ей показалось, что глаза стали менее красными и слегка почернели.
      - Скажи, - все так же тихо спросила она, - в том состоянии, что ты сейчас находишься, ты смог бы убить охранника, если бы мы заманили его в камеру, а тебя освободили от оков?
      И тогда вампир засмеялся, засмеялся таким страшным безрадостным смехом, что у нее сжалось сердце, а потом он открыл рот, и Ирина Павловна увидела, что у него вырваны все зубы. Она взглянула на руки вампира - и ногти вырваны, самым изуверским способом. Но она не сдавалась.
      - Я спрашиваю, хватит ли у тебя физических сил, чтобы убить сильного мужчину? - терпеливо объяснила она. - Оружие, вернее, нож я тебе дам, - вот тут вампир перестал смеяться, с огромным удивлением рассматривая ее, потом неуверенно кивнул. Но ей мало было этого неуверенного кивка, и она требовательно спросила: - Что тебе нужно, чтобы хоть немного восстановить силы?
   Вампир иронично хмыкнул, удивляясь, что она сама не догадывается, а потом прохрипел:
      - Мне нужна свежая кровь, что же еще?
      Она подумала, что об этом нетрудно было догадаться, и вздохнула: кровь ей придется отдавать свою. Ирина Павловна несколько раз лежала в больнице. Ей и капельницы ставили, и делали уколы внутривенно, и брали из вены кровь на анализы, и всегда она отворачивались, чтобы не видеть торчащие из руки иголки. Сейчас она горько пожалела об этом. Нет, теоретически она приблизительно знала, как сделать укол в вену. Жгутом перетянуть руку выше локтевого сустава, потом несколько раз сжать и разжать кулак, потом смазать ваткой, смоченной в спирте, место будущего прокола... и ткнуть туда иголкой. Ужас!
   Несколько минут она собиралась с силами, потом достала шприц, благо их у нее было несколько штук, остались после болезни, и теперь они так неожиданно пригодились. Ирина Павловна уже была готова приступить к этой неприятной процедуре, когда вампир все так же хрипло прошипел:
      - Твоя кровь, и кровь этих детей мне не подходит. Для меня она ядовита, а вот кровь второй девушки - самое то.
      - Почему это наша кровь ядовита? - даже немного огорчилась Ирина Павловна, хотя должна была бы этой новости радоваться.
      - В вас течет кровь того проклятого народа, что исчез из этого мира много-много лет назад, - не то спрашивал, не то утверждал вампир. - Хоть эта кровь изрядно разбавлена людской кровью, для меня она все равно не подходит. Если хочешь дать мне крови, - при этих словах вампир жадно глотнул, - то дай кровь этой девушки.
      Ирина Павловна растеряно оглянулась. Ей даже себе страшно было прокалывать иглой тело, проколоть же вену другому человеку было еще страшнее.
      - Я слышала, что вампиры умеют внушать свои мысли, - с дрожью в голосе сказала она, и дождавшись его подтверждающего кивка, жалобно попросила: - Ты не мог бы внушить Фанне, что это будет совсем не больно и не страшно? Что то, что я буду делать, это для ее же пользы, поскольку другого выхода у нас нет.
      Вампир снова утвердительно кивнул, тогда Ирина Павловна подошла к Фанне, приказала детям сидеть тихо, отвернувшись к стене, потом вместе с кормилицей (придумав какую-то чушь, для чего ей нужно, чтобы она это сделала) они подошли к вампиру. Его глаза стали черными, и он четко, внятно и очень спокойно произнес:
      - Фанна, ты должна делать то, что тебе прикажет твоя госпожа. Ты не должна бояться. Никакой боли, никакого страха, тебе спокойно и хорошо. Ты поняла меня? - Фанна, неотрывно глядя ему в глаза, заворожено слушала, потом медленно кивнула. - Все, - привалившись к стене, сказал вампир, - я сделал то, что ты просила.
      Ирина Павловна догадалась, что на это подчинение он израсходовал последние силы. Она торопливо взяла в руки жгут и перетянула руку Фанны.
      И все равно она не могла тыкать в руку девушки иголкой, вот не могла, и все тут! Тогда она резанула по вздувшейся вене ножом и просто подставила банку под брызнувшую кровь. "Грамм сто пятьдесят, не больше", - думала она про себя, вспоминая, что когда-то у нее взяли двести грамм крови, и она потом чуть не потеряла сознание. Зажав рану ваткой со спиртом, она перегнула руку девушки в локте, решив наложить жгут ниже раны, если кровь не остановится. Но этого не потребовалась, ранка была совсем небольшой.
   Все то время, что Ирина Павловна возилась с Фанной, вампир тихо стонал от нетерпения, не в силах сдержать свою жажду, свой голод. И вот тут-то встала новая проблема: как накормить вампира? Чтобы кровь насытила его, он должен втягивать ее через клыки, как комар или бабочка, использующие свои хоботки. А клыков-то как раз у вампира и не было.
  
  
   Глава 7
  
     - А ты не можешь просто выпить эту кровь из банки? - расстроено спросила она, вампир отрицательно покачал головой. - Если ты не можешь пить кровь, зачем просил, чтобы я взяла ее у Фанны? - разозлилась Ирина Павловна. Впрочем, ее гнев утих, когда она увидела насколько вампиру плохо. - А ну, открой рот - приказала она. Он безропотно подчинился. Ирина Павловна поднесла фонарик к его лицу, а потом банку с кровью, чтобы пробудить его жажду. К своей радости она заметила внутри десен небольшие бугорки, это отрастающие клыки пробивались наружу. - Если подрезать десну, - слабым голосом начала она, понимая, что эту манипуляцию придется проделывать ей, - то можно добраться до клыка. У меня есть шприц, я могу попробовать закачать тебе кровь таким способом.
  - Режь, - коротко ответил вампир, даже не спросив, что такое шприц.
  Сказать, что Ирине Павловне было противно - не сказать ничего. Если бы не этот страх за жизнь детей и свою собственную, она никогда не решилась бы на это. Десну разрезала сбоку, так было удобнее добираться до пенька от клыка. Втянула шприцом без игры кровь из банки, приставила к зубу и медленно надавила поршень. Потом еще раз и еще.
  Вампир привалился к стене, набираясь сил, а Ирина Павловна занялась его кандалами. Зачарованное серебро. Даже она чувствовала в пальцах покалывание, вампир же... Он испытывал боль каждую минуту, каждую секунду. Она снова посочувствовала старику и поразилась жестокости его тюремщика. Ирина Павловна беспомощно оглядела цепи, не зная, как разорвать их, потом оглядела у пленника кисти рук. Она отметила про себя, что левая рука усохла сильнее, поэтому все свои усилия направила именно на нее. Немного покопавшись в инструменте, оставленном мужем, она достала большую отвертку, напильник, плоскогубцы и даже кусачки. Все это "богатство" она неумело пыталась использовать, чтобы помочь вампиру. Сначала попробовала расшатать вбитые в стену крюки (не получилось), потом пыталась разорвать звенья цепи (не получилось), потом - распилить браслет (не получилось), потом - расклепать штырь, что стягивал кольцо наручника. Вот тут-то и наметился небольшой прогресс. Используя отвертку в качестве рычага, она немного увеличила диаметр кольца. Ирина Павловна быстро достала бутылку подсолнечного масла и обильно смазала кожу руки и металл. Фанна тянула вампира за руку, Ирина Павловна растягивала браслет, казалось, что у них ничего не получится и вдруг: раз и рука выскользнула из оков. 
  Вампир несколько секунд неверяще смотрел на свою свободную руку, потом уже самостоятельно стал освобождать другую. У него это получилось намного лучше, чем у женщин. Через несколько минут он был свободен.
  Мужчина, вернее мужская мумия потянулась и только тут Ирина Павловна заметила, что он абсолютно голый. Ирина Павловна равнодушно отметила про себя этот факт, а вот Фанна испуганно ойкнула и поспешно отвернулась. Вампир никак не прореагировал на смущение женщины, хотя... Ирина Павловна могла поклясться, что в какое-то мгновение заменила мелькнувшую смешинку в глазах вампира, но может ей это все-таки показалось в мелькающем свете фонарика.
   - План такой, - деловито начала она. - Когда охранник принесет нам еду или воду, ты, Фанна должна подойти к нему и томно глядя ему в глаза попросить еще какой-нибудь еды или воды. Постарайся прикоснуться грудью к его руке, намекая на то, как ты будешь его благодарить... Я сама бы это сделала, - раздраженно объяснила она женщине, испуганно смотревшей на нее, - но мне нечем к нему прикасаться! - Фанна с сочувствием взглянула на плоскую грудь девушки, и согласно кивнула головой. - Надеюсь, он согласится.
   - А если он не зайдет в камеру? Если он в окошко протянет хлеб и воду? - засомневалась Фанна.
   - Попробовать стоит в любом случае. Будешь улыбаться ему в окошко.
   - А если он меня потащит в комнату, где находятся стражники? - не унималась Фанна.
   - Главное, чтобы он открыл дверь, - вмешался в разговор вампир противным скрипучим голосом.
   - Хорошо, я попробую, - смирилась с неизбежным, Фанна.
   - И еще, - сглотнув слюну, сказал вампир, - мне нужна его кровь.
   Ирина Павловна сначала брезгливо скривилась от этих слов, но потом, рассудив здраво, решила, что пусть вампир выпьет кровь стражника, чем Фанны. Вот только как это сделать. Она немного подумала, припоминая вещи, что захватила с собой. Капельница! У нее есть капельница.
   ...Ирина Павловна где-то прочитала, что цветы предпочитают капельный полив, поэтому капельницу, что ей однажды ставили, она использовала, чтобы поливать цветы именно таким образом.
   ...Вот теперь отрезав трубку, она показала ее мужчине, следом достала пластиковую бутылку.
   - Кровь можно собрать вот сюда. - Вампир удовлетворенно кивнул, потом выбрал два ножа, из пяти предложенных Ириной Павловной, что-то сделал с кандалами, и снова оказался в цепях, ожидая прихода стражника.
   Все произошло намного лучше, чем они ожидали. Ужимки женщины не оставили равнодушным охранника, что принес им еду. Он рассуждал вполне рационально: если через три дня им все равно отдадут женщин, почему бы ему не воспользоваться этим сейчас, тем более, что женщина не против. К тому же он хорошо понимал, что женщин всего двое, а желающих мужчин... мужчин было намного больше и его очередь подошла бы, ой как не скоро. Короче говоря, сбегав за кое-какой едой и бутылкой вина, охранник, распахнул дверь камеры. Он был очень осторожен. Подняв высоко фонарь, он еще раз убедился, что вампир висит на цепях, а дети с девушкой забились в дальний угол камеры. Довольно хмыкнув, он головой указал женщине на место рядом со ступенями и быстро спустился вниз.
   Ирина Павловна прижала детей к себе, не желая, чтобы они видели то, что происходило, себе же она не могла позволить такой роскоши, на кону стояло слишком многое. Она внимательно следила за охранником и Фанной и все равно не заметила момента, когда вампир обездвижил его, и мягко опустил на пол камеры. Охранник не то что закричать, он даже пошевелиться не успел, а вампир тем временем уже начал стаскивать с него сапоги. Он так быстро раздел стражника, что Ирина Павловна только диву давалась, также быстро вампир натянул на себя эти вещи.
   - Дайте мне трубку и бутылку, - попросил он, Ирина Павловна вновь содрогнулась от мысли зачем ему это нужно, но тем не менее быстро подошла к нему и отдала то, что он просил. Вампир оглядел трубку, ножом срезал кончик так, что он стал заостренным, потом наклонился к недвижно лежащему телу. Ирина Павловна дернула Фанну за руку и тихо приказала идти к детям. Сама же она осталась с вампиром, как ей было ни противно, но она была обязана помочь ему.
   - Идите, - шепнула она ему, я послежу, чтобы кровь бежала в бутылку.
   Он кивнул, и нахлобучив на голову шляпу, вышел из камеры. Она не знала, что происходило дальше. Ни криков, ни звона оружия она не слышала. Через несколько минут вампир вернулся.
   - Можно идти, - просто сказал он, а потом немного неуверенно спросил: - А еще одной бутылки нет?
   Ирина Павловна поняла его без объяснений и через минуту протянула ему пятилитровую канистру.
  
  
   Глава 8
  
  
   Они все вместе вышли в коридор, вампир повел их вперед. Ирина Павловна боялась, что вид мертвых тел напугает детей, но лежащих тел не было. Дежурная комната была пуста. Вампир подошел к каменной кладке и нажал один из камней. Часть стены сдвинулась в сторону, открывая потайной ход.
   - Спускайтесь по ступеням вниз, потом пойдете прямо, никуда не сворачивая, быстро объяснил он. - Я потом вас догоню.
   Ирина Павловна поняла, что он хочет забрать кровь у стражников, поэтому, не споря, двинулась к проему в стене. Но подойдя к нему вплотную, она обнаружила впереди такую темень, что без светильника идти было невозможно. Хотела забрать фонарь, что освещал эту каморку, но вампир не позволил.
   - Отсюда нельзя забирать ни одной вещи, - объяснил он. - Любой предмет может оказаться маяком, по которому нас смогут найти.
   Выбора у Ирины Павловны не было, пришлось снова воспользоваться фонариком. Она шла первая, освещая дорогу, дети и Фанна шли следом за ней. Вампир их догнал, примерно, через час. Он снова был абсолютно голый. Молча, протянул Ирине Павловне канистру с кровью и трубку, она, молча, убрала все в открывшуюся воронку. Потом достала старые спортивные штаны сына и старые шлепки.
   - Оденьтесь, - коротко сказала она. Он благодарно кивнул головой, и быстро надев вещи, пошел во главе их маленького отряда.
   - У нас форы всего несколько часов, - не оборачиваясь, сказал он, мы должны успеть дойти до одного тайного места, если не успеем, то не сможем спастись, - Ирина Павловна прибавила шагу. Шли долго, очень долго. Тоннель петлял, пересекался с другими ходами, вампир даже секунды не раздумывал, куда им двигаться. Привал все равно пришлось делать. Дети сильно устали, хотели есть и пить. Она выдала всем по пирожку, налила в кружки молоко из тетрапака, и не удержавшись спросила:
   - Откуда Вы узнали о тайном ходе? - Вампир как-то невесело усмехнулся.
   - Откуда я знаю об этом тайном ходе? - переспросил он. - Я знаю об этом, потому что этот замок когда-то принадлежал мне, я его построил, с самого первого камня.
   Перекусив, снова двинулись вперед. Проходя мимо одной, ничем не примечательной стены вампир остановился.
   - Нам сюда, - он нажал на какой-то камень, и кладка развернулась, открывая узкую щель, посыпались мелкие камушки и пыль. Ирина Павловна вдруг подумала, что этот мусор даст возможность преследователям догадаться, где они скрылись. Надо было чем-то замаскировать это место.
   - Подожди-ка, - остановила она мужчину и стала доставать страницы своего романа. - Надо устроить костерчик, - объяснила она, чтобы сажа покрыла стены.
   - От бумаги не будет много сажи, - возразил вампир. Ирине Павловне пришлось с ним согласиться. Тогда она достала одну из своих блузок (яркую и красивую, но чисто синтетическую) и порвала ее не несколько кусков, потом она щедро облила это все жидкостью, что сын брал с собой для разжигания костра, и положила тряпки на кучу бумаги.
   - В какую сторону сквозняк? Спросила она, поскольку понимала, что костер, разожженный под скрытой дверью, только привлечет к ней внимание, мужчина махнул рукой, указывая направление. Костер устроили в пяти метрах от двери Ирина Павловна пожертвовала еще резиновую детскую игрушку, чтобы сажи было побольше. - А что там? - спросила она, указав в сторону исчезающего в темноте коридора.
   - Там сток, глубокая яма с грязной жижей.
   Ирина Павловна достала детский мячик. Стукнула его об пол, чтобы показать, как он прыгает.
   - Нас будут искать по запаху. Ты не можешь пройти немного по этому коридору, стуча мячиком об пол?
   Вампир взял в руки мяч и с интересом стал его рассматривать, время от времени, ударяя об пол. Он сразу понял, что она придумала, и полностью с ней согласился. Дав подержать этот мяч в руках детям и Фанне, он исчез в темноте, и только методичный стук, позволял догадаться, куда он движется.
   Вампир вернулся через десять минут. Ирина Павловна протянула ему зажигалку, показала, как ею пользоваться и скрылась в проеме, вслед за детьми. Вспыхнуло зарево, через секунду кладка встала на место, но вампир не думал уходить.
   - Идите вперед, - приказал он, когда они отошли на достаточно большое расстояние, то раздался грохот обваливающейся породы, и коридор за их спинами, засыпало землей. И вампир снова повел их вперед.
   Они подошли к небольшому гроту. Дорогу им перекрыла глубокая яма, наполненная темной вонючей жижей. Ирина Павловна думала, что их путь лежит дальше и уже обдумывала как им преодолеть это препятствие с наименьшими шансами извазюкаться в ней, но вампир ее "обрадовал":
   - Надо опускаться на дно. Проход там.
   - Надо нырять с головой в эту грязь? - содрогнулась она от отвращения. Вампир равнодушно пожал плечами:
   - Можете не нырять, можете остаться здесь, только другого способа добраться до моего укрытия, нет.
   - Но как же дети? - испугалась она. - Дети не смогут нырнуть.
   - Я помогу, - коротко сказал мужчина, и, раздевшись догола, нырнул в жижу. Его не было долго. Очень долго, Ирина Павловна уже было решила, что он бросил их, решив спасаться самому. Но вампир вынырнул. Какой же он был грязный. Понимая, насколько ему противно, Ирина Павловна протянула ему тряпку, чтобы он вытер лицо.
   - Я вытащил несколько камней кладки стены, чтобы вы легче смогли проплыть под ней, - объяснил он свое долгое отсутствие. - Кто будет первым?
   - Я! - и Ирина Павловна шагнула к мужчине. Она сняла с себя платье и, оставшись в одной рубашке, бесстрашно шагнула в грязь. Вампир усмехнулся и шагнул следом за ней. Он обхватил ее одной рукой, а второй рукой зажал ей рот и нос. Она не сопротивлялась, полностью доверившись ему. Вынырнули на поверхность в гроте, как две капли воды похожем на тот из которого ныряли. Вампир помог ей выбраться из грязи, и снова нырнул в жижу.
   Ощущения были настолько омерзительные, что нельзя передать никакими словами, а самым ужасным было то, что негде было смыть с себя эту грязь и вонь. Ирина Павловна сбросила грязную рубашку, достала несколько тряпок, приготовив их, чтобы хотя бы вытереться досуха. Противно было надевать одежду на грязное тело, но и голой оставаться было невозможно.
   Вампир вынырнул с Эларой. Ирина Павловна быстро подхватила девочку и стала ее вытирать, потом переодела в сухие вещи. Последней вампир доставил Фанну. Ирина Павловна протянула им сухие тряпки и сухую одежду. Однако вампир не вылез из грязи и снова нырнул в нее.
   Выбравшись из жижи, сухо объяснил:
   - Я вернул камни на место. Предосторожность лишней не бывает. - И они снова двинулись в путь. - Там, куда я вас веду, нет воды. Совсем нет. Поэтому мы сейчас остановимся у родника, вам надо набрать воду во все емкости, что есть. Я буду спать десять часов, так что времени хватит.
   Он привел их в небольшой грот, в котором из-под одной стены бежал ручеек. - Это чистая, хорошая вода, ее можно пить не опасаясь. Больше воды не будет, - с этими словами он лег у противоположной стены, вытянулся во весь рост, сложил руки на груди... и уснул.
  
  
   Глава 9
  
  
   Полюбовавшись на спящую мумию, Ирина Павловна занялась набором воды. Это оказалось очень нелегким делом. Родничок бил из-под стены, ни тазик, ни кастрюлю подставить под струю воды было невозможно. Пришлось пожертвовать пластиковой бутылкой, срезав с нее дно, и почти перерезал пополам по длине. Получился этакий совочек, зато теперь вода, собираясь в бутылке, вытекала из горлышка достаточно мощной струной. Стало понятно, что у родника придется сидеть все десять часов. Сидеть при свете фонарика было тошно и муторно, к тому же все хотели спать. Ирина Павловна развернула палатку, сверху на брезент положила два одеяла и подушку, накрыла все это стареньким покрывалом, таким же покрывалом укрыла детей и Фанну, чтобы они могли уснуть.
   - Я разбужу тебя через три часа, - шепнула она кормилице, - ты потом продолжишь собирать воду, а я отдохну. Все спите.
   Время под землей определить было невозможно, поэтому Ирина Павловна достала мобильный телефон, засекла время и потом постоянно на него поглядывала. Ей так надоело черпать воду кружкой, что она задумалась как бы усовершенствовать этот процесс. Шланг для полива с дачи, она держала в квартире на балконе, боясь, что на даче его украдут, этот шланг вместе с другими вещами она закинула в воронку пространственного кармана. Как же она обрадовалась, когда вспомнила о нем! Шланг состоял из нескольких частей, соединенных металлическими трубками, его даже резать не пришлось. Примотав его к горловине бутылки, она нашла место, где был самый большой уклон пола, и поставила под шланг большую чашку. Вода весело побежала в таз.
   Ирина Павловна начала доставать все емкости, что у нее были. Шесть трехлитровых бутылей, десять литровых, тридцати пятилитровая канистра, что она купила за несколько минут до открытия портала, четыре ведра два пластиковых и два цинковых, а еще были кастрюли, среди которых и десятилитровые, и пятилитровые, и трехлитровые. Еще была огромная ванночка, и три таза. Выставив все это богатство она, предварительно прополоскав емкости, стала наполнять их водой.
   Емкости заполнялись, время бежало медленно, и тут ей пришла в голову мысль, а почему бы им не искупаться, пока есть время и вода. В холодной воде купаться было неприятно, а разогреть воду... было чем! Таганок и маленький газовый баллон. Эти вещи сын брал с собой в походы на случай, если будет дождь, и разжечь костер не получится. Газа в баллоне было меньше половины, жалко тратить его было до слез, но ощущение вонючей мерзости на коже, было еще мучительнее.
   Что делать с длинными волосами? Чтобы промыть их надо столько воды! И Ирина Павловна решительно отчекрыжила свои волосы под самый корень. Когда нагрелось ведро воды, она разбудила Фанну. Наскоро объяснив ей, что она собирается устроить всем помывку, она также решительно, под тихое завывание Фанны обрезала волосы и ей. Потом они искупались, помогая друг другу тереть спину, переоделись в чистое белье. В мыльной воде прополоскали грязные вещи, и вымыли обувь. Снова нагрели ведро воды и разбудили детей. Ирина Павловны остригла и их, но в отличие от Фанны, они не издали, ни звука. Насколько приятнее чувствовать себя чистым. Дети повеселели, с удовольствием перекусили бутербродами с вареной колбасой, которую до этого и в глаза не видывали. Вампир должен был спать еще час, Ирина Павловна поставила греть еще одно ведро.
   -Раздевайтесь, будете купаться, - Ирина Павловна кивнула головой на таз. - Мы уже все искупались, ждем только вас.
  Она как-то незаметного для себя перешла на "Вы" по отношению к вампиру. Скорее всего, ее впечатлил рассказ, что он когда-то был владельцем этого огромного замка. С чего она решила, что замок огромен, Ирина Павловна и сама не знала, она ведь его снаружи не видела, очутившись сразу в подвале. Хотя косвенным свидетельством размера замка могли служить подземные ходы, по которым они шли много часов. В любом случае тыкать вампиру она не могла, перейдя, как культурный человек, на более вежливую форму общения. Вампир без всякого стеснения скинул штаны, и сел в таз. Ирина Павловна протянула ему мочалку, на которую обильно налила гель для душа с фруктовым ароматом. Так вот этот лысый мумифицированный урод, прежде чем намыливать свою безволосую башку, подозрительно понюхал гель! Ей так хотелось съязвить, мол, вы за столько лет настолько привыкли к запаху испражнений, что не хотите с ним расставаться? Но она благоразумно промолчала. Потом она догадалась, что ее раздражительность вызвана страшной усталостью. Спали и отдыхали все, кроме нее, но у нее не было выбора, ответственность за жизни детей, не давала ей расслабиться.
  Фанна поливала мужчину теплой водой, а Ирина Павловна тем временем приготовила ему чистое белье, футболку и спортивный костюм сына. Протянув мужчине чистое большое полотенце, она объяснила ему предназначение трусов, носков, а потом показала, как застегивать и расстегивать молнию на куртке. Было понятно, что подобные вещи он видит впервые, но вампир не задал, ни одного вопроса, выясняя, откуда они у ней взялись. Еще полчаса потратили, чтобы добрать воды в освободившееся ведро и снова двинулись в путь.
   - Я уже говорил, что там, где мы будем находиться воды не будет, - начал мужчина, - но там не только не будет воды, огонь в камине также нельзя будет разжечь, - и, не дожидаясь ее вопроса, сразу же объяснил. - Дым в любом случае будет выходить на поверхность, и хоть мы достаточно далеко от замка, ищейки его могут услышать.
   - И сколько нам придется там сидеть, - едва сдерживая страх, - спросила Ирина Павловна.
   - Почти месяц, вернее месяц и три дня, как минимум. Это не мой каприз, - снова начал объяснять он. - Просто через месяц будет повторное лунное затмение. В этот момент Старгу надо провести повторный ритуал вызова. Как вы понимаете, весь этот месяц он будет меня очень активно искать, буквально рыть землю. Без моих сил этот ритуал заранее обречен на провал. Вот поэтому нам придется сидеть тихо, стараясь ничем не выдать место убежища, а дым, как раз способен это сделать.
   - Без еды мы умрем, - тихо сказала Ирина Павловна, чтобы дети и Фанна ее не слышали. У меня достаточно продуктов, чтобы прожить месяц и даже больше, но их надо приготовить. Отварить или прожарить.
   Вампир задумался:
   - Старг сказал, что вернется через три дня, значит, часов двенадцать у нас есть в запасе. Этого времени тебе хватит?
   - Вполне, - обрадовалась она, а когда мы дойдем до убежища?
   - Часа через три. - Позади них снова послышался грохот обвалившейся земли. - Все до воды уже не добраться, - спокойно сказал вампир. Ирина Павловна судорожно вздохнула, ей с каждой минутой становилось все страшнее и страшнее, хотя, казалось бы, куда уж больше.
  
  
   Глава 10
  
  
   Сказать, что у Ирины Павловны случился шок, когда она увидела место, где они должны были сидеть целый месяц - значит, не сказать ничего. Несколько огромных комнат... забитых старыми гробами - вот, что оно из себя представляло! Увидев перекошенные лица ее и Фанны, вампир небрежно бросил:
   - Здесь находится наш акрополь, то есть кладбище, - любезно пояснил он для Фанны.
   - А в этих гробах кто-то лежит? - с дрожью в голосе спросила Ирина Павловна.
   - Нет, гробы пустые.
   Она немного перевела дух.
   - А где нам расположиться? Где камин или очаг?
   Он провел их в одну из комнат. Камин был каким-то жутким на вид. Сложенный из темных камней, Украшен мрачным навевающим страх орнаментом, да еще этот камин располагался на постаменте, вызывая ассоциации с каким-то жертвенником.
   - А для чего установлен этот камин? - неосмотрительно спросила она. Вампир как-то по-садистски улыбнулся.
   - А ты точно это хочешь знать?
   Сам тон вопроса и то как вампир, при этом, ухмылялся, заставляло предполагать самое худшее, она быстро отрицательно замотала головой.
   - А дрова? Где нам брать дрова? - вампир, молча, с королевской щедростью, махнул в сторону гробов. Ирина Павловна судорожно глотнула. - Но вы же поможете нам их порубить? - робко спросила она. Вампир величественно кивнул головой в знак согласия.
   Еще когда они были около родника, Ирина Павловна постаралась продумать, что она будет готовить, чтобы заранее вымыть продукты, пока вода под рукой. Мороженое мясо она мыть не решилась, боясь, что оно пропадет, а вот рис, гречку, морковку вымыла основательно. Впрочем, морковку она решила приберечь. Их у нее было всего четыре штуки (она в который раз посетовала, что не было павильона с овощами). Ирина Павловна решила посадить морковку и восемь картофелин и пять луковиц, что она забрала с собой из дома. Такие овощи здесь не росли, во всяком случае, отец никогда не приносил их, когда навещал ее. Месяца два-три они могли вполне себе спокойно полежать, а там кто знает...
   ...Она протянула мужчине небольшой топорик, он ухмыльнулся. Видимо поражаясь ее предусмотрительности и начал вытаскивать гробы по очереди из комнаты и уже там рубить их на дрова. Ирина Павловна вдруг подумала, что до сих пор не знает его имени, не знает как к нему обратиться. Этот вопрос она ему задала, как только мужчина принес к камину первую охапку дров.
   - Скажите, как вас зовут? - требовательно спросила она. Он минуту раздумывал. Ирина Павловна вспомнила, что настоящих имен никто старается не называть, поскольку в некоторых ритуалах вызов по имени может привести к очень печальным последствиям.
   - Можете называть меня лорд Таллос, - любезно поклонился мужчина. Что-то в его словах или тоне очень не понравилось Ирине Павловне, поэтому она, не сдержавшись, достаточно саркастично уточнила:
   - Прям таки "лорд Таллос", - а что, без титула никак нельзя?
   - Это мое имя и мой титул, - отрезал вампир, - если и вы носите титул, то я с радостью буду называть его вместе с вашим именем.
   - Нет у меня титула, - буркнула Ирина Павловна и занялась разжиганием камина. Сырые доски от гробов не желали загораться. Ирина Павловна никогда не была большим специалистом в разжигании костров, обычно этим занимались мужчины. Вспомнив о зажигательной смеси, резко встала, чтобы открыть портальный карман и покачнулась. Вампир подхватил ее, не давая упасть.
   - Я не спала и очень сильно устала, извиняясь, сказала она, - и тут же поняла, что если не поспит, хотя бы два часа, ничего не сможет приготовить. - Мне надо поспать, - решительно сказала Ирина Павловна. - Фанна, разожги огонь, пока я буду спать, сваришь десятилитровую кастрюлю бульона и закипятишь ведро воды. Воду разольешь по бутылям и тогда меня разбудишь. Не жалей меня, - жестко приказала Ирина Павловна, - чем горячее вода будет в бутылях, тем нам потом будет лучше. Я высплюсь в другие дни.
   Она положила в кастрюлю несколько окорочков, потом щедро насыпала специи из пакетика, в который раз пожалев, что нет лука и морковки, всыпала столовую ложку соли, и стала готовить себе постель. Развернула палатку, сверху бросила три одеяла и подушку, прилегла, укрывшись еще одним одеялом, но сон не шел, все события этих дней крутились и крутились в голове.
   - Я не могу уснуть! - чуть не со слезами на глазах сказала она. Вампир шагнул к ней, прикоснулся ко лбу, и она тут же провалилась в темноту.
   Проснулась Ирина Павловна от того, что ее резко тормошили за плечо:
   - Лори, Лори, госпожа, проснитесь!
   Ирина Павловна вскинулась, испуганно оглядываясь по сторонам. Переход от сна к реальности был страшен, поскольку ей снился ее дом, снилось как она болтала по телефону сначала с невесткой, пытаясь учить ее как надо правильно воспитывать ребенка, а потом с подругой, жалуясь на невестку, что та ее совсем не слушает, а слушает только свою маму, а та мама такая бестолковая, что слушать ее нельзя, подруга сочувственно поддакивала. И тут такой переход.
   Она немного посидела на своем импровизированном ложе. Очень сильно хотелось заплакать. Но увидев несчастных двойняшек, несчастную Фанну... такая жалость к ним сдавила сердце, что Ирина Павловна решительно встала с постели и принялась за работу.
  
  
   Глава 11
  
  
   Бульон был недосолен, и не имел насыщенного аромата, такого, как она любила. Бросив в него два бульонных кубика, еще немного соли и специй, она снова поставила на огонь. Бутыля с горячей водой накрыла пластмассовыми крышками, поставила в сумку и упрятала в воронку.
   - Надо вырезать доску, чтобы положить на дно сумки, приказала она вампиру, протянув ему ножовку бывшего мужа. Понимая, что мужчина никогда ею не пользовался, дала краткие инструкции: - пилить надо, держа пилу строго перпендикулярно поверхности, - поскольку на этом ее знания в правильном пилении заканчивались, она со спокойной душой занялась другими делами. "Отварить рис, макароны, гречку, - перечисляла она про себя, - самую большую кастрюлю - под пшеничную кашу. Отваренные крупы можно складывать в тетропаки от соков, молочную кашу варить не буду, а вот ведро отвара шиповника надо сделать. Мясо потушить в казанке, класть томат не буду, вдруг от него у детей заболят животы, просто потушу полный под завязку казанок мяса и все", - она споро делала всю работу, прокручивая в голове последовательность операций. После отдыха мозги работали четко и ясно. Она еще раз прокрутила в голове, все ли она правильно делает: "Мясо тушеное, гарнир, бульон, отвар, хлеб... Хлеб! - мысленно ахнула она про себя. Хлеба было катастрофически мало. Ирина Павловна хорошо понимала, что месяц, о котором говорил вампир - еще не конец их испытаниям. Вряд ли, когда они выйдут на поверхность, их будет ждать скатерть-самобранка, уставленная разными деликатесами, продукты следовало экономить, а хлеб в первую очередь. Сухую крупу есть, конечно, можно, только заболеешь очень скоро, хлеб - совсем другое дело. Хлеб универсален, он может заменить все: и мясо и гарнир" - Ирина Павловна задумалась, решая, что выгоднее напечь блинов, лепешек или сделать оладьи на кефире. Остановилась на оладьях. Два литра кефира, немного воды, чтобы было побольше, два яйца. Маловато конечно, но она и так оторвала от сердца два штуки из тех пяти, что у нее было. Сода, уксус, соль, сахар. Две сковороды, чтобы дело шло быстрее.
   Одну сковороду оладий, политых сгущенкой, съели немедленно, Ирина Павловна не смогла вынести жадные взгляды малышей, Остальные, она железной рукой убирала на сохранение.
   Ведро с отваром только успело закипеть, когда лорд Толос, схватив таз с водой, залил ею горящие дрова. Потом кочергой выбросил их из камина, прямо на плиты, а потом дотушил их, разбивая палкой не мелкие кусочки.
   - Но двенадцать часов, о которых вы говорили, еще не прошли? - робко сказала Ирина Павловна.
   - Значит, я ошибся в подсчетах. Старг здесь, я это чувствую.
   - А он тоже может вас почувствовать? - испугалась Ирина Павловна.
   - Я неправильно выразился, - объяснил вампир. - Я не его чувствую, я чувствую ауру страха людей. А она сейчас усилилась многократно. Думаю из-за его появления. - Ирину Павловну охватил неимоверный ужас. И она, и Фанна, и дети замерли, стараясь не шевелиться. - Не бойтесь, - успокоил их вампир, - здесь он нас не почувствует и не доберется до нас.
   Стало немного легче. Когда огонь в камине погас, темнота окутала их со всех сторон, от одной свечи света было немного. Тоска и уныние понемногу заползали в сердце. Ирина Павловна постаралась унять это гнетущее чувство.
   - Сейчас будем ужинать! - излишне бодрым голосом сказала она и начала доставать тарелки. Понятно, что вампиру за их столом делать было нечего, она мельком посмотрела в его сторону. Мужчина вытащил почти все гробы, остались неубранными два или три. Комната оказалась достаточно просторной, на взгляд Ирины Павловны не меньше двадцати квадратных метров. Плиты пола были засыпаны мелкой трухой, пылью и мусором, представив, что ей и детям придется всей этой дрянью дышать, Ирина Павловна решительно достала веник, совок и бутылочку с водой, которой она опрыскивала комнатные растения.
   - Когда вынесите все гробы, надо замести пол, чтобы ногами не поднимать пыль и не дышать ею. Потом надо от трех гробов оторвать крышки, они будут служить помостом, на котором будет наша постель, еще надо подумать о туалете,: надо выпилить в одном из гробов круглое отверстие... она замолчала испуганно уставившись на мужчину. Его глаза наливались багровым светом. - Ой! - взвизгнула она и бросилась в угол, где сидели Фанна и дети. Вампир не стал бежать за ней, он стоял совершенно неподвижно, и только глубокое дыхание мужчины показывало, что он пытается взять себя в руки.
   Ирина Павловна вдруг увидела себя, словно со стороны. Мелкая невзрачная девица направо и налево отдает приказания мужчине, очевидно не привыкшего к тому, чтобы им командовали. Лорд как-никак. Вампир резко вышел из комнаты и скрылся где-то в глубине коридора.
   - Госпожа, вы уж с ним помягче бы разговаривали, - осуждающе сказала Фанна. - Он и так нам столько помог, а вы: "Сделайте, то, сделайте это, и даже "пожалуйста" ему ни разу не сказали.
   Ирина Павловна густо покраснела. Но делать было нечего, спать на плитах пола не хотелось и она пошла искать лорда; во-первых, чтобы постараться помириться с ним, во-вторых, попросить его помочь им, и в-третьих, если он не захочет помогать, спросить разрешения какие три гроба можно взять. Впрочем, она надеялась, что этого не понадобиться, и мужчина, как истинный джентльмен, без ее просьб и унижений поможет им. Не тут-то было. Вампир (гад такой) не удосужился даже обернуться, когда она подошла к нему. Говорить свою просьбу ей пришлось его спине. Только тогда он величественно повернулся и ткнул пальцем в несколько гробов, что стояли немного отдельно от других, и поскольку вампир не выразил никакого желания помогать, Ирине Павловне пришлось самой волочь гроб поближе к их "спальне".
  
  
   Глава 12
  
  
   В комнату она гроб затаскивать не стала, поскольку с него еще нужно было оторвать крышку. И вот: бурча себе под нос: "Ой, какие мы нежные, ой, какие мы ранимые!", - имея в виду вампира, она с яростью долбала гроб, используя для этого все инструменты своего сбежавшего мужа. Вставив стамеску в щель, она била молотком по ручке инструмента, пыталась ковырять ножом, потом рубила древесину топором, потом... что она только не делала, в глубине души, надеясь, что вампир, оценив ее тщетные усилия, придет ей на помощь...не пришел. И вот тогда, открытие этого проклятого гроба, стало уже делом чести. В какой-то момент крышка поддалась, а потом откинулась в сторону, по инерции Ирина Павловна подалась вперед ткнувшись грудью в середину гроба. Ткнулась... глянула во что уперлись ее руки, подпрыгнула на два метра вверх и кулем рухнула обратно. Внутри гроба на истлевшем от времени розовом атласе, лежал скелет. Его ощерившийся череп обрамляли седые лохматые волосы, лежащие на подушке отдельно от головы - все это Ирина Павловна успела заметить за доли секунды, пока ее визг добирался до самых высоких, запредельных нот. Вампир даже не обернулся, словно находился за тридевять земель, и не слышал этого истошного визга.
   - Госпожа, что случилось? - испуганно закричала Фанна.
   - Ничего! - быстро пришла в себя Ирина Павловна, понимая, как ее дикие крики могли испугать детей. - Это я по пальцу ударила молотком.
   Потом она захлопнула крышку гроба и гордо двинулась по коридору к детям и Фанне. В ее груди бушевал огонь: "Козел! - с ненавистью шептала она. - Какой же он козел! Упырь, вурдалак, кровосос! Ну, какая же он все-таки скотина. Наверное, Старг не просто так ему зубы повыдергивал. Жаль, что я не видела этого. Ну, вот ни капельки не жалко было бы. Еще бы и попинала его! Я отомщу. Так отомщу, что ему не поздоровиться! - Планы мести закрутились у нее в голове, к большому сожалению, все они были невыполнимы. - Вот уснет он, я ему всю морду размалюю, - с наслаждением думала она, - усы, бородку, вокруг глаз черные обводы, и губы красные, - она злорадно засмеялась, представив лорда Таллоса этаким красавцем. Но жизнь снова перечеркнула ее планы. И дети, и Фанна, да и она сама захотели в туалет. Скрипя зубами от безысходности, она снова отправилась к этому мумифицированному козлу спрашивать, где можно вырыть яму, чтобы они могли справлять естественные нужды.
   Вампир повел их по коридору и указал небольшую комнату с земляным полом. Вернее не с земляным, а с прессованной утрамбованной глиной. Она тяжко вздохнула, представив себе, сколько ей придется долбить этот пол, хотя особой проблемы здесь-то как раз и не было, копать она могла. Большой дачный участок за долгие годы был ею перекопан многократно. Взяв, так кстати, купленную ею лопату, она принялась за работу. Копали и долбили землю по очереди с Фанной, как же Ирина Павловна злилась при этом на одного высушенного выхухоля, который, зная как тяжело копать яму, палец о палец не ударил, чтобы помочь им. "Разве это мужик? - в ярости думала она. - Разве это настоящий мужик? - уточнила она самой себе. - Нет, это чудак на букву "м", наглая мерзкая скотина, но никак не мужик". Ее злость и гнев принесли вполне ощутимую пользу, хоть и медленно, но достаточно глубокая яма, была вырыта. Воспользовавшись ею и присыпав все землей, Ирина Павловна стала раздумывать, как бы вырезать дыру в одном из гробов, чтобы сделать посещение туалета, хотя чуть-чуть комфортнее. Больше к вампиру она решила не подходить, а в то время когда он будет спать, самой, без спроса, позаимствовать один из ящиков, предварительно потрясся его, чтобы убедится, что тот пуст.
   И снова ее планам не суждено было сбыться, когда они вернулись в свою комнату, три гроба без крышек и один с вырезанной дырой уже ждали их. Вампира не было. Она удовлетворенно улыбнулась: "с паршивой овцы хоть шерсти клок", ну ладно не клок, а три ящика, с помощью которых, они вполне себе комфортно смогут устроиться на ночлег.
   Ирина Павловна все хорошо продумала. Спать они будут на надувном матрасе, застелив его толстым одеялом, чтобы защитится от прорезиненного покрытия. Постельного белья было достаточно, так что спать будет и ей и детям очень удобно. Она вспомнила о вампире и решила в качестве жеста доброй воли и ему выделить комплект постельного белья, а также одеяло с подушкой. Такому гаду можно было бы отдать старенькую простынь и застиранный латаный пододеяльник, но внутри у Ирины Павловны все воспротивилось такому решению. В результате этот сушеный урюк получил очень красивый комплект белья, а старый Ирина Павловна постелила себе. Впрочем, главное, что белье было чистым и хорошо пахло, а красота... такая ерунда. Выйдя со стопкой белья в коридор, Ирина Павловна громко позвала:
   - Лорд Таллос, подойдите, пожалуйста, сюда. - Вампир появился перед ней буквально ниоткуда. Она протянула ему постельное: - Вот, возьмите, думаю, вам это пригодится.
   Мужчина вежливо поклонился и забрал вещи. Она вдруг почувствовала исходящую от него волну благодарности, хотя он не сказал ни слова. Ирина Павловна развернулась и пошла к себе. На ее лице появилась снисходительно высокомерная ухмылка: " Ах, мужчины! - чуть презрительно думала она. - Насколько же вы предсказуемы! Стоит любого из вас почесать за ушком и можно вить веревки!"
   На пути Ирины Павловны появилась преграда, подняв глаза, она увидела внимательно всматривающегося в ее лицо вампира. Ирина Павловна остолбенела от неожиданности, не понимая, как он мог оказаться перед ней, как она могла не почувствовать, что он ее обгоняет. Мужчина широко улыбнулся, и эта улыбка очень не понравилась ей. Она попыталась сделать доброжелательное лицо, но насмешливый взгляд вампира сказал ей, что это совершенно излишне, поскольку, он не только хорошо рассмотрел ее гримасу, но и без труда прочитал ее мысли, что посетили Ирину Павловну несколько секунд назад.
   - Зубы болят, - с трудом выдавила она, только для того, чтобы сказать хоть что-то.
   - Могу помочь их вырвать, - с готовностью предложил вампир свои услуги. - Вот у меня нет зубов и поэтому ничего не болит.
   Сарказм в его голосе был настолько силен, что Ирина Павловна не нашлась, что ответить. Она помолчала, помолчала, а потом грубо оттолкнула мужчину и прошла в свою комнату. Как же она на себя злилась. Как же она себя ругала, что не смогла сдержать эмоции. Из-за ее глупости все превосходство, которого она добилась своей щедростью, было аннулировано.
   - Вот урод! - шептала она, ворочаясь с боку на бок. - Сам, как сушеная вобла, жаль, что и мозги у него также не усохли. Все-то он видит, все-то он понимает, - тут ее мысли приняли другое направление и, неожиданно представив, как сейчас выглядит его мужское достоинство, она подленько захихикала. Настроение сразу улучшилось и она, наконец, уснула.
  
   Глава 13
  
   Утро, утро. Как же оно было не похоже на те, которые она тысячи раз встречала в своей жизни. Но делать было нечего, жизнь продолжалась. Вампир куда-то исчез, она была этому очень рада, уж слишком сильно он действовал ей на нервы. А у нее и так забот было выше крыши.
   - Кушать будем три раза в день, - объявила она. - Руки мыть невозможно, поэтому, чтобы не заболеть будем их протирать тряпочками, смоченными в воде с разведенным спиртом.
   Дети и Фанна слушали ее внимательно, не переча, не пререкаясь, и ей так стало их жалко. Почему они должны все это терпеть? За что им выпали такие испытания? Но она сразу же взяла себя в руки, понимая, что не может позволить себе быть слабой. Стала готовить первый завтрак в их новом доме. Полкружки горячего отвара, бутерброд с колбасой. Дети и Фанна проглотили все это мгновенно. Ирина Павловна вздохнула и выдала всем еще по одной оладьи политой сгущенным молоком. Вот теперь все повеселели. А Ирина Павловна, наоборот, загрустила. Нужен был стол, нужно было на чем-то сидеть, а, значит, опять надо было идти на поклон к этому... лорду, мать его!
   Она немного подождала, прислушиваясь, может он сам соизволит объявиться. Вампир не появлялся. Вздохнув, Ирина Павловна поплелась в его "апартаменты".
   - Лорд Таллос, - негромко крикнула она в пустоту. - Вы не могли бы нам помочь?
   - Что вам угодно? - Ирина Павловна подпрыгнула (уже в который раз), поскольку голос мужчины прозвучал прямо у ее уха.
   - На-а-ам надо какой-то стол, - немного заикнувшись, сказала она. - И сидеть на чем-то, тоже надо.
   - Вы хотите спросить, какие ящики можно взять? - ехидно спросил этот козел, поскольку хорошо понимал, что она просит не только указать на гробы, но также просит перетащить их и соорудить из ящиков некое подобие мебели. Но он испытывал прямо таки садистское удовольствие, заставляя ее умолять его просьбой о помощи. Деваться Ирине Павловне было некуда, поэтому собрав всю свою волю в кулак, запихнув подальше гордость, злость и обиду, она жалобно попросила:
   - Вы не могли бы помочь нам сделать из этих ящиков стол и скамью.
   Он пытливо заглянул ей в глаза, встретившись с совершенно покорным и даже молящим взглядом. Странно, но почему-то этот взгляд ему снова не понравился. Вампир нахмурился, но потом, смилостивившись, все же согласился ей помочь.
   Вот это было совсем другое дело! Ирина Павловна застелила импровизированный стол белой простыней, сверху положила клеенчатую кружевную скатерть, расставила тарелки и кружки, положила вилки и ложки, и накрыла все большим полотенцем. Мыть посуду было нечем, впрочем, она знала, что тарелки будут вычищены доблеска.
   - А как часто вам нужна кровь? - на всякий случай спросила она, поскольку все запасы хранились в нее в пространственном кармане.
   - Литр в неделю, - коротко ответил вампир, и сразу ушел, не желая (почему-то) наслаждаться беседой с нею. Весь следующий день его не было, не было и до середины следующего. За это время Ирина Павловна и дети немного пообвыкли.
   Итак: самое плохое (помимо того, что они находились в небольшом пространстве глубоко под землей) заключалось в том, что время вообще не ощущалось. Пришлось пожертвовать пальчиковой батарейкой и достать часы-будильник со стрелками, это помогло, время сразу же стало хоть чуть-чуть больше осязаемым. Ирина Павловна точно помнила, что до того, как она попала на землю, она не подозревала о существовании часов, минут, секунд, и жила, ориентируясь только по солнцу. И вот теперь она с удивлением выяснила, что суточное время на Земле и в этом мире не соответствует друг другу. Скорее всего, эта планета была большего диаметра, поскольку десять часов этого времени, соответствовали двенадцати земным часам. Выяснить это удалось с помощью вампира. Он спал ровно десять часов, в то время как будильник показывал, что проходило двенадцать. Ей, в принципе было все равно. Часы нужны были для того, чтобы отслеживать промежутки времени между приемами пищи, поскольку кушать хотелось намного чаще, чем три раза за день. Ирина Павловна продумала все, стараясь учесть малейшие детали. Детям, да и им тоже, нужны витамины, белок и минералы. Поэтому завтрак состоял из бутербродов с ягодным отваром и чайной ложки малины или смородины тертой с сахаром (за зиму она не успела съесть все заготовки, две пол-литровые баночки из холодильника теперь ее здорово выручили), обед состоял из каши или макарон, залитых бульоном, и кусочка мяса. На ужин стакан молока, опять же с кашей или хлебом.
   Как она радовалась, что захватила старые игрушки внука. Теперь доставая непонятные и невиданные детьми предметы по одному, она заставляла их на время забывать о том кошмаре, в котором они сейчас жили. И вот в один из таких моментов, когда дети тихо играли под присмотром Фани, разбирающей мешок ниток для вязания, который ей подсунула Ирина Павловна, лорд Толос, наконец, соизволил почтить их своим вниманием. Вежливо поздоровавшись, он попросил Ирину Павловну выйти с ним на несколько минут для приватной беседы. Она сразу догадалась, что ему нужна кровь, поэтому вышла без вопросов и уточнений. Широким жестом он предложил ей следовать за ним, и она с интересом зашла в его комнату, чтобы посмотреть, как он там устроился. Ей показалось, что после последнего ее посещения ничего не изменилось. Вампир сел на один из гробов, а она достала пластиковую бутылку с кровью.
   - Хотите, можно перелить кровь в маленькие баночки. У меня освободились и двести пятьдесят граммовые и пол-литровые. Мужчина кивнул, и она быстро выставив баночки в ряд только хотела начать разлив, как вампир ее остановил, коротко приказав:
   - Я сам.
   Ирина Павловна жутко обиделась, поскольку догадалась, что вампир боится, что она прольет драгоценную и такую нужную ему, жидкость. Со злости хотелось опрокинуть пару баночек, но она этого, конечно, не сделала, понимая, что голодный вампир, не лучшее соседство. Она спрятала банки в карман, и поскольку мужчина никак не выражал недовольство ее присутствием, решила побыть немного в гостях, тем более, что с недавних пор ее мучило страшное любопытство, а именно: ей жутко хотелось узнать, как он попал в плен к Старгу. Она посидела немного, обдумывая как бы поделикатнее подойти к этому вопросу, потом поняв, что дипломата и переговорщика, умеющего запутать словами, из нее не получится. Спросила его прямо в лоб:
   - Лорд Таллос, а как Старгу удалось схватить вас?
   Он с интересом посмотрел на нее, не торопясь отвечать на вопрос, потом как-то странно хмыкнул и соизволил ответить:
   - Очень просто. Меня предали.
   - Кто?! - в ужасе спросила Ирина Павловна.
   - Одна женщина. Она была очень зла на меня и вот так решила отомстить.
   - А за что она была на вас зла? - продолжала спрашивать Ирина Павловна, поскольку с удивлением не почувствовала в голосе вампира ни злобы к этой женщине, ни горечи от ее предательства.
   - Я... э-э-э... - вампир как-то помедлил, придумывая формулировку ответа, - в общем, категорически я отказался жениться на ней.
   Ирина Павловна подозрительно оглядела мужчину, заподозрив его в том, что он над ней издевается.
   - А почему она хотела, чтобы вы женились на ней? - решилась, наконец, задать она интересующий ее вопрос.
   - Что значит, зачем? - не понял мужчина, потом насмешливо посмотрев на сидящую рядом с ним женщину, спросил: - а вы сами как думаете?
   Разумеется он намекал на неземную любовь, что испытывала к нему неизвестная дама, но Ирина Павловна, в которой ехидство в этот момент возобладало над здравым смыслом и разумом, невинно, но очень уверенно предположила:
   - Деньги? - мужчина немного поперхнулся, а потом отрицательно покачал головой. - Титул? - сделала она еще одно смелое предположение, и снова получила отрицательный ответ. - Кто-то грозился вырезать всю ее родню до десятого колена, если она не станет вашей женой? - продолжала перечислять Ирина Павловна, глаза вампира при этом как-то подозрительно засветились, и он снова отрицательно покачал головой. - Возлюбленного той женщины приговорили к смертной казни, и только брак с вами мог его спасти? - сделала она последнюю попытку, и снова получила отрицательный ответ. - Тогда я не знаю, что еще предположить, - честно сказала она. В этот момент вампир вернул ей пустую банку, и очаровательно улыбнувшись, многообещающе произнес:
   - Я запомню этот разговор.
  
   Глава 14
  
   И снова она нещадно ругала себя:
   - Дура! Ну что мне стоило сказать с придыханием всматриваясь в его противную сморщенную морду: "Наверное, эта дама безумно влюбилась в вас? - и все инцидента бы не было. Вот теперь переживай, что он такого придумает, чтобы отомстить! Странно, - вдруг неожиданно подумала она, - с такой внешностью, как у него, у мужчины должна быть куча комплексов неполноценности (на ее пути попадались подобные мужчины, что в присутствии красивой женщины не могли выдавить из себя ни слова). А этот урод вел себя так, словно он первый красавец на деревне. Да фиг с ним. Слишком много чести, чтобы я о нем столько думала, - беззаботно сказала самой себе Ирина Павловна и стала играть с детьми.
   Когда-то книга Короленко "Дети подземелья" произвела на нее очень сильное, хоть и гнетущее впечатление. И вот теперь попав в такие страшные условия, она мигом вспомнила об этой книге. Страх за детей, боязнь, что они заболеют и умрут, как та девочка из рассказа, теперь постоянно преследовал ее. Она ждала и боялась, когда у кого-нибудь из малышей произойдет нервный срыв, но как позже оказалось, первый нервный срыв произошел как раз у нее. Случилось это так. Решив, что дети должны больше двигаться, она, порывшись в игрушках, что прихватила с собой, вытащила детский талакар и маленький трехколесный велосипед. Понятно, что все это предназначалось для детей до трехлетнего возраста, но, как говорится: на безрыбье и рак рыба, поэтому она не удивилась радости детей, увидевших эти игрушки. И вот когда шестилетний Колин стал кататься на талакаре, неуклюже отталкиваясь ногами, ее и накрыла волна истерики. Когда-то давно, находясь примерно в таком возрасте как сейчас Колин, ее внук, найдя свой старый талакар, вздумал на нем прокатиться. Картинка-воспоминание была настолько яркой, словно все это случилось не шесть лет назад, а всего несколько минут. Ирина Павловна зажала себе рукой рот и бросилась вон из комнаты. Ближайшим тихим местом была комната вампира и она, не задумываясь нырнула туда и забившись в угол глухо завыла, закрывая себе рот двумя руками.
   - Колин напомнил вам о сыне? - услышала она тихий голос вампира. Слова мужчины немного отрезвили ее. С силой вытерев слезы со щек, она горько ответила:
   - Не сына, а сына сына, то есть моего внука. Когда мой сын был маленьким, таких машинок еще не выпускали.
   - Внука? - удивился вампир. - Я догадался, что какое-то время вы жили в другом мире, но поскольку ваши брат и сестра так малы, я подумал...
   - В том мире, - не стала отрицать очевидного, Ирина Павловна, - я прожила пятьдесят пять лет, и там мне исполнилось уже семьдесят два!
   Ей было очень неприятно говорить на эту тему, но она решила сразу расставить все точки над "и", чтобы больше не возвращаться к этому вопросу.
   - Это многое объясняет, - задумчиво сказал мужчина, а потом с каким-то веселым упрямством добавил, - и все равно я старше вас. Намного старше. Не на годы, даже не на десятилетия, а в разы.
   - Было бы чем гордиться? - пробормотала себе под нос Ирина Павловна, совсем забыв об остром слухе, которым обладал вампир, а потом добавила: - На Земле, где я жила, есть такая поговорка: "Мудрость не измеряется количеством седых волос и морщин", а в вашем случае и количеством прожитых лет, - она постаралась за пафосом фразы прикрыть насмешку, но вампир прекрасно ее услышал.
   - Вы воспитывали сына одна? - резко переходя к другой теме беседы, спросил он.
   - Да, одна! - почти с вызовом ответила Ирина Павловна, понимая, что следующий вопрос будет о муже.
   - А ваш муж... - не закончив фразы, вопросительно посмотрел на нее вампир.
   - Мой муж ушел к другой женщине, бросив меня с ребенком! - Ирина Павловна гордо выпрямилась и поджала губы. Она ненавидела, когда все начинали жалеть ее и сочувствовать, после того как узнавали об этом... но только не в этот раз. Глаза вампира как-то злорадно и понимающе блеснули. Понимающе, в смысле понимая, почему муж Ирины Павловны ушел от нее. Это ее взбесило.
   - К вашему сведению, - ядовито сказала она, - мой муж потом хотел вернуться назад. Он говорил, что совершил ошибку, и что я в тысячи раз лучше его новой жены!
   - В том мире живут тоже суккубы-диры? - поразился мужчина.
   - Какие еще суккубы-диры? - не удержавшись, спросила Ирина Павловна, хотя подсознательно почувствовала, что в словах мужчины кроется какой-то подвох, и что ей лучше немедленно уйти, поскольку продолжение разговора не принесет ей ничего хорошего.
   - Суккубы-диры, женщины, питающиеся жизненными силами мужчины, незаметно отбирая их во время занятий любовью. Мужчина потом чувствует себя отвратительно, мир теряет краски, наступает апатия и безразличие.
   - Нет, - удивилась Ирина Павловна, - с чего вы взяли, что вторая жена моего бывшего мужа какой-то суккуб-дир?
   - Ну, он же сказал, что вы лучше ее? - очень серьезно, без малейшей тени насмешки сказал вампир. Только тут до Ирины Павловны дошел подтекст его слов. Этот урод намекал на то, что хуже нее могут быть только эти вампирицы. Она злобно оскалилась, хорошо понимая, что лорд Таллос просто мстит ей за ее слова во время того последнего разговора, по идее она должна была бы гордо удалиться, причем немедленно, однако обида на мужа изменника, все эти годы не отпускающая ее, заставила Ирину Павловну возмущенно сказать:
   - Женщина, к которой ушел мой муж, была красивой, милой, доброй и интеллигентной, и все равно он сказал, что я лучше! - и Ирина Павловна едва удержалась, чтобы не показать ему язык.
   - А ваш муж после того, как он это сказал, не просил у вас денег, или подписать какие-нибудь документы? - невинно поинтересовался упырь. Только Ирина Павловна хотела сказать, что нет, как память услужливо напомнила ей, что в конце разговора ее муж как раз таки и попросил немного денег в долг. И она дала, и сказала, чтобы он не возвращал, поскольку хотела, чтобы муж побыстрее убрался из ее дома и больше никогда не приходил. Эта маленькая заминка не осталась без внимания мужчины, он вроде даже сочувственно вздохнул, только его глаза светились победным торжествующим светом.
   - Он не потому сказал, что я лучшая, чтобы занять у меня денег, он правда считал, что зря ушел от меня, - стала объяснять Ирина Павловна, но ее слова падали, словно в пустоту, вампир их просто не слышал, уже сделав для себя выводы. Она досадливо вздохнула и пошла в свою комнату, по пути предавшись философским раздумьям на тему: "Зачем мужчинам мозги?". Общаться с умным мужчиной было просто невыносимо. То ли дело безмозглый дурак, насколько же с такими проще!
  
  
   Глава 15
  
  
   Потянулись серые, унылые будни, хотя какие серые? Черные, темные унылые будни. Вампир объявился только через три дня после их последнего разговора, чтобы забрать баночку с кровью, а еще через день случился нервный срыв уже у Фанны. Она вдруг взвыла дурным голосом, потом прижала к себе малышей и стала раскачиваться из стороны в сторону, приговаривая заунывным страшным голосом:
   - Сиротинки вы мои! За что же вы умирать должны, вы же еще не жили, вы же еще ничего не видели.
   Ирина Павловна на секунду растерялась, понимая, что не сможет справиться с такой крупной большой женщиной, Фанну надо было как-то отвлечь, и она мгновенно придумала как это сделать.
   Ручная швейная подольская машина. Ирина Павловна бережно извлекла фанерный лакированный футляр и, открыв его, достала машинку. Это сокровище принадлежало еще ее маме, а той эту машинку подарил старший брат, привезя ее с Дальнего Востока, где он служил несколько лет после окончания военного училища. В те годы эта машинка была действительно сокровищем. Сколько на ней было перешито юбок, платьев, фартуков, ночнушек, шортиков, наволочек и пододеяльников. На этой машинке училась шить и Ирина Павловна, когда в школе ввели домоводство и девочки на уроках труда кроили и наметывали свои первые дизайнерские "шедевры". Ирина Павловна уже лет десять не доставала эту машинку и сейчас с ужасом подумала, что даже не знает, шьет она или нет.
   - Колин, Элли, - ласково позвала она двойняшек, - идите сюда посмотрите, что у меня есть. Фанна, ты тоже иди сюда, то, что я сейчас покажу, касается и тебя тоже.
   Колин и Элли подбежали первыми.
   - Что это такое? - забросали они ее вопросами.
   - Это швейная машина, - важно начала Ирина Павловна. - Вот посмотрите, - показала она детям ровный шов, идущий по краю покрывала, - ни один человек не сможет шить такими ровными и одинаковыми стежками, такую строчку можно сделать только с помощью вот такой машинки. Потом она показала, как вставлять челнок, заправлять нитку, и главное, как правильно шить, чтобы строчка получалась ровной и красивой. - Фанна, иди сюда, - позвала она женщину. - Эта машинка предназначается тебе. Садись, я буду учить тебя шить.
   И Ирина Павловна зажгла дополнительную свечу, поскольку шить в темноте было невозможно.
   Потом, по прошествии какого-то времени, она и сама поразилась, насколько правильное решение тогда приняла, усадив Фанну за швейную машинку. Во-первых, она заняла ее на целых две недели, во-вторых, она совсем забыла, что ни у нее, ни у Фанны, нет подходящей одежды для этого мира. И вот эту самую одежду им предстояло пошить. Нужны были длинные юбки: ей, Фанне и Элли, Ирина Павловна покопалась в вещах и не придумала ничего лучшего, как использовать для этой цели шторы. Резать она их не захотела, так что пришлось примириться с тем, что цветы на рисунке на юбках располагались боком. Это было странно, но не смертельно. Хуже было другое, насколько Ирина Павловна помнила, ткань просвечивала на солнце, пришлось шить подъюбники из белых простыней, еще одну простынь пришлось пожертвовать на чепчики, поскольку коротко остриженные волосы, могли вызвать нежелательное любопытство. Чепчики Фанна шила с особым восторгом, особенно когда она увидела кружева, что хранились у Ирины Павловны с незапамятных времен, поскольку их покупала еще ее мама, чтобы нашивать на воротнички ее школьной формы и праздничного белого фартука. "Это ж надо, - подсмеивалась про себя Ирина Павловна, - кто бы мог подумать, что они мне еще пригодятся?"
   Как раз примерка новых одеяний и вызвала внеурочное появления его Сиятельства лорда Таллоса.
   Ирина Павловна покопавшись в своих вещах нашла блузку, очень модную в начале девяностых годов. Насыщенно розового цвета с оборками по вороту, пышными рукавами и яркой вышивкой. Фанна аж взвизгнула от такой красоты и сразу стала примерять и блузку, и новую юбку и чепчик. Она пыталась оглядеть себя со всех сторон и тут Ирина Павловна вспомнила о зеркале от трельяжа, которое она оторвала от камода.
   - А ну, посмотри на себя, - сказала Ирина Павловна, разворачивая створки, чтобы Фанна могла полюбоваться собою со всех сторон.
   - Ах! - только и смогла выдохнуть женщина. И вот как раз в этот момент вампир и заглянул к ним, привлеченный такими радостными криками. В его присутствии Фанна стушевалась и скромно отошла в сторону, а вот мужчина, наоборот, приблизился к зеркалу, глянул в него и замер неподвижно. Ирина Павловна все еще держала трельяж в руках, поэтому хорошо могла видеть лицо мужчины. А оно выражало ужас, и она хорошо понимала почему. Вампир, конечно, знал, что заточение и пытки изуродовали его внешность, но он видимо, не осознавал до конца, что настолько. Дикая ненависть засветилась в его глазах, и Ирина Павловна от всего сердца порадовалась, что не она является предметом столь сильных чувств. Сполна налюбовавшись на себя, мужчина заинтересовался самим зеркалом. Он внимательно рассматривал его, не делая никаких попыток прикоснуться. И она снова без объяснений поняла, что он думает, что это зеркало сделано из серебра, и поскольку воспоминание о серебряных кандалах еще не стерлось из его памяти, не хочет вновь ощутить подобное "удовольствие".
   - Прикоснитесь, не бойтесь, - подбадривающе сказала она ему. Глаза вампира сверкнули нехорошим блеском.
   - Я ничего не боюсь, - высокомерно ответил он и положил руку на стекло. Таллос внимательно осматривал и ощупывал поверхность, а потом... забрав зеркало из рук Ирины Павловны, так деловито стал отламывать одну створку.
   - Что вы делаете?! - возмущенно закричала она, поразившись подобной наглости. Он даже не удосужился спросить ее разрешения!
   - Мне нужно это зеркало, - вот так просто, как само собой разумеющееся, объяснил он.
   - Как это "мне нужно"? - перекривила она его, но мужчина не слушал. Она беспомощно смотрела на это самоуправство, понимая, что не сможет помешать ему. Со злостью, протянула ему отвертку. Выбора у нее не было, она рассуждала, примерно, так: он все рано отломает одну створку, пусть хоть сделает это аккуратно. Отделив одну из створок от трельяжа, вампир тут же исчез, не зная как выразить ему свою злость, она скрутила в его дулю, очень жалея, что он ее не видит.
   Зеркала было жалко до слез. Но она вскоре утешилась, припомнив, что вампир в руках его нести не сможет, а когда он его отдаст ей, чтобы она положила в пространственный карман... Ирина Павловна довольно улыбнулась: больше он этого зеркала не увидит. Впрочем, очень скоро ей стало не до зеркал.
  
  
  
   Глава 16
  
  
  
   Когда в самый первый день, она делала заготовки, отваривая, обжаривая продукты, ей казалось, что месяц они смогут прожить без особых проблем. Она рассчитывала так: на завтрак по сто пятьдесят грамм отвара плюс по парочке бутербродов или оладьи; на обед по сто пятьдесят грамм каши или макарон, залитых сто граммами бульона плюс кусочек мяса и кусочек хлеба, на ужин снова сто грамм каши с молоком. Конечно, она не успела отварить такое количество крупы, но сначала это не показалось ей чем-то непоправимым, однако через две недели она всерьез испугалась. Дети постоянно хотели есть, да и она с Фанной тоже, поэтому она понемногу увеличивала рацион, пока в один далеко не прекрасный день обнаружила, что кончились и макароны, и гречка, и рис, но самое страшное - кончился горячий бульон. А впереди еще надо было прожить тринадцать дней. Тринадцать до затмения Луны, а на самом деле возможно еще больше. Теперь она не могла спать, думая, что делать дальше, да еще стараясь ничем не выдать своей тревоги, чтобы не напугать Фанну и детей.
   В один из дней, когда дети были заняты рисованием, а Фанна шитьем, она ушла в дальний конец коридора, чтобы перетряхнуть сумки, что она забрала из дома, она уже и сама не помнила, что прихватила с собой впопыхах. Есть! Рыбные пресервы, о которых она совсем забыла, две палки копченой колбасы (эти продукты почему-то лежали отдельно от всех), несколько пачек вермишели, пюре быстрого приготовления, каши, которые было достаточно залить горячей водой, вот только горячей воды-то и не было. Ту, что осталась, они пили, размешивая в ней по чайной ложечке варенья. Выбора не было: воду нужно было нагреть. О том чтобы разжигать камин - не могло быть и речи, но у нее был таганок с почти пустым баллоном, возможно, этого газа хватит, чтобы вскипятить ведро воды, всего одно ведро! Она задумалась: спрашивать или нет разрешение у лорда, решила, что надо, пришлось снова идти к нему на поклон.
   - Вы говорите о том приспособлении, на котором вы грели воду у родника? - дотошно стал выспрашивать Таллос, - Ирина Павловна утвердительно кивнула. - Сколько вам потребуется времени?
   Она на секунду задумалась:
   - Думаю, час или около того.
   - Хорошо, - медленно сказал вампир, но только никаких специй, никаких мясных запахов быть не должно. Вы это понимаете?
   Ирина Павловна досадливо поморщилась, она-то как раз собиралась не просто закипятить воды, а сварить бульон, пусть даже на основе бульонных кубиков и пакетиков специй. Но делать было нечего. Таллос был прав. Подвергать жизни детей опасности она не хотела.
   Ирина Павловна собиралась уже уходить, как лорд Таллос сказал ей так непринужденно и чуть пренебрежительно:
   - Я хочу сказать вам, что прощаю вас за тот наш предпоследний разговор.
   В первую секунду она решила, что ослышалась.
   - Вы меня что?!
   - Прощаю, - с высокомерной любезностью повторил вампир.
   - Да иди ты знаешь куда, со своим прощением, - в бешенстве прошипела Ирина Павловна, от злости снова переходя на "ты".
   У нее в голове мгновенно возникло несколько вариантов, куда можно было бы послать этого урода. А послать она могла. В ее жизни был небольшой период, когда ей пришлось торговать на рынке овощами. Вот тогда-то она за очень короткий промежуток времени научилась командовать и орать на пьяных грузчиков, и выражаться не совсем литературным языком, потому что они другого просто не понимали. Она не то чтобы крыла всех трехэтажными матами, но некоторые нецензурные словечки в ее речь очень даже хорошо вписывались. К счастью, этот период жизни был похоронен и забыт, а вот, поди, ж ты. В минуты гнева подобные слова мигом приходили на язык.
   Чтобы окончательно не упасть в собственных глазах, да и в глазах вампира, она быстро развернулась и пошла в свою комнату.
   - Как же это мило, - ядовито шептала она.
   - Сам знаю что мило, - донесся ей в спину голос вампира, - я очень великодушный.
   Ирина Павловна прибавила шагу, практически ударившись в бег, поскольку понимала, что еще секунда и произойдет попытка убийства этого мумифицированного упыря.
   "Зачем он меня злит? - думала она, доставая кастрюли, таганок и газовый баллон (то, что он делает это умышленно, она уже догадалась, только не понимала, зачем ему это нужно). - Что он хочет мне доказать? То, что он умнее меня? Так я это знаю и без его соплей. То, что без него мы бы погибли? И это я понимаю! Может ему скучно, и он так развлекается? "Подспудно Ирина Павловна догадывалась, в чем тут дело. Ее внешний облик, и манера поведения были столь разительны, что вампир не мог воспринимать ее всерьез, вот если бы она была в своем собственном образе... нет, Ирина Павловне решительно не хотелось возвращаться в то свое тело. Она уже начинала привыкать к удобствам, что дает молодость. Ничего не болит, не скрипит, никаких отдышек, никакой усталости. Пусть лучше все так и остается!
  
  
   Глава 17
  
  
  
   Кастрюля с водой была готова, таганок тоже, теперь она ждала только вампира. Он повел ее вдаль по коридору. Здесь они еще не были. Он свернул в одну нишу, потом еще в одну, и, наконец, завел ее в какую-то тупиковую пещеру, с ужасным затхлым воздухом, поскольку вентиляции, судя по всему здесь не было.
   - Зажигать огонь и кипятить воду будете здесь, - коротко сказал он. Ирина Павловна согласно кивнула и стала устанавливать на полу печку. Она боялась одного, что газа не хватит вскипятить воду, но все равно налила полную кастрюлю воды, надеясь на лучшее. Она ждала, пока закипит вода, и ее душе росло возмущение: "Почему вампир не разрешил бросить в воду специи? Кто сможет унюхать их под землей? Почему они должны страдать из-за его паранойи?". Решив, что подобная перестраховка смахивает на психическое заболевание, она потихоньку достала бульонные кубики, горсть специй, соль, и как только вода закипела, кинула все это в кастрюлю, быстро прикрыв крышкой. Вампир появился через минуту.
   "Надо же какой у него нюх, - ехидно думала она, упрямо глядя ему в глаза, - любая собака обзавидуется!". Она быстро убрала кастрюлю в пространственный карман, а потом для вида помахала тряпкой, разгоняя застоявшийся воздух. Он стоял в проходе, не давая ей выйти из пещеры, спокойно ожидая оправдательных слов. Она долго делала вид, что не понимает, что он от нее хочет, но поскольку стояние в пещере друг против друга затягивалось, решила все же начать:
   - Я считаю, что ничего страшного от щепотки специй не произойдет, - выдала, наконец, она.
   - Боюсь в этом вопросе у нас совершенно противоположные точки зрения, - не согласился этот гад, а потом шагнул к ней оттесняя ее в угол. Ирина Павловна попыталась обойти его, но это было невозможно сделать. Она заметалась по пещере, пытаясь вырваться из замкнутого пространства, но Таллос легко пресекал все ее попытки, все тесня и тесня в один из углов. Ирине Павловне стало страшно, но она мысленно попыталась успокоиться, убеждая себя, что убивать ее вампир не будет. А он тем временем протянул руки к ее шее, она в испуге рванулась, и он в этот раз почему-то не стал ее удерживать. Отбежав от него на несколько шагов, она почувствовала какой-то дискомфорт на шее. Прикоснувшись к ней руками, обнаружила кожаную полоску, плотно охватывающую ее горло.
   - Что это? Что это вы мне надели? - с ужасом закричала она.
   - Это ошейник для строптивой рабыни, - дружелюбно пояснил вампир. - Знаете, очень необходимая в хозяйстве вещь.
   - Ошейник для строптивой рабыни? - ошарашено повторила Ирина Павловна и тут же я яростью попыталась его содрать с себя.
   - Ничего не получится, - лучился добротой вампир. - Этот ошейник снять без моей помощи невозможно, и как вы сами понимаете, у меня нет никакого желания вам в этом помогать!
   - Снимите немедленно, - с угрозой сказала Ирина Павловна.
   - А то что? - с интересом спросил вампир.
   - Иначе я вас убью, - прошипела она. - Не знаю как, не знаю когда, но убью обязательно!
   - Ну, вот как мне воспитывать такую злую и грубую юную девушку? - лицемерно развел руками лорд Таллос. - Придется показать как действует этот ошейник на таких упрямиц. Сначала я предлагаю вам добровольно повторить за мной следующие слова: "Лорд Таллос, я молю вас о прощении и снисхождении. Моя вопиющая глупость, может сравниться только с моим упрямством и скверным характером. Я знаю, что ваша доброта безмерна и смиренно надеюсь на ваше милосердие".
   - Что?! - завопила Ирина Павловна, - ты мерзкий противный ублюдок, хочешь, чтобы я умоляла тебя о прощении?
   - Именно так, - с удовольствием подтвердил вампир.
   - Никогда! - отрезала Ирина Павловна, и гордо отвернулась, чтобы не видеть его похабную рожу.
   - Не правильно, - ласково сказал вампир, - впрочем, чему я удивляюсь? - фальшиво обеспокоенным тоном продолжал он. - Обычно хорошая порка быстро перегоняет мозги с одного места, в котором они у вас застряли, назад в голову.
   - Порка?! - взвизгнула Ирина Павловна, неожиданно поняв, что она в сущности, совершенно беспомощна. - Если вы не забыли, я спасла вам жизнь! - вдруг совершенно спокойно сказала она, поскольку в этот момент вспомнила, что с психопатами надо разговаривать спокойно, твердо, стараясь не проявлять агрессивных эмоций, и по возможности взывать к светлым добрым сторонам их личности.
   - Я помню об этом, именно поэтому я вас и не убиваю, - любезно объяснил вампир. Повисло тяжелое молчание.
   - Что вы от меня хотите, - первой не выдержала Ирина Павловна.
   - Я хочу, чтобы вы поклялись, что больше никогда не нарушите мой приказ, и будете все делать так, как я говорю!
   Ирина Павловна мысленно обдумывала это требование. Все ее существо кричало, что это требование неразумно, следовало лишь спокойно, без раздражения, а главное аргументировано доказать, что выполнение такой клятвы может привести к гибели.
   - Лорд Таллос, - осторожно сказала Ирина Павловна, - а что если я пообещаю, что в случае, когда ваше приказание покажется мне не выполнимым или неправильным, я обязательно скажу вам об этом.
   - Я требую клятвы, - сухо и безапелляционно отрезал он.
   - Но послушайте, - стала взывать к его здравому смыслу Ирина Павловна, - допустим, прикажете вы мне сидеть и ждать вас в кустах. И тут вдруг появятся бандиты или хищные звери. Вы представляете, что будет, если я останусь сидеть на месте, где вы приказали, и не буду иметь возможности сбежать? Или вот еще...
   - Достаточно, я понял, - перебил ее вампир, а потом, прищурив глаза, недовольно спросил: - И где вас только воспитывали, интересно было бы узнать?
   - О! - рассмеялась она. - У меня было много воспитателей. Сначала октябрятское звено, потом пионерский отряд, потом комсомольская организация... - она замолчала, наблюдая, как удивленно перекашивается лицо упыря.
   - Где вы говорите, вас воспитывали? - еще раз переспросил вампир, и поскольку Ирина Павловна не отвечала, жестко добавил: - Передайте этим воспитателям, что им нельзя растить девушек, из которых будут готовить добропорядочных жен. С такими замашками, как у вас, вы никогда не выйдете замуж за достойного мужчину и не осчастливите его в браке!
   Ирина Павловна фыркнула:
   - А с какой это радости я должна его осчастливливать? Вот еще! Пусть он меня осчастливливает!
   Вампир громко вздохнул, но ошейник все-таки снял. Она осторожно выдохнула, и быстренько, по стеночке бросилась бегом в свою комнату. Мало ли, что придет в высушенную голову этому вампиру.
  
  
   Глава 18
  
   Как ни странно это инцидент не оставил никакого неприятного осадка в ее сознании. Где-то глубоко в душе она понимала, что поступила неправильно, не предупредив хозяина подземелья о своих намерениях, и что возможно (чисто теоретически, разумеется), он имел некоторое право выразить свое недовольство ее поведением. И все же она была очень рада, что не послушала его и сделала по своему, теперь они были обеспечены горячей жидкой едой еще на две недели.
   Она легла спать, потихоньку подсмеиваясь, вспоминая свой разговор с вампиром: "Где вы воспитывались? ... Октябрятская звездочка, пионерский отряд... Стоп! - вдруг сама себе сказала Ирина Павловна. - Какая звездочка, какой отряд? Я попала в тело Ирины, когда ей было пятнадцать лет. Я не могу помнить о звездочке и об отряде! - она сжала голову руками, и как назло перед глазами вспыхнуло одно из воспоминаний: девятнадцатое мая день Пионерии, праздничная сборная колонна из учащихся разных школ. Они стоят в ожидании очереди, когда смогут промаршировать перед трибунами. Белоснежная рубашка, сине-серая юбочка с двумя складочками и шелковый алый галстук! Помнила, как завязывать узел на галстуке (с тех пор все шелковые платки и шарфы завязывала только так). Помнила, как мама гладила галстук, помнила, как празднично и радостно тогда было. Помнила, что мама давала ей рубль мелочью, и этого хватало, чтобы купить сладкой газированной воды и что-нибудь вкусненькое. Помнила и сметанники, и мармеладных белочку с зайчиком, которым она в первую очередь откусывала хвосты. Она все это ПОМНИЛА! Но ведь так не должно было быть. Она сжала ладонями плечи, попытавшись вспомнить первые минуты после того, как оказалась в теле Ирины. Все было напрасно. Первым воспоминанием была мама, сидевшая у ее постели, в ожидании, когда она очнется. Она ведь тогда сразу ее узнала! Узнала, что это ее мама. Как же так? Получается, Ирина еще какое-то время находилась в том теле?
   По всему выходило именно так. Ирине Павловне стало не по себе, но потом она отбросила все мысли о прошлом, учитывая какое жуткое настоящее и будущее ее ожидало.
   Последние три дня перед повторным затмением Луны вампир очень сильно нервничал, Ирина Павловна чувствовала это. Раньше из его комнаты не доносилось ни шороха, а теперь она точно слышала, как он бродит туда-сюда или передвигает свои гробы. Немного раньше за пять дней до затмения, он как-то буднично сказал:
   - Страг отравил воду во всех наземных и подземных источниках на много миль вокруг. Теперь, когда выйдем на поверхность, воду нельзя будет пить много дней.
   - Зачем он это сделал? - с испугом спросила она, сразу поверив Таллосу и даже не удивившись, откуда он это знает. Вампир равнодушно пожал плечами.
   - Он хочет, чтобы вы умерли, трупный запах выдаст мое месторасположение, он думает, что где-то под землей есть источник с водой, благодаря которому вы до сих пор живы. Страг приходит в отчаяние, - удовлетворенно заметил он, и вот как раз после своих слов и начал едва заметно нервничать. Вампир занервничал, а Ирина Павловна вообще испугалась до колик в животе. Она так до сих пор и не знала, кто этот Страг, но если вампир опасается его, то лучше от такого врага держаться как можно дальше.
   Когда началось затмение Луны, они не спали, что впрочем, и не удивительно, поскольку под землей они перешли на жизненный ритм вампира, а он предпочитал спать днем, а ночью бодрствовать.
   Дети тихо играли, Фанна возилась с какими-то вещами, а Ирина Павловна не находила себе места. Теперь и она, как Таллос бродила по комнате, потом как-то незаметно вышла в коридор и неожиданно для себя самой оказалась в комнате вампира. Он, как всегда, появился ниоткуда.
   - Мне так страшно, - честно сказала Ирина Павловна, совсем не переживая, что подумает о ней мужчина. В конце концов, она только слабая женщина, ей положено бояться. А еще она надеялась, что вампир успокоит ее, скажет какие-нибудь ободряющие слова, типа: "он никогда не доберется до нас" или "он никогда не найдет и не поймает нас", но вампир молчал. От этого его молчания такой ужас накатил на нее, что она сама жалобно спросила:
   - Страг до нас не доберется? Ведь, правда? - но вампир не отвечал. - Что же вы молчите, неужели вы думаете, что мы не спасемся? - со страхом требовательно спрашивала она.
   - Я не ожидал, что Страг решиться на такое безумство, как отравление всех источников с водой, - наконец, медленно ответил он. - Теперь вокруг замка вымрет все живое. Животные, растения, рыба в прудах. Вонь от разлагающихся туш отравит воздух на несколько дней пути, с деревьев упадет листва и нам трудно будет укрыться он шпионов, что будут наблюдать за всем пространством вокруг замка на десятки, а может даже сотни миль.
   Лучше бы вампир молчал, после его слов на Ирину Павловну накатил ужас. Ужас и паника. Хотелось схватить детей и бежать куда-то, все равно куда.
   Но самое страшное началось утром. Они услышали в отдалении глухой взрыв. Ирина Павловна опрометью помчалась к Таллосу.
   - Что это за грохот? - в страхе закричала она.
   - Старг решил окончательно уничтожить меня. Он хочет найти все пустоты в земле. Пустоты, в которых я могу от него скрываться, а потом обрушить породу в этих местах, похоронив меня и вас заживо.
   - А такое возможно?
   - Почему нет? Мы как раз слышим доказательство того, как он это делает. Скорее всего, на него работает маг, у которого стихией является земля, может еще маг- поисковик или ищейка, в любом случае, нам надо уходить отсюда. Через несколько часов, максимум через день, Старг доберется и сюда.
   Ирина Павловна схватилась за голову. Она чутко вслушивалась в голос вампира, и не услышала в нем ни одной нотки надежды на спасение. Ни одной нотки на спасение их, ее и Фанны с детьми, за себя вампир был спокоен, он знал, что вырвется в любом случае. Все это Ирина Павловна осознала за доли секунд. Так же как и то, что вампир, не оставит их живыми, боясь, что в случае их поимки, они расскажут о нем все, что знают, и в первую очередь о том, что он вообще жив.
   Странно, но от своих мыслей она не пришла в ужас, не закричала мысленно самой себе: "Этого не может быть! Он так никогда не поступит!", потому что за свою долгую жизнь, она видела столько предательств, столько подлых умышленных подстав, столько подлых, бесчестных поступков, что и не перечесть. Особенно ярко это проявилось в те годы, когда на предприятиях давали квартиры, стоявшим в очереди на получение жилья. Близкие подруги писали анонимки, что такая-то и такая-то получает пособие от государства на содержание ребенка, как мать одиночка, и соответственно имеет льготы на получение жилья, сама, в действительности, сожительствует с отцом своего ребенка, то есть живя полноценной семьею.
   Ирина Павловна знала обо все этом не по наслышке, она состояла в профсоюзном комитете и часто присутствовала на собраниях, когда обсуждали кандидатуры на получения жилья по льготным очередям. И вообще, каких только мерзостей она не насмотрелась, будучи в этом комитете. Распределение путевок и детских, и взрослых в санатории, или путевки на экскурсии в другие города. А уж. Что творилось, когда распределялись очень редкие путевки на экскурсию в соцстраны! Какие только аморальные поступки претендентов на путевки, не становились известны комиссии. И измены, и воровство на предприятии, и негативные слова в адрес руководства страны. Лучше не вспоминать!
   Возможно, поэтому она совершенно спокойно воспринимала мысль, что вампир не захочет лишиться жизни, умерев с ними за компанию. Во-первых, это глупо, во-вторых, ничего не даст, ни им, ни тем более, ему. И все-таки она не желала сдаваться!Она чувствовала, что сейчас решается их судьба, чувствовала, что вампиру не хочется убивать их, но он все равно сделает так, как должно, шутки кончились, реальность чудовищная и жестокая маячила перед ними. - Лорд Шертес, - взмолилась Ирина Павловна, глядя в глаза вампиру, - не убивайте нас. Клянусь, живыми в руки Старга не попадет ни один из нас. Я сама лично убью всех, если пойму, что надежды на спасение больше нет. - О какой надежде вы говорите? - только и спросил вампир, и поскольку он не пытался отрицать ее слова об их убийстве, она поняла, что рассуждала правильно. - Я хочу попробовать вернуться опять к замку, - неуверенно начала она. - Даже если Страг найдет и уничтожит все пустоты вокруг замка, в самом замке он ни за что не станет рушить подземные ходы, - уже увереннее продолжила она, поскольку вампир молчал, внимательно вслушиваясь в ее слова. - Я хочу найти укромное местечко, и пересидеть там пока вся заварушка не закончится. - То есть, пока меня не схватят, - позволил усмехнуться себе лорд Шертес. - Нет, что вы! - горячо возразила Ирина Павловна, - наоборот, когда Страг убедится, что вы окончательно сбежали от него. Тогда мы попробуем выйти, но я хочу попросить указать в какую сторону нам двигаться, чтобы иметь хотя бы призрачный шанс на спасение. Вампир снова усмехнулся, послушно стал рисовать карту на чистом листе бумаги, который она ему подсунула. - Здесь замок, - сразу объяснял он, рисуя значки и картинки. - Северной стеной он входит в базальтовую скалу, пройти через которую невозможно. На запад идти тоже не стоит, там невозможно пройти из-за череды отвесных скал, предваряющих горную гряду. На юге постирается бескрайнее море, вот и получается, что двигаться можно только на восток. - Как же все предсказуемо, - с тоской сказала Ирина Павловна. - Страг рассуждает точно также, поэтому, без всякого сомнения, все свои силы он бросил на патрулирование именно этого района. Шертес согласно кивнул, и в его глазах промелькнуло удивление, и где-то даже уважение к подобным мыслям и словам девушки. Хотя совсем скоро знакомая усмешка вновь появилась на его губах. - Хорошо, какое-то время вы сможете отсидеться. А дальше что? - Дальше, дальше, - с раздражением перекривила его Ирина Павловна, - может Страг покинет замок? Может, мне удастся украсть какой-нибудь артефакт, например делающий нас невидимыми, может, удастся проскользнуть в портальную арку? Откуда я знаю? Главное, что это даст отсрочку нашей гибели! Вампир каким-то остекленевшим взглядом смотрел на нее, и она поняла, что его мысли, в этот момент, бродят очень-очень далеко. - Хорошо, решительно сказал мужчина, - у вас полчаса, чтобы собраться, а у меня в запасе пять часов до наступления темноты, поэтому я могу немного проводить вас. Вы правы, ход в замок есть, я покажу его. Только не думайте, что пройти по нему будет легко. - Я ничего не думаю, - оборвала его Ирина Павловна и поспешила в свою комнату собирать вещи и готовить детей к тяжелой дороге. Она, не спрашивая разрешения вампира, поставила на огонь греться трехлитровый чайник. И ей и детям понадобятся силы, она решила приготовить в дорогу побольше кофе с молоком. Целых три литра. Спиной она почувствовала присутствие вампира, наблюдающего за ее действиями, но, как, ни странно, не сказавшего при этом, ни слова возражения. - Мой замок состоит из трех ярусов, - начал рассказывать Шертес, пока она сдувала матрац и складывала вещи. - Те коридоры, по которым мы добирались сюда, проходят по нижнему ярусу, начинаясь в подвалах. На втором ярусе находятся кухни, комнаты для прислуги, фехтовальный зал, склады для хранения вещей и продуктов и другие подсобные помещения. Третий ярус состоит из двух этажей. На нижнем - жилые комнаты, зал для приема гостей. На верхнем - библиотека, мой личный кабинет и несколько тайных комнат, входить в которые без моего разрешения не мог никто. Думаю, Старг обосновался именно там, - с ненавистью добавил Шертес. - Подземный ход есть и во втором ярусе, он начинается в зале для фехтования, подземные хода есть и из моего кабинета, и из моей спальни. В какое место вас провести? Ирина Павловна чуть не присвистнула. Ну, у этого Шертеса и размах, впрочем, даже такое количество путей отступления не спасло его от участи пленника. - В ваш бывший кабинет, - твердо сказала она. Вампир усмехнулся, сразу же обратив внимание на слово 'бывший', но все равно согласно кивнул головой. И они двинулись в путь. Глава 20 Для Ирины Павловны коридоры ничем не отличались друг от друга, как вампир находил правильную дорогу - она не представляла. Хотя, по большому счету, ей это было совершенно безразлично. Несколько раз делали привал, чтобы дети немного отдохнули и перекусили. В один из таких привалов Ирина Павловна случайно перехватила взгляд вампира, каким тот смотрел на кружку с водой, которую она потягивала Колину. Этот взгляд был столь мгновенный, буквально какие-то доли секунд, но Ирину Павловну бросило в жар. Она вдруг вспомнила, как долго вампир пил воду из родника. И перед тем как лечь спать, и после того как проснулся. 'Ему нужна вода также как и нам! - осенила ее запоздалая мысль. - Может, не в таком количестве и не так часто, но все равно нужна. Он уже месяц без воды, - с ужасом подумала она, представив какие муки он испытывал, видя, как они пьют воду. - Вот зараза, - с раздражением мысленно прошипела она, - даже не намекнул ни разу, даже косвенно не попросил!', - она вроде бы злилась на него, а сама с восхищенным удовлетворением думала об этом поступке. Вампир вел себя как мужчина. Гордый, упрямый, самовлюбленный и самонадеянный, но все равно настоящий мужчина. Ирина Павловна протянула ему бутылку с водой: - Пейте, - просто сказала она, но вампир отрицательно покачал головой, отказавшись принять ее подарок. - Я могу еще некоторое время обходиться без воды, вам вода нужнее. - Пейте! - с нескрываемой угрозой повторила она, поскольку ее взбесило его упрямство. Но он снова покачал головой. - Ах, так! - она быстро открутила пробку на бутылке. - Считаю до трех, после этого я выливаю воду на землю. Я сказала, что вода для вас, значит, или вы ее выпьете, или я ее вылью! - По его глазам она видела, что он ей не верит. - Раз, два, три, - быстро сказала она и перевернула бутылку. Вампир ахнул и выхватил бутылку из ее рук. Сделал он это настолько быстро, что ни одна капля не успела упасть на пол. Она протянула ему кружку, он взял ее не выпендриваясь, лишь только слегка хмыкнув, рассматривая рисунок. Эту кружку ей подарили на работе. Был какой-то месячник по особому соблюдению правил техники безопасности и всем работникам предприятия подарили кружки с картинками, изображающими страшного довольно улыбающегося мужика, стоявшего под свисающим грузом, в каске и рукавицах. Поскольку именно каска и рукавицы были на рисунке главными, их сделали непропорционально большими и яркого алого цвета. Рисунок был ужасным, но сама кружка - очень крепкой, поскольку пережила нескончаемое количество падений с самых разных поверхностей. Пил вампир медленно и очень аккуратно, чтобы его не смущать Ирина Павловна деликатно отвернулась. Шертес выпил всего одну кружку, это она точно знала, тем не менее, когда Ирина Павловна на него взглянула ни кружки, ни бутылки в его руках не было. Это озадачило ее, правда всего на несколько секунд, пока и другие странные мелочи не всплыли в ее памяти. Вампир не давал ей зеркало, не нес его в руках, и тем не менее она ни секунды не сомневалась, что он был так взволнован новыми событиями, что совсем забыл о нем. В руках вампира не было и постельного белья, которое она вручила ему в акрополе, тогда сразу же возникает вопрос: где все эти вещи? Ответ Ирина Павловна знала: у вампира также как и у нее был пространственный карман. - У вас тоже есть пространственный карман, - не то спрашивая, не то утверждая сказала она, и, дождавшись утвердительного кивка с удивлением спросила: - Неужели вы не могли запасти достаточное количество крови, чтобы не доводить себя до такого ужасного состояния, как сейчас? Лорд Шертес вздохнул, ему видимо очень не хотелось касаться этого вопроса, но долг благодарности требовал от него вежливости и учтивости. - Во-первых, пространственный карман, который у меня есть, в несколько раз меньше, чем ваш. Кстати я хотел бы узнать, кто помог вам его создать, маг, что создавал мой, смог сделать только такой. Вот и получается, что особенно большого запаса крови я сделать не смог бы при всем своем желании. Во-вторых, как бы я воспользовался этим запасами? Милый, милый Страг, - ядовито сказал Шертес, - позаботился о том, чтобы я не смог пить кровь ни при каких обстоятельствах, вырвав мне зубы. К тому же руки, прикованные к стене не дали бы мне этой возможности даже с зубами. Я ответил на ваш вопрос? - любезно поинтересовался вампир или вернее упырь, как его мысленно обозвала Ирина Павловна, поскольку этот кровопийца снова вызвал ее раздражение, растолковывая и так понятные вещи, которые она и сама смогла бы понять, если бы, хоть минуту подумала. Скоро они двинулись дальше. Шертес завел их в какой-то тупик, а потом, вытащив несколько камней, показал на открывшийся лаз. - Этот ход вертикальный. В стене вбиты скобы. Подниматься придется долго, очень долго, - подчеркнул он, - и все это время не будет ни одной площадки, на которой можно было бы передохнуть или поспать. Ирина Павловна судорожно глотнула. К такому она не было готова. Как-то она стояла рядом с башенным краном как раз в тот момент, когда крановщица карабкалась вверх по лестнице. Ирина Павловна тогда еще подумала, что будь она на месте этой девушки уже лежала бы на земле с разрывом сердца, поскольку всегда боялась высоты. И вот теперь ей, Фанне, а главное детям придется карабкаться вверх, причем не по удобной и безопасной лестнице, а по каким-то скобам, вбитым в стену. - И сколько часов нам надо подниматься? - с дрожью в голосе спросила она. - Семьсот скоб, - потом будет площадка, на которой можно даже поспать, потом еще столько же, потом длинный узкий трехсотметровый лаз и еще семьсот скоб. Услышав это, Ирина Павловна от безнадежности застонала. Лорд Шертес растворился во тьме, а она принялась осматривать вертикальный шурф, по которому им предстояло подняться. Разумеется Ирина Павловна понимала, что никакого спасение в конце этого длинного и тяжелого пути не будет, однако она так же осознавала, что пока у них есть хоть какая-то цель - имеет смысл жить дальше, а вот так просто сидеть и ждать смерти было выше ее человеческих сил. Она деловито посветила верх, пытаясь увидеть... она даже сама не понимала, что она надеялась там увидеть, луч фонаря упирался только в черноту, высвечивая лишь скобы в стене. Ирина Павловна тоскливо вздохнула: расстояние между металлическими брусками было рассчитано на взрослого рослого мужчину, даже ей будет тяжело подниматься, что тогда говорить о детях? Да они из сил выбьются на десятой ступеньке, а их надо преодолеть семьсот до первого места отдыха. 'Надо что-то придумать, чтобы дети могли отдохнуть на лестнице или хотя бы спокойно покушать, - думала она про себя, мысленно перебирая вещи.- Брезентовая прошитая сумка! - обрадовалась Ирина Павловна, явственно припомнив ту сумку и то количество рыбы, что однажды притащил в этой сумке сын. Один он нести не смог, сумку тащили вдвое с другом. - Сколько они тогда принесли? - припоминала она. - Килограмм семьдесят, не меньше! Значит, детей сумка выдержит. Они вдвоем весят не больше шестидесяти. Надо только на дно положить доску и пару подушечек, а еще приготовить две веревки, чтобы привязать сумку к скобам", - и она быстро стала доставать необходимые вещи. Еще было необходимо обвязать детей и себя с Фанной одной веревкой, упасть вниз с этой лестницы - было равносильно смерти, а еще надо было подумать о туалете. Сколько часов они будут карабкаться вверх, невозможно и представить, значит... как не противно и мерзко было это делать, но всем четверым пришлось надеть детские памперсы. Ирина Павловна первой ухватилась за скобу, и началось долгое восхождение. Глава 21 Как ни удивительно, но Колин и Элли достаточно хорошо взбирались по скобам, не жаловались, ни плакали. Это очень удивило Ирину Павловну, невольно закралась мысль, что и она, и ее братик с сестрой намного сильнее и выносливее обычных людей. Как там говорил Шертес, шагарры, что ли? 'Что же я подробнее у него не расспросила? - со злостью на себя думала она, жалея, что так бездарно провела время, находясь рядом с таким кладезем информации. Дело в том, что отец никогда и ничего ей не рассказывал. Всего несколько слов о том, что она отличается от других людей, что за такими как она, ведется охота, и если ее поймают, то убьют страшной смертью, вернее сожгут живьем. Ирина Павловна помнила, как ей было страшно от этих слов, помнила, как она без слова возражения осталась жить одна в той каменой башне. Помнила, как обрадовалась Фанне и Колину с Элли, чувствуя себя счастливой, что теперь она не одна. - Значит, отец не врал, когда говорил, что мы особенные. Почему же он не объяснил, в чем заключается наша 'особенность', - с тоской думала она, вспоминая свое страшное детство и раннюю юность. Дети захотели кушать. Ирина Павловна с опаской достала свое изобретение, и привязала ручки сумки к скобе, потом помогла детям по очереди забраться в этот импровизированный гамак. Получилось все очень хорошо. Поели, отдохнули и вперед. - Лорри, Лорри, - позвала Ирину Павловну Фанна, - там внизу кто-то есть! Они все вчетвером замерли, мучительно прислушиваясь к малейшим шорохам. И точно, какое-то едва слышимое движение улавливалось. Это было жутко. Бездонная тьма под ногами, в которой что-то двигалось. - Быстро наверх, - приказала Ирина Павловна, сдвинувшись к самому краю поручня, давая дорогу Фанне и детям. Сама же она взяла в одну руку нож, другой уцепилась за скобу и замерла в ожидании. Однако ее нервы не выдержали такого напряжения, и она тихо спросила: - Кто там? Глупее вопроса трудно было, и придумать и, тем не менее, темнота ответила ей голосом лорда Шертеса: - Это я. Не бойтесь. Какая же радость охватила всех их, когда она услышали эти слова, вмиг призрачная нереальная надежда на спасение, стала тверже гранита, подарив уверенность и чувство безопасности. Он быстро догнал их. - Дайте мне сверток с одеялами, - приказал он, - я подготовлю ночлег, пока вы будете добираться. - А еще долго? - жалобно спросила Ирина Павловна, которой до чертиков надоело взбираться по скобам. - А вы разве не считаете ступени? - поразился Шертес такой безответственности. В ответ он только услышал тяжелый вздох. Теперь они карабкались вверх намного бодрее, добравшись до места привала, Ирина Павловна почувствовала себя самым счастливым человеком на свете! В скале была выдолблена неглубокая ниша, в которой уже лежали приготовленные вампиром одеяла. Быстро перекусив, они все вчетвером завалились спать. Впрочем, Ирина Павловна засыпать не торопилась. Она вдруг подумала, что Шертесу так же как и им, необходимо хорошо отдохнуть. Сам он 'расположился' где-то на лестнице, хорошо выспаться в таких условиях у него вряд ли получится. - Лорд Шертес, - тихо позвала она. За секунду вампир оказался рядом с ней. - Ложитесь с нами. Места хватит и вам. И пожалуйста, не спорьте, - сделала она строгое лицо. - Вам надо тоже хорошо отдохнуть, - и видя, что мужчина еще колеблется, с сарказмом добавила: - Ложитесь. Я не кусаюсь. Обещаю, что приставать не буду, - ехидно добавила она и отодвинулась от стены, освобождая для него место. Уснула она мгновенно, однако дергаясь и ерзая во сне, поскольку ей снился очень неприятный сон... А снился ей муж ее Витя (который до этого дня не снился долгие годы), и вроде бы Витя, проснувшись раньше нее, захотел наступающий день встретить, занимаясь чем-то очень-очень приятным. Она с тоской быстро перебрала в памяти все его прегрешения, надеясь отыскать предлог, чтобы отказать: 'Не пил всю неделю... за сыном в садик приходил вовремя... полочку в ванной прибил', - причин для отказа не было. С тяжким вздохом Ирина Павловна повернулась к мужу лицом, и забросила ногу ему на бедро, намекая, тем самым, на согласие в продолжении любовной игры. Поскольку далее ничего не происходило, Ирина Павловна широко распахнула глаза, пытаясь вырваться из своего сновидения. Стояла такая темень, хоть глаз выколи, и в этой темноте светились, заинтересованные, таким ее поведением, красные глаза вампира. - Ой! - ахнула она, мигом подобрав свои конечности с чужой территории, и понимая, что ее поведение нуждается в объяснении, стала неловко рассказывать: - Мне приснился муж, ну и... - она замолчала, предоставляя вампиру право самому догадаться о том, что ей снилось. Он догадался. - Если бы моя женщина с таким вздохом встречала мои ласки... - теперь недоговорил мужчина, предлагая ей додумать, чем бы закончились такие отношения. Она, разумеется, поняла, но была с его мнением категорически не согласна. Она хотела возразить, мол, если женщина ежедневно работает на производстве, да еще тратит время на дорогу, да еще по пути скупляется, потом готовит ужин и делает по дому тысячи дел, то ожидать от нее страсти в постели, может только полный дурак... или лорд, не подозревающий, как можно ежедневно уставать, что никакие супружеские ласки не будут вызывать огня в крови. Она промолчала. Не понимает - пусть остается при своем мнении! Она еще только с вампиром не выясняла вопроса о супружеских обязанностях и интимных отношениях между мужем и женой. А еще она хотела добавить, что если бы лорд Шертес попробовал предложить ей свои ласки, то она не только бы тяжело вздыхала, а она бы вопила от ужаса, учитывая его 'неземную' красоту.

Оценка: 8.20*15  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com К.Кострова "Волчья магнолия"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Д.Маш "Тата и медведь"(Любовное фэнтези) Д.Деев "Я – другой 3"(Боевая фантастика) Л.Миленина "Шпионка на отборе у дракона"(Любовное фэнтези) В.Пылаев "Видящий-2. Тэн"(ЛитРПГ) В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2"(Боевая фантастика) А.Емельянов "Последняя петля 3"(ЛитРПГ) Д.Черепанов "Собиратель Том 3 (новая версия)"(ЛитРПГ)
Хиты на ProdaMan.ru Отверженная. Печурина МарияМилашка. Зачёт по соблазнению. Сезон 1. Кристина АзимутМагия обмана. Ольга БулгаковаНа страже Пустоты. Белая Лилия АльшерКороли долины Гофер. Светлана ЕрмаковаГостья Озерного Дома. Наталья РакшинаАкадемия магии: о чем молчат зомби. Оксана ИвченкоОсобенности драконьего хобби. Сезон 1. Яна ЧерненькаяМой парень — козёл. Ника Веймар��ЛЮБОВЬ ПО ОШИБКЕ. Любовь Чаро
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"