Аннотация: Иногда союзник таков, что лучше его сделать другом врага. Интермедия из главы 7.
Интермедия. Шут
- Туп, как пень, - гулко разнеслось по тронному залу, и придворные осторожно захихикали. Король подождал, пока веселье уляжется, и ласково потрепал по лысине щуплого мужичка справа. - Не обижайся, друг Алатай. На правду же не обижаются - а ты мне приносишь исключительно дурные вести. Это глупо, друг мой.
Канцлер еле сдержался, чтобы не отбросить жирную липкую ладонь.
- Да знаю я, - король отхлебнул вина из бокала и развалился на троне. - Но разве нельзя это сделать как-нибудь... поделикатнее, что ли? Бери пример с графа Аразгелде - с ним всегда интересно! А ты? - король насупился. - Налоги, пошлины, бюджет, расходы, расходы, расходы! - Король в ярости швырнул кубок, и маркиз Поголти едва сумел увернуться от пяти фунтов литого золота. - Ты же знаешь, я запретил упоминать это слово.
- Я во всем следую распоряжениям Вашего Величества, - напомнил канцлер.
- Да, словоблуд ты изрядный, - король мрачно побарабанил пальцами по подлокотнику. - А собутыльник никакой. Брысь с моих глаз - тут сейчас мужчины развлекаться будут!
* * *
- Двери запереть, никого, кроме посыльных, не пускать, - канцлер с наслаждением опустился в мягкое кожаное кресло. Взгляд пробежался по стеллажам с книгами и документами, на миг задержался на паре натюрмортов на дальней стене и наконец вернулся к идеально чистому столу.
- Простокваши сюда.
Рубиновая жидкость успокаивала, и жжение в желудке от переперченной куропатки постепенно стихало. Теперь можно было и подумать.
Итак, славный король Урса за последние полгода стал весьма строптив и непослушен. Он вдруг полюбил охоту, хотя раньше трясся от любого выстрела, на столе у него частенько появляются проекты указов, напрочь незнакомые канцлеру, а временами он вообще никого не пускает в свои покои. Кроме графа Аразгелде.
Алатай усмехнулся: вся конспирация не стоила и ломаного фартинга, если заговорщики не придают значения деньгам. Граф, в силу его колоссального состояния, устойчивого даже к многодневным попойкам и многотысячным картежным долгам, как раз о деньгах и не думал.
С одной стороны, благотворительность Аразгеллде оказалась канцлеру весьма на руку - те же выезды Урсы на природу вставали казне в изрядную копеечку, а ныне за них рассчитывался граф. Но с другой стороны...
На стол шлепнулась пухлая папка. На первый взгляд, листы в ней были совершенно чистыми, но - только на первый взгляд. Алатай, воровато оглянувшись, приложил правую ладонь к столешнице, прошептал заклинание и надавил. Придержав отскочившую крышку тайника, канцлер извлек из углубления небольшую медную лупу, завернутую в фланель.
Уже пятое донесение заставило канцлера протяжно присвистнуть. В последнее время граф весьма успешно рассчитался со всеми своими долгами, и даже умудрился прикупить небольшую крепостцу ближе к муроминской границе. И не просто прикупить - восстановить до боеспособного состояния. Алатай нахмурился - "древние охотничьи угодья" Аразгелде оказались совсем неподалеку, а канцлер не верил в подобные случайности.
Он вдруг вспомнил, как с пару недель назад король заявил ему: "Дорогой друг, ты слишком хорошо разбираешься, куда потратить деньги, и ни грана не понимаешь в экономии. Пойми: моя опора - старое, веками проверенное дворянство. Лучшие из лучших хотят защитить меня и королевство - притом, заметь, не прося ни фартинга!" Теперь понятно, кого именно имел в виду король. Значит, Урса собирается сменить фаворита... Интересно, что же его останавливает?
* * *
- Мой старый глупый друг, - король был уже слегка пьян, а потому - весел и добродушен. - Ты в курсе, что у наших соседей намечаются значительные перемены?
- До меня доходили такие слухи, - осторожно заметил Алатай.
- О! - Урса довольно хлопнул ладонями по подлокотникам трона. - Ведь можешь же, когда хочешь. Так вот, я решил: мой монарший долг - поддержать моего царственного брата в тяжкий час. Мы выступаем немедля. Думаю, сотня кавалергардов будут достаточным эскортом.
- А... - ошарашенный канцлер едва отрыл рот, чтобы выяснить подробности, как король его тут же прервал.
- Ты остаешься здесь. Старый друг - ты слишком стар и нелеп для этого похода. Мне в дороге не нужен шут.
* * *
- Рад приветствовать, - клок тьмы в углу кабинета рассеялся, и перед канцлером появилась высокая фигура, закутанная в шелковый узорчатый плащ.
"Эффектно", - согласился Алатай, с интересом рассматривая угольно-черные руны на шелке цвета воронова крыла.
- А у вас неплохая реакция, - похвалил канцлера гость, осторожно отводя от своей груди ствол револьвера. - Не беспокойтесь, я не причиню вам вреда. Наоборот, вы извлечете из нашей встречи огромную пользу.
- Неужели? - хмыкнул хозяин. Грубые шрамы на кистях визитера буквально кричали: "Перед тобой некромант!". - Как дела в Муромине?
- Ни шатко, ни валко, - гость откинул назад капюшон. Против ожидания, на гладко выбритом черепе гостя виднелись только татуировки. - Собственно, потому я и прибыл.
* * *
- Позволю себе откланяться. Приятно иметь с вами дело, - рукопожатие некроманта оказалось крепким, но сама рука - ледяной.
- Передавайте мое почтение императору, регенту и Верховному некроманту.
Визитер отошел в дальний угол, бросил что-то перед собой на пол и исчез в ярко-зеленой вспышке. Канцлер вытер холодный пот - хоть переговоры действительно оказались весьма полезными, он бы многое отдал, лишь бы не встречаться с некромантом еще раз.
Впрочем, это, скорее всего, невозможно - слишком высоки ставки в игре.
* * *
Факты постепенно сплетались в единую мозаику. Граф, действительно, полез в политику не от великого ума - похоже, его банально используют. Используют, чтобы оторвать Урсу от канцлера - а потом вертеть королем по своему усмотрению. Вот как сейчас - заразить его идеей "неотложной помощи брату-венценосцу" и отправить подальше. Или поближе?
Алатай хмыкнул - благо, своего короля он знал получше многих, и отлично представлял его деструктивную мощь. Постоянные пьянки с утра и до вечера, "развлечения", содранные под копирку с рыцарских романов тысячелетней давности, потравы и поджоги - вытерпеть это сможет не каждый. И канцлер небезосновательно сомневался, что дело не дойдет до скандала - Бональд, конечно, паладин в лучшем смысле этого слова, но он Урсе и не подданный. Выбить дурь из соседствующего монарха регент вряд ли сможет - с этим не справился даже Улем III, дед нынешнего короля. Но что Бональд сделает почти наверняка - это заронит в пропитую голову Урсы мысль о войне - немедленной и беспощадной. А разгребать это - опять же, Алатаю.
Выходит, некромант прав - Урсу надо вернуть. Причем - немедленно.
* * *
Граф Аразгелде умиленно окинул взором готовую к выезду кавалькаду. Да, король будет доволен - а если они еще свернут в Броккен... Граф прищелкнул языком. Да, Броккен! Там уже заготовлена сотня бочек белого - такого, как и любит Урса. Будет весело - а восточный друг как раз и просил: "Сделай так, чтоб королю было весело!"
- По коням! - зычно гаркнул Аразгелде, ставя ногу в стремя. Конь вдруг рванулся в сторону, конюшие всем телом повисли на поводу, стараясь удержать животное, и граф, остервенело бранясь, попытался вскочить в седло. Жеребец встал на дыбы, и слуги с воплями разбежались - кому охота свалиться с проломленным черепом? Аразгелде схватился за луку - аж пальцы затрещали, и наконец закинул ногу на круп.
- Ну, скотина, - прошипел он. Конь как будто услышал наездника - мигом сорвался в галоп, граф рухнул на булыжники двора, нога с хрустом вывернулась.
- Держи, держи! - раздались вопли. Аркан оплел гибкую шею коня, затем другой и третий. Жеребец снова стал на дыбы, пытаясь освободиться от пут, но лишь добился того, что и передние ноги оказались связаны. Наконец, опутанное путами животное рухнуло, едва не придавив уже потерявшего сознание Аразгелде.
* * *
Урса, облаченный в фамильный золоченый панцирь, ехал впереди процессии, горделиво посматривая на вмиг пустеющие поля - стоило только подданным завидеть пыль от королевской процессии. Король величаво поправил корону, дивно шедшую его рыжим с легкой проседью волосам, и постарался усесться поудобнее.
- Я и забыл, какие эти седла жесткие, - пробормотал он. Романтика похода "во спасение монархии и традиций", так ласкавшая слух во дворце, уже начала ему приедаться. Вдруг из хвоста колонны послышались истошные вопли "Ваше величество! Ваше величество, срочное донесение!"
- Ну, что у тебя? - раздраженно буркнул Урса, забирая пергаментный свиток у мальчишки-посыльного на взмыленной лошади.
- Опять от Алатая, - кинжал с треском вспорол пергамент. - Ну, что я говорил!
"Королю Урсе, лично, срочно.
Верный вам граф Аразгелде, решивший двинуться к вам на подмогу, несчастным образом упал с лошади. Состояние тяжелое. Настоятельно молю государя возвратиться, во исполнение нижайшей просьбы умирающего.
Верный вам, А."
- Ну, что я говорил, - трагическим голосом повторил король. - Что за несчастье. Кругом, в столицу, гони!