Нох Игорь: другие произведения.

Север

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
Оценка: 7.93*6  Ваша оценка:


   Посвящается 57 ГИАП
  

"На севере диком, стоит одиноко..."

  
   На крайнем севере, есть поговорка : сто рублей - не деньги, сто километров - не расстояние, сто лет - не старуха. Мы живём в маленьком городке с названием Кайеркан. В переводе с "талабайского" - Долина мёртвых. На Таймыре - коренные жители якуты и талабайцы. Они разводят оленей в тундре или работают в порту Дудинка. Тем кто "вырвался" в порт - завидуют. Маленького роста, с лицами словно из под "выжигателя" они сразу попадают под "жернова цивилизации". В стойбищах у них есть ягель, рыба и олени. В порту - папиросы и питьевой спирт с голубенькой этикеткой. Молоденькие талабайки хотят быть как все. Или хотя бы - не хуже. По этому - пользуются всей "палитрой" макияжа. С плохими зубами, ярко раскрасив "расческу" рта, они лихо курят "Беломор" и поражают местных крановщиц, неожиданной свободой модных решений.
   Мы - приехали сюда по приказу. Вернее - "перебазировались". Кто-то в 90-х, захотел получить "генерала" и решил защищать "север с севера". Сказано - сделано! Генералов стало больше, деньги - "освоены" и разграблены, а в тудре появился хороший ориентир. Несколько девятиэтажек - ДОСов. Дома офицерских семей. Их отлично видно в пургу и туман, и по ним, наверное, ориентируются местные каюры. Но жить в них нельзя. Дома - "разморожены" и восстановлению не подлежат. Все дома в "заполярье" стоят на сваях. Вечная мерзлота неохотно "пускает" в себя, инородные тела. Именно там, под обрезом построек, сразу у свай - внезапно заканчиваются трубы и коммуникации. Они, как бы есть! Но они - конечны! Вода, тепло и всякая канализация.
   Хотя, "на бумагах" - дома сданы! Поэтому, мы живём в ресторане. Сердобольные официантки аэропорта "Алыкель", разрешают нам сдвинув стулья, ночевать в тепле. Днём - мы "делаем им кассу".
   Самолёты наши - "пригнаны" и брошены. И мы - "пригнаны" и брошены тоже. Прежде чем попасть на новое место службы, встревоженные жены лич. состава устроили небольшую "забастовку" - потребовав доказательств! Есть ли там "яранги", "иглу" или ещё что? Офицерские жены - привычные ко всему...
   Штабной "актив" немедля продемонстрировал видео. На 69 параллели царила невиданная "красота". Здесь было все! И новые дома, и "сады с Диснейлендом", и погода. Вобщем - "плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю". Землю Таймырскую...
   По факту - оказалось постановка и предательство. Поэтому - мы в ресторане, а жены, как говорят здесь - "на материке". Мне ещё повезло. Я - не женат.
  
   Полк получился - "что надо"! Собирали его по "частям".
   Задолго до "освоения Заполярья" народ "пронюхал", что кроме "северного сияния" на новой базе ничего нет и "обложился" справками. У кого - четверо детей, трое из которых - "дауны", у кого - полная непереносимость холода и отсутствие "гланд". А вместо них - "жабры". Как у мальчика доктора Сальватора.
   В общем - "лизоблюды" и "сынки" были отсеяны сразу. И спасать "севера", поехали лица из "чёрных списков".
   Стержнем - стал "Бесовец". Этот легендарный "карельский" полк, переучился с "сушек" на "мигари" и первые самолёты, пришли "на пустошь" - своим ходом.
   "Скрепя сердце" остальной состав, бросив "обжитые места", начал грузиться в эшелоны до Мурманска, а там - на пароходы до Дудинки. "Актив" же с политработниками, помня : "кавалергарда век недолог", отработав языками - затаился. Позже, проявив вдруг "необъяснимую" тягу к Петровскому барокко и заразив других "вирусом энтузиазма" - "растворился" и канул в штабах Питера.
  
   А, "Чёрного кота - не отмоешь до бела" - и бунтующий полк был отмечен "меткою".
   Вот такой "черный полк" и начал биться с Заполярьем, поражая остальных настойчивостью и упорством. Командир - "милейший мужик", умный, правильный и надёжный, понимая сложность задачи и нелёгкие условия - "сок" из подчиненных не жал. Сам он, тоже имел какой-то "серенький штришок" в биографии...
   Честь и хвала ему!
  
   Когда нам, куда-нибудь нужно и мы не на "своих" - мы летим "обозом". "Обозом" - зовется Ан-12. Заслуженный и верный самолёт. Правда - совершенно не приспособленный к перевозкам пассажиров. Он возит грузы. И еще - нас. Обшивка и теплоизоляция у него отсутствует. Есть малюсенькая герметичная кабинка на четверых, рядом с экипажем. Там обычно - важные персоны. Ещё - "бортач" жарит в ней яичницу на сале, заботливо подкармливая экипаж в длительных перелетах. Все остальное - "брюхо". В нем - мы. Когда машине необходимо подняться выше, обходя грозу - командир выходит к нам и смеясь интересуется : "Не сдохнете?"
   - Давай - отвечаем ему мы и кутаемся в брезентовые чехлы.
   - Будете курить, бросайте окурки в ведро - говорит командир.
   Мы свои. Мы адекватны и нам - можно. Но, мы не курим. Кислорода становится все меньше и спички неохотно горят. Некоторые из нас "лихача", поднимаются на предельно возможную высоту без масок. Она болтается у лица. Дальше все - кислород. В общем все это - нам знакомо. Иногда в "обоз" наш набиваются другие военные. Например - "краснопогонники". Им тоже нужно куда нибудь "прибыть". Понимая - их берут. Вояки таращат глаза на "наше спокойствие" и жмутся в серые шинели. В "железной трубе" - холодно! Летом за бортом 15 - 20 мороза, внутри - немногим теплее.
   По маршруту "засветки" грозы и наш Ан-12 - "лезет" выше.
  
  
   Мы с товарищем (он тоже холостяк), поглядываем на часы и "прикидываем" - успеем ли мы, на место "по светлому". С собой мы везем наши скромные "холостяцкие" пожитки. Их, совсем чуть-чуть. Главное - "стиралка Сибирь". У нас много комбинезонов и летом, мы не успеваем их стирать. А "Сибирь" с центрифугой, на то время - чудо техники! "Вояки" наши оживают и раскрыв портфели извлекают припасенные бутерброды. В самолете пахнет едой. Всем становится еще холоднее.
   Мы - в своей привычной форме. Летные куртки с воротниками из овчины и "ползунки". Такие теплые штаны целиком. Молнии, "куча" карманов и нож. Куртки не промокают. В них - есть место "под пистолет". Какой то "гений" придумал этот набор и застегнувшись на "всё и вся" - реально тепло. Так мы и ходим 24 часа в сутки, в отличие от "общевойсковиков". Те - повсюду в "мышиных" шинелях. В авиации ходит шутка : "Если хочешь убить летчика - отрежь ему воротник и зашей карманы!"
  
   Бутербродов у нас нет. Зато, у нас есть фляга спирта. Нашего, авиационного. "Вояки" дышат на ладони и хлопают себя по "ляжкам".
   Я киваю на них и кричу товарищу на ухо : "Зови, а то заиндевеют". Внутри нещадно гудят двигатели. Разъяснив служивым "приемы выживания в экстремальных условиях", мы рассевшись у ящика разливаем "огонь" по стаканчикам. С "пехоты" - бутерброды. В хвосте, на полу, один как "солитер", укутавшись в чехлы, вместе с нами летит - "усатый мужик". И он - явно из "наших". Синяя куртка, напяленная до бровей армейская шапка. Он кидает на нас из под нее, странные взгляды.
   - А, этому? - показываю я, - "чужих греем", а своего - нет.
   - Да, ну его - отвечает мне сослуживец, - не контактный какой-то.
   Но мне становится "стыдно" и плеснув в стаканчик спирта и захватив бутерброд, я направляюсь к "синему". Гул пропеллеров волнами "гуляет" по корпусу, а на клепаном полу дрожит песок. Я обращаюсь к незнакомцу, но тот не слышит. Тогда я легонько пинаю его носком ботинка.
   - Будешь?
   - Нет - говорит мужик, - и Вам, не советую!
   - Замерзнешь здесь - говорю я.
   - Я сказал - нет! - злится мужик.
   - Ну, как "хош"! В авиации - два раза не предлагают.
   Я ухожу, а "синий" долго смотрит мне в след.
   Настроение наше повышается, а "уровень кислорода в крови" стремительно растет. Разговорившись, мы закуриваем. Под куртками теплеет. Отбросив в сторону чехлы, "усатый" держась рукой за десантный трос, идёт к нам.
   - Прекратить курить! - вдруг командует он.
   - Ты чего там - перемерз "чутка"? - затянувшись сигаретой, интересуюсь я.
   - Прекратить курить! - повторяет он, - вы на борту. Открытый огонь - запрещён!
   - Во, "разошелся" - обращается к нему мой сотоварищ, - ты, кто такой? Командир экипажа? Или может - бортинженер?
   Ракетчики смущённо прячут сигареты.
   - Ты, чего глухой? Командир, нам разрешил и даже - выдал ведро!
   С Командиром (он значительно старше нас) мы на "короткой ноге". Вместе с ним, мы "бродим по тучам" разыскивая в грозах светлый "проход". Он "таскает" нас и наше техническое "барахло" в командировках, обедает с нами в одной "летке", курит и "травит" анекдоты. Он передает нам деньги от пацанов, когда они, вдруг заканчиваются в "нашей тумбочке". И решения на борту - принимает единолично он. Он - "Командир воздушного судна". И это "судно" - принадлежит ему! От "носового обтекателя" до хвоста! Это - закон! "Же-ле-зя-ка"!
   Поэтому, "усатый мужик" для нас - "пустой баллон из-под азота". Примерно то же - мы объясняем ему. Повторно отказавшись от предложенной "дозы огня", он убегает в хвост.
   Прилетев, мы сдаем документы в штаб и мчимся на "экстренное" построение. Прямо на полосе, в развернутом строю - стоит полк. Командир громко объявляет новости.
   - Товарищи офицеры! Представляю наше новое начальство из "армии" - полковник К. Прошу - любить и жаловать. Перед строем в каракулевой папахе и новой лётной куртке - стоит наш "усатый". Занавес.
  
   Как тигр на охоте, крадучись и вжимая голову в плечи, "полкан" подошёл к строю и "нашарив" нас взглядом пошевелил усами. Мы - "обмерли".
   - Накажу! - сказал "полкан". Ухмыльнувшись, он "отдал строю честь" и умчался на "бобике".
  
   В каждом авиационном полку - есть нач. мед. Он следит за "режимом" проверяя - спят ли его "охламоны" перед ночной сменой, незаметно контролирует - все ли, "жиры, белки и углеводы" потребляют "пернатые", например, в обед. Слово его - "тяжело и весомо". Он играючи, росчерком пера, способен "отстранить" от полётов, сколь угодное количество "пилотяг". Был бы повод. И никто его "не подвинет", и "сам чёрт - ему не брат".
   Такая медицина...
   Наш новый "АйБолит" - "колоритная" личность! В белом халате, с круглой нелепой головой покрытой клочками волос, он сидит за столом кабинета и зондируя взглядом - трогает "нашу ауру". Кто же к нему прибыл? У него большие торчащие уши и злобный взгляд. От всего этого - он смешной и страшный одновременно. И похож на мультяшного "командира летучих обезьян". Мы сдаем ему, медицинские книжки.
   - Угу... Прибыли, значит... Куришь? - спрашивает он меня.
   - Курю.
   - Сколько? В день, сколько сигарет? - интересуется врач.
   - Ну...пачку...
   - Много - говорит нач.мед и помечает что-то на листике.
   - Употребляешь? Часто, иногда, по праздникам. Уточни.
   - По праздникам, доктор! По праздникам - смеюсь я.
   - Не хорошо... - хмурится он и опять помечает на листике.
   Мой товарищ ждёт своей очереди и выслушав, решает схитрить.
   - Куришь? - повторяет свой вопрос нач.мед.
   - Нет!
   - Ясно... - врач записывает на листке.
   - Употребляешь?
   - Что, Вы доктор! Как можно...
   - Хо-ро-шо... - морщится он, - чё, больной что ли?
   Не удержавшись - мы хохочем. Все встает на свои места. Доктор - "наш человек"!
  
   На Таймыре - много "зеков". Как птицы зимой, "слетаются" они со всей страны "на севера" следуя угрюмой доле своей - в разные "зоны" и "лаги". Многие, отбыв свой срок - остаются. Жизни на севере не много. Поэтому - Норильск, их "ареал обитания".
   Мои соседи по "малосемейке" - семья бывших "зеков". Оба - отсидели за убийства. Пава и Валя. "Серые люди" с усталыми глазами. Они трудятся на "никелевом" комбинате - пытаясь как-то, дожить свою жизнь. Встречая меня в коридоре, Пава крепко жмет мою руку своей "железной клешней" и "гудит" не выпуская папиросы из рта - "Авиация! Уважаю!".
   В Кайеркане - нас все любят. Для местных мы - "ангелы, сошедшие с небес".
   Но это сейчас.
   А сперва...
  
   Когда еще ничего не было, не было: службы, жилья, "оружейки" - все просто банально пили. Очень трудно, осознавать себя не нужным в 25. Самолеты наши, заваленные снегом по "кили" угрюмо стоят на дальней стоянке, превратившись в привидения. Мы - небритые и "смурные". Перспектив - ноль. Погода - мрак!
   Мы никому не нужны. Мы - проблема. Проблему старательно "замалчивают" и прячут. За окном "расколотые девяностые". Командир "бьётся о стену", но толку - пока нет. Это потом, с ним вместе, мы возведем надувные ангары и инженерные постройки. Мы в ручную, расчистим от снега наши любимые самолёты и смеясь будем гладить их по "серым мордам". А пока - "кабак".
  
   В "кабаке" - дым коромыслом. "Питейный дом" - один и поэтому "единственный и неповторимый". В нем собираются "алкаши", металлурги и всякие тёмные личности. Теперь, вместе с ними - мы. Местная преступная группировка во главе со "старшим" по кличке "Бэшан" - здесь завсегдатаи. Говорят, кличка его соответствует его нраву. Легкие, шальные деньги тратятся "с помпой". Алкоголь льется рекой. Группировка - "гуляет".
   Один из "наших", заприметив смазливую девчонку, поднимается из-за стола - "пригласить даму на танец". Вариант ответа не соответствует "духу бала", но понятен : дама - не против. Исполнив "этикет" и шаркнув ножкой, "наш" - ведет партнершу к центру залы, выполнив стремительный "алеман". Это очень не нравится одному из "бритоголовых". Каскад "зажигательных вариаций" прерывается тривиальным "наездом" с последующими за ним "терками".
   - Отойдем, "служба"? Эта "телка" занята!
   - Отойдем.
   Вместе с "бритоголовым", "наш" спускается по лестнице на первый этаж. За ним увязывается еще один в куртке. Приметив "не здоровое" движение, комэска кивает одному из пацанов - "Присмотри за ними". В вестибюле одинокий фикус обнимает рыдающяя пьяная девка, а пара "подпитых" металлургов громко рассказывает ей анекдот.
   - Эта "телка" занята! - повторяет вновь "бритый".
   Внезапно, в руке его появляется диковинный в те времена - газовый пистолет. Он стреляет "нашему" в лицо. "Истребительная реакция" спасает парня. Даже "полупьяный" он реагирует и "уходит" в сторону из сектора стрельбы, а "заряд" скользнув по лицу, летит в "металлургов". Но что-то "жалящее" все же, попадает в его глаза. "Летун" успевает схватить нападавшего за куртку. Алкоголь смешавшись с адреналином делает свое дело.
   - Вот, гад! - "шипит" он, - ты меня самого главного лишил - зрения! "Двигай кормой" к выходу. Что людям вечер портить. Там, тебя "кончу"...
   На свет божий, поражая "бандоса" точными деталями, появляется вороненый "макар".
   Так как у нас до сих пор нет "оружейки", мы носим личное оружие с собой. А куда его девать? "Казенна вещь"! "Одёжей" - мы тоже не богаты.
   Ситуация становится серьезной. Назначенный наблюдатель бежит вверх к столам и кричит :
   - Там Гриня, какого-то "гидроцифала" кончает!
   Кто-то, бросив рюмки, спускается вниз. Остальные настораживаются. Бритоголовые "почуяв кровь" разом бросаются к нам, сметая столы. Всем охота "попинать" офицера! Штурман полка, интеллигентный красивый мужик, предвосхищая ситуацию командует :
   - Товарищи офицеры! К бою!
   Левые карманы курток, "вжикнув" в унисон, оголяют подклады и в ладони ложатся - табельные ПэЭмы. В них настоящие, злые пули и если "погладить" курок - "бой" закончится не начавшись. "Бэшан" хлопая глазами и подняв руки к потолку, "тормозит" своих "бойцов". Да они и сами - "не дергаются". Они тихо "мрут", протрезвев. Все разгорячены "спиртным" и "дело" это, может закончится березовым крестом на материке. В нашей мерзлоте - не хоронят.
   - Пацаны! Шутка! - говорит он, - водки в этом городе, хватит на всех. Ящик неси! - кричит он официанту.
   Все потихоньку прячут оружие назад. Многие с сожалением.
   После этого случая, синяя форма стала "пропуском" - куда захочешь. В любое время суток. В короткий день либо длинную "полярную" ночь.
   Я же Вам говорю - в Кайеркане нас все любят. Для местных мы - "ангелы, сошедшие с небес" :)
  
   Городок наш, находится в низине. Это немного улучшает общее положение. Сумасшедший ветер слабеет, теряя в постройках свои яростные порывы. Мы зовем наше новое место жизни - "ямка".
   Когда-то, моряки подводного флота назвали свою Гремиху - "край летающих собак". У нас - не лучше. Тут и там, по улицам натянуты тросы и по ним, цепочкой как альпинисты, "ползут" жители. Вы даже не представляете - что такое ветер! Он валит с ног и несет человека по льду, как мятую бумажку. Подняться на ноги - сложно! Для начала, нужно "отдаться" порывам и докатиться до первого здания. Там, царапаясь руками по бетонным стенам, можно встать и попробовать опять завершить маршрут.
   Одинокая женщина, кричит в снежную мглу, повторяя кличку собаки. В руках у нее - тоненький "поводок". Маленькую собачку вывели на прогулку и та, опрометчиво подняв четвертую лапу - улетела в ночь. Хотя, в геометрии - трехточечное положение, самое устойчивое.
  
   Иногда, на всю эту "географию" падает "черная пурга".
   "Черная пурга" - это ветер за 25 м\с, а температура - ниже 25RС. "Черная пурга" - это четвертый всадник апокалипсиса.
   Впервые, я прочувствовал ЭТО - сразу после приезда. На дворе стояла "теплынь" и +3RС с рыхлым снегом, радовали нас и удивляли. Какой это Север?
   Мы стояли возле "Переговорного пункта" ожидая, редкой связи с родными. Бородатый "металлург" в капюшоне, курил рядом. Внезапно - повалил снег. Крупные хлопья, кружась и радуя детей, тихо падали на землю. В небе замаячила, что ли - "поволока"? Хлестнул порыв ветра.
   - Интересно. Надолго это? - обратился я, с вопросом к местному.
   "Пожевав воздух" и плюнув окурок в сугроб, "металлург" ответил :
   - На месяц...
   - Что!!! - "ошалел" я.
   Пурга "дула" - два.
  
   Так как мы - "сирые и убогие", все пытаются нам помочь. Даже - Австралия...
   Утром в штабе, нам сказали, что бы мы скорее бежали на склад. Там "дают" мясо! Всем! Мы - пошли.
   За прилавком стоял нач.прод и "колдовал" с весами.
   Все нач.проды - одинаковы. У них всю жизнь "падеж свиней", а коварная "медведка" жрёт картофель, едва бедолага на мгновение отлучится от "своего хозяйства". Хуже - только нач.вещ. Во всех полках и гарнизонах "бедные рыцари Христовы", зовутся л\с одинаково - "МОЛЬ". У них, всегда все пропадает, горит или портится. И оба "фрукта" - из одной корзинки. Есть такая профессия - "Родину расхищать"!
   В авиации - хорошо тем, кто при авиации. Остальным - плохо! :)
  
   Рядом с нач.продом высилась "пизанская башня" из мяса с характерным креном вправо.
   - Что за "битки" ? - поинтересовались мы.
   - Кенгурятина! - ответил нач.прод изображая на пузе сумку, - подарок из Африки!
   - Из Австралии - поправили его, мы.
   - Один хрен...
   Мясо "кенг" было красным и красивым, без единой прожилки жира.
   - В руки - сколько?
   - Да, хоть тонну - сказал нач.прод грызя свиное ухо.
   Мы проговорили всякие кулинарные изыски, мысленно запивая их "Мозельским" и решили - "чё, теряться". Возьмём по 25! По двадцать пять кило - "на нос".
   Весь север хранит "скоропортящиеся" на балконах и окнах. Чем мы хуже? Подумаешь - пятьдесят...
   Притащив "добычу" домой мы сразу решили устроить ужин и заодно, "помянуть кенгурей" - крепкой стопкой.
   Здоровенная сковорода "шкварчала" на плите, а мы приводили себя в порядок, умываясь перед трапезой.
   Непонятный запашок "трупного разложения" начал красться по квартире. Кенгуру оттаивала и как дорогой парфюм изменяла нюансы с температурой. Теперь - это был "скунс" обиженный белкой. Когда белка говорит тому : "мол, я БЕЛКА, а ты... скунс!"
   К нам - "забарабанили" соседи.
   - Что это у Вас?
   - Мясо...
   - Какое, "на хрен" - мясо! У беременной соседки из-за Вас - преждевременные роды!
  
   Утром к нам постучался Пава. Валя - готовила "омлет с лососем и трюфелями", а Павел, ожидая завтрак - пришел к нам за советом. В руках он держал раскрытую газету, на которой пачками разных номиналов лежали деньги.
   - Здорово, авиация! - "загудел" он с порога, - не разбудил?
   На Норильск "накатилось" воскресенье, а выходные на севере, как и погода - прогнозу не подлежат.
   - Я, вот что...браточки... Нам зарплату повысили... Так оно - того...
   - Паша, не тяни. Что надо? - спрашиваю я.
   Паша молчит, а на плече его, как на чемодане интуриста, выглядывая из под майки меткой "посещенных стран", значится - БАРС.
   - Нужно пересчитать... Много здесь, или как?
   Деньги тогда были с "длинными нолями" и Паша, пройдя "солидные институты" и "курсы переквалификаций" - не умел считать. Не сказать, что бы совсем. Однако - "теория больших чисел", была ему недоступна. А "получали" на "комбинате" - хорошо.
   Положив на стол газету с содержимым, я пересчитываю пачки. Сумма приличная. И называя итог, я смеясь говорю :
   - Держи, Рокфеллер! Что за "барс" у тебя на плече?
   Пава зажмуривает один глаз и смотрит на меня с ухмылкой мудреца.
   - Да, ладно... Это даже на "малолетке" знают.
   - Я - не знаю.
   - Ну, даёшь - авиация! Кто ж не знает? - "Бажбан тока..."
   (Бажбан - воровской жаргон. Глупый, дурачек.)
   - Скажи!
   - "Фу, ты - ну, ты..." Это - "зашифровано"! "Бей активистов, режь - ссученых"! Признай - ты знал!
  
   Уходя он случайно "сносит" вешалку в коридоре и смущённо поправляя её, говорит.
   - Вас, тут никто не обижает? Если нужно кого убить - говори. Обращайся. "Авиация - уважаю"!
   Из открытой двери Павы и Вали - доносится голос Высоцкого.
  
  
   Мы - полетели!
   Ура! Трижды - ура! Пурга ушла на восток, и хорошая погода дала наконец, нам возможность, заняться делом. Все что можно - очищается от снега. Штаб наш, правда "фатально" занесен и добраться до входных дверей невозможно. "Поломав головы" - мы решаем оставить все как есть. То есть - просто заходить в окно, поднявшись по сугробу на третий этаж. Это даже удобно! Спрыгнув с подоконника, мы расходимся по кабинетам и листая РЛЭ - вспоминаем цифры, данные, ограничения. Ведь мы - полетели!
   Хуже дело - обстоит со столовой. Не выдержав морозов, отопление прорвало, а все внутри - затопило водой. И она - замерзла! Как "канадские профессионалы" - мы закатываемся на обед.
   Официантки снуют по залу, предлагая "список блюдей". В числе многого - "оленина".
   Конечно же - "оленина"! Мы считаем её за деликатес. Она жестковата, суховата - но, очаровательна. Все глядят на нас, как на "полоумных". Весь север - ненавидит "оленину". Из нее не делают разве, что - конфеты! Она повсюду. Начиная от "рогов" у входа, заканчивая - пельменями в ларьке. А мы - жуем её с аппетитом!
   И так - два лета, две зимы не считая этой...
  
   Как-то, одна из официанток - Римма, освободившись от работ по кормлению "зверей", подошла к моему столику. Я никуда не торопился, вылеты были завершены и поэтому, "ковыряя" вилкой в тарелке я мельком просматривал газету.
   Римма присела на краешек стула напротив и подперев подбородок рукой завела разговор.
   - Вот крутишься, крутишься целый день... Хоть бы один - "спасибо" сказал...
   Я продолжал смотреть в газету.
   - И ты - такой же... Ласковое слово - оно и кошке приятно...
   - Риммочка! Что ты хотела?
   - Ну, не знаю... Благодарности...
  
   Нужно отступить от сюжета и описать Римму:
   Римма - была крупная "бабеха" с низким баритоном и хрипотцой. Все прически "дивы" были незамысловаты и напоминали конфигурациями, голову гонщика формулы-1 промчавшегося по "кольцу" без шлема. Римма имела "взрывной" характер и "сдетонировав", могла "отпустить" смачное крепкое словцо. Но в груди у Риммы - пряталось доброе сердце! Она всегда с пониманием относилась к нашей нехватке времени, стараясь скорее накормить "улетающего", а когда хитрец "умирая" от голода "жалился" - без разговоров "тащила" вторую порцию. За это - её любили.
  
   - "Благодарностей" я тебе "мешок" насочиняю. Есть "книга"? - спрашиваю я.
   Римма исчезает и появляется с "Книгой жалоб и предложений". Это - обычная "амбарная" тетрадь, с пронумерованными страницами, скрепленными для надёжности сургучной печатью в\ч.
   - Давай! - говорю я, забирая у неё "инкунабулу".
   Римма уходит, оставив меня наедине с творчеством.
   Немного поразмыслив - я пишу :
   " Обращаясь к командованию, хочу отметить исключительное отношение к обязанностям официанта - Риммы (Х). Эта удивительная и чуткая девушка, ежедневно "дарит" личному составу, не только - "первое, второе и третье", но и отличное настроение на весь световой день. И понятное дело - в связи с "последним", боеготовность неудержимо растёт! За заслуги перед полком и Родиной в целом, предлагаю - премировать Римму (Х), отрезом материала из имеющихся на складе возможных тонов, а также - сфотографировать у развернутого знамени части, с последующей пересылкой фото, на родину."
   Вырвать листок, было нельзя - мешала печать. И второй порцией, я более "не премировался".
   Но потом - сердце Риммы, всё ж оттаяло.
  
   На небольшой площадке, рядом с "общагами" стоит новогодняя ёлка. В ожидании праздника елка украшена игрушками, а в качестве гирлянд - на ёлку "подведена" обычная бытовая сеть со "стоваттными" лампочками накаливания. Все они, конечно же, заботливо выкрашены краской, во всякие веселые цвета. Поэтому "девятка" - сияет этажами, по разному. Вечером "наши", выкручивают лампы и вставляют их у себя "по домам". "Девятка" - это девятое холостяцкое общежитие. Это - "апокалипсис сегодня".
   Когда командование столкнулось с отсутствием "человеческого жилья", а личный состав постепенно становился "уйгурами", в "верхах" было принято решение - "выйти" с просьбой о временном расселении, к руководству комбината. Комбинат посовещавшись - пошёл на встречу. Но, памятуя о том, что : "Ничто так не постоянно, как временное..." - выделил для "постоя", аварийную "девятку". И хотя лифт в здании тревожно "ходил", общага представляла собой макет "бомбардировок Хиросимы". Света и воды в "малосемейке" - в основном не было. Повсюду висели "пауки" горелой проводки, а по этажам гулял ветер. Почему-то, менее всего от "бомбардировки" пострадали последние этажи. Именно туда и решено было заселить "бомжующий полк".
   Наши - бросились налаживать жизнь. Поэтому - лампочки в коридорах и комнатах, имеют веселые "колеры".
  
   Первый раз я посетил этот "перевал Дятлова" случайно. Сам то, я - поняв непредсказуемость жилища, нашёл себе комнату в семейном общежитии. Очень неудобно, когда пришедшие "с оказией" сослуживцы, не получив ответа, решают - "он спит и не слышит".
   И ... выбивают дверь! Так может происходить некоторое количество раз, пока ты просто не прекратишь покупать новые дверные замки.
   В первый раз, "девятые врата" встретили меня могильной тишиной начальных этажей и мигающим светом. Я поднялся в лифте на седьмой. На выходе, меня чуть не сбила с ног пьяная голая женщина в шубе из песца.
   - Вампиры! - кричала она, смеясь и подвывая. Сквозь громыхающую музыку доносились выстрелы. В конце длинного коридора, несколько человек в "ползунках" на голое тело, стреляли по бутылкам из табельного оружия. Оставшиеся нетронутыми двери, были раскрыты нараспашку и "народ" веселясь "перетекал" из комнаты в комнату. "Массандра" - лилась рекой. Инженерно-технический состав могли лишить чего угодно - "тринадцатой", должности или звания, но лишить "пасечника" "мёда" - не-воз-мож-но! Тем более, когда "мёд" используется как антидепрессант. Жизнь в "девятке" текла весело и страшно. Поначалу, не осознав дна кризиса в "девятку" направляли милицейские наряды. Первые "семеро смелых" были выброшены из окна третьего этажа сразу после прибытия. В "демократичной" авиации - все же строгая ранговая система. И любой "заслуженный майор" не приемлет грубого обращения без разрешения, от младшего по званию. С разрешением - очень даже, может :) Но, без такового - "увольте"!
   Милицейская молодежь по незнанию - избрала именно эти методы "воздействия". Большие сугробы под общежитием смягчили падение. Вызванное "по тревоге" усиление - последовало туда же.
   В последствии для предотвращения возможных столкновений, командованием обоих подразделений была "подписана мировая". Но вызов в "девятку" навсегда получил название - "вызов по Кандагару".
  
   Хорошо когда у человека все "блага" цивилизации. Вы просто не знаете - как мало нужно, человеку для счастья! И тёплый "сортир" - это благо, уверяю я Вас. Все остальное - блекнет пред этой "малостью", когда вы на Севере.
   Впервые, откомандированный в Хатангу я почувствовал себя "парниковой хризантемой".
   Как это делают народы севера? Загадка...
   За окном стоял уверенный "сороковник", а "санузел" в крохотном штабе "поплыл". Во дворе "подкармливая" тундру, с рукотворным "пропеллером" на дверях - стоял резервный объект. "Фигурное сердечко" смотрело на северо-запад, а зияющие щели - обеспечивали достаточную "аэрацию".
   Мой опытный товарищ, не раз и не два побывавший в этих широтах, заметив робкие взгляды в сторону постройки, провёл со мной "инструктаж". И преподал мне два урока :
   * "летающий лыжник"
   * и - "прыжок кенгуру".
   Зияющая дыра уходила в вечную мерзлоту и оттуда, неся морозную свежесть - била струя воздуха, чуть теплее самой этой "мерзлоты". Поэтому, для того, что бы "не застудить" внутренние и внешние органы, местные придумали - "газету".
   "Дуло" покрывалось газетой, поля которой, нужно было "зафиксировать", собственно - ступнями. Таким образом, поток из "недр" временно прерывался. Это и был - "летающий лыжник".
   Быстро "сделав своё дело" и синхронно работая ногами, необходимо было выполнить энергичный прыжок вперед! Поток тотчас, подбрасывал освободившуюся газету к потолку. Ну, Вы уже поняли :) что такое "прыжок кенгуру".
   Тёплый "сортир" - это благо! Уверяю я Вас.
  
   'Черный вечер.
   Белый снег,
   На ногах не стоит человек"
  
   И этот человек, в костюме Деда Мороза. Это, наш "нач. разведки" - Лёха. Его задача неприметно перемещаться на "бобике" - ведь он, разведчик! И поздравлять детей "сослуживцев" с праздником. На плече у него, мешок с подарками - весь в снегу. Посох, ещё помогает удерживать ему равновесие, но сам Лёха тоже в снегу, потому как - очень тяжело быть Дедом Морозом в предпраздничную ночь. Пока ребёнок на табурете вспоминает "стишата" - хозяева тайком "суют" Деду Морозу, под бороду - "стопарь"! Детей много, а Дед Мороз - один. У Лехи была Снегурочка, но она утеряна на маршруте и найдётся, скорее всего - "третьего".
   Перед этим, к нам в штаб прибыла комиссия из другого штаба - более "штабливого". Лёха - как важное лицо, носился туда-сюда с бумагами, а когда он присел за стол, мы приклеили ему на высотные ботинки, сзади - шпоры. Такие вычурные гусарские шпоры из белой бумаги. Хорошим клеем ПВА. Сам Леха - невысокий и коренастый и шпоры дополняют его, исключительно вдаль.
   "Разведку" вызвали на доклад и Лёха, захватив свои "секретные" бумаги поспешил к начальству. Пока он перемещался из конца в конец штаба, на пути его встречалась масса "несознательных" лиц. Все подмигивали, хлопая его по плечу и даже, обращались к нему - "поручик". Но никто ничего не сказал.
   Лёха запросил разрешение на присутствие и получив положительный ответ - "отдал честь" прищелкнув каблуками.
   - Что это у Вас - за "цирк" - спросил полковник докладчика после доклада.
   - Где? - удивился Леха.
   Наш Командир покачал головой и теперь - Леха с посохом и без Снегурки. И еще неизвестно - довезут ли, его "олени" сегодня домой. Ведь детишек так много, а Дед Мороз - один!
  
   В один из Новых годов, военный (некто N) счастливо "доживший" до двенадцатого удара курантов решил, так сказать, присоединиться к народному ликованию. И "отсалютовать" празднику световыми ракетами с балкона.
   Жил военный один и посему, запрыгнув в унты из "собаки", на босу ногу в кальсонах и майке, он приступил к подаче сигналов - непосредственно с четвертого этажа. На дворе стояла обычная декабрьская стужа, народ - гулял, а сосульки искрились ночными огнями.
   - С Новым Годом, люди! - кричал военный, совершенно не опасаясь "ларингитов".
   При очередном выстреле в небо, в голову его пришла замечательная мысль. Все "вояки" знакомы с траекториями и тангенсами стрельбы. Именно из-за математики и любви к точным наукам - наш "сигнальный", решил взобраться на старый табурет. Следующий выстрел оказался роковым. Потеряв равновесие и мелькнув кальсонами, военный полетел вниз. Но на Новый год - случается всякое! С обратной стороны балкона находился стандартный ящик для цветов. Каких-нибудь - гладиолусов или петуний. Вот за этот металлический крюк служивший опорой ящику и зацепился "икар" унтом, падая на неминуемую твердь.
   "Продышавшись" - народ на улице потянулся к столам. А военный остался висеть в совершенно неудобном положении. Через пару часов, проходящий по маршруту "патруль", услышал стоны "болезного" и задрав головы вверх - "ахнул".
   "Сигналист" - был немедленно снят и обогрет, а растертый спиртом изнутри и снаружи быстро пришел в себя. И Новый Год был встречен - счастливо и необычно.
  
   Хуже полярной ночи - только полярный день. Солнце вертится по небосводу, выполняя некий эллипс и "не садится", ни в какую. Мы, забиваем окна одеялами, чтобы хоть как-то обеспечить нормальный сон. Но сна - нет.
   После полярной ночи, появление долгожданного солнца - особый северный праздник. Все "вылазят" на крыши с закуской и выпивкой, ожидая с нужной стороны, первый робкий "визит" позабытого за два месяца светила. Для начала - солнце показывает из-за горизонта первый свой палец. Как только "красный ноготь" изменит унылую панораму тундры, город оглашается ликующим - "Ура"! Все обнимаются и целуются, падают с крыш и спешат за спиртом "Royal". Его нам, импортирует Голландия, ничего не понимая - ни в севере, ни в роялях. Ходят слухи, что он - кондитерский. Но на Севере - холодно и "кондитерские" изделия привычное угощение любого стола. Немногочисленные ларьки - знают наизусть, и они трудятся круглосуточно. Есть правда - отечественный продукт. "Спирт питьевой" - с голубенькой наклеечкой и бутылкой "чебурашка". Но его, ведь - не поставишь на стол!
  
   Большинство магазинов находится внутри. На первых этажах домов. Когда за дверями пурга, все что тебе нужно - это исправно работающий лифт. Перемещаться по лестничным маршам - можно. Но сложно. Дело в "мусоропроводах". Плотная снежная пелена и "рыкающий" ветер, не дают добраться "северянам" до мусорных баков. Каждый такой выход, может закончиться "потерей ведра" и обморожением. Поэтому "трубопровод" - наполняется "под горло". Народ продолжает складировать пакеты на площадках. Когда уровень мусора достигает примерно - метр, пурга как правило - заканчивается. Если в это время отказывает лифт - приходиться перепрыгивать через перила.
   В эти дни "малосемейка" живёт своей тайной жизнью. Школы и дороги закрыты по "актировке", а работающее население - "не высовывает за порог нос". От этого у "взрослых" появляется масса свободного времени и дети гурьбой "гуляют" по коридорам.
  
   Солнце лезет вверх над горизонтом, с каждым днём приближая полярное лето. Но снега от этого - меньше не становится. Он вообще не успевает стаять до зимы ;) и для того, чтобы горожане походили в ботинках по тротуарам - его вывозят в тундру грузовиками.
   Если весь снег вывезен - наступило лето! На долгих, двадцать дней. За ними - сразу зима. Промежуточных времён года на этой широте не предусмотрено. Первое тепло "пробуждает" замерзшую жизнь. Тундра зацветает, а вместе с "флорой" оживает и "фауна". Пространство захватывают гнус, комары и мошка.
   Мы - "дорвавшись" гоняем на своих "серых собаках", каждый день. "Полоса" у нас - общая. С гражданской авиацией и вертолетчиками. Первый раз, когда мы приземлились "десяткой" в Алыкеле, с нами произошёл небольшой конфуз. Люди мы военные и совершенно не замечаем присутствия на аэродроме другой стороны жизни - гражданской. Для нас, аэродром - это военная авиация. Скрытая от чужих глаз, суровая и.. мужская! На военных аэродромах - "патриархат". Да-да! Наш "первобытнообщинный" строй - строится по-эскадрильно на "полосе" и подчиняется "патриарху". Мы ходим в одинаковых "шкурах", чураемся фотографов и верим в допотопные приметы. Тихо, про себя. Однако на аэродроме, вы не встретите тринадцатого числа. Нет тринадцатых зон, тринадцатых парашютов, тринадцатых "бортов". Если в ряд, на стоянке, будут стоять самолеты, то за двенадцатым бортовым номером обязательно будет следовать - четырнадцатый. Такой вот, счёт...
   Одним из "сакральных ритуалов", является обязательное условие - "сходить" после длительного перелета "за хвост".
   Ну, "писают" же, перед полетом на колесо автобуса - космонавты! Вы же, не говорите им - "Ай-яй-яй"!
  
   "Десятка" зарулила в указанный диспетчером "карман" и заглушила двигатели. Опустив "фонари" кабин все по привычке выстроились рядком - "за хвостами". Нужно упомянуть, что работа группы предполагалась, над океаном. Вблизи полюса. По правилам, мы были одеты в герметичные морские костюмы ВМСК, ядовитого-оранжевого цвета. Очень похожие на "космонавтские". Со всякими зеркалами на рукаве и штуцерами шлангов. Когда в одной руке - "говорящая шапка", а амуниция правильно подогнана - "процедура" сложная! Ритуал уже подходил к концу, когда на полосу, прямо напротив "космонавтов" - вырулил "банан Трансаэро" полный пассажиров. Восторженно "махая" в иллюминаторы руками, граждане и гражданки приветствовали "советских соколов", с интересом рассматривая двухвостые машины. Как апельсины на подносе - мы следили за "проплывающим" аэробусом. Один из наших освободил руку и тоже махнул в ответ...
  
   Командир группы назвал это - "позорной ипатьевской летописью". Так и сказал - "ипатьевская'!
  
   Это только кажется, что в небе - тишина и покой. Над "аэроузлом" обычно, масса заходящих на посадку самолетов и в эфире - "гвалт" и "бедлам". Так как, аэродром наш "гражданский", диспетчером подхода - женщина. Она милым голосом дает нам команды в эфир и от этого "сухие" ответы подчеркнуто вежливы. Все стараются отвечать так, чтобы даже "нестандартная ситуация" на борту - не пугала даму. Голос ее "изменяет реальность" и все становятся "рыцарями". А вообще - радиообмен, особая история!
   Как и у всякой профессии, в авиации свой специфический сленг. Привычный и понятный уху авиатора.
   В военных сборниках, все радио-технические средства имеют свой код в виде буквы и номера. Скажем, буква "Д" - присваивалась дальнему и ближнему посадочным маякам, "М" - системе ближней навигации, а "Т" - посадочным курсо-глиссадным системам. Отсюда и пошло : "Дмитрий", "Михаил", "Татьяна".
   Все "изделия", самолёты и многочисленная мат.часть - имеют "клички". Клички эти, точно подчеркивают "физиогномические" особенности, либо - привязаны к названиям систем. Летчики - "остры на язычок". Все это помогает общению в воздухе, дополняя четко установленную фразеологию. Ничего удивительного, если в эфире звучит подобный диалог :
  
   Авиадиспетчер :
   - Проверьте Розу. Роза в отпуске...
   Экипаж :
   - Роза то дает, то не дает, то совсем отказывает...
  
   Ан-24 - называют "фантомас" или "коряга", Миг-27 - "крокодил Гена", а Ту-154 - "Аврора", потому как - "три трубы", Ту-114 - "пилорама", Ту-22 - "Змей Горыныч", а Як-42 - "беременный таракан". У всего и вся, есть - свои неофициальные имена.
  
   Как-то, заходящий на посадку самолет, выполняя "стандартную карту" вел привычный диалог с диспетчером. "Земля" давала указания, еще раз проверяя и помогая экипажу. Следующим "на заходе" - "гудел" борт, одной из "южных республик". Характерные "гортанные посылки" в эфире, чётко идентифицировали национальную принадлежность.
  
   Авиадиспетчер :
   - Давление аэродрома - 754 запятая 5
   Проверьте "Татьяну" - "Михаила".
   Экипаж :
   - Понял. Семь полсотни четыре, запятая пять. "Татьяну" проверил, а вот "Михаила" - пускай, те что "за нами" проверят.
   В эфире - переговоры слышны всем присутствующим.
   - Это, что такое? Хам, наглец! - гневно "отозвались" на заходе.
  
   На перелетном аэродроме, группа вертолетов запрашивает общий взлет. Во взлётном строю, ожидая разрешения, машины "рубят" воздух винтами. Время "поджимает" и командир группы нервничает :
  
   - Старт. 37720, Исполнительный 245. Разрешите взлет группой?
  
   Руководитель :
   - 720-й, взлет запрещаю. Ждите.
   Командир :
   - 720-й понял - ждать.
  
   Вертолеты продолжают "рубить" воздух, а РП тянет, решая свои важные задачи.
  
   Командир :
   - Старт. 720-й, к взлету готов!
   Руководитель. :
   - 720-й! Взлет запрещаю! Я же сказал, ждать!
  
   Кто-то из группы случайно, а может нет - коротко нажав на кнопку связи :
   - Мудак...
   Руководитель "взрываясь" от проявления такой наглости :
   - Что!? Кто сказал !!!
   После секундной тишины :
   - Я! :)
  
   Раз в год с нами проводят занятия по ПДС. Мы - прыгаем с парашютами, учебно катапультируемся и проходим курс выживания "в поле". Вернее - в тайге. Сначала наши инструкторы "дают" нам - теоретическую подготовку, затем - закрепляют знания на местности. Тренировки случаются летом и зимой. Летом - мы перемещаемся на водоемы и повторяем до автоматизма приёмы по использованию спас. средств - "поплавков", плотов и лодок. Еще - учимся "выживать" в различных условиях, ориентироваться на местности, есть кузнечиков и ловить "на палец" рыбу.
   Да, много чего..
   Завершает обучение марш бросок. Заставить летный состав "броситься маршем" - непросто. Посему, так как основные части "марлизонского балета" уже завершены, для выполнения последнего "этапа" используется - "манок" или "замануха".
   Замаскированная канистра "массандры", с закуской и квасом из летной столовой. Добраться до неё, можно преодолев "препятствия и ловушки", проявляя настойчивость и смекалку! Зимой, группа способна идти вперёд "по шею" в снегу, изредка делая остановки для сверки "компасного курса". "Корни" этого феномена, уходят в глубины природной ориентации пчел или дельфиньих стай. Никогда более, поставленные задачи не решаются так эффективно!
   Это необыкновенно сближает и сплачивает коллектив - делая возможным, исполнение невозможного.
  
   Однажды, после отказа и пожара двигателя, один "истребитель" был вынужден - "покинуть кабинет". Катапульта сработала штатно и отработав механизмами, над креслом открылся спасительный парашют. Вывалилась и стала надуваться, болтаясь на фале - лодка. Под ногами блестела вода, а берег акварелью, едва брезжил в тумане. Помня инструктажи о том, что лодка надежная, но забраться в высотном костюме в неё сложно, "истребителю" в голову пришло гениальное решение. Избавившись от кресла и подтянув за веревку плав.средство к себе, спасенный выполнив серию умопомрачительных акробатических "этюдов" - влез в лодку "болтаясь на парашюте".
   Лежа, радостно закрывшись на все "засовы", он стал снижаться как "черепаха", ожидая приводнения. Летчик был "упитанный" и поэтому удар о воду, получил необыкновенный импульс. Дно у лодки, не выдержав прорвалось и забыв "свиснуть в боцманский свисток" приводненный пошел ко дну. Подоспевший катер нашёл "героя" и вытащил на палубу, а возмущенный начальник ПДС, спросил :
   - Ну, нахера, ты в лодку залез? Кусто! Случай вошёл в анналы.
  
   Когда у нас "нет погоды" мы "уходим" за ней - к друзьям. Над Таймыром циклон и метеоролог "божится", что ещё совсем "чуть-чуть" - и надо потерпеть. Но, как говорит наш Командир - "Метеорология наука молодая и поэтому доверять ей - опасно!" Поэтому собравшись "стаей", мы летим на другой аэродром. Куда-нибудь, где хорошей погоды - "ведро".
   В первый год, удивляя штабы показателями, "снежный" полк "налетал" больше всех.
   На промежуточном аэродроме в Толмачах, мы - застреваем по погоде. Льёт дождь и кругом плотный туман. Мы сидим в армейской гостинице, "стуча зубами". В ней - нет отопления, холодно и сыро. Интересуясь "улучшением" нам приходится бродить под дождём и куртки наши здорово намокают. Сушить их негде. Поэтому, купив по два билета в "Видеосалон", мы забравшись на последние ряды, сняв обувь и куртки - спим. По стране уверенно шагает "капитализм" и в кинозале тепло и уютно.
   На четвертые сутки - резервы наши скуднеют. Не ожидая "такого поворота", мы упустили важный момент - забыли про "наличность". "Талоны" на еду - тоже на исходе.
   Ночью, проснувшись в номере от холода, мы собираем "совет в Филях". "Окна" - нет, дождь - "поливает" как прежде, а туман все увереннее прячет от нас аэродромные огни. Перетряся все карманы, мы набираем смешную сумму.
   Нужно отметить, что перед этим, четверо "наших" - вернулись с Камчатки. Края - рыбы и икры. И теперь у нас - три "трехлитровки" красной. Больше - в нашей кабине не провезешь!
   Меня снаряжают за "сугревом" и в ночи, я "топаю" на небольшой стихийный рынок, неподалёку от аэропорта. На рынке сидят закутавшись в одеяла бабули. 90-е потихоньку - "укутали" нас всех...
   - Чего тебе, сынок!
   - Мне бы водки, какой... Съедобной.
   - Что ж, ты сразу то, с - нехорошего! Бабушка - плохого, не даст! Вот. Держи!
   Я рассматриваю дешевую "чебураху". Пол страны - "катает" водку, а другая - её пьёт. Но более качественный "продукт", нам не по карману!
   - А, от неё - не умрёшь? - спрашиваю я.
   - Зачем умирать, милок? Поживем "ишшо"...
   В ночном магазинчике я беру "кирпичик" ржаного и малюсенькую пачечку масла.
   По дороге назад, в ноги мне "ударяется" котёнок. Он тоже замёрз и хочет "жрать", совсем как мы. Подумав - я сую его под куртку.
   На "вахте" дежурная с "глазами-рентгеном" и трофейной настольной лампой, плотоядно смотрит на мой пакет :
   - Рассчитаться не мешало бы...
   - Потерпите пару дней, - отвечаю я, - все оплатим. Деньги закончились. Мы - застряли. Привезут.
   - Смотри! - недовольно бурчит она вслед.
   Соорудив бутерброды с икрой, мы съедаем и выпиваем принесенное. "Котейке" - тоже, насыпаем горку икры на листок бумаги.
   Утром, вернувшись с аэродрома, мы слышим обрывок беседы :
   - Как же... денег у них нет... Я их номер убирала. Так у них, "в кажном углу - по килу икры"! И - кот...
   - Красную! На пол? Ну, зажрались...
  
   Есть ещё несколько "холодных" аэродромов. Амдерма или Тикси - например. Служба на них - также тяжела и "тягуча". Но "летчики" - странные люди. Им - нужен самолёт! Остальное - их мало интересует. "Верхнее командование" этим часто пользуется и обращаясь к лет. составу говорит :
   - Ну, мы же - дали Вам самолёты? Что ещё, Вам нужно?
   - Точно... - соглашаются "летчики", - выходит - ничего.
   - Вы же, летаете на них, днём и ночью - в ПМУ и СМУ?
   - Летаем. А, как же... - соглашаются "летчики".
   - Так, какого "рожна" вам, еще?
   - Упаси Бог! Совершенно ничегошеньки!
   - Вот и хорошо...
   И все хорошо! Дочки военных - пугаются "на материке" воробышков, на параде 9-го мая - лопаются от мороза воздушные шары, а в окна дет.сада, где детишки лепят "огурец" - заглядывают белые медведи.
  
   Говорят : "И зайца можно, научить курить".
   Двое холостяков на полярном аэродроме, научили "употреблять" - кота! Кот, сначала упирался, но потом, распробовав заменитель "валерианы вечерней" - стал алкоголиком. Вечером, ожидая прихода "хозяев", он крутился по подоконнику, грустно наблюдая пустое блюдце. Как только друзья возвращались со службы - кот "орал", требуя "опохмела". И ему - наливали. В блюдечко с каймой. Быстро вылакав порцию, кот замирал "расплескавшись" по батарее.
   В очередной раз у сослуживцев возник спор.
   - Ой, зря мы его "поим" - сказал один, - задарма!
   - Он, ведь - кот! На трубе играть, не умеет... - заступился за котяру второй.
   - Надобно с него, заиметь какой-нибудь трюк. Ну, там - стойку на лапах... Или - "книксен".
   И они "помозговав" - сшили коту "подвесную".
   Облачив кота в "постромки", один удерживая на весу за лямки животное - ставил его на стол.
   - Ноль двадцатый! Разрешите взлет!
   - Ноль двадцатый, взлет - разрешаю!
   Пробежав стол, кот зависал в развороте "убирая шасси". Повинуясь командам и выполнив полную "коробочку", он "подходил к полосе".
   - Проверьте - шасси, закрылки... - командовал второй.
   Сперва, кот не понимая маневра, старался поскорее дотянуться когтями до стола. Тогда, "в эфир" "диспетчер" давал тревожную "посылку" :
   - Что-то у вас - с "шасси"...
   - Понял. Ухожу на второй круг!
   И "заход" возобновлялся. Под конец котяра, осознав ошибки на предпосадочной прямой, прекратил рывки и "висел до касания", как мёртвый.
   - Оценка "отлично". 020-й! Заруливайте на вторую - командовал РП и кот получал свою порцию.
  
  
   Помните песню - "Капитаны, капитаны"? Это - про нас! Мы - получили "очередное воинское". И ещё - пару человек. Событие такого масштаба, не проходит в авиации "блекло"! Это - принятая полковая пьянка. Все приходят в "парадках" с орденами на груди. "Виновники" накрывают столы и принимают поздравления. И это - здорово! Скажу я вам.
   Мы - решили пригласить весь полк. В общаге, есть две смежные комнаты - бытовки. Уговорив женщину-коменданта и пообещав - порядок, мы - занялись подготовкой. В одну комнату перенесли все стулья, сложили импровизированные скамьи и расставили столы "елочкой". На входе повесили вывеску - "Офицерское казино". Договорившись со столовой и забрав дневной паек, начали наполнять стол. Всяческие "изыски" докупили в магазине. "Выпивкой" нас снабдил - "инженерно-технический". Пара двадцатилитровых канистр и немного покупного. Во второй комнате определили - "курилку". К назначенному дню - полк прибыл для "представлений". И хотя, мы ожидали массовости - пришло очень, много народу! Пришлось, даже доставлять посадочные места.
   Когда уже все сидели - на "бобике" приехал Командир.
   - Поздравляю! - обратился он к нам, - если пьянку невозможно предотвратить, её нужно - возглавить!
   Командир был торжественно усажен в центре стола. "Полк" налил "первую", а нам передали стаканы со "звездочками".
   - Товарищи офицеры! Представляемся. По случаю получения очередного воинского звания! Ура!
   И праздник - начался! Недолго "посидев", Командир, сославшись на занятость, уехал в штаб. Мы - принимали поздравления.
  
   Праздник бы в самом разгаре, когда один из "наших" - захотел выйти на площадку. Одиноко куря в холле, он стоял в темноте, наблюдая в окно за изменениями погоды.
   В это время - из пункта А, в пункт Б - вышли трое пьяных "металлурга". Судьба часто делает непонятные зигзаги, но в этот раз, кривая вывела трёх "гопников", прямехонько на упомянутый этаж.
   - Это, что у нас за "красота"! - закричал один, - к "бабам" нашим, пожаловал?
   - И медали не забыл! Герой! - продолжил другой.
   Удивлённо подняв одну бровь, "наш" следил за развитием ситуации.
   - Чего, молчишь? "Труханул"?
   - Шли бы, вы "робяты" - своей дорогой.
   - А, то - что? - спросил третий и схватил офицера за китель.
   Миром движет любопытство, это - факт. Иногда - любопытство глупое.
   - Погодите. От чего-то... очень я искал, нечто подобное - послышалось за спиной.
   Это - наш добрейший доктор вышел подышать. Доктор был, довольно крупным.
   - А, сейчас, я вам "морды на бок" - медицински "посворачиваю". А после - спиртом протру. Клятва Гиппократа требует...
   Завязалась потасовка. На шум которой, как "пчелы из улья", полезли из дверного проёма полковые. Все уже к тому времени, были "горячие финские парни", поэтому на выходе - образовалась пробка. "Пробка" извивалась и звенела медалями, пока не "выплеснулась" на площадку.
   Наблюдая столько красивой формы, только на парадах - "металлурги" загрустили. Начались - робкие извинения. "Пятнадцать пар" крепких рук, одновременно удерживало "балбесов". Все - немного "возбудились". Сначала - хотели выбросить их в окно, но доктор предложил - "не очернять праздник". И дав "профилактический пендаль" - их отпустили. В конечный пункт - Б.
  
   За окном "портилась" погода - нисколько не портя общее настроение. Крайними в меню, шли "самолепные" пельмени. Пятьсот или более штук! Нам - пришлось потрудиться. Праздник продолжался до утра, а те кто "устал" - раскладывались по койкам. В общаге имелись пустые комнаты. Некоторые - предупредив по телефону жен в Алыкеле и объясняя невозможность прибыть "на родину" - актировкой, остались на второй день. Благо - обилие закуски и питья, этого позволяло.
   В целом - праздник прошёл организовано и ровно.
  
   Летать в условиях севера - тяжело.
   Когда Вы приземляетесь в разных отдаленных аэропортах и побыстрее схватив сумки, бежите к выходу - задержитесь на минутку и поаплодируйте экипажу. Быть может, он сидит сейчас в кабине, вытирая со лба испарину.
  
   В 92-м, к нам на севера, летел борт "под завязку" загруженный фруктами. Погода в Алыкеле, стояла - типично плохая. Шёл ливневый дождь и полосу "прятал" туман. Экипаж торопился домой. Сложные метеоусловия - обычное явление для северных широт. "Погода" изменяется быстро. Экипажи привычные к "слепым" посадкам и чётко знающие свою работу, справляются со сложностями захода. Расплачиваясь потом за "мягкие посадки" - ранними болезнями сердца и нервными болячками.
   Этот - не справился. Люди - не автоматы. У них - обычные глаза, обычные - сердца и лишь - необычные нервы.
   Допустив из-за сложной погоды ошибку, экипаж принял решение - "уйти на второй круг", но не смог...
   Свалившись на крыло, Ан-12 "хватанув" левой плоскостью полосу, попытался уйти от "твёрдой земли", но рухнул - унеся с собой десять человек...
   Самолёт разрушился и сгорел.
   Вся "зеленка" вокруг аэропорта, была засыпана арбузами. Так они и лежали. Долго. Удивляя полосатыми боками песцов и лисиц.
  
   Техники наши, проявляя чудеса "инженерии" чинят и обслуживают наши аэропланы. Порой на жестоком морозе. Нас - по прилету забирает машина и везёт в тепло. Техники, большую часть времени - там. Стоянки самолетов далеко от нашего "аэропорта", поэтому при сильном северном ветре и морозе - "здоровым" не дойдешь. Пацаны, одетые как "капуста" - крутятся на обледенелом перроне, выпуская и обслуживая "мигари".
   Как? На каком энтузиазме?
   Потому, что - надо? Потому, что - все это, настоящее?
   После смены, мы сообща едем в "электричке" домой. Вместе, проводим свой досуг и отмечаем праздники. Мы - семья.
  
   Добраться до Кайеркана, можно на автобусе, но дорогу часто "заметает" и ее перекрывают "гаишники". "Железку" - заметает тоже. После длительной пурги по колее идёт спецпоезд и режет в сугробах тоннель для следующих составов. Стены тоннеля из снега - выше железнодорожного вагона!
   Если, возможных вариантов уже нет, мы просим вертолетчиков. И те, "захватив" нас с собой, попросту "выбрасывают" вояк у городка, зависнув в метре над тундрой.
   Хорошо, что с нами - нет "двухгодичников". Раньше, в полки направляли выпускников авиационных вузов. Лиц - гражданских и незнакомых с суровой армейской действительностью. С её непредсказуемостью, порой глупостью и "салдафонщиной".
   Мы - "пар из этой каши" и у нас иммунитет.
  
   В одном "придворном" полку, где я начинал свою службу - очень любили "суды офицерской чести". Просто - жить без них не могли! Вообще-то, "суд" - дело чрезвычайное. Собирается по серьезным нарушениям, граничащим с преступлением. Но, здесь безделью замполита "не хватало размаха" и само по себе, словосочетание - манило красотой!
   " Суд офицерской чести"
   Однажды, проведя один такой по необходимости, "политрук" вошел во вкус и "машина" набрала обороты. Командир полка - был тоже "с левой резьбой".
   Суды стали проходить, как детские утренники, потеряв свой вес и значимость. Отчаявшееся "офицерье" прячась повсюду от "мероприятий", стало называть упомянутое действо - "судом офицерской частушки".
   Мы жили в общежитии и в нашем весёлом коллективе, отдавая "двухгодичную дань Родине", однажды, появился - Миша. Выпускник ХАИ - а теперь, "специалист технической группы". Миша был хорошим парнем и любил книги и музыку.
   Шутя - мы звали его "Майор Михрь". Ещё Миша - любил выпить. Кто не грешил этим в молодости...
   И возвращаясь вечером на "базу" (служили мы в крупном городе) методично натыкался на милицейский патруль. Я не знаю, начинал ли он, объяснять "постовым" компоновку "центроплана" или ещё чего, только заканчивалось это всегда одинаково - "вытрезвителем". Город был большой и "вытрезвителями" был укомплектован каждый район. "Волею судеб" - Миша, посетил их все! Блестяще решив задачу Ньютона и ни разу не побывав в одном и том же - дважды.
   В очередной раз, когда утром с блудливой улыбкой на лице и непогашенной квитанцией за "номер", он ковырялся ключами в замке - мы решили над ним пошутить. Шутка началась с экспромта и завершилась театральным действом.
   - На службу-то, идешь? - спросили мы.
   Будучи "пиджаком" Миша и так не особо радовался военным "маневрам", а после ночи в "элитном санатории" - тем более. Поэтому вместо ответа, он отрицательно "помычал".
   - Смотри! - продолжил я, - вспоминало тебя, начальство. Решили - пора "судить' !
   Нужно напомнить - "за окнами" в то время, ещё стоял "красный закат", КПСС и все такое. Поэтому - посещение офицером "вытрезвителя", приравнивалось к связи с иностранной разведкой.
   Миша отмахнулся от нас, как от мухи и не раздеваясь рухнул в кровать.
   Придя с обеда домой, мы начали "игру". В лицах изображая, как прошел "суд" - так и не дождавшись "подсудного". Сочиняя гневные тирады начальников и транслируя речи выступающих, мы усугубляя проступок, довели его - "до расстрела".
   - И что, теперь? - спросил пораженный "людской злобой" Миша, - и никто не встал "на защиту"? Я же - спец!
   - Никто - ответили мы.
   - Ты, ведь - "пиджак"! Поэтому решением суда, тебя досрочно уволили из рядов вооруженных сил.
   - Ты, свободен! "Ручечник"!
   - Что же я, теперь маме скажу? - заволновался Миша, - из армии выгнали...
   Весь оставшийся день наш товарищ пребывал в глубокой задумчивости, а под вечер, вытащив из под кровати ящики - стал "собираться".
   - Ну и хрен Вам всем - бурчал Михрь под нос, - уеду! Из армии, они выгнали...
   Мы помалкивали.
   Утром следующего дня, Миша решил появиться на службе для получения "обходного". Так совпало, что в этот день, проходило общее построение. На плацу, построив "коробки эскадр" - стоял полк. Перед ним - выступал Командир. Подойдя к своей эскадрильи, наш герой демонстративно закурил. И гуляя за строем как Пушкин - скрестив руки на груди, изредка бросал на сослуживцев гневные взоры.
   Первым обратил внимание на беспорядок - начальник штаба. Негодуя, и подавая рукой недвусмысленные знаки, он потребовал немедленно вернуться в строй распоясавшегося "сына".
   На законную просьбу нач. штаба - в ответ прозвучало :
   - Идите Вы все, на.... Я - дембель !
   Фраза эта, была сказана с присущей Мише спокойствием и рассудительностью.
   Заподозрив приступ "белой горячки", нач. штаба стал манить несчастного - ласково. Он, подмигивал тому, указывая на место в строю и "делал брови елочкой", но Миха - был непреклонен.
   - Не хрен, было меня из армии выгонять!
   - Первая. Что у вас там, за "Пушкин" - за строем? - прервавшись, спросил Командир.
   Нач.штаба с комэской удивленно переглянулись. Мы - давились от смеха.
   "Демобилизованного" поймали и вновь водворили в "ряды".
   Заприметив нас на аэродроме, под хохот сослуживцев - Миша, бросался в погоню зажав "монтировку" в руке. Больше в "санатории" он не попадал.
   И "честь" Мишиной мамы - была спасена.
  
   Рассказывать о севере и службе - можно без конца.
  
   Полк закончил своё существование в 93-м. Приказом МО он был расформирован и "раздроблен". Страна агонизировала, а вместе с ней - "заглушив движки" умирала авиация. И все, что осталось от неё в заполярье - зелёный памятник Ли-2, на постаменте у штаба. С бортовым - 39 и силуэтом медведя на боку.
   Устав всякий раз бессмысленно "спасать родину", многие написав рапорта - уволились. Молодые и полные сил. 35 - разве это возраст для мужчины.
   "Лихие девяностые" рассеяли всех, по карте бывшей большой страны. Судьбы их - сложились по разному. Кто-то - уйдя в "народное хозяйство" стал из "осколков" заново лепить свою жизнь. Единицы сумев "подняться" до сих пор "возят" Тебя, дорогой читатель - на линиях гражданской авиации.
   Иные - уже нет. Командиром печального "Когалымского борта" взорванного над Синаем - был, тоже "НАШ"!
   Короткий срок Норильского полка - отдельной строкой вписан, в длинную историю покорения севера. Вписан - как яркий и драматичный.
   Грустным "памятником" ему - стали брошенные дома в Алыкеле. Со смешной надписью кистью, высоко на фасаде :
  
   "Устинова Лена! Верни долг!".
  
   Вот наверное и все... Да, точно - все!
  
   Но, до сих пор - нанесенные белой краской на бортах "полярные медведи", вызывают у меня щемящие приливы "ностальгии".
   Ностальгии по - настоящей дружбе, армейской судьбе и наверное - молодости!
  
   -------------------- 2019 г.
  

Оценка: 7.93*6  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) М.Атаманов "Альянс Неудачников-2. На службе Фараона"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Кирка тысячи атрибутов"(ЛитРПГ) И.Иванова "Большие ожидания"(Научная фантастика) В.Чернованова "Попала! или Жена для тирана"(Любовное фэнтези) Т.Мух "Падальщик 3. Разумный Химерит"(Боевая фантастика) К.Демина "Вдова Его Величества"(Любовное фэнтези) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) К.Кострова "Кафедра артефактов 2. Помолвленные магией"(Любовное фэнтези) Л.Демидова "Отпуск в гареме"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Гулевич "К бою!" С.Бакшеев "Вокалистка" Н.Сайбер "И полвека в придачу"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"