Норев Никабо: другие произведения.

Дом из снега в краю морозов

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    В один момент вся жизнь Марьяны идёт под откос: ссора с влиятельным бойфрендом заставляет девушку на какое-то время залечь на дно. Под руку ей удачно подворачивается объявление о поиске сиделки для больной женщины. Однако, прибыв на место, Марьяна понимает, что с большим загородным домом и его обитателями что-то не так...

  Внимание! Все персонажи и события являются вымышленными. Любые совпадения с реальность случайны. В произведении могут присутствовать сцены употребления алкоголя и наркотических веществ, а также сцены курения табачных изделий. Автор этим ни к чему не призывает и напоминает, что все это пагубно сказывается на здоровьи. Также автор не ставит целью разжечь конфликты на политической, расовой или гендерной принадлежности. Точка зрения автора может не совпадать с представленной в тексте. Автор не несет никакой ответственности за жизнь и здоровье читателей. Все права защищены.


Посвящается всем тем, кто устанавливает крошечные лимиты объёма на литературных конкурсах.
  

0

  
   "Ещё чуть-чуть" - пронеслось в голове у девушки, когда до земли оставались сантиметры. Тысячи раз она видела из окна своей спальни этот двор, однако, оказавшись за пределами толстых стен, растерялась. Не жалея изящных босых ступней, она прыгнула в белый до рези в глазах снег и побежала в сторону изумрудных хвой. Её нежная кожа почти сливалась с длинным белым платьем, волна шёлковых золотистых волос, словно плащ, развивалась за узкими плечиками. Из алых от крови губ девушки вырывались огромные облака пара, грудная клетка готова была разорваться на части, но она продолжала бежать к лесу, ведь понимала - только там она будет в безопасности.
  
   Но вот, когда до спасительных елей оставалась пара метров, рядом с девушкой мелькнула тень. Уже через какую-то сотую долю секунды огромное чёрное пятно преградило беженке дорогу. При виде чёрного плаща, разметавшиеся полы которого напоминали крылья огромной летучей мыши, девушка ахнула. В красивых малахитовых глазах застыл страх. Кристально чистая слеза на удержалась на длинных ресницах и скатилась по раскрасневшейся щеке.
  
   Увидев панику на лице жертвы, хозяин темницы, в которой столько лет томилась красивая девушка, зловеще улыбнулся. Сверкнув чёрными глазами, он прижал к себе дрожащую блондинку и прошептал:
  
   - Я же говорил, что мы всегда будем вместе...
  

1

  
   - Ой, да ладно тебе! - восклицал женский голос из динамика старенького, но до сих пор не разбитого белого айфона. - Я всегда тебе говорила: 'Вы с Владом не пара!' Когда-нибудь это должно было случиться. Ты правильно сделала, что ушла, хлопнув его дорогущей дверью.
  
   - Может быть... Но, всё равно, как-то это... неожиданно? - произнесла с сомнением стройная брюнетка, пытаясь удержать одной рукой всё время норовящий упасть телефон, а другой - затащить большой малиновый чемодан в автобус. Сзади уже ворчали другие пассажиры, что-то кричал водитель. Окинув всех взглядом, который можно было описать как: 'Вы что, не видите? Я и так старюсь!', девушка продолжила свои попытки справиться с багажом. Каштановая чёлка всё время лезла ей в глаза, длинный шарф оттенка маджента, любимого цвета девушки, постоянно путался под высокими каблуками велюровых полусапожек. Марьяна, а именно так звали неудачливую девушку, всегда ненавидела высокие каблуки, в отличие от её бывшего парня, Влада, который и покупал ей обувь исключительно с каблуком. Он говорил, что девушка на каблуках выглядит сексуальнее. И отчасти он был прав - Марьяне действительно шли высокие каблуки, облегающие джинсы и короткие кожаные куртки, от которых так фанател Влад. Правда, образ 'роковой красотки' очень странно сочетался с её по-детски наивными глазами и робостью. Намного легче на Марьяне можно было представить романтичный сарафан с цветочками или воздушную юбку из тонкого материала нежно-голубого цвета, чем чёрные капроновые колготки и крошечное бордовое платье. Однако Влада это никогда не смущало.
  
   Снаружи львица, внутри - жертва. Идеальная спутница для Влада Стрельцова.
  
***
  
   Влад... Именно из-за него Марьяна ни свет ни заря карабкалась по ступенькам старого, а, вернее, древнего автобуса.
   Они познакомились три года назад, когда только что окончившая школу Марьяна приехала из богом забытого посёлка в большой город с целью поступить в университет на филолога. С детства увлечённая Есениным, Фетом и Тютчевым, Марьяна мечтала прививать любовь к русскому языку и литературе юным, несмышлёным умам. Но, увы, оказалось, что жизнь - штука несправедливая, и романтикам там не место. Родители были правы, когда говорили, что деревенская девушка не поступит в городской университет без денег. Марьяна провались на вступительных экзаменах. 'Ключ к образованию' оказался ей не по карману. Надо было возвращаться домой, но она не могла. Она так отчаянно уверяла маму и папу, что у нее всё получится, ведь она верит в свою мечту, что не могла теперь вернуться ни с чем. Поездка в город стоила ей слишком больших усилий, чтобы так быстро сдаваться. Надо было что-то делать...
  
   Решение пришло к ней само, а, вернее, нашло её на автобусной остановке. Высокий и красивый, словно только что сошёл с экрана телевизора, Влад заметил плачущую Марьяну вечером того же дня. Подложив под голову старый советский чемодан, она пыталась заснуть на холодной скамейке, ведь идти ей было некуда. Накинув на плечи продрогшей брюнетке свою кожаную куртку, Влад усадил её в свой чёрный 'мерседес'. Привыкшая к скромным, накрытым коврами сиденьям 'москвичей' и 'девяток', Марьяна испуганно оглядывала бежевый кожаный салон иномарки, пока незнакомый блондин искал что-то в бардачке. Вскоре он протянул ей бутылку с водой.
  
   Их отношения начались в тот же летний вечер.
  
***
  
   Молодой парень со светлыми волосами, постриженными по последней моде, и голубыми глазами оттенка утреннего неба оказался известным в городе бизнесменом Владом Стрельцовым. После неожиданной смерти отца заядлый тусовщик, сердцеед и, чего греха таить, наркоман стал единственным наследником сети частных супермаркетов. Пока все окружающие были в шоке и говорили, что бывший 'мажорик' промотает всё состояние отца за неделю, Влад всерьёз занялся бизнесом. От прошлой жизни остались только глупые татуировки на подкачанном теле, тяга к стильным и дорогим вещам и серёжка в ухе. Самый известный и безбашенный тусовщик города теперь просиживал свои дизайнерские джинсы в просторном офисе.
  
   Однако, как бы Влад не пытался завязать с молодостью, забавное безумие ошибок прошлого манило его, как ночной костёр комаров. Оставшись в одиночестве, парень впал в депрессию.
  
   Как раз тогда ему на глаза и попалась Марьяна. Милая, робкая, красивая и, самое главное, совсем одна в большом городе. Таким подарком судьбы было грех не воспользоваться. Он дал ей всё: квартиру, деньги, заботу... Взамен требовал одного - покорства. Какую стрижку сделать? Какое пальто купить? Куда сходить вечером? Влад решал за Марьяну абсолютно всё. Он сделал из наивной девушки свою красивую куклу, которую одел по своему вкусу и посадил в красивый кукольный домик.
  
***
  
   Шло время. Марьяна активно готовилась к поступлению. Рядом с успешным и солидным Владом никому не известная безработная селянка без образования чувствовала себя некомфортно. Словно она не под стать со всех сторон положительному парню. Романтик по натуре, Марьяна не видела во властном собственнике Владе ничего, кроме плюсов. 'Пока я на работе, везде за тобой будет ходить охранник.' - Какой заботливый! 'Выкинь это идиотское платье! Ты в нем выглядишь, как бабулька.' - Какой честный! 'Хочешь пройтись пешком от моего офиса до дома одна? Исключено! Мой водитель тебя отвезёт.' - Так сильно переживает! Марьяна не замечала никаких скрытых подтекстов. Она искренне верила, что молодой бизнесмен с шальным взглядом делает всё это из самых хороших побуждений.
  
  Принимая желаемое за действительное, Марьяна разглядела в тиране нежные чувства, отчего терзала себя за свою бесполезность.
  
   Однако Марьяна не была полностью не права. Чувства у Влада были. Вот только ничего общего с поэтичной любовью, какую представляла себе Марьяна, они не имели. Влада манила покорность девушки. Он понимал, что никогда не найдёт себе ещё одну такую же куклу, которая не будет претендовать на его состояние. Ни одна профессиональная 'содержанка' не будет слёзно благодарить деспота и тирана за ревностную 'заботу'.
  
   Вылепив из крестьянки Марьяны изящную фарфоровую куклу городской львицы, он боялся потерять её. Уж слишком много средств и времени было вложено в этот 'проект'. И именно поэтому он не мог позволить ей стать умнее или независимее. Она должна была навсегда остаться красивым дополнением к его иммиджу, как крошечная собачка или дорогая машина. Он уже видел, какая хорошая жена для публики из неё получится...
  
***
  
   Глаза на ситуацию открыла Марьяне её подруга Ася. Высокая пышногрудая блондинка всегда поражала Марьяну своей смелостью и находчивостью. Приехав когда-то из небольшого городка, непобедимая оптимистка Ася буквально 'пробила' себе дорогу в высшее общество (Свой первый контракт фотомодели она получила, когда на кастинге подралась с соперницей. Взлохмаченная девушка, таскающая за волосы по полу конкурентку, очень понравилась фотографу. Позже он признался, что никогда раньше не видел такую целеустремлённую блондинку).
  
   Ещё при первом знакомстве Марьяна поняла, что Ася - не из робкого десятка.
  
***
  
   Только заехав в новую квартиру, которую для неё снял Влад, Марьяна наслаждалась свежим вечерним воздухом на балконе, когда мимо её носа что-то пролетело. Удивлённо взглянув вверх, она обнаружила улыбающуюся девушку, свесившуюся с перил балкона этажом выше. Как поняла Марьяна, красивая блондинка была абсолютно голая. В её пухлых губах была зажата тонкая сигарета, волосы небрежными волнами спадали ниже плеч. Но даже эта сонная взъерошенность не портила красоты незнакомки - скорее, наоборот, подчеркивало.
  
   - На вот, держи! - прокричала блондинка кому-то внизу. Марьяна посмотрела вниз. У подъезда элитного дома стоял голый парень с причудливой татуировкой на плече. По золотым часам на руке и модной стрижке можно было догадаться, что с деньгами у него всё хорошо и на одежду уж точно должно хватать. Стыдливо прикрывая места, которые вовсе необязательно всем видеть, он прошёл несколько метров и достал из клумбы то, что несколько секунд назад спикировало с балкона седьмого этажа. Это оказались кружевные стринги нежно-розового цвета.
  
   - И это всё?! - прокричал парень, сжимая в руках кусок розового кружева.
  
   В ответ ему в лицо прилетела вторая часть от комплекта нижнего белья - нежно-розовый бюстгальтер.
  
   - Ну, Ась, - взмолился парень, - ну куда я в таком виде пойду?
  
   - Как куда? - ответила блондинка, игриво облокачиваясь на высокие перила балкона. - Можешь домой, а можешь в клуб. Тут я тебе не указчик.
  
   - Ну скинь тогда хоть ключи от машины, - попросил юноша, поглядывая на красный спорткар, припаркованный возле бюрдюра.
  
   - Не переживай, я уже вызвала тебе такси. Скоро приедет.
  
   - А деньги?
  
   - Какой же ты проблемный... - протянула Ася и скрылась в квартире. Через несколько секунд она появилась со стопкой купюр. С азартом хищника она принялась скидывать их по одной парню. Тот бегал за лёгкими бумажками по всей площадке у подъезда, как волк за яйцами в игре, ведь никогда нельзя было предугадать траекторию их падения. Судя по номиналу, Ася специально выбирала купюры поменьше.
  
   - Ну всё, достаточно! - крикнула девушка, убирая деньги. В руках её тут же появился телефон и бокал вина. - Поспеши, дорогой! Твоё такси уже на подходе. У тебя есть ровно пять минут, чтобы переодеться и сразить наповал... - девушка заглянула в смартфон, - Ашота своим умопомрачительным внешним видом.
  
   - До пошла ты...
  
   - Я тоже тебя люблю! - Похоже, Ася наслаждалась каждой секундой этого представления.
  
   На повороте показалось такси - белый 'москвич' с шашечками на крыше. Кинув последний взгляд ненависти на смеющуюся Асю, парень надел розовые стринги, а бюстгальтер повесил на плечо. Когда машина остановилась, Ася начала съёмку.
  
   - Здравствуйте, прекрасный сегодня денёк, не так ли?
  
   Парень пытался быть максимально нормальным. К сожалению, лица Ашота, водителя такси, видно не было. То, что он открыл дверь и впустил парня в розовом нижнем белье в машину, уже было победой.
  
   - Твои вещи я пришлю по почте. Не забывай меня, любимый! - прокричала девушка уезжающей вдаль машине. Из окна переднего сиденья тут же высунулась рука, показывающая неприличный жест.
  
   - Какой хам, - с сарказмом прошептала блондинка, а затем, громче, добавила: - И это после всего, что между нами было!
  
   Ася хотела уже было уйти с балкона, когда Марьяна решилась спросить:
  
   - А что он тебе сделал, что ты с ним так жестоко?
  
   - Да его давно уже пора было проучить. А то надоело каждый раз выслушивать нелестные комментарии в сторону девушек из маленьких городов и деревень. Мол: ' Сидели бы они в своих Мухосрансках, а то только вид города портят. Всё равно им ничего здесь не добиться. Разве что только на панель идти. Хотя я, например, никогда с селянкой не переспал бы... ' Ох, ещё как, 'переспал'...
  
   Ася так самозабвенно рассказывала, что Марьяна удивилась, как её не смущает тот факт, что она стоит обнажённая на балконе и, свешиваясь с перил, выкладывает все, что накипело на душе, малознакомому человеку. Лишь только когда блондинка рассказала, какой Слава, а именно так, как оказалось, звали парня, что уехал в розовых стрингах на такси, 'козлина, самовлюблённый эгоист и бабник', и что она "специально его заманила домой, переспала и выставила голого за дверь", Ася ударила себя по лбу и сказала:
  
   - А что ж мы с тобой тут разговариваем? Давай, поднимайся ко мне - у меня ещё вино осталось...
  
***
  
   С того необычного вечера началась дружба скромной любительницы поэзии серебряного века и безбашенной фотомодели без каких-либо комплексов. Они ещё не раз вот так собирались вечером за бутылочкой вина в квартире Аси, где царило 'азиатское бесправие', как его называла сама хозяйка, - предметы азиатской культуры, вроде огромных вееров или катан, валялись в русском беспорядке. Ася вообще обладала редким качеством - поразительным умением не обращать ни на что внимания. С ней всегда было весело, ведь только она могла додуматься в три часа ночи, облачившись в купальники, пойти на крышу их 'многоэтажки' принимать 'лунные ванны'. Или скупить все презервативы в ближайшем ларьке, озадачив стеснительного кассира-'студентика', наполнить их гелием и запускать с балкона в вольное плаванье. Или... У Аси всегда находилось на всё своё уникальное решение, за что Влад ненавидел, как он выражался, 'развратную' подругу Марьяны.
  
   Однако его 'нелюбовь' была взаимной. С первой же секунды сообразительная фотомодель возненавидела 'ненаглядного' подруги. Она распознала все его помыслы и пыталась убедить в этом и Марьяну, но та была настолько ослеплена любовью, что не хотела ничему верить. Когда сорвалось третье поступление идеально подготовленной Марьяны, отчаянная подруга решилась на экстренные меры - начала аккуратно следить за Владом. Однако ни подписка на все его аккаунты в социальных сетях, ни общение с его бывшими друзьями (после вступления в наследство он разорвал абсолютно все связи с друзьями), ни даже 'дружба' с его личным секретарём не дала никаких результатов. Ася уже сама начинала верить в девственную святость Влада Стрельцова...
  
  Пока не случилась одна история...
  
***
  
   Работа фотомодели обязывала Асю быть медийной личностью. Ей было не привыкать отказываться от дивана и мелодрам в пользу элитных клубов и закрытых вечеринок, где ей надо было поддерживать свою популярность. И хоть Ася в своём дорогом платье и неудобных туфлях, слоняющаяся среди 'высшего общества' с бокалом шампанского в руке, выглядела вполне органично, в душе она ненавидела все эти вечеринки. Простые посиделки с Марьяной среди хаоса и беспорядка кухни на седьмом этаже дома на Зелёной улице нравились ей намного больше. Волосы наскоро заколоты китайскими палочками, свободное шёлковое кимоно вместо короткого платья-футляра, в котором даже не присядешь нормально... Никаких каблуков, светских бесед 'о прекрасном' и обсуждений чьего-то невежества...
  
   Вино, подруга, кухня - это ли не рай?
  
   Как всегда погружённая в свои мысли, Ася пробиралась в темноте через толпу богачей на очередной 'вечеринке'. Громкая музыка оглушала, софиты и разноцветные лампочки могли запросто вызвать приступ эпилепсии у любого здорового человека, не привыкшего к клубам.
  
   Как и любая фотомодель, а тем более блондинка, Ася не могла показывать, что умнее винной пробки. Поэтому она просто улыбалась всем улыбкой, которая означала: не знаю, что я здесь делаю, но 'незнание' для меня - привычное состояние. Девушка, окончившая школу с золотой медалью, скучала среди всех этих 'светских глупцов'. Может быть, поэтому она и создала себе имидж сумасшедшей красотки, 'готовой на любой кипишь, кроме голодовки'...
  
   Уже отчаявшаяся найти что-нибудь интересное, Ася собиралась уйти, когда увидела Влада. Тот сидел в полном одиночестве за барной стойкой и крутил в руках стакан с коньяком. Влад почти никогда не появлялся в подобных местах, тем более без Марьяны... Ася поняла, что нельзя упускать такой 'подарок судьбы'. Выпив залпом выдохшееся шампанское, которое она взяла у официанта больше из вежливости, чем из желания выпить, девушка взбила руками волосы, подтянула платье на груди и пошла к барной стойке.
  
   - Привет, - сказала она, будто очень рада его видеть. По части актёрского мастерства Ася была профи. - Не знаю, помнишь ли ты меня. Я соседка Марьяны, Ася. Может, угостишь выпивкой?
  
   Ася просияла своей самой соблазнительной улыбкой. Нарочито серьёзный Влад крикнул бармену, чтобы он что-нибудь налил ей. На гладкой поверхности барной стойки появился ярко-жёлтый коктейль. Отработанным движением Ася закинула ногу на ногу и поднесла к губам тоненькую трубочку. 'Надо его разговорить...' - подумала модель и кивнула знакомому бармену. Девушка с серебряными волосами экстремально короткой длины, стоящая по ту сторону барной стойки, была знакомой Аси, Маргаритой. Они давно уже наладили схему сотрудничества: Маргарита помогала девушке спаивать нужных ей людей, а та, взамен, давала ей телефоны своих красивых коллег нетрадиционной ориентации.
  
   - Влад, кажется так? - Ася притворилась, что почти не знает его. И это не было полным враньём: они лишь несколько раз перекидывались парой фраз. - Давай выпьем... за любовь...
  
   Блондинка выбрала тактику 'пусть-думает-что-я-обычная-тупая-красотка-да-к-тому-же-уже-пьяна'. Это подействовало. Влад начал пить из стакана, в который до краёв был налит коньяк. Взгляд его расфокусировался, поэтому он не увидел, что Ася лишь прислонила свой стакан к губам. Затем она просто отодвинула его рукой подальше, где его перехватила Маргарита.
  
   - Ух, какой крепкий! - восхитилась Ася, ударив кулаком по столешнице. Краем глаза она изучающе осмотрела Влада. Он был ещё трезвым. - А теперь давай - за... за... за-за-за, хаха, за алкоголь.
  
   И снова на столе появилось два стакана. И снова Влад выпил, а Ася лишь прислонила стакан к губам... Схему пришлось повторить несколько раз, прежде чем парень 'дошёл до нужного состояния'. Тут-то Ася и начала работу: включила камеру на телефоне, слегка вытащив его из фиолетового клатча, лежащего на барной стойке, и заговорила:
  
   - Слушай, а зачем тебе Марьяна? Она же тебе не подходит: ни внешности, ни денег, ни статуса... Тебе же нужен кто-то вроде меня...
  
   - Нет, - перебил ее Влад. Голос его был отвратительным. - Зачем мне девушка, которая в любой момент может уйти? Такие, как ты, могут прожить и без богатого покровителя, да ещё и оттяпают половину состояния при расставании... А Марьяна... Она обычная деревенщина. Она никогда не сможет распознать обмана. Она слишком наивная... Я же даже поступить ей не даю, чтобы она так и осталась зависимой от меня... Моя глупая малышка, ты всегда будешь моей...
  
   Выложив, как на духу, все секреты, Влад уронил голову на стойку и заснул. В пару кликов отправив интересную видеозапись подруге, Ася слезла с высокого стула и, довольная собой, ушла домой.
  
   Она смогла, она доказала.
  
***
  
   На следующее утро Марьяна уже стояла на пороге Асиной квартиры. Волосы заплетены в косу, в руках большая сумка - Марьяна была у родителей. Она планировала гостить у них ещё, как минимум, неделю, но, получив в час ночи сообщение от подруги, собрала вещи и в тайне от Влада вернулась в город. После обстоятельного разговора с Асей, Марьяна решила - отношения с Владом пора заканчивать.
  
   Прокручивая в голове эту мысль, она собирала тот самый малиновый чемодан, который никак не хотел затаскиваться в автобус... Обувала неудобные полусапожки с высокими каблуками, которые ей подарил Влад... Заматывала шарф любимого оттенка розового, маджента... Даже 'красоту наводила' она больше из привычки, чем из желания посмотреть на своё ухоженное личико в зеркало.
  
   У неё не было времени на сборы - Владу могли уже доложить, что она в городе, а Марьяна хотела уйти по-английски. Ася предлагала пожить ей у себя, но девушка отказалась: родители, Ася, городские гостиницы - это первые места, где её будут искать. Ей нужно было на время раствориться, чтобы даже милиция с вертолётами не могла её найти.
  
  Именно поэтому Марьяна оставила на столике в гостиной письмо Владу, ключи от квартиры и свой телефон и уехала на вокзал. Ася всё время порывалась подвезти её на своем новеньком 'порше', но та отказалась, объяснив это тем, что дорогая машина её подруги привлечёт слишком много внимания. Вызвав то самое старенькое такси, которое приезжало за парнем в розовых стрингах в день их первой встречи (Ася часто пользовалась услугами Ашота и его 'москвича' - никто не ожидает увидеть в таком 'динозавре' местную знаменитость, поэтому не верит, что это она, и можно расслабиться), модель дала Марьяне свой старый айфон с 'симкой' (зачем у неё в доме хранится десяток новых симкарт, девушка не поняла), хоть и знала, что там, куда едет подруга, связи - нет.
  
   Последний раз окинув взглядом красивую, но бездушную многоэтажку, Марьяна запахнула коричневое пальто и села в машину. Отвернувшись от улыбчивого Ашота, девушка облокотилась о холодное стекло и задумалась о жизни.
  

2

  
   Тяжёлый и неуклюжий чемодан, который словно пытался остановить девушку, помог занести симпатичный парень с самой обычной внешностью. Взглянув на его короткие темные волосы, чёрную куртку, а-ля телогрейка, и слегка кривоватые зубы, Марьяна вспомнила своих односельчан. Грезя о литературном шике, она даже не замечала красоты в простоте их причёсок, одежды, выражений...
  
   'Искренность в повседневных мелочах', - поняла Марьяна, улыбаясь незнакомцу...
  
   И вот теперь, благодаря самому обычному парню, она сидела в неудобном кресле старенького автобуса. Укутавшись в пальто, она завороженно смотрела в запотевшее стекло, в то время как маленький белый телефон, прислонённый к её уху, надрывался от громкого голоса Аси. Весёлый тон и яркие эпитеты указывали на абсолютное спокойствие подруги, однако Марьяна знала, что за всей этой бравадой скрывались страх и беспокойство. Ася всегда так делала: смеялась, когда страшно, улыбалась, подавляя дрожь в руках... Но об этом маленьком 'секретике' знала лишь Марьяна - ближе у модели человека не было. Остальные же думали, что у блондинки не всё в порядке с психикой, когда на кастингах она резко начинала смеяться, распугивая всех конкуренток.
  
   - Ты главное не пере... й. Мы ему еще оторвём яй...
  
   Через полчаса путешествия связь плавно начала покидать телефоны всех, кто находился в автобусе. Взглянув на дисплей айфона, Марьяна спокойно объявила подруге, что сигнал слабеет.
  
   - Х... шо. До скорой... чи, наде...
  
   Звонок оборвался. Вздохнув, Марьяна запихнула абсолютно бесполезный в этой местности телефон в карман и уставилась на спинку переднего сиденья. В сериалах, которые она смотрела вместе с бабушкой по старенькому телевизору-'ящику' когда-то в детстве, главные героини в таких ситуациях начинали плакать. Безмолвно, почти не меняя выражения лица, или превращая всё в истерику с истошными воплями и заламыванием рук, - но плакать. И все телезрительницы, включая маленькую Марьяну и её бабушку, присоединялись к симпатичной актрисе, озадачивая всех мужчин вокруг.
  
   Но Марьяна не плакала.
  
   Вообще, для Марьяны, которая с детства, как зеркало, отражала эмоции окружающего мира, заплакать никогда не было большой проблемой. Она с легкостью расслабляла и напрягала мышцы лица, заливая солёной водой всё вокруг, чему завидовали все её подружки в школе. В слезах и истериках они видели исключительно оружие массового поражения, в отличие от Марьяны, которая воспринимала плач как мольбы о прощении... душевный сигнал SOS... высшую степень раскаяния...
  
   'Слёзы - это та самая святая частичка человека, которая отличает его от животного', - считала Марьяна, плача навзрыд в любой ситуации.
  
   Она человек - она может плакать... Она плачет - она человек...
  
   Но почему же сейчас она уже десять минут смотрит в одну точку с сухими, словно песок в пустыне, глазами?
  
   Почему она хочет смеяться? Громко, заливисто, от души... Смеяться так, чтобы эти запотевшие стекла повылетали... Чтобы ей, Марьяне, пришлось сгибаться пополам... Чтобы её сочли сумасшедшей, сдали в психушку...
  
   - Ты плакала в вечерней тишине, - прошептала Марьяна. - И слёзы горькие на землю упадали. И было тяжело и так печально мне. И всё же мы друг друга не поняли1...
  
***
  
  Стихи успокаивали Марьяну. Она всегда была очень стеснительной девочкой. Быть объектом всеобщего внимания было для неё настоящей пыткой. Марьяна не могла долго находиться на сцене, чувствовала себя некомфортно в больших компаниях детей... Порой её волнение доходило до слёз, истерик и даже панических атак.
  
   Задыхающаяся, стоя у доски, Марьяна не могла не пугать родителей. Если бы она родилась в городе, то отправилась бы к соответствующему врачу, где прошла бы какую-нибудь терапию. Для городских жителей иметь какое-нибудь психическое расстройство или фобию - норма, а порой даже необходимость.
  
   В сельской местности дела обстояли иначе. В Марьяниной деревне никогда не слышала о психологах или психологической помощи. Все болезни лечил фельдшер, а в области 'души' он был профаном.
  
   Никто не помогал таким, как Марьяна. Их попросту сторонились, не разбираясь в причинах. Девочку ожидало несчастливое будущее изгоя...
  
   Помогла Марьяне Валентина Петровна - директор школы, в которой училась девочка, а по совместительству учитель русского языка и литературы. В своей молодости она столкнулась с подобной проблемой, и поэтому единственная не испугалась, когда на её уроке, рассказывая правило, Марьяна вдруг покраснела и начала задыхаться. Шикнув на смеющихся детей, она вывела хрупкую девочку из класса и усадила на подоконник.
  
   - Спокойно, спокойно... - приговаривала Валентина Петровна, держа Марьяну за руку. Когда та успокоилась и смогла сделать вдох, она продолжила: - Всё хорошо. Ничего не случилось. Со мной тоже такое случалось, когда я была примерно твоего возраста. И в этом нет ничего страшного или постыдного. Когда все бесстрашны, это уже страшновато2.
  
   Лицо немолодой учительницы просияло искренней улыбкой. И было в этой улыбке что-то особенное... Что-то успокаивающее.
  
   Взглянув из-под опущенных ресниц на застывшую в ожидании женщину, Марьяна слегка улыбнулась.
  
   - Ну вот, так-то лучше! - радостно сказала Валентина Петровна. - Хочешь, я научу тебя одному трюку?
  
   Марьяна безмолвно кивнула.
  
   - Когда чувствуешь себя некомфортно, читай стихи. Неважно какие. Главное - читай. Пусть люди смотрят на тебя, как на сумасшедшую. Не обращай внимания. Серьёзное отношение к чему бы то ни было в этом мире является роковой ошибкой3.
  
   Учительница снова улыбнулась. Марьяна ничего не понимала. Плотно прижав друг к другу маленькие коленки, обтянутые белыми колготками, она смущённо смотрела на носки своих красных туфелек.
  
   - Лучший способ объяснить - это самому сделать4, - сказала Валентина Петровна, заглянув в серые глаза маленькой девочки. - Давай вместе попробуем. Какие стихи ты знаешь?... У лукоморья дуб зеленый... - Женщина остановилась, намекая Марьяне, чтобы та продолжила.
  
   Однако она молчала. И дело было не в том, что Марьяна не знала этого стихотворения. Читать она любила, да и на память не жаловалась... Просто, она всё ещё стеснялась. Ей казалось, что если она начнёт рассказывать и где-нибудь запнётся, эта добрая женщина начнёт смеяться над ней, как одноклассники и соседские ребятишки... А Марьяна этого не хотела.
  
   Она боялась этого.
  
   - Златая цепь на дубе том, - продолжала учительница. - И днём и ночью кот учёный...
  
   Валентина Петровна умолкла и печально вздохнула. Она сдалась. Она не смогла показать этой симпатичной девочке с длинными каштановыми косичками, что не враг. Какой же она педагог после этого?...
  
   Понурив голову, женщина развернулась. Она почти дотронулась до массивной ручки деревянной двери класса, когда услышала тихий, неуверенный шепот:
  
   - И днём и ночью кот учёный все ходит по цепи крутой. Идёт направо - песнь заводит, налево - сказку говорит5...
  
   С того детского стиха, произнесённого тихим, надламывающимся от эмоции голосом, началось увлечение Марьяны поэзией. Новые стихи были необходимы застенчивой школьнице, как кислород. С потрёпанными томиками поэзии, раздобытыми в районной библиотеке или позаимствованными у доброй учительницы русского, девочка с большими серыми глазами 'расправлялась' за неделю. Уже к десяти годам ей хватало несколько раз прочитать стихотворение, чтобы заучить наизусть. И неважно, было оно простым, со строгим построением и рифмой, или абсолютно нескладное, что даже взрослый с трудом с первого раза попадал в ритм. Ей поддавались абсолютно все 'квадраты', за что в старших классах она получила прозвище 'Королева поэзии'.
  
   Каждый раз, чувствуя накатывающую волну страха и паники, Марьяна начинала читать какое-нибудь стихотворение. Пушкин, Лермонтов, Некрасов... Когда Марьяне стукнуло двенадцать и гормоны в её крови устроили настоящий бунт, она увлеклась Маяковским и Блоком... Однако хулиганская поэзия быстро ей наскучила, и она нашла приют в романтичных образах Есенина, Фета и Тютчева.
  
   Казалось, не существовало такого поэта или стихотворения, которых Марьяна не знала.
  
   Но не всё было так радужно...
  
   У 'трюка со стихами' была и обратная сторона медали...
  
   Не каждый взрослый мог адекватно и спокойно отреагировать, когда маленькая девочка в клетчатом сарафанчике краснела, а затем начинала часто дышать, бормоча под нос, а порой и громко выкрикивая, например: 'Тучки небесные, вечные странники!'6, чего уж там говорить о детях. Баба Галя, кассир в местном 'супермаркете' с облупившейся вывеской 'Продтовары', первый раз чуть в обморок не упала, когда Марьяна вместо списка продуктов, продекламировала ей скороговоркой 'Зимний вечер' А. С. Пушкина. Суеверная старушка ещё очень долго при каждой встрече с девочкой крестилась и плевала через левое плечо, а родителям странного ребёнка советовала отвести дочь в церковь к батюшке.
  
   Пусть и не в такой сверхъестественной форме, но сверстники Марьяны тоже высказывали свои догадки. Называя за глаза, а иногда и в глаза, чудачкой и сумасшедшей, дети избегали девочку. Однако стихи спасали Марьяну и от детской жестокости, и от взрослого недопонимания.
  
   Прошли годы, односельчане со всем свыклись и перестали обращать внимание на 'поэтические истерики'. Марьяна стала полноправным членом общества, подружилась со сверстниками... И необходимость в стихах отпала. Она больше не испытывала панических атак при общении с людьми. В пятнадцать лет Марьяна перестала пугать окружающих внезапными стихотворными порывами. Встретив Влада - и вовсе забыла о детской привычке...
  
***
  
   И вот, сидя в удушающем холоде районного автобуса, Марьяне снова пришлось вернуться в детство. Вставшие дыбом волосы, подкатывающий к горлу комок, струйка липкого пота, скатывающаяся по спине... Марьяна и подумать не могла, что снова испытает все эти эмоции... Что снова ей придётся обнимать свои плечи, до боли впиваться ногтями в ладони и негромко, как умалишённый, бормотать под нос стихи.
  
   Аккуратно проведя ладонью по мокрому и холодному стеклу, Марьяна расчистила обзор. Чем дальше автобус отдалялся от цивилизации, тем больше становилось снега. В их местности снег в мае был не редкостью, но раньше Марьяна никогда не видела столько красивых сугробов. С той мокрой массой, напоминающей нелепую пародию на снег, что лежала на городских дорогах, этот снег не имел ничего общего. Лёгкий и пушистый, он напоминал мягкую перину, на которой так хотелось заснуть...
  
   - Этой ночью первый снег летел в окно. Этим утром снег идти не перестал7... - зашептала девушка. Она даже не замечала, как знакомые строчки слетали с её губ. Марьяна не контролировала ни громкость, ни темп... Складывалось такое чувство, что все части её тела жили своей собственной жизнью. Слова словно сами струились из её рта, глаза - сосредоточенно наблюдали за воздушными сугробами.
  
   Увлечённая таинственным танцем изящных снежинок Марьяна не сразу ощутила, как автобус остановился. Она ещё долго сидела в пустом салоне, смотря в окно, пока не услышала назойливое:
  
   - Девушка, девушка, проснитесь, конечная!.. Наркоманка, что ли?..
  
   Оторвавшись от мечтаний, Марьяна резко вскочила с места. Она попыталась улыбнуться толстой женщине средних лет, которая всё это время пыталась её разбудить. Марьяна и представить себе не могла, как напугала контролёра своей полудрёмой и стихами...
  
***
  
   Как только чёрные полусапожки и малиновый чемодан погрузились в снег, старенький автобус захлопнул свои наладом дышащие двери и оставил Марьяну в полном одиночестве. Как девушка и ожидала, конечная остановка оказалась одинокой, полуразрушенной скамейкой. Недалеко от неё из земли торчала покосившаяся табличка, именуемая расписанием автобусов. Хотя 'расписанием автобусов' это можно было назвать с трудом: на пожелтевшей поверхности красной краской было выведено: 'Автобус ?13 Пн, пт: 11:15'.
  
   - Отлично, - прошептала удовлетворенная Марьяна. Место, в которое автобус приходит только два раза в неделю, по опрелению людным быть не могло. А, значит, здесь её никто не найдёт.
  
   Перекинув через плечо конец шарфа, брюнетка вытянула ручку чемодана и огляделась. Никаких указателей нигде не было, не говоря уже о тропинках или дорожках. На многие километры вокруг раскинулось снежное покрывало, поглотившее абсолютно все ориентиры.
  
   Стянув с одной руки кожаную перчатку, Марьяна запустила руку в карман пальто и достала сложенную пополам бумажку. Это было объявление, которое она недавно нашла в почтовом ящике, когда гостила у родителей. Выглядело оно так:
  
   'Требуется круглосуточная сиделка для больной женщины. Можно без опыта работы. Высокая заработная плата, бесплатные еда и проживание обеспечены.
  
Тел...
   Демьян Морозов'
  
   Марьяна не могла объяснить, почему не выкинула тогда эту ненужную бумажку. Когда она нашла это объявление в родительском почтовом ящике, она ещё не знала про эгоистичность Влада и считала его своим молодым человеком. Работа сиделки, да ещё и круглосуточная, ей абсолютно не нужна была. Она готовилась к поступлению в университет, а жила за счёт богатого парня.
  
   Но всё же какой-то маленький провидец внутри неё заставил девушку сложить пополам обычную четвертинку офисной бумаги для принтера с чёрными буквами стандартного шрифта и положить в карман.
  
   Конечно, первое, что приходило на ум, это позвонить еще раз по номеру из объявления, чтобы Демьян Морозов, судя по голосу, мужчина лет 25-30, объяснил, как добраться до его дома. Но вот незадача: связи в этой местности днём с огнём не сыщешь. Нужно было что-то придумывать, да побыстрее: хоть погода была и безветренной, но зато морозной, и Марьяна начинала замерзать.
  
   - Что он там говорил? - судорожно вспоминала девушка, расхаживая взад вперёд по обочине. - 'Дом находится в нескольких километрах от посёлка Морозово. Автобусная остановка называется так же, правда, ходит сюда только только 13-й, да и то редко... Но если будете добираться на автобусе, то легче будет идти сразу к дому, чем искать посёлок: там от остановки порядочно идти... Идите напрямик через поле, потом через лес и вскоре доберётесь...' Через поле и лес, говоришь? Ну хорошо.
  
   Взглянув на изумрудные ели, что виднелись примерно в километре от остановки, Марьяна взяла чемодан и погрузила ноги в снег.
   _______________________________________________________________________________________________
  
  1С. Есенин 'Ты плакала в вечерней тишине...'
  
  2Габриэль Лауб
  
  3Л. Кэрролл 'Алиса в стране Чудес'
  
  4Л. Кэрролл 'Алиса в стране Чудес'
  
  5А. С. Пушкин 'Руслан и Людмила'
  
  6М. Ю. Лермонтов 'Тучи'
  
  7Р. Рождественский 'Снег'
  
  

3

  
   Уже через пять метров бодрый настрой Марьяны улетучился. Искрящийся снег, напоминающий блестящий дождик на новогодней ёлке, уже не вызывал столь ярких эмоций. Белоснежная масса, заполняющая каждую щёлочку в коротких полусапожках и липнущая к узким джинсам, оставляла мокрые следы, заставляя Марьяну дрожать от холода. Ели, которые словно кто-то выкрасил 'зелёнкой', казалось, только отдалялись. Даже яркое солнце не внушало Марьяне счастья и жизнелюбие. Девушке казалось, что маленькая вспышка в сером небе насмехается над ней. Мол: 'Смотри, какая ты страшная и мокрая! Волосы прилипли ко лбу, лицо всё красное, дорогая одежда превратилась в кусок льда... Да кому ты теперь нужна?'
  
   Посмотрев с ненавистью в небо, Марьяна покрепче перехватила ручку чемодана и ещё быстрее зашагала к лесу.
  
***
  
   Пройдя сквозь 'тёмный, дремучий лес', измученная и слегка потрёпанная Марьяна вышла к дороге. Несмотря на снег, девушка поняла, что она абсолютно незаасфальтирована, а, значит, она не вышла обратно к шоссе. На земле виднелись свежие следы от колёс. Замысловатые орнамент, оставленный шинами, ещё не успел полностью стереться, поэтому можно было понять, в какую сторону ехала машина. Искренне надеясь, что автомобиль ехал в дом, а не из дома, Марьяна пошла вдоль бирюзовых елей.
  
   Такая маленькая по сравнению с высокими многолетними деревьями, Марьяна чувствовала себя героиней фильма-сказки. Она так и представляла, как камера за её спиной взмывает вверх, превращая её длинные каштановые волосы и коричневое драповое пальто в крошечную точку на белой дороге. Как в голливудских ужастиках, весь кадр заполняется нескончающимися деревьями и умиротворённостью, по которым зритель понимает, что в фильме не всё будет хорошо...
  
  Неожиданно Марьяна поняла, что именно ей напоминает лесная дорога и пушистые ветки. 'Волшебник Изумрудного города' Александра Волкова! Вот она, Марьяна, как и малышка Элли, оказавшаяся далеко от дома, идёт по дороге из жёлтого кирпича, - ну, или жёлтой грязи, - к своему спасению, Гудвину из Изумрудного города. Вместо верного пса Тотошки за спиной у нее тащится огромный малиновый чемодан; роль хитрого Гудвина играет некий Демьян Морозов.
  
  Исключений лишь несколько: Демьян, в отличии от Гудвина, не врёт, что волшебник, а изумрудная зелень елей завораживает и без 'волшебных' очков.
  
***
  
   Негромко, но легко напевая: 'Мы в город Изумрудный идём дорогой трудной...'1, Марьяна вышла к кирпичному забору. Он был настолько высоким, что, казалось, доставал до небес. Даже дома нельзя было увидеть.
  
   Как и ожидалось, глухие железные ворота были заперты, но не подёргать за ручку маленькой двери сбоку Марьяна не могла - какой-то внутренний контролёр не простил бы ей этой 'оплошности'. Никакого домофона тоже не было видно. Пару раз громко стукнуть каблуком по воротам, как неприменно сделала бы Ася, девушка не могла - совесть стеснение не позволяло. Поэтому Марьяна решила постучать рукой. Из-за толстых перчаток звук вышел невыразительным и глухим. Вряд ли его кто-то услышал, подумала брюнетка и сняла с одной руки перчатку. От прикосновения холодного металла покрасневшая кожа начала слегка покалывать. Закусив губу, Марьяна постучала ещё раз.
  
   - Здравствуйте... - неуверенно прокричала она куда-то в неизвестность. - Я - Марьяна, по объявлению...
  
   Тишина...
  
   Девушка уже начала переживать, что пришла не туда или что-то перепутала, или всё это - чья-то глупая шутка... когда ворота открылись. Из-за листа чёрного металла выглянул парень.
  
   - Девушка, ну что же вы такая тихая? - спросил незнакомец, втаскивая ошарашенную Марьяну внутрь. Когда он накинул на плечи замёрзшей брюнетки огромную чёрную куртку, - прямо как когда-то это сделал Влад, - та хотела представиться ещё раз, но парень её опередил.
  
   - Всё потом! - возразил он. - Вы вся дрожите!
  
   Немного засмущавшись, Марьяна смирилась с положением и молча зашагала рядом с парнем. Он был очень высоким, возможно, даже выше Влада, - Марьяна еле доставала ему до плеча при том, что была девушкой не очень низкой, да ещё и на каблуках. Его очень бледная, почти белая кожа, сквозь которую чётко просвечивались сине-фиолетовые хитросплетения вен, контрастировала с художественно растёпанными угольно-чёрными волосами. Глаза незнакомца были такими же чёрными, как волосы, - Марьяна никогда не видела столь чёрных глаз. Они не были очень-очень тёмными карими. Они были в прямом смысле чёрными - можно было даже разглядеть лёгкие переходы цвета от зрачка до края радужки.
  
   Но намного больше Марьяну поразили не контраст белого и чёрного во внешности незнакомца, не рельефные скулы и идеально ровный, без каких-либо горбинок, нос, и даже не соблазнительная улыбка со слегка островатыми зубами. Девушка была удивлена, как он спокойно идёт в одном лёгком свитере, да ещё и без шапки и шарфа. Украдкой взглянув на его длинную белую руку, с лёгкостью держащую тяжёлый чемодан, Марьяна обнаружила, что он ещё и без перчаток.
  
   'Вот это я понимаю: закалился!' - подумала про себя Марьяна, поправляя на плечах огромную куртку. Стёганая балонь пахла приятным дорогим одеколоном, от которого в носу у девушки щипало. Такой 'солидный и влиятельный' запах совершенно не соответствовал 'домашнему' внешнему виду юноши. Обычная стёганая куртка, от которой так и несло большими деньгами, закрытыми клубами и дорогими машинами, должна была быть фирменной кожаной курткой на парне, вроде её бывшего, Влада Стрельцова. Брюнет же, который нёс её чемодан, больше напоминал местного садовника или разнорабочего.
  
  'Наверное, взял тайком одеколон у хозяина', - решила Марьяна и переключилась на дом. Странное сооружение сразу же ей напомнило дом Каллинов из 'Сумерек'. Двухэтажное здание в стиле модерн было выполнено в чёрно-белой гамме. Причём белого было намного больше, чем чёрного. Светлые зеркальные панели обшивки дома сливались с окружающим пейзажем настолько, что, если бы не огромное панорамное окно, открывающее вид на гостиную с тёмным паркетом и электрическим камином, Марьяна даже не заметила бы, где кончается дом и начинается снег.
  
   Местный ландшафт вообще пугал девушку. Участок вокруг дома был очень большим - можно даже сказать, огромным - но, как ни странно, абсолютно пустым. Сотни метров занимали лишь маленький сарай, подъездная дорожка и небольшое квадратное сооружение из того же зеркального белого материала, что и обшивка дома, видимо, служившее летней столовой.
  
   - Минимализм - наше всё, - улыбнулся незнакомец, словно прочитав мысли Марьяны. Выдавив из себя улыбку, девушка отвела взгляд в сторону. Она боялась, что захочет рассмотреть необычные чёрные глаза поподробнее, покраснеет и напугает незнакомца. Поэтому она предпочла сосредоточиться на верхушках изумрудных елей, которые служили этому дому высоким и прочным забором. Глядя на них, складывалось такое впечатление, что ты находишься внутри большого сувенирного шара, которые так любят дарить на Рождество в американских фильмах.
  
   Открыв белую дверь, юноша по-джентльменски пропустил Марьяну вперёд. Застыв на пороге, девушка подозрительно оглядела обстановку. Из дверей было видно белую напольную плитку прихожей, большой шкаф для курток и обуви такого же цвета, паркет гостиной цвета горького шоколада и стеклянную лестницу на второй этаж. Даже увидев столь мало, Марьяна могла представить, что ждёт её внутри. В гостиной с белыми зеркальными стенами будет стоять большой белый диван буквой 'г'. Рядом с ним будет лежать белый пушистый ковёр, а на нём будет стоять низкий журнальный столик из толстого стекла или белого пластика. На единственной тёмной стене она увидит огромный плазменный телевизор, а под ним совершенно неуютный и неромантичный электрический камин. Где-нибудь в углу будет стоять небольшой стеллаж, но не для книг или сувениров, греющих душу холодными зимними вечерами, - а для интерьера. Какая-нибудь непонятная статуэтка, отражающая всё современное искусство, и одинокая книжка, которую выбирали по цвету обложки и никогда не читали, - всё содержимое стеллажа. И, конечно же, весь этот минимализм будет максимально освещён за счёт множества точечных светильников и панорамного окна, от которого в доме чувствуешь себя некомфортно.
  
   Именно такой дом хотел купить в будущем для Марьяны Влад. Именно в такой холодной и гиперсовременной обстановке он хотел растить их детей и провести старость.
  
   И то, что Марьяна хотела уютный домик с дубовой мебелью и большим, потрескивающим настоящими дровами камином, его не интересовало...
  
   - Не стесняйтесь, заходите, - добродушно поторопил нерешительную девушку незнакомец.
  
   Встряхнув тяжёлыми, заледеневшими волосами, Марьяна переступила порог хорошо протопленного, но всё равно холодного дома.
   _______________________________________________________________________________________________
  
  1Песня из м/ф 'Волшебник Изумрудного города' (1973)
  
  

4

  
   Всё оказалось таким же, каким Марьяна себе представляла: холодные белые стены, минималистичный интерьер, бездушный электрический камин... Вся комната была скользкой и неприятной, словно кто-то намазал противной слизью и потолок, и стены, и пол - здесь было абсолютно не за что зацепиться глазами. Когда ты хотел сфокусировать на чём-нибудь взгляд, твоё зрение плыло по белой поверхности, словно по горке в аквапарке. Как будто это было не жилое здание, а идеально прилизанный образец современного дома для буклета какой-нибудь строительной фирмы. Не то, что квартира Аси с её множественными катанами, веерами и совершенно неподходящими под интерьер сувенирами, как их сама называла модель, с различных вечеринок: чья-то толстовка с принтом одной немалоизвестной пиццерии, забавное фото напившегося лысого бизнесмена в дорогом костюме, катающего на спине Асю, стартовый пистолет, непонятно откуда взявшийся... Да, там всегда можно было найти что-нибудь интересное и залипнуть на несколько часов, перебирая какие-нибудь запечатанные презервативы, которые Ася любила красть из карманов 'друзей' и подписывать на упаковках имя и дату предыдущего владельца.
  
   - Ищем в этой пустоте мы то, что есть и в нас самих. Ищем бога, ищем силы, и советов дорогих...1 - негромко продекламировала Марьяна, бродя глазами по пушистому белому ковру, расположившемуся у дивана.
  
   - Красивые стихи, сами написали? - спросил парень с угольными волосами, ставя Марьянин чемодан на пол.
  
   - Да нет... Я хотела бы поговорить с моим нанимателем, Демьяном Морозовым.
  
   Мокрые джинсы и сапоги совершенно не оставляли девушке сил на 'милые беседы о поэзии', поэтому голос её звучал слегка холодно и нарочито серьёзно. Марьяне хотелось поскорее обсудить с хозяином дома фронт работ и наконец-то залезть в горячую ванную (если, конечно, среди всего этого 'модерна' осталось что-то кроме душевых кабинок). Хотя и просто тёплому душу она тоже была бы несказанно рада.
  
   - Что ж, говорите, - ответил с лёгкой улыбкой незнакомец. Встретившись с вопрошающим взглядом Марьяны, у которой из-за усталости отказывались работать мозги, он пояснил: - Демьян Морозов к вашим услугам!
  
   Старомодно поклонившись, выставив вперёд правую ногу, Демьян протянул руку Марьяне. Та неуверенно выставила свою кисть, ожидая рукопожатия, но Демьян, как истинный средневековый франт, приблизился губами к её пальцам. Это заставило и без того красную девушку вспыхнуть, как спичка.
  
   - Какая холодная... - прошептал Демьян, застыв с Марьяниной маленькой ручкой у губ. Брюнетка не знала, что ответить, поэтому в воздухе повисла неловкая пауза. Казалось, на белом фоне этого дома можно было спокойно рассмотреть напряжённую ауру Марьяны, завороженную взглядом чёрных глаз.
  
   - Знаете, давайте обсудим всё позже, - предложил Демьян, бережно отпуская в свободный полёт руку девушки. - Примите душ, переоденьтесь в сухое, а после мы с Вами за обедом обо всё поговорим. Идёт?
  
   - Да... - ответила Марьна, словно стряхивая с себя сонные чары. - Пожалуй.
  
   Озарив девушку своей белозубой, слегка неидеальной улыбкой, Демьян пошёл по стеклянной лестнице на второй этаж. Марьяна последовала за ним. Абсолютно не смотря, в какие дебри 'белого' дома хозяин её заводит, девушка сосредоточенно рассматривала его длинную спину. Всё время в её голове блуждали мысли о том, что этот юный парень, которому на вид лет двадцать, не больше, уже может позволить себе этот пусть и некрасивый, но дорогой дом, да ещё и с какой-никакой прислугой.
  
   Да, он мог получить всё это в подарок или в наследство от родителей, как это было с Владом. Но, в любом случае, Влад выглядел намного старше и состоятельнее в свои двадцать семь. Несмотря на серёжку в ухе и любовь к одежде для 'золотых малолеток', Влад никогда не выглядел, как подросток. Везде и всегда, глядя на золотые часы и чёрный 'Мерседес', его уважали и боялись.
  
   Вокруг него была извечная ледяная аура, которая лишь рядом с Марьяной слегка таяла.
  
   Парень же в чёрном свитере крупной вязки и чёрных джинсах без каких-либо опознавательных бирок брендов, который шёл перед Марьяной, не складывал впечатление состоятельного человека.
  
   Он даже на сына состоятельного человека не был похож.
  
   - Вот, это ваша комната, - провозгласил Демьян, заходя в просторную спальню, выполненную в сочетании серебристого и симпатичного серо-голубого оттенков. Последний отдалённо напоминал смесь косметической глины и сигаретного дыма. В голове Марьяны промелькнула мысль, что Асе этот цвет обязательно понравился бы. Жаль, нельзя отправить ей фото... - Располагайтесь.
  
   Закрыв дверь, Демьян оставил девушку наедине с новым жилищем. Оставив чемодан и мокрые вещи у порога, Марьяна сразу же пошла в ванную комнату, облицованную кафелем того же серо-голубого цвета. Как ни странно, ванна здесь всё-таки оказалась. Правда, вместо шумных целлофановых шторок оказались стеклянные двери. Этакий гибрид ванной и душевой кабинки.
  
***
  
   Тщательно пропарившись и натерев тело душистым гелем для душа, заботливо оставленным в её ванной, Марьяна натянула на себя сухие синие джинсы и плюшевый свитер и плюхнулась на мягкую двухспальную кровать. От долгожданного соприкосновения с серо-голубым одеялом, приятно пахнущим свежестью, девушка засмеялась. Она не понимала, почему её губы сами собой открываются, оголяя белые зубы, над которыми трудились лучшие стоматологи города, но решила не сопротивляться мощному эмоциональному порыву. Она просто лежала на кровати, широко раскинув руки, и смотрела на белый потолок.
  
   Лишь только спустя минут пятнадцать Марьяна села в кровати и решила осмотреться. Обои в её комнате были серо-голубыми, как и постельное. Под ногами, на сером паркете, расположился небольшой серо-голубой ковёр. Справа от кровати находился серебристый шкаф-купе с зеркалом на одной дверце и серо-голубой панелью на другой. Передвигая взгляд по часовой стрелке, девушка увидела две белые двери - входную и в ванную - серебристые письменный стол и стул у окна и две тумбочки по краям кровати. Больше в комнате не было ничего.
  
   'Минимализм - наше всё!' - вспомнила Марьяна слова Демьяна. Наткнувшись взглядом на огромное ярко-малиновое пятно в этой морской тиши, девушка решила наконец-то разобрать чемодан. Вариант, что ей не понравятся условия проживания или работа, брюнетка даже не рассматривала - возвращаться ей, всё равно, было некуда.
  
***
  
   Что может быть больнее, чем читать переписки с человеком, который больше тебе не напишет?
  
   Только перебирать старые вещи, которые помнят абсолютно всё. Вот это чёрное платье с мелкими цветочками помнит, как вы гуляли в парке, держась за руки, и как он выкупил все билеты на Чёртово колесо, чтобы никто вам не мешал... А этот огромный белый свитер может рассказать о том, как вы сидели зимой на диване в загородном доме и его огромные руки бродили по твоей тёплой коже, вызывая мурашки, пока на огромной экране домашнего кинотеатра Шварценеггер раскидывал всех врагов своими фирменными приёмами... О, что это? Это же те самые джинсы, которые он стянул с тебя в одной из примерочных какого-то дорогого бутика. Они всё ещё помнят тот подозрительный взгляд консультанта, когда вы, взъерошенные и раскрасневшиеся, шли к кассе... Да-да, на этой кожаной майке все ещё сохранился запах его одеколона и костра, который он развёл в одном отеле в Куршавеле, когда ты сказала, что замёрзла, а техобслуживание очень долго шло в ваш номер проверить отопление...
  
   Как Марьяна ни старалась не плакать, слёзы сами собой скатывались по щекам, когда в руки ей попадала та или иная вещь. Ведь ради неё Влад всегда был таким изобретательным и смелым. Он не побоялся ударить того высокого кавказца, который отпустил в её адрес пошлую шуточку, когда на ней было вот это бордовое платье... Он купил ей эти розовые угги, когда она устала ходить на высоких каблуках на каком-то благотворительном вечере. А когда несколько девушек модельной внешности в дорогих платьях посмеялись над Марьяной и её обувью, сам обул похожие сапожки и проходил в них весь вечер... Даже простой спортивный костюм из бутылочно-зелёного веллюра, который так ненавидел Влад из-за ассоциаций с толстыми дамами из старых американских фильмов, заставлял Марьяну плавить дорогую тушь солёными слезами.
  
***
  
   От очередного обтягивающего топа, который вызывал в голове девушки флешбэки, как в самой попсовой голливудской мелодраме, Марьяну отвлёк стук в дверь. Сначала брюнетка подумала, что ей показалось, и продолжила складывать в шкаф стопку футболок. Но когда раздалась новая очередь стуков, девушке пришлось отвлечься от своего занятия.
  
   Закрыв шкаф, она встретилась со своим отражением в зеркале на дверце. Словно паутина, её щёки были обвиты черными струйками расплывшейся туши. Как можно быстрее, Марьяна стёрла салфеткой свой ужасающий 'боевой раскрас' и открыла дверь.
  
   На пороге стояла женщина. На вид ей было около сорока лет. Когда-то красивые и шелковистые блондинистые волосы теперь висели спутанными грязными паклями. Усталые ярко-зелёные глаза, которым позавидовала бы любая актриса или даже фея, окружала сетка красных капилляров. Мешки под глазами и глубокие дряблые морщины скрывали правильные черты лица. Из-под балахонистого белого платья торчали до ужаса костлявые руки с длинными пальцами и посиневшие от варикоза босые ноги. Явно тяжело больная женщина еле стояла на ногах, шатаясь из стороны в сторону, как молодое деревце на сильном ветру.
  
   - Чем я могу Вам помочь? - вежливо спросила Марьяна. Она попыталась скрыть свой испуг, потому что помнила, что больные люди не любят, когда замечают их недостатки. Нельзя показывать инвалидам, что они особенные. В школе их учили, что это, как минимум, не культурно.
  
   - Помоги мне сбежать, - тихо произнесла женщина, еле шевеля бледными губами с запёкшейся на них кровью - видимо, они растрескались, как от холода.
  
   - Что, простите? - переспросила Марьяна, думая, что ослышалась.
  
   - Помоги мне сбежать, - повторила женщина. Не успела Марьяна что-то ответить, как незнакомка вцепилась в её незащищённые каштановые волосы. Запищав от боли, девушка попятилась назад, но оступилась и упала на пол, распластавшись под обидчицей, от которой пахло болью, мучениями и таблетками. Истерически тряся Марьяну, женщина с безумным взглядом продолжала кричать:
  
   - Ты должна мне помочь!.. Мне нужно отсюда выбраться!..
  
   Когда девушка уже окончательно распрощалась с шевелюрой, руки, сжимающие её волосы, расслабились. Глаза Марьяны были зажмурены, поэтому она не сразу поняла, что произошло.
  
   - Тихо, Валери, тихо... - гипнотически повторял уже знакомый мужской голос.
  
   Открыв глаза, Марьяна увидела Демьяна. Он сидел на полу. На его плече покоилась женщина в белом балахоне. Увидев на полу пустой шприц, Марьяна поняла, что парень вколол ей что-то успокаивающее.
  
   - Вот так, хорошо... - продолжал шептать Демьян, чуть покачивая блондинку. Его мраморные руки нежно гладили её костлявое плечо. Во всех его движениях и жестах читались непомерные любовь и беспокойство.
  
   Увидев испуганные глаза Марьяны и быстро вздымающуюся грудь, Демьян решил немного пояснить происходящее:
  
   - Не бойтесь. Она не любит посторонних. Очень скоро она к вам привыкнет... Давайте я лучше отнесу её в кровать, а потом мы с вами пойдём на кухню, и я всё Вам объясню.
  
   С этими словами он встал и бережно взял на руки женщину (Кажется, он называл её Валери?). Как маленького ребёнка, заснувшего возле телевизора, он понёс её в комнату в конце коридора. Тихонько, чтобы не разбудить, прикрыв дверь, Демьян жестом позвал Марьяну следовать за собой. Кинув последний взгляд на пустой шприц, девушка пошла к лестнице.
   _______________________________________________________________________________________________
  
  1Оксана Храмцова (но это не точно)
  
  

5

  
  За большим окном, чьё стекло было настолько чистым, что, протягивая руку, даже не верилось, что ладонь встретится с холодной преградой, кружились в гипнотическом трансе пушистые снежинки. Опускаясь на землю, они становились частью большого белого кружева, роскоши и изяществу которого позавидовала бы любая невеста. Если бы не изумрудные ели, разрывающие горизонт, словно гигантские клыки, было бы непонятно, где кончается снег и начинается пасмурное небо.
  
   На столе перед Марьяной дымилась огромная кружка капучино с воздушной пенкой. Кружка была сделана из толстого прозрачного стекла, поэтому напоминала огромный кусок льда. Рядом стояло блюдце, наполненное мягким печеньем с корицей. Несмотря на то, что девушка не ела уже двенадцать часов, она не притрагивалась к угощению. Намотав на ладони длинные рукава свитера, она задумчиво сверлила взглядом белую поверхность стола, обхватив руками обжигающее стекло кружки. В кухне со светлыми полом, стенами, потолком... - и вообще всей гарнитурой - Марьяна чувствовала себя скованно. Несмотря на то, что в доме отменно работала отопительная система и даже полы были с подогревом, девушка мёрзла. Ей казалось, что её длинные каштановые волосы и достаточно тёмный цвет кожи совершенно не вписывались в окружающий интерьер. Даже светлые джинсы и свитер не могли скрыть того факта, что в этом доме она выглядела, как афроамериканец в клубе альбиносов.
  
   Словно кто-то вырезал её со старого, нарочито разноцветного снимка и приклеил на страницу стильного глянцевого журнала...
  
   - Это началось давно... - сказал Демьян, залпом выпивая налитый им коньяк. После того странного инцидента с больной женщиной его весёлый настрой куда-то улетучился. Он стал серьёзным, задумчивым... И даже, в какой-то степени, рассеянным. - Та женщина, которая так напугала вас, Марьяна... Я же могу вас так называть? - Марьяна, не отрываясь от зеркальной поверхности стола, кивнула и парень продолжил: - Это моя старшая сестра. Её зовут Валери... Вас, наверное, удивляет её имя. Мы долго прожили за границей, поэтому отвыкли от русских вариантов имён. Чтобы привлечь внимание к своему объявлению, я, конечно, указал своё русское имя. Если хотите, можете называть меня так, но мне больше нравится Демиан... Так вот, о чём же я говорил?.. Да, Валери. Несколько лет назад ей поставили страшный диагноз - болезнь Альцгеймера. Редчайший случай: до этого ни у кого в тридцать лет таких патологий не выявляли... Не хочу хвастаться, но человек я не бедный - я возил Валери к самым лучшим врачам мира. Израиль, Германия, Китай... Я объездил весь мир в поисках лекарства, пока Валери медленно слабела прямо на моих руках...
  
   Демьян, а вернее, Демиан, опустил голову и с ужасом посмотрел на свои длинные ладони. Руки его тряслись от напряжения. Страшно было подумать, какие воспоминания мелькали перед его глазами... Марьяне даже показалось, что он плачет.
  
   Однако когда девушка уже хотела подойти и обнять его, юноша тяжело вздохнул и продолжил:
  
   - Когда последний врач, на которого я возлагал надежды, развёл руками и сказал, что не может ничем помочь - мол, болезнь не излечима, - я сдался. Валери уже не могла самостоятельно дойти до туалета, не говоря уже о магазине или аптеке, когда я привёз её сюда. Здесь хорошо... Деревья, свежий воздух... А, главное, - тихо и уединённо. С таким диагнозом людям трудно жить в большом и шумном городе, где столько соблазнов. Если Валери и выберется за пределы своей комнаты, в этой огромной белой коробке я её не потеряю. Даже в пустом дворе ей негде спрятаться или заблудиться...
  
   Демиан негромко усмехнулся. Выглядел этот нервный смешок слегка жутковато, но Марьяна не могла ни о чём думать, кроме горя этого парня. После их первой встречи она уже подумывала, что попала к очередному 'Владу', любящему всё стильное и бездушное и который сам ничего в жизни не добился. Однако теперь Марьяна поняла, что весь этот нарочито белый интерьер и пустой участок вовсе не демонстрация роскоши и богатства.
  
   Брюнетка прониклась непомерной симпатией к этому красивому юноше, который так искренне и жертвенно любит свою сестру...
  
   - Как бы я ни хотел проводить всё своё время с Валери, - продолжил Демиан уже увереннее и громче; словно его грусть и задумчивость были лишь минутным приступом, от которого ему удалось отмахнуться, - у меня есть работа, на которую я должен ходить, чтобы Валери могла позволить себе ни в чём не отказывать. Для этого я и искал сиделку. Возможно, сейчас, после того, как Валери чуть не оторвала ваши красивые волосы, вы подумываете уехать. Я всё понимаю. Признаюсь по секрету, вы единственная, кто согласились спокойно поговорить после первой встречи с Валери... Но я хочу, чтобы вы знали, что Валери, на самом деле, очень добрая и милая. Всё, что она делает или говорит, делает и говорит не она, а долбанный Альцгеймер...
  
   Пелена спокойствия снова спала с лица юноши. Всё его тело напряглось - и вены на его руках вздулись. Тяжело выдохнув в сторону, Демиан подошел к окну и устремил взгляд вдаль. Он не плакал, но лицо его словно припухло. Поддавшись мимолетному порыву, Марьяна дотронулась до его фарфоровой кисти. От неожиданности парень слегка дёрнул плечами. Серые глаза Марьяны немного расширились - его гладкая, слегка грубоватая кожа была ледяной.
  
   - Я не боюсь, - соврала Марьяна, заглянув Демиану в глаза. Её доброта не позволяла ей расстроить парня. - Я останусь.
  
***
  
  
   Марьяна стояла у окна в своей новой спальне. Скрестив руки на груди, она наблюдала за Демианом, который, как всегда, был очень легко одет: тонкое осеннее пальто было полностью растёгнуто и из-под него выглядывала шёлковая сорочка. От одного взгляда на его голую шею Марьяна ёжилась и пыталась обнять свои плечи ещё крепче.
  
   Положив все необходимые вещи в багажник, Демиан бросил на заднее сиденье свой дипломат и сел за руль. Через несколько секунд отполированный внедорожник тронулся в путь. Марьяна следила за чёрной точкой на фоне рыжеватого снега (всё-таки, уже давно стемнело, и фонари заступили на пост) до тех пор, пока машину не поглотили деревья.
  
   Хозяин уехал.
   Потянувшись, Марьяна вышла из комнаты и пошла по коридору. В её обязанности входило каждые двадцать - тридцать минут проверять, всё ли в порядке с Валери. Узнав, что у Марьяны абсолютно нет опыта подобной работы, Демиан перед отъездом показал, как ухаживать за больной сестрой, и всё подробно объяснил. И Марьяна была уверена, что всё поняла и со всем справится...
  
   Вот только с каждым шагом её уверенность таяла. Когда рядом был Демиан, а Валери мирно спала, накачанная таблетками, всё казалось лёгким и простым. В голове словно возникал какой-то конспект с пунктами алгоритма. Растегнуть сбоку ночнушку, снять старый памперс, выкинуть, протереть всё, надеть новый памперс... Принести с кухни еду, покормить с ложечки, вставить в стакан трубочку и прислонить к губам... Посадить в инвалидную коляску, отвезти в ванную, раздеть, посадить в ванную, помыть, высушить волосы, переодеть в свежую одежду...
  
   Но теперь всё было по-другому. Марьяна была одна. Некому было подсказать, что она делает неправильно. Некому было помочь ей...
  
   Девушка даже не знала, что пугает её больше: отсутствие Демиана или присутствие буйной Валери.
  
   Нет, конечно, Демиан предусмотрел все возможные ЧП в его отсутвие. В доме было несколько огнетушителей и система автоматического пожаротушения. В подвале стоял запасной генератор. Бойлерная была настолько новой и современной, что в доме никогда не могли пропасть ни горячая вода, ни отопление. А если бы какую-нибудь трубу всё-таки прорвало бы, на помощь пришли бы насосы, которыми, словно подводная лодка, был напичкан весь дом. Холодильник и все ящики были доверху забиты едой, а аптечке могла позавидовать не то что настоящая аптека, а даже частная клиника - тут даже аппарат ИВЛ и дефибрилятор были!
  
   Но Марьяна боялась вовсе не пожара или потопа. Ей было страшно заходить в одиночку в спальню Валери. А вдруг она снова на неё набросится? Хоть Демиан и дал девушке несколько шприцов с успокоительным, она боялась, что Валери настолько неожиданно начнёт ее душить, что времени для уколов просто не останется. А когда хозяин вернётся домой, то найдет лишь хладный труп брюнетки и громко смеющуюся сумасшедшую сестру...
  
   - Так, Марьяна, хватит! - прошептала девушка, энергично тряся головой, словно это движение могло помочь ей избавиться от тревожных мыслей. - Просто зайди...
  
   Глубоко вздохнув, Марьяна посмотрела на дверь. Постучать удалось далеко не с первой попытки - каждый раз её кулак застывал в нескольких сантиметрах от цели. Лишь собрав воедино все аргументы от 'Да ладно тебе, не загрызет же она тебя!' до 'Это твоя работа!', брюнетке удалось постучать и, открывая дверь, сказать:
  
   - Здраствуйте, Валери! Это я - Марьяна.
  
   Однако старания её были напрасны. Валери лежала на молочно-белом диване, накрытом кофейным покрывалом, подтянув костлявые колени к впалой груди. Она спала. Не затворяя дверь, Марьяна на цыпочках зашла в комнату. На глаза ей попался белый плед. Чувство жалости к больной женщине превозмогло страх, и девушка взяла в руки большой кусок плюша. Бережно укрыв больную, Марьяна застыла в нескольких шагах от дивана. Она не стала тревожить Валери и просить перелечь на кровать. Да и зачем? Ничего плохого не случится, если женщина поспит одну ночь там, где заснула...
  
   А может быть Марьяна просто не хотела рушить те умиротворённость и спокойствие, царившие на лице Валери? Во сне женщина уже не казалась такой страшной и сумасшедшей. Та, что лежала на диване, прижимая дряхлые руки к груди, вовсе не была похожа на уродливую Бабу Ягу из дестких сказок. Обветренные губы растянуты в лёгкой, без намёка на психические отклонения, улыбке. Плечи расслаблены. Блондинистая прядь покоится на острой скуле... Даже морщины на её лице, кажется, немного разгладились, а на щеках заиграл легкий румянец.
  
   Сейчас она была именно такой, какой ее описывал Демиан: доброй и милой, но больной женщиной.
  
   Оставив Валери наедине со своими мечтами, с чувством полной удовлетворённости Марьяна вышла из комнаты и аккуратно закрыла дверь.
  
***
  
   Какой-то непонятный звук, как будто кто-то что-то уронил, разбудил Марьяну. Резко сев в постели, девушка нащупала в темноте телефон. Яркий экран на секунду ослепил глаза. Циферблат показывал: '03:00'. Смахнув руками с глаз последние следы сна, Марьяна закуталась в большой вязаный кардиган и сползла с кровати.
  
   Стоявшая на тумбочке радио-няня молчала. Это означало, что с Валери всё в порядке и она, скорее всего, видит уже десятый сон. В этом плане Марьяна ей завидовала - сама-то девушка никак не могла полноценно погрузиться в сон. И было непонятно, виной тому 'новое место' или поразительная тишина. Да, в родном деревенском доме Марьяны тоже было очень тихо, по сравнению с городом, - ни тебе неожиданно сработавшей сигнализации, ни громкого зова в ночи: 'Серёга! Э, Се-рё-га-а-а!', ни соседских скандалов и 'разводов' в час ночи... Но старенький коттедж с прогнившими ступеньками и старым чердаком постоянно издавал другие, непонятные городскому жителю звуки: то половица где-нибудь скрипнет, то кот неудачно откуда-нибудь спрыгнет, то соседская собака завоет непонятно зачем...
  
   Новенький же дом, затерянный среди леса, был защищен от посторонних звуков на все сто процентов. Современные стеклопакеты и звукоизоляция не пропускали абсолютно никакие шумы с улицы. Да и какие шумы могут быть, когда на много километров вокруг дремучий лес? Вряд ли у волков есть машины с сигнализацией (а есть ли в этом лесу волки, сказать точно нельзя было, ибо их вой всё равно не пропустила бы та же самая звукоизоляция), или белки вдруг решат спеть в караоке...
  
   Даже ветра слышно не было, не говоря уже о том, что пол или чердак в этом доме скрипеть не могли - их бы сразу заменили новыми.
  
   И вот из-за этой тишины Марьяна и не могла заснуть. Именно из-за 'новизны' и 'современности' этого дома ей пришлось идти на кухню за чаем в надежде, что ромашка и мелисса вырубят её, как нокаут.
  
   Но успокоиться и расслабиться у Марьяны так и не вышло. У распахнутой входной двери она обнаружила Валери.
  

6

  
   Погода на улице была не самая приятная: буря 'крыла мглою небо' и 'крутила снежные вихри' во все стороны. Если бы Александр Сергеевич Пушкин в своё время увидел эту истерику природы, то его стихи были бы намного сильнее. Буря не выла бы, как зверь, и не плакала бы, как дитя. Она ревела бы, как безутешный вдовец у гроба своей возлюбленной, и оглушала бы любого человека, как звон церковных колоколов на воскресной службе.
  
   О, скольких талантливых людей могла бы вдохновить эта сумасшедшая метель, этот неудержимый снежный вихрь! Сколько гениальных картин, поэм и симфоний могла бы породить эта застывшая вода!..
  
   Но Марьяне было не до стихов.
  
   У распахнутой настежь двери стояла Валери. Ветер неистово трепал её безжизненные волосы и тоненькую сорочку. Маленький коврик под босыми ногами женщины запорошил снег.
  
  Было удивительно, как буря не сломала пополам её слабое, исхудавшее тело.
  
   На всю эту картину смотреть было холодно, не то что участвовать.
  
   - Валери... - позвала Марьяна не то со стеснительной, не то с вопросительной интонацией. Однако Валери не отзывалась. Она продолжала молча стоять, раскинув руки в стороны. Так ведут себя люди на пляже, когда хотят как следует насладиться солнечными лучами... Или когда до жаркого, душного места наконец-то добирается лёгкий ветерок, от которого по разгорячённой спине бегут мурашки... Или когда на улице лето и дождь, но ты настолько счастлив, что готов танцевать под этими тёплыми струями небесного душа...
  
   Но никак не у распахнутой двери, за которой творится снежный ад!
  
   Только спустя тридцать секунд до Марьяны дошло, что её подопечная, за которую она отвечает головой, прямо сейчас зарабатывает бронхит или воспаление лёгких. Быстро сбежав по лестнице (Марьяне даже показалось, что, если бы не мягкие домашние тапочки, она размолотила бы стеклянные ступеньки), девушка подбежала к двери.
  
   До этого Валери стояла к ней спиной, поэтому Марьяна не могла рассмотреть её лица. Теперь же девушка чуть не шарахнулась. Уголки обветренных губ Валери были слегка приподняты, словно она не обычный больной человек, а загадочная Мона Лиза. Нельзя было понять, что же скрывает её улыбка. Счастье? Хитрость? Задумку? Умиротворённость?.. Нет, таких улыбок Марьяна раньше никогда не видела, и поэтому не могла ничего ответить.
  
   Но не только улыбка и какие-то неестественно расслабленные, разглаженные черты лица пугали Марьяну.
  
   Зелёные глаза женщины как-то странно блестели. В доселе пустых зрачках появились какие-то искорки. Словно она всю жизнь жила в пустыне и грезила о снегопаде, а сегодня её мечта сбылась...
  
   Так маленькие дети смотрят на праздничный салют. Цветные огоньки в ночном небе заставляют их смеяться и хлопать в ладоши.
  
   Только невинная душа может так искренне радоваться чему-то нематериальному, будь то фейерверк или сильная метель...
  
   Стряхнув с себя испуг и удивление, Марьяна дёрнула Валери на себя, оттащив её от двери. Защёлкнув все замки, девушка положила ключи себе в карман - чтобы такого больше не повторилось. Ей очень не хотелось расставаться с этой работой так рано.
  
   - Что вы творите! - возмутилась Марьяна. Тон её был достаточно серьёзен и резок, однако Валери это не заботило. Она абсолютно не реагировала ни на слова, ни на прикосновения.
  
   Видимо мыслями она всё еще была там, среди вьюги и мороза.
  
   Хоть какие-то признаки жизни женщина начала подавать, лишь оказавшись на кухне. Накинутое на плечи одеяло словно пробудило Валери ото сна. Окинув слегка испуганным взглядом белые стены, она осознала, что находится в доме, и вновь опустила голову. Между Валери и окружающим миром встала стена из длинных спутанных волос, поэтому Марьяна не могла ничего сказать об эмоциях на её лице. Решив, что женщина снова погрузилась в сон, Марьяна смело развернулась к больной спиной и засуетилась возле плиты.
  
   В доме воцарилась гробовая тишина.
  
   Но ненадолго...
  
   - Я должна была победить, - прошептала Валери. Её хриплый голос напугал уже привыкшую к тишине Марьяну, от чего та уронила в раковину крышку от электрического чайника. Кого она должна была победить? И что за игру ведёт?.. Марьяна на секунду почувствовала себя детским психологом, которому порой целыми днями приходится играть в такую 'угадайку'. С кем дружит тот мальчик, который угощает печеньем воздух? Кого видит в тёмном шкафу по ночам та девочка с милыми бантиками?.. Они никогда не ответят односложно, как взрослые. Они дети - они мыслят сказочными образами.
  
   Вот только Марьяна не была психологом, да и за спиной у неё сидела не маленькая девочка.
  
   Наконец-то справившись с чайником, брюнетка обернулась и тотчас вскрикнула - прямо перед ней стояла Валери. Одеяло с её плеч слетело, в глазах снова поселился огонь. Она стояла настолько близко, что Марьяна даже могла ощущать её тяжелое дыхание на своей коже.
  
   - У меня почти получилось, - сказала Валери. Дыхание её почему-то стало прирывистым. - Ещё чуть-чуть и я была бы свободна...
  
   - О чём вы говорите? - прошептала Марьяна. В висках её пульсировала кровь. Голос предательски ломался. В голове копошилась лишь одна мысль: 'Главное - не разозлить её раньше времени... Надо продержаться ещё совсем чуть-чуть'.
  
   - О, ты просто ещё глупа... - Булькающий смех Валери заставил все волосы на теле Марьяны превратиться в могучие, стойкие дубы, но она продолжала медленно тянуться к карману кардигана. Главное было не терять с Валери зрительный контакт.
  
   Хотя та и не собиралась отступать. Словно удав, она продолжала сверлить взглядом полуживую Марьяну. Казалось, ещё пара секунд и она прокусит трясущейся девушке сонную артерию.
  
   - Ты думаешь, Демиан такой душка?
  
   Марьяна наконец-то погрузила руку в карман и сжала тонкий шприц.
  
   - Спешу тебя разочаровать!
  
   Марьяна аккуратно, двумя пальцами, обхватила предохранитель на игле. Оставалось лишь немного постараться, и доза будет готова. Но вот как избавиться от предохранителя беззвучно? Был бы это обычный дом, шум вьюги или топот соседей сверху всё заглушили бы. Но в той мёртвой тишине, что царила в этом суперновом коттедже, спрятаться было невозможно...
  
   - Он д...
  
   Все произошло настолько быстро, что даже сама Марьяна ничего не поняла, не говоря уже о Валери. Как только предохранитель соскочил с иглы, раздался характерный звук. Конечно же, обезумевшая Валери не пропустила его мимо ушей и остановилась на полуслове. Увидев ярость в глазах, уставившихся на её карман, Марьяна зажмурилась и ткнула наугад перед собой шприцем, надеясь хоть куда-нибудь попасть.
  
   Глаза Марьяна открыла только тогда, когда услышала глухой удар.
***
  
   - Здравствуйте, Демиан, - бодро сказала Марьяна, зачем-то вытягиваясь, как струнка. В фильмах прислуга, коей девушка являлась, всегда так приветствовала хозяев. Для полной картины только не хватало коротенького чёрного платья и белых передника и чепчика.
   - Здравствуй, Марьяна, - ответил Демиан, кинув в сторону Марьяны вежливую улыбку, и продолжил отряхать снег с пальто и ботинок. Метель, которая началась ночью, к утру немного утихла. Однако снег идти не перестал. Медленно кружась в воздухе, он покрывал белой краской каждый сантиметр... Абсолютно всё вокруг было белым: крыша, дорожки, забор... Только ели не теряли своей изумрудной зелени.
  
   Избавившись от пальто и снежинок на угольных волосах, Демиан пошёл на кухню. Не зная, как себя вести, Марьяна проследовала за ним. Неловкость и угнетающую тишину нужно было как-то развеять. Но как начать разговор? Не спросишь же у начальника: 'Как дела?'...
  
   Да и будет ли что-то, кроме молчания, корректно? Всё-таки у них с Демианом сугубо деловые отношения. Они - не друзья. Он - работодатель, она - сиделка... Разве они вообще должны разговаривать о чём-то, кроме производственных вопросов?
  
   Ни разу в своей жизни нигде не работавшая Марьяна металась. Как и многие другие девочки, все знания и опыт она получала из книг и фильмов. Чего-то не знаешь? Столкнулась с непонятной ситуацией? Перед глазами что-то незнакомое?.. Поступи, как любимая героиня! Люди же, которые прописывали сюжет фильма, наверняка сталкивались с подобной ситуацией и плохого советовать не будут!..
  
   Однако если в плане романтики или отношений с противоположным полом такой подход немного, но работал, то в данной ситуации десятки просмотренных сериалов оказались бесполезны. Марьяна не была привлекательной служанкой, влюбленной в своего властного господина. Робкие взгляды из-под хлопающих ресничек, нарочито громкие вздохи, махание руками, как веером, у лица и фразы в духе: 'Как же здесь душно! Я сейчас в обморок упаду!', - были не уместны. Марьяна же не ставила перед собой цель соблазнить Демиана...
  
   - Вы тоже хотите? - спросил Демиан.
  
   - А, что?.. - переспросила Марьяна. Она настолько глубоко погрузилась в себя, что, только когда парень улыбнулся и повторил:
  
   - Я говорю, вы тоже хотите кофе?
  
   ...она поняла, что всё это время стояла в дверях и пристально смотрела на него. Щёки Марьяны мгновенно залила краска, и она хотела было уйти, когда лёгкий смешок остановил ее.
  
   - Подождите, Марьяна, - сказал Демиан. - Я не хотел как-то вас обидеть...
  
   - Да нет, вы здесь ни при чём! - перебила его девушка.
  
   - Неужели Валери причинила вам какие-то неудобства?
  
   В голосе Демиана было столько волнения и стыда, что Марьяна захотела ущипнуть себя за руку. Нет, она ещё вчера поняла, что Демиан - очень добрый и чуткий молодой человек... Но ведь он всё же начальник. Он же платит ей деньги, - да еще и не маленькие, - именно за то, чтобы она терпела 'неудобства, причинённые Валери'. Да о такой работе многие и мечтать не могут!
  
   - Нет, - ответила Марьяна. - Валери прекрасно себя вела.
  
   Да, она соврала! Соврала, глядя прямо в красивые обеспокоенные чёрные глаза! Но она вовсе не гордилась собой. Что-то в глубине её груди подогревало огромный котел, из которого вместе с паром подымался стыд. Преодолевая трудный путь по горлу, этот стыд противно его щекотал, вызывая какое-то странное жжение. Но этого ему было мало. Запуская свои противные ручонки в голову, он со всей силы сжимал слезные железы, и Марьяна еле-еле удерживалась, чтобы не разрыдаться...
  
   Нет труднее работы, чем врать человеку, который этого не заслуживает...
  
   - Да? Я рад, что вы поладили. - Уголки губ парня взметнулись вверх. - Пойду, поговорю с ней...
  
   - Нет! - сказала немного громче и резче, чем надо было бы, Марьяна. В голове её пронеслась череда цветных картинок: ночная вьюга за окном... хрупкое тело в белой сорочке... бледные руки, раскинутые в стороны... валяющийся на кафельном полу пустой шприц... руки с малиновым маникюром, обхватившие худые запястья, сквозь кожу которых просвечивают синии вены... босые ноги стучат о стеклянные ступеньки... каштановые волосы, постоянно закрывающие весь обзор... те же руки с малиновым маникюром обхватывают то же костлявое тело в белой сорочке и затаскивают на большую кровать... спящая блондинка... закрывающаяся дверь... и окно в коридоре, а за ним снова ночь, и снова вьюга, лишь одна способная всё рассказать...
  
   Столкнувшись с вопросительным взглядом Демиана, Марьяна пояснила:
  
   - Валери всю ночь не спала. Мне даже пришлось вколоть ей успокоительное. Лучше дать ей время отдохнуть.
  
   Сама себе поражаясь, Марьяна с замирающим сердцем ждала реакцию Демиана. Да, голос её был вполне спокойным, тон - убедительным, а легенда - продуманной... Но всё же, она боялась, что что-то выдаст обман. Случайный жест... Слишком резко бегающий взгляд... Тяжелый вздох...
  
   Но всё обошлось.
  
   Согласившись, что лучше не будить сестру, Демиан допил кофе и удалился в свою комнату.
  
   Марьяна могла вздохнуть с облегчением...
  

7

  
   Жизнь в доме близ посёлка Морозово шла своим чередом.
  
   Проведя в белоснежном коттедже неделю, Марьяна абсолютно привыкла к его излишней тишине. Ей больше не казалось, что она здесь 'белая', а, вернее, 'чёрная ворона'. Девушка перестала стесняться смуглой кожи и излишне тёмного гардероба (Влад считал светлые или пастельные оттенки не очень привлекательными. Чёрный, бордовый, насыщенный малиновый... Из светлой одежды парень мог позволить Марьяне надеть только белую блузку, - и то, только когда того требовали обстоятельства, - и нижнее бельё. Поскольку Марьяна ушла из дома в июне и забрала только летнюю одежду, почти весь остальной гардероб, включая тёплые вещи, подбирал для неё Влад. Лишь изредка ей удавалось тайком купить бежевый свитер или белые джинсы, которые впоследствии погибали от скуки в шкафу под грудами тёмной и яркой одежды. Зачастую от обновки даже не успевали отрезать ценник...)
  
   Пушистые хлопья снега, изумрудные пики елей и апатичная Валери стали самой настоящей рутиной для Марьяны. Каждое утро девушка вставала в 8:00, приводила себя в порядок и проверяла Валери. Та обычно спала до 10:00, поэтому у девушки было время, чтобы позавтракать, прежде чем приниматься за обязанности сиделки. Сварив огромную кружку ароматного кофе с молоком, Марьяна обычно занимала своё привычное место у большого панорамного окна в гостиной. Этот 'забугорный' предмет интерьера - настоящая мечта для любого интроверта! (Коим и являлась Марьяна). Находясь в тёплом и сухом доме, ты мог смотреть на настоящие вьюгу и снегопад с расстояния в несколько шагов. Полное отсутствие каких-либо характерных звуков только дополняло релаксирующий эффект.
  
   Да... С таким окном телевизор ни к чему!
  
   Зачастую во время этого утреннего сеанса умиротворённого созерцания превосходства природы большие железные ворота открывались и во двор заезжал чёрный внедорожник. По дорожке, мощённой гранитными глыбами, машина подъезжала к гаражу и скрывалась за роллетными воротами. Через пятнадцать минут возле парадного входа в дом появлялся Демиан. Легкое чёрное пальто нараспашку, кожаные ботинки без меха, никакого головного убора или шарфа, в руках дипломат... Его внешний вид почти никогда не менялся. Разве что только белая рубашка иногда сменялась чёрной...
  
   Его достаточно лёгкую для зимы одежду можно было объяснить тем, что он, как и любой 'уважаемый' человек, постоянно ездит в прогретой машине. Однако уже через три дня Марьяна заметила, что Демиан никогда не упускает возможность пройтись пешком. Несмотря на то, что гараж был соединён с домом дверью, парень в любую погоду на своих двоих преодолевал десять с лишним метров до парадного входа. При чём вьюга и снегопад, казалось, только раззадоривали его. Стряхивая на пол подтаявшие снежинки с блестящих волос, Демиан каждый раз украдкой улыбался.
  
   Но что же это за высокооплачиваемая работа, куда нужно ездить ночью?
  
   На первый взгляд Демиан казался обычным офисным планктоном. Юноша в деловых брюках и драповом пальто... Программист, юрист, офисный клерк... В крайнем случае, адквокат.
  
  Но какой офис работает по ночам?
  
   При обычных условиях, Марьяна открыла бы браузер и вбила в строку поиска его имя. Если бы даже дядюшка Гугл не выдал какой-то конкретной информации с проверенных сайтов, первыми же запросами были бы аккаунты Демиана в социальных сетях. Ну, а дальше, как говорится: 'Дело техники'. Открыть 'личную информацию', посмотреть посты, - а, главное, фото, - и прошерстить 'друзей' и 'паблики'... Каким бы скрытным парень ни был, настоящая девушка всегда найдёт, за какую деталь зацепиться.
  
   Если раньше о человеке говорил его рабочий стол, то теперь - соцсети.
  
   Однако сейчас Марьяна не располагала не то, что Интернетом, - а даже мобильной связью. Она была отрезана от внешнего мира. Даже спросить было не у кого - гости не посещали этот Богом забытый дом. А идти пешком до ближайшего населённого пункта - до Морозово - не было ни сил, ни времени...
  
   Оставался лишь один вариант: спросить у Демиана напрямую.
  
   Каждое утро Марьяна встречала Демиана в коридоре. Лишь поздоровавшись и получив в ответ вежливую улыбку, девушка могла идти будить свою подопечную. И этот утренний разговор - если обмен двумя одинаковыми репликами можно назвать 'разговором', - после которого хозяин обычно шёл завтракать, был отличным временем для скромного вопроса... Но вот незадача: Марьяна - очень - очень! - стеснительная девушка. Несколько раз она, честно, пыталась завести разговор. Но очаровательная улыбка со слегка островатыми зубами и бархатное: 'Да, Марьяна?', - словно зашивала её рот несколькими слоями швов. Кидая быстрое: 'Да нет, ничего!' - Марьяна убегала наверх, чувствуя, как краснеет.
  
   При чём она не могла сказать, что влюбилась в загадочного юношу. Да, он был красив и богат, и любая девятнадцатилетняя девушка руку бы отдала за возможность покорить сердце такого холостяка, как Демиан... Но Марьяну к нему не тянуло. Да, он заставлял её смущаться и краснеть, лишь улыбаясь. Да, её веселила его шутливая вежливость. И да, настолько трепетное отношение к больной сестре прибавляло ему сразу сотню баллов... Но с Демианом Марьяна не чувствовала того электрического напряжения, что было между ней и Владом. Случайные прикосновения не запускали волну мурашек от пяток до макушки. Грусть в его чёрных глазах не вызывала ничего, кроме чувства сострадания, - погибнуть прямо здесь и сейчас, лишь бы он улыбнулся, абсолютно не хотелось. При виде его голой мраморной шеи, когда он шёл от машины до дома, возникало лишь чисто материнское желание закутать парня в шарф...
  
   При виде же Влада, Марьяне словно срывало башню. Она уже не была стеснительной, закомплексованной пай-девочкой, которая любит воздушные юбки и стихи Есенина. Её невинную головку наполняли настолько грязные мысли, что она сама их пугалась. 'Как же хочется прямо сейчас поставить ему самый синий и большой засос...' - думала Марьяна, когда шла с Владом за руку и тот поворачивал голову в противоположную от неё сторону, демонстрируя странную чёрную татуировку - какой-то набор цифр. И это была самая невинная идея, посетившая её... Рядом с Владом она переставала отдавать себе отчёт. Её тело плавилось, когда он приобнимал её за талию и она могла чувствовать его большую ладонь на боку. Когда он целовал ее на людях, ей становилось всё равно, сколько пар глаз с жадностью за ними наблюдают. Она готова была сколько угодно играть и 'жертву', и 'охотницу', пока её пальцы могли пересчитать все рёбра на его боку.
  
   И лишь стоило ему уйти, она снова становилась скромной Марьяной, декламирующей стихи про 'нежные чувства'...
  
   Разумом она понимала, что галантный и заботливый Демиан - идеальный парень, - но сердцем - оставалась предана 'хулигану' Владу.
  
   Тайна личности Демиана приоткрылась лишь спустя несколько неудачных попыток Марьяны начать разговор. Вот как это было:
  
   Как обычно, Марьяна сидела в комнате Валери и совершала привычный утренний ритуал: апатичную женщину нужно было разбудить, отвести в ванную, где необходимо было помочь ей умыться, почистить зубы и сходить в туалет; затем, вернувшись в комнату, нужно было переодеть Валери в свежую сорочку и расчесать волосы. При всём этом больная сохраняла чувство ледяного безразличия и отчуждённости. Даже когда Марьяна пыталась шутить или как-то по-новому заплести её блондинистые волосы, Валери продолжала молча смотреть в одну точку или на небольшую татуировку на запястье - какой-то чёрный символ, напоминающий лист сереневого куста. Этот колкий, пустой взгляд в никуда поначалу пугал девушку. Ведь она не могла быть на сто процентов уверенной, что Валери прямо сейчас, когда Марьяна бережно прочёсывает её жидкие волосы огромной щеткой, не вскочит со стула и не начнёт душить испуганную девушку...
  
   Однако, когда Марьяна, натягивая на ноги Валери чистые носки, видела печаль в устремлённых в окно зелёных глазах женщины, которой с каждым днём становится только хуже, она проникалась безграничной грустью. Она сочувствовала некогда красивой женщине, которая вряд ли планировала в свои тридцать лет оказаться прикованной к кровати.
  
   Как же ужасно ожидать смерть в том возрасте, когда многие только начинают жить.
  
   Во время одного из таких утренних ритуалов в команту зашёл Демиан. Несмотря на то, что он находился вне дома всю ночь, каждый день он навещал Валери. Час - полтора утром и час вечером, перед уходом на работу... Люди работающие ночью, обычно спят днём. Однако Демиан зачастую пренебрегал сном ради того, чтобы лишний раз побыть с сестрой. Он либо что-то рассказывал ей, либо читал книги... Либо просто сидел рядом, держа за руку.
  
   И ему было неважно, реагирует ли она на его прикосновения и слова или вообще узнаёт ли... Ему было важно просто находиться рядом с ней в этот трудный для них обоих период.
  
   В такие моменты Марьяна чувствовала себя третьим лишним. Сколько бы времени она не проводила с Валери и какие бы хорошие отношения у неё ни были с Демианом, девушка понимала, что никогда не была и не будет членом этой семьи. Нежные прикосновения Демиана к впалым щекам Валери, трогательные, понятные лишь им одним слова, которые он шепчет ей на ухо, и то, как он целует её слабые пальцы, - не для её глаз.
  
   Всё, что происходит в этой комнате, должно остаться только между ними.
  
   Поэтому, дабы не мешать безутешному брату и больной сестре, Марьяна обычно откладывала все свои занятия и выходила из комнаты. В конце коридора было окно. На его подоконнике девушка и коротала время, рассматривая бесконечные снега и ели.
  
   Из-за болезни Валери внутри дома не было современной звукоизоляции, с которой можно петь караоке в одной комнате, а в другой - беззаботно спать самым чутким сном. Поэтому зачастую до Марьяны доносились обрывки разговоров:
  
   - Ты же знаешь, что я жить без тебя не могу... - шептал Демиан.
  
   - Зачем же ты всё отрицаешь! Ты же исчезнешь, если не перестанешь! - уже прикрикивал он же.
  
   - Сколько раз мне ещё надо сказать, что я люблю тебя, чтобы до тебя дошло? Чтобы ты взялась за голову... - молил парень.
  
   Но самым странным были не эти слова. Да, из реплик, наверняка, вырванных из контекста, выходило, что Валери сама виновата, что умирает. Да, в этих словах была нежность и даже какая-то слишком сильная любовь для брата и сестры... Но ответы Валери совсем не вязались с той заботой, что проявлял Демиан.
  
   - Я тебя ненавижу... - каждый раз отвечала Валери. Голос её хрипел, было слышно, что ей трудно говорить. Но она никогда не упускала возможности выказать свои необычные чувства к брату.
  
   Каждый раз, когда это происходило, Марьяне хотелось поступить так, как обязательно поступила бы её лучшая и единственная подруга - авантюристка Ася: пойти в свою комнату, включить радионяню и подслушать разговор полностью. Но девушка понимала, что это низко и вообще не её дело, и предпочитала отвернуться к окну, погрузившись в созерцание.
  
   Жаль только, что для ушей не существовало такого окна.
  
   - Марьяна, - окликнул девушку в один из дней Демиан. Он как раз только что закончил очередную беседу с Валери. И как бы Марьяна не пыталась закутать свой разум в снежный вихрь за окном коридора, она всё равно слышала уже ставший 'традиционным' ответ Валери на все слова брата - слабое, но полное эмоций: 'Я тебя ненавижу!'
  
   - Да, Демиан? - отозвалась Марьяна, разворачиваясь к начальнику лицом. На его молодом, слегка уставшем лице, она пыталсь рассмотреть что-то... Что-то отталкивающее. Девушка хотела понять, почему Валери так ненавидит брата. Ведь, как Марьяна понимала, болезнь Валери ломала её психику и забирала воспоминания. Из-за недуга женщина уже не узнавала брата, а, значит, каждый раз находила новые поводы ненавидеть незнакомого ей парня... Ненавидеть настолько, что Марьяна не раз видела, как Валери, собирая последние силы, отталкивала Демиана от себя или стряхивала его руку со своей.
  
   Но при этом к самой Марьяне Валери относилась безразлично. Как будто девушка с подносом еды была само собой разумеющееся, как подросток, раздающий в метро флайеры, которому мы уверенно протягиваем ладонь. Валери не любила свою сиделку, которая порой причиняла ей боль, расчёсывая колтуны или заставляя глотать таблетки, но и не ненавидела, как брата, который, в отличие от Марьяны, лишь нежно поглаживал её руку.
  
   Но что именно раздражает её болезнь Альцгеймера?
  
   - Марьяна, мне показалось, вы хотели что-то спросить, - сказал Демиан.
  
   - Я? - Марьяна сделала удивлённый вид, будто даже и не думала об этом.
  
   - Да, вы... Вы уже несколько дней пытаетесь завести разговор, но каждый раз краснеете и убегаете. - При этих словах Марьяна снова залилась краской и опустила голову, надеясь, что волосы прикроют её лицо. Затем, глубоко вздохнув, она решилась вновь взглянуть на Демиана. Тот улыбался. - Я же говорил. Так в чём дело, Марьяна?
  
   - Ох...
  
   Марьяна заволновалась. Да, причин тому абсолютно не было - Демиан не привлекал её, как мужчина. Да и не думала она о нём в таком ключе... Но её сердце почему-то бешенно заколотилось, а лицо готово было расплавиться. От её щек, казалось, можно было, как в мультике, прикуривать сигареты. Где-то, на дне живота, приземлился огромный булыжник, тянущий девушку вниз. Марьяна понимала, что, если начнет говорить, то не свяжет несколько слов в предложение (если, конечно, ей удастся выговорить все буквы в правильном порядке, чтобы получились эти самые 'слова'). Нужно было как-то выкручиваться.
  
   - Мне нравится, что вы больны не мной, - выпалила первое, что пришло на ум, Марьяна. Несмотря на удивлённое выражение лица Демиана, явно не ожидавшего услышать такое заявление, она продолжала: - Мне нравится, что я больна не вами. Что никогда тяжёлый шар земной не уплывет под нашими ногами...1
  
   Лишь закончив стихотворение, Марьяна смогла вздохнуть с облегчением - волнение отступило. Как-будто избавляясь от послевкусия тревоги, девушка быстро выдохнула в сторону и, как ни в чём не бывало, сказала:
  
   - Давно хотела спросить: а где вы работаете?
  
   Демиан молчал. На лице его не отражалось ни одной эмоции, ни один мускул на его теле не двигался. Словно он был роботом, из которого вытянули батарейки. Марьяна даже начала бояться, что её уволят за такую выходку...
  
   Но всё обошлось:
  
   Через несколько секунд парень ожил. Глядя Марьяне в глаза, он начал медленно хлопать. В мёртвой тишине дома его 'авации' звучали, словно гром среди ясного дня. Это пугало Марьяну ещё больше, чем молчание.
  
   - Браво! - воскликнул Демиан. На лице его засверкала одобряющая улыбка. - Нет, серьёзно: браво! Мои подчинённые по-разному начинали разговор, когда хотели что-то спросить: от простого 'Здравствуйте! Как дела?' до 'А вы любите сусликов?' Был даже случай, когда одна нетрезвая барышня пела мне, - а вернее орала, - 'О боже, какой мужчина'2. Но, чтобы вот так, скороговоркой, Цветаеву... Нет, такого со мной ещё не было!
  
   Пока Демиан рассыпался в искренних комплиментах и весёлых улыбках, Марьяна снова начинала чувствовать накатывающую волну стеснения и страха. Заметив румянец на щеках девушки, Демиан прервал поток дифирамбов и продолжил:
  
   - Так вот, о чём это я? Вы спрашивали меня о работе... Я владелец сети ночных клубов. Дабы сотрудники не расслаблялись и обсепечивали посетителям качественный отдых, мне приходится постоянно инспектировать мои заведения. А работают они, к слову, исключительно по ночам. Вот и приходится приспосабливаться к ночному образу жизни. Я как хищник, - с наступлением темноты выхожу на охоту и беспощадно расправляюсь с лентяями. Нарушение - голова с плеч!
  
   Демиан засмеялся, оголяя белоснежные зубы. Дабы не показаться невежливой, Марьяна тоже засмеялась, хоть от таких сравнений ей было не по себе. Он так скрупулёзно относился к работе каких-то там ночных клубов... Страшно было подумать, что будет, если она, Марьяна, допустит какое-то 'нарушение' в отношении его драгоценной Валери...
  
***
  
   Но рутинному спокойствию не суждено было продолжаться вечно...
   _______________________________________________________________________________________________
  
  1 'Мне нравится, что вы больны не мной...' М. Цветаева
  
  2 Исполнитель: Натали
  
  

8

  
   Май продолжал порошить снегом крыльцо белого дома в посёлке Морозово. Снегопад и зелень ёлок на горизонте стали единственными стабильными вещами в жизни Марьяны. День ото дня её подопечной Валери становилось только хуже. Под глазами её залегли страшные тени, рёбра, казалось, вот-вот могли порвать тонкую кожу на боках. Она почти не ела и не пила. Марьяне приходилось очень постараться, чтобы запихнуть в женщину хотя бы несколько ложек овсяной каши и таблетки. Валери не сопротивлялась, нет, - ей было абсолютно всё равно, что происходит с её телом. Но именно эта апатия и мешала Марьяне справляться со своими обязанностями. Ведь Валери даже не могла - не хотела - ответить, больно ли сиделка обхватила её тело, когда перемещала в инвалидное кресло, или не туго ли затянула косу. Порой дело доходило до того, что Марьяне приходилось собственноручно открывать больной рот, чтобы влить несколько глотков воды... Даже татуировка на руке Валери, - маленький листочек сирени, - казалось, выцвела.
  
   Глядя в мутные зрачки, безразлично устремлённые вдаль, Марьяна боялась, что скоро потеряет эту работу в связи с печальным событием...
  
   Конечно же, это не могло не огорчать Демиана. Безутешный брат не находил себе места. Холодный взгляд, щетина... Демиан ходил мрачнее тучи. Что-то внутри него не могло отрицать того факта, что скоро всё закончится... Что совсем скоро он останется наедине со своими любовью и болью в этом огромном доме...
  
   Ночью в клубе, днём - у кровати Валери. И когда он только успевал отдыхать? Наблюдая за Демианом, по десять часов не покидающего просторную спальню на втором этаже, Марьяна начинала плакать. Она не могла смотреть на то, как парень приходил с работы и, не снимая ни дорогое пальто, ни кожаных ботинок, бежал наверх и часами лежал на кровати рядом с неподвижной сестрой... На то, как он смотрел в её холодные глаза и скупая слёза скатывается по его щеке... Как наматывал на палец её белёсый локон или бережными движениями изучал такое родное каменное лицо...
  
   Демиан никогда не настаивал на том, чтобы Марьяна оставила их с сестрой вдвоём, но девушка всё равно убегала из комнаты, лишь на её пороге появлялся высокий парень в пальто. Она не хотела смущать начальника своими слезами.
  
   Она боялась плакать при нём.
  
***
  
   Это была на удивление тихая ночь. За окном не шёл снег, не завывала метель... Даже ветер не колыхал ветки еле различимых в темноте елей. Расплескав по голубой подушке длинные волосы, Марьяна беззаботно спала. Она провела достаточно времени в доме, чтобы его мёртвая тишина перестала ей мешать.
  
   Резкий звук, напоминающий хрип чудовища из фильмов ужасов, пронзил ночную тишину. Чуть вскрикнув, Марьяна резко поднялась в постели. Её напугал не столько звук, сколько его неожиданность.
  
   Ничего не понимающая Марьяна сонно протёрла руками глаза и откинула со лба волосы. Только через тридцать секунд она поняла, почему в ушах у нее до сих пор звенит, - радио няня, стоящая на прикроватной тумбочке, шумела, как старинный радиоприёмник. Абсолютно бесполезный прибор, срабатывающий через раз, уже давно не нарушал сна Марьяны. Накинув кардиган и нашарив под кроватью тапочки, она пошла в спальню Валери проверить, что случилось.
  
   Валери не спала. Марьяна часто находила её ночью с широко раскрытыми глазами, задумчиво устремлёнными в пустоту. Первые разы девушку это тревожило и ужасало. Однако вскоре Марьяна свыклась с бессонницей своей подопечной и это действо даже стало неким сигналом, что всё в порядке.
  
   Но на этот раз женщина не просто изучала потолок. Судорожно вдыхая и выдыхая, она билась в конвульсиях. Тело её дрожало, спина временами выгибалась лёгкой дугой. Сквозь белую кожу на крепко сжатых кулаках просвечивали вздутые от напряжения вены. Во взгляде читался ужас и испуг.
  
   - О, мой Бог! Валери! - прокричала Марьяна и кинулась к кровати. Картина, достойная фильма 'Изгоняющий дьявола'1, не на шутку пугала и так взвинченную девушку, да и ночное время суток и отсутствие какой-либо связи с внешним миром (в доме даже не было стационарного телефона) не добавляло спокойствия, но она понимала, что должна разделить с несчастной Валери эти жуткие и, возможно, последние минуты её жизни. Поэтому Марьяна упала на колени перед кроватью и бережно, но крепко, сжала предплечье женщины. Сиделка не могла смотреть на мучения своей подопечной: голова её сама собой опустилась, переносица заныла в ожидании слёз...
  
   - Марьяна... - Валери впервые произнесла имя девушки. - Пододвинься ближе...
  
   Как только до Марьяны долетели первые хриплые звуки голоса Валери, чего не происходило уже давно, она подняла голову. В уголках её глаз застыли так и не успевшие скатиться по щекам слезинки.
  
   - Скорее... - поторопила больная. Понимая, что у женщины осталось не так уж и много времени, Марьяна с готовностью подсела ближе к кровати. Однако Валери это не устраивало. Она продолжало шептать своё слабое и хриплое 'Ближе...', пока лицо Марьяны не оказалось так близко, что её длинная чёлка и несколько прядей начали щекотать дряблую кожу больной. Девушка даже могла ощущать запах мыла, исходящий от лица Валери.
  
   - Я знала, что это привлечёт твоё внимание. - Наглость, хамство и нотки аристократического произношения идеально сочетались в её неожиданно окрепшем голосе. - На будущее: извини, я правда не хотела, но я больше не могу...
  
   Не успела Марьяна удивиться странным словам, как Валери слегка приподняла голову от подушки и приблизилась к её губам. Вскоре девушка поняла, что та холодно и деловито целует её. И всё бы ничего: мало ли какие причуды могут быть у людей на смертном одре? Может, до болезни она была лесбиянкой и Марьяна была в её вкусе... Или ей всю жизнь хотелось 'попробовать' с девушкой, но на неё давило общественное мнение, и только теперь она решилась? В любом случае, Марьяна не была против исполнить её последнее желание.
  
   Последнее желание умирающего всегда самое искреннее.
  
   Однако коротким поцелуем перед смертью это можно было назвать с трудом. Губы Марьяны словно примагнитились к таким живым и подвижным губам Валери. Во рту ощущался приятный холодок, как после мятной жвачки, запитой ледяной водой. Девушке не хотелось отрываться даже на то, чтобы перевести дыхание. Ментоловый холодок стал для Марьяны кислородом.
  
   Вскоре её руки, как будто никогда не принадлежавшие заике и стесняшке, начали смелыми и отлаженными движениями бродить по телу умирающей, которая отвечала тем же. Одежда их как-то легко и незаметно улетучилась. Холодный голубоватый свет луны, падающий из окна на их кровать, превратился в тёплые солнечные лучи, которые грели, но не обжигали их тела.
  
   Каждое новое прикосновение Валери лишь раззадоривало Марьяну и окутывала ее мозг лёгкой, но до жути прочной паутиной из похоти и наслаждения. Она уже не думала о Валери, извивающейся под её руками, как о больной женщине. Сейчас эту информацию вытеснили тёплый свет, поселившийся в голове, и освежающий холодок, пробегающий от губ до кончиков пальцев ног.
  
   В те редкие минуты, когда Марьяна открывала глаза, она видела комнату, залитую белым огнём, и яркую вспышку света вместо привычной белой кровати. На ней лежала красивая юная девушка. Её золотистые волосы были завиты в красивые локоны, которые сохраняли свою форму, как бы незнакомка (в лице её читались лишь тонкие намёки на изнемождённую Валери) не выгибалась и не мотала головой. Точёное личико с острым подбородком, которое так и просилось в рекламу косметики для подростков, украшали большие глаза цвета сочной весенней травы. Марьяна ещё никогда не видела таких прекрасных глаз, ведь их не нужно было подчёркивать ни тушью, ни стрелками. В меру пухлые губы ярко-розового оттенка, румянец на аристократично-бледной коже, напоминающей на ощупь бархат, и подтянутая женственная фигура без единой накачанной мыщцы лишь дополняли образ идеальной Лады или Персефоны...
  
   Вот только блондинку никак нельзя было назвать невинной девой. Ловкими движениями, как будто за плечами её миллионы лет опыта, она каждую секунду доводила Марьяну до крайней точки наслаждения, а затем с лёгкостью преодолевала этот рубеж. Казалось, для неё не было ничего не возможного.
  
   Снаружи - девственница, внутри - богиня любви... Такой была Валери Морозова в последние минуты жизни.
  
***
  
   Свет из окна разбудил Марьяну. Вполне обычные солнечные лучи, проникавшие сквозь стекло незашторенного окна, резали сетчатку, словно кинжалы. С трудом овладев своими руками, Марьяна сонно протёрла глаза. Сообразив, что уже наверняка далеко за полдень, девушка попробовала вскочить с кровати, но ноющие мыщцы очень быстро её осекли. Пришлось действовать осторожнее.
  
   Как только тело девушки очутилось в вертикальном положении, голову пронзила противная боль, а в горле появилось неприятное ощущение жажды. Все симптомы указывали на похмелье, но Марьяна точно помнила, что накануне не пила... Но что же это тогда? Грипп? Но ведь она не ощущает жара. Скорее наоборот - только пробудившемуся ото сна телу холодно и непривычно. Как когда летом первый раз заходишь в прохладную озёрную воду...
  
   Марьяна опустила больную голову и запустила пальцы в спутанные волосы. Через секунду она поняла, почему чувствует холод - на её теле не было абсолютно никакой одежды. Ни пижамы, ни нижнего белья... Странная, совершенно не свойственная ей нагота повергла девушку в шок. Как бы ни было ночью жарко ни зимой, ни летом она не ложилась спать нагой. Такие выходки были больше в стиле Аси или Влада. Она же, Марьяна, всегда надевала хотя бы ночнушку...
  
   'Что всё это значит?!' - с ужасом подумала девушка, закрывая глаза и массируя виски. Новый спазм в голове вызвал прилив воспоминаний. Ночь. Она, Марьяна, просыпается из-за радионяни, идёт к Валери...
  
   'О, мой Бог! - пронеслось в голове Марьяны. - Что я наделала?' Картины вчерашней ночи, больше напоминающие кадры какого-то порнографического фильма, снятого безумцем, помешанным на фэнтези, жестоко атаковали мозг девушки. Она вспомнила и то, как Валери первый раз поцеловала её и во рту почувствовался привкус ментола... И то, как руки сами собой тянулись к пижаме, чтобы снять её... И прикосновения, словно бившие током по коже... И божественную красоту девушки с золотистыми локонами и ярко-зелёными глазами.
  
   Через боль Марьяна встала с кровати и огляделась. Её удивляло то, что после всего случившегося она проснулась в своей комнате. Ведь она совершенно не помнила, как добиралась обратно. Последним 'кадром' на 'фотоплёнке' её памяти были большие глаза цвета весенней травы. Они повелительно смотрели прямо в 'объектив', словно пытась что-то передать, как по ИК-порту...
  
   Марьяна была совершенно уверена в трезвости своего ума ровно до тех пор, пока не обнаружила на полу свою пижаму и тот самый кардиган, что накинула, когда пошла проведать Валери. Чистые, неразорванные, но слегка помятые вещи валялись на полу. Дрожащими руками Марьяна подняла одежду и зачем-то поднесла её к лицу. Но никакого сверхъестественного запаха, который мог хоть немного объяснить всё то безумие, что творилось в голове девушки, она не источала. Цветочный кондиционер для белья и обычный дезодорант...
  
   Неужели ей действительно всё приснилось?.. Неужели она, как лунатик, встала ночью с кровати и содрала с себя всю одежду? А мозг просто 'запаковал' всё это в красивую подарочную коробку с изящной девушкой на ярлыке...
  
   Одиночество и стресс... свели её с ума?
  
   Потеряв последнюю надежду, Марьяна отшвырнула пижаму в сторону и побежала в ванную комнату. Запрыгнув в ванну, она включила горячую воду и принялась тщательно, порой сдирая кожу, оттирать тело мочалкой. Руки изнывали от напряжения, 'кипяток' щипал раскрасневшуюся кожу, но она, заливаясь слезами, продолжала работать. Боль заставляла её забыть страшные мысли...
  
   Вот только душевную грязь не так легко отмыть, как физическую. Разум нельзя натереть мылом, душу - не постираешь в машинке. Ментальную грязь нельзя тереть губкой. Чем старательнее ты её отмываешь, тем больше она размазывается по поверхности. Такая грязь должна засохнуть, а потом, когда человек уже привык к её присутствию, - самостоятельно отвалиться, рассыпавшись на мелкие песчинки. Лишь так можно избавиться от разъедающей боли...
  
   Но ситуация Марьяны была сложнее. Её разрывало на две части, создавая двух абсолютно разных Марьян. Первая - верила в свой здравый рассудок и в то, что накануне ночью радионяня действительно сработала и заставила её, Марьяну, проверить Валери, которая разыграла перед ней спектакль с судорогами для того, чтобы поцеловать. Такое неожиданное желание Марьяна-номер-один объясняла тягой к новым ощущениям больной или её, возможно, нетрадиционной ориентацией; странные видения со вспышками света и Персефоной - эффектом страсти и наслаждения, когда всё вокруг кажется радужным, или же любым другим видом эйфории, а раскиданную одежду - чистоплотностью и организованностью, которые даже в уставшем и изнемождённом состоянии не позволили девушке оставить в чужой комнате своё бельё... И вообще, тёмная и оптимистичная сторона Марьяны находила любому странному феномену вполне удовлетворительное объяснение и была всем довольна.
  
   Вторая же Марьяна была недовольна абсолютно всем. Разбросанные на полу вещи наталкивали её лишь на одну мысль - резкое расставание с Владом и уныние этого дома свели её с ума. Вчера ночью ей приснился похабный сон с больной женщиной в главной роли и она, Марьяна, начала раздеваться. Возможно, при этом она даже что-то говорила... В любом случае, за свои ночные фантазии ей было стыдно. А представить, что Марьяна-номер-один, дьявол во плоти, права и она действительно переспала со своей подопечной, монашка Марьяна-номер-два даже представить не могла. Ну какой секс? Она же 'мальчиков' любит...
  
   И только две Марьяны в голове у подлинной Марьяны встретились и начали закидывать друг друга аргументами, в дверь постучали и мужской голос произнес:
  
   - Марьяна, вы здесь?
   _______________________________________________________________________________________________
  
  11973, США, режиссёр Уильям Фридкин
  
  

9

  
   Призыв Демиана заставил девушку оторваться от мыслей. Необъяснимое чувство страха захлестнуло каждый сантиметр её тела, словно волна солёной морской воды - песчаный берег во время прилива. Начальник никогда не заходил к ней в комнату. Он был слишком воспитан, чтобы врываться в спальню к даме. Переступить через принципы его могли заставить только апокалипсис и... трагедия. Нужели она, Марьяна, прошлой ночью действительно стала свидетелем смерти Валери?
  
   Быстро перепрыгнув горячий борт ванны, Марьяна накинула пушистый банный халат, пахнущий гелем для душа 'Морской бриз', и, чудом не поскользнувшись на мокром кафеле, подбежала к двери. Девушке было настолько страшно увидеть грозный взгляд начальника и услышать: 'Уволена!', - что она даже не потрудилась причесать мокрые волосы или обуть тапочки. С раскрасневшимся от кипятка лицом Марьяна отворила дверь.
  
   - Здравствуйте, Марьяна, - произнёс Демиан. Голос его слегка дрожал, а всегда спокойные и уверенные глаза суетливо бегали из стороны в сторону. Пряча руки в карманах чёрных джинс, чем-то очень обеспокоенный парень пытался скрыть дрожь в теле.
  
   Уже тогда Марьяна поняла, что случилось что-то по-настоящему ужасное.
  
   Когда Демиан без тени стеснения и попыток тактично отказаться вошёл в спальню, девушка окончательно убедилась в своих подозрениях. Что бы ни хотел спросить Демиан, он всегда избегал посиделок в комнате Марьяны, предпочитая обсудить все вопросы за кружкой крепкого кофе на кухне или у большого окна в гостиной.
  
   В этот же раз парень рассеянно перешагнул порог девичьей спальни и сел на край незастеленной кровати. Оперевшись локтями о колени, он обхватил голову руками, запустив пальцы в густые волосы. С минуту он молчал, погрузившись куда-то в глубину себя. Душевная боль и острые мысли даже не давали ему свободно вздохнуть, не говоря уже об обличении в слова и предложения страданий, которые ещё вчера казались такими далёкими, словно те изумрудные ели за окном.
  
   Однако Марьяна даже не думала его тревожить. Ей было страшно, волнительно и неудобно... Хотелось перемотать время, как на киноплёнке, вперёд - на момент, когда все слова уже сказаны, а все точки над 'i' расставлены...
  
   Но в руке ее не было магического пульта. Внизу экрана не было волшебной кнопки 'skip'. Марьяна лишь могла неподвижно сидеть на стуле, ожидая своей участи. Ведь пока Демиан находится в 'астрале', она, Марьяна, всё ещё работает сиделкой у больной, но живой Валери. Пока Демиан не скажет те заветные слова, в её жизни всё будет до ужаса стабильно и рутинно...
  
   За всем этим вязким молчанием Марьяна даже забыла о незастеленной кровати и раскиданных на полу вещах.
  
   Взъерошив волосы, Демиан громко выдохнул и поднял голову. Раскрасневшиеся то ли от недосыпа, то ли от слёз глаза устремились на Марьяну. Уже один этот измученный, но гордый и мужественный взгляд вызывал у девушки прединфарктное состояние. За алыми капиллярами она видела, каких сил Демиану стоит лишний раз ковырять рану, которой никогда не суждено затянуться.
  
   - Её больше нет, - коротко сказал Демиан. Ожидаемая стрела пронзила сердце Марьяны.
  
   Безуспешно сдерживая слёзы, она просила:
  
   - В этом есть моя вина?.. Я могла чем-то помочь?
  
   - Нет, - ответил Демиан, отводя взгляд в сторону. Марьяна еле сдержалась, чтобы театрально не выдохнуть с облегчением, ведь на секунду ей действительно стало хорошо и спокойно. Она не виновна в смерти Валери и не могла ничем помочь - она всё ещё святая Марьяна.
  
   Но светлое сострадание перевесило тёмный эгоизм, лишь стоило парню продолжить:
  
   - Сегодня я приехал с работы немного пораньше - в часов шесть утра. Всю ночь меня преследовало какое-то тревожное чувство. Я даже не мог понять, почему так волнуюсь... На роль грозного инспектора, придирающегося к каждой мелочи, я не годился, поэтому решил поехать домой. Поставил машину в гараж, тихо, чтобы никого не разбудить, зашёл в дом... Чисто по инерции, вместо того, чтобы пойти в свою спальню, зашёл к Валери...
  
   Демиан замолчал, переводя дыхание. По его расширенным зрачкам и просящему сигареты выражению лица было видно, что в голове его, словно в самом попсовом фильме, играют флэшбеки. Вот только 'киношные' флэшбеки очень отличаются от 'реальных'. У стандартного фильма частота кадров - 24 кадра в секунду. То есть за одну секунду можно показать на экране 24 разные картинки. С такой скоростью зритель, скорее всего, даже не поймёт содержания, а лишь увидит яркую расплывчатую массу. На этом эффекте и построена некогда очень популярная теория 25-го кадра. Суть заключалась в том, чтобы в совершенно обычное, желательно максимально бессмысленное и 'радужное' видео вставить так называемый 25-й кадр с каким-либо кратким и понятным призывом. Расслабленный милым котиком или грудастой девушкой мозг мгновенно считывает информацию с контрастного (одно из главных условий) кадра и записывает где-то на подкорке. Следуя теории, человек может даже не заметить этот кадр, а уж тем более текст на нём, однако безоговорочно выполнит 'рекомендованное' действие. Бытует мнение, что именно по такому принципу снимаются все рекламы. Более радикально настроенные люди утверждают, что 25-м кадром ежедневно пользуются высшие власти...
  
   Однако психологическим флэшбекам не нужен 25-й кадр, чтобы причинить боль или вызвать чувство раскаяния. Реальные флешбеки проносятся с большей, чем 24 кадра в секунду, скоростью, заставляя запомнить каждую деталь. Мозг сам выдаёт уже знакомую ему информацию, поэтому не тратит время на распознавание. Он просто атакует нервы и разум человека знакомыми до боли эпизодами.
  
   - Она была мертва, когда я вернулся. Холодная бледная кожа, синие губы... Я понимал, что её уже не спасти, но всё равно поехал в областную больницу. Врач сказал, что Валери была мертва уже несколько часов. Ставить окончательный диагноз без вскрытия врач не взялся. Однако сказал, что, исходя из времени смерти и её тяжелого состояния, скорее всего, это был инсульт. Утро - самое благоприятное время для приступов острых сердечно-сосудистых заболеваний... Врач сказал, что ей повезло, что инсульт убил её во сне, а не парализовал до конца жизни.
  
   Лёгкий смешок сорвался с искривлённых в нервной улыбке губ Демиана. Когда он наконец-то поделился с кем-то переживаниями, прожил все мучения заново, ему стало немного легче. Перебирая воспоминания, мысли и планы в голове, он задумчиво устремил взгляд в стену. Марьяна же не знала, что делать. С одной стороны, она понимала, что это конец. Валери мертва, а, значит, Демиану больше не нужна дорогостоящая сиделка. Это означало, что Марьяну в скором времени выставят за дверь. Второе такое идеальное место для 'залегания на дно' она не найдёт (по крайней мере, не так скоро), поэтому ей придётся ехать в город (вариант с родной деревней отпадал сразу - объяснять родителям, почему она вернулась домой и куда делся красивый и богатый Влад, Марьяне хотелось меньше всего). Подруга Ася с радостью её приютила бы, но селиться в центре, в одном из самых престижных домов города, да ещё и над своей старой квартирой было бы верхом безумия. Поэтому придётся искать жильё победнее. Так и не потраченной зарплаты сиделки как раз хватит, чтобы снять маленькую комнатушку на окраине города на полгода... Но что делать дальше? Ни образования, ни стажа работы у Марьяны не было и нет. Это добрый Демиан взял её без трудовой и санитарной книжек на работу. Но поступят ли так другие работодатели...
  
   Неужели у неё есть лишь один путь - на панель?
  
  С другой стороны - Марьяну атаковали безумные мысли. Врач поставил предварительную причину смерти - проблемы с сердцем. Ничего сверхъестественного в этом диагнозе нет. Но что делать с воспоминаниями о сексе с красивой блондинкой и одеждой на полу? Неужели это действительно был сумасшедший сон на грани вымысла и реальности?
  
   Может быть, после увольнения Марьяне дорога в дурдом?
  
   В любом случае нужно было узнать всё у Демиана. Может, он сжалится над бедной девушкой и возьмёт домработницей? Или пристроит официанткой или хотя бы уборщицей в один из своих клубов?
  
   - Что будет дальше? - тихо спросила Марьяна.
  
   - Кремация, - так же тихо ответил Демиан. - В нашей семье не принято закапывать родственников в землю. По одной старой легенде наш род произошёл от феникса - красивой мифической птицы с огненными крыльями, чья жизнь цикличная: в конце жизни он сгорает до тла, чтобы потом возродиться из пепла. Вот мы и кремируем всех членов нашей семьи, в надежде на их перерождение...
  
   Демина снова замолчал. На несколько секунд, пока он рассказывал старую легенду о мистическом фениксе, он пришёл в норму. В его чёрных глазах даже промелькнули искорки веселья и заинтересованности.
  
   Однако теперь парень с мраморной кожей и угольными волосами снова 'повесил нос'. Марьяне было печально смотреть на брата, у которого больше нет сестры, но мысли о собственном благополучии продолжали копошиться в ее сердце, как черви в гнилом яблоке. Вопросы о трудоустройстве были явно не самыми уместными, однако такими важными...
  
   Но как же спросить?.. Как решиться нарушить молчание?
  
   Так ничего и не придумав, Марьяна молча встала со стула, достала из-под кровати чемодан и подошла к шкафу. Отодвинув дверь-купе, она принялась складывать свои вещи. Кидать в спешке мятую одежду вперемешку с обувью на этот раз не было необходимости - её никто не держал, за ней никто не гнался. Она могла спокойно собрать вещи и уйти в закат.
  
   Уже во второй раз она убегала от сложностей и неловких разговоров с малиновым чемоданом дорогих вещей и полной головой стихов.
  
   - Что вы делаете? - спросил Демиан. Спустя несколько минут он, не найдя Марьяны за столом, стал оглядываться и обнаружил девушку за непонятным занятием. Вернее, сам процесс Демиан понимал, а вот смысл - нет.
  
   - Я? Вещи собираю, - совершенно обыденно ответила Марьяна, складывая очередную кофточку.
  
   - Но... зачем? Неужели вы бросите меня одного в такое трудное время?
  
   Демиан обратил свой полный надежды взор на Марьяну. Глядя в печальные чёрные глаза в обрамлении коротких ресниц, девушка не могла продолжить складывать вещи. Высокий и взрослый парень в эти минуты напоминал маленького мальчика, который только что узнал, что Деда Мороза не существует. Его так хотелось обнять и приласкать...
  
   - Я... Я думала, вы сами не захотите меня видеть.
  
   - Как вы могли такое подумать, Марьяна? - ошарашенно воскликнул Демиан, вскакивая с кровати. Медленно приближаясь к Марьяне, он продолжил говорить: - Сейчас я, как никогда раньше, нуждаюсь в компании обаятельной девушки, которой не нужно ничего объяснять.
  
   Когда между молодыми людьми осталось десять сантиметров расстояния - маловато для начальника и подчинённого, но слишком много для любовников, - Марьяна засмущалась и раскраснелась. Румянец на её гладких щеках вызвал лёгкую улыбку на юношеских губах. Это повлекло за собой ещё большую волну жара, захлестнувшую всё лицо Марьяны. Не выдерживая хитроватого взгляда юных чёрных глаз, девушка опустила голову. Однако Демиан длинными белыми пальцами подтолкнул её подбородок вверх.
  
   - Вы мне необходима, Марьяна, - тихо, почти шепотом, сказал Демиан, глядя в её большие серые глаза. - Я не вынесу одиночества.
  
   Демиан крепко обнял взволнованную и смущённую Марьяну. Его огромные руки крепко обхватили миниатюрные плечи девушки, голова - легла на хрупкое плечо. Спустя несколько секунд Марьяна попыталась ответить на крепкие дружеские объятия - её ладони неуверенно поползли по округлённой спине парня. Не встретив никаких препятствий или возмущений, она бережно прижалась к Демиану и зажмурилась, вдыхая запах его одеколона.
  
***
  
   На часах было около четырёх часов дня. Марьяна стояла у окна своей комнаты и наблюдала за тем, как чёрный внедорожник удалялся от дома, - вскоре после разгора в спальне Демиан накинул пальто и вышел из дома. На немой вопрос девушки он ответил, что поедет в городской крематорий за прахом Валери. Марьяна не была профессионалом в этом деле, но даже ей казалось странным, что процесс вскрытия и кремации занял так мало времени. Закончить всю бумажную волокиту в больнице, перевезти, подготовить и кремировать труп - и всё это за восемь часов... Тут даже связи президента не помогут.
  
   Да и к чему такая спешка? Разве не должно пройти три дня с момента смерти? Марьяна ничего не знала о вероисповедании Демиана и Валери, но, насколько ей было известно, ни в одной современной мировой религии не хоронят человека спустя несколько часов после смерти. Так поступают только убийцы и бандиты, которые хотят что-то скрыть...
  
   Когда машина окончательно скрылась за стеной из хвойных деревьев, Марьяна отошла от окна. Только сейчас до неё дошло, что она впервые осталась совсем одна в этом огромном доме: несмотря на то, что Марьяне за неимением собеседников почти всегда приходилось молчать, она никогда не была одна - молчаливая и неподвижная Валери ни разу не покидала дом за то время, что Марьяна работала её сиделкой.
  
   А теперь комната в конце коридора пустовала.
  
***
  
   Зайдя в спальню Валери, Марьяна огляделась. Всё было прежним. Разостланная кровать, скомканный плед, белая подушка с отпечатком головы. Чёрное инвалидное кресло в углу. Шторы на окне, как и вчера, слегка раскрыты. На прикроватном столике осталась расчёска с длинными белыми волосами и открытая пачка влажных салфеток.
  
   Ничто не выдавало смерти хозяйки.
  
   Опечаленная и эмоционально разбитая (хоть Валери и не отличалась характером, Марьяна успела её по-своему полюбить) девушка аккуратно села на кровать покойной. Ортопедический матрас податливо прогнулся под её телом, однако что-то всё равно мешало расслабиться. И дело было не в траурной атмосфере. Как принцесса в одной сказке Ганса Кристиана Андерсена чувствовала сквозь двадцать тюфяков и такое же количество пуховиков крошечную горошину, так и Марьяна чувствовала пятой точкой какой-то прямоугольный предмет.
  
   Присев на корточки, девушка подняла матрас и извлекла из недр кровати небольшую книжку в кожаном переплёте. В резинку на боку блокнота была задета чёрная шариковая ручка. С зелёной атласной ленты - закладки свисала фигурка: металлический листик сирени - такое же тату было на запястье Валери. Судя по распухшим страницам, делающим объём блокнота в два раза больше, и небольшим кусочкам скотча, торчащим по бокам, это был личный дневник Валери. Марьяна и сама вела такой, когда была школьницей: писала в розовом блокнотике с сердечками отчёты о том, как прошёл день, переписывала понравившиеся стихотворения и вклеивала прикольные картинки из журналов и фотографии. И, как ни странно, она так же, как Валери, прятала свой личный дневник от родителей под кроватью. Они его не прочитали бы, даже если бы Марьяна оставила его на самом видном месте, - семья ценила личное пространство нежной и ранимой девушки. Да и секретного на страницах, исписанных детским почерком, ничего не было. Но ведь иметь какую-то безобидную тайну, известную только тебе, - так интересно.
  
   Именно тот детский страх, что мальчишки на перемене залезут в твой рюкзак и прочтут все сокровенные секреты, не давал Марьяне открыть дневник Валери. Кто знает, что написано в коричневой книжечке в её руках. Может быть, покоробленные от чернил страницы хранят сведения об убийстве? Или крупной краже? А, возможно, этот дневник - повесть о первой, самой яркой и самой горькой любви, которая не предназначена для чужих глаз...
  
   В любом случае, будь то скучные записки городского жителя или эпопея безумного путешественника, Валери вряд ли хотела, чтобы кто-то это читал. Иначе зачем ей прятать блокнот под кроватью?
  
   - Валери, - обратилась Марьяна к небу, хоть оно и было скрыто потолком комнаты, - я обещаю, что сохраню твои тайны в сохранности.
  
   Крепко сжав кожаный переплёт, девушка встала с пола и вышла из комнаты, плотно закрыв белую дверь.
  
***
  
   Демиан вернулся около восьми вечера. Оставив машину в гараже, он, как обычно, обошёл дом и вошёл через парадный вход. Марьяна как раз сидела в гостиной, когда мимо неё прошёл хозяин дома. В его руках она заметила несколько огромных белых пакетов. Это показалось ей уважительной причиной, чтобы увязаться следом.
  
   - С возвращением, - сказала Марьяна, заходя в кухню. Демиан разбирал пакеты, в которых оказались пластиковые контейнеры с едой. На бортах 'посудин' красовался логотип одной известной сети ресторанов. - Давайте я помогу, - предложила девушка и потянулась к пакетам, однако Демиан её остановил.
  
   - Не стоит себя утруждать, - ответил он, галантно отталкивая Марьяну в сторону. - Несмотря на то, что вы живёте здесь уже достаточно долго, вы - гостья. Поэтому расслабьтесь и получайте удовольствие.
  
   Не успела Марьяна возразить и сказать, что ей нетрудно помочь, как парень продолжил говорить:
  
   - Сегодня вечером, а, если быть точнее... - Демиан посмотрел на наручные часы. -...через час, к нам придут гости. Ничего страшного - всего лишь двое моих давних друзей, которые захотели помянуть Валери. Я займусь сервировкой стола, а вы - кое-чем поинтереснее.
  
   Демиан протянул один из пакетов Марьяне. С гулко бьющимся сердцем девушка раздвинула пластиковые ручки и увидела три коробки: две большие и одну маленькую. Как профи в таких делах, - Влад часто поступал так же, - Марьяна сразу поняла: в коробках одежда, при чём не дешёвая.
  
   - Я буду рад, если вы оденете это на наш маленький званый ужин, - сказал Демиан. Его глаза превратились в два чёрных бриллианта, созданных для соблазнения женщин всех возрастов. И как такому отказать?
  
   Смирившись с ситуацией, пунцовая от смущения девушка на дрожащих ногах пошла наверх - в свою спальню.
  
  

10

  
   - Можно мне зайти? - спросил Демиан, стучась в дверь.
  
   - Да, - ответила Марьяна и отошла от зеркальной двери шкафа.
  
   - Выглядишь просто потрясающе! - восхищённо воскликнул парень, подробно изучая девушку глазами, словно она дорогая форфоровая кукла.
  
   Но восхищаться там и вправду было чему.
  
   На Марьяне было прямое платье в пол. Его очень яркий, с голубым отливом, белый цвет лишний раз подчёркивал смуглость кожи девушки. Лиф платья чем-то напоминал верхнюю часть бикини и завязывался на шее, поэтому спина оставалась неприлично оголённой. Ноги, обутые в белые босоножки на ремешках, также не были сокрыты от глаз окружающих - с обеих сторон на юбке тянулись очень высокие разрезы. Образ дополняли большой белый цветок из шёлка, воткнутый в забранные на затылке волосы, и комплект минималистичных, но изящных ювелирных украшений из новенького, ещё не почерневшего серебра: серьги - гвоздики, кулон и браслет - цепочка с белыми драгоценными камнями.
  
   - Спасибо, - смущённо поблагодарила Марьяна, выдавив из себя свою самую искреннюю улыбку. Несмотря на то, что в доме было тепло или, скорее, даже жарко, она чувствовала себя некомфортно в таком открытом платье, когда за окном завывали вьюги и метели. Однако для неё было важно показать Демиану, что ей всё очень нравится и она рада присутствовать на ужине, ведь начальник явно выложил в магазине кругленькую сумму за платье, босоножки и украшения.
  
   Минуту юношеского любования и девичьего смущения нарушил звонок в дверь. Подняв указательный палец вверх, Демиан сообщил:
  
   - А вот и гости!
  
***
  
   Быстро сбежав по лестнице, Демиан подошёл к входной двери и посмотрел в глазок. То, что он увидел на пороге, его развеселило, и он хитро улыбнулся, потирая руки. Взявшись за дверную ручку, парень застыл в выжидающей позе, не отрываясь от глазка.
  
   Высокие шпильки и длинный подол платья не позволяли Марьяне передвигаться так же резво, как Демиану. В дополнение ко всему, скользкие стеклянные ступеньки на каждый её шаг откликались устрашающим скрипом и звоном. Поэтому девушка не успела дойти до порога метр - полтора, когда Демиан рывком открыл дверь и приторно - гостепреимно заулыбался. В этот же момент Марьяна пожалела, что так спешила.
  
   На крыльце стояли парень и девушка. Порывистый ветер трепал их красивые, ухоженные волосы, метель засыпала снегом дорогую одежду. Однако им было абсолютно плевать на погоду. Они настолько были заняты затяжным поцелуем и страстными прикосновениями, что ещё минуту не замечали открытой двери и двух пар глаз, устремлённых на них. Но если Демиан на эту картину смотрел с наслаждением и еле сдерживал смех, то у Марьяны это действо вызывало отвращение. Не сказать, чтобы она была монашкой и выступала против публичного проявления чувств, - она сама не раз целовалась на публике, да и в мелодрамах любила больше всего подобные сцены... Но данное представление не было похоже на робкий и нежный порыв двух любящих сердец. Пара, стоявшая перед её глазами, буквально поедала друг друга и готова была заняться непотребством прямо здесь, на заснеженном крыльце.
  
   Заметив смущение и некоторый испуг Марьяны, Демин остановил страстных молодых людей кашлем.
  
   - Я извиняюсь, но мотель для свиданий в соседнем здании, - пошутил он, щёлкая перед носами пары пальцами.
  
   - Извиняй, брательник, чуток заигрались, - произнёс парень по ту сторону порога, вытирая с губ слюни вперемешку с помадой. С трудом оторвавшись друг от друга, пара зашла в дом.
  
   Когда дверь на улицу оказалась закрытой и холодный воздух больше не пробирался в протопленный дом, Марьяна смогла рассмотреть гостей. У вошедшего парня были короткие блондинистые волосы и красивые голубые глаза. Их оттенок напоминал речную воду из детских книжек - настолько он был глубоким и неестественным. На его гладком лице с еле видными скулами и круглым подбородком с ямочкой был один изъян - маленький шрам на щеке под левым глазом. На его по-летнему загорелой коже (где он только нашёл такой хороший автозагар?) белёсую полосочку почти не было видно.
  
   Стоящая рядом с парнем девушка была примерно на десять сантиметров его выше. Хотя, возможно, такой эффект создавала её густая копна кудрявых рыжих волос - на её голове словно пылал купальский костёр. Бледная кожа с россыпью веснушек, пухлые губы, накрашенные красной помадой, высокие скулы, эффектная худоба... Рыжая бестия напоминала какую-нибудь знаменитую фотомодель или актрису не только внешностью, но и холодной манерой поведения и аристократической осанкой со слегка приподнятой головой и каменно-расправленными плечами.
  
   Она была полной противоположностью своему спутнику, который даже в дорогих туфлях и пальто выглядел, как харизматичный жулик и проходимец с по-детски добрыми глазами.
  
   - Здарова, Морозов. - Очень весёлый и активный молодой человек крепко пожал руку Демиана и по-мужски похлопал по спине.
  
   - Нет, Дём, ты точно больной, - возмутилась рыжая девушка, интеллигентно приобнимая Демиана. - Чёрт с ним, со снегом, но метель-то можно было убрать.
  
   Несмотря на то, что реплика звучала странно и была больше похожа на бред сумасшедшего, Демиан улыбнулся и невозмутимо ответил:
  
   - По-другому никак - таковы правила...
  
   - Какие правила? - саркастично перебил его блондин. - Вот будет лето, ты у меня растаешь, снеговичок.
  
   Компания друзей громко засмеялась, заставив Марьяну чувствовать себя неловко. Загадочные шутки про погоду, видимо, были чем-то личным для них... Чем-то, что могут понять только посвящённые, коей девушка не являлась...
  
   - Так, друзья! - перевёл тему Демиан, громко хлопнув в ладоши. - Это Марьяна. - Парень сделал руками указательный жест в сторону Марьяны. Три пары глаз пугающе уставились на неё, от чего к горлу сразу стали подступать стихи. - А это моя сестра Жанна...
  
   - Жанна Краснова, - перебила высокая девушка модельной внешности, важно поправляя волосы. От взгляда её холодных карих глаз у Марьяны скрутило живот, но она робко улыбнулась и пропищала:
  
   - Очень приятно.
  
   В голове же Марьяны проскочила мысль: 'Если Демиан, Валери и Жанна - родственники, почему они все такие разные?'
  
   Смерив сестру укорительным взглядом, Демиан указал на блондина и продолжил:
  
   - А это Алекс...
  
   Но и на этот раз ему не дали закончить.
  
   - Ты же знаешь, я терпеть не могу все эти забугорные прозвища, - сказал блондин Демиану. - Алексей Купальский, для друзей - просто Лёха, - обратился он с весёлой юношеской улыбкой к Марьяне, - старший брат этого эмо-боя.
  
   - Эмо в розовом ходили, тупица, - очень резко фыркнула Жанна. - В чёрном - готы.
  
   - Ох уж мне этот модный дизайнер... - протянул Лёха, театрально закатывая глаза. - Знает всё об истории моды и терпеть не может, когда я её ботинки галошами называю, - пояснил он Марьяне.
  
   - Ботильоны, Лёша, бо-тиль-о-ны! - уже прокричала Жанна. Парочка начала ссориться под громкий хохот Демиана, а в голове Марьяны случился взрыв, ненадолго выбросивший её из жизни. Когда Демиан представил Жанну, как свою сестру, девушку разница в фамилиях не смутила - она подумала, что Жанна вышла замуж и взяла фамилию мужа. А так как Жанна на её глазах чуть не всосала в себя Алексея, то Марьяна предположила, что фамилия Краснова досталась ей именно от него... Но когда Лёха представился совершенно другой фамилией, да ещё и старшим братом Демиана...
  
   Получается...
  
   Жанна сестра Лёхи?
  
   - Ну, что же мы в прихожей всё топчемся? Одежду мне - и милости прошу к столу, - сказал Демиан, вытягивая перед собой руки. Лёха стянул с себя пальто и небрежно повесил на руку брата. Затем помог раздеться Жанне. Однако та не отдала так просто своей тёмно-красной шубы. Бережно вручив её Демиану, она прошипела:
  
   - Это натуральный мех одного редкого африканского зверька. Гляди, помни - а то... - Жанна погрозила Демиану кулаком, и тот, приставив к голове руку, как солдат, с наигранной серьёзностью ответил ей:
  
   - Не боись, твоя шуба под надёжной защитой Белого Лорда.
  
   Молодые люди удалились в гостинную. В коридоре было слышно, как Лёха шутливо приставал к Жанне, а та 'холодно отвергала' его. Повесив одежду в шкаф, Демиан негромко позвал Марьяну. Однако та парила где-то в облаках и не услышала его. Когда парень легонько ткнул её в плечо, Марьяна задумчиво произнесла:
  
   - Значит, брат и сестра...
  
   - Ну, да, - ответил Демиан, хоть девушка и не ждала ответа - этот полувопрос, полу-утверждение совершенно случайно вырвался на волю. Она до сих пор не верила, что только что стала свидетелем инцеста.
  
   - Нас в семье четверо, - продолжил пояснять Демиан, подходя ближе к Марьяне. - У всех одна мать, но разные отцы. Поэтому фамилии у всех разные.
  
   - А какая фамилия была у Валери? - зачем-то спросила Марьяна.
  
   - Листьева, - ответил Демиан на пути к гостиной.
  
***
  
   - За Валери... Не чокаясь, - произнёс первый тост Демиан и опрокинул стопку водки. Поджав губы, Лёха последовал его примеру и взял рюмку с 'беленькой'. Марьяна и Жанна пили вино, которое показалось Марьяне очень странным. Несмотря на то, что она не чувствовала привкус спирта, который присутствует даже в самых дорогих винах, и как будто пила кисловатый гранатово-виноградный сок, состояние лёгкого опьянения пришло к ней буквально через тридцать секунд. Как будто она выпила не несколько глотков вина, а бутылку водки, залпом.
  
   Приятный дурман поселился в голове Марьяны, тёплым дымком распространяясь по всему и пропуская окружающий мир сквозь призму эстетического безумия.
  
***
  
   Бледные руки Жанны с динными тонкими пальцами и красными ногтями картинно сжимали ножку бокала с красным вином. Однако девушка не спешила приближать его к губам. Слегка потрясывая бокал, Жанна задумчиво глядела на винный водоворот.
  
   - Ты же прекрасно знаешь, что она не может исчезнуть безвозвратно, - сказала она, глядя в пустоту. Реплика была адресована Демиану и, судя по тому, что Лёха перестал есть и застыл с набитым ртом над тарелкой, не предвещала ничего хорошего. - Если бы Валери действительно умерла, мы бы здесь не сидели.
  
   - Ну, правда, Дём, - сказал Лёха. - Мы знаем, как ты любил её, но надо смотреть на вещи трезво - мир бы исчез, если бы кто-то из нас действительно умер. На то мы и бессмертны.
  
   За столом воцарилась тишина. Ничего не соображающая Марьяна, пытающася хоть как-то сфокусировать зрение, уже давно ничего не слушала. Её мысли были заняты загадкой геометрии тарелки с фруктами. Как яблоко разрезали на шесть одинаковых долек, и есть ли в этом что-нибудь от Сатаны? Почему виноград - 'виноград'? Потому что из винограда делают вино, и это как бы 'город, наполненный вином'? А персики и киви? Почему они такие волосатые? Они что, побриться не могут... Или они хиппи от мира фруктов?
  
   В общем, в этот вечер голова Марьяны работала больше, чем за все прошедшие вечера вместе взятые.
  
   - Господа, вы мыслите слишком прямолинейно. - Демиан выпрямил спину и взял в руку бокал вина. - Наша любимая сестра Валери действительно умерла. На краю стола вы можете видеть её прах в красивой антикварной вазе. Но, - но! - Весна по прежнему жива. Более того, она сейчас находится среди нас.
  
   Свет в гостинной резко погас. Если бы такая ситуация произошла в отчем доме Марьяны - стареньком теремке дачного типа, - всё можно было бы списать на очередное поваленное ветром дерево, которое порвало линии электропередач. Однако здесь, в этом супер-современном доме, такое произойти не могло: даже если бы что-то и случилось со внешними источниками электричества, сработал бы аварийный генератор.
  
   Значит, свет выключили намеренно...
  
   Но кто?
  
   Ведь все живые люди в пределах нескольких киллометров собрались за одним столом.
  
   Напуганная таким резким исчезновением всего света в доме Марьяна оторвала взгляд от тарелки с фруктами. Воцарившаяся тишина пугала не меньше тьмы, поэтому она подняла глаза на молодых людей и вскрикнула: из темноты на неё таращились три пары глаз. Словно неоновые украшения на электронных диско-пати, они пылали тремя яркими цветами: кроваво-красным, небесно-синим и снежно-белым.
  
   - В темноте у окна на краю темноты полоса полотна задевает цветы...1 - прошептала Марьяна, теряя сознание.
   _______________________________________________________________________________________________
  
  1'В темноте у окна...' И. Бродский
  

11

  
   Второй день подряд Марьяна просыпалась от дикой головной боли, словно разламывающей череп напополам. Второй день подряд Марьяна собирала своё тело по кусочкам и отдирала кожу от простыни.
  
   Уже во второй раз девушка пробуждалась человеком без прошлого.
  
   Сев в кровати, Марьяна свесила ноги, на которых всё ещё болтались белые босоножки на ремешках. С трудом скинув обувь, девушка глянула в отражение на шкафу. Платье перекосилось, волосы растрепались, тушь - растеклась...
  
   От вчерашней красотки осталась только смуглая кожа с мелкой сеткой лёгких пролежней.
  
   Скинув платье, Марьяна подошла к шкафу и уставилась на своё обнажённое тело. Визуально оно было прежним. Те же грудь, талия, ноги... Никаких рогов на лбу или крыльев за спиной.
  
   Всё та же симпатичная брюнетка с большими глазами смотрела на Марьяну из зеркала.
  
   Однако девушке казалось, что что-то в ней стало другим. Смерть Валери Листьевой повлекла за собой необратимые последствия. Словно в ту ночь она что-то передала своей сиделке... Какое-то тайное знание... Или дар.
  
   Но вот какой?
  
   Ни ложки, ни монеты к Марьяне не липли. Будущего она не видела. Сквозь конверты письма не читала. Вся её странная суперсила заключалась в поразительном умении резко отрубаться и, просыпаясь, ничего не помнить... А ещё быстро пьянеть, а потом видеть светящиеся глаза в темноте.
  
   Только теперь Марьяна вспомнила, что грохнулась в обморок прямо при родственниках Демиана. Почему-то ей стало стыдно, хотя ничего зазорного в этом не было. Кто знает: упала она из-за галлюцинаций или выпитого алкоголя. А может в галлюцинациях и вовсе виноваты не расшатанные нервы, а дурманящее вино.
  
   В любом случае, необходимо было узнать события вчерашнего вечера, поэтому Марьяна привела себя в человеческий вид и поспешила вниз.
  
***
  
   Когда Марьяна спустилась вниз, то не обнаружила там Демиана. Вместо него на столе с остатками вчерашнего ужина лежал сложенный домиком листок бумаги. Красивым, больше похожим на учительский, чем юношеский, почерком на нём было написано:
  
   'Доброе утро, Марьяна!
  
   Вчера Вы так неожиданно нас покинули, что я не успел сказать Вам, что рано утром отъеду по рабочим делам. Меня не будет день - полтора, поэтому можете распоряжаться домом, как Вам вздумается. Рядом с этой запиской Вы найдёте немного денег. После вчерашней скромной вечеринки гостиная требует уборки. Я прошу, если Вас это не затруднит, взять в гараже снегоход и съездить в деревню за уборщицей.
  
  
P. S. Если поленитесь выходить из дома, можете прибраться сами и оставить гонорар себе.
  
  Демиан Морозов'
  
   Перечитав записку несколько раз, Марьяна оглядела стол. На нём и вправду лежал конверт с некоторой суммой денег. Окинув комнату оценивающим взглядом, Марьяна решила, что и сама сможет помыть посуду и вынести мусор.
  
   Глянув на пушистый снег и неподвижные ели за окном, девушка положила конверт в карман кардигана и принялась за работу, ведь физический труд - лучшее лекарство от глупых мыслей.
  
***
  
   Когда все тарелки и бокалы уже были вынуты из посудомойки, а стол - разобран и отнесён в подвал, раздался звонок в дверь. За всё то время, что Марьяна провела в 'белом' доме, никто, кроме вчерашних гостей, звонком не пользовался. Демиан никогда не звонил в дверь, ведь имел свой ключ. Никаких соседей в пределах ближайших километрах пяти не было, а продавцы пылесосов и представители религиозных общин сюда не заглядывали. Значит, это был кто-то незнакомый...
  
   Может быть, хозяин всё-таки вызвал клининговую службу, не желая обременять Марьяну? Или вовсе - не доверяя ей...
  
   Пока Марьяна размышляла, настойчивый гость, которому надоело звонить, перешёл к радикальным мерам - начал стучать в дверь кулаками. Вскоре подключились и ноги. Человек по ту сторону двери явно не имел никаких комплексов и не знал, что такое стыд и смущение.
  
   В страхе за идеально-белую поверхность двери, Марьяна, отшвырнув кухонное полотенце, побежала в прихожую, крича: 'Секундочку!' - хоть и знала, что замечательная звукоизоляция её призыв не пропустит.
  
   Когда Марьяна посмотрела в глазок, то не поверила своим глазам: в крошечном кружочке стояла Ася и барабанила кулаками по двери. Её некогда длинные волосы теперь были пострижены под каре до плеч. Кожаная косуха на меху, несмотря на холод, была расстёгнута. Из-под неё выглядывал тоненький голубой гольф, заправленный в джинсы на очень высокой посадке. Грохот, как выяснилось, создавали массивные рокерские ботинки с цепями, которыми Ася продолжала долбить дверь.
  
   Только после очередной волны ударов Марьяна смогла прийти в себя и открыть дверь, в которую сразу же ввалилась Ася. Чуть не задушив ошарашенную подругу в объятьях, модель долго целовала Марьяну в щёки и улыбалась. В этот момент брюнетка поняла, что, может, Ася и изменила иммидж, но оптимизм и задор из неё уже не выкуришь никогда.
  
   - Как же я по тебе соскучилась! - воскликнула Ася, отстранясь от подруги. Не успела Марьяна спросить, откуда она здесь взялась, как Ася продолжила тараторить: - Ну и холодина тут у вас! Я пока от машины до дома дошла, вся околела. Представляешь, вылажу из машины - и проваливаюсь по колено в снег. Со мной такого с детства не было. Ну ничего, думаю, ничто не помешает мне увидеться с подругой. Пробираюсь к воротам, а там нет домофона. Я давай лупасить по ним, орать, а никто не отзывается. А ветер холодный дует, мороз под куртку забирается! Я посмотрела, что там невысоко, и перелезла через забор. Чуть джинсы не порвала!
  
   Ася засмеялась тем самым громким, уморительным и слегка грубоватым для хрупкой девушки смехом, по которому так соскучилась Марьяна. В этом немом доме было непривычно слышать шум и весёлый голос. Эта излишне белая обстановка, как дементор из Гарри Поттера, вытягивала из человека всю радость и желание жить.
  
   Неудивительно, что Валери была так подавлена в последние дни жизни.
  
   - Что мы всё в корридоре стоим? Начальника, вижу, дома нет. Не угостишь даму горячим чаем? - шутливо произнесла Ася, скидывая куртку и ботинки.
  
   - Для тебя - самый горячий из всех горячих!
  
   Марьяна подхватила подругу под руку и повела на кухню.
  
***
  
   - Рассказывай, как здесь оказалась, - попросила Марьяна, ставя перед подругой огромную кружку зелёного чая. Отпив обжигающую жидкость с запахом мяты, Ася причмокнула от удовольствия и подозрительно осмотрела кухню. Её взгляд то задерживался на окне, то на шкафчике с посудой... Она словно пыталась зацепиться за что-нибудь и оттянуть момент истины.
  
   - Прости, я не должна тянуть, - тихо сказала Ася, снова отпивая из кружки. Услышав несвойственный подруге спокойный и серьёзный тон, Марьяна разволновалась. Даже чай пить перестала. - Наши дела плохи. Когда Влад узнал, что ты ушла, он был в ярости. Твоя квартира до сих пор вся в обломках вещей. Сначала он искал тебя своими силами: съездил к твоим родителям, 'поговорил' со мной, приставив к горлу нож... Однако это не дало никаких результатов - ты словно растворилась в воздухе. Поэтому, подключив свои связи в полиции, он объявил тебе в розыск. При чём не как безвести пропавшую, а как преступницу. Поздравляю, 'на бумагах' ты украла крупненькую сумму из его супермаркета! Теперь твои фото висят во всех полицейских участках и на стендах 'Их разыскивают', а за твою поимку выставлена награда... В общем, теперь у тебя есть три пути: первый и самый лёгкий - позвонить Владу и сдаться в рабство к тирану, который тебя за побег по головке не погладит; второй - бежать куда-нибудь за границу, так как скоро Влад, наверняка, приедет сюда; и третий - рассказать всё своему начальнику и надеяться, что он окажется добрым мужиком и поможет схорониться. Здесь же есть подвал?.. Эй, Марь, ты меня слушаешь?
  
   Ася пощёлкала пальцами перед глазами застывшей Марьяны. Она не могла и представить, что её дела настолько плохи. Нет, она, конечно, знала, что Влад будет её искать и не в одиночку... Но чтобы объявлять её в розыск, да ещё и как преступницу. Нет, такого Марьяна и представить не могла! Теперь у неё появился новый стимул держаться за это место работы. Ведь возвращаться к Владу она не собиралась, а бежать за границу было не вариантом - Марьяна не была такой смелой и сильной девушкой, как Ася, способная, словно древний вирус, выживать в любых условиях.
  
   Ей оставалось только надеяться на доброту и понимание Демиана, который тоже, наверняка, имел связи, способные помочь.
  
   - Но не будем о грустном, - попыталсь перевести разговор в другое русло Ася. - Как ты здесь поживаешь? Что нового?
  
   - Ой, - вздохнула тяжело Марьяна, - даже не знаю, с чего начать...
  
   Начать девушка решила со своего приезда. Она рассказала, как пробиралась солнечным днем сквозь глубокий рыхлый снег... Как приняла владельца сети ночных клубов Демиана Морозова за садовника... Как обезумевшая и вымотанная болезнью Валери Листьева напала на неё и просила помочь сбежать.
  
   Продолжить Марьяна решила рассказом о рутинных буднях, когда изо дня в день ей приходилось выполнять одни и те же операции... Как бедная Валери угасала прямо на её глазах... Как больно было смотреть на измученного и опечаленного Демиана, часами лежавшего рядом с отчуждённой сестрой, которая даже не узнавала в нём брата.
  
   Затем Марьяна перешла к самому волнующему и интересному. Тому, что она могла решиться рассказать только верной Асе. Она упомянула, как недавней ночью её разбудила радионяня и она пошла к Валери... Как обнаружила полумёртвую женщину, внезапно затащившую её в постель... Как утром проснулась с воспоминаниями о поцелуях и объятьях красивой блондинки, но нашла на полу свою помятую одежду и расплакалась... И как узнала о смерти Валери.
  
   Закончить своё повествование Марьяна решила вчерашним ужином, на котором она стала свидетелем странных событий: целующиеся брат и сестра Демиана, непонятные шутки о погоде, словно Демиан может отключить метель, а Лёха - увеличить мощность солнца, и внезапное отключение электричества в доме с исправной проводкой. Не умолчала девушка и о быстро пьянящем вине без какого-либо привкуса спирта и горящих неоном глазах собравшихся за столом.
  
   Всё то время, что Марьяна подробно рассказывала о пережитых событиях, Ася терпеливо молчала. Её задумчивый взгляд бродил по стенам кухни, а пальцы - перебирали края салфетки, лежавшей на середине стола. Задействуя все клетки мозга, она пыталась сложить весь пазл воедино, ведь что-то подсказывало модели, что всё не так просто, как кажется. Природа одарила Асю нестандартным мышлением и интуицией, которая её ещё ни разу не подводила.
  
   - Да-а-а-а, запутанная история, - сказала Ася, запуская руку в волосы. - Тут без бокальчика красного сухого не разберёшься.
  
   - Ася!
  
   - Ладно-ладно, не кипятись. Лучше чая налей ещё.
  
   Марьяна взяла кружку и развернулась к чайнику. Однако налить кипяток она так и не успела: за спиной у неё раздался громкий возглас подруги:
  
   - Вау! Что ж ты сразу не сказала, что решила иммидж изменить?.. А что, мне даже нравится!
  
   - О чём ты? - спросила ничего не понимающая Марьяна. Не разворачиваясь, она застыла с чайником в одной руке и кружкой - в другой. Какая, к чёрту, смена иммиджа? Она даже забыла, когда последний раз красила ногти на руках.
  
   - Я про белую прядь, которую сразу не заметила.
  
   - Серьёзно, Ася, какая прядь? Откуда мне среди леса взять краску для волос? Попросить у белок?
  
   - Сейчас!
  
   Марьяна услышала звук затвора за своей спиной. Развернувшись, она самонадеянно уставилась в телефон подруги. Но очень быстро взгляд её из уверенного превратился в удивлённый и испуганный: на левой стороне затылка среди её густых каштановых волос переливалась золотом огромная блондинистая прядь.
  
   Закрыв рот рукой, Марьяна упала на стул. Откуда на её голове могли взяться белые пряди? Она бы ещё поняла, если бы волосы были седыми: за последние дни она пережила столько психических потрясений, что могла поседеть. Но прядь была красивого золотистого цвета.
  
   Словно кто-то во сне выкрасил девушке пол-головы светлой краской.
  
   - Как профессионал в этом деле, могу сказать, что волосы окрашены добротно. Даже больше похожи на натуральные, - сказала Ася, глядя в телефон. Она то увеличивала, то уменьшала фото, разглядывая его под разными углами. Словно от того, что она поднимет телефон на один уровень с глазами, что-то изменится. - На, глянь ещё разок.
  
   Ася повернула телефон к подруге. Та очень долго всматривалась в блондинистые пряди и никак не могла понять, где видела точно такой же цвет. Да, блондинок в наше прогрессивное время очень много, палитра красок не может ни поражать воображение... Однако этот блонд с золотым отливом казался ей уникальным и очень знакомым.
  
   Она была уверена, что видела такие волосы только у одного-единственного человека.
  
   Телефон не выдержал такого долгого бездействия и отключился. Экранное стекло превратилось в чёрное зеркало, в котором отразилось испуганное лицо кричащей девушки. Неожидавшая такой бурной реакции на исчезновение фото с экрана Ася выругалась и подбежала к Марьяна. Крепко обнимая бьющуюся в истерике подругу, модель попыталась выяснить причину резкой смены настроения девушки. Однако та только смогла прошептать:
  
   - Глаза...
  
   Удивившись, Ася развернула лицо подруги к себе и снова выругалась: с правым глазом всё было нормально - привычный большой серый глаз - а вот с левым произошла какая-то чертовщина - он стал зелёным. До яркого кошачьего оттенка было далеко, но сетка тёмно-зелёного пигмента покрыла почти всю радужку. И адекватного объяснения этому явлению, как и резкой смене цвета волос, не было.
  
   - Зелёные глаза! В вас кровь самой Земли!...1 - шептала, задыхаясь от слёз, Марьяна, пока Ася прижимала к груди её голову и гладила по волосам. Хоть модель ещё никогда не сталкивалась с приступами стихотворной истерики подруги, почему-то знала - останавливать её нельзя...
  
***
  
   - Так, нужно мыслить логически. - Ася прошлась по кухне, разговаривая больше сама с собой, чем с трясущейся подругой. Блондинка понимала, что как личность Марьяна очень слабая. Скрутиться калачиком и забиться в угол - это всё, на что способна её любимая 'несостоявшаяся училка русского'. А такие методы Ася не одобряла. Слёзы и сопли - удел слабаков. Победители идут до конца с улыбкой!
  
   Именно поэтому Ася не забыла про Марьяну, как только та села в потрёпанное такси возле подъезда одной элитной многоэтажки в центре города. Она понимала, что в одиночку 'фанатка Есенина и розовых юбок' не выживет.
  
   - Самый беззащитный человек - спящий. - сказала Ася, проводя рукой по подбородку. - Значит, зацепки нужно искать в твоей спальне!
  
***
  
   - Миленько, - сказала модель, переступая порог комнаты. Подозрительным взглядом она первым делом осмотрела все углы. Лишь убедившись, что открытых камер в комнате нет, девушка принялась за работу.
  
   Асе понадобилось всего пятнадцать минут, чтобы осмотреть всю комнату. Словно Шерлок Холмс, она обследовала каждый сантиметр спальни, цвет которой, как Марьяна когда-то и предсказывала, ей очень понравился. Ася перерыла все вещи Марьяны в шкафу, залезла под кровать, прощупала матрас и переворошила постельное бельё. Затем она заглянула за шторы и зачем-то попробовала смахнуть пыль с подоконника. Восхитившись идеальной чистотой ('Вылизанно, - как говорила моя бабка, - как котовы яйца'), девушка переключилась на стол и принялась обследовать его дно. Вскоре под её пальцами что-то хрустнуло, и на ладони Аси оказался маленький чёрный предмет продолговатой формы.
  
   - Что это? - воскликнула Марьяна, однако Ася закрыла ей рот рукой и громко сказала:
  
   - Да, мой парень тоже восхитился этой татуировкой! Ну, а что? Я уже взрослая и могу такое набивать!
  
   Говоря эту неуместную фразу, Ася взглядом дала Марьяне понять, чтобы та молчала. Положив изъятый из стола предмет на тумбочку, она взяла в руки настольную лампу и несколько раз энергично ударила о деревянную поверхность. Лишь когда пластмассовая коробочка превратилась в кучку непонятных деталек, Ася вздохнула с облегчением и пояснила:
  
   - 'Жучок'.
  
   - Что? - переспросила Марьяна.
  
   - Прослушивающее устройство. Что-то типа диктофона.
  
   - Но если есть прослушка, должны быть и камеры? - предположила Марьяна, однако Ася её успокоила:
  
   - Молодец, что включила мозги, но камер здесь нет. Нигде в углах не висят открытые камеры. Скрытую прятать негде. Тем более, где-нибудь торчал бы какой-нибудь шнур или... В общем, если бы что-то было, я бы нашла.
  
   Ася села на кровать рядом с Марьяной.
  
   - Допустим, 'жучок' был установлен не во зло. Ставить камеру в туалетах и гостевых спальнях - не этично. А вот прослушка, которая записывает только подозрительные звуки, без противной картинки - то, что нужно. Тогда в каждой комнате должна быть либо прослушка, либо камера...
  
   Ася встала и воодушевлённо посмотрела на подругу.
  
   - Мне кажется, я придумала, как проверить, есть ли у тебя галлюцинации.
  
***
  
   - Ну вот, это комната Валери... - сказала Марьяна, а затем добавила: - Покойной Валери.
  
   - Да-да-да, - протянула Ася, осматривая комнату. Без капли стеснения или неловкости, она залазила под кровать и рылась в вещах совершенно не знакомой женщины. С помощью подручных средств она доставала разнообразные вещи с высоких полок - из-за неадекватности Валери все предметы в комнате находились либо в закрытых шкафах, либо на возвышении. На уровне же человеческого роста спальня напоминала келью монаха.
  
   Спустя десять минут поисков, Ася радостно прошептала:
  
   - Ага, вот ты где!..
  
   ...и достала с высокого шкафа коробку с дыркой на корпусе. Внутри оказалась заветная камера. Покрутив 'глазок' в руках, Ася спросила:
  
   - Есть на чём посмотреть?
  
   - В комнате Демиана стоит компьютер, - ответила Марьяна. - Но мне кажется, это не самая лучшая идея...
  
   Однако Ася её уже не слушала. Она вышла из комнаты и методом проб и ошибок искала комнату хозяина дома.
  
***
  
   Когда новенький компьютер включился и распознал 'внешнее устройство памяти', Ася прильнула к монитору. Кликнув по первому попавшемуся видео, она случайно открыла нужный день. Промотав будничный уход Марьяны за Валери и посиделки в комнате сестры Демиана, Ася остановила запись на ночи. В темноте было очень плохо видно, однако разобрать кровать и больную женщину на ней - вполне возможно. Около трёх ночи в комнату вошла Марьяна и села возле кровати. Несколько минут ничего не происходило... Однако вскоре Марьяна приблизилась к Валери и...
  
   Что произошло дальше, Марьяна уже рассказывала Асе.
  
   Не в силах смотреть хоум-видео с собой в главной роли, Марьяна зажмурила глаза. Однако это не помогло. Перед глазами продолжали кружиться в бешеном танце картины той злополучной ночи. Голая блондинка, изгибы молодого тела, зелёные глаза...
  
   Марьяну даже не спасало отсутствие звука.
  
   - А что за книжка? - неожиданно спросила Ася. Увидев вопрошающий взгляд Марьяны, подруга пояснила: - Я промотала запись на следующий день. В матрасе ты нашла какую-то книжку. Где она?
  
   - А, это? - рассеянно ответила Марьяна. - Это дневник Валери. Я забрала его себе, чтобы сохранить её тайны.
  
   - Что ж ты сразу не сказала, что прикарманила ответы на все вопросы?
  
   - Но... Мы же не будем его читать? - В голосе Марьяны звучала надежда. Она не хотела нарушать обещание, данное перед Богом.
  
   Однако Ася не верила в Бога. Она верила в здравый смысл и логику.
  
   - Конечно же будем, - ответила она, заметая следы проникновения в комнату Демиана.
  
***
  
   - Последний раз тебя прошу, - взмолилась Марьяна, - не делай этого! Неупокоенный дух будет мстить нам.
  
   - Марь, как сказал один умный человек: не бойся мёртвых - бойся живых.
  
***
  
   Титульный лист дневника гласил, что он принадлеждит Листьевой Валерии Земляновне. Год рождения нигде не числился, однако девушек больше удивило отчество. Земля... Какого мужчину могли так звать? Ася шутливо предположила, что её отец был потомственным хиппи или язычником, но Марьяна быстро осекла её и уткнулась в кожаную книжицу.
  
   К первой странице было приклеено фото, подписанное как 'Моя семья'. На чёрно-белом снимке было изображено девять человек: четверо детей в первой шеренге, четверо мужчин во второй и одна женщина в третьей. Рядом был список с именами, однако первый ряд Марьяна узнала и без подсказок. Крайней слева стояла девочка в белом платье с золотистыми косами и ярко-зелёными глазами, коей являлась Валери. Справа от неё стоял низкий мальчишка с красивыми голубыми глазами и растрёпанными волосами. В зубах у 'главного деревенского хулигана', на которого был похож маленький Лёха, была зажата травинка. Рядом с ним возвышалась рыжая девчонка с холодными глазами и аристократической выправкой. Боясь запачкать своё красивое красное платье о грязную рубаху Лёхи, она брезгливо жалась к своему соседу - Демиану. Однако стеснительный паренёк, чьё бледное лицо было сокрыто под длинной чёрной чёлкой, был явно не рад такому соседству. Буквально вжимаясь в воротник своей чёрной рубашки, он украдкой поглядывал на Валери, улыбавшуюся на противоположном конце шеренги.
  
   Про мужчин во втором ряду Марьяна ничего не могла сказать - они были ей абсолютно не знакомы. Но, судя по построению кадра, она могла предположить, что они те самые 'четыре разных отца', а женщина в самом верху - мать.
  
   Каллиграфическая подпись подтвердила её догадки.
  
   'Первый ряд (слева направо): Я (Лера Листьева), Леша Купальский, Жанна Краснова, Дёма Морозов.
  
   Второй ряд (слева направо): Мой папа - Земля Листьев, папа Леши - Вода Купальский, папа Жанны - Огонь Краснов, папа Дёмы - Ветер Морозов.
  
   Третий ряд: Наша мама - Птица Феникс'
  
   - Ну и семейка! - посмеялась Ася. - Они, наверное, то вино, которое ты рассказывала, поколениями пьют.
  
   Не обращая внимания на подругу, Марьяна перевернула страницу. После приветственного текста, где тринадцатилетняя Валери рассказывала про 'ситуацию в семье' и своих братьев и сестёр, следовали будничные отчёты, ничем не отличающиеся от записей в личном дневнике любого подростка. Валери рассказывала, как веселилась с Лехой, прыгая со скал в море; как препиралась с Жанной, которая якобы завидовала её красоте; и как боялась замкнутого и молчаливого Демиана.
  
   На фоне отчётов о проведённых днях, записей личных рекордов и спокойных рассказах о диких обычаях какой-то секты, поклоняющейся природе, можно было увидеть любовную историю, которой позавидовал бы Шекспир...
   _______________________________________________________________________________________________
  
  1'Зеленые глаза! В вас кровь самой земли!' Маргарита Вышенская
  

12

  
   Самый младший ребёнок в семье, Демиан, с детства любил свою старшую сестру Валери, однако был очень стеснительным, поэтому держался на расстоянии. Постоянная слежка и анонимные 'знаки внимания' в виде подброшенных стихов в духе 'Ты будешь моей, несмотря ни на что' или замороженных роз пугали девушку, однако та старалась не обращать ни на что внимания. Валери никогда не рассматривала забитого, бледного брата с больным взглядом как источник опасности.
  
   Даже своему лучшему другу Лёхе она ничего не рассказывала о странном поведении Дёмы.
  
   В то же время развивалась и другая сторона драмы. Сорванец Лёха был до смерти влюблён в Жанну, которая даже и не думала смотреть в сторону простого парня в порванных штанах и с букетом полевых ромашек в руке. Надменную и гордую Краснову манило к холодному и загадочному Демиану. Бледная кожа и элегантная чёрная одежда привлекали девушку намного больше, чем искренняя улыбка и полуночные свидания на пустом пляже.
  
   Но несмотря на явную схожесть интересов и манеры поведения, 'снежный мальчик', как его называла Валери, раз за разом отвергал любовь рыжеволосой кокетки, что заставляло её ещё больше ненавидеть старшую сестру.
  
   Прошли годы, дети выросли. Босоногий хулиган Лёха сумел построить карьеру от простого рабочего до владельца крупной строительной фирмы, чем привлёк Жанну, ставшую модным дизайнером. Рыжая бестия осознала, что лучше синица в руках, чем журавль в небе, и смогла рассмотреть в весёлом парне нежную, а, самое главное, родственную душу.
  
   Несмотря на родственные связи, которые в 'племени-секте', где они родились, не являлись помехой любви, они смогли обручиться и зажить долгой и счастливой жизнью.
  
   Но если Лёха свою любимую дождался, то Демиан остался ни с чем. Его статус в обществе не помог заполучить свободолюбивую Валери, которая стремилась путешествовать. Девушка, любившая каждый момент жизни и мечтавшая запечатлить на плёнке весь мир, не хотела продолжать традицию своего 'племени' и выходить замуж за брата. И никто её в этом не осуждал...
  
   Никто, кроме Демиана.
  
   Однажды, когда ему надоело 'бегать' по всему миру за Валери, он силой затащил её в свой дом и закрыл. Никто не мог спасти бедную девушку, ведь ни связи, ни людей вокруг не было. Поэтому, после нескольких неудачных попыток сбежать, девушке пришлось сдаться.
  
   В своей последней записи Валери жаловалась, что рассудок и силы покидают её, и, скорее всего, она больше не сможет писать. Девушка рассказывала, что устала от плена и... Дальше чернильные буквы было невозможно разобрать: страница была залита, по-видимому, слезами...
  
   Однако последняя фраза была обведена жирной ручкой несколько раз, поэтому не растеклась. Она гласила:
  
   'Я тебя ненавижу, Демьян Морозов...'
***
  
   Записи закончились. Под пальцами Аси зашуршали пустые страницы.
  
   Марьяна не двигалась и не сводила глаз с коричневой книжицы. Страшная история, которая не укладывалась в голове даже у психически стойкой Аси, пугала девушку. Секта, поклоняющаяся природе... Межродственные браки... Шекспировские страсти между братьями и сёстрами... Нежные года Джульетты Капулетти1, Ольги Лариной2 или Долорес Гейз3 по сравнению с этой семейкой меркнут.
  
   Но самым пугающим был не факт инцеста. Инцест Марьяну не волновал: половая жизнь - это личное дело каждого. А вот насильственное удерживание вольного человека взаперти - уже был серьёзный повод для опасений.
  
   - Как он мог? - спросила дрожащим голосом Марьяна. Она поверить не могла, что такой добрый и заботливый Демиан - обычный псих (если, конечно, психи бывают обычными). - Бедная Валери... Он собственноручно убил свою возлюбленную.
  
   - Не факт, - парировала Ася. История про обезумевшего брата, укравшего свою сестру, была очень нестандартной и интресной, но неправдоподобной. В ней было несколько логических 'лазеек'. - Ты видела целующихся брата и сестру, значит, часть про инцест и сомнительную семью - правда. Допустим, Демиан действительно любил свою сестру немного сильнее, чем надо. Но ты говорила, что болезнь Валери делала её безумной и неуправляемой. Возможно, что в порыве больного бреда она придумала историю о похищении и ей оправдывала своё заточение. Вдруг это недуг заставлял её смотреть на мир такими глазами?
  
   - Хм... - задумалась Марьяна. - Твои слова не лишены смысла. Но что делать мне?
  
   - Ну, явно не жить в одном доме с потенциальным психом. Может быть, Валери он никакого вреда не причинил, но, судя по старым записям, он больной на голову. Кто знает, что взбредёт ему в голову. Может быть, это он накормил тебя какими-нибудь гормонами, чтобы изменить цвет глаз, а потом, пока ты спала, выкрасил полголовы в блонд? Может, он после утраты Валери решил воссоздать любимую, используя тебя за основу?.. Бежать отсюда надо!
  
   Марьяна опустила взгляд в пол. Безумная версия подруги, больше похожая на шутку, казалась очень правдоподобной. Демиан боготворил Валери. После её смерти он не захотел уединиться, а наоборот - попросил Марьяну никуда не уезжать. Можно предположить, что ему страшно оставаться одному в таком большом доме. Но ведь он не ночует дома, да и может себе позволить снять номер в гостинице, чтобы отоспаться.
  
   Огромный дом нужен ему был исключительно для содержания сестры.
  
   Марьяна не могла точно сказать, когда на её голове появилась блондинистая прядь. Девушка допускала, что могла её просто не заметить. Но то, что она обнаружилась сразу же после злополучного ужина, когда Марьяна упала в обморок и крепко проспала всю ночь, было странным совпадением.
  
   Вчера ночью у него было достаточно времени, чтобы перекрасить не то что маленькую прядку на голове, а всё тело девушки, с ног до головы.
  
   - Ты думаешь, уехать - это хорошее решение? - спросила Марьяна, которая даже не представляла, куда ей податься. - У меня в жизни сейчас очень нестабильная ситуация...
  
   - И надо, чтобы этот 'Демиан Морозов, Демон-парикмахер из посёлка Морозово'4 добил тебя окончательно! Ни мобильной связи, ни Интернета, ни соседей... Даже краску для волос нигде не купишь шедевры его парикмахерские закрасить!
  
   Марьяна снова отвела взгляд. Она металась меж двух огней. С одной стороны, этот дом был идеальным укрытием от Влада и его дружков. Терять крышу над головой из-за необоснованных обвинений и непонятно почему побелевших волос и позеленевших глаз ей не хотелось.
  
   Она слишком много времени провела в этой семье, чтобы верить Валери и сомневаться в Демиане.
  
   С другой стороны, Марьяна полностью разделяла опасения Аси. Дневник, похожий на триллер, и необъяснимые метаморфозы - вполне веские причины собрать чемоданы и уехать как можно дальше отсюда.
  
   Влад - Владом, а жизнь и здоровье важнее.
  
   - Ладно... - Марьяна тяжело вздохнула, переводя взгляд на подругу. - Поехали.
  
***
  
   Темнело. Лёгкий мороз приятно пощипывал за нос. Искристый снег был похож на огромный фликер, покрывающий всю землю в радиусе многих километров. Ася помогала Марьяне вытащить из дома тяжёлый чемодан, колёсико которого застряло в дверном проёме. Пока модель возилась с чемоданом, подбадривая себя или, быть может, запугивая колёсико изощрённым матом, Марьяна с грустью смотрела по сторонам. За те недели, что она провела в 'доме из снега в краю морозов', девушка прикипела душой к умиротворяющей тишине, вечным снегопадам и изумрудным елям, слегка покачивающимся на горизонте.
  
   Даже выедавший глаза белый цвет, который художники называют 'отсутствием цвета', стал для Марьяны родным и тёплым.
  
   - Наконец-то! - воскликнула Ася, выталкивая чемодан на улицу. Вытянув ручку, она покатила малиновый 'ящик' по мощёной дорожке. Засунув руки в карманы и нахохлившись, словно снегирь на морозе, Марьяна побрела за подругой к высоким воротам, которые должны были привести её в новый жизненный этап.
  
***
  
   - Чёрт! - Ася громко хлопнула отполированной дверцей нового чёрного 'рейнджровера', который ей подарил неделю назад один известный миллиардер 'за заслуги в сфере обслуживания'. - Почему именно сейчас?!
  
   - Что случилось? - Марьяна абсолютно не разбиралась в машинах, поэтому не понимала гнева подруги, которая понимала ненамного больше её в карбюраторах и двигателях.
  
   - Что-что? Замёрз мой Костик. - 'Костиком' блондинка называла автомобиль. Она вообще любила давать имена любимым вещам. - Не заводится.
  
   Ася снова открыла дверь и попыталась завести машину. Однако, как бы она не выжимала педаль газа, ничего большего, чем 'кашель и хрип' двигателя, добиться она не смогла. Бросив тщетные попытки, девушка достала ключи из зажигания и подошла к мечтающей о чём-то Марьяне.
  
   - Какие есть идеи? - спросила Ася. - Связи точно нигде нет?
  
   - Насколько я знаю, телефон должен быть в деревне. Но до неё киллометров десять - так просто не дойдёшь... Нужно ждать Демиана. Попросим его подбросить нас до деревни или хотя бы одолжим снегоход...
  
   - В доме есть снегоход? - перебила Марьяну Ася. В глазах её появилась дьявольская искринка, которая означала, что в голове девушки созрел план, базирующийся на нарушении закона.
  
   - Ася... - попыталась остановить подругу Марьяна, однако та уже на полных парах 'летела' к дверям дома.
  
***
  
   - Ты хоть знаешь, как на этом ездить?
  
   - А чё тут знать? 'Ключ поверни и полетели!'5
  
   Вытащив снегоход из гаража, Ася проверила машину на устойчивость. Некогда ей уже доводилось управлять мотоциклом, квадрациклом, яхтой, водным скутером... Однако за руль снегохода она ещё никогда не садилась. Моделей не любят приглашать на горнолыжные курорты, где красивые изгибы их фигур будут сокрыты под толстыми комбинезонами. Богатые 'дяденьки' больше любят смотреть на подтянутые загорелые тела в откровенных купальниках, раскинувшиеся на носах их белых яхт или сексуально обхватывающие ногами водный скутер.
  
   - Давай, красотка, не бойся! - прокричала Ася сквозь шум мотора. - Прыгай ко мне - прокачу с ветерком!
  
   - Да я не за твои навыки вождения боюсь! Мне неудобно, что мы даже разрешения у Демиана не спросили! Считай, украли!
  
   - Не украли, а взяли в займы! - поправила подругу Ася. - Мы доедем до деревни, вызовем эвакуатор и вернёмся сюда за твоим чемоданом! Тогда и отдадим!.. Не тяни время - садись!
  
   Махнув рукой, Марьяна села позади Аси и обхватила её тонкую талию. Сквозь лёгкий гольф девушка могла чувствовать рёбра подруги и её гулкое сердцебиение. Когда снегоход набрал скорость, в глаза Марьяне стали лезть блондинистые волосы Аси, от которых исходил приятный запах парфюма. Громкий хохот и улюлюканье модели заставляли Марьяну улыбаться. Брюнетка словно забывала все проблемы и печали, когда сквозь рёв мотора пробивался голос подруги. Ветер вперемешку со снегом летит в лицо, в ушах звенит...
  
   Так и хочется отпустить руки, чтобы ветер подхватил твоё бренное тело и унёс, словно целлофановый пакетик, далеко - далеко...
  
   - Я ни с кем не была так счастлива, как с тобой, Ась!
  
   - Я т...
  
   Бах!
  
   Резкий удар нарушил дружескую идиллию, несколько раз перевернув снегоход в воздухе. Когда машина ушла из-под ног Аси, та инстинктивно вцепилась в руль крепче, чем усугубила не только своё, но и Марьянино положение - брюнетка до последнего не хотела отпускать хрупкие рёбра подруги. Ей казалось, что с Асей даже в аду будет не страшно, а в раю - весело.
  
   Короткий крик Марьяны и незаконченный матюк Аси - всё, что услышали высокие ели, прежде чем девушек поглотили снег и темнота.
  
***
  
   - А-а-а, голова!.. - промычала где-то рядом Ася.
  
   Марьяна открыла глаза. Тело девушки ныло, словно всю её кожу покрывал один сплошной синяк. В ушах Марьяны до сих пор шумел мотор снегохода. На губах чувствовался солоноватый привкус крови. Хоть картинка перед глазами то двоилась, то расплывалась, девушка точно могла сказать, где находится, - гостиная в доме Демиана узнавалась даже под таким непривычным ракурсом.
  
   - Ну что, проснулась? - В кадре появились чёрные ботинки Демиана. Голос его был до отвращения дружелюбным. - Давай я тебе помогу.
  
   Больно обхватив Марьяну за плечи, Демиан помог ей сесть, облокотившись на раму пылающего камина. Как оказалось, руки и ноги девушки были связаны таким образом, что она больше напоминала кокон, чем живого человека.
  
   - Развяжи меня, придурок! - прокричала Ася. Она сидела, облокотившись на противоположную сторону камина. Руки и ноги её также обвивали толстые верёвки. Джинсы на бедре были порваны и из разреза выглядывала большая свежая ссадина. На правой ноге не хватало одного ботинка. Вместо него был окрававленный белый носок. Выбеленные волосы на виске свалялись в один бурый комок...
  
   Было неудивительно, что у девушки болела голова.
  
   - Заткнись, иначе я зашью твой поганый рот!
  
   Рёв Демиана, абсолютно не сочетающийся с его внешностью подростка - переростка, напугал даже Асю, заставив её замолчать. Чего уж там говорить о Марьяне, чьё сердце готово было выпрыгнуть! Она до сих пор не могла поверить, что тот самый Демиан, который, улыбаясь островатой улыбкой, нёс её чемодан, когда она только приехала в Морозово, и искренне плакал у неё на плече, когда умерла Валери, избил и связал двух безобидных девушек... Марьяна не могла поверить, что человек, всегда обращавшийся к ней на 'вы' и боявшийся зайти в её спальню, мог так громко орать и зыркать жестокими чёрными глазами.
  
   Неужели всё это из-за кражи снегохода - пусть и дорогой, но всё же мелкой вещи, по сравнению с человеческой жизнью?
  
   - Что это я? Где мои манеры? - Демиан отряхнулся, словно от снега, сел на стул, лицом к девушкам, и выпрямил спину. - Марьяна, что же Вас заставило так быстро убежать и даже не попрощаться? Неужели Вас не устраивала зарплата? Или проживание? Сбегать тайком - очень невежливо...
  
   - Да что ты знаешь о вежливости! - перебила его Ася. - Ты сбил наш снегоход на полной скорости! А если бы мы разбились?!
  
   - Юная леди, неужели родители не говорили Вам, что перебивать старших нельзя? А вмешиваться в чужой разговор - и подавно? Где Вас учили манерам?
  
   - Явно не там, где Вас.
  
   Ехидный смешок и интонационно подчёркнутое 'вы' модели чуть не вывели Демиана из себя. Разминая шею, он сквозь оскаленные зубы прошипел Марьяне:
  
   - Так что же вынудило Вас покинуть меня?
  
   - Эм...
  
   Марьяна не знала, что сказать. Выдать: 'Я уехала, потому что нашла дневник Вашей больной сестры, скончавшейся накануне, где она описывала Вас, как до безумия влюблённого тирана, который выкрал и заточил её в доме. Я решила не проверять информацию и, на всякий случай, уехать до Вашего возвращения, одолжив снегоход', - девушка не могла. Оставалась вероятность, что Валери выдумала всю эту историю. и тогда Марьяна оклеветала бы честного человека (вдруг он принял Асю и Марьяну за банду грабителей, и поэтому остановил их и связал). Да и про найденный дневник рассказывать не хотелось, - всё-таки, она обещала сохранить все тайны усопшей.
  
   Нужно было придумать какую-нибудь безобидную отговорку, чего Марьяна абсолютно не умела делать. В голову ей приходило лишь: 'Ко мне приехала подруга, и я хотела её поразить - устроить романтическую поездку по ночному лесу'. Тот факт, что она не сама села за руль, а уступила место подруге, можно было объяснить банальным 'она захотела попробовать'. А вот почему они ехали к деревне, а не катались во дворе дома, и зачем Марьяна собрала все вещи в чемодан - аргументировать было трудно. 'Хотели купить в деревне продуктов'? - Да ведь дома полный холодильник. 'Поехали за алкоголем и сигаретами'? - Если подруги так хотели выпить, почему бы Асе не привезти из города нормальное вино, а не травиться дешёвой бурдой?.. Версия Марьяны вызывала слишком много вопросов.
  
   Вранье и выкручивание - это профессиональные навыки Аси. Марьяна больше предпочитала искренне сознаваться или давить на жалость слезами и щенячьими глазками.
  
   - Я приехала за Марьяной по просьбе её родителей, - снова вмешалась Ася. - В её семье серьёзные проблемы. Моя машина сдохла, поэтому мы взяли снегоход, чтобы добраться до деревни и вызвать эвакуатор или такси.
  
   - И что же, вы не могли подождать меня, объяснить ситуацию и попросить подвезти? - спросил Демиан, поднимая уголки бровей, что означало, что он не верит. Однако Ася была не из тех, кто легко сдается.
  
   - У тебя есть родители?
  
   - У меня были прекрасные родители...
  
   На секунду Демиан мечтательно закрыл глаза и забыл про девушек. Марьяна недоумённо посмотрела на Асю, которая всем своим видом показывала, что ситуация под контролем.
  
   - Тогда ты должен понимать, как важно не опоздать... - тихо проговорила Ася. Её целью было разжалобить обидчика, задев за самое дорогое. - Отпусти нас, нам правда нужно уехать.
  
   Демиан опустил голову и тяжело вздохнул. Заламывая руки, он думал о чём-то сокровенном и понятном лишь ему одному. Когда спустя минуту он поднял голову и посмотрел на Марьяну тем самым взглядом, каким смотрел на неё, когда рассказывал о смерти Валери, девушки подумали, что всё сработало... Что слова Аси смогли пробудить в нём душу... Что Демиан снова пришёл в норму и стал добрым и галантным начальником.
  
   Однако чуда не случилось.
  
   - Давайте поступим так, - сказал Демиан и достал откуда-то из-за спины длинный блестящий кинжал с причудливой рукояткой - на чёрном дереве были вырезаны искусные снежинки и спирали. - На счёт три вы обе, хором, называете причину отъезда - проблему в семье Марьяны. Называете одну и ту же - я, так уж и быть, поверю вам и отпущу домой. Если нет, то вы навсегда останетесь в моей загородной резиденции. И поверьте, в ваших же интересах согласиться на мои условия. Иначе...
  
   В руках Демиана появилось красное яблоко. Оно было настолько идеальным, что, казалось, сбежало из сказки про Белоснежку и семь гномов6. Положив фрукт на пол перед девушками, Демиан резким движением руки разрубил яблоко. Две ровные половинки, как неваляшки, закачались на тёмных досках.
  
   - Яблочко? - спросил Демиан и оскалил свои белые островатые зубы. Трудно сглотнув, Марьяна отрицательно покачала головой. Ася также отказалась от угощения, отвернув голову в сторону. - Как пожелаете.
  
   Смачно впившись в одну из половинок, Демиан откусил от фрукта. Тщательно пережёвывая, парень неожиданно начал лениво считать:
  
   - Один...
  
   Ася и Марьяна переглянулись. Под бравадой и непоколебимым выражением лица подруги Марьяна рассмотрела животный страх.
  
   - Два...
  
   Демиан прикончил половинку яблока и взялся за вторую. Проведя языком по зубам и убедившись, что в них ничего не застряло, парень слегка наклонился и, пристально глядя на девушек, произнёс:
  
   - Три...
  
   - Смерть отца, - сказала Ася, в то время как Марьяна произнесла:
  
   - Сгорел дом.
  
   Раздался громкий хохот Демиана. Марьяна чуть не упала в обморок от напряжения. Ася негромко выругалась.
  
   Обе девушки до последнего верили, что им удастся обхитрить босса.
  
   Резко прекратив смеяться, Демиан заговорил:
  
   - У меня сегодня хорошее настроение, поэтому я сжалюсь над вами: одна может уйти. Но кто это будет, вы выберете сами. У вас есть ровно шестьдесят секунд. Время пошло.
  
   Демиан застыл, глядя на часы на правой руке. Марьяна продолжала прибывать в шоке, когда Ася попыталась развернуть к ней корпус и тихо, но чётко заговорила:
  
   - Слушай сюда, Марь. Я останусь здесь и буду тянуть время, а ты добежишь до древни и приведёшь подмогу. Думаю, часа два выиграть я смогу...
  
   - Ты что такое говоришь? Остаюсь я! Я дольше знаю Демиана и смогу надавить на что-нибудь больное. А у тебя хватит сил и выдержки, чтобы пробежать десять киллометров. К тому же, ты не такая стеснительная...
  
   - Марь, ты видела мою ногу?! Я буду день до этой деревни идти.
  
   - У меня ситуация не лучше. - Обе ноги Марьяны противно ныли, и она боялась даже трогать их, а не то, что идти. - Проверишь машину, вдруг заведётся.
  
   - Дамы, ваше время вышло! - прокричал Демиан, вставая со стула. - Итак, кто же из вас останется в моих владениях?
  
   - Я! - хором ответили девушки. Изумлённо и немного угрожающе переглянувшись, они, снова хором, сказали: - Не слушайте, она уходит!
  
   - Значит, не можете решить... - произнёс, смеясь, Демиан. - Я помогу.
  
   С помощью странного паса рукой парень разорвал верёвки, приподнял Асю от земли и швырнул в окно. Вдребезги разбив стекло, девушка пролетела пару метров и упала в снег. Через минуту она поднялась на слабые, как у оленёнка на льду, ноги. На её окровавленном лице читалось недоумение. Складывалось такое впечатление, что девушка не поняла, что с ней произошло или вовсе забыла весь сегодняшний день. В её разбитой голове осталась лишь одна цель: 'добраться до машины'.
  
   Качнувшись несколько раз, блондинка побрела к воротам, где стоял её 'ренджровер'. Шла она тяжело, через шаг спотыкалась и падала, окрашивая снег в красный цвет. Еле-еле вставая, а иногда и просто продолжая ползти на четвереньках, Ася шла к своей цели, несмотря ни на что. Она даже на дом за спиной не смотрела... А она вообще его видела?
  
   Лишь спустя минут пять Асе удалось сесть в машину, которая, к счастью, быстро завелась, и уехать.
  
   Шокированная и изумлённая Марьяна оторвала взгляд от окна, которое незаметно само собой восстановилось. На блистающем чистотой стекле даже царапинки не осталось. Словно никто и не кидал в него девушку...
  
   'Что?..'
  
   'Как?..'
  
   'Зачем?..'
  
   'Почему?..'
  
   В голове Марьяны было столько вопросов, что и вечности не хватило бы на то, чтобы на них ответить. Поэтому девушка смогла лишь промычать что-то нечленораздельное. Что-то непохожее на вопрос, однако с соответствующей интонацией.
  
   - Не беспокойся, - спокойно ответил Демиан. Подойдя к Марьяне, он присел на корточки и платком стал вытирать кровь с её губ. - В пределах этого дома твоя подруга не получила смертельных ранений... За лес ручаться не могу.
  
   - Подлец! - прошипела Марьяна. Голос плохо её слушалася, - в горле всё пересохло, - но она не могла просто молчать.
  
   Ей надоело молчать.
  
   - Тише-тише, я бы на твоём месте не тратил силы впустую.
  
   В руках Демиана снова появился красивый кинжал. Завидев оружие, приближающееся к её телу, Марьяна уже было приготовилась к худшему... Но лезвие аккуратно поддело верёвки на её руках и перерезало их. Марьяна непонимающе посмотрела на обидчика.
  
   - Нет, если тебе они нравятся, я могу оставить всё как есть, - ответил Демиан, перезая очередную верёвку. - Но мне кажется, что без них тебе будет удобнее.
  
   Когда с оковами было поконченно, Демиан взял ослабевшую Марьяну на руки и отнёс на диван. Бережно положив её на подушки, он принялся ощупывать кости на предмет переломов. Когда его пальцы дотронулись до лодыжки и Марьяна негромко вскрикнула, он нахмурился и пробормотал:
  
   - Значит, переломы всё-таки есть... Будем лечить!
  
   Пододвинув поближе Марьянину левую руку, Демиан закатал рукав её пальто, оголив бледное запястье. Конечно, девушку смущало то, что её смуглая кожа стала аристократически-белой... Это можно было объяснить большой потерей крови или обморожением. Но как объяснить слабые очертания какой-то непонятной татуировки? Марьяне никогда даже мысли в голову не приходило 'испортить' своё тело несмываемым рисунком... А тут какая-то зеленоватая клякса.
  
   Ничего не говоря, Демиан закатал рукав своего свитера. На его запястье обнаружилась татуировка похожего размера - небольшая чёрная снежинка. Когда парень щёлкнул пальцами, рисунок на его руке засветился неоново-белым светом и словно стал объёмнее. Стоило Демиану положить свою руку рядом с Марьяниной, как её татуировка тоже засверкала. Только её, как выяснилось, листик сирени светился зелёным.
  
   Необъяснимая манипуляция помогла. Марьяна почувствовала, как боль в ногах и голове утихает, а мышцы приходят в тонус. Все ранки на её теле, как по волшебству, стали затягиваться. К каждой клеточке тела прильнула бодрость и энергия.
  
   Парень, словно картинку по ИК-порту, передавал девушке здоровье.
  
   - Когда ты... - Демиан задыхался, словно после марафона. - Ты снова в норме... Я... Я могу ответить на все вопросы... Но сначала... Может, вина?
  
   Секунду подумав и решив, что хуже быть уже не может, Марьяна кивнула. Из мини-бара, вмонтированного в подлокотник дивана, Демиан достал тёмно-зелёную бутылку и два бокала. То, как Демиан наливал вино, почему-то показалось девушке очень знакомым. Словно она давно была с ним знакома и знала, что он обязательно наливает вино левой рукой, высоко поднимая бутылку. Откинув все бредовые мысли, Марьяна прислонилась губами к бокалу и... Увидела перед глазами картинку, похожую на чьё-то воспоминание! Летний вечер... Беседка в жасминовом саду... Демиан, облачённый в старомодный фрак, протягивает ей бокал вина... Она почему-то смеётся...
  
   - Ну, что ты хочешь узнать? - Голос Демиана ворвался в голову Марьяны и разрушил видение.
  
   - Кто ты - вы... - Марьяна запуталась в местоимениях, что заставило Демиана улыбнуться.
  
   - Можно на 'ты'.
  
   - Кто ты? И в какую историю ты меня впутал?
  
   - Я - бог зимы, - ответил Демиан, начиная свой рассказ...
  
***
  
   ...На каждом материке, у каждого народа есть своё поверье или легенда о временах года. В наших краях - это легенда о Птице Фениксе. Если ты хоть раз открывала путеводитель, то могла найти там строчку: 'Если верить старым легендам, эта земля родилась во пламени, поэтому повеливает ей красивая Птица Феникс с огненными крыльями, которая в конце каждого своего жизненного цикла сгорает до тла, чтобы восстать из пепла...' На первый взгляд это кажется обычной байкой пиарщиков, чтобы завлекать туристов на 'рождённую во пламени' землю и продавать сомнительные украшения из сгоревших угольков.
  
   Но здесь есть очень большая доля правды. Нашу землю действительно породил огонь и наделил своим чадом - Птицей Фениксом. Однако она не могла справляться со всем в одиночку - земле не хватало одних пламя и золы для плодородия. Люди не хотели селиться на 'огненной' земле...
  
   Тогда мудрая правительница нашла четырёх избранных мужчин всех стихий и родила от них четверо детей, которым суждено было держать в узде погоду круглый год: Валери весной повелевать землёй и растениями, Алексу летом справляться с водой и дождями, Жанне осенью поддерживать огонь и увядание, ну, а мне - зимой укрощать воздух и ветер. Четыре стража должны были всю свою бесконечную жизнь, сменяя друг друга, поддерживать баланс в природе, чтобы люди не уходили из этих краёв.
  
   У людей почему-то принято считать, что любой бог - свят и непорочен. В реальности же всё наоборот. Нам чужды земные манеры и нормы морали. Мы пьём, как свиньи, и курим до потери памяти, считая это нормой. Мы издеваемся над людьми, устраивая проливные дожди или бури в пляжный сезон, только ради потехи. Мы активно пользуемся своим служебным положением... Для нас не зазорно любить сестру или спать с братом.
  
   Жаль только, Валери не была такой.
  
   Я любил добрую и милосердную Валери, сколько себя помнил. Сначала восхищался её желанию посвятить себя людям. Потом - святости и непорочности. Две толстые блондинистые косы, свободное белой платье из льна, зелёные глаза, нежная кожа... Мне стоило больших усилий держать внутри все свои грязные фантазии при виде того, как она помогает старушке донести сумки с рынка. Когда я наблюдал за ней из-за угла, то всегда хотел напустить метель с порывистым ветром, несмотря на середину июня. Хотел, чтобы эта пурга снесла и бабулю, и её корзинку с яблоками, и деревья... И вообще всё вокруг! Чтобы существовали только я, она и зима...
  
   Я любил Валери. Нежно, иногда грязно и пошло, а порой нездорово, но любил.
  
   Она же всегда отвергала своего младшего братца. Ни о каких отношениях со мной она и слышать не хотела. Только люди, только хардкор!.. Она не любила богов и всяких сверхъестественных созданий. Валери всегда привлекали слабые людишки. Накормить, обогреть, приласкать... Моя старшая сестра была настоящей матерью для всех нуждающихся в ней людей. В то время, как Алекс или Жанна сбегали из дома, чтобы попроказничать, - поиздеваться над тёмными людишками, - Валери убегала в приюты и больницы, где часами возилась со стариками и сиротами.
  
   В жизни её печалила лишь одна вещь - она не может помочь всем.
  
   И вот однажды мне надоело, что Валери отдаёт всю себя без остатка неблагодарным людишкам, которые даже не верят в старую легенду про милосердную богиню Весну. Я выкрал её и заточил в этом доме. Если она не хочет дарить свою любовь мне, так пусть она не достанется никому.
  
   С тех пор люди в этих краях не знают, что такое полноценная весна. С декабря по май на этой земле царят холод и морозы. И лишь на три дня в конце мая Весна вступает в свои права и топит снег, чтобы уступить дорогу Лету.
  
   Ты спросишь, почему Валери всегда была такой разбитой? Разве боги не имеют иммунитета к болезням?
  
   И я отвечу: имеют. Всё дело было не в Альцгеймере, - его я выдумал сам. Настоящая причина сокрыта в нашей генетике. Так уж заложено, что, как молоко в груди кормящей матери, в течении трех определённых месяцев в наших телах активно вырабатывается энергия, чтобы мы могли следить за погодой. Если выброса силы не происходит, она начинает переполнять нас и впоследствии - разлагаться. Любой процесс гниения мало чем приятен. А если он ещё и происходит внутри тебя...
  
   В общем, Валери страдала из-за своего упрямства. А стоило-то только признаться, что тоже любит меня, и творила бы она и дальше своё добро по всей земле... А так получила только болезнь и три последних дня в конце мая.
  
   Теперь по поводу тебя, Марьяна.
  
   Боги могут подстроить погоду под себя или создать какую-нибудь иллюзию, но деньги им приходится зарабатывать обычным путём. Наши природные обаяние и харизма облегчают нам задачу, но не полностью.
  
   Оставить Валери одну дома я не мог. Поэтому решил нанять сиделку. Однако с крутым характером Валери это оказалось не просто - одна ты и согласилась. Остальных кандидаток спугнула просьба Валери, помочь ей сбежать. Ведь дело в том, что Валери не могла в одиночку покинуть территорию дома. Я наложил на дом заклинание. Выйти она смогла бы, только если какой-нибудь человек искренне захотел бы ей помочь и вывел бы за руку.
  
   Я хотел, чтобы Валери поняла, что напрасно так любила людей и помогала им. Людишки - алчные существа, которые никогда не пожертвуют собой ради спасения другого.
  
   Когда ты не сбежала, но и отказалась помочь, Валери потеряла всякую надежду и перестала бороться за жизнь. Однако, как бы она не увядала, умереть она не могла - носитель дара бессмертен.
  
   Тогда-то в голову ей и пришёл гениальный план: воспользоваться старым поверьем и передать дар другому человеку. Выбора у неё не было. Ты была единственным доступным сосудом, чем она и воспользовалась.
  
   Теперь тело Валери и семьдесят пять процентов её души отправились на тот свет, а божественное начало Весны и небольшая частичка Валери - достались тебе. Хочешь ты или нет, но теперь ты - хранительница Весны. И вариантов дальнейшего развития событий у тебя только два: либо мы живём в мире и согласии и ты любишь меня, - обязуюсь окружить тебя заботой и лаской в ответ; либо ты повторяешь судьбу Валери и учти: сиделку-человека я уже к тебе не приставлю.
  
   Можешь не давать ответ прямо сейчас - обдумай всё хорошенько. Впереди у тебя тяжёлый месяц, когда внутри тебя будет перегнивать вся та энергия, которую накопила Валери. Я думаю, этого времени будет достаточно для принятия решения.
  
   Приготовься к боли, Марьяна Листьева...
   _______________________________________________________________________________________________
  
  1Героиня пьесы У. Шекспира 'Ромео и Джульетта '
  
  2Героиня романа в стихах А. С. Пушкина 'Евгений Онегин'
  
  3Героиня романа В. Набокова 'Лолита'
  
  4Отсылка к мюзиклу 'Суини Тодд, Демон-парикмахер с Флит-стрит'
  
  5Строка из песни группы Сплин 'Выхода нет'
  
  6Сказка Братьев Гримм
  

13+

  
   - Ну и дыра! - 'восхитился' Влад, подъезжая к посёлку Морозово. Его чёрный 'мерс', который буквально только что выехал из автомойки, смотрелся слишком вычурно на фоне полуразвалившихся домов. Их почерневшие от старости крыши в окружении белоснежного снега выглядели как гнилые зубы во рту у уродливой старухи.
  
   От зловещей тишины Влада спасала только громкая музыка.
  
   Увидев степень аварийности домов, парень потянулся к телефону. Ему не верилось, что его хрупкая и беспомощная Марьяна, которую нужно было холить и лелеять, словно розу, смогла забраться сюда. Да, он знал, что его любимая девушка родилась и выросла в деревне. Но то село было настоящим мегаполисом по сравнению с унылым и богом забытым посёлком Морозово.
  
   Увидев крестик рядом со значком связи, Влад со злостью швырнул телефон в бардачок. Впившись руками в руль, он представлял, как размажет по стенке того умника, который отправил его в эту глушь. Ни мобильной связи, ни Интернета... Что ему вообще делать?
  
   Надежда снова появилась, когда Влад заметил троих бабусек, сидящих на скамейке у забора. Нахохлившись, как птицы на морозе, они сидели, словно три горошины в платках, и что-то активно обсуждали. И о чём только можно говорить в этом 'средневековье'?
  
   Резко затормозив, выпустив из-под колёс эффектный салют из снега, Влад вышел из машины. Дорогая иномарка, которую бабуси видели только по телевизору, и холёный внешний вид парня произвели на местных сторожил неизгладимое впечатление. Престарелые кокетки сразу же подбоченились и застыли в предвкушении.
  
   - Добрый день, дамы!
  
   Услышав такое непривычное обращение, бабуси по-гусиному засмеялись. Та, что сидела посередине, и, видимо, было главой этого 'клана старости', проговорила:
  
   - Мы уж лет сорок как не дамы, милок.
  
   - Девушку эту видели? - спросил Влад, переходя сразу к делу. Подойдя ещё ближе, он протянул к бабусям руку с телефоном. Слегка наклонившись вперёд, они подслеповато уставились на фото Марьяны. - Скорее всего, была в драповом пальто до колен коричневого цвета и с большим розовым чемоданом.
  
   - Не, милок, не было её тута, - ответила 'староста', отстранясь от телефона. - К нам городские редко залетають. Была тута одна. Такая у ней была машина страшная: большая, чёрная, ажно блещет...
  
   - Не чёрный 'рейнжровер' случайно? - У Влада снова появилась надежда найти Марьяну. Ведь ему было известно, что её лучшая подруга Ася недавно как раз обзавелась новой машиной.
  
   - Почём жа мне знать, милок? Я в этом не разбираюся. Помню тока, что из ней красуня такая вылезла. Волосья белёсыя, глазы - синия. Тока одёжка страшная: куртка, как с чужого плеча, штаны - до сисёк натянуты, а боты...
  
   - Это она?
  
   Влад нашел в телефоне фотографию Аси и показал бабусям. Приглядевшись, они положительно закивали головами:
  
   - Она, милок, она. Только у ней волосья были короткие...
  
   - Куда она уехала? - У Влада не было настроения фамильярничать. На нём буквально горела кожа. Злость и близость расправы кружили голову.
  
   - Так, енто... Она к вон той домине поехала. - Бабуся указала куда-то в даль. Из-за елей никакой 'домины' видно не было. - Там городской живёть. Едь по дороге и не сворачивай.
  
   - Спасибо, дамы.
  
   Под снова возобновившееся громкое кудахтанье Влад дошёл до машины и сел в неё. Не успела дверь захлопнуться, как он уже сорвался с места.
  
***
  
   В гневе и злости, все десять - пятнадцать километров Влад пролетел за несколько минут. Возможно, ехал он и дольше, однако мысли о неожиданном визите и ошарашенном лице Марьяны, когда она, как ни в чём не бывало, откроет дверь и увидит своего ненаглядного, заставляли время бежать быстрее.
  
   Остановившись почти в сантиметре от высокого железного забора, Влад выпрыгнул из машины, громко хлопнув дверцей. Он даже не попытался найти домофон или звонок - сразу же забарабанил кулаками по воротам. Энергичные удары и боль в руках заводили его. Влад чувствовал, как становится беспощадным роботом, готовым убить любого за свою собственность.
  
   Спустя несколько минут дверь открылась. За ней стоял парень лет восемнадцати. Он чем-то напоминал Владу мальчиков из американских рок-групп для школьниц: смазливая внешность, бледная кожа и контрастные чёрные волосы и одежда.
  
   - Добрый день, чем могу помочь? - гостеприимно произнёс незнакомец, с улыбкой глядя на разъярённого Влада, из ноздрей и ушей которого вот-вот должен был пойти пар.
  
   - Где она? - Владу тяжело давались спокойные слова.
  
   - Простите, о ком Вы говорите? - Казалось, ничто не может нарушить невозмутимость бледного парнишки.
  
   - Ты прекрасно знаешь, о ком я говорю! - прокричал Влад. - Где Марьяна?
  
   - Извините, но я не знаю, о ком вы говорите.
  
   Парень попробовал закрыть дверь, однако Влад выставил ногу. Незнакомец пытался его остановить, загораживая собой проход, но Влад оказался сильнее. Наконец-то прорвавшись за забор, он начал судорожно оглядываться... И о чудо! В доме, где одну стену первого этажа полностью заменяло панорамное окно, он заметил Марьяну. Она сидела на диване в гостиной и, по-видимому, смотрела телевизор.
  
   Под окрики хозяина, что 'это частные владения' и 'ему сюда нельзя', Влад со всех ног помчался к дому. Рванув дверь, он забежал в гостиную и опешил: Марьяна уже не была Марьяной. Вернее так: от его любимой Марьяны осталась только половина. Левая же сторона девушки полностью изменилась. Смуглая кожа почему-то стала светлой. Тёмные вьющиеся волосы с левой стороны стали прямыми и золотистыми. Один глаз остался серым, другой - позеленел.
  
   Даже черты лица с левой стороны стали какими-то другими. Словно к Марьяне приклеили половинку чужого тела.
  
   - Марьяна, - прошептал поражённый Влад.
  
   Однако девушка не отозвалась.
  
   Как зазомбированная, она продолжала смотреть в телевизор, даже когда Влад подошел к ней вплотную. Присев на корточки, он дотронулся до её бледной руки.
  
   Девушка никак не реагировала.
  
   - Марьяна, - снова позвал Влад. - Марьяна! Что они с тобой сделали?
  
   Не отпуская левой, холодной и бледной, руки, парень дотронулся до её правой, оставшейся по-прежнему тёплой и смуглой. Целуя такие разные, но такие любимые руки, Влад шептал, чтобы Марьяна очнулась.
  
   Лишь увидев её в таком состоянии, он осознал, насколько он полюбил свою собственность.
  
   - Я же говорил, здесь нет никакой Марьяны, - сказал хозяин дома, облокачиваясь о стену. - Это моя больная жена Мари Морозова.
  
   Глядя в глаза, которые словно пытались что-то прокричать, Влад не мог поверить, что ошибся. Он буквально создал Марьяну, поэтому знал наизусть каждый сантиметр её тела. Он узнавал запах её кожи, узнавал сердцебиение...
  
   Он просто не мог ошибиться.
  
   - Если Вас не затруднит, не могли бы вы покинуть наш дом, - попросил парень. - Моей жене нужен полный покой.
  
   - Да, конечно...
  
   Опечаленный Влад направился к двери, но спустя несколько шагов застыл. С минуту сомневаясь, он вернулся к девушке, сидящей на диване. Сняв с шеи какую-то цепочку, он надел её на Мари.
  
   - Это кольцо моей матери, - прошептал Влад. - Я хотел подарить его тебе по возвращении от родителей, но не успел. Не знаю, вспомнишь ли ты меня когда-нибудь, но знай: я люблю тебя, и кольцо на твоей шее моё тому подтверждение. Я буду ждать тебя, Марьяна.
  
   Последний раз взглянув на девушку, Влад встал и уверенно направился к двери. Когда до выхода оставалось несколько шагов, а хозяин уже готовился закрыть за незванным гостем дверь, в гостиной послышалось слабое:
  
   - Влад...
  
   Влад сразу же развернулся и хотел было пойти обратно, но бледный парнишка остановил его:
  
   - Куда вы?
  
   - Но ведь... Вы тоже это слышали?
  
   - Что слышал? - непонимающе спросил хозяин. - Вам, наверное, что-то послышалось. Езжайте домой, отдохните.
  
   Хозяин дома по-дружески приобнял за плечи Влада и вывел из дома. Лишь убедившись, что гость сел в машину и уехал, парень скрылся за забором.
  
***
  
   Вернувшись в дом, Демиан застал беззвучно плачущую Марьяну. Сев рядом, он крепко обнял её и спросил:
  
   - Ну что ты раскисла, Мари?
  
   Превратившаяся на месяц в Валери Марьяна ответить ничего не могла. Она не могла рассказать, что в один день на неё свалились все страхи.
  
   Про Влада и то, что он может приехать, девушка своему сожителю не рассказала. Да и зачем? Во зло или добро, но Влад всем сердцем хотел вернуть Марьяну домой. А, значит, мог разрушить заклинание дома.
  
   Когда он зашёл в гостинную, девушка закричала, что есть мочи, чтобы он увёз её. Однако, парализованное тело обмануть не так уж и просто. Всё, что она смогла сказать, - это слабое 'Влад...' И оно бы подействовало...
  
   Если бы не Демиан.
  
   После ухода Влада оставалась только надежда на Асю.
  
   Но и тут жизнь устроила Марьяне очередную ловушку.
  
   Молча показав на телевизор, девушка ещё сильнее заплакала. Обняв Марьяну покрепче, Демиан пробормотал:
  
   - Ну, давай посмотрим...
  
   ...и сделал звук громче.
  
   По телевизору шли новости. На одной половине экрана была красивая девушка в деловом костюме - ведущая, на второй располагалось фото блондинки - Аси. Диктор говорила:
  
   - В ночь с 17 на 18 мая в лесополосе около деревни Морозово была обнаружена разбитая машина - чёрный 'рейнджровер'. Внутри оказался труп молодой девушки. Прибывшая на место происшествия полиция и скорая установили личность погибшей. Ей оказалась двадцати-одно-летняя фотомодель и актриса Ася Миронова. По заключению судмедэкспертов, труп девушки пролежал в лесу 3 - 4 суток. Следов насилия на теле, а так же наркотических или алкогольных веществ в крови не обнаружено. Следствие по делу продолжается. К новостям культуры. В театре...
  
   Последняя ниточка к прошлой жизни оборвалась.
  
   Больше Марьяну спасти было некому...
   _______________________________________________________________________________________________
  
  Хай! На связи #Nikabo_Norev!
  
  Только что ты прочитал моё новое творение. Не знаю понравилось ли оно тебе, но, в любом случае, я благодарна тебе за то, что потратил несколько часов своей бесценной жизни на прочтение этого текста.
  
  Не забывай поделиться своим мнением с друзьями!
  
  До новых встреч! Чмок!
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Искажающие Реальность-7"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Н.Любимка "Черный феникс. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) В.Свободина "Эра андроидов"(Научная фантастика) Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"