Нуллонэ Этери : другие произведения.

И солнце ответило...

Самиздат: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Школа кожевенного мастерства: сумки, ремни своими руками
Оценка: 9.00*3  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Это фантазия на тему "Хроник Нарнии". Отказываюсь от прав на героев, они принадлежат К. Льюису. Но поскольку сейчас принято писать по мирам известных авторов, то и я себе позволила. У каждого из нас есть самый главный вопрос в жизни. Но кто из нас находит на него ответ?

  Глава 1.
  
  Все, что было много лет назад,
  Сны цветные бережно хранят.
  И порой тех снов волшебный хоровод
  Взрослых в детство за руку ведет.
  
  Сны, где сказка живет среди чудес.
  Сны, где можно достать
  Звезду с небес, с небес.
  Счастлив тот, счастлив тот,
  В ком детство есть.
  
  Детство наше давно прошло.
  Прошлой жизни букварь прочло.
  Лето, осень, зима и нет весны...
  Но хранят той весны тепло,
  Но хранят той весны тепло
  Наши детские сны...
  
  
  Это была глупая и шумная студенческая вечеринка: с первой же минуты Джейн пожалела, что дала Бетти себя уговорить.
  - Ну что ты все сидишь у тетки! - упрекала Бетти. - Пойди развейся, познакомься с новыми людьми. Рождество на дворе!
  И Джейн впервые за последние три года решилась выйти в Рождество из дому. Но сидя в холодной комнате на продавленном диване, она понимала, как скучает по мягкому уюту их гостиной, по маминым рукам, по папиному смеху... И как глубоко погребено их счастье, разбитое во время бомбежки в сорок третьем.
  Она была совершенно чужой здесь, среди тех, кто пытался делать вид, что войны не было, и тех, кто строил новую жизнь на еще дымящихся руинах старой. Джейн жила, пытаясь смириться с потерей, и каждое утро смотрела на солнце с надеждой: вдруг там, за горизонтом, найдутся ответы на ее вопросы?
  Девушка украдкой взглянула на Бетти: та хохотала над незамысловатыми шутками Бена, высокого глуповатого парня. "Теперь я точно могу уйти, - решила Джейн, - никто меня не заметит". В ворохе оттаявших шуб она отыскала свое старое пальтишко и начала осторожно пробираться к выходу, однако на полпути ее внимание привлек парень, сидевший на окне. Что-то необычное было в выражении его лица, и казалось, что он грезит о вещах далеких и радостных, непонятных никому из окружающих. Джейн замерла, глядя на него. Секунды бежали, а девушка все не могла объяснить себе, что особенного в его лице.
  Он почувствовал на себе чей-то взгляд и удивленно обернулся.
  - Что-то не так? - с легкой улыбкой спросил он смутившуюся Джейн.
  Та не знала, что ответить.
  - Все в порядке, - тихо сказала Джейн, - я просто пыталась понять, о чем ты думаешь.
  Трудно сказать, кто удивился больше - юноша или сама Джейн. Последняя фраза вырвалась у нее непроизвольно.
  - Прости, - произнесла она еле слышно, - я совсем не то хотела сказать.
  - Думаю, нам стоит это обсудить, - с этими словами юноша легко спрыгнул с подоконника и протянул Джейн руку.
  - Питер, - представился он.
  - Джейн, - она всё еще не решалась взглянуть в его лицо, хоть и пожала протянутую руку. Питер заметил, что девушка надела пальто.
  - Ты собралась уходить? - поинтересовался он.
  - Вообще-то я еще не решила, - Джейн и впрямь передумала уходить. А что, если ей уже не удастся найти Питера? Как ни смешно это звучало, но ей показалось, что он разговаривал со звездами. А вдруг он знает ответы на ее вопросы?
  - Разрешишь проводить тебя? - с улыбкой спросил Питер.
  Джейн кивнула и вышла за ним на заснеженную улицу. Они шли молча, под ногами тихонько поскрипывал снег, небо было на удивление звездным, как бывает только в Рождество. Внезапно Питер остановился перед старым, непонятно как сохранившимся в городе фонарем. Снежинки кружились над ним в последнем танце и таяли, коснувшись запотевшего стекла.
  - Совсем как там... - изумленно выдохнул он.
  - Где? - немедленно поинтересовалась Джейн.
  Питер вздрогнул. Он и забыл, что стоит посреди снежного Лондона с едва знакомой девушкой.
  - Я думаю, еще не пришло время говорить об этом, - серьезно сказал юноша.
  Джейн поверила и не стала задавать вопросов.
  Почти до самого утра они бродили по Лондону, болтая обо всем и ни о чем. Питер рассказывал Джейн о своей семье, а она - об обломках своей жизни. О родителях, погибших в бомбежке, о своей контузии и долгом лечении. Им было легко говорить, приятно слушать друг друга, и казалось, что они знакомы уже много лет.
  - Что ты учишь? - поинтересовалась Джейн.
  - Историю и философию, уже скоро заканчиваю. А ты?
  - А я в этом году начала литературу, - она всегда любила книги, предпочитая их компании приятелей.
  - Так ты первокурсница, как Лу, - протянул Питер и тут же пояснил. - Это моя сестра. Младшая сестра.
  В его словах послышалась такая горечь, что Джейн заглянула в лицо юноши.
  - Что с ней?
  - Я больше думаю про другую сестру, Сьюзен, - медленно начал Питер. - С ней, пожалуй, ничего. Она считает нас - Эда, Лу и меня, - детьми. Говорит, что мы забиваем себе голову разной чепухой, размышляем о том, что нас не касается, и ведем себя глупо. Она же встречается с парнями, ее интересует лишь косметика, наряды, и последние сплетни. И мне кажется, что я потерял сестру.
  Питер и Джейн шли молча, понимая, что за следующим поворотом их ждет прощание. Завернув за угол старого дома, они остановились.
  - С Рождеством тебя, - первой нарушила молчание Джейн.
  - И тебя!
  Джейн ушла, а Питер долго смотрел ей вслед.
  
  ***
  - Что-то случилось, Питер? - небрежно одетый парень оторвался от книжки, которую читал с явным удовольствием.
  - Эд, я познакомился с такой девушкой!
  Эдмунд отложил книгу и приготовился слушать: он давно не видел брата таким взволнованным.
  Питер не знал, с чего начать. Перед глазами все ещё стоял ее образ: темные волнистые волосы, серые с черным ободком глаза, немного печальное и задумчивое выражение лица. Он и сам не знал, чем привлекла его эта милая, но, в общем-то, обыкновенная девушка.
  - Она похожа на дриаду, - попытался объяснить Питер. Эдмунд усмехнулся, но промолчал.
  - Мы гуляли, и вдруг вышли прямо к фонарю. Не поверишь, он был точно такой же, как тот, на равнине Фонарного столба! Я даже на минуту поверил, что Аслан смилостивился и пустил нас обратно. Но, разумеется, это был просто старый фонарь.
  Эдмунд вздохнул. Он знал, о каком фонаре говорит брат. Пару лет назад он отправился искать старый дом профессора Керка. Там, под дряхлым пнем были зарыты магические кольца, с помощью которых они смогли бы попасть в Нарнию. Но слова Аслана вечны: тот, для кого закрыт вход в Нарнию, никогда не сможет очутиться в ней снова. Тогда, во время своих бесплодных поисков, Эдмунд и набрел на фонарь, похожий как две капли воды на Тот, стоящий в густом лесу. Поразмыслив, Эдмунд понял, что этот фонарь и впрямь брат того, который сломала Джедис пятьдесят лет назад. Рассказ профессора Керка словно оживал перед его глазами: Джедис не успела далеко отъехать от дома Керков, сломав фонарь где-то поблизости, и сейчас он находится в том же районе. И уж конечно все фонари на этой улице были одинаковыми. Один из них, сломанный полвека назад, прожил тысячи лет в другом мире. Остальных же сломало время - лишь один, постаревший и покосившийся, еще уцелел в этом забытом войной переулке.
  Тогда Эдмунд решил не рассказывать брату и сестрам о своей находке - Сьюзен уж точно только посмеялась бы над ним, Люси бы расстроилась, да и Питер напрасно ходил бы туда в надежде пробудить древнюю магию, все яснее понимая, что детство кончилось и вход в Нарнию закрыт навсегда. Да и сейчас Питер вряд ли поймет, если начать объяснять: слишком уж он полон знакомством с девушкой и встречей с братом нарнийского фонаря, так что, пожалуй, не стоило разрушать рождественскую сказку.
  
  Вскоре Люси заглянула к братьям пожелать им счастливого Рождества.
  - Родители еще в гостях! - сообщила она. Ее лицо сияло, золотистые волосы разметались по спине. - А ты, лежебока, даже не ходил никуда? - поддела она Эдмунда. Тот лениво перевернулся.
  - Ходил! Но убежал оттуда через два часа, - и совсем другим тоном добавил:
  - Я вспоминал самое первое Рождество.
  Питер и Люси переглянулись. Они часто вспоминали свое первое Рождество в Нарнии, Деда Мороза и его волшебные подарки, но старались, чтоб при этом Эдмунда рядом не было. В то время их брат был у Колдуньи и узнал о наступлении Рождества, только когда Джедис заколдовала Лиса и Белок. Позже Аслан объяснил им: "Что было, то было, незачем говорить о прошлом с вашим братом".
  Они и не говорили, однако Эдмунд помнил всегда. В Нарнии он нечасто вспоминал о предательстве, чувствуя, что искупил вину. Но в Англии время уже не было таким целительным.
  -А помнишь, в тысяча пятом? - поспешно спросила Люси. - Фавны устроили Снежный танец, а король Лум привез такие замечательные ледяные фигурки.
  Питер подхватил рассказ, и все трое еще долго вспоминали годы правления в четырехтронном Кэр-Паравеле. Но тут открылась дверь, и к ним заглянула Сьюзен.
  - Счастливого Рождества!
  - Тебе того же! - отозвались братья, а Люси вскочила, чтоб поцеловать старшую сестру.
  - Чем занимались? - насмешливо спросила Сью, снимая шапочку и стряхивая снег с волос. - Опять рассказывали сказки?
  Питер резко ответил:
  - Ты не считаешь, что это не совсем твое дело? Что...
  - Ладно, ладно! Играйте в свои игры, не буду вам мешать! - перебила Сьюзен со смехом и вышла из комнаты. Настроение было испорчено. Эдмунд снова взялся за книгу, а Питер увел Люси в свою комнату, чтобы "спокойно поговорить". К его удивлению, сестра приняла близко к сердцу эту странную встречу.
  - Познакомь меня с ней, Питер, - попросила девочка. Ее брат удивился, но согласился.
  
  
  Глава 2.
  Среди миров, в мерцании светил
  Одной Звезды я повторяю имя...
  Не потому, чтоб я Ее любил,
  А потому, что я томлюсь с другими.
  
  И если мне сомненье тяжело,
  Я у Нее одной ищу ответа,
  Не потому, что от Нее светло,
  А потому, что с Ней не надо света.
  И. Аннинский
  
  У нее никогда не было такого странного Рождества. За окном постепенно светлело, и новый день тихо входил в комнату, стараясь не потревожить ее обитательницу. Впервые за последние годы Джейн не поднялась, чтобы посмотреть на восход солнца.
  Что-то необычное было в выражении глаз этого Питера. Знакомое и вместе с тем странное. Из полузабытой детской сказки. А может быть, из Того сна?
  Джейн встала, умылась и начала варить кофе в старой кофеварке. Лучше всего ей думалось с чашкой горячего, горьковатого кофе, завернувшись в старый плед. Тетя Сара вышла из своей комнаты, кутаясь в теплую шаль.
  - С Рождеством тебя, дорогая! - поздравила тётушка. После смерти родителей Джейн Сара Герт забрала девочку к себе. Элизабет, мать Джейн, была ее любимой сестрой. Муж Сары погиб, детей у них не было, и не столько тётушка заботилась о племяннице, сколько сама Джейн изгоняла одиночество из опустевшей квартиры, ухаживая за Сарой.
  - И тебя, тётя!
  Сару согнул пополам приступ кашля. Немного отдышавшись, она постаралась успокоить испуганную племянницу:
  - Ничего, моя хорошая! Я просто простыла, это скоро пройдет.
  Но Джейн знала правду: у ее тети была чахотка.
  Девушка обняла тетю, и дрожащим от сдерживаемых слез голосом сказала:
  - Ты ложись, я сейчас завтрак приготовлю!
  Они обе понимали, что следующее Рождество Сара уже не встретит...
  - Ты б замуж вышла, дочка, пока я жива, - тетя уже не первый раз заводила об этом разговор, но сейчас Джейн вместо того, чтобы отмахнуться, густо покраснела и сказала:
  - Мне кажется, я нашла такого человека.
  Тетя удивленно посмотрела на нее. Еще вчера Джейн не заикнулась о том, что у нее есть парень. Пришлось рассказать вчерашнюю историю, которая не вызвала энтузиазма у Сары.
  - Вечно витаешь в облаках, и Питер твой такой же. Вчера познакомились, а сегодня ты уже замуж за него идти готова.
  Джейн лишь пожала плечами.
  
  Так странно было ждать встречи... Джейн казалось порой, что никакого Питера не было, лишь странный рождественский сон приснился ей на морозе. Но перед глазами все время стояло его лицо, а ночи были полны тревожными снами о Питере, Питере, Питере... Джейн не хотелось ни с кем общаться. Так бывает, что человек, увидев настоящий алмаз, не может восхищаться стеклом. Любила ли она своего неожиданного знакомого? Вряд ли кто-то знал ответ.
  
  И все-таки встреча была неожиданной. Как ни всматривалась Джейн в каждого прохожего, она не заметила Питера, подошедшего с противоположной стороны.
  - Здравствуй, Джейн!
  Каким красивым показался он девушке, той особой красотой, видной лишь любящему сердцу.
  - Питер! Я так... - она не знала, что сказать. Так рада, так ждала, так скучала? Питер так и не узнал этого.
  - Прогуляем первую пару? - весело предложил он, - первый и последний раз!
  Джейн согласилась.
  Ночами они ходили по старым узеньким улочкам, а утром лишь встречались в перерывах между лекциями. В университете стали подшучивать над ними. Джейн еще не знала, но Питера чуть ли не с первого дня считали странным и чудаковатым. Бетти сочла своим долгом предупредить подругу:
  - Ты осторожней с ним, он ненормальный какой-то, честное слово... - но, увидев выражение лица Джейн, осеклась. - Ну как знаешь, я тебя предупредила!
  Джейн никого не слушала. С Питером было легко, и вместе с тем каждый шаг, каждый разговор давался с усилием, будто ее душа строилась и изменялась под его влиянием. Он казался чуть ли не вдвое старше своего возраста, и вместе с тем был чист, как ребенок. Джейн не могла заметить этого, но сама становилось добрей, справедливей. Горечь от потери родителей постепенно покидала ее, другие мысли и чувства приходили на смену прошлым.
  
  ****
  Люси всё чаще просила Питера познакомить ее с Джейн. Весь дом очень заинтересовался увлечением старшего сына, и только Сьюзен презрительно улыбалась, потихоньку нашептывая Люси: "Да эта Джейн просто дурнушка, не знаю, что в ней Питер находит?!"
  Люси с неприязнью вспоминала Рабадаша, в которого была влюблена её сестра, и думала, что Джейн уж наверняка лучше, чем вислоухий царевич Сью.
  Эдмунд и Люси очень хотели увидеть девушку, из-за которой их старший брат потерял покой. Питер Великолепный, Верховный король Нарнии, был необыкновенно красивым мужчиной, и многие нимфы, наяды и царевны тщетно пытались обратить на себя его внимание. Питер был столь же радушен, сколь и равнодушен ко всем. Джейн казалась его брату и сестре загадкой, родители же просто хотели познакомиться с девушкой старшего сына. Наконец, Питер торжественно сообщил, что его подруга придет на ужин.
  Джейн подошла к дому Пэвенси ровно в пять вечера. Робко позвонив в дверь, она вдруг испугалась и непременно бы убежала, если б в это время Питер не открыл ей дверь. Юноша ободряюще сжал её руку, и они прошли в столовую, где сидела вся семья. Люси порывисто вскочила навстречу Джейн и ласково обняла ее. Питер с улыбкой смотрел на них, как вдруг Эдмунд положил ему руку на плечо:
  - Глаза, посмотри на их глаза! - удивленно прошептал он. Питер с изумлением заметил, что глаза Джейн как две капли воды похожи на глаза Лу. Не цветом, но неуловимым выражением, мягким светом. Он не мог знать, что в эту минуту Джейн заметила то же едва ощутимый свет, что исходил от Питера, его брата и младшей сестры.
  Познакомившись со всей семьей, Джейн почувствовала себя свободней, тем более, что Люси ей очень понравилась. После обеда Лу увела свою новую знакомую в комнату, и братья пошли за ней.
  Джейн с удивлением смотрела по сторонам. Одна из стен в комнате Люси была завешана красивым оружием прошлого века - лук и стрелы, несколько кинжалов. На одной из книжных полок стояли сказки, на другой - рыцарские романы. Окно было занавешено полупрозрачной шторой, и Джейн подумала, что обитательница комнаты любит солнце. Кровать, несколько удобных кресел, красивый письменный стол и покосившийся шкаф создавали уютную и вместе с тем строгую атмосферу. Но самым необычным были рисунки, развешанные по всему оставшемуся пространству: разные животные, необычные пейзажи и персонажи, словно сошедшие со страниц сказок.
  - Чьи это рисунки? - поинтересовалась она. Питер и Эдмунд переглянулись, а Люси спокойно сказала:
  - Моей подруги. Мне очень нравятся ее работы, и она их дарит нам - Питеру, Эду и мне.
  - Как красиво, - восхищённо протянула Джейн. - Можно посмотреть?
  - Конечно! - Люси уселась на кровать, поджав ноги, ее братья сели в кресла, а Джейн внимательно рассматривала картины.
  Над окном висел огромный рисунок льва. Он казался необыкновенно мудрым и ничуть не походил на тех львов, которых Джейн видела в книгах. Рисунок был почти живым, лев смотрел прямо в глаза девушке, и на мгновенье ей показалось, что царь зверей улыбнулся.
  На следующей картине был изображен юноша в старинной одежде, у него было приятное мужественное лицо, но глаза казались неживыми. Джейн спросила себя, какие страдания могли придать глазам человека такое выражение?
  На третьем рисунке ей удалось разобрать подпись: Джил Поул. Здесь водили хоровод самые разнообразные существа. Сатиров, гномов и кентавров Джейн знала по мифам, но кем были остальные?
  Она не понимала, что объединяет все рисунки в комнате Люси. Были картины животных, и казалось, что олени, волки и лисы позировали художнику. На стенах висели и пейзажи, и изображения старинного оружия, и портреты разных диковинных существ. И вдруг Джейн остановилась, как вкопанная. На небольшой картине девочка смотрела вниз с горы. Далеко внизу виднелись облака, а над горой светило яркое солнце - здесь неизвестной Джил удалось передать цвета гораздо лучше, чем на остальных картинах. Они казались более яркими, более живыми. Художница передала не только цвета, но даже благоухание летнего дня: струился чистый, прозрачный ручеек, густые кроны деревьев давали приятную тень.
  Но самым странным было то, что Джейн узнала это место.
  
  
  Глава 3.
  
  Хочу у зеркала, где муть
  И сон туманящий,
  Я выпытать -- куда вам путь
  И где пристанище.
  
  Я вижу: мачты корабля,
  И вы -- на палубе...
  Вы -- в дыме поезда... Поля
  В вечерней жалобе...
  
  Вечерние поля в росе,
  Над ними -- вороны...
  -Благословляю вас на все
  Четыре стороны!
  М. Цветаева
  
  - Где это? - срывающимся голосом спросила Джейн.
  Питер вскочил так резко, что она вздрогнула.
  - Откуда ты знаешь это место? - вопросом на вопрос ответила Люси.
  - Не то, что знаю, нет, но.. просто оно когда-то мне приснилось. Глупо, наверно, не хочу про это говорить.
  Питер дотронулся до руки Джейн и тихо сказал:
  - Поверь, нам это очень важно. Расскажи про свой сон.
  Джейн закрыла глаза. Даже теперь, пять лет спустя, сон не забылся, ни одна подробность не стерлась из памяти. И впервые в жизни Джейн нашла слушателей, которые могли ее понять.
  
  ****
  - Что с девочкой?
  - Не совсем понятно. Контузия, скорей всего.
  - Бедная, ее родители погибли. Как она спаслась - вообще непонятно! Дом-то весь разрушен, - бормотал первый голос.
  Второй, более грубый, ответил:
  - Ее балкой прикрыло, так и выжила.
  Разговор долетал до Джейн как сквозь вату. Она отчетливо помнила взрыв, как тормошила папу и маму, в глубине души понимая, что они вряд ли очнутся. Судя по всему, потом она потеряла сознание, потому что не помнила, как очутилась в белой комнате, и кому принадлежат голоса, обсуждающие ее судьбу. Любое мысленное усилие вызывало головную боль, и девочка постепенно погружалась в ласковую темноту, где не было ни света, ни боли, ни смерти.
  Ее раскачивало на волнах, вода была прозрачной и теплой. "Интересно, откуда здесь вода?" - подумала Джейн. Девочка решила, что ей снится сон, и спокойно дала реке увлечь себя вдаль. Постепенно вокруг светлело, появились другие звуки кроме плеска воды: пение птиц, шепот ветра, шелест листьев. Джейн открыла глаза и с удивлением осмотрелась. Она лежала наполовину в ручье, наполовину на берегу. В нескольких метрах от нее начинался высокий и редкий лес. Воздух был необычайно чист и сладок, тишина была приятной и умиротворяющей.
  Джейн с удивлением заметила, что краски в этом месте куда ярче, чем она привыкла видеть. Трава была зеленой, как изумруд, а небо - голубым, как лепестки колокольчика.
  Она напилась из ручья, съела немного ягод, растущих вдоль берега, и почувствовала себя совсем здоровой.
  - Это сон, - напомнила себе Джейн. - Но если это и сон, то я не хочу просыпаться! - уверенно произнесла она.
  - Ты бы хотела остаться в этом месте? - спокойно спросил ее голос.
  - Кто ты? - девочка оглянулась, но никого не увидела.
  - Я хозяин этого места, - так же спокойно ответил Он (так мысленно назвала его Джейн). - Сейчас, - (он подчеркнул это слово), - ты не можешь меня увидеть.
  - Как я сюда попала? Где я?
  - Это место вне миров. Подойди к обрыву и посмотри вниз, - велел голос. Джейн подошла и с замиранием сердца посмотрела вниз. То, что вначале показалось ей пеной на бурной реке, на самом деле было облаками. Она была на такой высоте, но здесь не было снега, а воздух был целительным, а не разреженным.
  - Мы вне твоего мира, дитя, и вне моего, - тихо произнес Он за ее спиной. Джейн уселась на траву, думая о том, что никогда еще сны не были такими реальными и никогда не приносили облегчения и спокойствия.
  - Это не сон, хотя когда ты вернешься к себе, будешь уверенна, что спала, - ее невидимый собеседник, похоже, умеет читать мысли, - подумалось девочке.
  - Я вызвал тебя сюда, дитя, чтобы указать тебе путь. Ты сама выберешь свою дорогу, но я могу направить тебя, подсказать. У тебя не совсем обычная судьба. Всю жизнь ты будешь искать Ответ.
  - Но на какой вопрос, сэр? - поинтересовалась Джейн.
  - Ты поймешь это со временем, - невозмутимо сказал Он. - Твоя жизнь - поиск. Через пять минут ты вернешься в свой мир, но постарайся запомнить все, что я тебе покажу.
  - А мы еще встретимся?
  - Обязательно! Правда, я не буду таким, как ты меня представляешь. Всю жизнь я буду идти за тобой, невидимый и неслышный, и лишь надеюсь, что твоя душа поверит моим словам, - низкий и густой голос незнакомца убаюкивал Джейн, проникая в глубину души, затрагивая молчавшие до сих пор струны.
  - Закрой глаза, дитя, и смотри внимательно! - произнес невидимый. Джейн только собиралась спросить, как можно видеть с закрытыми глазами, как вдруг поняла, что она ВИДИТ. Перед глазами мелькали разные картины: здесь были древние битвы и празднества, моря и горы, люди и не люди, страницы пожелтевших книг и свитки рукописей, драконы, вулканы, пожары... "Неужели Он думает, что я смогу это запомнить?" - поразилась Джейн. - И что мне дает это знание?"
  Видения постепенно становились менее отчетливыми, но более близкими, понятными. Вот четверо подростков сидят на тронах, в красивых и необычных одеждах, вот битва, в ней мало людей, но много необычных существ, которых Джейн не успела рассмотреть. Восходы и закаты, развалины замков и бомбежка Лондона, могила ее родителей и незнакомые кладбища. Девочка не могла вместить весь объем информации, но тут Он тихо шепнул ей:
  - Это часть твоей истории. Когда придет время, ты поймешь. А теперь тебе пора возвращаться.
  Вновь вернулась приятная тишина и темнота, Джейн почувствовала, как ручей подхватил ее и понес вдаль, в реальный мир - тусклый и суетный.
  
  ****
  Трое Пэвенси выслушали рассказ Джейн с необыкновенным вниманием. Ей показалось, что они куда больше верят в реальность ее сна, чем она сама.
  - Это был Аслан, - уверенно сказала Люси.
  Эдмунд предостерегающе взглянул на сестру, но та спокойно ответила:
  - Помните, что сказал профессор Керк? "И не болтайте много о Нарнии даже между собой. Не рассказывайте никому, пока не убедитесь, что у тех, с кем вы беседуете, были такие же приключения. Что? Как вы это узнаете? О, узнаете, можете не сомневаться. Странные истории, которые они будут рассказывать, даже их взгляд выдаст тайну." Разве вы не понимаете, что Джейн БЫЛА в Нарнии?
  Джейн не имела представления, о чем говорит Люси. Но она молчала, понимая, что происходит что-то важное.
  Питер сел рядом с ней, приобняв за плечи.
  - Думаю, мы тоже должны тебе кое-что рассказать.
  Рассказы о Нарнии длились почти до утра. Джейн заворожено слушала рассказы братьев. Мир, о котором она лишь мечтала, вырисовывался в их неторопливом разговоре. Мир, в котором животные разговаривают, в котором зло победимо и царствует справедливость.
  - А что вы делали в Нарнии после победы? - спросила Джейн. Быть может, ей показалось, но Питер переглянулся с братом и сестрой, прежде чем ответил:
  - В Нарнии каждый занимается тем, что ему по душе. Мы с Эдмудом были воинами, Лу и Сью - целительницами, а все остальное время мы просто делали то, что нам нравилось: строили, пели, дружили.
  Проговорив до утра, Джейн поняла, что Тот, кто вызвал ее из нашего мира, был Аслан, Великий лев. Многое из того, что она видела в последние минуты на Горе-над-миром, стало понятнее. Теперь она знала, что видела развалины Кэр-Паравела, битву у Беруны и еще некоторые эпизоды из истории Нарнии. Теперь Джейн куда внимательней смотрела на картины Джил. Ведь только эта Джил и Юстес побывали на Горе-над-миром.
  - Можно мне познакомится с остальными? - спросила Джейн.
  - Конечно! Каждый год в мае мы собираемся у профессора Керка в доме, и ты можешь поехать с нами, - гостеприимно предложил Эдмунд.
  
  Джейн и Питер молча шли по улице в сторону ее дома. Оба были переполнены новым и опустошены, высказав давно наболевшее. Они чувствовали, что этот вечер сблизил их, они лучше и полнее понимали друг друга. И поэтому Джейн почти не удивилась, когда Питер обнял ее и тихо прошептал:
  - Я люблю тебя! И хочу, чтоб ты стала моей женой.
  Сияющими глазами Джейн посмотрела на того, кто открыл ей новый мир.
  А потом просто поцеловала его, понимая, что словами всего не скажешь.
  
  Глава 4.
  
  Нечеловеческая сила,
  В одной давильне всех калеча,
  Нечеловеческая сила
  Земное сбросила с земли.
  И никого не защитила
  Вдали обещанная встреча,
  И никого не защитила
  Рука, зовущая вдали.
  
  С любимыми не расставайтесь,
  С любимыми не расставайтесь,
  С любимыми не расставайтесь,
  Всей кровью прорастайте в них,
  И каждый раз навек прощайтесь,
  И каждый раз навек прощайтесь,
  И каждый раз навек прощайтесь,
  Когда уходите на миг! (с)
  
  Джейн почти каждый день заходила к Пэвенси, чтобы поболтать о Нарнии. Историю этой страны она узнала куда лучше английской. Девушка очень жалела о том, что среди рисунков Джил нет ни мистера Тамнуса, ни Бобров, ни Каспиана, ни Рипичипа, ни, самое главное - самих Пэвенси в Нарнии. Люси как-то обронила замечание о том, что в этом возрасте в Нарнии они выглядели немного по-другому. Джейн очень захотелось увидеть Питера в доспехах и с мечом в руках.
  В этот день они засиделись допоздна. Братья обсуждали стратегию какой-то битвы с великанами, Джейн и Люси разговаривали о тархистанцах, пытаясь определить, потомками какого народа они являются.
  - Таш, Таш... Не припомню ничего похожего в древних религиях, - говорила Джейн. - Может быть, индусы?
  Люси прислушалась к разговору братьев:
  - Ты должен был подумать об этом, - убеждал Эдмунд, - в конце концов, ты был Вер...
  - Тшш! - резко оборвал его Питер. Эдмунд смущенно замолчал, а Джейн удивленно смотрела то на одного, то на другого.
  Беседа сменила направление. Джейн рассказывала друзьям о своих видениях, а они пытались разобраться, что относится к истории Нарнии. Было так приятно сидеть вместе, разговаривать, спорить, думать о том удивительном мире. Люси обняла подругу:
  - Джейн, мы так рады, что нашли еще одного друга Нарнии! Мы с Эдом не возражаем, - тут она лукаво взглянула на Питера, - если ты станешь нашей сестрой.
  Питер рассмеялся:
  - Ты не меняешься, Лу! Мы с Джейн решили пожениться летом, если это ты хотела узнать.
  Люси от полноты чувств поцеловала брата в щеку, а потом снова обняла Джейн. Та от всей души улыбнулась своей подруге. Джейн впервые подумала о том, что свадьба с Питером (от этой мысли ей становилось радостно и страшно) даст ей семью: этих милых брата и сестру, которых она искренне полюбила, и славных родителей Питера, принявших ее в свой дом, как родную. Впервые после бомбежки сорок третьего Джейн поверила, что сможет быть счастлива.
  
  Питер по обыкновению проводил девушку домой. Вернувшись, он застал Эдмунда и Люси в своей комнате.
  - Что-то случилось? - поинтересовался он.
  - Хочу узнать, почему ты не говоришь Джейн о том, что мы были королями в Нарнии? Мы-то ладно, но ведь ты был Верховным Королем! - со свойственной ей прямотой спросила Люси.
  - Я не хочу, чтобы она подумала обо мне плохо. Я не буду хвастаться. И очень прошу вас не говорить об этом Джейн.
  - Но... - начала было Люси.
  - Давай не будем об этом, - спокойно сказал Питер. Недаром он был Верховным королём - его сестре даже в голову не пришло что-то добавить. Только Эдмунд сказал сестре потихоньку: "Пусть поступает так, как считает нужным. Он всегда вел себя мудро." Люси только кивнула. Она чаще остальных видела Аслана, но знала, что ее старший брат намного меньше нуждается в напутствиях, чем они все. Благословение Аслана было на нем еще задолго до дня коронации. Порой Люси казалось, что еще в Англии в Питере были задатки для того, чтобы стать королем.
  
  Родители Питера обрадовались скорой свадьбе, а Сьюзен только хмыкнула. Питер решил, что пришло время поговорить с сестрой.
  - Сью, расскажи мне, почему ты так реагируешь? - тихо спросил он.
  - Ты просто смешной, брат! Ты мог быть встречаться с любой девушкой, хотя и считаешься странным. Но ты достаточно умён и красив, чтобы найти кого захочешь!
  - А ты не подумала, что я уже нашел ту, которая мне больше всего нравится?
  - Нет. Эта девочка от тебя без ума, понятно. Но почему ты считаешь, что это на всю жизнь?
  - Ради Аслана... - по привычке начал Питер.
  - Ради меня, прекрати! - зло сказала Сьюзен.
  - Сью, - медленно произнес юноша, забыв о изначальной теме разговора, - КАК ты могла забыть? Мы провели там много лет. Мы видели Аслана! Мы были королями!
  - Я не знаю, было ли это на самом деле, или мне снился сон. Я не вижу Аслана в этом мире, я не знаю, зачем нам все это снилось. И мне проще жить, не думая об этих детских играх.
  - Ты все объяснила, Сью. Теперь я понимаю, почему ты стала такой и почему тебе не нравится Джейн. Но Аслан существует! - с этими словами Питер вышел, оставив сестру задумчиво стоять посреди комнаты.
  В комнате Люси Питер рассказал младшим о своем разговоре со Сью. Но не успели они ответить, как раздался звонок в дверь - пришла Джейн. Она сразу включилось в разговор о Сьюзен и Нарнии.
  - А где вы встречаете Аслана? Разве он здесь, в нашем мире? - робко спросила она.
  Люси задумалась. Она знала, что Великий Лев постоянно с ней, но как объяснить это другому?
  - Я знаю, что он хранит меня от зла, - в конце концов сказала она. - Я верю, что в конце пути он встретит меня, и я попаду в его страну, увижу Рипичипа, Тамнуса и остальных. Наверно, эта вера поддерживает меня. Эд? - повернулась она к брату.
  - Ну, когда мы были в Нарнии во времена Каспиана, я не смог увидеть Аслана. Только Лу видела Его, - Эдмунд говорил взволнованно и вместе с тем проникновенно. - Но я верил, что он там, и спокойно шел за Люси, хоть и не видел дороги в темноте. То же самое я чувствую сейчас. Я иду, зная, что он ведет меня, и, хотя не вижу его, верю, что придет время, и я смогу встретить Аслана. Питер?
  - Помните, в ночь перед боем у Беруны Аслан долго разговаривал со мной? Он многое объяснил мне. И на следующий день, когда пришлось сражаться, то, что сказал Аслан, очень пригодилось мне. Он многому научил меня за годы, проведенные в Нарнии. Скорей всего, в нашем мире я стараюсь вести себя, как нарниец. Я знаю, что Аслан следит за мной, и знаю, что в Конце мне придется дать ему ответ.
  Джейн промолчала. Она не чувствовала Того, кто разговаривал с ней на Горе-над-мирами. Она не совсем понимала, к чему все те картины, что она видела во сне. Но она верила Питеру, и его понимание было ей ближе всего. Но теперь она смогла понять Сьюзен - это большая ответственность. Очень тяжело обдумывать каждый свой шаг и нести ответственность за все поступки.
  
  
  Вечером, провожая Джейн, Питер предложил ей рассказать о помолвке тете: лето приближалось и надо было готовиться к свадьбе. Придя домой, она рассказала все Саре. Ее тетка обрадовалась, но не так сильно, как ожидала девушка. Она только попросила Джейн познакомить ее с Питером, и как можно скорее. Та пообещала и пригласила Питера на ужин во вторник.
  Но во вторник утром Джейн не пришла в университет. Юноша извелся от волнения и с третьей пары ушел к ней домой. В прихожей было на удивление тихо, и Питер даже растерялся. Он никогда не был внутри дома и не знал расположения комнат. Наконец ему показалось, что он слышит легкий шум справа. Тихо приоткрыв дверь, Питер оказался в маленькой комнате. На единственной кровати безмолвно лежала старая женщина. От нее веяло таким бесконечным покоем, что у Питера мурашки по коже пошли. Возле нее на коленях стояла девушка, и узнать в ней Джейн было очень непросто. Питер секунду помедлил: он не знал, хотела ли девушка остаться в одиночестве, но в конце концов подошел и обнял ее.
  Джейн залилась слезами:
  - Питер, о, Питер! - захлебывалась она. - Тетя умерла!
  Это юноша уже понял, только глядя на ее неподвижную фигуру. Он нежно провел рукой по волосам Джейн:
  - Она теперь в лучшем мире, родная. Плачь, Джейн, это великая сила!
  Обнявшись, они просидели дотемна, пока обессилевшая от слез Джейн не уснула на руках у Питера. Тогда юноша легко подхватил ее и перенес на кровать, сам же побежал домой, чтобы предупредить родителей. Через полчаса он вернулся, притащил себе кресло из соседней комнаты и задремал.
  Джейн было намного легче справиться с болью, когда рядом был Питер. Утром он не пошел в университет, помог Джейн отправить телеграммы родственникам и устроить похороны. Он был для девушки надежым, как каменная скала, и с ним было легко и уютно, как под лучами весеннего солнца. С ним печаль ее была не такой огромной.
  Несколько дней Джейн привыкала к тому, что тети больше нет, а потом пришло приглашение погостить от дальних родственников. Когда Джейн показала Питеру телеграмму, тот разочаровано вздохнул:
  - Мы все едем к профессору, я тебе рассказывал. Жаль, это в то же время.
  Джейн тоже расстроилась, но ей не хотелось отказывать единственным родственникам.
  - Это всего на неделю! - сказал она. - А ты поезжай, тебе это будет на пользу.
  
  Питер проводил Джейн до вокзала: он, Люси и Эдмунд уезжали только через пару дней.
  - Береги себя! - непонятно почему шепнула Джейн. Питер сжал ей ладонь:
  - Обязательно! Я очень, очень люблю тебя!
  Она вскочила в последний вагон и долго-долго махала ему рукой.
  Несколько дней у родных были спокойными и размеренными. Они много рассказывали о ее родителях и о тете Саре, а также расспрашивали о Питере. Джейн очень скучала по нему и по Люси и даже жалела, что не познакомилась с Джил и Юстэсом. "Не страшно, ведь не в последний раз!" - убеждала она себя. Но к пятнице спокойствие покинуло ее. Страшная тревога пришла и не отпускала даже во сне, ночами девушке виделись странные картины. Джейн удалось наконец задремать, когда ее разбудил стук в дверь.
  - Вставай, детка, срочная телеграмма! - дядя казался напуганным. Джейн вскочила, и дрожащими руками разорвала обертку.
  Смысл прочитанного никак не укладывался в голове, строчки прыгали перед глазами:
  "Джейн! Питер, Эдмунд и Люси погибли железнодорожной катастрофе. Приезжай! Сьюзен."
  "Этого не может быть!" - промелькнуло у Джейн в голове, прежде чем она потеряла сознание.
  
  
  
  
  Глава 5.
  
  Слава тебе, безысходная боль!
  Умер вчера сероглазый король.
  
  Вечер осенний был душен и ал,
  Муж мой, вернувшись, спокойно сказал:
  
  "Знаешь, с охоты его принесли,
  Тело у старого дуба нашли.
  
  Жаль королеву. Такой молодой!
  За ночь одну она стала седой".
  
  А за окном шелестят тополя:
  "Нет на земле твоего короля..."
  А. Ахматова
  
  
  Джейн молча смотрела в окно поезда. Ни одной мысли в голове не осталось, кроме: "Это неправда, это ошибка! Я приеду, и Сьюзен скажет мне, что это была неправда. Питер не мог уйти от меня, нет!"
  Она ехала в Лондон. Последствия того крушения устранили, хотя никто не знал, что послужило его причиной. Джейн не боялась - скорее наоборот, надеялась, что и она погибнет. Она не понимала, как и зачем можно продолжать дышать, двигаться, жить, если Питера больше нет. Единственная мысль, которая придавала ей сил, это надежда на ошибку.
  На вокзале было намного меньше людей, чем обычно. Еще кое-где виднелись следы катастрофы, но поезда ходили как обычно. Джейн с трудом передвигала ноги, она полностью обессилила. Ей хотелось только добраться до дома Пэвенси, увидеть Сью, узнать, что Питер ранен, в больнице, но не погиб, что просто ошиблись!
  Джейн позвонила в дверь, и ей открыла незнакомая девушка.
  - Проходите, пожалуйста! - пригласила она. Джейн вошла, поразившись жуткой тишине, царившей в обычно милом и приветливом доме.
  - Сьюзен наверху, она ждет вас, - сказала девушка, и Джейн, кивнув, поднялась наверх. За эти два дня Сью изменилась до неузнаваемости. Не осталось и следа от ее обычной красоты и несколько холодного вида. Перед Джейн была несчастная, разбитая горем девушка.
  - Сью... - Джейн присела рядом с ней на кровать. Та обняла ее, чего еще ни разу не делала.
  - Все... Папа, мама, Питер, Лу и Эд, - слова можно было разобрать с большим трудом. - И Джил с Юстэсом, и профессор, и тетя Полли. Понимаешь, их всех больше нет!
  Сьюзен не плакала, как и Джейн. Обе были сломлены, одиноки, и слезы не принесли бы им облегчения. Сухой и надтреснутый голос Сью заставил содрогнуться невесту ее брата. Так звучит обломок хрустальной вазы - никогда его звук не станет серебристым и звонким. Так они сидели очень долго, молча, старея на глазах, пока не пришла все та же девушка и не сказала, что похороны начинаются.
  Незнакомое кладбище было полно людей. Хоронили и других жертв крушения, но Джейн видела только четверых, убитых горем людей - родителей Юстэса и Джил. Их горе было сродни ее - рваная рана, которая будет кровоточить всю жизнь... Джейн вдруг вздрогнула, как от порыва ледяного ветра - она вспомнила, что уже видела это кладбище, эти свежие холмы и рыдающих людей. Аслан показал ей это, она уже видела могилы Питера, Люси и Эдмунда - тогда, когда еще не была с ними знакома.
  Когда девушки вернулись в дом Пэвенси, Сьюзен уговорила Джейн остаться.
  - Пожалуйста! - просила она, - я сойду с ума, если останусь одна!
  Сама Джейн также боялась одиночества и потому осталась. Они обе уже два дня ничего не ели, и Сьюзен вскоре забылась беспокойным сном. Джейн тихонько встала и пошла бродить по дому. Усевшись на подоконнике, девушка вглядывалась в ночь, и там, в темноте, ей виделось дорогое лицо, слышался смех и слова любви. Жизнь медленно покидала ее, и Джейн спокойно ждала избавления. Слишком много людей были там, за чертой, они ждали ее, а она стремилась к ним. Мир без Питера стал абсолютно пустым. И невыносимая боль чуть ослабла: скоро, уже скоро мы встретимся!
  Медленно вставало солнце. Джейн внимательно всматривалась в сияющий диск, и у нее не болели глаза. Она поняла, на какой вопрос должна была найти ответ. И тихо спросила у солнца:
  - Зачем?
  
  Давящая тишина дома прервалась тихим вздохом.
  "Сьюзен?" - подумалось ей. Но звук шел из комнаты Люси.
  Джейн не запомнила, как бежала по коридору, как вдруг вернулась к ней безумная надежда: живы! Но надежда разлетелась осколками стекла: комната была пуста. Как завороженная, девушка переходила от рисунка к рисунку, не смотря лишь на портрет Льва над окном.
  - Нарния, Нарния, отзовись! - неожиданно для себя произнесла Джейн. - Забери меня к себе, дай возможность увидеть Питера! Я не могу больше жить в этом мире! Если для этого надо умереть, я готова.
  Она упала на колени, и впервые с того момента, как получила телеграмму, зарыдала. Мучительные и горькие слезы не приносили облегчения, и она, как в бреду, шептала:
  - Аслан, Аслан...
  - Да, дитя мое, - отозвался знакомый голос. - Ты звала меня?
  Джейн оглянулась, но комната по-прежнему была пуста.
  - Кто Ты? - настороженно спросила она
  - Что тебе в имени, дочь Евы? - спокойно поинтересовался голос. - Я - Тот, кто создал Нарнию, и Тот, кто привел в нее Людей из вашего мира. Я помню беседы с Адамом и Евой до их изгнания из рая. Я вызвал четырех детей в минуту опасности для Нарнии, и Я же призвал их сейчас из этого мира навсегда. Я тот, кто прикрыл тебя балкой, когда пришло время твоим родителям уйти в Страну за Морем. Я всю жизнь шел за тобой, хоть ты и не знаешь этого. Разве тебе нужно знать Мое имя?
  Ошеломленная Джейн пробормотала:
  - Я не это имела в виду.
  - Не это сейчас главное. Важно то, что Я могу привести тебя к Питеру.
  И так это было сказано, что Джейн поверила Ему.
  - Только ты должна решить, хочешь ли ты этого, - продолжил Аслан.
  - Конечно! - воскликнула девушка.
  - Не все так просто в мире, дитя! - вздохнул голос. - Посмотри на меня.
  Его портрет на стене начал расти, и Джейн не совсем поняла, что случилось: или комната с ней вместе выросла, или Аслан был меньше, чем она себе представляла, но через минуту перед ней стоял огромный, в золотом сиянии, Лев. Дочь Евы склонилась перед ним, и Лев коснулся носом ее лба.
  - Теперь ты можешь меня увидеть, - тихо произнес Он. Несколько минут Джейн смотрела в большие, цвета расплавленного золота, глаза. Она скорее чувствовала, чем понимала, что смерть - это очень сложное, запутанное и неподвластное ей действие. А чтобы встретиться с Питером, она должна была умереть в этом мире.
  - Ты любишь его? - спросил Аслан. Джейн поняла, что ответ должен быть однозначным.
  - Да, - тихо сказала она.
  - А знаешь ли ты его? - вопрос Аслана застал ее врасплох. Шли минуты, а Джейн все не решалась ответить. Лев не торопил ее, просто стоял и ждал.
  - Не так хорошо, как мне хотелось бы, - в конце концов произнесла она. - Но я думала, что у нас впереди вся жизнь, - при этих словах слеза не удержалась и скатилась по бледной щеке. К удивлению Джейн, Аслан подставил лапу, и слеза упала на нее.
  - Это большое горе, дочка, - прошептал он. - Не для Питера, хоть он и тоскует по тебе Там. Не для Сьюзен - ее время еще не пришло. Для тебя, Джейн.
  Они помолчали.
  - Ты очень хорошо ответила на мой вопрос, дитя, - нарушил молчание Аслан. - Ты действительно не знаешь Питера, моего любимого сына. Я покажу тебе то, что сочту важным для вас обоих.
  - Простите, сэр... - Джейн не решилась спросить.
  - Ты хочешь знать Ответ, - просто сказал Аслан, - на тот самый вопрос: Зачем? Но еще не пришло время ответов. Знаю, ты долго просила об этом солнце, но оно не даст тебе того, что ты ищешь. А сейчас смотри.
  
  
  Глава 6.
  Тот жалок, кто под молотом судьбы
  Поник - испуганный - без боя:
  Достойный муж выходит из борьбы
  В сиянье гордого покоя,
  И вновь живет - главы не преклоня -
  Исполнен вдохновенной пищей;
  Так золото выходит из огня
  И полновеснее и чище.
  Огарев Николай
  
  И она увидела... Вначале шли картины из детства Питера. Аслан не выбирал каких-то значительных поступков, это могла быть его драка с мальчиком из соседнего двора, или кошка, за которой Питер долго наблюдал, или игра в прятки с младшими сестрами. Интересно, что сцены не располагались в хронологическом порядке. То Питеру года три-четыре, то он школьник, то вновь становится ребенком. Постепенно Джейн почувствовала, что из поступков вырисовывается характер.
  Питер прикрикнул на Эдмунда, мальчика лет трех, отобравшего игрушку у Люси. Девочка радостно улыбнулась брату, а он подхватил ее на руки, и пронес по комнате. Сколько ему здесь, лет семь максимум?.. Вот мальчишки бросают камни в нищего, Питер уже поднял булыжник, но что-то удерживает его. Он задумчиво хмурится, и камень выпадает из его руки... Сьюзен прибегает к маме жаловаться, что старший брат отобрал ее куклу, и мать строго наказала малыша. Он стоит в углу и думает, думает... Ему не больше четырех тут, совсем маленький...
  Сцены становятся все дольше, все весомей. Питер сидит на первой парте, внимательно слушая учителя. "Во времена правления Карла Первого... Кромвель... Революция..." Учитель о чем-то спросил мальчика, и тот толково отвечает.
  - Вы любите историю, мистер Пэвенси? - с улыбкой спросил учитель
  - О да, сэр! - пылко ответил мальчик. - Я пытаюсь понять настоящее...
  
  Эдмунд поругался со Сьюзен, и они прибежали к Питеру. Тот внимательно их выслушал, и сказал:
  - Сью права, Эд.
  Брат обиженно хлопнул дверью...
  Мать просит Питера приглядеть за младшими, он недовольно морщится:
  - Мам, я хочу дочитать книгу, ее надо вернуть в библиотеку.
  - Ты же старший, сынок! - уговаривает мать. - Кто сделает это лучше, чем ты?
  - Сью, к примеру, - ворчит он, - она еще и девочка, ко всему прочему.
  Миссис Пэвенси огорченно смотрит на сына, и Питер смущенно целует мать:
  - Иди, мам, я посмотрю за ними.
  Через несколько секунд он зовет Эдмунда и Люси:
  - Ну, сорванцы, кто будет строить замок?
  - Я! Я! - подпрыгивают от нетерпения брат и сестра.
  - Тащите кубики! - машет рукой Питер.
  
  Да, то, что почувствовала Джейн с первой встречи с ним, подтверждалось картинами детства. Питер не был ангелом, но он был надежным, справедливым мальчиком. И еще что-то Джейн поняла: он всегда был защитником и покровителем более слабых. Он вступался в школе за младших, защищал Люси от придирок Эдмунда, подбирал бездомных собак.
  
  ...Выпал хороший снег, и вся их улица высыпала строить крепость. Эдмунду лет шесть, его все гоняют, чтоб под ногами не путался. Питер позвал его к себе, и они вместе строят правое крыло башни. Эд смотрит хмуро: он очень не любит подачек от кого бы то ни было. Скоро начнется Снежное Побоище, а мать наверняка загонит домой. Питер начинает собирать команду, противники тоже сбились в кучу и что-то обсуждают. Джейн с удивлением заметила, что в группе Питера есть мальчики, которые старше его на два-три года! Но он признанный лидер среди ребят, его охотно слушаются. Тем более что, как поняла Джейн из разговоров, они постоянно побеждали.
  Что же главное в этом юноше? Внутренняя сила, - догадалась Джейн. Ничто не заставит его свернуть с правильного пути. Девушка видела многие далеко не приятные моменты из жизни своего жениха, но каждый такой случай, будь то необдуманное слово, или случайная обида, или просто не очень хороший поступок выстраивали характер Питера, выковывали еще сильнее его внутреннюю правду. "Так золото выходит из огня: и полновеснее, и чище", - вспомнились ей когда-то слышанные слова.
  
  Джейн затаила дыхание: перед ней прошла во всех подробностях история с Платяным шкафом. И как Питер не поверил Люси, и как, в конце концов, они все вчетвером попали в Нарнию. Джейн видела их приключения во всех подробностях, но вот один момент привлек ее внимание: пророчество, рассказанное бобрами.
  - Аслан! - позвала она, и картинки прервались.
  - Что, дочка? - спросил Лев.
  - Это значит, что Питер и остальные должны стать королями? - удивленно спросила она.
  - Да, это так. Питер не рассказывал тебе об этом, он так решил. Но думаю, ты поймешь причину его поступка.
  Джейн смотрела дальше. Очень многое она уже видела тогда, много лет назад, просто ей и в голову не приходило, что рыцарь в блестящих доспехах и есть Питер. Она понимала, как просто и продуманно он строил стратегию боя. И видела, каким воином он был, он, четырнадцатилетний мальчик!
  - Нарния может так изменить человека? - поинтересовалась Джейн.
  - Нет, не изменяет. Нарния лишь раскрывает истинную сущность каждого, кто в нее попадает.
  - Поэтому Эдмунд исправился? - догадалась девушка. Аслан кивнул. - А Сьюзен?
  - Вижу, ее судьба беспокоит тебя, - вздохнул Лев. - Когда-то, на заре времен в Нарнии я сказал сыну Адама, посадившему Яблоню: "Каждый получает то, что хочет, но не каждый этому рад". Сьюзен добилась того, к чему стремилась всю жизнь в этом мире, но сейчас она отдала бы все на свете, чтобы быть со своей семьей. Вне чудесного воздуха Нарнии ее сущность уснула. Придет время, и она проснется.
  Джейн смотрела дальше, она даже услышала разговор накануне коронации, о котором не знали сестры и брат Питера. Аслан объяснил мальчику, что значит быть Верховным королем.
  - Ты будешь устанавливать законы, по которым будет жить Нарния. Все остальные короли - лишь отражение тебя, - говорил ему Великий Лев.
  - Но Аслан, это слишком большая ответственность! - воскликнул Питер. - Неужели не нашлось кого-то более достойного?
  Аслан покачал головой:
  - Нет. Верь мне, Питер, эта ноша как раз для тебя. И даже на пороге конца времен будут вспоминать тебя, Верховного Короля.
  Питер опустил голову и еле слышно прошептал:
  - Я боюсь, Аслан!
  Аслан положил ему лапу на плечо и сказал:
  - Я знаю. Так лучше, ты совершишь меньше ошибок.
  А потом была коронация, которую, как оказалось, Джейн тоже видела, и долгие годы правления детей. В Нарнии Питер казался намного красивей, чем в их мире. Он излучал мягкий, едва заметный свет, который в Англии лишь отражался в его глазах. Он был истинно великим, и Джейн поежилась при мысли, что провела рядом с ним несколько месяцев. Питер Великолепный был подобен молнии: яркий, но в руке не удержишь.
  Она долго смотрела на жизнь человека, который признался ей в любви. Теперь Джейн понимала, почему Аслан спросил, знает ли она своего жениха. Но вместе с тем, сквозь это чужое ей и незнакомое величие был виден ее Питер: добрый, строгий, справедливый и мудрый. Теперь приходилось заново спрашивать себя: а любит ли она этого человека? Готова ли отдать жизнь за него?
  - Пойми, Джейн, я показал тебе всю жизнь Питера, чтобы ты поняла: он сядет на один из четырех тронов в Кэр-Паравеле. Нарния, какой ее знали Пэвенси, погибла. Но она была лишь отражением настоящей Нарнии в зеркале мирового океана. В той, истинной Нарнии нет смерти и нет горя, но и ей надо управлять. Кэр-Паравел стоит и там. Два трона в нем для короля Франциска и королевы Елены. Один для Питера. Еще один - для его избранницы.
  - Но, Аслан, разве... - Джейн осеклась. Она поняла, что хочет задать тот же вопрос, что волновал Питера неисчислимое количество лет назад в Нарнии. Аслан уже дал на него ответ.
  - Дитя, судьба Питера Пэвенси была предопределена, у него был выбор пути, но конечная цель была ясна. Пять лет назад я сказал тебе, что твоя судьба иная. Ты будешь всю жизнь задавать вопросы. Я сделал все, что мог, чтобы помочь тебе найти ответ. Но дать тебе его я не могу. Ответы на все вопросы - в твоей душе. Думай, дочка, хочешь ли ты покинуть этот мир, и сесть на золотой трон в Нарнии, в стране, где ты ни разу не была?
  
  Лев исчез. Джейн осталась одна со своей болью и мыслями. Да, теперь она понимала очень многое. Аслан дал ей ЗНАНИЕ: первый ключ к пониманию. Для того, чтобы сделать выбор, она должна была многое понять.
  Питер не мог не быть королем: все, что показал ей Аслан, ясно говорило об этом. Трон в Кэр-Паравеле - часть него, он никогда не сможет отказаться от него. Но почему Люси, Эдмунд, да и тот же Каспиан не сядут на четвертый трон? Уж они точно более достойны, чем она!
  Джейн выглянула в окно: солнце садилось. Оказывается, она всегда смотрела наружу, вместо того, чтоб заглянуть внутрь, в свою душу. Был день, скоро придет ночь, а потом снова и снова... Вот оно: гармония! В истинной стране души мужчины и женщины, разделенные на заре мира, должны соединиться вновь. На четвертом троне должна сидеть вторая половина Питера, и только тогда будет достигнута гармония.
  Хочет ли она этого? Любит ли она Питера? На второй вопрос было легче ответить - да, и знание, переданное Асланом, сделало ее любовь полной. Как кусочки мозаики, наконец сложившиеся в понятный узор. Больше не было тайн и недомолвок, и Джейн любила Питера так, как любят раз в жизни. Если бы Аслан предложил ей только смерть, она не раздумывая согласилась бы. Но ответственность, трон, обязанность - она не знала, по силам ли ей это, а главное - Зачем?
  - Да, Джейн, ты вернулась к извечному вопросу, - ответил ей голос Аслана. - Пришло время для последнего разговора. Судьба есть, и она ведет вас, детей Адама и Евы, детей земли и праха, перворожденных и бессмертных духов. Судьба властвует над всеми, но нам выбирать, как относиться к ее подаркам. Не в воле Диггори было остановить дядю Эндрю, но он мог и не ударить в колокол в Чарне. Колдунье было суждено проснуться, но это сделал сын Адама, приведший ее в Нарнию. Я вызвал Франциска из Англии, но он мог отказаться быть королем. Питер не мог отказаться, но мог править Нарнией по-другому. Я хочу, чтобы люди поступали ПРАВИЛЬНО; чтобы они строили, а не разрушали свои миры. Есть люди, получающие больше знания, а значит, и больше понимания, чем остальные. В древности они назывались пророками. В вашем мире я приоткрыл дверь в мироздание лишь немногим. Выбор пал на тебя, Джейн, но я даю тебе возможность выбрать.
  На стене возникли светящиеся очертания двух дверей. На одной был нарисован лев, стоящий на задних лапах. На другой - шар, в котором Джейн без труда узнала Землю.
  - Аслан, что со мной будет, если я останусь? И что будет с Нарнией, если я не приду? - спросила Джейн.
  - Все, что ты прошла, узнала, увидела, будет влиять на весь твой мир. Но твоя боль не отпустит тебя. А Нарния... дитя, я рассказываю каждому только его историю.
  - Все, что произошло, было для того, чтобы мир стал лучше?
  - Ты поняла это, малышка. Все, что я хочу - это изменить мир к лучшему. А он изменяется лишь ценой страданий.
  - Аслан, зачем ты показал мне жизнь Питера? - Джейн уже знала ответ. И Аслан промолчал.
  - А что будет с Сьюзен? - тихо спросила она.
  - Я рассказываю каждому лишь его историю, - повторил Лев. - Но ты сможешь проститься с ней, если решишь уйти.
  Время шло, и Джейн понимала, каким должен быть ее выбор. Без Питера она просто не смогла бы жить. Значит, она должна идти за ним. Девушка, вздохнув, взялась за ручку двери, на которой был рисунок Льва. Но в это время дверь в ее комнату приоткрылась, и вошла Сьюзен. Джейн невольно оглянулась, Аслан все еще стоял возле стены, но Сью не видела Его.
  - Джейн! - девушка бросилась к ней, и ее подруга поняла, что для Сьюзен реальность видится совсем другой. Она увидела Джейн лежащей на полу, без сознания. Аслан тряхнул гривой, и Джейн и впрямь очутилась там. Она приоткрыла глаза и сжала руку сестре Питера:
  - Аслан есть, Сью! Он сказал мне, что придет за тобой, когда наступит время.
  Джейн медленно поднялась, и ей очень странно было видеть свое тело на полу, рядом с рыдающей Сьюзен. Дверь медленно открылась, и Джейн, дрожа, вошла в нее.
  
  
  
  Эпилог.
  Легкое дуновение ветра принесло запах моря, весеннего дня, цветов и счастья. Джейн стояла, вдыхая его полной грудью, и чувствуя, как он прогоняет остатки горя с души. Было тихо, но тишина стояла живая. Притаившаяся за соседним камнем, только и ждущая сигнала взорваться голосами.
  Джейн вышла на небольшую поляну в лесу. Перед ней стоял величественный, древний и вместе с тем юный замок. Кэр-Паравел четырехтронный... Было пусто, и девушка удивленно осматривалась. Солнце светило непривычно ласково, краски были живыми - как и на Горе-над-мирами. Все казалось ей более настоящим и правильным, чем в ее мире.
  - Почему так пусто? - вслух спросила Джейн.
  - Они ждут тебя, - ответил Аслан. Девушка резко обернулась и увидела огромного Льва, стоящего за ее спиной. Она несмело приблизилась и поклонилась Ему.
  - Подойди, дитя, не бойся, - ласково сказал Аслан. Джейн подошла и погрузила руки в пышную гриву. Что-то подсказывало ей, что Лев не рассердится. Она несколько минут впитывала Его силу, сливалась с вечностью истинной страны. Потом тишина вдруг исчезла, и голос, который она любила больше всех на свете, позвал ее.
  Лев исчез. Джейн бросилась к позвавшему ее, и почувствовала, как неведомая сила подхватывает ее и поднимает в воздух. Впрочем, почему неведомая? Это был он, Питер - такой, каким она видела его в Нарнии - будто сотканный из света, чистоты и величия. Король Нарнии прижимал ее к себе нежно и бережно, но в его объятиях больше не было страха потери и горечи расставания. Они были в истинной стране, где нет разлук, и души могут соединиться навсегда.
  Питер и Джейн были одни на всю Вселенную, и целый час (а может быть, и месяц, ведь время в стране Аслана изменчиво) они говорили, и молчали, просто наслаждаясь друг другом. Потом появились другие люди. Первой подбежала Люси, она радостно обняла подругу, прошептав ей на ухо несколько ласковых слов. Эдмунд пожал руку Джейн, произнеся:
  - Я счастлив, Ваше Величество, видеть Вас в стране Аслана!
  Его глаза действительно сияли, и Джейн почувствовала, как он и Люси рады ей - искренне, от души.
  Потом Питер усадил Джейн на большой камень и сказал:
  - Родная, сейчас придут еще многие, кто захочет с тобой познакомиться.
  Как бы вырисовываясь из тумана, появлялись жители Нарнии. Кого здесь только не было! Кентавр Гленстром, мистер Тамнус, Рипичип, Алмаз, великаны и леопарды, олени, лоси, медведи, барсуки, мыши, дриады и наяды, гномы Поджин и Трам, и еще многие, многие существа. Сердце Джейн сжималось от радости - вот она, Нарния, страна ее мечты, настоящие друзья, с которыми хоть в бой, хоть на бал! Проговорив с ними некоторое время, Джейн почувствовала, что они стали близкими для нее. Потом пришли люди: юноши, казавшиеся братьями. Каспиан, Рилиан, Триниан, Бариан, Ториан, Лерлиан - все они показались Джейн похожими на Питера. Позже ей вспомнились слова Аслана: "Ты - Верховный король. Остальные будут лишь твоим отражением." И тогда она поняла, что схожесть Питера, Эдмунда и Люси была не из-за пережитых приключений. Они были схожи королевским величием, как и эти юноши, короли Нарнии.
  - Мы рады Вам, Ваше Величество! - произнес Каспиан, опустившись на одно колено.
  - Почему вы называете меня королевой? - удивилась Джейн. Она не думала, что ее разговор с Асланом известен здесь. Питер улыбнулся:
  - В Кэр-Паравеле два незанятых трона. Они знают, кто займет их.
  Джейн, оглянувшись, заметила Люси рядом с незнакомым смуглым юношей. Но раздумывать об этом было некогда, потому что нарнийцы расступились, и к Джейн и Питеру приблизились красивый мужчина с каштановой бородой и милая, и вместе с тем величественная молодая женщина. Они были одеты в старинные одежды, головы украшали легкие, изящные короны. Девушке не надо было представлять этих двоих. Она поклонилась им изящно и с достоинством:
  - Ваши Величества!
  Королева Елена обняла девушку:
  - Возлюбленная сестра наша, мы уже много веков ждем тебя! Аслан открыл нам, кто займет последний трон.
  Король Франциск пожал руку Питеру:
  - Начнем коронацию, брат?
  Джейн смущенно оглянулась, ища Люси. Точно почувствовав ее взгляд, Лу подошла к ним и ободряюще сказала Джейн:
  - Все будет хорошо!
  Бобры и фавны принесли две короны, и вся пестрая компания очутилась в Кэр-Паравеле. Вдоль стен стояли накрытые столы с яствами, весь зал был украшен листьями и живыми цветами. Казалось, они росли прямо из пола. А между двумя тронами стоял Аслан.
  
  Что можно рассказать дальше? Питер и Джейн заняли два пустых трона и правили Нарнией бесконечное время. Однажды Джейн спросила у Аслана:
  - А зачем ей править, истинной страной?
  - В моей стране нет горя, в ней нельзя совершить ошибки и неправильно поступать. Вы здесь, чтобы учиться тайнам мира. Это можно делать лучше, а можно хуже. Ваша задача - следить за тем, чтобы постижение тайн было полным.
  
  В один из дней у входа во дворец внезапно появилась молодая женщина. Люси стояла ближе всех ко входу и потому сразу узнала ее.
  - Сью! - ее радостный крик разнесся по всему Кэр-Паравелу.
  Сьюзен удивленно и несколько растеряно смотрела по сторонам. Братья тормошили ее:
  - Сью! Как ты, что ты делала, сколько лет прошло?
  Постепенно братья узнали историю ее жизни. Трагедия перевернула всю ее душу. Девушка стала серьезней, спокойней, она все больше искала Аслана и порой впадала в отчаяние, не находя его в их мире. И тогда она вспоминала предсмертные слова Джейн, и обретала надежду. Сьюзен стала писательницей, и ее книги были хорошими сказками. Хорошими - ибо были пронизаны светом Нарнии. Она удачно вышла замуж, и трое ее детей - Питер, Эдмуд и Люси - уже выросли. Сьюзен пришла в страну Аслана в шестьдесят лет, но теперь она выглядела как ровестница Лу. И она с трепетом ждала встречи с Великим Львом. Но все выглядело не так, как представляла себе Сьюзен.
  Аслан появился в зале, и сразу стало тихо. Сьюзен стояла на месте, опустив глаза. Лев молчал. И тогда она тихо произнесла:
  - Я виновата перед тобой, Аслан.
  - Дитя! - ласково позвал Лев. - Ты искупила свою вину страданиями.
  И тогда, словно не веря, Сьюзен медленно подняла голову и встретилась с сияющими глазами Аслана. Они были как два нестерпимо ярких солнца.
  
  ...и солнце ответило...
Оценка: 9.00*3  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Болдырева "Крадуш. Чужие души" М.Николаев "Вторжение на Землю"

Как попасть в этoт список

Кожевенное мастерство | Сайт "Художники" | Доска об'явлений "Книги"