Аннотация: Это рассказ про подарки к Рождеству, но главное - это рассказ про любовь.
ЧТО ПОДАРИТЬ К РОЖДЕСТВУ?
Бабушка Екатерина Александровна отличалась своеобразным восприятием времени. В конце июня, когда отходила первая свежая зелень деревьев и трав, и, главное, миновали самые короткие ночи в году, она вздыхала: "Лету конец. Скоро Новый год". В день Рождества, 7 января она объявляла: "Цыган шубу продал. Скоро лето". Охотно объясняла: "Цыган сезонно живет. Рождество прошло, дело идет к лету, шуба ему без надобности". Отсчитывая дни, бабушка с утра полагала, что только еще наступающий день в календарный счет уже не включается. Домашние шутили, только дедушка Петр Карлович воспринимал все это всерьез.
Но 31 декабря, когда Новый год приближался, как говорится, конкретно, и время его приближения измерялось уже не месяцами или днями, но часами и минутами, приходилось признать, что день кончится лишь с боем часов Кремлевской башни и звоном новогодних бокалов.
В этот день старики, как всегда, поднялись рано и пили чай у себя в комнате. Не спеша, наслаждаясь спокойными утренними минутами, когда все еще спали, и в доме было совсем тихо, обменивались сведениями о самочувствии, говорили о делах наступившего дня. День закрутился, когда поднялись ребята - дочь с мужем. Новый год всегда встречали семейно, гостей не звали. Нынче за стол сядут вчетвером: Внучка Оля с мужем - морским офицером, давно уже жили в Мурманске, внук Костя тоже отделился. В праздничную ночь позвонит только, поздравит с Новым годом. А сейчас они с женой со дня на день ожидали появления потомства.
Неизбежный салат оливье по традиции готовила бабушка. Петр Карлович приладил к елке гирлянду лампочек. Старики сделали это с утра, потому что еще вчера решили непременно посмотреть "Иронию судьбы или с легким паром". Они любили этот фильм и его неизменную повторяемость в предновогодние часы.
- Знаешь, Катюша, - сказал дед, поднимаясь с кресла, когда фильм кончился, - наверное, они проживут такую же долгую жизнь, как мы с тобой.
- И умрут в один день. Ты это хотел сказать, Петруша? Каждый год говоришь. А я почему-то о новогодних подарках думала. Все ждала - будет в фильме о них речь? Забыла с прошлого года.
- Какой же Новый год без подарков? А знаешь - что там бритва, духи...Главный подарок - сказочная встреча героев.
Спустилась ночь, и раздался звон бокалов в удивительную минуту наступления нового года. Все поздравили друг друга. Зазвенел телефон. Костик позвонил и поздравил всех, сказал, что они с Лизой дома, ждут... Потом и Оля позвонила из Мурманска. Старики с полчаса посмотрели телевизор, перескакивая с одной программы на другую, выпили по чашке чая с тортом и ушли в свою комнату. Во дворе оглушительно взрывались петарды, и супруги долго еще не гасили красноватый свет ночника, беседовали, вспоминали...
Новый год был главным праздником для детей, а для стариков самым любимым было Рождество. Были ли они истинно верующими? Да кто может об этом судить? Даже если об этом не думаешь и обрядов не соблюдаешь, вера живет в глубине души, даже помимо твоей воли. И в тяжкие минуты невольно обращаешься к Богу, и молитва просится на уста.
Петр Карлович, в котором каких только кровей не было, - немецкая, французская, шведская (главной ему хотелось считать шведскую, хотя отец его был немцем, впрочем, только наполовину) - неизменно сетовал на то, что в православном мире великий праздник Рождества Христова отмечается не в один день с другими христианскими конфессиями. Но православная супруга Петра Карловича не придавала несовпадению дат ни малейшего значения. Слова, связанные с приближающимся праздником, - Рождество, Сочельник, Святки - для нее заключали в себе особенную, таинственную и светлую прелесть.
К Рождеству старики вынимали из коробки тихо пролежавшую там целый год маленькую искусственную елочку, ставили ее на книжную полку у себя в комнате и украшали крошечными игрушками, которые как-то подарила им дочка. У них была своя традиция. И в этом году они ею не пренебрегли. Поздно вечером накануне сочельника, когда в доме наступила тишина, они сдвинули свои дряхлые кресла, между ними поставили круглый столик. Екатерина Александровна накрыла его скатеркой, достала парадные чашки, извлекла из шкафа заранее припасенную коробку конфет; печенье, сбереженное еще с лета, когда Костя привез его бабушке из Франции. Заварили чай - деду зеленый, бабушке черный с бергамотом - и приготовились вспоминать всякие забавные, веселые, иногда печальные случаи, связанные с Новым годом и Рождеством.
- Петруша, - сказала бабушка, - давай сегодня о рождественских подарках поговорим..
- Нам с сестрой - вспоминал Петр Карлович, - всегда книжки дарили, и папа устраивал семейные чтения. Мама и мы с сестрой усаживались на диване, а папа сидел за столом и читал нам вслух. А помнишь, Катюша, как мы с тобой нашим ребятам перед Новым годом "Детство Никиты" читали? Про то, как дети клеили к Рождеству елочные украшения, и потом описание праздника на Рождество?
- Конечно, помню. Господи, как давно это было! У всех, видно, свои семейные традиции. Вот у нас в детстве в Сочельник обязательно устраивались семейные игры. Мама очень любила литературные, самые простые. Ну, например, берется слово. И все вспоминают строчки стихов с этим словом. Посложнее - буриме. Но у меня самая любимая игра была не литературная, вообще не интеллектуальная, а знаешь что? Бирюльки!
- Бирюльки? Слово знаю, а что за игра такая - нет.
- Теперь бирюлек не найдешь. А в моем детстве были. Это такие крошечные деревянные фигурки - малюсенькие чайнички, самоварчики, чашечки, ложечки, яблочки, две вишенки на стебельке. Куколка. Таких предметов штук 30 в наборе. Высыпают горкой на стол. Специальными крючочками по очереди начинают вытаскивать из горки эти предметы, стараясь, чтобы холмик не развалился. Развалится - бирюльки собирают и заново высыпают. Выигрывает тот, кто больше предметов вытащил. Я так и вижу эти самоварчики - деревянные, не крашеные, а только отполированные, очень гладенькие.
Так беседовали старики о том, что интересно было только им обоим. Там, за закрытой дверью шла другая, молодая жизнь, со своими заботами, радостями, развлечениями. И даже речь там была совсем другая, чем у обитателей этой небольшой уютной комнаты.
Петр Карлович встал.
- Хорошо мы сегодня посидели, да? А знаешь, чего нам для таких посиделок не хватает? Камина. У нас в Стокгольме был камин, я помню. Железная решетка, за ней горели поленья. И маленькая кочерга лежала. Ну, Катюша, я укладываться буду.
- А я еще чуть-чуть посижу, посмотрю программу на завтра.
- О чем-то еще я хотела вспомнить и рассказать, - подумала Екатерина Александровна. Да так и не вспомнила.
* * *
Она просмотрела программу телепередач на завтрашний день. Пора было готовиться ко сну. Но вставать с низкого кресла было ей нелегко, и она помедлила, прикрыла глаза, перебирая в памяти все, что они с мужем рассказали друг другу.
Она не знала, долго ли просидела с закрытыми глазами. Во сне всхрапнул Петр Карлович. Екатерина Александровна взялась за подлокотники, привстала и тут же снова села, потому что не узнала своей комнаты: она расширилась и разительно напоминала картинку на заставке компьютера у ребят, почему-то называвшуюся "Детектив". Ковер на полу. Большой квадратный стол, и на нем свеча. Бюст Бетховена на высокой подставке. Высоко на стене портрет человека в большом черном берете. Но главное - прямо перед собой Екатерина Александровна увидела камин. В углублении стены виднелась ровная кирпичная кладка. За желтоватой медной решеткой, потрескивая, горели поленья. Только свеча на столе да огонь камина освещали комнату.
Екатерина Александровна нисколько не удивилась переменам и повернулась, чтобы разбудить мирно похрапывавшего деда, - пусть и он полюбуется на эту красоту. Но в этот момент раздался какой-то шум. Раздвигая горящие поленья, через решетку камина перешагнул и встал перед ней маленький человечек в джинсах и красном кафтанчике, на голове красная бейсболка. Молодежные детали его одежды выглядели странно, потому что он был совсем не молод - седые кудри до плеч, густые брови, усы и седая борода такой длины, что ее конец человечек засунул в карман своего кафтанчика. Он с удивлением взглянул на оторопевшую бабушку и сказал:
- Ты что, не рада мне?
- А ты кто?
- Ну, ты даешь! Не узнала? Я гном. Сказок, что ли, не читала? Ну, Толкиена хотя бы знаешь? Я оттуда. Зовут меня Фили, а по-современному Филипп. Санта Клаусы, то бишь деды Морозы не успевают, так вот нас на подмогу посылают.
Словно кто-то подсказал Екатерине Александровне не свойственные ей, но сидевшие в подсознании слова, которыми, показалось ей, надо было говорить с гномом и которые много раз слышала она из уст любимого внука. Неожиданно для себя произнесла:
- Типа круто...
- Холодно тут у вас в России, спецодежда не приспособлена
- Это джинсы, бейсболка? Казенные, что ли?
- Ну, да. Говорят: "20-й век на дворе. Одежда должна соответствовать"!
- Кто это говорит?
- Кто, кто...Начальство. Ладно, говори быстро, чего надо.
- Хех! Бирюльки ей понадобились! Да их нынче не делают.
- А, может быть, делают.
- Ну, слышал я. Торговый центр "Золотой Вавилон", 2-й этаж. Боюсь, Но это не точно. Давай что-нибудь другое. Тугриков не хочешь?
- Да на кой мне твои тугрики? - Бабушка задумалась на минутку. - Ну, ладно, придумала. Молодость мне верни на завтрашний день. Или хоть напоминание о молодости устрой. Сочельник ведь.
- Ну, лады. О молодости напомнить - это не бирюльки искать незнамо где. Годится. Побежал я. А то у вас тут еще один меня дожидается.
Екатерина Александровна хотела предложить гному чаю с печеньем, но не успела - исчез не только гном, исчез и камин.
* * *
Утром Екатерину Александровну разбудила дочка. С непонятной тревогой сообщила, что они с мужем уходят из дому. Когда вернутся - сами не знают. Еда в холодильнике. А дед ушел с час тому назад, куда - не сказал. Екатерина Александровна вспомнила вчерашнее. Что это было? Современный гном по имени Филипп, камин... Господи, приснится же такое!
На столике лежала какая-то открытка. Дед, наверное, из почтового ящика вынул, - подумала она. Потянулась посмотреть, и теплая волна залила розовой краской ее щеки. Это и было то неоткрытое воспоминание, которым ей хотелось накануне поделиться с дедом. Открытка была очень старая, не глянцевая, кремового цвета, с узорчато обрезанными краями. С одной стороны - короткий текст письма, с другой приклеен очаровательный крошечный шелковый чепчик, белый, с выцветшими розовыми ленточками. Екатерина Александровна хотела взять очки, чтобы прочитать текст, но они были ей не нужны, потому что она слово в слово помнила эти строчки.
" Стокгольм. 20. 12. 35.
С Новым годом, с новым счастьем, моя родная! Вот и расстались мы с тобой в первый раз, всего десять дней прошло, а мне кажется - десять лет. И каждое утро я просыпаюсь в страхе: а вдруг не увижу тебя больше, моя красавица! И успокаиваю себя: недолго осталось нам быть в разлуке.
Такие открытки здесь посылают девушкам ко дню св. Катерины с пожеланием выйти замуж. Но так как чепчиком ты владеешь уже давно, и именины твои не на очереди, пусть это будет тебе, милая моя Катерина, рождественским подарком. Обнимаю и целую тебя, моя радость".
Это была самая прекрасная открытка среди всех, что бабушка получала за свою долгую жизнь. Ей было тогда 22 года, Петруше - 21, он был инженер, в командировке в Швеции. Она думала, что открытка затерялась, но помнила и трогательный чепчик, и текст поздравления. Но откуда же взялось это милое напоминание о молодости, этот прекрасный рождественский подарок?
Петр Карлович явился часов в 5. Екатерина Александровна уже беспокоиться начала. Озябший, щеки и нос красные от мороза, в руках небольшой пакет. Посмотреть не дал, велел накрыть чай в их комнате. И только когда они уселись в свои кресла около круглого столика, он развернул пакет и вытащил из него небольшой атласный мешочек красного цвета, затянутый золотым шнурком. Распустил шнурок, извлек из мешочка фланелевую салфетку и высыпал на нее - что бы вы думали? Бирюльки!
- Петя! Откуда? Именно то, чего мне так хотелось!
- Торговый центр "Золотой Вавилон", 2-й этаж.
- Откуда ты узнал про этот "Вавилон"? Филипп сказал?
- Какой Филипп? Это Костик в интернете нашел.
Екатерина Александровна прикусила язык, ей почему-то не захотелось рассказывать о визите современного гнома по имени Филипп.
- А открытка?
- Какая открытка?
Екатерина Александровна показала мужу открытку с чепчиком.
- Ты ее отыскала? Как приятно - напоминание о молодости.
Тут бабушке показалось, что приоткрылась дверь, и в комнату кто-то заглянул. Красная бейсболка мелькнула и скрылась.
- Да нет, Петя, сама нашлась. Будто подарок нам обоим. Сочельник ведь, Рождество. А я тебе тоже кое-что приготовила. Выходить по скользоте боюсь, так что мой подарок будет скромнее. Но тебе понравится.
Екатерина Александровна достала из письменного стола плотный лист бумаги с золотым обрезом и протянула мужу.
- Прочти вслух, Петруша.
-
"Мы забыты, одни на земле.
Посидим же тихонько в тепле.
В этом комнатном, теплом углу
Поглядим на октябрьскую мглу.
За окном, как тогда, огоньки...
Милый друг, мы с тобой старики.
Все, что было и бурь и невзгод,
Позади. Что ж ты смотришь вперед?
Смотришь, точно ты хочешь прочесть
Там какую-то новую весть?
Точно ангела бурного ждешь?
Всё прошло. Ничего не вернешь.
Только стены, да книги, да дни.
Милый друг мой, привычны они.
Ничего я не жду, не ропщу,
Ни о чем, что прошло, не грущу.
Только, вот, принялась ты опять
Светлый бисер на нитки низать,
Как когда-то...Ты помнишь, тогда...
О, какие то были года!
Но, когда ты моложе была,
И шелка ты поярче брала.
И ходила рука побыстрей...
Так возьми ж и теперь попестрей,
Чтобы шелк, что вдеваешь в иглу,
Побеждал пестротой эту мглу..."
- Катенька, лучшего подарка не придумаешь. Это же мой любимый Блок! И это он про нас с тобой написал. Дай я тебя поцелую...
- Там, Петя, про вышиванье. А мы с тобой сейчас бирюльки обновим.
Высыпали фигурки, достали крючки и с увлечением принялись вытаскивать по одной. Так сидели старики в тишине святой ночи, шутили, вспоминали молодые годы.
Они и не заметили, что ребята пришли домой. В дверь постучали. На пороге стоял сияющий Костик, высокий, чуть не под потолок.
- Ну что, старики, в бирюльки играем? Молодость вспоминаем? Так, так. А вы в будущее гляньте. Я вам подарочек к Рождеству припас. Вы теперь прадедушка и прабабушка, и все грехи с вас снимаются. Мы с родителями прямо из роддома. Лиза сегодня мне дочку родила, представляете? А имя мы ей давно приготовили - Катерина. Вот так, бабушка, жизнь продолжается.
- Костик! - всхлипнула бабушка, - в натуре типа круто! Спасибо тебе.