Оборотова Ирина Сергеевна: другие произведения.

Главы 1-10

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Зимние Конкурсы на ПродаМан
Peклaмa
 Ваша оценка:

  "В поисках чуда"
  Оборотова И.С.
  
  
  Часть первая
  в целом оптимистическая
  
  Глава первая,
  в которой говорится о том, как важно заснуть в правильном настроении
  
  Когда-то давно я мечтала о сказках. Я не верила в них, но надеялась, что они есть. И злилась. Потому что сказки оставались только в моих мечтах. Потому что поверить в них... по-настоящему поверить... означало сойти с ума. А потом мне надоело. Надоело считаться с мнением других людей, надоело бояться чудес и с замиранием сердца ждать, что когда-нибудь я встречу говорящую кошку, и она расскажет мне, что я и есть самая настоящая волшебница.... Я вдруг почему-то решила, что сама и так слишком хорошо знаю эту историю, и мне не нужен кто-то посторонний, чтобы рассказать ее. И с этими мыслями я заснула... А когда проснулась.... Нет, мир не изменился, и я не парила над кроватью, чего бы мне, естественно, хотелось.... но что-то во мне было не так. Что точно, я сказать не могла. Просто вдруг поняла, что знаю о чудесах абсолютно все, и в первую очередь то, что они есть. Это было так нелепо и абсурдно, что я даже рассмеялась. Потом в моей повернутой на фантазиях голове оформилась вполне очевидная мысль: если я могу, надо попробовать. Естественно, я моментально поняла, что именно попробовать и не получится... потому что тогда мое знание могло обернуться просто фантазией, домыслом, глупой и наивной мечтой, которая могла сказать нет чуду. А вот этого самого нет я очень боялась.
  Но любопытство, как известно, сгубило не только кошку, поэтому я отправилась на кухню. Почему на кухню? Сама не знаю, если честно. Может быть, потому что ее отмыть легче, в случае чего.... да и приготовление чего-нибудь, пусть даже чуда, ассоциировалось у меня в основном с ней.
  Итак, с чего начать? В голове тут же замелькали сцены из книжек, мультфильмов, фильмов, компьютерных игр.... И я растерялась...
  Ладно, пусть все будет простенько и со вкусом... Раз уж я на кухне, будем готовить (если это слово к ней применимо) волшебную еду... Легко сказать.... Значит так... Я хочу... мороженого. Да, пусть это будет эскимо на палочке....
  Так, с целью определилась... а вот что дальше-то делать? Все известные мне волшебники в этот момент либо начинали лихо размахивать волшебной палочкой, либо болтать что-то про равновесие, которое нарушится. Второй способ возможность полакомиться настоящим мороженым явно исключал. Но и первый был мне недоступен: у меня не было той самой палочки. Отмахнувшись от размышлений о равновесии, я начала вспоминать, где эти самые палочки берутся. В памяти тут же всплыла фея из Золушки (представить которую без палочки невозможно) и... Гарри Поттер. Вот здесь все было проще, потому как он свою купил.
  А, где наша не пропадала! Чем я-то хуже? Я тоже начинающий волшебник... кажется.... И я вышла на улицу. Огляделась. Как ни странно, вблизи моего дома не нашлось ничего, напоминающего магазин волшебных принадлежностей. Ни то чтобы я удивилась.... Но мой энтузиазм слегка поблек.... Ну, совсем чуть-чуть.... А чуть-чуть, как известно, не считается! Это еще Старик Хоттабыч говорил, а он джинн со стажем!
  И я отправилась гулять по городу. Хотя, гулять - это немного не то слово. Скорее, рыскать... Я заглядывала во все магазины и магазинчики в поисках нужной двери, вывески, указателя, намека... чего-нибудь... Но, разумеется, не находила ничего.... Это были книжные, продуктовые магазины, магазины косметики и бытовой техники, они торговали запчастями к автомобилям, кафелем, обоями, красками... Продавцы наперебой кидались рассказывать мне о новых поступлениях товара, о скидках, гарантиях... а мне все больше хотелось спросить, нет ли у них чего-нибудь волшебного.... К сожалению, оформить свою просьбу я смогла только в магазине свадебных платьев, где мне торжественно сообщили, что, разумеется, у них есть волшебные платья, а еще они могут устроить волшебную церемонию. Волшебство мне обещали и в магазине сувениров и в магазине цветов. Словом, везде, где торговали красотой. Но никто не выставлял на продажу чудо.
   А я представляла себе старого тролля, стоящего за конторкой из красного дерева и пересчитывающего тяжелые золотые монеты. Я видела взгляд, которым он окидывает покупателей, оценивая их потребности и платежеспособность. Видела, как достает что-то, припрятанное для особых клиентов. Как рекламирует свой товар. Как улыбается хорошей сделке. Как демонстрирует чудеса. Как приветствует меня, когда я вхожу в его магазинчик. Как сообщает мне, что давно знал, что я когда-нибудь к нему загляну... Как я беру в руки свою первую волшебную покупку....
  Сама того не заметив, я остановилась. Огляделась. И тут... увидела ее. Вывеску. Скромную. Неприметную. Потемневшую. Маленькую. Непривлекательную. Неизвестно каким образом оказавшуюся на центральной улице. Но от нее сладко защемило сердце. Там было написано "Антиквариат".
  Вот оно! Я точно это знала. Там будет и конторка, и красное дерево, и старичок, и множество пыльных полок.... Там должно храниться чудо.... Там оно терпеливо дожидается того, кто готов потратить жизнь на его поиски, кто готов поверить в него. Нет! Кто уже верит в него. Кто нашел в себе смелость прийти за ним.
  Вот этой самой смелости я в себе как раз не ощущала... зато упрямство и любопытство никогда меня не подводили. И я пошла в магазин.
  Наверное, впервые в жизни я шла так медленно. Я знала, что то, чего мне так хочется, чего так не достает, то, к чему всегда стремились все мои мечты там... Я знала, что там - другой мир. И этот мир милостиво показывает мне дверь. И я боялась. Потому что этот мир, мир моих фантазий жил по своим особым законам... а я все же привыкла жить так, как приходилось... Я до дрожи в коленках не хотела переступать черту между этой реальностью и той, другой... мечтой.... Ведь там, за чертой мечта станет реальностью... Реальность можно потрогать.... А чудо - чудо только до тех пор, пока неосязаемо. Пока ты знаешь, что оно есть, но не можешь дотронуться. Пока оно нематериально. Пока оно не для кого-то. Пока оно само по себе.
  Оно так близко и так далеко. На расстоянии вытянутой руки. Но тех, кто смог до него дотянуться, можно сосчитать на пальцах.
  Я боялась разрушить его.
  Я стремилась к нему всей душой и всей душой не хотела, чтобы мое желание исполнилось. Мир моей мечты понял это и сжалился надо мной. Он указал мне дверь к чуду, и я точно знала, что когда я наберусь смелости, дверь откроется для меня. И более того, я смогу войти. Только за дверью будет совсем не то, что видят другие.
  Быть может, в этот момент я умру.
  Быть может, в этот момент я исчезну.
  Быть может, не изменится ничего, лишь я сама наполнюсь чудом....
  Дверь. Дверной молоток. Бронзовая морда. Нужно постучать. Постучать и мне откроют. Мягко звякнут колокольчики. И я войду....
  Моя рука почти дотронулась до него. Почти. Я почти держала его в руках. Я почти решилась.... Еще бы чуть-чуть...
  - Чуть-чуть не считается, - ехидно пропел у меня в голове чей-то голос. Мой голос. И я опустила руку. Я струсила.
  Я смотрела на дверь и, если честно, собиралась заплакать. От злости на себя. От жалости к себе. В моем воображении уже проносились тысячи таких дней, когда я, ведомая одним лишь стремлением к чуду, прихожу сюда и застываю у двери. Когда, зная, что за дверью терпеливо ждет меня мечта, я вновь не нахожу в себе смелости сделать к ней шаг...
  Так бы я и стояла, рыдая, если бы в этот момент выбор не сделали за меня. Дверь открылась. Нет, не сама и не по мановению волшебной палочки. И не по моему хотенью, как говорят в сказке. Она открылась по воле случая и, если хотите, судьбы.... А судьба, как известно, любит пошутить.... Поэтому она (дверь то бишь) моментально прилепилась к моему лбу.... Больно так прилепилась, кстати сказать.... Я ойкнула, шагнула назад, потом вперед, налетела на кого-то.... И этот кто-то не придумал ничего лучше, чем втащить меня в магазинчик, собираясь осматривать мой лоб....
  Хотя это он думал, что встаскивает меня в магазинчик. На мой же взгляд, меня тянули в сказку....
  - Ты же этого хотела, - шептал какой-то голос в моей голове. - Ты хотела и боялась. И вот нашелся способ это изменить.... Так почему же ты не рада?
  - Не рада? - пыталась возразить я голосу. - Я рада! Но мне больно! Мне страшно! Я ничего не вижу и не понимаю....
  Неизвестно, сколько времени мог бы продолжаться мой диалог с внутренним голосом, если бы, осведомляясь о том, не могу ли я открыть глаза, не вмешался голос вполне реальный.
  Открыть глаза? Зачем? Чтобы обнаружить, что не удалось? Что я разрушила чудо? Только через мой труп!
  Кажется, последнюю фразу я произнесла вслух, потому что степень заботливости в голосе заметно снизилась.... Но, тем не менее, мне весьма доброжелательно предложили помощь.
  Помощь?.. Помощь - это как раз то, что мне было нужно в данный момент.... поэтому я попросила:
  - А вы не могли бы сказать мне.... Скажите, вы видите здесь.... волшебство?
  И принялась ждать ответа. Раздалось приглушенное "кхмммм....".... человек помолчал..... пробормотал что-то.... мне удалось уловить только слово "позову"..... и куда-то пошел.... Куда, не оставалось сомнений: наверняка, вызывать скорую.... Волшебство не всегда уместно, подумалось мне.... Но вслед за этим пришла другая мысль: его нет. Я здесь одна! А разве не уединение и полная сопричастность с ним нужны чуду? Настоящее чудо не является толпе. Толпа лишь заражается общим восторгом. Она не способна прочувствовать его. И в этой толпе, наверняка найдется хоть один реалист (как же я не люблю это слово!), который отыщет всему произошедшему "разумное" объяснение. В ход мгновенно пойдут законы физики, обманы зрения, акустические эффекты.... А ведь для чуда, на самом деле, страшно лишь одно - неверие. И, согласитесь, очень сложно не поверить в чудо, когда ты с ним один на один....
  Придя к такому выводу, я решилась.... И открыла глаза. Сначала робко один. Потом, ободренная увиденным, другой. Вот оно!
  Воспитанная на классических сказках и популярных фэнтази, я пребывала в твердой убежденности, что волшебство и научно-технический прогресс - вещи несовместимые. А то, что было вокруг, вполне отвечало моим представлениям о возможности присутствия волшебства в данном помещении. Ибо надо мной висела самая замечательная люстра из всех, которые мне когда-либо приходилось видеть. Замечательность ее состояла в том, что она сплошь состояла из свечек. Огромных желтых восковых свечек! Я так обрадовалась этому явлению, что не успела даже испугаться, прежде чем перевести взгляд на остальные детали помещения. И, поверьте мне, посмотреть было на что! Железные доспехи, картины в золоченых рамах, древнее оружие, филигранной работы шкатулки, поражающие варварским блеском драгоценности.... и... СТОП!!!!! Но это не волшебство. Это красота. История. Деньги. Но что в этом необычного, чудесного, сверхъестественного? Мой взгляд начал метаться от одной полки к другой, выискивая то, что могло тянуть на какой-нибудь древний артефакт, заклинание, свиток..... И с каждым взглядом к горлу подкатывал комок разочарования. Ничего! Меня уже не интересовала тончайшая работа древних мастеров; мне было безразлично сияние камней на шкатулках; я была не в состоянии оценить подвиги рыцаря, носившего когда-то доспехи; я не могла восхищаться красотой дамы, запечатленной на картине. И более того. Все это меня раздражало. Потому что это была наша история. История человечества, которое, научившись жить в материальном мире, так и не додумалось до обыкновенного чуда.
  Мне очень хотелось убежать из этого магазина. Я резко встала и сделала шаг вперед. Но тут легким головокружением напомнил о себе лоб. И я почла за лучшее присесть.
  Послышались голоса: возвращался мой доброжелатель, по всей видимости, с хозяином.... Я тут же представила себе двух дельцов: одного - торгующего ценностями, и другого - пришедшего сюда совершить капиталовложение.... Черные костюмы, белые рубашки. Очки в тонкой оправе. Постоянно звонящий телефон. И невозможность даже осознать красоту того, что только что купил. Потому что не за красотой пришел, а за деньгами. Посему заранее они никаких благожелательных эмоций у меня не вызывали. Но когда они вошли....
  Мне захотелось засмеяться над собой. Представила я, мягко говоря, не то. Во-первых, владелец магазина выглядел немного необычно. Мужчина, уже в возрасте. Невысокий, не выше полутора метров. Худенький.... С очень большой головой, большими ушами и носом. Причем все это смотрелось удивительно пропорционально, удивительно благодушно и как-то очень по-родственному. Одет он был в старый поношенный коричневый костюм со значком "МГУ". Он чем-то напоминал доброго дедушку, принявшего облик забавного гнома. Его хотелось обнять. Заварить ему чаю. Испечь пирог. Послушать его истории. Ему хотелось рассказать все свои мечты. И при этом меня преследовало дурацкое ощущение, что он обязательно меня поймет. Была в его глазах какая-то вера в сказку.
  Второй мужчина вызывал эмоции более... будоражащие, с волшебством ничего общего не имеющие. От него веяло мужской силой и надежностью. И привлекательностью. И материальностью. Этот в сказки не верил. Он жил в реальности. В той, которая есть и будет. В той, в которой родился. Жил по всем ее законам. И о существовании чуда не догадывался.
  Оба доброжелательно уставились на меня. И первым, осведомившись о моем здоровье, представился дедушка:
  - Геннадий Тимофеевич. - И протянул руку. Руку я пожала с удовольствием и перевела взгляд на его спутника.
  - Роман, - коротко кивнул он. Но руку не протянул. Вместо этого принялся доставать из принесенной аптечки пластырь и йод (представив предстоящую мне процедуру, я в сотый раз с сожалением вспомнила о лечебных заклинаниях эльфов - безболезненных, если верить тому, что я про них читала) и, сообщив мне, что сейчас будет немного больно, стал осторожно водить резко пахнущей ваткой по моему многострадальному лбу....
  Минут через пять лечебные процедуры были завершены. Меня усадили за антикварный столик и, разлив чай в антикварные чашки, велели выпить все до последней капли.
  Пить не хотелось. Но от чая приятно пахло. Какой-то будоражащей смесью трав и чего-то еще, еле уловимого. Чем-то удивительно свежим и новым. Я осторожно сделала один глоток, потом другой.... Я монотонно поднимала чашку и опускала ее. Снова поднимала... и постепенно успокаивалась, "освобождалась", как пишут в современных пособиях по релаксации. Но не от всего. Из меня уходило все плохое, что я успела испытать за этот день: страх, боль, злость, разочарование, обида, недоверие. И одновременно я переполнялась какой-то бесшабашной кипучей энергией. Меня тянуло сражаться с драконами, бороться с темными колдунами, освобождать детей от преследований злых ведьм, организовать общество по защите каких-нибудь угнетенных волшебных народов.... на худой конец, переводить старушек через дорогу, если уж никакая магия мне не грозит.
  - Ну почему же, не грозит? - осведомился дедушка.
  Наверное, в тот момент меня можно было снимать для какого-нибудь комического фильма. Зрелище было то еще. Не донеся чашку до уже заранее приоткрытого рта, я уставилась на него. Застыла. Потом вскочила. Снова села. Разлила чай. Страшно перепугалась. И, наконец, нашла в себе силы спросить:
  - Что Вы сказали?
  - Ты слышала, - ответил дедушка, весело усмехнувшись. - Но разве не за этим ты пришла?
  - Я что, говорила вслух?
  - Вообще-то, это необязательно, - вступил, наконец, в разговор Роман.
  - Н-н-не-необязательно?????? Вы издеваетесь, да? Или это... это какой-то новый вариант скрытой камеры? Или игра? Или я схожу с ума? Или это вы сумасшедшие? - кажется, я немного повысила голос....
  - Если не ошибаюсь, сегодня утром, да и вообще все свою "сознательную" жизнь, ты готова была отдать все, что угодно за возможность прикоснуться к чудесам, как ты это формулируешь. За то, чтобы узнать, что они есть. Так вот, они есть. Говорю тебе это с абсолютной определенностью.
  - Есть? - недоверчиво выдохнула я. - Они есть! Но как же... они есть, но никто о них не знает. То есть знают, но не верят.... Или верят, но не знают... Они есть... А какие они... чудеса? - я с надеждой уставилась на своих собеседников.
  - Обыкновенные, - ответил Геннадий Тимофеевич, - самые обыкновенные чудеса. Хочешь - из палочки, хочешь - из зелий, хочешь - из заклинаний... Они - в самых различных частях самых обыкновенных растений, в положении звезд на небе.... Но, самое главное, - они внутри нас. Внутри нашей веры в волшебство. Внутри нашего знания о его возможности. Они - в сердце каждого волшебника.
  - Волшебника... - мечтательно протянула я. - Так значит и я... волшебница?
  - Волшебница - кивнул он.
  - И я смогу. Я смогу совершить чудо?
  - Сможешь, если захочешь.
  - Есть.... Они есть... Но я же... Я же ничего не видела.... А как же волшебные палочки, заклинания, странные свечения, зелья с жуткими ингредиентами... И зачем тогда йод? И ты не похож на волшебника... Геннадий Тимофеевич похож, а ты нет....
  - А ты ничего не путаешь? - едко поинтересовался мой собеседник. - Вот о чем ты в первую очередь думаешь, когда произносят слово "волшебство"? Что оно для тебя? Нечто, не подчиняющееся общепринятым в этом мире нормам? Или.... Дай, угадаю.... Длинные мантии... Совы на посылках.... Серебристый туман над котлами для зелий.... Я ничего не забыл?
  Кажется, я немного разозлилась.
  - Ну, почему же, забыл! Еще какая-нибудь светящаяся аура, дружба с животными, возможность совершить нечто одним щелчком пальцев, излечивать раны прикосновением руки..... Еще какие-нибудь стереотипы? Или, если ты такой умный и даже мысли читаешь, почему бы тебе не залезть в мою голову и не посмотреть, что я там себе насочиняла??!!! Тогда будет возможность рассказать еще кому-нибудь "новенькому", как он был не прав...
  Мои внезапно обретенные "коллеги" вдруг посерьезнели и переглянулись.
  - Я не хотел тебя обидеть, - извинился Роман.
  - А я и не обиделась, - внесла я ясность. - Это все от удивления.
  - Не каждый же день узнаешь, что ты волшебница, - улыбнулся Геннадий Тимофеевич.
  У меня вдруг закружилась голова... Я перестала слышать, что мне говорили. Я выхватывала какие-то отдельные слова. И не понимала их. Потому что главное слово уже было сказано.... Волшебница.... Это ведь еще лучше, чем чудо.... Это же возможность творить чудо.... Это возможность знать, когда и почему оно появится.... Это же....
  - .... возможность сделать чудо атрибутом своей обыденной жизни, - закончил за меня Роман. - Ты права. Сначала будет ново и интересно. Ты будешь постигать магию. Учиться управлять ею. И когда-нибудь (а я думаю, с тобой это случится достаточно скоро) ты достигнешь вершин мастерства. И Чудо просто станет очередной освоенной задачкой.
  - Подожди! Но разве я.... Если научусь, разумеется.... Я разве не смогу применять свои магические способности? Разве у... у волшебников не существует каких-то своих магических профессий...
  - Существуют, разумеется. Но свободных вакансий не так уж и много. Нас слишком мало для профессий. Нас вообще мало. И знаешь почему? Потому что в нас не верят. - Это уже вмешался Геннадий Тимофеевич. - Нас нет. Мы сказка. Миф. Легенда. Мы мечты. Про нас пишут книжки и снимают кино. В нас играют. Но в нас никто не верит. И самое главное состоит в том, что мы постепенно сами перестаем верить в себя. Верить в чудо. В возможность его совершить. В необходимость его совершать. Понимаешь?
  Кажется, я понимала.... Но принять это....
  - Нет? Мало? Но... но почему? Разве не существуют семьи магов? Разве друзья волшебники не делятся своими знаниями с неволшебниками? А как же все эти целители, гипнотизеры, провидцы, гадалки...
  - Стой! Ты не понимаешь! Волшебников потенциально достаточно много. А шарлатанов, играющих на вере людей в волшебство, и того больше. Правда, волшебники... Они ведь тоже с разной силой бывают... Кто-то способен на великие чудеса.... Для кого-то счастьем будет совершить какое-нибудь "кухонное" заклинание.... Но для того, чтобы стать волшебником, необходимо поверить. Понимаешь, поверить. Поверить без оглядки. Необходимо просто однажды проснуться с твердой уверенностью в том, что возможно все! Ты хоть можешь себе представить, сколько человек в этом мире способны на такое пробуждение? А я знаю! Около сотни за последние десять лет! Но и этого мало. Мало знать, что чудо есть. Нужно захотеть его совершить. Нужно захотеть его обнаружить. Нужно ощутить сопричастность с ним. Нужно не бояться сказать это простое слово... "волшебство"... Сказать не со смешком, не с презрением, не покровительственно.... а с надеждой и верой в него. Сказать, не побоявшись показаться смешным. Сказать, не думая об уместности, о шарлатанстве, о том, что тебя не поймут.... Просто впервые определиться, чего ты хочешь...
  Роман замолчал.
  - А ты... поверил?
  - Мне не пришлось.... верить. Я просто знал.
  - Знал? Как это?
  - Я родился в семье волшебников. Такие семьи редки. А дети в них - еще большая редкость. Но все-таки это произошло.
  - Ты? Ты родился в семье волшебников.... Тогда понятно...
  - Что понятно?
  - Я просто, когда увидела вас... когда вы входили... Мне показалось, что ты не веришь в чудеса... то есть... не веришь, как те, кто когда-то занимались их поисками... кто постигал чудо сам. Я даже решила, что ты и не знаешь, что такое чудо. Теперь я понимаю, почему. Тебя с детства окружало волшебство и ты... ты воспринимал его как нечто само собой разумевшееся... Тебя не терзали сомнения: есть ли оно, можешь ли ты его увидеть, сотворить его. Ты просто жил в нем. Но... Ты знал волшебство. Но не знал чуда. А вот с Геннадием Тимофеевичем не так. Тому, что он здесь, он обязан своей вере.... Я.. права?
  - Права. Ты права...
  Мягкая улыбка. Немного гордости во взгляде. Так смотрит отец на дитя, освоившее новое слово. Далеко не первое, но все-таки новое. И вздох...
  Я насторожилась. И, как оказалось, не напрасно.
   - Что ж, Ирина. Я думаю, для одного дня довольно открытий. К тому же, подобные открытия нужно тщательно обдумывать. Тебе придется решить, что делать дальше.
  - Как это "что"? - возмутилась я. - Я буду учиться! Если уж я волшебница, я хочу...
  - Я понимаю твое нетерпение, - прервал меня Геннадий Тимофеевич, - но обдумать ты все должна. Ты должна решить, достаточно ли тебе знания о существования чуда, либо ты хочешь еще и иметь определенную (в меру своих магических сил, конечно) власть над ним. Или же ты вообще хочешь обо всем этом забыть. И выбрать придется. В любом случае, что бы ты ни решила, приходи сюда, когда сделаешь выбор. Мы будем ждать...
  - Но...
  - На улице уже темно. Роман проводит тебя.
  Роман встал. Перекинул куртку через плечо и двинулся к двери. Потом обернулся. Пресек мою очередную попытку врезаться на этот раз в него. И, немного поколебавшись, потянулся ладонью к моему лбу. Почти дотронулся. Застыл в нескольких миллиметрах. Нащупал какую-то видимую только ему дистанцию. А потом за несколько секунд я ощутило потрясающее тепло, резкую боль, почти нестерпимый зуд и вновь тепло.
  Он отнял руку, а я в недоумении дотронулась до своего лба. По привычке ойкнула и обиженно уставилась на него.
  - Это только у эльфов заклинания безболезненные, - хмыкнул он.
  И лишь тогда я поняла: только что меня лечили магическим способом. К черту боль! К черту обиды!
  - Как ты это сделал? - требовательно произнесла я.
  - Ты хочешь знать, что произошло? Я просто ускорил процесс выздоровления. В результате и боль усилилась... потому что все те легкие покалывания, пощипывания, зуд от болячки ты перенесла за несколько секунд...
  - Спасибо, что пояснил, - кисло усмехнулась я. - Но я спрашивала не об этом!
  - Обращайся, - подмигнул Роман и открыл передо мной дверь.
  Смирившись с тем, что подробностей не предвидится, я послала прощальную улыбку Геннадию Тимофеевичу и шагнула в реальный мир. Он отозвался шумом машин, светом фар и фонарей, манящими витринами и пыльными улицами. Чем-то привычным.... Как будто привычным. Но, взглянув еще раз, я поняла, что все стало не так.
  Не тот свет. Не те люди. Не та Луна. И даже не тот город. Все вдруг стало веселее, счастливее... волшебнее! Даже вечерний полумрак стал вдруг сочным и манящим. Все стало таким, каким и должно было быть: настоящим! Задорно подмигивали светофоры, сигналы машин сливались в какую-то странно бодрящую мелодию. Даже нечастые вечерние прохожие начинали мне улыбаться. И лишь, пройдя несколько улиц, я поняла: они улыбаются в ответ.
   Я шагала по дороге вслед за своим молчаливым провожатым и улыбалась этому миру. Миру, в котором теперь есть место и для меня. Для моей мечты. Для сказки. Миру, в котором я с этого самого дня буду не просто жить. Этот я мир я вдруг полюбила всей душой. За то, что они есть. За чудеса.
  Живое подтверждение существования всего этого неспешно шло впереди меня и прыгать от счастья явно не собиралось. Но мне было все равно. С нетерпением ребенка, которому подарили игрушку, но не научили, как с ней обращаться, я догнала Романа:
  - Я хочу попробовать!
  - Что? - он принялся оглядываться в поисках какого-нибудь лотка с едой.
  - Да нет, ты не понял! Я хочу попробовать волшебство.
  - Оно несъедобно!
  - Очень смешно!
  - Ты уже пробовала. Я тебя лечил!
  - Да причем здесь ты! Я хочу сама его создавать... или как там говорят..
  - Творить, - сухо ответил он.
  - Ну да, творить, - я старалась не терять энтузиазма и веры в собственные, весьма, на мой взгляд, туманные, способности. - Я же волшебница! Во всех книжках, которые я читала, мы (то есть волшебники), когда узнаем, что мы волшебники, мы сразу что-то можем....
  - А мне, наоборот, казалось, что с первого раза у вас ничего не получается. И вы долго и нудно учитесь в волшебных школах.
  - Правда? - разочарованно перебила я его. - А учиться долго?
  - Кому как. Принцип действия волшебства всегда один и тот же. Нужно только поднатореть в заклинаниях, подучить кое-что.... Чтение мыслей, свойства растений, общение с животными, волшебные народы. Потом отрасли применения магия: те же заклинания лечения, заклинания сражений, заклинания общения, заклинания домоводства, цветоводства, строительства, научных изысканий... Всего и не перечислишь. Ну и различные побочные знания: астрономия, хиромантия, нумерология и прочее, относящиеся к провидению.
  Последнее он произнес, слегка поджав губы.
  - Не любишь?
  - Не одобряю. Во-первых, слишком много шарлатанов, даже среди волшебников. На деле, способен быть более менее нормальным провидцем один колдун из тысячи, да и то, чаще всего, в ущерб всем остальным магическим способностям. Такие обычно уходят в Совет. Да и потом.... Не люблю я эту предопределенность. А больше всего не люблю, что кто-то посторонний может знать обо мне то, чего я еще даже сам о себе не знаю.
  - Значит, ты не провидец, - улыбнулась я.
  - И уж, поверь мне, этому обстоятельству я несказанно рад!
  - А что такое Совет?
  - Совет? Совет Мудрейших - официальная организация, осуществляющая надзор за деятельностью волшебников. Они следят, чтобы маги не вмешивались в жизнь людей.
  - То есть?
  - То есть волшебство творят волшебники и для волшебников.
  - Но почему?
  - Потому что люди живут в "реальном" мире. По его законам. И строят свою жизнь в соответствии с ними. У них масса проблем, которые они научились решать своими силами. Они придумали науку, которая неинтересна волшебникам. Считай, что у них свое волшебство: физика, химия, радиоэлектроника.... Два волшебства - это в два раза больше благ, но и в два раза больше проблем. Да и сами люди не часто радушно относятся к тем, кто наделен большими способностями, чем они. В конце концов, это мир людей. И магия здесь - чужеродный, сверхъестественный элемент. Так что ни нам, ни им такого знания не нужно. Запомни это как закон.
  - А что будет, если этот закон нарушить?
  - В качестве официальной меры наказания в Законе прописано лишение памяти о волшебстве.
  - ЧТО????
  - Есть древнее заклинания Забвения. Огромный свиток. Как правило, его читают несколько Мудрейших, потому что это требует огромной концентрации и траты силы. И волшебник, над которым произнесено это заклинание, лишается памяти о волшебстве. Он не помнит ни о его существовании, ни о заклинаниях, ни о том, что он сам - волшебник. Он помнит других волшебников... как людей... как личностей. Помнит свое к ним отношение.... Но та часть его жизни, которая была связана с волшебством... Он помнит ее как в тумане. Помнит отдельные отрывки, действия. А если он родился в волшебной семье.... его ждет лечебница... Обычно он не помнит ничего.... Люди считают, что у него амнезия.
  - Но это же жестоко!
  - Жестоко вмешиваться в жизнь другого человека и решать за него, что лучше, а что хуже! "Благими намерениями выстлана дорога в ад!" Эта фраза была в древнем тексте Закона. Тогда родившихся в волшебных семьях было во много раз больше. И, поверь мне, для тех из нас, что рисковали посягнуть на Закон, не предусматривалось ничего хорошего. Помнишь, сколько было сумасшедших на площадях? Блаженных? Они ходили с безумными глазами и предрекали страшные напасти. То были лишенные памяти провидцы, которые, узрев, что в будущем тот или человек совершит злодеяние, совершали.... упреждающие действия...
  - Убивали их?
  - Не всегда. Но они старались вмешаться в его судьбу. Исправить ее. Если не видели других выходов, убивали.
  - Но ведь они хотели как лучше!
  - А получали еще худшее зло! Вместо одного злодея появлялся другой, третий... Временами, еще худший, чем предполагавшийся. Вместо спасенного ребенка убивали другого. Вместо одного народа изживали другой...
  - Понятно. То есть, если я все-таки научусь, мне не стоит идти в "массы" с воплями о том, что я дам людям новую жизнь?
  - Вопили уже до тебя.
  - И что?
  - И ничего! Человек либо постигает что-то сам, либо не постигает вообще...
  - Ну а теперь я могу попробовать? - вернулась я к прежней теме.
  - А ты знаешь, как? - он язвительно приподнял бровь.
  - Если б знала, ты бы уже тут не стоял...
  - Я и так ухожу. Мы пришли.
  Как оказалось, мы уже давно стояли возле моего подъезда.
  - Я же не говорила тебе, где живу!
  - Вообще-то это не обязательно, - рассмеялся он и исчез.
  Исчез... Что ж, поняв, что на сегодня с чудесами придется закруглиться, я не придумала ничего лучше, чем отправиться спать. Но сон не шел. В голове вертелись обрывки фраз и лица моих новых знакомых. Они что-то говорили мне. В чем-то пытались убедить. Но слов я не разбирала. Потом постепенно усталость и переутомление взяли свое. И я заснула. Мне снились ожившие герои сказок, волшебные палочки и прочие атрибуты магии, надежно засевшие в моей голове.
  Что и говорить, проснулась я бодрая, счастливая и готовая на все.
  
  Глава вторая,
  в которой появляются новые лица,
  а старые знакомые предстают в новом амплуа
  
  На этот раз дорога в магазинчик заняла гораздо меньше времени. Примчалась я туда в рекордно короткие сроки - прямиком к открытию.
  - Только не говорите мне, что думали, что я не приду, - с порога выпалила я. И осеклась. Потому что ни Геннадия Тимофеевича, ни Романа в общей комнате не было. Зато на меня уставились три пары женских глаз.
  - Вы что-то хотели? - произнесла обладательница карих, яркая шатенка лет восемнадцати.
  Но ответить ей я не успела. Потому что уже перевела взгляд на ее подругу: немного смущенную остроносую блондинку. Она явно чувствовала себя не в своей тарелке. И я определенно догадывалась почему. Секунду я в молчании просто таращилась на нее. Вот уж, кого не ожидала здесь увидеть.... Но потом дар речи ко мне вернулся.
  - Лиля???!!! Ты-то что здесь делаешь, да еще и в такую рань? - немедленно осведомилась я.
  - Я здесь... по делу... - немного замявшись, ответила одна из моих лучших подруг.
  - По делу.... Что-то покупаешь?
  - Нет. Я к хозяину этого магазина.
  - Геннадию Тимофеевичу?
  - А ты откуда его знаешь?...
  Хотя ответа ни ей, ни мне уже не требовалось. Я знала. Откуда-то абсолютно точно знала, что три девушки, стоящие передо мной - волшебницы.... Нет, на них не было обязательных для моего больного воображения мантий. Они не таскали в карманах жаб. И не были похожи на глянцевых ведьмочек, постоянно мелькающих в телевизоре. Передо мной стояли обычные девушки. Обычные. За небольшим исключением: все три могли творить чудеса. Осознание этого пришло в одно мгновение. Сначала робкая догадка, а потом - твердая уверенность. И вдруг я поняла: они отличаются. Чем-то неуловимым, непонятным. Почти незаметным. Почти. Но если присмотреться.... Один внимательный взгляд.... И вот оно - различие. Их окружало странное, почти неразличимое свечение. Создавалось ощущение, что воздух вокруг пропитан мельчайшими частичками света, видимыми исключительно глазу волшебника. Причем, свет этот проще всего было увидеть, если смотреть на их руки. Они у всех трех волшебниц светились особенно сильно.
  Чтобы убедиться в правильности своих выводов, я перевела взгляд на свои собственные руки. И вновь меня ждало удивление, потому что со мной дело обстояло немного иначе: мне потребовалось гораздо больше времени и старания, чтобы понять, что и во мне есть этот свет. Вторым различием было то, что вокруг меня света не было. Он действительно был во мне. Я каким-то образом видела, как эти странные частички растекаются по всему моему телу. Как копится в них желание вырваться на свободу. Но что-то не пускает их.
  В изумлении от увиденного я сделала шаг назад.
  Повисло неловкое молчание....
  Наконец вперед выступила третья, самая, на мой взгляд, старшая из девушек (волшебниц, поправила я саму себя). Тряхнув светлой головой, она произнесла:
  - Ну, коли уж мы все к Геннадию Тимофеевичу, предлагаю подождать его. Он вышел сварить кофе. А пока можно и познакомиться. Лилю, насколько я поняла, ты знаешь. Это Настя. Ну а меня зовут Сашей.
  - Ира, - немного неуверенно ответила я, все еще разглядывая свои руки. Наконец, подняла голову.
  Саша с Настей уселись на опробованные мной вчера антикварные стульчики. Мы же с Лилькой остались стоять.
  - Ты знала?
  - Нет.
  - Знала!
  - Я не знала!!!! Я и сейчас-то вижу с огромным трудом! Да и то потому, что специально всматриваюсь.
  - Ты про свет? - немедленно спросила я.
  Лиля посмотрела на меня:
  - Да. Про свет! Если я не ошибаюсь (а я не ошибаюсь!), так удивленно ты смотрела именно на него. Я даже знаю, какой вопрос первым делом пришел в твою голову! Почему этот свет у тебя внутри, а у нас снаружи.
  - Почему? - не сочла нужным спорить я.
  - Потому что мы с девочками волшебством пользуемся. Выпускаем его наружу, если хочешь. Мы.... ну не знаю... как бы "открыли канал", через который оно может свободно выходить и использоваться по нашему желанию. Правда, закрыть его мы больше не можем.... сами..., а магия - это такая штука.... В общем, она самостоятельно выходит из наших тел, но оторваться от них сама по себе не может, поэтому и распределяется вокруг нас. И, прежде чем ты решишь, что я скрывала от тебя страшную тайну, послушай. Опознать волшебника, пока он не сотворил хотя бы одного заклинания, очень сложно. Он просто "закрыт". А чтобы узнать, есть ли что-то магическое внутри, нужно очень долго и старательно "смотреть". На это уходит большое количество сил. Да и всех все равно не пересмотришь. А уж разглядывать вот таким образом людей.... - пустая трата сил. Толку никакого, а голова еще неделю болеть будет! Ну и какой смысл мне был проделывать все это с тобой?
  - Никакого, - согласилась я. Но почему-то почувствовала себя обиженной.
  В этот момент послышался шум. Я повернула голову в знакомом мне уже направлении и увидела Геннадия Тимофеевича. Он держал перед собой поднос с высоким серебряным кофейником и пятью (!!!!!) чашками.
  - Я действительно не думал, что ты не придешь, - ответил он на мой невысказанный вопрос и улыбнулся, - кофе хочешь?
  Кофе я хотела, поэтому тут же протянула руку за чашкой.
  - Итак, Ирина, что ты решила? - осведомился он в тот момент, когда пустые чашки заняли свое место на подносе.
  Секунду я молчала, пытаясь взять себя в руки, а потом выпалила:
  - Я решила... Я решила, что хочу быть волшебницей. Хочу научиться всему, что дает магия. Творить чудеса. Хочу познакомиться с представителями волшебных... как вы вчера сказали?... народов? - дождавшись кивка, я продолжила. - Хочу увидеть Совет Мудрейших. И узнать, что ждет меня в будущем, что бы там Роман об этом не говорил. Хочу увидеть древние свитки с заклинаниями и могущественные артефакты....
  С небес на землю меня вернул мягкий мелодичный смех. Смеялась Настя.
  - А с Гэндальфом не познакомить? Ой, уморила! Много, значит, книжек прочитала...
  - Ну... не то, чтобы много..., - смутилась я.
  - Много, - безапелляционно отрезала Лилька. - Еще дня не прошло, чтобы она с книжкой не пообнималась.
  - Ты, конечно, не совсем не права, - вмешалась Саша, - и все то, о чем ты говорила, действительно существует. Но не в таком тиражированном варианте. И, к тому же, это не настолько интересно, как тебе кажется сейчас.
  - Как это волшебство может быть неинтересным? - возмутилась я. - Это же волшебство!...
  - Хм... Она, конечно, многое идеализирует, но, в целом ее пожелания ясны, - помешал мне вознести оду волшебству Геннадий Тимофеевич, - поэтому лично я не имею ничего против того, чтобы начать ее обучать. Вот только Роман придет.
  - Вы будете меня учить? - обрадовалась я.
  - Они будут, - он указал на девушек, - а Роману, в случае чего, последствия обучения ликвидировать придется.
  Я с некоторым недоверием оглядела их. Честно говоря, такого я не ожидала. Училась я почти всю жизнь, и мой опыт настойчиво подсказывал, что чем старше преподаватель, тем лучше. А уж уроки волшебства.... Они у меня по определению ассоциировались с убеленными сединами старцами, древними манускриптами, картами звездами неба.... Из волшебниц же на взрослого человека тянула только Саша, да и то с трудом, Настя производила впечатление юной девушки, а с Лилькой я пять лет просидела за партой.... так что увидеть в ней убеленного годами старца я тоже, при всем моем на то желании, не могла....
  - Размечталась! - хохотнула вдруг Настя. - Старцев ей древних подавай! Если тебя это успокоит, я могу отрастить себе бороду! А старцы у нас - народ с характером. Каждую мелочь учить не будут! Вот.... если наказать эту мелочь надо.... Это да! Всегда, пожалуйста! Обращайтесь! Совет, одним словом.
  - А Вы? - я с надеждой взглянула на Геннадия Тимофеевича, который явно был старше всех девчонок вместе взятых.
  - А у меня магазин. Или ты думаешь, что волшебники святым духом питаются? У нас у всех по большей части вполне обычные профессии.
  - А в чем тогда смысл?
  - Смысл?
  - Ну да. Того, что вы - волшебники. Что у вас сила есть.
  - А в чем смысл того, что у тебя дома электричество?
  - Ну... я.... Свет включаю по вечерам...
  - Ну, вот и я свет включаю по вечерам. Только щелкаю не выключателем, а пальцами.
  - Но я думала....
  - .... что есть вселенское зло, в борьбу с которым ты будешь вовлечена, - перебила меня Саша. - Боюсь, все гораздо прозаичнее. У нас, конечно, тоже есть проблемы, решение которых можно найти только при помощи магии. Но этим в основном занимается Совет. Так что... никакой романтики, никаких приключений.
  - Что, совсем никаких? - жалобно осведомилась я.
  Сзади раздался знакомый смешок.
  - Ну, если тебе так неймется, я могу вырастить где-нибудь дракона. Можешь сражаться с ним раз в неделю.... Доброе утро, кстати, - произнес неизвестно откуда взявшийся Роман.
  - Боюсь, в приключениях по расписанию нет ничего интересного. - Постаралась не обидеться я. - Но предложение с драконом я рассмотрю! И, раз уж ты пришел.... Когда мы можем начать?
  - Можно прямо сейчас! - Настя поднялась со стула. Достала из кармана куртки тяжелый металлический ключ (я такие видела в старых сказках), и мы пошли в те самые двери, из которых недавно выходил Геннадий Тимофеевич с кофе.
  За ними оказался вполне обычный коридор. Несколько вполне обычных дверей. Электрические лампы. Современный интерьер. И абсолютно обычная лестница.
  Спускаясь по ней, я кисло взирала на все это. Но разочарование мое прошло в тот самый момент, когда лестница закончилась.
  Ибо я стояла перед дверью в сказку. Скажу честно: я была поражена. Потому что на этой двери даже табличку с надписью "Сказка" вешать не надо было: все было понятно без слов. Огромная. Дубовая. Обитая по краям железом. Со старомодными замками.... Дверь, открывающая дорогу к чудесам....
  - К знаниям о чудесах, - сочла своим долгом поправить Саша. - Тоже антикварная, между прочим.
  И вновь мое сердце замерло в сладостном ожидании. Ключ повернулся в замке с легким скрипом. Настя с усилием дернула за ручку и с едва различимым смешком отошла. Потому что тяжелая дверь и не подумала открыться. Поводила рукой в воздухе. Причем, я готова была поклясться, что вновь видела еле уловимый золотистый свет. Только на этот раз он тянулся от ее руки к замку. Что-то прошептала. И дверь распахнулась.
  Комната встретила нас абсолютной темнотой и гулкой тишиной. Если честно, я слегка испугалась. Эта комната походила скорее на подземелья из фильмов ужасов. На сказочную же она тянула с трудом. Однако отступать было уже поздно. И я сделала шаг вперед.
  Рядом со мной затопали четыре пары ног. Кто-то из девочек чертыхнулся.
  - Вряд ли здесь имеется выключатель, - выразил общее мнение Роман.
  У меня вырвался нервный смешок. А потом раздалось одновременное щелканье четырех пар пальцев. Откуда-то из углов комнаты начали выползать четыре светящихся шара. Поколебались в стороне и застыли над четырьмя вызвавшими их волшебниками. У меня создалось впечатление, что над каждым из них светится по индивидуальному солнцу.
  - Итак, урок первый, - начала Лилька, даже и не подумав озаботится тем, что надо мной не светило ничего, и я по-прежнему была окружена темнотой.
  Не смущало это и остальных волшебников, которые моментально отыскали находившиеся здесь в большом количестве стулья и уселись. Я же осталась стоять, уповая только на то, что мою недовольную физиономию им хоть как-то видно.
  - Физиономию не видно, - отозвалась Настя, - а вот мысли слышны.
  Еще один щелчок. И надо мной загорелось предназначенное исключенное мне солнышко. Через несколько мгновений отыскались стул и стол с письменными принадлежностями (оказавшимися обычной тетрадкой и ручкой). Я уселась и выжидательно уставилась на своих "учительниц".
  - Общие принципы применения магии. - Тоном лектора произнесла Саша. - Запоминай. Или записывай.... Как тебе удобнее.
  Я открыла тетрадь и по старой университетской привычке, записав дату и название темы, приготовилась конспектировать, чем вызвала дружный хохот собравшихся учить меня девчонок.
  - Все не так уж сложно, - веселилась даже пытавшаяся быть серьезной до сей поры Александра.
  - Давай, я объясню. - Отсмеявшись, произнесла Лиля. - А уж если не поймешь, будем разбираться на пальцах. Схемы чертить.... Смотри. У тебя есть волшебная сила. У тебя есть возможность ее применить. Все, что для этого требуется: немного концентрации. При недостатке магических сил либо при невозможности сконцентрироваться полностью можно использовать различные вспомогательные материалы: заклинания, зелья, волшебные палочки, амулеты.... Их можно применять как по-отдельности, так и вместе. К тому же, возможен такой уровень магической силы и такая способность к концентрации, когда все эти атрибуты становятся ненужными. Однако в большинстве случаев и для большинства волшебников помощь таких волшебных "вспомогательных элементов" необходима.
  - Записывай, - продолжила Настя. - "Основные случаи применения вспомогательных элементов в магической практике". Во-первых, сразу могу сказать, что все эти способы применяют даже те из магов, для которых их применение абсолютно необязательно. Это банальный вопрос рационального использования волшебной силы и способ не особенно выделяться. Ну а во-вторых, насколько я могу судить, ты относишься к тому самому меньшинству, кто действительно может обходиться без всего этого.
  - Но, в-третьих, - вмешался Роман, - информация никогда не бывает лишней. - А на первоначальном этапе даже гениальным волшебникам требуются подспорья.
  Надо заметить, выражение лица у него в тот момент было таким, будто он не только не был уверен в моей "гениальности", но еще и испытывал абсолютную убежденность в том, что я до конца жизни не справлюсь ни с одним из этих способов. В моей голове тут же созрело желание сделать что-нибудь гениальное ему назло, что привело к очередной его усмешке и моему твердому решению первым делом научиться запрещать кому бы то ни было вмешиваться в мои мысли. Вот тут разулыбались все четверо:
  - Да тебе и думать не надо, - пояснила Лиля. - Все равно все на лице написано.
  - Мне говорили, - сухо заметила я. И решила перевести разговор в иное русло. - Значит, насколько я поняла, лично мне вполне достаточно будет моих волшебных способностей. Но для большей уверенности в самом начале мне все-таки придется использовать различные магические предметы. К тому же, я должна хотя бы знать, когда и что из них в принципе можно и нужно применять. Так?
  - Так. - На этот раз инициативу в свои руки взяла Саша. - Запоминай. Магия - это ты сама. Твои чувства, эмоции, твой разум. Они питают твою магическую энергию и позволяют управлять ей. Но не всегда сам волшебник способен поддерживать эту энергию на должном уровне. Либо отсутствует возможность сконцентрироваться и, соответственно, должным образом применить ее. В таких случаях в дело вступают различные вспомогательные средства.
  Первый и самый простой способ усилить концентрацию и магические способности - взять в руки волшебную палочку. Волшебная палочка - продукт массового производства. Концентрация во всех случаях увеличивается на определенный процент. Небольшой, но ощутимый. Однако никаких сверхъестественных результатов при малых способностях к магии достичь все равно не получится.
  - Поэтому, - продолжила Настя, - в большинстве случаев волшебники прибегают к другому способу - амулетам. Амулеты бывают двух видов: целевые и индивидуальные. Целевые - это что-то вроде волшебных палочек, только усиление способностей происходит на больший процент. Но амулет в данном случае усиливает только одну назначенную способность. Наиболее распространенными являются амулеты домашнего хозяйства, лечения, общения, перемещения....
  - Купите этот камень, и никогда не будете знать проблем в любви! - "рекламным" голосом произнесла я. - Да этими "амулетами" полгорода увешано! И что, все действуют?
  - Положим, полгорода увешано не амулетами, а камнями.... Но и некоторые из камней действительно действуют. Просто надо знать, где и какие камни покупать. В качестве амулетов они не годятся практически никогда, но способствуют развитию определенных магических способностей. Могут помочь в концентрации. А некоторые даже действуют как блокираторы при попытках чтения мыслей.
  - Правда? - заинтересовалась я.
  - Правда. - С этими словами Роман протянул мне кусочек малахита. - Вот. Владей на здоровье. Потом научишься делать это самостоятельно. Без камня.
  Малахит я взяла. Осторожно дотронулась. И тут же ощутила странную защищенность. Такую, что даже жаль стало выпускать его из рук. Поразмыслив немного, я пристроила камешек в карман и в ожидании продолжения вопросительно уставилась на Сашу.
  - Так вот, - не заставила ждать она. - Существуют и амулеты, изготавливаемые индивидуально для конкретного волшебника. Удовольствие, сразу могу сказать, дорогое (как-то сама изготавливала), поскольку требует колоссальных затрат сил самого волшебника. Однако, безусловно, полезное. Особая разновидность - индивидуально изготавливаемые волшебные палочки. Но это еще сложнее и проблематичнее, потому что требует совмещения двух различных навыков производства. И, если честно, за все четыреста лет своего существования, я видела такие нечасто.
  - Сколько?! - недоверчиво уставилась я на пухленькую очаровательную максимум тридцатилетнюю блондинку.
  - Если ты про мой возраст, то мы живем долго. В среднем - тысячу лет. А если про внешность - то она обычно остается той же, что была в том возрасте, когда мы достигли оптимально необходимой для существования магической силы.
  Я перевела взгляд на Настю.
  - Сто восемнадцать. Почти совершеннолетие, - сверкнув озорными глазами, пояснила она.
  - Сто двадцать, - отозвался Роман.
  А вот Лиля стушевалась. Представить, что и она живет на этом свете уже очень долго, я просто не могла. В конце концов, я училась с ней в университете, я знала ее родителей...
  - Четыреста восемьдесят пять, - решила добить меня Лилька.
  - ЧТО!!!!!!!?????????... Но как же.... Твои родители... они ведь...
  - Тоже волшебники. Им обоим по семьсот лет.
  - Но я же училась с тобой в университете!
  - А учиться никогда не поздно! - подмигнула она.
  - Мама дорогая! А Геннадий Тимофеевич?
  - Ему сто, - ответил Роман.
  - Только сто? - изумилась я. - Ой, как я рада! Значит, хотя бы он недавно все осознал!
  - Зато научился гораздо быстрее всех нас вместе взятых. Да и с тобой, как мне кажется, будут проблемы....
  - А я еще хотела старцев, - пробурчала я про себя. А вслух произнесла: - Давайте дальше!
  - Дальше зелья - сгусток магической энергии целевого действия. - Решила продолжить Саша. - Они готовятся по строго определенной рецептуре. При этом, одно и то же зелье, может обладать различными магическими эффектами в зависимости от силы волшебника, приготовившего его, и от качества его приготовления. Но они тоже используются очень редко: многие из них весьма трудоемки.
  - И, наконец, - оживилась Лиля, - самый распространенный способ, который в большинстве случаев комбинируется со всеми вышеперечисленными - это заклинания.
  - Заклинания, - перебила ее Настя, - также бывают нескольких типов. В зависимости от того, что собой представляет само заклинание, это может быть одно конкретное слово (как вариант - словосочетание) либо небольшой (или большой) стишок, содержание которого зависит исключительно от литературных способностей автора и того, чего он, собственно, хочет добиться. Заклинания-слова, как правило, общеизвестны. Да и с интерпретациями здесь особо не разгуляешься. А вот в стихах, как я уже сказала, все зависит исключительно от волшебника. Главное, чтобы он сам понял, чего в итоге хочет достичь. Однако способностями к стихосложению наделены, увы, не все, поэтому, как нетрудно догадаться, мы часто занимаемся плагиатом (тут в дело идут и произведения людей, и более-менее удачные стихи, сочиненные самими волшебниками). Некоторые даже специально составляют сборники наиболее актуальных и "правильных" стихотворений. Сборники эти, кстати, пользуются известной популярностью в нашем кругу. Но есть один нюанс. В сборниках находятся, так скажем, общепринятые заклинания. А вот в некоторые отрасли магии можно соваться лишь при условии, что ты пользуешься заклинанием, утвержденным для данного случая как догма. И уж при таком варианте лучше не фантазировать: себе дороже выйдет.
  - Ну и последнее, - вновь взяла слово Лиля, - немалую помощь могут оказать и телодвижения. Есть определенные жесты, усиливающие поток магической энергии либо помогающие сконцентрироваться. Вот, собственно, и все. Урок окончен.
  Я разочарованно смотрела на своих "учителей".
  - Что значит все? А учиться когда?
  - А чем же ты здесь занималась?
  - Я слушала! А я хочу....
  - Хочет она.... Вот я, к примеру, есть хочу. Но я ж молчу! - объявила Настя.
  - Тогда пойдемте, я что-нибудь наскоро приготовлю, - объявила Лилька.
  Честно говоря, данное заявление повергло меня в состояние шока, потому что слова "приготовить" и "Лилька" никогда за весь период моего с ней знакомства не стояли вместе.
  - Ты же не умеешь!
  - Не совсем... - снова смутилась она.
  - И чего еще я не знаю? - возмутилась я.
  - Да не в том дело! - пробурчала она. - Просто магические способы приготовления пищи для меня гораздо более приемлемы.
  - Что готовить будем? - решила я не зацикливаться на вранье и на том, что мне так и не дали самой ничего сделать....
  - Как что? Время обеда - суп! Идем на кухню.
  Поскольку мое мнение уже не принималось в расчет, а все остальные явно не прочь были пообедать, пришлось смириться с неизбежным.
  - Кухня-то где?
  - Наверху. Пошли.
  Мы покинули темную комнату, окрещенную мной ученической аудиторией. Волшебники погасили светящиеся шары. Настя, вновь произведя какие-то манипуляции с дверью, заперла ее на ключ. И мы отправились вверх по лестнице.
  Как оказалось, в кухню вела одна из "современных" дверей. Да и сама кухня производила впечатление вполне современного помещения.
  Я скептически уставилась на Лильку: и что, мол, ты с этим будешь делать? Но она на провокации не поддавалась. Выдвинула ящик стола и достала толстенную книгу, на которой огромными буквами было выведено: "Сборник кулинарных рецептов". Полистала немного. И произнесла:
  - Никто не против овощного супа? По рецепту С. Маршака?
  - Он, кажется, стихи писал, а не рецепты, - неуверенно возразила я.
  - А чем ты, спрашивается, на занятии слушала? Ничего, кроме стихов нам от него и не требуется.
  С этими словами на плиту была водружена кастрюля с водой, на столе появились продукты, а Лилька, прокашлявшись, начала читать известный мне с детства стишок:
  Хозяйка однажды с базара пришла,
  Хозяйка с базара домой принесла:
  Картошку,
   Капусту,
   Морковку,
   Горох,
   Петрушку и свеклу.
   Ох!..
  Вот овощи спор завели на столе -
  Кто лучше, вкусней и нужней на земле:
  Картошка?
   Капуста?
   Морковка?
   Горох?
   Петрушка иль свекла?
   Ох!..
  Хозяйка тем временем ножик взяла
  И ножиком этим крошить начала:
  Картошку,
   Капусту,
   Морковку,
   Горох,
   Петрушку и свеклу.
   Ох!..
  Накрытые крышкою, в душном горшке,
  Кипели, кипели в крутом кипятке:
  Картошка,
   Капуста,
   Морковка,
   Горох,
   Петрушка и свекла.
   Ох!..
  И суп овощной получился не плох!
  С этими словами Лилька захлопнула кулинарную книгу:
  - Соль-перец по вкусу!
  Я же тщетно пыталась прийти в себя. Нож, самостоятельно измельчающий овощи; овощи, самостоятельно прыгающие в кастрюлю; кастрюля, которая сама накрывается крышкой; газ, который зажигается сам.... Солонка, совершающая сальто над кастрюлей... Перечница.... Это все больно ударило по моим нервам...
  Лиля тем временем подошла к плите и погасила огонь. В носу приятно защекотали восхитительнейшие запахи. Она подняла руку, изобразив какую-то петлю в воздухе, и самостоятельной жизнью зажила вся кухонная утварь. Тарелки выстраивались в очередь перед кастрюлей. Половник старательно отмеривал порции. Резался хлеб. Сервировался стол. Добили меня подбежавшие к столу стулья.
  Настя, правильно оценив мое состояние, произнесла:
  - Ты бы позвала Геннадия Тимофеевича.
  - Ага.... - только и смогла вымолвить я. И почти бегом отправилась за ним.
  - Вы есть будете? - осведомилась я, переведя дыхание.
  - Если Лиля или Саша готовили, то буду. А если Настя... ты лучше скажи ей, что я уже перекусил: у нее с кухонными заклинаниями беда.... И что там, кстати?
  - Готовила Лиля, - все еще пытаясь прийти в себя, ответила я. - И когда я уходила, половник разливал по тарелкам овощной суп...
  Тут мой нос уловил еще один аромат:
  - И, кажется, на десерт у нас шоколадный пирог.
  - Это я люблю, - довольно протянул он. - Идем.
  К моменту моего возвращения на кухню, обстановка там немного изменилась. Стол был уже полностью сервирован, и все, кроме Лильки, удобно устроились на стульях. Перед каждым стояло по дымящейся тарелке с ароматным супом. На плите добавилось кастрюль и сковородок. И, насколько я могла судить, на второе были фаршированные перцы с молодой картошкой. А на подоконнике остывал рассыпчатый шоколадный пирог.
  - Прошу к столу, - радушно произнесла Лилька и вместе с нами устроилась на свободном месте.
  Я с некоторой опаской поднесла ложку ко рту: сочетание всех ингредиентов супа вызывало у меня вполне закономерные подозрения в его съедобности. Но дальше меня было не оторвать.... Все было очень вкусно. Меня, правда, немного напугали самостоятельно сменяющие друг друга тарелки, одна из которых чуть не приземлилась мне на голову.... И мне стало совсем не до перчиков, когда остывший пирог сам начал обмазываться кремом. Поэтому я больше смотрела, чем ела.
  Десерт, между тем, превзошел все мои ожидания. Повинуясь очередному замысловатому движению Лилькиной руки, чашки старательно выстраивались сначала вокруг баночки с заваркой, потом перед сахарницей. Наконец, тяжело оторвался от плиты чайник, и кружки наполнились дымящимся кипятком. Нож же взялся за пирог.
  Спустя пару секунд, перед каждым из нас стояло по тарелке с куском аппетитного пирога и чашке чая.
  - Вот это я понимаю - настоящий кулинар, - благодарно посмотрела Саша на Лильку, а потом бросила немного назидательный взгляд в сторону Насти.
  - А зачем мне готовить, если вы всегда рядом и всегда меня кормите.... Как вкусно! - зажмурилась она от удовольствия, чем вызвала дружный смех двух волшебниц.
  Меня же в данный момент интересовало другое: существуют ли какие-то магические способы, позволяющие избавить кухню от последствий готовки. Посему с неподдельным интересом я смотрела на грязную посуду, дисциплинированно выстраивающуюся в стопки перед раковиной.
  - А помоется она тоже сама?
  Саша гордо кивнула:
  - А как же! Запоминай! Корней Чуковский (в моей интерпретации)!
  ....Вы подите-ка, немытые, домой,
  Я водою вас умою ключевой.
  Я почищу вас песочком,
  Окачу вас кипяточком,
  И вы будете опять,
  Словно солнышко, сиять....
  И замолчала.
  - А где интерпретация, - удивилась я?
  - Ты в раковину смотри! Стишок... это так... мелочь, а приятно.... А вот там - магия....
  Там действительно творилась магия. Из крана мощной струей текла горячая вода, посуда щедро окуналась в моющее средство, до блеска натиралась тряпкой, ополаскивалась холодной водой и занимала свои места в кухонном шкафу.
  - Рай для кухарки! - в восторге выдохнула я.
  - Не то слово, - сверкнула глазами Настя. - Кстати, это единственное из нормально получающихся у меня кухонных заклинаний.
  - Молодая еще, - вальяжно пожурила Лилька.
  А Саша зашлась в припадке комического смеха:
  - Ага... Нормально получается.... Бьется всего одна тарелка из десяти.
  Настя демонстративно надула губы. А я заявила:
  - Я тоже так хочу!
  - Так это и без магии просто. Просто бей каждую десятую тарелку.... - хохотнула Лиля.
  А дальше произошло что-то странное. Настя разозленно тряхнула руками. Роман осторожно отошел на несколько шагов назад. Геннадий Тимофеевич мгновенно последовал его примеру. Я же , растерявшись, так и осталась стоять между злящейся Настей и веселящимися Лилей и Сашей. А когда, поняв, что мужчины удалились явно не просто так, я, было, тоже попыталась ретироваться, было уже поздно.
  - Умные, значит, - с легким смешком голосе произнесла Настя. - Самые могущественные, значит....
  Саша с Лилей переглянулись:
  - Смотри, ей тоже попадет. Убьешь ненароком, - кивнула в мою сторону Лилька, не переставая смеяться.
  - Меня убивать не надо! - поспешила я оповестить Настю о своей точке зрения по данному вопросу.
  - А я убивать и не собираюсь!
  С этими словами она резко опустила руки, тряхнула ими и быстро-быстро заговорила:
  Тучки-тучки, прилетите,
  Сашку с Лилькой намочите.
  Целый год, как из ведра,
  Льет на них пускай вода!
  - Сама сочиняла? - осведомилась Лилька. - Надеюсь, ты знаешь, как ликвидировать последствия штормов, которые потом целый год будут всю Землю донимать.
  Казалось, Настю это нисколько не обеспокоила. И тут я поняла. А как только поняла, то благоразумно отскочила. Как оказалось, вовремя. Потому что в этот момент над каждой из девушек появилось по огромному ржавому ведру. Ведра одновременно перевернулись, облив их явно ледяной водой. Вернулись "в исходное положение", чтобы вновь наполниться.... И началось такое....
  Через несколько минут кухня превратилась во что-то странное. Пол постепенно покрывал слой воды и продырявленных зонтиков, которые периодически неизвестно откуда пытались извлечь "старшие" волшебницы. Так что я, следуя примеру мужчин, взгромоздилась на стул. Саша с Лилей попеременно пытались то выкрикнуть очередное заклинание, то визжали от холода.... Виновница этого внеочередного Ивана Купалы заливалась смехом....
  Наконец, поняв, что с Настиными ведерками бороться бесполезно, Лилька, игнорируя льющуюся на нее ледяную воду, застыла на месте и принялась методично закатывать рукава на свитере.
  - Значит, самая умелая.... Самая умная.... - Хохотнула. - Сейчас проверим.
  Саша, тем временем, попыталась решить проблему мокнущих ног тем же способом, что и мы - влезла на стул. Решив, что так стало явно суше, она кивнула Лильке. Лиля грациозно взлетела (иного слова я и не найду) на соседний и уставилась на Настю не предвещающим ничего хорошего взглядом.
  - Знаешь.... Настя.... Пожалуй, велосипед я не буду изобретать. Скажу только, что возраст - это не только знание, это еще и житейский опыт. Сейчас сама все отменишь. - И, больше ни на что не отвлекаясь, повторила недавний Настин жест: руки вниз, легкая встряска, -
  Тучка-тучка, прилети,
  Нашу Настю намочи.
  Целый год, как из ведра,
  На нее пусть льет вода!
  Когда очередное ржавое ведро с удобством разместилось на этот раз над Настей, я чуть не свалилась со стула от смеха.
  Но Настя оказалась крепким орешком. Как и Лилька, абсолютно спокойно воспринимая постоянно льющиеся на нее потоки ледяной воды, она заявила:
  - Ну, не тебе, так ей мокро будет....
  После этого заявления Саша тоже решила сменить тактику, посему прекратила дергаться, изящно уселась на промокший стул и, движением руки заварив себе чаю, принялась по мере сил пить его.
  Настя согнулась пополам от смеха. Я в очередной раз чуть не слетела со стула, а Роман красноречиво посмотрел на Настю...
  - Да знаю я! - отмахнулась она, -
  Тучки-тучки, прочь ступайте,
  Больше не надоедайте!
  Три ведра с изящным поклоном, обернувшимся прощальной порцией холодной воды, испарились. А девушки принялись с некоторым сомнением во взглядах оценивать ущерб, нанесенный кухне.
  - Кто-нибудь знает, что с этим делать? - скептически произнесла я.
  Роман с тяжелым вздохом полез в карман пиджака.
  Насколько я могла судить, из кармана была извлечена волшебная палочка. И не какая-нибудь, а сделанная им собственноручно.
  Короткий взмах рукой, тихий шепот, палочка, указывающая куда-то в центр комнаты.... И голос Геннадия Тимофеевича:
  - Я же говорил, что придется ликвидировать последствия обучения.
  Яркий свет. Согревающее тепло. Вода с пола исчезла в мгновение ока. Высохли и девушки. Саша недовольно чихнула:
  - Насть, ты бы в следующий раз водичку в ведерках потеплее делала. А то и заболеть недолго.
  - А что, - ехидно осведомилась Настя, - все силы на зонтики ушли? Сами вы себя уже вылечить не в состоянии?... Я вот на вас в следующий раз пауков натравлю, - злорадно пообещала она.
  - Только не бросай меня в терновый куст, - с деланным испугом процитировала Лилька.
  Настя с Сашей еще с секунду мерили друг друга недовольными взглядами, а потом начали смеяться.
  Резюмировал все это Роман, пробурчавший: "Дурдом!!!"
  - Кстати, о доме, - опомнилась Саша, - вас-то Лиля покормила, а вот я мужа и дочь - нет. Так что...до завтра....
  И исчезла.
  Тут раздалось гулкое "Дон-дон-дон....", привлекшее всеобщее внимание к старинным напольным часам.
  - Сколько-сколько сейчас? - в испуге подскочила Лиля, взглянув на них. - У меня же суд!!!!
  - Какой, к черту, суд! Я же в университет пытаюсь поступить! Я же курсы пропущу!
  И Настя с Лилей последовали Сашиному примеру.
  Я недоверчиво взглянула на Геннадия Тимофеевича:
  - А вы что скажете?
  - А у меня магазин, - хмыкнул он. - Но я просто так не уйду. Не переживай. Вот. Держи.
  В его руках неизвестно откуда взялась узкая продолговатая коробка. Он передал ее мне. Ободряюще взглянул. И вышел.
  - Ну... хоть он через дверь, - произнесла я, как только эта самая дверь закрылась за ним. - А что в коробке?
  - Волшебная палочка, наверное.
  - Понятно, - произнесла я, но радости почему-то не испытала. - Ты тоже уйдешь?
  - Так уж получилось, что сегодня я абсолютно свободен...
  - Не совсем, - с некоторой задумчивостью глядя на коробку, произнесла я.
  - Что ты имеешь в виду?
  - Сегодня ты учишь меня пользоваться волшебной палочкой!
  
  Глава третья, в которой выясняется, что не все так просто
  
  Палочка была вполне обыкновенной. Обыкновенная волшебная палочка.... Странно звучит, конечно, но ничего, кроме того, что себе при этом слове представляет любой нормальный человек, я не увидела. Длинная, тонкая, сужающаяся к концу. Абсолютно черная. Необычайно гладкая. С резьбой по краям. Полая внутри. В длину около сорока сантиметров. Решив, в случае чего, выдать ее за палочку из китайского ресторана, я с некоторой долей благоговения взяла ее в руки.
  - Это обычная? Не индивидуальная?
  - Разумеется. Нет никакого смысла изготавливать палочку для кого-то другого. Она же работать будет в лучшем случае на уровне обычной. А в худшем - не будет понимать желаний волшебника и только мешать ему.
  - Ну и что мне с ней делать?
  - То есть?
  - То есть?! Как ей пользоваться? Что от меня требуется?
  - В принципе, ничего особенного не требуется. Изначально проводником твоей волшебной силы служит рука (или руки). Поэтому и волшебную палочку мы берем в руки. Чтобы усилить проводимость, - пояснил он.
  - А из чего она? То есть, я вижу, что из дерева.... Для них требуется какой-то особый сорт?
  - Нет, что ты. Дерево вполне обычное. По сути, палочка - это длинная трубка, с идеально ровной полостью внутри. А само дерево пропитывают специальным зельем, которое и усиливает магию, проходящую через полость.
  - Зелье?
  - Да. Индивидуальная палочка (как моя, например) пропитывается кровью волшебника и его магической силой. Именно поэтому она так полезна. Дело в том, что она остро реагирует на все желания хозяина...и... жаждет помочь, что ли... (хозяину, разумеется). Долгое время искали субстанцию, которая могла бы годиться для массового производства (не каждому под силу сотворить самому себе такое подспорье), а потом было изобретено это Зелье. Оно очень древнее, поэтому рецептура весьма проста - травы. Причем, не магические. Оно основано на комбинации растений двух видов: успокаивающих (в результате их действия усиливается концентрация) и бодрящих (они как раз выступают увеличителями магической силы).
  - А зачем тогда палочка? Может, это Зелье проще пить?
  - В случае необходимости его и выпить можно. Только оно очень невкусное (пробовал я его.... та еще гадость). К тому же, если используешь палочку, то его действия хватает на несколько лет.... А если пьешь, то на пару дней. За все время ее существования эту Пропитку не раз пытались модифицировать. Не всегда, кстати, безуспешно. Я лично следил, чтобы твою палочку пропитали лучшим из известных вариантов. И тут нет никаких дефектов полости (мы проверяли). Все должно работать идеально.
  - Она такая хрупкая.... Не сломается, если сжать посильнее?
  - За это можешь не волноваться. Наоборот, чем сильнее ты ее сжимаешь, тем крепче ваш контакт, тем эффективнее взаимодействие, тем сильнее волшебство. Ощущения, конечно, не такие, как в случае с собственной палочкой, но и эти могут откликаться на прикосновение. Ты попробуй.
  Как будто я могла не попробовать! Я осторожно обхватила палочку ладонью, все еще боясь сломать ее. И, разумеется, не ощутила ничего. Поэтому сжала со всей силы. И принялась ждать. Чего ждать, я не очень-то понимала. Но в какое-то мгновение почувствовала легкие толчки. Появилось ощущение, будто я положила руку на чей-то очень слабый пульс. Я улыбнулась.
  - Потрясающе! Такое чувство.... Как будто в моих руках что-то живое.... Это.... Это как пульс!
  - Пульс? - удивленно покосился на меня Роман. - Хм...
  - Что-то не так?
  - Не в том дело. Степень взаимодействия волшебника с палочкой зависит как от самой палочки, так и от сил использующего ее волшебника. Обычно чувствуют легкое покалывание, сильное покалывание, легкий пульс и сильный пульс. Причем пульс начинает "прощупываться" только у "своих" палочек. Такие же, как у тебя... сильное покалывание... не больше....
  - Значит, это действительно хорошее зелье, - обрадовалась я.
  - И волшебник, видимо, тоже, - почти про себя пробормотал он.
  - Ты что-то сказал?
  - Неважно.
  На мой взгляд, это было все-таки важно. Но что-то мешало мне задавать лишние вопросы.
  - Хорошо. С изготовлением разобрались.... А для чего она может пригодиться? Когда ее стоит использовать?
  - Всегда, когда считаешь, что какое-либо волшебство потребует от тебя серьезных усилий. Для этого нужно просто держать ее в руках, а, творя магию, стараться, чтобы магическая энергия проходила через твои руки в волшебную палочку и лишь после этого направлялась в "пункт назначения". Кстати, в случаях с изготовленной собственноручно палочкой такой проблемы не возникает. Как только ты берешь ее в руки, она самостоятельно заботится об этом.
  "Стараться, чтобы волшебная энергия..." - фыркнула я про себя.... Как стараться-то? Да и где ее взять, эту энергию? А потом я вспомнила, о чем говорила Лиля.... Свет! Свет - это магическая энергия! Те странные золотистые частички, которые может увидеть только волшебник и только у волшебника. Значит, нужно, чтобы они не просто выходили из моих рук, а направлялись в палочку? Но как?
  Я немного неуверенно поводила палочкой в воздухе, представив золотистый свет, неспешно перетекающий из моих ладоней в нее.... и замерла от восхищения. Потому что меня начало окутывать то же непонятное свечение, что я разглядела тогда вокруг девочек. Я вопросительно уставилась на Романа:
  - Но они же сказали, что чтобы "распечатать" магическую энергию, я должна совершить волшебство!
  - Ты и так его совершила. Ты пожелала освободить свою магию, сконцентрировалась на этом, представила процесс.... И все.
  Я недоуменно хмыкнула и принялась вновь рассматривать свои руки. Казалось, странные невесомые частички зажили своей жизнью. Они носились вокруг меня со страшной скоростью, тщательно распределяясь по всему телу и скапливаясь вокруг рук. Я отложила палочку.
  - Здорово! А я всегда буду их видеть?
  Роман пожал плечами:
  - А это зависит от того, как смотреть.... Ты же не всегда видишь свет вокруг нас. Хотя... даже если и захочешь видеть его все время, замечать перестанешь очень скоро. Есть предел способности удивляться.
  - Это уж точно! - со смешком поддержала я. - И в моем случае этот предел уже исчерпан.
  - Желаешь прекратить? - осведомился Роман.
  - Издеваешься? - в тон ему произнесла я. И оба мы облегченно рассмеялись.
  - Как скажешь.
  - Продолжим?
  - Не терпится, да?
  - А что, могло быть иначе?
  - Боюсь, что нет. Ладно, что ты хочешь сделать?
  - А что можно?
  - Можно практически все. Но что ты хочешь?
  Ага... он бы еще у буриданова осла спросил, чего ему хочется....
  Я тщетно пыталась придумать, на что же такое можно употребить магию. И не могла. Хотелось сразу всего. Но одновременно все казалось либо каким-то ненужным, либо нереализуемым. Все, что мне припоминалось, я умела делать и так. Без магии.... А тут еще почерпнутая из книжек убежденность в том, что магия должна использоваться только для великих дел и нечего ее тратить по мелочам.... Реальность же старалась убедить меня в прямо противоположном. Здесь при помощи магии готовили суп, устраивали веселые шутки для проштрафившихся друзей, лечили.... Ее не возводили в ранг чего-то невозможного, немыслимого.... Она просто была неотъемлемой частью их жизни. Весьма интересной жизни, на мой взгляд. И тут я вспомнила! Про эскимо, ради которого и отправилась искать эту самую палочку.
  - Я хочу эскимо! - радостно выпалила я. - Это можно устроить?
  - Можно, конечно, - ответил он. - А ты, что, не наелась?
  - Не в том дело, - отмахнулась я, и принялась излагать ему историю своего пробуждения.
  - Я понял, - кивнул он головой. - А теперь послушай. Судя по моему опыту, многие из только что пришедших к нам волшебников полагают, что можно с легкостью создать что-то из ничего. Боюсь, с такими надеждами придется распрощаться раз и навсегда.
  - То есть, мороженого я не получу?
  - Получишь, разумеется. Но для этого придется предпринять определенные действия. Причем, в данном случае возможностей для действий предостаточно. Выбирай на свой вкус. Во-первых, если тебе важно не само мороженое, а лишь его внешний вид, ты можешь создать иллюзию. Качественные иллюзии можно даже руками потрогать. Во-вторых, ты можешь совершить метаморфозу, то есть преобразовать какой-то имеющийся у тебя предмет в то, что тебе, собственно, требуется. И, наконец, третий способ - это перемещения.
  - А какой лучше?
  - Иллюзии проще творить тем волшебникам, у которых развиты способности к изобразительному искусству.
  - Хмммм.... - пробурчала я.
  - Не пойдет? - он вопросительно приподнял бровь.
  - Эээээ.... Скажем так: рисовать и петь я люблю. Всю жизнь мечтала еще и уметь.... Но как-то не сложилось.
  - Вообще-то, можно просто качественно представить.... Ладно... пока опустим это.... Тогда остаются метаморфозы и перемещения. Но поскольку преобразование материи - это высшая магия, нам, наверное, придется остановиться на перемещениях.
  - Я не против, - поспешила заверить я.
  - Я, в сущности, тоже. К тому же, перемещение - это один из базовых элементов магии. Суть его состоит в том, что ты меняешь местоположение необходимой тебе вещи, а в случае с твоим эскимо - переносишь его к себе. Для этого нужно представить то место, где необходимые тебе вещи имеются в избытке, выбрать приглянувшуюся. И перенести.... Нужна мне, к примеру, роза - я представляю себе розарий, мысленно выбираю лучшую.... И вот она у меня, - с этими словами роза появилась в его руке
  - Всего-навсего представить?! Вот это да!
  - А что ты удивляешься? Ты только что представляла, как освобождаешь свою магию, и это произошло. Почему ты думаешь, что в иных случаях этот способ не сработает?
  - Я как-то не смотрела на это с такой точки зрения.... - смутилась я. - Подожди! А когда вы исчезаете, вы перемещаете себя?
  - Молодец! В точку!
  Стараясь сиять как можно умереннее, я вновь обратила к нему заинтересованное лицо. Роман хмыкнул, но продолжил.
  - Тут, правда, есть определенные правила.
  - Правила?
  - Да. Их всего два. Так что запомнить будет не трудно. Да и речь в них основном идет о случаях перемещения чужой вещи. Во-первых, можно брать только ту вещь, исчезновение которой не будет замечено. Во-вторых, по возможности, после использования нужно вернуть ее на место.
  - А если это мороженое? Я же его съем!
  - Вот в этом случае предусмотрена система компенсаций.
  - То есть?
  - Мы практикуем несколько способов. Волшебник, который перемещает вещь себе, в любом случае должен заплатить за нее ее владельцу.
  - Здравствуйте, я тут у вас недавно стул себе переместил.... Примите этот скромный дар в качестве компенсации, - развеселилась я.
  - Боюсь, тебя так не поймет не только человек, но и Совет. А Совет в случае чего с нарушителями не церемонится.
  - Упс....
  - Поэтому, - продолжил Роман, - если мы берем вещь из магазина, то в это же время переносим в кассу оплату за нее. Если у какого-то человека, то человек этот либо находит деньги, за которые может приобрести такую же вещь, либо выигрывает их при помощи нашей лотереи. К нему приходит представитель Совета и сообщает, что номер его дома, номер паспорта,.... билет, который ему дали в автобусе, что-то выиграл. Такие акции обычно проводит Совет ежемесячно. Волшебники указывают, где, что, когда и у кого они взяли. Совет оценивает эти вещи. Волшебники вносят деньги. И курьеры бегут вручать призы и раскладывать находки. Но, если честно... вся эта система компенсаций настолько непродуманна и сложна, что ей предпочитают пользоваться исключительно в силу древних традиций. Поэтому в большинстве случаев волшебники стараются сами сразу и за все заплатить.
  - Сдается мне, разочарованно протянула я, вспомнив о своем "везении" в лотереях, - у меня никогда ничего не брали. - А может волшебник умолчать об этом?
  - В принципе, может. Но, как я уже говорил, наказание таково, что рискуют очень немногие. Ведь, в сущности, такое применение магии можно расценивать как магическое вмешательство в жизнь человека. Да и проверить все достаточно просто. В Совете же провидцы работают. А в свой День Рождения волшебник приходит в местное представительство Совета, и его память просматривают. Смотрят исключительно на магию. Процедура занимает не более пятнадцати минут. А к тем, кто не явился, Совет приходит в гости сам. Но с тех и спрос другой.
  - Круто у вас! - выдохнула я и извлекла из кармана монетку. - Надеюсь, этого хватит на мое эскимо?
  - Должно.
  Я напряженно смотрела на Романа.
  - Что? - не понял он.
  - Что я должна делать?
  - Я же сказал: представь место, где его можно взять, выбери мороженое. Представь, что кладешь деньги в кассу. Все.
  - Все.... А каких-нибудь пожеланий, вроде: сконцентрируйся, дыши глубоко, поверь в себя... - не будет?
  - Сконцентрируйся, дыши ровно, верь в свои силы, - тут же преувеличенно назидательным тоном произнес он.
  - Что б тебя! Сама справлюсь!
  - Так я разве мешаю?!
  Я честно пыталась сосредоточиться. Рисовала в своем воображении кофейню ближайшего универмага. Лоток с мороженым. Эскимо. Перемещала деньги в кассу.... Но от моих представлений толку не было никакого.
  - Что не так-то? - раздраженно выпалила я.
  - А говорила: "сразу что-то можем".... Ты просто не веришь, в то, что делаешь. Вот, смотри.
  Он извлек из кармана такую же монетку, положил на стол. И через секунду ее место заняло то самое эскимо, которое я так старательно пыталась представить.
  - Как ты это делаешь? Ладно, не объясняй заново. Это не объяснишь.... Значит, сосредоточиться, представить, перетащить....
  Вот сосредоточиться-то у меня и не получалось. В голову настойчиво лезли какие-то ненужные в данный момент мысли. А в воображении прочно засел парящий над землей в позе лотоса йог, который неизвестно почему являлся для меня идеалом сосредоточения. Вдохновленная увиденным я потратила минут пять на размышления о важности позы лотоса для каждого начинающего волшебника. Но поскольку усесться таким же образом для меня было занятием гораздо более бесперспективным, чем творение магии, я вернулась к "своим баранам", то бишь, к мороженому.
  Попробуем еще раз.
  Я глубоко вздохнула. Постаралась представить себе лоток. Вот я кладу деньги.... Что характерно, деньги исчезли сразу, а вот мороженое и не подумало появиться....
  - Если только ты сейчас засмеешься!!!!
  - И не думал. Кстати, полдела ты уже сделала. Теперь можешь смело забирать свое мороженое. Одно дело делать проще.
  Я мрачно уставилась на него. Проще.... Ну-ну! Но вслух не сказала ничего. Потом, немного поразмыслив, решительно закрыла глаза, постаралась, как могла, очистить голову от внешних раздражителей и вновь оказалась у лотка....
  Я оказалась у лотка!!!! Я стояла в очереди за мороженым и тщетно пыталась понять, что я, собственно, здесь делаю.
  - Вас здесь не стояло! Лезут тут всякие! - прервав мои робкие попытки осознать происходящее, гаркнула хамоватого вида тетка.
  - Я помню, - попыталась я оправдаться. Но из очереди меня все же выдворили.
  В этот момент рядом со мной появился Роман. От неожиданности я дернулась.
  - Что это было?
  - Это было перемещение.
  - А ничего, что я пыталась мороженое переместить?
  - Ну... подумаешь, не на том сконцентрировала внимание, - философски пожал плечами он, - зато ты научилась перемещать себя. Поверь мне, это сложнее. Теперь самое главное состоит в том, чтобы ты поняла, как ты это сделала, и мы вернемся в магазин.
  - А мы именно отсюда будем исчезать? - скептически произнесла я.
  - Все равно никто не увидит. Такая толпа.... Разве кто-нибудь в очереди заметил, откуда ты появилась? Все спишут на обман зрения и на невнимательность.
  - Ладно. Как скажешь. Значит, в магазин....
  Закрыть глаза, представить магазин, меня в нем и...
  Возникла я в общей комнате прямо за спиной покупателя, крупного парня лет двадцати пяти, внимательно рассматривающего антикварное зеркало!
  - Откуда Вы взялись? - чуть не подскочил он.
  Геннадий Тимофеевич ограничился только красноречиво приподнятыми бровями.
  - Ну... я... с улицы... - я указала на дверь.
  - Надо же.... А я Вас и не заметил. - Протянул он. - Засмотрелся на зеркало. Правда, красивое?
  - Я потому и подошла поближе, - ухватилась я за эту версию. - Геннадий Тимофеевич, я на кухню, ладно?
  - Иди, конечно.
  Путь туда я продела с бешено колотящимся сердцем.
  - Когда я говорил, что никто не заметит, - суровым голосом с порога сообщил мне Роман, - я вовсе не имел в виду, что нужно возникать перед лицом (или за спиной!) одиноких людей. Эти как раз заинтересуются, откуда ты появилась.
  - Ты сказал, в магазин.... Вот я магазин и представила.
  - Я понял, - буркнул он. - Теперь попробуй сама остаться на месте, а мороженое перенеси сюда.
  - Хорошо. Тем более, что я, кажется, поняла как это делается.
  Сосредоточиться, представить и...
  - Получилось! - подскочила со стула я.
  В руках у меня было эскимо.
   - Хорошо, - произнес Роман, - а теперь попробуй то же самое сделать при помощи палочки. Направь палочку на деньги, и пошли свою магическую энергию через нее, не переставая представлять все вышеперечисленное.
  Я в восторге взяла палочку в руки. И через мгновение стала счастливой обладательницей еще одного эскимо.
  - Я могу! Как здорово! - Но вдруг растерялась. - А что мне с ними-то теперь делать? Пойду, что ли, Геннадия Тимофеевича угощу....
  - Ну и похвастаюсь заодно, - счел необходимым уточнить Роман.
  - А одно другому не мешает....
  С этими словами я с палочкой в одной руке и с мороженым в другой отправилась в помещение магазина. Зря, как оказалось. Тот посетитель и не подумал уйти. Он продолжал рассматривать зеркало, а Геннадий Тимофеевич о чем-то увлеченно с ним беседовал.
  - Ты что-то хотела? - отвлекся он от разговора.
  - Угостить вас вообще-то. А то оно растает. Но если я не вовремя...
  - Ничего, Павел как раз уходит. - Доброжелательно сообщил он. - Что ж, как надумаешь, приходи.
  Они пожали друг другу руки, а я, проводив парня взглядом, протянула Геннадию Тимофеевичу мороженое.
  - Перемещениями балуешься?
  - Учусь, - смущенно пожала плечами я.
  - О! Уже четыре часа, - посмотрел он на часы. - Мне пора закрываться. Вы подождите меня на кухне. Чайку попьем. Поговорим. Сейчас приду.
  Еще не имея представления о том, каким образом можно самостоятельно приготовить еду магическим способом, я предпочла тот, что знала достаточно давно: обычный. Проблема состояла только в том, что на этой странной кухне не было спичек. Я воодушевилась: мне представилась возможность лишний раз применить магию. Поэтому живо представила свою собственную кухню, стол, коробок спичек, лежащий в ящике стола... потянулась рукой, чтобы этот ящик открыть... и, разумеется, моментально оказалась у себя в квартире. Нет, я, конечно, была рада, что научилась перемещать себя.... Но спички пришлось брать "вручную".
  Когда я вновь очутилась на кухне в магазинчике, Роман демонстративно изумился.
  - Ходила за спичками, - буркнула я.
  К приходу Геннадия Тимофеевича я как раз успела заварить чай, а мой "учитель" разобраться с нарезанием оставшегося от обеда пирога. Причем, он, разумеется, до ножа и не дотронулся.
  - Садитесь, все готово.
  - Как я вовремя! - раздался Настин голос у меня за спиной. - Ой, что-то у меня с перемещениями не ладится. Должна же, вроде как, появляться лицом к людям.
  - И у тебя тоже!? - обрадовалась я. - А я себя перемещаю вместо предметов.
  - А ты пробовала?
  - Да, смотри! - я вновь отправилась в свою квартиру и вернулась оттуда на этот раз с моим любимым котом Пушком. Пушок недовольно мяукнул, продемонстрировав свое отношение к подобного рода способам передвижения.
  - Какая прелесть! - восхитилась Настя. - Персидский?
  - Ага, - я важно кивнула.
  Пушок тем временем принялся осваиваться в новом помещении.
  - Вообще-то, у нас здесь много ценных предметов.... Бьющихся предметов, - протянула Настя, - Лилькиного Мурзика здесь долго не продержали. Он как назло старался разбивать только самые ценные блюда. А их ведь соединить обратно можно только в течение трех часов. Потом структура нарушается.
  Я понимающе кивнула (сделав вид, что разбираюсь не только в сложных характерах склонных к хулиганству котов, но и в способах восстановления нарушенной структуры объектов) и, сграбастав упирающегося Пушка, отправилась в новое путешествие к себе, краем глаза заметив вытянувшееся лицо Романа.
  - Ладно, Пушок, обещаю больше тебя так не нервировать, - сообщила я, вернувшись, и тут ощутила какую-то непонятную тяжесть в голове. А потом все вокруг изменило свои очертания. Изменились даже звуки: стали какими-то глухими. Как будто, прежде чем дойти до меня, им приходилось преодолевать массу препятствий. Кухня вдруг пошла волнами. Откуда-то появились оставшиеся в магазинчике волшебники. Переместились, догадалась я. Тут лица моих новых знакомых одно за другим начали расплываться. Почему-то вдруг добавилось красок. Радужных красок, режущих глаза. Краски собирались в назойливо пляшущие перед глазами круги. Где-то в голове зрело настойчивое желание закрыть глаза, с которым я не могла бороться. Волной накатили безразличие, усталость, слабость, и я почувствовала, как падаю куда-то. Что-то смягчило мое падение и загудело над левым ухом. Смутно знакомые голоса о чем-то говорили мне. Я чувствовала их заботу и обеспокоенность. Голоса что-то хотели от меня.
  Я все силилась ответить им, поблагодарить за заботу. Но не могла произнести ни слова. Я пыталась открыть глаза. Но ничего не получалось. Потом глаза вдруг распахнулись сами по себе. Я успела увидеть озабоченные лица волшебников. А затем вновь наступила темнота. На этот раз без чувств, без мыслей и без звуков.
  Не знаю, сколько она продолжалась, но первым ощущением, которое я помню, был холод. Я не хотела этого холода. Пыталась что-то с ним сделать, но ничего не получалось. Он сковывал все тело, не давал пошевелить. Не давал проснуться.
  С осознанием этого пришел страх, потом ужас.... и еще большее оцепенение.... и так по цепочке.... А потом что-то изменилось. Я почувствовала удивительное исцеляющее тепло. Знакомый золотистый свет рассекал тьму и звал за собой. Тело наливалось бодростью и силой.
  Откуда-то пришла уверенность, что теперь все в порядке. И я провалилась в целительный сон без сновидений. А когда проснулась, обнаружила массу интересных фактов. Потому что проснулась я в своей собственной спальне и, разумеется, в своей собственной кровати. Напротив кровати - в кресле - обнаружился Роман, задремавший за какой-то толстой книжкой. На коленях у него уютно устроился Пушок, до сей поры ненавидевший всех незнакомых людей страшной ненавистью.
  Я тщетно пыталась понять, что же со мной случилось, но ничего подходящего в голову не приходило. Да, наверное, и не могло прийти. В голове что-то шумело и отзывалось тупой болью на каждое ее движение. Я помнила перемещение, странное лицо Романа, свою неизвестно откуда взявшуюся тревогу, слабость.... А потом ужасающий холод и страх. И тепло, целительное тепло, прогоняющее боль.... Внезапно пришло понимание. Четкое и ясное. Я умирала. Умирала, а кто-то спас меня. Вдохнул тепло. Жизнь. И кем был этот кто-то, не оставалось сомнений.
  Держась за гудящую голову и стараясь двигаться как можно тише, дабы не разбудить своего спасителя, я вышла из спальни. На кухне первым делом открыла окно, чтобы впустить утреннюю прохладу. И, заварив себе чаю, уютно устроилась в кресле. В голове постепенно прояснялось, но толку от этого было мало. Я все равно не могла понять, что со мной произошло.
  - По всей видимости, ты переборщила с перемещениями, - донеслось от дверей. - Я войду?
  - Располагайся, - кивнула я на соседнее кресло.
  Роман сел и с некоторым сомнением взглянул на меня:
  - Как ты себя чувствуешь?
  - Сейчас гораздо лучше, чем в тот момент, когда проснулась.... А ты снова читаешь мои мысли?
  - Саша переодевала тебя в пижаму, а малахит, насколько я помню, ты положила в карман свитера...
  Я внимательно смотрела на Романа. Потом, наконец, спросила:
  - Я умирала?
  - Да.
  - И ты меня спас.
  - Да.
  - Спасибо, - улыбнулась я.
  - Не надо, - сухо возразил он. - Если бы не я, с тобой бы ничего такого и не случилось.
  - Прости?
  - Да я же тебя не предупредил! Я даже не подумал об этом! А должен был! Перемещение себя в пространстве - весьма трудоемкое занятие. На него тратится очень много сил даже в том случае, если используешь заклинания, палочки и Амулеты перемещения. Видишь ли, для того, чтобы совершить волшебство, мы - волшебники - вынуждены расходовать определенное количество магической энергии. И раз за разом ее становится все меньше и меньше.
  Представив себе, что когда-нибудь я растрачу всю свою магическую силу, я нервно уставилась на Романа.
  - Не пугайся, - правильно поняв причину моего волнения, произнес он. - Я не имел в виду, что способность к магии исчезает навсегда. Дело в том, что у каждого волшебника существует определенный запас магической энергии. Он ее ежедневно тратит. Она ежедневно восполняется. Но если тратить быстрее, чем восполнять, последствия будут не самыми приятными. Головная боль, слабость, оцепенение.... И все это может продолжаться достаточно длительное время.... Такова расплата за растрату всей энергии. Хотя это и не самое худшее из того, что может случиться с волшебником.
  - А что может быть хуже?
  - То, что случилось с тобой!
  - А я так поняла, что со мной именно это и случилось. То есть, ты так сказал....
  - Я не договорил. Печально, когда энергия заканчивается после совершения волшебства. Именно тогда мы и имеем головную боль и длительный восстановительный период. Печально, но не смертельно. Гораздо худшая ситуация возникает в том случае, если магическая энергия заканчивается в "середине волшебства".
  - Это как? - удивилась я.
  - Так. Ты начинаешь творить магию, а на большее тебя уже не хватает. К сожалению, осознать, что это произошло, и остановиться в нужный момент способны лишь по-настоящему опытные волшебники.... А такие как ты.... вы начинаете активно растрачивать уже жизненную силу. А ее и на самую-то простейшую магию нужно черт знает сколько. А тут перемещения самого себя в пространстве.... Мы перемещаемся обычно при помощи Амулетов Перемещения. Но даже с ними, палочками и немалым опытом стараемся не производить больше девяти-десяти перемещений в день. А ты, если я не ошибаюсь, совершила шесть без всего этого.... Вот и выложилась до конца. Не знаю, как ты умудрилась те последние крохи сохранить....
  - А я, кажется, знаю.... Я когда лицо твое вытянувшееся увидела.... Наверное, в тот момент и поняла, что что-то произошло, а инстинкты самосохранения еще никто не отменял. Мой организм, наверное, сам постарался.... Но в любом случае, спасибо.
  - Ты меня уже благодарила. А я....
  - .... уже отказывался от благодарности. Спасибо!
  - Обращайся, - хмыкнул он.
  Я хотела, было, еще что-то добавить, но тут количество моих собеседников резко возросло. Во-первых, на кухню приплелся Пушок, потребовавший уделить ему внимания. А во-вторых, в центре комнаты возник Геннадий Тимофеевич с подносом в руках. Антикварным, разумеется. На подносе обнаружились уже знакомые мне чашки со смутно знакомым напитком.
  - Укрепляющее Зелье, - пояснил он. - Вам обоим. Да и мне не помешает: я уж и забыл, по какому поводу я когда-либо так нервничал. И нервничал ли так вообще. Напугала ты нас, Ирина!
  - Поверьте на слово, себя я напугала во сто крат больше, - мрачно отозвалась я.
  - Страшно было?
  Я поежилась:
  - Скажем так, все мои плохие воспоминания вместе взятые и рядом с этим не стояли.
  Геннадий Тимофеевич внимательно поглядел на меня, а потом протянул чашку. Обернулся к Роману:
  - Весь выложился?
  Тот неопределенно пожал плечами:
  - Так ведь по делу же!
  С этими словами решилась судьба второй чашки, плавно перелетевшей прямо в руки Романа. Я обиженно отметила про себя, что мне чашку передавали "вручную". Мои мысли явно не прошли незамеченными для Геннадия Тимофеевича, потому что чашка внезапно вырвалась из моих рук, плавно вернулась на поднос, и вновь перекочевала ко мне.
  - Так лучше? - с легкой иронией в голосе поинтересовался он.
  Я смущенно потупилась и решила заняться оздоровлением собственного организма. Посему осторожно понюхала содержимое чашки.
  - Она еще и думает! Пей! Я в жизни еще ни одного плохого Зелья не сварил!
  Я послушно сделала глоток. Потом другой. Третий.... Напиток бодрил, заряжал положительными эмоциями, прогонял плохие...
  - Вы мне это уже давали! - сообразила я.
  - Не совсем это. То, что ты пьешь сейчас, посерьезнее будет. То было так... с легким тонизирующим эффектом. Общедоступное. А рецептурой этого вот шедевра я искренне горжусь. Оно ускоряет процесс выздоровления после растраты энергии.
  - А с Романом что случилось?
  - А ты думаешь, вытаскивание людей с того света - элементарная процедура, которую можно производить хоть каждый день? - все еще улыбаясь, но с металлом в голосе, адресованным явно не мне, поинтересовался Геннадий Тимофеевич.
  - Тебе не с ней так надо разговаривать! - укоризненно перебил его Роман. - Она же не знала!
  Насколько я могла судить, зря он это сказал. Именно этого Геннадий Тимофеевич и добивался. Подобие улыбки моментально исчезло с его лица, и он почти по слогам произнес:
  - Вот именно, Роман. Она не знала! А почему она не знала, ты мне не подскажешь?
  Вот теперь улыбаться перестал и Рома.
  - Роман, ты гениальный волшебник. С этим никто не спорит уже лет сто. Но ты никудышный учитель. Говорю тебе это как человек, который сам в свое время занимался преподавательской работой. Все знают, что прежде, чем переходить к практике, нужно изучить теорию.
  - Но он же мне все объяснил, - решила я вступиться за него.
  - Ну, разумеется, - фыркнул Геннадий Тимофеевич, - объяснил он. Только не кажется ли тебе, что принципы перемещения предметов и того, чем занималась ты - это все же немного разные вещи.
  Я смутилась, а Роман серьезно ответил:
  - Разные. И я не снимаю с себя ответственности за случившееся. Потому и сделал все, что было в моих силах, чтобы исправить последствия собственной глупости и максимально облегчить Ирине процесс восстановления.
  - И поэтому теперь и ты и она страдаете от злоупотребления магией. И еще неизвестно, кому из вас хуже.
  - Ей, конечно!
  - Ему, разумеется!
  Произнесли мы в один голос.
  - Я, по крайней мере, не собирался умирать, - пояснил Роман.
  - Зато меня не мучает чувство вины, - отрезала я.
  - Какое трогательное взаимопонимание! - восхитился Геннадий Тимофеевич. - Не забудьте только, что магия вам еще как минимум неделю будет противопоказана.
  По всей видимости, на моем лице явственно отразилось все то, что я думала про недельную разлуку с магией, потому что он весьма сурово добавил:
  - И это для твоей же пользы, Ирина! Но если тебе нравится мучиться от ужасной головной боли, то вперед! Колдуй! Только учти: лечить я тебя не буду! И никаких таблеток от этой боли не существует.
  Боль я не любила никогда, поэтому, что и говорить, моя капитуляция была полной и безоговорочной.
  
  Глава четвертая,
   в которой присутствует полный набор магических атрибутов
  
  Доводы Геннадия Тимофеевича были разумны. Мое согласие тоже. Только разумность эта ни коим образом не могла повлиять на мое настроение и отношение к запрету пользоваться магией. Настроение было премерзким. А что касается отношения.... Хотелось завопить, закричать. В конце концов, затопать ногами (больше всего, правда, хотелось хоть что-нибудь наколдовать, но....).
  - Я, в принципе, не очень люблю истерики. Но если тебе так хочется - топай в свое удовольствие, - с веселым любопытством разглядывая меня, произнес Геннадий Тимофеевич.
  С секунду я молчала.
  - Где мой малахит?!!!!!!!
  - Ты уже спрашивала, - осторожно ответил Роман. - Он в том свитере, что сняла с тебя Саша.
  Я решительно направилась в спальню. Обнаружила стопку аккуратно сложенной на полке одежды. Выудила из нее свитер. А из него уже малахит. И облегченно вздохнула.
  - Теперь тебе лучше? - продолжал веселиться Геннадий Тимофеевич.
  Я вспылила.
  - Послушайте! Я не желаю, чтобы вы читали мои мысли! Есть у меня малахит или нет - мое дело! И мои мысли - это тоже мое дело! И я запрещаю вам лезть в мою голову! Запрещаю! Вы же волшебник! Вот и держите свои способности к "чтению" под магическим контролем!
  Геннадий Тимофеевич стал серьезным.
  - Я не читал твоих мыслей, Ирина. Я действительно умею контролировать свои способности. Просто, ты выглядела так обиженно и так недовольно, что я решил тебя развеселить. Боюсь, моя шутка не удалась.
  - Удалась, - смутилась я. И сконфуженно произнесла, - считайте, что я "натопалась" вволю.
  - Коли разногласия разрешены, - выступил в роли миротворца Роман, - и ты обещаешь не применять магию....
  - То есть ты хочешь сказать, что я умею ее применять? - перебила я.
  - Сложный вопрос. Наверное, все-таки не умеешь. - Тут он беспомощно рассмеялся. - Только вот, боюсь, не применять ты ее тоже не умеешь.
  - Поэтому, - вмешался Геннадий Тимофеевич, - кому-то из нас нужно быть постоянно рядом с тобой на случай, если произойдет что-то непредвиденное.
  - Вроде этого? - ошеломленно указала я на свалившуюся с потолка Настю. Благо, свалилась она все-таки в кресло. И теперь с не менее ошеломленным видом рассматривала нас.
  - Почему-то мне кажется, - сморщила она нос, - что я все время что-то не то представляю.
  Комментировать это глубокомысленное заявление, памятуя о тучках-ведерках, не рискнул никто. Лишь в руках у Геннадия Тимофеевича появилась очередная чашка с чем-то чудесно пахнущим. Настя благодарно приняла ее и, сделав глоток, сообщила:
  - Я вообще-то с подарком.
  Справедливо рассудив, что подарок полагается мне, я вопросительно уставилась на Настю.
  - Ага, тебе, - подтвердила мои выводы Настя. - Только, чур, так нас больше не пугать.
  - "Он постарается", - блеснула я остроумием.
  А Настя уже протягивала мне странную вещичку.
  - Что это?
  - Амулет Перемещения, - ответил за Настю Геннадий Тимофеевич. - И, насколько я могу судить, очень хороший Амулет....
  Настя смутилась:
  - Да для меня разницы никакой. Я что с обычным, что с таким... путешествую с одинаковой результативностью. Ей нужнее....
  Я непонимающе сверлила их взглядом.
  - Просто, это очень старый Амулет. Добротный и очень сильный, - пожалел меня Роман.
  - Аааа... - протянула я (я всегда так делаю, когда не знаю, что сказать).
  - Бэ, - не осталась в долгу Настя. - Бери! Мне он и вправду не нужен. А ты пока научишься. Пока восстановишься....
  Роман плотоядно посматривал в сторону Насти:
  - А мне на восстановление ничего не полагается?
  - А ты сам виноват! Мог бы и силы рассчитать!
  - Просто Настя у нас - из древней колдовской семьи, - пояснил ничего не понимающей мне Геннадий Тимофеевич. - И у них там всяких Амулетов, Талисманов и прочей магической абракадабры видимо-невидимо. Правда, Настя, как серьезная девушка, семейное достояние на всякие глупости, - взгляд в сторону Романа, - не разбазаривает. А вот если по делу....
  - Ладно, - ухмыльнулся Роман. - Я извинился, пост сдал, выслушал много приятных вещей о себе.... Так что, думаю, программа-минимум на сегодня исчерпана. Осталось мне только выспаться.
  Все улыбнулись. А я устремила все свое внимание на непонятный предмет, оказавшийся в моих руках. Плоская тонкая пластинка овальной формы с круглой дырой в центре. К пластинке прилагалась длинная золотая цепочка.
  - И это Амулет? - удивилась я.
  - А что-то не так? - поинтересовалась Настя.
  - Ну... он... он какой-то скромный... эээ... обычная пластинка....
  - А должен быть каким?
  К несчастью, я не заметила смешинку в Настиных глазах, посему отнеслась к ответу весьма серьезно:
  - Наверное, блестящий, броский, весомый....
  Тут Настя начала откровенно хихикать:
  - Да на большинстве волшебников навешано такое количество Амулетов.... Представляешь, как бы мы смотрелись со всем этим броским, блестящим и уж тем более весомым. Нам бы Квазимодо, и тот не позавидовал....
  Я смутилась, а Настя продолжила:
  - К тому же, так невзрачно он выглядит только в нерабочем состоянии. А вот наденешь его на шею, дотронешься до цепочки, чтобы активизировать сокрытую в нем магию.... Тогда он и покажет себя в истинной красе (к несчастью, краса эта в большинстве случаев спрятана под одеждой.... (иначе люди пугаются)). Видишь дыру в центре?
  Я кивнула.
  - Здесь появляется сотканный из магической энергии светящийся шар, повторяющий форму Земли. Можешь считать, что это своеобразный глобус. Обычно он насыщенного красновато-оранжевого цвета.
  - Необычно для глобуса, - развеселилась я.
  - Ладно, дамы, - подытожил все сказанное Геннадий Тимофеевич. - Вы тут разбирайтесь с вашим "глобусом", а мы, пожалуй, пойдем. Роману действительно необходим сон. А магазин без моего непосредственного участия в его руководстве работать не будет. Настя, ты остаешься с Ириной.
  - Не совсем, - покачала головой Настя. - Ирина идет ко мне в гости. То есть, к моим родителям. И вы все, кстати, тоже. Сегодня вечером. Не помните, разве? Пятьсот лет со дня свадьбы! Родители ведь высылали вам приглашения!
  - Помним, разумеется. И обязательно будем, - не стал спорить Геннадий Тимофеевич и, попрощавшись, вместе с Романом вышел из комнаты.
  - Уже пятьсот лет? - обернулась я к Насте.
  - Ага. Как друг друга не убили еще, ума не приложу.... Одно мое воспитание, как повод для ссоры, чего стоило.... - она хихикнула. - Они так старались вырастить из меня гениальную волшебницу, что немного переборщили.... Теперь вот я умею всего понемногу. С легкостью справляюсь с высшей магией.... И вообще считаюсь одной из самых перспективных волшебниц....
  - А как насчет перемещений? - удивилась я.
  - И не только перемещений.... - Настя вздохнула. - Трудные вещи мне удаются легко.... А вот элементарных я все никак понять не могу.... И ведь знаю же все! Могу рассказать мельчайшие нюансы этих чертовых перемещений.... и кухонных заклинаний.... и прочей белиберды.... Но если б я хоть раз сделала что-нибудь из этого по-человечески! То есть... не по-человечески, а...
  - Я поняла. Хочешь сказать, что, решив, что произвели на свет вундеркинда, твои родители сразу начали с "серьезных" вещей?
  - Ну да.... Что-то вроде "как создать альтернативную реальность" и прочее....
  - Но ведь перемещения - это одно из самых трудоемких занятий.... Мне так говорили, по крайней мере....
  - Трудоемкое не значит труднореализуемое. А их интересовали исключительно труднореализуемые вещи!
  - Ничего, Насть! У тебя есть все шансы научиться "элементарному" вместе со мной.... А на этом празднике будут одни волшебники?
  - Да, конечно. Для друзей-людей было отдельное торжество. Да и дата там была поскромнее.... К тому же у нас в любом случае другие традиции.... Представь, что кто-нибудь из волшебников выпьет лишнего.... и додумается пошутить над кем-нибудь из гостей.....
  - А это не будет вмешательством в жизнь людей?
  - Будет, будет! И виновника накажут! Но как потом объяснять человеку, откуда у него вдруг выросли рога? Или появилось еще что-нибудь трудно представляемое на человеческом теле.
  - Боюсь, мне трудно себе это вообразить!
  - Забудь! - махнула рукой Настя. - Вот держи лучше приглашение.
  Приглашение было вполне традиционным. На первый взгляд.
  На внешней стороне обнаружилась выведенная каллиграфическим почерком надпись:
  "Дорогая Ирина! Госпожа и господин Горбуновы имеют честь пригласить Вас на празднование пятисотлетнего юбилея со дня свадьбы. Торжество состоится по адресу, указанному внутри, в двадцать ноль-ноль по Анжерскому времени".
  - Адресу, указанному внутри? - вопросительно взглянула я на Настю. - Но здесь нет адреса. Здесь только фотографии.
  - Смотри внимательнее, - посоветовала Настя.
  Решив, что адрес, скорее всего, написан на оборотной стороне фотографий, я перевернула каждую из них. Однако желаемого результата так и не достигла. Вновь перевернула и вновь принялась их рассматривать. Они, кстати, того стоили: на обеих фотографиях был изображен замок. Если честно, в него я влюбилась мгновенно. Резные башни, стены белого камня.... Оплот черт знает какой эпохи! Мощный. Внушительный. И невероятно красивый....
  - Насть, - не выдержала я, - как бы внимательно я ни смотрела, результат один: здесь нет адреса. Все, что я вижу - это замок и какая-то комната.
  - Вообще-то, не комната, а зала. И не какая-то, а бальная.
  - И чем это должно мне помочь?
  - А ты что, ехать туда собралась?
  - А есть другой способ?
  Настя молчала. Что не мешало ей демонстративно поглядывать на только что подаренный мне Амулет.
  - Но мне же нельзя им пользоваться!... Еще целую неделю...
  Она вздохнула:
  - Ну, если тебе так уж хочется действовать по правилам.... То за час до наступления указанного в приглашении времени, оно начнет работать как портал. Тебе только останется решить, хочешь ли ты сразу попасть на праздник. Или прогуляться для начала по окрестностям. Выбираешь и пишешь на приглянувшейся фотографии слово "Портал". Приглашение исчезает. Вместо него появляется портал. Ты шагаешь в него. И все.
  - И почему мне кажется, что ты сейчас предложишь другой способ?
  - Потому что предложу! - ухмыльнулась Настя. - Способ с порталами используют те, кто не очень хочет тратить свою магическую силу.... ну или не может (как ты, например). А в изначальном варианте эти фотографии служат подспорьем для того, чтобы представить место, в которое собираешься переместиться.
  - Это я поняла! Но где я возьму силы для перемещения?
  - У меня.
  - Что?
  - Дело в том, что этот Амулет многофункционален. Он может переносить не одного, а нескольких волшебников. Он даже человека, наделенного достаточной долей воображения перенести сможет. Ты, в принципе, с его помощью можешь переместиться и без моего участия. Но, думаю, не стоит зря тратить ресурсы Амулета.
  - То есть, для его активации не нужна магия?
  - Достаточно воображения (не слабого воображения, разумеется). Но тогда он сработает только один раз. А потом очень долго будет копить магическую энергию для нового "заряда". Волшебника без участия магии он перенесет с меньшими затратами.... Но это тоже вариант для критической ситуации. Самое же главное достоинство этого Амулета в нашей ситуации состоит в том, что можно разделить функции по перемещению.
  - То есть?
  - Ты, к примеру, будешь представлять место. А я - тратить энергию на перемещение.
  - А зачем мне представлять? Ты и сама вполне способна сделать все это!
  - Моя проблема в том, что я не могу точно выбрать место. Сначала решаю появиться в одном. Пока перемещаюсь, мне уже представляется другое.... Ну и, как результат, появляюсь черт знает где.... А как бороться с этим, я еще не придумала.... Дома побила уже все, что можно было разбить....
  - А что насчет восстановления структуры в течение трех часов?
  - Есть такое дело! Только обычно я понятия не имею, что именно разбила. А чтобы придать разбитой вещи первоначальный облик, надо этот самый облик держать в голове. Родители обычно появляются к уже состоявшейся куче осколков. Иногда, правда, успевают вовремя....
  - А, может, тебе тогда появляться около дома?
  - А людей я куда дену? Это на сегодняшний вечер отец выбил в Совете право применить Заклинание рассеивания внимания. А в обычные дни мое появление таким образом может вызвать только удивление. Одно дело переместиться в толпу, где до тебя никому нет дела. И совсем другое - в тихое местечко.
  - Ладно. Тогда пойдем?
  - Хорошо. Теперь запоминай. Амулет надевается на нас обеих. Только я беру в руки цепочку, а ты представляешь себе нас в зале. И мы перемещаемся.
  Я с готовностью позволила Насте обмотать вокруг моей шеи цепочку с Амулетом и дождалась момента, когда она ухватилась за нее рукой.
  Отреагировав на прикосновение, Амулет изменился. В центре сформировался шар из магической энергии - тот самый глобус. Чем-то непередаваемо ярким засияли очертания материков и океанов. Загорелись звездочки городов.... Я же, тем временем, взяла в руки приглашение.
  Огромная светлая зала. Люстра, озаряющая все вокруг золотистым светом. Гордо подпирающие потолок колонны. Старинные картины. Изящная мебель. Обилие зеркал. Огромные букеты цветов. Место для музыкантов. Вход в обеденную залу.....
  - Насть.... Я понимаю, почему ты никак не можешь решить, куда приземляться.... У меня вот тоже глаза разбегаются....
  - У тебя от непривычки! А у меня в принципе. Так что решай быстрее! - фыркнула Настя.
  Я пожала плечами.
  - Но за последствия я не отвечаю!...
  Почему-то идеальным вариантом мне показался центр залы - прямиком под люстрой. Там как раз не находилось ничего из того, что мы могли бы разбить....
  .... Зато там находился высокий сероглазый мужчина, успевший в последнюю секунду отпрыгнуть в сторону.
  - Папа! - возмущенно завопила Настя, - Ты зачем под ногами путаешься?
  Он смерил ее ироничным взглядом:
  - Рядом со мной нет ни одной вазы. Так что, по идее, я стоял в самом безопасном месте! Или у тебя теперь сезон охоты на родителей открыт?
  - А почему ты не подумал о том, что я все-таки научилась перемещаться?
  - Потому что на тебе Амулет моего отца. И я прекрасно осведомлен обо всех его возможностях!
  - Ну, вот как-то так меня и воспитывали, - сообщила мне Настя. - Кстати, Ир, познакомься. Это мой отец. Зовут его Андрей.
  - Андрей... А дальше?
  - Дмитриевич. Но он не любит отчества.
  - Боюсь, мне как-то неловко обращаться по имени к человеку, отмечающему пятисотлетие совместной жизни....
  - Лильке - четыреста восемьдесят пять! - возмутилась Настя. - Но что-то я не слышала, чтобы тебя это остановило!
  - Да забудь ты про это неловко! - дружелюбно рассмеялся ее отец. - Я - Андрей. Мою жену зовут Наталья. Но если тебя так смущают имена, можешь обращаться к нам на "Вы". Согласна?
  - Согласна....
  - Ну, вот и славненько! - прервала нас Настя. - Значит, пап, ты продолжаешь выполнять мамины пожелания по обустройству дома к празднику. Я быстро знакомлю Иру с "внутренним убранством". А потом мы отправляемся ко мне - поближе к нарядам....
  С этими словами Настя ухватила меня за руку и потащила прочь из комнаты. Я успела пробормотать: "Приятно было познакомиться", - услышать в ответ: "Взаимно"..... И, собственно, на этом церемония знакомства завершилась....
  Далее последовала череда самых разнообразных комнат. Увешанных картинами, старинными гобеленами, уставленных антикварной мебелью.... Настя, пробегая мимо очередного великолепия, небрежно махала рукой, сообщая: "Это была комната моей бабушки (дедушки, тети, дяди....)", "Это комната для гостей", "Большой салон в стиле ампир", "Столовая с мебелью эпохи Людовика XVI", "Столовая, украшенная фламандскими гобеленами", "Библиотека"....
  Вот тут я притормозила. Конечно, и в ранее увиденных комнатах было на что посмотреть. Но это.... Огромная, мрачноватая, с уносящимися ввысь и вдаль полками, заставленными книгами.... Кожаные переплеты, замысловатые буквы....
  - Я остаюсь здесь жить, - выдохнула я.
  Настя хихикнула:
  - Я бы на твоем месте так не вдохновлялась. Тут только четверть книг действительно соответствуют тому впечатлению, что производят.... Дело в том, что мой отец не хотел, чтобы современные издания в ярких обложках выбивались из общей картины.... Вот их и оформили в общем стиле.... Ты не поверишь, Ир! У меня даже сказки в детстве так выглядели!
  - В кожаном переплете с золотым теснением? - расхохоталась я.
  - Зато я была самым стильным ребенком!
  Все еще хохоча, мы удалились из библиотеки.
  - Ну и, собственно, моя комната! - с этими словами Настя распахнула очередную дверь.
  Комната оказалась светлой и просторной. И, как и все в этом замке, отличалась своим непередаваемым стилем. То есть смешением стилей. Компьютер и музыкальный центр соседствовали с кроватью под балдахином, свечи с электрическими лампами.... Между тем, все это выглядело удивительно органично.
  - Нравится? - гордо поинтересовалась Настя.
  - Не то слово! Здесь я тоже остаюсь жить!
  - А я тебя уже в библиотеке прописала, - преувеличенно расстроенным тоном произнесла Настя.
  - Ничего страшного! Я всегда любила переезды!
  - Ладно, - перешла к "делу" Настя. - У нас не так уж много времени до начала. А нужно еще одеться. Так что, вперед....
  Она распахнула двери в гардеробную.
  - Ну, ничего себе, - восхитилась я, увидев почти непрекращающиеся ряды одежды. - Это все твое?
  - Нет. Но я все это могу купить.
  - Прости?
  - То, что ты сейчас видишь - мое изобретение. Мне недавно даже дали премию за это Заклинание....
  - А что за Заклинание?
  - Роман ведь рассказывал тебе о перемещениях?
  - Да. В общих чертах. Я тогда мороженое перемещала.
  - А как ты тогда выбирала место, откуда это мороженое взять?
  - Я знала, где оно всегда продается....
  Тут Настя расплылась в горделивой улыбке:
  - Вот именно! Обычно, когда дело доходит до перемещений, мы работаем с тем местом, о котором нам доподлинно известно, что та или иная вещь, необходимая нам, в нем имеется. А что делать в том случае, если мы не знаем, что нам нужно и где это взять?
  - Тогда нам нужно побывать в разных местах, чтобы выяснить это!
  - Совершенно верно! Так вот, я и подумала, что неинтересно каждый раз перемещаться в магазины, чтобы выяснить, есть ли там то, что мне требуется. Я просто наложила Каталожное заклинание (то самое, за которое меня наградили) на помещение наиболее часто посещаемых мной магазинов. И теперь в моей гардеробной находятся точные копии всего, что там продается (разумеется, в варианте иллюзий). Мне же остается только выбрать. А дальше уже действовать по обстоятельствам: либо отправляться в магазин как все нормальные люди, либо приобретать вещи как все нормальные волшебники!
  - Экономит время, - сообразила я.
  - К тому же, вон тот магазин, - Настя указала на весьма широкий ряд манекенов, - принадлежит моей тете. Так что за эти платья даже не надо платить. Я думаю, мы пойдем одеваться туда! И еще: сегодня он закрыт (Эльзе ведь тоже надо к празднику готовиться), так что мы беспрепятственно можем перемещать все вещи сюда (можно было бы, конечно, и в магазин переместиться, но тогда придется вещи с манекенов снимать, коробки распаковывать,... а так.... махнул палочкой, и все перед тобой)....
  Тут в ее руках появилась палочка:
  - Приступим?
  - Разумеется! - выдохнула я....
  Часа через три мы обе, удовлетворенно вздохнув, направились к зеркалу. Около зеркала еще раз вздохнули (на этот раз восхищенно) и в изнеможении от этого "безумного шоппинга", как окрестила его Настя, рухнули в кресла.
  - Ну, вот и все! - облегченно заявила она.
  - Как "все"? - удивилась я. - А прическа там.... и прочее?
  - А! - она неопределенно махнула рукой. Потом на секунду замерла. В результате на столике, стоящем рядом с ее креслом, оказался журнал модных причесок. - Сейчас выберем что-нибудь.
  Как оказалось, "изготовление прически магическим путем" занимает не так уж много времени. Пятнадцатиминутная концентрация, немного непривычные движения рук в воздухе, парящие над головой шпильки и заколки.... И весьма вдохновляющий результат.
  - Вот теперь точно все!
  Возразить мне было нечего. Поэтому я решила потратить время на более интересное занятие. К примеру, на рассматривание себя любимой в зеркале.
  Результатом посещение магазина тетушки Эльзы стало, как значилось на этикетке, "короткое черное платье без бретелей". Плотная ткань. Облегающий лиф. Немного расклешенная юбка. Длина чуть ниже колен. Красный пояс. И красная же подкладка из чего-то еле видимого, ненавязчиво выглядывающая из-под юбки.
  - Нам пора идти, - тоже решив напоследок пообщаться с зеркалом, сообщила Настя. Приподняла тяжелую юбку и с не меньшим интересом уставилась в зеркало. Оттуда на нее смотрела самая настоящая ведьма. Роскошное "длинное черное платье без бретелей". Высокие перчатки. Черный шарф на плечах.
  - Интересно смотримся, - резюмировала она. - Идем?
  Поскольку я не очень следила за расположением помещений в момент проводимой Настёной экскурсии, то по выходе из комнаты растерянно созерцала коридор, силясь понять, куда, собственно, требуется идти. Положение спасла сама Настя, решительно повернувшая налево. Мне же не оставалось ничего иного, как последовать за ней. Как оказалось, ее комната находилась на пятом этаже. А зал, где должно было проходить торжество - на первом. Какое-то время я потратила на то, чтобы сообразить, каким образом я смогла не запомнить лестницу, но, вспомнив бешеный темп "экскурсии", решила не обращать на это внимание.
  Благо, внизу нашлись гораздо более достойные этого самого внимания вещи.
  Бальная зала, запомнившаяся мне атмосферой сдержанного спокойствия и великолепия, в данный момент производила впечатление гораздо более праздничное и искреннее. Огни, гирлянды, шары, живая музыка. Улыбающиеся люди. Радостный смех. И лихо отплясывающие что-то зажигательное Настины родители.
  Радовало и количество людей, находящихся в зале. Потому что, честно говоря, я немного побаивалась, что если торжество будет происходить в "тесном семейном кругу", мне вряд ли удастся избежать вопроса о том, как я умудрилась, обретя волшебную силу, на следующий же день полностью ее истратить. Теперь же в, случае чего, у меня появлялся вполне реальный шанс аккуратненько затеряться среди приглашенных.
  Настя, тем временем, подвела меня к стоящему у входа столику, на котором находилось огромное количество одинаково выглядевших массивных браслетов. И, взяв два из них, один нацепила себе на руку, а другой протянула мне.
  - Зачем это? - не поняла я.
  - Это Амулеты Общения.
  Я рассмеялась:
  - Да это я вроде бы и так умею!
  - А они и не помогут прослыть интересным собеседником, если ты об этом. Сейчас поясню. Этот Амулет придуман в Италии уже очень давно одним весьма безалаберным волшебником по имени Винченсо Сандини. Дело в том, что у него был старший брат, Маурицио, которого он любил безмерно. Но брат был жутким книгочеем и, как говорят, весьма занудным созданием, абсолютно не друживший с чувством юмора. Тогда Винченсо и решил исправить это недоразумение. Отлично понимая, что научить Маурицио шутить он не сможет в любом случае, он попытался сделать так, чтобы его брат смог хотя бы понимать, когда шутят окружающие его люди. Но поскольку гением в их семье был все же Маурицио, у младшего не получалось ровным счетом ничего. Тогда он уничтожил все записи, а Амулету придал форму браслета и стал носить его как украшение. Так бы он и считался всего лишь украшением, если бы к Маурицио не приехал друг. Друг был англичанином. И общался исключительно на родном языке. Для старшего брата это проблемы не составляло, а вот Винченсо языков не знал. Каково же было его изумление, когда он вдруг осознал, что стал понимать их разговор. Сначала он подумал, что англичанин наконец-то выучил итальянский. Но на вопросы Винченсо, высказанные, разумеется, по-итальянски, тот лишь качал головой и просил у Маурицио перевести их. Ничего не понимающий Винченсо начал нервничать. И как результат - жестикулировать. Вот в этот момент его взгляд и упал на тот самый браслет. Оказалось, он создал вещь, которая позволяла понимать чужой язык. Разумеется, такое изобретение было весьма полезным и могло принести немалую прибыль. Но вот беда: Винченсо так и не смог повторить достижение. Не смог этого сделать и Маурицио. Современные ученые полагают, что где-то в рассуждения и вычисления Винченсо закралась ошибка, и этот Амулет был создан совершенно случайно. Но, как бы то ни было, Маурицио не зря считался умным человеком. Путем комбинации целого ряда метаморфоз и иллюзий, он изобрел процесс копирования вещи. Причем, копирование с сохранением магической сути явления. Разумеется, копии недолговечны. И способны выполнять свои функции только в течение одного дня. Но, во-первых, большего от них обычно и не требуется. А, во-вторых, они вполне доступны на тот случай, если какой-либо волшебник испытывает в них нужду. Сам же Амулет до сих пор хранится в семье Сандини, которая и поставляет его копии всему магическому миру.
  - Хочешь сказать, что здесь много иностранцев? - поинтересовалась я, застегивая браслет.
  - Нам часто приходится уезжать с обжитых мест. Соседи, видишь ли, не склонны нормально воспринимать тот факт, что они сами уже давно стали бабушками и дедушками, а ты все еще выглядишь так же, как в первый момент вашего знакомства. А если учесть, что ваше знакомство состоялось лет сорок назад.... К тому же... посмотри на мою маму. Сколько ей лет, как ты думаешь?
  - А говорить, учитывая ее сегодняшний юбилей или ее внешний вид?
  - Вид, конечно!
  - Лет двадцать пять, наверное...
  - А мне?
  - Лет двадцать... - Тут я рассмеялась. - Да! С родственными связями тоже неувязочка получается. А как выкручиваетесь?
  - Обычно сестрами представляемся.... Ладно. Ты готова?
  - Вполне.
  С этими словами мы влились в толпу веселящихся людей. То есть волшебников.... И не только....
  На всякий случай я моргнула.... Не помогло. Потерла глаза.... Тоже не помогло.
  - Насть, - прошептала я. - Посмотри во-о-он туда. Что... То есть кого ты там видишь?
  Настя перевела взгляд в указанный мной угол.
  - Да это же Генри. Пойдем, я тебя познакомлю с ним!
  - А Генри, - решила уточнить я, - кто?
  - Ах, вот ты о чем! Он гном!
  - Гном, - стараясь сохранять спокойствие, выдохнула я. - Генри - гном.
  - Они вообще-то немного невоспитанные. Но в целом, очень правильный и работящий народ. А Генри - один из самых веселых его представителей. Правда, он тот еще плут! Но обаятелен без меры. Так мы идем?
  И мы направились к невысокому коренастому созданию. Бородатому. Загорелому. Одетому в непередаваемую смесь делового костюма и военных доспехов. Он что-то азартно рассказывал молоденькой девушке, выглядевшей, на мой взгляд, не старше семнадцати лет. Хотя.... весьма вероятно, что ей могло быть и триста семнадцать.... и все девятьсот лет.
  - Генри! - радостно завопила Настя.
  - Настя! - не менее радостно завопил гном.
  Далее последовала весьма комичная процедура объятий. Насте при ее росте где-то метр семьдесят (плюс каблуки!) потребовалось буквально согнуться вдвое, чтобы обнять гнома, рост которого едва дотягивал до метра.
  - Генри, - обратилась к нему Настя, - я хочу тебе представить свою подругу и ученицу. Это Ирина.
  - Приятно познакомиться, - улыбнулась я, не переставая восхищенно пялиться на гнома.
  - Да, я хорош! - подмигнув, сообщил он мне. - И моей девушке очень повезет! - и снова подмигнул. - Кстати, самый обворожительный из всех гномов. Ну, ты, вероятно, и так могла бы уже сравнить.
  - Боюсь, - с испуганным смешком произнесла я, - Вы - первый гном, которого я вообще когда-либо видела.
  - Тогда тебя плохо учат! - обиделся он. - Обычно нас (гномов) изучают в течение первого года обучения. Настя, ты уверена, что ты - хороший учитель?
  - Поскольку на ее обучение был пока потрачен только один день....
  - Один день? - перебил Настю Генри.
  - Ну да. О том, что я волшебница, я узнала позавчера. Вчера была на первом уроке. А сегодня вот получила приглашение от Настиных родителей.
  - А почему сегодня не учились? - поинтересовалась молчавшая до сих пор девушка, разговор которой с Генри мы так бесцеремонно прервали. - Первые дни общения с магией очень важны!
  - Ой! - воскликнул гном. - Я же забыл представить! Это Катя! Самый молодой член Совета Мудрейших. Ее приняли туда в семнадцатилетнем возрасте.
  - А сейчас тебе сколько?
  - Сейчас двадцать.
  - О! Ты же - та самая гениальная девочка! - восхитилась Настя. - Мне отец много про тебя рассказывал.
  Катя немного порозовела, став одного цвета со своим легким сарафаном. Пробормотала "Спасибо", а затем вновь спросила о моем обучении.
  Вот тут пришлось розоветь нам с Настей. Генри попеременно недоуменно поглядывал то на меня, то на нее. Потом, видимо, догадавшись, в чем дело, громко хохотнул и заявил:
  - Не может быть! В первый же день!!???? Да ты мастер!
  Я смутилась еще больше. И, честно говоря, не знала, что ответить. Неожиданное спасение пришло в лице Геннадия Тимофеевича и Романа, подошедших поздороваться. Вновь повторилась процедура с обниманием. А Генри заявил:
  - Сейчас хохму расскажу!
  Глянув на то, как воинственно Настя нахмурила лоб, я благоразумно сделала шаг назад. Гном же безмятежно продолжал:
  - Только сначала позвольте мне познакомить вас с начинающей волшебницей Ириной. Она, кстати, Настина ученица. Так вот....
  - Она, вообще-то, еще и наша ученица, а также Лилина и Сашина - уточнил Роман, - и я бы на твоем месте, Генри, сначала точно определил, что в состоянии сотворить Настя, и лишь потом рассказывал всякие хохмы.
  Но Генри было уже не сдержать. После слов Романа он буквально согнулся пополам от смеха, что при его росте выглядело весьма забавно.
  - Ну, я еще понимаю - Настя! Она же, как говорится, молодая и неопытная! Но вы-то? А Саша с Лилькой? Довести начинающего волшебника до истощения в первый же день??!!! Ой, не могу!!!! Уморили! И кто же из вас таким гениальным учителем оказался?
  - Я, - не предвещающим ничего хорошего тоном сообщил Роман.
  До Генри наконец-то дошло, что большинство из стоящих рядом с ним вполне серьезных волшебников весьма недружелюбно относятся к его поведению и явно не находят мое истощение поводом для веселья. Он тяжело вздохнул. Состроил серьезную физиономию и обратился к Кате:
  - Вот эти вот субъекты с мрачноватыми рожами - одни из лучших моих друзей. Кстати, знакомься. Геннадий Тимофеевич. Роман. А это Катя - самая молодая из Мудрейших. Теперь тоже моя подруга. Ирина, я так думаю, тоже не против дружбы. - Он заискивающе улыбнулся.
  Я беспомощно рассмеялась:
  - Я, к сожалению, не имею возможности сравнить Вас с другими гномами. Но всерьез подозреваю, что Вы действительно самый обаятельный из них. И я не против дружбы.
  - Скрепим дружбу поцелуем? - принял он позу заправского героя-любовника, вызвав новый приступ смеха у всех присутствующих.
  - А ты всем это предлагаешь?
  - Всем! - смеясь, подтвердила Катя.
  - Но он легко соглашается и на дружеские объятья, - внесла свою лепту Настя.
  - Почему-то мне кажется, - резюмировала я, - что в друзьях у тебя, Генри, в основном девушки ходят!
  - Так я же говорю, - не растерялся он, - что я самый обаятельный из гномов! А сейчас я, с вашего разрешения, пойду, поприветствую юбиляров.
  С этими словами Генри удалился. А мы, проводив его взглядами, принялись рассматривать Катерину.
  - Что? - не выдержала она.
  - В первый раз вижу двадцатилетнего Мудрейшего, - восхищенно протянул Геннадий Тимофеевич.
  - Аааа, - немного разочарованно отреагировала Катя. - Ну, так уж получилось. Дар Предвиденья открылся практически в младенческом возрасте. Плюс очень сильная магия. Плюс ум, - монотонно перечисляла она. - Плюс желание все знать.... Так обычно и получаются Мудрейшие. Кто-то раньше, кто-то позже. Я вот - совсем рано....
  - Одиноко, да? - сочувственно спросил Геннадий Тимофеевич.
  - Нет, что Вы! - решительно заявила Катя. - Это очень интересно!
  - Кстати, об интересном, - прервал ее Геннадий Тимофеевич. - Слышите музыку? Я, к примеру, не против потанцевать. А Вы?
  - И я не против, - мягко улыбнулась Катя.
  Мы с Настей зачарованно рассматривали эту странную парочку.
  - Как же, не одиноко! - Фыркнула она. - На работе - одни древние мудрые старцы. Ровесники смотрят как на нечто невообразимое, робеют и никакой дружбы не получается.... Эх... Я надеюсь, Ирин, ты не против, чтобы у тебя в ближайшем будущем появился еще один учитель.... То есть учительница....
  - Я буду только рада....
  - Простите, что перебиваю, - обратился к Насте уже успевший вернуться Генри. - Но твои родители уже осчастливлены моим появлением, а танцевать мне все еще не с кем....
  - Намек поняла! - живо отреагировала Настя. А Генри что-то пробормотал себе под нос. В тот же миг ноги его оторвались от пола. Он плавно поднимался вверх до тех пор, пока его голова не стала находиться на одном уровне с Настиной. Потом вновь что-то пробормотал. Попробовал пройтись. И, явно довольный результатом, склонился перед Настей в придворном поклоне. Затем предложил ей руку. И, сохраняя на лице торжественное выражение, повел танцевать.
  - Он идет по воздуху? - решила я уточнить у Романа.
  - Да. Гномы иногда пользуются таким способом при общении с нами. Это является у них знаком уважения. Знай, если гном общается с тобой... - тут он рассмеялся, - на таком уровне, он действительно твой друг. А дружба для них - святое. Ну а для Генри - еще Настя и танцы.
  - Кстати, о танцах... - улыбнулась я.
  - Я как раз хотел предложить.
  Медленная мелодия. Красивая. Почти знакомая. И почти знакомый человек напротив меня.... Я вздохнула.
  - Что с тобой?
  - Привыкаю, - усмехнулась я.
  - Все слишком быстро?
  - Да как тебе сказать.... Просто я практически ничего не понимаю в том, что происходит вокруг меня. Все, что я сделала сознательно (ну.... почти сознательно....), так это наткнулась на дверь. А теперь я даже не могу представить, что со мной произойдет в следующий момент и как мне с этим бороться, в случае чего.
  - В случае чего есть мы.
  - А кто вы? Я ведь вас не знаю. Никого из вас. Кроме Лильки.... Да и то.... Ее я думала, что знаю.... Вот только что Настя назвала меня подругой. И, знаешь, я была абсолютно с этим согласна. И еще я почему-то уверена, что любого из вас могу назвать другом. Только вот....
  - ... ты ничего о нас не знаешь.... Ну, что ж. Раз уж я в данный момент нахожусь ближе всех, то с меня и начнем. Мне сто двадцать один. А это означает, что родился я в тысяча восемьсот восемьдесят четвертом году. В России. В семье весьма старых волшебников. Мама моя умерла при родах в возрасте девятьсот пятнадцати лет. Отец пережил ее на пятьдесят лет. О других родственниках, если таковые и имеются, мне ничего не известно. Отец занимался бизнесом. После его смерти ко мне перешло семейное дело. И в данный момент моя фирма занимается производством мебели. У меня есть кот - Пушок.
  - Какое совпадение! - развеселилась я.
  Роман тоже рассмеялся.
  - Только мой кот почти полностью сиамский. Черный и гладкошерстный.
  - А почему тогда Пушок?
  - В тот момент мне показалось это забавным. Он вообще - забавный. Из-за него я бросил курить, потому что (и я не шучу!) у этого странного животного обнаружилась аллергия на табачный дым. Я люблю почитать хорошую книжку. Люблю путешествовать (благо, для нас - волшебников, это не связано с долгими переездами). Я сменил уже около десяти мест проживания. И три имени. Пару лет назад переехал сюда. Почти в первый же день встретил Геннадия Тимофеевича. Сошлись мы на почве мебели. А потом он спас мне жизнь. Обычно, после такого люди становятся друзьями.
  - Значит, мы точно друзья! - я улыбнулась.
  - Скрепим дружбу поцелуем? - мгновенно отреагировал он.
  - Нам уже не требуется! Спасение жизни принимается как безоговорочный аргумент! А Саша с Лилькой? А Настя? - Сменила я тему. - Когда вы познакомились?
  Роман хмыкнул. Но на вопрос ответил:
  - Саша и Лиля - подруги с давних времен. Они обе родились с разницей почти в столетие в Лондоне. И, если я ничего не путаю, то когда Саше было двадцать лет, она познакомилась с Лилькой. С тех пор девушки неразлучны. Геннадия Тимофеевича учили именно они. А Настя просто как-то решила зайти в магазин и присмотреть маме подарок на День Рождения. Разговорилась с Тимофеечем.... Вот так мы и дружим. А три дня назад появилась ты.
  - Чему несказанно рада. Скажи, а нас таких много?
  - Каких таких?
  - Ну... Новеньких... Тех, кто какое-то время прожил, думая, что он человек....
  - Много. Возьми хоть Тимофееича. Только вы редко остаетесь с нами, - серьезным тоном сообщил Роман.
  - То есть? - не поняла я.
  - То, что сначала кажется ожившей сказкой, в какой-то момент начинает создавать проблемы. И лишь очень немногие соглашаются эти самые проблемы иметь.
  - Какие проблемы? - настороженно поинтересовалась я.
  - Так они у каждого свои. Не многие, к примеру, способны спокойно наблюдать, как умирают их дети, внуки, правнуки.... Их род.... Кого-то угнетает необходимость уезжать с обжитых мест.... Кто-то влюбляется в человека.... А кто-то просто нарушает Закон.... - Теперь уже вздохнул Роман. - Ладно, Ир. Что мы все о грустном. Праздник, в конце концов. Вон, даже Саша с Лилькой пришли. - Он кивнул в сторону дверей.
  В дверях действительно появились две девушки: Саша в роскошном зеленом платье, изящными волнами спадающем на пол, и Лиля в элегантном красном. С умопомрачительным разрезом, демонстрирующем стройные ноги.
  - Вот что значит четырехсотлетний стаж хождения по всяким светским мероприятиям, - поразилась я. - Пойдем здороваться?
  К моменту, когда мы добрались до вновь прибывших волшебниц, к ним уже успели подойти Геннадий Тимофеевич с Катей и Генри с Настей. И, насколько я могла судить, им была представлена моя новая учительница.
  - А вот и наши отличившиеся! - в один голос произнесли девушки. - Живы? Головы не болят? Слабости не чувствуется?
  Все это сопровождалось доставанием из сумочек двух флакончиков с какой-то неприятно пахнущей жидкостью и чего-то, внешне напоминающего конфеты.
  - Так! - Скомандовала Лилька. - Конфеты положить в рот. Раскусить. И запить содержимым бутылочки. Пить до конца. Я проверю!
  Если Зелье, которое мне давал Геннадий Тимофеевич, вызывало во мне исключительно положительные эмоции, то к этим.... "дарам" я отнеслась с некоторым недоверием. Возможно, причиной был жуткий запах, исходящий от бутылок. А, возможно, и ехидное выражение Лилькиного лица, не внушающее мне особого доверия.
  - Пахнет ужасно! - не решаясь даже отвинтить колпачок, заявила я.
  - Не переживай, - с легким злорадством в голосе сообщила Саша. - На вкус это тоже ужасно.
  - А что это?
  - Нет! Ты только посмотри! - Лиля в приступе комического негодования повернулись к Саше. - Две уже наполовину старые волшебницы полдня потратили на приготовление Лечебного Экстракта. Чуть не заработали себе истощение, а она еще корчит нос и не хочет пить??!!!
  Я с надеждой обернулась к Геннадию Тимофеевичу:
  - А нельзя этому придать аппетитности?
  Геннадий Тимофеевич только развел руками, а неутешительный ответ пришел от Романа, с мрачной решимостью отвинчивающего колпачок:
  - К сожалению, нельзя. Ты лучше пей быстрее, а то запах этот не самый лучший на свете....
  Стараясь не особенно обращать внимание на исказившееся от отвращения лицо Романа, сделавшего первый глоток, я развернула конфетку и сунула ее в рот. Раскусила. Как ни странно, но ничего противного я не ощутила. Посему обнадеженно перешла к Эликсиру. Зря! Он дурно пах, обжигал горло.... и абсолютно не хотел глотаться....
  Когда с маленькой с виду бутылочкой, стоившей мне таких мучений, было покончено, я вопросительно уставилась на сотворивших ее содержимое волшебниц:
  - И чем нам это помогло?
  - У нас завтра не будет болеть голова. И послезавтра. И всю неделю. Да и вообще, если я хоть что-то понимаю в Зельях, мы с тобой вообще в течение года болеть не будем. И все болячки будут заживать в мгновение ока. - Ответил за них Роман.
  Лиля скромно потупила взор:
  - Ну, не год, конечно. А полтора-два.... в зависимости от ваших индивидуальных особенностей.... (я, конечно, не беру в расчет случаи повторного истощения - тут уж вы получите все, что заслужили, по полной программе).
  - Спасибо! - кисло сообщила я им. - Спасибо за беспокойство о моем... о нашем здоровьем.... А теперь, простите, пойду-ка я это беспокойство заем.
  - Вон там столик, - кивнул Роман куда-то влево и вслед за мной ринулся к нему.
  Как назло, на столике, к которому я практически прибежала, оказались столь любимые мной фрукты. В обычной ситуации я бы без промедления принялась их уплетать, но в данный момент я слишком хорошо понимала, что, чтобы перебить надежно поселившийся в моем рту вкус Эликсира, требовалось нечто большее.
  Благо, "нечто большее" не заставило себя долго искать. Обнаружилось оно после минутного изучения содержимого залы. В самом ее центре.... Шоколад. Огромная пирамида шоколадных конфет.
  Ринулась я к ним с ошеломившей меня саму скоростью. И, мгновение спустя, набив рот непередаваемо вкусным (особенно после этого гадкого Эликсира) лакомством, счастливо улыбалась Роману.
  - Так гораздо лучше, - поглощая конфету за конфетой, согласился он.
  Когда вкус Эликсира был окончательно уничтожен, подоспели так внезапно покинутые нами волшебники.
  - Полегчало?
  - Не то слово! - удовлетворенно произнесла я. И тут наткнулась на задумчивый Катин взгляд.
  - Вы так быстро рванули к своему шоколаду, что я не успела спросить!
  - О чем? - поинтересовался Роман.
  - Для чего Эликсир Ирине, мне понятно. А с тобой-то что произошло?
  Молчание.
  Наконец, Роман выдавил:
  - Почти то же, что и с Ириной....
  - Он меня спасал, - внесла я ясность.
  - Ах, вот в чем дело! - Ошарашено выпалил Генри. - Тогда я прошу прощения за смех. Я...
  Дальнейшие его извинения были пресечены Геннадием Тимофеевичем.
  - Все! Дискуссия окончена. Все вопросы заданы. Извинения приняты. И мы идем вручать подарки.
  - Подарки? - запаниковала я.
  - Не переживай! - отмахнулась Настя. - Мы уже давно дарим один подарок от нашего дружного коллектива.
  - А что мы дарим? - с легкостью причислила я себя к коллективу.
  - Набор Эликсиров. Сами готовили.
  - А я ингредиенты добывал! - гордо сообщил Генри.
  - Молодец! - согласилась Настя. - Он почти полгода на это потратил! Дело в том, что некоторые травы поставляют нам исключительно гномы. Поскольку только они способны их собирать. И только им известна рецептура обработки. Вот Генри и отправился на промысел.
  Я удивленно поглядывала на гнома:
  - А мне казалось, что вы больше по камням специалисты....
  - По камням, ясное дело. Но эти цветы.... они, если хочешь, из подземного мира. Из недр земли. А чтобы туда попасть и требуются наши умения. Вот мы и организовываем процесс сбора. Ведь волшебники, во-первых, слишком велики для карабканья по нашим туннелям и для нахождения в полостях, где и растут эти самые цветы. Во-вторых, слишком неумелы для того, чтобы прорыть собственные тоннели или, хотя бы, расширить наши. Ну, и, в-третьих, как справедливо заметила Настя, рецептура приготовления находится у гномов. Вернее, у наших Мастеров. А они не слишком жаждут расставания со своими древними секретами.
  - Убедительно! - хмыкнула я.
  - Наша очередь! - Генри весьма непочтительно ткнул меня локтем куда-то в область колена. - Идем!
  - Идем... - потирая ушибленную конечность, двинулась я вперед. Генри же, пробормотав что-то себе под нос, вновь взмыл в воздух и, предложив мне руку, изрек, - Да не дуйся ты!
  Я и не дулась. Не до того было. Ибо дальше следовали произнесенная Геннадием Тимофеевичем торжественная речь (вызвавшая легкий румянец на щеках Наташи и горделивую улыбку Андрея, с трогательной нежностью обнимавшего ее за плечи), торжественное вручение подарка (сопровождаемое рекомендациями Генри по хранению и использованию содержимого, а также пятиминутного экскурса в историю поиска Подземных Цветов) и уже менее торжественные объятия с юбилярами, завершившиеся очередной серией поздравлений.
  - Уффф! - Расслабилась Настя. - Вручили!
  
  Глава пятая,
  повествующая о событиях давних и не очень
  
  Чем занимаются все нормальные люди после бессонной ночи? Правильно! Спят.
  Поскольку исключением я не была и ко сну всегда испытывала на редкость трепетные чувства, то следующее утро и почти весь следующий день я провела, мирно посапывая. Благо, сны мне снились тоже на удивление мирные.
  Но ничто хорошее не вечно. Поэтому я проснулась. Для пробуждения, кстати говоря, у меня нашлись целых четыре причины. Во-первых, Пушок, решив, что пора меня будить, затянул нечто душераздирающее прямо над моим ухом. Во-вторых, не менее душераздирающе начал трезвонить телефон. Третья причина явилась в мою квартиру без приглашения и абсолютно бесцеремонно завопила: "Пора вставать". Разумеется, это была Лилька. Ну и, в-четвертых, несмотря на все вышеперечисленное, я все-таки выспалась. Поэтому, одарив всех жаждущих моего пробуждения лучезарной улыбкой, я протянула:
  - Доброе утро!
  - Вечер, вообще-то! - недовольно сообщила Лилька. - И тебя все ждали на занятиях!
  - Занятиях?!!! Как??!! Я пропустила занятия по магии????!!!!! - я резко подскочила. - А они разве должны были быть? Мне же нельзя ничего магического делать.... вроде как...
  - Магического нельзя. Но слушать тебе можно! И смотреть! И запоминать!
  - Вы с утра ждали? - осторожно поинтересовалась я.
  - Вообще-то, нет - она зевнула. - Мы у Тимофееча минут пятнадцать назад собрались. Но поскольку тебя не было....
  - И из-за пятнадцати минут, о которых мне, кстати, никто не сообщал, ты портишь мне утро.... то есть вечер своим бурчанием? Извини! Но так не пойдет!
  - А как пойдет? - все еще недовольно, но уже с некоторой опаской уставилась на меня Лилька.
  - А вот так!
  С этими словами, запустив в нее подушкой, я, весело хохоча, пулей вылетела из спальни. Не забыв закрыть за собой дверь на ключ.
  - Вот так, Пушок! - сообщила я вылетевшему вслед за мной коту. - Пусть тетя немного остынет, а я тебя пока покормлю.
  - "Тетя" сейчас так остынет, что кому-то жарко станет..... - Лилька появилась прямо передо мной.
  - Черт! - хлопнула я себя рукой по лбу. - Это ж надо было забыть!
  И, выставив перед собой наподобие щита Пушка, двинулась на кухню:
  - Мне надо покормить животное!
  Животное подтвердило мои слова громогласным "Мяу".
  - И меня заодно покорми. А то я сегодня целый день из суда не вылезала.
  К слову сказать, Лилька - адвокат. Весьма неплохой адвокат. И весьма успешный, что немаловажно. Сразу по окончании университета она открыла адвокатскую контору. Контора уже успела "обрасти" солидными клиентами. А Лилька их финансами. К несчастью, это в целом приятное обстоятельство обязывает уделять работе львиную долю своего времени.
  - Договорились! - сообщила я. - Только пока я готовлю себе завтрак, Пушку - обед, а тебе - ужин, тебе придется кое-что мне рассказать.
  - О чем? - поинтересовалась она.
  - О себе, разумеется! - фыркнула я. - О Лондоне, там.... И прочем....
  - А.... Понимаю.... Я бы тоже заинтересовалась. А откуда ты знаешь про Лондон?
  - Роман рассказал.
  - Ну слушай тогда.... - Лилька поудобнее устроилась на стуле. -Родилась я в тысяча пятьсот девятнадцатом году в весьма влиятельной семье в дивном местечке под названием "Гнилая река".... ну или в Лондоне.... называй, как нравится.... Тогдашний король Англии - Генрих VIII.... как и вся династия Тюдоров, в сущности, весьма благоволил к моей фамилии. Так что детство мое было очень даже.... устроенным.... Кстати, ты, наверное, будешь смеяться, но при рождении меня нарекли Мэлани....
  Я великодушно сообщила, что смеяться не буду, а Лилька продолжала:
  - Так вот. Прожили мы там до того момента, как мне исполнилось пятнадцать лет. То есть до двадцать третьего августа тысяча девятьсот тридцать четвертого года. В этот самый день Его Величество решил даровать мне поистине королевский подарок - мужа. Разумеется, богатого и знатного.
  - И сколько этому "богатому и знатному" лет было? - поинтересовалась я, поглядев на брезгливо сморщившуюся Лилькину физиономию.
  - Всего-то семьдесят. По нашему счету, не так уж и много. Но, во-первых, он был человеком. А у них счет немного иной. А, во-вторых..... брррр.... Для пятнадцатилетней девушки это был слишком.... обременительный подарок.... Поэтому на семейном совете было решено переехать. Все равно, родители, в общей сложности, прожили там двадцать лет.... Так что мое "счастливое" замужество стало лишь поводом. Ровно через неделю всем стало известно, что наше семейство трагически погибло, став жертвой банды разбойников.... Мой несостоявшийся супруг рвал на себе волосы, когда понял, какое приданное уплыло у него из рук из-за такой, как он выразился, "нелепой случайности". Потом он, помню, слал королю письма с просьбами отдать ему наследство.... Он, мол, как жених - самый близкий нам человек.... Король вообще-то не слишком жаждал ему помочь.... Да если бы и жаждал.... Наследства, как, впрочем, и наследников, к тому моменту на территории Англии уже не было. Все средства оказались в руках у семьи Сорано: Кармен и Диего. И дочери их - Марии. Семья эта образовалась в день того самого разбойного нападения и открыла торговую лавку в Мадриде.... Мы торговали тканями.... Ну и зельями.... Мы же волшебники, в конце концов!
  Само собой разумеется, что оттуда нам тоже пришлось уехать. Я тогда расстроилась жутко. Когда мы из Англии уезжали, все было как-то не так. Мы же по необходимости уезжали. Да и не переживала я особенно. А тогда расстроилась. Вопила, что волшебницей мне быть вовсе и не хочется, что там мои друзья.... И друг.... - Лилька вздохнула. - Лучший.... Уехали мы, конечно..... А знаешь, как они меня научили так жить? Мы примкнули к чему-то вроде бродячего цирка.... Фокусы показывали. Гадали. Неделя на одном месте.... И снова в путь. Лет пять так проскитались. Зато я привыкла.... Потом были Франция, Италия, Греция, Индия.... всего и не вспомнишь. И снова Англия.
  - Снова?
  - Да. Мы вновь вернулись на мою родину. И даже вновь поселились в Лондоне. Именно тогда я и познакомилась с Сашей. В те времена она звалась Элизабет и носила накрахмаленный передничек. И не смотри так удивленно. Решив, что ее магическая сила слишком мала для того, чтобы стать источником существования, она избрала "карьеру" служанки. Кто ж знал, что она к тридцати годам так развернется....
  - Она, что же, - уточнила я, - не могла управиться с собственной волшебной силой?
  - Хуже! Не подозревала о том, что у нее эта Сила имеется. Нет, теоретически она, конечно же, понимала, что волшебница.... Но на практике все не клеилось настолько, насколько вообще могло не клеиться волшебство у волшебника.
  - А как же все.... - я поискала слово, - "склеилось"?
  - Да никак! Испугалась она до чертиков, когда ее хозяин сообщил ей о своем взгляде на "карьеру" служанки....
  - И что?
  - Эх!.... Разгневанная волшебница - это дорогого стоит.... В общем, он так и не понял, как попал туда, куда она его послала! Никогда не забуду этот вечер. - Лилька разулыбалась. - Ужинаем мы, значит. И тут появляется Саша. Одежда разорвана. Глаза горят. Магия так и брызжет во все стороны. И говорит: "Ты знаешь, Лиль, кажется, я все-таки умею колдовать".... Ну и упились же мы тогда от радости.... Правда, потом хозяина ее пришлось искать.... Но это так... издержки производства, что называется.
  - Я думаю, он этот случай надолго запомнил!
  - Да кто бы ему позволил! Тогда ведь ведьм и прочую....хм.... нечисть.... не очень-то и любили. Мы в Совет отправились. Объяснили, в чем дело. Ему мозги промыли (правда, сначала их, пригрозив страшной карой, все-таки промыли нам). И на том дело и закончилось. Так-то! А последние лет триста мы живем в России. Перемещаемся по городам (благо, размеры страны позволяют). Кстати, именно мы с Сашей обучали Геннадия Тимофеевича!
  - Да. Мне говорили.
  - Тогда, наверное, все.... Если коротко....
  Я усмехнулась:
  - Негусто для почти пятисот лет!
  - Краткость - сестра таланта! - довольно заявила Лилька. - Кстати, что там с моим ужином?
  - Готово! - сообщила я. - А ты, между прочим, могла бы и помочь!
  - Ну, если ты настаиваешь....
  Щелчок пальцами. Плавно выписанный в воздухе завиток.... И вот уже посуда парит в свободном полете.
  Я довольно улыбалась (никогда не любила заниматься сервировкой стола!). Но тут обнаружилось, что у перемещений посуды есть один недостаток. Весьма существенный, кстати! "Недостаток" был белого цвета. Пяти килограмм весу. И у него как-то очень по-охотничьи блестели глаза.
  Не успела я даже ойкнуть, как Пушок резко подпрыгнул и попытался поймать направляющуюся к чайнику чашку (на мой взгляд, ему очень повезло, что он не нацелился на ту, что направлялась от чайника).... Поймал, что удивительно. И завопил. Потому что, вместо того, чтобы рухнуть вместе с добычей на пол, отправился вместе с чашкой в путешествие к чайнику.
  Лилька заинтересованно рассматривала орущего кота. Затем страдальчески вздохнула и, нехотя, щелкнула пальцами. В результате Пушок был аккуратно размещен возле миски с едой. Он недовольно поводил головой. Встряхнулся. И со свойственным большинству котов равнодушием принялся уплетать рыбу. Лилька же обратила внимание на стоящую перед ней тарелку:
  - Спасибо!
  - Обращайся, - отреагировала я. - Лиль, а чему вы собирались меня сегодня учить?
  - Перемещениям, - прожевав, сообщила она.
  - Перемещениям? Да я же вроде.... уже познала.... на личном опыте, так сказать....
  - А с этим никто и не спорит! Мы собирались тебе объяснить, почему ты, желая переместить предмет, перемещала себя.
  - Ах, это.... Это я и так поняла.
  Она скептически взглянула в мою сторону:
  - Ну, просвети меня тогда!
  - Насколько я понимаю, - изрекла я тоном первой ученицы, - смысл в том, что именно ты себе представляешь. Если ты желаешь, чтобы к тебе переместился предмет, значит нужно представить его в своих руках... то есть как бы прикрепить к себе. Или к тому месту, в которое ты хочешь его переместить. А когда перемещаешь себя, то и "прикрепляешь" тоже себя. Правильно?
  - Ага! Ладно, этот вопрос снимается.
  - А какой тогда остается? И, кстати, ты могла бы сказать, что я замечательно разобралась в этом вопросе!
  - Хвалить тебя Тимофеич будет! Ну, или Роман.... он все еще чувствует вину за твою чуть было ни состоявшуюся безвременную кончину. К тому же, в таких мелочах грех не разбираться! А насчет второго вопроса я тебя уже тоже просветила.
  - Это когда же ты успела?
  - Когда рассказывала о своем прошлом! Мы, в общем-то, собирались тебе истории свои рассказывать!
  - И это ты называешь "просветила"? Два предложения о почти пятисотлетней жизни? И ради этого ты меня будила?!
  - Нет, - честно сообщила Лилька. - Еще мне хотелось поужинать на халяву! А пока ты выбираешь способ моей смерти, я, пожалуй, пойду домой и посплю напоследок.
  С этими словами Лилька исчезла.
  - Приходите еще! - сообщила я пустой комнате. И, прихватив Пушка, отправилась в спальню. Но не тут-то было. В дверь постучали. Сначала робко и неуверенно, а потому очень тихо. Затем у неизвестного гостя, видимо, прибавилось решимости. Удары стали гораздо более серьезными и уверенными. Решив, что, либо у кого-то не все в порядке с головой, либо у меня - со звонком, я распахнула дверь.
  Первое, что я увидела за ней - растерянные Катины глаза:
  - Я искала дверной молоток, но у тебя, кажется, его нет.
  - Нет, - подтвердила я, демонстративно рассматривая звонок.
  - Тогда я тебе его подарю! - Катины глаза горели энтузиазмом.
  - А чем тебе звонок не понравился?
  - Звонок? - не поняла она.
  Я ткнула в него пальцем. Раздалась весьма мелодичная, на мой взгляд, трель. Прослушав ее до конца, я обернулась к Кате:
  - Звонок.
  - Это вы вместо молоточков используете? Гениальная идея! - Катя с любопытством нажала на кнопку.
  - Гениальная идея? Постой, Кать. В Настиной комнате я точно видела компьютер и музыкальный центр.... Ты просто не можешь не знать о такой мелочи!
  - Я могу. Я же, на самом деле, еще ребенок. И только начинаю знакомиться с миром людей. Понимаю, это странно звучит. Мы вроде бы живем все вместе.... Но, понимаешь.... мой отец, он считает, что нужно сначала познать себя. Потом свой мир. А потом уж и чужой.... Людей то есть.... И их законы.... Первое и второе я уже весьма успешно реализовала. И, надеюсь, ты поможешь мне с третьим.
  - Я-то помогу. Только, Кать.... Надеюсь, о мирах ты говорила образно?
  - Да. Но это вовсе не значит, что не существует других миров в том самом смысле, в котором ты о них подумала. В данном же случае я имела в виду различия между людьми и волшебниками, их образом жизни.... Ир, а можно я войду?
  - Что? - непонимающе переспросила я. И только тут поняла, что мы так и стоим возле открытой двери. - Входи, конечно!
  Катя вошла. Она с любопытством принялась рассматривать комнату и что-то забормотала себе под нос.
  На всякий случай я решила уточнить:
  - Не то, чтобы я была против, но ты там сама с собой разговариваешь или заклинания шепчешь?
  - Ой! - Катя смутилась. - С собой я.... разговариваю. Это у меня привычка такая. Никак не отучусь! Мне просто интересно, насколько ваш быт отличается от нашего.
  - Вообще-то, если верить Настиной комнате, то ничем особенным... Я, разумеется, не считаю волшебных гардеробных и прочего.
  - И у тебя есть компьютер? - у Кати загорелись глаза.
  - Да куда ж без него! А у тебя что, совсем ничего такого нет?
  - Нет.... Понимаешь, мой отец.... Он приверженец старых традиций.... Только вот его традициям как минимум семьсот лет.... Если коротко, то ничем электрическим мы не пользуемся.
  - Ничего себе! В наше-то время! А как же вы справляетесь?
  - Ну, мы же все-таки маги!
  Я в очередной раз хлопнула себя по лбу:
  - Все время про это забываю! Привычки, видимо, действительно неискоренимы! Чайку?
  - Да, спасибо. Я как раз испекла пирог.
  Я вопросительно взглянула на нее.
  - Но, разумеется, он дома. Если я буду таскать его с собой, с ним может что-нибудь случиться.
  Получив в ответ еще один недоуменный взгляд, она поспешила добавить:
  - Я перемещу его, когда он потребуется.
  - Мне все больше нравится магия! - восхитилась я. - А вот и кухня. Знакомься, Пушок. Это Катя. И она тоже может делать так, чтобы чашки летали.
  Слово "чашки" вкупе со словом "летающие" произвели на моего не в меру смышленого кота вполне прогнозируемый после его недавнего приключения эффект: он юркнул под стол и принялся подозрительно рассматривать Катю.
  - Что это с ним?
  - Ну, знаешь.... Коты не могут равнодушно смотреть, когда какие-то предметы парят по воздуху без их на то разрешения.... А Лилька тут как раз чашки.... передвигала.... Вот Пушок и испытал свои силы. Ты, кстати, с Лилькой минут на пять разминулась.
  - Правда? Вот ведь! Я просто запуталась со всеми этими подъездами и квартирами с непривычки.
  - А зачем ты вообще с ними связалась? С подъездами этими? Все остальные не церемонятся.... Раз... и они в моей квартире!
  Катя удивленно посмотрела на меня:
  - Но ты ведь не приглашала меня в свою квартиру. Это же просто неэтично - так нарушать границы жилища. К тому же, пригласи ты меня, я бы все равно не смогла переместиться, потому что понятия не имела, как твоя квартира выглядит.
  Я задумалась:
  - А как бороться с неэтичными волшебниками?
  - Бороться? Нет! Это табу! Да и кто рискнет? Ведь любой волшебник может защищать свое жилище теми способами, которые ему кажутся наиболее приемлемыми, пусть даже они и опасны для жизни нарушителя. Так что в случае чего, мало не покажется. Уж защитных заклинаний у нас столько....
  - Ладно, черт с ней с защитой. Но каким образом тогда в моей квартире оказались Геннадий Тимофеевич, Роман и Настя.... Еще они говорили, что и Саша у меня была.
  - Не знаю. Хотя.... Если они могли читать твои мысли.... То, в принципе, мог быть момент, когда ты думала о квартире в их присутствии. Или просто образ промелькнул....
  - А этого достаточно?
  - Для таких, как они? Даже многовато!
  - Тогда понятно! - кисло сообщила я. - А они что, все действительно очень сильные волшебники?
  - А иначе и быть не может! Волшебнику даже со средним уровнем магической силы ни за что не доверят воспитание "новичка". Вас же так и тянет то на безвременную кончину, то на приключения всякие непредусмотренные. И тут важно, чтобы знаний и сил учителя хватило на то, чтобы сохранить жизнь себе и ученику и нейтрализовать все то, что ученик успел учинить. Кстати, насчет обучения. Теперь я тоже буду тебя учить!
  - Здорово! - порадовалась я. - Так ты поэтому пришла? Чтобы сказать мне?
  - Нет.... То есть да.... То есть не совсем.... Я просто подумала.... Мы сегодня собирались на занятие.... Мое первое занятие.... Но ты не пришла.... И я решила, что, может, тогда я....
  - Катька!!!! - счастливо завопила я и кинулась ее обнимать. - Ты теперь мой самый любимый учитель. У всех остальных любимая фраза "урок окончен". К тому же во мне проснулась корысть. Я ведь правильно понимаю, что ты еще и Провидица?
  - Правильно. - Она скромно улыбнулась. - В Совет берут тех из волшебников, у кого развит дар предвидения. Исключения настолько редки.... За всю историю существования Совета их было только трое. Легендарные личности, на самом деле.... Именно они и основали Совет. Но потом и сами поняли, что Провидцы там нужнее.
  - Ага! - я не стала спорить. И интересоваться больше не стала. Потому что история магии в данный момент занимала меня меньше всего. Меня тянуло к себе будущее. Мое будущее, разумеется. - Кать, я, собственно, не к этому вела.
  - А к чему?
  - Ты что, и вправду не догадываешься?
  Катя в недоумении уставилась на меня. И вдруг, поняв, безудержно рассмеялась.
  - Я так понимаю, ты ожидаешь, что я сейчас встану в классическую позу цыганки и изреку что-то вроде: "Позолоти ручку - всю правду тебе скажу"?
  - Вообще-то я всерьез на это надеюсь. Но на золото можешь особенно не рассчитывать. Потому что я рассчитываю на знакомство.
  - Ты действительно хочешь узнать свое будущее?
  - Разумеется, хочу!
  - Но зачем?
  - Что значит "зачем"? Это же интересно! Кать, да неужели ты никогда не хотела узнать, что с тобой случится.
  Она вдруг как-то странно посмотрела. Серьезно. Грустно.
  - А я о себе все узнала в первую очередь. Все узнала. Как только Дар открылся. Он так действует. И познаешь ты его на себе и только на себе. Учишься толковать знаки. Изучать степень влияния света и тьмы. Делать прогнозы. Просчитывать свои собственные поступки.
  - Ты узнала что-то нехорошее? - я озабоченно смотрела на нее.
  - Нет, - она как-то отрешенно покачала головой. - В моей жизни, конечно, как и в любой другой, будет место и несчастьям и горю. Но в целом - жизнь как жизнь.... Только, Ир, это будто ты читаешь книгу... А перед каждой интересной сценой к тебе приходит кто-то занудный и расчетливо рассказывает, как и почему это произойдет.
  - Все до такой степени предопределено? - поразилась я.
  - Нет. Представь дерево. Знаешь, как у него ветки расходятся? Вот считай, что ты в начале своей жизни ты подходишь к тому месту, где ствол начинает разветвляться.... А дальше уже все зависит от того, какая ветка больше приглянется тебе. Какую ветку изберут твои соседи по "деревьям". Ну, еще от самого "дерева". От того, насколько оно... ветвистое
  - Кать, а ты не хочешь мне рассказать про мою ветку? Я понимаю, от чего ты меня предостерегаешь. Но мне ведь и вправду интересно!
  - Это сейчас интересно. А потом, думаешь, интересно будет?
  - Да будь, что будет! Но я хочу узнать!
  - Не узнаешь!
  - Это почему?
  - Во-первых, нам, мягко говоря, не рекомендуется "предсказывать будущее". А во-вторых, от того, что я могу сейчас сказать, легче тебе не станет!
  - Это почему же? У меня там что-то плохое в будущем? Меня грузовик переедет или что-то вроде того?
  - Ир! Чтобы только разглядеть все твое дерево, мне придется часа три тут медитировать. Но толку от этого ноль. Потому что все, что я увижу, это точки опасности, точки счастья, секторы беды, разветвления твои увижу. И все. Чтобы узнать о реальных событиях и действиях, требуется многолетний анализ с огромным количеством параметром. И анализировать придется не только тебя.
  - Но Роман говорил....
  - Что говорил?
  - Что-то про провидцев, которые, увидев, что человек совершит в будущем нечто ужасное.... устраняли его.
  - Так вот это "узрев" и является результатом нашего анализа. Даже судьбу можно свести к определенному набору закономерностей. Мы знаем, к примеру, чем различаются "деревья" у преступника и монахини. Кто будет великим человеком, а о ком через год забудут даже его родственники. И изучаем, прежде всего, важные деревья. Ведь, как известно, знание - сила.
  - А как вы узнаете, где эти "важные деревья" искать?
  - А они обычно переплетаются.
  - Не понимаю....
  - Я объясню. "Важный" человек.... он не существует изолированно от других "важных" людей.
  - А! - сообразила я все-таки. - Я где-то читала. К наступлению какого-либо события приводит объективно обусловленная совокупность факторов. К ненаступлению - либо отсутствие какого-либо из необходимых факторов либо наличие факторов, присутствие которых нейтрализует факторы, приводящие к его наступлению. Значит, от действия только одного "важного" человека все будет зависеть только в том случае, если другой "важный" человек не свернет на другую ветку..... И деревья таких вот "важных" просто обязаны пересекаться. Так?
  - В целом правильно. А начинает каждый Мудрейший эту цепочку распутывать с себя. Потому как от волшебников, наделенных нашей силой, зависит очень многое.
  - А что зависит от меня? - перевела я разговор в интересующую меня область.
  - А почему ты решила, что от тебя что-то зависит?
  - Ну, если я с тобой пересеклась... это же что-то значит?
  - Только то, что ты со мной общаешься. Для этого тебе вовсе не обязательно быть.... как-то особенно значимой....
  Я вздохнула:
  - Эх! Видать, не быть мне героем! - и состроила умоляющую физиономию. - Кать.... А как насчет "жгучего брюнета"? Я не прошу про подвиги. Ну, может же быть в моем окружении жгучий брюнет? Ты мне только подскажи, куда сворачивать....
  - Мне казалось, что я объяснила все вполне понятно, - обреченно протянула Катя. - Ир, а при чем здесь брюнет?
  - А... Просто все цыганки, как сговорились.... Предсказывают мне исключительно его. И еще говорят, что я его перед таким выбором поставлю, что мало не покажется. Или врут?
  - Да, кто их знает? Может, и не врут, раз с таким завидным постоянством предсказывают.... Может, ты натыкалась на людей с дремлющей силой... и они помимо своего желания "случайно" говорили правду о твоем будущем....
  - Ладно! Черт с ним, с брюнетом. Раз у тебя все так.... абстрактно.... И с приключениями тоже.... И со значимостью моей гипотетической.... Только давай уж тогда до кучи наплюем и на то, что тебе чего-то там не рекомендуется и приступим к изучению моего будущего.
  Катя вздохнула. И подозрительно взглянула на меня:
  - А ты, часом, не юрист?
  Я фыркнула:
  - Вот! Хоть какая-то польза от моего пятилетнего студенчества! Да, я - юрист. Дипломированный, между прочим! А ты когда успела с юристами пообщаться?
  - А мой отец последние лет сто как раз юридической практикой занимается! Ладно уж... Давай свою руку!
  Я оживилась:
  - А какую давать: левую или правую?
  - А это не важно. Все, что мне требуется, это физический контакт.
  Едва сдерживая любопытство, я протянула руку:
  - А теперь что?
  - А теперь ты можешь помолчать, не дергаться и вообще вести себя так, будто тебя здесь нет. А то у меня так мысли путаются.
  Я тут же замерла. Катя тем временем приступила. Она прикрыла глаза.
  Сначала не происходило ничего. Абсолютно ничего. Я даже успела как-то расстроится, ибо ожидала драматического погружения в транс, разговора загробного голосом.... да и вообще чего-то запредельно мистического и жутковатого. Не было этого. Катя немного ерзала на стуле, пытаясь устроиться. Устроилась. Застыла, превратившись чуть ли не в каменное изваяние. И засветилась. Вся. Магическая энергия окружила ее огромным светящимся шаром. Свет заискрился. Взметнулся вихрем вокруг нее. И окутал меня. Этот свет был другой. Не такой, как у остальных волшебников. Ярче. Гуще. Сильнее, что ли. Не успела я все это отметить, как свет исчез. А Катя отпустила мою руку. Она пару раз моргнула, встряхнулась и жизнерадостно заявила:
  - У тебя вилка!
  - У меня, прости, что?
  - Вилка у тебя! А вот мне бы теперь что-нибудь покушать! Не зря я все-таки пирог пекла. Присоединяйся, - пробормотала она, запихивая кусок пирога себе в рот.
  К пирогу я отнеслась равнодушно. И, с максимально возможной для меня степенью терпения подождав, пока она прожует, спросила:
  - А что такое вилка?
  - Вилка это выбор. Они вообще-то разные бывают. По важности. Так вот, эта - чуть ли не самая важная в твоей жизни. И от того, что ты выберешь, будет зависеть вся твоя дальнейшая жизнь. И еще. У тебя этих вилок столько.... Я, правда, смотрела только ближайшие двадцать лет, чтобы время и силы экономить (тебя же вряд ли интересовали более долгосрочные прогнозы). Но все равно, у тебя в этих вилках сам черт голову сломит. Да и тебе самой ее поломать придется!
  - А это хорошо или плохо?
  - Все зависит от твоего к этому отношения. Мой тебе совет, не мучайся по этому поводу! Все равно ведь выбора не избежать.
  - И это все? Все, что ты увидела? Знаешь, я от таких красивых "спецэффектов" ожидала гораздо большего!
  - А я и не претендую на должность гадалки! Но ту часть твоей судьбы, что я просмотрела, я запомнила. Так что, если для тебя это действительно так важно, я могу заняться краткосрочным анализом. Он, конечно, неточен и в нем не учитывается такое количество факторов.... Но, думаю, через полгодика я тебе результаты сообщу....
  - Полгодика??!!!!
  - Ир! - Катя возмущенно смотрела на меня. - Поверь, я называю минимально необходимые мне сроки! Все, что еще могу сказать тебе про твое будущее.... если тебе так уж это хочется услышать.... От того, какой выбор ты в скором времени сделаешь, будет зависеть судьба человека. И, судя по всему, не одного.
  - Чудно! - резюмировала я. - Теперь я поняла, что быть Провидцем - неблагодарная работа. Учителем точно быть интереснее!
  - Точно! А, может, ты что-нибудь хочешь узнать?
  - Ага! Меня очень интересует вопрос, откуда вообще берутся волшебники?
  - Сейчас расскажу. Только сначала поясню, чтобы понятнее было. Вот на Земле изначально люди как жили? Каждый народ по-отдельности. Это я про то, что китайцы жили в Азии, а негры в Африке...
  - А греки - в Греции! - рассмеялась я.
  Катя согласно кивнула.
  - И.... хм.... расы изначально были.... "чистыми". С нами, в общем-то, также. Изначально для каждых.... созданий существовал собственный мир. Один - для эльфов, другой - для гномов, третий - для людей.... Для волшебников тоже, разумеется, был свой.
  - А потом мы все начали переезжать, только не с континента на континент, а из одного мира - в другой! - догадалась я. - Разумеется, не обошлось и без... межрасовых контактов.... Или как это правильно назвать?
  - Как бы это не называли, но результат один. От связи человека и волшебника рождается человек, для которого существует потенциальная возможность стать волшебником, если он, разумеется, этого захочет.
  - Подожди! - перебила я. - А вы давно к нам.... переселились?
  - Волшебники существуют в этом мире уже много тысяч лет. И мы не переселились. Мы сбежали. Из умирающего мира. Переселенцев было ровно сто.
  - Зато, как я подозреваю, сейчас чуть ли не половина земного шара может стать волшебниками.... Если только....
  - Нет-нет, ты права. "Волшебный ген" постоянен. И его наследуют все потомки волшебника, сколько бы их не было в будущем. Разница только в том, с какой силой он у человека проявляется. Если, как у тебя или Геннадия... Тимофеевича, к примеру.... то вы обязательно найдете тех, кто волшебство.... практикует.
  - А если нет?
  - Ну, на "нет" и суда нет, как говорится! Тогда человеческая жизнь со всеми ее прелестями.
  - А нельзя это как-то изменить?
  - Нельзя. Это Закон. Поскольку это мир людей, то и его дети должны быть людьми, несмотря на то, что у них есть шанс стать волшебниками. Допускать исчезновения созданий какого-либо вида (людей, к примеру), нельзя. Поэтому мы, гости, вынуждены смиряться с ограничениями.
  - Кать, а если волшебник и человек составляют пару, то как они уживаются?
  - Если ты имеешь в виду осведомленность человека о магии, то она нулевая. То есть человек искренне полагает, что живет с человеком.
  - А как же возраст, старение.... Может, я идеализирую, но, наверное, если бы у меня возможность продлить жизнь любимого человека, рассказав ему, что он может стать волшебником, то я бы....
  - Ничего не смогла сделать. Первое. Если ты решишь кого-нибудь "осведомить" таким вот образом, тебе сотрут память. Второе. В отношении твоего.... любимого вопрос тоже будет решаться. И, если ты таким образом хотела ему навредить (ну, вдруг ты его ненавидишь, а не любишь), то его тоже лишат памяти. А вот если любишь, то умертвят. Поверь мне, под угрозой такого наказания опускаются руки даже у самых отъявленных гуманистов.
  - А как же узнать, что двигало волшебником?
  - Это уже наша проблема. Совета то есть.
  - А реализуете наказание тоже вы?
  - Мы.
  Я настороженно уставилась на Катю:
  - А ты уже что-то.... подобное.... делала?
  - Нет. Подобными вещами занимаются не только мудрые, но и опытные маги.
  - Это радует, - выдохнула я. - А что с детьми?
  - Детьми?
  - Да. Что происходит, когда рождается ребенок у волшебника?
  - Если это дитя двух волшебников, то все в порядке: он наш. Соответственно, воспитывается по нашим законам и с детства знает о магии. А если одним из родителей был человек.... все, что остается волшебнику - надеться на то, что когда-нибудь его ребенок поверит в чудо.
  - Жестоко.
  - Но справедливо.
  - Подожди, вы ведь... мы... живем так долго.... Почему тогда Лилька - единственный ребенок? И Настя... Или я просто о других не знаю?
  - Нет. Все правильно. Это физиология. Волшебникам отпущен долгий срок, но малая возможность для продолжения рода. От союза двух волшебников обычно рождается только одно дитя. Редко - двое. И весь волшебный народ до сих пор помнит пару, давшую нам троих детей. Правда, они в браке прожили тысячу восемьсот пятнадцать лет.
  - Сколько? - я в удивлении уставилась на Катю?
  - Не удивляйся, Ир. Магия - это такая штука.... Когда ты в ней силен, ты не только жить долго можешь. Жаль, только с природой мы так и не смогли поспорить. Те сто волшебников - это все что от нас тогда осталось. Мы вырождались. И ради того, чтобы не исчезнуть совсем, и объявились здесь.
  - Вот как все оказывается.... А у меня магия всегда ассоциировалась.... со сказкой....
  - А в твоих сказках разве не было миров, стоящих на грани выживания? Злодеев, накладывающих страшные проклятия? И суровой правды жизни?
  - Было, конечно.... Только эта правда все равно была.... сказочной.
  Катя усмехнулась:
  - Сказка ложь, да в ней намек....
  - Кстати, о сказках! Я почему-то подозреваю, что они не так уж часто зависят от фантазии людей.
  - Волшебникам ведь тоже надо как-то себе на жизнь зарабатывать!
  - А драконы? - у меня загорелись глаза.
  - А что "драконы"?
  - Они тоже есть?
  - Есть, конечно. Только они очень не любят, когда кто-нибудь пересказывает им байки о том, как они поедают людей и все такое.... Они вообще солнечной энергией питаются, если хочешь знать. А по мудрости с ними разве только эльфы поспорить могут.
  - Эльфы.... - протянула я. - Кать, не разочаровывай меня! Пусть они будут с серебристыми волосами, длинными ушами.... - я хотела, было, продолжить про высоких, стройных, но Катя перебила меня.
  - Такие и есть. Не волнуйся! Знаешь, это даже забавно. Почему-то все бывшие люди в последнее время в первую очередь интересуются эльфами.... Мой начальник, Павел, даже как-то статью по этому поводу писал.... Если не ошибаюсь, все дело в какой-то книжке.... Как же автора.... На "Т" что-то....
  - Толкиен, - развеселившись, выдохнула я.
  - А почему ты смеешься?
  - Забудь. Я тебе просто книжку дам. А почему Провидцами могут быть не все волшебники?
  - А это неизвестно. Посредственным предсказателем может быть любой волшебник. А Провидцем надо родиться.... Это как талант. И, Ир.... Мне кажется, что к тебе кто-то стучит.
  Я прислушалась. От двери действительно доносились уверенные удары.
  - Еще какой-нибудь неучтенный волшебник? - поинтересовалась я и отправилась открывать.
  Открыла на свою голову. То есть на коленку, если вас интересует анатомическая достоверность. Потому что получила весьма ощутимый удар именно по ней.
  - Генри! - возмущенно завопила я. - Судя по силе твоего удара, ты собирался, как минимум сломать мне дверь! И зачем ты тут ходишь, тебя ведь могут увидеть!
  - Еще чего! - возмущенно фыркнул обнаружившийся за дверью гном. - Я невидим!
  - Тогда почему я тебя вижу?
  - Потому что я до тебя дотронулся! А чтобы твои соседи увидели меня, они тоже должны до меня дотронуться.
  - А слышать? - ехидно поинтересовалась я.
  - Вот слышать могут. - Он вздохнул. - Сейчас я войду.
  С этими словами он прошмыгнул в квартиру. А я, преследуемая мыслью о том, что гномы и вправду не самый воспитанный народ, отправилась за ним.
  
  Глава шестая,
  в которой рассказывается не только о путешествии
  
  - В гости? - переспросила я.
  - В гости, - подтвердил Генри.
  - А где ты живешь?
  - Не здесь, разумеется! Вот ведь.... свяжешься с недоученными волшебниками. - Он досадливо вздохнул. - Тебе про миры ничего не рассказывали?
  - Ты хочешь сказать, что возьмешь меня в мир гномов? - я недоверчиво уставилась на него.
  Он немного смутился:
  - Эээээ.... Предполагается, что возьму. То есть я приложу все усилия для того, чтобы это произошло.
  - Прости?
  - Ладно, тебе прощается твоя дремучесть.... Вот оно - воспитание среди людей во всей его красе. Мы, гномы, конечно, тоже магические создания. Но с магией мы, знаешь, как-то не очень дружим.... Мы больше физической силе доверяем, чем магической....
  - К чему ты ведешь?
  - К тому, что у меня что-то может пойти не так.... И тогда я не отвечаю за то, где мы окажемся.... и окажемся ли где-нибудь вообще....
  - Но, несмотря на это.... препятствие и на то, что мне нельзя пользоваться магией, ты все же зовешь меня в гости.... Генри, я, конечно, могу ошибаться, но, по-моему, это называется безответственностью.
  Генри вздохнул:
  - Настя номер два. Не зря ты мне понравилась.
  - Это комплимент или как? - я кисло улыбнулась.
  - Это комплимент, - высказала свое мнение Катя, которой надоело сидеть на кухне в одиночестве. - Здравствуй, Генри.
  Генри тут же приосанился, лукаво улыбнулся и торжественно поприветствовал "красивейшую из Мудрейших". Катя зарделась и поспешила поинтересоваться:
  - А о чем вы здесь беседовали?
  - Ээээ, - Генри скромно ковырял ковер носком кованого ботинка, - я предлагал Ирине прогуляться.
  - Прогуляться?! Ты?! Генри, гномы не могут преспокойно разгуливать по людским улицам! Это запрещено! И тебе это известно!
  Я вступилась за него:
  - Нет, Кать, ничего такого он не предлагал. Он к себе в гости приглашал. Только мы с ним не смогли договориться о том, каким образом мы туда попадем.
  Катя сверлила Генри обвиняющим взглядом:
  - О безответственности гномов ходят легенды, но додуматься пригласить в путешествие между мирами волшебника, израсходовавшего всю магическую силу! От тебя я такого не ожидала.
  - А от меня этого больше и не потребуется. - Генри, не обратив ни малейшего внимания на Катину отповедь, лукаво усмехнулся. - Потому что теперь я в гости приглашаю и тебя.
  - И меня? - Катя ехидно рассмеялась.
  - Кать, - я умоляюще взглянула на нее. - Я, конечно, понимаю, что он корыстный и безответственный, но ради путешествия в другой мир, я еще и не такого попутчика стерплю. К тому же Настя подарила мне Амулет, который может переносить двоих.
  Она махнула рукой:
  - Все, что ты говоришь, конечно, хорошо, но это не тот случай, когда меня нужно уговаривать.
  - Почему? - разочарованно поинтересовалась я.
  - Потому что я никогда не была в мире гномов и сама очень-очень хочу туда попасть. Так что, разумеется, я туда пойду.
  Я облегченно выдохнула, а Генри деловито спросил у Кати:
  - Какие места нашего мира тебе известны?
  - Дай-ка подумать, - Катя рассеянно теребила волосы. - Те, что я могу себе в точности представить.... Горы... по вашему я их название не произнесу.... Но здесь они известны как Горы Примирения.
  Судя по тому, как расстроено наш гном перебил Катю, это было немного не то место:
  - Нет. Это слишком далеко!
  - Каньон Молодости?
  - Далековато, но, в крайнем случае, сойдет.
  - А насколько далековато? - поинтересовалась я.
  - Прилично, - туманно обозначил расстояние Генри и вновь обратился к Кате. - А как насчет Равнины Чудес?
  - А ты там живешь? - недоверчиво-восхищенно выпалила она. - Знаю, конечно! Да и кто ее не знает? Почему же ты сразу не сказал?
  - Считай, что мне было интересно, угадаешь ли ты. И да, я действительно там живу.
  - А это какое-то известное место? - полюбопытствовала я.
  - Историческое, можно сказать. - Генри гордо улыбался. - Мы, гномы, не очень любим, когда какие-то исследователи, - он недовольно поморщился, - приходят в наш мир. Суетятся, задают глупые вопросы.... От них столько шуму....
  - Поэтому, - прервала его Катя, - они и создали Равнину Чудес. Это что-то вроде музея. То есть там находятся...
  Но тут ее весьма ревниво перебил Генри:
  - Может, о своем народе я все-таки буду рассказывать сам?
  Катя смущенно кивнула. А Генри продолжал:
  - Ты не подумай, мы совсем не негостеприимные. Просто у нас понятия о гостеприимстве разные. И о труде. А еще о наших секретах. И нашей природе. Волшебники же хотят выяснять у нас секреты магии. Эльфам неймется насадить деревьев. И каждому объясни да покажи. Что можно, что нельзя. Что такое кирка и как ей махать. Как будто они от этого камнетесами гениальными станут! Только от работы отвлекают! Вот мы и решили исправить это дело. В центре нашего мира стояла огромнейшая гора. Давно мы к ней примеривались. Но все не находился смельчак, чтобы разработать ее по-настоящему. А наши Мастера.... Они молодцы. Придумали, как и нам дать настоящую работу, и гостям угодить, да еще и показать им все самое лучшее, что есть в нашем мире. Долго мы строили. Несколько столетий. Зато теперь на месте той горы стоит невиданной красоты каменный дворец. С глубокими подземельями. И равнина невиданной никому доселе красоты. Ибо, поняв, чего мы хотим, свою лепту внесли многие создания. Эльфы посадили вокруг сады. Волшебники помогли сделать источник. Драконы создали теплый климат.... Вот так и появилась Равнина Чудес.
  - Генри! Ты так рассказываешь! Я ведь про гномов многое знаю. Половина из них вообще не интересуется историей! И живешь ты рядом с Равниной! - Катя с каким-то новым выражением обратилась к нему.
  Генри усмехнулся:
  - Не рядом.
  - То есть, на самой Равнине? - уточнила я. А Катя потрясенно выдохнула:
  - Тогда ты.... Ты из семьи Хранителей Дворца!!! Ну, ничего себе!
  Генри горделиво склонил голову и лукаво добавил:
  - В этом нет ничего особенного. Но если для тебя это так важно, то в данный момент именно я являюсь Хранителем.
  - А что это значит? Насколько это важно? - не удержалась я от вопроса.
  - Это значит, - Катя подавила смешок, - что Генри в их мире - что-то вроде здешней английской королевы.
  Я присвистнула:
  - Да ты важная птица! - и растерялась, - Ой. А к тебе, наверное, теперь нужно как-то особенно обращаться.
  - Как-то особенно ко мне обращаются гномы, потому что я избавляю их от головной боли, являющейся обязательным результатом общения с.... пришельцами.... И сами пришельцы.... потому что я олицетворяю для них наш мир (ну если я на месте, разумеется (а на месте я в отведенные для посещения дни (к счастью, нечастые))). Ну,... на праздниках наших я сижу на главном месте (должен же там хоть номинально кто-то сидеть (наши Мастера такими глупостями не занимаются)). Моего совета могут спросить.... Иногда нужно мое разрешение.... в силу традиции.... Ну, в общем, кое-какие полномочия и привилегии у меня имеются, но....
  - ... но в целом ты весьма скромный король. Хоть и наглый. И безалаберный! - продолжила я.
  - Не король. - Генри недовольно поморщился. - А Хранитель Дворца! И никаких особых почестей мне оказывать не надо.
  Я развеселилась:
  - А не особые оказывать?
  Генри насупился:
  - А кого-то я вообще могу с собой не брать!
  - Меня Катя возьмет! - показала я ему язык.
  А Катя произнесла:
  - Генри, из всей Равнины, я на сто процентов помню только Хижину Хранителей. Это подойдет?
  Генри задумался.
  - Только давай не внутрь. Там моя мама живет. Ее и так вечно всякие "туристы" пугают....
  - Договорились! - Катя нетерпеливо подошла ко мне. - Амулет на тебе?
  - Сейчас принесу! Только почему "Хижина"? Если Хранители у вас так ценятся, почему бы и им не построить что-нибудь достойное?
  - Потому что, по сравнению с Дворцом любое строение кажется всего лишь скромнейшей хижиной! Еще вопросы или мы все-таки пойдем?
  - Один момент!
  Я пулей метнулась в спальню и, вернувшись обратно, обмотала Катину шею цепочкой.
  - Не думай ни о чем, - шепнула мне Катя, а потом меня будто резко дернули, расплющили, растянули.... и вновь вернули в изначальное состояние.
  Приоткрыв закрывшиеся во время перемещения глаза, я ощупывала свое тело, пытаясь понять, какой ущерб ему успели нанести.
  - С тобой ничего не случилось! - проорала мне в ухо Катя. - Просто перемещения между мирами, это тебе не в соседний город смотаться!
  - А почему ты кричишь? - тоже почему-то закричала я.
  - Потому что обычно еще и уши закладывает. Но раз с тобой все в порядке.... - уже нормальным голосом произнесла Катя.
  - В порядке. А где Генри?
  - Генри должен прибыть через несколько минут: их магия действует не так, как наша.
  - Тогда я пока осмотрюсь.
  - Понравился вид? - в разговор вмешался новый голос. Тоже женский.
  Мы с Катей принялись озираться и, наконец, обнаружили небольшую пухленькую фигурку слева от себя. Женщина была розовощека, рыжеволоса.... Но главной ее приметой был, пожалуй, небольшой рост.
  - Вы гном? - обрадовалась я.
  - А ты, красавица, к эльфам что ли забрести пыталась?
  Я сконфузилась:
  - Простите, пожалуйста. Просто я как-то никогда себе женщину-гнома не представляла. А вы вот какая....
  - Да еще и без бороды, - добродушно усмехнулась она. - Можете звать меня Эммой. А себя как называть прикажете?
  - Это Ира. А это Катерина, - расплылся в улыбке появившийся в легкой дымке Генри. А это моя мама, если она еще не сообщила.
  - Так это твои гостьи? Ты же вроде собирался только одну привести! - улыбка Эммы становилась весьма ехидной.
  Генри, веселясь, развел руками. Забавно подмигнул матери, затем нам. И пригласил всех в Хижину.
  Хижина, на мой взгляд, называлась так вполне справедливо. Хотя по ней, разумеется, нельзя было сказать, что это жилище бедняка. Добротная кладка темного кирпича. Соломенная крыша (по крайней мере, сверху точно торчало что-то похожее на солому). Веселенькие шторы на небольших окнах. Редкая изгородь вокруг. И зелень. Все утопало в ней. Деревья, кусты, трава. Сочные, радостные. Какие-то даже немного чужеродные по сравнению с высящимися вокруг голыми горными вершинами.
  Генри открыл огромную деревянную дверь, явно рассчитанную не на гномов, и мы вошли.
  Первое, что бросилось в глаза - камень. Большинство вещей были вытесаны из камня. И как вытесаны. С каждой полки на нас смотрели резные вещицы, изготовленные чьей-то умелой рукой. Подверглось обработке и дерево. И глина. Этот дом я бы по полному праву назвала раем для ремесленника. Все здесь было сделано собственноручно.
  Эмма пригласила нас к столу. Налила по кружке ароматного деревенского молока. Отрезала по ломтю не менее ароматного пирога. И поинтересовалась:
  - А которая из вас новенькая?
  - Новенькая, это я. И извините, что так невежливо на вас набросилась.
  - Ну, вы - новенькие, всегда немного неадекватны, - отмахнулась Эмма и обратилась к Кате. - А ты у нас кем будешь?
  Вопрос смутил Катю. Поэтому отвечать за нее стал Генри:
  - Катя - самая молодая из Мудрейших. И мой друг, между прочим.
  Эмма благодушно улыбнулась Кате и недоуменно взглянула на дверь, в которую по успевшей уже сегодня сложиться традиции стучали:
  - Генри, а ты никого из своих.... друзей по дороге не потерял? Сегодня ведь, если не ошибаюсь, не день для экскурсий.
  Гном досадливо вздохнул:
  - А когда это наше расписание останавливало этих ненасытных исследователей. Привыкли к тому, что я к ним хорошо отношусь, и пользуются.... Пойду, наверное, сооружу грозную рожу, ткну пальцем в часы посещений и закрою дверь на ключ....
  С этими словами, придав лицу обещанное грозное выражение, Генри отправился к двери. Оттуда послышался его недовольный голос, перешедший почему-то в ворчливо-радостное приветствие.... Через минуту Генри вернулся. Не один. И, указав на приведенного с собой гостя, сообщил Эмме:
  - Вот, любимец твой. Дам моих отбивать пришел. - И тут же предупредительно обратился к Роману. - Учти, на Катерину можешь даже не смотреть. Я никогда не был столь близко знаком с Мудрейшей. - И подмигнул Кате.
  "Предупрежденный" Роман преувеличенно вежливо поздоровался с Катериной. Кивнул мне. И заключил Эмму в добродушные объятия. Затем осведомился о ее здоровье, о количестве новых подружек Генри и, попросив себе "тоже чего-нибудь съедобного", уселся за стол.
  - А как ты узнал, где мы? - полюбопытствовала я.
  - При помощи магии.
  - Каким образом?
  - Это сложная система, завязанная на Прорицании. А вернее на тех структурах судьбы, которые для простоты именуют деревьями. Тебе о них что-то известно?
  - Еще бы! - фыркнула Катя. - Мне пришлось прочитать ей полный курс и про деревья, и про "жгучего брюнета"....
  - Понятно. - Роман продолжал. - Так вот, два человека знакомы. Значит, их деревья пересеклись. Чем ближе степень знакомства, тем больше период пересечения. А у учителя и ученика ветви во многом сплетаются. Поэтому нужно обратиться к Провидцу (читай, Мудрейшему), попросить взглянуть, просчитать кое-что....
  - Подожди-ка! Катя говорила, что на это "просчитать" ей полгода нужно! - я обвиняюще уставилась на Катю.
  А Роман продолжал:
  - Но Катя твое дерево видит впервые. Плюс ей надо производить огромное количество базовых вычислений. А тот Мудрейший с моим деревом уже знаком....
  - А зачем он с ним знаком? И кто этот Мудрейший? Я думала, что они у вас - нечто вроде недоступной элиты.... Ну или, по крайней мере, не предназначенной для "знакомства"....
  - Это ты неправильно думала, - сообщил Роман. - Вот взгляни хоть на Катю. Они вполне нормальные люди. К тому же, насколько я могу судить, они очень хотят быть нормальными. А того Мудрейшего ты, если я не ошибаюсь, видела у Тимофеича в магазинчике. Этот Павел - Катино руководство, между прочим. А деревом он моим занимался, потому что....
  - .... оно у тебя "важное"? - мгновенно переключилась я.
  Роман задумался:
  - Видишь ли, он сказал, что "при известном стечении обстоятельств, за которое ты, Роман, совсем не отвечаешь, твое "дерево" может стать просто исключительным".
  - А он сообщил, что это за обстоятельства?
  - Он хотел меня предупредить, несмотря даже на то, что у них такие предупреждения....
  - .... мягко говоря не приветствуются, - вновь перебила его я.
  - Именно так он сказал! А ты откуда?... Впрочем, что это я спрашиваю, недаром Катя жаловалась на "полный курс". Только я такую предопределенность не приемлю. Поэтому отказался. А сегодня мне потребовалось выяснить, куда подевалась моя ученица. Вот мне и сообщили, что, "судя по пересечениям" чего-то там с чем-то там, она здесь. И я явился читать нотации!
  - А тут, оказалось, что нотации не требуются, потому что с нами Катя. - Радостно сообщила я. И поинтересовалась. - А как, собственно, ты здесь оказался, если тебе нельзя колдовать?
  - Колдовать нельзя тебя. А мне всего лишь не рекомендуется.
  - Это означает, - ехидно сообщил Генри, - что у него сейчас, как и полагается, очень болит голова, и ему очень хочется, чтобы еще кому-то было не очень приятно.
  Роман как-то нехорошо глянул в сторону Генри:
  - Голова у меня действительно болит, но это вовсе не означает....
  - Подожди, - перебила его Эмма. - Сядь.
  Роман послушно сел. А Эмма подошла к нему сзади. Обхватила сильными руками голову. Надавила на виски. На затылок. Потом устроила на голове забавный ершик, поцеловала в макушку и, сообщив, что "все прошло", отправилась за новой порцией молока.
  Роман озадаченно поводил головой, потом осторожно потряс ею и широко улыбнулся:
  - И вправду прошло!
  - А ты что думал! - хохотнул Генри. - У нашего народа такой пивопитейный стаж, что без такой магии мы просто не можем.
  - А меня так можно? - обрадовалась я.
  - А у тебя что-нибудь болит? - ехидно поинтересовался Роман.
  Не обратив внимания на его слова, я повторила свой вопрос, когда Эмма вернулась. Эмма сообщила мне то же, что и Роман. Причем с теми же интонациями....
  Генри тем временем убрал со стола. И пригласительно кивнул в сторону двери. А Роман, наконец, поинтересовался, по какому поводу мы здесь собрались. Ознакомившись с целью визита, он одобрительно улыбнулся и вызвался идти с нами. Генри был не против, мы с Катей - тоже. Поскольку больше согласия ни у кого спрашивать не пришлось, мы отправились.
  Как выяснилось, от хижины к Дворцу шла узенькая тропинка, которую со всех сторон окружали зеленые заросли. К тому же, сама Хижина находилась, да простят меня любящие архитектурные термины гномы, в яме. А если быть более точной, то эта яма находилась на холме, с которого открывался вид на Равнину. Все это объяснил Генри, когда Катя поинтересовалась, когда закончится подъем.
  - Вообще-то, - добавил он, немного помолчав, - можно пройти к Дворцу и через подземный ход. И даже - через портал. Но поскольку вы с Ириной здесь впервые, не стоит лишать вас такого зрелища.
  - Тем более что до "зрелища" не так уж и далеко осталось, - уточнил Роман, заворожено уставившись куда-то вниз.
  Вслед за ним взглянули и мы.
  Дорожка, по которой мы шли, заканчивалась крутым обрывом.
  А внизу.... внизу....
  - Ущипните меня, - прошептала я.
  Но всем было не до того. Даже Генри, который явно не впервые видел этот пейзаж, замер в восхищении. Что и говорить про нас....
  Не знаю, как это описать. Зелень... Много зелени. Разной. Все оттенки зеленого цвета. Растения и деревья всех сортов и размеров. Вода во всех ее проявлениях: источники, фонтаны..... Рай, одним словом.
  И мощная, могучая полугора-полудворец в центре.... Восхитительная. Угрожающая. Спокойная. Прекрасная.
  - Вечная, - прошептал Роман.
  - Вы еще не знаете, как все это выглядит ночью при свете звезд, - с нескрываемой гордостью изрек Генри. - Представьте тишину. Ночную тишину. И шелест ветра. И чуть слышно журчит вода. И деревья ведут свой неспешный молчаливый разговор. Не видно зелени. Темно. А в центре. Высится исполинская, могучая вершина. Абсолютно черная, если небо затянуто. Но стоит только тучам разойтись, как становятся видны все истинные плоды труда гномов. Каждый металл, каждый камень по-разному отражает лунный свет. Дворец сверкает резными узорами. Золотом и серебром....
  - И мы это увидим? - Катя вопросительно взглянула на Генри.
  Тот кивнул:
  - Конечно, увидим. Мы же теперь до ночи пробудем во дворце....
  То, что было дальше, мне помнится смутно. Помню спуск по почти отвесной лестнице. И режущее глаза великолепие. Поначалу немного гнетущее. Но такое.... великолепное.... Помню резные стены Дворца, тянущиеся ввысь и вширь, насколько хватало взгляда. Помню, как отворились врата....
  А затем, комната за комнатой каждой своей чертой рассказывали нам об искусстве гномов. Камень, камень, камень и еще раз камень. Огромные гранитные колонны. Резные переходы. Драгоценности. Узоры. Лепнина.
  То сверкающий блеск. То мягкий матовый свет.
  То грубая отделка. То изысканная вязь....
  Гимн искусству гномов....
  Мы бродили по дворцу с застывшими на лицах ошеломленными, восхищенными выражениями. Молча. Потому что нужно было быть поэтом.... бардом.... чтобы словами описать все то, что открылось нашему взгляду.
  Из этого восторженного оцепенения нас вывел Генри, сообщив, что сейчас покажет нам кое-что еще. Представить нечто, еще более восхитительное, мы были просто не в состоянии. Поэтому молча отправились за ним.
  Комната, в которую провел нас Генри, была по меркам Дворца небольшой. И странной. Если судить по этим же меркам.
  - Это же обыкновенная комната! - сообщила я Генри.
  - Ты думаешь, мне это неизвестно? - осведомился он.
  Катя, похоже, ничего обыкновенного здесь не видела. Она восторженно завопила:
  - Компьютер?!
  - Вот и показывай им после этого достижения нашей цивилизации. По Дворцу ты, Катерина, все больше молча ходила. А тут углядела какую-то людскую железяку и вопишь, как резаная!
  Пришлось Катерине объяснять причины своей радости. Генри, выслушав, смиловался и выжидательно уставился на нас.
  - Ты хочешь, чтобы мы спросили, зачем ты нас сюда привел? - догадалась я.
  Генри кивнул. И я уже было собиралась задать этот вопрос, как Роман, указав на стену, спросил:
  - А это здесь зачем?
  "Это" - оказалось огромным монитором, по размеру занимающим всю левую стену комнату.
  - Это, собственно, и есть то, ради чего я вас сюда пригласил. "Это" - чисто коммерческая затея. Но, как и большинство коммерческих затей, она пришлась по душе туристам.
  - А в чем ее смысл? - не удержалась я.
  - В том, что ты платишь деньги, - рассмеялась Катя.
  Генри тоже развеселился, но принялся объяснять.
  - В компьютере содержится около миллиона картинок с видами Равнины Чудес. И ты можешь выбрать понравившуюся тебе картинку. Написать свой адрес. Пару строк себе, если захочешь. Выбрать праздник, на который хочешь эту открытку получить. Заплатить деньги.... И ждать праздника!
  - А только свой адрес?
  - И только свое имя. Нельзя, чтобы эта открытка попала к.... непосвященным. На тот случай, если кто-нибудь захочет.... пошалить с адресами, на этот компьютер столько заклинаний правды наложено, что захочешь соврать, ничего не выйдет!
  - Генри! А можно я заполню все это, а ты там, где есть место, черкнешь мне поздравления?
  - Можно, - согласился Генри. - А с чем я тебя буду поздравлять?
  - Давай.... с Новым Годом.
  Выбрав картинку с видом ночного Дворца, я отошла от клавиатуры. Генри быстро что-то напечатал. Потом опустил монетку в специальную прорезь ("это все-таки мое поздравление"), нажал кнопочку и, получив подтверждение от компьютера, предложил Кате выбрать открытку.
  Катя с радостью приблизилась к незнакомой машине.... Короче говоря, свое поздравление она, "постигая все возможности людской науки", отправляла в течение часа. Закончилось это моим клятвенным обещанием предоставить ей свой компьютер для обучения и обещанием Романа подарить ей ноутбук, "чтобы отец не узнал". А также лекцией на тему "что такое ноутбук". Генри вновь что-то напечатал. Опустил монетку. И вопросительно посмотрел на Романа.
  - Я переживу, - отмахнулся тот.
  А Катя, взглянув на часы, сообщила, что "пора смотреть на ночной Дворец".
  - Только, - поразмыслив, добавил Генри, - я сейчас открою портал куда-нибудь поближе к обрыву. И посмотрим мы оттуда.
  Спорить с ним, памятуя о крутом спуске и, как результат, ожидавшемся крутом подъеме, не стал никто.
  Генри достал из кармана четыре фотографии с изображением тропинки, протянул нам карандаши и скомандовал:
  - Пишем слово "Портал".
  Дабы не ошибиться, я решила взглянуть, каким образом действуют остальные. Катя с Генри все еще сидели ко мне спиной (за компьютером, разумеется) и помочь, соответственно, не могли ничем. А вот Роман понимающе посмотрел на меня:
  - Требуется помощь?
  Я облегченно улыбнулась:
  - Скорее, пример!
  - Это просто. Берешь картинку, карандаш и в любом месте пишешь слово "Портал". Латинскими буквами.
  - А почему латинскими?
  Он пожал плечами:
  - Потому что давно дело было.
  В этот момент и Генри и Катя повернулись. Катя поднялась. Положила фотографию, вокруг которой уже начинал кружиться золотистый свет, на пол. В метре от нее положил свою фотографию Генри. Свет над каждой из них образовал нечто наподобие светящихся воронок. Первой в нее шагнул Генри. И исчез. Воронка совершила еще один полукруг, а затем, подхватив фотографию, растаяла. Следом шагнула Катя.
  - Запомнила? - спросил Роман, когда растаяла вторая фотография.
  Я утвердительно кивнула. Роман, посчитавший свою миссию исполненной, вернулся к своей картинке. Я же, высунув язык, принялась выводить необходимые буквы. И только закончив, поняла, что что-то сделала не так.
  - Ээээ... - попыталась я привлечь внимание уже стоящего перед открытым порталом Романа.
  - Что-то не так?
  - Я просто хотела уточнить, будет ли работать портал, если написать на нем что-то.... не то?
  - Например? - приподнял он бровь.
  - Например, написать не латинскими буквами...
  - Да он работать не будет, ошибись ты с одной буквой.... А тут.... Он даже на неразборчивые почерки не реагирует. И, что самое плохое, он теперь в принципе не будет работать.
  - А что же делать?
  Он задумчиво запустил руку в волосы.
  - Знаешь, портал, вообще-то, не индивидуальная штука. То есть он рассчитан на одно перемещение. Но сколько людей за это перемещение через него пройдет, ему не важно.
  - А зачем тогда их выдают каждому?
  - Это удобно. Это... этично, что ли.
  - Ааа, - протянула я.
  - Значит так, - принял решение Роман. - Я беру тебя за руку. И на счет три мы шагаем....
  - Ром.... А мы туда вместимся?
  - Что?
  - По-моему, портал немного узковат....
  Роман оценивающе взглянул на него:
  - Ты права. - Он задумался. - Тогда, наверное, я тебя обниму.... И мы.... должны будем вместиться....
  Я пожала плечами. И шагнула к нему. Он положил руки мне на плечи:
  - Вот.... Идем....
  Не знаю, как это получилось. Но я занервничала. То ли испугалась. То ли.... Не это важно. Важно то, что я принялась теребить цепочку все еще находящегося на мне Амулета. И старательно думать о чем-то.... другом.... К примеру, о красоте ночного Дворца.... И поляне, с которой эту красоту можно увидеть.... Как назло, соответствующую картинку я запомнила на удивление точно.... Потом появилось ощущение.... Странное.... Как будто что-то тянуло меня в разные стороны. На всякий случай я закрыла глаза.... А затем в голове поселилась боль....
  - Больно? - поинтересовался Роман.
  - Больно.
  - Вот и мне больно, - досадливо сообщил он. - Ир.... Ты глаза бы открыла.
  Глаза я открыла. На свою голову.
  - Я, кажется, понимаю, что произошло, - сообщила я ему.
  - А толку?
  - Ну.... - я старалась быть рассудительной, - это все равно лучше, чем неведение.... Наверное.... А почему и у тебя голова болит?
  - Потому что Амулет был только на тебе. И мне пришлось бороться с магией портала, чтобы ты не оказалась здесь в гордом одиночестве.
  - Понятно.
  Я рассматривала прекрасный пейзаж, стараясь не обращать внимания на пульсирующую в голове боль.
  - Только не делай вид, что тебя так занимает пейзаж....
  - Злишься?
  - Злюсь.
  - А мои извинения могут помочь?
  - Ир.... я не то чтобы на тебя злюсь.... Я в принципе злюсь. Как-то все это слишком несуразно получается.
  - А я не говорила? Со мной так часто получается.
  - Как так?
  - Несуразно.
  - Спасибо, что предупредила.
  - Обращайся....
  Боль в голове становилась нестерпимой. Я присела. Рядом устроился Роман.
  - Так, - заговорил он. - Если мы переместимся в Хижину, то нам уже и Эмма не сможет помочь.
  - А у гномов нет каких-нибудь специалистов?... Не знаю, как это называется.... Целители.... Или что-то в этом роде. Кто-то покруче Эммы?
  Он хмыкнул:
  - Ты сейчас будешь смеяться. Но Эмма и есть Целитель. Причем, выражаясь твоими же словами, один из самых крутых....
  - И почему я не удивлена? - протянула я. - А еще какие-нибудь варианты есть?
  - Порталов у нас больше нет.... А пешком идти нельзя. По крайней мере, сейчас.
  - Почему?
  - Днем тут действуют какие-то защитные механизмы. А вот по ночам местная природа становится на удивление опасной.
  - Здорово!
  - У меня на языке вертятся немного иные слова, - досадливо сообщил он. - А хотя.... Мы, наверное, можем здесь переночевать. Я думаю, Катя вполне сможет понять, что с нами произошло. И как нас найти.
  Я обвела взглядом окружавшую нас поляну, почему-то разом утратившую свою красоту.
  - Здесь?
  - У нас все равно нет выбора. Минут через пятнадцать оба заснем как миленькие. Мало того, что перемещались при нехватке сил. Так еще и с порталом сражались. Единственное, что хорошо, так это теплый здешний климат. Ну и то, что ты все-таки представила поляну, а не заросли какие-нибудь.
  - А чем плохи заросли?
  - А в них опасно, - жизнерадостно напомнил Роман.
  - Чудно! - резюмировала я. - И какое место на этой поляне лучше всего подходит для сна?
  - Центр поляны, разумеется.
  - ... разумеется... - передразнила я.
  Ни центр поляны, ни сама поляна у меня особого энтузиазма не вызывали. Как и перспектива сна в незнакомой и, как оказалось, опасной местности. Но выбора не было: слабость уже давала о себе знать. Поэтому я, постаравшись разместиться как можно более удобно, улеглась на траву. Успела почувствовать, что рядом лег Роман. И провалилась в сон.
  Глава седьмая,
  которая начинается с пробуждения,
  а заканчивается у закрытой двери
  
  Проснулись мы одновременно.
  Обнаружив себя уютно устроившейся где-то в районе его подмышки, я смутилась. И поспешно отодвинулась. Роман тоже немного резковато отстранился.
  - Что-то я подозрительно часто стала проводить ночи в твоем обществе, - решила я разрядить обстановку.
  Роман на мое "решение" не отреагировал никак. То есть не так, как я планировала. Он странно на меня взглянул. И собрался что-то сказать.
  Что именно, мне так и не удалось выяснить. Потому что в этот момент заговорил Геннадий Тимофеевич. Весьма ехидно заговорил.
  - Как спалось?
  Роман сухо сообщил, что "спалось, кажется, неплохо". А я, пытаясь выяснить, откуда здесь взялся его голос, обернулась.
  Геннадий Тимофеевич, как впрочем, Эмма, Генри и Катерина, обнаружились удобно разместившимися под одним из окружавших поляну раскидистых деревьев. Разместились они там, разумеется, не просто так. А с комфортом. Что подразумевало наличие ломящегося от всяческих вкусностей стола и вполне вместительных кресел.
  - Завтрак ждет, - сообщила Эмма.
  - Это хорошо, - согласилась я. И, подтверждая свои слова, кивнула. Затем, дабы проверить предположение, кивнула еще раз. - А голова у меня больше не болит?
  Роман недоверчиво взглянул на меня. Но на всякий случай тоже сделал пару резких движений.
  - И у меня не болит....
  - Конечно, не болит! - немного ворчливо сообщила Эмма. - Зря я, что ли, поднимала на ноги всех наших лучших Целителей? И полночи не спала вместе с ними? Кстати, я бы настоятельно рекомендовала вам позавтракать! С таким истощением не шутят. И еще.... Вы оба можете сказать мне "спасибо"!
  - Спасибо! - хором ответили мы. Но с места не двинулись.
  Не знаю, почему не вставал Роман. Но лично я чувствовала такую слабость и апатию, что даже самой становилось противно.
  Катя задумчиво присматривалась к нам. Затем, очевидно, придя к какому-то выводу, протянула:
  - Понятно. Делать мы ничего не хотим и не будем.... И вообще, оставьте нас в покое.... Так?
  - Так, - равнодушно согласилась я.
  А Катя обратилась к Геннадию Тимофеевичу:
  - Тогда у нас нет выбора.
  - Уверена? - Он, будто прося подтверждения, вглядывался в ее лицо.
  Катя ответила кивком.
  - Что ж, - поднявшись, обратился к нам Геннадий Тимофеевич, - я, на всякий случай, извиняюсь за то, что сделаю. Но выбора у нас действительно нет. Иначе вы здесь еще очень долго сидеть будете.
  С этими словами он резко тряхнул руками и прочел в сущности знакомое мне заклинание:
  "Тучки-тучки, прилетите,
  Иру с Ромой намочите.
  Целый год, как из ведра,
  Льет на них пускай вода!"
  Я недоверчиво уставилась на него. Затем на Романа, который, судя по выражению его лица, ничего подобного тоже не ожидал.... Еще я успела разглядеть нечто ржавое, коварно разместившееся прямо над моей головой....
  .... Проняло меня, разумеется, не с первого ведра. И даже не с пятого. А вот седьмое я ощутила очень даже.... по-настоящему. На десятом вскочила на ноги. И сообщила с интересом наблюдающей за этим действом четверке, что "бодрости" мне уже вполне хватит. Роман присоединился к моему протесту. И заклинание усилиями на этот раз Кати было отменено. Катя (надо отдать ей должное) извинилась "за происшедшее". А Эмма вновь предложила позавтракать.
  Заподозрив, что в случае отказа нам снова будут угрожать ведерками, и поделившись своим подозрением с Романом, я, путаясь в насквозь промокшей юбке, отправилась к столу. И первым делом попросила высушить нас.
  - Климат здесь теплый. Поэтому не простудитесь. К тому же, пока ваша одежда мокрая и холодная - у вас будет лишний повод для бодрости, - невинно отреагировал Генри. Чем заслужил не слишком добрый взгляд Романа. И мои не слишком добрые мысли. К счастью, надежно сокрытые кусочком малахита.
  - Насчет надежно сокрытых я бы не была столь уверена, - опустив глаза в чашку, "обрадовала" меня Катя.
  В моей голове начался сложный мыслительный процесс, в результате которого я точно установила, что, во-первых, не говорила вслух. А, во-вторых, на мне абсолютно точно был малахит.
  Роман поймал мой непонимающий взгляд. И сообщил, что на Провидцев малахиты и прочие блокираторы не действуют.
  Приняв к сведению очередное правило, я плюхнулась в заботливо отодвинувшееся кресло:
  - Сервис, однако....
  .... Тяга к жизни ко мне вернулась где-то после четвертого пирожка и, кажется, третьей чашки какао. А дальше дело пошло на лад настолько, что я даже смогла принять участие в разговоре.
  Разговаривали, разумеется, о "ночном недоразумении" (как тактично назвала его Эмма). И о том, каким образом можно вернуть двух волшебников в их мир. Естественно, с наименьшими затратами. Версий было высказано немало. И все, как говаривала моя бабушка, с затеями. Только все они отметались "дееспособными" волшебниками, совсем не горевшими желанием "вот так же свалиться с головной болью".
  В конце концов, победило предложение, которое, на мой не искушенный всякими магическими премудростями взгляд, должно было прежде других прийти на ум:
  - А почему бы вам не сделать для нас портал?
  На самом деле, я ожидала сдержанных смешков и терпеливой лекции на тему "Почему нельзя навешивать порталы между мирами". Вместо этого Катя поперхнулась чаем. Роман удивленно уставился на меня. А Геннадий Тимофеевич захлопал в ладоши (чем поразил меня до глубины души!).
  - Нет, ну это же надо! - он даже привстал. - Считаешься великим волшебником. Мастером магии, так сказать. И тут приходит какая-то девица, которая и о чудесах-то всего-то пять дней, как узнала. И два из этих дней она провалялась в беспамятстве! И находит единственно правильное решение!
  Моя природная скромность не дала мне промолчать:
  - Это все потому, что мне, кроме порталов и перемещений, другие способы не известны. А вы уже давно привыкли работать.... "масштабно", с изюминкой.... Я же в вашем разговоре все равно ничего не поняла.... Вот и предложила то, что мне доступно.... То есть известно....
  Катя вновь приняла задумчивый вид:
  - Тогда действовать будем таким образом. Мы с Геннадием.... Тимофеевичем отправляемся в наш мир. Там сооружаем порталы. Возвращаемся сюда (то есть в Хижину Генри). И ждем вас там. А вы, - она ткнула в нас пальцем, - идете в Хижину! Вам сейчас очень полезно погулять на свежем воздухе....
  - Да мы и так.... всю ночь уже здесь.... гуляем.... - на всякий случай напомнила я.
  - Ничего, - не растерялась Катя. - Лишняя прогулка еще никому не вредила.
  Геннадий Тимофеевич поднялся:
  - Я, наверное, пойду. А ты, Катерина, тоже закругляйся. И в магазинчик.
  - Хорошо, - успела ответить она, и Геннадий Тимофеевич исчез.
  Катя же задержалась. Она что-то прошептала на ухо Эмме. Затем изящным движением палочки лишила поляну "комфорта".... И лишь после этого, пожелав нам счастливой дороги, исчезла.
  - Насчет дороги.... - включился в разговор Роман. - Мы вчера так и не успели выяснить, куда нас занесло.
  - Если тебя интересует, насколько далеко вы находитесь от Хижины, могу сразу сказать, что не так далеко, как вы, видимо, вчера решили. Всего полчаса ходьбы самым медленным шагом, - любезно предоставил информацию Генри.
  А Эмма спросила:
  - А вы хоть на ночной Дворец вчера взглянули,... путешественники?
  Я порылась в памяти:
  - Точно не скажу. Но, если не ошибаюсь, когда я вчера эту местность обозревала, я видела что-то светящееся в районе во-о-он той горы.... Ой.... Это же и есть Дворец....
  - Вот именно. Дворец ты и видела. - Подтвердил мои слова Роман. - И даже пыталась сделать вид, что это безумно интересное зрелище.
  - Я так понимаю, - сконфуженно резюмировала я, - что вчера он меня не впечатлил....
  Генри хмыкнул. И, предложив Эмме руку, направился по еле заметной тропинке куда-то вглубь:
  - Пора идти!
  Разумеется, мы направились следом.
  Тропинка мне не понравилась. Да и вообще, я вряд ли смогла бы сказать, что получала удовольствие от этой "прогулки": в туфлях противно хлюпала вода, одежда не менее противно прилипала к телу и мешала идти. А тут еще Роман решил задать вопрос, который и так мучил меня все утро:
  - Ир, - сказал он.
  - Да? - с энтузиазмом поддержала я беседу.
  - Я тут подумал. Над нашим.... перемещением....
  - Да, - снова сказала я, но уже с меньшим энтузиазмом.
  - Так вот, я, конечно, понимаю, как мы здесь оказались. Сам механизм. Но вот никак не могу понять, с чего ты вообще все это.... устроила....
  Ага. Нашел, что спросить! И у кого? У меня!!! Я же, если пятнадцать раз на дню не покраснею от смущения, значит, я заболела и краснею от температуры! Третьего не дано! И что я должна была сказать?! Что его объятья (слово-то какое!) вывели меня из состояния равновесия?!...
  Поскольку подобное я могла выдать только под пытками, пришлось импровизировать.
  - Ром.... - я состроила задумчивую физиономию. - Я, собственно, и сама толком не знаю, с чего все это учудила....
  - Прости? - переспросил он. И скользнул по мне недоверчивым взглядом. Чем до ужаса перепугал.
  Поэтому я поспешила развить мысль:
  - Я сделала это, потому что не знала, что так нельзя делать. И что это может привести к каким-то последствиям. Я думала: зашла в портал... и все. То есть я, конечно, вряд ли все это думала.... Но я просто не знала.... Вот....
  Переложив, таким образом, проблемы с больной головы на здоровую, я облегченно вздохнула и сосредоточилась на ходьбе.
  Но Роман, похоже, не счел это проблемой. Вспомнив о том, что на него, как на учителя (ну, или ликвидатора всяких неприятных последствий), возложены определенные обязанности, он разразился длинной лекций о конфликтующих отраслях магии, которую я, к стыду своему, почти полностью прослушала, погрузившись в мысли о.... портале. А если быть более точной, то услышала я вот что:
  - .... это, в сущности, все, что может иметь хоть какое-то практическое значение. Но если захочешь углубиться в теорию, скажи мне, и я дам тебе книгу.
  Не успела я поблагодарить его за "познавательный рассказ" и сообщить, что, "разумеется, я хочу прочитать эту книгу" (еще бы!), как Генри объявил, что мы пришли.
  Я удивленно уставилась на Хижину:
  - Мы так незаметно подошли....
  - Это потому, - пояснила Эмма, - что шли не с той стороны, что вчера. Здесь заросли подступают к Хижине вплотную. И увидеть ее можно только в самый последний момент.
  - Который как раз наступил.... Что ж, - Генри указал на дверь, - я думаю нас.... то есть вас, - красноречивый взгляд в нашу сторону, - уже ждут....
  Нас действительно ждали. Катерина и Геннадий Тимофеевич молча протянули нам фотографии.... моей квартиры:
  - Мы решили, что так будет удобнее всего, - пояснила Катя. - Причем, удобнее всего будет тебе. Потому что ты сразу будешь дома. Да и Лилька сказала, что твой кот.... соскучился.... И плохо себя ведет....
  - У него, кстати, тоже есть кот! - стараясь учесть интересы всех "пострадавших", указала я на Романа.
  - А он его предусмотрительно отдал другу.
  - Предусмотрительно? - непонимающе переспросила я.
  - Знаешь, Ир, - Роман кисло улыбнулся, - когда тебе грозит истощение, а твоя подопечная, которой вообще грозит смерть, мотается между мирами, предусмотрительность не бывает излишней.
  - Знаешь, Ром.... - передразнил Геннадий Тимофеевич. - Когда тебе грозит истощение, то можно, если ты, разумеется, действительно предусмотрительный волшебник, послать в "спасательную" миссию кого-то, у кого с магическими силами все в норме.
  - Он прав, - согласился Генри.
  Роман промолчал.
  А я попросила карандаш.
  - Зачем? - подозрительно уставилась на меня Катя.
  - Чтобы активировать портал....
  - Ну, уж нет! - заявила она. - Вот доставим тебя домой. И там, - она особо выделила это слово, - упражняйся сколько угодно! А здесь все напишу я. Кстати, не забудь снять Амулет и положить его в карман.... На всякий случай....
  Теперь пришел мой черед обиженно помалкивать.
  К счастью, молчание не затянулось: Кате потребовалось лишь несколько секунд, чтобы порталы заработали. Столько же она потратила на то, чтобы снять с меня Амулет....
  Я неловко попрощалась с гномами. И шагнула в воронку.
  Почувствовала, как меня резко дернуло. Сплющило. И растянуло.
  И поняла, что уже дома.
  Рядом со мной появился Роман. А затем и контролировавшие наше перемещение Катя и Геннадий Тимофеевич....
  Краткий осмотр комнаты позволил сделать вывод о том, что, в процесс изготовления порталов были вовлечены также Настя, Лиля, Саша и смутно знакомый мне мужчина. Который оказался тем самым Пашей - Провидцем, другом Романа, Катиным руководством, автором статьи про "Властелина колец".... и парнем, за спиной которого я так неудачно возникла....
  Он выглядел встревоженно. Саша - взволнованно. Настя - заинтересованно. Лилька, разумеется, ехидно.
  В компанию "ожидающих" затесался и Пушок. Который выглядел обиженно. При моем появлении он распушил хвост. Недовольно мяукнул, оповестив всех о своем взгляде на мое длительное отсутствие. И гордо удалился.
  Решив не дожидаться какой-нибудь замечательно остроумной реплики, явно готовой сорваться с Лилькиного языка, я перешла в наступление:
  - Лиль. Ты могла бы и догадаться, что Пушка надо покормить!
  - Покормила, - безмятежно сообщила она. - И хоть я, в отличие от некоторых, предпочитаю ночевать дома, но добралась сюда, приняла участие в изготовлении портала и разобралась с соседями, котором Пушок мешал спать. И, - с особым нажимом добавила она, - вернула квартиру в ее первозданное состояние.... Потому что оскорбленный твоей пропажей кот порезвился здесь очень даже неплохо!
  - Спасибо.... - переварив эту новость, произнесла я. И добавила, - ....всем вам.
  - Да. Действительно, спасибо, - присоединился Роман. - И тебе, Паш, тоже.... Но вас здесь, по-моему, много для двух порталов.... Ты-то точно мог не беспокоиться.... Сам ведь знаешь, что в этом ничего страшного нет....
  - Может, и нет, - пожал тот плечами, - только я предпочитаю убеждаться в таких вещах лично.
  - Ну, убеждайся.... - хмыкнул Роман.
  С этими словами он протянул Паше руку. А тот, как мне показалось, только этого и ждал. Он пожал ее. На какую-то долю секунды застыл. Столь же мимолетно нахмурился. А затем, взглянув на меня, произнес:
  - А Вы, если я правильно помню, Ирина?
  Я кивнула:
  - Да, Вы правы. Я Вас тоже помню.
  - Приятно познакомиться, - широко улыбнулся он. И снова протянул руку.
  На руку его я смотрела как на ядовитую змею. Затем, решив, что выражение моего лица может оказаться недостаточно красноречивым, пояснила:
  - А можно я не буду этого делать?
  - Ты о чем? - поинтересовалась оценившая и выражение и пояснение Настя.
  - Ирина, - пояснил в свою очередь Павел, - не хочет, чтобы я заглянул в ее будущее. Она вполне справедливо полагает, что мне для этого будет достаточно рукопожатия.
  Катя удивленно всмотрелась на меня:
  - И вправду не хочет.... Но почему? Поверь, Ир, он с миссией "предсказателя" справится гораздо лучше меня. Да и качественнее.... Ты же хотела узнать.... Или уже не хочешь?
  Я смутилась.
  - Я не не хочу. Просто я его не знаю.... И вы оба читаете мои мысли! Так нечестно! - возмутилась я, маскируя смущение.
  - Они всегда так делают. Они же Провидцы. Да еще и Мудрейшие. У них работа такая, - поспешила успокоить меня Настя.
  - Если Геннадий Тимофеевич, - не унималась я, - может контролировать свои способности, то почему этого не делает Мудрейший?
  - Потому что, - сообщил Павел, - мы и не должны их контролировать: мы никуда не попадаем просто так. Если уж где-то оказались, значит, нам в этом месте обязательно нужно о чем-то узнать.
  - Узнали? - поинтересовалась я.
  Он как-то невесело усмехнулся:
  - Узнал.
  - Надеюсь, сейчас, - премило улыбнувшись, изрекла я, - вам не составит труда узнать все то, что я думаю о вашем умении.
  - Не кипятись, Ир! - остановила меня Саша. - Я понимаю, это немного дико звучит. Но они так устроены. Провидцы. И они никогда и никому, кроме своих коллег, ничего из "подслушанного" не расскажут. Да и расскажут только в том случае, если эта информация потребуется для анализа.
  - Точно?
  - Точно. А сейчас вот. Тебе и Роману. - Саша извлекла из сумочки опробованные нами на балу конфеты и Эликсир. - Надеюсь, вы еще помните, что с ними делают?
  - Но у меня ничего не болит, - протестующее замахала я руками.
  - У вас все болит, - сообщил Павел. - Только вы этого не чувствуете. Магия гномов лишь нейтрализует боль. Но никакого оздоровительного эффекта оказать не может. А вам надо саму причину лечить. И Эликсир в этом деле - гораздо лучший помощник.
  - Запить, кстати, можете вот этим, - Геннадий Тимофеевич держал в руках чашки с тоже уже знакомым нам Укрепляющим Зельем. - Гарантирую, что оно хоть в какой-то степени перебьет вкус Эликсира.
  К последним его словам я отнеслась с приличной долей скепсиса, поэтому, прежде чем произвести все положенные манипуляции с лекарствами, мне пришлось собраться с мужеством.
  - Ну, как? - поинтересовался он, когда с содержимым бутылочек было покончено.
  - Лучше, конечно, чем на балу. Хотя это по-прежнему не входит в перечень моего любимого питья, - отдышавшись, заявила я.
  - Если кого-то интересует мое мнение, - добавил Роман, - то я абсолютно согласен с Ириной.
  Я присела на краешек дивана. И задала всерьез волнующий меня вопрос:
  - Кто-нибудь из вас знает, когда я на этот раз смогу применить магию?
  - "Тебе мало или тебе понравилось?" - тоном завзятого анекдотчика поинтересовалась Лилька.
  - А ты про магию или про головную боль? - передразнила я.
  - Она? - отреагировала Настя. - Она точно про боль.
  А Катя все-таки решила ответить на мой вопрос:
  - Роману - около трех дней, а тебе - около пяти.
  - А почему в прошлый раз говорили про неделю? Я думала, что срок продлится.... - удивилась я.
  - Я бы на твоем месте радовалась, - перебила Саша. - Просто оказалось, что ты восстанавливаешься гораздо быстрее, чем предполагалось.
  - А каким образом это оказалось?
  - Ну, это надо у Кати спрашивать.
  - Я вижу это, - загробным голосом мистика провозгласила Катя. Впрочем, через мгновение она уже безудержно смеялась.
  - Не совсем видит, конечно, - уточнил Павел. - Но для Провидцев такие сведения очевидны. Тут всего-то пару вычислений - и ответ готов.
  - Надо же. Никогда не соотносила магию с математикой, - задумчиво протянула я.
  А Роман хмыкнул:
  - Магия, как никакая другая наука, должна быть точной. И как никакое другое действие, должна быть обдуманной. Потому что иначе этому миру грозит как минимум хаос.
  - Кстати, о хаосе, обдуманности, точности и прочем.... Как насчет магов, стремящихся к мировому господству? Или глупых магов? Или просто несогласных с официальными Законами?
  - А вот поэтому мы и читаем мысли и занимаемся прогнозами, а также имеем еще кучу всяких утомительных обязанностей, - сообщил Павел. - И властолюбцев видим еще до рождения. Поверь мне, еще ни один из них не смог реализовать свой замысел. Особо отличающихся глупцов тоже помещаем под соответствующее глупости особое наблюдение. А в необходимых случаях либо сковываем их силы на определенный процент, либо вообще лишаем памяти о магии.
  - Только за глупость? - ужаснулась я.
  - Для справки, - вмешался Роман. - Если все здесь присутствующие объединят свои усилия, от этого мира не останется даже воспоминания. Мы, разумеется, ничего подобного не сделаем. А вот могущественный придурок может чего и похуже натворить. Причем, независимо от собственного желания.
  - А у вас войны есть? - поинтересовалась я. - Или они ликвидируются вместе с властолюбцами?
  - Да как тебе сказать, Ир. Не знай мы все так хорошо собственную историю, они, может, и были бы. Но мы и так - вымирающее племя. И все еще живем лишь за счет связей с людьми. А в своем родном мире мы, мало того, что вырождались. Так еще и мир почти разрушили бесконечными войнами за власть. Поэтому, можно считать, что неприязнь к подобному развитию событий у нас в крови.
  - Понимаю...
  - Так что, можешь не беспокоиться: захват этому миру в данный момент не угрожает.
  - Ну, раз так, - я старательно боролась с внезапно нахлынувшей зевотой, - тогда ладно.... А у вас нет еще какого-нибудь Зелья, чтобы спать не так хотелось?
  - А ты хочешь спать? - озабоченно спросил Роман.
  - Зевать, по крайней мере, я точно хочу, - сообщила я, подтвердив свои слова широким зевком.
  Ко мне мгновенно приблизилась Саша. Провела руками по лбу. По щекам. Подергала за кончики ушей. И удовлетворенно отрапортовала:
  - Все в порядке.
  - Что в порядке?
  - Спать ты действительно хочешь, - осведомила Саша. - Но это, скорее, от нервов и усталости. И еще от непривычки мало спать. Ничего смертельного. Но кого-нибудь с тобой все равно придется оставить....
  Первым отказался от роли "няни" Павел, сославшийся на непродолжительное знакомство и требующие выполнения служебные обязанности. Вслед за ним исчезла Катя, служебные обязанности которой тоже не вызывали сомнений. Не вызывали сомнений также Лилькино "не хочу", Сашино семейное положение, Настины курсы и магазинчик Геннадия Тимофеевича....
  - И как так получилось, что из всех возможных "соглядатаев" остался только почти не способный на магию я? - задал риторический вопрос Роман.
  - Почему-то мне кажется, что, даже заяви ты о чем-то срочном, они бы все равно успели переместиться раньше, чем ты дошел до двери.... К тому же, ты все равно можешь считаться специалистом по "спасательным операциям на грани истощения"....
  Не успела я договорить, как в центре комнаты появился поднос, заставленный двумя одинаковыми рядами с бутылочками. Разумеется, сопровождающийся подробной инструкцией по применению их содержимого и оптимистической припиской: "Они, конечно, противные, но когда кто-то пьет ту же гадость, что и ты, тебе самому уже не так противно". Стоит ли пояснять, что автором приписки была Лилька.
  Я насчитала ровно по двадцать бутылочек на каждого:
  - Это на сколько дней? - не решившись заглянуть в инструкцию, поинтересовалась я у Романа.
  - Это перед сном. Все вместе перед одним сном, - с тихим ужасом, оглядев поднос и инструкцию, сообщил он.
  - А предполагается, что в нас столько влезет? - скептически оценила я наши шансы.
  - Должно.... А после последней засыпаешь через двадцать секунд, - сверившись с инструкцией, отчитался Роман.
  Я же обратила свое внимание на бутылочки. Разнокалиберные, разноцветные, аккуратно пронумерованные, особого отторжения они не вызывали.... Немного, правда, пугало их количество, но тут уж я ничего поделать не могла.
  - Насчет спать.... - я по-хозяйски оглядывала комнату. - Вот этот диван тебя устроит?
  Роман, оглядев диван, одобрительно кивнул. А я задумалась:
  - Только я за двадцать секунд до спальни не добегу....
  - А я из спальни до дивана....
  После чего наши взгляды вполне закономерно уткнулись в пол, становящийся доступным и за менее продолжительное время....
  - Нет! Нет! Нет! И еще раз нет! - отрицательно замотала я головой. - Пусть вместе, но только хватит с меня неудобных поверхностей. Диван тоже вполне вместительный.... И прежде, чем снова спать, я хочу в душ....
  - Похвальное решение. А я пока позвоню Тимофеевичу: пусть он мне одежду переправит.
  Старательно обойдя поднос с бутылочками, я отправилась в ванную. Обрадованно устроилась под душем. И уже через пятнадцать минут решила, что жизнь не так уж и плоха.
  Освободив ванную Роману, который в период моего отсутствия тоскливо рассматривал потолок, я принялась изучать бутылочки и инструкцию.
  Инструкция была путаной. За пятым номером надлежало наполовину выпить бутылочку номер семнадцать, потом тринадцатую, первую, восьмую, пятнадцатую, четырнадцатую, двадцатую, вторую, снова вернуться к недопитой семнадцатой.... На мой взгляд, проще было пронумеровать бутылочки в необходимом порядке, чем все это писать.... Но поскольку в данном случае я была всего лишь потребителем, то решила строго следовать оставленной загадочным производителем рекомендации.
  Роман, тоже осчастливленный хоть и непродолжительным, но все же купанием, с моим решением согласился и мужественно взялся за отливавшую рубиновым цветом бутылочку номер пять. На вкус она оказалась очень даже ничего. Зато дальнейшие (и особенно растянутая на два приема семнадцатая), к сожалению, ничем подобным не могли похвастаться. Мы морщились, давились, кашляли, но целенаправленно следовали инструкции. Наконец, с последней из них, к счастью, по вкусу напоминающей горячий шоколад, было покончено....
  Разом оказавшись на диване, мы облегченно вздохнули, широко зевнули и вполне благополучно заснули.... Хотя сном я бы это назвала с натяжкой. Если предыдущая ночь пролетела как мгновение (вроде, только глаза закрыл, а уже утро), то здесь все было по-другому. Я точно знала, что сплю. Я точно знала, почему я сплю. Впрочем, знание это не давало мне абсолютно никаких преимуществ. Я не могла думать, двигаться. Просто какая-то часть моего сознания старательно отмечала все происходящее. А поскольку не происходило ровным счетом ничего, то эта часть занималась созерцанием магии, которая за время сна начала с усиленной скоростью пульсировать в обоих телах. Накапливалась, разрасталась, сгущалась, окутывала их. А поскольку мы лежали достаточно близко - осторожно пробовала на ощупь "соседнюю" магию. Но не смешивалась с ней, а, попробовав, старательно распределялась по "собственному" телу.
  Ближе к пробуждению я все-таки погрузилась в настоящий сон, чему, даже несмотря на проведенное за период относительного "бодрствования" практическое исследование, была несказанно рада.
  Проснулась я от того, что почувствовала чье-то дыхание в районе собственного лба и что-то колючее в районе носа. Перепугалась для начала, но мгновенно успокоилась, обнаружив, что неучтенное дыхание принадлежало Роману. Как, впрочем, и отросшая за ночь щетина. И рука, накрепко прижимающая меня к своему телу.
  Попытки высвободиться ни к чему толковому не привели: рука прижала меня еще сильнее, а халат, решив, что сейчас самый подходящий случай, нагло поехал в разные стороны. Мне не очень-то хотелось будить измотанного спасательными миссиями "няня", но и дожидаться его пробуждения в таком виде мне тоже не хотелось. Я уже собиралась, было, аккуратненько выползти из-под его руки, как мой будильник (отличающийся весьма пакостными свойствами характера и особенно способностью звонить в не самый подходящий момент) начал истерично дребезжать....
  - Уже утро? - отреагировал на его истерику сонный голос Романа.
  - Нет, - хорошо зная свой будильник (и себя!), кисло осведомила я, - семь часов вечера. Мне лень его включать и отключать. Поэтому он два раза в день звонит....
  - А заснули мы в районе десяти утра.... - спокойно продолжал Роман. - Что ж, это были очень качественные бутылочки....
  - А что это вообще были за бутылочки? - заинтересовалась я. И лишь когда Роман начал отвечать, поняла, что так и не осуществила свои планы ни по выползанию из-под его руки ни по приведению халата в нужный вид. Роман осекся. Убрал руку. Внимательно понаблюдал за моей борьбой с халатом. За бессмысленными поисками малахита (оставшегося лежать в ванной). За моей начинающей краснеть физиономией. И сделал вид, что ничего не видел.
  Встал. Потянулся. Сказал что-то про увеличившееся количество совместно проведенных ночей. Не дождался моей реакции. И попросил кофе. Я молча ткнула пальцем в район кухни, а сама отправилась проводить розыскные мероприятия в ванной. Разыскивала я, разумеется, малахит. Судя по звукам, доносящимся из кухни, Роман тоже был в поиске. Я ему молчаливо сочувствовала. И лишь, найдя злополучный камешек, отправилась на подмогу.
  Роман растерянно стоял в центре комнаты:
  - Ир, а хоть какая-нибудь еда у тебя вообще есть?
  - А ты кофе не нашел?
  - Не нашел.
  Я задумчиво обвела глазами кухонные шкафчики, старательно вспоминая, в который из них я вчера поставила кофе. Вспомнила, как ни странно. Обрадованно шагнула к нему и извлекла пакет с ароматными зернами:
  - Варить умеешь?
  - Обижаешь, - довольно откликнулся Роман. - Кофе - моя страсть.
  - Я про отсутствие возможности применить магию, - уточнила я.
  - Ааа, - протянул он, - умею.
  Я тем временем нашла кофемолку, турку и чашки.... и вспомнила, что так и не сходила в магазин за продуктами. В надежде на чудо все-таки открыла холодильник. Понаблюдала за царящей там стерильной пустотой. Закрыла. И, немного подумав, отправилась за телефоном.
  - Лиль, - опустив приветствие, сообщила я трубке, - сделай доброй дело. Очень хочется поесть, а пока я в магазин схожу....
  Трубка весьма невежливо хмыкнула, обозвала меня лентяйкой, помолчала и, сообщив, что все готово, отключилась.
  А я, решив, что чудо - не такой уж и редкий гость, вновь устремилась к холодильнику.
  - Ты думаешь, ему стало стыдно, и он решил вернуть тебе украденные продукты? - ехидно поинтересовался Роман, глядя, как я целеустремленно дергаю на себя дверку. За которой, кстати, обнаружился весьма поднимающий настроение джентльменский набор (Лилька, особенно не загружаясь, поместила все продукты в одно место). Пара апельсинов. Яйца. Хлеб. Сыр. Теплые булочки. И овсянка.
  - Яичницу? - безмятежно поинтересовалась я.
  - Лильке звонила, - догадался он.
  Я согласно кивнула. И отправилась на поиски сковородки.
  Минут десять мы сосредоточенно кружили вокруг плиты и стола. Под ногами, не особенно способствуя скорости приготовления позднего завтрака и периодически вклиниваясь в наш разговор недовольным мяуканьем кружил тоже рассчитывавший на завтрак Пушок.
  Закончилось это еще одним звонком Лильке и свалившейся мне на голову пачкой с кормом. Юмор я не оценила. Зато Пушок оценил корм, щедро рассыпавшийся по всему полу. Я, вздохнув, отправилась за веником. После чего наклепала Лильке смску, сообщив все то, что думаю о подобных шутках и с чистой совестью принялась за еду.
  Ели мы молча. Периодически посматривая друг на друга поверх чашек. Внизу довольно хрустел кормом Пушок.
  - Ты не договорил про бутылочки, - начала я разговор.
  Роман смерил меня странным взглядом. Приподнял бровь. Но молчание прервал:
  - Вообще-то, я никогда раньше ничего подобного не видел. И думал, что они прислали нечто вроде лечебного комплекса. Но если верить моим ощущениям, в тех бутылочках было кое-что.... посерьезнее.... И если я правильно понимаю, этим "кое-чем" было что-то вроде восстановительного набора. Чтобы сила восстанавливалась быстрее. Вообще-то это военная разработка. Сама понимаешь, вступать в магические сражения, не восстановившись после первого - все равно, что подписать себе смертный приговор. А вот таким нехитрым способом эту проблему решали. Я даже и не подозревал, что у кого-то из наших есть запасы таких наборов.... В этом мире просто нет для них ингредиентов....
  - Может, у Насти?
  - Весьма вероятно. Ее семейство известно своими сокровищницами.
  - Подожди! - воскликнула я. - Это мы теперь что, колдовать можем?!
  Роман в недоумении уставился на меня:
  - Вот черт! - хлопнул себя по лбу. - Если бы ты не спросила, я бы три дня так и ходил. Вот теперь я вполне понимаю, почему корм оказался у тебя на голове.
  - А я понимаю, за что меня обозвали лентяйкой, - развеселилась я.
  А Роман, пояснив, что должен удостовериться, прищелкнул пальцами. По комнате тут же заплясали веселые разноцветные блики, привлекшие внимание Пушка. Он осторожно попытался ощупать один из них лапой. Не нащупал. Насупился. И вернулся к еде.
  Я тоже не стала терять времени. И перенесла оставшийся в холодильнике апельсин к себе на тарелку. Довольная результатами, я блаженно откинулась на спинку стула:
  - Я снова маг.
  Роман развеселился.
  - Ну, почти маг, - уточнила я. - Все равно ведь приятно.
  Он не стал со мной спорить.
  Еще с минуту мы просто сидели за столом.
  Затем он решительно поднялся:
  - Ну что ж, помощь тебе уже не нужна. Так что ждем тебя завтра на занятиях. А я, пожалуй, пойду. Заберу у Пашки своего Пушка. Да и вообще посмотрю, что творится на работе. И вот что. На тот случай, если тебе захочется еще куда-нибудь отправиться, вот моя визитка. Ты предупреди, чтобы я встретил это путешествие во всеоружии. Хорошо?
  - Хорошо. Я провожу тебя, - зажав визитку в кулаке, выдавила я....
  У дверей Роман остановился. Немного помялся. Быстро, смазано поцеловал. И ушел.
  Ушел, черт побери!
  
  Глава восьмая,
  в целом важная
  
  Саша веселилась. Настя сочувственно молчала. Катя давала полезные советы. Лилька цитировала строчки из песен. Роман искал подходящее для укрытия место.....
  А я пыталась испепелить взглядом крохотный листок бумаги. Бумага не поддавалась. Менее устойчивыми к моему "взгляду" оказались одежда волшебников и мебель. Пару раз пытались даже полыхнуть мои волосы (причем, объяснить, каким образом я смогла на них "посмотреть", не смог никто). К счастью, как бороться с учиняемым мной беспорядком, волшебники знали. Поэтому ничего серьезного я до сих пор так и не смогла "учудить".
  - Ир, - Катя в очередной раз попыталась призвать к моему разуму, - смотри на бумагу и представляй, что она сгорает от твоего взгляда. Это как с перемещениями.... Только, - уточнила она, - больше не переводи взгляд, когда решишь, что все сейчас загорится. Иначе опять загорится совсем не то, что ты планируешь.....
  - Сосредоточься, дыши глубоко, поверь в себя, - старательно сдерживая смех, подбодрил Роман.
  Лилька в очередной раз зарифмовала грозу с козой и утюг со слоном (который "оказался вдруг"). В ответ я заявила, что на этот раз я точно знаю, куда мне "перевести взгляд". Она насмешливо хихикнула, но предпочла все же укрыться за Сашиной спиной....
  А я, наконец, вызвала огонь. То есть столб огня, который в считанные секунды испепелил не только листик бумаги, но и расположенный непосредственно под ним стол, оставил черное пятно на потолке и, закружившись смерчем, исчез, повинуясь движению руки Романа.
  - Вера в себя способна творить чудеса, - разглядывая останки стола, сообщила я.
  - А уверенность в том, что именно ты хочешь сотворить, способна этими чудесами управлять, - уточнила Настя.
  - Я попробую еще раз, - смутилась я.
  На усыпанный пеплом пол тут же водрузили еще один листик. Отошли подальше. И принялись сверлить меня изучающими взглядами.
  Я глубоко вздохнула. Закрыла глаза. Отогнала настойчиво вылезающее из памяти изображение извержения вулкана. Представила еле теплящееся пламя. Его синевато-оранжевые язычки. И взглянула. По-особенному. Как учили.
  Бумага вспыхнула. Ярко. Сочно. Быстро сгорела. Пустила сизый дымок, заставивший чихнуть. И рассыпалась в пепел.
  - Хвала Аллаху! - возвела Лилька очи к небу (то есть к потолку). Полюбовалась на чернеющее там пятно. - Считай, научилась почти без излишних затрат.
  - Да ты делаешь успехи, - похлопала меня по плечу Саша.
  Решив, что им лучше знать, что называть успехом, я обрадовалась.
  - А теперь ты, думаю, сможешь разобраться с освещением, - осложнила задание Настя. - Помнишь шары, которые мы вызывали? Вот эти, - она прищелкнула пальцами. - Сейчас будем учиться делать их.
  - А это огонь?
  - Огонь, конечно. А ты думала, что?
  - Я думала, это свет....
  - Огонь и дает свет. И его вызывать проще. С чистым светом все гораздо утомительнее. Да и не требуется он особенно. Так что случаи обращения к нему весьма редки.... Так вот. Вспоминаешь свой огонь. Окутываешь его сферой (в принципе, форма может быть любой, но традиционно мы используем шары), как бы изолируя. Вызываешь, желательно, подальше от себя. И, убедившись, что все в порядке, манишь огонек к себе.
  - А щелчок пальцами для чего?
  - А мы не рассказывали? - удивилась Саша. - А ведь и вправду, забыли. Смысл во всех резких движениях рук в том, что ты мгновенно отдергиваешь от себя какую-то часть магической энергии, заставляя ее отправиться на исполнение твоих желаний. И чем большая "часть" твоих рук в этом процессе участвует, тем больше количество "оторванной" энергии. Щелчок пальцами - это минимальная порция. Резко разжимающиеся пальцы - порция побольше. Если ты поднимаешь руки и резко опускаешь - порция максимальна (но здесь можно варьировать: на какую высоту поднимать и с какой скоростью опускать). Понятно?
  - В общих чертах, - успокоила я ее.
  - Так что с освещением? - поинтересовалась Катя.
  - Хорошо, - постаралась я собраться с мыслями. - Попробую.
  Как ни странно, но "освещение" я освоила с первого раза. В углу комнаты сразу же "зависло" вполне симпатичное "солнышко". Повинуясь моему желанию, проплыло, демонстрируя себя, над каждым из волшебников, и исчезло.
  - Я в тебе и не сомневалась, - довольно улыбнулась Катя, явно гордясь своими преподавательскими способностями. А Настя, объявив об окончании урока, предложила отметить "в целом удачный день".
  Все радостно загалдели, а потом, как один, уперлись взглядами в Сашу.
  - У меня еще целых полчаса, - весьма ненатурально изобразив улыбку, сообщила она. - Так что кафе поближе к магазинчику меня вполне устроит.
  Я недоуменно разглядывала волшебников. И, поскольку разглядывание не дало никаких плодов, собралась уже, было, поинтересоваться о причине такого поведения, но наткнулась на предупредительный взгляд Романа (и Катин локоть, который, судя по всему, тоже должен был играть роль предупреждения). Поэтому проглотила вертевшийся на языке вопрос и жизнерадостно объявила, что в качестве близлежащей кафешки вполне может подойти "Фантазия", расположенная прямо напротив магазинчика.
  Лилька окинула меня этаким зачем-нужно-говорить-об-очевидных-вещах взглядом.
  Я показала ей язык.
  Зря. Особым терпением она не отличалась никогда.
  - Ах, так!? - подтвердила она мои запоздалые опасения и тут же начала что-то азартно бормотать себе под нос.
  Через секунду я сообразила, что вишу в воздухе. Осознав это, задохнулась от возмущения и попыталась достать ногами до земли.
  Роман бросил укоризненный взгляд на Лильку и, подняв ко мне голову, поинтересовался:
  - Помочь?
  Я отрицательно помотала головой. И принялась старательно вспоминать, что я в принципе могу устроить Лильке. Через пару минут пришла к неутешительному выводу: в разделе магических шалостей в моей голове зияла вполне закономерная дыра, ибо я еще не доросла до того уровня, когда при помощи магии начинают шутить. Пыл любого нормального волшебника от осознания данного факта вполне бы закономерно остыл. Но меня, как назло, посетило вдохновение. Поэтому, старательно пялясь взглядом в Лильку, я изрекла:
  "По улице ходила большая крокодила.
  Она, она зеленая была...."
  И зажмурилась от удивления. Потому что ее кожа начала приобретать изумительный изумрудный оттенок. Поймав взгляды остальных волшебников, Лилька принялась рассматривать свои зеленеющие руки. А я, понимая, что одним повисанием в воздухе, теперь точно не отделаюсь, стала искать способы приземления.
  Однако попытки сосредоточиться на этой проблеме не увенчались успехом: у Лильки начал расти хвост, и мне срочно потребовалось рассмеяться.
  Оторвавшись от изучения новоявленной конечности, она перевела взгляд в мою сторону и осторожно поинтересовалась, когда я успела освоить метаморфозы.
  От растерянности (уж не знаю, ее или моей) я рухнула на пол. Поднялась. Потерла ушибленное бедро. И поспешила сообщить Лильке, что вообще-то и не думала, что из припомненного мной стишка может выйти толк.
  Настя хмыкнула:
  - Ладно. А чего именно ты хотела достичь, когда произносила.... это все?
  Я старательно оглядела Лильку (она демонстративно покружилась передо мной, щеголяя изумрудным хвостом):
  - Именно этого и хотела. Только не думала, что у меня получится.
  С Лильки мигом схлынул зеленый цвет. Она даже как-то разом посерела. Посерьезнели и остальные волшебники. А я перепугалась:
  - Что?!
  - Видишь ли, Ир, - осведомил меня Роман. - Метаморфоза предполагает наличие четко заданных параметров: процент изменяющегося вещества, время, на которые это вещество меняется.... способность к обратному процессу....
  Я сглотнула. Еще раз глянула на Лильку. И пролепетала:
  - Ничего из этого я, разумеется, не устанавливала. Только я явно не думала, что этот процесс должен быть необратимым.... И, скорее всего, мне кажется..., что я считала, что это у нее само должно пройти.... Это сойдет за параметры?
  - Как скоро должно пройти? - деловито перебил меня Роман.
  - Ну.... через пять минут.... или десять.... Это не очень плохо?
  - Сейчас узнаем....
  - То есть?
  - То есть мы подождем десять минут и узнаем, приду ли я в норму самостоятельно или нет, - сухо обронила Лилька.
  - А если нет? - с опаской произнесла я.
  - Тогда в довершении к хвосту я отращу себе крокодильи зубки. И уж, будь уверена, я знаю, на ком я их впервые испробую.
  - Ой! - облегченно перебила я ее, - мне кажется, хвост уже уменьшается.
  - И зелень пропадает, - обрадовалась вслед за мной Настя.
  Я вздохнула.
  Через минуту Лилька полностью вернулась в "первозданное" состояние. Недовольно на меня взглянула. И мрачно бросила:
  - В кафе!
  Спорить с этим "предложением" не стал никто. А Лилька, добравшись до "Фантазии" и быстрыми жадными глотками осушив бокал с коктейлем, по слогам произнесла:
  - Ни-ког-да боль-ше так не де-лай!
  Я примирительно подняла руки:
  - Я постараюсь.... Только ты тоже не пугай меня больше внезапным выбиванием почвы из-под ног!
  С этими словами состоялось торжественное примирение, отмеченное еще одной порцией коктейлей. После которой Саша, попрощавшись, удалилась. Удалились и Настя с Лилькой.
  А я тут же набросилась на Катю:
  - Мне показалось, или вы все действительно как-то странно смотрели на Сашу?
  - Не показалось. - Она заметно посерьезнела. - У Саши проблема, Ирин.
  - Проблема? А ей чем-то можно помочь?
  - Если бы! Ее проблема в том, что она влюбилась. Вышла замуж. И родила ребенка. Прелестную девочку. - Роман досадливо поморщился.
  - Никогда не считала такой поворот событий проблемой, - удивилась я.
  - Разумеется. Только, если ты - волшебница, а отец твоего ребенка - человек, то такой поворот событий всегда становится очень серьезной проблемой.
  - И как она с этим справляется? - спросила я, припомнив все то, что рассказывала мне Катя.
  - Она разыгрывает из себя домохозяйку и отлучается лишь на короткое время. Разумеется, она практически всегда дома: желает как можно больше времени проводить с ними. Пока еще может.
  - Что это значит?
  - А то, что она должна стареть, меняться.... Умирать, в конце концов! Но не будет. То есть, будет, конечно, но в свое время.
  - А нельзя какие-нибудь иллюзии создавать? Ты же говорил....
  - Я говорил. Только не кажется ли тебе, что как-то странно видеть одно, а, прикасаясь к человеку, чувствовать совсем другое.
  - Но некоторые иллюзии...., - перебила я....
  - .... можно потрогать. Только если создавать такие иллюзии постоянно, загнешься приблизительно через месяц.
  - Подожди. Это что же получается.... Ей придется их бросить?
  - Да.
  - И как скоро?
  - У нее впереди лет десять. Максимум пятнадцать.... То есть, ее дочери будет где-то восемнадцать лет, когда маме придется сказать: "знаешь, я решила начать новую жизнь".... Если, конечно, дочь до этого не станет магом. Муж-то точно не станет. Мы проверяли.... Да и ситуация эта.... в принципе неправильная, - помолчав, добавил Роман.
  - Что ты имеешь в виду?
  - То и имею. Волшебство. Продолжительную жизнь. Невозможность, если уж не приобщить к магии, то хотя бы показать. Обязанность просчитывать каждый свой шаг, каждое слово, чтобы ненароком не выдать тайну. Не иметь права помочь своему ребенку стать волшебником. Просто тоскливо ждать.... Большинство из волшебников к тому моменту, когда настает время уходить, уходят почти с облегчением. Несмотря на всю испытываемую ими любовь....
  - Думаешь, с Сашей будет что-то в этом роде? - осторожно поинтересовалась я.
  - Ей в любом случае будет плохо. Либо сейчас. Либо потом. Хорошо в таких связях не бывает. То есть бывает. Но уходит это хорошее слишком быстро. Неоправданно быстро....
  - Мне жаль ее.
  - Нам всем ее жаль. Только помочь мы ничем ей не можем.
  - Так что, - попыталась улыбнуться Катя, - если соберешься влюбляться, выясни сначала, в кого ты собралась влюбиться....
  - Да я уже и так.... - начала я. Опомнившись, резко оборвала фразу. И добавила, - .... поняла, что придется.
  Катя окинула меня лукавым взглядом. Подмигнула. И, попрощавшись, удалилась. А я принялась смущенно размазывать мороженое по дну вазочки.
  - Еще коктейль? - прервал молчание Роман.
  Я кивнула:
  - Клубничный.
  Когда он вернулся с новой порцией, я спросила:
  - А ты как к этому относишься? Ты бы смог? Жить с человеком?
  Роман помолчал. А потом как-то недовольно выдал:
  - Я, видишь ли, уверен в том, что моей.... хмм.... избранницей.... будет волшебница. Пашка как-то расстарался с предсказаниями.... Он так и сказал: "Полюбишь ты волшебницу".
  - Отбросим уверенность, - моментально смутилась я. - Давай про предположения поговорим.
  - А что предполагать-то, Ир? Любовь должна быть слишком сильной, чтобы ради нее бесконечно врать и утаивать. И еще. Знаешь, я, конечно, не сторонник теории о высших созданиях. Но людям недоступна такая огромная часть нашей жизни. В какой-то степени, по сравнению с нами, они неполноценны. Вот как смотрит человек на другого человека, лишенного каких-то из доступных ему способностей. С жалостью? С сочувствием? Покровительственно? Виновато?.... Понимаешь меня?
  - Понимаю. Но почему нельзя научить магии людей? Чем это плохо?
  - Потому что нельзя, чтобы вымирали какие-то из созданий. Потому что на этом зиждется миропорядок. Баланс. Равновесие.... Называй, как хочешь. В этом мире должны жить все. Да, у нас есть магия. Но ничего кроме нее. У нас даже мира собственного нет. А у них есть главное - способность к жизни. К развитию. Если мы сменим их - то погибнем. Они же, узнав, что могут стать нами, станут. И тоже погибнут! Вымрут. Третьего не дано.
  - Что-то мне уже расхотелось быть волшебницей.... - помрачнела я.
  - Что-то мне подсказывает, что это у тебя пройдет, - улыбнулся Роман.
  - Пройдет, конечно, - согласилась я. - Просто....
  Договаривать мне расхотелось. Поэтому я опустила нос в уже окончательно растаявшее мороженое и принялась без энтузиазма водить там ложечкой.
  - Помочь? - заговорчески поинтересовался Роман.
  - Ты о чем? - не поняла я. Но все же приободрилась.
  Он кивнул на мороженое.
  - Ты хочешь помочь мне с этим? - я тоже кивнула на мороженое. Только удивленно. - Я не думаю, что это еще съедобно.
  - Вот поэтому я и предлагаю помощь.
  Решив, что каждый человек (ну, или волшебник) имеет право на собственные вкусовые пристрастия, я пододвинула к нему вазочку.
  Он коротко хохотнул. Покачал головой. И тихо шепнул:
  - Смотри.
  Я взглянула. А он обхватил вазочку ладонями. Приподнял. Поднес к лицу. И коротко дохнул. Она тут же покрылась тонкой морозной вязью. А ее содержимое (с гордостью продемонстрированное Романом) вновь стало походить на мороженое.
  - Это как с "испепеляющим" взглядом? - заинтересовалась я.
  - Разумеется. Как я тебе и говорил с самого начала....
  - .... принцип всегда один и тот же....
  - Я, собственно, и не сомневался в том, что ты запомнишь, - улыбнулся он.
  - Я, собственно, и не сомневалась в том, что ты не сомневаешься, - в тон ему сообщила я.
  Роман рассмеялся.
  - А ты молодец. Хорошо держишься.
  - То есть?
  - Тогда на балу, мне помнится, ты была не слишком уверена в себе.
  - А я и сейчас не уверена. Только мне надоело беспокоиться по этому поводу, - отшутилась я. - Да и, в конце концов, у меня отпуск. Расслабляюсь, как могу.
  - Я, кстати, все хотел спросить, кем ты работаешь. На юриста, уж извини, ты ни капельки не похожа.
  - Принимаю, как комплимент, - обрадовалась я. - Хоть и училась на юриста. И даже диплом имею. И даже красный. А работаю я журналистом.
  - И как успехи? - заинтересованно спросил он.
  А я развеселилась:
  - Да какие успехи! Диплома у меня нет. Есть какой-то давний знакомый моего отца, который согласился меня порекомендовать. И есть газетка.... Даже не городская.... А так, районная... В которой до сих пор пишут про ударный труд и про поля.... И с Днем Рождения поздравляют в стихах.... Вот там я и пишу раз в месяц.... А то и реже....
  - И о чем пишешь?
  - Да все про тот же труд, и про те же Дни Рождения....
  - А о чем хочешь?
  - Не знаю, на самом деле. Мне и про труд этот неплохо пишется.... Хотя, если честно.... я бы про сказки с удовольствием писала. Или сами сказки.... тем более, сейчас у меня и "теоретического материала" навалом.... Это не запрещено, кстати?
  - Нет, что ты. Мешать тебе никто не будет. Только если ты там какое-нибудь запрещенное заклинание опубликуешь или зелья рецепт.... Тогда Совет может вмешаться. А так, пиши на здоровье.
  Я задумалась:
  - А это идея.
  - Обращайся, - подмигнул он. - Так в каком издании тебя можно читать?
  - Издание называется гордо и лаконично: "Заря".
  - И продается оно...?
  - .... в пригороде.
  - Ладно. Надо будет, и по названию найду.
  Я согласно покивала головой и вновь обратила взгляд на мороженое. Которое вновь успело растаять. Развеселилась. Ответила отказом на предложение Романа повторить заморозку. Поднялась из-за стола. И вопросительно взглянула на него:
  - Я-то ладно. У меня отпуск. А в чем причина твоего свободного времени?
  - А у меня финансовый директор - гениальный мужик. Так что можно периодически и "освобождаться".
  - Так ты и сейчас свободен?
  - Был бы занят, меня бы здесь не было. А у тебя есть предложения?
  Предложения у меня были. А ободряющий взгляд Романа весьма поспособствовал тому, что я их озвучила.
  - Так вот.... мне бы хотелось побольше узнать о быте волшебников.... - я замолчала.
  Он тоже замолчал. Задумался о чем-то. Потом вдруг широко улыбнулся и, подтолкнув меня к выходу, произнес:
  - Идем.
  - Куда? - растерявшись, а потому весьма невежливо осведомилась я.
  - Ко мне, разумеется. Боюсь, я не совсем в курсе, обрадуются ли другие волшебники экскурсии по своему "быту". Зато относительно себя я точно уверен: возмущаться не буду. К тому же, через пару часов у меня должны собраться все твои "учителя" для обсуждения "учебного плана".
  - А я думала, что основное место сбора - магазинчик.
  - Ага, - согласился он. - Я тоже так думал. Ровно до того момента, как Лиля с Настей не решили, что моя квартира слишком хороша для того, чтобы пустовать.
  - А мы туда пойдем? Или как?
  - "Или как", разумеется! Только не отсюда, а от Тимофеича.
  - Разумеется, - передразнила я. А Роман уже направился к выходу из кафе.
  Вновь перед глазами мелькнуло так радующее меня в последнее время слово "Антиквариат". Звякнули колокольчики. Взгляд уже привычно скользнул по люстре, доспехам, картине....
  Мой молчаливый осмотр прервал Роман, нетерпеливо напомнивший:
  - Амулет.
  - Ах, да! Точно. Амулет. Я же не знаю, куда перемещаться.
  - Я, собственно, о том же.
  Я вытащила Амулет. Благополучно обмотала нас цепочкой. Выслушала напутственное: "Ни о чем не думай". И по привычке зажмурилась.
  - Глаза уже вполне можно открыть, - спустя мгновение, сообщил Роман.
  Я открыла. И уткнулась взглядом в его рубашку.
  - Неплохой рисунок.
  - Прости? - он опустил ко мне голову.
  А я, наоборот, подняла:
  - Я про рубашку....
  Может, не будь на нас Амулета, ничего бы не произошло. Только вот мы оба вдруг резко решили отойти друг от друга. А цепочка не позволила. Мы дружно охнули, схватились за шеи и дернулись уже в обратном направлении. Столкнулись носами. Замерли. Взглянули. Снова попытались отдернуться. И с тем же успехом. Вновь столкнулись. На этот раз почему-то губами. Застыли. Судорожно вздохнули. Мгновенно забыли о том, что собирались куда-то там отходить. Подались вперед. Резко. Порывисто.... И поцеловались....
  Оторвались друг от друга. Додумались снять Амулет. И сделали по паре шагов назад....
  В результате чего Роман чуть не растоптал своего не в меру любопытного кота. А я чуть не покалечилось о стоявший позади меня стол.
  - Ээээ.... - промямлила я.
  - Да? - осведомился Роман.
  - Ты.... эээээ.... у тебя..... ээээээ.... - мой взгляд растерянно метался по комнате, - .... красивый кот....
  - Да ну? - развеселился он.
  - И квартира.... красивая.... Только мебель в самых неподходящих местах стоит, - старательно затараторила я.
  - Ушиблась? - он тут же посерьезнел. И сделал шаг ко мне.
  - Нет, что ты. Все в порядке, - сообщила я. И тоже сделала шаг. От него (заранее проверив, не стоит ли рядом еще что-нибудь).
  - Ир, я.... - начал он уверенно.
  - Ром, я.... - начала я перепугано.
  - Мяу! - не обращая на наши попытки поговорить, заявил Пушок.
  - Он, может быть, хочет есть, - облегченно прервала я "диалог".
  Роман скептически взглянул: на Пушка, на меня, зачем-то вбок.... Досадливо дернул головой.... И, отправившись куда-то, произнес:
  - Он определенно хочет есть.
  Я отправилась следом.
  Спустя несколько минут Пушок уже с аппетитом уминал какие-то кошачьи консервы. А я с преувеличенным энтузиазмом рассматривала кухню.
  Современный, даже, пожалуй, модерновский интерьер, производил впечатление стильное и сдержанное. Хоть и нежилое.
  - Ни намека на магию, - резюмировала я.
  - Сюда же и люди приходят, - объяснил отсутствие намеков Роман. - И так у большинства волшебников. Ты же видела заднюю часть магазинчика. А Настина комната, да и весь Катин дом - это, скорее, исключения. Тщательно изолированные от постороннего вмешательства исключения, разумеется.
  - То есть, в твоей квартире вообще нет ничего магического? - обрадованная тем, что говорили мы о вполне абстрактных вещах, поинтересовалась я.
  - Я есть, - развеселился он. Но добавил, - Да и вещи есть, разумеется. Только в других комнатах.
  - Показывай! - тут же распорядилась я.
  - Начнем с гостиной, - предложил Роман.
  Я была не против. До того момента, пока не поняла, что гостиная - это та самая комната, в которую мы только что перемещались. В ней помимо стола обнаружился пушистый ковер. Уютные кресла. Вместительный диван. Огромнейший кактус в кадке (увидев который я очень порадовалась тому, что налетела именно на стол). Телевизор. Несколько книжных шкафов. И производившее впечатление антикварного зеркало. К которому и повел меня Роман.
  - Вампиров показывает? - пошутила я.
  - Нет. Волшебников. И, разумеется, только волшебникам.
  - А как?
  - А ты посмотри.
  Я посмотрела. Но отражения своего не увидела. Да его там и не должно было быть: зеркало показывало магию. Мою. Магия имела мои очертания и приятный золотистый цвет. В центре - яркая, брызжущая светом фигура человека (которая, если приглядеться, состояла из множества тонким золотистых нитей, постоянно пребывающих в движении). На руках свет сочнее. Ярче.... Дополняло картину слабое золотистое облачко, окутывающее фигуру....
  К зеркалу подошел Роман. Золота и света прибавилось. А вокруг каждого из нас появилось что-то вроде темного контура, отделяющего в зеркале одну фигуру от другой....
  - А как здесь будет отражаться человек?
  - Обычный - как в обычном зеркале. А с волшебными генами - так же, как мы, только без облачка магии вокруг.
  - А он сможет это увидеть?
  - Тот, который уже принял решение, сможет.
  - А зачем оно?
  - А такие обычно стояли на входе на всякие наши магические приемы. Ну, вдруг человек войдет? Не станешь же вглядываться в каждого.... К тому же, позволяет выявить скрытую магию и узнать о степени ее стремления наружу. Мне оно по наследству досталось. И я решил, что оно вполне подходит для этой комнаты.
  - А сейчас их не используют?
  - Когда того требуют обстоятельства, используют.
  Я принялась оглядывать комнату:
  - Еще что-нибудь?
  - Сейчас смотреть надо на меня, - сообщил Роман и принялся спокойно расстегивать рубашку.
  Не смотреть я просто не могла. А он, как ни в чем не бывало, извлек из-под рубашки несколько Амулетов. Снял их. Положил на столик. И сделал приглашающий жест рукой.
  - Для чего они?
  - Этот, - Роман указал на внешне напоминающий мой, - для перемещений.
  Я машинально попыталась нащупать свой Амулет. Не нашла его на шее. Вспомнила, что там его быть уже и не должно. И принялась смущенно оглядывать комнату.... Амулет предательски валялся под столом....
  - Я подниму, - проследив за моим взглядом, сообщил Роман.
  - Спасибо, - выдавила я.
  Как оказалось, разница в Амулетах состояла в размере находящейся в центре дыры.
  - Именно здесь аккумулируется магическая энергия, - не дожидаясь вопроса, сообщил Роман. - Но, чтобы прожечь в пластине даже минимальную дыру, требуются огромные затраты магических сил. Поэтому такие Амулеты, как твой, - настоящая редкость.
  - А этот для чего? - я разглядывала небольшой красноватый камешек.
  - Это Амулет Лечения. Увеличивает способности к нему процентов на тридцать. Плюс, способен самостоятельно лечить своего носителя.
  - Сильный?
  - Этот? Разумеется. Тоже достался по наследству.... А вот этот, - Роман указал на нечто, напоминающее кувшин, - для кулинарии. Я, честно говоря, не очень-то в ней силен.
  - А у Насти такого нет? - поинтересовалась я.
  - Нет!? - Роман заметно повеселел. - Нет!? Да у нее их штук пятнадцать. И для качества готовки. И для концентрации при приготовлении пищи.... И для отдельных блюд! И для мытья посуды!
  - О! - я обнаружила знакомый камень. - А это малахит!
  - Малахит, - подтвердил Роман.
  - А зачем ты и его снял? Я же могу....
  - Ты? - немного свысока улыбнулся он. - Ты пока не можешь.
  - А что надо делать? - мгновенно разозлилась я.
  - Это вообще-то сложно, - протягивая руку к малахиту, сообщил он.
  - А я постараюсь, - пряча малахит за спину, отпарировала я.
  Роман приподнял брови:
  - А сумеешь?
  - Все будет завесить от способностей преподавателя. Метаморфозы же я освоила. А ты говорил, что это высшая магия.
  - Хорошо, - вдруг легко согласился он. - Тогда слушай. На начальных этапах нужно смотреть в глаза. Так проще.
  - В глаза, значит, - решительно уточнила я.
  - В глаза, - со смешком повторил Роман.
  - А помимо игры в гляделки, еще что-то требуется?
  - Обижаешь, - протянул он. - Конечно, требуется. Необходимо настроиться на человека. Прочувствовать его. Найти некую открытую точку, которая позволит.... проникнуть в него.
  - А у каждого такая есть? - удивилась я.
  - Ты про точки? Все зависит от степени открытости человека и его способности.... и желания скрывать собственные чувства.... А у некоторых, - он кивнул он меня, - еще и хоть что-то закрытое искать приходится....
  - Прости?
  - Для того, чтобы читать твои мысли, не нужно напрягаться. У тебя почти все..... хмм.... мысленное пространство открыто. Есть определенные закрытые участки. Но, как ты и сама понимаешь, добраться туда не составит особого труда. Ты, как у нас говорят, "громко думаешь". А есть совершенно другие люди. Такие нуждаются в тщательном "сканировании".... И выковыривать из них что-нибудь приходится буквально по миллиметру.... Если, конечно, можно измерять мысли в миллиметрах.... Еще, разумеется, многое зависит от способностей и опыта "читающего".... Провидцам, к примеру, даже напрягаться не приходится. Они просто слышат все. Им лишь приходится фокусировать свое внимание на ком-то конкретном.
  - Хммм.... и что из всего того, что ты сказал, мне может помочь?
  - Все, конечно, - развеселился он. - Еще, кстати, можешь за руку меня взять... или дотронуться просто.... Это облегчает контакт....
  - Хорошо, - немного поколебавшись, согласилась я. И кивнув в сторону дивана, предложила, - может, лучше присядем.
  Роман согласился.
  Я чопорно устроилась рядышком. Ухватилась за его большой палец. Уставилась в глаза. И попыталась сосредоточится на стоящей передо мной задаче. Задача осложнялась тем, что Роман не очень-то старался сохранять серьезное выражение лица.... То есть совсем не старался.... То есть корчил рожи....
  В течение трех минут я искренне пыталась быть серьезной за двоих.... Не вышло. Смешок взялся неизвестно откуда. И, секунду спустя, мы хохотали уже в два голоса.
  Отсмеявшись, я укоризненно нахмурилась:
  - Ты мог бы и посодействовать! Учитель как-никак!
  - Ха! С формальной точки зрения я не учитель, а ликвидатор всяческих погрешностей....
  - А ты переквалифицируйся ненадолго!
  - Если только ненадолго.... Ладно, я сама серьезность. Похоже?
  Лицо Романа и впрямь приняло отстраненно-сосредоточенное выражение. А я приступила к чтению..... Если, конечно, можно назвать чтением попытку открыть книгу....
  Я старательно рассматривала его глаза. Очень темные. Яркие. В обрамлении густых ресниц....
  Роман предупредительно кашлянул.
  - Да? - отвлеклась я.
  - Ир, я, конечно, польщен столь пристальным вниманием к моим глазам, но мои мысли тоже ждут не дождутся чего-то в этом роде....
  - Я стараюсь, - отмахнулась я.
  - Я вижу.
  Ладно. Я решила действовать по-другому. То есть по-другому смотреть. Как тогда, когда разглядывала магию. Взглянула в его глаза. Прищурилась немного, отметая все лишнее. Всмотрелась. И будто бы наткнулась на что-то твердое и темное. Мешающее смотреть. Не пускающее дальше. Ощущение было такое, будто всю голову Романа закрывал плотный темный шар. Но темный не полностью. Где-то попадались серые участки, где-то и вовсе светлые. Местами зияли дырочки. Я сконцентрировалась на одной из них. И услышала в своей голове его голос: "Любопытной Варваре на базаре нос оторвали". От неожиданности я моргнула. Отпустила его палец. И, разумеется, тут же перестала видеть эту сферу.
  - Любопытной Варваре на базаре нос оторвали! - радостно выпалила я.
  Роман довольно взглянул. Сообщил:
  - Молодец, - и потянулся рукой к малахиту.
  Малахит я вернула нехотя:
  - А я хотела еще попробовать....
  - Попробуешь еще. Главное, что азы ты освоила. А там разберешься в случае необходимости. Пойдем лучше приготовим чего-нибудь, а то они сейчас явятся....
  
  Глава девятая,
  в которой строятся планы
  
  Чашка со страшным звоном упала на пол. Разбилась, разумеется. Я одарила ее очередным возмущенным взглядом. А Роман в очередной раз страдальчески вздохнул и, взмахнув палочкой, вернул чашку в первозданное состояние.
  - Ир, слово "сконцентрироваться" тебе о чем-то говорит?
  - Говорит. И пока я концентрируюсь только на этой чашке, все в порядке: она летит туда, куда ей, собственно, и положено. А вот если я пытаюсь блюдце за ней послать.... или хотя бы ложечку.... все падает!
  - Разумеется, падает! Ты же всю свою энергию обращаешь на новый предмет. И про чашку, как результат, забываешь. А нужно, чтобы она прочно засела у тебя в голове. Растянутое перемещение нужно либо ежесекундно контролировать либо заранее прорабатывать траекторию.
  - То есть, либо я сама "веду" это изделие по любому пути, либо "закладываю" некий маршрут, по которому оно движется, и некий перечень действий, которое оно выполняет?
  - Да. И если уж ты взялась "вести", то нужно доводить дело до конца. Или хотя бы дать чашке зависнуть в воздухе на какое-то время (пока ты отвлеклась на ложку).
  Я наморщила лоб:
  - Кажется, я понимаю, почему у Насти с этим проблемы....
  - А я, кажется, понимаю, состояние Настиных родителей, когда они приходят домой.... Там склей, там восстанови структуру.... - шутливо проворчал Роман.
  - Что возвращает нас к разговору об Амулетах, - оживилась я. - Как насчет еще одного кувшинчика?
  - Ты думаешь, поможет? - он скептически прищурился.
  - Понятия не имею, - честно пожала я плечами.
  Роман хмыкнул. Еле уловимо повел рукой, и на мою ладонь аккуратно шлепнулся Амулет - точная копия того, что висел у него на шее.
  - А с ним нужно что-то делать?
  - Нет. Сам начнет работать, когда потребуется.
  - Умная вещица.
  - Не то слово! - Роман как-то иронично покосился в сторону своего. - Еще бы от этой вещицы толк был....
  - Толка, как видишь, нет, - спустя минуту, расстроено сообщила я, указав на очередную чашку. Разумеется, лежащую на полу.
  - Я бы удивился, если бы он все-таки появился, - сухо сообщил Роман и вернул ее на место.
  - Ладно, - я махнула рукой. - Сдаюсь! Магический ужин отменяется. Даешь собственноручно изготовленный!
  - То есть? - насторожился Роман.
  - То есть без магии.
  Он задумался:
  - Без магии я умею делать только бутерброды.... - и, помолчав, немного смущенно добавил, - впрочем, с магией тоже.... только бутерброды.
  Я развеселилась:
  - А от нас кто-то ждет кулинарных изысков? Как насчет омлета и бутербродов?
  - Идет. Только ты отвечаешь за омлет.
  Как ни странно, бутерброды получились на удивление симпатичными, а омлет на удивление воздушным. Появившаяся раньше всех Настя отметила наши кулинарные заслуги и поинтересовалась, как я смогла приготовить омлет. Я честно призналась, что готовила "вручную".
  Настя приободрилась. Обрадованно хлопнула меня по плечу. Изрекла: "В нашем полку прибыло". И принялась расставлять тарелки. Тоже не рискуя. Вручную.
  Прибывшие спустя несколько минут остальные волшебники на стол поглядывали с явной опаской.
  - В чем дело? - не поняла я их опасений.
  - Ни Настя, ни Роман не умеют готовить, - сообщила Саша. - Но оба находятся в опасной близости от стола.
  Я успокоила их сообщением о том, что на долю Романа пришлись бутерброды, а на Настину - расставление тарелок. Похвалилась омлетом (скромно умолчав о предшествующих его приготовлению опытах по магической кулинарии). И поинтересовалась, подходит ли им это.
  - В принципе, подходит, - немного подумав, одобрил меню Геннадий Тимофеевич. - Только я, с вашего позволения, внесу в наш стол немного разнообразия.
  И хлопнул в ладоши.
  - Эй! - тут же возмутилась Лилька. - Это же моя чашка! И мой салат в ней!
  - Лиль! - Саша преувеличенно укоризненно смотрела на нее. - Ты есть хочешь или нет? Вот посмотри: тут и тот пирог, который я испекла минут пятнадцать назад и еще думала, брать ли с собой. Но я же не жалуюсь.
  - И мои фрукты, - рассмеялась Катя.
  - И папино вино, - скептически взглянув на Геннадия Тимофеевича, протянула Настя.
  - С папой я договорюсь, - хмыкнул он.
  - Прошу к столу, - распорядилась Лилька.
  Уговаривать себя не заставил никто.
  Все расселись и принялись за еду. Я тоже уселась. Но от еды меня отвлек Пушок, напомнивший о том, что в моей квартире тоже живет кот. И этот кот явно должен был проголодаться.
  Я задумалась. Попыталась представить коробку с кормом, которая (как предполагалось) должна была сейчас щедро высыпать свое содержимое где-то в районе моей квартиры. Отмела эту идею как нереализуемую. И приступила к воплощению более реалистичной. То есть перенесла в свою квартиру миску, принадлежащую здешнему Пушку. Мысленно пожелала своему коту приятного обеда. И с чувством выполненного долга приступила к борьбе уже со своим аппетитом.
  То есть попыталась приступить. Ибо трапеза была прервана ором не обнаружившего еду Пушка и Катиным заливистым смехом.
  Густо покраснев, я решила исправить содеянное. И вернула миску обратно. Вместе со своим Пушком. Который очумело взирал на собравшихся. И на своего тезку. Тезка тоже не проявлял особого энтузиазма. Он недовольно повел хвостом. И с рыком собственника принялся за еду.
  Пушок растерянно таращился на него. Потом, видимо, сообразив, что если что-нибудь срочно не предпримет, то рискует остаться без обеда, он сунул голову в ту же миску и принялся с не меньшей скоростью и с не меньшим рычанием употреблять ее содержимое.
  К тому моменту среди вполне разобравшихся в ситуации волшебников царила повальная истерика. Настя уже не могла смеяться. Катя вытирала слезы. Саша с Лилькой буквально лежали на столе. Веселились даже обычно сдержанные Роман и Геннадий Тимофеевич. А я не знала, куда деваться от смущения.
  - Ну, надо же, - в промежутках между смехом выдавил Роман, - как, оказывается, легко маскируются мародерские наклонности. Сказала бы честно, что Пушку нужен халявный корм! Так нет.... "я хочу познакомиться с бытом волшебников"....
  - Кать! - завопила я оскорбленно, - скажи хоть ты им!
  - Как смогу, скажу, - пообещала она, стараясь восстановить дыхание. - Хотя они и так это знают.... Она просто.... не смогла.... разобраться с растянутым перемещением.... да еще и отдаленным.... и решила.... - тут на нее снова напал приступ смеха, - решила обойтись малыми жертвами.... И совершила то перемещение, которое умеет....
  - Вот именно!
  - Поверь мне, - немного посерьезнел Роман, - мы это поняли!
  И все вновь разразились смехом.
  - Безобразие! - изрекла я и сосредоточила свое внимание на омлете.
  Постепенно приступ веселья пошел на убыль. Пушки, разобравшись с кормом, перешли к общению и, кажется, решили оставить недружелюбное рычание в прошлом. А мы, отдав должное вину Настиного отца, переместились в гостиную.
  - Между прочим, - сразу же заявила Лилька, - у нас тут что-то вроде учительского собрания. И обсуждать мы будем процесс твоего обучения.
  - Я в курсе, - сообщила я, решив, что ни за какие коврижки не уйду оттуда.
  - Она и не собиралась отправлять тебя домой, - тут же успокоила меня Катя. - Это она из себя строит многоопытную волшебницу.
  - Прошу прощения! - оскорбилась Лилька. - Мне между прочим уже давно не пять лет. И даже не сто! И не двести! И не триста! И не.... Ну, вы знаете! Я тут из вас вообще самая старшая! Не кажется ли тебе, Катя, что я уже давно могу считаться многоопытной?!
  - Можешь-можешь.... - я успокоительно подняла руки. - Так что строй сколько угодно....
  - Между прочим, - озвучила Катя "конфиденциальную" информацию, - она сейчас мысленно говорит мне, что должна выглядеть авторитетно в твоих глазах и что....
  Договорить она не успела. В воздухе нарисовался приличного объема пластырь. И заклеил Катин рот. Крест-накрест.
  Лилька, довольно осмотрев дело рук своих, заявила, что всегда мечтала сотворить нечто подобное, но все повода не было. Катя, взмахом руки избавившаяся от пластыря, сообщила, что, если бы она так не ценила здоровый юмор, Лильке ни за что не удалось бы на нее это наклеить. Вздохнув, Лилька признала, что Катя права.
  А я выжидательно уставилась на них.
  - Что? - тут же отреагировала Лилька.
  - Можете начинать свое собрание, - я мило улыбалась.
  Но "преподаватели" почему-то помалкивали.
  - Ага! - сообразила я. - Собирались перемывать косточки за моей спиной! А тут пришла я и испортила все удовольствие! Так?
  Лилька кивнула:
  - Так. Хотя.... Если ты настаиваешь....- и она ехидно потерла руки.
  - Тогда, пожалуй, начну я, - вмешался Роман, пресекая готовый возникнуть спор. - Я, конечно, не учитель. Но, поскольку, так или иначе, я уже вмешивался в процесс твоего магического образования, то, думаю, могу выразить свое мнение.
  - Выражай, - разрешила я.
  А Катя сочла нужным добавить:
  - "Но только попробуй сказать какую-нибудь гадость!"
  - Что?! - возмутилась я.
  - Что? - непонимающе уставился на Катю Роман.
  А я, переключив свое внимание на Лильку, злорадно поинтересовалась:
  - А есть еще какие-нибудь способы лишить не в меру любопытного Провидца дара речи?
  - Между прочим, - обиженно изрекла Катя, - ничего секретного я не разгласила! Каждую твою мысль, каждое твое чувство, каждую твою эмоцию можно классифицировать по уровням секретности, так сказать. Тем, разумеется, которые ты присваиваешь им самостоятельно! Одни доступны для всех. Другие - для определенного круга лиц. Третьи вообще только для одного человека.... И так далее.... Так вот, ту, что озвучила я, ты бы и сама озвучила! Так что нечего на меня так мстительно пялиться! Все равно порчу наводить ты еще не умеешь!... С другой стороны, - преувеличенно шантажирующим тоном добавила она, - из всего того, что я могла бы озвучить....
  Я задохнулась от возмущения:
  - Это нечестно!
  - Совершенно верно, Катерина, - обратился к ней Геннадий Тимофеевич. - Это не просто нечестно. Это неразумно. И неэтично. Я, как и все присутствующие здесь более опытные волшебники, конечно, понимаю, что ничего подобного ты не сделаешь. Просто не сможешь сделать. И что ты пошутила. А вот Ирине об этом неизвестно.
  - О чем мне неизвестно?
  - О своде правил для Провидцев. Разглашение данных, полученных при чтении мыслей, запрещено. Они становятся доступными только другим Провидцам и только для анализа. Не для личных целей. Так что это была глупая шутка. Прости, Ирин, - покаянно склонила голову Катя.
  - Да ладно. Чего уж там... - махнула я рукой, не особенно уверенная в искренности Катиного раскаяния.... как, впрочем, и в силе собственного раздражения от того, что она читала мои мысли.
  - Вот и я про что, - мысленно ознакомившись с моей неуверенностью, хихикнула она.
  - Так что там насчет моих способностей? - повернулась я к Роману.
  - Способности, безусловно, присутствуют, - подтвердил Роман их наличие. - Как, впрочем, и желание познать магию. С другой стороны, именно это желание и мешает тебе в большинстве случаев. Потому что вместо того, чтобы терпеливо осваивать то, что они предлагают тебе для освоения, ты в каждом случае пытаешься (осознанно или нет) разобраться еще с чем-нибудь, близким по духу.... Чем это чревато, ты и сама понимаешь.... Ну и, разумеется, я не мог не отметить, - он коварно улыбнулся, - твои успехи в магической готовке. Радуйтесь, Саша и Лиля, она сумела переплюнуть в этом деле даже Настю!
  После этих слов Настя счастливо кинулась меня обнимать. Саша с Лилькой, страдальчески (разумеется, не без легкого приступа самодовольства) вздохнули. Геннадий Тимофеевич, как истинный дипломат, сообщил, что я и без магии могу с этим справиться. А Роман, не сумевший должным образом отреагировать на предупреждающе прозвучавшее Катино: "Смотри в меня не попади!", получил диванной подушкой по голове. После чего, устремив на меня обиженный взгляд, потребовал немедленно удалиться с учительского собрания.
  Я показала ему язык. И, обратившись к присутствующим, предложила и им высказать свое мнение. На что Лилька, вальяжно развалившись на отобранной у Романа подушке, заявила, что по зрелому размышлению она тоже требует моего удаления.
  - А тебе-то я что успела сделать? - возмутилась я. - Вот, подушку даже доставила!
  Лилька фыркнула:
  - Конечно, не успела! Но я ведь еще и не высказывалась.
  Я показала ей кулак.
  - На самом деле, - вмешалась Саша, - Роман прав. Особых нареканий в отношении тебя у нас нет. Способности у тебя имеются практически ко всему.... Разве что кухонная магия.... Но это такая штука.... В общем, половина волшебников к ней почему-то абсолютно не приспособлены.... С другой стороны, в современном мире можно прожить и без этого искусства.... Это раньше женщины обязательно должны были уметь готовить, поэтому невосприимчивость к такого рода заклинаниям рассматривалась ими как личная трагедия.... Сейчас же этот вопрос решается с гораздо большей легкостью.
  Я оскорбилась:
  - Интересно! Что же это получается? Не смогла с первого раза переместить одновременно чашку и.... другую чашку.... И сразу невосприимчива?
  - С первого? - ехидно уточнил Роман.
  - Я не считала!
  - Зато я считал! Ты сделала ровно сто пятнадцать попыток! И одну с Амулетом! Кстати, тоже безуспешную. Так что в этом направлении у тебя полнейшая профнепригодность!
  - Подумаешь.... Как будто я без магии готовить не умею!
  - Да не переживай ты так, - утешила меня Лилька. - Я вот, наоборот, могу готовить только при помощи магии.... Иначе ножи летят на пол.... Хотя, что ножи.... Вот с тарелками и прочими хрупкими предметами куда больше проблем! А сама еда? Все, что может пригореть, пригорает! Все, что может перевариться, пересолиться, переперчиться и так далее - соответственно, переваривается, пересаливается и пере... тьфу!... переперчивается что ли?!
  - Я в курсе, Лиль, - прервала я сеанс саморазоблачения, - ты как-то пару лет назад пыталась что-то приготовить.... Я вот только до сих пор не могу понять, что именно ты тогда сотворила....
  - А нечего было следить за процессом! - тут же заявила она. - И я бы не опозорилась. И ты бы не отравилась!
  - Это что же получается? Я еще и виновата!?
  - Разумеется, - с важным видом вещающего истину пророка изрекла Лилька.
  - Наговорились? - осведомился Геннадий Тимофеевич.
  Мы поутихли:
  - Вполне.
  - Тогда давайте все же о деле.
  - Давайте, - согласилась я. - Только я все-таки сначала спрошу. Можно?
  - Спрашивай, - пожал он плечами.
  - А Вы здесь по какому делу? То есть, я, конечно, совсем не против Вашего присутствия. Я даже за. Вы мне очень нравитесь. Но Вы ведь не учитель?.... Или все-таки учитель?
  - Я не учитель. Но я за тебя отвечаю. Точнее, Роман и я. Потому что именно мы были первыми волшебниками, с которыми ты контактировала как волшебница. Понимаешь? Можешь считать нас кем-то вроде крестных фей....
  Ему не стоило этого говорить. Потому что у меня представление о крестных феях было только одно. Представление ясное, четкое и, если хотите, стереотипное. Пышное розовое платьице. Розовые туфельки на высоких каблуках. Элегантная прическа. Сверкающая диадема. Палочка с огромной серебряной звездой на конце.... А помимо представления я всю жизнь еще и весьма живым воображением отличалась.... В общем, в считанные секунды Геннадий Тимофеевич был обряжен в стандартный рабочий костюм доброй феи....
  Надо отдать ему должное. Кричать он не стал. Хотя склонности к хохоту я за ним в тот момент тоже не наблюдала. Он моргнул. Осмотрел себя. На всякий случай протер глаза. Еще раз взглянул.... И вот только тогда принялся багроветь.
  - Я случайно! - завопила я.
  - Подтверждаю! - вслед за мной завопила Катя. И расхохоталась.
  Дальнейшие смены цвета Геннадия Тимофеевича прошли незамеченными....
  К счастью, платье исчезло с той же скоростью, что и появилось, просуществовав на Геннадии Тимофеевиче всего-то минуты две. Но ему, по всей видимости, хватило. Резко повернувшись (но почему-то не ко мне, а к Кате), он коротко поинтересовался:
  - Что это было?
  - Иллюзия. У нее воображение богатое, а с контролем силы проблемы.
  Теперь Геннадий Тимофеевич смотрел на меня:
  - Что это было?
  - Ээээ.... А Катя что-то неправильно сказала?
  - Я не про Катю. Я хочу знать, осознавала ли ты, что именно делаешь?
  - Что представляю - осознавала. А что колдую - нет.
  - Я так и подумал.
  - А это можно как-то контролировать? - забеспокоилась я, взглянув на его посерьезневшее лицо.
  - Это нужно контролировать! Сила, выходящая из-под контроля волшебника, опасна!
  - Впрочем, не все так печально, - успокоила меня Настя. - Просто, помимо того, что твоя сила может не вполне поддаваться контролю твоего разума, здесь может быть еще одна причина. Которая как раз в разуме и кроется.
  - Вот именно! - подхватила Лилька. - И зная ее, - она весьма невежливо ткнула пальцем в мою сторону, - я как раз склоняюсь именно ко второй причине!
  - А пояснения будут? - буркнула я.
  - Я поясню, - вызвалась Саша. - Ты хочешь творить магию. В этом вся причина.
  - Не понимаю.... - растерялась я.
  - Видишь ли, в искусстве магии очень многое зависит от личности волшебника и от того, как он сам относится к тому, что делает. Сама понимаешь, мы не всегда совершаем те поступки, которые нам хочется совершать. Бывали даже случаи, когда сила волшебника (порожденная его разумом, чувствами, эмоциями) вступала в борьбу с силой заклинания, Амулета.... Получается, что волшебник сознательно вершит противную ему магию, а подсознательно направляет какое-то количество своей же магической энергии на то, чтобы это заклинание ослабить.... Как правило, это очень маленькая доля, но в некоторых случаях она способна изменить все.
  - А тут у меня даже никаких противоречий не возникло! - сообразила я.
  - Вот именно. Ты настолько хочешь быть причастной к чему-то магическому, что колдуешь непроизвольно.
  - И это, - состроила Лилька умную физиономию, - не есть хорошо!
  - Но поправимо и скоро само пройдет, - вновь успокоила меня Настя.
  - Да, Насть, ты права, - подтвердил Геннадий Тимофеевич, - но пока это не пройдет, Ирине придется быть куда более внимательной к тому, что она делает.
  - Значит, так и запишем, - вмешалась Саша, - уроки концентрации ставим пока на первое место в ущерб освоения новых отраслей магии (благо, она и сама их осваивает вне зависимости от наших усилий).
  - Еще нужно провести занятия по иллюзиям и метаморфозам, коли уж она их за сегодняшний день попыталась освоить, - добавила Лилька.
  - И небезуспешно! - поспешила напомнить я.
  - Да я не спорю, - она махнула рукой.
  - Тогда уж и чтение мыслей пишите, - немного смущенно сообщил Роман.
  - Когда ты успела? - удивленно воззрилась на меня Настя.
  - Да я сегодня.... всего понемногу освоила.... - в свою очередь смутилась я.
  - И у тебя получилось?
  - Получилось, - ответил за меня Роман. - Правда Ирина считывала доступные мысли. Но для первой попытки - это неплохо.
  - О! - приподняла брови Настя. - Молодец!
  - А кулинария? - тут же поинтересовалась я.
  - А что кулинария? Тебе нужен дополнительный урок для подтверждения уже очевидного?
  - Ну, раз вы так говорите, значит, не нужен.... - я печально вздохнула.
  - Не расстраивайся, Ир. Лучше выбирай, на кого сначала пойдешь любоваться: на эльфов или драконов?
  - Что?! - я буквально подскочила. - А когда?!
  - Разумеется, только после того, как научишься контролировать себя, - строгим голосом сообщила Саша. - Конфликты между созданиями еще ни к чему хорошему не приводили. Так кого ты хочешь увидеть раньше?
  - Сложный вопрос.... Эльфов!... Нет!... Драконов!.... Или эльфов?!.... Я не знаю!.... Кать, ты случайно не в курсе, кого из них я больше хочу увидеть?
  Катя поперхнулась и возмущенно заявила:
  - Нашла психоаналитика! То, что я знаю, о чем ты думаешь, еще не значит, что я каким-то образом должна принимать за тебя решения!
  - Тогда сами решайте! - обиженно фыркнула я. - В конце концов, это ведь вы составляете "учебный план"!
  Лилька состроила преувеличенно наивное лицо:
  - То есть, если мы туда ни тех, ни других не включим, у тебя претензий не будет?
  - Я тебе не включу! - пригрозила я. И мгновенно приняла решение. - Давайте тогда драконов сначала! В конце концов, эльфов я себе хоть как-то представляю. А вот с драконами похуже будет!
  - Уговорила, - довольно улыбнулась Лилька.
  - Еще тебе нужно познакомиться с представителями Совета, - принялась "планировать" Катя, - да и вообще, с волшебниками. А то, даже побывав на балу, на котором, уж поверь мне, их было очень много, ты успела познакомиться только со мной и Генри.
  - А еще история и благоустройство мира, - напомнила Саша.
  - И Провидение, - вмешалась Катя.
  А Геннадий Тимофеевич напомнил про Эликсиры.
  И если бы они на этом остановились.... Как же! Каждый из них считал необходимым включить в процесс моего магического образования именно ту отрасль магии, в которой сам хоть сколько-нибудь разбирался.... И, насколько я могла судить, разбирались они практически во всем.
  Наконец, либо отрасли либо познания самих волшебников в этих отраслях закончились. Они примолкли. А я, решив, что планирование завершено, облегченно вздохнула.
  Не тут-то было.
  Они принялись составлять расписание занятий, пытаясь, разумеется, сопоставить его с собственной занятостью. Получалось, правда, не очень.
  - Нет, - отмахивалась почти от каждого предлагаемого варианта, заявляла Лилька, - не могу! Что значит, почему? Работаю я! Работаю! Так что только вечером.
  - Как вечером? - упавшим голосом реагировала Саша. - Я ведь не могу вечером.
  - А днем? Чем вас не устраивает день? Я как раз днем не занята...- пыталась вмешаться Настя.
  - Поскольку мое "не могу" уже явно неактуально, я, пожалуй, промолчу, - сообщила Катя.
  - А мне все равно придется присутствовать на всех занятиях, - махнул рукой Роман, - так что решайте сами, когда вам удобнее их проводить.
  - Мне, собственно, тоже все равно, - внес свою лепту Геннадий Тимофеевич. - Я не учитель, но магазинчик всегда в вашем распоряжении. В случае чего - я тоже.
  - Ир, а тебе самой-то когда удобнее?
  - Мне? Еще две недели я свободна в любое время. А потом лучше, наверное, вечером.
  - Тогда на эти две недели план таков, - вооружившись карандашом и бумагой, продекларировала Лилька. - Утром Саша вещает про концентрацию. Днем Настя - про историю магии. Вечером я про.... А про что я там рассказываю, кстати?
  - Про метаморфозы, - подсказал Роман.
  - Хорошо. Значит, про метаморфозы. Или лучше сначала про иллюзии?
  - Сначала? Да. Лучше про иллюзии. А Катя?
  - Катя, наверное, придет вместе с Настей днем, - сообщила Катя.
  - Вот и договорились, - ставя точку в разговоре, обрадовалась Саша.
  Ее телефон, казалось, только этого и дожидался:
  - Да?... Привет.... Уже дома?.... Нет. Я скоро вернусь.... В магазине.... Что купить?... Ладно. Я постараюсь.... Целую.... И я тебя... Счастливо....
  - Чего хотел дражайший супруг? - широко улыбаясь, поинтересовалась Лилька.
  - Он хочет галстук.
  - А у него нет?
  - Были. Пока вчера Каролина с ними не поиграла.... А завтра нам в гости идти.... Какой бы выбрать?
  - Так в чем проблема? Пошли вместе покупать!
  - Стойте! Я с вами! То есть вы со мной, - остановила их Настя. - Идем ко мне домой. Там есть все, что нам потребуется.
  - Ни "спасибо", ни "до свидания", ни "хотите с нами".... - взглянув туда, где только что находились три девушки, подвела итог Катя. - Поразительно!... Кстати, - обратилась она к Геннадию Тимофеевичу, - а что там с моим заказом?
  - Доставлен. Желаешь взглянуть?
  - Разумеется.
  Они как-то странно и очень довольно переглянулись и тоже исчезли.
  А я саркастически процитировала:
  - "Ни "спасибо", ни "до свидания", ни "хотите с нами".... Вот уж действительно поразительно!
  - А тебе не показалось, что они уж как-то слишком довольно смотрят друг на друга? - задумчиво поинтересовался Роман.
  - И что Катерина все время забывает про отчество.... - развила я его мысль.... - Они, конечно, по волшебным меркам не так уж и различаются по возрасту..... но.... уж слишком необычно они смотрятся вместе..... Если только ты имел в виду то же, что и я....
  - Именно это и имел.... А про необычность забудь. У нас и не такие пары бывают.... Вот я как-то видел пару: гном и эльфийка.... Поверь мне, это смотрелась куда более необычно....
  - Я бы даже сказала, комично, - представив ощущение от такой пары, развеселилась я.
  - Отец эльфийки тоже так думал. Правда, он, в отличие от тебя, не был так склонен к веселью.
  - И чем дело закончилось?
  - Они жили долго и счастливо, - улыбнулся Роман.
  - Это неплохой конец.
  - Вообще-то, я всю жизнь считал эту фразу весьма неплохим началом, - вновь улыбнулся он.
  А я улыбнулась в ответ....
  Воцарилось молчание. Но не неловкое. А какое-то.... уместное что ли....
  А, впрочем, зачем я вру? Уместным и не неловким оно было только поначалу. Но через минуту молчаливого обмена улыбками и взглядами я почувствовала ужасающую неловкость и смущение. Посему засобиралась домой.
  Роман нахмурился. Но выразил желание проводить меня. Разумеется, я тут же решила, что просто обязана попрактиковаться в перемещениях (для этого ведь не требовались провожатые).
  Спорить со мной он не стал. Окинул только скептическим и каким-то уж чересчур все понимающим взглядом. Разозлил, разумеется. Потом молча вручил мне Пушка. Вежливо попрощался. И принялся терпеливо ждать, когда я покину его жилище. Не забывая при этом сверлить меня взглядом.... Стоит ли удивляться, что сосредоточиться на каком-то определенном месте у меня не получалось?
  - Ты мне мешаешь! - разозленно заявила я после очередной неудачной попытки.
  - Я?! - его лицо старательно демонстрировало выражение оскорбленной невинности. - Каким, интересно, образом?
  - Ты.... Ты смотришь на меня! - выпалила я, не особенно, правда, уверенная в убедительности выдвинутого мною довода.
  - Не хочешь ли ты сказать, - вкрадчиво поинтересовался он, - что мой взгляд мешает тебя сосредоточиться?
  Решив, что комментировать это провокационное заявление выйдет себе дороже, я лишь скептически поджала губы.
  - Да ты и вправду сердишься! - расхохотался он. - А когда сердишься, лучше не колдовать. Поэтому вперед. Дверь вон там. А я все-таки тебя провожу.
  - Я всерьез подозреваю, что ты меня обманываешь, - стараясь не заражаться его смехом, объявила я.
  - Может, и обманываю, а может, и нет.... Хочешь проверить? - он лукаво улыбнулся. Мимолетно скользнул губами где-то в районе моего носа. И преувеличенно шутовским жестом распахнул дверь. - К Вашим услугам, мадам.
  Вот тут я все-таки рассмеялась.
  
  Глава десятая,
  в которой выясняется, что яблоко падает недалеко
  не только от яблони,
  но и от соседнего яблока
  
  Никогда не любила попахивающие двусмысленностью расставания. Тем не менее, вчерашнее расставание с Романом было именно таким.... Почти обещание. Почти поцелуй. Почти улыбка. Почти грусть.... И все это настолько "почти", что, поди, разбери, было ли это все вообще.
  Вот я всю ночь и разбиралась.
  Не разобралась.
  Поэтому на утреннее занятие пришла сонная и злая. И с темными кругами под глазами. Что тоже не добавляло радости.
  Ну и опоздала для количества. На час.
  Когда я появилась в магазинчике, Саша, Геннадий Тимофеевич и Роман пили кофе и лениво рассуждали о каких-то безответственных девицах. Благоразумно решив не уточнять, кто имелся в виду, я поздоровалась.
  В ответ получила приветствия и чашку кофе. Сопровождавшуюся саркастическим Сашиным "тебе точно не повредит". Я, в принципе, была с ней полностью согласна. Поэтому чашку приняла с благодарностью и, собрав всю имеющуюся у меня наглость, поинтересовалась, когда мы можем начинать.
  - Завтра, - оценив наглость, ответила Саша.
  Я приуныла:
  - Понятно.
  - Ир, - Саша сменила гнев на милость, - у меня просто времени не очень много. Я прекрасно понимаю, что каждый может проспать. И истерики, уж поверь, по этому поводу устраивать не собираюсь. И обижаться тоже. И я бы с удовольствием осталась. Но у меня есть и другие дела.... Так уж вышло.... Я вот посижу еще минут пятнадцать.... И мне будет пора уходить.
  - В гости? - припомнив вчерашний диалог, поинтересовалась я.
  - В гости вечером. А сейчас домой. У меня дочка маленькая. Ее нельзя надолго одну оставлять.... А муж на работе.... А Каролина.... - тут Саша разулыбалась. - Показать фотографии?
  Не успела я даже кивнуть, как передо мной появился пухлый фотоальбом. Целиком посвященный очаровательной малышке.
  - Есть, чем гордиться! - разглядев девочку, сообщила я просиявшей мамаше.
  Девочка и вправду выглядела чудесно. Золотистые кудряшки. Озорные глаза. Тонкие ручки и ножки....
  Я чуть было не поинтересовалась, учится ли она волшебству, но вовремя прикусила язык. Вместо этого спросила, сколько ей лет.
  - Пять, - с гордостью ответила Саша.
  - Обещает стать покорительницей сердец, - указала я на очередную фотографию.
  Саша усмехнулась:
  - У нее уже сейчас три поклонника. Все трое страшно ревнуют. И соревнуются за право дернуть ее за косичку. Я, правда, пытаюсь склонить их к более.... цивилизованным способам ухаживания. Но они лишь недоверчиво смотрят на меня.
  - К более цивилизованным, говоришь? - бросив хитрый взгляд в мою сторону, поинтересовался внезапно развеселившийся Роман. - Сдается мне, что они не столь доходчивы!
  И дернул меня за волосы....
  Чем окончательно убедил в том, что ночью нужно спать, а не размышлять над какими-то ни то гипотетическими, ни то негипотетическими версиями.
  Сосредоточив все свои усилия на том, чтобы не расплыться в глупой улыбке, я повернулась к нему. И, старательно сохраняя на лице серьезное выражение, поинтересовалась, требуется ли мне в рамках подобного общения запустить в него еще одну подушку. Или хватит вчерашней.
  На что получила немного высокомерно прозвучавшее подробное разъяснение общих принципов ухаживания: привлекающие внимание действия обычно осуществляет только одна из сторон.
  Поразмыслив, благосклонно согласилась с разъяснениями. Проигнорировала заинтересованный Сашин взгляд. Понаблюдала за тем, как Геннадий Тимофеевич ведет заранее бесперспективную борьбу с одобрительной улыбкой. Сообщила ему, что будет и на моей улице праздник. И все-таки смутилась.
  К счастью, дальнейший обмен взглядами был прерван весьма вовремя объявившимися покупателями. Геннадий Тимофеевич тут же чинно поднялся. Аккуратно одернул вязаный жилет. И направился к клиентам.
  Не медля, и Саша и Роман направились в коридор:
  - Чтобы хоть на какое-то время появиться на работе, - пояснил Роман.
  Сашино исчезновение в пояснениях не нуждалось.
  Я молча поглядела по сторонам. Сначала - в сторону мгновенно опустевшего коридора. Затем - на деловито общавшегося с покупателем Геннадия Тимофеевича. Вздохнула. Посчитала время до следующего занятия (около двух часов). И, объявив о своем решении, отправилась подышать свежим воздухом.
  Впрочем, едва приоткрыв ведущую на улицу дверь, я поняла, что с подобными планами придется распрощаться:
  - Дождь?!
  - Он же с утра идет! - удивленно глядя на меня, произнес покупатель.
  Он, может, и с утра, - подумалось мне. Только вот я, в отличие от Вас, на улицу еще не выходила. В окно выглянуть ни разу не додумалась. А до разговоров о погоде дело у нас не дошло (и без того не скучно было). И объяснить Вам, каким образом я здесь оказалась, минуя дождь, я тоже не могу....
  Впрочем, несмотря на невозможность объяснить все это разговорчивому покупателю, самим фактом того, что такое объяснение хотя бы имеет место, я была вполне довольна. А для него сочинила другую версию.
  - Я думала, что он закончился, - буркнула я, смерив ни в чем не повинные потоки воды и ни в чем не повинного покупателя обвиняющим взглядом. И, решив, что разговор окончен, отправилась в коридор. Побродила по кухне. Заскучала. Поразмыслила над тем, кого бы осчастливить своим присутствием. И решительно направилась в гости к сестре. Направилась, разумеется, не абы как. А как и положено настоящему волшебнику. Переместилась то есть.
  Донельзя гордая благополучно освоенной способностью и тем, что теперь можно обходиться и без вечно теряющихся зонтиков (впрочем, проблема с потерями, кажется, тоже могла разрешиться просто с пугающей легкостью), я радостно трезвонила в дверь.
  Зато отворившая дверь Ленка представляла собой мою копию получасовой давности: была зла и нынешней ночью явно не злоупотребляла сном.
  Было в ней и еще что-то. Странное. Неуловимое какое-то. Но я сосредоточила внимание на признаках более явных.
  Поэтому красноречиво оглядела круги под глазами и вопросительно взглянула. Ленка намек проигнорировала. На приветствие отозвалась резко. И молча ткнула пальцем куда-то вглубь квартиры.
  Решив, что приглашение войти получено, я отправилась в указанном направлении. Сзади зло топала Ленка.
  - Вот! - яростно указала она на груду тонкой белой материи, занимавшую почти весь диван.
  Приглядевшись, я поняла, что это не просто материя. А приобретенное на выходных свадебное платье. Понять, чем оно могло заслужить столь зверский взгляд, было сложно. Поэтому я уточнила:
  - Что "вот"?
  - Платье!
  - Я вижу.
  - А это ты видишь? - кажется, собираясь перейти к истерике, почти прошептала Ленка.
  "Это" было дыркой. От утюга.
  - Вижу, - согласилась я, лихорадочно прокручивая в голове способы успокоения собравшейся уже всерьез расстроиться невесты. - И давно с ним это?
  - С кем?
  - С твоим настроением, - решила пошутить я. Но, взглянув на Ленкино лицо, поняла, что ей не до шуток. Поэтому поспешила добавить, - ну и с платьем, разумеется.
  - Со вчерашнего вечера, - сухо обронила Ленка. - С тех пор как маме пришло в голову, что его нужно отгладить, а только потом померить.... А потом, - как-то совсем безнадежно добавила она, - еще целых четыре часа пытаться одновременно извиняться и придумывать способы, как бы все это исправить....
  - И придумала?
  - Нет, конечно! - раздраженно воззрилась на меня Ленка. - Да и что тут можно было придумать?
  На мой взгляд, придумать можно было много чего. Особенно, если применить фантазию, воображение.... и совсем немного магии.
  План созрел моментально: наплести Ленке басен о какой-нибудь чудо-портнихе (благо, портниху действительно предполагалось привлечь чудесную) и изъять платье. А потом вернуть. Восстановленное.
  - Хммм.... - я приняла задумчивый вид. - У меня есть одна знакомая.... Она....
  - Чтобы я доверила какому-то незнакомому мне человеку свое свадебное платье?!
  - Но она....
  - Нет!
  - А если мы....
  - Ир! Не зли меня еще больше! Я сама справлюсь! Вот только успокоюсь и скон.... сосредоточусь! И обязательно найду решение!
  - Да зачем его искать-то? Давай я заберу платье, а завтра утром верну. Целое и невредимое. Ты не поверишь, она просто чудеса с материей творит!
  - Да у меня тоже знакомая есть! Только я с ней поговорить еще не успела. Сначала тут расстраивалась моя мама. Потом твоя. Для количества еще и тетю Лиду позвали....
  - А эта твоя знакомая.... она точно справится? Не испортит? За свою-то я определенно головой ручаюсь....
  - И ты туда же! Да не подведет она!
  - А если она не подведет, то почему ты такая злая?
  - А тебе не кажется, - снова завелась Ленка, - что сам факт порчи свадебного платья не очень-то радует. К тому же вместо того, чтобы заниматься его восстановлением, я была вынуждена всю ночь отметать какие-то странные варианты борьбы с дыркой и успокаивать трех так же не в меру обрадованных его порчей сестричек. А поскольку они все приходятся мне, кто мамой, кто тетями, успокаивать их надо уважительно и вообще проявлять чудеса человеколюбия....
  - Ладно, - хлопнула я ее по плечу, - меня можешь так уж и быть, не успокаивать. Но на всякий случай, если уж твоя портниха ничем не поможет, мое предложение остается в силе. А сейчас я иду на кухню варить кофе, - я, припомнив свое утреннее состояние, процитировала Сашу, - оно тебе точно не повредит. А ты звони своей чудеснице.
  Мое предложение, вполне, на мой взгляд, логичное и разумное, почему-то вызвало у Лены не совсем те эмоции, которое должно было вызвать: она разозлилась. Не то чтобы она что-то такое сказала, но ее раздражение я почувствовала так, будто бы оно было моим.
  - Я что-то не так сказала? - перепугалась я.
  Но Ленка, проявив недюжинные артистические способности, только премило улыбнулась:
  - С чего ты решила? Все в порядке. Я просто расстроена. И вполне возможно, что поэтому я выгляжу как-то не так. Ты все правильно предложила.
  Решив, что сказывается бессонная ночь (причем, как моя, так и ее), я понимающе (хотя, в общем-то, непонимающе) кивнула и отправилась реализовывать собственный план.
  Спустя минуту, ко мне присоединилась Ленка.
  - Никого нет дома, - ответила она на мой невысказанный вопрос и уютно разместилась на стоящем у окна диване. Осложнив тем самым процесс общения: в окно уже вовсю светило с невероятной скоростью сменившее дождь солнышко.
  - Может, тогда лучше я позвоню, - предложила я и взглянула на Ленку в ожидании ответа. Сощурившись из-за солнышка.
  И тут как-то разом поняла, в чем истинная причина Ленкиной злости. Но та, похоже, моего понимания не заметила, поэтому проворчала что-то про то, что домой ее знакомая приходит к вечеру.... И, кажется, что никому другому она это платье все равно не доверит.....
  А дальше я уже не слышала. Да и зачем? Все равно ведь Ленка врала. Не было никакой знакомой. Хотя, может, и была. Только вот занималась она (как и изобретенная в срочном порядке мной) совсем не швейным делом. И злилась Ленка совсем не потому, что платье было испорчено.
  Но как ей об этом сказать, я не знала. Поэтому, покивав для вида, вернулась к кофе.
  Аккуратно поставила чашки на стол. И сказала:
  - Пей.
  - Ты что, обиделась? - тут же забеспокоилась Ленка.
  - Нет, что ты. Я понимаю.
  - Что ты понимаешь? - уставилась на меня она.
  - Почему ты врала.
  - Я врала?! - возмутилась Ленка.
  А мне вдруг захотелось рассмеяться.
  - Ага! Врала. Только ты села неудачно у окна. Там солнце светит. И я сощурилась, - затараторила я. Боюсь, правда, немного путано. Ленка, похоже, была того же мнения.
  - Сощурилась?
  - А что не надо было? - удивилась я. - Хотя, может, и не надо. Я же только учусь. Просто так смотреть удобнее. И как-то само получилось.... И вокруг тебя свет.... И я так рада....
  - Ты что!??? - подскочила Ленка с дивана. - Какой свет?!
  - Как это какой? - перепугалась я, начав беспокоиться, что ошиблась. И снова взглянула. Сомнений быть не могло. Аккуратный золотистый контур вокруг Ленкиной фигуры со стопроцентной точностью говорил о том, что она волшебница. - Золотистый.... Да ты посмотри на меня! Я же теперь тоже.... Того.... Я уже почти неделю учусь.... И даже на балу была.... И....
  - Ирка! - выдохнула, наконец, она, оседая на диван. - Как же я рада.... - И тут же посыпала вопросами. - А когда ты? То есть как? И кто тебя учит? И почему ты ничего не сказала?!
  - Да, понимаешь, - с еще большей скоростью затараторила я. - Сначала я заснула.... Потом проснулась.... И дверь эта.... И лоб.... Антиквариат.... Геннадий Тимофеевич....
  Тут Ленка присвистнула:
  - Геннадий Тимофеевич, говоришь? Неплохо! Даже очень хорошо. С ним, если я не ошибаюсь, должна работать твоя подруга - Грезина?
  - Да! - обрадованно кивнула я. - Лилька как раз меня учит. А еще Саша, Настя, Роман и Катя....
  - Насчет Кати тебе придется уточнить. А вот все остальные - весьма известные, опытные и сильные волшебники. Они друзья. Но обычно обучают магии только Саша и Лиля. Настя слишком молода. Из Романа никудышный учитель. А Геннадий Тимофеевич предпочитает отделываться малыми жертвами: предоставляет свое помещение в безвозмездное пользование. Но, если что, всегда готов помочь. И если уж он начал помогать.... Он, кстати, в прошлом педагогом был. И, кстати, по твоему профилю. Прокурорский надзор, уголовный процесс - его стихия.
  Я тут же уточнила:
  - Катя - это которая самая молодая из Мудрейших!
  - Вдовенко? - снова присвистнула Лена. - Ну ничего себе! Как ты умудряешься?
  - Да так уж получилось, - смутилась я. - Мы на балу были. У Настиных родителей. У них как раз юбилей.... И она там была.... И еще знаешь, - хихикнула я, - Геннадий Тимофеевич от нее в явном восторге.
  - В насколько явном?
  Пришлось уточнить:
  - В очень явном. И в очень восторге..... Лен.... А ты.... давно?
  - С семи лет! - гордо оповестила Ленка.
  - Тяжело тебе, наверное, в школе пришлось, - тут же развеселилась я.
  - Не то слово. Так обидно сидеть и молча слушать про силу тяготения. И про историю. Кстати, с анатомией там тоже что-то не так выходит. И ведь знаешь же, как есть на самом деле. То есть, как это все есть для тебя. А сказать не можешь.
  - По-моему, именно на то, что ты сказать ничего не можешь, чаще всего твоей маме классная и жаловалась.
  - А что я ей должна была говорить? "Вы уж извините, Анна Сергеевна, но в этом вот вашем учебнике написана чушь? Вот в этом - еще большая. А вот эта ваша теория вообще придумана волшебником. Причем придумана не для того, чтобы ее учили как постулат. Они развлекались так - выдвигали абсолютно абсурдное предположение и доказывали его, как единственно верное. Тот волшебник, конечно, тогда победил. Но это ведь не повод, чтобы учеников до сих пор этот анекдот учить заставляли".
  - Это ты про какой анекдот?
  - Да про людей и обезьян. И про то, кто из кого получился. И ведь не скажешь же никому, что самое обидное! Хотя, потом сами волшебники поняли, что их сотоварищ натворил. Нашли, разумеется, в его теории то, что он сам благоразумно опустил. Ибо это полностью сводило на нет все его прежние доводы. И опубликовали.
  - Зато теперь я понимаю, почему ты всегда такой серьезной девочкой росла.
  - Не будешь тут с вами серьезной! Так и норовите сказать что-нибудь такое, на что хочется возразить как-то уж совсем не по-человечески. А ведь мне еще отлучаться как-то приходилось.... А маму мою ты знаешь: ей всегда было интересно, где проводит время ее дочь. Чего я только не выдумывала. Тебе сейчас легко будет - ты по их понятиям человек взрослый. А я? Что тогда, что сейчас....
  - Ладно тебе.... ребенок. У детей, знаешь ли, на диванах свадебные платья не валяются. И, кстати, о свадьбах....
  - Волшебник он, не переживай!
  - Что, правда? А тоже малолетний? Или у него с возрастом посолиднее будет? То есть выглядит-то он, конечно, лет на двадцать пять, но....
  - Двести сорок, - немного смутилась Ленка.
  А я поперхнулась:
  - Напомни-ка, сколько тебе....
  Сделав вид, что говорит о вполне естественных вещах (правда, общая безмятежность облика была подпорчена воинственными нотками, отчетливо звучавшими в ее голосе), Ленка изрекла:
  - Мне семнадцать.
  - Тебе семнадцать. А ему двести сорок.... Красиво, - оценила я. - Тебе самой-то это неравным браком не кажется? А ему? Кстати, а как у волшебников с законами? Еще никто не додумался уточнить, до сколька лет волшебник по волшебным меркам ребенком считается?
  - До ста двадцати.
  - Ну и?
  - Что "ну и"? Я должна была вам всем сказать: "Ой, извините, мы еще лет сто просто вместе поживем. А вы уж потерпите. Законы, знаете ли....". Так?
  - Наверное, нет, - сбавила я обороты.
  - К тому же замужество позволит обрести гораздо большую свободу, чем имела бы студентка-первокурсница.
  - Вот уж не думала, что от магии столько проблем.
  - Это еще что, - отмахнулась Ленка. - Я вот все боюсь, что взрослеть перестану. Вот потеха будет! Как показывает практика, в нашем мире очень тяжело чего-то добиться в "серьезных" профессиях, если выглядишь всего-то на двадцать лет. Самый оптимальный возраст в этих случаях - в районе тридцати (по человеческим меркам, разумеется).
  - Вообще-то, тридцать лет, насколько мне известно, и нарисовать нетрудно. Так что можешь по этому поводу не расстраиваться. Ну, проведешь на полчаса больше за макияжем. И что с того?
  - Ну вот, - надулась Ленка, - скучно с тобой. И покапризничать нельзя. Пошли лучше платье исправлять.
  Я, конечно, пошла. Хотя уверенности в том, что смогу оказать Ленке хоть какую-нибудь помощь, совсем не испытывала. Она же, тем временем, начала что-то подсчитывать:
  - Свадьба у нас через две недели. Сегодня вторник. Утро. Ладно. Будем считать за целый день. Значит, получается где-то тринадцать дней. Хотя, пусть будет четырнадцать.... Ир, четырнадцать на двадцать четыре - это сколько?
  - Это.... триста тридцать шесть, а что?
  - Ничего. Это для метаморфоз параметры. Значит, продолжительность я установила. Теперь процент изменений. Стопроцентное. И обратный эффект. К сожалению, полная необратимость невозможна.... Ладно. Тогда предполагаем максимальный. Я ничего не забыла?
  - Ты у меня спрашиваешь? - ехидно поинтересовалась я.
  - А тебя разве не учили?
  - Да я о магии седьмой день, как знаю. И, - я припомнила, как выразил эту мысль Геннадий Тимофеевич, - несколько из этих дней была не вполне в....ээээ.... дееспособном состоянии....
  - Седьмой день? Тогда тебе, наверное, сказали, что это из разряда высшей магии и для начала сложновато. Так?
  - Так. А откуда ты знаешь?
  - А мне еще и не такое говорили. Тогда я тебе сейчас сама расскажу. Метаморфозы предполагают наличие трех параметров: процент изменяющегося вещества, время, на которые это вещество меняется и способность к обратному процессу.
  Припомнив процесс создания из Лильки крокодила, я согласно кивнула.
  - Что-то ты слишком хитро киваешь, - уставилась на меня Ленка.
  Я скромно потупила глаза:
  - Больше мне все равно неизвестно. Так что рассказывай.
  Она смерила меня скептическим взглядом:
  - Я потом сама у Лильки спрошу. Так вот, под метаморфозой обычно понимают процесс преобразования материи одного типа, формы, состава и так далее в принципиально иную.
  - Не хочешь ли ты сказать, что мечта алхимиков давно сбылась?
  - А ты уже раскатала губы на домашний золотой прииск? - развеселилась Ленка.
  - Да черт с ним, с золотом. А как тебе собственная нефтяная вышка? Из водопроводного крана, к примеру?
  - Прииск реальнее, - поразмыслив, сообщила Ленка, - с той скоростью, с какой вода вытекает из крана, преобразовывать материю практически невозможно. По крайней мере, длительный срок.
  - Что-то ты слишком ехидно разговариваешь, - заинтересовалась я. - В чем подвох?
  - В том, что вычислить такого "магната" не составит проблем.
  - О! Кажется, я обнаружила, чем еще занимается Совет.
  Она согласна кивнула:
  - И тебе еще очень повезет, если ты успеешь "загнать" свой товар только волшебникам. Аналогичных же шуток с людьми они не прощают. Хотя, с другой стороны, если ты сфальшивомонетничаешь при помощи человеческой техники, они и пальцем не шевельнут. Тут с тобой уже люди разбираться будут. Как вариант - сами Мудрейшие, но тоже без вмешательства магии. Хотя, сама понимаешь, вмешиваются они лишь в очень редких случаях.
  - И, я так понимаю, по такому же принципу наказывают за все остальные преступления?
  - Правильно понимаешь.
  - Что ж, это соотносится с тем, что мне рассказывали про магию. А что у нас с платьем?
  - Сейчас. Сочиню только что-нибудь подходящее. - Ленка призадумалась. - Как тебе вот это: "О, жуткая, кошмарная дыра! Стань снова идеальным чисто белым платьем..."?
  - Если это и стих, то он явно белый.
  - А нам большего и не требуется. Смотри.
  Как и всегда, в случае, когда магию применяли уже давно знакомые с ней волшебники, результат оказался весьма вдохновляющим: платье успешно расправилось с дыркой.
  - Вуаля! - отвесила Ленка поклон. - А вот теперь можно и кофе!
  - Кофе-то может быть и можно, но желательно побыстрее - у меня занятия сейчас будут.
  - На тему?
  - История магии, - воодушевилась я. - И благоустройство мира. Наверное, интересно.
  - Тебе определенно понравится, - уверила меня Ленка.
  - И если уж речь зашла об историях, то как насчет твоей?
  - Моей? А мы успеем? Можно, конечно, попробовать....
  - Если я что-то не успею дослушать, то все равно знаю, где тебя найти, - успокоила я ее.
  - Ну если так, - пожала она плечами. - Слушай. Мне было семь лет. С половиной, если точнее. Было лето. И мы с тобой как раз находились в деревне. Собственно, это ты и поспособствовала тому, что я стала волшебницей.
  - Я? - обрадовалась я.
  - Ты, ты, - подтвердила Ленка. - Только можешь не строить такое довольное лицо - твои действия в тот момент принесли мне мало радости.
  - А что я такого сделала? - умерила я степень гордости собой в голосе.
  - А то ты не помнишь! Помнишь, конечно, только точно не помнишь, когда ты все это устроила.
  - Что именно?
  - Ты мне руку дверью прищемила.
  - А! - наконец поняла я, о чем речь. - В дедушкиной машине? Помню, конечно! Мне до сих пор стыдно! Только я и вправду не помню, в каком возрасте я тебе это устроила.
  - Да я бы тоже не помнила, - отмахнулась Ленка. - А дело было так. Ты не заметила мою руку. Хлопнула дверью. Я завопила. Ты перепугалась и дверь открыла. И попыталась выяснить, что со мной стряслось. А я обиделась на тебя. И убежала. Спряталась в сарае и принялась воображать, как мне будет так больно, что потребуется вызывать врача. И тогда тебя накажут. Правда, - добавила Ленка со смешком, - мне через пару минут стало действительно больно. И о своем предыдущем желании я резко пожалела. Мне захотелось, чтобы рука у меня зажила. И захотелось, как ты понимаешь, очень сильно. Гораздо сильнее того, чтобы она заболела и тебя наказали. Так я и сидела. Плакала. Баюкала руку. И представляла, как боль уходит. А потом увидела свет. Вокруг себя. И рука резко заколола, заныла. Я перепугалась. А она вдруг взяла и перестала болеть. Совсем. Как будто и не было этой двери. Ну я порадовалась, и ладно. Ребенок, что с меня взять. Только вот потом начала замечать, что многие вещи ведут себя в соответствии с моими желаниями. Потерянные вещи с легкостью находились. С той же легкостью искались ягоды и грибы. Животные вдруг воспылали ко мне неземной любовью и стали поразительно послушны.... Помнишь, ты всегда боялась заводить быка, корову.... А за мной они шли, как привязанные.... Не знаю, что бы я напридумывала про то, как у меня это все выходит, но, к счастью, я пошла в школу. И встретила там такую же девочку. Только она относилась к своим.... способностям не так, как я. Потому что воспитывалась в волшебной семье. Она поговорила со мной. Потом со своими родителями. Те объяснили мне все. Рассказали о волшебстве. О моей силе. С тех пор я начала учиться ей управлять. И выучилась. То есть мне растолковали базовые навыки, ознакомили с основными законами мироздания. Объяснили, чем чревато их нарушение. Убедились, что я прониклась. Указали, где я могу получить новые знания. И отпустили на все четыре стороны.
  - А долго ты училась? - задала я всерьез волновавший меня вопрос.
  - Я - девять лет. Но тебе это не грозит. Ты - взрослее. Значит, все поймешь быстрее. И особенно запреты. С детьми обычно приходиться долго возиться - сама понимаешь.
  - Понимаю.
  - Только от меня пока тоже толку как от ребенка.
  - Ничего. Ты разберешься. Ты умная.
  - Именно этим я сейчас и займусь, - поглядев на часы, подтвердила я. - А тебе придется придумать какую-нибудь вразумительную историю и ознакомить с ней всех тех, кто сегодня ночью пытался озвучить менее.... действенные способы избавления от дырки....
  - А я уже придумала, - отмахнулась Лилька. - Скажу, что наткнулась на очень доброжелательную продавщицу и что теперь у меня точно такое же платье, но целое. Новое то есть. Ты не переживай, Ир, в способах объяснить необъяснимое я давно специалист. К тому же ты удивишься, насколько люди действительно не хотят это самое необъяснимое замечать, пусть даже оно и творится под самым их носом. Я столько раз колдовала буквально у мамы на глазах, но ни разу она и бровью не повела. Ты, правда, почти все время строила удивленную физиономию. Но никогда ничего не говорила. Меня всегда интересовало, сделаешь ли ты какие-нибудь выводы из своих наблюдений.
  - Боюсь, теперь ты этого явно не выяснишь, - развеселилась я. - А я не выясню еще что-нибудь интересное, если умудрюсь опоздать на второе занятие за день. Так что пока.
  И я исчезла.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com В.Крымова "Скандальная невеста, или Попаданка не подарок"(Любовное фэнтези) В.Соколов "Мажор 4: Спецназ навсегда"(Боевик) Д.Сугралинов "Дисгардиум 5. Священная война"(Боевое фэнтези) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) А.Кутищев "Мультикласс "Слияние""(ЛитРПГ) Ю.Васильева "По ту сторону Стикса"(Антиутопия) В.Кретов "Легенда 2, инферно"(ЛитРПГ) В.Бец "Забирая жизни"(Постапокалипсис) А.Нагорный "Наследник с Земли. Обретение"(Боевая фантастика) Ю.Резник "Семь"(Антиутопия)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
О.Батлер "Бегемоты здесь не водятся" М.Николаев "Профессионалы" С.Лыжина "Принцесса Иляна"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"