Оганесян Валентин Эдуардович: другие произведения.

Кошки поместья Гроссхолл

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Аудиокниги БОРИСА КРИГЕРА
Peклaмa
 Ваша оценка:

  Посвящается памяти моих друзей: Симбы и Кусаетсы
  
  
   Анабель Гросс лежала в гостиной на старой жесткой тахте. Легкий ветер играл листьями сохнущих цветов сквозь открытое окно. Несколько месяцев назад одинокая и хозяйственная женщина холила и лелеяла их с таким трепетом, что каждый подоконник походил на небольшую оранжерею. Сейчас же из них выжили лишь самые неприхотливые; гортензии, орхидеи, цикламены, и декоративные розы давно увяли - многие из них так и оставались не убранными в своих горшках.
  Общения с мисс Гросс удостаивался разве что курьер с бесплатной местной газеты да щуплый приезжий врач по имени Джоуи Бернар. Обычно, он навещал ее по понедельникам, средам и субботам: проверял ее состояние и привозил различные микстуры и настойки, пустые бутылочки от которых подобно шахматным фигурам теснились на прикроватной тумбочке. Не от великого человеколюбия, что лукавить. В столь погожие июльские деньки куда приятнее, хоть и недолгая, поездка в фургоне деревенскими пейзажами, когда под полным сил солнцем зеленеют луга, а гладь озер рябеет от плескающейся рыбки, чем посиделки в душной больнице среди капризных пациентов и старших коллег, норовящих дать пинок, едва заметив, что ты присел на скамью. К тому же, мисс Гросс всегда давала ему неплохие и незаслуженные "чаевые", так как за время визитов Джоуи, она не приблизилась к выздоровлению ни на шаг. В то время как он показательно удивлялся: "хм, определенно, должно было помочь" и привозил из аптеки все новые мензурки, мисс Гросс становилась все более похожей на свои цветы - мало двигалась, плохо ела, и больше времени проводила в постели. Ее, прежде всегда ухоженное лицо, избороздили глубокие морщины, голубые глаза обрамили темные круги, а нечесаные волосы спутались в подобие старой соломы. В сорок восемь она выглядела намного старше своих лет.
  Из дальнего конца комнаты, где стоял высокий платяной шкаф, за лежащей наблюдала пара глаз. Он приходил, когда ей становилось плохо, но, в отличие от других обитателей поместья Гроссхолл, по-прежнему неподвижно стоял в углу и смотрел. Стоило женщине, словно почувствовав его холодный пристальный взгляд, повернуть голову, как он исчезал, подобно тени в пасмурный день. Собственно, так его и звали - Тень. С того момента, как его мокрого и дрожащего занесли в просторный дом, за чем последовало купание в воде и сушка, после которых он долгое время прятался под кроватью, избегая дальнейших хлопот хозяйки. Кличка ему не нравилась никогда, но с годами он стал принимать ее с должным равнодушием - своего настоящего имени он не знал, как не знал и свою мать.
  - Вот, ты где, - прервала его блуждания среди детских воспоминаний пушистая белая кошка, Леди Перышко (пожалуй, обладательница клички, которую он действительно терпеть не мог). - Хозяйке не легчает? - интонация повисла где-то между вопросом и точкой.
  - Она мне не хозяйка, - это было еще одно слово, которое он презирал пуще остальных - он был свободен ни больше ни меньше, чем сам того хотел, и жил в Гроссхолле по собственному желанию, а не из благодарности за приют в ненастную ночь пять лет назад.
  - Да, конечно, - исправилась Леди Перышко и жеманно добавила: - И ты не хочешь ее утешить?
  - Для этого у нее есть такие, как ты, Раарис, - холодно отрезал Тень, назвав ее истинное имя.
  Пропустив колкости мимо ушей, кошка продолжила, но все же перевела разговор на другую тему:
  - Где этот бестолковый лекарь?
  - Сегодня он не приедет, - Тень порядком раздражало и то, что всякая кошка поместья с радостью будет согревать своим телом ноги мисс Гросс, когда увидит, что та, тяжело дыша, плетется к постели, но не в состоянии проявить уважительного внимания, чтобы правильно посчитать время визита доктора. - Он приезжает через две ночи, потом через три.
  - Что, если... - ей с трудом давались слова, - если она умрет, Тень? Она так слаба, так плохо выглядит. И дом тоже - он пыльный и чужой.
  Для кошек проявление неряшливости уже служило признаком недуга.
  - Значит, таков ее срок, - ответил он без единой эмоции.
  - Я не верю, что тебе все равно!
  - Твое дело. Мне важно, насколько изменится атмосфера в доме, и будет ли другой владелец имения достойно следить за ним - в противном случае я уйду в лес прежде, чем увижу, как вас выбрасывают на улицу.
  - Думаешь, это делает тебя сильнее? - Леди Перышко больше не сдерживала себя. - Или храбрее? Это показное равнодушие! Ты самый жалкий из всей семьи! - И она со всхлипами побежала по лестнице на второй этаж.
  На мгновенье Тени показалось, что он готов остановить ее и обнять, питая сладкой ложью утешения: "Все будет хорошо. Конечно, она поправится...", но это быстро сменилось чувством отвращения и гнева. Незаметно для двух катт: Мьяры (по кличке Черити) и Шесс (Шарлиз), греющихся на крыльце, он проскользнул на задний двор и скрылся в живой изгороди.
  Ему не было все равно.
  
  *****
  
  Ночью Тень изловил в поле пару мышей, отказавшись от общего ужина, рассыпанного по отдельным блюдцам. Прежде охота придавала бодрости и сил его телу и в то же время успокаивала его дух; сейчас же - лишь приковывала внимание к значительному сокращению числа грызунов в поместье с начала болезни мисс Гросс. Но каждый раз, посещая эти места, Тень убеждался, что летняя ночь неизменно прекрасна: насекомые пели под аккомпанемент шелеста листьев, воздух пронизывали ароматы скошенных трав и отдаленных костров - все было таким же, как и в его первую прогулку сюда. Тогда в доме жили пятеро котов и шестнадцать кошек (сейчас - семеро в общем числе), и он искал уединения и чувство храбрости, манкое и обязательное в его детской беззаботности. На поле, среди огоньков светлячков, возникающих и гаснущих; среди шорохов в лабиринтах пшеницы; среди охотничьих угодий сов он обменивал свою безопасность на храбрость. Кроме заблудших собак, лисиц, больших пауков и прочих типичных обитателей, Тень порой видел совсем незнакомых ночных существ.
  Он вернулся до восхода. Почти все кошки Гроссхолла спали: Шесс, Мьяра и Преттарель, как всегда, на постели Анабель Гросс; Сиб, которому дали прозвище Лорд, - на кресле в большом холле; Раарис и Кусаетса (у нее так же не было истинного имени) - в своих корзинах в западной спальне на втором этаже. Когда-то давно кошки засыпали для того, чтобы странствовать в Рощах Снов. Они проживали две жизни: кто-то больше познавая земной мир Бодрствования, кто-то - в Рощах Снов - мире, который подарила Мать Луна кошкам в ночь, когда она и Лунный Кот создали своих детей из звезд. В Рощах Снов для перворожденных кошек останавливался полет времени, они могли чувствовать многие события за несколько дней до их наступления в мире Бодрствования, а особо сильные могли так быстро переходить в Рощи, что делали это, засыпая незаметно даже для своих братьев. Они обрели способность переносить свое тело за несколько секунд с одного места в другое лишь моргнув своими чистыми глазами.
  Со временем многие кошки начали общаться с людьми - те кормили их, чесали их шерстку, ласкали и давали всякие удобства, и кошки стали ленивыми и безразличными к подарку Матери Луны. Они из поколения в поколение утрачивали способность посещать Рощи Снов, но сохранили привычку подолгу спать. Тех, кто еще хоть на короткое время мог совершить путешествие в Рощи, именовали Спящими.
  Тень прошел по коридору в восточное крыло и толкнул первую незапертую дверь. Раньше эта комната предназначалась для гостей, но сейчас она была пустоватой и неуютной. Другие кошки не наведывались сюда, но Тень иногда встречал в ней рассвет, если ему не спалось. Он вспрыгнул на подоконник и стал ждать первых солнечных лучей. Вскоре звезды на небе растаяли, и пышные верхушки деревьев на горизонте зарделись. Лучи проникли в комнату, выхватывая на своем пути блуждающие пылинки. Тень закрыл глаза и вытянулся на подоконнике, разминая спину. Кончики его усов коснулись паучьей сети, раскинутой в углу окна. "Хозяин давно ее оставил", - подумал Тень, судя по провисшим под весом пыли нитям. Только сейчас он обратил внимание, что каждый раз в нее невольно попадался. Интерес от созерцания рассвета мгновенно исчез. Тень поспешно соскочил с подоконника, заглянул за шкаф, затем под кровать, и вылез оттуда с пылью на мордочке. Искал он пауков. Он был любопытным котом, особенно в котячестве, и первым, что он исследовал, были все уголки Гроссхолла. Анабель содержала дом в образцовой чистоте, но грызуны, насекомые и мелкие пауки (не те, что размером с доброго кота) всегда находили лазейки с поля.
  Когда остальные обитатели поместья проснулись, Тень уже успел обшарить весь дом. Мисс Гросс так же поднялась. Она выглядела очень слабой, но вымыла все кошачьи блюдца и наполнила их новой едой. Сама же, приняв лекарства, вышла во двор с парой яблок в руке. Раарис и Мьяра спрыгнули с прогретой солнцем скамейки, уступая хозяйке место, и присоединились к остальным, которые что-то обсуждали на заднем дворе.
  - Да, люди болеют не так, как кошки, - деловито вздыхал Сиб, - и лечат их не так.
  - Я всегда думала, что любое существо в мире знает, как себя исцелить, - поддерживала Преттарель, вылизывая рыжий хвост. - Я не хочу сказать ничего дурного, но люди всегда были не так умны, как кошки.
  Раарис смирила катту обиженным взглядом, но та продолжила.
  - Да, и хозяйка тоже. Разве кошка стала бы есть или пить что-то, что пахнет, как тухлая рыба? А она пьет из этих бутылочек, а они воняют, и ничего лучше не становится.
  - Потому, что мы знаем, чем мы болеем. А люди - нет, - вмешалась Шесс. - Тебе еще котенком мать рассказывала о целебных травах и воде, о жуках и ягодах, а люди... в общем, лишь некоторые из них это понимают и учатся понимать. А некоторые только делают вид, что понимают - и это очень плохо. Люди лгут людям - вот, что мне невдомек.
  - Шесс права, - продолжила Преттарель, отпуская хвост. - Они могли бы выздороветь, если бы знали, чем больны и почему.
  - Конечно, они не знают, - громко произнес Тень, появившись словно из ниоткуда. Все резко повернулись в его сторону. - Потому, что болеет не Анабель Гросс, а весь дом.
  - Что ты хочешь сказать? - Преттарель посмотрела на новоприбывшего собеседника, как на глупого котенка. - Дома не умеют болеть. Он грязный, потому что хозяйка не следит за ним.
  Но Мьяра, Сиб и Раарис, похоже, уцепились за его слова, как за нить надежды.
  - Если ты знаешь больше, чем мы, то рассказывай - сейчас есть место интриге только, если история завершается радостным концом, - пролепетала Мьяра, став прямо перед Тенью и взволнованно шевеля серым с черными полосами хвостом.
  - Я обошел весь дом, но пока не посмотрел еще во дворе. Мало кто из нас, наверное, обратил внимание, что мышей в доме нет. И не от того, что мы всех переловили, - несколько с укоризной отчитал Тень. Он струсил комочек пыли с уха. - Я охочусь каждый день, и знаю это наверняка. Но так же из дому исчезли мелкие ползучие. Ни в одной сети нет ни добычи многолапов, ни их самих.
  - Это правда! - внезапно перебила Кусаетса. Яркое солнце играло на ее угольно-черной лоснящейся шерсти. - Мышей нет.
  Она так же была охотницей, хотя и делала это реже, чем Тень. Тень коротко кивнул ей в знак благодарности за поддержку и продолжил:
  - Я уже не говорю о цветах. Не о тех, которые в горшках. О тех, что росли возле дома. Небо кормило их хорошо, но они все равно высохли.
  После непродолжительного молчания Шесс изрекла:
  - Ночью люди видят очень плохо, и сейчас у мисс Гросс ночь.
  - Это то, о чем я и хочу сказать. Есть что-то, что находится за пределами человеческих чувств. Мы, похоже, тоже слепы в этом случае.
  - В Гроссхолле всегда было полно мышей, - взяла слово Кусаетса. - Шесс сама мне рассказывала о времени, когда в поместье было много кошек.
  - Да, полевки не боялись залазить в дом полный охотников, - задумчиво подтвердила Шесс.
  - И даже многолапы, - перехватил Тень, - они все покинули дом. Я думаю, что-то пугает их. Грызуны и мелкие ползучие не могут чувствовать лучше, чем кот.
  - И что же делать? Я не умею говорить с мышами, - с отчаяньем на белой мордочке сказала Раарис.
  Если что-то зависит от нас - то я готов! - гордо выступил вперед Сиб.
  Тени нравился этот кот. Его пышная абрикосовая шерсть и большой белый живот создавали ложное впечатление о его надменности и самовлюбленности, однако любой, знавший его достаточно долго, мог сказать, что это не так. В обществе кошек он стеснялся своей человеческой клички - Лорд. Сиб был спокойным, несколько ленивым, но храбрым. Тень был еще котенком трех лун, когда из деревни пришли бродячие коты. Сиб и сам был только годовалым юнцом, но сражался не хуже взрослых матерых защитников. К тому же, его чутье на мышей нисколько не притупилось с годами. А несколько раз во время своих вылазок на поле, Тень встречал Сиба охотящимся.
  - И я! - подалась Кусаетса. Усы Тени поднялись верх. Ей было две зимы от рождения, и инстинкты охотника удачно совмещались в ней с детской любознательностью.
  - Мы все готовы, - ответила за остальных Мьяра. - Только ты сам сказал, что мы видим не лучше слепого котенка.
  - Тогда нужно найти того, кто видит, - заключила Шесс, - ведь, так? - она посмотрела на Тень.
  - Я думаю, да, - ответил он. - Можно начать с того, что выяснить, куда бегут многолапы.
  - Преттарель и Шесс будут искать в окрестностях поместья, - Сиб вопросительно посмотрел на рыжую и серую полосатых табби, - а я и Мьяра можем искать в поле.
  Все кошки выразили свое согласие.
  - Хорошо, - Тень одобрительно кивнул, - а Кусаетса и я наведаемся в деревню. Нужно знать, есть ли добыча у тамошних Охотников. И еще, - он повернулся к Кусаетсе, - ты говорила, что знаешь одну катту...
  - Спящую! - радостно перебила Кусаетса. Тень не любил деревенской суеты, но Кусаетса часто наведывалась в не столь отдаленные от дома места. - Да, я знаю одну такую. Но она странная и с ней трудно разговаривать.
  - Раарис, ты будешь следить за Анабель Гросс, - перехватил Тень, отвечая на немой вопрос голубоглазой белой кошки. - Она будет волноваться, если все мы в одночасье куда-то денемся.
  - Мне будет тяжело сидеть, и ждать, какие же вести вы принесете, - выдохнула она. В ее голосе читались стоические нотки.
  - Надеюсь, они будут хорошие, - ответил Тень. - Думаю, мы вернемся до первых звезд на небе.
  Разбегаясь, кошки помаячили перед еще сидящей на скамейке мисс Гросс. Тень ненадолго остановился, делая вид, что точит когти о старый вяз, и встретился с женщиной глазами. В их неизменной голубизне читалась теплота и грусть. Тень знал, как она любит всех кошек, живущих в поместье. У Анабель Гросс не было другой, человеческой, семьи. Из рассказов Тень узнал, что ее возлюбленный погиб до того, как они обвенчались, и несчастная женщина хранила ему верность всю жизнь. В глазах кота этот поступок вызывал чувство глубокого уважения. Так же поступали настоящие воины.
  В старой легенде каттер одного из лесных племен, Мрясс Орлиный Коготь, потерял свою возлюбленную, Таршу Златолистую, едва они успели сплясать свой первый танец под оком Матери Луны. Мрясс был сильным воином, избравшим путь Защитника. Со временем он стал Претором и спустя множество лун - Прелатом, стражем Вожака и Королевы в обоих мирах: Бодрствования и Рощах Снов. Его песчаный мех, разбавленный черными полосами, скрывал под собой крепкие мышцы, и даже когда серебро осыпало его загривок и испещренную шрамами морду, он оставался одним из лучших воинов племен лесных кошек. Не все Вожаки могли похвалиться силой старого Прелата. В бою он был страшен и грациозен одновременно. Несмотря на его кроткий характер, вокруг Мрясса всегда крутились достигшие возраста катты. Многие мечтали отдать ему свое сердце, но его сердце было отдано Тарше Златлистой в ту единственную ночь.
  Когда враг напал на территорию племени, Мрясс сразил такое количество воинов, что их шкурами можно было устелить целый лагерь. Но, защищая Королеву, он сам получил смертельное ранение. Последние вдохи Прелат делал с улыбкой на устах. Зеленый свет в его глазах не померк, но, вспыхнув в последний раз, устремился к звездам, в обитель Лунного Кота, где находят приют все отважные храбрецы, верные сердца, и светлые добродетели. И, когда Лунный Кот приходит к его возлюбленной, Матери Луне, их владения пересекаются, а каттеры и катты встречаются, чтобы быть вместе на веки вечные.
  "Встретит ли Анабель Гросс своего возлюбленного когда-нибудь? - думал Тень. - Или у тех, кто размером больше, чем кошка, все иначе". Он встряхнул головой и шмыгнул в проем в живой изгороди, где ждала его Кусаетса.
  
  *****
  
  Ветер слабо колыхал зеленые стебли цветов, и небо, не считая нескольких облаков, было чистым. Тень и Кусаетса бежали по полосе деревьев с востока от поля; проснувшееся солнце уже цеплялось к их темным шерсткам. Кусаетса была обладательницей угольно-черного меха, разбавленного коричневыми едва заметными заплатками, за исключением нескольких белых пятнышек справа: на кончике уха, над глазом, на обеих лапках. Как правило, шерсть она прилизывала к телу, оставляя лишь пышный хвост. Окрас Тени был более однородным - иссиня-черный, как у его предков, лесных кошек Фурнорда, а длинная шерсть делала его с виду даже крупнее, чем Сиб.
  Кошки слышали, как при их приближении с шорохом разбегаются ящерицы и зазевавшиеся полевки. Тени укорачивались, и путники приняли решение усмирить разыгравшийся аппетит. Они изловили одну крупную хвостатку и, весело беседуя, разделили добычу. Переборов желание отдохнуть под зелеными кронами дубов, Кусаетса и Тень продолжили путь. Вскоре они вынырнули из густой травы на пыльную проселочную дорогу. Там, где тропка соединялась с широкой полосой, устланной неравномерной брусчаткой, косился деревянный столбик. Болтаясь на скрипучих петлях, на нем виднелись указатели с надписями "Финлот" и "Торговый тракт".
  - Нужно сначала найти Ражака, - сказала Кусаетса, осматривая округу. - Он обычно сидит у таверны за вон теми домами, - она повела мордочкой в сторону заселенного квартала.
  Тень рванулся было бежать, но кошка его остановила.
  - Нет, лучше продолжать идти так, и свернуть, когда мы будем у мельницы. Будет меньше шанс встретить бродяг из свиты Разра Драноуха.
  Тень удержался от возражений. Его не пугали деревенские коты, но лишние задержки им были ни к чему. Они снизили темп и пробирались по непротоптанному травянистому покрову в западной части деревни. Слева в двадцати прыжках от них стеной поспевали пшеничные колоски, а справа сквозь кустарники и траву проглядывались невысокие деревянные дома, меж которыми сновали шумные люди, все в своих заботах. Совсем скоро они добрались до старой мельницы и юркнули за пристроенный амбар. Вряд ли жителей деревни могли удивить две кошки, крадущиеся вместе, но все же путники старались не привлекать внимания. Не успели они двинуться дальше, как из-за снопов скошенной травы выпрыгнули три кота.
  - Так. Кто это охотится в наших владениях? - начал первый, серый кот с ободранным боком. Его союзники окружили Тень и Кусаетсу.
  Тень поднял шерсть и повернул голову так, чтобы видеть как минимум двоих одновременно.
  - Смотри, Сарс, мне кажется, это домашние котики, - задиристо произнес стоящий позади Тени облезлый рыжий бродяга. - Какая роскошная чистая шерстка, - он коснулся кончика хвоста Кусаетсы.
  Кошка зашипела и резко повернулась, выгнув спину. Ее шерсть встопорщилась, и рыжий подскочил от неожиданности.
  - Еще раз дотронешься, и я тебе все когти вырву!
  Тени еще не доводилось видеть молодую катту такой разгневанной.
  - Мы у вас не для того, чтоб мышей ловить, - спокойно сказал он, глядя на Сарса, который казался главным из троицы, - хотя, хорошего охотника это не волновало бы. Мы здесь по своим делам. И чем меньше вы нас задерживаете, тем быстрее мы их решим.
  - Вы, наверное, не знаете, с кем имеете честь говорить, - ответил Сарс. - Я и повелитель Разр Кнутохвост будем решать, какие у вас могут быть дела на нашей территории.
  Тень терял терпение. Он взглянул на спутницу:
  - А я слышал, у вашего повелителя было другое прозвище - Драноух.
  Серый кот бросился на Тень, но тот отпрыгнул в сторону и стукнул его лапой по затылку. Второй сразу же вцепился в его густую черную холку. Тень изловчился и, выгнув спину, сбросил неприятеля с себя. Поднявшийся Сарс схватил его зубами за хвост, и под оглушительный вой трое котов стали кататься в траве. Кусаетса в это время напала первой и сильно исцарапала нос рыжему. Стряхивая кровавые капельки, тому пришлось ретироваться. Наконец, Тень сумел выскочить из клубка, отталкиваясь задними лапами от врага. Сарс прыгнул, но Тень опередил его, и на лету сбил на землю. Кот откатился на несколько прыжков, тяжело дыша. Черная кошка грозно стала перед ним. Третий бродяга, видимо, смекнув, что сразу с двумя ему никак не справиться, остался лежать на траве.
  Друзья перевели дух и молча побрели в сторону дороги. Когда они обернулись, поверженные обидчики уже скрылись из виду.
  - Это была территория Ражака, - виновато начала Кусаетса, - а он хороший старый кот. Его воины нас бы не тронули.
  Но Тень и не думал сердиться на провожатую. Ему почему-то невольно хотелось улыбаться. Ощущение какой-то щекочущей легкости поселилось у него под шкуркой. Он по-дружески лизнул ухо катты:
  - Домашняя охотница, - поддернул он, задрав усы.
  Кусаетса наигранно зашипела на него, показывая когти.
  До таверны они добрались уже без происшествий. Когда впереди замаячила группка кошек, Тень насторожился, но Кусаетса успокоила его:
  - Это из племени Ражака. Вон та с белыми ушами - Сирси, а тот чернохвостый - Бракс.
  Кошки понюхали воздух при приближении незнакомцев.
  - Это же Кусаетса! - Сирси весело подпрыгнула и потерлась мордочкой о черную кошку. - Много лун ты к нам не заглядывала. А это твой каттер? - она кивнула, приветствуя Тень.
  - Нет, балаболка, - даже не смутилась Кусаетса, - это Тень. Мы живем в Гроссхолле вместе.
  - Такое же странное имя, как и твое, - хихикнула Сирси. - Пойдемте в лагерь к нашим.
  Кошка провела их к месту лежбища племени. Это была небольшая полянка среди низких деревьев в нескольких метрах от складской пристройки таверны. В лагере было не менее десяти кошек. Одни спали, растянувшись на мягкой травяной подстилке, другие разговаривали, несколько котят играли на солнце. Под густым кленом, ветки которого почти доставали до земли, лежал крупный старый кот. Его черепаховый бело-коричнево-рыжий мех когда-то был пестрым, но с возрастом потускнел. Вокруг глаз и носа просматривалась седина.
  - Светлого спокойствия, Ражак! - поприветствовала Кусаетса.
  - Ох, Кусаетса! - поднялся глава племени. - Спасибо.
  В деревне племена кошек были немногочисленны и без четкого строя - Вожаки, как правило, избирались, что называется, для порядка. Их задачами было следить за территорией племени да рассказывать разные истории молодняку. Но Ражак в дни своего расцвета жил с лесными кошками, поэтому старался вести дела, согласно укладу лесных племен. Кусаетса знала, что когда-то его племя было единственным в Финлоте, пока не появился Разр Драноух.
  - Мы пришли к вам по делам, - начала она. - Тень хотел бы поговорить с вами.
  - Пусть говорит, девочка. Рад буду вам помочь.
  Тень выступил вперед и обратился к Вожаку:
  - Ражак, пока мы шли к вам, у меня было два вопроса, но сейчас, похоже, ответ на первый я уже получил, - Тень взглядом показал Кусаетсе на котят, которые делили сочную мышку. - Видите ли, у нас в Гроссхолле пропали все грызуны и другие мелкие животные. - Объяснил он.
  - Нет, у нас с охотой все в порядке. Мышей много. Они тянутся к людям, а людей в деревне тоже много.
  - Тогда не могли бы вы нам сказать, где найти Спящую?
  - Зиру? - с удивлением спросил старый кот.
  - Да, Зиру! - выпрыгнула Кусаетса. - Забыла, как ее зовут.
  - Боюсь, тут я не могу вам помочь, - вздохнул Ражак. - Зира ушла в племя Драноуха.
  - Мы встретились по пути с некоторыми из них.
  И прибывшие рассказали Ражаку о потасовке у мельницы.
  - Да, - закивал головой Вожак, - позор моему хвосту, но я действительно потерял часть нашей территории. Мельницу и каменное прибрежье у ручейка. Видать, я уже совсем дряхлый, как дворовой пес. Верные остались с нами, некоторые ушли к Драноуху.
  Тень молча посочувствовал коту. Кусается тоже была очень огорчена этими известиями.
  - Но позвольте поинтересоваться, - продолжил Ражак, - зачем вам понадобилась Зира?
  - Мне кажется, что с нашим поместьем что-то происходит, - ответил Тень.
  - Оно, как будто, болеет, - вставила Кусаетса.
  - Хм. Никогда не слышал, чтобы дома болели.
  - Я думаю, Спящий может помочь, но никто в Гроссхолле не обладает этим даром.
  Старый вожак закивал:
  - Да, Зира могла бродить по Рощам Снов. Жаль, что она переметнулась к Драноуху. Я бы отправил с вами отряд, да боюсь, еще больше подведу племя - не хочу давать Драноуху повода для открытой войны. Пока у нас есть хотя бы половина деревни, где мы можем свободно охотиться и отдыхать.
  - Вы мудро поступаете, Ражак. К тому же, нам двоим будет проще скрыться, чем целому отряду.
  - Я бы хотел отговорить вас от этого путешествия, да вижу, что толку в этом нет - вы сами знаете свою тропинку, друзья из Гроссхолла, - Вожак поправил усы. - Я пошлю с вами Саркота - он опытный Следопыт. Саркот проведет вас к владениям Драноуха.
  - Спасибо, - Тень учтиво склонил голову.
  - В таком случае, отдохните в нашем лежбище, раз племя Ражака еще имеет такие прекрасные земли.
  Солнце стояло высоко, и путники согласились. Они поговорили с другими кошками племени, познакомились с Саркотом и вволю наелись. На жалкие попытки Тени отговорить Кусаетсу идти с ним дальше, катта нахмурила брови, да посмеялась после:
  - В прошлый раз, не будь у тебя такого ловкого телохранителя, как я, бродяги сбили бы с тебя всю шерсть.
  Откровенно говоря, Тень и сам чувствовал, что шансов на успех у него одного не много. Кусаетса хорошо знала деревню - на обратном пути с ними уже не будет Следопыта. К тому же, она все-таки была знакома с Зирой лично, а Тень был чужаком. Еще раз поблагодарив за гостеприимство, они покинули лагерь.
  Жители деревни, привыкшие тесно жить с кошками, не обращали никакого внимания на троицу. Саркот шел немного впереди, время от времени пригибая мордочку к земле. Чем дальше они уходили от лежбища за таверной, тем чаще он задумчиво останавливался, нюхая воздух. Наконец, они добрались до восточного конца деревни Финлот. Домики здесь стояли совсем старые, многие дворы были запущены. Со стороны леса все ближе подбирались низкие деревья и кусты. В сам лес вела одна еле заметная тропинка. Путники остановились.
  - Лагерь Разра Драноуха там, - Саркот махнул хвостом в сторону леса. - Вам может повезти - я чувствую запах Зиры в другой стороне. По крайней мере, она совсем недавно проходила здесь и сворачивала туда, - он указал на пологий склон холма, покрытый густой травой и полевыми цветами. - Если поспешите, возможно, вы нагоните ее у ручья.
  - Спасибо племени Ражака и Следопыту Саркоту, - поблагодарил Тень.
  Кусаетса дружески ткнула мордочкой Следопыта:
  - Славной охоты.
  - Да выберет ваш путь Мать Луна, - произнес Саркот, но кошки уже бежали по склону.
  Спуск отнимал много сил: ветки и трава хлестали по носу, спутывали лапы, а колючки цеплялись к шерсти. Наконец, трава поредела, уступив место болотистым островкам. Тень и Кусаетса почистили друг другу шерсть и стали тихо пробираться сквозь шуршащий тростник. Среди запаха стоячей воды и гниющей под солнцем травы, отчетливо слышался запах незнакомого племени. Спустя время, кошки таки вышли к ручью. Осторожно высунув мордочку из зарослей, Тень осмотрелся. Убедившись, что в зоне видимости опасности нет, он и Кусаетса утолили жажду и даже вымыли лапки от глины.
  Ручей бежал с той стороны, где живут Кусаетса и Тень, а затем спадал по каменистым порожкам в лесной овраг. Дальше ничего не было видно, кроме толстых стволов деревьев. Кот поднял взгляд на солнце, прикрыл глаза и, вспомнив о доме и всех его обитателях, почувствовал, как его одолевает истома. "Сидеть бы сейчас на нашем дворике под приветливыми вязами, да наблюдать, как резвятся птицы на ветках", - думал он.
  Внезапно, он услышал хруст тростника и сразу же громкое шипение. За долю секунды он лежал крепко прижатый к мокрой земле. Голову он повернуть не мог, но заметил, как Кусаетса, жалобно пища, падает в воду, а затем ее за загривок бесцеремонно вытаскивает на берег тучный темно-рыжий кот. На ее мордочке проявлялись царапины от удара. Тень охватила ярость, он отчаянно попытался вырваться, но лапы лишь заскользили по илу. Зубы врага стиснули его шею, давая понять, что в любую минуту тот может переломить ему позвонки.
  - Лазутчики Ражака! - прорычал рыжий, швыряя Кусаетсу на траву.
  Хватка на шее ослабла.
  - Нет, птичья твоя голова! Не чуешь, что не из этих мест они?
  Стражник медленно отпустил Тень, и он осторожно встал, отряхивая шерсть. Этот был еще крупнее, чем рыжий. Крепкие мышцы играли под короткой дымчато-серой шерстью. Правый глаз казался больше из-за старого шрама, стянувшего кожу сверху.
  - Не будешь прыгать, как желторотый птенец, мне не придется пачкать о тебя когти, - холодно прохрипел он, когда Тень посмотрел ему в глаза.
  Ярость уступила место расчетливости. Тень понимал, что ему не справиться с таким тяжелым и крепким воином. Но все же, нельзя показывать слабость или страх.
  - А не они ли Сарсу хвост надрали? - на морде серого мелькнула злорадная улыбка, быстро сменившаяся прежним выражением. - Барбар, поднимай эту! - бросил он напарнику. - Поведем их к Вожаку. Там разберемся.
  Рыжий кот встряхнул Кусаетсу, та открыла глаза, но подняться на лапы сразу не смогла - ее шатало из стороны в сторону.
  "Сейчас важно соблюдать спокойствие, - думал Тень. - В пути многое может измениться". Он помогал Кусаетсе идти, серый шел впереди, а Барбар замыкал сзади, постоянно подталкивая пленников, если они вдруг тормозили. Они двинулись на север вниз по ручью, по камням спрыгнули в пологий лесной овраг. Серый воин все время молчал. Он не обратил внимания даже, когда Тень, споткнувшись, налетел на него, и тут же получил удар лапой от Барбара. Лес густел. На крепкой земле росли широкие дубы, трава была выше поднятого хвоста. Сплетения веток отбрасывали кривые тени, а на некоторых участках вообще закрывали солнце. Дорожка, по которой они шли, была вытоптана в траве множеством кошачьих лап.
  Местность постепенно менялась. Стало меньше травы и больше коричнево-зеленого мха под ногами. Листья на склонившихся ветках и кустарниках были оплетены толстой прозрачной паутиной, ловящей редкие солнечные лучи. В полумраке все растения казались темно-зеленого цвета. Тень то и дело оборачивался, замечая движение по сторонам и прислушиваясь к новым звукам. Колонна дошла до зарослей колючек, между которыми виднелся тонкий проход. Сухие ветки отламывались от кустов и трескались под лапами, когда крупный серый кот случайно их цеплял. Дорога поворачивала то в одну сторону, то делала зигзаг в другую, пускала развилки - создавалось впечатление, что кошки идут по лабиринту с колючими стенами.
  Когда тропа стала расширяться, справа послышалось громкое шуршание, и из проема выскочил здоровенный многолап. Друзьям ни разу не доводилось видеть таких верзил. Его плотное брюхо, покрытое частыми волосками, касалось земли. Лапы походили на кривые ветки, венчали которые пара крючковатых когтей. Голова размером с тело взрослого кота начиналась толстыми и острыми клыками. Паук бросился на впереди идущего, но серый кот, даже не попятившись, встретил его мощным ударом лапы. Он повалился на бок, и кот, замахнувшись еще раз, перебил ему переднюю конечность. Нападающий задергался от боли, резко развернулся и с отвратительным шуршанием поволок толстое брюхо назад в кусты. Тень поежился и заметил, как шерстка Кусаетсы тоже поднялась вверх, но их конвоиров, похоже, подобное нисколько не удивило. Рыжий только ухмыльнулся, да подтолкнул кошек дальше.
  Вскоре трава зазеленела, колючие кусты закончились. Тень постоянно озирался по сторонам и наверх. Деревья все так же оплетала паутина, но открытых прогалин стало больше. Несколько раз Тень замечал многолапов, притаившихся в траве или гнездах из листьев на ветках, куда с земли тянулись толстые нити. "Сумел бы я победить в схватке с таким соперником?" - задавался он вопросом и представлял, как лесной паук набрасывается на него. Ноздри уловили запах воды - того самого ручейка, что сбегал в лес по склону. Некоторое время пленников вели вниз по течению, и паучьи угодья остались позади. Тень чувствовал, что уже порядком устал. Он был в хорошей форме, особенно по меркам домашних кошек, далеко прыгал и мог быстро бежать, но к длительным переходам не привык.
  Путники вышли на большую круглую поляну, окруженную кольцом деревьев. Столько кошек сразу Тень еще не видел. Дородные и худые; с рыжей, коричневой, черной, белой шерстью, трехцветные, пятнистые и полосатые; взрослые и котята - все занимались своими делами или просто отдыхали на подстилке из листьев. Под всеобщими взглядами конвой прошел к восточному краю поляны, усыпанному галькой. Любопытные котята какое-то время преследовали их, но отстали по первому же зову матерей. Тень обратил внимание на котов, стоящих у границы. Они были крупными, как и те, что вели их, и с особыми отметинами на шерсти.
  На небольшом пригорке за деревьями серый ускорился и отошел к плоскому камню впереди, где стояла группа таких же воинов. Они перебросились словами, и один из охранников, глянув на пленных, спрыгнул за камень. Через несколько минут он возвратился и вместе с серым подошли к ожидающим.
  - Нарушители границ племени Кнутохвоста, согласно указу лично Вожака Разра Кнутохвоста, отправятся в место заключения - подкорневые темницы. Завтра на рассвете Вожак даст вам аудиенцию и решит, что с вами будет дальше, - деловым тоном отчитал охранник и вернулся на пост.
   - Постойте! - крикнул Тень. - Мы не нарушители! Мы не посягаем на ваши границы от какого-то племени!
  Но тот его не слышал.
  - Мышиные хвосты! - выругался Тень.
  - Перебирай лапами! - грозно бросил Барбар, толкая пленных.
  - У нас есть неотложные дела, - обратился Тень к серому, который вел себя спокойно, - мы не можем сидеть до утра! Пусть Вожак примет нас сегодня. "Может хоть у него хватит ума разобраться" - подумал он.
  - Таков указ Вожака Кнутохвоста, - ответил серый кот. - Вперед.
  - Нет, да послушайте вы...
  Но рыжий стражник ударил его лапой по спине:
  - Сказано, идите! Иначе мы потащим вас - и это вам не понравится.
  Кошки угрюмо двинулись прямо, к роще нескольких древних дубов. Массивные корни деревьев выступали из-под земли.
  - Полезайте, - прохрипел серый кот, поднимая ветки под дубом. Там, под корнями, зияли несколько дыр, похожих на лисьи норы.
  Узники медленно сползли по осыпающейся земле. Вход снаружи закрыли ветками и придавили камнем. Солнце шло на убыль, и свет уже почти не попадал в темницу. Тень в ярости зацарапал когтями по деревянным прутьям решетки, затем в отчаянии лег на сырой пол, обернувшись хвостом. Кусаетса улеглась в дальнем конце норы, давая ему возможность побыть наедине со своими мыслями.
  Прошло около часа. Яркое полузакрытое око Матери Луны поднималось на безоблачном небосводе. В желудках пленников урчало - в последний раз они ели в лагере деревенского племени. Внезапно сквозь ветки темницы мелькнуло какое-то движение, преломив лунный свет. Раздвинув листья, в проеме показалась маленькая пушистая мордочка. В зубах ее была половинка полевки. Котенок осторожно просунул носик между прутьев и, прижав ушки, положил тушку на землю. Тень бросил сердитый взгляд на малыша и его подачку, но Кусаетса прикосновением лапы смирила его. Она подошла к решетке и поклонилась перед тем, как взять мышь. Котенок встряхнул полосатой головой.
  - Меня зовут Аурирель, - робко представилась маленькая кошка. - Это означает Дочь Луны на языке Мар"Аурил.
  - А меня Кусаетса. Это означает то, что ты слышишь, - она улыбнулась собеседнице, и та, чуть повеселела и выпрямилась.
  - Мой папа Зорт, он очень важный Охотник племени и скоро станет Загонщиком. Он охраняет лагерь на юге и еще не позволяет мерзким многолапам заползать к нам. Это он привел вас сюда с Барбаром.
  - Твой папа сильный воин. Он, должно быть, будет зол на тебя, если узнает, что ты разговариваешь с нами.
  - Да, он рассердится, наверное, - Аурирель, озираясь, прижала ушки. - А вы, правда, пришли с большого дома за деревней?
  - Это папа так говорит?
  - Да. Барбар говорил, что вы из деревенского племени, и что пришли разузнать, как у нас все устроено, и сказать их Вожаку. А потом деревенские коты нас прогонят, и сами будут ловить всех мышек и хвостаток, - увлеченно лепетала маленькая катта. - А папа сказал, что это не так, и что вы не из деревни совсем... - Аурирель замялась, осознавая, что по детской беспечности говорит то, чего не следует. Потупив взор вниз, она спряталась за ветками.
  - Аурирель! - тихонько окликнула Кусаетса. - Аурирель!
  Маленькая виноватая мордочка снова показалась перед решеткой.
  - Аурирель, послушай! Твой папа очень мудрый и говорит правду. Мы действительно из большого дома за деревней.
  - Вы живете там среди людей? - взгляд кошечки снова был любопытным и беззаботным.
  Кусаетса кивнула:
  - С одной лишь хозяйкой.
  - Люди нехорошие.
  - Не все. Среди кошек любого из племени тоже бывают плохие. Наша хозяйка кормит нас...
  - Вы сами не умеете охотиться? - перебила Аурирель.
  - Умеем, конечно, - улыбнулась собеседница. - Но так она показывает свою любовь к нам и заботу. Мы можем есть, а можем отказаться.
  - А в доме хорошо?
  - Достаточно. Там тепло зимой, можно смотреть на дождь из окна, а твоя шерстка будет сухой. Там много места, чтобы играть. Всегда есть еда, если твоя охота была неудачной, и нет врагов.
  Аурирель задумчиво смотрела куда-то сквозь Кусаетсу.
  - Но сейчас у нас в доме беда, - продолжила кошка. - Хозяйка болеет, и наш дом становится неуютным и мрачным. Если хозяйки не станет, неизвестно, что будет с ним. Может быть, всех кошек выгонят, а среди нас есть такие, которые не умеют охотиться и жить в лесах.
  - Как жалко, - протянула маленькая кошка, оборачиваясь коротким хвостом. - А что же делать?
  - Поэтому мы и пришли сюда. Мы ищем помощи, - Кусаетса пользовалась интересом Аурирель, но в то же время ей не приходилось лгать. - Мы думали, что в деревенском лагере живет одна катта, которую я знаю, - Зира, но в деревне сказали, что она ушла.
  - Да! - пискнула Аурирель. - Она с нами! Зира с нами!
  - Аурирель, неужели ты сможешь нам помочь? Мы не знаем, отпустят ли нас, но нам очень нужно спасти наш дом, хозяйку и кошек, что там живут.
  Маленькая катта почувствовала себя совершенно хрупкой и незначительной. Загадочные незнакомцы просят ее помощи и, возможно, от нее зависит несколько жизней - кошачьих и даже человека! Но что, если они говорят неправду? Она замешкалась, но все же после продолжительного молчания гордо оперлась на передние лапки, прогнувшись в спине.
  - Я помогу вам! Я найду Зиру - я знаю, где она живет!
  Кусаетса хотела что-то добавить, но котенок мгновенно скрылся за листьями.
  - А ты умеешь говорить на языке котят, - произнес Тень, все это время неподвижно лежавший посреди комнаты.
  - Зато я хоть немного поела, - ерничала в ответ черная катта. - Что ж, теперь нам остается только ждать утра и разговоров с Вожаком или Зиру, если, конечно, Аурирель ее приведет.
  - Похоже на то, - согласился Тень, умываясь перед сном.
  В такой час, когда серебряно-белое яркое око Матери Луны приветливо освещает пути выходящего на охоту; когда воздух наполняется ночной прохладой и музыкой тишины, уснуть особенно сложно. Тем более голодным. Тень еще немного побродил по темнице, ковыряя землю в надежде найти хотя бы жучка, и разочарованно улегся рядом с Кусаетсей.
  Прошел час, может, больше. Кусаетса безмятежно посапывала, свернувшись клубком. Тень молча глядел сквозь загородку из веток дуба, под которым находилась их тюрьма. Разные тяжелые мысли роились в голове, отгоняя сон. Поможет ли им Спящая? Отпустят ли их? Что сейчас с остальными жителями поместья? Это была лишь первая луна с момента, как они начали путешествие, но казалось, прошло намного больше времени.
  Медленно все вокруг стало темным. Тень моргнул глазами, но темнота, словно, окутала их. Она была не колкой, какая бывает, если в солнечный день быстро забежать в закрытую комнату, а приятной и мягкой. Показалось, что в этой темноте его тело становится легче. Ветер перестал касаться меха, холодная голая земля удалилась из-под ног. В какой-то момент Тень было вздрогнул, и темнота немного разошлась, но быстро снова заполнила все пространство. Напрягая взгляд, Тень стал различать очертания круглых кустов, стволов деревьев, уходящих высоко-высоко. Их конец терялся где-то в черно-синей пустоте. Привычного небосвода, где днем сияет солнце, а ночью око Матери Луны не было. Среди темноты прорезался темно-зеленый цвет, контуры мира стали яснее. Теперь под подушечками Тень чувствовал мягкий сочный дерн, носа коснулся свежий аромат цветов и листьев, по шерстке пробежал легкий ветерок. Тень вдохнул в полную грудь. Лес вокруг, - а теперь он точно мог сказать, что это лес, - проявился отчетливей. Уши затрепетали от музыки, которую ему еще не доводилось слышать. Это было необычно, ненавязчиво и глубоко. Будто молодые катты поют песню тоненькими голосами под звуки диковинного инструмента с телом из света, а струнами из ветра. Стало легко. Тень был сам котенком, и в то же время у него было много котят. Он был отцом, и у него был отец и мама... Маленькие братья и сестры-котята. Чувства, которые он доселе не знал, заполнили все его существо. Их было так много, что не хватило бы и десяти лун, чтобы распробовать каждое из них. Тень зажмурился и позволил им выйти наружу со слезами.
  - И так каждый раз, - послышался чей-то голос позади. Тень резко обернулся. Рядом с ним стояла стройная, даже немного тощая, катта с песчаным мехом кроме черных ушей и хвоста.
  - Кто ты? - Тень принялся умывать лапой глаза.
  - Я - Зира, - улыбнулась кошка. - Ты же меня искал? Я пришла бы раньше, но ты очень долго засыпал.
  - Что это за место? - спросил кот.
  - А ты как думаешь? Рощи Снов, конечно. Владения Матери Луны. Взгляд каттера растянул улыбку Зиры еще шире. - Пойдем, я отвечу на все твои вопросы, пока нам хватит времени до твоего пробуждения. Видишь ли, времени в Рощах просто не существует. Око Матери будет светить всегда одинаково ярко.
  Какое-то время они шли молча, и Тень любовался необычными пейзажами. Рощи не были похожи ни на один земной лес. Иногда попадались совсем странные деревья, но они все равно лишь радовали глаз. Лапки их ступали то по каменистым прямым дорожкам, то по мягким песочным тропам, то по живой траве. Вода в озерцах, как зеркало отражала высокие кроны и бдительное око Луны. Тень видел кошек, которые смело ныряли туда, весело резвясь. Иные сидели на ветвях, под деревьями, прыгали и отдыхали, не мешая другим. Все было очень странным и очень гармоничным в то же время.
  - Мы искали вас, - начал Тень, немного попривыкнув к атмосфере леса. Спутница казалась ему очень важной и загадочной, он невольно стал обращаться к ней формально, во-множественном числе, что кошкам совсем не свойственно.
  - Если бы я знала, что могу быть кому-то нужной, я бы могла и подождать, перед тем как уйти.
  - А почему вы ушли? Мы были в лагере Ражака, там хороший прием и добрый народ, мне показалось.
  - Я всегда ухожу, - ответила Зира. - Я нигде не задерживаюсь надолго.
  - Но почему?
  - Я удовлетворю твое любопытство, каттер из большого дома, но только потому, что твои вопросы совершенно необычны для тех, кто впервые бывает в Рощах Снов. Редкий случай, что кто-то интересуется своим собеседником больше, чем тем, что его сейчас окружает, - она улыбнулась лукаво, но не зло и продолжила. - Когда-то у меня тоже был дом, где жила моя семья. Раньше я не владела даром Матери Луны, и не помню точно, как получила его. Скорее всего, я отпила из Лунного Источника, Аурил"Малла, но это другая история, и на нее сейчас нет времени. Я помню, как впервые проснулась в Рощах - это не забывается никогда. Каждый раз, когда я сюда прихожу, чувства переполняют меня так, словно я прежде не была здесь. Такова особенность этих мест, наверное. Мне казалось, что я резвилась бесконечно. Но вернувшись в шумный мир Бодрствования, я оказалась в незнакомых местах. Меня окружали незнакомые лица, незнакомые существа. Я испугалась и бросилась бежать. Я бежала и бежала, покуда мое тело не обессилело. Я долго лежала без сна и отдыха. Когда я вернулась к жизни, я поняла, что забыла все, что было до Рощ Снов. Я потеряла своих родных, даже не знаю, сколько их было. Но иногда ко мне приходят видения, где я вижу своих братьев, свою мать. Они живы, но где-то очень далеко. А может ближе, чем я думаю. Поиски приводят меня в разные лагеря и племена, но пока ни в одном из них я не нашла ни одной близкой мордочки, которая вернула бы мне память. - Зира смотрела перед собой, глаза ее были полны глубокой печали.
  - Это ужасно, - сказал Тень, когда она окончила рассказ.
  - Да. Это грустно. Я была маленькой и несмышленой. Вдобавок, наверное, заносчивой. За что и поплатилась. Тот, кто не владеет ключом к вратам в Рощи Снов от рождения, не смеет обманывать Мать Луну, а я попыталась, видимо. Нельзя пить из Аурил"Малла, если ты не осознаешь, какую жертву приносишь.
  - А как же...
  - За себя можешь не бояться, - опередила Зира, по глазам догадываясь о складе вопроса. - Ты не обманываешь Мать Луну. Ты пришел по протоптанной тропке, с чистыми помыслами и большим сердцем.
  - Вы уже знаете? - удивился Тень. - Вы умеете ловить чужие мысли?
  Зира весело хихикнула:
  - Все гораздо проще. Малышка Аурирель мне все рассказала, - кошка задумалась. - Но я не нахожу достойного ответа. Я впервые сталкиваюсь с подобным, но кое-какие мысли у меня все-таки есть.
  Они остановились возле дерева, ствол которого, подобно мелким бусинкам, облепили странные синеватые светлячки.
  - Ты голоден, должно быть? В лагере Разра ты не в качестве гостя.
  Тень кивнул, но признался, что сейчас голод был не таким острым.
  - В Рощах есть места для охоты, но сейчас мы в местах для отдыха.
  - Я потерплю, конечно, - сказал Тень. - Мы прошли немало, и я не хочу тратить время на то, что могу сделать потом.
  Они стали говорить. Зира, хоть и была загадочной, изъяснялась вполне понятно. Тень рассказал ей подробно о доме, о болезни хозяйки и обо всем, что окружает поместье. Катта слушала с интересом.
  - Тень, ты мог бы быть славным Следопытом, если бы рос среди лесных кошек, - сказала она, - но мне кажется, что тебе стоит обратить внимание не на тех, кто покидает поместье в его упадке...
  Тень посмотрел на нее непонимающим взглядом.
  - А на тех, кто приходит в дом и остается.
  Кот задумчиво почесал за ухом:
  - Разве что доктор из дальнего конца деревни.
  - Нет-нет-нет. Доктора оставь. Судя из твоего рассказа, единственное, чем он может быть опасен - это своей глупостью. Плохо, конечно, но он не может навредить твоей хозяйке.
  - Она не моя хозяйка, - сказал Тень, - она хозяйка поместья.
  - Да, конечно. Это я и имела в виду. Но будь внимателен. Следи за теми, кто приходит...
  Что-то сильно ударило Тень по спине. Он оглянулся - деревья потеряли свою форму. Он попытался встать и почувствовал, как земля уходит из-под ног. Прекрасные виды Рощ Снов дернулись и исказились. Морда Зиры поблекла и стала прозрачной. Ее силуэт растворился во тьме, которая заполняла все вокруг. Взглядом он успел еще уловить кружащих возле веток светлячков и играющих на полянах кошек, затем все исчезло.
  Тень открыл глаза, перед ним стоял рыжий воин, а с ним еще двое крупных котов. Один дергал Тень за загривок.
  - Давай поднимайся! - прорычал Барбар. - Вожак ждет.
  Продрав глаза, Тень встал и поковылял за ним. Стражники с отметинами на коротком меху шли справа и слева от пленных. Рассвет уже давно занялся, и солнце слепило яркими лучами. Жизнь в лагере кипела. Пока их вели, Тень заметил группу молодых каттеров на небольшом пригорке за деревьями. Они устраивали поединки. "Должно быть, здесь тренируют воинов", - подумал он. Стражники обвели их вокруг большого камня, под ним оказалась широкая аккуратная нора, обрамленная листьями и костями мелких животных. Спуск в нору был усыпан маленькими камнями. Конвой остановился, и из логова неторопливо вышел большой трехцветный кот. На его морде было множество белых шрамов, а правое ухо почти полностью отсутствовало. Тень сразу опознал Вожака. Его осанка была гордой, а взгляд тяжелым и властным. Не приближаясь вплотную, Вожак остановился и понюхал воздух.
  - Вы пришли из лагеря врага, - начал он холодным басовитым голосом. - Каждый, кто пересекает границы племени без моего на то позволения с целью охоты или подвергает мое племя опасности, так же считается врагом. А кара для врага - смерть!
  - Мы не враги вам, - выступил вперед Тень. - Мы не принадлежим ни к какому из племен, - он старался говорить с уважением. - Дорога привела меня и мою подругу в деревню, а после и к вам лишь из крайней необходимости. Не с целью охоты или раскрытия положения вашего племени другому.
  - Безопасность племени для меня важней, чем даже допустить, что вы говорите правду. Жизнь одного котенка для нас ценнее, чем ваши.
  - Тогда ценнее, чем жизни двоих котов, пяти кошек и человека, с которым мы живем, - в голосе Тени была настойчивость и твердость. - Мы сейчас стоим перед тобой лишь потому, что готовы идти на большой риск, чтобы спасти место, где мы живем и наших близких.
  - Человека? - удивился Вожак. - Ты хочешь спасти человека?
  - В том числе.
  Разр глухо пророкотал:
  - Знаешь ли ты мое прозвище, кот, что любит людей? Я получил его благодаря людям, - и он показал свой хвост. Большая часть его, извиваясь, была похожа на змею. Тонкая, совершенно без шерсти, с зарубцевавшейся шкурой. Тень сдержался, чтобы не сморщиться от отвращения. По меркам кошек, это было жуткое увечье. Потерять хвост для воина практически потерять честь.
  - Кнутохвост, - выплюнул Вожак, - это старое прозвище - я получил его еще в котячестве. Когда терпел пытку людей! - он зарычал, глядя ошеломленному Тени в глаза. - Они смеялись, о да, глядя, как я прыгал, когда огонь пожирал мою шерсть вместе с кожей!
  В то время, когда шрамы на морде Вожака говорили о его схватках, о его бесстрашии и силе духа, хвост делал его искаженным и уродливым. Тень отвел взгляд.
  - И ты хочешь помогать людям? - продолжил Разр. - Ты либо глупец, либо лжец!
  - У каждого своя правда, Вожак. Любое существо может быть врагом, а может стать другом. Люди не похожи на кошек, но и среди них есть и добро и зло. Есть убийцы и спасители, - Тень немного помолчал. - А будь я Следопытом из чужого племени, вряд ли бы ходил с подругой и уж точно не попался бы твоим воинам.
  - Этот кот говорит правду, - все оглянулись, и Тень, к своему удивлению, узнал светлую кошку, с которой был в Рощах Снов. Она продолжила:
  - Он приходил задать мне вопросы, но, боюсь, не нашел ответ.
  - Довольно с меня разговоров! - грозно крикнул Разр. - Что ж, если ты, колдунья, готова поручиться за этих двоих, я отпущу их. Бросьте их в лес к паукам! Вы готовы были рискнуть. Выживете - больше не попадайтесь ко мне в лапы. В следующий раз я не буду так милосерден, - и он, развернувшись, еще раз махнул обожженным хвостом, прежде чем скрыться в логове.
  - У тебя есть и другое прозвище, Вожак, - в след ему тихо прошептала Зира, - и оно получено не благодаря человеческому племени.
  
  *****
  
  От ходьбы голод разыгрался с такой силой, что Тень не мог думать о чем-то другом. Даже мысли о том, что он сам может стать чьим-то обедом в паучьем лесу казались не такими насущными. Кусаетса заметила это, и несколько раз делала попытки схватить какого-нибудь жучка, оказавшегося под ногами, но безуспешные. Когда впереди показались еще невысокие, оплетенные белыми нитями деревья, Тень, откровенно говоря, предвкушал, что охранники их наконец отпустят, и он сможет поохотиться.
  - Дальше сами, - злорадно ухмыльнулся Барбар, толкая его вперед, - и не пугайте местных жителей.
  Пленники скрылись из виду за первой линией кустов. Углубившись в лес, Тень поведал спутнице о своем сне, с досадой признавшись, что толком ничего и не выяснил.
  - Ну что ж, - сказала Кусаетса, намывая усы, - по крайней мере, мы свободны. К тому же, я не думаю, что путь был проделан зря. Ты говорил с одной из немногих Спящих, а это и твое пребывание в Рощах еще сыграет свою роль.
  Друзья шли очень неспешно, держась подальше от кустов, и прислушивались к каждому звуку. Они выбрали дорогу западнее от лабиринта колючек, где открытых полянок было чуть больше, чтобы увидеть возможную опасность заранее. Совсем скоро паучьи угодья расширились, и редкое дерево оставалось без клочка паутины. Как оказалось, прямая дорога предвещала быть еще более петлистой: лес был реже к ручью, а здесь он раскинулся вширь и вдаль. К полудню путники все еще не видели из него выхода.
  Вдруг Тень заметил впереди маленькую мышку, набивающую щеки травой. Он остановил Кусаетсу, и прислушался к ветру. Тот дул в мордочку, а значит жертва не чуяла охотника. "Какая удача", - подумал Тень, пригибаясь к земле. Его усилившиеся от голодания инстинкты действовали безукоризненно. "Так... еще немного, - он перебрал лопатками, готовясь к прыжку. - Сейчас!" Он рванулся вперед, чувствуя, как в последний момент под его лапой с хрустом ломается сухая веточка. Мышь мгновенно юркнула в траву, но Тень не собирался так быстро сдаваться. Он бежал за прогибающимися былинками, преследуя добычу. Кусаетса следовала левее и пыталась выгнать мышь из травы. Наконец, Тень умудрился накрыть ее лапой. Подняв голову, на расстоянии двух прыжков он увидел в зарослях восемь черных, как капли свежей смолы, глаз. Непроизвольно шерсть на загривке поднялась. Секундного замешательства хватило, чтобы желанная добыча выскользнула, а охотник превратился в жертву.
  Паук прыгнул, хватая Тень изогнутыми колючими лапами. Черные жвала жадно защелкали перед мордой. Изо всех сил толкаясь и извиваясь, Тень умудрялся избегать смертельного укуса. Тогда чудовище обхватило его, поднося под брюхо, и завертело, опутывая толстой липкой нитью. Кусаетса бросилась на выручку и яростно заколотила коготками по толстому панцирю. Она старалась изо всех сил, но не оставляла даже царапин на гладкой поверхности головы. Еще немного, и ее друга с головой замотают в шелковое полотно! Катта схватила одну лапу врага и вцепилась зубами в белый непокрытый панцирем сустав. Паук дернулся от боли, на время бросая кокон с обедом, и сделал выпад изогнутыми клыками в сторону кошки. Как раз в этот момент Кусаетса отпрыгнула назад, вертя взлохмаченным хвостом. В месте укуса из лапы сочилась прозрачная жидкость. Паук бросался на кошку, но та уклонялась от атак, пока не оказалась прижатой спиной к кустарнику. В этот момент, паук придавил ее всем телом, заключая в ужасных объятиях.
  Лежа на земле, Тень пытался вырваться из пут, но паутина была прочной и эластичной. "Нет! Только не Кусаетса! Неужели мы умрем здесь, сейчас, в пасти многолапа?", - мрачные мысли обрушивались на него, пока зубами он кое-как разрывал нити. Что-то, подобно блику солнца, вылетело справа и отбросило паука в сторону. С грозным рыком бело-абрикосовый биколор вцепился в самую середину его головы, где находились глаза. Кусаетса даже растерялась на какое-то мгновенье, но быстро выскочила на открытую местность. Цепляясь когтями, кот продолжал колотить трепещущего паука, отбиваясь и уклоняясь от его длинных конечностей. С силой и упорством реки, пробивающей пещеру в скале, воин замахивался и замахивался, пока не измазал лапы в паучьей сукровице. Обрушив последние удары, он спрыгнул с бившегося в конвульсиях врага, тяжело хватая воздух открытым ртом.
  - Сиб! - вскрикнула Кусаетса. - Это же Сиб! Милый Сиб! - и она принялась умывать его пеструю мордочку.
  Вместе они освободили Тень, и пока тот счищал остатки паутины с шерсти, Кусаетса завела разговор:
  - Сиб, как тебе удалось нас найти?
  - Ну, когда мы с Мьярой осмотрели поле, мы вернулись в поместье. Тем же вечером я отправился за вами. Все же лучше, чем слоняться без толку. Так вот, перед деревней я встретился с Саркотом. Он подсказал, что вы пошли по ручью, и чтобы сэкономить время я побежал через лес. Я думал, что наперерез смогу вас догнать, а в итоге сам малость заблудился. Ночью я увидел кота, который шел глубже в лес. Я принял его за одного из лесного племени и стал тайком следовать за ним. Вот он и вывел меня к этой странной многолаповой чаще.
  - Ты настоящий Охотник! Как хорошо, что ты нашел нас так вовремя, - радовалась Кусаетса, - а теперь давайте выбираться из этого жуткого места.
  Они бросили последний взгляд на убитого паука и двинулись в обратный путь. В дороге троица удачно поохотилась, и Тень, насытившись, стал чувствовать себя намного бодрее. Многолапы, если и видели кошек, то не решались нападать - все-таки их было трое, а пауки, как известно, охотились и жили поодиночке. Спутники поделились своими историями друг с другом. Как и подозревал Тень, чем ближе было к поместью, тем реже можно было встретить хоть какую-нибудь мелкую живность. Ко времени, когда их рассказы были закончены, они уже вышли к полям. Ветер, теперь свободно гуляющий по равнинам, приятно взъерошил шерстки. Солнце шло на спад, и кошки приняли решение идти прямо через поле, чтобы не задерживаться в деревне. Недолго сквозь буйнорастущие побеги еще проглядывались отдаленные домики Финлота. Иногда по пути попадались бугристые участки, где пшеница росла чуть реже, тогда друзья переходили на бег. В эти моменты в голову Тени прокрадывались странные мысли, одновременно желанные и по его мнению неправильные. "Хочу ли я возвращаться? Может, лучше было бы жить, как дикие кошки, - в большом лагере среди племени себе подобных, в окружении трав и деревьев. Охотиться на благо племени, сражаться за территорию, наносить эти знаки на шерсть, которые я видел у воинов... - он подергал ухом, когда при беге задел щекотливый колосок. - Нет. Конечно же нет. Я люблю свой спокойный двор, большой и уютный дом, своих друзей, большинство из которых знаю с рождения." Он не готов был покинуть Гроссхолл так просто, и мысли, что по-прежнему толком ничем не может помочь, давили на него с тяжестью грозового неба. Он вспомнил Раарис, ее печальную белую мордочку. И зачем он был с ней так строг.
  Вечером око Матери Луны спряталось за серыми тучами, и когда кошки почти добрались до поместья, пустился летний ливень. Уставшие и мокрые, они вошли в дом. За окном слышался шелест падающих капель, а мертвая тишина внутри колола уши. Друзья немного подсохли и поужинали вместе. От вида свежей еды в блюдцах у Тени больно сжалось сердце. Мисс Гросс ведь даже не знала, вернется ли он, но все равно каждый раз насыпала новую.
  - Нет, я, пожалуй, останусь здесь, - ответил он на предложение пойти спать наверх. - Очень устал и не хочу ненароком кого-нибудь обидеть, когда начнут расспрашивать. Хватит с меня историй на сегодня.
  Кусаетса ласково ткнулась носом в его лоб, и они с зевающим Сибом тихонько засеменили по лестнице. Тень улегся перед пустым камином, обернулся хвостом и стал слушать шум дождя. Он пытался избавиться от мыслей, но те, как хаотичные пчелы возле нового улья, кружили в голове, одна перебивая другую. Поход в Финлот, путешествие в лес, печальный Гроссхолл с больной владелицей, лагерь лесных кошек, Рощи Снов - столько всего успело произойти за это время. Тень лежал неподвижно, пока наконец не провалился в беспокойную дрему. Ему снились гигантские пауки, несущие его замотанного в паутину под собой, какие-то страшные кошки без меха и деревья, норовящие схватить его кривыми ветвями. На время показалось, что он снова ступает на мягкую мураву Рощ Снов, но это был просто сон, обычный сон.
  Он проснулся в середине ночи. Дождь закончился, вдалеке сквозь просвет в небе проглядывались звезды. Тень прыгнул на подоконник, подцепил когтями дверцу форточки и выскочил на улицу. После дождя дышалось хорошо. Он обошел дом, побродил по мокрой траве и, запрыгнув на скамейку под навесом, улегся на заднем дворе. И, хотя он не чувствовал себя достаточно отдохнувшим, спать уже не хотелось. В тишине безветренной ночи он вдруг услышал шлепающие звуки рядом. Он повертел головой, пока не обнаружил недалеко от себя жабу. Обычную жабу, бело-зеленую с пупырчатой спиной. Та копошилась возле фундамента. Тень положил голову на лапы. Что удивительного - увидеть жабу после дождя. Они постоянно вылезают, чтобы пособирать слизней. Все ж проще, чем прыгать за мошками. И тут Тень осенило. Он дернулся, словно блохой укушенный, и спрыгнул со скамейки, но жаба уже протиснула свое толстое тело в щель в каменной кладке. Кот попытался рыть, чтобы расширить дыру - та уходила глубоко в камень. Он принюхался, потом заглянул одним глазом, и увидел, что жаба свободно ползет дальше. Нельзя было ее упустить! "Следи за теми, кто приходит в дом и остается...", - крутились в голове слова Спящей. Ждать было бессмысленно. Жаба уже увидела его, и сама не выйдет. К тому же, кто знает, возможно из норы есть несколько выходов.
  Нет! Если и был момент, когда можно было опустить лапы, то он уже прошел. Тень пообещал себе сделать все, что от него зависит для спасения Анабель Гросс и дома, и сейчас, когда появилась еще одна зацепка, такая явная, упустить ее означало бы оказаться неискренним к себе. Он побежал, пригибая лапами сорняки, разросшиеся под домом, и заглядывая под каждый отставший от стены камешек. Он остановился, когда уперся в наклонную дощатую надстройку с дверью в подвал. Конечно! Тень исследовал весь дом, но не под ним! Как это могло вылететь у него из головы. Вероятно, оттого, что Тень за всю жизнь лишь единожды спускался в подвал. Да и то, когда люк, ныне заколоченный паркетом, находился в доме, на нижнем этаже в кладовой. Неприметная конструкция примыкала к дому примерно в центре западной стены. Старые доски покрылись мхом и не выделялись на фоне поросшего плющом камня. Тень забрался наверх, потом спрыгнул. Он принялся скрести по доскам в надежде, что какая-нибудь отломается от ржавых гвоздей. Да! Наконец, одна из них поддалась. Доска свободно болталась на одном гвозде и, отодвинув ее лапой, Тень, к своему удивлению, обнаружил еще несколько сломанных под ней. На секунду замешкав, он пролез в довольно свободный проем и прыгнул в темноту.
  
  *****
  
  На улице была беззвездная ночь, и глазам не пришлось долго приспосабливаться к мраку помещения. Вперед вел широкий коридор с множеством тоннелей по левую сторону. Тень побежал, отмеряя расстояние, чтобы свернуть примерно в том месте, где видел жабу. Первый поворот - маленькая комната, заваленная ящиками и мебелью; второй - еще один склад старого хлама; третий - "сюда!", - подумал кот, но остановился, уставившись в запертую дверь. Он вернулся назад, в комнату со старыми вещами в надежде отыскать проход оттуда. Протискиваясь под ножками стульев, статуэтками, старыми вешалками и рулонами гобеленов, он шел у стены. Нет, никакого прохода не было. Тень выбрался, чихая от пыли, и последовал дальше по коридору. Четвертый проход вел в широкое помещение с полками и бочками. Когда-то Эргулф, отец Анабель, имел тут винный погреб. В ячейках на полках еще сохранилось множество открытых и закупоренных бутылок. В самом конце виднелся поворот направо. И тут Тень снова услышал звуки. Он затаил дыхание, звук повторился - шлеп, шлеп. Пригнувшись к земле, ступая на самих подушечках, он стал красться к месту. За поворотом оказался еще один длинный узкий коридор. Тень увидел жабу. "Так, хорошо, - порадовался он, - но что делать дальше?" Ничего не оставалось, как просто следить за ней. Коридор окончился еще одним поворотом направо. Жаба остановилась, и в тот момент Тень увидел вторую... и третью - множество! Жабы расселись в туннеле, надувая подбородки и не обращая на кота никакого внимания. Он пошагал вперед в густую расширяющуюся тьму.
  Скоро Тень вошел в большую комнату, где хранили провизию и консервацию. Когда-то именно сюда он и спускался, только сейчас банки и ящики были пустыми. Хрусь! - раздалось под лапой. Оказалось, что это кости какой-то птицы. Черные перья валялись рядом с голым скелетом. Не успел Тень брезгливо вздыбить шерстку, как сразу же насторожился. Рядом раздавалось размеренное высокое шипение. Подняв голову над деревянным ящиком, он заметил красную змею, свернутую посередине комнаты на подстилке, напоминающей гнездо. Вместо чешуек у нее были сплошные блестящие кольца. По позвоночнику шел ряд мелких острых шипов, раздвоенным языком она пробовала воздух. Тень понял, что она учуяла его, когда та, мерно раскручиваясь, поползла между рядами стеклянной утвари. Она была в три, а то и в четыре раза длиннее, чем кот. "Что же делать? Она точно успеет меня ужалить, пока я выберусь из узкого проема, чтобы позвать кого-нибудь еще." Хвост змеи скрылся за стеной ящиков слева. Повинуясь какому-то внутреннему чутью, Тень забрался на ящик и перепрыгнул на другой в тот момент, когда позади него что-то хлестнуло по доскам. Он обернулся и увидел глаза змея. Черные, как обработанный обсидиан. Под выпуклой роговицей, казалось, клубится пар. В голове помутнело. Предметы вокруг потеряли плотные очертания. Невыносимая усталость обрушилась на Тень. Его веки стали тяжелыми, дыхание спокойным и поверхностным. Все мысли плавно исчезали, хотелось только одного - опуститься и уснуть, прямо сейчас.
  Лапа соскользнула с уголка ящика. Зрительный контакт прервался, и Тень почувствовал, как пробуждается. Он снова был живым, и боль от удара ребрами при падении сняла остатки сна. "Нельзя смотреть ему в глаза!" Змей метнулся вперед со скоростью летящей стрелы. Кот взлетел в воздух и перепрыгнул на соседний ящик. Враг нервно забил хвостом, выстреливая из пасти струей едкой бледно-зеленой жидкости. В месте, где упали капли, в воздух поднялись ядовитые испарения. Мысли о побеге исчезли окончательно. Нет, сейчас это была только его схватка, его охота. Эта змея, безлапка, не была обычным существом, которых часто можно встретить вблизи ручья или озера. Тень не позволял себе думать о возможном поражении и смерти - сомнения сеяли страх и слабость. "Только не сейчас... Ни одно чудовище не сможет отнять у меня мой дом. Никто из моих друзей не погибнет!" Избегая смертоносного взгляда, Тень смотрел на изогнутое тело змеи. Поднявшись на упругих мышцах, она была похожа на заряженный арбалет. Всего один выстрел, один хлесткий укус и все закончится... Нет.
  "Лунный Кот! Покровитель Охотников и бессмертный Праотец! - громко заговорил он. - Я прихожу к тебе с этой добычей. Дай мне, своему сыну, один удар Твоего отважного сердца! Дай мне один блеск Твоих разящих когтей! Во имя Вожака ночного неба, Катты и котят!" И Тень с яростным воплем бросился на врага. В полете уходя от острой ядовитой струи, он за мгновенье настиг змея. Когти скребнули по желобкам на красной коже, но не нанесли серьезного вреда. Кот скользнул по пыльному полу и в этот момент змей оказался проворней. Щелчок хвостом, подобно плети, и он ощутил жгучую боль на морде. Теплая вязкая жидкость застелила его левый глаз, но воодушевленное охотничьей молитвой сердце не впустило ни капли страха. С силой оттолкнувшись от стены, Тень врезался в змея. Одной лапой он подбил его раскрытые челюсти и вцепился зубами в горло. Тело неприятеля обвилось вокруг кота, спинные иглы в нескольких местах пронзили кожу. Крича от боли и ярости, он когтил чешуйчатое брюхо. Змей зашипел, сильнее сжимая кольца. Воздух вокруг наполнился тяжелыми миазмами. Тень продолжал держать голову врага придавленной к полу, не давая отравленным зубам решить исход битвы, и упрямо царапался свободными лапами. Он ощутил, как подрывая острую щетинку, когти задних лап погрузились в мягкую плоть. Из последних сил он рвал извивающегося змея, чувствуя, что уже не может дышать. Красные кольца сжимались сильнее с каждым выдохом, а комната заполнилась летучим ядом. Уловив единственный миг, когда мышцы змея судорожно дернулись и ослабли, кот отбросил его голову и выскользнул из объятий. Завалившись на бок он почувствовал, что его лапа каменеет. Его все-таки смогли ужалить. Он перевел взгляд на врага. Извивающееся подобно щупальцам тело медленно останавливалось. Из вспоротого живота текла черная кровь. Больше Тень ничего увидеть не мог. Коротко хватая воздух, он провалился во тьму.
  
  *****
  
  Тень услышал отдаленный шум. Он будто находился в запертой комнате, а за стеной велась беседа. Голоса постепенно нарастали. Он почувствовал, как вновь обретает землю под ногами и тело. Множество царапин саднили, голова болела, сквозь веки проникал яркий раздражающий свет. Дышать было тяжело. Во рту он почувствовал привкус крови и еще какой-то горькой жидкости. Он закашлялся.
  - Он просыпается! - крикнул один голос.
  Тень с трудом открыл слипающиеся глаза и увидел, что перед ним стоят несколько кошек. Их размытые силуэты маячили перед мордой, сменяя друг друга.
  - Ну-ка, выпей это, парень, - что-то снова полилось в его открытый рот из холодной миски. На этот раз он проглотил. Хотя жидкость была горькой, она согрела его изнутри. Он попытался подняться.
  - Нет-нет. Лежи, дружочек. Ну надо же подумать, какой счастливчик! Да ты просто Луной благословлен.
  Постепенно глаза перестали колоть, а силуэты стали разборчивее. Он лежал под деревом на сухой траве. Вверху стояло полуденное солнце.
  - Тень! - белая катта стала облизывать его лоб. - Мы так боялись! Слава Матери Луне, ты очнулся. Я думала, мы потеряли тебя! - шерстка на ее мордочке была мокрой, а белки глаз покраснели. Позади нее, улыбаясь, стояла Кусаетса. Остальные столпились вокруг. Рядом Тень заметил еще одного незнакомого кота с седыми бровями и кривыми усами.
  - Это травник, Тень, - сообщила Раарис. - Он живет в доме на холме, мы его позвали, когда нашли тебя.
  - Да уж, не самое почитаемое занятие для кота, но, видишь, кому-то и на старости пригодился! - седой кот улыбался, довольный своей работой. Его глаза были большие и добрые. Тень выдохнул:
  - Как... как я тут оказался? - он смутно вспоминал события ночи. "Жабы, подвал, затем красный змей, укус!", - змея... Меня ужалили.
  - Ха, - удивленно хмыкнул доктор, - змея... Это, мой недалекий воинственный друг, василиск! Хоть и еще не совсем взрослый, да вряд ли какой Охотник может похвастаться тем, что выжил в драке с василиском! Нет, были конечно рассказы, но, говорят, что тогда то был лесной фретт. А тут домашний кот... ух, счастливчик! Да, как отойдет, - обратился он к стоящим позади кошкам, - хорошенько накормите его и давайте много свежей воды, и яд совсем выйдет.
  Тень благодарно кивнул. Солнечные лучи согрели его шерстку. Хотя, он толком не мог пошевелиться, он был безумно рад, что жив, и даже возгордился своей победе.
  - Будь я из лесных кошек, - говорил травник, - тотчас же присвоил бы тебе арн Хищника, да забрал бы сразу! Кто же, не зная с чем имеет дело, стремглав летит охотиться на василиска.
  - Спасибо, Грахар, ты спас нашего друга, - поблагодарил Сиб. - Если мы можем чем-то...
  - Нет-нет, - перебил седобровый кот, - я сыт и спокоен в своем доме, а что еще надо старому коту? Тем более, когда у меня, оказывается, соседи - змеедавы. И да, чуть не забыл. Ваша хозяйка тоже должна поправиться. Видите ли, василиски вылупляются из яиц, снесенных черной птицей и согретых жабой, и отравляют все живое вокруг. Их тлетворные злые мысли и ядовитое дыхание может губить целые поселки. Так что, не известно кто еще кого благодарить должен. Удачи тебе, храбрец, - он похлопал Тень лапой.
  
  Эпилог
  
  Прошло полгода. Семь раз на небе полностью открывалось око Матери Луны. Подоконники пестрили от новых цветов всевозможных форм и красок, дом был вычищен до блеска. Кошки выгнали всех жаб из подвала, а проем в досках засыпали землей. Камин приветливо потрескивал, и Тень вместе с остальными лежал в холле на ковре, опустив голову на лапы. Истории о путешествии, схватке со змеем, и о том, как Кусаетса нашла его по следам на мокрой земле были рассказаны не один десяток раз. За окном медленно опускались снежинки. Они кружили в воздухе от малейшего дыхания ветра, легкие, как и мысли, что появлялись в голове и исчезали. Из напоминаний остались лишь два небольших белых пятна на задней лапе и прямой шрам, разделенный янтарем левого глаза. Короткая прогулка во владения Матери Луны казалась обычным сновидением. Но все-таки что-то изменилось в его характере. Он стал более сдержанным, и даже иной раз позволял мисс Гросс взлохматить его шерстку, проходя мимо. Люди и кошки говорят на разных языках, и это было гранью их понимания. Поначалу Тень задевало, что его заслуги так и оставались сродни его имени. Мисс Гросс поблагодарила врача за лечение и хлопоты, и тот, сияя от гордости, отправился домой с веселым звоном кисета. Но со временем Тень принял то, что истинная причина спасения не обязана слетать у каждого с языка, славя героя. Настоящий герой кроток даже в человеческих легендах. Он же был котом.
  Тень вышел на устланный снегом двор. Мать Луна подглядывала сквозь прорехи в набитых облаках. В моменты, когда гордыня с издевкой всплывала в его маленьком кошачьем сердце, он отправлялся к дереву во дворе. К тому, под которым зарыли скелет василиска, а на коре под ходатайством Сиба и Мьяры на кошачьем языке нацарапали "Враг всего сущего - бойся! Ибо эту землю охраняет Тень - сразитель василиска!"
  - Гордец! - раздалось позади. Тень обернулся - никого не было.
  - Фуфыря с хвостом! - продолжал изгаляться тоненький голосок.
  Тень втянул холодный воздух и сразу учуял проказника. Он подкрался к одеревенелым веткам розового куста, обрезанного на зиму. Внезапно оттуда вылетел сноп снега прямо ему на мордочку. Следом выскочила белая кошка, громко смеясь:
  - Воин сыскался куцехвостый! А как бы ты с многолапом справился, а?
  - Ну держись! - зарычал Тень, отряхивая голову. Он бросился на кошку, но та ловко отпрыгивала. Из-под лап у нее вылетали новые снежные брызги.
  Наконец, он изловчился и повалил кривляку в сугроб. Кошка сжалась, падая на спину, и Тень придавил ее лапами, переводя дух. Раарис посмотрела на него и облизала его усы розовым языком. К его удивлению, как-то совсем не по-дружески. И пока он стоял, потерявшись, она вывернулась и, окатив новой порцией мокрых снежинок, метнулась в дом. Где под теплой крышей на мягких креслах и подушках у очага грелись сытые Сиб, Шесс, Мьяра, Преттарель и Кусаетса.
   Пояснения Арны Касательно званий или рангов, которые вам встретились в повествовании. Да, у кошек есть ранги или титулы. На языке Мар'Аурил, народа о котором речь пойдет в другой книге, это звучит как арн. Домашние кошки, как правило, не имеют никакого арна и не пользуются таковыми. Но для лесных племен арны имеют большое значение. Повидав тринадцать полных открытий ока Матери Луны, молодой каттер становится воином. В зависимости от своих навыков, воин может выбрать собственную стезю, где его дальнейшее обучение и заслуги перед племенем дадут ему первый арн. Можем ли мы, люди, заметить каким арном обладает кот или кошка в повседневной жизни? Отчасти, да. У многих из вас в детстве могли быть пушистые друзья, которых часто замечали с мертвой мышью в зубах. 'Ай, да охотник!' - говорили вы. Так вот. Несомненно, у вашего друга все склонности быть Охотником, даже если он не является владельцем этого арна по закону племени. Или же, к примеру, не наводит ли на вас благоговейное восхищение кошка, защищающая своих котят от противника гораздо большего по размерам? Причем, делает она это довольно успешно. Первый арн, который получила бы кошка - Защитник. Так же есть индивиды, которые с малых лет проявляют желание соперничать. Редкая схватка с соседскими котами обходится без них. В таком случае можно судить, что кот избрал путь Хищника. Есть, конечно, еще травники, но к воинским рангам они не имеют отношения, травником может стать владелец любого арна и даже Вожак. И, хоть травники не так почитаются, как например Хищники, они необычайно важны для племени. Охотник, Защитник и Хищник - это первые арны, которые можно получить. Совершенствуясь, достигаются другие, более высокие, кошачьи ранги. Для удобства можно привести небольшую таблицу известных арнов. Кошачьи ранги [] Иногда в рассказе встречаются слова, значения которых могут быть непонятны людям, но используются в обиходе у кошек. Каттер - кот, так же самец, мужчина Катта - кошка, так же самка Хвостатка - ящерица Мелкие ползучие - насекомые, пауки Многолап - паук Безлапка - змея Фретт - хорек карта []
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Олав "Мгновения до бури. Выбор Леди"(Боевое фэнтези) В.Соколов "Обезбашенный спецназ. Мажор 2"(Боевик) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) К.Федоров "Имперское наследство. Забытый осколок"(Боевая фантастика) А.Ардова "Брак по-драконьи. Новый Год в академии магии"(Любовное фэнтези) П.Роман "Искатель ветра"(ЛитРПГ) Ю.Резник "Семь"(Антиутопия) Ю.Эллисон, "Наивняшка для лорда"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Емельянов "Мир Карика 9. Скрытая сила"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"