Оленева Екатерина: другие произведения.

Тёмные воды

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 8.43*7  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Фанфик по произведению Д.Роулин "Гарри Поттер" Джен: R Действующие лица: София/Астория Гринграсс, НЖП, Воланд-де-Морт, Альбус Дамбалдор, Белла Лейстрейнж, Скобияр, Долохов, Драко Малфой, Гарри Поттер и другие... Саммари: Отправляясь с подружкой на вечеринку, она не знала, что жизнь её изменится навсегда. Сможет ли София смириться с тем, что отныне она - Астория Гринграсс, племянница Темного Лорда и очередная разменная монета в игре, начавшейся задолго до её рождения? 29.05.12 Добавлена 36 глава
  Часть I
  Змеиное племя
  Глава 1 Вечеринка в стиле 'гот'
  Глава 2 Властелина Мракс
  Глава 3 'Змеиное гнездо'
  Глава 4 Тёмное наследие
  Глава 5 Альбус Дамбалдор
  Глава 6 Визит УПСов
  Глава 7 Дядюшка 'Томми'
  Глава 8 Уроки Темного Лорда
  Глава 9 История Тома Реддла
  Глава 10 Косой переулок
  Глава 11 Крестражи и Поттер
  Глава 12 Ночь кошмаров
  Глава 13 Нерушимая клятва
  
  Часть II
  Уроки Хогвартса
  Глава 1 Хогвартс-экспресс
  Глава 2 'Грифиндор' или 'Слизерин'?
  Глава 3 Шляпа-сортировщица
  Глава 4 Змеёныш
  Глава 5 Зельевар и ЗОТС
  Глава 6 Свидание в Запретном Лесу
  Глава 7 Верхом на помеле
  Глава 8 Панси Паркинсон
  Глава 9 Под знаком Змей
  Глава 10 Тайная комната
  Глава 11 Проклятое ожерелье
  Глава 12 Уроки эмпатии
  Глава 13 Вода и кровь
  Глава 14 Перед рождественскими каникулами
  Глава 15 Возвращение в логово Змея
  Глава 16 Дом призраков
  Глава 17 Признание в ненависти
  Глава 18 Коридоры Хогвартса
  Глава 19 Сектусемпра
  Глава 20 В кабинете у директора
  Глава 21 В пещере
  Глава 22 Смерть Дамблдора
  
  Часть III
  Злой Гений и Серый Ангел
  
  Глава 1 Ставка Темного Лорда
  
  Глава 1
  Вечерника в стиле 'гот'
  
   - Нет, ты это серьёзно? Ты в этом пойдешь? - Лена, одарив Софию страдальческим взглядом, картинно закатила подведенные черным карандашом глаза.
  Симпатичное пухленькое личико Ленки, в черном антураже, смотрелось, мягко говоря, - 'не очень'. По характеру, подруга была человеком мягким и зависимым, что честно отражала её внешность: круглые, наивные глазки; пухленькие губки-бантики; тугие щечки-персики. Макияж, наведенный по всем правилам боевого искусства, немилосердно убивал всё, данное матерью-природой.
  Кожаные штаны на худенькой девочке, может быть, и смотрелись бы, как вторая кожа. Но Ленуся худобой не страдала. Её формы являлись чуть более пышными, чем того требовала мода, породившая на свет узкие брюки с заниженной талией - фасон для тех, у кого попы нет. А у Ленуси была! В комплект прилагался небольшой животик. Тесные брюки выталкивали все прелести поверх пояса, подчеркивая их сомнительность.
  Любой другой наряд, кроме кожаных брюк и укороченного топа скрыл бы мелкие изъяны фигуры. Тот, что сейчас оказался на подруге, подчеркивал и преувеличивал их.
  Для Софии увлечение Ленусика готикой оказалось неожиданностью. Пышущая жизнью, веселая девушка так же уместна в черно-алом готическом антураже, как на корове - седло. Черный цвет ей катастрофически не шел. Ну, не шёл - и всё тут!
  Самое печальное, София подозревала, что сама 'заразила' Ленку этой 'фигней', снабдив романами Энн Райс. Результат? Ленусик подалась к готам-сатанистам.
  Сегодня вечером Софию угораздило согласиться пойти с подругой на готическую тусовку. Ясно дело, идя в чужой монастырь, необходимо соблюдать и устав.
  Отыскав в гардеробе черные колготки, черные туфли на платформе, коктейльное, коротенькое черное платье, начесав волосы до состояния вороньего гнезда, София справедливо посчитала образ завершённым.
  Но, не тут-то было. Судя по выражению лица, подруга её уверенности не разделяла:
   - Это не готический прикид.
   - Да? - София раздраженно швырнула сумочку-клач на диван. - Отлично! Тогда я никуда не иду. Не нравится, - давай останемся дома. Больше, чем изуродовалась, страхолюдиться не собираюсь.
  Ленусик одарила подругу укоризненным взглядом:
  - Ладно. Чёрт с тобой, - пожала плечами любительница 'сатанизму-романтизму'.
   - О`кей.
  Машин на дорогах скопилось столько, что стоять приходилось дольше, чем ехать. София предпочитала метро - не так престижно, не столь комфортно, но, в итоге, все равно быстрее.
   Влад потянулся к бардачку, вытягивая оттуда пачку сигарет. Сверкнули дорогие часы, - подарок от матери. Щелкнула золотая зажигалка - это уже папенька постарался.
  София, поглядывая на своего парня, испытывала двоякое чувство. Было приятно, что такой симпатичный и перспективный добрый молодец на неё 'запал'. Только в груди не уставал шевелиться червячок сомнения: надолго ли? Ведь София к золотой молодежи не относилась. Её отец преподавал английский в МГИМО; мать была кандидатом наук, но золотых гор семье многочисленные ученые степени не приносили.
  - Кто там хоть петь-то будет? - вальяжно потянувшись, Влад бросил зажигалку и пачку сигарет обратно в бардочок.
   - Классная группа! - с энтузиазмом проинформировала Лена. - Английская. 'Ангелы ночи'.
   - Байкеры, что ли? - удивился Влад.
   - Почему - байкеры? - в свой черед подивилась Ленка.
  Вместо ответа Влад бросил на Ленусика высокомерный взгляд.
  София раздраженно отвернулась, нарочито заглядевшись в окно.
   Прежде чем припарковаться, пришлось поискать место. К клубу шагали 'пешим драпом', чуть ли не с четверть квартала.
   - Странное местечко, - пожал плечами Влад, оглядываясь по сторонам. - Район, кажется, спальный?
   - Ну, так ведь это же сатанинский шабаш, помнишь? - посмеиваясь, София взяла парня под руку. - Флёр мрака. Черная метка в руки. Особенный блеск в глазах, и всё такое прочее...
  Клуб размещался в подвале заброшенного дома. Вход оказался узким, словно кошачий лаз. Его, почему-то, сторожили сразу два амбала с бритыми затылками и горилльими мышцами.
  Музыка и обезумевший свет обрушивались лавиной, разгоняя по крови адреналин, опьяняя без допингов. Разноцветные пучки прожекторов скользили туда-сюда. Новомодная аппаратура, подсвечивая танцующие фигуры с пола, превращала движения в замедленную киносъемку в синем тумане.
  - Пивка для рывка? - предложил Влад.
   София, выпячивая губки, как кинодива из рекламы, прошептала парню на ухо с придыханием:
   - Я хочу русского. 'Русского Черного...', - лукаво блеснула она глазами. - Со льдом.
   - Исполняю.
  'Милена' потащила Софию к столику, где сидел какой-то парень в потертой косухе. На его бритой узловатой черепушке красовался ирокез, спадающий длинной прядью аж до левого плеча. Глаза у него были подведены гуще, чем у Ленусика
  Обняв парня, подруга неожиданно обменялась с ним глубоким поцелуем.
  - Познакомьтесь, - прервав на секунду страстные лобзания, проворковала Ленуся. Ну, чисто кошка, стащившая сливки! - Это моя лучшая подруга Соня. А это - Мефисто.
   - Курнуть хочешь? - дружелюбно поинтересовался 'Мефисто'.
  - Позже, -передёрнула плечами София.
   - Чё так?
   - Начну, пожалуй, с коктейля. 'Дым' оставлю на потом.
  Парень в ответ хмыкнул:
   - Приходи. Мы - добрые. Незажилим - щедро поделимся.
   Натянуто улыбнувшись, София поспешила уйти.
  Ей уже приходилось иметь дело с людьми 'под кайфом'. Эйфория из серии: 'все люди братья и ты чувак - тоже', - у них легко сменялась необоснованной агрессией. Если Ленке нравится со всем этим возиться - её право. София, в силу сложившихся жизненных принципов, не желала иметь с 'нариками' ничего общего.
  Протискиваться через прыгающих и дергающихся в неистовой пляске людей оказалось нелегко. То и дело приходилось обмениваться с кем-то извиняющейся улыбкой.
  Жесткий, четкий и быстрый ритм пульсировал в венах, вызывая зуд во всем теле и мысли о том, что подобное веселье совершенно не в её вкусе.
  София едва не визгнула от неожиданности, когда сухие горячие пальцы сомкнулись вокруг кисти:
   - Останься, красотка...
  Взгляд успел выхватить блестящие, горящие безумием красивые глаза; растрепанные пряди волос вокруг лица незнакомца, выглядевшего куда взрослее здешней публики.
  Точно выверенным рывком мужчина подтащил девушку к себе, крепко обвивая рукой тонкую девичью талию:
  - Потанцуем?
  Он так залихватски закрутил её в танце, - точно юлу, - что ответить девушка не успела. Оставалось переступать с ноги на ногу пытаясь удержать равновесие.
  Когда мужчина крепко прижал её к себе, в нос ударил сладкий запах марихуаны.
  Незнакомец прикрыл тяжелые веки, хищно раздувая тонко вырезанные ноздри:
   - Ты мила, маленькая маггла.
   София фыркнула:
   - Как ты меня назвал?
  Ответом послужила наглая ухмылка.
  - Тс-с! - приложил он палец к губам девушки, призывая к молчанию. - Тихо...
  Подхватив Софию на руки, маньяк разрезал толпу, точно нож - масло. Удивительно - люди не глядя, расходились, как волны пред Моисеем.
  'Выпутаюсь целой и невредимой - буду ходить только в библиотеки и на парад Победы', - пообещала себе София.
  Но, судя по тому, как стремительно мужчина двигался вперед, со звериным напором и грацией танцора, надежды выбраться без приключений оставалось маловато.
  - Пустите меня! Пустите! - заверещала София, пытаясь вырваться.
  Незнакомец выполнил требование, только когда они оказались у стены.
  Продолжая удерживать девушку за талию, мужчина, сжав пальцы на подбородке, заставил её запрокинуть голову.
  Черные, словно опаленные, глаза, подведенные густыми тенями, заглянули Софии в душу. Насмешливые, беспощадные глаза.
   - Как тебя зовут?
   - Неважно, - выплюнула София, не оставляя попыток вырваться.
   - Не нервничай так. Скоро все закончится.
  Вращательное движение, словно 'па' в танце. И вот за спиной не стена, а мускулистое мужское тело. И не вырваться. И не пошевелиться. Тело словно парализованное, - не желает слушаться.
   Господи, боже! Да что происходит-то?!
   Опустив ресницы, София увидела в свободной руке сумасшедшего незнакомца нечто, похожее на полированную круглую палочку, по которой шла странная вязь символов - в мерцающем свете не рассмотреть, какая.
  Мужчина что-то произнёс на незнакомом, судя по интонациям, кажется, французском, языке. Из палочки вырвались серебристые брызги, сверкающие, точно дождь в лунном свете.
  София заворожено наблюдала, как блестки таяли в темноте.
   - Грязнокровка, - в чувственном баритоне мерещилась тень презрения? - Красиво ведь, правда? Нравится? Считай - это мой тебе подарок перед смертью.
  Беснующиеся тени в развивающихся одеждах, гремящая музыка, мельтешащие огни...
  - Отпустите меня, - жалобно пискнула София, окончательно сбитая с толку. Списать происходящее на галлюцинации не было возможности - она даже пива не пила.
  Мужчина развёл руки в стороны, освобождая девушку.
  София, медленно отступая под горящим взглядом, невольно отмечала детали его одежды: тесные брюки, заправленные в ботинки, оцинкованные железом; кожаный жилет; шейный платок; удлиненный черный пиджак с широкими лацканами. Общая растрепанность, нарочитая небрежность во всем облике - от причёски до манеры держать себя.
  В голове пульсировала только одна мысль: 'Надо уходить. Нужно немедленно уходить!'.
  Губы незнакомца растянулись в жуткой клоунской усмешке. Он вскинул руку с зажатой палочкой и то ли пропел, то ли прокричал:
   - Адеско Файр!
  Похожее на фейерверк пламя ударило в потолок и распустилось гигантским жутким цветком.
  Задымился пластик, распространяя ядовитый запах. Запершило горло.
  Никто из отдыхающих и не думал прерывать отдых. Люди по-прежнему смеялись, веселились, танцевали.
   - Чего стоишь? - захохотало непонятное существо. - Беги, маленькая грязнокровка!
  - Дамы и господа, - раздался веселый голос ди-джея. - Мы горим. Просьба, по-возможности, без паники покинуть зал.
  Ответом прозвучал нестройный пьяный хохот толпы.
  София металась между людьми, столиками, колоннами, в попытках отыскать друзей.
  - Лена! - звала девушка. - Ленка, мать твою!
  Как и многие другие, она ещё не боялась. Вращающиеся пучки света делали пламя не столь заметным.
  Музыка потом оборвалась резко, словно лопнули струны. По ушам резанул истошный крик насмерть перепуганных людей.
  София приняла решение идти к выходу. Трудность заключалась в том, что в затянутом черным смогом помещении его наличие оказалось невозможно определить.
  Кто-то зашелся в крике жесточайшей боли, - сверху пролился раскаленный пластик, налипая на человеческие тела.
  Люди падали, спотыкались. Вокруг танцевали языки пламени.
  София скорее с удивлением, чем с ужасом, осознала, - до выхода ей не добраться. Ни ей, ни многи другим.
  Разум отказывался осознавать, что оранжевое горячее пламя, приближающееся к ней, вот-вот слизнет жизнь.
  Горло разрывалось, черный смог становился всё гуще - не продыхнуть. Ноги подкашивались, кожу больно обжигал приближающийся жар.
   - Помогите! - завизжала София, осознав, наконец, всю хрупкость человеческой жизни и неизбежность лютой, мучительной смерти.
  - Помогите!!!
  Она всё кричала и кричала, уже не осознавая что, и зачем. Не надеясь, что кто-то откликнется.
  В пламени возникла Черная Женщина. Змея, огненная саламандра склонилась к Софии. Глаза её на белом лице казались бездонными провалами.
  'Это Смерть! - пронеслось в голове, перед тем, как сознание стало испаряться от слишком сильного жара. - Умирать, оказывается, совсем не страшно'...
  
  Глава 2
  Властелина Мракс
  
  Сознание рыбкой метнулось вверх, через густое клубящееся небытиё, не желающее отпускать. Но, зацепившись за память о пламени, беснующемся в трёх шагах, удалось вынырнуть из мрака.
  Взгляд уперся в балочный потолок.
  Огня не было. Было тихо и прохладно.
  Девушка порывисто села. Мир завертелся, закачался, заходил ходуном - организм, как мог, бунтовал, не желая двигаться. Но спустя несколько секунд стало легче.
  София обнаружила, что находится в комнате мансардного типа, с узким, зарешеченным, окошком, - в него протиснулась бы, разве что, тощая кошка. Споткнувшись о прикроватный столик, на котором стояли графин с водой и миска с фруктами, девушка жадно осушила почти половину бутыли. С меньшей охотой заставила проглотить себя пару ломтиков горького грейпфрута. Наконец отважилась подойти к двери и потянуть за ручку.
  К удивлению, дверь легко поддалась, даже не скрипнув. За ней открылся выход на узкую, винтовую лестницу.
   - Эй! - крикнула девушка, перегнувшись через перила.
  Ответом послужило гулкое эхо.
   - Есть кто-нибудь?
  Снова эхо...
  Шаг за шагом, пришлось, преодолевая страх, спуститься вниз. За последней ступенькой обнаружилась новая дверь, ведущая в просторный, темный зал с зачехленной мебелью. На длинном узком столе тлели свечи в заплывших парафином, потемневших от времени, жирандолях. Танцующие на фитилях узкие огненные языки вычерчивали дрожащие дорожки света.
  Дуновение, пройдясь по комнате, заставило занавеси, чехлы и пламя зашевелиться.
  - Не бойся, - прозвучал в темноте низкий, с мягкой хрипотцой, голос.
  Женский голос.
  - Кто здесь? - испуганно пискнула София.
  В ответ донеслось насмешливое фырканье.
   - Кто вы? - чтобы хоть как-то унять нервную дрожь, девушке пришлось обхватить себя руками. - Что вам от меня нужно?
  - Я уже сказала - не нужно бояться. Вряд ли тот, кто хочет дурного, станет спасать тебе жизнь?
  Волшебный, бархатистый густой альт наверняка свёл с ума не одного мужчину?
   - Кто вы?
   София почти механически, словно кукушка в часах, всё повторяла и повторяла одну и ту же фразу.
   - Меня зовут Властелина. Само по себе имя ни о чем не способно сказать.
   - Я...
  - Давай присядем, - предложила радушная хозяйка. - Предстоит длинный, нелёгкий, но, смею предположить, интересный разговор. Прежде, чем начнем, пожалуй, уладим ещё одну маленькую деталь, - женщина взмахнула рукой и София, не удержавшись, отпрянула.
  В одно мгновение ночная рубашка превратилась в платье с широкими рукавами и длинной юбкой.
   - Ой! - только и смогла выдавить девушка.
  - Неплохо, - усмехнулась хозяйка. - Только короткое содержательное: 'Ой!'. К чему лишние слова?
  София до боли закусила губу:
   - Я сошла с ума?! Почему я вижу такие странные, невозможные вещи?! Почему я здесь?!
   - Ты здесь, потому что ты - моя праправнучка. Твоя прабабка была моей дочерью и потомственной ведьмой. Она сбежала от магического сообщества теперь уже, без малого, добрую сотню лет назад. Ты здесь потому, что в тебе течёт моя кровь, потому что существа из моего мира пытаются истребить владеющих магией людей в твоём мире, а я тебя спасаю. В конце концов, ты здесь потому, что я так хочу!
  Застыв столбом, София какое-то время раздумывала над тем, что услышала. Вернее, пыталась это сделать - в голове не укладывалось.
  Попятившись, девушка рванулась туда, где, как она воображала, находилась дверь. Наткнувшись на стену, словно слепая, на ощупь, принялась искать выход. Металась, будто маленький затравленный зверек. Но проемов не было: всюду ладони встречали камень.
  В отчаянии девушка замолотила кулаками по кирпичам, не обращая внимания на вспышки боли.
  - Выпустите! Выпустите меня! Я больше не буду! Никогда не буду!
   - Не будешь - что...? - с равнодушным любопытством поинтересовалась обладательница чарующего голоса.
  София сползла на пол, спрятала голову в колени и обхватила их руками.
  Стол, окружившие его стулья, зачехленная мебель запрыгали, застучали, забили по полу и стенам. Вазы с треском разлетались на осколки. Языки пламени удлинились и разрослись, точно тени от экрана, поставленного перед прожектором.
   - Я хочу домой. Пожалуйста! Пожалуйста, отпустите меня! Прекратите это ... заставьте мебель остановиться! Я этого не вынесу!
   - Ты сама её двигаешь.
   - Нет! Это - не я! Хватит! - зажала руками уши девушка. - Хватит! Я - не сумасшедшая!
  Повеяло холодом, морозной свежестью, запахом хвои. И сразу стало так спокойно. Мир словно отдалился.
  - Ты не сумасшедшая, - певуче прозвучало во мгле. - Но если немедленно не возьмешь себя в руки, можешь ею стать.
  Девушка крепко зажмурилась. Когда она открыла глаза, мебель больше не танцевала.
  - Вот так-то лучше, - улыбнулась Властелина. - Вставай.
  Сомкнув пальцы на протянутой длани, София послушно поднялась.
  Как оказалась в уютном кресле, с теплой чашкой в руках, не очень хорошо понимала. Но в кресле было уютно и тепло, так что возражать не хотелось смысла.
   - Выпей. А пока пьешь - слушай.
  София кивнула, пригубив предложенное вино.
   - Мир, в котором ты существуешь, - женщина передернула плечами, - в котором все мы существуем, - поправилась она, - не так прост, как того бы хотелось. В нём магия такая же реальность, как электричество, магнитные поля, телекоммуникационные сети. - Между бровями Властелины залегла морщинка. - Ты читала книгу о Мальчике-Который-Выжил?
  София не сразу поняла, о чём речь:
   -Вы 'Гарри Поттера' имеете в виду?
   - Помнишь, в ней описываются кланы волшебников, свято верующих в то, что кровь магов нельзя смешивать с кровью маглов?
  София кивнула. Не очень уверенно. Она не была фанаткой поттерианы и особенно не вникала в действие, поверхностно следя за сюжетом.
  - Существуют древнейшие магические роды, неистово следящие, чтобы ни одна капля простонародной крови не соединилась с нашей, волшебной кровью: Блэки, Малфои, Лейстренджи, Гойлы, Крэббы, Дамблдоры. До двадцатого столетия к чистокровным относили себя и Мраксы. Наша родословная по прямой линии легко прослеживается аж до самого основателя - Салазара Слизерина.
   - Того самого Слизерина, в честь которого назывался факультет в Хогвартсе у Роулинг? - подняла брови девушка. - Тот, что говорил со змеями?
   - Один из немногочисленных его талантов. - Отмахнулась Властелина. - В книге последним представителем рода стал Том Марволо Реддл. Он же - Темный Лорд Волдеморт. На нём заканчивается некогда пышная ветвь, поскольку Том Мракс Реддл умер, не оставив наследника.
   - Согласно книге он как раз воскрес, а не умер, - внесла поправку девушка.
   - София, - поморщилась Властелина. - Воскрес Святой Лазарь. А Волдеморт - живой мертвец, нежить, - не более того. Он в мире присутствует во плоти лишь благодаря обряду запрещённой магии. Продолжить род Том не способен. Так что последним представителем рода Слизеринов являешься ты, девочка моя. И вы оба являетесь моими потомками. Полное моё имя - Властелина Слизерин Певерелл Мракс.
   - А-а! - протянула девушка, будто и в самом деле что-то поняла.
  Не оставляло ощущение, что она спит и видит интересный, но нелепый сон.
   - Я родилась в 1886 году и на этом основании считаю себя довольно зрелой женщиной, - насмешливо проговорила Властелина. - Нужно заметить, предрассудки чистокровных я разделяю и по сей день, целиком и полностью: мухи должны существовать отдельно от котлет. Последним же лучше будет. Но так случилось, что обе мои дочери - Меропа и Гретель предпочли связаться с магглами, наплевав на чистокровных женихов, выбранных отцом.
   От Меропы мы с Марволо отреклись, выгнав беременную дочь без гроша в кармане, предварительно лишив волшебной палочки. Новость о её беременности обрушилась неожиданно, приведя в ярость. Я не успела остыть. У меня не нашлось для дочери оправданий. Скорбя по сей день, вынужденно признаю: внучок, Том Реддл, по развитию умственных способностей не в матушку пошел.
  Идти на преступление, поить любовным зельем - и кого?! Третьесортного маггла! У него не было никаких достоинств, кроме смазливой физиономии! Смазливой до приторного безвкусия - мордашка, а не лицо!
  Будь он умён, пылок, честолюбив, даже всего лишь простосердечно честен, - я смогла бы её понять. Но отец Тома был банально, непроходимо туп и дико эгоистичен. Он обладал всеми возможными недостатками, за которые мы, волшебники, так презираем магглов. Впрочем, и Меропа звезд с неба не хватала. Природа щедро одарила красотой, умом и темпераментом её близняшку, Гретель, отдохнув на ней самой.
  Меропа смирилась с превосходством сестры ещё в раннем детстве. Смирилась и с тем, что для нас с Марволо она была тенью звездной, талантливой Гретель, всеобщей любимицы.
  Все любили Гретель. А Гретель любила сестру. Она не простила нам опрометчивого и жестокого решения, и в один ужасный день просто исчезла... Моя дочь, моя надежда, любовь и гордость. - Властелина помолчала, созерцая пляску пламени. - С тех пор я больше не видела ни одну из моих девочек. Бедняжка Меропа умерла раньше, чем я успела прийти в себя, смириться или примириться с ней. О Гретель не удавалось узнать ничего, как я не старалась. Она была сильной ведьмой - одной из самых сильных, что встречались мне в жизни. И даже без палочки смогла противостоять всем моим поисковым заклинаниям.
  - Подождите!- тряхнула волосами София. - Вы хотите сказать: мать Волдеморта и моя бабка - сёстры-близнецы?
   Властелина кивком подтвердила правильность догадки.
   - Получается, Лорд Волдеморт мой дядя?!
  - Да. Но не это сейчас важно. Важно то, что один из представителей нашего рода жив. Пусть по нашим законам ты считаешься грязнокровкой, это не важно. Ты - всё равно единственный лучик солнца, последний тоненький ручеёк, что остался от некогда полноводной реки Темных Слизеринских Вод.
   - Но я - маггл! Во мне нет магии. Да вы же сами только что говорили: мухи - отдельно; котлеты - отдельно.
   - Существуют исключения из правил, - усмехнулась женщина, влажно блеснув острыми зубами. - К слову о магии, - швырялась стульями ты вполне убедительно. Конечно, не адские костры, что демонстрировал в свое время Том, - уровень Силы не тот, - но магия в тебе определенно жива. Как и кровь Салазара. Но для меня важно не его кровь - моя. Даже внешне ты почти копия Гретель.
   - Так поэтому ты спасла мне жизнь? Потому что я одной с тобой крови? - София задумчиво нахмурилась. - Но почему, в таком случае, ты не пришла за мной раньше?
   - Потому что не знала, где тебя искать. Гретель, по всей видимости, блокировала магию в своих потомках. Когда у тебя произошёл стихийный выброс магии, сдержавший пламя - иначе к моему приходу ты была бы уже мертва, - поисковой амулет, молчавший столетие, привёл меня в ту маггловскую дыру. Очень вовремя, нужно заметить! Ещё минут пять и последняя из рода Слизерин, была бы мертвее нас, - меня и твоего непутевого дядюшки Томми, - вместе взятых.
   - Тот сумасшедший из клуба! - дошло до Софии. - Он был один из этих воландемортовских придурков - 'Пожирателей смерти', озабоченных уничтожением магглов?! Ну, спасибо дядюшке больше за горячее 'здравствуй'!
  - Никаких 'Пожирателей' не существует, - как ни в чём не бывало, продолжала разглагольствовать Властелина. - Просто в России не все переводчики талантливы. Карательный отряд Воланда по зачистке магического мира от мугродья обзывается 'Упивающиеся Смертью', - прими, пожалуйста, к сведению. У Тома на этот счет пунктик. Стареет мальчик, что тут поделать? Скоро разменяет добрую сотню лет. Чувство юмора у старичка не то стало.- Властелина засмеялась грудным заразительным смехом. - Я расскажу внуку, непременно. Пусть знает: его тупоголовые егеря чуть не прибили его единственную племянницу. В качестве моральной компенсации за пережитые страхи хочешь чучело того красавчика?
   - Естественно - нет. Что мне с ним делать? - София сжала пальцами пульсирующие от боли виски. - Там столько людей погибло... Ленка? Влад? Я даже не знаю, выжили они или нет! Зачем им понадобилось поджигать клуб?
   - Егеря Воланда убивают латентных волшебников, - охотно проинформировала Властелина. - Среди 'готов', собравшихся в клубе в тот вечер, их было, как минимум, пять. Считай, богатый улов.
   - Улов?! Чтобы уничтожить пятерых 'латентных волшебников' вы спалили не меньше двухсот человек! - ужаснулась София, не желая верить услышанному. - Не хочу чучело егеря. Хочу чучело дяди Тома!
   - Аккуратнее в желаниях, детка, - резко обернулась Властелина, вскидывая красивую голову, при этом чем-то неуловимо напоминая кобру, раздувшую капюшон перед нападением. - И не смей при мне говорить о подобных вещах.
   - Вы - чудовищны. У меня слов нет. За что погибли там все эти люди?
   - Люди вообще имеют несовершенный изъян - они смертны, девочка моя.
   - Но без вашей помощи многие, в том числе, возможно, и мои друзья, не скоро узнали бы об этом изъяне. И я - не ваша девочка! У меня есть родители. Помимо чертовых Мраксов, во мне течет как минимум кровь ещё четырех родов - маггловской крови, между прочим!
  София истерично захихикала, представляя змееликого злобного всемогущего лорда Джоан Роулинг, проникшегося сентиментальными родственными чувствами к последнему жалкому отростку на чахнущем семейном древе. Это даже не комедия - чистый фарс.
  - Вы знаетесь с Тем-Кого-Нельзя-Называть? - поинтересовалась София. - Внучек на Рождество, случаем, открытки не присылает?
   - Открытки в магическом мире не в ходу, - парировала Властелина. - Но мы частенько шлём друг другу сову. Ведь ни у меня, ни у него больше никого нет.
   - Офигеть! - протянула девушка. - Как трогательно!
   - 'Офигей' ещё раз в моем присутствии, и я представлю тебя Темному Лорду быстрее, чем планировала, - предупредила женщина. - Чтобы больше я этого выражения от тебя не слышала. Оно крайне не изящно.
   - Офи... - но договаривать София не стала. - Словом, я отлично потусила в клубе!
  Как уместить подобное в разуме? Живешь-живешь себе нормально, в большом обычном мегаполисе. Привычно живешь, размеренно, как все. Ничего-то любопытного, экстра - ординарного в себе не замечаешь, а потому, что как нет в тебе ничего такого - эдакого, особенного, чтоб из ряда вон. Обычная смазливая девчонка из среднестатистической московской школы, средних умственных способностей. Ни каких 'звезд с неба', 'жареных кораблей', 'живых драконов'.
  А тут: 'Адеско Файр!'.
  Соизвольте переварить: злодей века, которому, согласно бытописаниям Роулинг, в ближайшее время предстоит полное развоплощение в результате жесточайшего противостояния с Мальчиком-Которого-Фига-Два-Пришьешь-А-Потому-Что-У-Него-На-Носу-Очки: ваш кровный родственничек.
  'Мы семейка Адамс злобная
  Нам по нраву жизнь загробная', - под нос пропела София.
  - Ну, и что я должна делать? - развернулась девушка к своей мучительнице. - Записаться в клуб 'УПСа'? Убить Дамболдора? Привести Волдеморту мистера Поттера за веревочку? Нет, придумала! Лучше я их помирю. Поттера с Волдемортом! Представь, я вся такая, - новоявленная Мери-Сью! - мирю непримиримых врагов, становлюсь миссис Поттер, улучшая тем самым общую демографическую ситуации в магическом мире, а заодно уж и нашу змеиную породу. Продолжаю род Слизерина, укрощаю Тёмного Лорда, спасаю жизнь Мальчика-Который-Выжил. Вуаля!
  Закрыв лицо руками, София разрыдалась:
   - Не хочу попадать в какую-то дурацкую книжку! Пусть не в дурацкую - все равно не хочу! Хочу вернуть свою жизнь.
   - Но, София, именно это с тобой и происходит, - вкрадчиво нашептывала Властелина. - Ты возвращаешься в 'настоящую' жизнь: яркую, непредсказуемую, полную огня, вспышек тьмы и света. Все, что нужно сделать - принять условия игры. Если не захочешь, не придется никого убивать или спасать. Просто - живи. Просто - люби. И подари нам наследников.
  Очередной стул разлетелся в щепы от проявления стихийной магии:
   - Так вот зачем я вам нужна?! Как племенная свиноматка?!
   - Сколько экспрессии! - насмешливо фыркнула старая ведьма с молодым лицом. - А что в этом плохого? Что плохого в том, чтобы выйти замуж за достойного человека и родить ему детей? Любая жизнь родом из Темных Вод и Животворящего Светлого Луча. Имей мудрость принять это.
  София не видела, как женщина переместилась ей за спину:
   - Ты пока не готова. В твоих глазах я вижу маленькую, перепуганную маггловскую девочку, едва не погибшую от руки не самого сильного волшебника Волшебного Мира, но которого ты своим маггловским зрением приняла едва ли не за высшее существо. Мы все исправим, моя дорогая. Я не повторю былых ошибок, из-за которых потеряла дочерей. С тобой все будет иначе, Софи.
   Руки женщины утонули в девичьих локонах, пальцы ласково перебирали темные прядки.
  Захотелось закрыть глаза. София уступила возникшему желанию, смежая веки.
  - Тебе понравится в моем мире, - баюкал голос. - Ты не захочешь из него убегать. К чему? Здесь есть все, о чем только может мечтать женщина: красота, благородство, знания и неисчислимое количество тайн и загадок. А ещё - самые сильные, могущественные, умные и коварные мужчины. Я не заставлю тебя стать лишь дополнением к их положению, - детородным органом. Нет! Я покажу тебе такие глубины магии, о которых не догадывается даже мой любимый внучек. Пока существуют головоломки - существует и азарт! Перед тобой будет столько загадок, сколько ты пожелаешь. Все, что захочешь, моя маленькая Гретель...
  Ну, подумай сама, моя милая, разве не интересно увидеть настоящего Поттера? Не такого, каким тебе показал его Голливуд, а подлинного? Гермиону, Рона, Дамблдора? Разве не интересно поучаствовать во всем известной истории, но увидеть её капельку иначе? А может быть увидеть её именно такой, какой себе и представляла, но не застывшей - а в красках, движении, действии?
  Веки Софии наливались тяжестью. На мягких лапах к ней подкрадывался сон.
   - В твоем мире есть дементоры, - прошептала девочка перед тем, как погрузиться в объятия Морфея.
   - Порождения твоего могущественного предка - тебе они не страшны. Ты станешь маленькой славной принцессой в нашем царстве Змей, Грета.
   - Я не принцесса, - проваливаясь в сон, возразила София. - И ещё - я не Гретель...
  
  Глава 3
  'Змеиное Гнездо'
  
  Тело покоилось на мягкой постели; на простынях столь нежных, что сама возможность осязать их была лаской.
  София потянулась, не раскрывая глаз. Пододеяльник теплой волной скользнула вдоль тела. В следующее мгновение яркой вспышкой прорезалось воспоминание о ночи; о странном разговоре с незнакомкой...
  Девушка резко скинула с себя одеяло.
  Она находилась все в той же комнате, куда вела узкая лесенка в башенке. Над ней нависал всё тот же, скошенный, мансардного типа, потолок.
  Подбежав к квадратному окошечку, где цветные стеклышки собирались в мозаику, изображающую светловолосую солнечную девочку с огромным букетом ромашек, София распахнула створку. Дух занялся от восторга: насколько хватало взгляда, всюду - шелковые поля, расцвеченные разнотравьем. Их окаймляли узкие бархатистые полосы посадок. Красавицы березки кокетливо пожимали ажурными плечиками, помахивали сережками на фоне незамутненной голубизны высокого неба; строя глазки всем и никому, - бесцельно, из чистого озорства.
   - Кхм-кхм, - покашливание за спиной заставило обернуться.
  Взглянув на источник звука, девушка, не удержавшись, пронзительно визгнула, отскакивая подальше. Не высокое, ростом с пятилетнего ребенка, существо, испуганно юркнуло за спинку стула, прикрывая морщинистое личико перепончатыми ушами.
  Как только София захлопнула рот, прекратив звуковую атаку, существо бросилось на колени и принялось истово колотиться широким треугольным лбом, испещренным множеством глубоких морщин, об пол:
   - Простите, мисси! Простите старого Ланко! Ланко не виноват! Ланко не хотел испугать. Хозяйка будет не довольна. Простите! Простите! Простите!
  С каждым последующим 'простите' существо усиливало размах, и удар получался более смачным.
  - Простите...
   - Хватит! - гаркнула София.
  Существо замерло, взирая на девушку глазами-блюдцами.
  - Ты кто такой? - требовательно вопросила она, подбоченившись.
   Сложив перед собой морщинистые ручки с маленькими пальчиками, существо пискнуло, кивая несоразмерно большой, по отношению к телу, головой:
   - Ланко - главный домовой эльф госпожи Мракс. Семья Ланко предана Мраксам на протяжении пяти столетий. Ланко любит Мраксов - всех Мраксов. Молодая госпожа не должна его бояться, - до этого эльф стоял спокойно, поэтому София ни как не ожидала, что в следующую секунду он снова бухнет на пол и продолжит самоистязательные упражнения. - Ланко - плохой! Ланко - плохой! Ланко напугал молодую госпожу!
   - Я же велела перестать! - повысила голос София.
  Домовик покорно поднялся на коротенькие тонюсенькие ножки и принялся отряхивать узловатые коленки.
   - Так лучше, - удовлетворённо кивнул девушка. - Сядь на стул.
   - Ланко не может! - в ужасе всплеснул ручками эльф. - Сидеть в присутствии молодой хозяйки? Невозможно! Ланко не может...
   - Чего Ланко точно не может, так это ослушаться прямого приказа. Садись!
  Понуро опустив уши, эльф повиновался.
  Забавно было наблюдать за тем, как его ножки, не доставая до пола, болтались в воздухе.
   - Ну, Ланко, - София присела напротив. Губы её морщинила улыбка, - она ничего не могла с собой поделать. Домовик забавлял. Казался не настоящим, будто анимашка получила трехмерное изображение. - Рассказывай, что велела передать госпожа Мракс?
   - Письмо, - конверт материализовался из воздуха, завис на секунду, дожидаясь, пока его возьмут в руки. - Вот эту странную трубочку. - София вздрогнула, ощутив на коленях тяжесть. Опустив глаза, обнаружила сотовый телефон и дико ему обрадовалась. - Ещё велено слушаться молодую хозяйку, исполнять все её желания. До самого вечера, пока не проснется госпожа Мракс.
   Домовик ссутулился, прижимая уши к лысому черепу и испуганно вращая глазами:
  - Молодая хозяйка прикажет накрывать стол к обеду?
  В огромных глазах сияла такая надежда, что София незамедлительно кивнула:
   - Конечно, Ланко. Я проголодалась.
  Рот домового эльфа растянулся от уха до уха в счастливейшей из улыбок:
   - Слушаюсь, моя госпожа! Если Ланко потребуется молодой хозяйке, ей следует только позвать его по имени.
  С негромким хлопком эльф исчез.
  София с удивлением посозерцав опустевший стул, сломала ярко-алую печать, вышедшую из обихода ?-ное количество лет назад. Пробежалась глазами по каллиграфическим, ровно-округлым буквам:
  'Дорогая Соффи!
  К моменту, как ты проснешься, я не смогу составить тебе компанию, за что приношу глубочайшие извинения. До заката солнца тебе предстоит развлекать себя самой. Как подозреваю, последнее будет не сложно - дом крайне занимателен.
  Исследуй его границы и возможности. Поскольку в ближайшее время тебе предстоит стать его хозяйкой, запретных уголков здесь нет. Я бы только попросила не спускаться без меня в подземелья. Не то, чтобы это могло представлять опасность - ни одна Тварь на моих землях не тронет того, в ком течет кровь Слизеринов, - в этом можешь не сомневаться. Но некоторые из населяющих подземелья созданий не столь симпатичны, как Ланко. Для молоденькой девочки, впервые постигающей волшебный мир, я бы рекомендовала держаться от инферналов, зомби и Змея подальше. - София сразу для себя уяснила, что в подземелье спустится разве только что под 'Испериусом'. - Из дома можешь выходить, но покинуть границы поместья не получится. Зато, при желании, сумеешь позвонить родителям и убедиться, что с ними все в полном порядке.
  К огромному сожалению, пришлось подкорректировать их память. Для них ты теперь отдыхаешь в подростковом лагере на престижном детском курорте. Кажется, - в 'Артеке'? Не помню точно, да это не главное. Главное - они теперь довольны и счастливы, и даже не думают беспокоиться о тебе.
  К сожалению, Анна, твоя мать, не унаследовала ни капли волшебных способностей. Она - полный сквибб. Подозреваю, бедняжка стала венцом усилий Гретель!
  Светает. Вынуждена прервать написание сего письма.
  Привыкай к новой роли. Развлекайся.
  До вечера
  Твоя бабуля
  Властелина Мракс'.
  Стоило набрать привычный цифровой ряд кнопок, из мобилы полилась приятная музыка.
   - Сонька? - радостно зазвенел голос матери. - Привет, совенок! Как отдыхается?
   - Отлично, - бодрым голосом соврала девушка.
   - Чем вас там кормят?
   - Э-э...? - Соня пыталась судорожно сообразить.
  Чем кормят в Артеке? Да откуда же ей знать? Она понятия не имела об общепите. Даже в школе предпочитала перекусывать в буфете.
  - Здесь в рационе много рыбы, - на побережье ведь должны питаться рыбой, правда? - Ну, и картошку, вермишель часто дают. Фруктов в избытке. Ты не переживай.
   - На пляж часто ходите?
  - Каждый день.
   - Далеко не заплывай, хорошо? - волновалась мама.
   - Ты же знаешь, я люблю плескать на мелководье. Папа там как?
   - Нормально Мы на дачу собираемся. Яблоки подходят. Их в этом году гурты ожидаются. Тебе денег на счет положить?
   - Не нужно.
   - Одевайся вечером теплее, ладно?
   - Хорошо. Буду одеваться.
   - Отдыхай. Ну, пока. Целую.
   - Отцу привет!
   - Обязательно. До связи...
  В трубке тоскливо запищало.
  Соня, нахмурившись, пыталась сообразить, что же будет с её семьей дальше? В том, что Властелина отпускать её обратно не собирается сомневаться не приходилось.
  Решив о неприятном подумать позже, девушка позвала Ланко.
   - Моя госпожа желает кушать?
  - Я хотела бы переодеться, - развела руками София, демонстрируя пусть кружевную, пусть нарядную, но ночную рубашку.
  Ланко вновь сверкнул широкой счастливой улыбкой. Быть полезным не просто доставляло домовику удовольствие, - это делало его по-настоящему счастливым.
   - Госпожа желает переодеться?! О! Ланко покажет молодой хозяйке комнату с одеждой. Ланко покажет молодой госпоже 'гардероб', - последнее слово коротышка выговорил с усилием, шамкая губами. - Госпожа Мракс весь оставшийся вечер создавала одежду для дорогой гостьи. Позвольте помочь вам переместиться, миледи?
  София кивнула с некоторой долей сомнения.
   - Вам нужно всего лишь протянуть руку Ланко.
  Перемещение ощущалось резким рывком; падение столь быстрое, что краски размазавшись, слились. Когда предметы вновь обрели четкие очертания, оказалось, что София стоит в другой комнате. Мебель отсутствовала. Кругом всё чисто и ярко. Пространство заполнялось одеждой, словно в супермаркете.
   - Путёна!
  С очередным хлопком появился новый домовик. Такой же ушастый и глазастый.
   - Что прикажете?
   - Молодая госпожа желает одеваться!
   Вращающиеся блюдца-глаза смерили девушку оценивающим взглядом:
   - Миледи желает маггловскую? Или одежду господ?
   - Пусть будет 'одежда господ', - пожала плечами София.
  'Домовичка' засветилась, как двухсотваттная лампочка под напряжением. 'Наш человек', - говорил её взгляд.
  В воздухе возникло зеркало. Словно вспыхнувшие галлаграмы появились три пышных платья с длинными юбками.
  София выбрала ярко-алое, чем ещё больше подняла настроение Путёне.
  Платье растаяло в воздухе, а потом материализовалось на девушке, уменьшаясь в размерах там, где материи было многовато, увеличиваясь в тех местах, где ткани явно не хватало. В результате село по фигуре идеально - ни один портной так не сошьет. Магия!
  София с удивлением и удовольствием наблюдала перемены во внешности. Пышные юбки визуально делали талию тоньше; плечи - более узкими и округлыми, а грудь, благодаря старинному корсету, смотрелась округлей и выше. Цвет выгодно подчеркивал тон кожи и совсем чуть-чуть диссонировал с желтоватым оттенком топазовых, тигриных глаз.
  Эльфийка приблизившись, что-то нашептала. Легкие серые тени в уголках подчеркнули удлиненный персидский разрез глаз, мазок румянами выделил нежные скулы, а полупрозрачный блеск сделал губы полнее и ярче. Волосы взметнулись и завились мягкими локонами у висков и на концах.
   - Путёна, ты молодец, - похвалила эльфийку очень довольная достигнутыми результатами София.
  В солнечном свете дом выглядел привлекательнее. Мебель освободили от чехлов, полировку навощили. Деревянные половицы покрыли коврами. Длинный стол, занимающий центр широкой горницы, сервировали, словно к празднеству; он почти ломился от изысканных, невиданных яств.
  Название большинства блюд София, привыкшая к незатейливой российской кухне, не знала.
  Стул отъехал в сторону, стоило протянуть к нему руку, радушно приглашая присесть.
  Девушка приступила к пиршеству. Еда оказалась волшебной, - просто таяла во рту.
  Ланко наблюдал, поигрывая ушами, то распрямляя их, то опуская. Ожидая реакции на трапезу.
   Закончив кушать, девушка промокнула губы салфеткой. Стоило подняться из-за стола, еда, посуда, подсвечники со свечами, плавающие в воздухе, растворились в одно мгновение.
   - Я хочу видеть тех, кто занимается здесь приготовлением пищи, - заявила новоявленная 'хозяйка'.
  Домовик, втянув голову в плечи, хлопнул в ладоши. Рядом с ним возникло ещё четыре эльфа.
  - Синки, Тонки, Марки, Тобби, - госпожа.
  Каждый из представляемых домовиков усиленно кланялся, в свой черед, втягивая ушастую голову.
   - Я хочу поблагодарить вас, - не сдерживая искренней улыбки, проговорила София. - Не ела никогда ничего вкуснее вашего обеда. Спасибо!
  Глаза-блюдца зажглись таким ярким светом, словно внутри черепушек странных созданий загорелась китайские фонарики. Кто-то, кажется эльфийка Синки, даже всхлипнула от переизбытка чувств.
   - Синки, Тонки, Марки и Тобби счастливы, госпожа.
   - И Ланко - тоже! - примазался 'главный' домовик.
  - Ланко! - позавала София. - Повремени уходить, - покажешь мне дом.
  В конце бесконечной комнаты с длинными, узкими, словно бойница, окнами, таилась, скрытая в ниши, едва приметная дверца. За ней начинал кружить коридор. Изгибаясь, точно неторопливая змея, он вел в комнаты. Ланко демонстрировал многочисленные библиотеки, кабинеты, ванные, каминные, бильярдные, гостевые, портретные галереи, просто галереи, гардеробные, лабораторные...
   - Как выйти из дома на улицу?
   - Просто пожелайте, чтобы перед вами появилась дверь, госпожа.
  София повернулась к стене:
   - Дверь!
  Со вспышкой света образовался проём. Дверь легко распахнулась, впуская солнечный свет, яркий, желтый, ослепительный. Следом за светом ворвался запах разогретых трав и цветов.
  Вернувшись в дом, девушка отыскала библиотеку. Окон в ней не было; лишь тусклый зеленоватый свет освещал ряд шкафов - хранилища вековых знаний. Дитя нового века, девушка почти разучилась читать книги на бумажном носителе, давно предпочитая электронный вариант, доступ к которым через сеть интернета был гораздо дешевле и проще.
  Покинув библиотеку, София прошла в картинную галерею, завешенную портретами.
  Поплутав с полчаса, удалось отыскать среди множества незнакомых лиц портрет Гретель Мракс.
  Прабабку девушка знала лично, она застала её в живых. Та умерла сильно в летах, дожив до 84 лет. В мире магглов она прожила жизнь под именем Морозовой Галины и ничем, кроме склочного нрава, не выделялась.
  Со здешнего портрета незнакомая ведьма взирала, высокомерно вздернув острый подбородок и тонкие брови, прикрыв тяжелые веки. В уголках рта совсем юнной девушки таилась недобрая, едкая, словно кислота, усмешка, свойственная более зрелому возрасту.
  Рядом с Гретель висело изображение Меропы. Те же острые, легкие черты, чуть застывшие и холодные; та же замысловатая высокая прическа. Но, в отличие от яркой, мятежной Гретель, Меропа создавала впечатление потерянности и почти болезненной хрупкости.
  Портер Тома Реддля отыскать удалось не без труда. Читая в свое время 'Гарри Поттера', София не слишком-то заинтересовалась данным персонажем. Маньяк, помешенный на захвате власти и уничтожении магглов, - что в нем может быть интересного? Но оказавшись в родстве с воплощенным кошмаром, невольно ощущаешь любопытство к его персоне.
  На портрете был изображен очень красивый молодой человек. С куда более правильными и выразительными, чем у обеих сестер Мракс, чертами лица.
  'Киношный' Том мало походил на реальный образ. Никакой смазливости, слащавости в том, кто станет Тёмным Лордом, и по юности лет не наблюдалось. Четко вырезанные, плотно сомкнутые губы; хищные гневливые ноздри прямого 'патрицианского' носа; гордо, спесиво, вскинутая голова и замораживающий, отстраняющий взгляд.
  Каждая черточка этого лица выдавала в Томе Реддле человека умного, амбициозного, расчетливого. Жестокого? Возможно. Но, без сомнения, - сильного.
  ***
  Солнце неизбежно клонилось к горизонту. София предвкушала новую встречу с 'Дамой в черном'.
  К новой встрече с Властелиной Мракс.
  
  Глава 4
  Темное Наследие
  
  Дом Властелины, мрачноватый при белом свете дня, с приходом ночи становился откровенно пугающим. Пространство наполнилось шелестом и шуршанием: с подобным звуком жалуется уносимая по гладким плитам листва, подхваченная северным ветром. Колыхались занавески, будто гулял сквозняк, - только в окна не вливалось ни дуновения.
  Повсюду скользили тени, тени, тени...
  Властелина с распущенными волосами, с запавшими щеками, очерченными чернотой глазами исподлобья взирала на праправнучку.
   Ещё секунду назад её за столом, не было - София могла бы в этом поклясться!
   - Добрый вечер, - сейчас голос женщины нисколько не показался Софии благозвучным: скрипучий, старушечий, недобрый.
  Куда подевалось за день богатое переливами контральто?
  - Или правильнее сказать: доброй ночи? Наверное, так будет лучше. Чувствуешь...? - Властелина запрокинула голову, смежая веки и раскидывая в стороны руки, словно приветствуя и обнимая мрак. - Чувствуешь, как она сгущается - Тьма? Ещё чуть-чуть и её можно будет не только вдохнуть - попробовать на вкус. У ночи запах жасмина; аромат сирени; вкус диких вишен с капелькой хмеля, - розовый, по-змеиному юркий язычок облизал губы.
  Женщина жадно втянула воздух, алчно блеснув белоснежными зубами.
   - Вкус у крови пряный, горячий, - глаза ведьмы по-кошачьи сверкнули зловещей зелёнью. - Боишься? - прошелестел змеиный голос. - О! Страх, это нормально. Боишься, - значит, живой. Инстинкт самосохранения зиждется на страхе. А здесь есть, чего бояться. Мрак, магия, дар ночи, смерть - это всё реальность. И когда они приходят, от них не избавиться.
  Холодные бескровные пальцы скользнули по девичьей щеке с насмешливой лаской.
  - Прошлой ночью мы миновали лишь первый рубеж. Сегодня предстоит пройти вторую ступень.
  Властелина вытянула руку перед собой, широко расставив пальцы. Прелестная женская рука превратилась в жадную клешню:
   - Вармониа никтьери пассус!!!
  С пальцев сорвалось сизоватое облачко, похожее на сияющую плазму. Внутри плазмы подрагивали алло-голубые молнии. Облако ударилось в стену.
  На секунду Софии показалось - сейчас произойдет взрыв. Но плазма впиталась, как вода в песок. Кирпичи принялись исчезать, один за другим, открывая проход.
   - Люмус!
  Свечение, мутноватое, не слишком интенсивное, походило на лунный свет.
  Следом за Властелиной, София спустилась по ступенькам, изо всех сил стараясь не касаться стен, покрытых чем-то белым, похожим на размокший известковый налет. Если бы утром девушка не видела, что дом стоит в поле, сейчас бы прониклась уверенностью, - ступени вырублены в толще скал.
  Спустившись, женщины оказались в коридоре с низким потолком.
  - Где мы? - дрогнувшим голосом спросила София.
  Насмешливое эхо многократно умножило вопрос.
   - Тс! - приложила Властелина к своим кроваво-красным губам палец с остроконечным ногтем.
  Через несколько десятков шагов коридор резко сузился.
  В стенах темнели углубления-ниши, подозрительно напоминающие ячейки с труппами в морге. Ход воскрешал в воображении древние римские катакомбы, где первые христиане искренне чаяли 'долежаться' до иерихонской трубы и вновь воскреснуть. Но вместо обещанного воскрешения наполняли, ряд за рядом, подземелья, распространяя смрад гниющей плоти.
  Невольно София ухватилась за ледяную руку проводницы.
  - Куда ты меня ведешь?
  Властелина заговорщиски улыбнулась; между мягкими губами сверкнули острые змеиные резцы. Ничего не сказав, она продолжала увлекать девушку за собой. Воздух сделался влажным - дышалось с трудом.
  Лаз резко оборвался.
  София не смогла сдержать восклицания - они стояли в подземной пещере, само нахождение которой в центральной полосе России свидетельствовало о том, что девушка теперь существует в мире, имеющем мало общего с обычной, настоящей реальностью.
  Сталактиты и сталагмиты, подсвеченные магическим светом, усиливали таинственную атмосферу.
  Властелина снова улыбнулась, на сей раз без всякого намека на насмешку.
   - Темнота, луна, подземелья - их не боятся те, у кого они в крови, - говорила колдунья. - Никого из Слизеринов, а позже Мраксов, темнота не пугает. Она - наша мать. К слову сказать, не только наша. Темнота такая же мать всего сущего на земле; как свет - отец. Жалко, что нерадивые дети отказываются признавать правду.
  Они остановилась у кромки подземного озера. Идеально круглого, идеально черного.
   - Дальше пойдёшь одна, - напряженным голосом повелела Властелина.
   - Куда?!
   - Вперед. Ты должна войти в воду.
   - Я плохо плаваю, - предупредила девушка.
  Поздновато бунтовать. 'Бабуля', чего доброго, способна разозлиться и оставить её одну. Не ахти перспективка.
  Перед тем, как заходить, София разулась. Камни, не холодили ноги. Напротив, были теплыми, будто под ними горел огонь.
  Все происходящее выглядело настолько странным, что София даже не испугалась. Спасала уверенность, схожая с той, что присутствует в кошмарах - если сон станет совсем плох, всегда, ведь можно проснуться?
  Ноги, будто сами по себе, объявив полную автономию от центрального управления - мозга, - побрели вперед, уводя глубже в воду.
  Как только вода дошла до пояса, темная маслянистая поверхность подземного озера начала вскипать, вспениваясь, словно со дна поднималось нечто огромное.
  Тяжелый, скрипучий звук заставил стены пещеры содрогнуться.
  София попятилась.
   - Нет! - крикнула Властелина. - Не оборачивайся! Ступай вперед - думать не смей вернуться, или мы погибнем!
  Жуткий, утробный звук, раздавшийся вслед за голосом Властелины, породил малоприятный ассоциативный ряд: тонущие корабли, уходящие на дно морское; беспощадные волны сминают в грязный комок твердый металл; последняя жалоба рукотворного исполина перед погружением в вечный мрак...
  Рык повторился, полный первозданной силы. В нём отсутствовала ярость, но все органы чувств просто кричали о страшной, смертельной опасности.
   - Великий Отец, Змей! - пропела за её спиной Властелина.
  Даже не оборачиваясь, София знала, женщина стоит сейчас на коленях, простирая руки во мрак.
  Непонятно каким образом, но в подземелье поднялся ветер - настоящий ураган.
  - Я привела к тебе дочь Слизеринов, ведьму, способную вместить в себя твою Силу и Мощь. Да пребудут с ней силы Рода! Да ниспошлешь ты чары Мертвых Тёмных Вод. Да подаришь способность повелевать силами Тьмы, подчиняя их себе! Великий Отец, Змей! Не гневайся за то, что сто лет я не взывала к твоей Силе. Услышь меня! Благослови ту, в венах которой течет твоя кровь.
  Тишина. Лишь где-то далеко-далеко капли, дробясь, точили камень.
  А потом земля расступилась под ногами Софии. Вода, черная и густая, сомкнулась над головой. Тьма поглотила девушку в считанные секунды.
  ***
  София понимала, что бредит. Или видит сны.
  Перед ней колыхалась в воде змея. Или, точнее тварь со змеиным телом и божественно красивым женским ликом. Только волосы красавице заменял клубок шипящих, извивающихся в волнах, рептилий.
  'Медуза-Горгона?', - подумала София.
  Существо покачало головой, и змеи заколыхались по волнам, точно растерпавшиеся локоны, шипя и скалясь.
  - Коатликуэ, - выдохнула Женщина-Змея. - Коатликуэ. Можно - Меритсегер.
  'Великий Отец - женщина?', - удивилась София.
   - Великий Отец не пришёл. Ты не захочешь принять Силу Атума. Она слишком велика для тебя, дитя Слизеринов. Ты не столь темна, чтобы нести в себе его частичку. Возьми мою. Она поможет давать покой мертвым; поможет отыскать нужный баланс между двумя мирами; добром и злом, страстью и разумом. Прими мой дар, потомок Древних...
  Принять предложенную силу оказалось нечем. Рук София не чувствовала. Да здесь их у неё и не было.
  В лицо ударила струя ледяной воды, испаряющаяся на невесть откуда взявшемся ветру; оставляющая на коже ощущение свежести и холода. Вспыхнула радуга: красный, оранжевый, желтый, зеленый, голубой, синий, фиолетовый цвета кружились, складываясь в фантасмагорию.
  ***
  Проснулась София в своей комнате. Привычный диван, голубые обои и занавески, стол, ноутбук, картинка с изображением морского пейзажа на стене. Её комната. Определённо - её!
  Девушка не знала, какое чувство преобладало: разочарование или облегчение?
   - Мама? - позвала София. - Мама, мне такой странный сон приснился!
  Хлопок.
  Вращая глазами-блюдцами, словно Пиноккио, появился Ланко. И начал привычно кланяться, приговария:
   - Госпожа Мракс посчитала, подобная обстановка покажется молодой хозяйке более приятной. Госпожа Мракс сказала, среди привычных вещей, молодой хозяйке будет не так тоскливо и грустно. Госпожа Мракс подумала....
   - Довольно! - оборвала заунывное завывание домовика София.
  Чувство разочарования и облегчение ни куда не делось. Сместились лишь акценты.
   - Принеси кофе и эклеры. Прямо сюда, - девушка бросила взгляд в сторону ноутбука. - Работает?
   - Да, да, - с энтузиазмом китайского болванчика закивал эльф.
  Ноутбук не только работал, но и непонятно каким образом (совершенно непостижимо) имел доступ в сеть интернета.
  Загрузив любимый 'Гугл', София набрала услышанное вчера имя: 'Коатликуэ'. В википедии она значилась как 'Змеиная мать'; в мифологии ацтеков - богиня земли, огня и смерти. Особое покровительство оказывала цветам.
  На запрос о Меритсегер 'Гугл' выдал информацию о Древнеегипетской богини. Буквально имя означало 'любящая безмолвие'. Согласно верованиям древних египтян Меритсегер покровительствовала мертвым.
  'Веселуха, - подумала девушка. - Чем же меня одарила странная женщина-змея из подземного озера? Судя по всему, вряд ли я отделаюсь выращиванием зерновых культур'.
  Как только последний солнечный луч угас, на подоконник раскрытого окна уселась жирная ворона, хлопая маслянисто-черными крыльями.
  Через мгновение на месте птицы сидела женщина. Черные волосы свободно развивались за спиной на ветру.
   - Доброй ночи, Соффи, - приветствовала хозяйка мрачной обители.
   - Доброй ночи, Властелина. Я ждала тебя, - улыбнулась девушка.
   - И я с нетерпением ждала встречи. Сегодня третья ночь. - Властелина отбросила за спину густые черные волосы. - Третий рубеж.
  Легко оттолкнувшись руками от подоконника, женщина гибким змеиным движением соскользнула на пол:
   - Идем!
   - Куда?
  Нет уж! Сначала пусть объяснит, к какому черту лешему её собираются волочить на этот раз.
  Властелина возвела очи горе.
   - Соффи! Ну как же с тобой трудно. Ничего страшного не планируется - самое страшное уже позади. То, что может произойти сегодня - детские игры по сравнению со вчерашней аудиенцией...
   - Кстати о вчерашнем, - подбоченилась девушка. - Что это было?
   Властелина пристально поглядела Софии в глаза.
   - Некоторые вещи не требуют объяснений. Ты знаешь - что.
   - У Роулинг ничего подобного вчерашнему, не описывалось!
   - Книги Роулинг - не магическая библия! - в свой черед повысила голос Властелина. - Ты должна это понимать. Художественная литература как кривое зеркало весьма избирательно отображает реальность. И нереальность - тоже.
  София несколько раз прошла по комнате туда - сюда.
  - Так куда ты хочешь меня отвести?
  Властелина скрестила руки на груди:
   - На кладбище.
  Ну, конечно же. Где ещё может колдовать её семейка?!
   - Надеюсь, хоть кости мертвецов грызть не придется? - выдержав вопросительный взгляд своего гида по Тёмной Магии, София пожала плечами. - А что? Во всех сказках про злых ведьм, те сначала пляшут на гробах, потом высасывают из бедренной кости костный мозг со злобным хохотом и после до рассвета катаются на помеле. Грызть тазобедренные кости я наотрез отказываюсь: это не гигиенично, не эстетично...
   - И не практично, - закончила Властелина. - Не беспокойся. Подобного непотребства не потребуется.
   - Вот и славно - трам-пам-пам.
  ***
  Они стояли в центре небольшого кладбища. Погост расположился рядом с умирающей деревенькой, каких в Российской глубинке миллионы.
  Кусты сирени, густо разросшиеся повсюду, отлично скрывали ведьм без всякой магии.
  - Ты должна поднять зомби, - обыденным тоном проинструктировала Властелина. - Заставь их тебе подчиняться, а затем вновь успокой.
  В устах женщины заявленное казалось простым. У! Делов-то, в самом деле? Поднять, подчинить, успокоить! Да на 'раз-два'.
  Ладно, если не получится, - это полбеды. А вот если получится, - что тогда делать? 'Караул!' кричать прикажите?
  Вдруг она целое кладбище 'поднимет', а после этого - 'не подчинит' и 'не успокоит'? Мамочка!!!
   - Я боюсь! - честно призналась София.
  - Верь мне и ничего плохого не случится. Я не позволю никому причинить тебе вред, - заверила Властелина.
   - Что я должна делать? - хмуро вопросила девушка.
   - Опустись на землю.
   - Как?
   - Да как тебе удобнее - хоть 'раком'! - не выдержала наставница. - Почувствуй её. Можешь закрыть глаза, если хочешь.
  София 'чувствовала' себя весьма глупо, сидя на корточках и уцепившись руками за траву.
  'Будто по большой нужде сижу', - с безмолвным смешком подумала она.
  Ветер, дувший с юга, игривый и ласковый, приятно щекотал шею и щеки.
  Запах земли, пряной, приятной на ощупь, влажной...
   Тихо падают капли в пустоту: кап, кап, кап. Темная гладь воды, ничего не отражающая, никуда не текущая. Спокойная. Бездонная...
  Девушка напряглась: ладони наливались холодом, - студёным, резким. Почти обжигающим.
   - Хорошо, - удовлетворенно зашептала Властелина. - Отлично! Теперь повторяй за мной! Левантэ инсиргеа мортэ.
   - Левантэ инсиргеа мортэ...
  Руки заломило, будто их на двадцатиградусном морозе облили водой.
  Земля колыхнулась, перестав быть твердью.
  - Получилось! - звенел ликованием голос Властелины. - Получилось!!! Открывай глаза! Смотри... Я не видела такого с тех пор, как потеряла мою Гретель! - хохотала ведьма.
  'Не мудрено, что сбежала', - в ужасе подумала София.
  Колени подгибались. Тело сотрясала не контролируемая дрожь.
  'Отче наш!', - пронеслось в голове.
  Мертвые поднимались из земли, ломая истлевшие доски, послушные древнему зову. Ни одному режиссеру не передать такой реальности.
  'Что мы знаем о душе?! - думала София, созерцая действие собственной силы. - Что, если нет никакой души? Что, если тело единственное, в чем присутствует сознание? Что, если потревоженный прах этих существа силится переварить окружающую их реальность? Если нервы, двигающие разваливающуюся плоть, способны посылать в мозг сигналы, то какова же боль от этих язв, трещин, отваливающихся конечностей? Если трупы ничего не чувствуют, почему на останках лиц застыло безмолвное выражение такого дикого ужаса?! Не тупая бессмысленность; не злость; не кровожадность; даже не равнодушие - мука, неизмеримая, страшная! Они понимают, что мертвы?!'.
  Что, если когда-нибудь, кто-то вот точно так же потревожит покой её, Софии, родителей, друзей? Саму Софию?
   - Как это прекратить?! - взвыла девушка в ужасе.
   - Сначала подчини их.
   - Как это прекратить?!
   - Они не могут причинить вреда ни тебе, ни мне, - в любом случае. Заставь их слушать тебя. Повторяй...
   - Фините Инканта́тем, - завопила София во всю мощь, отведенную природой, срывая от крика горло. - Фините Инкантатем! Финита!
  По кладбищу распространились вспышки света. Мертвецы проваливались в свои могилы.
  Спустя пять минут лишь луна умиротворяюще сияла над спящим миром.
   София взмокла так, будто только что пробежала двухкилометровый кросс за десять минут.
  Не сдержавшись, девушка накинулась на Властелину чуть ли не с кулаками:
   - Я никогда больше не потревожу покой мертвых! - собственный голос казался чужим. - Что бы вы ни говорили мне. Чем бы ни пугали! Чтобы не сулили! Слышите меня, Властелина Слизерин Мракс?! Никогда!
   Губы женщины вытянулись в ниточку.
   - Ты так пуглива? - презрительно хмыкнула Властелина. - Опасности не было, я же говорила тебя, что...
   - К чёрту опасность! - заорала София. Голос сорвался на шёпот.- Ты что же? Не видела? Им же было больно?! Понимаешь - им было больно?!
  Властелина заморгала в недоумении:
   - Больно? Мертвецам? - она засмеялась. - Да что ты несешь, глупышка?
   София шагнула к своей не-умершей прародительнице и прошипела на серпентарго, сама так и не сумев понять, что говорит на змееязе:
   - Ты хотела бы увидеть свою обожаемую Гретель в таком виде, в каком только что созерцала этих несчастных?!
  Повисла напряжённая пауза.
   Ветер грустно перебирал листву сирени, проростающей то тут, то там.
  Так ничего и не ответив, Властелина пошла к дороге. София последовала за ней.
  Девушка очень надеялась, что они со старой ведьмой сумели понять друг друга.
  
  Глава 5
  Альбус Дамблдор
  
  Почти весь следующий день София проспала. Стоило поднять ресницы, как Ланкo поил её отваром, приятно пахнущим травами, - мятой и цитрусовыми, - и веки вновь слипались.
  Когда удалось сбросить оковы Морфея, София поспешила спуститься вниз.
  - Ланко! - эльф повинно опустил огромные уши.- Куда подевались портреты?!
   - Хозяйка велела спрятать, чтобы гость их не видел.
  - А что? Властелина ждёт гостей?
   - В усадьбе ждут одного гостя. Хозяйка велела прибраться в доме, приготовить праздничный ужин, убрать портреты... - загибал эльф узловатые сучковидные пальцы, бряцая ушами, словно ишак. - Ланко - не виноват! Ланко - хороший эльф!
  София вымученно улыбнулась. Она начала привыкать к странному существу и, положа руку на сердце, в свете последних событий, домовик вызывал у неё гораздо больше симпатии, чем его хозяйка.
  - Конечно, Ланко - хороший. Не огорчайся.
  Чтобы не мешать приготовлениям, девушка вернулась к себе в комнату.
  Включив ноутбук, попыталась читать, но мысли не желали сосредотачиваться на тексте, вращаясь вокруг одного:
  Властелина вчера обмолвилась, что реальный Гарри Поттер в этом году пойдет на шестой курс. Значит, 'Мальчик-Который-Выжил' уже успел открыть Тайную Комнату, встретить крёстного и победить дементоров? А 'любимый' дядя в прошлом году, стало быть, проворонил пророчество? Любопытно!
  В дверь постучали.
   - Да? - не отрываясь от монитора, откликнулась девушка.
   - Простите Ланко! Он не должен беспокоить молодую хозяйку, но...
  - Что случилось, мой хороший? - улыбнулась домовику 'молодая хозяйка'.
  - Гость! - испуганно вытаращив глаза, пискнул домовой. - Случился гость! Он уже вошел во владения госпожи Мракс и скоро будет здесь. Вам нужно поприветствовать гостя, барышня! Ланко - хороший. Ланко сможет позаботиться о нуждах волшебника. Но Ланко не может гостя развлечь!
  София захлопнула крышку ноутбука.
   - Что я должна сделать?
   - Открыть гостю дверь. Проводить в дом великого Дамблдора...
   - Кого проводить? - охнула София, хватаясь за сердце. - Дамблдора? Директора Хоцвартса?!
   - Гость уже на пороге, - в панике задергал ушами домовик. - Миледи, поспешите отворить дверь! Даже госпожа Мракс никогда не заставляла ждать господина Дамблдора! Директор Хогвартса - великий волшебник...
  - Ланко! Ты - кретин!!! Нужно же было заранее меня предупредить! Ладно, - замерла она, понимая, что бедолагу эльфа от натуги сейчас кондрашка хватит. - Идем вниз.
  София замерла напротив двери как раз в тот момент, когда темная створка распахнулась и, купаясь в лучах света, на пороге возник самый великий волшебник всех времен и народов, - словно в картинной раме; будто в золотом нимбе.
  Директор Волшебной Школы воспринимался как нечто светлое, надежное и сильное: широкие плечи, длинные ниспадающие одежды, спокойная уверенность движений.
  - Позволите пожелать доброго вечера, мисс? - со старомодной вежливостью склонил серебрянновласый волшебник голову в приветственном поклоне. - Могу я войти? - спросил он, пристально взирая через поблескивающие стеклышки очков в тонкой серебристой оправе.
   София шагнула в сторону, освобождая гостю проход.
  Профессор Дамблдор неторопливо прошелся по комнате. Оглядевшись, взмахом палочки наколдовал себе кресло (будто стоявших вокруг стола стульев мало?!) и тяжело опустился в него.
   - Прошу прощения за маленькое самоуправство. Годы дают себя знать - я очень устал с дороги.
   - Хотите чаю? - засуетилась девушка.
   - С удовольствием выпью чашечку, - улыбнулся директор Хогвартса.
  Софии улыбка показалась наигранной. Подобные улыбки идут не от сердца, а от разума. Им недостаёт теплоты.
  - Здесь слишком сумеречно - на мой вкус, - заметил старый волшебник. - Не станете возражать, мисс, если я добавлю света?
   - Не стану.
   - Люмос!
  Золотистой луч вспыхнул, словно сам по себе.
  На столе возник чайный сервис, вазочки с конфетами, печеньями и бутербродами. От чашек исходил приятный запах. И горячий пар.
  Дамблдор с удовольствием отхлебнул горячего чая.
   - Могу я предложить вам представиться? - вновь улыбнулся волшебник.
  София вздохнула, перед тем, как ответить:
   - На самом деле моё имя - София Хвелёва. Но Властелина утверждает, что я - Певерел Слизерин Мракс.
  Дамблдор поставил чашку на краешек стола:
   - Вы жили среди магглов?
  София кивнула. Она могла только догадываться, что на уме у старейшего стратега - морщинистое лицо было совершенно непроницаемо.
   - Кем вам приходиться Властелина Мракс?
  - Говорит, что пра-пра-бабушкой.
  По всей видимости, Альбус Дамблдор был прекрасно осведомлен об истинном возрасте Властелины, потому что не выглядел удивленным. Он словно что-то складывал в уме.
  Взгляд старика тяготил Софию.
   - Полагаю, Властелина позвала меня, чтобы заручиться поддержкой по поводу вашего поступления в Хогвартс? - предположил директор.
   - Что, конечно же, глупо, - поспешно отозвалась София. - Я понимаю, что слишком взрослая для того, чтобы начинать обучаться магии и...
  Мягкая улыбка коснулась губ, почти теряющихся в серебряной бороде.
   - Учиться никогда не поздно, - и это сказал не я. Вы сами хотите обучаться в Хогвартсе, мисс Мракс?
   - Наверное, - не очень уверенно ответила София. - Раз уж выяснилось, что я волшебница, нужно же как-то учиться с этим жить. Властелина не позволит мне вернуться домой.
  Во взгляде Дамбалдора, наконец-то, промелькнуло сочувствие:
   - Любой, в ком живет магия, всегда найдет помощь в стенах Хогвартса. Тот, в чьем сердце сохранилась капля тепла, крохотная искорка добра - может рассчитывать на мою личную помощь, мисс Мракс. В не зависимости от его родословной. Не обычный вкус у здешних сластей, - заметил Дамбалдор, меняя тему и откусывая кусок от тульского пряника. - Н-да. Давненько я не был в России.
  Почти против воли с губ девушки сорвался вопрос:
   - Я приняла Темное Наследие моего рода. Я теперь проклята?
  Прожевав пряник, Дамбалдор посмотрел на вазочку с конфетами, обёрнутыми в яркие фантики. Выбрав, развернул одну, закинул в рот. Пососал, наслаждаясь вкусом. Потом заговорил, щуря близорукие глаза за блестящими стеклами-половинками, похожими на два полумесяца:
   - Если почитать религиозные книги магглов, выходит, что любая магия, по сути своей, темна. Я не могу, в силу происхождения и пройденного жизненного пути, согласиться с утверждением: 'Ворожеи не оставляй в живых'. Впрочем, те же магглы, что произвели этот спич, делали исключения, скажем, для волхвов, несущих дары младенцу Иисусу? Или Андалузской Волшебницы? Двойные стандарты имеют распространения в любом мире или обществе, не так ли? Одна только способность убивать взглядом, поднимать мертвых, изрыгать гром и молнию, по моему глубокому убеждению, не делает человека Темным или Проклятым. Собственные устремления, неправильно выбранные цели и не чистоплотные способы её достижения ведут ко злу. Только то, что ты сделаешь сам, способно сделать тебя отверженным. Но не происхождение, ни кровь, ни преступления предков не делают тебя Злом.
  - Как я рада снова видеть тебя, Альбус! - голос Властелины прервал монолог профессора. -
  За беседой и чаепитием София не заметила, что солнце успело сесть.
   - Властелина! - многозначительно улыбнулся старый волшебник, поднимаясь навстречу женщине. - Ты по-прежнему одна из самых прекрасных женщин на свете. С нашей последней встречи, состоявшейся без малого пятьдесят лет назад, - если память мне не изменяет? - ты совсем не изменилась!
   - Иллюзия, Альбус, - зловеще рассмеялась женщина. - Как и многое другое на этом свете. Моя вечная юность - лишь иллюзия.
  Приблизившись, ведьма протянула волшебнику обе руки.
  Дамблдор, к удивлению Софии, склонившись, галантно прикоснулся к ним губами.
  От девушки не укрылось, каким внимательным, вопрошающим и тревожным взором впилась Властелина в гостя.
   - Выглядишь уставшим, враг мой, - улыбнулась она, показывая клыки.
   - Никто не вечен, - пожал плечами седовласый волшебник
   - Я буду скучать по тебе, Альбус.
   - Очень может быть, - ухмыльнулся маг в густую бороду. - Кто знает, может быть, даже у таких, как ты, есть сердце?
  Властелина игриво опустила пушистые ресницы:
   - Только у времени его нет. Враг мой, ты успел познакомиться с моей дорогой внучкой? Можешь меня поздравить: мне удалось отыскать потомков Гретель.
   - Поздравляю, - серьезно кивнул Дамблдор. - От всей души надеюсь, что девочку минует участь Реддля.
  Властелина решила сделать вид, что не услышала многозначительного замечания Дамблдора.
   - Словно в насмешку над убеждениями Мраксом, наша единственная надежда на возрождение крови - совершеннейшая маггла: по убеждениям, взглядам и жизненному опыту. Ну, не забавно? К слову, у девочки огромный потенциал силы. Немного опыта, знаний... рискнешь обучить ещё одного Мракса, старый лис? - Софии не нравился насмешливо-покровительственный тон, с которым 'бабуля' обращалась к директору Хогвартса. - Учитывая местожительство малышки; её способности, - мне, конечно же, - разумнее было бы определить девочку в Дурмштранг? Но я, куда с более легким сердцем, вручу её тебе, Альбус. Ты ведь не откажешь в исполнении моей маленькой просьбы?
   - Не откажу, - старик больше не улыбался. - Хотя бы только из-за самой девочки. Тебе понравится в Хогвартсе, - сказал Дамблдор Софии. - Я уверен в этом.
  Он вытащил из мантии свернутый в трубочку папирус, перевитый атласной лентой и протянул его девушке:
   - Здесь все, что потребуется для обучения в новом году. А теперь, девочка, оставь нас, пожалуйста, наедине. Мы слишком давно не виделись с твоей бабушкой.
  ***
  Перед сном, широко распахнув окно, София любовалась звездами. В эту ночь острыми, словно осколки; яркими, как алмазы.
  Скрипнула дверь.
  Властелина, шурша длинными душистыми юбками, присела рядом.
  - Как ты похожа на мою Гретель, - вздохнула женщина. - Когда-то я потеряла обеих моих девочек из-за глупых предрассудков. Сто лет назад лживые принципы, дурацкие обычаи, казались значительней чувств. Теперь, прожив жизнь, обретя немыслимое могущество, я знаю истину: магия, знания, материальные блага - все ерунда. По-настоящему значение имеет только любовь. Дамбалдор прав: любовь - это величайшая сила.
  - Вы - враги?
  Властелина задумчиво опустила голову, перебирая руками складки пышной юбки.
   - Мой муж, Марволо Мракс; мой внук - Волдеморт, - оба были его врагами. Геллерт Грин-де-Вальд когда-то предал Дамблдора из любви ко мне. Я, в свое время, помогла Тому убить Грин-де Вальда - самую большую любовь самого светлого волшебника. А Дамблдор способствовал свержению моего любимого Тома. Так что, наверное, - да. Мы враги.
  Голос Властелины, как всегда, убаюкивал.
   - Дамбалдор решил, что для тебя будет лучше не упоминать имени Мраксов. Оно - увы! - в магическом мире слишком широко и печально известно. Отныне ты: Астория Дафна Гринграсс. Ну, что скажешь?
   - Если честно, то мне все равно, - отмахнулась София.
  И провалилась в сон.
  
  Глава 6
  Визит УПСов
  
  На следующее утро София обнаружила на столе чехол, напоминающий ножны. В простом деревянном ящичке была угрожающая, темная красота, свойственная оружию. Холодно поблескивал он серебряной инкрустацией, изображающей кобру с раздувшимся капюшоно и раздвоенным языком.
  Под чехлом лежало письмо:
  'Палочка принадлежала моей дочери и твоей прабабушке. Очень редкая по своему составу: 13 дюймов, рябина, жила сердца гарпии. К ней прилагается книга с заклинаниями. Попробуй потренироваться самостоятельно; может быть, что-то получится? В колдовстве при помощи волшебной палочки нет ничего сложного: замах - желание получить результат - заклинание. Как говорят, на твоей родине: 'Не боги горшки обжигают'.
  Удачи'.
  - Ух, ты! - восхитилась София, высвобождая палочку из чехла.
  Светлая, цвета топленого молока, полированная, изящная, она напоминала жало осы.
  Движением от себя вниз, девушка прочертила дугу, распрямляя руку. Сноп алых искр цветком распустился в комнате, медленно тая в воздухе.
  Встав вполуоборот, словно на дуэли, резко вскинула руку, рисуя кистью запятую:
   - Ассио, книга!
  Девушка едва успела отскочить - книга упала прямо в руки. София радостно запрыгала. Получилось! У неё - получилось!
  Пробежавшись взглядом по странице, выхватила глазами заклинание:
  'Адеско Файр'.
  Мурашки толпой побежали по спине. Ну, уж нет. Вызывать 'Адский огонь' не хотелось.
  Так, что там дальше? 'Авис': заклинание, создающее птиц? Повышенной сложности. Гм. Не годится: и птицы не нужны, и повышенная сложность ни к чему.
  'Агуаменти'?
  Через пять минут девушка вышла на улицу, зажав книгу подмышкой и с палочкой на боевую изготовку.
   - Агуаменти!
  Взмах палочкой над головой и, к полному восторгу Софии, прямо из земли забил фонта.
   'Фините Инкантатум!'
  Фонтан исчез.
   'Агуаменти!'.
  Появился.
   'Фините Инкантатум'!
  Исчез.
  'Агуаменти!'.
  Фонтан взметнулся вверх, переливаясь в солнечных лучах радужными бликами. Девушка хохотала от радости.
  К букету полевых цветов было применено леветирующее заклинание - венок плавно воспарил в воздухе.
  В доме потрошению подверглась подушка, за этим последовало:
  - Левиоса!
  Пух закружился теплым снегом.
  - Репаро!
  Перья полетели к центру комнаты, собираясь, пушинка к пушинке, и подушка, целёхонькая, упала на руки.
  Трясясь от страха, возвращалась она на поляну.
  София отлично понимала, что рискует. Очень. В случае неудачи может к чертям все спалить - страховать-то некому. Да и что она знает об Адском пламени? Заклинание применила та тварь из клуба в
  И жизнь Софии Хвелёвой в итоге - тоже. Отныне она - Астория Гринграсс.
  Астория? Глупое имя! В честь третьесортной гостиницы, что ли?
  Страхам нужно смотреть в лицо, иначе рискуешь в них утонуть.
  Судорожно глотнув воздух, подавляя желание зажмуриться, София вскинула левую руку, на сей раз, рисуя дугу снизу вверх, уверяя себя - бояться нечего: всё равно ведь не получится.
  Палочка замерла над головой:
   - Адеско Файр!!!
  Палочка в руке завибрировала, будто живая. В лицо ударил порыв ветра. София чувствовала сопротивление, словно призываемая горячая стихия не желала её слушать.
   - Адеско Файр!!!
  Полыхнуло, обдавая жаром. Пламя полилось из палочки, растекаясь по земле.
  Перекинув палочку из левой руки в правую, прокричала:
   - Агуаменти!
  На пути распространяющегося пламени забил фонтан.
  - Агуаменти! Глациус!
  Пожар стихал, утрачивая яростную силу.
  Через минуту на месте пляшущих алых языков мертвели проплешины опалённой земли, - словно ожоги на зеленой плоти. Птицы и насекомые смолкли.
  Дрожащей рукой София отерла пот с лица.
  Смогла. Справилась! И чувствовала триумф победителя.
  Дома её встретили перепуганные эльфы.
   - Госпожа! - робко заперебирал лапками Ланко. - Не стоит использовать сильные проклятья. Ради вашей же безопасности.
   Эльф по обыкновению втягивал голову в плечи, опуская перепончатые уши.
  София ласково провела ладонью по морщинистой голове домовика.
   - Не переживай. Больше не буду, - эльф моргнул. - Ты хороший. Очень хороший.
  Безгубый рот растянулся в довольной улыбке.
   - Госпожа прикажет накрывать на стол? - с надеждой заморгал он.
  Властелина не нуждалась в еде, тепле, защите или уюте. Служение ей не могло доставить эльфам того удовольствия, которое давало взаимодействие с живым волшебником.
  - Ещё бы! Я с этими заклинаниями проголодалась, как волк. Будто весь день фитнесом развлекалась!
  Эльф свел надбровные дуги, - бровей на морщинистом лбу не наблюдалось.
   - С Фитнесом развлекалась? - подозрительно повторил он. - Фитнес - поклонник молодой госпожи?
  София не сдержала хохота: домовики, повсему видать, не одобряли добрачных связей.
   - Скорее, 'госпожа' его поклонница. Впрочем, не слишком рьяная. Спи спокойно, Ланко. Фитнес не в состоянии посягнуть на святое.
   - Не в состоянии? - выпучил глаза эльф. - И зачем госпоже - такой?
   - Это вид спорта у магглов,- приняв заговорщицкий вид, таинственным шёпотом поведала София.
  - А-а! - довольно дернул ушами эльф.
  ***
  Сумерки сгущались быстро, но Властелина не торопилась появляться.
  Придвинув жирандоль со свечами ближе, София, поудобней устроив книгу на коленях, перелистывала страницы, стараясь запомнить как можно больше заклинаний.
   ' Бомбарда - взрывает цель
   Ваддиваззи - направленная на врага левитация, предметы летят в противника.
   Вердимилиус - в противника ударяет молния.
   Диффиндо - заклинания разрезания'.
  Разлетевшиеся со звоном оконные стекла заставили Софию вскочить на ноги. Рука интуитивно потянулась к волшебной палочке.
   - Все в порядке! - произнес, выпрямляясь, мужчина в странной одежде.
  Прежде, чем он успел сказать что-то ещё, черное облако, - скорее вихрь, - метнувшийся из окна, сбил его с ног и, обернувшись Властелиной, - очень разгневанной Властелиной! - сбило его с ног.
  Рыча, словно зверь, ведьма швырнула незваного гостя на пол. Тело проехалось через всю комнату, опрокидывая стулья, сбивая в ком ковровые дорожки, пока с силой не ударилось об стену.
  Ручейком с потолка просыпалась штукатурка.
  Словно всадница Апокалипсиса, коршуном Мракс упала на грудь противнику. Разведя руки в стороны, одним движением пополам разорвала на нём кожаный жилет. Обнажив клыки, с хрустом смачно вгрызлась в выпирающую мужскую ключицу.
  София не успела заорать от ужаса лишь потому, что чья-то рука, подставив острие ножа ей под горло, не позволила открыть рот.
   - Прекратите, Темнейшество, - однажды София уже слышала этот голос. Именно - этот! Сомнений нет. - Или у малышки сейчас на подбородке появится второй рот.
  Властелина медленно повернулась к ним.
  Страшнее зрелища в жизни Софии не было: глаза заполнились кровью; зрачки-лезвия светились. В оскаленной пасти багровели обнаженные змеиные клыки. Глухое животное урчание вырвалось из совершенной, округлой женской груди. Подбородок блестел от сгустков крови.
  Выгнув спину, словно кошка, ведьма одним движением оказалась на ногах.
  София всё же завизжал, пронзительно и дико, словно пойманный в ловушку зверь.
  Только реакция незнакомца, успевшего отвести клинок в сторону, спасла ей жизнь - доля секунды и она сама бы напоролась на нож.
   - Заткнись! - грубо встряхнул он её.
  - Отпусти девочку, Скобияр. Немедленно, - прошипело чудовище в женском обличье.
  - Спокойно, спокойно... к чему угрозы? У меня тоже, - знаете ли? - могут быть нервы.
  Сладковатый запах марихуаны, тяжелым шлейфом накрывал Софию ...та тварь из бара! Что б ему сдохнуть!
  Нет. Не сдохнуть. Долго и мучительно умирать...
   - Успокоились, сударыня? Вот и славно. Поговорим, как цивилизованные люди?
   - Отпусти ребенка! - вновь зарычала Властелина.
   - Отпущу, непременно. Как только получу от вас убедительные заверения, что вы не наброситесь на нас с клыками, красавица.
   - Не дождешься ты от меня заверений, - заявила Властелина, но клыки, однако, спрятала.
   - Как скажешь. Только тогда уж не обижайся, - София дёрнулась, ощутив, как эта мразь плотоядно провела языком по её шее, втягивая воздух вместе с кожей, - если я не разгляжу в этой красотке ребёнка...
   - Не шути со мной, - предупредила Властелина.
  Мужчина, 'отдыхающий' до этой минуты на полу, пришёл в себя, и теперь предпринимал попытки перетечь из лежачего положения в сидячее.
  Властелина презрительно скривилась:
   - Долохов? - протянула она, устало проводя по волосам, словно стряхивая липкую паутину. - Ну и? - насмешливо протянула она, изгибая тонкую бровь. - Как там поживает Темный Лорд? Жирка немного на кости нагнать не успел?
   - Какой! - Долохову удалось-таки, в результате титанических усилий, сесть. - Авроры гоняют - дай боже! Не до жиру, как говорится, быть бы живу. Да ещё ты вот так неласково старых друзей встречаешь, - укорил он.
  - А ведь я могла бы тебя убить, - мечтательно прищурилась женщина. - Ну, раз оклемался, так и быть - живи. Но вели своему цепному псу убрать клыки, Антон. Или вечер скучно закончится. Я рассердиться могу и всерьёз...
  - Скобияр, - бросил Долохов предупреждающий взгляд в сторону напарника, прикрывающегося Софией, как щитом, - ты слышал?
  Почувствовав себя свободной, София метнулась к Властилине и уже с безопасного расстояния поглядела на врага.
  Заложив руки за широкий кожаный пояс, гнусная мразь, чуть не убившая её в баре, покачивалась с пятки на носок.Перехватив взгляд жертвы, преследователь ощерился. Высунув язык, нарочито, вызывающе-сексуально, облизал губы.
  - Я ведь просил тебя хорошо себя вести. Ну, неужели так сложно? - удрученно покачал головой Долохов. - Крусио.
  Наглец, как подкошенный, рухнул на пол, забившись в конвульсиях и надсадно хрипя.
  Не прерывая проклятия, Долохов чуть склонил голову перед Софией:
   - Скажешь, когда прекратить. Только предупреждаю: длительное воздействие проклятия сводит с ума, либо убивает.
  Хрип мага, дергающегося на полу, сменился надсадным криком. Его руки скребли по полу, оставляя на паркете белые сколы.
  Долохов скривился, будто стал свидетелем крайне непристойного зрелища.
   - Скобияр, отвратительно. Не продержался десяти минут. Прекратить?- обернулся он к Софии.
  Девушка, не отрываясь, смотрела на распростёртую по полу ядовитую гадину. Удивительно, но его мучения доставляли почти чувственное удовольствие. В агонии ублюдок стал почти красив.
  'Неужели я извращенка?' - ужаснулась София.
  - Довольно, Антонин, - распорядилась Властелина. В её голосе звучали хрипловатые, гортанные ноты. - Продолжишь позже, если захочешь. А сейчас здесь слишком пахнет кровью и болью, - я могу сорваться и испортить декорацию вашими трупами.
   С полупоклоном Долохов отвёл палочку в сторону.
  Крик оборвался, как только погас зловещий алый луч. Скобияра трясло, словно в лихорадочном ознобе.
  - Астория, иди ко мне, - ласково позвала Властелина.
  София не сразу вспомнила, что для непосвященных она теперь 'Астория'. Гостиница-ресторан, мать твою.
   - Астория, ты слышишь? - повысила голос упырица.
  Девушка попятилась, не сводя глаз с тяжело дышащего Скобияра.
  Открыв на удивление ясные глаза, он встретился с ней взглядом. Перевернувшись на живот, попытался приподняться, но трясущиеся руки не желали держать. Сдавшись, мужчина припал к полу щекой, вновь замирая.
  - Тебе нужна помощь, Антонин? Иди сюда, - милостиво разрешила ведьма.
  Долохов опустился перед Властелиной на колено.
  Полоснув по запястью острым ногтём, женщина прижала кровоточащее запястье к открытой ране на его груди.
  Скобияр наблюдал сцену через навязчиво спадающую на лицо прядь волос, не торопясь её отбросить - словно волк.
  Рана Долохова затягивалась на глазах. Тот издал рык боли и наслаждения:
   - Спасибо, госпожа, - попытался он поцеловать окровавленную руку, дарящую исцеление, но женщина брезгливо оттолкнула его.
   - Хватит развлекаться. Выкладывай, зачем явились? Да прикройся - мы не в маггловском стрип-клубе.
   - Тёмный Лорд получил твоё письмо и теперь хочет познакомиться с девушкой.
   - Выходит, я должна считаться с капризами Тёмного Лорда? - строптиво тряхнула головой Властелина. - Помилосердствуйте! Да с какой радости?
  - Я бы не назвал Волдеморта капризным созданием. Да и что плохого в желании познакомиться с... - прикусив язык, Долохов бросил быстрый взгляд в сторону Скобияра. - ...с твоей протеже?
  - Когда рак на горе свистнет - не раньше, - пообещала Властелина, демонстративно скрещивая руки на груди.
   - Он может приехать в Россию. Вместе со своими верными друзьями, - вкрадчиво проговорил Долохов.
  Ведьма выставила вперед подбородок:
   - Ты мне угрожаешь?
   - Я - нет. Но Тёмный Лорд недвусмысленно дал понять, что в приливе родственных чувств способен на многое.
   Властелина сжала губы:
   - Это - всё?
   Черные глаза Долохова стрельнули в Софию, испуганной мышкой затихшую за спиной могущественной бабки:
   - Лорд принес Нерушимую клятву, - ни единый волос не упадет с головы девочки.
  Властелина пренебрежительно передёрнула плечами:
   - Я знаю, что он не причинит ей физического вреда. Но ваша компашка не очень-то подходит молоденьким невинным девушкам.
   - Никто не посмеет посягнуть на её честь. Есть гораздо более приятные способы умереть. Послушайте, госпожа, ну, к чему поднимать бурю в стакане воды? Наживать неприятности? Портить настроение себе и людям? Просто сделайте так, как хочет Тёмный Лорд.
  Властелина, тяжело вздохнув, повернулась к Софии:
   - Кажется, тебе придется поехать.
  
  Глава 7
  Дядюшка 'Томми'
  
  Под ногами хрустели сухие хвойные иглы, разбегались во все стороны потревоженные насекомые.
  Девушка старалась не думать о том, что позади шагает Скобияр, замыкая импровизированное шествие. После предупреждения Долохова, УПС вёл себя паинькой. Несколько выводили из себя насмешливые взгляды исподлобья. Да взгляды в криминал не припишешь.
  Угрожающее, пока ещё отдалённое рычание, заставило девушку вынырнуть из глубин сознания, где она до сих пор пребывала.
   -Разве в Девоншире водятся волки? - потянула она за рукав проводника. - Я слышала вой.
  - Волки не представляют опасности для волшебника, - отмахнулся Долохов.
   - Точно - не представляют, - воспользовавшись тем, что девушка обернулась на его голос, Скобияр заговорщицки подмигнул, скроив пакостную мину. - Только это не волки, - это адские гончие.
   - Кто? - заинтересовалась София.
   - Скобияр! Закрой пасть, если не хочешь, чтобы я пересчитал тебе зубы чисто маггловким способом, - с этими словами Долохов подхватил девушку под локоть и почти волоком потащил вперед. - Какая жалость, что тебя не научили летать на метле, - досадливо поморщился он.- Секретсардэ!
  Из палочки вырвался серебристый свет, материализовавший подъездную дорогу, усыпанную гравием.
  Дорога вела к дому, увитому плющом, - двухэтажному, подслеповатому коттеджу с узкими окнами и потемневшей от времени черепичной крышей. Входная дверь, утопленная в толстых стенах, узкая, тяжелая и массивная, с трудом поддалась, пропуская визитеров.
  Миновав тускло освещённый коридор, они вошли в просторную комнату, где за длинным дубовым столом тянулся ряд стульев с прямыми спинками, а во главе темнела фигура, раскинувшаяся в кресле с грацией отдыхающего хищника. Несмотря на подчеркнутую небрежность жестов, Волдеморт напоминал статую: застывшая маска и проницательный, невозмутимый, равнодушный взгляд.
  - Долохов, ты, как всегда, не заставил себя ждать. Ценю пунктуальность, - удовлетворённо кивнул Тёмный Лорд. - А теперь - пошёл вон. Нахожу, что женским обществом приятнее наслаждаться тет -а-тет.
  Оставшись наедине с 'дядюшкой', София, стремясь скрыть охватившее её волнение, уделила пристальное внимание нехитрому узору из медальонов на ковре.
  Краем глаза она заметила, как колышутся раструбы черного одеяниями, - чудовище приблизилось.
   - София? Любопытно, - произнёс высокий звенящий голос. - Твоё имя означает: 'мудрость',- костлявые пальцы постучали по столешнице. - Что ж, София, добро пожаловать. Приглашаю тебя в наш круг, - похожая на остов кисть высвободилась из длинного безразмерного балахона, указавая на стул. - Присядь.
  Девушка не смогла удержать нервную дрожь, почувствовав на плечах давление костлявых, холодных пальцев.
   - Боишься меня?
  Она замотала головой. Впрочем, не слишком убедительно.
   - Почему, в таком случае, ты на меня не смотришь? - вкрадчиво прошелестел голос.
  - Потому что вы стоите у меня за спиной.
  Пауза. Не слишком длительная, но тягостная.
  - Как ты относишься к играм без правил?
  - Простите? - непонимающе нахмурилась София.
   - Повторить вопрос?
   - Как я отношусь к играм без правил? - она нервно облизнула губы. - Полагаю, без правил игры нет.
   - Тогда я переформулирую вопрос: как ты относишься к игре с высокими ставками? Когда на кону стоит либо жизнь, либо смерть?
   - Предпочитаю не играть.
   Волдеморт уселся рядом, откидываясь на спинку стула:
   - А вот я, признаюсь, люблю острие ножа. Хочу тебя кое с кем познакомить.
   София с ужасом поняла, что разбирает в змеином шелесте имя: 'Нагайна'.
  В комнату, в одну из боковых арок, вползала змея огромных размеров, неторопливо подтаскивая-переваливая тяжелое чешуйчатое тело.
  'Я - здес-с-сь, хозяин-н-н...'.
   Змея повернула к девушке треугольную морду. Из пасти то исчезал, то вновь показывался раздвоенный язык.
   - Ты говоришь на змееязе? - поинтересовался Тёмный Лорд.
   - Я его понимаю.
  Змея зашипела:
  'Прикажите убить, хозяин?'.
   - Нет, Нагайна. Напротив. Любить. Девочка часть нашего змеиного гнезда. Древние Змеи приняли её - прими и ты.
   Нагайна подползла к Темному Лорду; всползла на спинку стула, обвивая её, точно живая гирлянда. Потом положила голову мужчине на плечо - эдакая экзотическая домашняя любимица.
   - Убьешь девку в том случае, если она посмеет меня предать, - погладил Волдеморт выпирающие, вывернутые рептильи ноздри.
  Девушка почувствовала, как сжимается сердце:
  - Я должна стать Упивающейся Смертью?
   - Кабалить собственную плоть и кровь? Зачем мне это надо? Рабов я создал достаточно. Нет, ты нужна мне в ином качестве... - Тёмный Лорд насмешливо глянул исподлобья, - Астория Гринграсс... Как и я, когда-то, ты выросла в мире магглов. В мире магов тебе, как и мне, придется нести тяжелую печать полукровки.
   - А вы, всемогущий дядюшка, разве не пожелаете облегчить мне жизнь?
  - Откровенно говоря, не люблю слабаков, кем-либо прикрывающихся. В любом случае, в магическом мире я персона нонграта; я - вне закона. Неужели же ты столь храбра и безрассудна, что объявишь о нашем родстве открыто?
  - Могу я, хотя бы, рассчитывать на то, что вы не станете меня пытать, кидать в подземелья или иным способом стирать в мелкую крошку?
   - Если будешь хорошей девочкой - не стану, - пообещал 'Великий и Ужасный'.
  - Быть 'хорошей девочкой', значит, нести ваши идеи в массы? Становиться Пожирателем Смерти? Убивать Мальчика-Который-Выжил?
   Темный Лорд покачал головой:
   - Помилосердствуй, малышка! - ну, какой, право слово, из тебя 'упивающийся'? Пародия! И то - жалкая, - посмеиваясь, сообщил 'дядюшка'. - В рядах 'Упивающихся' женщин вообще не много. И они, поделюсь секретом, - очень ценны; в кровавых оргиях их участие неоценимо. Как не издевайся над природой и естеством, но инстинкты берут своё: большинство мужчин хотят женщин. И с этим,- слава богу,- ничего не поделаешь. Мои дражайшие 'упивицы', (это ещё одна 'страшная тайна), просто хорошо одетые шлюхи. Их главная задача - развлечение моих 'полков'. Это без прикрас, как оно есть: топлис-правда.
  Смею рассчитывать, - единственную представительницу рода Слизерин ждёт другая судьба. Я хочу, чтобы ты владела миром, тайнами оккультизма; чтобы однажды принесла мне семь звезд с небес. А не трахалась по углам с мужеложцами, коими Пожиратели являются по определению.
  Но если ты нарушишь мои планы, вот тогда...тогда от судьбы 'Упивающихся' тебя не спасёт даже Властелина.
  София сжалась, чувствуя себя серым воробушком в пасти василиска.
   - И что я должна делать, чтобы не нарушать ваших планов?
   - Полукровки плодовиты. Не то, что чистокровные вырожденки, - презрительно скривил губы чёрный маг. - Все, что от тебя потребуется: просто быть красивой и рожать детей. Обещаю, твой муж будет достаточно богат, чтобы быт не слишком обременял. Семья; богатство, знатность и власть: разве это не рай на земле? Или я ошибаюсь? И ты рвешься в бой? Хочешь стать ночной амазонкой, как Белла Лейстрендж или Нарцисса Малфой?
   - Не рвусь.
   - Представляю, как ты, наверное, нервничала перед встречей со старым маразматическим придурком. Я ведь сплю и вижу, как залить территорию Англии реками маггловской крови? Подмять под себя магический мир? Или просто уничтожаю, - тупо, как теперь говорят,- все, что попадается на пути?
   - У Роулинг вы очень умный маньяк.
   - Мои истинные намерения обсудим позже. А сейчас вернемся к нашим баранам. Вернее, заблудшим овечкам. Нарцисса - жена Люциуса, и только. Даже Джоан ни в одной из книг не утверждает, что я когда-либо настаивал, чтобы прекрасная блондинка с палочкой наперевес противостояла аврорам. А Белла? Прекрасная, несчастная Белла? - Том Реддль задумчиво переплел пальцы в замок. - Слишком пылкая, слишком красивая, она не сгорает только потому, что я рядом. Я не могу ей этого позволить; я испытываю к ней определенного рода, скажем, нежность?
  Не люблю причинять боль женщинам. Мужчины - другое дело. Мужчин убивать легче...
  Что бы там не утверждали, но, убивая, я никогда не получал удовольствия; убийство - это злая необходимость. Но убивать, конечно же, приходилось.
  Хэпзибу Смит, например, я убил, чтобы заполучить Чашу Пенелопы Пуффендуй. Лили Поттер? - Волдеморт поскоблил острым, прозрачным, похожим на стекло, ногтем, столешницу. - Лили Эванс, - Поттер к ней так и не приклеелось, - называли Огненной Розой. Удивительная была девочка. С яркими волосами и глазами пронзительными, как сама нежность. Её косы напоминали переливающиеся огоньки в камине. Или рубины. Или - кровь...? Да! - вздохнул собеседник. - Красивая девочка Лили Эванс, - продолжил Волдеморт, - тонкой душевной организации. Про таких говорят - 'без кожи'. Очень ранимая. Даже этот моральный урод, Снэйп, при виде её почувствовал себя мужчиной.
  Это был несостоявшийся союз духовности и рациональности; чувствительности и бесчувствия; огня и льда; чистоты и тьмы. Союз весьма занимательный с любой точки зрения. Только жизнь, в отличие от смерти, несовершенна. И идеалов не терпит.
  Видишь ли, в конце семидесятых в Хогвартсе ходили упорные слухи о том, что разлюбезный Снэйп, эксперимента ли ради, или просто из любви к острым ощущениям, трахается с Малфоем. Такая вот склонность Северуса к 'черной магии' не нашла у чистоплюйки-гриффиндорки понимания. Лили Эванс спела лебединую песню, трансформировавшись в Лили Поттер.
  Всё, что осталось от чувств грифиндорской красавицы к слизеринскому принцу-полукровке - серебрянный патронус: трепетная лань да незаслуженная ею слава искусной зельеварки.
  У Софии почему-то защемило сердце.
   - Да! - подытожил Темный Лорд. - Ничем другим, кроме отчаяния, невозможно объяснить нелепый союз Паяца и Музы; Сохатого лося Поттера и рыжей лисички Эванс.
  Чем Огненная Роза была для Снэйпа? Не знаю. Не берусь судить. Однако, уверен, она много для него значила. С её смертью живые родники в его душе умолкли навсегда.
  - Вы говорите о маме Гарри Поттера с таким сожалением... Раскаиваетесь, что убили её?
   - Смерть Эванс отняла у меня не меньше, чем у Снэйпа. Нельзя убивать детей на глазах матери. Слабая ведьма, наивная до зелени, - почти ребенок, - глупая девчонка, ничем, кроме цвета волос не примечательная, - уделала меня, одного из самых могущесвенных и опытных магов. Вся моя многомудрая, затейливая, долгосплетаемая Тьма потерпела поражение. Даже самая чёрная магия бессильна перед животворящим светом женской любви. Что ещё добавить? Никто из умерших той ночью не страдал. Страдание - удел живых. А 'Авада Кедавра' милосердна. Однако, - взглянув на часы, поднялся Томм Реддль, - я заговорился, - скоро ужин. Нагайна проводит тебя в твою комнату. Увидимся, племянница, - поклонился змееуст.
  
  Глава 8
  Уроки Темного Лорда
  
   - Сегодня, друзья, я удостою вас чести познакомиться с моей протеже. София Мракс - прошу, как говориться, любить и жаловать. Заметь, Соффи, - 'друзья', это не для красного словца. Собравшиеся здесь действительно соратники, а не слуги, как тебя, наверняка, попытаются заставить верить. По порядку представлю весь Ближний Круг. С Антонином Долоховым, - тот улыбнулся девушке уголками губ, - ты знакома. Нортон Эйвери. Том Крэбб. Сид Гойл, - высокие, коротко остриженные мужчины с обветренными лицами в сумерках показались почти одинаковыми. - Верные ястребы - Лейстринжи: Рабастан...
  Тонкий, похожий на стилет мужчина 'без возраста', - хоть так обычно и говорят о женщинах, - обладал красивым лицом и светлыми, льдистыми, глазами.
  - ...и Рудольфус.
  Старший Лестрейндж походил на актёра Фавино: то же волевое лицо с сильным подбородком, жгучие черные глаза под густыми, дугообразными, низко нависшими бровями.
   - Селвин, Торфинн Роули, Треверс.
  Эти по габаритам могли соперничать с гризли.
  - Теодор Яксли.
  Волшебник поклонился, одарив девушку улыбкой. Обнажились ровные, пожелтевшие от табака зубы. Русые, с едва уловимо каштановым отливом, прямые волосы, были небрежно стянуты в хвост. Нос с горбинкой. Правую сторону лица пересекал тонкий шрам.
   - Скорпиус Мальсибер.
  Француз обладал гладкой оливковой кожей, высоким лбом и смазанным, плохо выраженным подбородком. У него были темно-карие, с поволокой, глаза и маленький, по-женски капризный, рот.
  Тёмный Лорд остановился перед единственной женщиной в их компании.
  Каждая черта в этом создании словно в ручную лепилась богами: точеный носик; совершенные изгибы бровей; мягкие губы, розовые и гладкие, словно лепестки шиповника; овальной формы лицо с нежными скулами.
  Но общее впечатление было жутким.
  Скользящие резкие движения; лающий смех; манера закидывать голову, по-змеиному вытягивая шею, да ещё этот негасимый фанатичный огонь в глазах, - всё производило неизгладимое, но неприятное впечатление..
  Все вместе и каждый по отдельности, Упивающиеся обладали неким шармом, присущим 'плохим' парням: аура силы и порочности в упаковке их черных, струящихся одежд. Спору нет, мужчины привлекательны. Каждый тянул на матерого волкодава, - только не Семёновского, а со знаком 'минус'.
  София ощущала себя болонкой. У неё на шее даже бантик имелся. Почти.
  Волдеморт не сводил с внучатой племянницы взгляда.
  Чего хочет-то? Может, ждет, что она скажет: 'Очень приятно'? Так ей неприятно. Таких, как София, эти красавцы, не моргнув глазом, поедали вместо шоколадки, раскалывая, словно орех. Вон как Рабастан нос воротит, поджимая губы. Братец ему что-то втирает. Наверное, уговаривает не гневить Лорда и все-таки сесть за один стол с грязнокровкой.
  - А девка твоя нас боится, - Беллатрикс приблизилась, бесцеремонно нарушая границы личного пространства. Спутанная копна черных волос коснулась лица Софии, когда женщина наклонилась, шепча. - Что, крошка? Мы тебе не нравимся?
  София брезгливо отодвинулась, вопросительно взглянув на 'дядюшку'.
   - Мне нужно отвечать?
  - Уймись, Белла, - подал голос Рудольфус.
  Беллатрикс ревниво оскалилась, но перечить не осмелилась.
  Хотя кусок не лез в горло, София продолжала аккуратно нарезать мясо кусочками. Подняв глаза, она встретилась со смородиновыми глазами миссис Лестрейндж. Наколов кусок отбивной, отсалютовала им:
   - Приятного аппетита.
  Беллатриса, откинув голову, зашлась в приступе гортанного, кажужегося безумным, смеха.
  Долохов и Мальсибер вновь переглянулись.
   - Вас что-то позабавило, Белла? - поинтересовался Тёмный Лорд.
   - Пустяки. Малышка потешно скалит зубки.
  - Не порть девочке аппетит, - посоветовал Рудольф, выковыривая из зубов застрявшее волокно мяса.
  Бэлла вызывающе вскинула подбородок:
   - Правда, что ты чуть не погибла в том баре ...как, бишь, его там? Запамятовала! Говорят, Скобияр совершил удачную попытку дорасти до волшебника, вызвал 'адское пламя'? Сгорело много мерзких ублюдков-маглов.
  В ушах зазвучали крики охваченной огнем худенькой девочки, когда на неё обрушился кусок пылающего пластика. В памяти всплыл собственный безысходный страх в момент осознания: ей живой не уйти.
  София демонстративно отодвинула тарелку.
  - Ты сумасшедшая сука, - процедила она, меряя красивую брюнетку взглядом.
  Яксли кашлем попытался скрыть смешок.
  - Как ты меня назвала? - зарычала Блэк.
   - Сукой. Бестолковой собакой-самкой. Разве способность обращаться в собак не ваша фамильная черта?
  Белла буравила её угольно-чёрными глазами:
  - Собачья преданность тем, кого любим - эта правда наша фамильная черта, - хрипло прорычала жена Лестрейнджа. - Верность и преданность!
  - В том клубе со мной были друзья. Они никак не трогали ваш ... - с языка рвалось: 'змеиный куток', но произнести подобное вслух Софья не решилась,- вашу организацию. Никто не дает право шлюхе, пусть и волшебной, обзывать невинно убиенных - ублюдками.
  - Довольно, - взмахнул рукой Тёмный Лорд.
  Поставив локти на стол, переплетя пальцы в замок, он задумчиво постучал костяшками пальцев по губам.
   - Разве девушке подобает произносить такие грубые слова? Тем более, говорить их женщине, по годам годящейся ей в матери? Молчать! - рявкнул Том, заметив, что София собирается ему возразить.- Не слова более, - прозвучало уже спокойнее. - Не вынуждай меня наказывать тебя. Теперь - следующее, - Том Реддль говорил тихо, медленно, но его слова впитывались в кровь, отдавались дрожью во всем теле. - Беллу можно назвать многими словами, но - запомни это навсегда, дважды повторять не буду, - Она Не Шлюха. Позволишь назвать её так ещё раз, - голос стал колючим и ломким, точно первый лед на реке, - горько пожалеешь. А теперь, будь хорошей девочкой - попроси у миссис Лестрейндж прощение.
  София даже задохнулась.
   - Я?!
   - Ты, - мягче Тёмный Лорд говорить, наверное, не мог.
  Большей жути, чем этот мягкий голос, девушка и представить себе не могла. Не желая искушать судьбу, она повернулась к Беллатрикс.
  - Прошу прощения за грубые слова, что сорвались с языка, миссис Лестрейндж.
   - Белла? - снова подал голос Темный Лорд. - Твоя очередь.
   Женщина величаво кивнула, опуская тяжелые веки. Как пламя пригасила золой.
  - Приятного аппетита, дамы. - Тёмный Лорд почёл за лучшее сменить тему. - Что-нибудь слышно о Люциусе, Мальсибер?
  Француз поперхнувшись, поспешно дожевал кусок, промокая салфеткой губы:
   - Наши люди работают над этим, милорд.
   - Хотелось бы больше информации о том, на какой стадии идут работы?- иронично сощурился на осведомителя Волдеморт.
  - Делаем все возможное. Дело-то сложное. Люциуса взяли с поличным.
   Скривив тонкое лицо в пренебрежительную гримасу, Рабастан заметил:
   - Спрыгнувший с ума Кроули требовал для нашего красавца поцелуя дементора, - жилка на щеке нервно дернулась. - За смерть Сириуса.
   - Это был несчастный случай! -прорычала Беллатрикс. - К тому же, все видели, как Сириус пал от моей руки, а не от руки Малфоя. Да у свояка кишка тонка, чтобы убить! Если бы он меньше старался держать руки чистенькими, все могло закончиться иначе! Остальные ребята тоже оказались не на высоте, - тряхнула она головой.
  Волосы тёмным знаменем развивались за узкой хрупкой спиной женщины.
   - А ты чего хотела? - вскинулся Долохов. - Чтоб мы покрошили детей в лапшу?!
   - Ради дела... - начала было Беллатрикс.
  Но Яксли перебил, пренебрежительно дёрнув плечом:
   - Легко тебе говорить - 'ради дела'! - передразнил он. - Много чести избивать младенцев? Чего ж сама-то на кузена как цунами налетела, вместо того, чтобы очкарика 'авадить', а? - усмехнулся в ухоженную бороду Яксли.
  - Рыцарская слабость, неожиданно проявленная Малфоем, стоила нам очень дорого. - нахмурился Тёмный Лорд.
   - А вам действительно так важно знать, что в этом пророчестве? - София готова была откусить себе язык.
  Все взгляды, раздраженно-пренебрежительные, любопытные или откровенно презрительные, как у красавчика-Рабастана, обратились к ней.
  - Просто у магглов, которых вы так презираете, есть книга, где последовательно описываются события - поспешила оправдаться она. - Текст пророчества там прописан вполне полно.
   - И ты считаешь, мы будем верить сочинениям магглов?
   - Ну, вы же верите пророчествам Трелани? - пожала плечами девушка.
   - Я не верю, - усмехнулся Реддл. - И буду крайне удивлён, если Дамбалдор всерьёз предаёт значение этому бреду. Просто я хочу знать, что именно старый маразматик внушает людям. - Волдеморт, аккуратно сложив салфетку, отбросил её.
   - Мы будем посвящать девочку в наши планы? - полюбопытствовал Рабастан.
   - Девочка - моя племянница.
  В синих глазах младшего Лестрейнджа плеснулась ядовитая, точно укус Нагини, ненависть. Всегда есть что-то иррационально-неправильное, когда тебя ненавидят без всякой причины, без всякого повода с твоей стороны. Только за то, что ты не укладываешься в чью-то идиотскую систему понятий и представлений.
   - Я всем советую запомнить, друзья: София Мракс - наследница Слизерина. Со всеми вытекающими последствиями. Игнорировать это - опасно. По трём причина: я рассержусь. Властелина - расстроится. И, этого не следует сбрасывать со счетов - девочка тоже может быть опасной. Кровь - не вода. Древние Боги признали Софию. Кто вы такие, чтобы им перечить?
  УПСы внимательно слушали. Рабастан не поднимал глаз, и челюсть его оставалось по-прежнему упрямо сжатой.
   - Дорогая, - голос Реддля вновь сделался необычайно мягким. - Сделай одолжения - позови Нагайну.
  София послушно прошипела:
  'Нагайна!
  Ответа не последовало.
  'Нагайна! - громче зашипела София. - Ты что?! Оглохла?'
  Белые лица зловещими масками высились над столами, плотоядно созерцая её бесплодные усилия.
  'Нагайна! Тащи сюда свой хвост, злодейка!'.
  Волдеморт засмеялся. Смех его оказался легким и заразительным, словно пузырьки шампанского на фоне пылающей свечи.
   'Послушай нашу маленькую подружку, - услышала София его шипение. - Иди к нам'.
   'Девчонка обещала мне кролика, хозяин', - наябедничала длиннохвостая вредина. - 'Обещания не выполнила. Не стану её слушать'.
  - Велите Скобияру приволочить кролика из силков. Живого.
  Беллатрикс снова засмеялась, предвкушая развлечение.
  София сжалась, понимая, - затея вряд ли грозит ей чем-то хорошим.
  Остальные УПСы невозмутимо продолжали вкушать пищу.
  ***
  Не прошло и четверти часа, как Скобияр вошел в комнату.
  - Кролик,- как вы и просили.
   - Хорошо, - кивнул Волдеморт. - София, ты уже пользовалась волшебной палочкой. Посмотрим, сумеешь ли ты справиться с непростительным.
  Беллатрикс засмеялась. В который раз за сегодняшний ужасный обед? Злобная стерва!
   - Ну, это ты, положим, перегибаешь палку, Том, - подал голос Долохов. - Девчонка даже СОВ вряд ли осилит. Какие там 'непростительные'?
   - Увидим.
  Волдеморт порывисто поднялся из-за стола, легко скользнув на середину залы.
  - Иди сюда, - позвал он племянницу.
  Преодолевать кажущееся бесконечное расстояние, разделяющее её, 'любимого' дядюшку и несчастного кролика, пришлось на ватных, почти не слушающихся ногах.
   - Смотри, - всё просто. Вскидываешь палочку и произносишь: 'Авада Кедавра'.
   - Зачем?
   - Чтобы прикончить кролика.
   - Змея его и без меня отлично прикончит.
  Волдеморт с рычанием склонился к ней. Жуткое безносое лицо, похожее на череп, у которого по непонятной ошибке природы оставались живыми глаза. Живыми и, пожалуй, самыми страшными на монструозном лице.
   - Я хочу, чтобы его прикончила ты, а не змея. Не смей прикидываться, что не понимаешь этого. Ты сейчас убьешь кролика. Иначе я применю заклинание к тебе самой.
   - У меня не получится.
   - А ты попробуй.
  София вытащила палочку. Взмах, рывок:
   - Авада Кедавра!
  Кролик по-прежнему беспомощно поводил ушами, испуганный и невинный. Белый, пушистый, как вся его ушастая братия.
   - Неплохо, - со смешком констатировал Волдеморт, подтверждая сказанное лаконичным кивком. - По-крайней мере, ты сказала это. - София уже готова была отдаться чувству накатившего облегчения. - Осталось дело за малым - слово не должно расходиться с делом. Позволь помочь.
  Резкий замах. Свистящее, хлесткое:
  - Сектусемпра!
  Нервные ушки с кисточками отрезало серебряным лучом. В её же уши ударил дикий, испуганный визг страдающего существа.
   - Давай, София. Избавь несчастную тварь от страданий.
   - Не могу! - София соперничала в отчаянном визге с кроликом.
   - Ты как Хагрид. Тот тоже рыдал над птичками, рыбками, собачками. Жалко зайку? Никто не мешает облегчить ему страдания! Давай, София: 'Авада Кедавра'. Это же так просто! Нет? Ну, как хочешь.
  Новый хлесткий взмах.
  - Сектусемпра!
  Белый кроличий мех покрылся глубокими разрезами, набухая, как губка, кровью.
   - Сектусемпра!
  Новая рана.
   - Давай же - во имя милосердия. Ты добрая девочка, правда, София? 'Авада Кедавра', просто - как все настоящее и истинное. 'Авада Кедавра' - и ему не будет больно!
   - Редукто!
  Клетка разлетелась в клочья. Кролика тоже разорвало неумело пущенным проклятием. Кровавые ошметки шерсти, костей, мяса разлетелись в стороны, как в плохом ужастике. Брызги крови забрызгали стоящего рядом Скобияра, заставив его скривиться.
  От громогласного гогота за столом содрогнулась комната.
   - Не плохо, - отсмеявшись, констатировал Волдеморт - Только вот змее ничего не осталось. Боюсь, Скобияру, придется принести ещё одного бедняжку.
  В других обстоятельствах такое веселье по её поводу София приняла бы, как унижение. Но сейчас было плевать - лишь бы отстали.
  Ужас перед тем, что придется наблюдать страдания ещё одного обреченного пушистика, застилал глаза багровой полосой. Ярость подавила страх. Не до конца сознавая, что творит, действуя по наитию, девушка, вскинув палочку левой рукой, резким движением подняла её над головой:
   - Крусио!
  По телу прокатилась горячая волна, словно страхи, ненависть, - все дурное, что случилось с ней за последнее время, - превратилось в горячий узкий луч, ударивший Вол-деморту в живот.
  Смех оборвался.
  Согнувшись, зажимая ладонями не существующую рану, тёмный маг опустился на колени. Часто-часто дыша.
  Кроваво-рубиновой луч, соединивший племянницу и дядюшку, сделался ярче, заставляя мага упереться рукой на пол и хрипло рычать, - гортанно, грозно, гневно.
  Новый замах и дикое удовольствие от созерцания чужих страданий. Нет, не чужих. Именно его страданий. София испытывала жгучее желание сломать, сорвать его гордыню и заставить ползать у своих ног. Хотела слышать крики боли.
  Она словно обезумела.
   - Крусио!
  Луч расширился. Светящийся, он словно состоял из миллионов кровяных капелек, подсвеченных неоновым огнем.
   Перевернувшись на спину, Темный Лорд царапал ногтями пол. Глухие, приглушенные стоны срывались с его губ.
  Чья-то рука выбила палочку из рук. Та с глухим стуком покатилась по полу.
  Луч погас - действие проклятие прервалось.
  Беллатрикс, хрупкая и грозная, черно-серебряная, нависла над Софией.
  Совесть и сожаление о содеянном Софию ни сколько не коснулись. Она боялась последствий содеянного.
  Волдеморт поднялся на ноги.
  Ну, давай же, тварь, свою проклятую 'Аваду'. Пока её ещё поддерживают остатки адреналина, и она может, не ползая на четвереньках, не вымаливая прощения, принять смерть.
  Ну, давай же...
  Не бояться очень трудно.
  Белое лицо человекоподобной рептилии приблизилось.
  'Нагайна!'.
   София сделала попытку завизжать, поняв, какую именно смерть ей уготовило беспощадное чудовище. Но звука не было. Словно рыба, она беспомощно открывала и закрывала рот.
  Легкое шуршание, - словно ветер гонит по мостовой сухие листья.
  Поднявшись, змея широко распахивает пасть с острыми клыками.
  'Убить? Хозяин-н-н...'
   'Боюсь, сегодня ты осталась без кролика. Девчонка не умеет держать слово. Позаботься о себе сама, моя красавица'
  Змея уползла.
  - Будь ты парнем, София, разговор был бы иным. Но женщинам можно то, что мужчине недозволительно. У нас в роду все дамы с огоньком, - Тёмный Лорд улыбался. - Знаешь, твой 'крусио' впечатляет. Отличный потенциал. Это, конечно, не Авада. Но на сегодня - сгодится.
   А теперь, будь любезна, вернуться за стол. И не раздражай меня больше.
  
  Глава 9
  История Тома Реддла
  
  На кровати сидел белый кречет. Черные блестящие пуговицы глаз казались одновременно умными и пустыми. Крючковатый заостренный клюв, как и длинные когти на пушистых лапах, внушали опасение.
  
  'Надеюсь, встреча с Томом прошла относительно благополучно? - писала Властелина. - Как бы он не повёл себя, просто верь: с тобой ничего не случится.
  Всё же, дорогая София, без нужды не дёргай волка за хвост, - хоть и на привязи, он может укусить.
  Нравится кречет? Его зовут Фабиан. В Хогвартcе предпочитают почтовых сов. Но нам, ночным тварям, полагаются ведь фамильяры посерьезней? Сделай одолжение - прими подарок. Когда потребуется, просто открой окно и позови его.
  Я взяла на себя смелость прислать тебе ноутбук. Сотовый не шлю - всё равно пользоваться не разрешат. Да и не получится.
  Ставлю в известность: с твоими родителями все в порядке. Так что привыкай, адаптируйся, ни о чем не беспокойся.
  Любящая тебя
  Властелина'.
  
  - Фабиан, - кречет, забив крыльями по воздуху, перелетел к девушке на плечо. Похожие на лезвие когти сжались довольно чувствительно, но непричиняя боли. - Жаль, нечем тебя угостить.- Осторожно пригладила она мягкие перья.
  Кречет затрещал, беззлобно щелкнув клювом.
  - Лети!
  Подбросила она птицу в воздух.
  Распластав крылья, кречет взмыл в темнеющие небеса. Красиво парил он в вышине, - блистательный, бесстрашный, гордый, неуязвимый.
  'Девчонка', - прошипел змеиный голос.
  София попятилась от неторопливо вползающей Нагайны.
   - Что тебе нужно?
   'Не бойся: ты - не еда. Я принесла приглашение. Хозяин хочет тебя видеть'.
  ***
  Дверь в большую, неожиданно светлую комнату, приглашающе приотворена.
  Больше всего помещение походило на кабинет или библиотеку. Здесь, так же, как и в гостиной, жарко горел камин.
  'Хозяин! - зашелестела Нагайна. - Я выполнила приказ'.
   - Молодец. Иди сюда.
  Змея скользила, изгибаясь всем телом, пока не обвилась вокруг ног мага, положив угловатую морду на свитое в тугие кольца тело. Прикрыв глаза перепончатыми веками, затихла.
   - Ты тоже, - поманил костлявым пальцем Тёмный Лорд.
  София подошла к креслу, не отрывая взгляда от волнующихся языков пламени - лишь бы не смотреть в лицо жуткому родственнику.
   - Садись, - к ногам по скользкому портрету подкатился пуфик, - поговорим. Признаться, ты сильно меня удивила.
   - Тем, что осмелилась применить непростительное к вам?
  Девушка заставила себя посмотреть на безносое лицо обтянутого кожей черепа.
  - Тем, что у тебя получилось его применить. Чтобы 'Крусио' сработало, нужно очень сильно желать причинить боль. Мы же почти не знакомы, - почему ты меня ненавидишь?
  София пожала плечами.
   -Попробуй выдвинуть гипотезу, - насмешливо предложил Темный Лорд.
  София сжала руки коленями, пытаясь унять дрожь.
  - Вы убили кролика, - она снова устремила взгляд на ковёр.
   - Да-а? Действительно - я? А мне-то, неразумному, показалось, будто несчастный кролик пал от твоего искусного 'редукто'.
  Дыхание девушки участилось. Она ничего не могла с этим поделать. С ужасом понимала, что ещё немного, и разрыдается. О, Господи! Не допусти такого унижения.
   - Но убили его вы! Вы меня спровоцировали!
   - Хотелось посмотреть, на что ты окажешься способна.
   - Вы спрашиваете, почему я вас ненавижу? Потому, что вы - убийца! В вас не осталось ничего человеческого! И в магическом, и в магловском мире вы символизируете зло, внушаете страх. Вы коварны, беспринципны. Вы ...
  Темный Лорд, смеясь, поднял руки вверх, показывая, что сдается:
   - Я понял, понял. Можешь дальше не продолжать, - смех оборвался резко, словно вокруг образовался вакуум, и звуку не почему стало распространяться. - А с чего, разреши полюбопытствовать, ты все это взяла? Дай-ка подумать, - согнутый указательный палец коснулся сухих губ. - Как же тут не вспомнить о детской сказочке, где есть добрый-добрый боженька с серебристой бородой по имени Альбус Дамблдор. Есть нечастная жертва - Мальчик-Который-Выжил. И есть Черный-Черный Человек без лица, души и сердца: Тот-Кого-Нельзя-Называть...
   А кстати, почему нельзя? Диарея обостряется? Ах, да! Априори каждому умнику известно, - стоит произнести: 'Воланд!', как начинаются мучения, избиения без разбору, всех и вся. Причем в особо извращенной форме. Почему я так поступаю? Это и маггловский первоклассник знает: а потому что магглов не люблю. Всей душой и всем сердцем. Теми самыми, которых у меня нет. Все верно излагаю?
  София кивнула, по-детски надув губы.
  - Какое ты ещё дитё! В наивности жить уютно, да? Твёрдо знаешь, где верх; где низ. Не сомневаешься в том, кто прав, кто виноват. И всё так определённо: добро есть добро, зло есть зло...
   - Вы так мозги мне промываете? - ощетинилась девушка. - В мире всё так и есть: зло это зло; а добро - добро. У вас, дядюшка, хватит цинизма отрицать, что вы продали душу дьяволу, предварительно расколов её на части? Станете утверждать, это не так?
   - Не стану, - высокомерно дернул плечом черным маг. - Я есть зло. Я бич божий, - в которого маги, кстати говоря, не верят. Можно ли продать душу тому, кого нет?
   - Вы думаете, дьявол всего лишь выдумка?!
   - Я вообще об этом не думаю. Но могу сказать, что не встречал на той стороне никого, кто бы претендовал на эту роль. Может быть, я показался дьяволу не достойным его высочайшего внимания? - криво усмехнулся Тёмный Лорд. - Можешь мне не верить, но я вовсе не желаю стать властелином мира; мне плевать и на мир, и на власть. Всегда, в общем-то, было плевать. - Темный Лорд шевельнулся в своем кресле, подпирая подбородок рукой и устремляя задумчивый взгляд на плящущие огненные языки в камине. - Хочешь узнать настоящую историю? Устами Роулинг Дамбалдор рассказал свою версию. Я поведаю другую. В моей истории Альбус далеко не такой светлый, чистый, непогрешимый, как у тёти Джоан.
  София заёрзала, пока дядюшка выдерживал паузу.
   - Я родился и вырос в приюте, - это ты знаешь. Но ты не знаешь, - не можешь знать, - что значит быть 'приютским отродьем со странностями'. Магия с младенческих лет сделала меня изгоем среди сверстников-магглов.
  Дамблдор воображает, что понимает, каково это. Но понять, не значит пережить.
  Человеческие детёныши меня травили. Я огрызался, как мог.
  Так однажды мы повздорили с Билли Стаббсом. После того, как Билли разделал меня на все корки его любимец, кролик, оказался повешенным на балке, - болтался туда-сюда в добром десятке футов от земли. К тому времени, как его обнаружили, кролик, конечно же, сдох. Вообще-то повесить кролика мог кто угодно. Но единогласно убийцей признали меня.
   - У вас маниакальная антипатия к несчастным зверюшкам, - не смола сдержать смешок София.
  Тёмный Лорд вернул улыбку.
   - Что тут скажешь? У каждого свой рок.
  Потом было ещё одно происшествие. Раз в году несчастных сироток вывозили на природу. Чаще в деревню; гораздо реже, - к морю. Друзей в приюте у меня так и не нашлось. Но, если люди чувствуют в тебе силу, всегда найдётся кто-то, готовый лизать пятки.
  Энни Бенсон и Деннис Бишоп в тот год следовали за мной попятам, повсюду. Мы носились по песчаному дну, покрытому вонючими ленточными водорослями и лужицами солёной воды. Исследовали пещеры, отыскивая новые подземные ходы, в которых я впервые понял, что могу понимать змей.
  К сожалению, товарищей эта моя способность шокировала. С того дня они избегали меня. А я-то полагал, что обретенный талант прибавит мне веса в их глазах! Наивный. - Волдеморт пожевал губу. Затем продолжил. - В приют часто приходили 'усыновители', - голос рассказчика зазвучал ниже и отрывистей. - Нас рядами выставляли, словно товар на витрине. Дамы в элегантных шляпках и костюмах по моде того времени, жеманно опираясь на руки супругов, на высоченных каблуках прохаживались между шеренгами детей, выбирая себе игрушку.
  Меня 'усыновляли' три раза. И каждый раз возвращали в приют из-за 'необъяснимых странностей, происходящих в моём присутствии'.
  Сложно поверить, но шестилетний мальчишка тоже мечтал, что его могут полюбить. И горько переживал свои разочарования.
  Это позже я перестал надеяться, разучился верить. Потому, что разуверяться слишком больно. Больней, чем когда тебя просто прикладывают рожей об стену. Больней, чем когда тебя избивает шайка отморозков до бессознательного состояния без причины и без повода.
  Поверить, потянуться к чему-то, нужному, словно глоток воздуха; как свет в темноте; как вода; как тень в зной и наткнуться на пустоту...
  Если ты нуждаешься в ком-то, ты начинаешь от него зависеть. Если тебе никто ненужен, ты независим и неуязвим. Именно у магглов я начал постигать эту простую науку.
  В мире, лишённом магии я жил, словно в психологическом вакууме. Один, несмотря на то, что изо дня в день меня постоянно окружали люди.
  И вот однажды появился он: серебренноволосый волшебник с длинной бородой и умными проницательными серыми глазами.
   - Я - профессор Дамблдор, - заявил он высокомерно, взирая на меня сверху вниз.
  Насторожившись, я отодвинулся:
   - Вы - доктор? Зачем вы пришли? Я не поеду в дурдом. Отправьте туда эту старую кошку, - я изо всех сил пытался скрыть жгучий страх напополам с белой яростью. Последнюю я вообще пытался игнорировать - обычно в таком настроении и случались различные неприятности, из-за которых приходилось опасаться вмешательства специалистов душевного профиля.
   -Я не из дурдома, - прозвучало в ответ. - Я - учитель. Если ты посидишь минутку спокойно, я расскажу тебе о Хогвартсе. Не захочешь там учиться, никто не станет заставлять...
   - Посмотрел бы я на тех, кто попытается, - оскалился я.
  Мне в тот момент было действительно страшно. Я был готов покончить с собой, но не отправляться в 'дурку'. Если потребуется, убить и этого высокомерного профессора, и ненавистную миссис Коул. Всё что угодно - только не психиатрическая больница.
   - Я знаю, что ты не сумасшедший, - серьезно, проникновенно промолвил тогда Дамблдор. - Хогвартс - это школа для волшебников.
  Я замер.
  Если существует такая школа, тогда... но такого просто не может быть. Словом, моё состояние в тот момент именно ты, София, можешь прекрасно себе представить, потому что недавно прошла через нечто подобное.
  Попытавшись заглянуть в голову к старикану - читать мысль я мог всегда, задолго до того, как узнал о легилеменции, - вместо живого разума наткнулся на пустоту. Даже у животных мозг беспрестанно транслирует какую-то картинку. То, что я не мог ничего увидеть в голове этого человека, заставило меня почти поверить ему.
   - То, что я умею - это колдовство? - напряженно и недоверчиво спросил я.
   - А что ты умеешь?
  - Двигаю вещи, не трогая их руками. Заставляю зверей делать то, что мне надо, без всякой дрессировки. Могу сделать тем, кто меня раздражает, что-нибудь нехорошее. Если захочу, могу причинить им боль.
   - Ты - колдун, - холодно блеснув глазами, кивнул мужчина.
  На мгновение я почувствовал себя счастливым. О таком я и мечтать не смел!
  В темнице открыли окно, ворвался свежий ветер...
  Я рванулся к человеку в странных летящих одеждах, почти как к родному:
  - Вы - тоже колдун?
   - Насколько я понимаю, ты принимаешь предложение учиться в Хогвартсе?
   - Конечно!
   - Тогда тебе следует обращаться ко мне 'профессор' или 'сэр', - отстраняющим тоном оборвали мой порыв.
  Я понял, - то, что этот человек колдун, не сокращает дистанции между нами. Волшебник не помочь хочет, он просто выполнял то, что считал своим долгом. Сам я ему был крайне не приятен, как неприятна грязь, приставшая к начищенным до блеска ботинкам. Ему было мерзко разговаривать с миссис Коул; находиться со мной в комнате, дышать одним воздух.
  Он - чистокровный волшебник. Я - грязный полукровка. Только об этом я тогда ещё не знал.
  - Извините, сэр. - Попятился я, чувствуя себя так, как будто распахнул душу, а мне туда смачно плюнули.
  Вежливо так, воспитанно харкнули. Утонченно, можно сказать.
  Следом за этим диалогом Дамблдор наглядно продемонстрировал, какое я дерьмо и полное ничтожество, вызвал огнь очищающий; явив моему, не готовому раскаяться взору, украденные вещи. Всякую ерунду. Я даже не помню, что там было: какой-то наперсток, чертик на веревочке.
  Ему, выросшему в богатой семье магов, сама способность польститься на такую мелочь, казалась странной. Мне прочли лекцию о том, что воровство в Хогвартсе, мягко говоря, не одобряется. Я уже все успел понять, а он все нудел и нудел...
  Я честно заявил, что денег у меня нет. И понял, что это тоже сочтено за наглость. Скривившись, словно заглотил ложку не разбавленной лимонный кислоты, профессор протянул мне мешочек с деньгами. Никогда за всю длительную жизнь, - ни до, ни после, - меня не унижали до такой степени.
  С первых дней в Хогвартсе я почувствовал утопичность надежд. Оказалось, в магическом мире предрассудков, гонора и человеческой глупости ничуть не меньше, чем в мире магглов: чистокровки, полукровки, грянокровки - социальная градация была четкой и строгой.
  Магглы не хотели со мной общаться, потому что я был маг. Маги игнорировали, потому, что видели во мне маггла.
  Дамблдор не раз внушал своим приспешникам, что друзей у меня нет. Они мне, якобы, не нужны. На самом деле это такая же неправда, как и всё, что он обо мне говорит. Неправда, продиктованная предвзятым, с самого начала, отношением.
  У меня были друзья. Старший Лестрейнж. Иван Розье. Тот же Долохов. Я прошел с ними долгий путь.
  Когда я впервые убил, я пришел к ним, к моим друзьям, - потерянный, раздавленный, сломленный. И они меня поддержали, помогли выжить. Они стали для меня семьёй, которой я не имел.
  Кстати, что бы там не трещал Дамблдор, я не планировал убивать отца. Мне хотелось просто посмотреть в глаза твари, способной выкинуть собственного ребенка и никогда об этом не пожалеть. Наверное, в душе я ещё надеялся, что, может быть, он раскается?
  Ложность надежд стала очевидной, стоило поглядеть в пустые глаза. Богатый, пресыщенный жизнью, слабый слизняк! Он был не достоин жизни...
  Потом та шумиха с Тайной Комнатой? Вся история о том, что наследник Слизерина выпускал василиска для уничтожения грязнокровок - полный бред! Ну, какое было дело мне, сироте-полукровке, до чистоты крови обучающихся в Хогвартсе студентов? Мне нравилось управлять змеёй, демонстрировать её друзьям. Потом мы с друзьями додумались, что на шкуре и яде василиска можно неплохо заработать - денег, как всегда, нехватало...
  Дважды василиск вырывался из-под контроля. В первый - обошлось. А во второй погибла девочка. Роковая случайность - не преднамеренное действие!
  Только у Дамблдора своя правда. Ему нет дело до обстоятельств, для него важны лишь факты. Убил, выпустил, украл...
  Дамблдор всю жизнь дышал мне в затылок! Именно он причастен к тому, что я попал в тайную магическую организацию, напоминавшую маггловское ФСБ.
  Меня завербовали в качестве агента, целью которого стало уничтожение Гриндельвальда. Попытавшись рыпнуться, я столкнулся с необходимостью либо отправляться в Азкабан за непредумышленное убийство незнакомой мне девочки и за убийство отца. Либо проявить покорность.
  Когда Грендельвальд сгинул, Министерство приняло решение 'закрыть' агентов. Полностью. Со всеми вытекающими последствиями. Мы узнали о принятом решении. И встретили карательный отряд во всеоружии. Вот так и родились 'Упивающиеся Смертью'. Родились тогда, когда мы вынужденно защищали наши жизни и жизни близких нам людей. Сначала защищали; и только потом, уже много позже перешли в нападение.
  Но историю пишут выигравшие. А выиграли не мы.
  Теперь плавно подходим к истории о близоруком Мальчике-Который-Выжил.
  Я сделал крестражем Поттера отнюдь не по недомыслию, как безсомненно, думает старый маразматик. Я создал седьмой, самый совершенный кристраж преднамеренно. Одного не учел - материнская защита предохранила мальчика не только от убийственного заклятия, но воспрепятствовала черной магии, исказив её действие.
  Я сгинул. Приспешников кинули в Азкабан. Мой учитель отпраздновал победу. Но теперь я вернулся. И хочу отыграться. И я очень опасен. Мне не нужны ни власть, ни любовь. Все, кто был мне дорог - умерли. Я хочу только одного - мести.
  
  Глава 10
  Косой переулок
  
  Софие снился кошмар: она стояла перед большим, в человеческий рост, зеркалом. Не шевелясь, наблюдала как мелкие, юркие змейки, кишащие в воздухе, набрасывались, забирались в мозг через уши, нос, рот.
  Вскоре двойник вместо головы имел клубок из копошащихся змеиных тел...
  ***
  В отличие от людей, большинство книг содержательны. С ними интересно. Книги никогда не заставят чувствовать себя не в своей тарелке, не предадут; не попросят любви; не заставят ревновать. Они не способны желать от вас сексуальной близости в момент наивысшего физического утомления. Куда бы ты не пошел; как бы себя не повел, - книги молчаливо, без осуждения дождутся прихода и поддадутся взявшей их руке. Когда же ты прочтешь книгу от корки до корки, отставляя в сторону ради другой, новой, яркой, она не посмотрит вслед с горькой укоризной и ни в чём не упрекнёт. Книга, она даже лучше собаки: её не нужно выгуливать. Книга - идеальная спутница человека.
  В личной библиотеке Тёмного Лорда пылилось множество книг. Но прочесть их не представлялось возможным, ибо языки, на которых тома написаны, для непосвященных оказались немы.
   - Что вынюхиваешь?
   В дверном проёме в нарочито-изломанной позе застыла Беллатрикс Лестрейндж.
   - Пока ещё не решила,- огрызнулась София. - Что получится.
  Белла усмехнулась:
   - Здесь много интересного. И опасного. Особенно для маленькой девочки. -
  Женщина, накручивая на палец прядь волос, перешагнула порог. Безумные глаза её загадочно, насмешливо поблескивали:
  - Разве Тёмный Лорд не предупреждал?
  София отрицательно помотала головой. Она напряженно следила за перемещением Упивающейся, не зная, чего от неё ждать.
   -Тебе, наверное, скучно здесь? С нами? Почему бы не отправиться в Косой Переулок? Купить, что полагается по списку. А заодно капельку развлечься?
   - С чего вы решили быть со мной милой?
  - А с какой стати мне тебя ненавидеть тебя? Ненавидят равных. Ты забавна. На мой взгляд - недостаточная причина для ненависти.
  ***
  Лающий смех сумасшедшей Беллатрикс Лейстрейндж градинами катился по залу. Стремительно шествовала она к столу, шелестя длинными юбками.
  - Какие люди! - скривился Рабастан.
  Старший брат пнул его под столом.
  - Приятного всем аппетита, - пропела ведьма.
  - Идите сюда, мои девочки, - благожелательно распростёр руки Темный Лорд. - Ближе-ближе, куколки. Одна по правую руку, другая - по левую. Пусть все мне завидуют! Женщина - такая роскошь в нашей скучной жизни. Верно, Рабастан? Даже такого неотёсанного грубияна, как ты, присутствие женщины способно сделать капельку вежливее?
   - Да, мой лорд, - склонил голову младший Лестрейндж.
   - Дамы, окажите честь - разрешите поухаживать за вами? Простым образом - как у маглов. Белла, будешь 'седло барашка'? Если он тебе не понравится, я заставлю Скарби съесть собственные уши.
   Белла обнажила в усмешке белоснежные ровные зубы. В этот момент София подумала об акуле - вечно голодной хищнице морских глубин.
  - Тонни, - взгляд Воланда метнулся к Долохову, - Белла совершенно правильно заметила, - девочке необходимо подготовиться к Хогвартсу. Пойдешь с Софией в Косой Переулок. Позаботишься, чтобы она приобрела всё необходимое.
   - Почему именно Тонни? - подал голос Яксли.
   - Потому что Рудольфу и Белле появляться на людях опасно. Рабастан бредит манией чистой крови (видимо парень полагает, что его кровь чище моей). - Волдеморт вскинул руку и спокойно, обыденно, не повышая голоса, проговорил. - Крусио.
  Рабастан, сжимая скрюченными в судороге пальцами края стола, крепко зажмурившись, кусал губы. Тарелка, стоящая перед ним, полетела на пол.
  Темный Лорд отвел палочку в сторону:
   - Высокомерие - грех.
  - Да, мой лорд, - сдавленно выдохнул младший Лестрейнж.
   - Ты мне весьма напоминаешь одного молодого человека. У него, помнится, тоже имя на 'Р' начиналось.
   - Кого, мой лорд?
   - Регулуса Блэка. Такой красивый, интересный мальчик был. Жаль, - плохо кончил.
  - Я с удовольствием позабочусь о мисс Мракс, - перевёл разговор на другую тему Антонин.
  ***
  Улица выглядела неправдоподобно узкой, словно из-за нехватки места маги решили строить один дом прямо на другом. Ряды построек разделяли дороги настолько узкие, что ни на чём, кроме велосипеда, проехать по ним не представлялось возможным. Даже ветер застревал в этой длинной чёрной трубе, не говоря уже о твердом физическом теле.
  Центром Волшебного мира стал не центр искусств, науки или магии. Центром стал банк - символ западного гарантия благополучия. Единственное здание в этом Королевстве Кривых Зеркал, имеющее нарядный вид. Неподалеку рядом с ним располагался 'Ежедневный Пророк'; за ним прятался мрачный на вид магазин: 'Совы'.
  Следом за Долоховым, принявшим вид безобидного сухенького старикашки, София посетила книжный магазин 'Флориш и Блоттс', зашла в 'Мантии на все случаи жизни', где мадам Малкин развела бурную деятельность по сбыту товара; купила в магазине котлов дорогой 'самопомешивающийся' - котёл, что ожидаемо. Из чистого серебра - золото Долохов счёл слишком претенциозным.
  - Непротив, если я на секундочку забегу в 'Дырявый котел'? - шепотом поинтересовался Антонин.
  - Против, - индифферентно отозвалась девушка. - Это что-то меняет?
   - Ничего, - согласился УПС. - Не беспокойся, - я ненадолго. Можешь забежать во 'Всевозможные волшебные вредилки' - детище двойняшек-Уизли. Не будь эти парни отчаянно-рыжего цвета, я бы заподозрил матушку Молли в адюльтере. Больно уж эти двое умные. Для Уизли, имею ввиду.
  У входа в магазин жёлтым неоном на фиолетовом фоне сверкало:
  Испугались Сами-Знаете-Кого-с?
  А страшнее, сами знаете: ПОНОС!
  Страх и прос-Т-рация
  вредны для нации!
  
  Народ живо сновал между рядами витринов с товарами: 'Блевальные батончики'; 'Кровопролитные конфеты'; 'Обморочные орешки'.
  Безумно-весёлый клоун покачивал румяной головой, демонстрируя широкую улыбку. Просто экспонат из Кинговского 'Оно'.
   - Могу чем-нибудь помочь прелестной леди?
  София с любопытством окинула взглядом широкослулое, горбоносое лицо, подвижное, улыбчивое и наглое. Малиново-фиолетовая роба эффектно оттеняла огненный оттенок волос. Сухопарое тело юноши словно состояло из полых костей, - хрупкое и легкое.
  Судя по всему, Уизли демонстрировал дружелюбие. Но глаза внимательно сканировали незнакомку. София успела подумать о том, что в узком магическом кругу, где каждый волшебник друг другу либо сват, либо брат, незнакомое лицо вызывает если не подозрительность, так непременный интерес.
   - Раз вы зашли, будет не вежливо с вашей стороны уйти с пустыми руками, мисс...?
   - Гринграсс. Астория Дафна Гринграсс.
  - Разве последний из Гринграссов не погиб в конце семидесятых?
   - Понятия не имею. До недавнего времени я вообще считала волшебников персонажами детских сказок.
  - Ты иностранка?
   - Да. У магглов я жила под фамилией Морозова.
   София про себя вознесла благодарность умершей бабуле. Что Ивановы, что Морозовы, что Кузнецовы - собак не резанных в России меньше, чем представителей названных семейств. Корни фигушки найдешь!
  Синие глаза Уизли сверкнули:
   - Ты из России?! Ух, ты! Никогда не встречал никого из русских. Добро пожаловать, Астория Дафна Гринграсс, в наше маленькое царство. Я - Фред. Позволишь на несколько минут стать твоим гидом? Интуиция подсказывает мне, что девицу вроде тебя не заинтересует 'Висельник многоразового использования' или 'Набор начинающего негодяя'.
   - Поразительная проницательность! - восхитилась 'Астория Дафна Гринграсс'.
   - Драже-вонючки - тоже вряд ли, - состроив глубокомысленную мину, покивал головой начинающий маркетолог. - В 'Гарантированном десятисекундовом пятновыводителе' ты, слава Мерлину, совершено не нуждаешься. Вот оно! 'Самозаправляющиеся перья для письма' - волшебный аналог шариковой ручки. Наверняка подойдет,- Уизли заговорщицки подмигнул. - Идея беззастенчиво у магглов и стянута. Берёте?
   - Беру. Только я в магических нутах совершенно не разбираюсь, - отцепив от пояса платья бархатный мешочек, где постукивали монеты, девушка развязала тесёмки. - Отсчитайте, пожалуйста, сами.
  Уизли мягко отвел протянутую руку:
   - Это подарок.
  София нахмурилась:
   - Подарок? Я не желаю подарков, молодой человек, - строго заявила она. - Мне кажется, здесь достаточная сумма...
   Фред пожал плечами. Прислонившись плечом к стене, скрестил руки на груди:
   - Вполне достаточная, чтобы купить весь магазин. Но это ничего не меняет. Подарок - есть подарок, - широко растянул Фред рот в шутовской улыбке.
   - О, Мерлин! - новый голос - точная копия первого. Такое же лицо, такая же копна медных, ярких волос.- Разве не понятно, красотка? Прохиндей просто клеится, пытаясь запудрить мозги. Фреду нельзя верить. Раз это говорю я, его брат, значит, так оно и есть. Ни за что не принимай у него перья. Прими их от меня.
  София перевела взгляд с одного лица на другое, и у неё возникло впечатления, что шалопаи над ней потешаются.
  Девушка затянула тесемки на кошельке, неторопливо прицепив его обратно на пояс.
   - Чтобы никому не было обидно, я приму от каждого по перу, - одно самозаправляющееся, другое, - София скользнула взглядом по надписи на витрине, - со встроенной проверкой орфографии. Уверена, - оба пригодятся.
  Близнецы ударили по рукам.
  Через пару минут София держала в руках два чехла, обернутых в блестящую подарочную бумагу.
   - Надеемся, ты поступишь в Грифиндор. Гринграсс в Грифиндоре - звучит, правда? О, Фредди, глянь-ка, - толкнул локтём брата Джордж. - Вот туда, в сторону 'Патентованных грёз наяву'. Мне мерещится, или там наша умная девочка и самый популярным волшебник 'Харри', как обожает титуловать его Флёр?
  Вид Грейнджер откровенно разочаровывал. Реальная Гермиона близко не стояла с обаятельной, чарующей Эммой Уотсон. Единственное, что объединяло оба персонажа - копна волос. Скуластое, размером с кулачок, личико, с выпирающей вперед тяжелой упрямой челюстью, было ничем не примечательно. Да ещё подбитый глаз, заплывший темно-бардовым синяком, нисколько не прибавлял шарму.
  - Знаешь, - захлебывалась от восторга говорила Гермиона стройному юноше, игнорируя полное отсутствие энтузиазма у собеседника, - это магия высшего уровня!
   - За это, Гермиона, получишь экземпляр бесплатно, - проговорил Фред, кланяясь парочке.
  Молодой человек обернулся, давая Софии возможность рассмотреть Гарри Поттера во всей красе. У него была кожа нежная, без намека на румянец; крупный рот; римский нос и удивительно яркие, красивые зеленые глаза. Даже оправа очков, серебристая и тонкая, удивительно ему шла.
  - Фред? - улыбка осветила лицо юного волшебника.
  - Как жизнь, Гарри? - пожал Фред руку товарищу. Присвистнул, глянув на Гермиону. - Что у тебя с глазом?
   - Нашла ваш дерущийся телескоп, - скрестила на груди руки девушка, буравя рыжего обвиняющим взглядом.
   - Прости, кто же знал, что ты туда полезешь?
   Гермиона фыркнула:
   - Можно было бы догадаться!
   - Точно. Вот, возьми, - Фред вытащил из кармана тюбик.
   - Что это? - подозрительно повела носом Гермиона.
   - Гематоморастворитель. Он всегда при нас, как предмет первой необходимости. Ведь все наши 'шуточки' мы сначала проверяем на себе.
  Здесь Гарри вопросительно взглянул на Софию. Фред, проследив за взглядом приятеля, представил новую знакомую:
   - Астория Гринграсс. Представляете, прожила всю жизнь среди маглов, и только недавно узнала, что волшебница?
  Взгляд Гарри потеплел.
  - Она ещё и русская, - весело заметил подоспевший Джордж.
  Гермиона отвлеклась от тюбика и вернула Софии любопытный взгляд.
   - Никогда не видела русских. Не считая Долохова! - на лицо девушки наползло темное облачко.
  - Будешь учиться в Хогвартсе? - повернулся к ней Поттер.
  София поняла, что у неё к гортани язык прилипает. Она с трудом заставила себя кивнуть.
   Заметив в окне физиономию Долохова, девушка сникла.
   - Мне пора. Меня ждут.
   - Увидимся, - кивнул Гарри.
  
  Глава 11
  Крестражи и Поттер
  
  Порт-ключ перенёс Долохова и Софию обратно в мрачный бор, где затерялся коттедж - убежище преступников от волшебного мира. Блуждание среди сосновых вековых деревьев напоминало затейливую причудливую игру. Развевающийся за спиной плащ заставлял девушку чувствовать себя загадочной и зловещей, драматично вписывающейся в окружающие декорации. Сухие, истлевшие от времени хвойные иголки хрустели под ногами с безнадежной жалобой.
   - Мне они понравились. И Гермиона. И близнецы Уизли, - протянула девушка. - И Гарри Поттер - в особенности.
   - И это повод для тоски? - засмеялся Антон. - Преждевременно скуксилась. Ты, конечно же, не писанная красавица, но девчонка вполне симпатичная. Может, что ещё и получится?
  София бросила на проводника возмущённый взгляд:
   - Я совершенно не об этом!
  - А о чём же, в таков случае, 'ты'?
   - Не хочу становиться врагом Поттера!
   - Если есть хоть крупица мозгов, врагом Волдеморту ты не захочешь стать тем более, - мужчина дружелюбно похлопал подопечную по плечу. - Брось, Сонька! Никто же не требует от тебя принести голову Поттера на тарелочке с золотой или, - любого другого цвета, - каёмочкой? Даже против вашей дружбы с Поттером Том вряд ли станет возражать.
   - Почему это?
   - Ты будто всерьёз считаешь, что мы воюем с детьми? Поттер - это знамя. У паренька для этого идеальное происхождение: биография, печальное прошлое, постная мина. Но кто ж в здравом уме со знаменем дерётся-то, а? Трофей, конечно, попытаемся захватить при случае, не без этого. Но драка планируется не с марионеткой, а с кукловодом. Вредным, мудрым, сильным кукловодом. Авроры басенку о том, что мы истребляем магглов, придумали. Истребляли самих авроров. Магглам, конечно, тоже достаётся. Но не всем подряд, а лишь тем, в ком есть крупица волшебной крови - завтра мугродье может встать на сторону противника.
  - Не логичнее ли перетянуть это самое 'мугродье' на свою сторону?
   - Логично, но невыполнимо. Нет ни времени, ни денег, ни людей, готовых этим заняться.
  Протяжный вой, звенящий на высокой ноте, раздался из глубины леса.
   - Адские гончие, - скривился проводник, - Ходу, ходу, девица! Как бы в историю не попасть.
  Неприятный разговор закончился на пороге коттеджа, к облегчению обоих собеседников.
  София, подхватив покупки, магически уменьшенные, поднялась в комнату. Она продолжала пребывать в смятенных чувствах - ей не нравилось выступать 'на черной' стороне.
   - Всё в порядке? - раздался за спиной тихий высокий голос.
   Девушка обернулась:
   - Я не слышала, как вы вошли.
   - Извини. С моей стороны не вежливо врываться без стука. Войти ещё раз? - голос Темного Лорда был мягок, интонации - вежливыми. Всё же Софию не оставляло подозрение, что он насмехается.
   - Не стоит.
  Подойдя ближе, 'дядюшка' взглянул через её плечо на результаты 'шопинга':
  - Всё купили?
   - Надеюсь. Я в этом не разбираюсь. Но мне кажется, месье Долохов все сделал правильно.
   - Он хороший друг, - кивнул Волдеморт.
   - Я думала он хороший слуга.
   - Служить этот ублюдок совершенно не умеет. Данную нишу занимают Червехвост, Нотт, Эйвери, Краббэ. Даже Лестрейнджи. Ах, да, забыл Малфоя. Тебе ведь не терпится познакомиться с этим семейством? В твоих мыслях они присутствуют почти постоянно.
   - Вы читаете мои мысли?! - возмутилась София.
  Волдеморт, пинком развернув кресло, лениво в него опустился:
   -Я не читаю - я слышу, - устало выдохнул он, потирая виски. - Чтобы 'ментально оглохнуть' приходится прилагать постоянные усилия. Либо зелья. Если принимать настойки беспрерывно, возникает привыкание, так что глухая тишина - редкий подарок. От 'слышанья' порой ужасно устаёшь - вообрази, если бы тебе в уши всё время орал радиоприёмник?
   София состроила сочувственную гримаску.
   - Не будем об этом, - махнул Тёмный Лорд рукой. - Антонин рассказал, ты познакомилась с Гарри Поттером? И как он тебе? Симпатичный, да? - ухмыльнулся маг. - Храбрый, умный мальчик, - мне он тоже нравится.
  - Можно мне сесть? - поинтересовалась София, до сей поры столбом стоявшая посередь комнаты.
   - Можешь даже лечь, - меня это ни сколько не смутит, уверяю тебя.
  София с наслаждением опустилась в кресло, вытянув гудящие от долгой ходьбы ноги.
   - Чувствую, ты проголодалась, - Том Реддл левитировал из бара поднос со сладостями. - Не самая полезная еда, но зато снижает аппетит и повышает настроение. Ты ешь, а я продолжу рассказ о нашем с Дамблдором противостоянии, что, в конечном итоге, снова приведёт нас к симпатяге Гарри.
  Ах, Гарри, Гарри... Бедный славный пупсик Гарри!
  Итак, закончив Хогвартс, я планировал занять пост преподавателя Защиты от Темных Сил. Нежелание Дамблдора видеть меня на этом месте имело гораздо больший вес, чем моё желание его занять.
  Дабы избавить неискушенные юные умы от возможного растлевающего влияния полукровки из рода Мраксов раз и навсегда, - так сказать, с гарантией, - мудрецу пришла в голову счастливая идея поспособствовать моей вербовке в засекреченный отдел Министерства, под кодовым названием: 'Ночные призраки'.
  Вот так, с 'лёгкой' руки тогда ещё заместителя директора, я и отправился к Геллерту Гриндевальду, - бывшему Дамблдоровскому любовнику.
  Конечно, о нетрадиционной ориентации великого мага в сказках не пишут. Хотя, теперь, я слышал, магглов этим не смутишь? У них даже вошло в моду носить мужчинам стринги; дарить друг другу розы и называть половое бессилие, банальную неспособность продолжить род цветом неба? - Волдеморт засмеялся. - Наверное, именно это в конечном итоге примирило старого маразматика с былыми врагами. Ведь по молодости лет он люто ненавидел магглов, всех, без исключения. И как ненавидел! Говорят, у него была на то веская причина: магглы, якобы, способствовали тому, что его драгоценная младшая сестричка стала идиоткой. Смешно! Близкородственные союзы на протяжении трёхсот лет в роду Дамблдоров повинны в сумасшествии Арианы гораздо больше. Нападение магглов было лишь толчком к тому, что болезнь начала прогрессировать. Ты не в курсе, что папенька с маменькой Альбуса, были родными братом и сестрой? - София приложила все усилия к тому, чтобы глаза не вылезли на лоб самым неэстетичным образом. - Это не афишируется, но сей факт, сдается мне, куда лучше объясняет идиотизм Арианы и нездоровые склонности Альбуса. Ветвь Дамблдоров вот-вот сгниёт и обрушится. И с Богом, - как говорится у магглов.
  Так, занесло меня что-то... о чём, бишь, я говорил?
  Я попал в отдел 'Ночных призраков'. Меня снабдили всеми возможными инструкциями и велели подложиться под самую большую страсть нашего Святого и Непогрешимого. То, что я коренным образом не приемлю подобных отношений, работодателей не смутило.
  Наверное, бог на земле все-таки есть, потому что в Германии я первым встретил не Гриндевальда, а Властелину. Узнав, в какой 'впросак' угораздило попасть незадачливого потомка, 'бабуля' вызвалась помочь. К моменту моего выхода на 'арену' Гриндевальд успешно поменял нетрадиционную ориентацию на традиционную; позабросил дела и былые увлечения. Власть инкубов и суккубов сильно недооценивают. - Волдеморт переплел тонкие пальцы. С безобразного лица на Софию смотрели зрачки-лезвия. - Не только Гриндевальд оказался пленен моей бабкой, - я сам бредил ею. Вечно прекрасная, вечно юная, обладающая такими познаниями в темной магии, каким не обучишься нигде. А главное - бессмертная.
  Оданако Властелина наотрез отказалась поделиться со мной обретённым даром. Богатства, покровительство, связи - всё это пожалуйста. Но не бессмертие...
  Дамблдор, ненавидящий нашу бабулю столь же страстно, сколь Гриндевальд её обожал, как-то подкинул мне чудесную книжицу о Дарах Смерти. Простенькая на вид, она содержала ценнейшую, подробнейшую информацию по созданию крестражей. Да-да! Не профессор Дивангард, - Дамблдор. Именно поэтому он так хорошо осведомлен о моем прошлом, - оно стало возможным благодаря моему учителю.
   Итак, в книге была следующая информация.
  В былые времена существа, которых на Земле почитали богами, могли вычленять часть своей личности, - скажем гнев, раздражительность, злобу, - в предметы. Позднее маги 'додумались' воссоздавать нечто подобное, помещая в предмет часть личности, какое-либо её качество.
  Расчёт волшебника оказался верен - я, как малёк, широко раззявил рот и 'схавал' наживку на 'раз-два'. Старательно воссоздав ритуал, вызвал древние, страшные силы...
  Первым, что я отделил от своей сущности, оказалась способность любить.
  Помнишь: раз не любишь, значит - не зависишь? Любовь делает нас уязвимыми, слабыми, ранимыми. Любовь к Властелине измучила меня. Обида на родителей произросла на корне любви...
  Итак, способность любить я поместил в известный теперь всему миру пресловутый дневник. Вторым крестражем стало фамильное кольцо Мраксов. Не желая походить на Гриндевальда, я вычленил вторую черту своей личности - желание властвовать. Третий крестраж я добыл, сознательно пойдя на преступление: не опытным юным мозгам представлялось, чем ценнее артефакт, тем сильнее магия. Теперь я знаю, с тем же успехом можно использовать придорожные камни, - эффект будет тот же. Так или иначе, Медальон Слизерина послужил стражем стремлению всегда и во всем быть первым; Чаша Пенелопы освободила от желаний пола; диадема Кандиды Когтевран - от желания получать знания - одна из ключевых сторон моей натуры, разлука с которой далась сложнее всего. С созданием последнего крестража я утратил способность радоваться жизни, и начал постигать науку наслаждаться смертью. Чужая боль имеет вкус перца, чужая смерть - как ваниль...
  Вот так и умер Том Реддл, - развёл руками темный маг, вздыхая. - Вот так родился Волдеморт, с которым каждый, воображающий себя слугой света, обязан бороться.
  Я наглядно мог видеть результаты предпринятой 'ворожбы': эмоции не смущали; совесть - не беспокоила; старость - не приходила.
  А теперь пришла пора вернуться к нашему мальчику.
  Я стремился сделать ребенка своим отражением, своим вторым 'я'. Ведь у меня не было детей, и быть уже не могло - побочное действие создания крестража из Чаши. Поскольку я не слишком-то рассчитывал, что Властелина обретет свою золотую мечту - отыщет потомков Гретель, которая, по моим подсчетам, вполне могла умереть бездетной, мне нужен был наследник, ибо я тогда верил, что стою у истоков величайшего открытия.
  Почему Поттер, - спросишь ты? Потому что, в отличие от Лонгботтома, у него была кровная связь с нашим родом. Потому, что Поттеры, как клан, изначально симпатичнее Лонгбботомов. Выбирать приходилось из этих двух, потому, что последний крестраж можно было создать лишь из ребенка, рожденного в определённый день и час.
  План был прост. Убираю Джеймса Поттера, создаю крестраж, обладающий живой душой, соединяю его с частью моей души, и мальчик становится как бы моим духовным сыном. Потом стираю память Лили, отвожу её Северусу Снейпу, внушаю женщине, что последний есть отец её ребенка. А потом участвую в воспитании мальчишки. И все довольны. И дело сделано.
  Проблем с Джеймсом не случилось. А вот Лили...
  В итоге моей ворожбы я оказался развоплощен. Вот тогда-то и понял, в какую ловушку себя загнал.
   Крестражи, - Мерлинова борода! - не дают бессмертия. Душа не нуждается ни в чём подобном, потому что, милостью небес, бессмертна сама по себе. Крестражи привязывают душу к земле, не давая её покинуть. Так же, как определенный ритуал не даёт телу покойника гнить, создавая инферналов.
  Чем эта история закончилась, - ты в курсе.
  Ну, может быть, не знаешь, что Червехвоста ко мне направила наша дорогая Властелина?
  Как же я люблю её! Я подразумевал именно то, что сказал - люблю. Это такое чудо - любить! Закат или рассвет, улыбку на лице красивой женщины. Хорошую книгу. Вкусное вино... позже я узнал от Люциуса, как Поттер успел уничтожить дневник, вернув мне утраченную способность. Так часть моей души после уничтожения крестража вернулась ко мне.
  София слабо шевельнулась, закусив губу:
   - Два крестража из семи уничтожены. Для того, чтобы мне вновь стать человеком, нужно уничтожить оставшиеся пять. Два из них - живые существа. Один - Гарри Поттер, другая - Нагайна.
  София не сразу поняла, что слушает дядюшку с открытым ртом.
  - Почему, - медленно подбирая слова, - почему вы всё мне это говорите?
   - Хочу, чтобы ты поняла - я не желаю гибели Поттеру до тех пор, пока он не уничтожит созданные мной крестражи. Только он, мой светлый двойник, сможет помочь выбраться мне из ловушки. Он - никто другой. Поттер нужен мне живым.
  В конце всей истории Мальчик-Который-Выжил все же умрет. Я знаю об этом. Знает и Дамблдор. Он растил парня, как свинью, - на убой. Заметь - он делал это, - не я.
  Вот такая некрасивая история про Героя и Злодея. Финиш.
  А теперь, что касается тебя и Поттера? Я не буду возражать, если ты станешь ему врагом. Я одобрю и вашу дружбу. Если ты примешь решение держаться в стороне от всего этого сыр-бора, по-слизерински беспокоясь лишь о своей драгоценной шелковой шкурке, я все равно останусь тобой доволен.
  Крестражи, магглы и Пожиратели - это совершенно не твоя забота. Ты должна успеть получить образование, найти подходящего чистокровного волшебника - Годрик с вами, пусть хоть кого-то из Уизли. Даже Лонгботтом сгодится. Должна выйти замуж и родить наследника. Настоящего. Не такого, как самозванец Поттер. Огромное количество чистокровных семей погибли в этих треклятых войнах! Множество старинных могущественнх семей потеряны полностью. Я сыграл свою роль; Дамблдор - свою; Гриндевальд тоже внёс лепту. Война ещё не закончилась, а потому кровь ещё прольётся. И в свете этого никак нельзя отзываться о продолжении жизни столь пренебрежительно. Выбирай отца будущему ребёнку тщательней.
   - Что скажешь насчет моего племянника Драко? - хриплый женский голос звучал насмешливо, но за насмешкой притаилось напряжение.
   - Белла? Как ты посмела войти?!
   - Мой Лорд, - склонила женщина увенчанную буйной копной черных волос голову.
  Насмешка в её голосе зазвучала ярче. Беллатрикс, словно стейком, нервно постукивала волшебной палочкой по раскрытой ладони.
   - Где ты была весь день?
  Подхватив длинные развивающиеся юбки, чтобы не путались под ногами, женщина пританцовывающим шагом подошла к свободному креслу. Плюхнулась в него, дерзко положив ноги на колени величайшему темному магу столетия.
   -Ассио, бокал! Ассио, бутылка.
  Фужер переместился из тонких пальцев Волдеморта в руки черноглазой ведьмы.
  - Не возражаешь? - с вызовом откинула она кудрявую голову.
   - На здоровье. Так где ты была? Я хотел тебя видеть ещё несколько часов назад, но тебя не нашли.
   - Значит, плохо искали, - Беллатрикс отсалютовав обоим потомкам Мраксов, залпом осушила бокал. - Кислое, - скривилась она капризно. - Язык обдирает. У Снейпа - и то лучше. Спрашиваешь, где была? - женщина гоготнула.- Гуляла с Цисси. Бедняжка! Почти потеряв мужа, теперь отчаянно переживает за сына, - глаза Беллатрикс сверкнули. - Она ведь безосновательно переживает, правда, мой Лорд?
   - Это ты сейчас о чем?
   - Ты ведь не хочешь наказать Люцци, лишив жизни его сына?!
  Волдеморт смерил злую колдунью леденым взглядом.
  Атмосфера накалялась.
   - Я не планирую убивать парня. Однако мальчишка слишком долго жил в розовом замке. Пора взрослеть.
   Беллатрикс подалась вперёд.
   - Мой Лорд...
   - Белла! - предостерегающе поднял руку Темный Лорд.
  - Если уж ты взялся устраивать браки, то я повторюсь с предложением. Что скажешь насчёт Драко?
   - Что я скажу на его счёт? - повысил голос ведьмак. - Он заносчивый, самовлюбленный, пустой ...чуть не сказал, ублюдок! Прости, это не справедливо по отношению к твоей сестре, которую я искренне уважаю и чья добродетель вне подозрений. Нарцисса - чудо! Но её сын является не только воплощением её девичьей фамилии. Он 'тот, которому нельзя доверять'. Если папаша-Малфой просто жук навозный, пекущийся лишь о своих интересах, то сынишка - слабак. Нич-то-жес-тво. Я предпочту Уизли!
  Грудь Белатриссы судорожно вздымалась, ноздри гневно раздувались, глаза сверкали:
   - И это всё, что Блэки и Малфои получат за годы преданной службы?! За кровь, что проливали за тебя? За лишения? Ты предпочитаешь нам предателей крови?! Твоими стараниями, мой повелитель, - Белла словно плевалась словами, - мой род пришел в полный упадок. Блэков больше нет! Малфои вот-вот потеряют состояние, что наживали веками! И всё равно мы недостаточно хороши для грязнокровки, в которой и четверти крови Мраксов нет?!
   - Белла, Драко не просто слабак - он извращенец, гадёныш и недоносок. Ни твои заслуги, ни заслуги Люциуса не могут изменить сего огорчительного факта. Я не желаю, чтобы София была несчастлива всю оставшуюся жизнь - это раз. И ещё больше не хочу, чтобы её дети походили на твоего племянника. Это два. Прости. Больше обсуждать эту тему я не намерен.
  
  Глава 12
  Ночь кошмаров
  
  Пасмурный день сменился ненастным вечером. Старый коттедж под порывами ветра ухал, вздыхал и жаловался. София кожей, каждой порой, клеточкой, ощущала тёмные токи, идущие со всех сторон, обтекающие строение, уходящие вглубь мрачного леса.
  Не оставляла гнетущая мысль: в доме, кроме неё, никого нет.
  Крадучись, девушка выбралась из комнаты. Миновав коридор, спустилась по лестнице, вошла в гостиную.
  Впервые, за время пребывания 'Астории' в резиденции УПСов, в камине главного холла не пылал огонь. Скрипнувшая под ногой половица в вязкой тишине прозвучала оглушительным выстрелом. Стекла дребезжали под ударами ветра, гулявшего за стенами. Нетопленная комната напоминала склеп.
  Сколь ни мрачны УПСы, без них стены сделались вдвое холоднее и втрое темнее обычного. Подземелья Властелины по сравнению с коттеджем выглядели уютным гнёздышком.
  София поспешила к выходу. Как ни странно, на улице атмосфера была далеко не такой гнетущей.
   - Прогуляться вышла?
  Скобияр, привалившись плечом к стене, рассматривал девушку с насмешливой неприязнью. Ветер трепал небрежно выбившуюся из хвоста егеря крашенную медную прядь.
   - Боишься меня, подруга? - губы УПСа дрожали в оскале улыбки.
  - Я тебе не подруга, - отступила София, тщетно пытаясь скрыть страх. - Где остальные?
   - А кто вам надобен, миледи? - чуть наклонив голову, егерь будто вслушивался в готовый прозвучать ответ. - Отправляясь на ночную прогулку, ты хоть палочку-то взяла? Можешь не отвечать, - вздохнул он, - твой вид говорит сам за себя. Ассио, палочка Астории! - пролетев со свистом, словно стрела, артефакт лёг в ладонь егеря. - Лови! - галантно вернул он палочку законной владелице.
  София машинально поймала главное магическое орудие колдовства.
  - Считаешь меня отбросом, принцесса змей? Не желаешь со мной якшаться? Выходит, я виновней, чем ...тс! - насмешливо приложил он палец к губам, - ...Тот-Кого-Нельзя-Называть?
  София прищурилась:
   - Настраиваешь меня против Хозяина?
   - Не смейся. Лучше задумайся.
   - Каким боком Волдеморт причастен к той истории?
  Скобияр засмеялся:
   - Действительно! 'Каким боком'? Вижу, красавица скорбна умом.
  - Заткнись, оборотень!
   - Ого! А мы уже обижаемся? Во-первых, на правду обижаться не следует. Во-вторых, я - не оборотень, грязнокровка.
   - Я сказала, - заткнись! - наставила девушка палочку на егеря. - Или пожалеешь о том, что на свет родился! Полагаю, дядя простит мне маленький каприз. На тебе, в отличие от кролика, я бы с удовольствием попрактиковала 'Аваду Кедавру'? - собственный голос до тошноты напомнил Беллин.
  Егерь замер, не сводя с разгневанной юной ведьмы настороженных глаз:
   - Я всего лишь хотел донести мысль, что ненавидеть меня за исполнение чужих приказов так же нелепо, как обижаться на палку, которой тебя ударили.
   - Считаешь себя умником?
   - Ну да, - пожал плечами егерь. - Так что там на счёт 'Авады'? - он вновь привалился плечом к стенке, следя за девушкой хищным взглядом маньяка. - Давай, валяй.
   - Думаешь, не осмелюсь?
  - Может, осмелишься, - философствовал УПС. - А может, и нет.
  Скобияр продолжал изображать безучастность. Он высокомерно приподнимал брови, кривил губы:
   - Жизнь не стоит того, чтобы бороться за неё с такой красоткой. Чего ж медлишь? Я жду.
  Мерзавец вперил в девушку жгуче-обольстительный взгляд.
  - Перестань на меня пялится!
  - Будем считать мой взгляд предсмертным желанием, ок? - продолжал насмехаться он.
   - Да иди ты! - София, круто развернувшись на пятках, зашагала к калитке.
  Не успела она сделать и нескольких шагов, как рука егеря вцепилась ей волосы:
   - Мы не закончили, грязнокровка!
   - Пусти!
   - А как же наше маленькое развлечение?
  - Ступай за развлечениями к Тёмному Лорду! Ступефай! Диффиндо!
  Почувствовав, что свободна, девушка, не оборачиваясь, побежала в лес.
  София не сразу поняла, что рубеж, за которым обычно располагалась невидимая стена, удерживающая не хуже замков, давно остался позади.
  Вокруг смыкали ряды зловещие сосны. Под щекоткой ветра хвоя таинственно шептала. Небо, там, наверху, ещё не до конца утратило цвет. Но здесь, внизу, темнота уже царила.
  В уши ударил вой, прозвучавший на самой высокой ноте.
  'Адские гончие!' - пронеслось в голове.
  На поляну выскочило четыре зверя. Огромные, черные, с ощетиненными загривками, оскаленной пастью и пылающими, желтыми глазами. То был жуткий гибрид гиено-пантеры. Демоны внушали ужас. Именно такими некогда девушка представляла себе Собаку Баскервилей.
  Припав к земле, скребя лапами, Гончие Ада приближались, по-кошачьему изгибая спину. В нескольких шагах звери застыли, сверкая желтыми фосфоресцирующими глазами.
  Псина, что была ближе остальных, опустилась на землю, вытягивая вперёд длинные лапы и по-змеиному прошипела:
   - Хозяйка!
   София даже дышать старалась как можно реже и незаметней. Вдруг малейшее движение покажет тварям, что никакая она 'не хозяйка', а самая что ни на есть, перепуганная, заплутавшая в лесу, девчонка.
   - Поделись кровью, - обратились к ней демоны. - Дай испить!
  'Неприятно танцевать, не зная ни одной фигуры. Фигово заниматься черной магией, когда в ней, 'ни бе, ни ме, ни кукареку', - подумала новоявленная ведьма.
   - Дай крови, Хозяйка и мы не причиним вреда. Добровольная жертва! Нам нужна добровольная жертва!
  Какая-то часть внутри Софии знала древний ритуал, будто она выполняла его тысячи раз. Что ж? Чтобы повелевать, нужно жертвовать.
  Подавляя дурноту, София потянулась к палочке. Молясь про себя, что не отрезать кисть и не вскрыть вены, девушка прошептала: 'Дифиндо!'.
  Образовавшийся порез оказался чист и аккуратен, словно выполнен хирургом.
   Кровь набухла мягкой теплой каплей.
  Глаза ночных тварей полыхнули, будто в черепушках включили лампочки.
  Ещё одно 'дифиндо' и на второй руке возник порез - близнец первого.
   - Пейте!
  Поскуливая, псины подползли и стал слизывать кровь. Сухие ледяные языки наждаком скребли по коже, растравливая раны.
  Откровенно говоря, было жутко. Если бы был выбор ...но выбора не было.
   - Спасибо, - вырвалось из пасти зверя змеиное шипение. - Чем можем служить Госпоже?
  - Хочу найти Тёмного Лорда.
  - Доставить Хозяйку к Хозяину? - уточнил демон.
   - Да, - подтвердила София.
  Тварь лязгнула зубами. Перед глазами взвихрилась алая вуаль.
  В следующее мгновение она переместилась на опушку леса.
  Казалось, сам воздух здесь напоён чем-то противоестественным и неправильным. Даже 'адские гончие' не искривляли пространство до такой степени.
  В скупом свете костров удалось рассмотреть процессию в длинных, развивающихся на ветру, робах. Лица закрывали глухие маски, с узкими прорезями для глаз.
  Коленопреклоненные УПСы расположились по кругу, оставляя центр свободным, образовав, таким образом, нечто вроде арены. В центре возвышалась, похожая на концентрированный сгусток мрака, фигура.
  Видимо шоу началось задолго до прихода Софии - в сторонке аккуратно 'отдыхало' несколько трупов.
  Высокий голос легко наполнял пространство, вкрадчиво вливаясь в душу. Незаметно, как яд, отравляя сознание до той поры, пока не перестанешь понимать, где верх, где низ; пока не перепутаешь правду с ложью.
  - Сегодня мы собрались, чтобы провести очередной ритуал. Кто, спрашивается, достоин чести провести его первым? - по-отечески раскинул руки Тот-Кто-Не-Должен-Быть-Помянут. - Кто является одним из самых сильных, самых умных, самых достойных? Кто, в силу возложенных на него обязанностей, в силу выбранного им самим признания, несёт знания и просветления в умы?
  Из дальнего сегмента кольца поднялась маска, неторопливо проследовав к Тёмному Лорду, замерла в нескольких шагах от него.
  - О, да! Ты безупречен. Ты верен и предан, не так ли? - сочился мёдом голос Волдеморта.
  Фигура оставалась неподвижной, словно дуб в безветренную погоду.
   - Не один из твоих непосредственных воспитанников не обманул наших чаяний.
  Маска продолжала безмолвствовать.
   - И, наконец, ты наша самая изысканная игрушка, мой любимый друг, - прошипел Тёмный Лорд, добавляя в мёд яду.
  София не понимала подоплеки происходящего, но опыт и интуиция подсказывали - дядюшка 'Томми' отнюдь не благоволит к столь расхваливаемому им 'предмету'.
  Сердце сжалось от дурных предчувствий. Девушка успела тысячу раз пожалеть, что не осталась в своей не уютной, но безопасной комнате.
  - Ты считаешь, жизнь не стоит внимания, Снейп?
  Фигура снизошла до неопределённого пожимания плечами.
  Держался слизеринский декан (а судя по названному Тёмным Лордом имени, это был именно он) отстранёно, если не сказать - высокомерно.
  - В таком случае ты не будешь против, чтобы все мы немножко развлеклись за твой счёт? Кто-то из дорогих гостей поможет мне? - повернул Темный Лорд не прикрытое маской лицо к последователям, его окружившим.
   - Мой лорд? - разрезал ночь каркающий, словно вечно простуженный, женский голос.
   - Нет. Ты слишком горяча, моя прелесть. После тебя зельевар наврядли сможет продолжать развлекаться дальше. Что сам думаешь?
   - Полагаю, Беллатрикс лучше оставить на десерт.
   - Полностью разделяю твоё мнение. Эйвери?
   - Топорно.
   - Нотт?
   - Не испытывает ко мне никаких эмоций.
   - Гойл?
   - Коновал.
   - Разве это не то, что нужно?
   - То, что нужно? - маска скрывала выражение лица говорившего, но Софии мерещилось, что губы незнакомца кривятся. - Удовольствие должно хоть сколько-нибудь длиться. Этот же дуболом просто вырубит меня - никакой зрелищности.
   - Миссис Малфой?
  Тонкая, невысокая, хрупкая фигурка, поднялась с колен.
  - Хороший выбор, - согласился Снейп.
  Волдеморт жестом приказал женщине подойти.
  Нарцисса Малфой медленно приблизилась.
  - Приятного времяпровождения, дети мои, - царственно кивнул Тёмный Лорд.
  София не желала смотреть. Больше всего ей хотелось оказаться далеко-далеко отсюда.
   - Поблагодаришь Хозяина, Цисси? - издевательски прозвучало из-под маски Снейпа.
   - Не фамильярничайте, господин Зельевар, - дёрнул плечом Тёмный Лорд.- Вы чего-то ждете, миссис Малфой? - бросил он женщине. - Какого-то особого знака?
  Женщина вскинула руку.
  Снейп скрестил руки на груди.
  София опустила голову. Ей хотелось зажмурить глаза и заткнуть руками уши, но такая поза привлекла бы к ней излишнее внимание.
  Остро пахло пылью. И полынью.
   - Не стесняйтесь, миссис Малфой, - разрешил профессор Снейп.
   - Крусио! - воскликнула маска красивым, нежным, как у канарейки; мягким, точно колокольчик, голосом; слишком нежным для посыла проклятия.
  София подняла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как профессор-зельевар медленно опускается на одно колено.
  Женщина-экзекутор отвела палочку в сторону, повернувшись к Волдеморту в ожидании дальнейших распоряжений.
  Тёмный Лорд, шагнув вперед, сорвал маску со Снейпа.
  - Подними лицо! - прорычал Хозяин.
  Зельевар подчинился.
  Капли пота блестели на висках, пряди волос прилипли ко лбу.
  Волдеморт недовольно свёл брови:
   - Что это такое, Нарцисса? 'Это' ты называешь проклятием? Продолжай! И постарайся, чтобы вторая попытка оказалась не такой смехотворной. Нехотелось бы портить настроение Белле видом твоих мучений.
  Жена Малфоя вновь подняла руку. Даже в неровном полумраке было заметно, как она дрожит.
   - Крусио!
   - Круциатос, Цисси! - прохрипела Белла Лейстрейндж. - Какого Мерлина!
  Зельевар продолжал стоять на коленях, крепко жмурясь и кусая губы.
   - Белла, помоги любимой сестричке, - разрешил Хозяин.
  Третья фигура в маске, - по характерной пластике ошибиться в том, кто скрывается под ней, было невозможно, - вышла в центр.
  Взмах руки. Хлёсткое:
   - Круциатус!
  Снейп упал, как подкошенный.
  Ведьма с хохотом отвела палочку, дав жертве передышку ровно настолько, чтобы избавить её от потери сознания.
   - Круциатус!
  Алый свет, словно лазерная указка.
  Снейп царапал руками землю, но по-прежнему с истерзанных зубами в кровь губ не сорвалось не одного стона, не единого всхлипа.
   - Довольно, Белла.
  Лестрейндж покорно опускает палочку.
   - Ты - молодец. Но всёже твоё проклятие не достаточно хорошо, так что прости ... - Волдеморт разворачивается в сторону хрупкой, словно рябинка в поле, фигуры, спокойно роняя, - Крусио!
  С пронзительным визгом Нарцисса Малфой сложилась пополам, обхватывая себя руками. Палочка, выпав из рук, покатилась по траве; маска слетела. Ноги женщины подкосились. Распластавшись, она ужом завертелась по траве.
  Истошный крик не смолкал ни на минуту.
   - Силенцио! - приказал Тёмный Лорд. - Крусио!
  Жертва продолжала извиваться; черты лица искажались в беззвучном и оттого ещё более жутком, крике.
  Беллатрисс опустилась рядом с дёргающимся телом сестры на колени:
   - Мой лорд, прошу! - молитвенно сложила она руки. - Мы обе старались выполнить ваши желания! Ты сам знаешь, мои проклятия сильны. Хозяин! - сиплый голос Лестрейндж срывался от волнения. - Ты же её убьёшь!
   - Н-да? Что ж, это научит её мужа быть более осмотрительным и менее щепетильным, не так ли?
   - Это сделает его вашим врагом, - проговорил поднявшийся с колен зельевар.
  Его штормило, но усилием воли Снейпу удавалось удерживать тело в вертикальном положении.
   - Считаешь, я способен испугаться Люцци?
   - Ну, что вы? - с мягкой насмешливостью отозвался Снейп. - Вы для этого слишком самонадеянны и погрязли в гордыне. Мой Лорд.
  Отвешенный профессором поклон выглядел скорее издёвкой, чем знаком почтения.
   - Круциатос! - прорычал 'дядюшка Томми', переводя палочку с раздавленной болью женщины на мужчину.
  Снейпа скрючило. Но он по-прежнему молчал. Как ни старался Тёмный Лорд, зельевар стоические переносил страдания, что не могло не вызывать уважение дядюшкиной племянницы.
  Белла, тем временем, подползла к сестре и трясущимися руками перевернула бесчувственное тело с живота на спину.
   - Как видите ... - с усилием проговорил колдун, поднимая лицо, искаженноё гримасой боли, насмешки и презрения, - не только ...наши очаровательные сестры Блэк ... не могут заставить меня ...кричать. - Волдеморт нависал над коленопреклоненным зельеваром, грозный и темный, похожий на саму смерть. - Вы и сами-то не ахти преуспели.
  Следующий: 'Круциатус!', - заставил Снэйпа потерять сознание.
   - Идёмте, друзья мои, - перешагнул через распластанное тело Волдеморт. -У нас впереди много интересного.
  Воспользовавшись минутной передышкой, пока УПСы, рассыпались по полянке, София поспешила вернуться в лес. Она бежала вперед, спотыкаясь и падая, припадая к деревьям, будто пыталась получить от них утраченную силу, подорванную уверенность и веру.
  'Я не люблю причинять женщинам боль...', - как же, как же! Лицемер. Лгун!
  Сейчас жизнь Софии похожа на эту тьмы и этот лес. Без ориентиров. Непонятно, куда идти, кому верить. Вернее, куду идти, было очевидно, вот что самое страшное - как не претила мысль о возвращении в змеиный гадюшник, другого пути не было.
  Юная ведьма опустилась на землю, прикасаясь ладонями к её холодному, мокрому, покрытому иглами и шишками, телу.
  'Идите ко мне! - позвала она на серпентарго. - Помогите отыскать логово Большой Змеи и Её Хозяина. Слышите?'.
   И через несколько минут услышала ответ:
  'Мы здесь. Следуй за нами'.
  
  Глава 13
  Нерушимая клятва
  
  Лес казался бесконечным. Возможно, не только казался, - был таким.
  Мысль, что в ту ночь, в баре, София погибла и попала в чистилище, возвращалась с настойчивой навязчивостью. По непонятной причине личным чистилищем Хвилёвой стал наполненный шипящими рептилиями мир, порождённый воображением англичанки Роулинг.
   - Хочу домой, - срывалось с губ. - Домой!
   'Скор-р-ро, - шелестело в ответ из темноты змеиными голосами, - ещё чуть-чуть...'.
  Почти привычный вой адских гончих заставил девушку остановиться.
  Следом за высоким протяжным звуком в мрачной густой тишине пронёсся гортанный и глухой, перешедший в отчаянный женский визг, в пронзительные крики. Беспроглядную темноту леса разрезали вспышки зелёно-алых лучей.
  Подхватив полы длинной робы, София поспешила вперёд, на звуки борьбы.
  Ещё несколько ослепительно-зелёных вспышек, одна из которых прошла совсем рядом, а потом её взору открылась такая картина.
  Беллатрикс Лейстрейнж отбивалась от круживших вокруг, чудовищных псино-котов. Стараясь держать оборону, ведьма безостановочно сыпала ругательствами и проклятьями.
  Её сестре повезло меньше. Нарциссу Малфой твари успели сбить с ног.
  Третья фигура, в которой София подозревала профессора Снейпа, оседлав гадину, не оставляющую попыток растерзать женщину, протолкнул той в пасть собственную руку, мешая хищнику сомкнуть клыки на горле жертвы.
   - Стойте! - прошипела девушка на серпентарго.
  Демоны замерли, разворачивая саблезубые морды с пылающими желтизной глазами в сторону нового лица.
  София ощутила, как от страха рот заполняется густой слюной, угрожающей заткнуть горло.
   'Сэшэдэн феридас', - прошептала девушка, протягивая чудовищам руки. От произнесённого заклятия раны открылись, кровь вновь закапала с пальцев.
   - Хозяйка? - шелестели порождения темной магии. - Ты - наша Хозяйка? В твоей крови мы чуем вкус смерти...
  История повторилась. Чудовища испили крови и покорно удалились, никому не причинив вреда.
  - Миссис Малфой сильно ранена? - поинтересовался Снейп.
  Прислонившись спиной к дереву, он баюкал раненную руку.
   - Боюсь, что да, - прорычала в ответ старшая Блэк, кинув взгляд в сторону Софии. - Иди сюда, - прохрипела она. - На счёт три: 'Вингрардиум Левиоса'.
  'Леветировать' бессознательное тело было почти так же тяжело, как тащить его на себе. Следовало избегать малейших резких движений и ни на секунду не терять концентрации внимания.
  К моменту, когда они, наконец-то, добрались до дома, София совершенно выбилась из сил.
  При свете удалось разобраться, что в помощи нуждалась не столько Нарцисса, на которой оказалось несколько, правда глубоких, царапин, сколько Снейп, рука которого превратилась в кровавые лохмотья.
  - Открой мой чемодан, Бэлла, - сквозь зубы, проговорил белый, как простыня, зельевар. - Вторая склянка справа. Да, - кивком подтвердил он правильность выбора. - Эта. Пять капель на столовую ложку для миссис Малфой. Остальное тащи мне.
  Кровь имеет неприятный металлический запах. Во влажной нетопленной комнате её аромат распространялся тяжелыми волнами.
  - Я могу чем-то помочь, сэр? - обратилась София к профессору.
   - Отойдите подальше, мисс.
  В словах не было ничего обидного. Но тон! Ей как будто дали пощечину. Снейп, безусловно, сильный, мужественный человек. Интересная личность - харизматичная, но едкая, как уксус. В его присутствии, оказывается, очень тяжело дышать.
  София развернулась к лестнице, намереваясь, 'отойти' на максимально возможное расстояние.
   - Это она? - послышался тихий и мягкий, нежный, словно пение малиновки, голосок Нарциссы.
  Глаза миссис Малфой, широко распахнутые и испуганные, как у маленькой девочки, с надеждой обратились к Софии.
  Белла смотрела на сестру тревожно; Снейп - выжидающе.
  В длинных струящихся одеждах; с рассыпавшимся по плечам водопадом неестественно-светлых волос; с узкими зрачками, плавающими в озёрах серебристой, похожей не ртуть, светлой радужки; с запекшимся, словно открытая рана, ртом и лихорадочным румянцем, Нарцисса выглядела тем, кем и была - проклятым, потерянным созданием. Порождением ночей и кошмаров. Упивающаяся Смертью вейла. Русалка-утопленница.
  Стремительно пролетев разделяющее их расстояние, женщина бухнулась перед Софией на колени.
   - Цисса... - шокировано выдохнула гордая Белла.
  На лице старшей сестры читалось неодобрение и тревога. Но брюнетка не пыталась помешать блондинке.
   - Прошу тебя! Ты же не такая, как Темный Лорд? Ты добрая! Иначе не стала бы там, в лесу, вступаясь за нас, уплачивать долг кровью?!
   - Чего вы хотите? - пискнула София, предпринимая безуспешные попытки высвободиться. - Что вам от меня нужно?
   Профессор Снейп отвернулся, будто наблюдать подобное унижение было ниже его достоинства.
  - Нарцисса! Вспомни о гордости, в конце концов! - вскричала Белла.
  Нарцисса вцепилась себе в волосы, вырывая их целыми прядями. Она раскачивалась, взад-вперед, бессмысленно бормоча:
   - Нет у меня гордости. Нет! Тёмный Лорд хочет его смерти. Он убьет моего мальчика! А зачем мне тогда всё это: красота, богатство, принципы ...гордость?! Ничто не имеет значение...
   - Одумайся, - увещевала Белла. - Что ты говоришь? Тёмный Лорд никогда...
   - Молчи! - истерично прокричала Нарцисса. - Молчи! Не смей лгать! Ты бы сейчас ни за что не позволила стоять мне на коленях перед этой девочкой, если бы не знала, - я права! Черный Лорд презирает моего сына. Он считает его слабым и... Это ты во всем виноват! - вне всякой логики набросилась несчастная мать на Снейпа. - Если бы ты не спал с ним...!
   - С кем? -угрожающе откликнулся зельевар.
   - С Драко!
   - О! Вот каковы последние новости? А я-то полагал, будто у нас роман с Люциусом.
   - Будь ты проклят! - визгнула Бэлла. - Насмешник! Предатель! Отщепенец!
  Софии казалось, ещё минута, и она сойдёт с этими УПСами с ума.
  - Мне совершенно не интересны подробности вашей частной жизни. С вашего разрешения, я пойду...
  Нарцисса снова вкаталась в неё, как коршун в мышь.
   - Не уходи! Выслушай меня! Драко грозит страшная опасность...
   - Миссис Малфой, - вновь подал голос профессор, - вы, в самом деле, полагаете, что мисс Гринграсс интересует судьба вашего сына?
   - Он чудесный мальчик, и... - участившиеся всхлипывания сделали речь женщины почти не разборчивой.
   - То, что может иметь значение для нас с вами, миссис Малфой, совершенно не обязательно столь же ценно для мисс Гринграсс.
  Полные слёз глаза матери молили Софию об участии.
  - Чем, вы полагаете, я могу помочь вашему сыну, миссис Малфой?- с усталой апатией поинтересовалась девушка, смутно подозревая, что троица пытается ею манипулировать.
  На несколько секунд в комнате воцарилась тишина.
  Было слышно, как поскрипывают ставни, как завывает ветер.
  Бэлла и Снэгг хранили напряженное молчание. Нарцисса поедала Софию глазами.
   - Миссис Малфой? Чем, по вашему, я могу помочь вашему сыну? - настойчивее повторила девушка.
   - Выходи замуж за Драко!
  ***
  София от неожиданности, растерявшись, только ресницами хлопала.
   - Чего?! - спросила она, хотя прекрасно расслышала бредовое предложение с первого раза. - Как...? Зачем?! - затараторила она, слишком ошарашенная, чтобы возмутиться.
   - Миссис Малфой пусть успокоится, - проговорил декан Слизеринского факультета, - а вы, мисс Гринграсс, окажите любезность, подойдите и обработайте мою рану. Я, тем временем, вкратце обрисую, почему ваш брак с мистером Малфоем-младшим видится единственной возможностью спасти ему жизнь.
  София ощутила дурноту от открывшейся перспективы. Мысль о замужестве с племянником Белатрикс сама по себе безумие! А тут ещё перевязка?
  Даже беглого взгляда на руку Снейпа оказалось достаточным, чтобы ощутить тошноту. Лохмотья ткани будто бы вплавились в разорванную, лохмотящуюся, открытую рану. От мысли, что к этому придётся прикасаться ...дальше без комментариев.
  - Что я должна сделать?
   - Прежде всего, вымойте руки.
  София старательно выполняла инструкции зельевара, чёткие, ясные, лаконичные.
  Размачивая присохшие ткани каким-то местным аналогом перекиси водорода, девушка методично отдирала их.
  Снейп, тем временем, пока София предпринимала жалкие попытки оказания медицинской помощи, разглагольствовал:
   - Общая расстановка сил такова. Ваш дядюшка не отличается ни добронравием, ни забывчивостью, ни незлобивостью характера. Наш славный Люцци напортачил с пророчеством. Это одна сторона медали. Есть и другая,- черные глаза профессора стрельнули взглядом, - Драко не нравится ему - сам по себе. Во-первых, в нем течёт кровь вейл.
   - Понятия не имею, что это значит, - отмахнулась девушка.
   - Видите ли, миссис Гринграсс, - менторским тоном излагал профессор, - магия вейл вызывает у людей желание владеть тем, в ком она течет. Сила желания такова, что люди теряют контроль над своими чувствами. В какой-то степени это похоже на приворот. С той лишь разницей, что является естественной особенностью расы, поэтому противостоять вейлам гораздо сложнее, чем приворотным зельям.
   - И что здесь не нравится Тёмному Лорду?
   - Тёмный Лорд из тех, кто предпочитает боль наслаждению. Я хорошо его в этом понимаю. Боль вызывает желание сопротивляться и её можно преодолеть. В то время, как наслаждение способно полностью уничтожить душу. Оно порабощает, расслабляет. Наслаждение, это медленный яд, к которому нет антидотов.
   - Хотите сказать, что Тёмный Лорд сам вожделеет младшего Малфоя настолько, что хочет уничтожить его?
  Сдавленный полувсхлип-полувздох за спиной. Хриплое рычание Бэллы. Очередной пронзающий взгляд в упор Снейпа.
   - Подобная мысль не приходила мне на ум, - медленно покачал головой декан Слизерина. - Как и все целомудренные люди, Хозяин жесток и мало предсказуем в своих желаниях. Лично я не думаю, что Тот-Кто-Не-Должен-Быть-Помянут когда- либо желал Драко. Дело тут в другом. Темный Лорд откровенно презирает всех, кто способен поддаваться плотскому искушению, представляющемуся ему жалким. Похоть воспринимается им как проявление духовной слабости, ущербности, гнили. Не поручусь, что Тёмный Лорд сам никогда не ведал страсти. Но совершенно очевидный факт - он умеет держать в узде любые чувства. Своими животными инстинктами, - страхом, желанием, болью, - он владеет безупречно и не поддаётся эмоциям и страстям.
  Стоит ли удивляться тому, что чувственный, впечатлительный, излишне ранимый, нетерпеливый и манерный мальчишка, избалованный маменькой гораздо больше, чем следует баловать мальчиков, вызывает у Хозяина агрессивную гадливость.
   - Его можно понять, - огрызнулась София, откидываясь на спинку стула.
  С рукой профессора Снейпа было, слава богу, 'покончено' По окончанию всевозможные манипуляций она была надежно перевязана.
   - Почему лично вас интересует судьба какого-то мальчишки? Простите мою дерзость, профессор, но вы не выглядите хоть сколько-нибудь сентиментальным.
   Снейп придавил её взглядом:
   - Вы намекаете на слова миссис Малфой о нашей, якобы, плотской связи? Клянусь, мисс Гринграсс, она существует только в её воспаленном, больном и богатом воображении. Так же, как и наша, якобы, 'дружба', - скривился зельевар, будто откусил лимон, - с её супругом. Мы на самом деле с ним хорошие друзья и очень близки с Малфоей-старшим. Близки в духовном смысле слова, если вы в состоянии понять, о чем я. Впрочем, сомневаюсь в этом, - судя по выражению лица Снейпа, он не только не был мужеложцем, он скорее относил себя к гомофобам. - Однако, у меня достаточно недоброжелателей, кому отсутствие в моей жизни того же количества любовниц, что у них самих, кажется веским основанием для гнуснейшей клеветы. К слову сказать, мне крайне неприятно давать подобные объяснения, мисс Гринграсс, - почти прорычал Снейп в конце, - Что касается моего беспокойства о Драко Малфое? Как вы полагаете, Астория, то, что я знаю мальчишку с младенческих лет; то, что он является сыном моего единственного друга; одним из моих лучших учеников, - может считаться веской причиной желанию видеть его смазливую физиономию среди живых?
  София кивнула.
   - Пусть ваш драгоценный Драко наполовину вейла, чудо-чудное и диво-дивное. Я все равно не понимаю, каким образом какая-то нелепая свадьба сможет помешать Темному Лорду его убить?
   - Правильно составленная формула нерушимой клятвы обеспечит мальчишке жизнь.
  - Пожалуйста, - обняла её за плечи подошедшая Нарцисса. - Не отказывайся! Ты будешь с ним счастлива. Он красивый, умный, очень нежный мальчик. Вот - взгляни.
  София бросила взгляд на картинку, которую вложили ей в пальцы.
  На фоне зубчато-ступенчатой башни стройный белокурый юноша в длинной развивающейся мантии смотрелся и впрямь эффектно.
  - ...хорошо воспитан, умён, - продолжала вещать миссис Малфой. - Мы с детских лет с Люциусом прививали нашему мальчику верность семье, долгу и чести. Он станет тебе хорошим мужем. Клянусь!
   - Клясться стать 'хорошим мужем' может только ваш сын. Да и то, с его стороны это было бы опрометчиво. Быть может, ему нравится другая девочка, и всё это...
   - Да причём здесь: 'нравится - не нравится'?! - просипела Бэлла. - Драко - чистокровный волшебник! Он с детства знает, что в нашей среде браки заключаются по договорённости. К тому же, если ты скажешь: 'нет', - у него, возможно, вообще не будет возможности жениться. Ни на ком!
  - Астория, вы должны понять, - проговорил Снейп, - для этого мальчика - он взглядом указал на колдографию, - вы единственная надежда на будущее. Без вас у него его не будет. Никакого. Я лично был свидетелем тому, как Макнейру отдавался приказ с очередного задания мальчишку живым не приводить. - Нарцисса охнула, зажимая рот руками, прилагая усилия, чтобы не завыть в голос. - Верьте, мисс Гринграсс, если бы был иной выход, мы бы не наседали на вас.
  София так устала, так измучилась. Всё, что ей хотелось - убраться к себе в комнату. В конце концов, какая разница, за кого выходить замуж? Младший Малфой симпатичен, богат, чистокровен, как того и требовал Волдеморт. К тому же дядя говорил, что не против их союза, если сама София захочет. Не то, чтобы она 'хотела' Малфоя, но, если сейчас не сказать 'да', троица в чёрном никогда не оставит её в покое.
  -Ой! Да делайте вы, что хотите! - махнула рукой девушка.
   - Так не годится, - вкрадчиво проговорил Снейп. - Нам нужна Нерушимая Клятва. Я буду Скрепчим.
  Уточнять, что такое Нерушимая Клятва, София не стала. Название говорило само за себя.
  Следом за Нарциссой она опустилась на колени. Они переплели пальцы, сцепляя руки. Снэг навис над ними, как священник при венчальном обряде; приставил палочку к рукам.
   - Клянёшься ли ты, Астория Гринграсс, выйти замуж за Драко Малфоя по достижении тобой семнадцатилетнего возраста?
  - Клянусь.
  Алмазное, переливающееся сияние вырвалось из палочки профессора, накрыло переплетенные тонкие женские пальцы. Потом маленькими, сверкающими змейками-молниями впиталось в кожу.
  - Клянёшься ли ты, Нарцисса Малфой, урожденая Блэк, что твой сын, Драко Малфой, женится на девице Астории Гринграсс по достижении семнадцатилетнего возраста?
   - Клянусь! - отозвалась белокурая красавица.
  Новый столб серебристо-алзмазного сияния оплёл руки раскаленной проволокой.
   - Клянёшься ли ты, Астория Гринграсс, в случае гибели Драко Малфоя по воле или желанию Воланда-де-Морта, никогда впредь не выходить замуж; не иметь детей от другого мужчины?
  София подняла изумленный взгляд. Ого?! Так они не договаривались!
  Но, смутно понимая, что прервать обряд сейчас нельзя, девушка прошептала:
   - Клянусь.
   - Нарцисса Малфой, в случае расторжения данной помолвки по вине Драко Малфоя, ваш сын никогда не сможет иметь наследников, ни женского, ни мужского пола и род Малфоев прервётся, если он станет клятвопреступником.
   -Да, - почти беззвучно отозвалась женщина.
  Серебристая текучая цепь намертво связала руки женщин. Какое-то время оковы светились, а потом впитались в кожу переплетённых 'замком' рук.
   Снейп отступил, опуская палочку.
  Пронесшийся по полу ледянящий сквозняк заставил напрячься и повернуть лицо к двери.
  Широко расставив ноги и уперев руки в бока, в дверном проёме грозно застыл Волдеморт. Поразительно, это существо, не побоявшееся расколоть собственную душу на семь кусков, вернувшееся откуда, откуда не возвращался никто и никогда из рожденных смертным, и в уродстве оставалось удивительно привлекательным.
   - Что здесь происходит? -вкрадчивым шепотом полюбопытствовал Том Реддль.
  Бэлла со всхлипом отступала назад, выставляя перед собой руку, в заклинающее-умоляющем жесте. В этот момент она показалась Софии самым пугающим и трагичным персонажем в комнате. В её облике угадывалось безумие и страсть; ужас и любовь. А ещё бесшабашное, отчаянно веселье проклятого существа, лишенного надежды.
  Нарцисса, накрыв ладонью руку Софии, с вызовом и торжеством взирала на Тёмного Лорда. И в этом была по-своему безумна.
  Заговорил Снейп. Склонившись в поклоне перед Тем-Кого-Нельзя-Называть, он тихо произнес:
   - Мисс Гринграсс только что принесла Нерушимую Клятву стать миссис Драко Малфой. В случае несчастного случая, происшедшего с последним по вашей воле, она поклялась никогда не выходить замуж. И не иметь детей.
  Волдеморт перешагнул через порог. Ветер хлопнул дверью за его спиной.
   - Почему? - его голос шипел, как закипающий чайник. - Зачем ты это сделала?!
  София молчала.
   С гортанным рычанием Тёмный Лорд опустил голову, будто бык, вознамерившийся поднять противника на рога.
  Палочка, зажатая в правой руке тёмного мага, яростно подрагивала.
   - Ты предала меня, Бэла, - тихо проговорил он.
  Лейстрейндж вскинула голову, будто нарочно демонстрируя точенную, лебединую, уязвимую шею.
   - Драко последний, в ком течёт кровь Блэков! Отдав распоряжение уничтожить его, ты первым предал меня, мой лорд.
   - Я бы не стал его убивать! - разрезал тишину крик, полный ярости и сатанинской злобы. Злобы, произрастающей от боли одиночества и непонимания.
   - Простите мою дерзость, лорд, но я своими ушами слышал, как вы приказывали живым парня с операции не приводить. Что же это, как не приказ об убийстве? -полюбопытствовал Снейп.
  Лицо Волдеморта исказилось; глаза ушли под массивные нависающие надбровные дуги. Прежде, чем дядя успел вскинуть палочку, София поняла, что он собирается сделать.
  Позже она сама не смогла для себя объяснить, что же ею двигало в тот момент? Ей хотелось не столько спасти Снейпу жизнь, сколько не дать замараться Тому Редллю об очередное убийство.
  Голос Тома, где-то далеко, приглушенно, словно из-под подушки, произносящий: 'Авада Кедавра'.
  Пронзительный визг Нарциссы.
  Расширенные от удивления глаза Снэгга.
  ***
   - Эй! Астория!
  Ощутимые шлепки по щекам, не дающие отключиться. Отдалённые женские рыдания. Кто и по кому убивается?
  - Астория, откройте глаза. Посмотрите на меня.
   - Она жива, мой лорд, - угодливо хрипит простуженный женский голос. - Северус успел аппорировать...
  София с трудом разлепила веки. Увидела искаженное яростью черепоподобное лицо проклятого родственника, нависающего над ней.
   - О чем ты думала, дура?! - орал он, брызгая слюной. - Смертельное проклятие необратимо! Маленькая идиотка! Надо же ухитриться так влипнуть! Спасительница Малфоев выискалась! Но, ничего! Я заставлю тебя ощутить всю прелесть авантюры, в которую опрометчиво ввязалась. Нарцисса, запрещаю даже заикаться сыну о помолвке. Вякнешь хоть слова, можешь не мечтать увидеть мужа живым!
   - Мой лорд! Нерушимая клятва не обратима, как и смертельное заклятие!
   - Я знаю! Я хочу, чтобы моя драгоценная племянница увидела твоего славного сыночка во всей его красе! Чтобы прочувствовала, за каплей - капля, на что обрекла себя...
   - Мой лорд, она вас не слышит, - тихо увещевает голос Снейп. - Стоит ли так распинаться?
   - Заткнись! Как ты меня достал! Когда-нибудь я разделаюсь с тобой, проклятый зельевар! Клянусь!
   - Да, мой лорд. Пока же - разрешите уложить девочку в постель?
   - Убирайтесь с глаз моих. Все!!!
  
  Часть II
  Уроки Хогвартса
  
  Глава 1
  Хогвартс-экспресс
  
  Долохов заметно нервничал, то и дело, оглядываясь по сторонам. Его нервозность казалась Софии обоснованной. Вокруг сновали толпы людей. Вокзал есть - вокзал. Здесь кто угодно может оказаться: террорист, УПС, аврор.
  Девушка едва подавляла беспричинную истеричную веселость. Ей представлялось, как она разбегается, а потом нелепо бьётся лбом о монолитную каменную колонну 9 ¾.
   - Сама пройдешь? - рыкнул Упивающийся.
   - Сомневаюсь.
   - Хорошо, - раздраженно буркнул мужчина. - Закрой глаза. Через барьер я тебя проведу. Но дальше пойдешь одна.
   В какой-то момент Долохов просто отпустил её руку.
  Оступившись, девушка упала. Перед глазами мелькнули ноги в тяжелых ботинках.
  - Я вас толкнул? Простите! Я такой неуклюжий.
  Парень протянул руку, помогая подняться. София встретилась взглядом с теплыми, 'телячьими' глазами темно-карего цвета, в длинных загибающихся ресницах.
  Кожа на правой коленке оказалось ссаженной. Как в детстве, быстро образовывалась щиплющаяся, кроваво-темная корочка.
  - Больно?
   - Терпимо, - поморщилась София.- Я Астория Гринграсс. - поспешила представиться она так удачно сбившему её с ног новому знакомому. - А вы ...?
   - Невиль, - ответил молодой человек, краснея, - Невиль Лонгботтом.
  - Гринграсс? - раздался над ухом ворчливый голос, неприятно грассирующий букву 'р'. - Род Гринграсс прервался двадцать лет назад.
   - Моя мама - сквиб. Она вышла замуж за магла, - с натянутой улыбкой отрапортовала София. - Так что эту ветвь, в своё время, видимо, не сочли нужным афишировать.
   - Ведь здорово, что род Гринграсс не пресекся, правда, ба? - обернулся Невиль к женщине с ярко накрашенными морщинистыми губами. На её плечах, поверх костюма а-ля 'Коко Шанель', красовалось поеденное молью боа.
   - Может быть, - сухо и коротко кивнула пожилая леди. - Что ж? Раз тебя угораздило сбить даму с ног, окажи девушке любезность, - помоги донести вещи.
  - Позволите? - не уверенно потянулся Лонгботтом к её саквояжу.
   - С удовольствием, - кивнула София.
  Мысль, что не придётся в одиночестве шарахаться по поезду, выискивая место среди множества незнакомцев, повышала настроение. Невиль казался милым. В нём было нечто от плюшевого медведя: теплое, пахнущее какао, цвета топлёного молока.
  Следуя за Лонгботтом, София пробиралась по коридору пыхтящего перед отправкой 'Хогвартс-экспресса'. Впереди щебетала стайка девчонок, взявших в плотное кольцо Гарри Поттера. У последнего был недовольный, встрёпанный и довольно злобный вид.
  Заметив приближающуюся парочку, Надежда всея Магического мира обернулся и радостно замахал спутнику Софии:
   - Невиль! - с энтузиазмом завопил он, продираясь через оцепление поклонниц.- Мы с Луной как раз тебя искали!
  Из-за спины Поттера выглянуло хорошенькое, кукольное личико.
   - Привет, Невиль, - кивнула девушка.
  В ушах у неё болтались странные серьги: почти в натуральную величину морковки из крашеного пластика.
  - Луна! - ещё шире разулыбался Невиль. - Как я рад тебя видеть! Как провела лето?
   - Хорошо, - девушка отвечала Невилю, не отрывая взгляда от окна.
  - Давайте где-нибудь сядем? - предложил Поттер. - Пока! Увидимся, - радостно попрощался он с разочарованными девчонками, от которых удалось удачно слинять.
  Как и положено лидеру, юный волшебник шагал впереди, открывая и закрывая двери в поисках свободного купе.
   - Идите сюда, - обернулся он к ребятам.
  Луна проскользнула первой, Невиль - за ней.
  София затормозила, не уверенная в том, что может отнести приглашение и на свой счёт.
   - Ты с нами не идёшь? - удивился Поттер.
   - А можно?
   - Конечно! Заходи, - он наморщил лоб, и София вспомнила, что где-то под смоляно-черной, взъерошенной чёлкой прячется зигзагообразный шрам - метка её страшного покровителя. - Астория, да? Мы ведь, кажется, встречались в 'Хохмагазине' у близнецов Уизли?
  Поттер забрал у девушки чемоданы и ловко забросил их наверх.
  - У 'Правдобора' дела идут хорошо? - тем временем пытался вести светскую беседу с Луной Невиль.
  Хорошенькая блондинка расцвела, словно табачок после поливки:
   -Тиражи растут! - весело, заразительно и неожиданно засмеялась девушка. - Гарри? - отсмеявшись, Луна сделала серьёзное лицо. - А Д.А. в этом году будет?
  - И какой в нём теперь смысл? - хмуро отозвался тот.
   - Мне просто нравились наши занятия, - флегматично пожала плечами Луна, отворачиваясь к окну.
   - Я на них многому научился, - поддержал подругу Невиль.
   - Это даже было похоже на дружбу.
  С этими словами Луна зачем-то нацепила на нос странные штуки, нечто среднее межу очками и биноклем с разноцветными, увеличивающими глаза, стеклами. Те теперь смотрелись как в мультиках, - гротескно преувеличенно.
  В коридоре послышался шорох. Раздались девчачьи звонкие голоса:
   - Ты спроси!
   - Нет, ты!
   - Ну, если вы обе такие трусихи, я спрошу сама! - гордо заявил третий голос.
  Дверь с треском отъехала в сторону, пропуская малышку с черными волосами и огромными, влажными черными глазами. С ресницами такими, что из них вполне можно было выкроить опахало турецкому паше.
   - Здравствуй, Гарри! - демонстративно поздоровалась мадемуазель, всем видом показывая, что остальных в купе не существует. - Я - Ромильда. Ромильда Вейн, - объявила она. - Не хочешь перейти в наше купе? Тебе не обязательно сидеть с ними.
  - Это мои друзья, - голос Поттера был холоднее голоса черноволосой задаваки градусов на пять.
  Минимум.
  Девушка от такого приёма стушевалась:
  - О! А-а. Ну, тогда ...ладно. Тогда я ...пойду?
   - Иди. - разрешил Поттер, подкрепляя слово царственным кивком.
  Девчонка выскочила в коридор, как ошпаренная.
  София сохраняла серьёзность до тех пор, пока не встретилась с зелеными глазами. Они прыснули с Поттером одновременно.
   - Жёстко ты её 'отбрил', - не удержалась 'Астория' от комментария.
   - Необходимый урок вежливости, - поправив очки, объяснился Поттер.
   - Все уверены, что у тебя должны быть друзья поприличнее нас, - с шокирующей прямотой заметила Луна.
  - Вы для меня - лучшие, - возразил Мальчик-Который-Выжил. - Да и кого следует понимать под этим: 'поприличнее'?
   - Хорька? - раздалось из-за вновь отъехавшей в сторону двери.
  - Рон! - радостно взвился Поттер, протягивая рыжему руку.
  Пока друзья обменивались рукопожатием, София получила возможность как следует рассмотреть новое действующее лицо.
  Влюбленность Гермионы в младшего Уизли всегда казалась ей надуманной, необъяснимой и необоснованной. Потому что ни в книге, ни в фильме Рон близко не был таким - чертовски красивым! Высокий, широкоплечий, длинноногий. С такой задницей, что даже София, которая эту часть тела обычно не удостаивала вниманием, цеплялась за неё взглядом. Волосы золотисто-огненными языками взвивались вокруг широкоскулого лица с квадратным подбородком. Губы были твердыми, упругими и выразительными. Глаза - синие, что васильки в поле. Пронзительно-яркие, в ресницах цвета колосящейся в поле, вызревшей пшеницы. Выражение лукавства придало ему сходства с близнецами.
   - Когда начнут разносить еду? - пророкотал Рон голосом, отдающимся дрожью в позвоночнике и, - почему-то? - в коленках. - Умираю с голоду.
  Рон закинул руку на сиденье. Широкое запястье с мягкими золотистыми волосками оказалось рядом со щекой Софии.
  - Здорово, Невиль. Привет, Луна. Гарри, а кто наша очаровательная спутница?
   - Астория Гринграсс, - представил Гарри, - Мы познакомились в лавке твоих братьев. Астория, - это Рон.
   - Очень приятно, - кивнула София.
  Рон буквально расцвел. Так петух выпячивает грудь и распускает хвост, когда понимает, - курочка во дворе далеко не убежит.
   - Фред мне про тебя рассказывал!
   - Правда? - недоверчиво нахмурилась София.
  От лукавой улыбки на щеках и подбородке Рона появились очаровательные ямочки:
  - Все уши прожужжал о самой красивой девушке, которая прибыла к нам прямиком из Мугляндии. Джорж очень сокрушался, что больше не учится в Хогвартце и не может помочь 'бедняжке' освоиться в нашем мире. Гарри может подтвердить, что я говорю, правда. Скажи, Гарри? - Рон пнул друга локтём в ребра.
   - Да... - не очень уверенно кивнула Надежда Волшебного Мира, пристально разглядывая наручные часы.
  - Ты же их успокоил? - ядовито пропела застывшая в дверях Гермиона.
  Она исхитрялась напоминать одновременно Немезиду и разобиженную кошку.
  - Как тебе не стыдно, Рон!? Нельзя же бегать за каждой юбкой!
   - Гермиона, тебя кто-то по дороге покусал? - озабоченно посмотрел на подругу рыжий.
   Гермиона сузила глаза:
   - Никто меня не кусал!
   -Приятно слышать, - с показным облегчением вздохнул рыжий. - Значит, я могу быть уверен: если ты покусаешь меня, бешенства точно не случится?
  Уизли откинулся на спинку сиденья, скрещивая руки на груди.
   - Хватит бездельничать, Рон Уизли! Не забывай, - ты теперь староста и не можешь позволить себе...
   - Ой! Завелась, завелась! - скривился Рон. - И давай пилить, и пилить... Мне мать за все лето столько нравоучений не прочитала, сколько ты - за четверть часа!
  Гермиона часто заморгала и выскочила в коридор. Не составляло труда догадаться, - гриффиндорка расстроена.
  Рон, запустив руки глубже в карманы, поспешил последовать за ней, бормоча под нос что-то бунтарское.
  - Они так всегда? - спросила София, глядя искрометной парочке вслед.
   - Частенько, - кивнул Поттер.
  Дверь снова растворилась, словно ей категорически возбранялось долго быть 'на засове'. На сей раз пропуская улыбчивую женщину с тележкой, полной сладостей.
  Ребята с энтузиазмом на них набросились, набивая карманы, рты и желудки. Не успели от всевкусных орешков перейти к шоколадушкам, как вернулись несколько успокоившиеся гриффиндорские старосты.
   - Как ваши обязанности? - полюбопытствовал Поттер, бросая шоколадушку Рону.
   - Нормально, - кивнул Рон.- Кстати, думаешь, Малфой потел вместе с нами? Фигушки!
   -Рон! Не выражайся! - возмутилась Гермиона.
  Мальчишки не обращая на неё внимания, продолжали беседовать. Вернее, продолжил Рон:
   - Хорёк, наплевав на обязанности, преспокойно восседает в купе с дружками.
  София отметила, как Поттер напрягся. Глаза посветлели, зрачки - сузились. Взглянув на Гермиону, 'Астория' поняла, что та тоже внимательно наблюдает за другом.
  - И что он делал, когда вы его видели? - нахмурился Поттер.
  - Да как обычно, - отмахнулся Рон.
  - Что ты имеешь ввиду?
  - Гарри! - Гермиона закатила глаза. - Я тебя умоляю! Ну, не начинай снова эту паранойю. Не заводи старую волынку, ладно? Хватит! Я ещё в прошлом году устала уже от одного имени: 'Малфой'! Ну что подозрительного в том, что он решил не таскаться по всему поезду? Может, ему наскучила инспекционная бригада?
   - Дай подумать? - состроил мину Рон, изображая руками чаши весов. - Инспекицонная бригада - Паркинсон; Паркинсон - инспекционная бригада? Гермиона, любой нормальный парень выберет инспекционную бригаду. - Уизли повернулся к Поттеру. - Ты прав, Гарри. То, что Хорёк торчит там с ней - подозрительно. Очень!
  Дверь купе ожидаемо уехала в сторону, пропуская девочку лет двенадцати-тринадцати. В руках у нее были два пергаментных свитка, перевязанных фиолетовыми лентами.
   - Мне велели передать вот это Невиллю Лонгботтому и Гарри П-поттеру. - Произнося последнюю фамилию, девочка запнулась, встретившись глазами с Гарри.
  Голос её предательски дрогнул. Она густо покраснела. И протянула свитки ребятам.
  Гарри и Невилль изумленно взяли их.
  Девочка, споткнувшись на пороге, выскочила.
  Поттер развернул свиток.
   - Что там? - потребовал разъяснений Рон.
   - Приглашение, - ответил Гарри со вздохом. - От нового профессора зельеделий.
   - А я-то ему зачем? - нервно сглотнул Невилль.
  Он словно опасался получить взыскание.
   - Понятия не имею, - отозвался Гарри.
  Не вполне честно: кое-какие соображения у него имелись, хоть и бездоказательные. Вдруг его осенило:
  - Слушай! Давай пойдем под плащом-невидимкой? - предложил он. - Заодно посмотрим на Малфоя и попробуем выяснить, что он задумал.
   - Гарри! - зашипела Гермиона. - Мне казалось, мы это уже обсудили!
  Не слушая подругу, мальчишки вышли из купе.
  ***
  Красный поезд не спеша бежал по рельсам. Колеса постукивали.
  
  Глава 2
  'Гриффиндор' или 'Слизерин'?
  
  - Полагаю, не ошибусь, высказав мнение: в 'Грифиндоре' скоро станет на одного студента больше? - предположил Рон, кинув на Асторию многозначительный взгляд.
   - Надеюсь, больше, чем на одного, - уклончиво ответила та.
  - Я говорил о тебе, - с прямотой, исключающей возможность непонимания, заявил младший Уизли.
   - Неужели так важно, на каком факультете учиться? - пожала плечами София.
  В конце концов, будучи маглорождённой, могла же она ничего не знать о вражде Слизерина с Гриффиндором?
  - В любом образовательном учреждении главное - это знания, - добавила она, старательно изображая невинность. - Так какая разница, где их получать?
  Гермиона, захлопнув книгу, в упор посмотрела на Софию:
   - Всё, чего можно добиться от Рона по этому поводу, будет приблизительно такого содержания: 'Гриффиндор' - это круто; 'Слизерин', - это отстой.
   - Так и есть! - упрямо пожал плечами рыжий.
   - Нет, Рон, - сердито зыркнула глазищами Гермиона. - Так: 'не есть'. Или 'есть' только в твоём понимании.
  - Ой, да ладно! - поморщился он, отмахиваясь.
  - Рон, помолчи, пожалуйста, - певучим голосом попросила Луна. - А то я могу подумать, что мумфрики уже залетели к тебе в голову.
   - Значит, так, - повернулся Рон к Софии, - Слушай и запоминай. Расклад таков. Слизерин - рассадник зла; Хаффалпаф - факультет для глупых неудачников. Равенкловцы - зануды. Вот в чем разница, Астория! Не хочешь прослыть змеёй подколодной, тупицей или занудой, - милости просим к нам, - в 'Грифиндор'!
  Гермиона почесала кончик носа:
  - Если отбросить в сторону умилительный патриотизм Рона, он во многом правильно обрисовывает ситуацию.
  На этот раз София фыркнула вместе с Луной, чьи глаза по-прежнему 'раздувало' непонятным прибором до невероятных размеров.
   -Хотя я, конечно, не во всём согласна с Роном, - продолжала Гермиона. - Вот, смотри сюда, - грифиндорка взмахнула палочкой,- гербы факультетов сами говорят за себя. Вот герб грифиндора: песочно-желтый лев, поднявшийся на задние лапы на фоне кроваво-алого поля. Золото издревле считается знаком солнца, - прокомментировала Грейнджер, - символизирует, соответственно, силу света, могущество и знатность.
   - А так же снобизм, зазнайство и не желание считать с чем-то, кроме своего мнения, - добавила Луна.
  Рон хохотнул:
   - Гермиона, может, стоит поменять гриффиндорский герб на твою колдографию?
  Демонстративно проигнорировав обе реплики, Грейнджер продолжала:
  - Главный соперник гриффиндорского льва - слизеринский Серебряный Змей, свивший кольца на зеленом поле. Серебро антипод золота, лунный металл. Конечно, существуют устойчивые ассоциации со змеем - яды и отравления; искушение, предательский укус...
  Луна со вздохом пожала плечами:
   - Изначально змей на слизеринском гербе возник потому, что основатель факультета был змееустом. А зелёный цвет символизирует надежду, свободу и радость, луговую траву....
   - Рыдаю от умиления, - возвёл очи горе Рон. - Какие они трогательные - наши змеи!
   - Герб Равенкло, - неутомимо вещала мисс Всезнайка из Гриффиндора, - орел на синем поле. Лазурь олицетворяет великодушие, ясность, верность. Ну и, конечно же, небо. Орел символизирует царственное начало, смелость, гордость, победу. Ну, и наконец, герб Хаффлпаффа: барсук на желто-черном поле. Черное - мудрость и постоянство; желтое - милосердие и смирение.
  Если разделять факультеты на стихии, получается примерно так: 'огонь' - 'гриффиндор'; 'земля'- 'хаффлпафф'; 'воздух'- 'райвенкло'; и 'вода' - 'слизерин'. Факультетские гербы складываются в единый герб Хогвартца, над которым на латыни написано: 'Draco dormiens nunquam titillandus!'. Что в переводе означает: - 'Не будите спящего Дракона'.
   - Драко - это дракон? - уточнила София.
   - Да, если речь идёт о латыни, - кивнул Рон. - И - 'нет', если о Малфое. Какой из Малфоя Дракон? Он, в лучшем случае, хорёк.
  Дверь, успевшая порядком застояться, ушла в сторону, пропуская хорошенькую девушку с огненным облаком вместо волос.
   - Гарри ещё не вернулся? - Раздраженно спросила она.
   -И тебе 'здравствуй', Джинни, - кивнула Луна.
   - Простите, что не поздоровалась. Я просто беспокоюсь. Вы знаете, он собирался к Слизеринцам? Мало ли, что...? - Джинни свела брови, вонзая недоброжелательный взгляд в Софию. - А это ещё кто?
   - Астория Гринграсс, - за всех ответила Луна.
  Джинни, тряхнув волосами и подбоченившись, повернулась к Софии:
   - Не могла бы ты немного погулять, Астория Гринграсс? Ты, конечно, извини. Не принимай на личный счёт. Но нам срочно нужно кое-что обсудить. Это важно. А поскольку мы тебя совсем не знаем, сама понимаешь...
  Софии оставалось только встать и покорно выйти, тихо прикрыв за собой дверь. В противном случае ситуация грозила стать ещё более неловкой и неприятной.
  Возможно, у рыжей были веские причины повести себя подобным образом. Но симпатии к ней осознание данного факта не прибавляло. Чувствовать себя лишней, мягко говоря, неприятно.
  С тихим щелчком вспыхнули лампы. Газовые рожки - с удивлением поняла София.
  Из соседнего купе выпорхнули две девочки в сопровождении красивого парня. У молодца было надменное, можно сказать, спесивое, лицо. Он напоминал Рабастана Лестрейнджа. Девушки тоже были прехорошенькие. Таких ещё 'клубничными' блондинками называют.
  Парень обнимал спутниц за талии. Все трое выглядели довольными собой и друг другом.
   - Привет, - улыбнулась одна из девушек, поздоровавшись с Софией. - Я - Лиза Турпин. Моя подруга - Мариэтта Эджкомб. А это - Блейз Забини.
  - Я знаю, кто ты, - высоким голоском уверенно заявила Мариэтта. - Ты ведь Астория Гринграсс, да?
  Бровь Забини выразительно приподнялась:
   - Принадлежишь к чистокровным семействам? А я, было, подумал, ты маглорожденная.
   - Так и есть, - кивнула София. - В нашем роду два поколения до меня были сквибами. Их выдавали замуж за маглов.
  - Что за фигня? - Забини окатил Софию холодом надменного презрения. - Ни одна волшебная семья не отдаст дочь за маггла. Будь она трижды сквибб. Ты врешь, мугродье.
  - Могу поделиться только этой версией. Уж извини, пожалуйста.
   - Не в этой жизни.
   - Как скажешь, - с показным равнодушием пожала плечами София.
  Мариэтта пропищала, надувая губки:
  - Гринграсс - не мугродье. Она полукровка. А значит, почти нам ровня. Ведь даже Поттер не чистокровен, что не мешает быть ему великим волшебником! Так что не нужно быть таким грубым, Блейз!
  Лиз зевнула:
  - Я дома до чертиков устала слушать эту муть про чистокровных и мугродов. Скучно!
   - Ладно. - Забини вернул руки на талию девушек. - Идемте развлекаться? Пошли с нами, грязнокровка! Посмотришь, как люди живут.
   - Так уж и люди? - огрызнулась София.
   Смуглое лицо вытянулось:
  - Хамишь?
   - Ни разу не слышал, как хамят? Я тебе почти завидую. У тебя впереди много интересного.
   - У тебя, - ухмыльнулся смуглый, - тоже.
  Мариэтта распахнула дверь в купе, точную копию того, что София покинула четверть часа назад. Только вместо грифиндорцев здесь сидели слизеринцы.
   - Ребята, я девчонок привел, - жизнерадостно оповестил Забини. - Две чистокровные райвенкловки и особенно эксклюзивный номер - сомнительного происхождения нечто. Или правильнее будет сказать - ничто по имени Гринграсс.
  Два огромных парня сидели на сидении справа.
  Напротив них расположилась девушка с прямыми черными волосами. Пространство между сидениями занимали длинные ноги. До зеркального блеска начищенные ботинки лежали на белой коже сидения. Худощавое тело, запакованное в дорогой костюм, преграждало дорогу, не давая войти.
  Дверь отчего-то неожиданно заклинило. Она никак не хотела закрываться.
   - Что за дела? - сердито бросил Забини, дёргая за ручку.
  Поезд тряхнуло. Дверь отъехала в сторону.
  Не удержав равновесие, Забини рухнул на одного из громил.
  - Мерлинова борода, Блейз! - взревел парень. - Аккуратней!
  - Охренел, Гойл? На кого орёшь?!
  Малфой опустив свои ноги на пол, рывком перекинул Забини к окну.
  - Не бузи, - растягивая слова, проговорил он.- Лучше валяй, рассказывай, что там от тебя потребовалось профессору Дивангарду?
  У него были очень неприятные глаза - серые, словно зимнее небо перед бураном. Произнося фразу, Малфой не отводил взгляда от Софии.
  Неприятно сжалось сердце.
  - Ему нужны люди со связями, - ответил Забини, не переставая бросать злобные взгляды на Гойла.
   - Кого он еще пригласил? - пожелал знать младший Малфой.
   - Маклаггена из 'Гриффиндора'...
   - Его дядя - большая шишка в министерстве, - кивнул блондин.
  - ...некого Белби из 'Равенкло'...
   - Только не это! Он же урод! - воскликнула Панси.
   - А Дивангард его не в бутылочку играть приглашал, знаешь ли? - Съязвил Блейз. - Ещё там были Лонгбботтом, Поттер и эта красотка, Уизли.
  Малфой опустил ресницы, скрещивая длинные руки на груди:
   - Он пригласил Лонгбботомма?
   - Раз он был там, - равнодушно пожал плечами Забини.
   - Поттер понятно, - он же Избранный? Но девчонка Уизли? В ней что особенного? - задумчиво покусывая губу, размышлял вслух Хорёк.
   - Мальчикам она нравится, - промурлыкала Панси.- Даже тебе, Блейз. А ведь всем известно, какой ты разборчивый.
   - Даже слишком, - стряхнул с пиджака невидимую пылинку Гойл, дернувшись.
  Малфой, стрельнув на верзилу глазами, неприятно засмеялся.
  - Я и пальцем не дотронусь до мерзкой предательницы крови, пусть даже красотки, - холодно отозвался Забини.
  Взгляд Малфоя вновь вернулся к Софии: белый лёд в черной бахроме.
  Закинув руку на плечо Панси, он притянул подружку к себе, без стеснения, лапая. У Паркинсон это явно восторга не вызывало, но возражать она, почему-то, не осмеливалась.
  Зато скривилась, присевшая на краешек сидения, Мариэтта:
   - Какого Мерлина, Драко, ты так себя ведёшь?
   - В этом году следует жить на всю катушку. Кто знает, что будет на следующий? Как думаешь, Гринграсс?
  София забыв, как её 'зовут', не сообразила, что требуют именно её реплики.
   - Гринграсс! - зло зашипел слизеринский принц, резко наклоняясь вперед. - Мне кажется, я к тебе обращаюсь?
   - Что? - вздрогнула София.
   - Что, Гринграсс? - скривил губы блондин, откидывая челку нервным движением. - Думать, - это не твоё, да? Ладно, не напрягайся. Мы тут говорим о том, что следующим годом многих могут и не досчитаться, да? - растянул он губы в невеселой усмешке, напоминающей болезненную гримасу. - Меня, например, тут точно не будет.
  - Как это - не будет?! - возмутилась Панси. - Что ты хочешь этим сказать?
  Блондин засмеялся.
  - Малфой! Ты случаем, не обкурился ли? Хихикаешь без всякой причины, - процедил Забини.
  - Как это - тебя не будет? - повторила вопрос Панси.
  Малфой галантно поднес руку Паркинсон к сухим губам и легонько поцеловал подрагивающие пальчики.
  К слову сказать, последняя ничем не напоминала мопса. Не красавица, но не дурнушка. Обычная девушка.
   - Не парься. Всяко бывает, - поспешил успокоить занервничавшую подружку Хорёк. - Вдруг меня ждут... э-э... более славные и интересные дела, чем получение какого-то диплома?
  Краббе и Гойл вытаращились на Малфоя. Даже высокомерное лицо Забини на секунду выразило любопытство.
  - Мама хочет, чтобы я завершил образование. Но мне лично кажется, что в наше время это уже неважно. В смысле,... когда Черный Лорд придет к власти, он что, будет спрашивать про С.О.В.У.? Вряд ли... Он спросит, кто и как ему служил. Потребует доказательств верности и преданности...
   - По-твоему, ты способен что-то для него сделать? - уничижительно бросил Забини. - В шестнадцать лет и без высшего образования?
   - Я же сказал: может, ему все равно, какое у меня образование. Может, ему от меня нужно такое, на что образование вообще не требуется, - тихо проговорил Малфой, пристально разглядывая прозрачные ногти на бледных тонких пальцах.
  - Вон, кажется, 'Хогварц', - добавил он, выстреливая очередным замораживающим и напряженным взглядом. - Астория, шла бы ты...переодеваться.
  София поднялась, чувствуя себя круглой... нет. Квадратной идиоткой! Второй раз за час её бесцеремонно выставляли.
  Для себя она поняла одно: ни Слизерин, ни Гриффиндор ей не по душе.
  
  Глава 3
  Шляпа Сортировщица
  
  - Астория! - из 'грифиндорского' купе высунулась кудрявая голова. - Ну, наконец-то! - в голосе Гермионы перемешалось раздражение с облегчением. - Куда ты подевалась? Я стала волноваться!
   - Я же сговорила: с ней всё в порядке! - передёрнула плечами сестра Рона.
  Неприязненно поморщившись, Джинни посторонилась, давая Софии возможность войти в купе за вещами.
  Уже стемнело, когда поезд, пыхтя и отдуваясь, прибыл в Хогсмёд. Проталкиваться к выходу через переполненный коридор - не самое большое в мире удовольствие. Газовые рожки светили тускло. Софии, привыкшей к ярким московским неоновым витринам, освещение и вовсе казалось убогим. Сквозняки после царящей в поезде многочасовой духоты пронизывали до костей.
  Вагонный состав продолжал гудеть и вздрагивать, похожий на длинную добродушную усталую гусеницу.
  Чей-то грубый голос созывал первоклассников.
  Вместе с другими, девушка следовала по узкому переходу, ведущему от поезда к дороге, соединяющей станцию Хогсмёда с Хогвартсом.
  На дороге их поджидали самые настоящие кареты, запряженные невиданными зверями: костлявые кони-ящерицы с драконьими мордами и чёрными кожистыми крыльями, как у гигантских летучих мышей, перебирали ногами, намереваясь вести повозки.
  Чудовище словно нарочно повернуло голову, давая Софии возможность заглянуть в пустые глазницы.
  'Мертвец!', - пронеслось в голове.
  Сомнений быть не могло. От странных созданий распространялась та же аура, что от зомби на кладбище и от адских девонширских гончих.
   - Гринграсс! - Мариэтта призывно махала рукой в окошко одной из карет. - Иди к нам! Здесь есть свободное место. Познакомься, это Чоу, - представила она красивую девочку с азиатской наружностью.
   - А я - Ромильда Вейн. Помнишь? - щёки черноволосой куколки побледнели. - Я заходила, когда...
  София поспешно кивнула:
   - Я помню тебя, Ромильда.
  Внимание всех привлекла громкая перепалка. Высунувшись в окно, девушки получили возможность внимательно наблюдать за разыгравшейся сценой.
  В свете фонарей багровели макушки Джинни и Рона. Волосы Малфоя выглядели кроваво-розовыми.
   - Уизли! - Малфой стоял, расставив ноги и запустив руки глубоко в карманы черного, похожего на футляр, пиджака. За его спиной темнели силуэты Гойла и Краббэ.- Слышал, в вашем полку Г.А.В.Н.Э прибыло? Уже порадовались очередной грязнокровке?
   - Шёл бы ты, - ласково проворковала Джинни, - куда подальше.
   - Уизел, - не отставал Хорёк от Рона, - а ты не задумываешься о том, куда запропастился ваш Чудо-Мальчик?
   - Куда надо! - огрызнулся рыжий.
   - Уверен, - покачал головой Мафлой, - что ему так уж туда и 'надо'?
  Плечом оттолкнув с дороги Невиля, Слизеринский Принц удалился, по пятам сопровождаемый своим эскортом.
  - Чёрт! - Рон с досадой бросил чемоданы, игнорируя укоризненный взгляд сестры. - Как думаешь, он просто издевался? Или что-то знает?
  - Как же надоели эти вечные склоки между 'грифами' и 'слизнями', - со вздохом покачала головой Мариэтта, опуская на окнах кожаную занавеску.
  - Надеюсь, с Гарри все в порядке? - озаботилась Чоу.
  При движении карету нещадно трясло. Ощущения были далекими от комфортного передвижения в современном автомобиле.
  Хогвартс впечатлял. И ужасал одновременно.
  Нервозность, обилие новых впечатлений, общение с будущими сокурсниками утомили Софию настолько, что она уже не находила сил радоваться. Очень угнетало сознание того, что все разошлись по факультетам и комнатам, готовясь к трапезе, и только она одна, вместе с первоклассниками, оказалась вынуждена отсиживаться в Большом зале.
  Пауза дала возможность в очередной раз задуматься о выборе факультета. Слизерин не подходил - там учился будущий 'муж'. Грифиндор тоже - там был Гарри Поттер. Хаффалпафф? В интерпретации Гермионы - 'трудолюбивый барсук'. Как-то не вдохновительно. Оставался Райвенкло. Нейтральный по отношению ко всему и вся.
  От галдежа малышей голова заболела сильней. Плавающие в воздухе свечи раздражали. София откровенно не знала, куда себя деть. Ей даже сесть было некуда, потому что столы располагались под знамёнами и гербами факультетов, а она с этим ещё не определилась.
  В самом центре, под гербом Хогвартса, возвышалось кресло, похожее на королевский трон. Рядом - четыре поменьше: красное, зелёное, синее и желтое.
  МакГонаголл преподавала трансфигурацию; Снейп - зельеварение; Флитвик - заклинания; Помона Стебль - травологию. В школе также преподавали защиту от темных сил, колдомедецину, прорицания, историю магии, маггловедение, полёты на метле, трансгрессию, нумерологию, астрономию, кабалистику, уход за магическими существами.
  Согласно количеству предметов преподавателей было пятнадцать.
  София прикинула, что в магической школе приблизительно двадцать восемь классов: четыре факультета умножаем на семь лет, - простая арифметика. При среднем количестве учеников на класс равным двадцати, выводим 'среднестатистическую курицу' в пятьсот шестьдесят учеников. Таким образом, в результате элементарных подсчётов получается, что на одного препода приходится пять десятков учеников!
  Если провести аналогию со школой, в которой София училась до поступления в Хогвартц, то на одного ребенка там приходится, как минимум, два препода.
  Либо тут - ну, очень-очень, - сознательные дети. Либо боги от педагогической науки. Одним словом - магия!
  Пока София занималась арифметическими подсчётами, зала постепенно заполнялась.
  К первоклассникам, среди которых София чувствовала себя так же уютно, как динозавр на танц-поле, подошла женщина с сухим, неподкупно-строгим лицом.
  - Я - профессор МакГонаголл, - представилась она, - декан факультета 'Гриффиндор'. Сейчас начнётся церемония распределения по факультетам. Следуйте за мной.
  Заметив профессора Дамблдора, София коротким кивком поздоровалась с ним. Дамблдор кивнул в ответ.
  По правую руку директора восседал профессор Снейп, чьё узкое лицо с тонкими губами и острым крючковатым носом напоминало ворона. Зельевар проигнорировал приветствие протеже своего второго патрона.
  Как только дядюшка Томми выносит этого высокомерного индюка?!
  'С трудом', - напомнила услужливая память.
  Девушка сумела различить в толпе грифиндорцев лицо Рона. Тот дружелюбно подмигнул и показал большой палец.
  Опасливо покосившись на полуистлевший от времени головной убор, - распределительную 'Шляпу Сортировщицу', - София подняла его и нахлобучила на голову. Краем глаза перед этим успев заметить, как Дамблдор что-то серьёзно и озабоченно говорит Снейпу.
  Потом мир сузился до ветхой внутренней подкладки.
  Молчание. Тишина. Никаких комментариев со стороны древнего артефакта.
  - Я хочу в Райвенкло, - поделилась девушка планами на будущее.
  Шляпа безмолвствовала.
  - Ну, ладно. Не хочешь в Райвенкло - пусть будет хаффальпафф. Черт! Пусть даже Гриффиндор. Только - не Слизерин ...'.
   - Слизерин! - Прогремело в ответ.
  София зло стянула вредную шляпу, с трудом сдержавшись, чтобы не швырнуть на пол и не вытереть об неё ноги. Битый молью предмет в полной мере заслужил подобного обращения.
  В глазах Рона и на лице Джинни промелькнуло нечто вроде разочарования. Гермиона, о чем-то увлечённо беседующая с соседом через стол, даже не удостоила происходящее вниманием. Поттера по-прежнему не было видно.
  Путь до слизеринского стола показался невероятно долгим.
  Краббэ подвинулся, освобождая Софии место.
  Малфой сидел через стол, обнимая Панси, отчего та беззастенчиво млела.
  София украдкой бросила взгляд на гриффиндоский стол. Там, казалось, даже свечи пылали ярче.
  - Что? Не рада попасть к нам? - скривился Краббэ.
   - Я рассчитывала на Райвенкло, - отрезала София, очень надеясь, что от неё отстанут.
   - Что так? Мугродье...
   - Заткнись, Винс, - бросил Малфой.
  - Почему? - изумился Винсент.- Старая шляпа свихнулась, а мы должны терпеть присутствие грязнокровок?
  - Я сказал - заткнись.
  - А чего это ты за неё заступаешься? - обиделась Паркинсон.
   Махом опрокинув стакан с тыквенным соком, будто водку, Малфой криво ухмыльнулся вместо ответа.
  - Что ты предлагаешь делать с тем фактом, что она, - палец Паркинсон бесцеремонно ткнул в сторону Софии, - здесь? Среди нас?
   - Григрасс - полукровка, Панси, - поделился соображениями Забини. - В Слизерине и раньше такое случалось. Взять, хотя бы, Сама-Знаешь-Кого? Ничего тут поделать нельзя.
  - В любом случае, мы не станем махать кулаками перед носом у Дамбалдора, - заявил Хорёк. - Опаньки! Взгляните, кто пожаловал!
  По проходу между столами широкими шагами двигался Поттер. Довольно паршиво выглядевший: под глазами расплывались лиловыми тенями синяки, на лице темнела ссохшаяся кровавая корка.
  Он злобно зыркнул на слизеринского принца. Тот в ответ показал 'фак'.
  Забини, коротко свистнув, обернулся к Драко:
   - Когда ты успел его так отделать?
  Малфой, легкомысленно закинул в рот виноградину:
   - В Хогвартс-экспрессе.
   - О чем ты думал?! - набросилась на него Панси.
   - О том, как расквасить Поттеру нос.
   - Ты же знаешь, - Дамблдор спит и видит, чтобы выкинуть тебя из школы! Зачем давать повод?! Как ты мог?
  Вместо того, чтобы ответить своей подружке, Хорек предпочёл перевести стрелки:
   - Эй, грязнокровка! От Поттера глаз оторвать не можешь?
  София с подчёркнутым интересом обернулась на стол шестикурсников-грифиндорцев.
  - Он симпатичный.
   - У него нос расквашен! - с издевкой заметила Панси.
   - Мужчине боевые шрамы только к лицу, - с апломбом заявила София.
  - Эй! - предостерёг Забини. - Не стоит туда глядеть, красавица! На нашем курсе на твою долю парней хватит! Недаром у 'змей' самая сексуальная репутация.
   - Мне казалось, самая 'сексуальная' репутация у жеребцов, - встретившись с блестящими раскосыми чёрными глазами, София вызывающе улыбнулась. - И у кроликов.
   - Оставь, Забини, - растягивая слова, процедил Малфой. - Откуда же бедняжке, выросшей среди магглов, знать, что имеется в виду вовсе не частота половых сношений, а э-нер-гия...
  - Змеи - символ энергии, которую у маглов называют 'кундалини', - издевательским тоном поведал Нотт. - Это тебе хоть о чём-нибудь говорит, мугрод?
  София сощурилась:
   - Напоминает 'кунилингус'.
  Переглянувшись, Винсент и Гойл заржали.
  Забини выразительно изогнул бровь:
   - Надо же! Как интересно. А что это такое? - 'невинно' захлопал он пушистыми ресницами.
  Панси задрала вверх подбородок:
   - Может быть - хватит?!
   - Конечно, конечно, - покивал Малфой, не стирая с губ мерзкой ухмылочки.
  София изнывала от желания запулить в него чем-нибудь тяжелым.
  Ну почему её угораздило попасть на этот змеиный факультет?! Черт, черт, черт!
  И ещё раз - чёрт!
  ***
  Когда ужин закончился, студенты начали подниматься с мест.
  'Астория' взволнованно поглядела на будущих сокурсников:
  - Я не знаю, куда идти.
   - Хочешь, я тебе скажу - куда? - зловеще пообещал Малфой.
   - Лучше я, - щелкнула его по носу Панси. - Я - староста. Это входит в мои обязанности.
   - Я тоже староста, - противно ухмыльнулся в ответ блондин.
  - Замечательная перспективка, - пробурчала под нос 'Астория'.
  
  ***
  Гриффиндорцы, райвенкловцы и хаффальпуффцы поднимались вверх. Слизерницы отличались и здесь. Их лестница уводила вниз, в подземелья. Рукав коридора заворачивал, обрываясь тупиком.
  Перед портретом высокого изможденного мужчины с сухим лицом и таким длинным подбородком, что на него можно было повесить чайник, Панси остановилась, произнеся пароль: 'Сила рода'.
  Портрет отъехал в сторону. За ним таилась длинная, прямоугольная гостиная с низким потолком.
  Окон в гостиной Слизерина не оказалось. Зато повсюду уходили вверх колонны, переплетаясь в арки. Конструкция вытраивалась таким образом, чтобы складываться в нечто, напоминающее скелет длинной рептилии, во чрево которой угораздило попасть незадачливого студиоза. Темные массивные буфеты, круглые, инкрустированные перламутром столики, черные кожаные диваны отличного качества, тахты, пуфики, светильники, издающие зловещее холодное свечение - всё было отменного качества. Создавало впечатление дорогого элитного клуба.
  Коридор к гостевым комнатам проходил под озером. Над головой находился настоящий аквариум.
  Комната, в которую София прошла следом за Панси, была уютной, хотя не столько напоминала спальню, сколько гостевую. Центр занимал круглый массивный стол, осажденный тёмно-зелёными, почти черными, диванами. Вдоль правой стены возвышались черные массивные шкафы. Вдоль левой тянулись кровати, прячась под пышные бархатные зеленые балдахины с золотисто-жёлтыми кистями.
   - Твоя кровать, - указала Панси, - шкаф. Если у тебя, конечно же, найдётся, что в него положить.
  София поняла, что о мирной размеренной жизни придется забыть. Надолго. Может быть, навсегда.
  'Чтобы тебя порвало на клочки', - в сердцах пожелала девушка Шляпе-сортировщице.
  
  Глава 4
  Змеёныш
  
  - Астория!
  София, перевернувшись на другой бок, натянула на голову одеяло - звонкий девчачий голосок мешал спать.
  - Вставай! Слышишь?
  Астория? Хм... да ведь это к ней обращаются!
  - Который час?- воскликнула София, отрывая голову от подушки.
   - Почти восемь, - с гаденькой улыбочкой сообщила Паркинсон.
  - Пожалуйста, не уходи, - юлой завертелась она по комнате. - Одной мне дорогу в Большой Зал ни за что не найти...
   - И что теперь? Из-за тебя опаздывать прикажешь?
  Потолок в Большом зале притворялся безоблачно-синим небом, конкурируя с небом настоящим, проглядывающим в переплётах высоких окон.
  На завтрак подали бекон с яйцами и мечту всякого уважающего себя англичанина - овсяную кашу.
  - Почему не ешь? - заинтересовался Малфой. - Мугродью не по вкусу еда волшебников?
  - Не ем, потому что не голодна, - огрызнулась девушка.
  Блондин многозначительно выгнул бровь:
  - Уверен, ты очень скоро проголодаешься...
  Сидеть за столом, не прикасаясь к вилке, было довольно глупо. Но София до конца утренней трапезы так и не смогла заставить себя к чему-то притронуться.
  - Мисс Гринграсс? - обратился к ней профессор Снейп после завтрака, - директор желает с вами поговорить. Будьте любезны следовать за мной.
  ***
  Каменная горгулья отошла в сторону, открывая проход на узкую винтовую лестницу, миновав которую София следом за деканом вошла в круглую комнату с множеством окон, откуда открывался замечательно живописный вид на окрестности Хогвартса.
  Альбус Дамблдор дожидался их сидя за столом в глубоком кресле. Вид у древнего мага был озабоченный и усталый. Под глазами, окруженными сетью морщин, набрякли мешки.
  - Доброе утро, - скупым жестом директор предложил студентке сесть. - Насколько я понял, - протянул он, - вы не одобряете выбор Сортировочной Шляпы?
  - Мне не нравится 'Слизерин', - опустила глаза София.
   - Жаль. Потому что отменить решение Шляпы я не в состоянии. Угощайтесь, мисс Мракс.
   София поморщилась.
   - Не любите шоколад? - удивился маг.
   - Дело не в шоколаде. Моя фамилия - Хвелёва, сэр. Теперь - Гринграсс.
  - Как пожелаете. А от шоколадушек я бы на вашем месте все же не отказывался. Ничто не способно поднять настроение так, как это обычное лакомство. К тому же я наблюдал за вами сегодня утром, уж простите старику зачатки маразма. И не мог не заметить, - вы ничего не ели.
  София покорно протянула руку к вазочке.
  - Нет в мире ничего значимей простых радостей, - закончил речь Дамблдор.
  Какое-то время он наблюдал за Фениксом, похожим на Жар-птицу, постукивая пальцем по прутьям его клетки:
   - Тебе понравился Гарри Поттер?
  Девушка отложила, надкусанную было, шоколадушку:
  - Да, - ответила она.
   - Могу я рассчитывать на то, что ты не станешь помогать его убийце?
  - С чего вы взяли, что Волдеморт желает смерти Гарри?
  - У тебя есть другие сведения о его планах?
  София замерла под пронизывающим до костей, словно норд-ост, ястребиным взором. В следующее мгновение виски заломило, в носу защипало и стало горячо. Поднеся руку к лицу, девушка с изумлением обнаружила на пальцах кровь:
   - Если у Волдеморта и есть какие-то планы, со мною он станет делиться ими в последнюю очередь.
   - Возьмите, - протянул Дамбалдор платок. - Простите, мисс Гринграсс. Я вовсе не хотел сделать вам больно, - София коротко кивнула, прикладывая платок к кровоточащему носу. - Гарри Поттер много для меня значит. Будь у меня внук, я не мог бы любить его сильнее, чем люблю Гарри. Мне нужна гарантия того, что ваше присутствие в Хогвартсе ничем ему не повредит...
  - По собственному почину я не причиню вреда ни Поттеру, ни кому-либо другому. Но о каких гарантиях можно говорить в данной ситуации? За тех, кто стоит у меня за спиной, ручаться было бы глупо. В их руках я вполне могу оказаться пешкой, игрушкой, орудием. Да кем угодно ...и вообще! Почему вы, - такой добрый, сильный, мудрый, - позволяете вести охоту за несчастным ребёнком дядюшкиным крокодилам?
   - Как, по-вашему, мисс Гринграсс, почему? - заинтересованно вопросил старик.
   - Я не знаю! - развела она руками.
   - Может быть потому, что я тоже - не знаю? Не знаю, что делать? И как 'правильно'? Я ведь не бог - всего лишь человек, пусть и со сверхъестественными способностями.
  София заглянула в синие глаза.
  Н-да! Приходится признать, не Дамбалдор, - плох он или хорош, - затеял эту войну. Не Дамблдор. Но и не Том Реддль. Хотя как раз последний и сделал всё возможное для продолжения кровопролития. Следовательно, вины на нём больше.
  С другой стороны, может быть, Магическая Британия заслужила своего монстра? Ни один Армагеддон не возникает на пустом месте.
  Невинных пули не берут;
  Невинных - нет...
  - Ты права, - кивнул Дамблдор, - в том, кем стал Том Реддль, есть доля моей вины. Я должен был помочь. Я пытался. Но мальчик выставил передо мной стену неверия и отрицания, через которые пробиться так и не удалось. Том Реддль - самая большая моя неудача. Что особенно горько - личности сильней я не встречал. Почему? - спрашиваю я себя неустанно, - почему такой гений обернулся во зло? Что я пропустил? Что сделал не так?
   София подпёрла кулачком щеку:
  - Боюсь, сегодня эти вопросы не актуальны.
  Дамблдор многозначительно улыбнулся в роскошную бороду:
   - Удивительно, как причудливо в тебе, дитя, переплетается кровь Мраксов со светом...
   - Кровь Мраксов?! - горько воскликнула девушка. - Да помимо ваших тёмно-известных Мраксов в моих венах течёт кровь, - и это как минимум! - трех магловских родов. Пусть с вашей точки зрения мага эта кровь не чиста, но я-то знаю - принадлежала она людям порядочным, честным. Нравственность, душевная чистота - это выше любой магии! Что же даёт вам право, сэр, считать, что одна четвертая крови Мраксов сильнее, чем всё остальное? Вы черпаете свою уверенность в почти вековой нерушимой убеждённости: маги выше маглов! Что бы вы там ни утверждали, ни делали, в глубине души вы верите в это свято и нерушимо, так же как ваши якобы противники, - Блэки, Лестрейнджи, Малфои! А Волдеморт? Да он просто хороший ученик. Он научился тому, чему вы его научили.
  Между директором и его новой ученицей повисла заполненная отчужденностью, если не сказать, враждебностью, пауза.
  - Каковы бы не были мои ошибки и прегрешения в прошлом, мисс Гринграсс, в настоящем, - вы не можете этого не понимать? - Темного Лорда и его приспешников необходимо остановить. Любой ценой! Я не меньше вашего хочу спасти душу Тома Реддля. Однако он сам выбрал свою судьбу, в том время как у Гарри этого выбора нет. Выбор сделали за него, и это, по-моему, не справедливо. Несправедливость полагается устранять. Вы согласны? - директор перевёл дух, вновь откидываясь на спинку кресла и складывая руки перед собой. - Ну, а теперь предлагаю поговорить о менее серьёзных вещах, - сменил тему Дамблдор. - Боюсь, вам, мисс Гринграсс, придется навёрстывать огромное количество пропущенного материала. К шестому курсу перечень предметов, изучаемых студентом в дальнейшем, определяется результатами СОВ - 'Стандартизированными Отметками Волшебника'. Учитывая все обстоятельства, я рискнул самостоятельно выбрать предметы, которые вам предстоит изучать в этом году. Взгляните!
  София пробежала взглядом по свитку:
  '1. Трансфигурация
   2. ЗОТС
   3.Заклинния
   4. Зельеварение
   5.Астрономия
   6. Травология
   7. Древние руны
   8. Кабалистика'.
  - Здесь почти полный список предметов, преподаваемых в Хогвартсе, - продолжил Дамблдор. - Поскольку вы серьёзно отстали, я попросил преподавателей позаниматься с вами дополнительно. А теперь, если разрешите, дам совет. - Альбус тяжело вздохнул. - Будь осторожна, София. Малфой и его компания иногда могут быть опасными.
  - Признательна за озвучку данного факта, - девушка не смогла удержаться от сарказма. - Это всё, что вы, как директор, способны сделать в данной ситуации? Вот почему люди переходят на тёмную сторону: ангелы, бесспорно, светлы, добры, бесконечно могущественны ...зато черти значительно расторопнее!
  ***
  С тем фактом, что вечером возвращение в слизеринскую гостиную неизбежно - не поспоришь. На занятиях София попросту игнорировала однокурсников, общаясь с представителями других факультетов.
  Но как от проблемы не бегай, рано или поздно, она тебя настигнет.
  Когда София переступила порог слизеринской гостиной, стрелки часов миновали отметку 'десять'. Если младшие 'слизни' ещё и не дрыхли, то разбрелись по спальням.
  Нарочно ли, случайно, но в гостиной, кроме Малфоя и его компании, не было никого.
  - А вот и малышка Гринграсс! - ощерился Нотт.
  София замерла, прижимая к груди стопку книг, словно щит. Сомнений в том, что они поджидают её намеренно оставалось всё меньше.
  - Книжки-то, поди, тяжелые? - шагнул вперёд Блейз.
  На его смазливой физиономии играла плутовская улыбка:
  - Тори, - ты ведь разрешишь нам так по-дружески себя называть? - голос молодого человека звучал нарочито проникновенно и почти ласково. - Видишь ли, у нас, у волшебников, не принято носить тяжести в руках. Это делается так: Левио!
  Забини хлёстко взмахнул палочкой. Книги вырвались из рук, зависая в нескольких метрах. София потянулась к ним, но учебники не дались, откачнувшись от протянутой руки.
  - Видишь, как просто? Даже у такого мугродья, как ты, наверняка, получится.
  Компания на диване заливалась смехом.
  Чувствуя, что внутри все покрывается льдом от ярости, девушка скрестила руки на груди.
  - Грязнокровка! Выпить с настоящими магами хочешь? - отсалютовал бутылкой Малфой.
   - Не пью всякую дрянь, - скривилась девушка.
  - Малфои не пьют дряни, - Хорёк сидел, развалившись в кресле, вальяжно пристроив ноги в явно не дешёвых ботинках на белой мраморной столешнице, потягивая спиртное прямо из горла бутылки. - Настоятельно рекомендую запомнить. Значит, ты в библиотеке отсиживалась, да? А тот тут Забини весь извёлся...
  София сделала ещё одну попытку дотянуться до книг. Безуспешно.
  - Не хочешь узнать, почему переживал наш красавец?- внёс своё 'F' в 'общий' разговор Винсент Краббэ.
  - Нет,- отрезала София.
  - А придётся, - растягивая слова, пообещал Малфой. - Поскольку наш прелестный Блейз воображает себя героем-любовником, то он попросту не может спокойно пережить твоего увлечения красавчиками из Гриффиндора. Весь аж извелся от желания продемонстрировать тебе наше непревзойденное слизеринское 'кундалини'. Предполагается что ты, удовлетворившись, перестанешь удирать из родного факультета в стан врага. Ничего не хочешь сказать?
   - А не пошел бы ты в Запретный Лес? - София, секунду поколебавшись, добавила. - Хорёк!
  В ответ блондин ощерился. Черты красивого лица исказились до неузнаваемости:
   - Забирай её, Блейз! Она - твоя.
   - Какого чёрта?! - София ощутила, как руки черноглазого скользят по её телу.
  Она попыталась дернуться, но добилась только того, что почти нежные касания сменились жесткой хваткой.
  Тогда девушка сообразила обмякнуть в удерживающих её руках, заставляя парня принять на себя вес её тела. Сложив руки в замок, она резко отвела локоть назад, ударяя противника в солнечное сплетение.
  Потеряв равновесие, охнув от боли, Забини согнулся.
  Почувствовав себя свободной, София схватила массивный светильник со стола и, замахнувшись, всерьёз вознамерилась опустить его на голову, посягнувшего на 'девичью честь', охальника.
  Но:
   - Экспеллиармус!
  Светильник вырвался из рук и, шваркнувшись об стену, разлетелся- раскатился на мелкие детали.
  Малфой при этом даже не удосужился подняться. Так и сидел, в одной руке зажав палочку, а в другой - бутылку:
   - Не этично, Гринграсс. Будучи волшебницей, не следует драться по-магловски, особенно когда ты - слизеринец. У тебя был шанс. А сейчас - прости, но - 'Петрификус тоталус'!
  Тело будто налилось свинцом. Словно подкошенная, София рухнула на пол.
  Малфой соизволил опустить ноги в дорогих ботинках со стола на пол. Медленно, с женской кошачьей грацией, смахивая воображаемые пылинки с безупречной мантии, 'слизеринский принц' приблизился.
   - Вмажешь ей? - полюбопытствовал Гойл.
   - Грегори, ты что?! За кого ж ты меня принимаешь? Будь на месте грязнокровки Поттер, ему бы вмазал! С удовольствием. Но бить женщин?
  Гойл с Краббэ обменялись понимающими взглядами, широко растягивая рты в оскале ухмылки.
  Лучше бы её избили!...
  Руки Хорька задрали юбку с беззастенчивой неторопливостью. Даже без грубости.
  Твою мать, дядюшка Томми! Ты был прав, - этого блондинистого пакостника следовало заавадить ещё в колыбели. Вместо Поттера. Вообразила себя спасительница Малфоев? Да она просто дура! Дура, дура и ещё раз - дура...
  Властелина! Дамбалдор! Да хоть чертов Мальчик-Который-Выжил! Ну, хоть кто-нибудь, - помогите!!!
  Вместе с девственной кровью просачивалась, тонула в темных водах, словно солнце на закате, душа. Разбивалась вера в незыблемость мира. С каждым толчком, равнодушным, животным, беспощадным, это становилось всё неисправимее и необратимее...
  Ты заплатишь за это, Хорёк! Если придётся затянуть змеиные кольца вокруг собственной шеи, чтобы удавить тебя - она это сделает. Войдёт в ад, останется в нём навсегда, но и тебя лишит надежды...
  - Что здесь происходит? - прогремел голос Снейп.
  Если бы ему явиться на четверть часа раньше...
  В следующее мгновение Малфой оказался на ногах. Блондин порывисто запахнул полы длинной мантии.
  Рука профессора хлестко приложилась к щеке слизеринского выродка, оставляя багроветь след от тяжелой учительской длани.
  - Действительно ждете ответа? - вскинул голову Хорёк, задирая острый узкий подбородок. - Сэр?! - издевательски добавил он.
  - Что вы себе позволяете, мистер Малфой?!
  София отвернулась. Её охватывала апатия. Она уже поняла - этому гнусу сейчас все как обычно сойдёт с рук.
   - Что вы можете мне сделать? - кривлялся блондин. - Даже интересно! Наябедничаете Дамблдору? Выкинете из школы?! Валяйте - мне плевать!!!
  - Замолчи, Драко, - Снейп повернул голову к девушке. - Мисс Гринграсс?
   - Даже не смейте спрашивать, - в порядке ли я... - предупреждающе зашипела девушка. Придерживаясь рукой за стену, она поднялась, пошатываясь, словно пьяная. - Сэр, я хочу, - я требую! - чтобы вы рассказали вашему любимчику о нашем тайном договоре!
   - Мисс Гринграсс... - покачал головой Снейп, - вы же помните, что приказал Тёмный Лорд?
   Слизеринцы обменялись непонимающими взглядами.
  - Причем здесь Сам-Знаешь-Кто? - Визгнул Хорёк.
  - Давешний запрет не имеет значения - Темный Лорд хотел, чтобы я прочувствовала вкус предпринятой авантюры? Я прочувствовала! А теперь расскажите ему! Я хочу, чтобы он знал...
  Пусть Малфой знает, на кого посягнул. Пусть мысль о неотвратимом гневе Темного Лорда отравит его существование.
  'Ты мне заплатишь, Малфой!', - повторяла про себя Астория Гринграсс, словно мантру. - Заплатишь! Змееныш...'.
  
  
  Глава 5
  Зельевар и ЗОТС
  
  Сколько не стояла София под душем, долгожданное ощущение чистоты не приходило.
  'Уеду! - чуть ли не в сотый раз пообещала она себе. - Завтра же утром. С первыми лучами солнца! К черту Малфоев, Снейпа, Властелину ...к черту пропитанный кошмарами магический мир! Уеду!- пусть хоть верхом на палочке, хоть на адской гончей ...'.
  В следующую секунду на влажном от испарений кафеле ей померещилось безносое лицо. Ноги подогнулись, и девушка сползла вниз. Обхватив себя руками, бессильно скукожилась на дне ванной.
  Кого она обманывает?! В привычный мир вход закрыт. Вздумай она воспротивиться воли нежити, её попросту убьют. А ещё эта данная Нарциссе Малфой Нерушимая Клятва? Навряд ли та рассеется от Софииных истеричных: 'Не буду - не хочу!'.
  Убежать не получится - прятаться негде.
  Подняв глаза, девушка покосилась на бритвенный станок, зазывно темнеющий из стаканчика на зеркальной полке. Что - если?... Ни Волдеморту, ни Властелине, ни родителям её оттуда не достать...
   Но представив, как острый металл, врезаясь в кожу, впивается в вены, девушка содрогнулась: наверное, это больно?
  Завтра высокомерная Паркинсон найдёт окоченевший труп Гринграсс, история получит огласку и превратится в дешевый фарс 'а ля Ловелас энд Кларисса Гарлоу'.
  Унизительно. Дешево. Мерзко. Не дай бог, похоронят под нелепым гостиничным псевдонимом!
  Выбравшись из ванной, девушка утерла с лица злые слезы...
  ***
  Всю ночь её мучили кошмары. Снился давешний сон с зеркалами и копошащимися змеями вместо головы.
  ***
  За завтраком, к всеобщему благоговейному ужасу, во время раздачи 'совиной почты' в Большой зал влетел белый кречет. Сложив крылья, Фабиан камнем упал Софии на плечо. Острые когти чиркнули по воздуху, грозя пропороть кожу.
  - Это не сова, - часто моргая, констатировал Гойл.
   - Какой ты наблюдательный, - поддела однокашника Милисент Булстроуд.
   - Впервые вижу, чтобы кречетов использовали в качестве почтовых птиц, - прищёлкнул языком Нотт, разглядывая птицу, пока София неловко стаскивала с её лапки послание. - Красавец!
  Выполнив почётную миссию, небесный хищник устремился к окну.
  
  'Дорогая Соффи! - гласили строки, - Спешу сообщить, - у твоих родителей все благополучно. Отец получил должность декана и прибавку к зарплате. Я помогла твоей матери найти миленький домик в замечательном, экологически чистом, районе - потомки Салазара Слизерина не должны жить в жалкой имитации пчелиных сот. Там рядом с домом есть очаровательное озерцо, - тебе должно понравиться.
  Дорогая, как случилось, что ты не рассказала мне о помолвке? Том написал про то, -'что' а, главное, 'как', - ты натворила. Он крайне недоволен. Разделяю его беспокойство. Сердиться не могу, - будучи маглорождённой, ты не представляешь, что такое династические браки. Это настоящая каббала.
   Кстати, дедушку твоего будущего мужа по отцовской линии звали Каббаликус Малфой. Забавно, правда?
  Бессмертием клянусь, идея с этой собачьей свадьбой принадлежит чёрному юмористу по имени Северус. Его шутку оценили. Остаётся надеяться что, когда придёт его время, он окажется способен переварить наш фамильный, весьма специфический, юмор?
  С другой стороны, что бы там Том не твердил о порочности малфоевского паршивца, всё складывается удачно. Блэки - старинный род, один из самых древних в магической Британии; в жилах Малфоев течёт кровь вейл. Так что ты даже специально не смогла бы подыскать лучшей партии.
  Но если сын Люциуса окажется тебе не по вкусу - не огорчайся. Замужество - это не навсегда, если рядом есть я, готовая оказать небольшую услугу...
  Искренне твоя
  Властелина Мракс'.
  
  София поморщилась. Матримониальные планы Властелины сейчас пришлись как нельзя более некстати. Девушка не могла заставить себя даже взглянуть на Хорька. Её мутило от одного вида острого узкого лица с бесцветными глазами.
   - Твои родители-маглы не знают, что письма присылают с совами, Гринграсс?
  Услышав его ненавистный тягучий голос, София, не выдержав, выросла над столом и неторопливо вылила оранжевый тыквенный сок на белобрысую голову.
  Слизеринцы опешили от изумления. Миллисент и Нотт ахнули. Краббэ открыл рот. А Забини чуть ли не нырнул лицом в тарелку, стараясь скрыть смех.
  Желто-оранжевые струйки веселыми ручейками лились вниз, стекая на кипельно-белый воротничок, выступающий над накрахмаленной робой.
  Челюсть Малфля сжалась - аж зубы клацнули. Больше ни один мускул не дрогнул на холодно-угрожающем лице. Хорёк смотрел на Софию исподлобья, буравя взглядом.
   - Приятного аппетита, - пожелала 'Астория', перед тем, как покинуть Большой Зал.
  Она почти бегом устремилась прочь, опасаясь, что Малфой ринется за ней. Девушка направлялась в сторону учительских кабинетов - ей необходимо было удостовериться, что Хорёк в курсе их родства с Сами-Знаете-Кем и не осмелится повторить вчерашнюю безобразную выходку.
  Дверь в кабинет бывшего преподавателя зельеделия она толкнула, даже не удосужившись предварительно постучаться.
  - Кого несёт?! - 'гостеприимно' рявкнул хозяин.
  Неровные пряди черных волос обрамляли бледное перекошенное злостью лицо с гневливо изогнутыми бровями и презрительно сжатыми губами:
  - Мисс Гринграсс?! Какого дьявола ...?! Я вас не звал!
  Софию подобный приём обескуражил. Она считала, по целому ряду причин, что вправе рассчитывать на снисходительность Снейпа.
  Профессор, судя по всему, придерживался иного мнения.
   - Я хочу с вами поговорить... - начала она.
  В темных глазах зельедела сверкнула искорка гневной насмешки:
  - Излагайте, - процедил зельедел, - поскорей. Не намерен тратить время ни секундной больше необходимого.
   - Вы... вы должны наказать Малфоя за вчерашнюю выходку! - заикаясь, потребовала девушка.
   - Что ещё я тебе должен? - медоточиво произнес Снейцэгг. - Говори. Не стесняйся.
  София почувствовала, что вот-вот задохнётся от гнева:
   - Вы всерьёз расчитываете выгородить вашего обожаемого змеёныша, профессор Снэгг?!
  - А вы желаете предать вчерашний инцидент огласке, мисс Гринграсс?
  - Разумеется - нет!
  - В таком случае тема исчерпана. Чтобы хоть как-то вас утешить, - допускаю, что вы нуждаетесь в утешении, - довожу до сведения, что стер память всем, кто вчера был с вами в гостиной. Кроме Драко, разумеется. А теперь падите вон - разговор закончен.
  Грубость зельевара переходила все границы!
  - Прежде чем я 'пойду вон', я хочу получить ответ на заданный вопрос: вы намерены наказать Малфоя?
   - Нет, мисс Гринграсс. Он уже достаточно наказан тем, что связан с вами ненавистными для себя узами.
  София смерила взглядом колдуна:
  - Я найду способ разорвать эту смехотворную помолвку!
   - Рад, что вам смешно. Но от этой помолвки вас спасет лишь смерть. Ваша. Либо вашего жениха.
  - Учитывая обстоятельства, не плохая идея...
   - Беспрецедентный героизм, - скучливо отозвался зельевар. - Мисс Гринграсс, я вынужден настаивать на вашем уходе. Во-первых, мне неинтересен мстительный бред. А во-вторых, - с минуты на минуту начнётся урок...
  Девушка покинула комнату, громко хлопнув дверью.
  ***
  Кабинет ЗОТИ впечатлял. В нем царила атмосфера, наводящая на мысль о мировых тайнах, колдовстве и духах. Несколько забавно и нелепо, возможно в том было виновато настроение, в котором пребывала девушка, смотрелись картины на стенах. Нечто среднее между Босхом и подробной анатомической иллюстрацией: ужасные раны, вывернутые под невероятным, не естественным углом руки-ноги, прочие части тела...
  Ученики, притихнув, разглядывали кабинет. В прошлом году аудитория выглядела иначе?
  Когда в дверях появился Малфой, София ощутила острое желание впиться острыми ногтями в бледную физиономию и драть ею, пока под пальцами не прорастут кровавые царапины, пока его крысиная морда не превратиться в отбивную, в кровавый фарш!
   'Слизеринский принц' не глядя ни на кого, прошелся, словно уже коронованный король, между рядами и уселся на первый ряд.
  Перехватив взгляд Астории, Забини понимающе ухмыльнулся:
   - 'Принц подземелий', очаровательный сноб и очаровательный поганец, собственной персоной, - заговорщицки подмигнул он.
  - Я не велел доставать учебники, - рявкнул на Грейнджер влетающий в кабинет Снейп, как никогда похожий на нетопыря.
  Гриффиндорка поспешила вернуть учебник обратно в сумку.
   - Ещё успеете его вызубрить, мисс Грейнджер. - Продолжил Снейп. - Я намерен говорить, и требую безраздельного внимания. До сих пор, насколько мне известно, у вас было пять разных преподавателей по моему предмету. Естественно, у каждого была собственная методика и свои предпочтения. При такой путанице остается только удивляться, как вы все вообще сумели наскрести проходной балл при экзаменах на СОВУ. Вы удивите меня еще сильнее, если и дальше сможете держаться на уровне ПАУКа. Мой предмет требует серьезных, углубленных знаний. - Говоря это, Снейп расхаживал по классу, шурша дорогой шелковой мантией. - Силы зла, - говорил он, - бесчисленны, разнообразны, изменчивы и... вечны! Это многоглавое чудище; на месте отрубленной головы всякий раз вырастает новая, - хитрее, страшнее предыдущей. Ваш противник неуловим. Он постоянно меняет обличье и не поддается уничтожению. Следовательно, защищаясь, - чуть громче продолжил Снейп, - надо быть не менее изобретательным и гибким. Эти картины, - он, походя, махнул рукой, указывая на стены, - дают довольно верное представление о воздействии, к примеру, пыточного проклятия, - он ткнул пальцем в ведьму, зашедшуюся криком в агонии, - последствиях поцелуя дементора (колдун с абсолютно бессмысленным лицом, бессильно привалившийся к стене) или нападения инферния (кровавая кашица на земле), - взгляд Снейпа прилип к Софии, будто нарисованные инферналы были делом её рук.
  И без того не тонкая складка в переносье преподавателя стала ещё глубже:
  - Мисс Гринграсс, что вы знаете об этой нежити?
  София напряглась, почувствовав на себе множество взглядов. Если зельевар надеялся её смутить, то просчитался. Она провела с Властелиной достаточно времени, чтобы легко дать ответ на поставленный вопрос:
   - Инферналы являются порождением темной магии, попадающей под раздел некромантологии. Для создания инфернала требуется особый специфический дар, такое под силу далеко не каждому волшебнику. Они подконтрольны только создавшему их магу, ограничены наложенным создавшим их некромантом заклятием. И очень хорошо, если таковое имеется, - твари постоянно жаждут крови.
  - Десять баллов слизерину. - Снейп присел на стол, опираясь ладонями на столешницу, неожиданно меняя тему. - Насколько я понимаю, вы совсем не знакомы с невербальными заклятиями? Каковы их преимущества?
  Рука Гермионы взметнулась вверх.
  Зельевар неспешно осмотрел класс. Убедился, что выбора нет, и коротко бросил:
   - Мисс Грэнжер, вы неотвратимы, как английские туманы. Что там у вас? - скрестил учитель руки на груди
  Гермиона подскочила, словно чёртик на пружинке:
   - Преимущества невербальных заклинаний в том, что соперник не знает о ваших намерениях. Это даёт фору в долю секунды, - отторобанила грифиндорка.
   - Слово в слово из 'Стандартной книги заклинаний, класс 6', - презрительно скривился Снейп, - но, по сути, верно. Действительно, если вы овладели искусством колдовать, не выкрикивая заклинаний, ваша магия обретает элемент неожиданности. Разумеется, на это способны далеко не все. Здесь требуется особая концентрация воли и мысли. Сейчас, - продолжал Снейп, - вы разделитесь на пары. Один будет пытаться молча наложить заклятие на другого. Другой, так же молча, должен пробовать отвести заклятие. Приступайте.
  Задание оказалось не сложным, - большинство невербальных попыток заканчивались пшиком. Забини, в паре с которым работала София, побледнел от усилий, но толку всё равное не было. Впрочем, когда они поменялись ролями, сколько София ни 'потела', результатов и ей достичь не удалось.
  Снэгг задержался возле Уизли и Поттера.
  София послала Рону сочувственный взгляд. Тот в ответ с видом великомученика закатил глаза - все его попытки зачаровать Поттера терпели оглушительное фиаско. В чем он не отличался от большинства. Из тридцати пяти человек получалось лишь у Грейнджер и Малфоя, будь он проклят.
   Гермиона, не издав не звука, сумела отразить ватноножное заклинание Невиля. Малфой, молча вырвал оружие из рук Краббэ, применив, по всей видимости, 'Экспеллиармус'.
  Однако Снейпу приспичило придраться именно к этой 'парочке':
   - Жалкое зрелище. Смотрите, Уизли!
  С этими словами Снейп направил палочку на Поттера.
  Тот заорал, как оглашенный:
   - Протего!
  Рикошетное заклинание сбило зельевара с ног, потеряв равновесие профессор чуть не рухнул на пол.
  Малфой прокомментировал ситуацию, процедив:
   - Поттер - придурок!
  Профессор с разъяренным видом двинулся на Гарри:
   - Вы помните, в чем суть урока? В том, чтобы тренироваться в использовании невербальных заклятий, Поттер!
   - Помню, - буркнул Гарри.
   - Да, сэр!
   - Вам не обязательно назвать меня 'сэр', профессор.
  В классе повисла напряженная пауза.
  - Взыскание, в субботу вечером, у меня в кабинете, - сквозь зубы произнес слизеринский декан. - Я никому не позволю мне хамить, Поттер... даже Избранному. Урок закончен!
  София, запихнув палочку в сумку, направилась к выходу:
   - Гринграсс, - пальцы Хорька, сжавшись на предплечье, причинили боль, - Нам нужно поговорить.
  Девушка в животной панике рванулась, высвобождая руку:
   - Не прикасайся ко мне!
  - Малфой! - за спиной блондина вырос Рон. - Отпусти!
   - Отвали, Уизел. Не видишь? - мы разговариваем.
   Рон перевёл взгляд на Софию, словно спрашивая, уйти ему или остаться.
   - Я не хочу разговаривать! - вскричала София, отвечая на безмолвный вопрос.
   - Малфой, ты слышал?
   - Не вмешивайся в дела, которые тебя не касаются! - агрессивно попёр на рыжего Хорёк.
   - Что тут у вас опять происходит? - вклинилась между парнями лохматая голова Гермионы.
  Когда она бросила взгляд на Софию, в лице её читалось укоряющее-обличительное выражение.
  - Малфой, ты когда-нибудь нарвёшься! - рычал Рон, не обращая на попытки подруги остановить его.
   - Возможно, - хмыкнул наглец, - но не сегодня. И не на тебя.
   - Пошли, Рон, - потянула Гемриона Рона за рукав. - Пусть слизеринцы сами между собой разбираются.
  - Да пусти ты! - Рон предпринял безуспешную попытку вырваться из цепких лапок Грейнджер. - Не видишь? Малфой единственный, кто здесь хочет разборок!
  Блондин ухватил рыжего за лацканы мантии, рывком притянув к себе:
   - Слушай свою лохудру, Уизел. Целее будешь!
  Кулак Рона врезался Хорьку в живот, заставляя согнуться:
  - Никогда так не делай, Малфой, - целее будешь!
   - Рон! - Вновь укорила Гермиона, наблюдая за скрючившемся Хорьком. - Ну что ты творишь?!
   - Что - 'Рон'? - передразнил подругу рыжий. - Что я 'творю'? Может мне его, по-твоему, в ответ поцеловать следовало?!
   - Астория! - накинулась Гермиона на менее 'ядовитый' объект. - Тебе не стыдно?
  Малфой издевательски засмеялся:
   - Ревнуешь своего нищеброда, Грейнджер?
  София поспешила покинуть классную комнату, чувствуя, как пылают от негодования щёки.
  Малфой вновь догнал её лишь на мраморной лестнице:
  - Гринграсс, подожди! Я же сказал: нам нужно поговорить.
   - Я не то, чтобы разговаривать - видеть тебя не хочу...
   - Вечером, за хижиной Хагрида, у Запретного Леса буду ждать тебя в восемь, после ужина. Не придёшь, - пеняй на себя, - губы Малфоя снова сложились в коронную кривую ухмылку. - У некоторых участников утраченные воспоминания могут и всплыть...
   - Ублюдок! - выругалась девушка.
  Отодвинув её плечом, блондин не спеша спустился по лестнице, вливаясь в общий поток студентов.
  Он даже для вида не соизволил разыграть угрызения совести. Ну, ничего! Придёт время - ты ещё попляшешь, выродок. Она ещё не знает как, но заставит его это сделать.
  'Ты мне за все заплатишь', - в очередной раз пообещала себя София.
  
  Глава 6
  Свидание в Запретном лесу
  
  Подарок близнецов Уизли пришелся как нельзя кстати. Писать перьями на пергаменте было бы сущей мукой. И без того мысли скакали бестолковыми зайчиками, не желая укладываться в слова.
  Добрый десяток в клочки разорванных пергаментов успел устлать землю. Но София, не оставляя попыток связно изложить суть дела, выводила очередной вариант послания:
  
  'Здравствуй, Властелина.
  Вынуждена признаться, поскольку просто больше не у кого искать защиты, справедливости или совета: вчера вечером Драко Малфой меня изнасиловал.
  Снэгг в курсе. Но его, в отличии от меня, всё устраивает.
  Необходимо срочно найти способ разорвать помолвку! Чем быстрее, тем лучше.
  София Мракс'.
  ***
  У кабинета зельеделий толпилась 'чертова дюжина' учеников: четыре слизеринца, четыре равенкловца, грифиндорское 'Золотое Трио' и один хаффальппуфец.
  Учитель Софии не понравился: толстый, старый усатый дядька с замашками Казановы, успевшего забыть, что цветущие 'двадцать' канули в Лету не менее четырех десятков лет назад. Сия персона громогласно представилась профессором Дивангардом.
  Обстановка в классе напоминала лабораторию дилетанта-самоучки, не слишком успешно справляющегося с опытами. Запахи раздражали, воскрешая в памяти дешёвые потуги на дорогую парфюмерию, от которой почти всегда начинала болеть голова.
  - Ну-те-с, ну-те-с, ну-те-с,- радостно потёр руки профессор Дивангард. На толстых пальцах блеснули массивные золотые украшения. - Достаем весы, наборы для изготовления зелий и 'Высшее зельеделие'. Те, у кого нет ингредиентов, могут взять их из хранилища, - жизнерадостно вещал учитель. - Весы, я уверен, там тоже найдутся. Даже небольшой запасец старых учебников имеется. Сегодня для показа я приготовил зелья. По завершению курса все вы должны будете научиться их готовить. Наверняка каждый из вас о них уже слышал, даже если варить и не приходилось. Кто знает, что это такое?
  С виду в котле кипела обыкновенная вода.
  Руки подняли Гермиона и Малфой: гриффиндорка порывисто, резко, чуть ли не вскакивая с места; слизеринец - с ленивой неторопливостью.
  Дивангард спросил Грейнджер.
  Девушка затараторила, будто изрыгая проглоченный учебник:
   - Это 'Признавалиум', - бесцветная жидкость, лишенная запаха. Она вынуждает того, кто ее выпьет, говорить только правду.
  Плюхнувшись обратно на стул, она замерла в ожидании, глядя на профессора голодными глазами.
  Хорек скривился, будто внезапно заломило зуб.
  - Теперь это? - жидкость, булькающая во втором котле, выглядела вязкой и мутной. - Тоже весьма известное? О нем, кстати, недавно упоминалось в предписании министерства. Кто...?
  - Это Всеэссенция, сэр! - аж подскочила на месте Грейнджер.
  - Прекрасно, прекрасно... Теперь здесь... да, моя дорогая? - с некоторым раздражением произнес Дивангард, увидев, что Гермиона снова тянет руку.
  - Амортенция! - с видом триумвиратора выпалила Гермиона. - Самое сильное любовное зелье в мире!
  Профессор кивнул. Улыбка под пышными усами ещё зиждилась, но несколько подувяла.
  Несмотря на то, что слизеринцы не вызывали симпатии у Софии, она вполне понимала причину, вызывающую короткие смешки - Грейнжер со своим желанием 'отвечать', мягко говоря, раздражала.
  Дивангард обреченно вздохнул:
  - Многие, я уверен, узнали сие зелье по очевидному перламутровому блеску...
   - И пару, который поднимается вверх характерными спиралями, - с воодушевлением подхватила Гермиона, словно они с профессором вели беседу с глазу на глаз. - А еще для разных людей оно по-разному пахнет, в зависимости от того, кому что больше нравится. Я, например, чувствую запах свежескошенной травы и новенького пергамента и...
   - Верно, верно, мисс Грейнджер, - скривился профессор, будто у него вслед за Малфоем разболелись зубы.- Вы, случайно, не родственница Гектора Дагворта-Грэнжера, основателя 'Экстраординарнейшего общества зельеделов'?
  Покрасневшая Гермиона, опустила ресницы:
   - Вряд ли, сэр. Я магглорожденная.
  - О! Грейнджер! Гермиона Грейнджер? Как же! Как же! Вы та самая подруга легендарного мальчика? Это восхитительно! Двадцать баллов 'Гриффиндору', мисс Грэнжер!- с чувством выкрикнул Дивангард.
  София почувствовала, как её собственная физиономия кривится от отвращения.
  - Разумеется, амортенция не рождает настоящей любви, - продолжил раскрывать тему учитель. - Создать любовь искусственно невозможно. Зелье вызывает всего лишь страстное увлечение, одержимость. Пожалуй, это самое опасное и сильнодействующее вещество. По крайней мере, здесь, в нашем кабинете...
  София брезгливо скривила губы, с удивлением наблюдая отражение собственной гримасы на лицах всех слизеринцев.
   - Да, да, - Дивангард мрачно покивал, - когда вы повидаете столько, сколько довелось увидеть мне на веку, вы перестанете недооценивать силу страсти. Впрочем, - перебил он сам себя, - нам пора приступать к работе...
  К концу дня София чувствовала себя, словно выжитый лимон. Не оставалось сил на то, чтобы нервничать из-за условленной встречи.
  Вернувшись в комнату, почти целиком и полностью принадлежавшую ей, поскольку Паркинсон предпочитала отсиживаться в гостиной, девушка растянулась на кровати, устремляя взгляд в окно. Пологий спуск; длинный деревянный подвесной мост, соединяющий внутренний школьный двор и Каменный круг; черная глянцевая вода в озере; мрачная опушка Запретного Леса, - все просматривалось как на ладони, словно комната находилась на вершине башни, а не на дне озера. Казалось, распахни створки, и окажешься в небе, в самом эпицентре золотисто-янтарного заката. Смягчившееся от усталости, постаревшее за день солнце куталось в облачка, ажурные, легкие, похожие на шаль из тончайшего пуха.
  Пейзаж за окном выглядел таким реальным! Но был, увы, не более, чем обманом зрения, мороком...
  Разглядывая иллюзорную дорожку, протягивающуюся от замка в сторону Запретного Леса, София не уставала задаваться вопросом: стоит ли идти? О чём хочет поговорить 'слизеринкий принц'? Почему потребовал встречи именно в Запретном лесу?
  Узнать ответы на вопросы можно, только пойдя на свидание.
  Любопытство - гнусный подстрекатель. Но любопытство, как известно, сгубило кошку.
  С другой стороны, после разговора со Снейпом, Малфой, вряд ли, будучи трусом и расчётливой тварью, представляет опасность для родственницы Волдеморта?
  София бросила взгляд на часы: четверть девятого. Ещё минут пятнадцать - сомнения отпадут сами собой...
  Выбравшись из подземелий, она почти бегом пересекла Большой зал, устремляясь к выходу. Никто не обращал на неё никакого внимания.
  Хогвартц стоял на высоком пригорке, грозный, как ёж, ощетинившейся многочисленными башнями и башенками вместо колючек. Сразу за хижиной Хагрида подстерегал лес.
  'Тиш-ш-ше', - пел в ветках ветер.
  София вздрогнув, плотнее запахнула на себе мантию.
  - Всё-таки явилась, Гринграсс? Я уж и не надеялся... - с ленцой протянул голос из темноты.
  Хорька выдавали светлые волосы да отложной воротничок рубашки, белеющий над свитером.
  - Зачем ты просил меня прийти?- осведомилась София.
   - Просил? - на сей раз усмешка, казалось, относилась скорее к нему самому, чем к девушке. - Правда - просил? - парень хмыкнул. - А мне-то казалось, - требовал! Ну да ладно, - неважно. - он резко вобрал в себя воздух, делая шаг вперёд. - Гринграсс, я...
   - Стой, где стоишь! - прикрикнула София, отступая.
  - Я хотел извиниться, - строптиво тряхнул головой блондин. - Я не знал, что ты племянница Темного Лорда...
   - И это ты считаешь извинением? -не весело хохотула девушка. - Малфой! Твой папочка плохо тебя воспитал.
  - Отца оставь в покое - он тут не причём. Гринграсс! Повторяю, - я не знал, кто ты. Считал тебя обычной грязнокровкой...
  София внезапно оказалась во власти дикой, неконтролируемой ярости. Выхватив палочку, она направила её на противника.
   - Очень впечатляет, - саркастическим шепотом сообщил тот. - Извинения, надо полагать, не приняты? Ну? И что ты собираешься с этим делать?
  - Ступефай! - выкрикнула София.
   - Протего! - отбил Малфой.
  - Дифиндо!
  Юный маг ловко уклонился.
  - Не плохо! - похвалил он, смеясь. - Но какого Мерлина ты творишь?
   - Вердимиллиус!
   - Аква Эрукто! - посагил он занявшееся пламя. - Решила погреться? Знаю менее радикальный способ...
  - Против способа ничего не имею, - не в восторге от предмета!
  - Сдаюсь, Гринграсс, - Малфой развёл руки в стороны.
  Дождавшись, пока девушка опустит палочку и, выслушав её презрительное фырканье, блондин продолжил 'светскую беседу':
  - Почему ты сразу не сказала, что мы помолвлены?
  - Нелепо кидаться на незнакомого человека, подчеркнуто демонстрирующему своё пренебрежение, с криком: 'Суженный мой, ряженный, - я твоя навеки!', - дернула София плечом.
   - Даже не представляю, что скажет отец, когда узнает ... - Малфой тяжело вздохнул. - Ну, не могу я жениться на мугродье! Будь ты хоть трижды родственница Сама-Знаешь-Кого!
   - Так в чем проблема? Скажешь об этом боссу на ближайший уик-энд - и дело в шляпе! - отбросив шутовской тон, девушка заявила с неприкрытой злобой. - Ты жутко самовлюбленный тип, воображающий, что мир вращается вокруг него! Думаешь, я хочу выходить за тебя замуж?!
   - А то нет? Заполучила красивого, богатого, чистокровного волшебника...
   - Заполучила?! - охнула София. - Да я согласилась на эту отвратительную сделку лишь потому, что твоя мать в ногах у меня валялась...
  - Не правда! - отчаянно вскрикнул блондин. - Мама бы - никогда!... Стоять на коленях перед грязнокровкой?! Невозможно!
  - Впечатляющая наивность, Малфой: десять балов Слизерину! Спустись с небес, - земля вызывает. Над твоей семьей завис дамоклов меч. Черный Лорд ужасно зол на твоего отца. Смерть Малфоя-старшего дядю не удовлетворит; Волдеморт хочет повернуть дело так, чтобы сама смерть показалась ему наградой, желанным освобождением. А теперь напряги единственную извилину и подумай: через кого проще всего достать мистера Малфоя-старшего? В свете подобных событий мне отчего-то кажется, что просьба твоей матери на общем фоне выглядит не слишком впечатляюще...
   - Как ты могла согласиться на это?! - всё сказанное словно не коснулось его сознания. - Пусть даже мама просила, тебе-то это зачем? Почему, Гринграсс?!
  София подавила тяжёлый вздох:
  - Я тебя пожалела.
  После секундной паузы, полной изумленного замешательства, Малфой издевательски загоготал. Отсмеявшись, ядовито выплюнул:
  - Думаешь, мне нужна твоя проклятая жалость?!
   - Меня от тебя тошнит, - заявила девушка. - Трусливый, никчёмный и бесполезный папенькин сынок.
  - Теперь понятно, почему ты пришла, не побоявшись встретиться после вчерашнего. Считаешь меня трусом? А знаешь? - продолжил Малфой, - Давай, Гринграсс, померимся характерами?
   - Это как? - Насторожилась София.
  - Дуэль, - с бесшабашной веселостью заявил слизеринец.
   - Спятил?
  - Трусишь?
   - Я не Поттер - на 'слабо' не ведусь!
   - А на что введешься?
  Гаденькая улыбочка так и рисовалась за стеной мглы.
  - Ну, держись, Малфой. Сам напросился! Аква Эрукто! - заорала она.
  Из палочки, зажатой в руке, словно из толстого шланга, под напором вырвался столб воды, сбивая Малфоя с ног.
  Сыпля проклятьями, он покатился по земле, не аристократично матерясь.
  София со всех ног рванула к Хогвартсу. Она неслась вперед, не обращая внимания на колющие боли в боку, на крики Хорька, раздающиеся за спиной.
  В темноте ступенек, поднимающихся со школьного двора к Каменному кругу, было не различить, и девушка карабкалась по крутому склону на четвереньках, хватаясь за пучки, влажной от выпавшей росы, травы.
  Взобравшись на вершину, обернулась на настигающего противника.
  Лунный свет подчеркивал недоброе выражение его лица, делая откровенно зловещим.
  Она потом сама не могла понять, зачем подняла палочку над головой и прокричала:
  - Крусио!
  Блондин беззвучно растянулся на траве. Не было ни дрожи, ни криков, ни стонов. Отсутствовали хрипы - неизменные спутники пыточного проклятия.
  Парень лежал неподвижно, словно мертвый.
   - Хорек?! - Позвала София. - Ты в порядке?
   Он не отозвался.
   - Малфой, хватит придуриваться! - дрогнувшим голосом произнесла она. - Вставай!
  Сердце колотилось в горле. Ноги сделались ватными. София сама не заметила, что почти перестала дышать. Яростная обида, поддерживающая на протяжении всего вечера, куда-то испарилась...
  Блондин, сделав попытку подняться, засипел, зашелся нервным неприятным, лающим, как у его тетки Блэк, смехом, и снова опустился на траву:
  - Впечатляет, - его голос звучал шёпотом. - Сильные ощущения, ничего не скажешь... Гринграсс, кажется, я не могу идти...
  София, закинув его руку себе на плечо, помогла 'слизеринскому принцу' подняться. Блондин пошатывался, точно пьяный и был чертовски тяжелым.
  - Держись за меня, нежное ты создание...
  - Не такой уж я и нежный, - сделал парень попытку оправдаться. - Просто магия вейл плохо сочетается с 'крусио'. Это как аллергия на пчелиные укусы: для большинства - просто неприятно; для особых счастливчиков - почти смерть. Кстати, Гринграсс, какого Мерлина ты запустила в меня 'Крусио'?!
  Путь к замку казался бесконечным. Они оба обессилели физически и были опустошены морально.
  Так что когда у дверей Хогвартса их встретил Снейп, Софии уже было всё равно, что декан с ними сделает. Её не пугали не горящий от ярости взор, ни сжатые в тонкую линию губы.
  Перехватив норовившее осесть на пол тело любимчика, зельевар подхватил парня на руки:
   - Я же велел тебе держаться от неё подальше?!
   - Простите, сэр, - откликнулся Драко, опуская голову на плечо учителя.
  София уже намеревалась шагнуть за профессором в гулкую спасительную темноту вестебюля Хогвартса, когда огромная черная тень скользнула по воздуху, неслышно коснувшись атласными перьями девичьей щеки.
  - Ваш новый фамильный почтальон? - хмыкнул декан, взглядом приказывая девушке взять письмо у ворона.
  София стянула с лапы тонкий папирус:
  
  'Ты не искала моей защиты и не просила совета, когда давала Нерушимую Клятву. Так что нечего теперь вешать свои проблемы на других. Тем более, что помочь нет возможности.
  Клянусь, вы оба, - и ты, и Драко, - в ближайшее время познакомитесь с тем, что я считаю справедливостью.
  Лорд Волдеморт'
  София с ужасом подняла глаза на Снейпа.
  Письмо в её руке тряслось, как в непогоду осенний листок.
  
  Глава 7
  Верхом на помеле
  
  Профессор Снейп окинул девушку взглядом. На высоком лбу его пролегли глубокие морщины; протянувшиеся от крыльев носа до опущенных уголков рта складки сделались резче.
   - Следуйте за мной, мисс Гринграсс, - приказал он.
  Скудное освещение придавало обстановке таинственную мрачность. Углы переходов, лестниц и комнат утопали в темноте.
  На фоне общего полумрака письменный стол в кабинете декана казался залитым светом льющемся от свечей в высоких жирандолях.
  София не в первый раз заходила сюда, но почему-то только сейчас удивилась множеству стеклянных банок с ингредиентами и экспонатами, пылившимися на полках.
  Снэгг, аккуратно уложив Драко на диван, решительно направился к одной из стоек, томящейся под грузом пузырьков. Взяв один из них, с жидкостью, напоминающую совковую 'синьку', отмерил несколько капель в пиалу, смешал с водой и, вернувшись, поднёс к бледным губам юноши.
  Только заботливо укутав Малфоя пледом, Снейп повернулся к Софии. Под немигающим, источающим неприязнь, взглядом, девушка опустила голову.
   - Вы молодец, Гринграсс. Люди, умеющие не терять даром времени всегда вызывают уважение. Когда только успели наябедничать всемогущему родственничку?
   - А что мне оставалось делать?! - попытка казаться дерзкой захлебнулась, наткнувшись на высокомерное насмешливое спокойствие учителя. - Когда я пришла к вам, вы попросту дали мне от ворот поворот, - сникая, договорила она.
   - А вы всерьёз ожидали, что я стану вашей жилеткой?
  Софии очень хотелось уйти. Её неудержимо клонило в сон. Несмотря на то, что в комнате стояла духота, почему-то бил озноб:
  - Я писала Властелине, а не Воландеморту...
   - Не смей произносить имени Чёрного лорда! - яростно выплюнул Снейп.
   - П...почему? - изумилась такой острой реакции девушка.
  Профессор, видимо, не до конца осознавая, что делает, потёр левую руку:
  - К вашему сведению, - продолжил он, - писать Властелине почти то же самое, что писать самому Тёмному лорду. Дайте письмо!
  София покорно вложила пергамент в раскрытую ладонь.
  Пробежавшись взглядом по строкам, Снейп в задумчивости поводил пальцем по губам.
   - Чего теперь стоит ждать? - тревожно спросила девушка.
  Глаза Снейпа превратились в щёлочки:
   - У нас, конечно, приватная беседа, мисс Гринграсс, но я, тем не менее, не перестаю быть вашим учителем.
  - Не понимаю... - в недоумении заморгала София.
   - Вы демонстрируете отвратительные манеры, мисс Гринграсс. Поелику я являюсь вашим учителем, сударыня, вы обязаны называть меня - сэр. Или - профессор, - выдержав секундную паузу, Снейп продолжил. - Полагаю, мистеру Малфою следует готовиться к излюбленным развлечениям Темного Лорда: пыткам, насилию, принуждению и унижению. Что касается вас? - профессор усмехнулся. - Вы можете быть спокойны: физическая расправа вам не грозит.
  - Почему вы так говорите со мной? Я ничего плохого вам не сделала!
   - Манеры, мисс Гринграсс! Ма-не-ры...
   - Я ничего плохого вам не сделала, сэр! - прошипела девушка столь яростно, что Малфой завертелся на диване.
  В ответ Снейп продемонстрировал прямую спину, задрапированную в чёрную мантию:
   - Идите, отдыхайте, мисс Гринграсс. Беседа окончена.
  Миновав очередной поворот, София почти уткнулась в Филча, перед которым важно шествовала облезлого вида кошка цвета пыли. За последними событиями как-то начисто позабылось, что после условленного часа находиться вне гостиных своего дома строго запрещается.
  - Так, так, так, - пыхтя и сопя, радостно потирал ладонями школьный смотритель, - кто тут у нас? Мисс Как-Вас-Там, следуйте за мной - вынужден доложить о нарушении главе вашего дома...
   - Это лишнее, мистер Филч, - раздался под гулкими сводами голос директора.
   - Но профессор Дамблдор! Ученик находится вне спальни в такой час! Это неслыханно!
   - Вы преувеличиваете, друг мой. За время, что мы работаем с вами здесь бок о бок, и сами стены, и наши глаза слишком многое повидали, чтобы назвать встречу с мисс Гринграсс 'неслыханной'. К тому же, рискну высказать предположение, не имеет смысла вести мисс Гринграсс туда, откуда она только что вышла.
  Вернувшись в комнату, девушка без сил повалилась на кровать. Часы на прикроватной тумбочке показывали четверть второго. Думать о том, каково завтра будет вставать в семь, было откровенно страшно.
  За завтраком София с облегчением увидела, что место, которое обычно занимал Малфой, пустует.
  Уроки понеслись, словно вагончики в паровозике - друг за другом. За Транфигурацией следовали Заклинания, после небольшого перерыва - Травология, за Травологией шёл черед Арифмантики.
  По завершению общего курса дисциплин София пошла к мадам Самагони-Трюк, на индивидуальное занятие.
  Мадам Самогони-Трюк приблизилась широкими размашистыми шагами. Подмышкой левой руки она зажимала метлу.
  Преподавательница показалась девушке строгой и совершенно не привлекательной, лишённой даже намёка на женственность. Возможно потому, что носила короткую стрижку 'ёрш' и серый, линялый, видавший лучшие времена, мужской костюм. При этом ведьме как-то удавалось выглядеть внушительной в своём гротескном наряде, несмотря на невысокий рост и хрупкое телосложение.
  - Ну? Приступим? - учитель не счёл нужным откладывать дело в дальний ящик. - Жаль только, погода ветреная.
  София почти с ужасом взирала на предполагаемый объект левитации. Признаться честно, адские гончие пугали меньше.
   - Встань рядом с метлой, - инструктировала учительница, - Вот так, - показала она.
  София машинально скопировала предложенную позу.
   - Вытяни правую руку. Гринграсс! - повысила голос мадам Самогони, - Вы правую руку с левой различаете? А теперь прикажи метле: 'Встать!'.
  София с сомнением покосилась на распростёртый по земле 'веник'. Нервно сглотнув, она промямлила:
   - Встать...- подозревая, что даже у Лонгбботома получалось лучше.
  Метла, благодарение Богу, Мерлину, всему доброму на свете, не шевельнулась.
   - Мисс Гринграсс, я велела приказать, а не униженно блеять, - тряхнула коротко стриженой головой профессор Самогони.
   - Встать! - рявкнула София, с ужасом наблюдая, как метла дрогнула и перекатилась.
   - Уже лучше. Ещё раз, - потребовала учительница.
   - Встать!
  Рукоятка метлы больно ударила в ладонь.
  - Отлично! - похвалила мадам Самогони. - Теперь клади руки вот сюда - вот так. И садись...
   - На метлу?!
   - Нет! - закатила глаза учительница. - Мне на закорки!
  Оседлав палку, София чувствовала себя, глупее не придумаешь.
  - Хорошо. По свистку поднимайся на несколько футов, - не выше! Чтобы взлететь вверх, тяни рукоятку на себя. Во время полёта держи метлу ровно. Не бойся, метла не лошадь, она тебя не сбросит. Чтобы вернуться, наклоняйся вперёд. Всё поняла?
  Крепко сжимая руками и ногами обыкновенную палку с хвостиком, София задавалась вопросом, когда успела настолько утратить рассудок?
  Сердце разогнало кровь с такой силой, что та ревела в ушах похлеще ветра. Это было хуже плавания, хотя до сей поры, София пребывала в твёрдой уверенности, что хуже не бывает.
  - Готова?
  'Нет! Нет, конечно!', - кричала девушка про себя.
   - Раз...
  Сердце бьется гулко и быстро...
   - ...два...
  Болезненно толкается в груди. Во рту сухо, мокрые ладони скользят по древку...
   - ...три!
  Резко дернув метлу на себя, София полетела вертикально вверх, точно пробка из бутылки. С ужасом осознав, что земля стремительно удаляется, и ничего с этим не поделать, она завопила.
  Весь мир превратился в глухие удары, стучавшие в ушах, в запястьях, в висках и под коленками. Тело, сделавшись ватным, не желало слушаться. Однако вскоре, чисто инстинктивно, девушке удалось выровнять метлу.
  Внизу мутно поблескивала темная гладь почти идеально круглого озера. Только и нужно, что расцепить руки, и... но София быстренько оставила эту мысль, даже не додумав, как следует, до конца. Ни за что она руки не расцепит! Лучше умрёт! Прямо на метле.
  Паника медленно отступила, хотя в груди по-прежнему жгло.
  Мадам Самогони-Трюк давно осталась позади. Под ногами раскинулась зловещая, отдающая чернотой зелень Запретного Леса.
  Выпрямив руки, София наклонила 'бескрылый' конец 'летательного аппарата' и стрелой понеслась вниз, громко вереща и твердо веруя, что вот-вот разобьется насмерть.
  Ветки хлестко, больно ударяли по плечам, щекам, ребрам, заодно замедляя скорость падения, пока ноги не коснулись земной тверди.
  Вроде, больно не было? Кажется, обошлось...
  Поднявшись на ноги, юная ведьма попыталась сообразить, что делать дальше? В первый момент её охватила тревога, но земля есть земля, - она даёт силы и вдохновляет.
  - Змеи? - на серпентарго позвала она.
  Лес отозвался тихим, грозным, покорным шипением.
   - Здес-с-сь! Что прикаж-ж-жет хоз-з-з-зяйка?...
  София и в самом деле на миг почувствовала себя хозяйкой, способной повелевать, слышать и понимать голоса самых темных созданий природы.
   - Помогите отыскать дорогу к Хогвартцу.
   - Следуй за мной-й-й...
  Гадюка скользила, будто живая нить Ариадны.
  Шагая вперед, София весело напевала под нос:
  'Я была навеселе
  И летала на метле
  Хоть сама не верю я
  В эти суеверия'...
  Среди замшелых веток что промелькнуло.
  Оборвав песню, София в изумлении взирала на поразительное, невозможное, невероятное существо: до пояса человека с рыжими волосами; ниже талии - коня, с длинным, таким же рыжим, как волосы, хвостом.
   - Кто ты? - человеческим голосом вопросило невообразимое нечто. - Почему нарушив запрет, покинула территорию Хогвартца? Почему одна гуляешь в лесу?
   -Проч-ч-чь! - зашипела хвостатая проводница Софии, угрожающе поднимая голову из травы.
  'Проч-ч-чь', - подхватило не менее десятка других шипящих союзников.
  По крупу кентавра пробежала нервная дрожь. Передними ногами полуконь-получеловек переступил с места на место.
   - Да! - вздохнул он. - Неспроста сегодняшней ночью Марс сиял столь ярко!
  - Моё имя Астория Гринграсс.
  Кентавр попятился, словно желая слиться с кустами за его спиной.
   - Я просто заблудилась в лесу и пытаюсь отыскать дорогу назад...
  Запрокинул голову, существо вглядывалось в небо, покрытое кипенью низких серых облаков:
   - Я чувствую Тьму в твоей крови, человеческий детёныш. Знакомую. Пугающую. Когда-то я уже встречал юношу, который пах так же, как ты - тьмой и полынью! Грядут страшные времена! Прольются реки крови...
  - Извините, но я не в настроении выслушивать мрачные пророчества. Мне нужно вернуться в Хогвартц!
   - Невинные всегда становятся первыми жертвами, - словно не слыша, продолжал кентавр. - Так было, так будет всегда...
  София, грешным делом, подумала, что существо, возможно, только выглядит антропоморфным, а на деле разумно не более чем талантливый попугай, заучивший несколько десятков слов.
   - Марс сегодня ночью был ярок. - Бормотал человек-конь. - Необыкновенно ярок...
  Девушка поспешила удалиться, нырнув под раскидистые еловые ветки. Вскоре силуэт кентавра исчез за деревьями, стоящими столь тесно, что между ними проходилось протискиваться. Слух улавливал тихий треск веточек под вздохами ветра, тревожное перешёптывание листвы над головой.
  Тропинка сделалась практически непроходимой. Странный, поначалу едва различимый звук усиливался, словно что-то огромное ломало ветки, продирая себе путь сквозь чащобу.
  'Ос-с-сторожнее', - зашипела гадюка.
  Сначала София не поняла, что колыхается перед ней. Оно опиралось на немыслимо длинные, мохнатые ноги, сверкало четырьмя парами глаз над мощными жвалами, плавно поводило чёрными блестящими клешнями. Потом сообразила - то был гигантский паук, размером с ломовую лошадь.
  На травоядную безобидную зверушку паук походил меньше, чем оса на бабочку.
  Не колеблясь ни мгновенья, София вскинула над головой палочку. Мысль о возможной неудаче даже не коснулась сознания. Так не сомневается охотник, - заряженное ружье выстрелит, стоит спустить курок.
   - Авада Кедавра!!! - взвыла она.
  Ослепительно-зелёная вспышка, похожая на жидкость, расползающуюся в невесомости, прорезала пространство. Изумрудная сеть опустилась на лесное чудовище, оплетая со всех сторон. Паучьи ноги подогнулись и монстр тяжело, как в замедленной съёмке, повалился на спину.
  Ядовитый отблеск проклятия угас, будто само тело поглотило его.
  - Нуж-ж-жно уходить, - предупредил ядовитый ангел-хранитель. - Его братья и с-с-сестры с-с-скоро будут з-з-здесь...'.
  София кивнула:
   - Ассио, метла, - призвала она.
  Когда ей уже начало казаться, что заклинание не подействовало, метла рухнула к ногам, сбивая сверху ворох листьев и сухих мелких веточек.
   От мысли, что придётся снова взлететь, затошнило от ужаса. Однако пауки, в количестве нескольких десятков штук, тоже не вдохновляли. Что предпочтительнее - разбиться или оказаться съеденной заживо?
  Метла висела в воздухе, словно её держали невидимые стойки.
  Оседлав палку, юная ведьма с силой оттолкнулась от земли и взмыла вверх.
  Когда София смогла заставить себя открыть глаза, она обнаружила, что лес под нею провалился вниз. Ветер холодил щеки. Волосы сбились в колтун, потому что тело со свистом омывал холодный ветер.
  Девушка вдруг поняла, что это скольжение, как на воздушных салазках, приносит удовольствие.
  Крутанувшись на метле, словно шкодливая обезьянка на турнике, девушка откинула голову и наблюдала, как над ней летит солнце, одновременно оставаясь на месте.
  Потом вновь оседлав метлу, София направилась к площадке, на которой видела мельтешащие человеческие фигурки. С высоты птичьего полёта люди смотрелись муравьями. Фигурки явно направлялись к Запретному Лесу и были никем иным, как преподавателями.
  Стоило направить метлу к земле, страх вернулся, вызывая в груди уже знакомое жжение. Чем ближе была земля, тем теснее становился охвативший грудную клетку обруч.
  
  Глава 8
  Панси Паркинсон
  
  На круглой, похожей на модифицированный футбольный стадион, площадке, толпилось множество народу. Промозглая морось толпе, кажется, ни сколько не мешала.
   - Что там происходит? - поинтересовалась София у Милисент.
  Та, в отличие от Паркинсон, не взяла дурной привычки шипеть на новенькую при каждом удобном и неудобном случае.
   - Квидичные испытания, - махнула рукой Булстроуд. Поняв, что Софии это объяснение ни о чём не говорит, добавила. - Набор в квидичную команду у 'гриффов'. Народ, сама видишь, так и валит...
   - Ещё бы! - встрял в беседу Краббэ. - Капитан-то команды сам Избранный!
  Забини засмеялся:
   - Поттеру не позавидуешь! Девчонки? Да какой от них толк в квидиче? Пошли, поглазеем?
  Краббэ пожал мощными плечами:
   - Правилами не запрещёно наблюдать за соперником. Пошли!
  София, скользнув взглядом по трибунам, выхватила тоненькую фигурку, охваченную пламенем взметнувшихся вокруг острого треугольного личика густого облака каштановых волос. Грейнджер сидела рядом со здоровяком, чей мощный затылок едва прикрывали коротко состриженные жёсткие вихры.
  Поттер, разделив народ на несколько групп, в каждой по десять человек, на первом испытании велел облететь игровое поле. 'Залёт' бесславно закончился, когда один из мальчишек врезался в столб, под дружный гогот слизеринцев и разочарованные вздохи однокашников.
  Вторая группа имела бы больше шансов под транспарантом 'Мисс Вселенная', да и выглядела бы там уместнее. Девушки беспрестанно хихикали, хватались друга за друга, жеманничали до тех пор, пока озверевший Поттер не велел 'претенденткам' убираться. Особо не печалясь, веселая яркая стайка удалилась на трибуны, вливаясь в ряды 'наблюдателей'.
  Третья 'десятка' не придумала ничего лучше, как устроить кучу малу где-то над центром поля.
   - Кажется, в этом году победа будет за нами, - осветилось улыбкой лицо Паркинсон. - Жаль, Драко не видит это убожество. Вот порадовался бы!
  Поттер, мечущийся по площадке туда и сюда, уже успел охрипнуть от натужного крика: жалобы, бурные истерики, выбитые зубы не давали ему расслабиться.
  Устав наблюдать, чувствуя, что замерзает, София поднялась со скамьи, намереваясь уйти в замок.
   - Гринграсс! - окликнула её Панси. - Подожди! Поговорить надо...
   - О чём? - насторожилась София.
  Спорить или скандалить совершенно не хотелось.
   - Сама прекрасно знаешь, - 'о чем', - ответила Панси. - Или, уж если быть до конца точным, следует сказать: 'о ком'?
  София тяжело вздохнула:
   - Давай поговорим. Только без эмоций, ладно?
  - Пройдем вон к той трибуне? - предложила Паркинсон.
  Пока девушки усаживались на скамейку самой дальней трибуны, София невольно залюбовалась красивым полётом одной из участниц. Та была похожа на спущенную с арбалета стрелу.
  - Кто это? - не сдержала она любопытства.
  - Джинни Уизли. А те, что рядом: Кетти Бэл и Демельза Робинс. - Паркинсон не весело усмехнулась. - Могу поставить на что угодно, - всех троих Поттер возьмёт в команду, - презрительно дернула плечом слизеринка.
   - Конечно, возьмёт! Они объективно лучше остальных.
   - Уизел - не лучше, - возразила Паркинсон. - Но раз он друг Избранного, обязательно будет в команде, - уверенно заявила она.
  Когда девушка повернула к Софии лицо, глаза её яростно блеснули:
   -Что происходит между тобой и Драко, Гринграсс?
  - В смысле? - опешила та от неожиданного вопроса.
   - Драко сказал, что между нами, - мной и им, - всё кончено. Что больше ничего не может быть, потому что вы с ним помолвлены. - Панси жадно вглядывалась в лицо нежданной соперницы. - Это ведь не правда?! Это же бред!
  - Мне очень жаль, Панси, - глухо отозвалась София, поднимая воротник мантии, чтобы защититься от надоедливой мглистой сырости и беспрестанно задувающего осеннего ветра.
  Панси тряхнула густыми блестящим волосами, стряхивая мелкие бриллианты капелек:
   - Ты ведь не та, за кого себя выдаешь, Гринграсс.
   - Малфой сказал?
   Дождавшись, пока Паркинсон кивком подтвердит правильность догадки, София сухо констатировала:
   - Хорёк болтлив и глуп.
  Губы собеседницы сжались в узкую-узкую линию, подбородок воинственно задрался вверх.
   - Панси, - мягко произнесла София, - я тебе не соперница. Малфой мне не нравится - я не нравлюсь ему. Хочешь продолжать встречаться с ним? - встречайся. Я не в претензии.
  Поднявшийся на стадионе гвалт отвлёк девочек от неприятного разговора.
  Высокий качок, просидевший рядом с Гермионой почти весь отборочный тур, теперь орал, размахивая руками на Поттера.
  - Что это он так разнервничался?
  - Маклагген хочет попасть в команду и, если честно, имеет полное право. Он хорошо летает. Но только зря кипятится, - Поттер всё равно возьмёт своего нищеброда.
  Паркинсон в своих предсказаниях не ошиблась. Когда набор квидишной команды Гриффиндора завершился, тремя 'охотницами' оказались Кэтти Бэл, Женевра Уизли и Демельза Робинс; отбивалами Поттер назначил Джимми Пикса, широкоплечего третьекурсника и Ричи Проустака, парнишку невзрачного, даже хилого, на вид. Охранником стал Рон Уизли.
  - Что будем делать? - спросила Милисент, когда слизеринцы возвращались со стадиона. Она пыталась отогреть дыханием озябшие ладошки. - Сходим в Хогсмёд?
   - Не хочу туда тащиться. Я замерзла, - капризно заявила Панси. - Может быть, мальчики сходят в Хогсмёд одни? Купят себе огневиски, нам - сливочного пива? Повеселимся вечером в гостиной?
  - Предложение принимается, Панси, - расплылся в улыбке Забини. - Поиграем в джентльменов. Вы девочки, идите, отогревайтесь, наряжайтесь, пудрите носики и не о чём не беспокойтесь, доверьте нам добычу провианта. Вечером увидимся.
  Панси и София редко оставались наедине. Девушки по-возможности избегали общества друг друга. Но тут был один из тех случаев, когда неприятного общения оказалось не избежать.
  - Поговорим? - присела София на краешек кровати, переплетая пальцы в замок.
   - О чём? - подняла брови слизеринка.
   - О тебе. Обо мне. О Малфое.
  Дождавшись, когда Панси перестала презрительно фырчать, напоминая тем самым рассерженную кошку, София продолжила:
   - Когда люди разговаривают, им удаётся понять друг друга. Для нас с тобой это немаловажно: нам предстоит делить факультет, комнату и парня. Ты не думаешь, что в этом случае стать подругами гораздо разумнее, чем быть врагами?
  Черные матовые глаза Паркинсон были непроницаемы:
  - Чего ты хочешь, Гринграсс?
   - Лояльности.
  - Иди к Мерлину. Лояльности она захотела! Думаешь, никто не замечает, как ты спишь и видишь, как бы к 'гриффам' переметнуться?
  София сохраняла философское спокойствие:
   - Когда я только познакомилась с магическим миром, гриффиндорцы были со мной дружелюбны; а слизеринцы, мягко говоря, - не очень. Любому человеку свойственно на враждебность отвечать враждебностью.
   - Ни один магл не дождётся от меня лояльности! Такие, как ты, в Эпоху Костров сжигали таких, как я!
  София укоризненно покачала головой:
   - Паркинсон, ты сама-то себя слушаешь? Такие, как я никого не сжигали. Во-первых, всё, о чём ты говоришь, дела давно минувших дней. А во-вторых, люди моей породы не бывают фанатами. Мы не воюем за свои убеждения, придерживаясь умеренных взглядов во всём. Всё, что нужно мне для счастья, так это немного свободы и капельку жизненного пространства. Я - мизантроп, а не воин. Конечно, если наступить на горло, я буду огрызаться, даже могу стать опасной.
  Паркинсон смерила Софию взглядом:
   - К чему вся эта пламенная речь?
  - Сама не знаю, - улыбнулась София. - Я хочу, чтобы ты перестала меня ненавидеть и презирать. Да тебе это и не выгодно. Ведь никому не будет хорошо, если я примкну к вашим врагам...
   - Ты не посмеешь! - невозмутимо констатировала Паркинсон, принимая вид торжествующего злого гения.- Не посмеешь пойти против воли Темного Лорда!
   - А ты уверена, что это будет против его воли, Панси? Тёмный Лорд очень непредсказуемая, многослойная личность, - продолжила София. - Просто поверь на слово - быть моим другом тебе куда выгоднее, чем становиться в оппозицию.
  Панси медленно кивнула:
   - Возможно, ты и права. Но как насчёт Драко?
   - А что 'на счёт Драко'? - захлопала ресницами племянница Тёмного Лорда. - Мы же обо всем уже договорились. Сейчас он - твой. А будущее пусть само о себе позаботится.
  - Эй, красавицы! - Послышался за дверью голос Забини. - Спускайтесь! Пиво подано!
  Обстановка в гостиной не изменилась, но сейчас обилие мрамора, зеленого цвета и неяркое освещение не только не раздражало, но даже казалось уютным.
  - Ну, что? - хмыкнул Забини. - Будем веселиться, пока есть такая возможность?
  София никогда раньше не пила ничего, кроме рюмки шампанского на день рождение или Новый год. Но отказываться не стала - момент не подходящий.
  Ребята уселись вокруг стола, и пустили бутылку по кругу, точно трубку мира.
  - За нас! - отсалютовал Теодор Нотт. - За Дом Слизерин!
   - За то, чтобы в предстоящей заварушке всем присутствующим удалось выжить, - пожелал Винсент Краббэ, перед тем, как отхлебнуть пиво из горла и передать бутылку Милисент.
   - За наших родителей, родственников и друзей; за их здоровье, жизнь и счастье, - провозгласила она.
   - За то, чтобы как можно больше грязных мугродов сгинуло и не поганило магический мир, - София поморщилась на высказывание Гойла.
   - За то, чтобы задание, которое Драко получил от Темного Лорда, было выполнено наилучшим образом, - прошелестела Панси, передавая почти наполовину выпитую бутылку Софии.
  Та судорожно пыталась придумать, чтобы сказать, и, наверное, поэтому ударилась в гипотетический тон:
   - За то, чтобы светоч разума не погас во мраке ненависти!
   Нотт удивленно приподнял брови. Забини по привычке хмыкнул, забирая бутылку у Софии:
   - За то, чтобы мы успели вкусить радости, которую дарует Эрот до того, как Тьма Египетская обрушится на наши головы.
   - Да уж! - Понимающе хмыкнул Гойл. - Это правда! Умеешь ты, друг, сказать нужные слова... а то светочи, жизни и смерти... аж зубы сводит от ужаса и скуки...
   - А вы заметили, как 'профессионально' подошёл Поттер к отбору команды? - захихикал Забини. - Может, тоже попробовать поиграть? Такие девочки! При одном только взгляде уже хочется квафл забить...
   - Ты для начала на метле держаться научись, - порекомендовала Панси.
   - А кто тебе больше понравился: Кэти Бэл или Джинни Уизли? - полюбопытствовал Нотт.
   - Уизли красивее, однозначно!
   - Она - шлюха, - отрекомендовал Краббэ.
   - Как грубо! - возмутилась Милисент.
   - А как назвать девку, которая каждый вечер обжимается с новым парнем?
   - Уизлятский темперамент, друг мой, - похлопал по плечу Винсента Забини. - А как ты думаешь, их папочка с мамочкой такой рыжий 'садик' насадили? У них страсти аж на голове горят. Для наглядности. В этом году МакГоногал хоть иногда вздремнуть может - ряды-то поредели. А вот в прошлом! Какой гобелен ненароком не задень, за всяким какой-нибудь Уизли отыщется.
   - Но даже на фоне остальных Уизли Джинни 'зажигает' - 'отыскивается' чаще других, - поддержал друга Гойл.
   - Мне надоело слушать про гриффиндорок! - возмутилась Панси.
   - А про вас-то что говорить? - процедил Нотт. - Ни у одной даже намёка на грудь нет!
  В ответ Милисент швырнула в Тедда пустую бутылку:
   - Да как ты смеешь! - сказала она, смеясь. - И потом, Пансина грудь очень даже впечатляет.
   - Перестаньте, - проворчала Панси, скрещивая руки. - У Гринграсс она, кстати, тоже очень даже в наличии.
   - Ну, если хорошенько приглядеться? Ну да - в наличии! - согласился Забини.
   - Вам что? Поговорить больше не о чем? - София в свой черед скрестила руки.
   - А что может быть приятнее разговоров о сексе? Разве только сам секс. Да от вас разве дождешься?
   - Тогда, может быть, булочки на ужин?
  Драко Малфой, сияющий, цветущий, с неизменной гнусной ухмылочкой, нарисовался на пороге.
  Слизеринцы встретили его восторженным рёвом.
   - Драко! - смеялась Милисент. - Где ты взял такое чудо?
   - Ну, - принял он загадочный вид, покачавшись с пятки на носок, - у Малфоев свои секреты...
  
  Глава 9
  Под знаком Змей
  
   - С тех пор, как воскрес Тёмный Лорд, Дамблдор в школе почти не появляется, - поделился наблюдениями Нотт, без всякого аппетита размазывая овсянку по тарелке. - Да уже только заодно за это Сами-Знаете-Кто может рассчитывать на мою преданность.
  Малфой, пародируя директора, восторженно прогнусавил:
   - Ещё один великолепный день! И всё это благодаря Поттеру! Так отдадим же 'Гриффиндору' Кубок Школы и скажем дружно: 'Спасибо!', - за всё, за всё, за всё... - он зло оскалился. - Мы им ещё покажем. Сила всё равно будет на нашей стороне!
  Птицы стремительно ворвались в залитые дождем окна и забрызгали все вокруг - прибыла совиная почта. В последнее время писем приходило намного больше, чем раньше; родители тревожились за детей и хотели убедиться, что с ними все в порядке, а заодно сообщали, что и дома все хорошо.
  Один из свертков опустился Софии на колени. Письмо было, как обычно, написано на русском языке:
  
  'Дорогая Софи!
  Жду тебя сегодня, как стемнеет, в Запретном Лесу со стороны хижины Хагрида. Не опаздывай.
  Властелина'.
  
   'Бабуся' без колебаний заложила её Воландеморту. Но идти всё равно придётся. Себе дороже спорить! Только как прикажете вырваться из Хогвартса? Коридоры, как недавно убедилась София, патрулируются Филчем и его плотоядной кошкой. Не говоря уже об инспекционных бригадах.
  - Вот Годрик! Что ему... - Блейз, до сего момента методично штудирующий 'Ежедневный пророк', стрельнул взглядом в Малфоя.
   - Что там? - напрягся блондин.
  Панси выхватила газету и прочла вслух:
  'Артур Уизли вновь побывал в Малфой-мэноре, - лицо Драко стало похожим на снежную маску, - злое, сосредоточенное, застывшее. - Это уже второй обыск жилища Упивающегося Смертью, - продолжила она, - Артур Уэсли из отдела по обнаружению и конфискации фальшивых оберегов сказал, что его бригада действовала по сигналу, полученному от частного лица...
  - Поттер-вонючка, - произнес блондин полузадушенным хрипом - растягивать слова и плеваться одновременно довольно сложная задача.
   - Причём тут Избранный? - не понял Забини.
   - Потому что это Вонючка натравил на Малфоев Уизела-старшего, - пояснила Панси.
  После завтрака слизеринцы подловили 'Золотое трио' в коридоре.
  - Поттер? - насмешливо протянул Малфой, преграждая тому дорогу. - Ты, оказывается, не только сын грязнокровки, песий крестник, но ещё и стукач у нищебродов?
   - Уйди с дороги, - потребовал Мальчик-Который-Выжил.
  Краббэ загородил собой Хорька, демонстративным жестом закатывая рукава робы.
  Что произошло дальше, София не поняла. Но в следующее мгновение Винсент растянулся на полу, судорожно дергая удлиняющимися ногами. Метаморфоза напоминала кадры из фильмов ужасов. Ноги Краббэ всё растягивались и растягивались, будто резиновые.
  Невозмутимо перешагнув через рухнувшего противника, Надежда Магического Мира вознамерилась гордо удалиться.
  - Поттер, стой, сволочь!!! Тебе это с рук не сойдёт! - брызжа слюной, кричал блондин.
   - Драко, не надо! - повисла на его руке Паркинсон, бросая на Софию многозначительные взгляды.
  Та не двинулась с места: извини, Панси! Союз - союзом, но добровольно до Хорька София ни за что не дотронется.
  Поттер застыл. Его точно каменное, ничего не выражающее лицо откровенно пугало. Софию, по крайней мере.
  Неизвестно, чем бы закончилось дело для Винсента, не вмешайся Гермиона:
  - Гарри! Прекрати это. Немедленно! - потребовала она.
   - Он первый начал, - холодно отчеканил Поттер.
  - Ты не понял, Гарри? Я сказала: 'немедленно'. Это значит, - ' прямо сейчас'!!!
  - Как скажешь, - не хорошо улыбнулся Золотой гриффиндорский Мальчик.
  Ноги стонущего Крабе к тому моменту занимали почти весь коридор. С мерзким хлопком, словно кто-то отпустил до предела растянутую резинку, они начали быстро-быстро укорачиваться. Винсент заорал, царапая ногтями по полу, и потерял сознание.
   - Не фига себе, - крякнул кто-то из безымянной толпы, собравшейся за спинами слизеринцев.
   - Не думала я, что Поттер такой гадёныш.
  Короткий, булькающий смешок Забини заставил Софию понять, что она озвучила свою мысль вслух.
  Мальчик-Который-Выжил обернулся, явно уязвлённый:
  - Да что ты понимаешь?! Кто ты такая, чтобы меня судить? Да ты всего лишь маленькая...
  Тихо охнула Гермиона, испуганно прикрывая рот ладошкой.
   - Эй! - предостерегающе окликнул друга Рон.
  Поттер осекся, тяжело дыша.
  В наступившей почти мертвой тишине негромкий голос Софии прозвучал отчётливо и ясно:
   - Кто я, Гарри? Грязнокровка?
  Толпа внимала задумчиво и напряженно.
   - Гадюка! Я хотел сказать, маленькая слизеринская гадюка! Ну, честное слово, Гермиона...
  - Что здесь опять происходит?! - черные одежды развивались за профессором Снейпом так, словно тот плыл по воде или парил в воздухе, - эффектно и драматично. - Мисс Гринграсс? Вы, как я вижу, опять в центре событий? - ядовито съязвил учитель.
   - Да Астория не причем! - презрительно кривил губы Малфой, гневно раздувая ноздри. - Это всё Поттер, сэр!
   - Он проклял Краббэ, - добавила Панси.
  - Не правда! - вскричала Парвати Патилл. - Гарри не произнёс ни слова!
  Забини невесело фыркнул:
   - Кажется, кто-то не так плохо усвоил урок, как вы думали, сэр...
   - Сегодня вечером будьте добры явиться в мой кабинет, - медленно выговаривая каждое слово, процедил слизеринский декан. - За новым взысканием. Вы меня поняли, Поттер?
   - Да.
   - Да - сэр!
   - Да, сэр. Я вас понял!
   София едва не упала, когда кто-то сильно толкнул её со спины.
  Развернувшись, она изумленно посмотрела на красное, словно свекла в борще, точёное лицо Рона Уизли:
   - Мы думали, ты нормальная, Астория Дафна Гринграсс. А ты, оказывается, такая же змея, как и эти...
  Рон смачно плюнул ей под ноги.
  Не веря глазам, София покосилась на белый пузырящийся плевок, чувствуя тупую, саднящую боль в сердце.
  Рон нравился ей...
   - Пытаешься произвести впечатление на даму, демонстрируя принятые в клане Уизли манеры? - вопросил надменный голос Драко Малфоя.
  Его взгляд, внимательный и въедливый, на секунду приклеился к лицу Софии:
   - Вижу, вижу - преуспел. Дама впечатлена... - он презрительно усмехнулся. - А теперь пошел вон, нищеброд!
  Рон впечатал блондина в стену.
   - Это что ты себе позволяешь, Рон Биллиус Уизли? - ухмыльнулся Драко ему в лицо. - Я тебе не Поттер. Я девочек люблю...
  Рон снова сплюнул, а потом, воинственно сжав челюсть, разжал кулаки.
  Гойл, Нотт и Забини окружили рыжего. Они явно вознамерились опуститься до банального маггловского мордобития.
  - Не надо, - зыркнул в их сторону серыми глазищами Малфой. - На сегодня разборки закончены. А с тобой, Уизли, мы скоро сочтёмся. За моего отца. За Мэлфой-мэнор. За мать. За всё! Обещаю.
  Драко Малфой едва доходил Рону Уизли до плеч. В огромных кулачищах Рона он смотрелся особенно хрупким, словно ивовый прут; словно легкий штрих на холсте. Но каким-то непостижимым образом ухитрялся выглядеть при этом и пугающим, и внушительным.
  Отшвырнув от себя Хорька, рыжий удалился вслед за Поттером.
  - Сытный, однако, получился завтрак, - не весело усмехнулся Забини.
   - Астория? Чего медлишь? - окликнул Нотт. - Уходим.
  Слизеринцы, судя по всему, приняли её в свой клан.
  ***
   - Сегодня вечером мне нужно выбраться в лес, - шепнула София Паркинсон.
  - Твои проблемы, - пожала плечами слизеринка.
  - Мне нужно встретиться с человеком Сама-Знаешь-Кого!
  Паркинсон насупилась и кивнула:
   - Хорошо. Я подумаю, как помочь.
   - Об этом никто не должен знать...
  - Я сказала, подумаю. Значит - подумаю, - раздраженно оборвала слизеринка. - И хватит об этом.
  ***
  Осенью темнеет рано.
  София уверенно шагала по направлению к условленному месту встречи. Пушистый ковер из успевших нападать листьев мягко шуршал под ногами. Запах прелости и влаги, грибов и опасности витали в воздухе, раздражая обоняние и приятно будоража нервы.
  Огромная ворона слетела с ветки, и через секунду в облаке оседающего черного дыма вырос загадочный стройный силуэт, - истинное порождение ночи.
   - Дитя моё, - низким контральто искусительницы пропела ведьма, обнимая девушку.
  Ледяной холод вместо обычного человеческого тепла напомнил, что Властелина не смертная женщина
  - Зачем ты заложила меня Волдеморту? - сделала София попытку отпихнуть от себя жуткую покровительницу.
   - Тс! - холодный палец прижался к губам, заставляя умолкнуть, прерывая поток готовых сорваться гневных слов. - Не произноси столь легкомысленно этого имени...
   - Почему?! - тряхнула головой София, охваченная бунтарским духом и желанием капризничать. - Что за глупые предрассудки?!
   - Это не предрассудки. В звучащем звукоряде заложена Магия Вызова, Том способен услышать тех, кто его произносит. А что касается того, что я, якобы, предала твои интересы, - глупости! Ты ведь хотела наказать Малфоя? Просто не осмелилась напрямую просить Тома о возмездии. Я выполнила твоё желание. Так за что ж ты на меня сердишься?
   - Я передумала! Не хочу, чтобы Хорька мучили. И замуж за него тоже не хочу! Ну, сделай что-нибудь, а?
  - Твои 'хочу' и 'не хочу' нелепы и смешны. Драко накажут, дорогая, и тут я бессильна. Позже, когда закончится эта нелепая возня в магической песочнице и наши глупые мальчики, возомнившие себя великими волшебниками, наконец-то устанут истреблять друг друга, вас поженят. Тут я тоже ничего поделать не могу. Но не переживай. Учитывая, с какой быстротой меняются твои желания, возможно, ты пойдешь замуж по большой любви. Давай отодвинем горшочек с пеплом и не станем портить прическу?
   - Ты уверена, что Вол...Сама-Знаешь-Кто меня не тронет?
  - Уверена. Для Тёмной, София, ты слишком уж чувствительна. Я так смеялась, когда Томми рассказал мне о той истории с кроликом...
   - Действительно, - как 'забавно'! Бог мой! Уж лучше живьём сгореть, чем среди вас жить!
   Приблизившееся из темноты лицо, - лицо трупа с ярко накрашенными губами и обведёнными чернотой глазами, - заставили девушку испугано смолкнуть.
   - Не смей так говорить.
  Но Софию уже понесло:
   - Ненавижу ваш мир! Мир, в котором самый 'добрый' мальчик, всеми признанный 'борец за свет', превращает ноги одноклассника в исполинских червяков. Мир, в котором парень насилует тебя, а ему никто за это даже: 'ай-яй-яй!', - не говорит. Здесь единственный человек, у которого я могу искать защиту, бросает мне в лицо, что я 'забавна' в моей 'чувствительности'?! Мне жаль Антонина, Панси, Забини. Жаль Яксли. Даже Беллу и Драко. Они все обречены, - за что? По-твоему, меня должно утешить, что, в отличие от них, мне 'наковальня' не угрожает? А меня это не утешает. Верните мою жизнь, которую ты у меня украла!
  - Я украла твою жизнь? - возмутилась Властелина. - Да разве она не принадлежит мне по праву? Выжить естественным путем у тебя не было ни малейшего шанса, дорогая. Я имею на тебя права дважды: как старшая в роду и как спасительница. Почему ты не веришь мне? Почему сомневаешься в Томе? Разве кто-то из нас обидел? Унизил? Обманул? Я привела тебя в мир больших возможностей; Том защитил и оказал покровительство. Чем ты ответила? Опрометчиво взяла на себя ответственность за жизнь человека, не удосужившись даже ничего о нем узнать? И вот, словно маленькая, топаешь ногами и кричишь: 'Не хочу! Я передумала!'. Судьба глупости не прощает. А теперь, - Властелина предостерегающе подняла руку, заметив, что София собирается что-то возразить. - Послушай меня внимательно. Я знаю, что тебе сейчас нужно. Союзник! Союзник, которому ты могла бы доверять больше, чем доверяешь мне. Живым по-настоящему Мраксы никогда не верили, - ласково прошипела Властелина.
  София нахмурилась, не понимая, о чём речь.
   - Живых следует любить, потому что жизнь без любви бессмысленна, Софи. Но верить им нельзя.
   - О чём ты, черт возьми?! - напряженным шепотом прохрипела девушка.
   - О василиске из Тайной комнаты.
   - Но...Поттер же убил его? Или он был не один?
   - Настоящий василиск способен убивать взглядом, что при твоей колоссальной 'везучести', - согласись? - существенный минус. К тому же, живая тварь всегда действует по собственному почину, в то время как...
   - Нет! - замотала головой София в ужасе, догадавшись, куда клонит наставница.
   - Да! - прорычала Властелина. - Не смей даже пытаться быть тупицей! Думай, Софи! Ду-май! Зомби та же марионетка; без твоей воли он - прах! Мертвый василиск не сможет ползать по трубам и убивать без приказа, - на чем погорел в свое время Томми. Но если потребуется защищать тебя, он не остановится, пока не убьет, кого приказано. Он - это ты! Ничего не может произойти без твоего желания. А потому и бояться нечего.
   - Да Поттер убил эту ядовитую тварь почти четыре года назад. Он уже сгнил давно!
   - Василиски не гниют, - снисходительно пояснила Властелина. - Они превращаются в камень. Заклятие вернёт ему плоть. Приобретёшь неуязвимого защитника и заодно - потренируешься. Я помогу. Я буду рядом.
   - Разве ты можешь зайти в Хогвартс?
  Властелина засмеялась:
   - Ни в Хогвартс, ни в любое другое здание, в котором живут смертные, я войти не могу, - она многозначительно сощурилась, - пока один из них меня не позовёт.
   - Я не стану...
   - Станешь, София! Ещё как станешь!
  София кусала губы:
   -Я не прощу себе, если по моей вине пострадают...
   - Если я захочу нести смерть, что помешает мне дождаться человека за порогом? Учись, думать, наконец!
  София не знала, чем ещё возразить. Ей совсем не хотелось оживлять василиска.
   Было жутко.
  Ко лбу словно приложили кусок льда.
  
  Глава 10
  Тайная комната
  
  - Пойдем завтра? - София почти не надеялась на благоприятный ответ.
  - Почему завтра? - насмешливо отозвалась Властелина. - Зачем тратить время попусту? Прямо сейчас.
  София переступила с ноги на ногу:
   - Мне завтра вставать рано и ...
  - Послезавтра подъем состоится в то же время, что и завтра. Так какая разница? - приподняла брови Властелина.
  'Бабуля' оставалась тверда в своём намерении осуществить задуманную авантюру.
  Да будь, что будет! Ну, поймает их Филч? Ну, 'поужинает' им бабуля? Ну, выгонит Софию Дамблдор к чертовой бабушке (в прямом смысле этого слова)? Ни один из перечисленных пунктов не имеет значение. Вот труп василиска? Это - да! Это напрягает.
  Без приключений миновали они коридоры, переходы и лестницы. В окна заглядывала любопытная луна, подмигивая с неба, раскидывая прозрачные голубоватые тени везде, куда могла дотянуться. Средневековые латы, притворяющиеся статуями, сторожили многовековой покой Хогвартса. Мирно подрёмывали, отказываясь замечать потустороннюю чёрную тень, фигуры на портретах.
  Ледяные пальцы обернулись вокруг девичьей кисти - Властелина увлекла девушку за собой в боковой проход. Дверь тихонько скрипнула под рукой:
   - Туалет, в котором угораздило умереть той глупой девчонке, кажется, находится здесь?
   - Его до сих пор называют туалетом Меланхольной Миртл. Говорят, её призрак всё ещё тут, - предупредила София.
  Потолок растворялся во мраке, как и дальние стены. В центре туалетные раковины, складываясь в нечто, вроде колонны, возвышались, будто гигантская ваза без цветов.
  - Посвяти, - велела ведьма.
   - Люмос! - послушалась девушка.
  На одной из сторон медного краника, около которого остановилась Властелина, София разглядела крохотную змейку.
   - Вели двери открыться. На серпентарго, - посоветовала Властелина.
  'Откройся', - прошипела девушка.
  В ответ кран засиял алмазным светом. Раковина стала двигаться, вращаясь до тех пор, пока не исчезла, открывая вход в трубу.
  - Отлично! - засмеялась Властелина. - Томми всё-таки гений! Я в своё время, сколько ни билась, так и не смогла разыскать наследство Слизерина. Пошли.
  Властелина шагнула в темноту первой.
  Началось бесконечное падение. Труба изгибалась, выворачивала куда-то, неуклонно опускалась всё вниз и вниз, пока падение не завершилось на полу тёмного каменного тоннеля.
  Тьма стояла непроглядная, только маленькая дрожащая точка света в руке Софии противостояла глухому камню и торжествующему мраку. Стены пропитались влагой, вода, она была здесь повсюду. Тишина била по ушам и действовала на нервы.
  Когда под ногой что-то хрустнуло, София не могла сдержать судорожного вскрика:
  - Твою мать! - выругалась она.
   Опустив палочку ниже, девушка увидела, что пол усеян костями. Оставалось надеяться, - животных?
  Ход снова резко изогнулся, выводя к стене с изображением двух переплетённых змей.
  - Откройся, - низким, свистящим шипением вновь приказала София.
  Стена раскололась надвое, открывая доступ в не ярко освещенный, длинный зал. Каменные колонны в форме переплетенных змей поддерживали терявшийся во мраке потолок, порождая в странном зеленоватом сумраке длинные, черные тени на полу.
   - Мило... - засмеялась Властелина, не приглушая голоса. - Мне здесь нравится!
  Колонны сходились к статуе, стоящей у задней стены, высотой, наверное, во весь зал. Ноги статуи обвивало тело каменной змеи. Рядом с окаменевшим василиском лежал пронзённый зубом блокнот.
  София не сразу поняла, что это дополнение композиции не задумывалось автором. Когда она наклонилась, намереваясь поднять тетрадь, Властелина перехватила её руку:
   - Не стоит, моя дорогая. Яд по-прежнему смертелен. С течением времени он мог стать даже токсичнее.
  София подозрительно покосилась на распластанную груду серой бумаги:
   - Это первый крисстраж дяди Тома?
  Властелина вздохнула:
   - Надгробие его любви... Бедный мальчик!
   - Да уж! - недоверчиво фыркнула София. - Бедный...
  Подбоченившись, Властелина принялась давать 'ценные' рекомендации.
   - Вот, возьми мел и...
   - Простой мел?
   - Самый, что ни есть, обычный, - с сарказмом подтвердила Властелина. - Отлично рисует, а большего от него не требуется. Обведи мелом тело василиска. Постарайся, чтобы круг при этом всё же был похож на круг, и не становился квадратным...
  Высунув от старания язык, ползая на четвереньках, девушка старательно выводила окружнось.
   - Не замыкай линию, - не унималась Властелина. - Когда вызывают сущность из потустороннего мира, чаще всего ставят два круга: вокруг комнаты, чтобы сущность без твоего ведома не могла вырваться в вещественный мир. И вокруг себя. Понятно для чего, надеюсь? Кстати, вызывать демонов самостоятельно я категорически тебе запрещаю! Только попробуй ослушаться и...
   - Властелина! - засмеялась София. - Я и этот круг не рисовала бы, если бы был хотя бы шанс, что ты оставишь меня в покое. Какой уж там демон?!
   - Ладно, - отмахнулась ведьма. - Когда вызываешь дух усопшего, - лучше это делать через свечу или куколку, - то замыкаешь круг вокруг овеществляемого объекта.
   - Как заумно, - фыркнула София.
  Коленки уже начинали болеть от долгого ползания.
  Властелина продолжала распинаться:
   - В данном случае ты никого не вызываешь, поэтому второй круг вообще не нужен. Обошлись бы и без первого, но поскольку ты совсем без опыта, мы просто подстрахуемся, понятно? Если что-то пойдёт не так, выбегай за границы круга и замыкай линию. Вот соль. Ты крещеная?
   - Да, - в недоумении кивнула девушка.
   - Тогда возьмёшь щепоть соли и прошепчешь молитву, - маггловский способ вызывать Патронуса.
  - А я молитв не знаю. Ну, если только 'Во имя отца, и сына, и святого духа?'.
   - Сойдет. Сила сама тебя выведет, куда нужно. Теперь слушай внимательно. Вот четыре черные свечи. Расставляй внутри круга по частям света. Никаких заоблачных сложностей,- север, юг, запад, восток. Порядок, которым соединяются точки, значение не имеет. Потом встанешь в круг, закроешь глаза и будешь ждать прихода силы.
   - А как понять, что...
   - Во-первых, - не дала договорить Властелина, - ты её почувствуешь. Во-вторых, вспыхнут свечи.
   - А что говорить?
   - Ничего говорить не нужно. Это же не фокусы для публики. Тёмная магия, если только дело не касается призывов, обходится без слов.
  Взяв из рук Властенлины свечи, София перешагнула белую меловую черту. Установив толстые черные свечи по четырём сторонам, следуя инструкции, села на колени в центр и закрыла глаза.
  На душе тоскливо.
  В каждом из нас есть нечто вроде стрелки компаса, четко указывающей два понятия: 'добро' и 'зло'. Сейчас нравственная стрелка неоднозначно показывала 'зло'.
  Сердце продолжало биться размеренно и тихо.
  Раздался тот самый рыкающий, утробный, металлический звук, что слышался в подземелье Властелины. Потом, словно одеялом, с головой накрыло холодом и покоем, отрешённостью и безразличием.
  Капала вода. Равномерно, через определённые интервалы.
  Кап...
  Кап...
  Кап...
  Тот, кто одинок, непобедим, потому что нельзя потерять то, что тебе не нужно, а сознание бессмертно...
  Кап...
  Кап...
  Медленно вьются серебристые снежинки, падая на стылую землю. Капли замерзают, стихая...
  Кап... и - темнота...
  Только сознание воспринимает само себя, - больше ничего нет.
   'Возвращайся немедленно!', - безмолвный крик принадлежал, несомненно, Властелине.
  Веки поднялись с трудом. И далеко не с первой попытки.
  Бросив взгляд на свечи, девушка с удивлением увидела, - те не просто горели, - пылали, вытягивая вверх неправдоподобно узкие, длинные языки. Вокруг ног белыми кристаллами выпал иней. Кожу кололо, словно с мороза. Страх ушел, точно так же, как тогда, когда удалось оторваться на метле от земли.
   Юная колдунья вытянула руки и вообразила, как змеиное тело, обвивающее статую Слизерина, становится мягче, гибче. Чтобы облегчить ход силе, София взяла из воздуха материализовавшийся нож и проколола палец. Алые капли падали на мраморные изгибы тела василиска. Одна, другая, третья капли просачивались сквозь белый камень, покрывающийся серыми кольцевидными разводами.
  По полу пошла вибрация, словно волна. Громкий глухой звук ударил в уши, будто одна из многочисленных колон рухнула и рассыпалась на части. Змеиное тело поервлось многочисленными трещинами. Они всё разрастались, ширились, пока каменный панцирь не треснул. Ядовито-изумрудный змей поднялся, раздувая капюшон, обнажая острые клыки. Помещение заполнилось неприятными, сладковатыми запахами гниения.
  Судя по белой пленке, затянувшей глаза монстра, василиск, как и предсказывала Властелина, был слеп.
  Монстр замер, будто кто-то невидимый остановил кинопленку.
   - София, - окликнул насмешливый голос Властелины. - Так и будете с ним стоять до конца века? Прикажи ему занять своё место у ног Салазара.
  Василиск послушался безукоризненно.
  Как только его тело перестало изгибаться тугими волнами, София попятилась, выходя за рамки мелового круга. Ноги от страха подгибались.
   - Плохо. Очень плохо! Если бы тварь хоть в малейшей степени могла представлять опасность... будь любезна, объясни, какого черта, моя дорогая, ты стояла там, выражаясь языком твоих русских предков, словно аршин проглотивши?!
   - Я испугалась.
   - Это очевидно! В следующий раз, сделай одолжение, пугайся активней. Мне не нравится дурная привычка впадать в ступор. Она вредна для здоровья, - учти на будущее. Ты должна перестать пугаться своего творения, или всё, что случилось сегодня, окажется просто бессмысленным недоразумением.
  София почувствовала, как на глазах закипает предательская влага. Да кончится ли эта пытка?! Она-то думала уже всё! А стрижка-то, похоже, только начата?!
   - И что прикажешь делать?
  - Советую задуматься над тем, как ты отсюда выберешься.
  - В смысле, - как я отсюда выберусь? - запаниковала девушка. - Ты же велела ни о чём не беспокоиться?!
   - А беспокоиться и не о чем. Вон там лежит очень надёжное средство передвижения, орудие защиты и нападения. Всего-то и нужно: научиться пользоваться им. И тогда пусть беспокоятся другие.
  Густое облако черного дыма или теней, - разве разберёшь? - опутало стройную фигуру Властелина.
   - Властелина, не смей меня здесь оставлять! - София чувствовала себя как никогда близкой к истерике.
   - Я в любом случае не брошу тебя здесь. Вернусь завтра. Или послезавтра. До встречи, дорогая!
  Взмахнув черными крыльями, обернувшаяся птицей Властелина метнулась в непроглядную тьму извилистых переходов.
  - Ненавижу магов! - Пнула София ближайшую колонну. - Ненавижу Властелину!! - ударила руками. - Ожившие трупы терпеть не могу!!! - Смахнув с лица злые слезы, переведя дыханыние, прошипела на серпентарго. - Эй, ты! Тащи сюда свой хвост - мне давно спать пора!
  Змеиное тело перекатывалось волнами, шурша по полу, словно сухая листва, гонимая ветром, иногда издавая мягкое неприятное постукивание, пока треугольная голова с глазами-бельмами не вытянулась рядом с ведьмой.
  София с замиранием сердца заставила себя наступить на змею, обхватить руками ледяную чешуйчатую шею чудовища.
  Василиск не предпринял попытки навредить.
   - Подними меня в туалет Меланхольной Мирт, - приказала София.
  Такое чувство, что под нею задвигалась платформа странного аттракциона. Как и в случае с метлой, страх вскоре сменился чувством удовольствия. Впрочем, когда горизонтальное перемещение по тоннелям сменилось вертикальным подъемом, эйфория прошла. Держаться было трудно. Так что когда змея выползла из трубы на пол, София чувствовала себя полностью разбитой. Руки покрылись синяками и ссадинами.
   - Возвращайся на место и спи, пока не позову, - приказала София созданному ей монстру.
  Вспышка алмазного света и всякие следы ей пребывания в Тайной комнате были стёрты.
  Пробравшись в спальню, девушка без сил повалилась на кровать, решив, что завтра просто не пойдёт на уроки, сказавшись больной.
  Никого здесь её успехи или не успехи в учёбе не волнуют. А если после насыщенных событиями ночей не спать ещё и днём, очень легко стать такой же нежитью, как прапрабабушка и двоюродный дедушка.
  Накрывшись с головой одеялом, очень довольная своим решением София провалилась в сон, в котором летала над Хогвартсем, утопающем в ярко-алом закате на огромном крылатом змее, а облака над головой складывались в буквы, которые прочитать София не могла, но твердо знала, что они обозначают:
  'Не будите спящего дракона'.
  
  Глава 11
  Проклятое ожерелье
  
   - Астория!
  София с неохотой повернулась к Поттеру, не зная, какой выходки ожидать.
   - Я хотел извиниться, - сбивчиво объяснил юноша, подходя ближе. Он успел задохнуться от быстрой ходьбы по лестницам. - Не хорошо в прошлый раз получилось. Ты неправильно всё поняла: никто из нас не назвал бы тебя грязнокровкой, не при каких обстоятельствах,- поправил юноша съехавшие на нос очки. - Мир? - протянул Гарри руку.
  София без долгих колебаний пожала её:
   - Мир, - улыбнулась она в ответ. - Но то, что ты сделал с Краббэ, пугает.
  - Гарри недавно нашел одну очень интересную книгу, - раздался надоедливой менторский голос Грейнджер. - Вот теперь он и применяет неизвестные проклятья направо и налево. Не удовлетворившись неприятелем вчера, сегодня, я слышала, ты решил немного поэкспериментировать над Роном? - Гермиона осуждающе покачала головой. - Здравствуй, Астория, - кивнула гриффиндорская зазнайка. - Как поживаешь? - голос её сочился патокой.
  Кивнув Гарриной подружке, София спросила:
   - Что за книга? Из запретной секции?
   - Гермиона любит преувеличивать, - оправдывался Поттер. - Простое заклинание из обычного учебника по зельеделию.
   - Простое заклинание из обычного учебника вряд ли увеличило бы Краббэ в размерах, - фыркнула гриффиндорка. - В свете последних событий, большой вопрос, Гарри, кто из нас больше любит преувеличивать?
   - Всё, хватит, - твердо заявил юноша. - Тема закрыта. Ок? Хочешь пойти с нами сегодня в Хогсмет? - поинтересовался Поттер у Софии, плавно сворачивая на другую тему.
  Гермиона снова фыркнула. На сей раз презрительно.
  София покачала головой:
   - Спасибо, что пригласил, Гарри. Но - нет.
  - Гринграсс! - позвал Забини из-за слизеринского стола.
   - Я пойду, - София поморщилась. - Не хочу нарываться на неприятности.
  - О чём говорила с гриффиндорцами? - потребовал отчета Нотт, как только София села за стол.
   - Поттер извинился.
   - И ты приняла его извинения?!
   - Естественно, - невозмутимо пожала плечами девушка, накладывая на тарелку поджаренный бекон с яичницей, игнорируя овсянку, от одного запаха которой её начинало мутить.
   - Ну, ты даёшь, Гринграсс!
   - Не дождешься, Нотт, - ухмыльнулась в ответ София.
  - Гринграсс, идём после обеда в Хогсмед? - встряла Милисент. - У меня пергамент с перьями закончились.
   - У меня тоже, - вздохнула Панси.
  У выхода собралась целая толпа. Филч развлекался во всю, въедливо проверяя списки студентов, которым разрешалось посещать Хогсмед, тщательно досматривая каждого 'счастливца' лично изобретённым 'сенсором секретности'.
  - Какая разница, что мы выносим? - громогласно возмущался Рон Уизли. - Проверять нужно то, что вносится!
  Но Филчу было наплевать на мнение рыжего гриффиндорца. Ему откровенно доставляло удовольствие действовать всем на нервы.
  За порогом девушек встретила яростная непогода. Дождь, смешенный со снегом, превращал дорогу в непролазную грязь. Ноги скользили, норовя разъехаться или провалиться в какую-нибудь особенно непролазную и неприглядную канаву. София в который раз про себя обозвала всех магов извращенцами. Несла же их нелёгкая?! Нет ведь, чтобы у камина посидеть?!
  Температура опускалась быстро. Скоро снег повалил частыми белыми хлопьями. Дорогу начало подмораживать, она становилась менее грязной, зато скользкой.
  - Магазин закрыт, - зло крикнула Милисент, притопнув ногой.
  - Зайдем в 'Три метлы', погреемся? - предложила Панси.
  Паб выглядел переполненным. Тут собрался, кажется, весь Хогвартс.
  - Вон свободный столик, - кивнула Панси на место в уголке.
  К ним подошла яркая и красивая, фигуристая, несмотря на излишнюю пышнотелость, женщина. В руках у неё был блокнотик и изящное золотое перо:
   - Что будете заказывать?
   - Три усладэля.
  Барменша поставила на стол три кружки с ароматным пенистым элем, и удалилась к другим клиентам - непогода сгоняла к уютному очагу всё больше и больше народу.
   От стакана веяло запахом яблок. Аромат воскрешал воспоминания об антоновских сортах. Вкус у напитка был сладко-кислым, фруктовым и очень приятным.
  Не успели девушки осушить и половины стакана, как дверь резко открылась и в паб ввалилось Золотое Трио во главе со взъерошенным Поттером, с перекошенной от гнева физиономией:
   - Он украл вещи Сириуса!!! - вопил тот.
  Милли закатила глаза:
   - У шрамолобого опять приступ ностальгии по крестному.
   - А разве волшебников крестят? - поразилась София.
   - Если их мать магглорожденная, то да.
  Пока Рон почти силой усаживал Поттера, Гермиона Грейнджер успела сбегать к стойке и вернуться к друзьям с тремя бутылками усладэля. Гриффиндорцы, понизив голос, принялись что-то обсуждать, почти соприкасаясь лбами. Расслышать, что они говорят, не представлялось возможным.
   - Пошли отсюда, - капризным тоном сказала Паркинсон. - Здесь скучно.
   - Это ничего, что мы ещё даже не допили? - с сарказмом поинтересовалась София.
  - Ты мне надоела, Гринграсс! - процедила Панси. От злости её глаза превратились в тоненькие щелочки. - Если хочешь, сидеть - сиди. А мы - уходим!
   - Ты - уходишь, - флегматично заявила Милли. - Я пока никуда не собираюсь.
  - Как хотите! - зло фыркнула девушка, и направилась к дверям, на ходу закутывая лицо шарфом.
  Пришлось следовать за вредной слизеринкой.
  Крупицы снега летели над землёй почти горизонтально. Казалось, они попали не в метель, а в густое ледяное молоко.
  - Слышите?- свела густые брови Милли.
   - Что? - обернулась Панси.
  - Крики!
  Девушки ускорили шаг.
  Повернув вслед за дорогой, круто забирающей в сторону, девушки наткнулись на Поттера, Грейнджер, Уизли и ещё какую-то девочку. Те стояли, задрав головы, а над ними, точно зловещий призрак, в полутора метрах от земли парила Кетти Бэлл. Пшеничного цвета волосы полоскались на ледяном ветру, глаза закрыта, а лицо отрешённо-спокойное, словно у мёртвой.
   - Мерлин! - выдохнула Милли, прижимая озябшие пальцы к губам.
  София почувствовала ту же Силу, что разливалась вчера в Тайной Комнате: невидимые, тёмные воды. Чёрный вихрь, похожий на воронку торнадо, вращался вокруг девушки. София знала, - если густое облако инфернального тумана просочится в тело несчастной Кэтти, та умрёт, как умер, впитав в себя зелёное свечение 'Авады Кедавры' паук в лесу.
  'Оттянуть' эту гадость от намеченной жертвы не получалось. Тогда София приказала воронке 'вращаться' быстрее - центробежная сила отталкивала черноту от тела несчастной Кэтти. Между девушкой и оплетающим её коконом появился зазор. Густая чернота 'твердела'.
   Вмешательство Софии привело к тому, что проклятье оплело девушку, вместо того, чтобы просочиться в её тело. Это давало отсрочку и, следовательно, шанс на спасение.
  - Эй! - Милли держала её за руку, обеспокоенно заглядывая в лицо. - Что ты творишь?! Ты же её чуть не убила! - шипела девушка.
   - Я пыталась помочь! Ты же видела...
   - Твоё счастье, что этого не видели гриффы! - суховато ответила Булстроуд.
  Совместными усилиями гриффиндорцы сумели вернуть Кэтти на землю. Белл металась и кричала, никого не узнавая. Она так извивалась на земле, что они вчетвером едва её удерживали.
  - Оставайтесь здесь! - заорал Поттер, перекрикивая шум ветра. - Я приведу помощь!
  Минуты тянулись как часы, и с каждой секундой Кэтти, казалось, становилось всё хуже. Наконец Гарри, сопровождаемый Хагридом, одетым в огромную, бесформенную бобровую шубу, возвратился бегом.
   - Отойдите! - словно иерихонская труба протрубил великан. - Дайте взгляну!
  Хагрид секунду смотрел на Кэтти, затем, не говоря ни слова, сгреб ее в охапку и понесся к замку.
   - Что с ней случилось? - спросил Поттер у девушки, сопровождавшей Кэтти Бэлл.
   - Когда разорвался пакет, Кэтти начала кричать... - девушка всхлипнула и кивнула на сверток в промокшей коричневой бумаге, лежащий на земле в трёх шагах.
  Из надорванной упаковки сочился зеленоватый свет. В свертке виднелось очень красивое опаловое ожерелье. София вздрогнула. Она явственно видела, что чернота распространялась именно от этой изящной с виду вещицы.
  Рон нагнулся и протянул руку, но Гарри перехватил его запястье и оттащил назад.
  - Не трогай! Я его уже видел, - заявил Поттер, глядя на украшение. -В витрине 'Борджина и Д'Авилло'. На ценнике было сказано, что оно проклято. Кэтти, видимо, до него дотронулась. Как оно к ней попало?!
   - О том мы и спорили! - смахнула с лица слезинки подружка Кэтт. - Она принесла его из туалета в 'Трех метлах'. Сказала, что это сюрприз для кого-то в Хогвартсе... но она была такая странная! Ужас! Ужас! Кэтти наверняка попала под проклятие подвластья, а я даже не поняла!
  Девушка зарыдала с новой силой. Гермиона сочувственно похлопывала ее по плечу.
  София стояла, опустив голову, вспомнив о том, что за минуту до Белл в туалет заходила Панси. Но...зачем Панси проклинать Бэлл?! Ладно бы ещё Грейнджер? Или даже саму 'Гринграсс'?
  Бессмыслица какая-то...
   - А Кэтти не говорила, кто передал ей сверток? - полюбопытствовала София.
  Гриффиндорцы с неприязнью уставились на слизеринок, словно впервые осознав, кто перед ними.
   - Нет... отказалась... тогда я сказала, что она дура, и что в школу его брать нельзя, а она не хотела слушать и... я попыталась его отобрать... и... и... - девушка в отчаянье застонала.
   - Давайте лучше вернемся в школу, - предложила Гермиона.
  Поттер, стащив с шеи шарф, наклонился к ожерелью. София уцепилась за рукав его мантии:
   - Что ты собираешься делать?
   - Взять его. Нужно будет показать мадам Помфри.
   - Давай, лучше я.
   - Почему 'лучше ты'?
  - Потому что для меня оно безопасно.
   - Ты так думаешь? - сделал он попытку усмехнуться.
   - Я не думаю. Я - знаю.
   - Откуда? - скрывая напряженность за вызывающей усмешкой, вопросил Рон.
   - Вообще-то, пока проклятье лежит на Бэлл, ожерелье 'привязано' к ней и никому больше не навредит, пока жертва не умрет, либо не выздоровеет окончательно. Но на всякий случай, давайте лучше я...
  Не тратя время на пререкания, София подняла ожерелье.
   - Идемте к вашей Помфри...
  С крыльца на мокрый снег навстречу ребятам выбежала Макгоноголл.
   - Хагрид говорит, что вы четверо видели, что случилось с Кэтти Бэлл... Идите в мой кабинет.
   - Простите, профессор, - решительно заявила София, - я тоже была там. И смею вас заверить, видела больше остальных.
  Макгоногалл смерила девушку взглядом:
   - Можете пойти с нами, мисс Гринграсс.
  Компания поведала о случившимся. Поттер чуть ли не с пеной у рта доказывал, - во всем виноват Малфой. Но даже его друзья без особого энтузиазма выслушала эту версию. Макгоноголл сообщила, что Хорёк ни как не мог быть замешен в эту историю, потому что отбывал у неё взыскание.
  Софии алиби не показалось убедительным. Что с того, что сам Хорёк не выходил? Да Паркинсон сделает всё, о чем попросит обожаемый блондин! Но вот только зачем Малфою проклинать Бэлл? Каков мотив? Сердце подсказывало, что жених, - черти его дери длинными когтями, - причастен к трагедии. Но разум не мог найти причину, по которой ему бы это понадобилось.
  Когда 'гриффы' ушли, Макгоногалл спросила у Софии:
   - Что вы хотите мне сказать?
   - Я приостановила действие проклятия...
   Недоверчиво-саркастическое выражение, появившееся на лице профессора, просто взбесило.
   - Простите, я не расслышала: что вы сделали, мисс Гринграсс?
   - Приостановила действие проклятья, профессор, - повторила София.
  - Ты хоть представляешь разрушительную силу, заключенную в этом артефакте, девочка? - саркастично подняла брови декан Гриффиндора.
   - Весьма приблизительно. Но могу с уверенностью заявить, профессор, что ожерелье содержит в себе частичку той силы, которая создает инферналов, вампиров, суккубов. Это зло в чистом виде.
   - Откуда тебе знать?
   - А разве профессор Дамбалдор не говорил вам, как своему заместителю, что 'Астория Гриинграсс' всего лишь псевдоним, скрывающий фамилию Мракс? - Макгоноголл изумленно застыла. - Такие вещи, как это адское ожерелье, мы чувствуем инстинктивно.
  - Что вы сказали? - губы перестали подчиняться старой женщине, слова давались с явным трудом. - Нет! Альбус не мог... Он не способен! Никого из Мраксов не осталось на свете! Даже Темный Лорд, - он уже не человек...
  София пожала плечами:
   - Я думаю, директор вернётся, когда узнает о происшествии с Бэлл. Он расскажет вам то, что посчитает нужным. А пока его нет, советую не медлить. Проклятие приостановлено, но оно всё ещё действует. А теперь - я могу идти?
  Не найдя в себе силы заговорить, женщина молча кивнула.
  София, шагая по коридорам Хогвартса, раздумывала, стоило ли говорить правду Макгоноголл, раз даже Дамбалдор предпочёл не распространяться? Она понимала, что поступила глупо, но ощущала какое-то смутное, злое удовлетворение, идя наперекор всем: Темному Лорду, Властелине, Дамбалдору, Снэйпу...
  Надоело бояться и шарахаться от каждой тени. Надоело взвешивать каждый шаг.
  София с чувством тайного удовлетворения вспоминала застывший в глазах женщины ужас. Раньше София всегда считала, что наслаждаться властью, людским страхом или слабостями недостойно и мелко.
   Что с ней происходит в этом богом забытом месте?!
  Ещё до того, как София толкнула дверь в спальню, она услышала звуки ссоры:
   -Как ты могла?! - выплёвывал слова Малфой, - ты должна была проследить...!
   - Я испугалась, - рыдала Панси.
   - Ты меня подставила! Думаешь, Дамбалдор идиот?! Думаешь, он не сумеет сложить два и два!?
   - Прости, Драко! Я не хотела!..
  София замерла на пороге, без особого удивления, но с неприязнью взирая на то, как широко размахнувшись, Хорёк хлестко бьёт рыдающую девушку по щеке.
  - Убирайся, Гринграсс! - прозвучало вместо вежливого приветствия.
   - Лучше объясни, что ты делаешь в нашей комнате после отбоя? - ядовито отозвалась девушка.
   - Не видишь, - развел руками Малфой, - мы разговариваем?!
  - Не вижу, - с ледяным спокойствием возразила София, - чтобы кто-то 'разговаривал'. Хотя, может быть у чистокровных 'это' называется разговором? - пожала она плечами.
   - Убирайся!- Хорёк аж побелел от ярости. Только на скулах горели яркие алые пятна.
   - Перестань орать. Фальцет ещё ни одного мужчину не украсил. И ты - не исключение.
   -Гринграсс! Я. Сказал. Пошла. Вон!!!
  На всякий случай София сжала покрепче палочку. От этого придурка можно ждать чего угодно.
   - Я, несомненно, послушалась бы, если бы наш диалог состоялся в твоей комнате. Но это - моя. Не хочешь меня видеть - пожалуйста, можешь гордо удалиться. Не знаю, как Панси, - я точно не огорчусь.
  Какое-то время в комнате висела довлеющая тишина, нарушаемая лишь яростным прерывистым дыханием блондина.
   - Кэтти Бэлл - случайная жертва? - полюбопытствовала София.
  Малфой вздрогнул:
   - Тебя это не касается!
  - Ты в курсе, что за магия таится в ожерелье, которое ты подсунул несчастной девушке? - глаза Хорька предательски забегали. - Знаешь, что её ждёт?
   - Отвали, Гринграсс, со своими моральными сентенциями!
   - Это 'да'? Или всё-таки 'нет'?
   - Да какая нам разница, что станет с этой гриффиндоркой?! - вскричала Панси.
  - Разница есть, Паркинсон, - ледяным голосом проинформировала София. - Проклятье превращает в инфернала. Не завидная судьба, правда?
  - Я не хотел её убивать! - затряс головой Драко. - Я вообще никого не хотел убивать, Гринграсс, будь всё проклято!!! И уж тем более превращать кого-то в инфернала! - схватив вазу, стоявшую на прикроватном столике, парень шарахнул её об стену.
  От него несло алкоголем и чем-то сладким. Опиум? Гашиш? Выходит, Хорёк ещё и наркоман? Ко всем прочим радостям ещё и это!
  - Не бей больше Панси, Драко...
  Только закрыв дверь на задвижку, София почувствовала себя в безопасности.
  Горячий душ - лучшее средство от неприятностей. Следует немедленно принять горячий душ.
  
  Глава 12
  Уроки эмпатии
  
  Дамблдор незамедлительно вернулся в школу, а Кэтти Бэлл перевели в больницу святого Лоскута.
  О таинственном проклятии несколько дней распространялись самые невероятные, пугающие слухи. Однако перед приближающимся квидичным матчем все проблемы в Хогвартсе отступили на второй план. Игра должна была состояться между непримиримыми соперниками: 'львами' и 'змеями'. Стоит ли говорить, на чьей стороне были симпатии большинства?
  София возненавидела квидич заочно, так ни разу его и не увидев. Столько шума из ничего: подумаешь, футбол в воздухе?! Это - важное событие?
  Но даже Драко Малфой ради такого случая перестал надираться, как последняя свинья. Правда, черные круги под серыми, яркими, словно цветные стекляшки, глазами, ни куда не делись. Они казались подведенными тушью, словно у актера. В облике юноши просвечивало нечто болезненно - нервное, как у наркомана во время ломки.
  Примерно неделю спустя после несчастья с Кэтти, София застала свою соседку горько рыдающей в подушку.
  - Эй, - окликнула она слизеринскую старосту, присаживаясь на свою кровать, - Панси, не нужно так...
   Паркинсон сверкнула глазами:
   - Да много ты понимаешь?! Бесчувственная, холодная кукла! Тебе вообще на всех наплевать!
   - Я не бесчувственная и не холодная, - поежилась София, - просто чужая...
  От долгого плача лицо Панси пошло буграми. Выглядела она ужасно.
   - Ну? - вздохнула София. - Что ещё натворил твой блондин?
   - Он... он... изменяет мне с...с Розмертой! - всхлипнула Панси, распуская губы в очередной гримасе плача.
  - Розмерта - говоришь? - осторожно повторила София, опасаясь вызвать шквал эмоций, на которые, как она успела заметить, была щедра девушка, кажущаяся такой надменной и невозмутимой.
  Панси презрительно фыркнула, правильно угадав суть вопросы:
   - Барменша в 'Трех метлах'.
   - Не стоит из-за этого плакать...
  Черные глаза блеснули из щелочек, в которые превратились от длительных рыданий:
   - Астория, ты-то когда-нибудь теряла любимого?
  - Ну... однажды мой кот сбежал и не вернулся...
   - Ты издеваешься?!
  - Нет.
   - Чему тут удивляться: 'любимый кот'...! - зло передразнила Панси. - У вас в роду любить не умеют.
   - Любить можно картошку, искусство и маму с папой. А между мужчиной и женщиной действуют гормоны...
   - Это у магглов - 'гормоны'! - крикнула Паркинсон, гневно вскидывая голову. - Потому что вы животные! Тебе не понять, грязнокровка! Будь ты хоть трижды племянница Сама-Знаешь-Кого! - Паркинсон заехала кулаком в подушку. - Это всё Тёмный Лорд! Ненавижу его! Ненавижу!!! Я же Драко с детства знаю; он всегда любил выпендриваться, но он хороший. Правда! - Панси вдруг затихла, сжавшись. - Когда мы только поступили в школу, я думала, что Блэйз возглавит нашу маленькую компанию. Но Драко претендовал на эту роль так уверенно, что ни у кого не хватило наглости оспорить его желание, - мимолетная улыбка скользнула по губам девушки. - Непрерывное бахвальство, постоянные непрозрачные намеки на покровительство отца, неуёмный темперамент, самолюбование, доходящее до абсурда; пренебрежение к другим, неискоренимый авантюризм, - в этом весь Драко! Он слеплен из привлекательных недостатков,- Панси смахнула с ресниц слёзы. - Все его 'грандиозные' планы то и дело рушились, один за другим, но он не унывал - тут же изобретал новые... не менее 'обреченные', - хмыкнула девушка. - Драко всегда исхитрялся сохранять чувство собственного достоинства, в любых ситуациях. Даже когда он взял дурную привычку изводить Поттера вместе с таскающимся следом за ним Уизелом, всегда находя предлог подраться, это почему-то не выглядело нелепостью. Хотя куда ему, изнеженному нарциссу, звездному мальчику было выстоять против Рона, выросшего с кучей старших братьев? Да у этого бугая кулаки каждый с макушку Малфоя! Но Драко это никогда не останавливало - упрямый, как осёл! - Панси спрятала лицо в руках, в который раз уже судорожно всхлипнув. - Тот человек, которым он стал теперь...? Они его просто сломали, как куклу. Все они: Люциус, Беллатрикс, Темный Лорд...
  Никогда не забуду, как на первом курсе я спустилась в гостиную. Было уже скорее рано, чем поздно. Драко сидел, съежившись. Его судорожно сжатые в кулаки руки были такими маленькими, такими бледными... Он тогда в Запретном Лесу видел убитого единорога и... Того-Кого-Нельзя-Называть. А ведь знаешь, Хагрид бросил Драко одного в лесу, и никому до этого не было никакого дела. Никто не защитил его! Никто не защитит и сейчас. Думаешь, я плачу потому, что он там с этой Розмертой? Я плачу потому, что он один. Совсем один. Затравленный, одинокий, отчаявшийся... почему он меня отталкивает?
   Не говоря ни слова, София сжала холодные пальчики. Панси не отняла руки, лишь посмотрела своими черными, бездонными глазами, в которых плескалась боль.
   - Это, наверное, глупо, - опустив голову, выдохнула девушка. - Но я...я ничего не могу с собой поделать: Драко мне нужен, - как воздух. Для меня он освещал своим присутствием подземелья все пять лет. Как же я была счастлива, когда он пригласил меня на Святочный Бал на четвертом курсе! В тот вечер мы впервые поцеловались. Мне так хотелось обнять его покрепче! Но я не решилась...- Панси обхватила себя руками, глядя куда-то очень далеко. Голос зазвучал холодно, сухо, обезличенно. - В ночь, когда Люциуса Малфой забрали в Азкабан, мы гостили в Малфой-мэноре. И если бы мракоборцы не явились первыми, отца Драко уже не было бы сейчас в живых; Тёмный Лорд его бы уничтожил.
  В ту ночь я нашла Драко в кабинете отца, - он с отрешенным видом просматривал старые журнальные подшивки. Рядом с ним был отцовский кальян и бутылка огневиски... 'Отец запрещал мне пить, - со смехом заявил мне тогда Драко, - Но из Азкабана он вряд ли сможет меня остановить, правда?', - слизеринка фыркнула. - Моя мать всегда говорила, что отец Драко один из самых привлекательных и страшных людей, которых она знала. А моя мама - она не из пугливых.
  Плечи Панси вновь дрогнули.
   - Шшш, - тихо прошептала София. - Всё хорошо. Не плачь.
   'Любовь - это болезнь', - подумала она тогда.
  Было странно наблюдать привязанность Панси.
  Единственное достоинство, которое София не могла не признать за мистером Малфоем-младшим, была его смазливая физиономия. Причина недостаточная, на её взгляд, веская, для той одержимости, которую выказывала несчастная Панси.
  Хотелось открыть окно и вдохнуть холодного, бодрящего воздуха.
  Но окна на самом деле не было - одна лишь иллюзия. Да и та на ночь исчезала.
  Оставалась стена...
  ***
  Первым уроком на следующий день стоял ЗОТС.
  - Доставайте свитки и чернила, - велел слизеринский декан. Он угрожающе нависал над аудиторией со своей кафедры. - Потрудитесь записать тему урока: 'Эмпатические связи'. Кто может ответить, что такое эмпатия? Лонгбботом?
   Невиль нерешительно поднялся, переминаясь с ноги на ногу:
   - Э...эмпатия, сэр?
   -Да, Лонгбботтом, эмпатия. Вы меня плохо слышите? Или разучились понимать смысл английских слов?
   - Я н-н-н-незнаю, сэр...
   - Минус десять баллов с 'гриффиндора'. Патилл? - профессор Снейп, как всегда, упрямо игнорировал поднятую руку Грейнджер.
   - Эмпатия в переводе с греческого 'сопереживание'. Этим словом определяется постижение эмоционального состояния, чувств другого человека, - ответила Парватти.
  Гермиона продолжала держать руку.
   - Мисс Грейнджер? Хотите ещё что-то добавить? - профессор Снейп говорил почти не разжимая губ.
   - Да, сэр, - твердо заявила Гермиона. - Эмпатия представляет собой восприятие субъективного мира другого человека так, как если бы сам воспринимающий был этим другим человеком.
   - Никак не желаете оставить дурную привычку отвечать готовыми фразами из учебника? Попробуйте самостоятельно сформулировать определение, мисс Грейнджер.
  Гермиона задумчиво свела брови:
  - Эмпатическая связь сродни спонтанной обратной?
   - Понятие не имею, что вы под этим подразумеваете, - пренебрежительно дёрнул плечом профессор. - Возможно, термин, предложенный вами, ближе к маггловской психологии; в то время как я веду речь о магии. В магии, мисс Грейнджер, никакие связи 'спонтанно' не возникают и не проходят. Их создают или уничтожают при помощи обрядов. Приведите пример эмпатической связи. Мисс Гринграсс?
   - Я не знаю.
   - Паркинсон?
   - Любовь, сэр?
   - Правильный ответ.
   'Опять эта проклятая любовь', - скривилась София, раздосадованная тем, что не смогла ответить.
  - Сегодня мы будем рассматривать два вида эмпатической магии: симпатическое и антипатическое; следовательно - притяжение и отторжение объектов. Самими известными из них, широко применяемыми на практике, являются приворотные и отворотные зелья. Для возникновения связи между двумя предметами обычно используется агент, - профессор медленно шёл между рядами. Мантия, колыхаясь, плыла следом. Класс записывал. - Симпатические зелья по известным причинам пользуются большим спросом и популярностью. Они применяются в тайнописи, любовных эликсирах и даже медицине. Я уже не говорю о Темных Искусствах. Почему, мистер Малфой?
   - Приворот между противоестественными объектами; причинение боли через симпатическую связь, - без запинки, будто читая по буквам, ответил юноша.
   - Верно, Драко. Связанные таким способом объекты обречены на одинаковые чувства, - Снэйп вдруг замер и резко побледнел. Одновременно с этим Малфой откинулся на спинку стула, стискивая зубы так, что желваки заходили. - Если один объект подвергнуть пытке, - внезапно осипшим голос продолжал профессор, - то же самое будет чувствовать и другой, как бы далеко в этот момент не находился. К несчастью, в волшебном мире довольно много ублюдков, использующих симпатические зелья именно для этих целей. Мистер Малфой, - вы, кажется, плохо слушаете и снова ничего не пишете? - процедил учитель. Драко в ответ неопределённо пожал плечами. - Помимо бездарного развлечения, симпатическая связь может использоваться для информирования связанных таким образом людей, - неторопливо продолжил Снейп, - это своего рода болевые часы... - профессор покачнулся и прислонился спиной к стене. По лицу Драко Малфоя разлилась мертвенная бледность. - При помощи симпатической связи можно создавать незаживающие раны...
  Снейп сжал зубы, скрестил руки на груди и опустил голову вниз. Волосы, упав на лицо, частично скрыли его выражение.
  Когда профессор резко выпрямился, лицо его блестело от испарины:
  - Откройте учебник и перечитайте тему. Приступайте. Малфой, - следуйте за мной...
  Нетвердыми шагами с прямой спиной профессор Снейп покинул кабинет.
  Драко, шатаясь, словно снова был пьян, плелся следом.
   - Что это такое с вашим деканом и с вашим старостой? - ухмыльнулся Уизли.
   - Да известно что, - захихикала хорошенькая Браун, прикрывая влажный ротик ладошкой. - Симпатическая связь!
   - Заткнись, и делай, что велено! - зашипел Забини.
   - Фу! - обиженно надула губки красавица, - какой ты злой!
  София заставила себя читать учебник, не обращая внимания на то, что все вокруг шепчутся с заговорщицким видом.
  Вечером в слизеринской гостиной снова было не продохнуть от сладковатого запаха гашиша.
   - Какого Мерлина?! - накинулся на Хорька, развалившегося на диване, Нотт. - Завтра квидичный матч! Что ты себе позволяешь?
  В ответ блондин желчно рассмеялся:
   - А плевать я хотел на квидичный матч, Тедд, - развязно заявил Драко, снося крышку с бутылки сливочного пива. - Пле-вать. Ваше здоровье, ребята!
   - Ты в своем уме?! - встрял Монтегю. - У нас каждая пара рук на счету! А ты сидишь тут, надираешься...
   - Выйду я завтра на поле или нет, 'гриффы' все равно нас уделают, - с философским спокойствием отмахнулся Малфой. - Как уделывали все эти годы...
   - Ты обо что-то головой ударился, да? - полюбопытствовал Гойл, присаживаясь рядом. Малфой привалился головой к его плечу. - Может, траванулся чем? Что-то не припомню я такого момента, когда тебе было бы наплевать на то, что мы сдадим матч...
   - Ну, сегодня твой жизненный опыт обогатился на одно событие... Паркинсон! - мерзко ухмыльнулся Малфой, отсалютовав ей бутылкой. - Чего таращишься? Беспокоишься, да? Думаешь, оно мне надо?! Считаешь, я нуждаюсь в тебе? Или в твоей тупой дешёвой жалости?!
   - Драко, запомни на будущее, - попытался прервать поток язвительных жестоких слов Забини, - не следует алкоголь с коноплей мешать...
   -Конопля, - это для нищебродов, - рассмеялся Хорёк. - Для Малфоев существуют зелья подороже. И позабористей.
  Краббэ и Гойл услужливо заржали.
  - Как думаешь, Панси, - не унимался паршивец, - могла, скажем, та же Гринграсс нечто вроде любовного отворота для тебя сотворить?
   - Ты точно 'того' - скривилась Миллисент, одаривая Софию сочувственным взглядом. - Больно Гринграсс надо от тебя Паркинсон отваживать?
  Малфой мазнул по лицу 'невесты' взглядом, вновь прикладываясь к бутылке:
   - Конечно, Гринграсс это не надо, - согласился он. - Да и где ей, грязнокровке, хоть что-то соображать в 'антипатических зельях'? Так что Паркинсон, правда такова: меня не от антипатического состава воротит, а от тебя. Потому что ты просто тупая жирная корова. В этом все дело.
  София почувствовала к выродку такую острую ненависть, на которую просто не считала себя способной.
   - Очень остроумно, - подала голос она. - Ты просто прелестен!
   - Ага, - кивнул Малфой, криво усмехаясь. - Я хорош! Все меня так хотят...
   - Про коноплю с пивом тебе уже говорили, - покивала София. - Сама не пробовала, но знающие люди говорят, - и не такое блазится.
   Софию просто распирало от желания сказать какую-нибудь особенную, изощренную гадость; оскорбить его, уязвить побольней. Да вот беда, - ничего дельного в затуманенную гневом голову не приходило.
   - Меня тошнит от тебя, Хорёк! - фальцетом визгнула она.
   - Да, ты, часом, дорогая, не беременна? - растянул он губы в гнусной ухмылке.
  Чувствуя, что сейчас задохнётся от злости, София поспешила убраться из гостинной.
  - По пиву? - хлопнул по бокам Краббэ за её спиной. - Пока Снейпа нет...
  
  Глава 13
  Вода и кровь
  
  Получив записку от Снейпа, София поспешила в лабораторию. Несмотря на то, что сейчас кабинет был пуст, в комнате царила смесь запахов: аконит, цветочные вытяжки, чады.
  - Мисс Гринграсс?
  Профессор выглядел таким же бледным, как и на вчерашнем уроке. Впрочем, зельедел не отличался здоровым цветом лица; сказывался желчный темперамент, да и неправильный образ жизни давал о себе знать.
   - Рад, что вы не заставили себя долго ждать. Директор хочет поговорить с вами. Идёмте.
  Дамблдор встретил девушку, сидя в кресле у камина, где ярко пылал огонь.
  - Добрый вечер, мисс Мракс, - поприветствовал директор.
   - Здравствуйте, мистер Дамблдор. Как поживаете, сэр? - в голосе девушки сквозила завуалированная насмешка, словно язвительная веселость 'бабули' оказалась заразной.
   - Благодарю, - невозмутимо кивнул старый серебряный лис, - я в добром здравии, насколько позволяют возраст и заботы. Присядьте, - указал он на пуфик рядом с собой. - Здесь, у огня, теплее. Хотите лимонную дольку в сахаре? - София отрицательно замотала головой. - Шоколадушку? Сахарное перо? Нет? Жаль. Мне сладкое всегда помогает пережить плохую погоду и неприятности, - Дамблдор забросил в рот конфетку. - Мисс Мракс, могу я в свою очередь поинтересоваться, как вы поживаете?
  - Не слишком радостно, господин директор, - 'честно' отрапортовала новоявленная слизеринка. - Вы уж простите мою прямолинейность, но я считаю, что вам об этом прекрасно известно. Я не в обиде, честное слово! Отдаю себе отчёт в том, что на фоне мировой катастрофы, - которым, безусловно, является воскрешение моего доброго дядюшки, - мелкие неприятности полу-магглы не стоят внимания...
   Стекляшки в очках на глазах старца отражали свет, придавая взгляду зловещий вид:
   - Полумагглы? - покашлял в кулак Дамбалдор. - Звучит немногим лучше излюбленного оскорбления мистера Малфоя.
  Наклонившись, старый волшебник подбросил поленьев в камин. Самых обычных поленьев. Дрова - они и в Африке дрова. А ведь, наверное, мог при желании соорудить нечто магическое? Грандиозное? Но не счёл нужным.
   - Кэтти Бэлл должна была умереть, - медленно проговорил директор, откидываясь на спинку кресла. - У неё не было шансов выжить после того, как она коснулась ожерелья. Но она жива, и даже идет на поправку, - руки, одна обтянутая морщинами, другая - тёмной перчаткой, безвольно покоились на коленях, скрытых под длинной мантией. - Полагаю, мисс Мракс, вы не намерены предавать гласности, кому девушка обязана чудесным спасением?
   Слова приятно тешили самолюбие Софии - девушка была отнюдь не лишена тщеславия:
   - Если честно, я и сама не знаю, сэр, причастна ли я к этому? Даже если я и повлияла на какие-то магические процессы, истинная подоплека происходящего известна мне не больше, чем самой Кэтти.
  Старик пожевал губами:
   - Все Мраксы, без исключения, обладали огромной разрушительной силой, - вздохнул он.
   -Что вы хотите этим сказать? - напряглась девушка.
   - Ничего плохого, София. Ничего плохого... Тьма, такая же часть этого мира, как и Свет. Она может не только пугать, но и давать отдохновение, принося сны, красоту, наслаждение. В то же время Свет способен палить, сжигать или ранить. Тьма и Свет не тождественны понятиям Добра и Зла. Черное и белое - всего лишь краски. Я пришёл к выводу, что Темный Дар при желании своего хозяина может так же верно служить Добру, как и Светлый. Выбор всегда остаётся за человеком, - Дамблдор на мгновение умолк, баюкая затянутую в перчатку руку. - А теперь, могу я задать вам несколько вопросов? Ответы на них для меня крайне важны. Что вы видели в тот день, когда мисс Бэлл оказалась проклята?
   - Густую тень... - поделилась воспоминаниями девушка. - Тень, похожую на туман чёрного цвета. Он окружил Кэтти, пытаясь просочиться в её тело, как вода в песок.
  Дамбадор внимательно слушал:
   - Вы увидели тень - и...? - подтолкнул он к дальнейшему повествованию.
  - Представила, что темнота не сможет пройти сквозь невидимое препятствие...или нет, я велела ей... не знаю, как я это сделала. Все происходило слишком быстро; задумываться и анализировать было некогда.
  Дамблдор, устремив взгляд в камин, наблюдал за огнём; за тем, как языки пламени то поднимаются, то опадают, танцуя на углях.
  - В свете последних событий, я склонен думать, что ошибся насчёт намерений Властелины. Сила, заключенная в вас... - директор улыбнулся. - Вы ведь сами не осознаете редкость доставшегося вам дара?
   - Окажите любезность, - просветите. Без тумана и ненужной таинственности, если можно...
   - Могу поделиться лишь соображениями, - уверенности у меня нет. Я полагаю, София, что вы - некромант.
  - И что это значит?
  - Это значит, что вы можете повелевать мертвыми, - Дамблдор покачал головой. - Но эта способность лишь маленькая толика возможностей некроманта. При желании и некотором, - назовём это творческим подходом? - он может создавать новые виды нежити; порабощать души мертвых, не давая им покинуть наш мир. Во власти некроманта вампиры, инферналы, оборотни, - все твари, питающиеся человеческой плотью и кровью.
  София очень старательно не думала и не вспоминала про Тайную Комнату.
  В обыденной действительности не так-то сложно не думать 'про белую обезьяну'. Она и на ум не придёт! Но вот попробуйте наложить на образ 'табу' и отделаться от него станет невозможно.
  От усилий даже виски заломило.
  София с облегчением вздохнула, когда Дамбалдор, сменив тему, поинтересовался:
   - Вы уже знаете, где проведёте рождественские каникулы?
  - Официально в известность меня не ставили. На возвращение домой я не надеюсь. Полагаю, придётся ехать в ставку Темного Лорда.
   - Неблагоразумно об этом говорить открыто, - пожурил директор.
   - Я сказала что-то, о чём вы не догадывались? - огрызнулась София.
  Снова пауза.
  Снова навязчивая 'белая обезьяна'...
  - София, - вкрадчиво, мягко заговорил старик, - могу я попросить вас об одолжении?
   -Конечно, сэр, - напряглась девушка.
  'Не думать о белой обезьяне! Не думать!'.
   - Не составите ли вы нам, мне и мистеру Поттеру, компанию в путешествии, в которое я планирую поехать? Это ненадолго. Всего на несколько дней.
   - Конечно, сэр, - с облегчением кивнула девушка.
  - Я буду вам очень признателен. А теперь, - разрешите пожелать вам приятных снов.
   - И вам спокойной ночи, сэр.
  Дамбалдор улыбнулся, давая девушке понять, что разговор закончен.
  С тех пор, как Софии исполнилось пять, она перестала пугаться темноты. Но переходы, лестницы, залы Хогрвартса её пугали. Замку не нравилась София. Как и слизеринцы, он был вынужден терпеть её присутствие, но делал это с трудом.
  Когда проход в гостиную 'Слизерина' закрылся, София вздохнула с облегчением. И почему нужно постоянно вызывать её по ночам?
  Услышав голоса, девушка замерла. Несмотря на поздний час, гостиная не пустовала. Снейп и Малфой увлеченно беседовали.
  Профессор сидел в кресле; угловатые, костистые запястья свисали с подлокотников, белея в зеленоватом полумраке. Хорёк примостился у ног зельевара, фамильярно положив белокурую голову учителю на колени.
  Неизвестно почему, подчиняясь какому-то не совсем ясному порыву, девушка, притаившись за одной из статуй, стала прислушиваться к тихо звучащим голосам.
  - Какую внутреннюю проблему вы пытаетесь решить предложенным вами радикальным способом? - лениво цедил зельевар.
  На остром лице Драко заиграла улыбка, полная озорного лукавства:
   - Проблему телесной подготовки к неизбежному знакомству с методами Тёмного Лорда. Из всех возможных кандидатов на роль учителя, я без колебаний выбираю вас, сэр.
  - Я не до конца понял, простите, за что мне оказана сия сомнительная честь? - насмешливо приподнял брови зельевар.
  Драко отбросил длинную челку с глаз:
   - Уверен, вы лучше, чем Мальсибер, Скобияр и Кэрроу, не говоря уже о Грейбеке, - Драко фыркнул, как рассерженный кот. - Лучше уж вы переспите со мной, чем они.
  София прижала руку к губам, чтобы не охнуть от неожиданности.
  Интересный разговор. Только уж лучше бы она его не слышала. Беседа явно не рассчитывалась на посторонние уши. И уж точно не добавляла симпатии к Хорьку.
   - Подростковая глупость, - неизбежное зло. Мистер Малфой, - заметил профессор, - не вижу смысла это обсуждать.
   - А я - вижу! - упрямо заявил Хорёк. - Тот-Кого-Нельзя-Называть недвусмысленно дал понять, как именно он намерен поквитаться за племянницу. Раз уж это неизбежно, я бы предпочёл выбирать карателей сам...
  - Никто не предоставит вам подобного права, потому что выбор - непозволительная роскошь. У рабов и идиотов его нет. Вам следовало бы думать раньше и думать лучше, мистер Малфой. Ты глуп, если рассчитываешь, что я могу всерьёз рассматривать подобное предложение, Драко.
  Малфой уткнулся лбом в темную обивку кресла.
  София, опасаясь услышать что-нибудь ещё, тихонько прокралась обратно к двери и вернулась, топая так громко, как только могла.
  Черные продолговатые глаза профессора пробуравили её взглядом:
   - Мисс Гринграсс? - подозрительно сощурился он.
  Драко вскочил, словно ужаленный.
   - Какого Мерлина?! - заорал он.
   - Будет лучше, если вы оставите дурную привычку подслушивать чужие разговоры, - посоветовал Снейп.
   - Я не подслушивала, - не моргнув глазом, соврала София. - Попасть в спальню, минуя подземелья, невозможно. Спокойной ночи, джентльмены.
  - О! - ухмыльнулся зельедел. - На будущее я, исключительно на правах вашего учителя, мисс Гринграсс, советовал бы запомнить: подслушивая, можно узнать ненужные тебе тайны. Чужие тайны состоят, как правило, из боли и позора. Стоит хоть немного к этому причаститься, как приходится становиться одним из элементов.
  - Не волшебный мир, а выгребная яма какая-то! - дерзко тряхнула волосами девушка.
   - Ещё одно слово, мисс Гринграсс, и я назначу вам взыскание, - предупредил декан.- Извольте лучше идти спать.
  Не заставляя просить себя дважды, София направилась в спальню.
  Нет, она, конечно же, понимает, что политкорректность и 'толерантность' ко всяким меньшинствам, - неотъемлемая часть современного общества. Но что прикажите делать с ощущением, будто на тебя вылили помои?
  В спальне царил полумрак и зловещая тишина. Кровать Паркинсон пустовала. А вот дверь в ванную оказалась подозрительно приоткрытой.
   - Панси? - хрипло позвала София, испытывая желание выбежать и вернуться в гостиную.
  Плевать, что там Снейп и Хорёк! Она не хочет увидеть эту картину первой...
  В голове стучали злые молоточки. Всё сильнее, сильнее, сильнее...
   - Панси, - позвала она зачем-то снова, хотя отлично понимала, что отклика не получит.
  Сделав несколько шагов к ванной, София рывком дернула дверь на себя.
  Кровь! Кровь - была повсюду: на кафеле, бортиках ванны. Словно багряная змея кровь выползала из ран на запястьях, похожих на жадно открытые рты. Кровь собралась в маслянистые лужицы на полу; запачкала палочку, валяющуюся рядом с безвольно раскрытой ладонью.
  Метнувшись вон из комнаты, София стрелой влетела в гостиную.
  По-счастью, Снейп и Хорёк ещё продолжали разговаривать. Оба недовольно и гневно обернулись.
   - Что ещё, Гринграсс...?! - зло сверкнул глазами Драко Малфой.
   - Там...в ванной Панси, профессор... она вены вскрыла...
  Мужчины сорвались с места. Драко несся вперед, по пятам преследуемый Софией и Снейпом.
  - Мерлин ...! - замер мальчишка на пороге.
  Потом метнулся вперед, упав на колени рядом с прислонившейся к бортику ванны подругой, принялся нащупывать биение пульса на девичьей шее.
   - Север, она жива!!! Сделай что-нибудь, Север! Спаси её...!
  Отшвырнув паренька в сторону, зельевар, подхватив Панси на руки, унесся прочь, похожий на гигантскую летучую мышь,.
   София опустилась на кровать, спрятав лицо в ладони. Как же она устала. Ничего себя, сказочка? Офигеть! - уж прости Властелина. Теперь ведь даже под душ не встанешь - будут повсюду мерещиться кровавые разводы.
   - Эй!
   София вздрогнула, отпрянув от протянутой к её плечу руки.
  Малфой отдернул ладонь, обиженно поджимая губы:
   - Я только хотел спросить, в порядке ли ты?
   - А ты? - ядовито зашипела София. - Это ведь твоя девушка сводит из-за тебя счёты с жизнью. Как? Нигде не царапает?
   - Если бы и царапало, тебе бы я об этом стал говорить в последнюю очередь, Гринграсс... А Панси, - парень скривился, - просто глупа.
   -Уйди, Малфой. Дышать с тобой одним воздухом противно.
   - Да что ты себе...
   - Просто - уйди! - потребовала София.
  Дверь за его спиной захлопнулась, оставляя Софию в одиночестве.
  
  Глава 14
  В предверии рождественских каникул
  
  К утру Панси вернулась в комнату, живая и невредимая. Выглядела она такой злой, что желание задавать вопросы сразу отпадало. Атмосфера в комнате угнетала, и София поспешила покинуть спальню как можно быстрее.
  Во время завтрака она лениво, без аппетита, ковырялась вилкой в тарелке, украдкой наблюдая за столом 'гриффиндорцев'.
  На Уизли, точно груша на дереве, бесстыдно висела Лаванда Браун. Грейнджер увлеченно беседовала с Парватти, старательно делая вид, что парочки справа в её реальности не существует.
   - Я думала, Грейнджер встречается с Уизли, - зачем-то поделилась София с Милли.
   - Судя по тому, как виснет на нём Браун, - откликнулась приятельница, - если они ещё и встречаются, то это ненадолго.
  Нарисовавшиеся в дверном проёме Малфой, Краббэ и Гойл переключили внимание на себя.
  Высокий, белокожий, грациозный, как кошка, Хорёк, что ни говори, был привлекателен, хоть и противно это признавать. Даже ежевечерние попойки не сказывались на его внешности.
  'Он лучше всех, он выше правил, - нараспев декламировал Малфой, паясничая и размахивая руками в такт ритму, -
  Меня отец к нему направил
  И всё бы классно выходило
  Когда бы не был он...' Всем привет! - повалившись на скамейку, Малфой вальяжно, фамильярно обнял Софию за плечи, щедро одаривая запахом перегара.
   - Эй! Полегче! - отпихнула его девушка, неприязненно морщась.
  Малфой засмеялся, потирая ушибленное плечо:
   - Доброе утро, Панси, - кивнул он 'официальной' подружке. В веселости Малфоя было что-то истеричное, 'безбашенное'. - Хреново выглядишь. Критические дни выдались с большой кровопотерей?
  - Если ты сейчас же не заткнешься, Малфой, я даже не знаю, что сделаю, - предупредила София. - Может быть, рискну продекламировать созданный тобой стишок любимым родственникам?
  Лающий смех раздражал её до зубовного скрежета!
   - Не надоело, Гринграсс, угрожать мне своими сомнительными родственниками при каждом удобном случае, а?
   - Каждый развлекается, как может, - буркнула она в ответ.
   - Вот и не мешай мне развлекаться. Панси, - закинул он руку на плечи другой девушке, - детка? Ты так и не сказала, отчего не в духе? Что же всё-таки случилось?
  София со всего маху вонзила вилку рядом с пальцами Хорька. Невольно вздрогнув, руки тот все же не убрал.
  - Малфой! - в упор глянула на него София, - у тебя совесть есть?
  Оскал вместо улыбки. Глаза почти белёсые, безумные от ярости. Но голос звучит безмятежно и весело:
  - Не думаю, Гринграсс. Совесть в наши дни не каждому по карману, - уж больно дорогая вещь.
  - Уймитесь, наконец! Вы - оба! - подала голос Панси, в свою очередь, сбрасывая руку Хорька с плеча.
  - О-о! - хмыкнул Забини. - Год обещает быть интересным: за какой стол не глянь, всюду мексиканские страсти. Шекспир нервно курит в сторонке...
  - Забини, замолчи! - подал голос Нотт, украдкой бросая сочувственные взгляды на Панси.
  День прошёл, как обычно. Уроки, обед, поход в библиотеку, подготовка домашнего задания, ужин - чередовались с привычной периодичностью.
  Вечером в гостиной 'Слизерина' играли в шахматы. За каждую потерянную фигуру назначался штраф. Закончив играть, курили раритетные сигареты, обсуждали 'Квидич сквозь века', семейные предания, сплетничали о преподавателях. Словом, наслаждались жизнью.
  Укладываясь в постель, София, задёрнув полог, предалась философским раздумьям.
  Не будь волшебники тупыми недоносками, как многое они могли бы дать миру. Но, - увы! - единственное, чему служили маги, это собственным амбициям и интересам. В чем нимало не отличались от иных представителей рода человеческого, что бы там о себе не мнили. С развитием маггловской науки магическая аристократия оказалась до смерти напугана возможностью нарушения монополий на чудеса. Скудоумные придурки, застрявшие в предрассудках прошлых веков! Мысли у них коротенькие-коротенькие; принципы тонюсенькие-тонюсенькие; самомнение раздутое-раздутое.
  Как же отчаянно она тоскует по дому! Даже смог над московскими дорогами отсюда кажется привлекательным. Увидеть, - хоть одним глазком! - серые многоэтажные здания, чистенькие супермаркеты, сверкающие яркими неоновыми огнями улицы, Старый Арбат, Кольцевую, 'Макдональдс'. Тысячи вещей, которым в обыденности не предаёшь значение, и о которых потом тоскуешь сильнее всего.
  Здесь, в Шотландии, даже воздух чужой. Иные запахи, лица. А тут ещё эта проклятая магия!
  Россия представлялась Софии живой водой. Вся эта магия - темные мертвые воды. И есть здесь свой бог, - Альбус Дамблдор. И есть сатана - её дорогой 'дядюшка'. Своя мессия - 'Избранный' Гарри Поттер. Свита ангелов, которые даже называется именем утренней зари, 'авроры'. И их противники - демоны, 'УПСы'.
  А она, София? Кто же она? На какое место вправе претендовать? Серый ангел, не решившийся примкнуть не к одной из сторон?
  'Уйдя от адских врат
  Не брошусь в двери рая
  И Вечность буду я
  Стоять между дверей'.
  ***
  Семестр подошёл к концу; оценки выставлены. По большинству предметов стояло 'удовлетворительно'.
  Данный факт не огорчал, - София не собиралась жить в магическом мире, намереваясь 'свалить' при первой же возможности.
  С совиной почтой пришла очередная весточка от Властелины:
  
  'Дорогая София!
  Сообщаю, что Рождество ты будешь встречать с английскими родственниками. Миссис Малфой встретит вас вместе с Драко Мафлоем на Кинг-Кросс.
  Властелина Мракс'.
  
  Подняв глаза от письма, София перехватила взгляд Малфоя. Серые глаза, окруженные черными кругами, казались ввалившимися внутрь черепа.
  И как это Панси находит его привлекательным? Бр-р!
  После ужина, уложив вещи в магическую безразмерную сумку, девушка решила сходить в туалет плаксы Миртл, под предлогом, что ей, якобы, необходимо убедиться, что Тайная Комната надежно закрыта. Хотя, на самом деле надоело сидеть в одиночестве в удушливой спальне.
  Вечер выдался оживлённым. Казалось, весь Хогвартс, к этому часу обычно уже мирно посапывающий в большинстве своём, решил пойти, развеяться, прогуляться по коридорам. Ладно бы только студенты? Преподавателям тоже не сиделось.
  Заметив мантию вездесущего Снейпа, София юркнула за одну из многочисленных колон. Уже сотворив эту очередную глупость, девушка мысленно надавала себе подзатыльников.
  Ну, спрашивается, зачем?! Ведь теперь объясниться, в случае чего, будет труднее.
  Взысканий София не боялась. Её пугала мысль о черных глазах, сузившихся до китайского разреза.
  Следом за Снейпом семенил Филч, словно бульдог, вцепившийся в Драко Малфоя:
   - Я же говорю вам, что это подозрительно, - пыхтел старик. - Чего этому хорьку делать без приглашения на вечеринке Дивангарда?
   - Я всё объяснил!- гордо заявил блондин, для приятно разнообразия на сей раз трезвый.
  - Оставьте нас, Филч, - с отстраняющей вежливостью откланялся слизеринский декан.
  Выразив фырканьем недоверчивое презрение и негодование, старик удалился, припадая на правую ногу.
  Снейп жестом приказал Драко войти в класс.
  Дождавшись, пока парочка затворила за собой дверь, София, крадучись, приблизилась. Она действовала, повинуясь минутному порыву, совершенно бездумно и безотчетно.
   - Прекрасная игра, мистер Малфой, - донесся из-за двери голос профессора.
   - Благодарю, - ворчливо ответил Драко.
   - Боюсь, что благодарности я не стою. Мне следовало гораздо раньше обратить внимание на ваши ошибки, - голос зельевара звучал вкрадчиво.
   - Сожалею, что досаждаю вам, сэр.
  - К Мерлину пустопорожние пререкания! - рыкнул Снейп. - Ты хоть имеешь представление о том, что творишь, щенок?!
   - Конечно, профессор.
  - Имею наглость утверждать обратное. Драко! - с обманчивой мягкостью прошелестел учитель. - Я уже устал повторять, - следует быть осторожнее; ведь если тебя исключат, никто и ничто уже не поможет. Ты не маленький, должен понимать...
   - Я понимаю. И в свой черед устал повторять, - в том, что случилось с Белл, нет моей вины. Нечего на меня так смотреть! Я знаю, что вы задумали. Только у вас ничего не выйдет.
  - Вижу, тётя Беллатрикс постаралась - хмыкнул Снейп. - У Темной Красавицы есть чему поучиться, не так ли? Вы уже обращались к ней с просьбой, аналогичной той, с которой подкатывали ко мне?
   - Идите к Мерлину, профессор!
  -Ах, Драко, Драко! - с наигранной укоризной пожурил Снейп. - Самовлюбленный и легкомысленный сын не менее самовлюбленного и легкомысленного отца. Ты ведь понимаешь, что если бы я вызывал к себе в кабинет кого-то другого, а он упорно не приходил...
   - Так накажите меня, - на придыхании, со страстной яростью прошептал дерзкий мальчишка.
  - О, ты так бесстыдно навязчив... не сомневаюсь, это в тебе говорит кровь Блэков. В конце концов, Малфои намного сдержаннее. Кем вы себя возомнили, - уже другим, не мягким, ядовито-журчащим, а холодным, сухим тоном продолжил учитель, - роковым соблазнителем?
  Увлеченная подслушиванием София слишком сильно навалилась на дверь; та скрипнула и отворилась.
  Девушка кубарем полетела к ногам профессора, больно ушибив коленки.
  Чувствуя себя хуже некуда, София несколько секунд созерцала как колышется подол иссиня-чёрной робы над мужскими ботинками, начищенными до зеркального блеска.
  Щёки горели от стыда. Но раз провалиться сквозь землю не представлялось возможным, пришлось подниматься.
   - Мисс Гринграсс? - насмешливо фыркнул Снейп. - Куда вы торопились на этот раз?
  София молчала, мелкими глотками выпивая заслуженное унижение.
  - Услышали что-то для себя интересное? - полюбопытствовал Снейп, скрещивая руки на груди. Декан ещё какое-то время посверлил Софию взглядом. - Ладно, милые детки. Ступайте спать - растягивая слова в Малфоевской манере, проговорил декан. - Вам предстоит пережить веселые праздники: рождество в обществе Сами-Знаете-Кого... Мисс Гринграсс, вы любите играть в фанты?
  София нахмурилась, догадываясь, что над ней в очередной раз потешаются:
  - Нет. Я вообще не люблю играть.
  - Боюсь, что ваши желания учитывать никто не станет. Рождественские фанты с Темным Лордом, - поистине незабываемое развлечение! Хотите заранее знать, каковы будут ставки?
  - Пытки, 'Империус', легилименция, забавы с привлечением маглов, принудительный секс, - вряд ли Сам-Знаешь-Кто потрудиться изобрести что-то новенькое, - ответил Малфой за неё.
   - Вы всерьез полагаете, что он заставит меня в этом участвовать? - ужаснулась девушка.
  Когда зельевар повернул к Софии желчное лицо, в черных глазах вспыхнула презрительная жалость:
   - А вы всерьёз полагаете, что нет?
  ***
  В Лондон Хогвартс-Экспресс отправлялся с платформы Хогсмеда в одиннадцать часов. После завтрака, погрузив вещи в карету, запряженную невидимыми для большинства тварями, большая часть студентов покинула школу.
  Накануне шёл мокрый снег. Деревья покрылись инеем; ветки гнулись, изнемогая под тяжестью снега. Но выглядело это красиво.
  К моменту, когда кареты дотащились до станции, у всех успели покраснеть носы; руки не спасали даже перчатки, а восхищаться пасторальными пейзажами больше не тянуло.
  В поезде София поспешила занять место у окна. День выдался пасмурным. Во второй половине снова повалил снег густыми мокрыми хлопьями. Превращаясь в дождь, некогда безупречные кристаллы каплями стекали по стеклу вниз, прочерчивая прозрачные дорожки; точно лупа, преломляя и искажая мир.
   Малфой в купе почти не показывался, на сей раз решив с рвением подойти к обязанностям префекта. Забини, Нотт и Крабе с Гойлом играли в магический аналог маггловских карт.
  Пожалуй, за всё пребывания своё в Хогвартсе, время, проведённое в Экспрессе, оказалось самым приятным.
  Когда поезд прибыл на Кинг-Кросс, уже стемнело. Стрелки на часах показывали шесть.
  Малфой, зайдя за багажом, знаком велел Краббэ и Гойлу выйти. Забини, Паркинсон и Нотт к тому времени уже успели покинуть купе.
   - Гринграсс, не могла бы ты сделать мне одолжение? - начал Хорек, нервно облизывая губы.
   - Чего тебе от меня потребовалось? - поправляя воротник пальто, не без иронии отозвалась девушка.
   - Не демонстрируй, пожалуйста, моей матери, насколько плохо мы к друг другу относимся.
  София фыркнула и потянулась за багажом.
   Блондин перехватил её руку:
   - Гринграсс, пожалуйста..., - с нажимом проговорил он.
   - Убери руки, Малфой!
   - Я о многом не прошу. Просто будь вежливой. Большего не требуется.
   - Ты омерзительный тип, Хорёк. Для моего нравственного и для твоего физического здоровья будет лучше, если ты станешь держаться от меня подальше.
   - Да я бы с радостью, - протянул парень в своей излюбленно высокомерно-ленивой манере. - Но Темный Лорд вряд ли нам это позволит.
  - Уж не собираешься ли ты прятаться за моей юбкой? - зло засмеялась София. - Я бы на твоем месте лучше подержалась за мантию Снейпа. Там у тебя больше шансов!
  Длинные пальцы сжались на тонких девичьих предплечьях. Искаженное злобой узкое бледное лицо приблизилось, словно в кошмаре.
   - Тебя так сильно задевает моя неправильная ориентация, Гринграсс? Может быть, ревнуешь?
  - Да мне просто противно! Понимаешь: про-ти-вно!
  - Гринграсс, не будь ты такой дурой! - прошипел Малфой. - Мне не нравятся мальчики вообще! И Снейп - в частности!
   - Ой! Ну, надо же! А выглядело все так, как будто - очень даже...
  Впечатав кулак в стену, Малфой, схватив девушку за талию, подтащил её к себе, зашипев в лицо:
  - Гринграсс! Я не... Да что ты забрала в свою дурную голову, грязнкровка?! Ты...!
  Ярость, гнев, волнение слетело с белого лица, словно их ветром сдуло. Оно застыло в надменно-пренебрежительную маску так резко, что София не смогла удержаться и смерила странного юношу удивленным взглядом.
  Хорёк убрал руки, медленно разведя их в стороны:
  - Думай, что хочешь, мугродье. И поступай, как знаешь.
  Он взял в одну руку свой саквояж, в другую - её сумку, пинком отодвинув дверь, шагнул в коридор.
  София хотела заявить, что вполне способна донести свои вещи сама. Но не решилась. Возможность продолжения беседы с Хорьком не казалась хорошей перспективой.
  Миссис Малфой, дожидающаяся их на перроне, воскрешала в памяти стихи Блока:
  
  И каждый вечер, в час назначенный
  (Иль это только снится мне?),
   Девичий стан, шелками схваченный
  В туманном движется окне.
  
  И медленно, пройдя меж пьяными,
  Всегда без спутников, одна
  Дыша духами и туманами
  Она садится у окна.
  
  И веют древними поверьями
  Её упругие шелка,
  И шляпа с траурными перьями,
  И в кольцах узкая рука...
  
  Единственным светлым пятном в облике Незнакомки были волосы, - в остальном преобладал черным цвет.
   - Драко, дорогой, - шагнула женщина навстречу сыну. Лицо её, озарившись светом любви, из красивого стало прекрасным. - Как поживаете, мисс Гринграсс?
  Пружинящим шагом юноша пошел вперед. Миссис Малфой и София следовали за ним. Миновав платформу 9 ¾, они подошли к значку 13 1\5.
   Шагнув за барьер, оказались в чистом поле; во власти свирепой, разъярённой метели.
  Экипаж, запряжённый чёрными, как смоль, лошадями, воскрешал в памяти карету графа Дракулы. Черная, лакированная, с черными занавесками на окнах, покрытая серебристыми вензелями, изображающими ощерившихся рептилий, карета сразу выдавала в своих владельцах темных магов. Оскаленные клыки драконов внушали опасения, потому что время от времени 'зверюшки' выгибали спину, словно перед прыжком.
   Драко помог подняться в экипаж сначала матери, потом Софии.
  В карете, против ожиданий, было почти так же холодно, как и на улице, с той лишь разницей, что не задувало со всех сторон, да не кололо кожу ледяными иголками остроконечных снежинок.
  - Куда мы едем? - спросила София.
   -В резиденцию Тёмного Лорда, - прозвучал ответ.
  Глава 15
  Возвращение в логово Змея
  
  От резкого толчка девушка едва не прикусила язык. Карета так подозрительно закачалась, что София сочла за лучшее в окошко не смотреть. Её терзали подозрения, будто экипаж запряжен вовсе не лошадьми; что черногривые красавцы всего лишь иллюзия, - и мчатся они сейчас по облакам, - не по тверди земной.
  - Об отце что-нибудь слышно? - спросил Хорёк у матери.
   Пальцы Нарциссы, затянутые черной кожей, с силой сжали ладонь сына:
   - Он жив, Драко. И Тёмный Лорд дал слово, что вскоре Люциус обретёт свободу...
   - Ага! - зло усмехнулся мальчишка. - Только, спорим, забыл уточнить, каким образом? Наверное, когда Дамблдор сдохнет, своды Азкабана падут сами собой? Тут узникам и счастье!
   - Драко! - мягко укорила миссис Малфой, выразительно взглянув на Софию.
  От нового толчка девушка едва не упала Нарциссе на колени.
  Судя по всему, приехали?
  За распахнутой дверью путешественников встретил Скобияр, с неизменно встрёпанными волосами, ломаной пластикой и язвительно-задумчивым взглядом:
   - Добрый вечер, миссис Малфой, - кивнул он, - добрый вечер, мастер Драко. Мисс Мракс, - егерь отвесил издевательский поклон, - Тёмный Лорд ожидает вас.
  Глаза егеря имели непонятный оттенок, в них перемешались коричневый, зеленый и серые цвета. На тонких, резко очерченных, губах играла ядовитая усмешка.
  Волдеморт в ожидании племянницы перебирал какие-то бумаги, сидя за письменным столом. Общество ему, как всегда на досуге, составляла любимая Нагайна. Змея дремала, устроившись на плече хозяина. Стоило перешагнуть порог, рептилия, подняв голову, зашипела. Со стороны звучало весьма грозно, но на деле она просто здоровалась.
   - Добрый вечер, София, - высоким ломким голосом вторил фамильяру Волдеморт. - Прекрасно выглядишь: от былого румянца ни следа. Бледна и сурова, как истинная представительница Мраксов.
  Насколько София понимала, дядюшка изволил шутить?
  - Садись, - отбросив в сторону перо, темный маг потянулся. - Не люблю разговаривать, задрав голову.
  Усевшись, девушка старательно принялась разглядывать собственные руки. Прилагая все усилия к тому, чтобы думать как можно меньше; мало ли что может заинтересовать, или разозлить Тёмного Лорда?
  - Пустые хлопоты, моя милая, - вкрадчиво проворковал 'дядюшка', постучав пальцами по столу. - Если мне потребуются твои мозги, я возьму их так же легко, как младший Малфой взял твоё тело, - ножки кресла заскрипели по паркету; Волдеморт поднялся из-за стола.- Полученные тобой оценки не впечатляют. Признаюсь, ожидал большего. Ладно, Мерлин с учёбой. Расскажи-ка лучше, как тебе понравился твой жених?
  София поморщилась:
   - Вы прекрасно знаете, - 'как'. 'Такое' нравиться по определению не может.
   - Не согласен. Очень даже 'может'. Белла, например, от него в восторге.
   - В каком смысле? - против воли у девушки сделались 'большие' глаза.
   - В прямом. Блэк-Лейстрейндж показалась занятной идея воспитать из племянника настоящего мужчину. А способов в арсенале у потаскушки не много. Так что не удивлюсь, если любимая тётушка была у Драко первой женщиной.
  - Зачем вы мне это говорите? - вздернула подбородок юная ведьма. - Меня это совершенно не касается!
   - 'Милое' семейство вскорости станет твоим. А раз так, значит, касается. Очень даже, - Волдеморт ласково погладил змею. - До ужина остается немного. Поторопись. Форма одежды - вечерняя. Не выношу дурно одетых людей! До тошноты в приюте насмотрелся... Иди.
  Согласно УПСовской моде Софию ожидало чёрное узкое платье со шлейфом.
  Как у большинства россиянок, у девушки был 'летний' тип внешности: волосы пепельного оттенка, светлая, ' холодная' кожа с легким намеком на румянец, светлые, переменчивого цвета, в зависимости от настроения и освещения, глаза.
  Ко всему этому, - куда деваться от правды? - черный цвет шел, как к корове седло.
  Долохов и Яксли поприветствовали девушку дружелюбно, почти радостно; Нотт, Краббэ и Гойл-старшие кивнули со сдержанной вежливостью. Рудольфус Лейстрейндж и профессор Снейп ограничились беглым взглядом, в то время как Рабастан сделал вид, что Софии не существует, полностью проигнорировав её присутствие.
  Драко разделял одиночество с бокалом вина.
  София привыкла к тому, что младший Малфой отдаёт предпочтения черным одеждам. А ведь оказывается, белый потрясающе идёт последнему представителю семейства Блэк.
  - Софи, - темный родственничек протянул руку в пригласительном жесте. - Повальсируешь со мной?
   - Но ведь никто не танцует, сэр?
   - Мы это исправим, - взмах волшебной палочки наполнил зал струнной музыкой.
   Волдеморт с улыбкой положил руку на волнующий изгиб девичьего стана.
  - Я плохо танцую, - предупредила София.
   - Зато я - отлично, - прошептал Волмедорт ей на ухо. - Я всегда всё делал на 'отлично'. Иногда это даже утомляло. Теперь, случается, думаю, может и не стоило прикладывать так много усилий к пустякам? - неожиданно Темный Лорд обернулся в сторону Хорька. - Малфой, - обратился он к нему, - тебя не смущает, что я танцую с твоей невестой?
  Драко вздрогнул и отвернулся, чтобы поставить опустевший фужер на поднос.
  - Мне повторить вопрос? - шелковым голосом полюбопытствовал Волдеморт.
  Юноша опустил голову, запустив руки глубоко в карманы брюк. Он продолжал хранить молчание, с каждой минутой все больше раздражая Хозяина.
   - Мистер Малфой, - прошелестел Тёмный Лорд, - я не люблю разговаривать с человеком, демонстрирующим мне спину. У меня создаётся, - бесспорно, ложное - впечатление, что мною пренебрегают...
  Хрипло засмеялась Белла, успевшая изрядно набраться. Вот уже четверть часа она развлекалась тем, что безрезультатно висла на невозмутимом Снэйпе, и ей это, судя по всему, чертовски наскучило. Она была только рада отвлечься.
  С лица Драко сошли все краски, - оно походило на нетронутое кистью полотно:
   - Чего вы от меня хотите? - глаза его блестели, то ли от ярости, то ли от непролитых слёз.
  Том Риддл брезгливо поморщился:
  - Всегда недолюбливал Блэков. Богатые, самоуверенные, набалованные психи. Стеклярус, возомнивший себя бриллиантом - уж, прости, Бэлла! - но такова правда. Ты же, мальчик, превзошёл всех, что были до тебя: даже среди Блэков такое дерьмо вижу впервые.
  - Мой лорд, Драко не Блэк, - Бэлла зашла за спину племяннику, припадая к его плечу. Глянцевые черные глаза горели весёлым безумием. - Он - Малфой.
  - Ты спрашиваешь, чего я хочу? - лицо Волдеморта было спокойно и холодно. - А чего можно хотеть от жалкого подобия на человека? Чего можно желать от маленькой пакости, способной ударить лишь в спину?
  - Мой лорд ко мне пристрастен, - возразил Хорёк.
   - Да-а? - прошипел Волдеморт. - Правда? Ну, извини, беспристрастнее я не бываю. Может, стоит задуматься над тем, чтобы сменить хозяина? А? Что ты на это скажешь?- голос звучал с презрительной ласковостью, - Ты, убогая грязь? Желчная дрянь? Я терплю тебя только из-за твоего отца, но запасы моего воистину ангельского терпения не безграничны. Да как посмела ты, блэковская гнида, позволить себе посягнуть на честь женщины из рода Слизерин?!
   - Я же не знал, что Астория...
   - Молчать! - рявкнул Том Риддл.
  В зале воцарилась гробовая тишина. Было слышно, как тоскливо и грозно задувает ветер за окном.
   - Заруби себе на носу, щенок, - презрительно договорил Волдеморт, - я либо сделаю из тебя мужчину. Либо - убью.
  Равнодушно, тихо, почти беззлобно вослед летит непростительное:
   - Крусио...
  Сложившись пополам, обхватив худое тело руками, Драко закричал так, что уши заломило.
  Белла сморщилась; Снейп отвернулся. На лицах остальных не отразилось ничего.
  Волдеморт на секунду отвел палочку в сторону:
   - Давай, юный Малфой, - растекался по комнате ядовитый тихий голос. - Давай, покажи, на что ты способен.
  Малфой силился удержаться на трясущихся ногах, но те, не слушаясь, подогнулись. Из носа на белоснежную рубашку обильно текла кровь.
  - Круциатус!
  Мальчик повалился на пол. Его трясло так, будто тело пронзали электрическими разрядами.
   Какое-то время Хорьку удавалось держаться, но несмотря на все старания, через несколько мучительно долгих секунд с губ снова сорвался дикий крик.
  Темный Лорд отвел палочку в сторону; алый луч погас.
  Тело Драко обмякло. Он дышал часто-часто. Софии даже сделалось страшно - а вдруг задохнётся?
   - Будь же мужчиной, Малфой, - тихо и презрительно произнёс Ридлл. - Учись держать себя в руках.
   - Я стараюсь, мой лорд, - хрипло прорычал мальчишка.
   - Это ведь так просто, Драко, - пожал плечами Ридлл. - Терпение - добродетель... Крусио!
  Драко корчился на полу, его кулаки сжимались, ногти до крови впивались в ладони. С усилием подняв трясущуюся руку к губам, он закусил костяшки пальцев.
  Но больше не закричал.
  Чувствуя, что не в силах на это смотреть, София отвернулась.
  - Уже лучше, - насмешливо звучит голос Тёмного Лорда. - На 'хорошо' не тянет. Но для Хорька сойдет, - на первое время.
  По залу летит его легкий, холодный, безжалостный смех, - смех существа без души, без сердца и совести.
  София украдкой глянула на Бэллу.
   Женщина жадно наблюдала за племянником из-под опущенных век, грудь её часто вздымалась. На лице была не жалость, не сочувствие, не возмущение жестокостью своего господина; на нём крупными буквами было написано желание; похоть хищницы, получающей удовлетворение от созерцания чужих мук.
  - На сегодня урок закончен. Ты можешь быть свободен, Малфой. София! Помоги этому ничтожеству добраться до его комнаты. А то ещё сдохнет посреди зала.
  Преодолевая подступающую к горлу тошноту, София приблизилась к молодому человеку, лежащему на полу с закрытыми глазами.
  - Малфой? - позвала девушка, опускаясь рядом на колени.
  Драко с тихим стоном приоткрыл веки. Всегда такие красивые, ясные серые глаза, покрылись красными полосками лопнувших сосудов.
   - Драко, ты меня узнаёшь?
  Блондин скользнул по Софии взглядом и коротко кивнул.
   - Нам нужно уйти отсюда,- зашептала девушка. - Встать можешь?
   - Попытаюсь.
  Какое-то время София наблюдала его бесполезные попытки, а потом, перекинув руку юноши через плечо, обняла его за талию, помогая подняться.
  Драко всегда казался легким, грациозным, тонким и резким, как росчерк пера. Ну откуда в таком тощем теле такой вес?!
  - На каком этаже твоя спальня? - спросила София.
  Малфой скривил губы, то ли в тщетной попытке ухмыльнуться, то ни в силах сдержать гримасы:
   - Решила зайти в гости, Гринграсс? Не стоит со мной нянчиться - сам доберусь.
   - Не доберёшься. Рухнешь где-нибудь на лестнице.
   - Поглядите на нас, какие мы милые!
  - Малфой, закрой, наконец, рот! У нас впереди ещё столько этажей! Спорим, по закону подлости, твоя комната на самом верху?
   - Отвали, Гринграсс!
   - Я угадала?
   - Мне не нужна твоя помощь. Я пойду сам...
  Оттолкнувшись от стены, Малфой сделал несколько шагов, а потом начал медленно оседать на пол.
  София едва успела подхватить его.
   - Кончай геройствовать!
  - У грязнокровок гордости что, - совсем нет? - обреченно вздохнул юноша. - Где твоя девичья скромность, Гринграсс? Так навязываться молодым людям? Ай-яй-яй...
   - Мели Емеля - твоя неделя...
   - Что ты там бормочешь?
   - Послушай, Малфой! Прекрати вырываться - быстрее дойдем. Так на каком этаже комната?
   - На четвертом, - шепотом ответил Драко.
   - Ненавижу тебя!
   По лицу Драко, по тому, как он сжимал губы и судорожно цеплялся за перила, было заметно, что он еле сдерживается. Его дыхание становилось с каждым шагом всё более хриплым.
  Когда они ,наконец, добрались до комнаты, оба едва держались на ногах.
  София в нерешительности потопталась у порога.
  - Иди к себе, Гринграсс! Нечего на меня таращиться!
   - Я не таращусь, я... ладно, отлёживайся. Спокойной ночи.
   - Приятных снов, деточка, - насмешливо полетело в ответ.
  Уже на лестнице её преследовал лающий, похожий на Бэллин, смех, оборвавшийся очередным приступом надсадного кашля.
  
  Глава 16
  Дом призраков
  
  Ванная впечатляла, - со знаком минус. Купаться в ней было равносильно самоубийству; всё равно, что напрашиваться на воспаление легких. Мало того, что отсутствовал всякий намёк на отопление, так ещё свободно задувало со всех щелей, а оных насчитывалось немалое количество.
  Кое-как приведя себя в порядок, замерзшая и злая, София, вернувшись в спальню, споткнулась о взгляд Волдеморта.
   - Доброго утра, - милостиво снизошёл до кивка великий родственник.
   - Д..доброго, - запинаясь, отозвалась девушка. - Я не ожидала, что...
   - Не важно, - отмахнулся Тёмный Лорд. - Предлагаю не тратить время на пустопорожнюю вежливость. У меня к тебе, София, условно говоря, деловое предложение.
   - Почему - условно? - подивилась девушка.
   - Потому что предложение подразумевает возможность отказаться, которой у тебя, естественно, не будет, - Тёмный Лорд неприятно хрустнул пальцами. - Я уже отмечал, что недоволен результатами твоего обучения в Хогвартсе. Кстати, ты в курсе, что в своё время я, как и профессор Снейп, горел желание преподавать ЗОТС? Однако старый дальновидный пердун мне отказал, - передёрнул плечами Том Реддл. - Мои методы обучения, как ты могла вчера заметить, много жёстче, зато и куда эффективнее, чем беседы со вкусом лимонных долек. Вернёмся к делу: тебе предстоит отправиться в Исландию, - островное государство в северной части атлантического океана...
   - Я знаю, где находится Исландия, дядя, - раздраженно фыркнула девушка.
   - Ну, так вот, - продолжил Темный Лорд, - там, на одном из островов, есть довольно запущенный дом. Был он построен в начале прошлого века сквайром Магнусом Даггсоном, самым, что ни на есть, маггловским магглом.
  Его отец скопил капитал на одной из судоверфей; сын этот капитал умножил. Женился на девице не первой свежести, зато с богатым приданным. Купив небольшой клочок земли, Даггсон, выписав знаменитого по тем временам архитектора из Европы, выстроил для себя дом, окружил его дорогим парком на французский манер, с разбитыми террасами, статуями и многочисленными пышными розами. Обнёс всё кованой оградой и собрался жить долго и счастливо.
  Мебель выписывалась из Парижа, шелка - из Китая, лобстеры... будь я проклят, если знаю, откуда супруги выписывали лобстеров...
  Одного у них не было - детей.
  Зато у миссис Даггсон была сестра, - нагулявшая ли ребенка, рано ли овдовевшая? - история умалчивает. Однако факт, - ребёнок у неё был, а мужа - не было.
  Мальчик приглянулся богатым родственникам, - при наличии хорошего финансирования отобрать ребёнка у матери не проблема. Спустя полгода после поданного иска семейство Даггсонов обзавелось отличным пятилетним мальчуганом.
  А спустя ещё полтора года господин Даггсон, возвращаясь домой во время прилива, не справился с управлением. Машина угодила прямиком в топи.
  Мужчина выбрался; мальчик - нет.
  Его родная мать, как позже выяснилось, жившая при доме то ли приживалкой, то ли компаньонкой, - кто там заменяет богатым магглам домашних эльфов? - утонула спустя несколько дней. Пыталась ли она отыскать своего малыша или попросту утопилась, никто разбирать не стал.
  София слушала, словно завороженная. Волдеморт был отличным рассказчиком и умел держать внимание.
   - Даггсоны, как и прислуга, проживающая в доме, погибли при невыясненных обстоятельствах. Не прошло и двадцати лет, как маленькое селение рядом с тем местом обезлюдело. Местные предпочитали покинуть веками насиженные места, но не жить на проклятой земле.
  - Вы хотите оправить меня туда? - ужаснулась София.
   - Твой дар позволяет повелевать мертвыми. Вот и посмотрим, как ты сумеешь им распорядиться.
   - Дядя! - взмолилась София. - Дар - даром! Но чтобы справляться с монстрами, необходимы знания, умения! Я же не смогу...
   - Если Властелина права, то ты с легкостью справишься, - холодно отрезал Темный Лорд. - А если нет, то ты мне не нужна.
   - Пожалуйста... - протянула к нему руки девушка. - Пожалуйста, не поступайте так со мной!
   - Никогда ничего ни у кого не проси, и никто не посмеет унизить тебя отказом.
  Мир стал неясным, размытым, - это на глаза набежали слёзы.
  Да, просить, биться в истерике, валяться в ногах - бесполезно. Это существо холодно ко всему; одинаково ко всем беспощадно.
  София успела заметить, что Тёмный Лорд выбросил вперед палочку; она видела, как его губы произносят заклинание, но не успела его услышать.
  Мир покачнулся и словно бы мигнул.
  ***
  Её, судя по всему, аппарировали. Без её на то согласия и довольно жестко.
  Поднявшись, девушка огляделась.
  В разбитое окно тянуло сквозняком. Остро пахло плесенью, сыростью, затхлостью и тленом. По полу густым пушистым ворохом проросла пыль; кое-где на ней виднелись следы от острых коготков. Сверху, с потолка, спускалась затянутая паутиной люстра, щеголяющая разбитыми хрустальными рожками. На окнах болтались некогда пышные, но успевшие давно истлеть бархатные занавеси; - их первоначальный цвет даже угадать невозможно. В засиженные мухами окна свет пасмурного дня едва пробивался - везде царила полумгла.
  Почти в каждой комнате были часы: висели на стенах, стояли на полу, полках, каминах, подзеркальниках. На всех замершие стрелки показывали половину четвертого, - то ли утра, то ли вечера?
  За господской половиной дома тянулся коридор, ведущий в служебные помещения - кухню, прачечную, кладовки, где на проржавевших крюках продолжали свисать давно истлевшие туши.
  На кухонном столе стояла затянутая коричневой грязью чашка, словно кто-то так и не успел её допить. В раковине плавала алая муть, издалека до жути напоминающая кровь, залившую фекалии.
  Запах витал соответствующий.
  Зажав нос, София поспешила выйти.
  Вернувшись в гостиную, она заставила себя подняться по лестнице, ведущей в коридор на втором этаже, выполненный в виде длинного балкона. С одной стороны истлевших половиц тянулась стена, завешенная картинами; с другой - деревянный бордюр. Портреты чередовались с дверями; за дверями таились маленькие, тесные комнатки.
  Пока дом безмолвствовал. Скорее всего, до наступления темноты следовало запастись терпением. И, по-возможности, свечами.
  Вернувшись на кухню, девушка принялась шарить по полкам, игнорируя мерзкий запах и налипающую на пальцы паутину. Усилия увенчались успехом - отыскалось несколько свечей.
  Хотя, если хорошенько подумать, - на что ей свечи, ведь есть 'Люмос'? Просто необходимо чем-то заняться, пока минуты складывались в часы ожидания.
  Софии никогда в жизни не было так страшно. То, что ждало её, было частью Ада, - иррациональное, необъяснимое, непредсказуемое. 'Авада' тут бессильна.
  Ожидание выматывало. Час за часом ничего не менялось. Всё так же недвижимо лежала пыль, тускло мерцали зеркала, стояли часы.
  Наконец в дверь постучали.
  ***
  София стояла, с силой сжимая перила, и расширенными глазами смотрела, как сотрясается дверь под ударами пустоты. Сердце билось, словно попавшая в силок птичка-невеличка.
  Девушка изо всех сил старалась сдерживать дыхание. Затихнув, словно трусливый зайчишка, притаившийся под кустом от злого волка, она отчаянно надеялась, что зловещий стук вот-вот оборвется.
  Но когда стихли удары, заголосили канализационные трубы. Казалось, чья-то рука разом открыла все краны и завоздушенная добрую сотню лет система освобождалась, выдыхая из себя скопившиеся нечистоты.
  В голове издевательски зазвучали строки Маяковского:
  'А вы ноктюрн сыграть смогли бы
  На флейте раскаленных труб?'...
  Впрочем, только безумец мог бы назвать какофонию звуков 'ноктюрном'.
  - Силенцео! - крикнула София, взмахнув палочкой.
  Возмущённо булькнув, дом заткнулся. Наступившая тишина казалась более зловещей, чем недавний истошный вой. Дом злился и готовился к новой атаке. С каким-то извращенным любопытством, девушка ждала, что же он предпримет дальше?
  Ждать пришлось недолго.
  Широко распахнулись окна, - одно за другим. Ворвавшийся ледяной ветер развеял наложенные Софией чары молчания, - сквозняки завыли, словно звери.
  Когда сверху упала одна из массивных цепей, удерживающих тяжелую громоздкую люстру, девушка поняла - дом перестал просто пугать. В следующее мгновение картины и светильники со свистом полетели со стен, будто невидимая рука срывала их в ярости, бросала на пол, разбивала, крошила в мелкие щепы.
  Послышался звук шагов. Сначала в одной стороне, потом - в другой. На втором этаже забегало множество маленьких ног.
  С громким тиканьем пошли часы, трезвоня со всех сторон на разные лады.
  Сначала она приняла это за игру светотени. Потом, обернувшись, воззрилась, не в силах поверить, - у лестницы стояла девочка, одетая в платьице, похожее на наряд Мальвины. Из-под юбочки выглядывали кружевные панталончики. На голове красовался огромный старомодный бант. Когда-то он был белым, но теперь выглядел так, как и полагается выглядеть тряпкам, тлевшим в земле больше полувека.
  Девочка подняла лицо.
  Одна его половина оказалась обезображена: глазное яблоко висело на отвратительных белых ниточках; из развороченного рта торчали обнаженные зубы. Вторая - по-прежнему красива: округлая щечка, мягкий изгиб совершенных губ...
  Изуродованный труп, рыча, кинулся на непрошенную гостью.
  - Левиоса! - отшвырнула София инфернала и бегом поднялась по лестнице, увёртываясь от падающих картин.
  Вбежав в одну из комнат, заперла за собой дверь.
  Взгляд метнулся по сторонам: лавка под окном; стол, заваленный чем-то, подозрительно напоминающим птичьи перья; кровать, закрытая облезлым полуистлевшим балдахином, колышущимся под порывами сквозняка.
  Или, - не сквозняка...?
   Равномерный скрип пружин...
  В прорехе ткани мелькнули полуразложившиеся, посеревшие, раздувшиеся тела утопленников, совокупляющиеся друг с другом с механической монотонностью.
  Пружины скрипели...
  София потянула за ручку и с ужасом поняла, что та не поддаётся. Дернула ещё раз. Ещё! Ещё!
  Безрезультатно.
  Кольца балдахина съехали в сторону.
  При жизни, возможно, любовники были даже стройны и привлекательны. Но сейчас при взгляде на них не возможно было удержаться от тошноты.
   Переплетённые тела, словно чудовищный краб, поднявшись на вывернутые под неестественным углом конечности, поползли к Софии. Колыхались раздутые животы и груди, белые, как жабье брюшко.
  - Иди к нам! К нам! К нам! - стонали они.
   - Алохомора! - завопила девушка.
  Дверь сорвало с петель. София кинулась в образовавшийся проход.
  Далеко, однако, не убежала: между ней и лестницей стояло с десяток инферналов. Белых, с отрешенными лицами и залитыми чернотой глазами. Самое страшное, - все они были детьми.
   - Бомбарда!
  Вверх полетели щепки, штукатурка. В облаке пыли призрачные фигуры словно растворились.
  София, не теряя времени, кинулась к выходу.
  На пороге она снова наткнулась на препятствие, упав в чьи-то руки.
  - Тише, Гринграсс! - зашипел над ухом знакомый голос. - Тише! Совсем спятила?
  - Малфой?! - Тело девушки обмякло в удерживающих её руках. - Это действительно ты?! - Девушка судорожно вцепилась в рукава Хорьковской мантии. - О, господи, Малфой! Ты здесь? -Какое чудо!!!
   Малфой усмехнулся:
   - Вот уж не думал, что доживу до этого, воистину светлого, момента - одно моё появление уже приравнивается к чудесам!
   - Нужно срочно выбираться отсюда. Как удрать с этого проклятого острова?! - затараторила София.
  Блондин, сжав ладонями кисти девушки, заставил ослабить хватку:
   - Гринграсс! - злобно прошипел он, - Ты меня сейчас задушишь!
   - Драко! - истерично кричала девушка. - Не оставляй меня здесь одну! Не уходи! Я этого не вынесу!
  Малфой не мешал ей заливаться слезами. Не отталкивая, не обнимая, он стоял и ждал, когда истерика сойдёт на 'нет'.
   - Полегчало? - спросил он, когда рыдания перешли во всхлипы.
   София испуганно вскинула глаза:
   - Ты ведь не уйдешь?!
  Она забыла о гордости, о чувстве собственного достоинства, о былой вражде и неприязни. Она страшилась только одного - вдруг Малфой исчезнет так же внезапно, как появился.
  Сейчас София была согласна на всё, лишь бы не оставаться в одиночестве. Нервы девушки, которые, точно струны, натягивались в течение полугода, сдали и теперь искрили - София вплотную подошла к той грани, за которой стерегло помешательство.
   - Там действительно страшно, Драко...
   - О! Я уже и 'Драко'? 'Хорёк', на сегодня отменяется? - Окинув сумеречный дом быстрым взглядом, Малфой поджал губы. - Н-да, думаю там действительно 'страшно'.
   - Ты не...?
   - Я же сказал, Гринграсс, что не уйду! Хватит уже об этом, ясно?!
  Распухший нос и порванная мантия симпатии у блондина не вызывали.
   - Что будет делать? - уныло спросила девушка.
   - Выполнять задание Лорда, конечно. - Малфой скрестил руки на груди. - Есть какие-нибудь идеи?
  София помотала головой.
  Драко нахмурился, покусывая губу:
   - А что если нам спалить дом к Мерлину?
   - Но дядя сказал, что я должна справиться с мертвецами...
  Малфой хлопнул девушку по плечу:
  - Так что ж ты стоишь? Иди! Справляйся.
   - Я не знаю - как, - нервничая, София мяла юбку. - У меня всё равно не получится. Ни за что больше не вернусь дом! Пусть уж лучше меня убьют.
   - Давай без лишнего драматизму, ладно? - поморщился Хорёк. - Вздумает Темный Лорд тебя убить, в благословлениях не понуждается, и без прощальных речей обойдется, - можешь поверить. А теперь включаем мозги. Темный Лорд велел тебе уничтожить мертвецов? Но, во-первых, он покривил душой, - тут не просто 'мертвецы!' Это - демоны.
   - Дядя говорил о духе женщины самоубийцы. Она погибла потому, что убили её ребенка. Может, если мы отыщем его тело...?
   Малфой поморщился:
   - Гринграсс! Ну, ты даешь! И что духу с трупа, а? Вот если бы мы вручили ей душу её потерянного ребенка... что, понятное дело, невозможно ... Не с твоими способностями. Не обижайся, только ты такой же некромант, как я - вейла. Да даже если бы и смогла, я бы не советовал этого делать - ведь прошло почти сто лет.
  - А эти дети? Их души во власти демонов?
   - Нет, конечно - душу демон может получить лишь на определённых условиях. Вот когда эта особа, осквернившая всю округу, упокоится, - она будет принадлежать демонам, потому что такова плата за определённые услуги с их стороны. Ладно, теорией займемся позже. Сначала призовём труп, потом спалим всё к самому Мерлину!
   - А как будем труп призывать?
  Мафлой одарил девушку уничижительным взглядом:
   - 'Ассио', Гринграсс. Это же элементарно.
  София дрожала. Ветер задувал сильней с каждым порывом, раскачивая деревья.
  Приблизительно через минуту что-то, подозрительно напоминающее мумию, упало на землю.
  София визгнула.
  Малфой поморщился.
   - Половина дела сделано, - он взмахнул палочкой. - Адеско...
  София перехватила его руку:
   - Подожди!
   - Что?! - раздражённо обернулся Малфой.
   - Я посмотрю...
   Блондин брезгливо сморщил нос.
   - Гринграсс, это не розарий, - любоваться нечем.
  Не слушая, девушка шагнула вперед.
  Холод. Он распространялся от оскаленного, сморщенного трупа. Леденящий холод и маленькие воронки черноты. Будто кляксы.
  'Во имя Отца, и Сына, И Святого Духа, Изыди, нечистая сила! Убирайся в ад во веки веков. Аминь!'.
  Воронки убыстряли вращение, чувство холода усиливалось.
  Кап. Кап. Кап...
  Где-то далеко озеро, полное темных вод...
   Озеро без дна. Без движения.
  Неподвижное и мертвое...
  Девушка поняла, что была в трансе, только тогда, когда вынырнула из него.
  Малфой изо всех сил тряс её за плечи:
   - Гринграсс! Гринграсс!? Какого Мерлина ты творишь? Ты сожгла труп даже без палочки! -
  Глаза у Хорька возбужденно блестели.
  София улыбнулась.
   - Ну что? Палим тут всё к чертовой бабушке?
  Не прошло и четверти часа, как они любовались на исполинский костер. Огненные блики красиво отражались в водах. Зрелище завораживало.
   - Малфой?
   - Теперь, когда злыдни уничтожены, мы вернулись к исходным отношениям, Гринграсс? - хмыкнул Хорёк.
   - Почему... почему ты пришёл?
  Драко вздохнул:
   - Да вот подумал, что это должно произвести хорошее впечатление на Темного Лорда: выродок из рода Блэк спасает жизнь даме из почтенного дома Слизерин.
  - Я серьёзно!
  - Ну, так и я - серьёзно.
  София вглядывалась в тонкие, породистые черты лица. И ей невольно вспоминался очередной стих. На сей раз - Цветаевский. Строки удивительно точно накладывались на образ стоящего перед нею мальчишки.
  
  'Я с вызовом ношу его кольцо!
   - Да, в Вечности - жена, не на бумаге, -
  Его чрезмерно узкое лицо
  Подобно шпаге.
  
  Безмолвен рот его, углами вниз
  Мучительно великолепны брови.
  В его лице трагически слились
  Две древних крови.
  
  Он тонок первой тонкостью ветвей.
  Его глаза - прекрасно-бесполезны! -
  Под крыльями раскинутых бровей -
  Две бездны.
  
  В его лице я рыцарству верна,
   - Всем тем, кто жил и умирал без страху! -
  Такие - в роковые времена -
  Слагают стансы - и идут на плаху.
  
   - Малфой, спасибо.
   - Я не нуждаюсь в твоей благодарности!!! Разве я недостаточно ясно дал это понять вчера?
   Вот ведь... Хорёк!
   - Лучше посмотри, что у меня есть, Гринграсс!
  Блондин вытащил из внутреннего кармана фляжку.
  Настроенная на гипотетический тон девушка обиженно надула губы:
   - Малфой!
  Драко засмеялся:
  - Ну, конечно! Теперь, когда Зло ушло к Свету, можно проявлять характер. Что, Гринграсс? Теперь уже не станешь висесть у меня на шее с криками: 'Драко, ты чудо!'? Теперь я снова 'Малфой'?
  Отсалютовав фляжкой, Драко жадно, чуть ли не захлебываясь, отпил несколько глотков.
   - Драко, у тебя проблемы с алкоголем, - осуждающе покачала головой девушка.
   - Ладно тебе, Гринграсс! Ты же не Грейнджер. Она вообще полный мугрод; ты-то, всё-таки, полукровка. Выпей со мной - есть повод.
  Первый же глоток ободрал горло. София закашлялась:
   - Что это за гадость?! Решил меня отравить?
  Мало того, что на вкус, словно огонь, так ещё и голова с одного глотка пошла кругом.
  Она точно запьянела. Иначе с чего так хочется подойти к Малфою, запустить руки в его светлые волосы, похожие на лунную паутину? София тряхнула головой, прогоняя наваждение.
  - Нам не пора возвращаться? - спросила она.
  Блондин неопределённо пожал плечами:
   - Мне торопиться нет никакого интереса. Предпочитаю, чтобы твой родственничек сегодня развлекся с кем-нибудь другим.
   - С кем? С твоей тетушкой? Или - с матушкой?
  Малфой со свистом втянул воздух:
   - Сука ты, Гринграсс. Неблагодарная.
   - Ты же сам требовал, чтобы я с благодарностью повременила?
   - А я не обязан быть последовательным, - тряхнул волосами Хорек. - Про меня можешь говорить что хочешь, - стерплю, куда денусь. Но постарайся уложить в своей хорошенькой головке одну простую вещь: не смей трогать мою мать и мою тетку!
   - Любовницу свою защищаешь?!
  Малфой подскочил и залепил девушке пощечину.
  От неожиданности София ахнула, хватаясь за щеку. Обожгло изрядно.
   - Придурок! У меня синяк будет!
   - Какой кошмар, - растягивая слова, ёрничал Малфой.
   - Мне сложно будет убедить дядю, что я по ошибке сама себя в ухо заехала, кретин!
  Его руки уже привычно больно сжались на предплечьях:
   - Оставь свои плебейские привычки, Гринграсс. Леди не ругаются, словно торговки на базаре.
   - Пусти меня!
   - Нет.
  - Что?!
   - Не пущу, - печатая слова, ответил Малфой.
  Софии стало не по себе. У блондина было какое-то нехорошее выражение лица: сосредоточенное, замкнутое, отрешённое.
   - Я не настолько боюсь Темного Лорда, как тебе кажется.
  - Напрасно. Он страшный человек, - София не оставляла попыток высвободиться.
   - Гораздо страшнее, чем можешь себе представить, Гринграсс.
  Утомленный её трепыханиями Хорек заломил девушке руку за спину, - малейшее движение теперь грозило серьёзным вывихом.
  София замерла, глядя в ясные, холодные, жестокие глаза.
  - Эта рептилия превратила мою жизнь в ад, - зло выдохнул юноша полушепотом. - Я даже сдохнуть не могу, потому что есть мать, и есть тетка, на которых он за это отыграется. Я вынужден смириться с тем, что меня трахают по его приказу; с тем, что придётся жениться на тебе. Я послушный мальчик; я мирюсь. Но если ты, сука, ещё раз оскорбишь Бэллу или мою мать, я сверну тебе шею. И будь что будет!
   - Убери руку, - глядя ему в глаза, потребовала София.
  Медленно-медленно юноша разжал ладони.
  - Пора возвращаться, Малфой.
   - Как скажешь, Гринграсс.
  
  Глава 17
  Признание в ненависти
  
  - Так, так, так, молодые люди? - Волдеморт с неодобрением взирал на объявившуюся парочку. - Совместное появление, бесспорно, неожиданно и романтично. Вчерашние нравоучения пошли на пользу, мистер Малфой? Как погляжу, вы сегодня джентльмен - джентльменом.
   Тёмный Лорд соединил кончики пальцев. В задумчивости, подлинной ли, показной, поиграл ими:
   - Но вот незадача, молодой человек, дисциплину-то никто не отменял. Разве я велел вам, - обратил он взгляд к Драко, - идти на помощь к моей племяннице?
  - Нет, сэр.
   - Не могли бы вы, молодой человек, говорить громче? - я вас почти не слышу...
  - Нет, сэр, - повторил Драко громче, кашлянув.
   - Нет, мой лорд, - чеканя слова, поправил Том Реддль. - Вы проявляете своеволие.
   - Да, мой лорд... я хотел сказать - нет, мой лорд, - вы не приказывали мне ничего подобного.
  Голос Драко звучал спокойно и тускло.
   - Нарушив волю господина, ты заслужил наказание, не так ли? - елейным тоном прошелестел Волдеморт.
   Предугадать дальнейшее событие не составляло труда: поднятая палочка, небрежно-неизбежное, непростительное, любимое Тёмным Лордом: 'Крусио'.
  София посчитала несправедливым, что за её спасение Малфой должен будет расплачиваться. Впрочем, она не понимала, подо что 'подписывается', закрывая парня собой.
  Девушка поймала алый луч, - тот горячей алой струёй ударил в грудь. Тело, от макушки до пяток, окатило крутым кипятком; внутренности попали во вращающуюся мясорубку.
  Мир растворился в дикой, непереносимой боли. 'Это' длилось секунду. Но какую секунду!
  Открыв глаза, София увидела склонённое над собой лицо Драко.
  - Ты как? - одними губами спросил он.
  Сил что-либо ответить не нашлось.
  Как они все это переносили: Снейп, Драко, даже Скобияр?
  Кем нужно быть, чтобы зная, какие ощущения дарит проклятие, поднимать на человека палочку? Нужно быть не просто равнодушным - нужно быть садистом.
   Она слышала голоса: тихий - Снейпа; каркающий - Бэллы; высокий и ледяной - Волдеморта:
  - Очень. Очень глупо с твоей стороны, София. Все красивые жесты не более, чем глупость. Зря старалась - блондинистая маленькая пакость не оценит твоего жеста.
  София надеялась, что Волдеморт поручит Драко помочь ей добраться до комнаты, но Тёмный Родственник решил лично донести девушку до её апартаментов. Какая честь!
  Даже если бы у Софии оставались силы на сопротивление, она вряд ли бы осмелилась на противостояние. Но сил, слава богу, не было. Она покорно и тихо лежала на руках Темного Лорда, словно дохлая мышка.
  Опустив девушку на кровать, Том Реддль протянул ей фляжку.
  - Пей, - не приемлющим возражений тоном приказал он. - Снейп утверждает, что его эликсир возвращает силы и повышает жизненный тонус.
  София выпила бы даже яд, лишь бы побыстрей избавиться от Тёмного Лорда.
  Фигура в разлетающихся, точно у призрака, черных одеждах, направилось к двери.
   - Сударь!
   - Да? - обернулся маг.
  - Не трогайте Малфоя! Пожалуйста!
   - Чтобы тебя успокоить, даю слово, с его фарфоровой персоны до утра волосинки не упадёт.
  ***
  Стоило утром 'дядюшке' возникнуть в дверях, в голове Софии стало пусто, а в сердце никак не могли поделить место страх и гнев.
  - Отдохнула? - Волдеморт, наколдовав себе кресло, по-королевски разместился в нем. - Рабастан был вчера на острове. Полагаю, идея почистить дом 'Адским Пламенем' принадлежала не тебе?
  - Вы не оговаривали, что дом непременно должен остаться целым.
   Вольдеморт коротко кивнул:
   - В общем, я тобой доволен: демон сгинул, место очищено, магглы туда не скоро сунутся, мы можем спокойно использовать остров по своему усмотрению. Властелина оказалась на твой счёт права. Впрочем, не припомню случая, когда бы это оказалось иначе...
  София против воли начала дышать чаще. Её душил гнев:
   - Это было жестоко!
   - Мир вообще жесток.
  - Да вам просто доставляет удовольствие издеваться над людьми!
   - Вы заговариваетесь, леди, - поделился наблюдениями Тёмный Лорд. - Это раз. Я не ставил перед собой цель пугать тебя - это два. Всего лишь хотел понять, чего ты стоишь. Это три.
   - И что вы поняли? - строптиво тряхнула головой девушка. - Сил успокоить демона у меня в итоге хватило, но если бы не Малфой, я бы попросту сошла с ума!
  - Остынь, - поморщился Темный Лорд. - Сядь и внимательно послушай. На следующее полугодие я дал твоему будущему муженьку задание. Весьма серьезное.
  -Я должна буду ему помогать?
   - Ни в коем случае. Малфой должен справиться сам. Не думаю, что ты захочешь в этом участвовать - ему предстоит убить Дамблдора.
  - Убить Дамблдора? - пискнула девушка, вжимаясь в кресло.
   - Ты всё расслышала правильно.
   - Но - зачем?! Почему?!
   - Я просто хочу, чтобы он сдох! - прошипел Том Реддль, брызжа слюной вместо яда. - Я хочу, жажду узнать, что он мучается перед смертью, потому, что его драгоценный Поттер, так же, как мальчишка Малфоев, как его драгоценный 'Снейпи' - в моей власти. И ничего ему с этим не поделать.
  - Откуда вы черпаете яд в таком количестве, дядя?
  София испуганно замолчала, взирая на застывшего перед ней монстра с перепончатым носом. В зрачках его снова заплескалась кровь, они стали почти багровыми:
   - В памяти о мальчике, которому не удавалось ни выжить, ни сдохнуть. Не тешься мыслью о том, что Дамблдор добренький-добренький дедушка. Он своей жизнью заслужил свою смерть.
  - А Драко?! - возмущенно воскликнула юная ведьма. - Драко заслужил горькую участь стать убийцей?
  - Надеюсь, у него получится им стать.А если нет, то домик, так тебя напугавший, покажется ему райским порогом, клянусь хвостом Нагайны!
  Дядя и его внучатая племянница обменялись взглядами: насмешливо-твердым и злобно-бессильным.
   - Не будем ссориться, - сменил тон Темный Лорд. - В конце концов, ты единственная моя племянница. Я не жалею о содеянном, но в качестве моральной компенсации сделаю тебе рождественский подарок: разрешу на каникулы вернуться домой, в Россию.
  София даже дышать перестала:
   - Вы... вы это серьёзно, дядя?!
  Том Реддль кивнул:
   - Тебе действительно требуется отдых, смена обстановки. Держи порт-ключ, - костлявая рука, вынырнув из кармана мантии, небрежно бросила девушке кольцо, - он перенесёт тебя в твой город. Десятого января приезжай на вокзал. Мои люди встретят тебя. А пока - отдыхай, София, расслабляйся. И не держи зла. Я понимаю, это сложно - у меня порой очень жесткие методы, не всегда подходящие нежным и ранимым рафинированным особам. Но, во-первых, я в тебя верил. А во-вторых знал, что Снейп тебя непременно подстрахует - это же Снейп! Так что на деле всё было не таким страшным, как выглядело. С Рождеством, племянница.
   - С Рождеством, дядя...
  От перспективы оказаться дома на целых две недели, за спиной словно вырастали крылья. София увидит маму, папу, Ленусика, Влада! О таком счастье она и не мечтала.
  Но в душе копошился противный червячок, связанный с Малфоем: он останется здесь совсем один. Софию не покидало смутное ощущение, что она его предает. Разум твердил: нельзя предать того, кому ты ничего не обещал; того, кто от тебя ничего не ждёт и кому от тебя ничего не надо. Но ощущение от этого не менялось.
  София нерешительно поглядела на кольцо потр-ключ. Вздохнула. Спрятала кольцо в кармане мантии и отправилась на поиски Хорька, - уйти, ничего не сказав ему на прощание, казалось неправильным.
  Не простое дело искать человека в доме, заполненном людьми. Не удалось избежать высокомерно-незамечающего взгляда Рабастана; плотоядного-чувственного - Скобияра и насмешливо-проницательного - Бэллы.
  Малфой отыскался на улице.
  Он стоял, запустив руки в карманы и, запрокинув голову, разглядывал ползущие по небу низкие снеговые облака. Ветер задувал ледяной, играя серебристо-лунными волосами мальчика, которые тот не пожелал спрятать под шапкой.
  - Чего тебе, Гринграсс? - не оборачиваясь зло спросил блондин.
   - Я пришла попрощаться, - София тоже спрятала руки в карманах. - Темный Лорд разрешил мне провести каникулы дома.
  - Понятно, - кивнул Малфой. - А от меня что требуется?
  София одарила юношу раздражённым взглядом.
   - Помахать тебе беленьким платочком, Гринграсс? - ехидно сощурился он. - Или благословить?
  София почувствовала, как кожу покалывает холодом, а лицо судорога сводит в презрительную гримасу:
  - Это действительно было глупо, Малфой. Я даже не знаю, зачем... Я лучше пойду.
   - Ну, уж нет. Давай попрощаемся, раз пришла.
  Малфой шагнул вперёд и поцеловал её.
  Сухие, обветренные, соленые на вкус, губы. Жёсткие, как наждак. Ладони мальчишки чувствительно, даже больно впивались в предплечья. Голова невольно запрокинулась, - слишком грубой оказалась юношеская хватка.
  Хорёк, несмотря на видимое изящество, был сильным: чем больше София пыталась вырваться, тем сильнее становилась его хватка.
  В ярости она вонзила острые зубки ему в губы и почувствовала, как соленый вкус во рту усилился. Юношеские пальцы запутались в девичьих волосах, не давая возможности увернуться, уклониться.
  София пропустила тот момент, когда, изо всех сил упираясь ему в грудь, извиваясь и выворачиваясь в попытке освободиться, начала притягивать и прижиматься всем телом, вместо того, чтобы отталкивать.
  В какой момент его близость стала доставлять удовольствие, а не вызывать отвращение и страх?
  Девушка затихла, замерев в руках Малфоя.
  Драко, почувствовав резкую перемену, отстранился. В глазах цвета зимнего неба застыла настороженность и тревога:
   -Ты...? В чем дело? Я сделала тебе больно?
   - А тебе не всё равно?! - зашипела девушка. К ней быстро возвращалась растраченная за последнее время злость. - В прошлый раз ты меньше озаботился моим самочувствием!
   - В прошлый раз я был под кайфом, - пожал юноша плечами, видимо считая объяснения исчерпывающими.
   - Мне надоело, что ты надо мной издеваешься!
   - У тебя какие-то странные понятия об издевательствах. Мне-то казалось, я тебя поцеловал... ну, да ладно. Будет считать, что ты со мной простилась, Гринграсс, - скучающе процедил Малфой. - Вали, куда шла.
   - Я...
   - Пошла вон! - резко повернувшись, Хорёк довольно неожиданно врезал кулаком по стене. Один раз. Другой. Третий. На кирпичах оставались следы - этот ненормальный разбил себе руки в кровь.
  - Что ты творишь? Прекрати немедленно!
   - Закнись! Не смей мной командовать!
   - Да ты просто псих!
  Схватив девушку за плечо, Хорёк впечатал её в стену.
  София не сразу поняла, что острый шип, царапающий подбородок, это угрожающая ей волшебная палочка.
  Когда поняла, глаза её широко раскрылись. Их лица почти соприкасались.
  - Ненавижу тебя, Гринграсс! - с отчаянной, обжигающей холодом ненавистью зашептал Малфой.
  - За что? - выдохнула она.
  За ледяной серой оболочкой его глаз пылал огонь, темный и страшный. Непонятный и опасный.
  Драко тяжело дышал. Его брови сошлись над переносицей.
   - За то, что ты есть..
  Её отражение плясало в его глазах. Растерянное, раненное, уязвленное.
   - Не нервничай так, Малфой, - на этот раз она не делала попытки высвободиться. - Никакой 'Гринграсс' на самом деле нет.
  Какое-то время они мерялись взглядами, оба тяжело дыша.
   - И даю слово, - продолжила София, - тебе не придётся на мне жениться. Я найду способ освободить нас обоих. Клянусь!
  Хорёк засмеялся. Зло, отрывисто и надрывно, как никогда напоминая сумасшедшую тетку:
   - Ты просто дура, Гринграсс.
  
  Глава17
  Коридоры Хогвартса
  
  Родители были вне себя от счастья от приезда дочери. Их радость могла соперничать разве что с радостью самой Софии?
  Мама всё расспрашивала и расспрашивала о жизни в лондонском университете, о предметах, о методике преподавания в английской системе обучения. И как-то так получалось, что за общими вопросами терялись личные; за вопросами об учёбе родители прятались так же, как их дочь - за ответами.
  Несколько дней её не отпускали ни на шаг, да София и не стремилась никуда уйти. Её более чем устраивал затворнический образ жизни, простирающийся в единой плоскости между кроватью, ноутбуком, телевизором и холодильником. Она ела, спала, пялилась в телевизор, болтала с родителями, потом снова ела и снова спала. В таком 'поросячьем' уюте, словно под ласковым пледом, душа дремала, отдыхая.
  Но стоило уснуть на самом деле, к ней возвращался дом с призраками; бесконечные разборки УПСов; Драко, агрессивный, равнодушный и непредсказуемый; мелькающий где-то на заднем плане профессор Снейп...
  После Новогодних праздников, тихо отмеченных в кругу семьи, София встретилась с Ленусиком, Владом, и другими друзьями, - 'людьми из реального мира', как она их про себя называла.
  'Магглы' отличались от своих 'чистокровных' сверстников. Они напоминали веселых щенят. В то время как маги? О! Маги походили на волков.
  В том, что память Ленусика и Влада подверглась корректировке, сомнений не оставалось: ребята не помнили ни о последней встрече в роковом клубе; ни жуткого пожара. Так было даже лучше: пусть 'Адеско Файр' никогда не опалит, не исказит их реальности; не обожжёт душу, невыразимо её коверкая.
  - Ты очень изменилась, - заметил Влад. - Повзрослела как-то. Почему за полгода ни разу мне не написала? - укорил он. - Не ответила ни на одну SМS-ку. И телефон всё время 'вне зоны доступа'. Ты словно вычеркнула меня из своей жизни?
  София, совсем как Малфой, запустила руки глубже в карманы. Она оказалась не готова к подобному разговору. Почему-то не приходило в голову, что нужно будет отчитываться, оправдываться и что-то объяснять.
  - Влад, - она осторожно подбирала слова, стараясь его не обидеть, - возможно, это не хорошо с моей стороны, но я посчитала, что так будет лучше. Знаешь же, как в народе говорят: долгие проводы - лишние слёзы? Ну, какие могут быть отношения на расстоянии?
   - Хочешь сказать, даешь мне отставку? - зло спросил юноша.
   - Не даю, - мягко откликнулась девушка, покачав головой, - беру...
   - Что меняет формулировка? - мальчишка запустил руку в волосы, ероша их. - Сонька, у тебя что - есть кто-нибудь?
  Интересно, 'Хорёк' считается за 'да'? Или он всё-таки - 'нет'?
  ***
  Зима в этом году не спешила, погода в Москве была даже на пару градусов теплее, чем в Шотландии. По утрам на деревья здесь тоже ложился серебряный иней; ветки вот-вот готовы были зазвенеть ото льда, словно колокольчики.
  С Софией ровным счётом ничего хорошего в магической школе не происходило. Так почему же по утрам она с разочарованием обнаруживает, что просыпается в своей комнате, а не в спальне Слизерина? Не испытывает особого облегчения оттого, что рядом нет недружелюбной Паркинсон?
  - О чем грустишь, Совёнок? - чмокнула мама в макушку. - Мне тоже грустно - не хочется отпускать тебя. Даже не знаю, почему я вообще согласилась на это предложение! Словно сплю и вижу странный сон...
  София уткнулась матери в плечо, изо всех сил стараясь не разреветься, словно маленькая девочка. Ей хотелось поныть, пожаловаться, поделиться наболевшим. Но ведь не скажешь:
  - Мамочка, дорогая! Я теперь живу в книжке про Гарри Поттера. Да-да, в той самой модной брендовой книжке! Представляешь? Только моя история пишется на Темной Стороне. Двоюродный дедушка, - твой, кстати, тоже, - это сам Волдеморт. Круто, да? Несмотря на крайне слабые представления о нравственности, он свято блюдёт мой моральный облик, потому, что ожидает от меня здорового потомства. Так что я теперь - невеста. Мой будущий муж меня изнасиловал, из-за чего я на него обижена. Ага! Мы с ним друг друга на дух не переносим, прям как аллергик - цветочную пыльцу. А ещё любимый 'дядя' хочет убить директора нашей славной школы. Очень славной доброй школы, в которой удлинять товарищу ноги на многие метры считается хорошим тоном...
   - Совёнок? - на лицо матери набежала тень. - У тебя точно всё в порядке? С тех пор, как вернулась, тебя словно подменили. Исхудала вон как, - одна кожа да кости! К чёртовой бабушке всё! Никуда ты больше не поедешь - только через мой труп.
   - Придется поехать. Твоя последняя фраза может стать не просто фигурой речи.
   Мама села рядом.
  - Детка, во что ты влипла?
  - В программу по обмену, - устало вздохнула девушка. - Из неё так просто не выбраться. Посуди сама, - не на второй же год мне оставаться? А то, что я похудела? Другая страна, обычаи: всё чужое. Даже воздух пахнет иначе. Я очень скучаю по дому, только и всего.
  - Уверена, Совёнок?
   - Конечно.
  ***
  Тем же вечером София вместе с Ленусиком пошла в Большой театр на оперу Чайковского 'Пиковая дама'. Увлечение Ленусика готикой кануло в Лету, теперь она стала горячей поборницей классики и тонким ценителем музыки.
  После спектакля их, к удивлению, скорее неприятному, встретил Влад.
  - Прокатимся? - мотнул он подбородком в сторону новенького 'Лексуса'.
   - О! - протянула София, невольно копируя Малфоя.
  - Нравится?
   - За какие заслуги папенька одарил на этот раз?
   - Просто за то, что у него есть я, и он меня любит. Ну? С ветерком?
  Владу удалость затащить их в японский ресторан, но суши София есть категорически отказалась. Восточный колорит не воодушевлял. Внимание Влада раздражало.
   - Ты скоро вернёшься в Англию? - пытался он поддержать беседу.
  София сухо кивнула.
  - У меня в Кембридже знакомый учится. Так вот, - он тебя не знает. Даже не слышал о тебе никогда.
  - Во-первых, Кембридж - это целый студенческий мир. Там одних корпусов целый десяток и вполне реально проучиться вечность, никогда друг друга не встретив.
   Влад скроил мину, выражающую недоверие.
  - Во-вторых, - продолжила София, - разве я когда-нибудь говорила, что учусь в Кембридже?
  Парень растерянно захлопал ресницами.
   - А разве нет?
   - Нет.
   - Тогда - где?
   - Тема закрыта. Ешь лучше суши.
   - Полегче, да? Грубить не обязательно?
   - Совсем не обязательно, - согласилась София.
   - Значит, насчёт нас ты твердо решила, да?
  София едва удержалась, чтобы не поморщиться.
   - Влад, пожалуйста! Давай не будем?
   - Не будем - что?
   - Переливать из пустого в порожнее. Тебе не из-за чего переживать - ты по-прежнему везде и во всём первый. Дело не в том, что у тебя есть счастливый соперник. Просто мы встречаться не можем - прими это, как данность.
   - Может, оно и к лучшему, - пожал плечами молодой человек.
  ***
  Зимой темнеет рано. Для большинства людей это ни хорошо, ни плохо. Большинство просто не догадывается, что вместе с темнотой приходят порождения ночи - нечисть.
  Она явилась без черного дыма и крыльев, в образе весьма симпатичной респектабельной дамы. Вместо привычных юбок, шляп и перьев - дорогое, строгое, по-прежнему (хоть здесь себе верна!) черное платье, черная шуба до пят из горностая.
  Властелина Мракс - бриллиант чистой воды!
   - Девочка моя, - улыбнулась она, пряча острые клыки, - я за тобой. Ты готова?
   - Что вы стоите в дверях? - появилась из кухни мать, вытирая руки перекинутым через плечо полотенцем. - Проходите. Проходите, пожалуйста!
  - Мама! - вскричала София, в ужасе от прозвучавшего предложения. - У миссис Мракс совершенно нет времени на пустые разговоры!
   - Почему? - обиженно заморгала мать. - С чего бы это? Она всегда его для меня находит.
  - Не волнуйся, - многозначительно улыбнулась ведьма. - Мне кажется, мы уже разговаривали на эту тему в школе. Помнишь? - для истинно желающего невозможного нет.
  Спустя полчаса девушка вышагивала рядом с 'бабулей', на которую сворачивали шею все мимо проходящие мужчины, вне зависимости от возраста и социального положения.
   - Ты когда-нибудь научишься мне доверять, Софья? - прохладно поинтересовалась Властелина.
  - Даже учится не стану. Змеи, сударыня, в доверии совершенно не нуждаются.
  ***
  Жизнь в магической школе пошла своим чередом: уроки, обеды, походы в библиотеку, язвительные замечания Снейпа, не замечающие взгляды Малфоя и внимательный, изучающий взгляд Поттера.
  София изо всех сил старалась не попадаться на глаза Дамблдору, и, по возможности старалась как можно меньше быть рядом с Паркинсон.
  Она с головой погрузилась в учебу, стремясь уйти от раздирающих душу противоречий. В библиотеке то и дело приходилось сталкиваться с Грейнджер. Девушки вежливо здоровались и садились с книгами за свободные столы, не перебросившись ни словечком, хотя София не раз замечала на себе взгляд гриффиндорки, почти такой же вопросительный, внимательный и изучающий, как у самого Поттера.
  Со слизеринцами София не конфликтовала - однокурсники не замечали её и по большей части роль невидимки вполне устраивала. Однако случались дни, когда хотелось обыкновенного человеческого участия, и девушка с тоской посматривала на гриффиндорский стол. Там человеческие чувства и отношения не были под запретом, там было всё то, о чём она мечтала, там - это там; ей приходилось быть 'здесь'.
   Время от времени София спускалась в Тайную Комнату, чтобы навестить 'своего' мертвого питомца. Решив, что одно чудовище хорошо, а два - лучше, юная ведьма направилась в Запретный Лес, рассчитывая отыскать убитого паука. На поиски ушло несколько дней, - змеи впали в спячку, так что рассчитывать приходилось только на себя. Когда удалось отыскать паука, второй монстр-зомби остался лежать в лесу, дожидаясь возможности подняться и сыграть свою роль.
  С приходом февраля снег почти полностью сошел, морозы сменились пронизывающей сыростью. Непрерывно лили дожди, размывая газоны. В это время в Хогвартсе шестикурсники традиционно записывались на курсы по аппарации. Учить студентов прибыл колдун из министерства. Первый урок был назначен на субботу.
  - Доброе утро, - проговорил невразрачного вида человечек. - Меня зовут Уилки Эйджели. В ближайшие двенадцать недель я буду учить вас аппарировать.
  Заметив, что Малфой резко выговаривает что-то Краббэ и Гойлу, девушка отвлеклась.
   Два здоровяка стояли, понурив головы. Все трое, включая Малфоя, выглядели взволнованными.
  Гриффиндорская Мак*Кошка тоже это заметила, и с видимым удовольствием прокричала на весь зал:
   - Малфой! Замолчите, наконец!
  Губы профессора Снейпа раздражённо изогнулись. Явно не в восторге от замечания, сделанного его любимому ученику, он смерил профессоршу яростным, обжигающим взглядом.
   - Вы, вероятно, знаете, что на территории Хогвартса аппарировать невозможно, - бубнил министерский колдун. - Однако директор снял заклятие. Всего на час и в пределах Большого Зала...
  София не сводила глаз с Малфоя. Он это заметил и ответил ей раздраженным, вызывающим взглядом.
   - Подчеркну, проникнуть за стены Большого Зала нельзя и с вашей стороны это было бы глупо...
  Урок прошел безуспешно, - переместиться никому так и не удалось. Даже всезнайке Грейнджер.
   - Малфой, - догнала блондина София по дороге в подземелья. - Нам нужно поговорить.
   - Соскучилась и решила-таки признаться мне в любви? - хмыкнул он в ответ.
  Ввзгляд у него был колючий, затравленный, словно у зверя, загнанного в ловушку.
   - Жду тебя после девяти в туалете Плаксы Миртл.
  Когда в девять часов девушка переступила порог женской комнаты, к её удивлению, Малфой уже был там.
  - Привет... - начала была София.
   - Здоровались уже, - дернул плечом блондин. - Чего тебе надо? Зачем мы здесь?
  Юноша поднял голову, и София отметила, каким усталым и бледным он выглядел.
  - Я беспокоилась...
  Губы юноши сложились в знакомую, кривую ухмылку.
   - Гринграсс, неужели обстановка кажется тебе подходящей для романтических признаний? - закатил он глаза. - Если ты закончила, я, пожалуй, пойду...
   - Нет, - подняла брови София, - ты останешься. Я хочу тебе кое-что показать.
  Обойдя колонну из раковин, девушка остановилась напротив умывальника с изображением маленькой змейки.
   - Откройся, - на змееязе прошипела она.
  Драко вздрогнул - он ещё ни разу не слышал от своей невесты ничего подобного.
  Когда на месте раковины образовался сначала сияющий перламутром свет, а потом темнеющий провал, юноша отшатнулся, окидывая сокурсницу изумлённым взглядом.
   - Какого Мерлина?! - ахнул он. - Что это такое?!
   - Вход в Тайную Комнату, - ответила девушка.
   - Не может быть!
   - С твоего разрешения я пойду первой...
   - А кто вообще сказал, что я туда пойду, Гринграсс? - сощурился Малфой. - Неважно, вторым или третьим?
   - Драко, - теряя терпения, воскликнула София, - прошу тебя! Я же сказала - нам нужно поговорить, - печатая каждое слово, повторила она. - Не желаю, чтобы о разговоре судачила вся школа, поэтому лучшего места, чем Тайная Комната, не отыскать...
   - Ладно, убедила. Пошли, - кивнул Малфой.
  Спустя четверть часа он увлеченно рассматривал тайные апартаменты Слизерина.
   - Впечатляет!
  - Я читала, раньше на этом месте располагался наш факультет. Но во время какой-то войны с русалиями все, что было ниже озера, затопило водой. Дом Слизерин пришлось перенесли выше, а здесь Салазар решил поселить чудовище, впоследствии убитое Поттером...
   - Святой Поттер! - скривился Малфой. - Ну, так о чём ты хотела поговорить? - обернулся он.
   - О задании, которое дал тебе Волдеморт.
   Драко вздрогнул. Наверное, он побледнел, но неровный зеленоватый свет, царящий в комнате, скрыл это.
   - О чем ты, Гринграсс?
  Девушка села на окаменевший хвост находящегося в летаргии зомби.
  - Темный Лорд сказал мне, какие планы на тебя строит.
  Короткий горький смешок прозвучал, как всхлип.
   - Малфой, как именно ты планируешь убить директора?
   - Сейчас, сейчас, расскажу все по порядку. Может быть, даже запишу на свитке, чтобы при желании ты могла сдать меня со всеми удобствами, - язвительной скороговоркой проговорил Малфой. После паузы блондин в очередной раз пожал плечами - У меня нет плана, Гринграсс. Я понятия не имею, как прикончить одного из самых выдающихся магов современности, с которым не сладили ни Гриндевальд, ни сам Темный Лорд! Можешь спасть спокойно - драгоценный Дамблдор останется жив.
  София старалась не смотреть на блондина, чтобы в её глазах он ненароком не прочитал жалости.
  - Поттер следит за тобой. Ты это знаешь?
   - Да он всегда рыщет вокруг, словно влюбленная барышня!
   - Уж, прости, но на барышню ты куда больше похож.
  Малфой прислонился лбом к колонне, словно пытаясь унять мучающий его жар прикосновением холодного бесчувственного камня.
  - Какая разница? Пусть следит. Вряд ли что путное выследит. Меня это не волнует. Единственное, что меня беспокоит, это то, что мама полностью находится во власти Темного Лорда, будь отец проклят за это! А я, как любит говорить твой дядюшка, - 'этакая маленькая пакость', - ничего не могу для неё сделать...
   - Стоит ли так убиваться? - сделала София попытку утешить Драко. - Он говорил, что не любит причинять женщинам боль...
   - Зато он любит использовать женщин, чтобы причинять боль мужчинам! Мне не справится с Дамблдором, - в отчаянии сказал Драко, - более того: я и не хочу справляться! Если его не станет... как же я устал! Бесконечно устал ждать конца... кстати, - резко сменил тон и тему юноша, - как ты планируешь отсюда выбираться?
   - Очень просто,- из кармана девушка достала две метлы.
  Применив увеличивающие чары, протянула одну Драко.
  Через несколько минут молодые люди, покинув женскую уборную, крались по притихшему коридору, воровато оглядываясь по сторонам.
   - Кажется, отбой уже был?
   - Какие мы наблюдательные, - съязвил Хорёк, впрочем, половина эффекта терялась, оттого что приходилось говорить шепотом.
  В том, чтобы гулять в лунном свете по лабиринту коридоров и лестниц, прячась от патрулей и мистера Филча, было определённое очарование. Так что когда они остановились у заветной стены и Малфой прошептал пароль, София даже немного огорчилась.
  ***
  1 марта, знаменующие приход весны, ничем не отличалось от ушедшего февраля. Та же серость, промозглость и безысходность.
  - Будто у нас в Хогвартсе деменоторы поселились, - передёрнула плечами Миллисент, бросив взгляд в иллюзорное окно, точно воспроизводившее погоду, царящую наверху.
  Девушки готовились к Заклинаниям, удобно расположившись на центральном диване, обложившись книжками, выписывали нужные, нудные, сложные формулы.
   - Уж быстрее бы лето, - позёвывая, пожаловалась Милли. - До Мерлина достала сырость. Даже змеёнышам иногда хочется погреться на солнышке.
  Слово 'подземелье' звучит уныло, наводя на мысль о сырости, затхлости и холоде. На самом деле в Слизеринском доме зимой было гораздо теплее, чем в башнях наверху, а летом - прохладнее. Но даже здесь царили упаднические настроения, навеянные неясной погодой.
  В гостиную широкими шагами стремительно ворвалась Паркинсон, за ней следом тащились Нотт и Забини.
   - Что зубрите? - полюбопытствовал последний, бухаясь в кресло и закидывая ноги на стол.
  Милли неприязненно поморщилась.
   - Заклинания, - ответила София, вытаскивая из-под изящной лодыжки парня придавленный им учебник.
   - Слышали новость?
   - Какую? - оживилась Милли, с радостью отвлекаясь от учебника.
   Паркинсон скрестила руки на груди, тряхнув челкой:
   - Противная Ромильда Вейн решила приворожить Поттера, а прожорливый Уизел заглотал приманку. Избранный поволок дружка к Дивангарду, а оттуда рыжий попал прямиком к мадам Помфри...
   - Подожди, не тараторь! - отложила книгу в сторону София. - С какой это стати привороты лечат колдомедики?
   - Колдомедики лечат отравления, а не приворот, - без обиняков заявил Забини, лукаво блестя глазами. - Сняв приворот старый любитель подлизаться к знаменитостям угостил Донки-Потти и его верного Санчо Пансо медовой настойкой с ядом напополам. Я своими ушами слышал, как Диванград причитал, что если бы Поттеру не пришла в башку гениальная идея затолкать в глотку Уизелу безоаровый камень, тот бы уже откинулся.
  Ребята что-то ещё говорили, а София с головой ушла в воспоминания о той ночи, когда подслушивала перепалку Снейпа и Драко. Малфоя тогда застукали на вечеринке, куда его не приглашали.
  ЧертЧертЧертЧерт!!!
   - Ты куда? - подозрительно сощурилась Паркинсон.
   - Подышать свежим воздухом. Голова закружилась.
   - Без мантии...? - обеспокоилась Милли.
   София и сама не знала, куда бежит. Она неслась по коридору, наталкиваясь иногда на случайно подвернувшихся студентов.
  Запершись в туалете Плаксы Миртл, она зарыдала навзрыд.
  Запутавшись в чувствах и собственных страхах, София не могла придумать ничего лучшего, чем горько, безутешно рыдать.
  
  Глава 19
  Сектусемпра
  
  Следующие две недели пролетели незаметно и, слава богу, без приключений. Но, не смотря на временное затишье Софию не покидало ощущение, что Хогвартс это большой корабль, который в любую минуту может попасть в полосу шторма.
  Казалось, все они бодро шагают над пропастью, глядя строго перед собой, игнорируя факт, что под ногами - бездна, и что дна в ней нет.
  Малфой с каждым днём становился всё психованней, он всё чаще и чаще исчезал, порой даже прогуливал занятия. Панси глядела волком, как будто в происходящем была Софиина вина. Поттер не переставал вынюхивать. Мальчик-Который-Выжил, всё время прислушивался и присматривался, неотвязно вращаясь вокруг объекта под названием 'Драко Малфой'. Герой явно что-то подозревал. И подозревал - активно.
  В тот день Поттер как обычно опоздал на урок по Защите от Сил Зла. Он часто на него опаздывал, хотя на другие занятия всегда приходил вовремя. Напряжение между Слизеринским деканом и Дамблдоровским любимчиком нарастало, становилось осязаемым - хоть ложкой черпай. Не учитель, не ученик не желали идти на компромисс во взаимно проявляемой антипатии.
  - Опять опаздываем, Поттер? - презрительно изогнул губы профессор, не удосужившись даже взглянуть на Надежду магической Британии, - гордость Гриффиндора.
  Небрежно облокотившись на кафедру, Снейп наблюдал, как Избранный, взлохмаченный, серьёзный и злой, пыхтя пробирается к месту рядом с лохматой Грейнджер и красавчиком Роном.
   - Минус десять баллов с 'Гриффиндора', - с видимым наслаждением осязая каждый слог, просмаковал учитель.
  Во взгляде Поттера сверкнула такая яростная ненависть, что София передёрнулась. Однако Снейп и бровью не повёл.
  На самом деле 'минус десять', было через чур: половина класса ещё даже учебники достать не успела. Снейп придирался не таясь; не скрываясь, получал от процесса удовольствие.
   - Прежде всего, я хочу собрать ваши работы по дементорам, - оповестил учитель. - Ради вашего же блага надеюсь они лучше того вздора, что мне пришлось читать о сопротивлении проклятию подвластия. А теперь, если вы соблаговолите открыть учебники... в чём дело, Финниган? - раздраженно обернулся Снейп к осмелившемуся робко поднять руку подростку.
   - Скажите, сэр, как отличить привидение от инферния?
  София вздрогнула, почувствовав, как ладони становятся влажными.
   - С чего вдруг вас это заинтересовало? - шелковым голосом поинтересовался профессор.
   - В 'Прорицательской' писали...
   - Ничего подобного - скучающе возразил профессор. - Ничего подобного в 'Прорицательской' не писали. Если бы вы внимательно читали газету, то поняли бы, что речь идет не об инферниях, а о жалком воришке. Кажется, Поттеру есть чем с нами поделиться? - слизеринский декан впился черными глазами в золотого гриффиндорца.
  Мальчишка выпрямился, отстраняясь от Рона, с которым что-то увлеченно только что обсуждал. Рыжий принял недовольный, сердитый вид.
  - Поведайте нам, юноша, чем же привидения отличаются от инферниев? - продолжал допытываться преподаватель, не потрудившись изгнать из голоса насмешку.
   - Э-э...м-м...привидения прозрачные, - промямлил Гарри.
   - Гениально, - издевательски восхитился Снейп, - привидения прозрачные? Шесть лет не прошли для вас даром, Поттер! Потрясающий ответ.
  Паркинсон хихикала, Забини ухмыльнулся. Даже Малфой, в последнее время витающий на уроках в облаках, начал прислушиваться.
   - Да, - вскинув подбородок, твёрдо, с вызовом, заявил гриффиндорец, - привидения - духи. Поэтому они прозрачные. А инфернии - трупы, поэтому они твердые.
   - Великолепно, Поттер. Ве-ли-ко-леп-но. Поведано с непосредственностью пятилетнего ребёнка. Ответ же студента шестого курса должен был звучать приблизительно так. Инферний, это труп, воскрешённый заклятием черного мага. Обычно для создания инфрения требуются жертвоприношения, как правило, человеческие. Создать инферниев способен далеко не каждый маг. Но существует очень редкая каста, получившая название некромантов, о которых вы, безусловно знаете? Мисс Грейнджер, вам известно, кто издревле обладал некромантическими способностями?
   - Салазар Слизерин? - не очень уверенно прозвучал звонкий голос всезнайки.
   - Паркинсон? - обернулся Снейп к старосте Слизерина.
   - Сам Салазар Слизерин не обладал способностями некроманта. Но среди его потомков этот дар проявлялся довольно часто. За их способность подчинять Темные Силы их называли Мраксами.
  Поттер вздрогнул. Он, видимо, уже где-то слышал это имя.
   - Самое главное, что отличает инферниев от привидений - первые не самостоятельны. Они действуют как марионетки, повинуясь воле своего повелителя, - закончила Панси.
   - Как зомби? - сорвалось с губ Софии.
   - Верно, - согласился Снейп, - магглы называют инферниев зомби. В то время, как привидения есть суть оттиск почившей души, оставшейся на земле...прозрачный оттиск, по замечанию юного Поттера.
   - Да Гарри по сути же верно все сказал, - вмешался Рон. - Вот иду я темной ночью, встречаю нечто. Переулок тёмный. Пойди, сразу пойми, твердый он или нет? Не спрашивать же: 'Извините! Вы случайно не оттиск почившей души?'.
  По классу пробежал хохоток, быстро сникший под профессорским взглядом.
   - Очень умно, Рональд Уэсли, - усмехнулся одними уголками губ профессор Снейп. - Минус ещё десять баллов с 'Гриффиндора'. А теперь, класс, открываем учебники на странице двести тринадцать и читаем два абзаца о пыточном проклятии... Внимательно читаем!
  За 'Силами Зла' следовало 'Зельеделие'.
   - Давайте забавляться, - весело потирал руки профессор Дивангард. - Сегодня каждый из вас приготовит мне что-нибудь интересненькое!
   - В каком смысле 'интересненькое'? - процедил Малфой.
   - Удивите меня чем-нибудь! - легкомысленно всплеснул толстыми ручками своеобразный человек.
  София видела, что Драко злится.
   - Пустая трата времени, - процедил он сквозь зубы.
   - Тише, - шепнула София, указывая взглядом на Поттера, который не сводил с них глаз, наблюдая поверх учебника.
  Кончилось тем, что профессор расхвалил своих любимчиков, а на остальные работы едва глянул.
  Отсидев в библиотеке несколько часов, готовясь к завтрашним 'Рунам', София, поднявшись в спальню, нашла среди свитков, приготовленных к завтрашнему дню, записку:
  'Жду тебя у входа в Комнату Секретов. Нужно срочно поговорить'.
  Подняв глаза, София наткнулась на подозрительный взгляд Паркинсон:
   - Что, грязнокровка? Появился тайный поклонник?
   София с раздражением обратила бумагу в пепел:
  - Не трудись, Пэнси. Я всё равно не стану ссориться.
   - Какие мы добрые! 'Гриффиндор' по нам горько плачет.
   - 'Мы' не такие уж и добрые - возьми это на заметку.
   - От кого записка?
   - Отстань, - с этим пожеланием София захлопнула за собой дверь.
  Поднявшись на седьмой этаж, девушка свернула к туалету Плаксы Миртл.
  В уборной стояла глухая тишина, свойственная пустым помещениям. Но в треснувшем зеркале успели отразиться две половинки Малфоя: тонкая черта поперёк зеркала ломала юношеский образ на части.
   - Я боялся, ты не придешь, - угрюмо приветствовал он её.
   София пыталась сообразить, что могло взволновать Драко до такой степени, что он снизошел до приватной беседы?
   - Это правда, что ты можешь отозвать дементоров из Азкабана?
  Она утратила дар речи, после того, как успела выдохнуть:
   - Чего?!
   - Тише! - схватив девушку за руку, блондин подтянул её к себе. - Вчера я слышал, как Рабастан говорил Яксли, будто Темный Лорд собирается вытащить наших из Азкабана, рассчитывая в этом на тебя. Там, в Проклятом доме Духов Темный Лорд просто проверял твои силы, понимаешь? Если все получится, - Малфой до боли стиснул её руку, вряд ли понимая, что делает, - если всё получился, мой отец может выйти на свободу!
   - Это хорошо или плохо? - на всякий случай уточнила девушка,
  - Если смогу выполнить задание, - хорошо. А если нет... - потрескавшиеся сухие губы болезненно скривились.
   - Я даже не представляю, как эти дементоры выглядят, - поделилась София.
   - Можешь поверить на слово, - жуткие твари. Привидения по сравнению с ними - пушистые зайчики и плюшевые мишки. Впрочем, что-то между тем домом и дементорами общее есть.
   - Сомневаюсь, что что-то получится...
   - Должно получиться, - вздохнул Драко. - Темный Лорд не прощает неудач. Вряд ли ты станешь исключением.
  В коридоре за дверью что-то дико загрохотало, заставляя Драко и Софию отскочить друг от друга.
  Лицо Малфоя исказилось первобытной, дикой яростью.
   - Поттер, - прошипел он, растягивая слова, выплёвывая каждую букву. - Выхухоль очкастая! Магглолюб! Предатель крови! Чтоб ты сдох!
   - Драко! Не нужно! - испуганно схватилась его за руку девушка, но блондин стряхнул её, словно надоедливую муху.
   - Что вы здесь делаете? - потребовал отчета Поттер, вырастая на пороге и меряя слизеринца холодным, изучающим взглядом.
   - Не твоё дело, - растягивая слова, вскинул голову Малфой. - Может быть, у нас тут свидание?
  Гриффиндорец недоверчиво фыркнул:
   - Других идей, куда привести девушку, не нашлось?
  Малфой вскинул волшебную палочку, Поттер в ту же секунду выхватил свою. Порча в гриффиндорца полетела первой, однако Гарри успел отскочить в сторону. Чудом не задев цель, заклятие угодило в лампу на стене, вдребезги её разбивая. Раздался оглушительный грохот. Тяжелый чугунный бак для мусора, стоявший за спиной Поттера, взорвался, рассыпаясь острыми осколками. Когда раскололся бочок позади Софии, она громко закричала.
  Поттер, кинувшись вперёд, оттолкнул девушку за колонну из раковин, убирая её с линии огня, едва успевая увернуться от летящей в него 'Бомбарды'. Повсюду фонтаном забила вода, растекаясь по полу неглубоким озерцом.
  Гриффиндорец, не удержавшись на скользком кафеле, растянулся на полу. Слизеринец, торжествуя, навис над ним:
   - Круси...
   - Нет!!! - заверещала София, кидаясь вперёд.
  Только не это! Только не 'Крусио'!!!
  - Сектусемпра! - взревел Поттер с пола, бешено размахивая палочкой.
  Кровь брызнула густым алым фонтаном. Она так быстро заливала рубашку Драко, будто на него из ведра плеснули алым.
  На лице блондина проступило недоумение. Он провел рукой по груди, и пальцы тотчас окрасилась в бардовый цвет.
   - Мерлин, - скривился ранненый.
  Зашатавшись, он отступил назад.
  София не могла проронить не звука, охваченная ужасом.
   - Молодец, Поттер, - хрипло выдохнул Малфой, перед тем, как с громким всплеском рухнуть в лужу. - Спасибо... - волшебная палочка выпала из обмякшей руки.
   - Нет... - хрипло выдохнул Гарри, рванувшись к противнику. - Драко, держись! Астория, не стой столбом, позови кого-нибудь!
   - Оставь, Поттер... - прохрипел Малфой, отталкивая пытающуюся поддержать его руку. - Дай сдохнуть спокойно...
   - Черта с два! Нет! Не умирай, - яростно шептал Избранный. - Драко, я не хотел... я тебе не позволю!
  Поттер стоял на коленях рядом с Малфоем, лежащем в луже собственной крови, растекающейся по воде и исступленно шептал, будто его слова могли что-то изменить:
   - Малфой, черт тебя возьми! Не смей умирать! Не смей умирать, слышишь...?
  Дверь с шумом распахнулась, пропуская бледного, как привидение, о которых шла речь на недавнем уроке, профессора Снейпа.
  Грубо оттолкнув Поттера, он сам опустился возле Драко. Плавно водя палочкой над ранами, все повторял и повторял какое-то заклинание, звучавшее, словно песня.
  Рана медленно затягивалась.
  София и Поттер смотрели в полном потрясении.
  - Драко? - донесся тихий глухой голос зельедела. - Ты как?
   Истеричный, лающий тихий смех, полный запредельного отчаяния:
   - Вашими стараниями, профессор, моя эффектная кончина отодвигается. Кое-кто будет очень этому факту рад.
  София заметила, как Поттер удивленно поглядел на закадычного врага, будто видел того в первый раз:
   - Замолчите! - приказал декан. Студент послушался. Слишком благодарная аудитория была перед ними, чтобы продолжал перепалку. - Встать можете, мистер Малфой?
  Драко кивнул.
  Обхватив юношу за тонкую талию, профессор помог ему подняться на ноги.
   - Тебе нужно в больницу. Не исключено, что останутся шрамы, но если незамедлительно принять ясенец белый...
  София никогда не замечала ранее за профессором склонности к многословию. Видимо, тот тоже был потрясён.
  Повернувшись в дверях, до которых успел дотащить Драко, Снейп проговорил:
   - Вы, мисс Гринграсс, незамедлительно пройдите к директору. А ты, Поттер, - в голосе профессора звенела ледяная ярость, - ты жди меня здесь.
  
  Глава 20
  В кабинете директора
  
  Девушка шагала к кабинету Дамблдора, словно во сне, не замечая обращенных к ней взглядов и шепотков, летящих в спину.
   - Что случилось? - схватила за руку выскочившая откуда-то, словно чертик из коробочки, рыжая Уизли. - Астория, где Гарри?
  - А почему ты меня об этом спрашиваешь? - выдернула руку София. - Я что, числюсь в поклонниках Мальчика-Который-Выжил?
   - Нет, - скривился Рон, возвышающийся за своей хрупкой маленькой сестрёнкой. - Из тебя получилась замечательная слизеринка. А ведь поначалу я посчитал тебя вполне нормальной, - презрительно передёрнул он широченными плечами.
   - Не хочу тебя огорчать, но даже на других факультетах изредка встречаются девушки, чьи мысли не заняты Избранным целиком и полностью.
   - Помолчи! - цыкнула на брата Джинни. - Астория, мы знаем, что Гарри следил за тобой и Малфоем. И ... и у тебя мантия в крови...
  - Это кровь Малфоя, с Поттером всё в порядке.
  - А ты чего такая бледная? - не унимался Рон, - Хорька пожалела?
   - Не поверишь, - холодно отчеканивала София, - Поттер его тоже пожалел.
  - Да заливай больше, - присвистнул Рон.
   - Заткнись, наконец! - Софии показалось, что Джинни с трудом удерживается, чтобы не наброситься на братца с кулаками. - Что же все-таки случилось?
   - Малфой с Поттером подрались. Малфой оказался не в восторге, что ваш Гарри решил устроить ему слежку...
   - А не нужно было ничего скрывать! - на желал униматься Рон.
   Джинни, не говоря ни слова, заехала ему локтем под ребра. Охнув, рыжий закрыл, наконец, рот.
   - Спорим, - поджала дрожащие губы Джинни, - твой Малфой напал первым?
  София кивнула, подтверждая, что так оно и было.
   - А где Гарри теперь?
   - Полагаю, с профессором Снейпом.
   - Вот, черт! - запустил ладонь в рыжие вихры Рон. - Гарри нужно срочно выручать!
   - Не суйся, Рон! - предостерегла Джинни. - Сделаешь только хуже.
   - Мисс Гринграсс, - из-за поворота возникла фигура в остроконечной, на взгляд магглорожденной 'Астории', весьма нелепой шляпе, - будьте любезны пройти со мной, - вскинув голову, недоброжелательно молвила профессор Мак*Гонагалл.
  Следуя за почтенной дамой, девушка прошла по многочисленным коридорам, миную переходы и повороты, пока не оказалась перед каменной горгульей, за которой располагалась заветная крутящаяся лестница.
  Декан гриффиндора назвала пароль, стена отъехала в сторону. Когда каменные ступени поплыли вверх, словно маггловский эскалатор, сердце Софии сделало кульбит: при мысли о том, что придётся предстать перед Дамблдором, чьё убийство измышляли её дядюшка и названный жених, делалось дурно.
  - Благодарю вас, Минерва, - кивнул Альбус.
  Мак*Гонагалл в очередной раз поджала губы, всем своим видом выказывая неодобрение. Она так и удалилась, не проронив ни слова.
   Дамблдор доброжелательно указал девушке на место у очага.
   - Здравствуй, София. Мне необходимо серьёзно поговорить с тобой, но я, по старческому малодушию, все оттягивал этот момент. Сомневаюсь, чтобы кому-то из нас предстоящая беседа показалась приятной. Но время не ждёт, - в улыбке Дамблдора сквозили усталость. - Если не возражаешь, я бы выпил стаканчик вина?
  София не возражала. Ни в малейшей степени. С чего бы ей возражать?
   - Видишь ли, - по-прежнему улыбаясь, проговорил Дамблдор, - я считаю, что заставлять тебя прибывать в угнетённом состоянии духа, с моей стороны не правильно и не совсем честно. Я знаю, что Волдеморт жаждет моей смерти, - Дамблдор посмотрел на Софию поверх кубка, который держал в почерневшей, словно обожженной, руке. - Я в курсе того, что он хочет наказать мистера Малфоя-старшего и для этого предполагает использовать Драко. Мне известно, какие именно шаги были предприняты: Кэтти Бэлл и Рон Уизли - не случайные жертвы. Целили в меня, - неумело целили; попали в невинных, ни в чем не повинных людей.
   - В этой войне часто попадали не в тех, в кого целили, - глубокомысленно изрекла девушка, сама несколько смущенная выданной тирадой.
   - Вы одобряете действия ваших родственников? - предположил Дамблдор.
  - Не вижу смыслы вообще иметь мнения на этот счёт, оно никого не интересует.
   - Ошибаетесь, - возразил Дамблдор. - Для меня крайне важно знать, с кем вы в этой войне, мисс Гринграсс?
   София закусила губу:
   - Я не могу быть с вами, потому что... - голос Софии сорвался и она примолкла.
   - Потому что боитесь, - понимающе кивнул директор, не сводя с девушки проницательных глаз. - Боитесь и за себя, и за близких.
  София не ответила.
   - Полагаете, удастся остаться в стороне? - Дамблдор покачал головой. - Сомневаюсь, София, сильно сомневаюсь. Не получится. Волдеморт не оставит вам такой возможности, вы это и сами понимаете, не так ли?
  - Почему бы вам всем не оставить меня в покое? - зло сверкнула девушка глазами.
   - Поймите, София, мне лично уже ничего не нужно. От вас - в том числе. Но вы молоды, у вас впереди целая жизнь. Неправильный выбор жутко искорёжит вашу душу. Вы ведь, в отличие от Тома Реддля, верите в существование души?
   - Чего вы от меня хотите?
   - Ничего, честное слово. Я могу помочь вам, если вы того пожелаете. Пока ещё - могу помочь не только вам, София, но и Драко Малфою тоже. Я ведь понимаю, у мальчика, также как и у вас, выбора почти нет; как и вы, младший Малфой идёт во мрак не по убеждению, а лишь по необходимости. Я пригласил тебя, чтобы в будущем твою совесть не отягощал груз; хочу, чтобы ты знала - моя смерть, даже без усилий со стороны несчастного мальчика - дело решенное. Увы! Теперь это лишь вопрос времени. Уничтожение второго кристража Тома далось мне тяжело.
  Взгляд Софии непроизвольно остановился на почерневшей руке.
  Дамблдор тем временем продолжал:
   - 'Авада Кедавра' поможет мне избежать участи, что страшнее смерти, - старый волшебник снова тяжело вздохнул. - Сила вашего рода, мисс, - страшная сила; как и проклятия, что вы способны наложить. Я знавал многих Мраксов. Скажу только что ты, София, самая неподходящая форма для того содержания, которым тебя пытаются наполнить. Ты не можешь выступать на стороне Волдеморта, потому что в душе ты с нами.
  София свела брови, стараясь как можно точнее сформулировать мысль.
   - Я вам не враг. Но против Волде... против Темного Лорда никогда не пойду.
   - Это ты только так думаешь. Уверен, - в решающий момент ты найдёшь в себе и силу, и храбрость. А пока я не вправе тебя торопить: семечку необходимо время, чтобы взойти; плоду - вызреть. Перед тем, как мы расстанемся, попрошу ответить ещё на один вопрос: в туалете Плаксы Миртл, в том, что случилось, была ли вина Гарри?
  - Малфой напал первым. Поттер защищался. Насколько я поняла, Гарри Поттер и сам не ожидал такого эффекта от применённого им заклинания.
   - Конечно, не ожидал, - вкрадчивым голосом произнес Снейп с порога, на котором возник секунду назад. - Этот...гриффиндорец! - печатая каждый слог, брызгался буквами профессор. - Он использует мои заклинания. Я в этом уверен.
   - И что это значит, Северус? - мягко поинтересовался директор у зельевара.
   - Это значит, что если хорошенько порыться в его вещах, наверняка отыщешь 'Высшее зельеделие', принадлежащее Принцу-полукровке.
   -Бездоказательно, - пожал плечами Дамблдор.
   - Но факт, - оскалился зельевар. - Избранному придётся отвечать за сегодняшний инцидент!
   - Ваше право назначить мальчику взыскание, - согласился Дамблдор.
   - И я безотлагательно им воспользовался, - чёрные холодные глаза остановили взгляд на Софии. - Она всё ещё здесь...
   - Мы не закончили разговаривать, Северус.
   - Жаль, - скрестил руки на груди слизеринский декан.
   - Я не успел сообщить мисс Гринграсс самого важного. И самого тягостного. Мы понимаем, - я имею ввиду себя и профессора Снейпа, что в случае провала для Драко смерть покажется раем. Недостижимым. Поэтому я гарантию, что к концу года ваш Темный Лорд получит то, что столь для него желанно. Я умру в любом случае, - смертоносное проклятье слишком глубоко проникло в мой организм. Пусть же моя смерть послужит спасению жизни.
   - Но это... это не правильно, - воскликнула София, - умирать за того, кто собирается тебя убить!
   - Вы меня отговариваете, мисс? - с лукавой улыбкой спросил директор. - Моё решение твёрдо. Бороться за то, во что веришь, стоит до последнего. И даже ещё чуть-чуть больше. Но если шансов нет, пусть смерть служит во благо чьей-то жизни. Иного способа победить смерть я не знаю. Когда придёт время, расскажите Гарри о том, что профессор никогда не был, - спокойно, Север! - врагом Гарри. Он убьёт меня по моей просьбе - данный акт сродни тому, что у магглов называется эвтаназией. В своё время вы расскажите об этом и Драко. Но только в своё время, - не раньше. Дайте слово, София.
   - Но...
   - Дайте слово!
   - Хорошо. Даю.
   - Ещё помнишь, я попросил тебя об одном одолжении? Ты ведь не откажешься пойти со мной?
   - Куда? - испуганно спросила девушка.
   - Не дальше, чем пролегает горизонт, - Дамблдор оставался верен своей манере отвечать расплывчато и уклончиво. - Твоя Сила и кровь помогут в решении очень не простой задачи.
   - Я сделаю то, о чём вы попросите, сэр.
  ***
  За ужином только и разговоров было, что о том, как Святой Поттер едва не лишил Слизерина его любимого старосты.
  Паркинсон была настроена крайне воинственно. Она только и делала, что выстраивала планы мести 'этим гриффиндорцам'. Забини, Нотт и Гойл с постными лицами внимали пламенным речам.
  - Астория, - окликнул Поттер в вестибюле после ужина.
  София обернувшись, подождала, пока надежда магического мира приблизилась.
   - Да?
   - Я хотел узнать, как ты? В порядке?
  - А что мне сделается?
   - Ну, - нервно поправил очки Поттер, - не каждый раз твоего парня прикладывают режущим заклинанием.
   - Малфой - не мой парень, - отстраняющим тоном ответила девушка, намереваясь спуститься в подземелье.
  Но Поттер по-прежнему преграждал дорогу. София нахмурилась.
  - Не хочешь прогуляться? - смущенно спросил гриффиндорец.
  София удивленно глядела в зеленые глаза, обескураженная предложением.
  - Считаешь, нам есть о чем говорить, Поттер?
  Юноша повел плечом:
   - Ну, на улице хорошая погода... Замечательный повод не отказываться от интересного предложения.
  Темнело быстро. Было и в самом деле очень тепло, но воздух настолько пропитался влагой, что через несколько шагов подол мантии успел промокнуть.
  Они уже почти дважды обошли кругом террасу перед замком, прежде чем Мальчик-Который-Выжил заговорил:
   - Я хотел извиниться за то, чему тебе пришлось стать свидетелем, - начал Поттер. - Мне жаль, что всё так получилось. Я действительно не хотел. С Малфоем всё в порядке?
  София пожала плечами:
   - Я его не видела. И знаешь что, Гарри? Тебе не за что извиняться, - ты всего лишь защищался.
   - Да. Но Крусио не может убить, в то время как Сектусемпра... я не знал, как это действует, клянусь!
  Поттер остановился, опустив голову и запустив руки в карманы. Вся его поза говорила о решительности идти до конца. Конца чего, интересно?
   - Я хотел не только извиниться, Астория. Я хочу спросить: ты в курсе того, что затевает Малфой? - пристально глянул он на неё.
  Зеленые глаза сейчас напоминали двустволку.
  София набросила капюшон, делая вид, что ей стало холодно. На самом деле она просто спряталась от его взгляда.
   - Что я могу знать? Ты меня переоцениваешь, Гарри.
   - А мне кажется наоборот, - недооцениваю. Вернее, недооценивал. Ты темная лошадка, Астория.
   - Даже не представляешь, - безрадостно усмехнулась она, - до какой степени.
  Разговор тяготил и София собиралась уходить.
  - Астория, подожди, - удержал Поттер девушку. - Не хочешь пойти с нами в субботу в Хогсмёд? - скороговоркой пробросил он.
  София засмеялась:
   - У вас вполне совершенная компания, не нуждающаяся в увеличении.
   - Хорошо, не хочешь со всеми, - пойдем только со мной. Вдвоем, - ты и я.
  Девушка разозлилась:
  - Не обязательно тащить меня в Хосмёд, чтобы добиться того, чего хочешь! Я же уже сказала - я не знаю о Малфое ничего!
  - Я пригласил тебя не поэтому! - на щеках юноши вспыхнули яркие пятна. - В Гриффидоре не принято приглашать девушек на свидание, чтобы использовать их! Астория, я пригласи тебя потому, что... - Поттер яростно пнул камешек, тот покатился вниз по склону. - Извини, что отнял у тебя время.
  Поттер круто развернулся и направился в сторону Запретного Леса, оставив сбитую с толку девушку наблюдать, как Избранный стремительно шагает по узкой дорожке, ведущей к сторожке Хагрида.
   - Астория?
   - Луна? - обернулась София к неожиданно возникшей равенкловке.
   -. У тебя подол мантии испачкался.
   - Не мудрено.
   - Гуляла с Гарри?
   - И что? - с вызовом посмотрела София.
   - Ничего. Ты ему сказала 'нет', - я слышала. А знаешь, ведь Гарри - он очень симпатичный?
   - Что с того?
   - То, что ты ему нравишься. Ещё с начала года. С того момента, когда мы встретили тебя в поезде. Гарри будет переживать...
   - Луна, что за глупость? Да Поттер никогда не смотрел в мою сторону!
   - Астория, как же ты могла заметить, куда смотрит Гарри, если сама никогда на него не глядела?
  София часто заморгала. Сказать, что она удивлена, значило ничего не сказать.
  Она могла бы допустить (если бы сильно ударилась головой), что её мог пригласить ...да хотя бы тот же Рон! Даже если бы вдруг Забини позвал её на свидание, София не была бы ошарашена больше. Поттера она никогда не рассматривала, как парня. Для неё он был нечто вроде идеи, знамения, понятия, - не живой человек, из плоти и крови. Никому же не придёт в голову пойти на свидание с апостолом Павлом, будь тот трижды умён, красив и добродетелен. Он - апостол, и всё этим сказано.
  Размышляя над неожиданным поворотом событий, София брела по Хогвартсу, возвращаясь в подземелье. Погруженная в свои мысли, она не сразу поняла, что парочка, целующаяся на центральном диване в слизеринской гостиной - это Малфой и Панси. Уверенная, что блондин всё ещё в больнице, София никак не ожидала увидеть его в объятиях соперницы.
  Хотя, о чём это она?! Какая там соперница? Нет, нет. Все права тут у Паркинсон, их никто не собирается оспаривать!
   Только почему так больно?
  - Гринграсс, здесь тебе не театр, - коротко, безрадостно хохотнул блондин, оторвавшись от своей подружки. - Проваливай, - грубо процедил он.
  
  Глава 21
  Пещера
  
  Поттер за стычку с Малфоем лишился возможности выступать за свою команду на квидишном матче, в результате 'Гриффиндор' остался не только без Ищейки, но и без капитана, из-за чего в среде золотисто-алых царили упадочные настроения.
  Паркинсон, ликуя, сообщила, что Снейп намерен заставить Избранного разобрать старые папки с записями о нарушителях школьной дисциплины.
   - Ему придётся заново переписать весь тот мусор, рассортировать в алфавитном порядке и разложить по коробкам. Без колдовства!
  Панси пребывала в приподнятом настроении. Такой счастливой София её ещё не видела.
  Отсутствие Поттера, однако, не помешало Гриффиндору лидировать, и обойти соперников аж на двести очков: рыжая бестия по фамилии Уизли летала за себя и 'за того парня', сумев обеспечить команде победу.
  Спустя несколько дней после матча Софию снова вызвали в кабинет Дамблдора. Девушка застала его за сборами; директор, судя по всему, собирался в дорогу.
   - Вы меня звали, сэр? - спросила София, притворяя за собой дверь.
   - София, вы обещали составить мне компанию в одном путешествии. Готовы? Вот только дождемся Гарри...
  - Куда мы отправимся? - взволнованно полюбопытствовала будущая путешественница.
  Полукружия очков директора Хогвартса поймали зловещий отблеск заката.
  - За одним из кристражей Волдеморта. Я попрошу воздержаться от дальнейших вопросов до прихода Гарри. Не хотелось бы говорить об одном и том же дважды, - Дамблдор посмотрел на часы. - Он должен прийти с минуту на минуту... - не успел директор договорить, как дверь отворилась. - А, вот и вы, молодой человек!
  Мальчик-Который-Выжил, удивлённо глянул на Софию. Кивнув девушке, обратился к Дамблдору.
   - Я задержался, потому что внизу, у Выручай-Комнаты, встретил профессора Треллани. Она...
   - Гарри, время пришло, - перебил его директор, потянувшись за дорожной мантией, - пора предпринять более решительные действия.
  - Но профессор Треллани, она...
  - Гарри, - мягко произнес Дамблдор, - пожалуйста, не будем медлить. Нам надо идти.
   - Минуточку все-таки помедлим, сэр - со свойственной ему вызывающей дерзостью возразил Поттер. - Мне нужно вам кое-что сказать. Вы знали, что это Северус Снейп донёс Волдеморту о пророчестве?
  Между серебряными бровями Альбуса Дамблдора пролегла глубокая морщинка.
  - Гарри...
   - Я теперь тоже знаю! Не понимаю только, почему, будучи в курсе, вы взяли эту мразь работать в Хогвартс!?
  Поттер принялся потирать костяшки пальцев. София понимала, что гриффиндорец с трудом удерживается от того, чтобы не начать крушить всё вокруг.
  - Гарри, пожалуйста...
  Поттер с вызовом глянул в лицо директору:
   - Только не говорите, что он совершил ужасную ошибку. Он...он гнусно подслушивал под дверью, сэр!- а это уже низость.
  София очень старалась слиться с креслом, за которым пряталась. О ней благополучно забыли, чему она была только рада.
   - Я попрошу тебя понять: когда профессор Снейп услышал первую половину пророчества, он ещё состоял на службе Волдеморта. Естественно, что он поспешил и рассказал обо всём своему патрону. Но Север не знал - не мог знать - за кем из мальчиков начнётся охота. Он не знал, что речь идёт о знакомых ему людях...
   - Вы доверяете ему?! После всего?! Вы...
   - Полностью, Гарри. Я верю ему, как никому другому, - как самому себе.
   - Как можно верить этому человеку, после всего, что он сделал?! Это глупо! Это неосмотрительно! Это... да они сейчас с Малфоем затевают очередную гадость прямо у вас под носом, а вы...
  В голосе Дамблдора зазвучала сталь:
   - Мы уже обсуждали это, Гарри. Обсуждали не единожды. Я не раз и не два объяснял тебе свою точку зрения.
   - Как вы можете?! Как вы можете?! - повторял Гарри на повышенных тонах. - Я готов поспорить: когда сегодня вас не будет в школе, Малфой и Снейп... они могут...
   - В чем конкретно ты их подозреваешь? - прямо, в лоб спросил Дамблдор.
  - Они что-то задумали. Я точно это знаю! Именно это я и пытаюсь вам сказать. Только что внизу я столкнулся с профессором Трелани, она прятала херес в Выручай-Комнате, и слышала, как Малфой...
   - Достаточно, - не терпящим возражения тоном оборвал Дамблдор. - Мисс Гринграсс, волшебная палочка при вас?
  - Профессор, я...
   - Довольно, Гарри! Не желаю обсуждать это. На время моего отсутствия будет включена дополнительная защита. Пожалуйста, не думай, что я несерьёзно отношусь к безопасности моих учеников.
  Выпрямляясь во весь рост, директор сжал тонкими хрупкими старческими пальцами руки подростков. Причем на долю Софии (а кто бы сомневался?) досталась обожженная рука, соприкоснувшаяся с черными проклятием её рода.
   - Я беру вас при одном условии: вы будете беспрекословно подчиняться моим приказам. Сразу и без обсуждения. Даже если я скажу 'беги', 'прячься' и 'возвращаться не надо'. Ты меня понял, Гарри?
  - Конечно.
   - Если я прикажу спрятаться, ты подчинишься?
   - Да.
   - Если прикажу бежать, побежишь?
  Поттер сжав зубы, процедил:
   - Да.
   - Если прикажу бросить меня и спасаться, ты сделаешь, как я сказал?
   - Я...
   - Гарри?
  Мгновение старик и юноша смотрела друг на друга в упор. В итоге мальчик сдавшись, кивнул.
   - Да, сэр.
  Спустя четверть часа директор и двое студентов шагали по подъездной аллее Хогвартса. Темнело быстро, с запада заходили тяжелые ливневые тучи, порывами дул ветер, наполненный удушливой влагой.
   - Мы аппарируем, - проинформировал Дамблдор. - Не волнуйтесь. Я помогу.
  Тот, кто никогда не перемещался подобным образом - счастливый человек. Ощущения не для слабонервных: тебя тянут по узкой трубе, скользкой и бесконечно длинной, вращающейся при этом, словно карусель 'Ветерок'. Осознание, что в любой момент какая-нибудь часть тела может от тебя отделиться, удовольствия не приносила.
  Падаешь вниз, желудок остаётся наверху. Пакостное чувство: бе-е!
  Когда падение-скольжение-растягивание, наконец, завершилось, влажный ветер всё так же хлестал по щекам, но в воздухе остро пахло солью и йодом.
   - Осторожней! - поддержал Софию Поттер под руку.
  Они стояли на высокой скале, внизу бурлили и пенились волны. Пейзаж суров: сплошь море да камни. Ни деревца, ни травы, ни песка.
   - Сюда привозили детей из приюта? - недоверчиво озирался Мальчик-Который-Выжил.
   - Выше, на середине горы есть деревушка, - ответил Дамблдор. - Там сироты и дышали свежим воздухом. Думаю, не ошибусь, высказав предположение, что сюда не забредал никто, кроме Тома Реддля. Но конечная его цель не здесь, она находится ниже.
  Следуя за директором, они побрели к обрыву. Множество небольших выступов, образуя подобие ступенек, вели к валунам под скалой, наполовину выступающей из воды.
  Спускались они очень медленно.
   - Осторожней, - снова предупредил Гарри, поддерживая девушку. - Камни мокрые, не поскользнись.
  Ребята заметили расщелину в скале, и Софию замутило с перепуга: расщелина находилась на уровне моря; вода внизу просто кипела; бурлила, яростная и голодная.
   - Кажется, придётся немного промокнуть, - Поттер, желал приободрить девушку, но от его слов стало не смешно, а страшно.
   Дамблдор вошел в воду первым.
  Девушка отчаянно замотала головой:
   - Я туда не сунусь. Никогда в жизни не ныряла! Я не пойду!
   - Астория! Дай мне руку, - цвета радужки в свете звезд, конечно, не разглядеть, но София и без того знала, что его глаза зелёные. - Знай, - продолжал Поттер, - я не дам тебе утонуть. Обещаю, с тобой ничего не случится.
  Преодолевая подступающую панику и своё нежелание доверяться зыбкой холодной колыбели, София вложила пальцы в раскрытую худую мальчишескую ладонь.
  Не думать, просто ни о чём не думать. Просто сделать то, что должен: например, шагнуть в ледяную кипящую пучину почти не умея плавать.
  София ныряла один единственный раз в жизни, - с импровизированной 'тарзанки'. Приспособление было не хитрым: к сучку, расположенному низко над водой, привязали веревку и, отталкиваясь ногами от берега, плюхались в воду. Ощущения оставляли желать лучшего: пятки горели, в носу щипало, к тому же потом её долго преследовал запах тины.
  - Готова? - Поттер крепко сжал её запястье пальцами.
   - Нет!!!
  Резкий рывок швырнул вперед. Крик возмущения не успел обернуться воплем ужаса, - от падения занялся дух.
  Волна больно ударила по телу и сомкнулась над головой, но через мгновение её вытолкнуло на поверхность, точно пробку. В панике девушка стала глотать воздух, изо всех сил молотя руками по воде, топя саму себя.
  Со спины, просунув руку подмышку, её подхватил Поттер.
   - Спокойно! Астория, я держу тебя.
  - Все нормально, - выдохнула София, немного успокоившись, - я в порядке, можешь отпустить. Просто будь рядом, ладно?
   София плыла за Поттером. Липкий, мерзкий, глянцевый, вязкий и ядовитый, словно разлившаяся нефть, страх забирал сил больше, чем сами волны. Противная соленая вода таки попала в нос, и София вновь испуганно замолотила по воде.
   - Ты как? - обернулся Поттер.
   - Сейчас, кажется, утону...
   - Всё в порядке. У тебя даже дыхание не сбилось. Отлично держишься.
  Расщелина вскоре обратилась тоннелем. Стены, покрытые слизью, блестели, словно мокрый гудрон.
  - Ещё немного, Астория, - горячо шептал Гарри. - Ещё чуть-чуть.
  Следуя естественному изгибу тоннеля, они повернули и вскоре получили возможность выплыть. Впереди серебрились длинные волосы Дамблдора, поблескивающие от 'Люмоса'. Директор стоял в воде по пояс. Заплыв близился к концу.
  София никак не решилась встать, и только уцепившись, наконец, за руку Гарри, заставила себя коснуться ногами дна.
   Гарри поддерживал Софию, пока они карабкались вверх. Оба тряслись, словно осиновый лист на ветру. Хотелось тепла, но тело мальчика было мокрым и холодным.
  'Мы простудимся насмерть', - промелькнула мысль.
  Дамблдор не обращал на подростков внимания. Встав посредине площадки, он медленно крутился на месте, словно в танце. После чего подошел к стене и осторожно провел по ней кончиками пальцев, бормоча под нос заклинание, похожие на песнопения.
   - Здесь!- наконец сказал он. - Мы пройдем здесь.
  Гарри тем временем применил согревающие и осушающие чары. Стало капельку легче.
  Дамблдор отступил от стены и указал на неё волшебной палочкой. На миг в камне проступил контор арки, вспыхнувший белым огнем. Но через секунду стена снова стала просто стеной.
   - Вход запечатан, - прошептал волшебник. - Препятствие, стоящее впереди, создано самим Волдемортом. Астория, потребуется твоя помощь.
  Так вот зачем они притащили её сюда?! Ну, конечно же! Чтобы открыть портал, наверняка потребуется кровь Мраксов.
   - Нам придется заплатить за вход, - подтвердил её догадку волшебник.
   - Заплатить? - уточнил Гарри.
   - Именно, - кивнул Дамблдор.
   - Я могу...
   - Не можешь! Здесь требуется особая плата, как к замку магглов подходит не всякий ключ.
  София вытянула руку.
  Когда Дамблдор вытащил нож, девушка вздрогнула; она надеялась, что брать кровь станут каким-нибудь особым, безболезненным, волшебным образом.
  Отвернувшись, она зажмурилась.
  Боль была мгновенной. В темноте капли крови выглядели темными. Темные, темные воды... Самые темные из всех существующих - кровь Мраксов.
  Полыхнувший контур возник снова и на этот раз не исчез: камень внутри арки испарился, образовав проем, за которым царил мрак.
  - Пожалуй, я пойду первым, - сказал Дамблдор.
  Место, в котором они оказались, выглядело знакомым. Пещера, тьма, огромное черной озеро без конца и края, из глубины которого шло таинственное, мрачное, ядовито-зелёное свечение. В тот вечер, когда Властелина окончательно превратила Софию в ведьму, они были в точно таком же месте, хоть находилось оно на другом конце света. Видимо, это какой-то пространственно-временной портал.
   - Осторожнее, не коснитесь воды, - предостерёг Дамблдор. - Держитесь поближе ко мне и подальше - от неё.
  - По-вашему, крисстраж здесь? - шепотом спросил Гарри.
   - Да, - отозвался Дамблдор. - Вопрос только в том, как к нему подобраться.
   - Придется войти в воду, - задумчиво проговорила София.
   - Думаешь, то, зачем мы пришли, на дне? - как не храбрился Поттер, в голове его сквозил страх.
  София покачала головой, указывая рукой на туманное свечение в середине озера.
   - Чтобы это не было, оно там.
  - Значит, придется плыть, - решительно шагнул вперёд Гарри.
  Дамблдор резко оттянул его назад одной рукой, другой швырнув что-то в темное непроницаемое зеркало вод.
  Футах в двадцати от берега взвилось что-то большое и бледное и с громким всплеском исчезло.
   - Что это было? - сипло спросил мальчик, нервным жестом поправляя очки.
   - Полагаю, нечто, готовое защищать крисстраж, - ласково ответил Дамблдор.
   - И что теперь?
  София, сама не зная, зачем это делает, протянула руку вперёд.
   Где-то очень далеко навязчиво капала вода. Капли падали, дробясь о камни.
  Кап. Кап. Кап.
  Скрежещущий звук сминающегося в воде металла, - безнадёжный и грозный. Темнота бездны, куда никогда не проникает солнце, и в которой нет жизни. Только клубки змей.
  Атум.
  Коатлинуэ.
   - Вот это да!
  Вынырнув из транса, София увидела, как из воды медленно поднимается нос призрачной лодки.
  Дамблдор с улыбкой посмотрел на девушку:
   - Молодец.
   - Впечатляет, - согласился Поттер. - Я и не знал, что магглорожденные так отлично колдуют.
  София, закусив губу, пожала плечами.
  Лодка тем временем причалила к берегу с тихим всплеском.:
   - А мы можем воспользоваться этой лодкой? Это не опасно?
   - Это не в стиле Тома Реддля. Оставляя здесь лодку, он не знал, что спустя двадцать лет сможет появиться тот, кто сумеет переплыть озеро, используя родовую магию Мраксов.
  - Значит, - спросил мальчик, - водные существа ничего нам не сделают, если мы поплывём в этой лодке?
   - До тех пор, пока они не осознают, что мы не Волдеморт, - нет. А потом, - ничего не поделаешь...
   - Они не осознают, - поежилась София, вспоминая урок Властелины на кладбище. - Им нечем осознавать.
  - Идемте.
  Лодка была маленькой и оба подростка, юноша и девушка, взволнованно жались друг к другу. Борта суденышка покачивались на одном уровне с водой, - одно неловкое движение и лететь им всем в воду.
  Никто не грёб, - лодка плыла сама собой, будто её тянули невидимые веревки. От носа расходились длинные черные борозды, словно царапины на тёмном зеркале.
  - В воде человеческая рука, профессор!
  - Просто не смотри на них, Гарри, и всё, - посоветовала София.
   - Астория права, не стоит о них сейчас беспокоиться, - продолжал Дамблдор, - Вот когда мы заберём крисстраж, они станут более воинственными...
  Лодка мягко ткнулась в берег.
  - Осторожнее, - напомнил Дамблдор, пока они выбирались, - не коснитесь воды.
  Островок, к которому они причалили, представлял собой небольшую, в несколько метров в периметре, плоскую каменную площадку. На гладком, тёмном камне не было ничего, кроме чаши, возвышающейся на постаменте в центре острова. 'Чаша' и служила источником, распространяющим ядовито-зелёный свет. Вернее, даже не она сама, а то, что её наполняло - изумрудная жидкость.
  По позвоночнику пошла волна холода, словно к спине приложили кусок льда, - София понятия не имела, что именно плещется в сосуде, но знала - чем бы то ни было, это результат очень страшной, самой темной из всех темных видов магии.
   - Что это? - тихо выдохнул Гарри. - Похоже на 'Мысли-слив'.
  - Чаша Страданий. В ней собраны воспоминания людей, чьи тела томятся в Темных Водах, - голос Дамблдора звучал печально и глухо. - Всех, кого Том Реддль убил и поставил на стражу частички своей души, - лицо Дамблдора стало суровым. - Предсмертные муки жертв - это опасней, чем кровь и трупы; ядовитей, чем укус змеи. Он затейник, наш Темный Лорд! Знает толк в чужих страданиях.
  Директор отодвинул рукав и кончиками пальцев потянулся к зелью.
   - Нет, сэр! - перехватил его руку Гарри. - Не трогайте!
   - Тем более, что это бесполезно, - тяжело вздохнул маг. - В зелье нельзя погрузить руку. С ним вообще ничего другого нельзя сделать, кроме как выпить. Погружаться в Чашу Страданий мучительно. Придётся переживать тоже, что пережили те люди перед гибелью...
  - А нельзя решить этот вопрос как-то иначе? - с надеждой обернулся Поттер к Софии. - Как в случае с проходом или лодкой?
   - Даже самому Темному Лорду, вздумай он забрать крисстраж, пришлось бы пойти этой дорогой. Иного пути нет, - сказал Дамблдор. - Вы должны помочь мне...
   - Сэр! - возмутился Гарри.
   - Ты поклялся повиноваться? Вот и повинуйся! - строго глянул Дамблдор.
   - Я моложе и крепче. Сэр! Зелье должен выпить я!
   - Нет, Гарри, - покачал головой старый маг, - я старше, опытнее и не так ценен. Дайте мне слово, что сделаете всё, чтобы я выпил зелье до конца.
   - Сэр...
   - Слово, Гарри!
   Прежде, чем Поттер снова успел возразить, Дамблдор опустил хрустальный кубок в чашу и, когда тот наполнился до краев, поднёс к губам...
  Последующая четверть часа обернулась адом. Созерцать чужие страдания не менее мучительно, чем страдать самому. Опустошать кубок раз за разом старику становилось всё труднее и труднее. Дыхание со свистом срывалось с синеющих старческих губ. Нос, и без того крючковатый, заострился. На висках набрякли жилки.
  Поначалу старый маг терпел страдания молча, сцепив зубы, но вскоре начал умолять прекратить это, не мучить, не заставлять его пить.
   - Мне не нравится...Я больше не буду... - стонал он.
  Побелевший, сжавший челюсть чуть ли не до хруста, похожий на призрак самого себя, Гарри Поттер раз за разом наполнял кубок и вливал зелёную слизь в рот несчастному старику.
  София, стоя на коленях, сжимала пальцами виски, кусала губы, но заставляла себя не сводить глаз с лиц двух самых мужественных людей, которых она встречала в своей жизни. Как, наверное, Поттер ненавидел самого себя! Как верил в правоту учителя! Ведь только вера могла заставлять преодолевать самого себя, снова и снова вливать в умоляющие губы старого, измученного, больного человека зелено-ядовитую отраву: расплавленную 'аваду кедавру', которая не исторгала душу из тела, а медленно-медленно вытягивала её.
   - Пусть это прекратится, пусть прекратится... - плакал Дамблдор.
   - Ничего, ничего, профессор, - шептал Гарри, вливая в раскрывшиеся губы очередную дозу зелья. - Я с вами...
  Сердце Софии сжималось. От жалости, гнева, бессилия. Она ломала руки, не в силах помочь не учителю, не ученику.
  Стоны старика сменились надсадным криком.
   - Нет!!! - эхом разносился старческий дребезжащий голос по огромной гулкой глухой пещере. - Нет! Нет!! Нет!!! Нет!!!! Не заставляй меня! Я больше не могу...
  Гарри отшатнулся, попятившись.
   - Я тоже больше не могу...
  Подхватив выпавший из его рук кубок, София шагнула к чаше. Зелени в ней оставалось немного, она была очень густой и почти перестала светиться.
  'Нужно довести это до конца, иначе это не закончится. Просто сделай это', - сказала София самой себе.
   - Нет!...не надо!...не надо! - хрипел, умоляя, старик.
   - Ещё немного, - непреклонно ответила София.
   Дамблдор стал отворачиваться, София никак не могла влить в него яд. Поттер выхватил чашу и ловко влил в рот волшебнику зелье.
  Снова над мертвыми глубинами раздался мучительный, даже не крик - вой.
   Хотелось кинуться в воду и перестать видеть, слышать и что-либо понимать.
  При очередном приближении Поттера бедный старик съежился, словно защищаясь от палачей и слабо стенал:
   - Не мучайте. Не мучайте. Пожалуйста! Лучше убейте меня!
   - Выпейте, и вам станет легче.
  Дамблдор, перестав разжимать веки, уже ни о чем не просил, только мелко дрожал с головы до ног.
  Он продолжал поить волшебника и тогда, когда тот, рыдая, катался по земле, стуча кулаками.
  - Я хочу умереть... - раздавалось под сводами пещеры и многократно усиливалось гулким эхом.- Хочу умереть...
  Осушив кубок последний раз, Дамблдор издал прерывистый стон и замер.
  - Он... он умер? - озвучила девушка терзающий обоих вопрос.
  - Ренервайт! - ревел в отчаянии Поттер, наставляя палочку на учителя. - Ренервайт!
  Наконец веки Дамбалдора дрогнули.
   -Сэр, вы...?
   - Воды, - хрипло простонал Дамблдор.
  Гарри, подскочив, схватил хрустальный кубок и опрометью рванул к озеру.
  Рядом с Софией упал золотой медальон. Девушка, как зачарованная, потянулась к нему и взяла в руки. Взгляд задержался на крышке с гравировкой оскалившейся змеи, поднимающейся над черепом.
  Знак Упивающихся? Причем здесь это?
  Крик Поттера заставил подскочить. Она машинально спрятала медальон в карман.
  Поверхность озера бурлила, из неё поднималась целая армия мертвецов: отовсюду выныривали бледные руки и головы. Мужские, женские, даже детские. Столько трупов?! Один Волдеморт не мог создать такое количество инферналов - никак родственнички веками старались, не иначе!
   - Петрефикус тоталус! - Поттер делал безуспешные попытки отбиться от утягивающего в воду мертвеца.
  София, вопя, как банши, схватила юношу за руку, стараясь притянуть к себе. Гарри упал. За ноги его уцепилось сразу несколько инферниев.
   - Бобмарда! - их буквально разорвало заклинанием на части, давая им обоим возможность подняться на ноги.
  Но передышки не вышло. Со всех сторон тянулись костлявые пальцы, блестели пустые глаза.
  Молодые люди, встав над телом Дамблдора, сыпали проклятьями. Но, сметая первую линию, те спотыкались на второй, увязали в третьей.
   - Сектусемпра! - орал Гарри, София вторила ему.
  Но сквозь порезы на мокром тряпье с ледяной кожи мертвецов не пролилось ни капли крови.
  Ещё несколько минут, - и не спастись.
  Страха не было, - адреналин слишком бурлил в крови.
  Руки мертвых уже оторвали девушку от земли. Она больше не осязала теплую спину Поттера. Её не терзали и не мучили, но неуклонно тащили в воду.
   - Астория! - кричал Поттер. - Не сдавайся! Держись!
  Решение пришло, словно кто-то нашептал на ухо план действий. В последнем усилии сорвав с пояса бесчувственного Дамблдора нож, к которому мертвяки тоже уже тянули скрюченные тлением пальцы, София чиркнула по запястью. Горячие капли крови упали, смешиваясь с холодными, мертвыми водами:
   - Коатлинуэ! - воззвала наследница Мраксов к Темноте. - Меритсегёр! Именем твоим заклинаю: пусть мертвое вернётся в прах. Да упокоятся тела невинно убиённых и обретут их души покой.
  Перед внутренним взором явилось древо, в коем было десятки, сотни, тысячи тонких зелёных, ядовито-сияющих нитей, привязывающих тела инферниев к Чаше. Будто потянув невидимый узел, девушка расплела паутину.
  Сияние мигнуло и погасло. Стало темно и очень холодно.
  Волны сомкнулись над головой...
  ***
  Грудь разрывало от желания вдохнуть, ребра мучительно, немилосердно сдавливало.
  Под грудью - острое колено Поттера; на рёбрах - его руки.Жалобно всхлипнув, девушка поняла, что изрыгает из себя воду.
  Парня трясло. С него тоже лило в три ручья.
   - Астория? - нерешительно окликнул он, будто опасаясь, что она закатит истерику. Или снова упадёт в обморок. - Я думал, ты уже... - закашлявшись, он сел; сгорбившись, обхватил колени руками. София с удивлением осознала, что мальчик судорожно, отчаянно всхлипывает, стараясь сдержать подступающие рыдания.
  София даже отворачиваться не стала - на проявление деликатности у неё не осталось сил.
  - Гарри? Зомби...?
  - Не знаю, что за магию ты применила, но она отлично подействовала. Инфернии ушли. Только я испугался, что тебя уже не вытянуть.
  Глаз мальчика в полумраке невозможно было рассмотреть, лишь отблеск на металлической оправе очков.
  София вспомнила, как мертвецы затаскивали её в воду, и тоже обняла себя руками.
   - Ты спас мне жизнь.
   - Не нужно меня благодарить, - отчаянно замотал головой Поттер. - Только не ты!
   - Почему?
   - Потому что если бы тебя не было рядом, мы бы были уже мертвы. Все. И Дамблдор - тоже.
   - Да. Серебряный лис знает, что делает, - поморщилась девушка.
   - Тебе холодно? - Гарри придвинулся ближе, обнимая её за плечи. - Совсем закоченела... впрочем, я тоже. Сейчас применю 'согревающее'.
  Поттер сказал что-то, после чего обдуло горячим, словно из печки, воздухом.
  София чувствовала, как пальцы юноши перебивают полувлажные пряди её волос.
   - Астория, - мягко выдохнул он. - Астория, я... я хотел сказать, что...нет, я понимаю, что сейчас не время и не место, но в Хогвартсе ты и вовсе меня не замечаешь...
   - Гарри...? - тревожно откликнулась девушка.
   - Я хотел повторить просьбу. Давай, пойдем в Хогсмёд, а?
   - Гарри, ты не знаешь... - начала было София.
   - Вот и хочу узнать!
  - Ты не понимаешь! Я...
   - Тебе нравится Малфой? Астория, ты даже не представляешь, какой он... Он совсем тебе не подходит.
   - Дело не в Малфое! Я хочу, чтобы ты знал...
  В следующую секунду Поттер сделал то, чего София не ожидала: обняв, он прижал её к себе и поцеловал.
  Черт! А парень отлично целуется, тут одним темпераментом не обойдешься - на лицо опыт. Уж не со своей ли всезнайкой они с Роном тренируются в свободное от учебы и подвигов время?
  От подобных мыслей София покраснела до корней волос и отпихнула мальчика.
   - Гарри! А как же Джинни?!
  Поттер нахмурился:
   - Причем тут сестра Рона?
   - Ты встречаешься с ней!
   - Я?! - Поттер засмеялся. - Нет! Мы друзья. Так же, как с Гермионой, с Луной. У меня нет девушки, Астория... И я хочу, чтобы ты стала ею.
   Нет, ну вот кто бы ещё год назад смог поверить, что сам Гарри Поттер предложит ей встречаться, а она не сможет испытать ничего, кроме отупляющего чувства усталости и глухого раздражения?
   - Давай поговорим об этом позже. Нужно позаботиться о профессоре Дамблдоре.
  Гарри судорожно втянул воздух.
   - Ты права.
  Гарри поплелся к бесчувственно распростёртому на холодном камне старику.
   - Сэр...сэр, пожалуйста, придите в себя. Нам нужно вернуться...
  Привалившись спиной к чаше, София чувствовала, что сейчас уснет. Голос Поттера звучал где-то далеко-далеко. Веки слипались. Так хотелось спать...
  Какая всё-таки жалость, что она попала в Слизерин. Среди Гриффиндорцев в этой её жизни все могло сложиться по-иному.
  - Она совсем обессилела...
  Снова Поттер? О ком это он, интересно? О ней?
   - Не удивительно, - это, кажется, Дамблдор? - Мы не имели права использовать девочку таким образом. Но выхода нет. Увы!
  - Не будите её,- это снова Поттер.
  Кажется, они вновь забрались в лодку? Сквозь дремоту слышался голос Дамблдора, мягкий плеск волн.
   - В общем и целом защита оказалась весьма хитроумной. Один человек не справился бы. Ты молодец, Гарри. Большой молодец. И эта девочка...но об её участии в этом деле никто не должен знать.
   - Почему?
  - Это для неё опасно, Гарри. Когда-нибудь я расскажу тебе, кто она и почему её помощь для нас сегодня была столь бесценна.
  Пусть болтают, о чем хотят. Сейчас главное - спать...
  
  Глава 22
  Смерть Дамблдора
  
  Открыв глаза, София не сразу поняла, почему на душу снизошло ощущение покоя, будто с неё скинули тяжелый, давящий груз. Потом осознала, - всё дело в небе. Звездном, высоком, чистом. Ей не придётся долго плыть, борясь с волнами. Весь путь остался позади. Даже спрашивать не хотелось, как её спутникам удалось такое чудо.
  - Боже мой, - вздохнула девушка, - неужели всё кончилось? Через пару часов можно будем спокойно уснуть? Ты как хочешь, а я завтра на ЗОТС не пойду.
   - Отличная идея, - согласился Поттер.
   - Мне теперь это станет в кошмарах сниться: мертвецы, огонь... а самое страшное, как мы поили профессора этой дрянью!
  - Может, прогуляем завтра ЗОТС вместе? - глядя куда-то в сторону, предложил Поттер.
  'Наверное, его отец когда-то точно так же, неожиданно начал ухаживать за его матерью. И с того момента, как Джеймс Поттер решил приударить за рыжей красавицей, ни у неё, ни у Снейпа уже не оставалось не вариантов, не шансов, - юноши из рода Поттеров отличаются настойчивостью'.
  Дамблдор молвил:
   - Нам пора возвращаться, дети, - поставив точку в завязавшемся, было, диалоге.
  Волшебник взял их за руки. Секунда, другая. Крутящийся, выворачивающий наизнанку водоворот. А потом пьянящее осознание того, что моря больше нет.
  Они стояли посередине Высокой улицы. Свет фонарей и светящиеся окна в верхних этажах действовали, словно успокоительное.
   -У нас получилось, - усмехнулся Поттер, бросая радостную улыбку спутникам. - Мы добыли крисстраж и остались живы!
  София заметила первой, что Дамблдор с трудом удерживается на ногах. Создавалось впечатление, что если бы молодые люди не поддерживали его с двух сторон, он просто рухнул бы на землю.
  - Сэр, как вы себя чувствуете?
  Голос Дамблдора едва шелестел в ответ:
   - Бывало и получше. Это...зелье, - уголки губ дрогнули в едва заметной улыбке, - тонизирующим не назовёшь.
  - Астория, нам нужно срочно отвести господина директора в школу, к мадам Помфри, - взволнованно произнёс Гарри.
  Дамблдор затряс головой:
   - Нет, - возразил он. - Нужен профессор Снейп...но я...вряд ли смогу дойти...
  Пещера не отпускала их и здесь, за сотни миль, удерживая невидимыми, но удушающими черными щупальцами.
  Гарри затараторил:
   - Сэр, послушайте! Я сейчас постучу в двери, мы найдем кого-нибудь... найдем место, где вам можно будет передохнуть. Астория...нет, я сам сбегаю в Хогвартс и приведу мадам Помфри...
   - Северус, - Дамблдор произносил слова из последних сил. - Мне нужен Северус!
   - Но...
   - Гарри, не упорствуй, - посоветовала София.
   - Но...
   - Дамблдор кажется лучше тебя знает, что ему нужно. И потом, - девушка понизила голос, - даже если он просто хочет его видеть и профессор Снейп не сможет помочь, он всё равно имеет право рассчитывать на выполнение своих желаний, тебе не кажется?
   - Что значит - не сможет помочь!? - Гарри затравленно озирался. - Хорошо, пускай будет Снейп. Но мне придётся оставить вас ненадолго, чтобы...
   - Гарри, - София накрыла его руку ладошкой, - я здесь. Я не беспомощна и смогу просто быть с ним рядом. Ни о чём не беспокойся, - иди и приведи помощь.
   - Ты не боишься? Я быстро! О! Розмерта! Какая радость!
  Ветер трепал роскошное облако густых темных волос подбегающей барменши. Взгляд Софии скользнул по пушистым шлепанцам на высоких каблуках, подчеркивающим изящную смуглую ножку.
  Женщина остановилась. Тяжело дыша, она широко распахнутыми глазами глядела на Дамблдора. Пышная грудь колыхалась, и София с глухим раздражением отметила, как зелёные глаза Гарри проваливаются в занимательный вырез между двумя полушариями.
  - Вы здесь? - всхлипнула мадам Розмерта. - Хвала небесам! Хвала небесам!
  - Он ранен, - заявил Гарри. - Можно Астория и профессор Дамблдор побудут в 'Трех метлах', пока я побегу в школу?
  В глазах женщины отразился ужас.
  - В школу?! Что ты!? Тебе нельзя в школу! - она всплеснула руками.- Вы что, не видите? Да взгляни, наконец, на небо! Я опускала шторы, когда это случилось...
  Дамблдор поднял обескровленное, похожее на алебастровую маску, лицо:
   - Мерлин! - с безнадёжной усталостью, почти с отчаянием выдохнул он.
  Обернувшись, ребята посмотрели в том же направлении. Над школой висел светящийся зелёный череп со змеиным раздвоенным языком.
   Гарри хрипло простонал:
  - Смертный знак!
  'Не хочу!', - кричал внутренний голос Софии. - 'Не хочу ни страдать, ни бороться. Устала! На сегодня ужасов было достаточно! За что?! Почему - я?!'.
  Директор Хогвартса медленно поднялся с земли. Его пальцы впились в плечо Гарри, - тому, наверное, было больно.
  - Давно он появился? - голос учителя звучал тихо и напряженно.
  - Буквально пару минут назад, - отвечала Розмерта. - Когда я выпускала кошку, его ещё не было, а когда поднялась наверх...
  Как будто кого-то в подобных обстоятельствах могла заинтересовать загулявшая кошка?
   - Нам потребуются метлы... - прошептал Дамблдор.
  'Не пойду я в этот проклятый замок, - закусив губу, думала София. - Ни за что!'.
   - Мы должны немедленно вернуться...
  'Только не я'.
   - Ассио, метлы Розмерты!
  'Не полечу!', - ещё отчаяннее завертелось в голове.
  Метлы подлетели и, чуть заметно вибрируя, замерли на уровне пояса.
   - Розмерта, пошли, пожалуйста, сову в министерство, - распорядился Дамблдор, седлая ближайшую метлу.
  Ухватившись трясущимися руками за древко метлы, София, в свой черёд оттолкнулась от земли, испытав привычное чувство тошноты от ужаса перед полётом.
  Она ненавидела магию - раз; родовую магию, связанную с мертвецами - два; летать на метле - три. Терпеть не могла: дядюшку, бабушку, жениха, декана, нежданно-негаданно ухажера в очках и директора. Но, самое парадоксальное, кажется, придётся умереть в ненавистном замке рядом с ненавистными людьми. Умереть, так и не выспавшись.
  Дамблдор летел впереди. Прильнув к метле, он устремился прямо к Смертному Знаку.
  Внизу показалась извилистая подъездная аллея. Метла под рукой завибрировала, и София пронзительно вскрикнула. Поттер тут же оказался рядом, кладя руку на древко, удерживая деревяшку, словно решившую понести лошадь. Метла успокоилась, будто и вправду была живой и чувствовала руку опытного 'седока'.
  Пролетев над зубчатым ограждением Астрономической башни, над которой сверкал Смертный знак, они слезли с мётел. Вокруг было так тихо, что на мгновение в сердце закралась надежда: видение это просто злая, не удачная шутка.
  София нахмурилась, заметив, как директор изуродованной рукой судорожно хватается за грудь:
   -Ступай за Северусом, Гарри. Приведи его. Немедленно!
  Юноша обернулся к спутнице:
   - Астория ...
  -Иди, Гарри! - прикрикнул директор. - Не мешкай.
  - Но...
   - Ты поклялся слушаться. ИДИ!!!
  Гарри поспешил к двери на лестницу. Но, едва схватившись за кольцо, остановился. На лице его отразилось напряжение, будто он прислушивался к чему-то. Обернувшись к Дамблдору, он хотел что-то сказать, но директор сделал ему знак молчать.
  Гарри попятился.
  В следующую секунду дверь с треском распахнулась, ударяясь об стену.
   - Экспеллиармус!
  София с недоумением наблюдала, как Гарри косо повалился на стену, растворяясь в воздухе.
   -Что...?
   Рука директора до хруста сжала ладонь девушки.
   - Молчи! - грозно приказал он, отступая назад, к самой стене.
  Лицо его было бледным, но удивительно спокойным.
  Малфой, в черном костюме, похожем на дорогой футляр, с искаженным ненавистью и высокомерной брезгливостью, лицом, перешагнул порог.
  - Добрый вечер, господин директор. Добрый вечер, Астория, - выплюнул он имя 'любимой' невесты. - Хотя я и не до конца понимаю, какого Мертлина ты тут делаешь?
  Девушка не сводила глаз с нацеленной на них палочки, подрагивающих в тонких пальцах блондина. Будто то была не древесина, а дуло пистолета с взведённым курком.
  Губы Драко скривились в презрительно-пренебрежительной гримасе:
  - Разве никто не уведомил принцессу Мракс о планирующемся прибытии в школу Упивающихся Смертью?
   - Так, так, - вклинился в беседу директор. - Значит, ты все же нашел способ их впустить?
   - Это невозможно! - ужаснулась София, оборачиваясь к Драко. - Ты?! Ты пустил их сюда?! Ну, и где же твои сторонники? Что-то их не видно?
   - Они сражаются внизу. И пока они ещё не здесь, я должен выполнить приказ.
  - Драко, не надо!!!
   - Гринграсс! Я сейчас убью тебя первой. Мне плевать на то, что потом будет. Ясно? Плевать!
   - Что ж, если тебе действительно плевать, - ласково кивнул Дамблдор, - действуй, мой мальчик. Действуй.
  Какое-то время волшебная палочка Малфоя-младшего была направлена на директора, но потом её остроконечный кончик переместился к Софии:
   - Авада Кедав...
   - Нет! - закричала София, бросаясь юноше в ноги. - Не убивай меня!
  Желание жить пересилило гордость. На мгновение она вообще позабыла о том, что это такое. Ею владело лишь одно желание - выжить! Любой ценой.
  Схватив девушку за волосы, Малфой приставил к её горлу палочку.
  - Авада...
  Рыдания, судорожные, неудержимые сотрясли тело Софии. Она больше не старалась вырваться.
  Малфоя самого трясло, как в приступе лихорадки.
  Дамблдор бесстрастно наблюдал разыгрывающуюся перед ним сцену.
  - Ты долго медлишь, Драко, - заметил старый маг. - Слишком долго для того, кто всерьёз собирается убить.
  Малфой пинком отшвырнул девушку от себя.
   - Заткнись, Гринграсс! Я сказал: ЗАТКНИСЬ!!! Глупая корова! У тебя же в руке палочка! Ты должна была защищаться!
  Расставив ноги, опустив безвольно свивающие руки вдоль напряженного, словно перед прыжком, тела, Драко глядел из-под упавших на лицо прядей волос затравленно и яростно, словно волк из клетки.
  Девушка сгорбилась, стараясь занимать как можно меньше места в пространстве.
  - Драко, Драко... - с уничтожающей ласковостью произнес Дамблдор. - Ты не убийца.
   - Я должен! Отступать поздно. И идти - не куда.
  За дверью раздался приглушенный вопль, удары, стуки.
   - Кто-то оказывает мужественное сопротивление, - светским тоном заметил Дамблдор. - Пока он держится, у тебя есть время для второй попытки, - продолжил Дамблдор к ужасу Софии. Он как будто уговаривать юного Пожирателя покончить с ними? - В отличие от некоторых, - Дамблдор одарил Софию мягкой, чуть насмешливой, но одобряющей, полной сочувствия, улыбкой, - палочки у меня нет - защищаться нечем.
  По иронии судьбы и у убийцы, и у жертвы волосы были серебристо-платиновые. Ветер игриво трепал кудри юноши и расплетал бороду старика.
  Дамблдор устало вздохнул, будто вся эта дешёвая буффонада ему бесконечно надоела.
   - Драко, не знаю, как тебе? - мне ясно, - ты не сможешь убить ни меня, ни Асторию. Это ведь не так-то просто. Так что пока мы поджидаем твоих друзей, расскажи мне лучше, как тебе удалось провести их сюда?
  Малфой брезгливо покосился на Асторию:
  - Разве маленькая дрянь вам ещё не рассказала?
   - Нет. Мисс Гринграсс не оказала мне такой чести.
   - Я починил шкаф-исчезант, - поделился Малфой.
   - А-а-а, - это прозвучало, как стон. - Насколько я понимаю, у него есть пара?
   - Да, - коротко кивнул блондин.
  Грохот и крики сделались громче: очевидно, сражение шло уже на винтовой лестнице, совсем рядом.
  Ноги Дамблдора зашаркали в попытке сохранить равновесие.
   - Я узнал все, что хотел, - сказал директор. - Не имеет больше смысла медлить, - давай, Драко.
   - Не смейте мне приказывать! - Малфой замер в нескольких шагах от своего учителя. - Не смейте уговаривать убить вас!
  Секунду спустя в дверь ворвались фигуры в черных робах.
  Сорвав капюшон с головы, Белла торжествующе раскинула руки и зловеще захохотала. Волосы темной тучей клубились за её спиной. Она походила на воплощение грозы: необузданная, ужасающая и по-своему прекрасная.
  - Добрые вечер и тебе, Бэлла, - спокойно поздоровался Дамблдор, словно приветствуя гостью, зашедшую к нему выпить чашечку чая. - Вот ты и снова в Хогвартсе. Мило с твоей стороны зайти ко мне.
   -Думаешь, на смертном одре помогают идиотские шуточки? - оскалилась она.
   -Шуточки? Это простая вежливость, - ответил директор.
   - Отойди в сторону, Блэк! - вышел вперёд огромный человек, в свой черед скидывая маску с лица. Оно оказалось живым воплощением экспоната с острова доктора Моро. От незнакомца буквально воняло кровью.
   'Сейчас все кончится? - подумала София. - Уж быстрее бы!'.
  Выносить неизвестность не оставалось сил.
   - Рад видеть меня, Дамблдор? - так же как Блэк-Лейстрейндж, безумно загоготал кровопиец.
   - Не сказал бы, Фенрир.
   - Извини, не мог удержаться - я так обожаю детей! С недавнего времени вошел во вкус и одного раза в месяц мне теперь явно недостаточно...
  Отвращение читалось не только в лице Дамблдора, но и в чертах Драко, даже в черных глазах сумасшедшей Бэллы.
   - Что, Дамблдор? Я тебя шокировал? - хохотал жуткий тип.
   - Не стану притворяться - да. Я просто потрясен тем, что Драко пригласил тебя в школу, где живут его друзья...
   - Его-то я точно не приглашал, - прошипел Малфой, сверкая глазами.
   Белла не переставала дико хохотать, размахивая руками, словно собиралась улететь.
   - Наш сладенький не знал, что я приду, - подтвердил гнусный тип, плотоядно облизываясь и не сводя при этом глаз с блондина. - Но как отказаться от визита в Хогвартс? Столько нежных вкусненьких глоточек. Мням-мням, - тварь поковыряла в передних зубах длинным желтым ногтем. - А тебя, Дамблдор, я съем на закуску.
   - Нет! - Бэлла подпрыгивала на месте, словно мячик. - Есть приказ Темного Лорда - это должен сделать Драко, - изогнув шею, блестя глазами и кривя рот в жутком оскале, Бэлла приблизилась к племяннику. - Драко, любовь моя, сделай это, - замерев за спиной юноши, женщина оплела его плечи руками. Пальцы, похожие на птичьи когти, сжались на белом полотне рубашки.
  Ведьма насмешливо смотрела на приговоренного к расправе старика, пристроив острый подбородок на плечо племяннику:
   - Сделай!
  Драко опустил голову.
  - Драко!!! - взвыла Черная Ведьма.
   - Не дрейфь! Старик и так долго не протянет, - проговорил третий Пожиратель из-под маски, которую так и не осмелился сбросить.
  -Что с вами такое, профессор Дамблдор? - захихикала Бэлла, увидев, как директор начал медленно оседать, сползая по стенке.
   - Ничего особенного: пониженная сопротивляемость, замедленная реакция, - ответил Дамблдор тихим голосом, - старость, одним словом. Возможно, когда-нибудь она придёт и к тебе, Бэлла. Впрочем, сомневаюсь... на это мало надежды.
   - Вечно одно и то же! - вскричал УПС, так и не осмелившийся расстаться с маской. - Сплошная болтовня - никакого дела! Даже не знаю, зачем Тёмному Лорду понадобилось тебя убивать? Только силы зря тратит!
   - Драко! Кончай его! - требовала любимая тетушка.
   - Дайте лучше я, - рычал Фенрер.
   - Драко! Давай же! Давай! - подстрекала Блэк-Лейстрейндж. - Чего медлишь?! Ты хоть представляешь...?!
  В этот миг дверь опять распахнулась. На пороге вырос Снейп с волшебной палочкой в руке. Черные глаза вобрали в себя всю сцену: Дамблдора, привалившегося к стене, трёх УПСов, Софию, Малфоя...
   - У нас беда, - проговорил УПС в маске. - Кто-то крупно дрейфит и старик всё ещё жив!
   - Профессор! - умоляюще сложила руки София. - Помогите!
   Бэлла разъярённо глянула на девушку:
   - Мраковская кукла! Я не поняла, - ты на чьей стороне?!
   - Снейп, - прошептал Дамблдор.
  В его голосе Софии тоже померещилась мольба.
   -Северус...пожалуйста...
  Дамблдор приготовился умирать, этого невозможно не заметить. И вряд ли бы этот мужественный человек умолял о пощаде.
  Но не мог же он молить о смерти?
  Взгляд директора метнулся к Софии. Он едва заметно кивнул, видимо, прочитав её мысли.
  Профессор Снейп поднял палочку и направил её на Дамблдора.
   - Авада Кедавра!
  Ударил зеленый сноп пламени. Старика подбросило в воздух. На мгновение он завис под блистающим черепом, оплетённым змеями, а потом медленно, как большая тряпичная кукла, перевалился через ограду башни.
  София с ужасом смотрела и не верила тому, что видела. Вот так? Вот так вот просто?! Был человек - нет человека...
  Нет Альбуса Дамблдора, олицетворения гармонии, порядочности и надёжности. Пустота, оглушающая и мертвая, в которой даже капли не стекают. Пустота, тонкая, как лёд, под которой бурлят темные воды, грозя сломать и понести, затопить, захлестнуть удушливой, разрывающей сердце болью. Это как в детстве, когда сломал любимую игрушку и пытаешься в бессмысленной надежде сделать, как раньше, но уже понимаешь,- поломка слишком серьёзная и как прежде не будет никогда.
   Словно пробиваясь сквозь вату, донёсся голос Снейпа:
   - Уходим. Быстро.
  София продолжала стоять.
  - Кончить заодно и девчонку? - облизал губы Френрер.
  Между губами блеснули настоящие звериные клыки.
   - Уймись, придурок! - рявкнула Бэлла. - Это же Его племянница. Он не посмотрит, что по происхождению - грязнокровка. Умирать станешь мучительно долго.
  София почувствовала, как на одной руке сомкнулись пальцы Снейпа, на другой - Драко. Увлекаемая ими, она бездумно спускалась по ступеням кружащей, точно карусель, лестницы.
  В тускло освещённом коридоре шло яростное сражение. Здесь были профессор Мак*Гоногалл, Рон Уизли, какая-то совсем молодая женщина, отдаленно напоминающая Беллу. Со свойственным Блэкам азартом она сражалась с огромным светловолосым колдуном, сыпавшим заклятьями во все стороны.
   - Драко, вытащи её отсюда! - Снейп оттолкнул от себя девушку, вступая в сражение.
   - Протего! - отбил Малфой чьё-то заклятие.
   - Импедимента! - закричала внезапно материализующаяся из серой пыли Джинни Уизли.
   - Протего!
   - Петрификус тоталус!
   - Протего!
  София увидела Поттера с перекошенным от ярости, залитым слезами лицом и съехавшими в сторону очками.
   - Гарри! -закричала она, но Малфой слишком крепко держал её за руку.
   В свой черед вынырнул Снейп из тучи пыли, поднимающейся от рухнувшего куска штукатурки, прорычал:
  - Дело сделано, уходим!
  Последнее, что София успела заметить, это как Френдер кинулся на Гарри и повалил его на спину. Снейп послал в спину Френриру парализующее заклятье со свойственной ему точностью. Как всегда, - не промахнулся.
   - Идем! - подгонял Драко. - Скорей!
  Шаг за шагом, они пробивались к выходу.
   - Получи, гадина! - вопила Минерва Мак*гоноголл, сыпля проклятьями в сторону Бэллы.
  Лейстрейндж, неистово хохоча, увертывалась, будто плясала на острие бритвы. Вот кому нравились жесткие, опасные игры.
  Драко тащил девушку за собой, она послушно за ним следовала. Ноги скользили по мокрому от крови полу. Повсюду лежали тела. Грохот за спиной с каждым шагом отдалялся.
  За очередным поворотом вместо человеческих тел их встретили сплющенные, раздавленные рыцарские доспехи и тогда София сообразила, что двигаются они в сторону парадного выхода. Пока спускались по парадной лестнице, та несколько раз озарялась цветными вспышками проклятий.
  За порогом их встретила ночь, напоенная прохладой. На востоке уже брезжила заря.
  Малфой шагал, не оборачиваясь. Снейп следовал за ними. Замыкала шествие Бэлла.
   - Стоять! - на пути выросла огромная фигура Хагрида.
  Бэлла захохотала, вскидывая палочку:
   - Крусио!
  - Не останавливайся! - снова приказал Малфой Софии. - До ворот осталось совсем немного, там дезаппарируем...
   - Ступефай!
  Красная вспышка просвистела рядом.
  Снейп прокричал:
   - Бегите! - и повернулся лицом к настигающему их Гарри Поттеру.
  Палочки учителя и ученика взметнулись одновременно.
   - Крус...
  Снейп предупредил удар, невозмутимо и безмолвно его отбивая.
  - Непоправимые проклятия не для тебя, Поттер, - презрительно бросил зельевар. - Тебе не хватает не духа, не умения.
   -Сражайся со мной! Сражайся, трусливая...
   - Ты называешь меня трусом, Поттер? Твой папаша не решался на меня напасть иначе, как вчетвером на одного... Интересно, как бы ты назвал его?
   - Ступе...
  Снейп в очередной раз легко отразил проклятье.
   - Я буду останавливать тебя снова и снова, снова и снова. Пока ты не научишься держать рот на замке, а мысли при себе.
   - Импеди...
  Подоспевшая Бэлла выкрикнула излюбленное:
   - Крусио!
  Поттер упал на землю, как скошенный. Проклятие немилосердно его скрутило. Белый, как свежевыпавший снег, Снейп обернулся к Блэк.
  - Ты забыла приказ? - Поттер принадлежит Темному Лорду. Уходим!
   - Сектус... - поднявшись с трудом на колени, юноша по-прежнему пытался атаковать.
  Поттер, кажется, всерьёз решил умереть героем.
  Что было дальше, София не узнала - Малфой и Бэлла увлекали девушку за собой.
  Шаг, другой, третий и знакомее ощущение, - противное, мерзкое, грозящее выдавить внутренности через горло, - возвестило о том, что они дезаппарировали.
  
  Часть III
  Злой Гений и Серый Ангел
  Глава 1
  Ставка Тёмного Лорда
  
  Серый рассвет неторопливо расползался по земле, протискиваясь между деревьями; между их ощетинившимися, стройными ровными шеренгами, высаженными, точно по линейке. Вековые ели тесно стояли плечом к плечу, словно древнеримские легионеры.
  'В березняке - жениться; в ельнике - удавиться', - вспомнилась российская присказка.
  Бог уж весть, кстати? Или некстати?
  В русских сказках с приходом первого солнечного луча злобная нечисть отправляется почивать до ночи в царство Нави. Туда, где нет ни утра, ни вечера - лишь бесконечная серая мгла. Навь - царство Серых Ангелов, так и не сумевших примкнуть ни к Свету, ни к Тьме.
  Софии представлялось, что демоны забрали её в мир Кошмаров и Теней, и нет ей дороги назад - вокруг стерты все ориентиры.
  Драко Малфой в рассветных сумерках смотрелся скупым, сухим карандашным наброском. Обычное пренебрежительное высокомерное выражение слетело с его лица, словно пух с одуванчика под порывами северного ветра.
  Белла Лейстрейндж тоже как-то разом подрастеряла весь свой боевой пыл; всю свою сумасшедшую, злобную веселость. Теперь она выглядела такой же измученной и удрученной, как любая другая женщина, проведшая бессонную ночь, полную треволнений.
  Лицо профессора Снейпа было, как обычно, непроницаемо и спокойно, ни одни мускул не дрогнул на нём. Не лицо, а маска, за которой не рассмотреть ни одного душевного порыва. Он шел, двигаясь, как робот, запрограммированный, чтобы дойти. Что будет дальше, бездушную машину вряд ли волнует.
  Только Фенрир довольно скалился, широкой грудью разрезая колючий кустарник, оплетший тропинку. Поначалу он ещё плотоядно посматривал в сторону Софии, скаля клыки, но, не заметив со стороны девушки никакой реакции на свои старания, - ни страха, ни отвращения, - прискучил скромным развлечением.
  Дверь в дом под рукой зверочеловека отварилась с раздирающим душу скрипом.
   - Дамблдор сдох! - загоготала тварь, ударяя себя мощными кулачищами в грудь. - Сдох! Ликуйте!!! Мы сделали это! Мы его кончили!
  Зал наполнился топотом, непристойным смехом, резкими голосами.
  София нервно сглатывала, готовясь увидеть кровавого родственничка.
  Её ожидания оправдались: на пороге возникла фигура в черном; за ней, шурша сухой чешуей, неустанно следовала гигантская змея, извиваясь всем телом.
  Волдеморт стремительно вырастая, надвигался, как девятый вал.
  УПСы как один сломались в низком поклоне, словно куклы на шарнирах.
  София чувствовала себя совершенно беспомощной и, почему-то, уязвленной. Словно её предали.
  - Ты уверен, Фенрир? - на узких губах дядюшки играла довольная, надменная улыбка. - Дамблдор действительно сгинул?
   - Окончательно и бесповоротно, - подтвердил Снейп.
  Вскинув голову, будто кобра, готовая перед броском раскрыть капюшон, Том Реддл торжествующе раздул перепончатые ноздри. Раскинув руки и откинув назад голову, Темный Лорд зычно захохотал. Звуки его голоса покатились, как сорвавшиеся с оборванной нитки бусины. Смех растекался по стенам, размазывался по потолку, пачкал пол.
  Эхо, обитающее в полупустых помещениях, многократно усиливало, преувеличивая злобную сатанинскую радость.
   Белла, не сводившая со своего кумира блестящих глаз, обнажила зубы в оскале. Она как никогда раньше напоминала легавую, - сколько не пинай, все равно станет подобострастно заглядывать в глаза хозяину. Лающему смеху Блэк-Лейстрейндж вторил рыкающий бас Фенрира.
  София в который раз задалась вопросом: в чем она так провинилась перед Небесами, что живьём попала в ад?
  Ужасный смех Повелителя стих.
  Пожиратель, тот, что во время налёта на Хогвартс так и не снял маску, о чем-то быстро-быстро нашептывал Волдеморту. Тот слушал с видимым равнодушием, лишь в конце усмехнулся:
   - Чья рука, ты говоришь, повергла нашего главного врага?
   - Снейпи! - оскалился УСПс. - Зельевар оказался достаточно решителен, чтобы 'заавадить' Дамбика.
  Темный Лорд перевел взгляд на слизеринского декана, и его улыбка стала шире.
   - Северус, дайте мне вашу палочку, - отвратительно приторным голосом произнёс он.
  Зельевар с поклоном вложил в раскрытую ладонь Повелителя главное оружие волшебника.
  Темный Лорд прошептал заклинание и палочку окутала зеленая сияющая дымка.
  Белла переминалась с ноги на ногу, охваченная волнением, схожим со страхом.
  - Дамблдора убил действительно ты, - удовлетворённо кивнул Волдеморт.
  София старалась смотреть в пол, лишь бы, пусть даже случайно, но не перехватить взгляд жестоких узких зрачков 'любимого' дядюшки.
  Темный Лорд повернулся к Малфою, молчаливому, бледному и строгому, словно скульптура в католической церкви.
  - Весьма прискорбно, Драко, что ты не справился с заданием, - протянул Волдеморт с наигранным сожалением.
  По залу раздались тихие подобострастные смешки.
  Сжав пальцы на остром подбородке юноши, Повелитель заставил его запрокинуть голову.
  Склонившись к Драко так низко, что София всерьёз стала опасаться, как бы дядюшка не поцеловал её жениха, Лорд пристально глядел в серые, дымчатые глаза, из которых этот взгляд словно стирал всякое выражение.
  Глаза Хорька сделались пустыми, точно стеклярус. Из носа черным маслянистым ручейком потянулась кровь.
  - Милорд... - жалобно начала, было, Белла. Но осеклась.
  - Простите, сэр, - сквозь зубы, с явным усилием, прорычал Малфой. - У меня не хватило мужества убить старика...
   - Он просил тебя о пощаде? - допытывался Лорд. - Молил сохранить ему жизнь?
  Их лица почти соприкасались.
  София почувствовала, что вот-вот завизжит от ужаса и напряжения, витавшего в комнате. Она не до конца понимала, что происходит, но интуиция, опыт и логика твердо стояли на том, что - ничего хорошего.
  - Нет... - закашлялся Драко. - Нет...
  Голос его звучал тускло, приглушенно и хрипло. Он часто-часто дышал:
   - Профессор Дамблдор, он... принял смерть, как полагается мужчине... со спокойным достоинством. Может быть, он и был старым недоумком. Но, во всяком случае... храбрым... и сильным недоумком. Хотел бы я иметь хоть четверть его мужества...
  Волдеморт с такой силой ударил парня затылком об стену, что, когда Драко сполз вниз, на ней остался кровяной след.
  На какое-то время в зале повисла драматическая напряжённая густая пауза: Снейп удержал занесённую для очередного удара руку Повелителя.
   - Как ты смеешь?! - вкрадчиво поинтересовался Тёмный Лорд с пугающей мягкостью.
  - Милорд, Драко всего лишь сказал правду. Позволите?
  Извлекая из безразмерной, вечно летящей за ним вдогонку мантии, сосуд из прозрачного стекла, Снейп опустился на колено рядом со своим учеником.
  Тот, как сполз по стенке, так и не думал подниматься. Сидел, привалившись к ней спиной.
  Приставив палочку к виску юноши, зельевар несколько томительно длинных секунд удерживал её, пока она обрастала чем-то, похожим на длинные белые нити, на сахарную вату из маггловского цирка.
  Закончив процедуру, профессор с легким поклоном протянул сосуд Волдеморту.
  Черные глаза бесстрастно выдержали поединок с полыхающими адским пламенем в очах полудемона.
   - Вы же не хотели бы, чтобы мы лгали вам, милорд...?
  Волдеморт, словно в раздумье, помедлил какое-то время, а затем сделал взмах рукой и тонкий стеклянный сосуд сам собой оказался в его пальцах.
   - Я обдумаю твое предложение. А пока - можешь забрать это, - Волдеморт жестом указал на Драко.
  Снейп легко подхватил парня на руки, словно мальчишка весил не больше тряпичной куклы, и исчез с ним где-то в задних комнатах.
  - Прикажи эльфам накрывать праздничный стол, - обратился Волдеморт к Белле. - Будем праздновать победу, - усмехнулся он. - Да, ещё, - в память о нашем Серебряном Лисе пусть ко всему прочему обязательно подадут лимонные леденцы.
   Темный Лорд, мазнув взглядом по Софии, небрежно бросил ей через плечо:
  - Следуй за мной.
  Возражать не имело смысла.
  Как только дверь за ними захлопнулась, Реддл оберулся:
   - Крестраж! - потребовал он.
  Запустив руку в карман, девушка с облегчением обнаружился там, где она его и оставила, золотой медальон на тонкой цепочке.
  Волдеморт резко выдернул его из девичьей ладони и, прищурившись, рассматривал какое-то время. Потом швырнул об стену, сопровождая сие действие грязным ругательством.
   - Почему он оказался у тебя, когда должен был быть у Поттера!? Вот за что всегда недолюбливал борцов Света, - за полное отсутствие мозгов!!! Преодолеть такие препятствия и - запамятовать то, зачем, собственно, шли?! Оставить такой ценный трофей у бабы?! Мерлин! Недоумки!
  Темный Лорд метался по комнате, словно тигр в клетки.
  Под его взглядом Софии захотелось немедленно дезапарировать.
   - Ладно. Позже найду способ подсунуть его мальчишке. - Темный Лорд сделал несколько шагов, приблизившись к ней. - Посмотри на меня, - велел он.
  София, всхлипнув, подняла глаза на пугающее до дрожи лицо демона. В нём не был ни единой черточки, которую можно было бы посчитать красивой, пусть даже с натяжкой. Но вот парадокс: стоило присмотреться, существо начинало завораживать. Как он это делает? Чарует же, не смотря на уродство!
   - Ты боишься меня? - нахмурившись, спросил Темный Лорд таким тоном, словно его и впрямь это заботило.
   - Н...нет, - ответила девушка дрожащим голосом, вновь опуская ресницы.
   - Тогда почему избегаешь моего взгляда? - даже в тоне чудовища слышалась насмешка. - Я же чувствую твою внутреннюю борьбу. Чего ты боишься? Боли? Или смерти?
  София не нашла, что ответить. Наверное, понемногу и того, и другого. И ещё чего-то, что пока невозможно обличить в слова.
   - Знаешь что? - продолжил Повелитель сладким, как мармелад, голосом. - Я готов признать, что ошибался по поводу твоего выбора: ты прекрасно впишешься в клан Малфоев. Такая же жалкая, никчемная. То, что ты охотно предала бы меня, появись у тебя такая возможность...будь эта возможность безнаказанной... конечно, это плохо. Ещё хуже то, что, будучи всем сердцем на стороне Ордена, ты и пальцем не шевельнула для них. Слабачка.
  Софии хотелось крикнуть, что она никого не предавала. Что, следуя за Дамблдором, фактически выполняла приказ дяди. Она не желала Дамблдору победы. Так же, как не хочет её теперь для Волдеморта.
  Но и смерти ни одного из них она тоже не хотела!
  В глазах Темного Лорда сие, наверное, и вправду, слабость? Возможно, София действительно слаба. Но она - не предатель. Нет! Она никого не предавала, потому что не принимала ни чьей стороны. Ведь правда?
  Но перед глазами, как укор, как опровержение всем её доводам, вставало спокойное, понимающее, всепрощающее лицо Дамблдора в тот момент, когда Снейп проезнес смертельное проклятье.
   Лицо совести, угодливо отброшенной в сторону ради выгоды. Выгода остаться в живых в этой чужой для неё войне.
   - Вот-вот, - ухмыльнулся Волдеморт. - Мою сторону ты не желаешь принимать из убеждений. Сторону Ордена Феникса не принимаешь из трусости. Ты истинно 'та, кому не следует доверять'. Люциус, в итоге, окажется доволен. Вместо кары я, кажется, приподнес ему подарок? О! В тебе куда больше от Мраксов, чем я думал. Чем ты сама полагаешь, деточка: изворотливая, расчетливая, одаренная ведьма. Ты могла бы стать украшением нашего рода, не будь ты слабачкой. Но что поделаешь? - презрительно передёрнул плечом Темный Лорд. - Кровь магглов в нескольких поколениях дает о себе знать. Последний факт ничего не меняет: нам придется работать вместе. Так ты готова послужить мне, дорогая племянница? - усмехнулся Волдеморт.
   София нахмурилась, сведя брови, мучительно пытаясь сообразить, о чем пойдет речь.
   - Какая разница? Вы же сами говорите, что выбора все равно нет?
   - А зачем так легко мне верить? Доверчивость, - отличная черта для гриффиндорца. Но никудышная - для слизеринца. Тебе следует научиться думать самой. Итак, я спрашиваю тебя снова: ты будешь служить мне?
   - Я...
   - Да? Или - нет? - сталью зазвучал тихий голос.
  - Я не готова стать убийцей, как вы того требуете от ваших людей...
   - Вообще-то, если я того потребую, тебе придется сделать и это тоже. Ты будешь подчиняться мне беспрекословно, София. Во всем. Мы уже выяснили однажды, что ты не любишь игры, так что в наших развлечениях, так и быть, можешь не участвовать. Не хочешь развлекаться - на твою долю останутся дела. Договорились?
  София не очень уверенно кивнула, опасаясь, что иной ответ может повлечь за собой высочайший гнев со всеми вытекающими последствиями.
  Она не видела смысла геройствовать. Не из-за чего было. Возможное убийство - когда оно ещё будет? Вот когда вопрос встанет ребром, тогда и...
   - Софья, Софья! - пожурил Волдеморт, - Тебе не следует притворяться Асторией Гринграсс, перешедшей на Темную Сторону. Тебе нужно действительно перейти. Окончательно и безаговорочно - я не терплю половинчатости и двоеверия. Совсем как известный тебе персонаж из Библии, верно?
  София почувствовала, как у неё дрожат пальцы.
  - Подумай, София: ведь в глубине души ты не хочешь, чтобы, какими бы мы не были - Белла, Рабастан, Антон, Скобияр или я, - навсегда исчезли? Разве ты желаешь мне смерти? Разве ты можешь её для меня желать?
   - Но Дамблдору я желала её ещё меньше! - вскричала возмущенная этой игрой в кошки-мышки девушка. - Я ненавижу вашу войну! Эту 'возню в магической песочнице', как называет её Властелина! Она - бессмысленна, ваша война! Со всей её борьбой за права чистокровных!
   - Ты ошибаешься, - горячо возразил Волдеморт. - Войны лишь на первый взгляд кажутся бессмысленными. На самом деле смысл есть, и он всегда один и тот же. Любая война есть не что иное, как банальная драка за власть. Все остальное - лозунги, идеи, и прочие, и прочее, и прочее - всего лишь бутафория. Или буффонада, если угодно.
  Всё как всегда просто: я хочу власти и поэтому воюю с Орденом Феникса, считающим, что я этой власти не достоин. По той же причине мы по разную сторону баррикад с прогнившим, впавшим в детство и заигрывания с магглами, Министерством. Я хочу власти, и потому терплю вокруг себя весь этот дешевый сброд, потворствую их грязным инстинктам, - я собираюсь въехать на их хребтах к обедне.
  Слизерины всегда, так или иначе, имели эту самую власть, к которой я столь яростно вожделею. Помоги мне достичь власти, София, и я не забуду этого. Тем более, что мы с тобой в тесном родстве.
   Та права: это - не твоя война. Ты в ней всего лишь пешка.
  Но для этой пешки будет лучше, если она станет поддерживать меня, а не друзей мертвого Дамблдора.
  
Оценка: 8.43*7  Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Гатаулин "Вирусапиенс" Е.Звездная "Хелл.Обучение наемницы" Е.Малиновская "Демон-хранитель. Сделка" А.Флим "Я - лорд звездной империи" А.Кувайкова "Друзей не выбирают. Эпизод 1" А.Вербицкий "Испытания на прочность" И.Сафина "Принц для роскошной женщины" А.Илларионова "Оборотни Его Величества" М.Князев "Полный набор-5. Бог Дракон" А.Баренберг "Вторым делом самолеты. Выйти из тени Сталина!" В.Гвор "Прорыв выживших. Враждебные земли" Ю.Скуркис "Роковое наследие" А.Радов "Изгой: Начало пути" В.Горъ "Граф-3. Клинок его Величества" В.Хватов "Ядерная осень" А.Валерьев "Объект Родина" В.Коротин "Броненосцы победы" Я.Денисенко "Закон сильного" О.Виноградова "Непристойное предложение" М.Михеев "Путь домой" Е.Никольская "Мой огненный и снежный зверь" О.Шовкуненко "Оружейник-2. Бой без правил" В.Поляков "Чернокнижник" О.Говда "Рыцарь" Ю.Иванович "Лиходеи Апокалипсиса" Н.Кузьмина "Летящая против ветра" В.Поселягин "Я - истребитель"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"