Аннотация: Хотите узнать, чем чревато гадание на зеркалах в Рождественскую ночь?.. ;) Рассказ из будущей серии: "Ужасы нашего двора".
Нелли
(Страшная рождественская сказка для взрослых мальчиков и девочек)
По воле случая Нелли была сиделкой. Четвёртый год подряд она жила в квартире совершенно посторонней бабки. Пожизненная забота Нелли в обмен на квартиру после смерти старухи. Обычное дело.
Необычным было то, что проводить на улице Нелли могла только два часа в день. Перед этим условием девушку поставили после того, как в отсутствие Нелли бабка поскользнулась и сломала шейку бедра. Месяц в больнице превратил старческий страх перед одиночеством и болью в настоящую фобию.
Учёба накрылась медным тазом. Если раньше Нелли получала стипендию, теперь она полностью зависела от бабкиной пенсии. Счастья ей это не прибавляло.
Вообще, если сначала она воспринимала всё это как забавное приключение, даже игру в детство с проживанием у бабушки в деревне, то со временем всё изменилось к худшему.
В двухкомнатной квартире было скучно. Телевизор она не смотрела принципиально. Когда начинались бабкины сериалы, Нелли выходила на застеклённый балкон и сидела там, разгадывая сканворды. В остальное время играла на фортепьяно или сидела за столом и писала в толстую зелёную тетрадь стихи и рассказы.
Свободного времени было много, но это не отменяло её обязанностей как сиделки.
Старость... Нелли считала, что нет болезни хуже старости. Бабка, слава Богу, не ругалась (спасибо и на этом!), но два её недостатка сводили Нелли с ума. Медлительность - и говно. Конечно, были и другие недостатки вроде вставной челюсти и покрытых грибком ногтей-когтей на ногах, однако, по сравнению с первыми двумя, они казались мелочью жизни.
С утра Нелли приносила бабке завтрак в постель. Полтора часа та, прерываясь на сон, по очереди запихивала в себя чай, кашу и таблетки. Затем наступал черёд мытья-из-тазика, одевания, и бабка ползла в туалет... А потом на кухню, слушать радиолу и болтать по телефону с соседками. На улицу после перелома выходить отказывалась.
Нелли убиралась и уходила в свою комнату, где оставалась до обеда. Дальше всё повторялось с небольшими вариациями: бабкин обед, туалет, дневной сон (для Нелли этот перерыв был возможностью выйти хотя бы в магазин)... Чай, радиола, ужин, телевизор, туалет, постель...
Говно. Это было то, что заставляло Нелли ненавидеть бабку в глубине души по-настоящему. Говном провоняла не только сама бабка, но и вся квартира. Как Нелли ни старалась вовремя чистить и убирать, каждый новый день приносил с собой новое дерьмо.
В туалет бабка ходила самостоятельно, но каждый визит к белому другу оставлял под её ногтями коричневые полоски. Она умудрялась заляпывать одежду, пачкать руки и лицо, хотя рукомойник в совместном санузле был. Пачкала скатерть и свежепостеленные простыни. Но хуже всего было, когда она роняла говно на пол, сослепу наступала в него и щедро красила ковролин на своём пути в кухню...
"Не хочу быть старой!" - думала Нелли, повязав лицо платком и оттирая говно с ковролина и подошв бабкиных тапок.
В другие моменты, меняя простынь и наволочку взамен постеленных только вчера, она в сердцах желала бабке сдохнуть. Мысленно. Другая пожелала бы и вслух, но в сердце Нелли ещё оставались крохи доброты. Потом она долго плакала у себя в комнате и пила дешёвую валерьянку.
***
Нелли развлекалась, как могла. Живя, словно в тюрьме, взаперти четырёх стен, развлекаться необходимо. Иначе слетишь с катушек и не заметишь. Кроме игры на пианино и толстой тетради, в её жизни попеременно сменяли друг друга: вышивка, балконный огород, травяные сборы, "театральные представления", открытки из подручных материалов, и так далее.
Но к концу этого года заняться было решительно нечем. Новый Год обещал стать поводом для слёз с последующей депрессией, а бабкины предложения украсить квартиру выходом не стали. Фонарики на гирлянде перегорели, бумажные цепи не хотели держаться на вбитых в обои гвоздях и вместе с ними валились на пол. Ёлку поставить было некуда - да и, откровенно говоря, денег на неё не хватило. И если бы одна из соседок не вспомнила о традиционном русском развлечении - рождественских гаданиях... Да, если бы она не вспомнила и ничего не сказала Нелли, всё пошло бы по-другому.
А пока она только радовалась, перечитывая в одолженной пожелтевшей газете рецепты ворожбы.
***
Способ гадания в католическое (ждать православного слишком долго!) Рождество Нелли выбрала не сразу. "Самое страшное и будет самым верным!" - наконец, подумала она.
- Гадание на куриных костях, на украшениях, на туфле, на блюдечке... Ага, вот! Гадание в чёрной бане. Это интересно! - бабка спала в соседней комнате, а Нелли сидела, закрыв дверь своей, при свечах и тихой музыке, лившейся из взятой с кухни радиолы, и шёпотом читала вслух.
- Понадобятся два зеркала, большое и поменьше... Отлично, большое как раз висит над столом, а маленькое сгодится то, что для макияжа... Две свечи, белая тряпочка... Распустить волосы и гадать после полуночи (тут она взглянула на часы, стрелки показывали без четверти полночь). Успею? Должна бы... Что тут ещё пишут? Гадать только в бане, дома запрещено... Ерунда! Я не суеверная! Зеркало помутнеет... Запрещено оборачиваться, делать резкие движения, ахать и охать... Как будто кто-то собирается! (Нелли нетерпеливо ёрзала на месте). Перед гаданием поститься три дня... Бред!.. Всё, начали!
Она вскочила и, сгорая от нетерпения и сладкой разлившейся под сердцем жути, кинулась в прихожую - за маленьким зеркальцем и белым шарфом. Между тем, радиола доиграла последнюю песню, и всё смолкло, наполнилось плотной тягучей тишиной, предвкушением мрака...
Стараясь действовать по возможности быстро, Нелли протёрла зеркала и установила одно против другого.
- Нет, удобней будет взять в руки... - решила она через минуту.
Подняв с пола меньшее зеркало, девушка уселась таким образом, чтобы от угла его наклона из отражений образовался длинный зеркальный коридор. Сама Нелли очутилась посреди "коридора", а две свечи по краям зеркал превратились в длинную анфиладу огней, освещавших потусторонний проход. Белый шарф она оставила лежать на раме большего зеркала, чтобы в случае чего мгновенно закрыть коридор.
Часы медленно пробили полночь.
- Суженый, явись!.. - шепнула Нелли и задержала дыхание, чтобы поверхность зеркала не запотела. Атмосфера пробирала её до дрожи.
Она пристально вглядывалась в глубь коридора. Освещённый только свечами, он казался ей торжественным и зловещим, и уходил далеко-далеко, заканчиваясь где-то за её спиной. Нелли старалась не смотреть на своё отражение - один только раз она взглянула на себя и тут же отвела глаза, таким ведьминским, благодаря игре теней, стало её лицо. Она сидела так, чтобы видеть сам коридор и того, кто пройдёт по нему.
"Интересно, он придёт или просто откуда ни возьмись встанет за моей спиной?" - подумала Нелли, и её сердце ёкнуло. Как тихо и страшно: ни тиканья часов, ни привычного уличного шума за окном. Зеркальный коридор словно поглощал все звуки...
Она не знала, сколько просидела так, устремив немигающий взгляд в точку, где зеркала сходились в одно целое. Может быть, полчаса или час, потому что больше она не чувствовала своего тела, и даже мысли постепенно уплывали, оставляя за собой только ожидание. Ноги, которые Нелли поджала под себя, совершенно онемели, а пальцы, которыми она держала одно из зеркал, уже готовы были разжаться, когда ей вдруг показалось, что внутри коридора что-то мелькнуло.
- Суженый, явись... - повторила она, но шёпота не вышло. Может, потому, что она боялась спугнуть неожиданное видение. Губы шевельнулись и снова сомкнулись, сухие и горячие.
Нелли облизала их, и этим стряхнула охватившее её оцепенение. Страх ушёл, осталось только любопытство и ощущение полной нереальности происходящего. Прищурившись, она наклонилась ближе к зеркалу, но тут же, осознав, что заслоняет его собой, отодвинулась дальше.
Да. Там, внутри, определённо кто-то был. Тень из глубины коридора быстрыми скачками приближалась к Нелли. Это подтверждали и внезапно замерцавшие огни, будто резкие порывы ветра оттуда желали избавиться от источника всякого света.
"Это он?" - спросила она мысленно. Тень колыхалась, мешая разглядеть свои очертания. Её стремительные броски посеяли в душе Нелли сомнения. Тень не была похожа на мужчину. Даже на человека. Но, как ни странно, страх не возвращался.
Что делать? Нелли решила, что не хочет, чтобы тень приблизилась. Вспомнив о шарфе на большом зеркале, она потянулась, чтобы набросить его на стеклянную поверхность, но тут одеревеневшие от усталости пальцы наконец выпустили маленькое зеркало. Оно упало на пол и треснуло. Зеркальный коридор исчез.
***
Практически одновременно с маленьким зеркалом разбилось и большое, которое теперь отражало только отпрянувший силуэт Нелли и большой шкап у стенки. Блестящая поверхность лопнула с фонтаном мелких осколков - и Нелли готова была поклясться, что кто-то ("Или что-то!" - в панике подумала она) разбил его изнутри. Из бывшего потустороннего коридора.
Ноги не слушались её. Онемевшая кожа пошла тысячью мелких иголочек, когда Нелли пыталась подползти ближе и всё-таки набросить на большое зеркало белый шарф. Она не чувствовала, как ползёт по осколкам, и они впиваются в колени. Пошла кровь, но девушка не заметила и этого. Трясущимися руками, с третьей попытки ей удалось закрыть их - десятки своих отражений в трещинах - кашемировой тканью.
Потом она подползла к кровати и с закрытыми глазами облокотилась на её спинку.
"Всё кончилось! - убеждала она себя мысленно. - Никогда больше не буду гадать. Никогда..."
...Из коридора донёсся звук. Первый звук в этой гнетущей тишине. Нелли вздрогнула и открыла глаза. Это из подъезда, наверняка. Скребущий звук повторился: он шёл не из подъезда. Ей нужно было подняться, включить свет и выйти в коридор. Мысль об этом заставила Нелли похолодеть.
- Нет! - сказала она. - Я не буду этого делать. Я не глупая жертва монстра из фильма ужасов. Я позвоню в полицию!..
Отличная здравая мысль.
Чтобы добраться до телефона, нужно было пройти в кухню через коридор.
Нелли застонала.
Звук раздался снова. Она не могла больше сидеть и ждать. Если она не хотела стать жертвой, оставаясь в своей комнате, нужно было действовать прямо сейчас.
Ощупав ноги, Нелли убедилась, что онемение прошло, и она может встать. Попавшиеся осколки зеркала она равнодушно убрала. Нелли не боялась крови. С ранками и царапинами она разберётся позже.
Протянув руку, Нелли взяла с пола свечу и, поднявшись на ноги, направилась к выключателю.
Щёлк! Лампочка под потолком вспыхнула и тут же погасла. Перегорела. Дешёвые лампочки часто попадаются с дефектом. Следующий выключатель находился в конце коридора.
Нелли коротко всхлипнула. Она всё больше ощущала себя персонажем фильма ужасов. Но, к сожалению, не главной его героиней.
***
Очутившись в коридоре, Нелли снова услышала этот ужасный звук. Клацанье когтей по полу. Она уже слышала подобный звук намного раньше, когда жила в пригороде, в доме с деревянным полом. Тогда у них была собака, помесь овчарки с колли. Когда ей удавалось вбежать за кем-нибудь в дом, деревянный пол отзывался на собачьи лапы такими же звуками. Однако теперешнее клацанье звучало гораздо громче.
Но в коридоре деревянного пола не было! Он весь был покрыт ковролином. А деревянный пол был только в кухне и... и - в бабкиной комнате. Нелли только сейчас поняла свою ошибку. Звук доносился из второй - закрытой - комнаты, где (она вспомнила это только сейчас, и по коже побежали мурашки) стояло огромное зеркальное трюмо.
Она быстро задула свечу. Интуиция говорила, что свет только привлечёт внимание... Совершенно ненужное сейчас внимание - чьё? Нелли не знала и не хотела знать. Она просто быстро прокрадётся в полной темноте по коридору в кухню и наберёт заветный номер. Потом закроется там же, в кухне, и будет ждать. Пока они приедут и выломают входную дверь. А потом пусть сами разбираются с тем, что издавало этот странный звук из бабкиной комнаты. Нелли не собиралась - нет, абсолютно не собиралась туда соваться!
Стараясь ступать бесшумно, Нелли на цыпочках сделала первый шаг и замерла. Второй - и снова замерла. Наверное, со стороны она выглядела смешно, как в одном из этих театральных представлений, где всё было искажено и утрировано донельзя. Её это не волновало. Главное, чтобы никто не увидел... и не услышал её шагов.
Коридор проходил мимо двери в бабкину комнату, и Нелли уже почти миновала её, когда из комнаты пришёл следующий звук - не такой, как предыдущие. Звук рвущейся материи, сопровождаемый протяжным всхлипом, словно кто-то потянул за длинную полосу тяжёлой мокрой ткани. Следом за ним что-то коротко булькнуло и затихло. Нелли закрыла глаза. Ей показалось, что она приросла к полу напротив этой проклятой двери. Она была уверена, что темнота в бабкиной комнате знала ВСЁ. И то, что Нелли стоит здесь в позе манекена, держась одной рукой за стенку, тоже. Её смерть - только вопрос времени. Ни полиция, ни плотно закрытая кухонная дверь не спасут её от того, что там скрывалось.
Рвущие звуки возобновились, теперь к ним присоединились и глотательные. Назвать их чавканьем было невозможно. Перед внутренним взором Нелли возникла громадная пасть, в которую с лёгкостью могла поместиться рука... или даже нога. Через мгновение из пасти закапала слюна. А может, это была кровь, капавшая с кровати на деревянный пол.
Усилие воли, заставившее её сделать ещё один шажок вперёд, практически исчерпало и силы, и решимость Нелли. Какая кухня, какой телефон!.. Надо бежать отсюда. Входная дверь всего в паре метров... Закрытая на два лязгающих замка и ключ. По щеке Нелли поползла вниз горячая слезинка.
"Я не хочу умирать! Я слишком молодая, чтобы умереть здесь и сейчас!" - упрямо сказала она себе.
В бабкиной комнате тоскливо заскрипели пружины кровати, принимая на себя прыжок массивного грузного тела. Звуки...
Она сбежит, пока оно занято трупом, решила Нелли. В том, что бабка мертва, она уже не сомневалась. Два прыжка до двери, открыть наощупь замки, быстро достать из кармана и провернуть три раза ключ - и выскочить на залитую светом лестничную площадку. Там она будет спасена. Нелли была уверена, что оно боится света.
***
...Два прыжка до двери...
Звуки неожиданно смолкли. Оно прислушивалось.
...С невыносимо громким лязгом ей удалось сбросить цепочку, открывавшую первый замок...
Под его прыжком одна из деревянных досок проломилась.
...Второй замок...
Когти клацнули по дверной ручке, прогибая её вниз.
...Достать ключ из кармана...
Дверь бабкиной комнаты открылась.
...Нащупать замочную скважину и попасть в неё ключом...
Ковролин в коридоре сделал его шаги бесшумными.
...Провернуть один, два, три раза...
Оно подкрадывалось как большой, невидимый в темноте хищник.
...Открыть дверь!..
Прыжок.
***
- Двойное убийство, - уныло констатировал участковый, закончив осмотр вместе со следователем три часа спустя. - Граждане, да разойдитесь уже! (обступившим дверь соседям) Спать давно пора.
- Да как же разойтись? - спросила пожилая соседка. Та самая, что одолжила Нелли газету. - Кровищи-то вон сколько. Маньяк, небось, орудовал! Как тут спать спокойно?!
Участковый безнадёжно махнул рукой, вышел вслед за медиками из квартиры и хлопнул за собой дверью.
- Ты видел эти раны? - сказал он следователю уже в машине. - Такое впечатление, что и бабку, и девчонку терзала горилла. Или тигр какой-нибудь... Проверить зоопарки, что ли?
Следователь покачал головой.
- Забей на это дело, Кузнецов, - сказал он, глядя в окружавшую дом темноту, где не горел ни один фонарь. - Точно тебе говорю. Забей.
***
В ванной комнате опустевшей квартиры треснуло последнее зеркало.