Арста: другие произведения.

Против течения

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурс LitRPG-фэнтези, приз 5000$
  • Аннотация:
    О тех, кто плывет по течению, не пишут книги и не слагают песни. Только о тех, кто плывет против. Лони никогда не мечтала стать героиней. Она хотела спокойно жить и работать. Но слишком много желающих заполучить в своё распоряжение талантливого интуита...
    Обновление 27.04.2018
    Временно заморожено


   1
   Затхлость и запустение. Пыль, паутина, пустота. Крикни - и гулкое эхо отзовётся в комнатах, лишённых не только ковров и занавесок, но и мебели. Я потеряно стояла посреди большой комнаты, в ужасе глядя на голые стены: из дома было вынесено все вплоть до последней табуретки, а со стен содрана обивка.
   В горле запершило, в носу подозрительно засвербело, и я самым неприличным образом зашмыгала носом. Разумеется, от пыли - Аррованы не плачут.
   Хлоп. Хлопнула входная дверь, которую я не стала за собой запирать. Ворвавшийся в комнату ветер закружился, вздымая в воздух пыль, а следом за ним, без задержек миновав пустынный холл, ворвалась тётушка Фая, почти такая же, как я её помнила. Разве что морщин на круглом лице добавилось, как и седины в тёмно-каштановых волосах. Её нелепая соломенная шляпка съехала на бок, на левой руке красовалась перчатка для работы в саду, правой она сжимала метлу - видно было, что соседка, заметившая приоткрытую дверь дома, бросила всё и отважно бросилась спасать остатки моего имущества.
   - Что это ты здесь делаешь милочка? - с подозрением спросила женщина. - Воровка что ль?
   От такого вопроса я на мгновение опешила, а потом рассмеялась:
   - После почтенного опекуна ворам здесь делать нечего, тётушка Фая!
   Соседка недоверчиво посмотрела на меня, а затем расплылась в улыбке:
   - Лони, ты!
   - Я, тётушка, кто ж ещё!
   - Дай-ка я посмотрю на тебя, моя милая! - с этими словами она подошла поближе и принялась придирчиво осматривать меня от кончиков туфелек, выглядывавших из-под подола уже слегка запылённого дорожного платья, до кокетливых локонов, украшавших мою голову по последней столичной моде.
   - Хороша! - вынесла она вердикт после минутного осмотра. - Вся в покойную матушку! Настоящая столичная штучка! Каким же ветром тебя в нашу глушь занесло?
   - Да я, тётушка, - стараясь звучать беззаботно, ответила я, - закончила Институт Изящных Искусств, думала работать пойти. Только ту работу, что предложили, я не хочу, а ту, что хочу, не предложили. Вот и вернулась сюда...
   - А замуж ещё не собираешься? - с хитрым прищуром спросила Фая.
   - Да кто ж меня с таким приданым возьмёт? - я жестом указала на разорённую комнату. - Кир Хинто позаботился. Чудо ещё, что сами стены не продал.
   - Ах он, смесок мокрицы с водяной крысой! - эхо разнесло по дому пронзительный голос соседки. - Ах он, пузатый бурдюк на ножках!
   Костерила моего опекуна тётушка Фая долго и со вкусом, так что я даже невольно заслушалась. Прервал её стук. Кто-то барабанил по дверному косяку.
   Я громко чихнула и направилась в холл, следом за мной с метлой наперевес зашагала соседка.
   На крыльце у открытой двери, не делая попытки войти, стоял рыжий парень в синей ливрее с жёлтой оторочкой - униформе посыльных государственной канцелярии.
   - Кирия Аррован? - спросил он, с нагловатым любопытством рассматривая меня.
  ____________________________________________________________________________
  Кир - обращение к уважаемому человеку торгового сословия
  Кирия - обращение к незамужней девушке торгового сословия
  ____________________________________________________________________________
   - Лерия Аррован, - сухо поправила я.
   - Вам извещение, лерия, - сказал парень, протягивая мне конверт и разлинованный лист, в котором стояла только моя фамилия. - Распишитесь в получении.
   Я приняла извещение и аккуратно расписалась.
   - Благодарю, - сказала я, вернув лист посыльному, и повернулась, чтобы войти в дом.
   Посыльный за моей спиной неловко кашлянул.
   - Что ещё, кир? - подчёркнуто вежливо спросила я, вновь обернувшись к нему.
   Тот покраснел - до "кира" ему ещё расти и расти - но всё же выдавил из себя:
   - Ммм, лерия Аррован, за усердие бы хотя бы пяток медянок подбросить...
   Я удивлённо подняла бровь.
   - О чём вы говорите, кир? Медянки? За услуги государственному служащему при исполнении обязанностей? На каторгу меня хотите отправить? Вы случайно не в Службе Контроля подрабатываете?
   При упоминании Службы Контроля, полностью именовавшейся Императорской Службой Контроля за соблюдением благочиния, парень побледнел.
   - Что вы, что вы лерия! Вы меня не так поняли!
   - Надеюсь, что не так, - сухо ответила я. - Всего доброго.
   И вновь повернулась к дверям. На этот раз останавливать меня никто не стал - посыльный умчался прочь со всей скоростью, на которую были способны его длинные ноги.
   - Зря ты так, девочка, - укорила меня соседка, - уж пятачок могла бы дать ...
   - Это за "кирию"-то? Нет, тётушка, за хамство следует наказывать. К тому же, - вздохнула я, -у меня в кошельке хорошо, если десяток серебрянок остался.
   - Как же так, девочка? - удивилась Фая.
   - Так, как и всё, тётушка, - ответила я, взламывая конверт с извещением. - Стараниями кира Хинто.
   Пробежав глазами по строчкам извещения и машинально отметив, что почерку местного письмоводителя могли позавидовать даже столичные чиновники, я тяжело опустилась на крыльцо.
   - Что с тобой, девонька? - всполошилась соседка.
   - Я недооценила кира Хинто. - мрачно ответила я. - Он умудрился заложить даже стены.
   Я смотрела на извещение, поражаясь проворству кредитора, сумевшего за полчаса, прошедшие с моего появления в городе, добраться до судьи и зарегистрировать у него требование о погашении предъявленного к взысканию векселя. Векселя, выпущенного от моего имени ушлым опекуном.
   Срок погашения векселя, о котором я и не подозревала, истек три недели назад - через неделю после моего совершеннолетия. И теперь кредитор требовал в трехдневный срок вернуть деньги либо передать ему в собственность обеспечивавшее долг имущество - дом с прилегающими постройками.
   Тётушка Фая выхватила из моих рук извещение и, прочитав, охнула:
   - Десять тысяч злотников? Что ж это делается?!
   Ни разу не повторившись, в течение добрых пяти минут соседка осыпала моего опекуна ругательствами, самым мягким из которых было "кривоногий выхухоль в человеческом обличии". А потом разом, словно сдувшись спросила:
   - Что ж ты будешь делать, Лони?
   Я на мгновение задумалась, а потом улыбнулась:
   - Для начала одолжу у вас швабру с тряпкой, тётушка.
  
   Шваброй я орудовала с такой злостью, словно передо мной была не пыль, а лично кир Хинто. Или лер Отмин, младший контролёр Службы Контроля...
  ____________________________________________________________________________
  Лерия - обращение к незамужней девушке благородного сословия
  ____________________________________________________________________________
  
   Вызов к декану в неурочное время - посреди лекции - меня удивил и встревожил. Войдя в кабинет и обнаружив за столом вместо кира Лаяса эскашника, как в просторечии называли служащих Службы Контроля, я замерла у двери в надежде, что секретарь декана что-то напутал.
   - Добрый день, лерия Аррован, - произнес сидевший. - Кир Лаяс пригласил вас по моей просьбе. Проходите.
   - Добрый день, лер младший контролер, - сухо поздоровалась я, усаживаясь в неудобное кресло "для посетителей".
   За несколько шагов, отделявших дверь от стоявшего у стола кресла, я успела из-под опущенных ресниц рассмотреть эскашника.
   В каждой чёрточке гладкого, до синевы выбритого лица чувствовалась порода. Художественный беспорядок на голове - представляю, сколько времени потребовалось камердинеру, чтобы добиться нужного результата - добавлял бунтарскую нотку к аристократическому изяществу. Завершал романтически-загадочный образ скучающе-томный взгляд поверх чуть спущенных на нос дымчато-зелёных стёкол очков в тонкой серебряной оправе. Образ денди, оказавшего честь своим присутствием светскому салону.
   Сейчас на денди был не модный сюртук, а мундир Имперской Службы контроля за соблюдением благочиния. Синий мундир с зелёными обшлагами, полагающимися контролёру самого низшего - пятого - ранга, сшит был, однако, не из рекомендованной уставом Службы дешёвой ткани, а из шерсти с примесью шёлка. А пуговицы с гербом Империи были не медными, а золотыми. Неуставный мундир был новеньким. С иголочки.
   Судя по всему, эскашник был типичным представителем "золотой молодёжи", только что получившим должность благодаря родственной протекции.
   - Лерия Аррован, - рука свежеиспечённого чиновника легла на лежавшую перед ним на столе кожаную папку с золотым обрезом, - я хочу вас поздравить.
   Он сделал паузу, подчёркивая торжественность момента.
   - Вот как. И с чем же? - холодно осведомилась я.
   - Вам оказана высокая честь. Вы с первого дня лета зачислены в Императорскую Службу Контроля за соблюдением благочиния с окладом в тридцать золотых.
   Он достал из папки контракт и протянул мне.
   - Подпишите вот здесь, лерия.
   Я удивлённо взглянула на юнца в мундире. Неужели он всерьёз думал обмануть интуита?!
   Приняв контракт из его рук, к перу не притронулась. Вместо этого села в кресле поудобнее и любезно улыбнулась:
   - Первое, лер младший контролёр, чему учат на курсе правоведения, это не подписывать документы, не читая.
   - Но... - растеряно протянул лер.
   - Вы же не откажете мне в праве изучить контракт? - спросила я ещё любезней.
   Судя по всему, красавчик охотно отказал бы, но не мог.
   А контракт оказался интересным. Крайне интересным. Быстро пролистав его, отметила наиболее важные моменты - расторжение только по инициативе Службы, проживание в охраняемом доме, принадлежащем Службе, отсутствие упоминаний о премиях и особых выплатах. И оклад. Оклад в тридцать золотых неплох для выпускницы факультета Интуиции, но уже через пару лет речь пойдёт уже о совсем других деньгах. Нет, так дело не пойдёт. Бумаги с шелестом легли на стол.
   - Я не подпишу этот контракт, лер младший контролер.
   На лице денди появилось недовольно-удивлённое выражение, как у избалованного мальчика, которому няня отказалась дать конфетку.
   - Почему?
   - Меня не устраивают условия.
   - Но это же стандартный контракт Службы!
   Я поморщилась. Не люблю, когда мне так откровенно лгут. И встала, холодно взглянув на собеседника.
   - Всего доброго, лер младший, - я сделала паузу, подчеркивая звание, - контролер.
   - Но вы... Вы не можете отказаться, - растеряно пробормотал тот.
   - Почему же? Могу. И отказываюсь.
   - Но ваш долг, как представителя благородного рода..., - начал молодой человек, и был резко оборван.
   - Последним представителем рода Аррован, лер, был мой отец. И он выполнил свой долг перед Службой до конца.
   С этими словами я повернулась и пошла к двери.
   - Это по меньшей мере неразумно, лерия Аррован, - донеслось мне в спину. - Вы об этом пожалеете!
   Неразумно? Я лишь усмехнулась. Кажется, молодой человек не знает об интуитах совсем ничего!
  
  Интерлюдия 1. Служба контроля.
  Ковер в кабинете лера Энтоля, контролера третьего ранга, ничем особо не отличался от ковров, лежавших в других кабинетах второго этажа скромного двухэтажного здания на улице Зеленого дельфина. Почему дельфин был именно зеленым никто не знал. Зато все работавшие в особняке знали, что если речь шла о Ковре, то шла она именно об этом образчике ткаческого ремесла. И всеми силами старались избегать встречи с ним.
  Сегодня на Ковер был вызван кир Муэта, младший контролер второго ранга.
  Невысокий, щупловатый, неприметный. Коротко стриженные волосы - то ли чёрные с проседью, то ли седые с прочернью. Щёточка тёмных усов над верхней губой. И маленькие глазки, виновато разглядывающие синие арабески на сером фоне ковра.
  Лер Энтоль представлял полную противоположность подчинёному. Он был мужчиной в теле. Лицо его состояло из приятных глазу окружностей - от первого подбородка, мягко обрамленного намеком на второй, до завитков тёмно-каштановых кудрей над высоким лбом. Казалось бы, при такой внешности хозяин кабинета должен был бы быть милейшим человеком. Но милейшие люди в Службе Контроля не приживаются, и подчинённые прекрасно знали - чем любезней лер Энтоль, тем сильнее он недоволен.
  - Итак, кир Муэта, расскажите мне, почему в третий день лета лерия Аррован ещё не на службе, - голос лера Энтоля прозвучал почти ласково.
  И от того младшему контролёру стало страшно.
  - Ммм, - замялся кир Муэта.
  - Поконкретнее, пожалуйста, кир, поконкретнее, - ещё ласковее попросил лер Энтоль.
  - Она отказалась подписать контракт, лер контролер, - с трудом выдавил из себя подчинённый.
  - Вот как, - протянул лер уже почти нежно, от чего душа кира Муэты окончательно ушла в пятки. - И когда это было?
  - В первый месяц весны, лер контролер.
  - И почему же я узнаю об этом только сейчас? - от задумчивого тона лера Энтоля провинившегося подчинённого охватило желание провалиться сквозь серо-синий ковер.
  - Виноват, - пробормотал младший контролер, - не подумал, что такая мелочь может заинтересовать вас, лер контролер.
  - Вот как, - вновь протянул лер, и от этого 'вот' на лбу подчинённого выступили капельки пота. - Я раздаю поручения, которыми не интересуюсь...И о чем же ещё вы, милейший, думали?!
  Младший контролер промолчал.
  - И чем, по-вашему, кир Муэта, объясняется отказ лерии Аррован?
  - Тем, что за годы, проведенные в Институте Изящных Искусств и Интуиции, преподаватели не смогли вытравить пагубного влияния её неблагонадёжного отца, - проговорил кир Муэта, на мгновение оторвав глаза от ковра.
  Фразу эту он произнёс с таким чувством, что чувствовалось, что она была тщательно отрепетирована.
  - Неблагонадёжного? - приподнял удивлённо бровь лер Энтоль.
  - Да, - подтвердил младший контролёр. - Иначе бы он не был ли...
  - Лер Аррован геройски пал смертью храбрых при выполнении задания Службы Контроля, - оборвал его начальник. - Вы меня поняли, кир Муэта?
  - Да, лер контролер. Понял, лер контролёр. Геройси при исполнении, - забормотал кир.
  - Прекрасно. Тогда перейдём к живым от мёртвых. У вас ведь есть кристалл с записью?
  - Ддаа, лер контролер.
  Дрожащими руками чиновник вынул из-за обшлага мундира большой тёмно-синий кристалл, огранённый с одной из сторон, и с поклоном передал его начальнику. Лер Энтоль, подвинув к себе стоявшую на столе кристалльницу. Тяжёлую подставку из тёмно-зелёного камня с глубоким гнездом для запоминающего кристалла украшала бронзовая фигура крылатого змея - символа Империи. Привычным жестом вставив кристалл в гнездо, лер Энтоль погладил крыло змея, и тут же над столом возникло изображение молодого чиновника, сидевшего за столом.
  Лер Энтоль нахмурился.
  - Это что ещё за красавчик? Почему мундир не по уставу?
  - Лер контролер, это лер Отмин, младший сын...
  - Знаю, чей он сын, - оборвал его контролер. - Почему он один?
  - Зная, какой популярностью лер Отмин пользуется у юных лерий, я взял на себя смелость...
  - Вы меня все сильнее разочаровываете, кир Муэта, - печально проговорил лер Энтоль. - Ну что ж, давай глянем на вашего покорителя дамских сердец.
  Он погладил второе крыло змея, и изображение над столом обрело объём, разрослось, создавая иллюзию присутствия в кабинете декана.
  - Добрый день, лерия Аррован, - донесся голос лера Отмина.
  Несколько минут спустя изображение растаяло, явив глазам кира Муэта крайне задумчивого начальника.
  - Интересно, - протянул лер Энтоль, - что же, вы, кир, не объяснили своему подчинённому, что мундир Службы не освобождает служащего от соблюдения правил вежливости? Например, от необходимости вставать, когда в комнату входит дама?
  Несчастный кир виновато молчал.
  - Скажите, кир, - мягко спросил его начальник, - какой контракт предложили подписать лерии Аррован?
  - Стандартный по форме 2-Эн, - запинаясь пробормотал младший контролер.
  - И что же заставило вас, милейший кир, выбрать для подающей надежды выпускницы факультета Интуиции для неблагонадёжных особ?
  - Я подумал, что пагубное влияние её неблагонадежного о..., - почти прошептал кир Муэта и оборвал себя на полуслове.
  И очень вовремя - лер Энтоль едва сдерживал себя.
  - Довольно! - сухо произнёс он. - Вы очень огорчили меня, кир Муэта. И моё неудовольствие будет занесено в ваше личное дело. Вы понимаете, что это значит?
  - Да, - прошептал бледный, как снег, подчинённый.
  Следующее неудовольствие будет означать немедленное увольнение со службы без выплаты пенсиона за выслугу лет.
  - Ступайте!
  Кир Муэта вежливо поклонился и поспешно, почти бегом, вышел из кабинета начальника. Дверь за его спиной беззвучно закрылась. И тут же распахнулась вновь, пропуская внутрь высокого мужчину в синем мундире Службы с жёлтыми обшлагами. Седина его густых кудрей странным образом подчёркивала молодость его лица, а залихватски подкрученные усики больше подошли бы гвардейскому офицерику, чем солидному чиновнику, каковым должен был бы являться контролёр четвертого ранга лер Сарген Тайтен.
  - Привет, Ран, - с порога заявил вошедший.
  - Привет, Тайт, - кивнул ему хозяин кабинета. - Ты очень вовремя.
  - Да я уж вижу, - усмехнулся Тайт, без приглашения усаживаясь в глубокое кресло напротив лера Энтоля. - Чиновники по коридору на цыпочках от двери к двери перебегают, разговаривают шёпотом, а кир Муэта, кажется, и вовсе забыл, как дышать. Что случилось, Ран?
  - Кир Муэта и случился, - раздраженно ответил лер Энтоль. - Он попытался выставить дураком Отмина-самого-младшего, а выставил меня.
  - А поконкретнее, Ран, поконкретнее? - потребовал Тайт, поудобнее усаживаясь в кресле. - Всё равно, полагаю, исправлять то, что натворил этот умник, придётся мне.
  - Придётся, лер Сарген, придётся, - подтвердил хозяин кабинета. - На то ты и мой чиновник по особым поручениям.
  - Тогда давай по порядку, Ран, - потребовал гость, разом отбросив показушную весёлость. - Что у нас дано?
  - Дана лерия Аррован двадцати одного года от роду, - неторопливо начал лер Энтоль.
  - Аррован... Погоди. Знакомая фамилия. Она, часом, не родня Упрямцу Арровану? - уточнил Тайт.
  - Кроха Аллован, если тебе это что-то говорит.
  - Говорит, конечно, - рассмеялся Тайт. - Я помню ещё, как дамы столичного Управления службы бросали все дела, когда эта куколка там появлялась!
  И, явно передразнивая кого-то, прошепелявил тоненьким голоском:
  - Папа осень занят. Но я большая, и сама знаю, как плавильно! Хосешь скажу?
  - Именно, - усмехнулся лер Энтоль. - Вот только теперь она и в самом деле большая, и действительно знает, как правильно. Только говорить уже не хочет.
  - Интуит?
  - Да. Закончила в конце весны Институт Изящных Искусств и Интуиции. Формально с четвертым рангом.
  - А по факту?
  - По факту, Тайт, у неё может быть и третий. А в будущем, если верить декану факультета Интуиции, она может дорасти до первого.
  - Интуит имперского уровня, - хмыкнул Тайт, - неплохо. Нам нужны такие люди.
  - Вот и лер старший контролёр думает, что нужны. Сегодня на совещании интересовался ею. А что я мог ответить? Что кир Муэта придерживается иного мнения?
  - Не кипятись, Ран. - сказал Тайт. - Разберемся. Что он намуэртил?
  - Отправил к ней младшего Отмина с контрактом 2-Эн. Взгляни на это!
  Лер Энтоль вновь вставил кристалл в кристалльницу и погладил змеиное крыло.
  
  - М-дда, - протянул Тайт, - вот это фигурка! А глазища-то, глазища! Хороша девочка!
  - Тебе бы всё девочки! - с лёгким укором заметил лер Энтоль. - А про остальное что скажешь?
  - А что тут говорить? - хмыкнул Тайт. - И так всё ясно. Этот щенок левретки пытался изображать лера Генерального Контролера перед девушкой, практически выросшей в СК. Да и контракт...
  Он поморщился.
  - Но это ведь не всё? Если бы всё было так просто, ты не стал бы меня вызывать?
  - Не всё, - вздохнул лер Энтоль. - Лер Отмин воспринял отказ лерии как личное оскорбление. И, получив у кира Лаяса, декана факультета Интуиции, список потенциальных работодателей выпускницы, прошёлся по ним. И каждого предупредил, что Служба Контроля будет рассматривать найм лерии Аррован как сугубо неблагочинное деяние.
  То, что Тайт пробормотал себе под нос при этих словах, не относилось к лексике, допустимой в присутственных местах, так что хозяин кабинета предпочел сделать вид, что не расслышал. И продолжал:
  - Лерия Аррован, отказавшись подписать контракт с СК и не найдя другой работы, собрала вещички и укатила в Льорн.
  - В эту дыру? - удивился Тайт. - Зачем?
  - Там остался домишко, единственное наследство Упрямца Аррована.
  - Значит, - задумчиво произнёс Тайт, - ты хочешь, чтобы я отправился в Льорн и вернулся с лерией Аррован через плечо?
  - Лер Сарген! - сурово посмотрел на него хозяин кабинета.
  - Да знаю я, Ран, что с интуитами можно только по-хорошему. Знаю. Уже отправляюсь.
  Он поднялся и направился к дверям. Но на полпути остановился и вновь повернулся к леру Энтолю:
  - Знаешь, а отправь-ка со мной кира Муэту. Думаю, ему будет полезно оторваться от мягкого кресла.
  
   2
   Пыль, которую никто не тревожил почти с самого дня моего отъезда в Институт Изящных Искусств и Интуиции, в просторечии именуемый "пять И", сдаваться без боя не желала. Она с чихом взлетала в воздух, чтобы, повитав немного, вновь опуститься на пол. Она, пользуясь моим более чем скромным опытом в уборке, оставляла грязные разводы на полу. Она цеплялась за тряпку, повисая на ней густыми прядями, чем-то напоминающими кустистые седые брови почтенного кира Лаяса, бессменного декана моего факультета.
   Замораживающий кровь в жилах взгляд из-под седых бровей приводил в ужас нерадивых студентов. Но я училась хорошо, и училась не ради оценок. Мне было интересно всё - обряды варварских племен и фрески древнего мира, всполохи северного сияния и ветра пустыни, повадки львицы и форма крыльев бабочки. Я впитывала всё, боясь одного - что однажды моему подсознанию не хватит крохи информации для принятия правильного решения и случится непоправимое... Я не вылезала из библиотеки, а на лекциях засыпала преподавателей вопросами.
   И при встрече со мной взгляд кира Лаяса теплел, а из его седых усов на мгновение, словно дикая кошка из тростника, выглядывала улыбка.
  
   Спустя несколько дней после достопамятной беседы с младшим контролером я столкнулась со старым деканом в коридоре. Столкнулась случайно - шла, не глядя по сторонам, пытаясь разобраться в сумбуре своих мыслей. И буквально врезалась в почтенного кир Лаяса, неторопливо шествовавшего по коридору.
   - Осторожнее, лерия - недовольно проговорил он.
   - Ой, простите, кир декан, - краснея, пробормотала я.
   Весь сумбур разом вылетел у меня из головы, оставив там одно смущение.
   - Непозволительное поведение для будущего интуита, - продолжал он, и сурово посмотрел на меня.
   - Прошу прощения, кир декан, - низко опустив голову, почти прошептала я. - Виновата.
   Кир Лаяс посмотрел своим знаменитым взглядом, но на меня взгляд не произвел никакого впечатления. Заметив это, кир нахмурился:
   - Что с вами происходит, лерия?
   - Все предложения о работе, которые были у меня на руках... Последнее отозвал сегодня кир Нелан...
   - Этого и следовало ожидать, - сухо ответил кир Лаяс. - Неужели вы думали, что ваш отказ СК останется без последствий? Эскашники так легко не отступаются.
   - Я не хочу в золотую клетку, кир Лаяс, - ответила я, чуть не плача.
   - Главное, лерия, чтобы, избежав золотой клетки, вы не угодили в стальную, - предупредил меня декан. - Говорят, шаньдуны к стальным прутьям добавляют ещё и строгий ошейник.
   При упоминании шаньдунов по моей спине пробежал лёгкий холодок. Эти бывшие борцы за свободу и старую веру, неважно, носили ли они гордое имя "Преданных Братьям" или сулили "Гармонию и процветание", последнюю сотню лет уже не боролись за независимость - Алета прочно вросла корнями в Империю, а в храмах Небесных Братьев молились новым богам.
   И бывшие борцы наводили теперь страх не на захватчиков, а на мирных жителей, безжалостно расправляясь с неугодными.
   Впервые услышав об их жестокости и безнаказанности, я прибежала к отцу. И с детской убеждённостью в его всезнание и всемогущество СК потребовала ответить: почему Служба до сих пор не избавила Алету от этих мерзавцев? И услышала: "Десяток голодных крыс опасней сытого шакала." Истинный смысл ответа, его циничную суть я поняла много позже, когда СК утратила в моих глазах романтический флер, превратившись во что-то вроде артели ассенизаторов - структуру полезную, но немногим более привлекательную, чем те же шаньдуни.
  
   От философских размышлений о природе грязи - на полу и в обществе - меня отвлек настойчивый стук в дверь. Тяжело вздохнув и отерев пот со лба широким рукавом безразмерного балахона, я осторожно прислонила к стене швабру и пошла открывать.
   От посетителя, стучавшегося столь бесцеремонно, не стоило ждать ничего доброго.
   - Что вам угодно? - спросила я, открывая дверь.
   За дверью стоял высокий мужчина в чёрном дорожном плаще и цилиндре. Из-под плаща выглядывал сюртук темно-серого цвета, именуемого в модных журналах этого сезона цветом предгрозового неба. Дополняли щегольской наряд богато вышитый пунцовый жилет, широкий галстук под цвет сюртука, белые перчатки. Правой рукой он сжимал толстую трость с серебряным набалдашником - по слухам, в такие прятали шпаги. В левой держал "правоведку" - чёрный кожаный портфель с массивной металлической застежкой, столь же излюбленный крючкотворами, как саквояжи докторами. Лицо мужчины с маленькими чёрными усиками и элегантной треугольной бородкой можно было бы даже назвать симпатичным, если бы не отталкивающе-колючий взгляд черных глаз.
   - Вот что, милочка, - нетерпеливо проговорил посетитель, окинув меня пренебрежительным взглядом, - сообщи своей хозяйке, что её хочет видеть правовед кредитора. Да поживее!
   Надо полагать, что в тряпках, отыскавшихся в чулане тётушки Фаи вместе с ведром и шваброй, с лицом, с разводами грязи на лице и паутиной в волосах, я и впрямь выглядела не слишком презентабельно. Но не платье делает лерию лерией, а умение держаться.
   - Если вы желаете видеть лерию Аррован, кир Басель, - с достоинством ответила я, - то я к вашим услугам.
  
   Мужчина окинул меня ещё одним взглядом, на сей раз недоверчивым, но затем любезно улыбнулся. Видимо, он всё же узнал меня - мы прибыли в город одним и тем же дилижансом. Кир сидел в экипаже как раз напротив. И в начале пути даже попытался ухаживать за мной, приторно улыбаясь и расспрашивая о Льорне. Но он, несмотря на внешний лоск, вызывал у меня сильное чувство брезгливости. И потому разговор не клеился. Так что мужчина вскоре потерял ко мне интерес, и переключился на мою соседку, молоденькую вдовушку. Той льстило внимание столь импозантного кавалера. И она с восторгом принялась вещать о немногочисленных местных достопримечательностях. Их легко можно было пересчитать по пальцам: развалины храма Старшего Брата, скромная кумирня Крылатого, да приземистое двухэтажное здание управления Государственной Канцелярии - убогая попытка подражания столичному оригиналу. Ещё можно было бы добавить величественный Субуркан, к подножию которого и прилепился Льорн. И вдовушка всю дорогу с придыханием расписывала киру великолепие вздымающихся вершин и расселин, чьи глубины манят неосторожных путников...
  
   - Простите, лерия, - учтиво поклонился кир Басель, - не узнал вас.
   - Значит, долго жить буду, - усмехнулась я. - Чем обязана столь неожиданному визиту?
   - Я - представитель правового бюро Басель и Ко. Наш клиент - Фонд "Просвещение и Процветание" - уполномочил бюро провести с вами условия полюбовного соглашения по досудебному погашению векселя. На основании закона...
  
   Номера и статьи законов посыпались с уст правоведа, словно из рога изобилия. Их перечень буквально гипнотизировал меня. Но я не вслушивалась в его речь, пытаясь, как нас учили, прочувствовать собеседника, распознать мысли и намерения, сокрытые между слов. Получалось у меня это даже лучше, чем на практических занятиях в "пять И", и это радовало. Однако информация, полученная таким образом, не радовала меня совершенно.
   За ширмой Фонда скрывалась одна из самых влиятельных группировок шаньдуней "Вера и Воля". Из всех занятий веровольцев, включавших в себя мошенничество, вымогательство и торговлю людьми, ростовщичество было самым невинным. И долги они выбивали, не стесняясь в выборе средств.
   Наконец, то ли законы закончились, то ли я показалась в достаточной степени ошарашенной, но правовед замолчал. Нет, только сделал паузу. После чего вкрадчиво спросил:
   - Лерия Аррован, вы позволите мне войти? Обсуждение таких вопросов требует конфиденциальности.
   Я представила, как должен выглядеть в глазах соседей представительный мужчина, о чём-то серьёзно разговаривающий со стоящей в дверях замарашкой. И волна веселья смыла весь страх.
   - Увы, кир Басель, - с притворной горечью вздохнула я, - в дом лучше не входить. Если только не хотите собрать на себя оставшуюся пыль.
   Брезгливая мина на лице правоведа была мне наградой.
   - Боюсь, кир, что Фонд, согласившись ссудить столь серьёзную сумму под залог этого дома, допустил серьёзную оплошность, - я вздохнула ещё тяжелее. - За такую сумму можно присматривать домик если и не в столице, то в ближних её пригородах. А в такой дыре, как Льорн, самый роскошный особняк не стоит и пары тысяч золотых. Что уж говорить о доме, из которого вынесено всё, что можно вынести. И даже часть того, что нельзя.
   - Печально слышать, лерия, - сочувственно произнес кир Басель. - Однако остаетесь ещё вы сами.
   Да-да, помню. Торговля несостоятельными должниками как один из источников доходов веровольцев. Что-то должно быть проскользнуло в моём взгляде, отчего правовед заторопился уточнить:
   - Вы ведь интуит, лерия Аррован?!
   - Да, кир. - подтвердила я. - Однако должна предупредить, что СК объявила мой найм сугубо неблагочинным деянием, так что на серьёзные отчисления с моих заработков вашему клиенту надеяться не приходится.
   - Мой клиент в курсе этого прискорбного обстоятельства, - ответил кир Басель. - И готов со своей стороны предложить вам пятилетний контракт по специальности в погашение оставшейся задолженности.
   Он сделал паузу, давая мне возможность осмыслить сказанное.
   И я осмыслила. Шаньдуны подтолкнули меня к пропасти и на самом краю великодушно протянули мне руку с ошейником - хочешь жить, наденешь. Однако вслух я произнесла другое:
   - Это щедрое предложение, кир Басель, весьма щедрое.
   - Рад, что вы понимаете это, лерия, - расплылся в улыбке правовед.
   И начал было расстегивать портфель.
   - Не торопитесь, кир, - остановила его я. - Я не стану ничего подписывать прямо сейчас.
   - Но, лерия... - нахмурился правовед.
   - Видите ли, кир Басель,я о узнала о выпущенном векселе не далее как час назад. И до сих пор не до конца осознала эту новость. Дайте мне хотя бы день, чтобы прийти в себя.
   - У вас все равно нет другого выхода, лерия Аррован, - ответил кир Басель.
   И я почувствовала злорадство, скрытое за вежливостью тона.
   - Возможно, кир, - спокойно ответила я. - Вы не возражаете, если мы вернемся к обсуждению этого вопроса, скажем, - тут я сделала небольшую паузу, - дня через два?
   - Не могу гарантировать, что через два дня предложение моего клиента будет столь же щедрым, - предупредил меня правовед.
   - Интуиция мне подсказывает, - усмехнулась я, выделив голосом первое слово, - что через два дня предложение вашего клиента может стать ещё более щедрым.
   - Ну что ж, - ответил мне кир Басель, - в таком случае, увидимся через два дня.
   И, не отвесив мне полагающегося в таком случае поклона, развернулся и пошёл прочь.
   Увидимся, кир, увидимся. Только напрасно вы полагаете, что у меня нет другого выхода. Выходов у меня ещё целых два. Нет, даже три. И, возможно, сейчас самое время вспомнить об этсинах.
  
   Интерлюдия 2. Нииол. Столица этсинов
   Слева - прошлое. Портрет в золотой раме. То, каким он был девятьсот две тысячи восемьсот три дня тому назад. Жалкое, далекое от совершенства существо, почти неотличимое от людей - примитивных уродцев, сотворённых Братьями. Льерейн с отвращением смотрел на низкий, всего с палец высотой, лоб, на густые чёрные волосы, покрывавшие голову, на чуть угловатые черты лица, на безобразно длинный нос.
   Справа - будущее. Рисунок карандашом, сделанный тогда же, девятьсот две тысячи дней назад, когда ему ещё приходилось работать руками: безволосая голова с огромным лбом - вместилищем высшего разума, небольшими ртом и лёгким намеком на нос. Ничего лишнего, рудиментарного, только необходимое. Идеальное создание. Таким он станет, пусть даже на это придётся потратить ещё миллион дней.
   Напротив - настоящее. Большое зеркало в массивной резной оправе из чёрного дерева. Но вместо привычного отражения в нем появилось лицо Треса, жреца храма Ануат.
   - Ваше Совершенство! Ваше Совершенство! - в голосе жреца слышались эмоции, неподобающие высокородному этсину, а на лице его не осталось и следа от обычной невозмутимости.
   - Что случилось, Трес? - холодно спросил Льерейн, на лице которого не дрогнул ни один мускул.
   Он испытывал легкое неудовольствие от того, что ежедневный ритуал совершенствования был прерван. Но ещё большее неудовольствие от того, что продолжал испытывать эмоции.
   - Оракул! - с трудом вытолкнул из себя жрец.
   - Трес! - Льерейн приподнял бровь, показывая своё удивление поведением собеседника.
   Но этот жест не произвел на жреца обычного отрезвляющего воздействия. Да и вообще никакого не произвел, поскольку тот был не на шутку перепуган.
   - Он, - дрожащими губами произнес Трес, - он умер.
   И вновь замолчал.
   Льерейн хотел бы не поверить собственным ушам, но сомневаться в функционировании органов слуха было неразумно. И потому следовало принять как факт, что Чаранг Вьен Иглоан, последние две тысячи лет известный под именем Оракул, мёртв. Это неприятно, поскольку другого оракула с таким уровнем дара у этсинов нет. И вдвойне неприятно, поскольку является прямым нарушением закона, запрещающего умирать в Нииоле.
   - Как? - коротко спросил Льерейн.
   - Во время ритуала вопрошания, - доложил жрец. - Начал говорить, потом вдруг охнул, упал и умер.
   Очень неприятно.
   - Что сказал?
   - Дитя Братьев на тропе Сестры, - прочёл жрец с листа, который сжимал в руке. - Нет, Ануат, Великая, нет! Ты не можешь быть столь жестокой! Карать всех за вину двоих...
   По спине Льерейна пробежал холодок, чего уже давно не случалось.
   - Дальше! - потребовал он.
   Но Трес уже опустил листок.
   - На этом все, Ваше Совершенство.
   - Что говорят интуиты?
   - Ничего, Ваше Совершенство, - отвел глаза жрец.
   - Как ничего ?!
   - На ритуале присутствовали четверо интуитов Оракула. Из них один умер, двое сошли с ума, и ещё один полностью выгорел. Остальные опасаются...
   Это уже было более, чем неприятно. Это уже, пожалуй, было пугающе.
   - Так наймите новых, которые не будут опасаться. - приказал Льерейн. - И не скупитесь! Людишки падки на золото!
   - Но Ваше Совершенство... - замялся Трес.
   - И не тяни! Или ты хочешь, чтобы гнев Великой и впрямь обрушился на наши головы?!
   Проведя рукой по зеркалу, Льерейн оборвал разговор. Кажется, он сам начинал гневаться, чего не случалось, если верить записям уже больше десяти тысяч дней. Теперь отсчёт придется вести по новой. Но ведь каков глупец! Думать о казне храма в такой момент! Если гнев богини, напугавший Чаранга в буквальном смысле до смерти, падёт на головы всех этсинов, содержимое казны уже не понадобится. А если его удастся избежать... Самое главное сокровище этсина - он сам. Остальное приложится.
   Льерейн несколько раз вздохнул, пытаясь успокоиться, чтобы вернуться к прерванному Тресом ритуалу совершенствования. Но мысли упрямо возвращались к предсказанию Оракула. Дитя Братьев, человек, на священной тропе Ануат! Невероятно! Немыслимо! Невозможно!
  
   Возможно, владыка этсинов оценил бы возможность появления человека на тропе Ануат иначе, доведись ему стать свидетелем разговора, проходившего почти в то же самое время.
  
   - Да ерунда эта твоя инициация, - кипятилась Чиэса. - Сказки для наивных головастиков.
   - Сама ты головастик, - с той же горячностью отвечал Шиор. - Тропа Ануат это тебе не парковая тропинка...
   Чем меньше времени до пятьдесят пятого дня рождения оставалось Чиэсе и Шиору, тем горячее становился их спор. И дело было не в любви близнецов к спорам, хотя они и готовы были спорить из-за любой мелочи. Приближалось их совершеннолетие, а вместе с ним и инициация. Чиэса была из тех дерзких сумасбродок, которым и море по колено. Казалось, что вся смелость, выделенная близнецам, досталась девушке. Брату же остались самые крохи, задавленные на корню здравомыслием и осторожностью. И потому он с сомнением относился к словам наставника о лёгкости прохождения инициации.
   - Я прочитал, что в древние времена по тропе Ануат до самого конца проходил только один из десяти адептов, - поделился он с сестрой.
   - Может, в старые времена так и было, - прицепилась к словам Чиэса. - Но с тех пор этсины стали куда совершенней.
   - Совершенней, - согласился Шиор, потирая высокий лоб. - Но тропа Ануат подстраивается под идущего. Разве ты не слышала об этом?
   - Слышала, - ответила упрямая девушка. - Потому и говорю, что нет ничего особенного в инициации. Да что там, её даже человек пройти может.
   - Глупости!
   - А вот и нет! А вот и не глупости!
   - А я говорю, глупости!
   - Спорим! - прибегла к беспроигрышному аргументу Чиэса.
   - Спорим, - согласился Шиор, ни разу ещё не отказывавшийся от возможности поспорить с сестрой. - На что?
   - На что? - девушка на мгновение задумалась. - На три орешка альзола. Проигравший лезет на дерево.
   - Три орешка? Идёт, - согласился Шиор. - Только как человек попадет на священную тропу?
   - У меня есть идея, - сказала девушка. - Надо только дождаться следующего набора интуитов...
  
  3
  Аллея Аррованов на Старом кладбище белела рядами саркофагов. Я медленно шла мимо них.
  Шла, чувствуя каждый шаг - сегодняшняя ударная уборка утомила меня ужасно. Но мне нужен был совет, а среди живых посоветоваться мне было не с кем.
  Зато предки - я была в этом уверена - не откажут мне в помощи.
  Прапрадед. Прадед и прабабка. Дед с бабушкой...
  Я шла, склоняя голову перед каждым из предков, произнося положенные пожелания покоя. Ощущая ответные волны одобрения и поддержки.
  В самом конце аллеи, почти у самого святилища рода я остановилась, с болью всматриваясь в черты, высеченные на барельефе надгробья: нежный овал лица; точёный, слегка вздёрнутый носик; чуть полноватые губы, в уголках которых притаилась улыбка; тонкие крылья бровей над огромными миндалевидными глазами; кокетливый завиток локона, выпущенный на высокий лоб по моде десятилетней давности.
   Мама. Мне не обнять тебя больше, не прижаться к тебе, не спрятаться на твоей груди от тревог и волнений. Я опустилась на колени перед скромным саркофагом и положила у его подножия анемоны, купленные на последнюю серебрянку.
  Странное дело, у роскошного саркофага отца на столичном кладбище Службы Контроля - щедростью Службы обильно украшенного резьбой и скульптурой - я не ощущала ничего. Совсем ничего. Даже тени его присутствия. Как будто его саркофаг пуст.
  Я уже начала было бояться, что утратила связь с предками. И теперь просто нежилась в волнах маминой нежности. Словно она обняла меня, приговаривая: "Лони, солнышко моё! Не печалься. Всё изменится - беды перемелются. И на блюде мука будет."
  Посидев с мамой, я встала и пошла к святилищу рода.
  Святилище было возведено первым из Аррованов. Легендарный лер Халс Аррован, возвеличенный королем Амцигом Грозным, строил на века, но без изысков: огромный синий камень алтаря предков - "дитя Субуркана" - вырублен в ближайшей каменоломне, в отрогах Сарадага. Высокие стелы с именами усопших, часовыми стоящие по бокам от алтаря, оттуда же. Ложе родничка, бьющего в глубине святилища, выложено маленькими плитками голубого шаутского камня уже много позже при лере Теларе Арроване - любимце короля Эрига Весёлого. А маленький ритуальный кувшин, украшенный орнаментом из кругов счастья, оставил здесь мой отец.
  Я зачерпнула кувшином воду из родничка и поставила кувшин на алтарь. Рядом с ним установила большую свечу и зажгла её. Положила на камень крестом четыре анемоны. Уколола палец об острый выступ каменного алтаря и капнула кровью на алтарь.
  Поклонилась и произнесла:
  - Водой и землёй, огнём и кровью я, Лонири Аррован, последнее дитя рода, заклинаю вас, предки, придите на зов мой, услышьте меня.
  Огонёк свечи затрепетал, кровь впиталась в камень, а цветы мгновенно засохли. Меня услышали.
  Я опустилась на колени, прислонившись лбом к холодному камню алтаря, и принялась вполголоса рассказывать обо всём, что произошло со мной за последние семь лет. От приезда в "пять И" и знакомства с Керуко - лером Гэджии, чьи родители посчитали бесприданницу из древнего рода неподходящей партией для своего наследника.
  Ноги и спина затекли, камень, к которому я прижималась лбом, нагрелся. Но я заметила это только тогда, когда добралась до ошеломляющих новостей сегодняшнего дня.
  - Ныне, почтенные предки, - закончила я, - четыре дороги передо мной. И ни к одной из них не лежит у меня душа.
  Я старалась говорить высоким слогом - просторечие предки могли счесть неуважением.
  - И первая дорога, - продолжала я, - облачиться в синий мундир СК. Облачиться на всю жизнь. Отец погиб, стоило ему заговорить об отставке.
  Говорить об этом я не могла спокойно, сорвалась на крик:
  - "Пал при выполнении задания!" Это он-то, который всеми заданиями руководил из своего кабинета!
  Успокаивающая волна словно погладила меня по голове, освобождая от захлестнувших эмоций.
  - И вторая дорога - подчиниться шаньдунам. Но этот путь не для меня, не будь я Аррован!
  На этот раз я почувствовала горячее одобрение предков. В ситуациях, кажущихся безвыходными, Аррованы предпочитали умереть, но не пойти против чести и совести.
  - Третий путь - этсины, которых называют также "последним шансом интуита". Последним, потому что возвращаются от них с выгоревшим даром, а то и вовсе безумцами. Платят они щедро, хватит и по векселю погасить, и безбедно прожить остаток дней. Но...
  Признаваться в страхе перед лицом предков было постыдно. Но умалчивать о предчувствии интуита - глупо. Поэтому, помолчав немного, я решительно продолжала:
  - Но этот путь пугает меня, страшит маячащим впереди призраком обжигающего безумия. Пугает настолько, что четвёртый путь - путь бегства - начинает казаться мне лучшим выбором. Потому к мудрости вашей взываю, предки!
  Огонёк свечи затрепетал, почти лёг под порывом налетевшего ветра. Стебли цветов высохли и рассыпались в прах. А в голове моей загомонили, загудели, зазвенели, зашептали голоса предков. И стихли. Остался только один - тонкий голос прабабушки Астеи, единственной в роду владевшей магией. Магией слова.
  
  - Белый камень саркофага,
  Чёрный - скорбный ряд имён.
  Синий камень Сарадага,
  Алый - пламя анемон.
  
  Белый, чёрный, синий, алый.
  Выбирать пора настала.
  Алый, синий, чёрный, белый.
  Трудный выбор надо сделать.
  Белый, алый, синий, чёрный.
  Берегись дороги торной.
  Чёрный, белый, алый, синий.
  Выбирай тропу этсинов.
  
  - Тропу этсинов? - чуть растеряно спросила я. - А безумие?
  Ответом мне стал тихий смех Астеи. А хрипловатый мужской голос ответил:
  - Прими его. Сгори в нём. Возродись в нём.
  Его сменил громовой бас, принадлежавший, должно быть, самому Халсу - основатель рода недолюбливал высокий слог:
  - А когда закончишь со всей этой ерундой, не забудь найти своего опекуна и надрать ему...
  Смешок лери Астеи, перебившей основателя, заставил его вспомнить, что юным лериям такие слова слушать не подобает. И потому он закончил коротко:
  - Ну, ты меня поняла!
  - Мы с безумием вдвоём кира Хинто оберём, - пообещала я, неожиданно для самой себя заговорив в рифму.
  Ещё одна волна одобрения. Налетевший ветер загасил свечу, разметал сухие лепестки анемон по алтарю. И всё стихло. Я произнесла ритуальные слова благодарности предкам, поднялась с колен, отряхнула подол своего лучшего платья. И в глубокой задумчивости покинула святилище.
  
  4
   "Прими его. Сгори в нём. Возродись в нём."
   Вот интересно, почему "сгори", а не "погрузись" или "затеряйся"? И какое это будет безумие -магическое или мистическое? Пророческое или истерическое?
   Пока голова моя была занята совсем уже безумными мыслями о безумии, ноги несли меня к дому. И вынесли, как подсказывала табличка на покосившемся заборе, прямо на улицу Абсолютной Гармонии.
   Улица с таким названием - след отчаянных попыток императора Джиолана возвысить стремления подданных, направить их на путь к Абсолюту - имелась в каждом городе Империи. Но если в больших городах это название носили улицы нарядные или хотя бы чистые, то в Льорне... Достаточно сказать, что льорнцы в обиходе называли её улицей Полного Трындеца. И это название вполне подходило улице, приютившей две таверны, трактир и небольшое бюро ритуальных услуг. Осмотрительные лерии обходили это место стороной, делая солидный крюк через улицы Благоухания Весны и Осенних Печалей, а неосмотрительные легко могли влипнуть в неприятную историю.
   К сожалению, спохватилась я, лишь заслышав пьяный смех и мужские голоса:
   - Глянь, какая цыпа!
   - Чур моя, я первый её увидел!
   - Не шурши, Гэни, на всех хватит!
   И в первый момент даже не сообразила, что попавшая, как кур в ощип, "цыпа" - это я. А сообразив, едва сдержалась, чтобы не подобрать подол юбки и не броситься бежать, тем самым разжигая в преследователях охотничий инстинкт. Вместо этого я продолжала идти по улице, не оглядываясь, игнорируя летящие мне в спину скабрезности, не обращая внимания на пьяную компанию, плетущуюся следом. Странную компанию, если подумать, успевшую напиться за час до заката, когда завсегдатаи таверн только занимают свои столики. Странную, потому что несмотря на громогласное описание того, как собираются провести со мной остаток вечера, они не торопились меня догонять.
   Так мы и дошли почти до самого перекрёстка с улицей Лунного Снега. Интуиция подсказывала, что там я смогу отделаться от непонятных преследователей. И я заторопилась, пошла быстрее, да что там, почти побежала. За спиной тут же раздалось улюлюканье, похабные выкрики и топот. Судя по звукам, мужчина двигался слишком уверенно для пьяного.
   И когда до заветного проулка оставалось всего ничего, мне на плечо опустилась тяжёлая рука.
   - Не спеши, красавица, - произнёс вкрадчиво голос под самым ухом.
   Я вздрогнула и оглянулась. На меня дыхнул дешёвым вином нескладный мосластый парень с приплюснутым, недавно ломаным носом. Мне следовало бы испугаться. Но вместо страха пришла ярость, холодная ярость: этот никчемушник, Кента Аэрт, не прошедший испытательный срок у Песчаных Крыс, изгнанный с позором за трусость и перебивающийся с хлеба на воду случайными заказами вроде сегодняшнего, смеет угрожать мне! Словно на уроке танцев, чуть присев в реверансе, скользнула вперёд и, развернувшись в пируэте, оказалась в трех шагах от парня. И выдохнула в ошеломлении: слышала, что стресс обостряет интуицию, но чтоб настолько...
   - Хочешь потанцевать, крошка? - расплылся в пьяной ухмылке Кента. - Давай потанцуем.
   Его отставшие приятели издали подбадривали парня выкриками.
   Кента сделал шаг ко мне. Второй сделать не успел. Помешал высокий седоволосый мужчина, вальяжной фланирующей походкой вывернувший Лунного Снега. Из-под чёрного дорожного плаща, небрежно наброшенного на его плечи. Выглядывал синий мундир СК. Заметив меня, незнакомец преобразился. Вальяжность исчезла, а его движения обрели стремительность хищника.
   - Молодой человек, - с лёгкой укоризной произнёс он, - разве так приглашают даму на танец?
   Кента открыл рот, потом закрыл, снова открыл и выдавил из себя растерянное:
   - Нннет, наверное...
   - Вот видите, юноша, - продолжал незнакомец с издевательской вежливостью, непривычно звучащей для лопоухих ушей завсегдатая Полного Трындеца. - Вы ведь сами прекрасно все понимаете.
   Он подошёл ближе, заслоняя меня спиной от парня.
   - Или вы желаете, юноша, чтобы я преподал вам урок хороших манер?
   - Нет! - на этот раз голос Кенты звучал вполне уверенно. - Драться с эскашниками я не нанимался!
   И, развернувшись, он помчался по улице, не пытаясь больше притворяться пьяным.
   - А на что же ты нанимался? - задумчиво спросил его в спину мой спаситель.
   - Попугать одну заблудившуюся лерию, - ответила я. - И эта лерия крайне признательна вам, лер, за своевременное появление.
   - Это мой долг, лерия, - скромно ответил он, поворачиваясь ко мне. - Лерия Аррован?!
   Я получила удовольствие от выражения изумления, проскользнувшего по его лицу. Но незнакомец... Хотя, если подумать, какой это незнакомец? Я помню лера с тех времён, когда у меня были маленькие косички с большими бантами и я гордо показывала ему дырки на месте выпавших молочных зубов. Отец, помню, частенько ругал его, говорил, что Тайтен на рожон лезет. Что такое "рожон", я тогда не знала, и решила, что "Нарожон" - фамилия весёлого молодого человека, ни разу не прошедшего мимо меня без конфеты. И, поскольку была девочкой вежливой, неизменно благодарила его: "Спасибо, лел Налазён."
   - Лерия Аррован! Что вы тут делаете? - спросил он, давая волю своему удивлению, смешенному с доброй толикой беспокойства. - И почему вы решили, что этого мерзавца подрядили попугать вас?!
   - Рада видеть вас, лер Сарген, - присела я в реверансе.
   Учитывая обстоятельства нашей встречи, я вполне могла бы обойтись и без него, но, как было написано в одной мудрой книге "если не знаешь, что сказать, делай реверанс".
   - Безмерно рад встретить вас, лерия, - ответил он, в свою очередь отвешивая мне галантный поклон, - чего не могу сказать об обстоятельствах нашей встречи.
   - Увы, лер, - сокрушенно вздохнула я. - Вы не проводите меня до дома?
   - Почту за честь, лерия, - ответил он, подавая мне руку.
   И мы под руку неторопливо двинулись по улице Полного Трындеца, как если бы шли по улице Абсолютной Гармонии нашей просвещенной столицы.
   - Прошу вас, лерия Аррован, - сказал лер Сарген, - поведайте мне, что привело вас сюда.
   - Заблудилась, лер, заблудилась.
   Он недоверчиво посмотрел на меня.
   - Да, такое и с интуитами случается, - вздохнула я, - если они вместо головы начинают ногами думать.
   Мой спаситель посмотрел на меня с явным недоверием, но комментировать не стал. А вместо этого спросил:
   - Так почему вы решили, что вашего незадачливого, - тут он замялся, подбирая слово, - ухажёра кто-то нанял.
   - Считала, - просто ответила я.
   - Считали, лерия? - спросил он с некоторым удивлением. - Но ведь это второй ранг...
   - Жить захочешь - и не так прыгнешь, как сказала лиса, запрыгивая на ёлку, - усмехнулась я. - Так вот, наняли эту компанию за три кружки пива в "Трехлапой вороне".
   При упоминании таверны лер слегка напрягся.
   - Наниматель - невзрачный мужчина неопределённого возраста в добротной коричневой куртке с галуном песочного цвета.
   Лер нахмурился.
   - Вот только не знаю, чего он хотел - помочь вам или наоборот.
   - Неужели вы думаете, лерия, что я ... - возмущённо начал мой спутник.
   - Конечно нет, лер Сарген, конечно нет! - воскликнула я. - У меня и в мыслях не было! Лер, никто и никогда не усомнится в вашем благородстве и готовности протянуть руку помощи даме, попавшей в беду.
   Мой спутник немного расслабился, но я чувствовала, что кое-кому предстоит сегодня весьма неприятный разговор.
   - Но вот ваш коллега, лер, работает слишком топорно, - продолжала я. - Не стоило ему пытаться напугать интуита. Интуиция предупреждает меня заранее обо всех неприятностях, серьёзнее сломанного ногтя.
   - Насколько я знаю дам, - заметил лер, - это очень серьёзная неприятность, в некоторых случаях настоящая трагедия.
   - Только при отсутствии настоящих проблем, - парировала я.
   - Вот потому-то СК и мечтает заполучить вас, лерия, - заметил мой спутник.
   - Мечтает? - удивилась я. - Не заметила.
   - Виновные в том, что вам предложили контракт, - тут он чуть замялся, - не по форме, строго наказаны.
   - Наказаны? И кирия Шомта из отдела кадров? И покрывающий её любовник?
   - Кирия Шомта? - на этот раз удивился лер Сарген. - А при чём тут она?
   - А вы думали, что лер Отмин сам готовил контракт? Он просто взял то, что подготовила кирия.
   - Но почему?
   - Ей показалось несправедливым, что выпускнице предлагают оклад более высокий, чем у проработавшей три года помощницы старшего клерка, - усмехнулась я.
   И, не дожидаясь, пока мне предложат мне перейти в СК на других условиях, перешла в атаку:
   - Лер Сарген, вы ведь работали с моим отцом. Скажите, как получилось, что он ... он оказался в том доме... Он ведь всегда поддерживал операции СК из своего кабинета.
   Лер помрачнел, вздохнул, задумчиво посмотрел на меня...
   - В тот год по столице прокатилась волна убийств. Да таких, что опытных сотрудников СК выворачивало наизнанку при виде останков жертв. Жертвами были девочки в возрасте от тринадцати до пятнадцати лет. Все как одна с тёмно-русыми волосами и зелёными глазами.
   - Как у меня, - судорожно выдохнула я, представив себя на месте жертвы.
   - Да, лерия, как у вас. Задержать убийцу никак не удавалось, он выскальзывал из всех ловушек, которые мы расставляли по подсказке лера Аррована. Оказалось, что мерзавец - интуит, приносивший девочек в жертву Бескрылому.
   - Зачем? - не удержалась я от вопроса.
   - Это закрытая информация, лерия. Вы получите её только тогда, когда перейдёте на работу в СК.
   - Когда и если, - фыркнула я.
   - Когда и если, - согласился мой спутник. - Суть в том, что для достижения цели ему оставалось принести всего одну жертву, желательно с даром интуиции... Вот тогда лер Аррован и решил пойти с нами...
   Он замолчал. Молчала и я. Понимание того, что отец пожертвовал жизнью ради меня, обрушилось всей тяжестью, сжимая спазмами горло, лишая дара речи.
   - Он оставил для вас письмо, которое я должен был передать вам после совершеннолетия. Вы не будете возражать, лерия Аррован, если я нанесу визит вам завтра?
   Справиться со спазмами оказалось непросто. Я несколько раз сглотнула прежде, чем мне удалось выдавить из себя:
   - Буду рада вас видеть завтра после пяти, лер Сарген.
  

РЕКЛАМА: популярное на LitNet.com  
  Д.Соул "Публичный дом тетушки Марджери" (Любовное фэнтези) | | С.Альшанская "Последняя надежда Тьмы" (Юмористическое фэнтези) | | А.Субботина "Мальвина" (Романтическая проза) | | М.Ваниль "Чужая беременная" (Женский роман) | | А.Мичи "Ты мой яд, я твоё проклятие, книга 2" (Любовное фэнтези) | | Zzika "Лишняя дочь" (Любовное фэнтези) | | О.Адлер "Сначала кофе" (Женский роман) | | А.Грин "Горничная особых кровей" (Любовная фантастика) | | Я.Ясная "Академия Семи Ветров. Спасти дракона" (Любовное фэнтези) | | М.Весенняя "Босс с придурью" (Женский роман) | |
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
А.Гулевич "Император поневоле" П.Керлис "Антилия.Полное попадание" Е.Сафонова "Лунный ветер" С.Бакшеев "Чужими руками"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"