Крепким сном спал Иванушка, повернувшись к стенке. Луна едва пробивалась к нему через занавески тонкой полоской. Над кроватью висела фотография с покойным дедом, еле слышно тикали часы. В прошлой жизни дед вышел из окна и оставил тяжелые воспоминания. Во сне Иваш шел по пустыне в самбреро и попивал джин-тоник, вспоминал Кастанеду, который стоял у него на полке и какие-то мистические поучения. Проходя мимо кактусов, он заметил легкое движение Тени слева. "Должно быть смерть, подумал Иван, - она всегда приходит невовремя и может коснуться плеча". Упасть в объятия смерти в незнакомой пустыне не так то и легко. Среди всего этого великолепия простиралась Ревда, и он вступил на нетвердую болотистую почву. Утопая, он заметил несколько студентов вокруг, которые передвигались на четвереньках и что-то выискивали в траве. У двоих из них были мешочки, в которые они старательно складывали какие-то поганки. Ивану показалось, что это классические торчки с их назойливым желанием торчать.
И что только за поколение выросло в последнее время. Хотят ничего не делать и смотреть свои мультики. Вытаптывают целые поля. Вдруг из зарослей выскочил крокодил и стремительно схватил Ивана за ногу. Студенты бросились помогать бедняге и вырвали его ногу из жадных клыков. Кто-то угомонил крокодила ударом камня о голову и начал причитать, что смесь бензина с серой - это опасно. Но это лирика. Иван как старый пират Флинт ковылял под руку со студентами к ближайшей электричке. Он часто ездил на ней домой, пока учился в институте, но никогда не замечал этой чудесной станции. Станция уплывала по направлению к городу под гитарный чёс и мирное улюлюканье студентиков. Они делили трофеи и протягивал Ваньке причитающееся. Он прожевал что-то сухое вперемешку с землей, запивая выдохшейся минералкой. На какой-то станции он ощутил, что его тело вытянулось и стало походить на тело крокодила, который его укусил. Забавы ради он высунулся в окно и ощутил, как ветер насквозь прошивает его ледяной струей. Удивительные ощущения.
Старик на станции долго показывал рыболовные крючки и объяснял как правильно охотиться на крокодилов на Урале. После великого китайского переселения и глобального потепления тут развелась тьма рептилий. Крокодилы заняли свою пищевую нишу. Оказывается, они охраняют плантации грибов, которые китайцы выращивают. Ходят слухи, что всем заправляет великий император Ци, который руководит тайным синдикатом Пхе. Там в маленькой пропорции к питьевой воде подмешивался концентрат грибов. Именно маленький процент позволял людям стоять на границе, отделявшей их от бессознательного. Иначе они или прозрели, или рухнули в потаенные глубины. Ударная доза позволяла сразу достичь дна и достичь некой свободы, распутаться от пут. Короче. Иван внимал этой философии, которую знал каждый продавец снастей на Урале и глубже затягивался. Дым казался ему веревочной лестницей на небо, а тело - мерцающей энергией, самой вселенной, который бесконечно расширялась и остывала, как лава.
Внезапно он вспомнил про бабочку и испугался как бы не проснуться в теле Ивана. Непонятно в чьем теле было страшней проснуться. Доселе в нем блуждали грибы в нужной пропорции, а сегодня ночью творится волшебство. Во сне или наяву не разобрать, смотря как решать где мы бодрствуем. Он присел на бордюр и достал книгу. Страж времени торопливо направился к нему и спросил документы. Он с минуту думал что ему надо и наконец протянул сигареты. Осязаемая реальность возвращает в свои объятия суровой милицейской дубинкой, направленной на поражение всех органов сразу с частотой ударов сердца забитой мыши. Иван немного отрезвел и прильнул к прутьям клетки. Ему вновь показалось, что он индийский факир и с легкостью покажет всем фокус выхода из этих стен. Вспоминались сказки, где нещадно эксплуатировалось его имя. Стены молчаливо покачивались на его инициативу. И тогда он забрался на печь и уснул первый раз. Теперь уже точно было не разобрать где начинается сон и кончается реальность.
***
Наталья с уксусом устремлялась навстречу своей мечте. Каждый реализует мечту по-своему, женщина - в детях. Для этого она или рожает, или выбирает похожий объект. Кошки чем-то напоминают детей. Отличительной особенностью детей является "ответственность" и отсутствие задней передачи - если решился раз, сдать назад не получится. И голубые глазенки блуждают за сраной кошачьей задницей. Гармония сказки нарушается бытом. "Ты не заметил, как наступило лето". Стоит ступить шаг и становишься ненормальной мамашей, которая прилагается к усам и хвостам.
Звучит радио "Свобода" и напоминает нам о том, что все впереди и хочется заряжаться оптимизмом, хочется вернуться на поле сражения, выкопать полуживые трупы и станцевать с ними в обнимку. Даже разговоры об этом вдохновляют. Ивану с младых ногтей нравилось задавать вопросы, но со временем выяснилось, что вопросы порождают только новые вопросы, а ответов как не было, так и нет. Плантации покрылись снегом и только под луной шляпки на тонких ножках светились причудливо. Они раскачивались и, словно, исполняли неведомую всем мелодию. И ему слышались в полудреме эти рассуждения:
- Ваня, с детства ты носишь свои любимые очки, которые позволяют тебе не видеть то, что находится прямо под носом. Сначала ты думал, что ничего кроме "Я" нет, но это оказалось не так. Есть все остальное. Знаешь, у каждого есть мечта. Своя или чужая. Но он служит своему идеалу. Кто-то думает, что жизнь - дорога к богатству, а другой, что жизнь - то, что нужно преодолеть, просто переждать как град за окном. За окном деревья вырывает с корнем, но люди сидят и ждут, пока умолкнет стихия вместо того, чтобы плясать под дождем.
Знаешь в чем сила, брат? Это сложно выразить словами. Пожалуй, ты поймешь, но не сразу. Нужно просто не отводить глаз - в этом и есть сила.
И на этом грибные голоса смолки в его голове, остался клубок неразрешенных вопросов и желание утонуть в дремоте снов. "Эти дни не оставляют от меня ничего, но когда я просыпаюсь, нет ничего кроме этих дней впереди".
Иван оказался в поле между Каменск-Уральским и промежуточной станцией, часа два с половиной он шел вместе с башкиром по какой-то поляне. В местном клубе был аншлаг и молодежь переливалась всеми цветами радуги. Из любой искры могло возгореться пламя и наши герои решили, что лучше не попадаться под раздачу. Алкоголь сначала съедает мозги, а потом очень медленно отпускает, поэтому их мысли разрывались между походом в детский лагерь за десять километров по трассе и ночевкой где б-г пошлет. Обитательница железнодорожной будки в ночи наотрез отказалась принимать непрошенных гостей и холодная поляна приютила их в свои объятия. Расстелив куртки, они уставились в звездное небо, которое шептало тоской:
- С первых шагов нам суждено увидеть только собственное отражение в чужих головах. Отражение будет вести вас, пока не устанете и не попытаетесь увидеть то, что стоит за ним. Это мучительный процесс, но он есть. Тонкая цепь событий и обрывки снов помогут вам в этом нелегком пути.