Остапенко Юлия: другие произведения.

Подари мне смерть

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
  • Аннотация:
    Всё (почти всё), что я знаю о творчестве. Рассказ размещается для участия в конкурсе "Блэк Джек - 3". По итогам голосования жюри занял 1-е место. По решению С.Логинова – 4-е.
    Опубликовано в газете "Просто фантастика", N1`2005.

   - А потом говорит: я тут подумал немного, нет, ты мне не подходишь! И что я должна была делать?!
   Девочка, кажется, была по-настоящему рассержена. Ия сочувственно покивала, чуть сощурилась, осторожно тронула холст рубиновым кончиком кисти. Она не любила править: поправки - это трусость. Но сейчас Ия рисовала именно страх, так что всё было верно. Надо чувствовать то, что рисуешь.
   - Ну и, конечно, я тут же ушла! Он-то ждал, что я у него в ногах валяться буду. Ещё чего! У меня таких, как он...
   Ия кивнула снова, размышляя, не добавить ли сюда индиго. Она любила контрасты, но рисунок и без того получался слишком насыщенным. Ия уже почти слышала крики. Кажется, женские. Странно - она думала о мужском страхе. Глубинном, немом. Одном из тех, о которых мужчины не знаю сами.
   - Сколько можно? Я вот так себе и сказала: хоть какую-то гордость надо иметь?
   - Правильно, - сказала Ия и взглянула на небо. Блекло-белое, в тоненьких перистых облачках. Она его нарисовала год назад и совсем не для этого мира, а теперь оно просочилось в Предел. Наверное, уже состарилось. В последнее время её картины старятся быстро.
   - Вот и я о том же, - сказала девочка и спрыгнула с камня. Это был очень старый камень. Её любимый. Ия нарисовала его одновременно с холмом и рекой, на простой линованой бумаге, и он нёс на себе неизгладимый след Настоящести. Сейчас Ия уже не могла рисовать Настоящее. Только Временное - и по-своему это было прогрессом, во всяком случае, этим она себя утешала. Тогда, пару миллионов лет назад, с её лёгкой руки всё сущее получалось вечным. Ия гордилась этим, и только когда стала терять способность рисовать Настоящее, поняла, что переменчивость куда как полезнее. Вот, например, страх с её новой картины. Кажется, ещё совсем недавно из него получился бы целый мир. Насыщенный, рубиново-больной. И юная Ия гордилась бы тем, что сумела создать такой мир. А теперь - это всего лишь глубоко запрятанный страх какого-то мужчины, живущего в одном из тысяч подобных миров. Но нынешняя Ия знала, что цена этого страха ничуть не ниже, чем мира, сделанного из страха.
   И всё же ей нравилось осознавать, что холм, и река, и камень, и плакучая ива над ним - всё, что она нарисовала Настоящим, останется с ней. А небо всё время меняется. Временное тоже надо уметь создавать. Это даже сложнее.
   - Ну ладно, - ворчливо сказал девочка, отряхивая ладошки от налипшего мха. - Пора мне, что ли.
   - Забегай, - оживлённо попросила Ия, широким мазком обводя пульсирующую на холсте жилку мужского страха. Малышка-Курьер оказалась невыносимой трещоткой, но она принесла Ие наглость. Целую унцию чистейшей наглости, флакончик с густой аквамариновой тушью. У Ии как раз заканчивалась. К тому же наглость вообще редкий товар, её, как правило, надо заказывать заблаговременно, а Ия никогда не знала, в какую картину ей придётся добавить капельку аквамарина. Аквамарин шокировал. Ия была немного склонна к эпатажу. К непредсказуемости. К Временному. Поэтому флакончик с аквамариновой наглостью, способной превратить в фарс почти любую трагедию, был ей особенно дорог.
   Ия на миг оторвалась от картины и бросила взгляд на пока ещё полный пузырёк, радуясь, что не придётся лишний раз выклянчивать внесрочную поставку. Там, Наверху, к поддержанию миров в последнее время стали относиться пренебрежительно. То ли дело создание новых. Но Ия больше не заведовала этой частью мироздания. Её дело - Временное. Как боль, страх или облака.
   - И где ты её только раздобыла? - вздохнула Ия с восторгом, и девочка пожала плечиками.
   - Там её уж нет, - хмыкнула она и нетерпеливо добавила: - Ну, а как же мой подарок?
   - А, да, - вспомнила Ия. Подарок. Курьеры работают на общественных началах, но по традиции им полагаются подарки от заказчиков. За краски надо платить - это правило для всех. У Ии чаще всего просили славу - много у неё скопилось этих розовых шариков. Она их редко использовала - люди в её мирах вполне справлялись сами, добывая славу с помощью переворотов и катаклизмов. На скуку жители миров Ии пожаловаться никак не могли.
   - Ну так что же ты хочешь? - спросила Ия.
   И девочка сказала:
   - Подари мне смерть.
   Ия подняла глаза и впервые посмотрела на неё.
   Тоненькая. Щупленькая. Как былинка. Оспинки на лице. Глаза разного цвета: желтый и оранжевый. Наверное, совсем уже старая. Только дряхлые старики приходят детьми.
   Подул ветер - тонкий и сухой, словно пустынный. Ива тряхнула ветвями, заплакала каплями недавнего дождя.
   - Нет, не могу, - сказала Ия и откинула со лба прядь волос тыльной стороной ладони - пальцы у неё были вымазаны в страхе.
   - Ну, это уж твоя беда, - пожала плечами девочка.
   Ия посмотрела на картину. Жилка стала чётче, выпуклее, пульсировала сильнее, и теперь издавала не только крик, но и запах: резкий, острый запах пота. Кому-то где-то совсем скверно. Хороший набросок получился. Живой.
   Почти Настоящий, вдруг поняла Ия и вздрогнула. Не хватает буквально штриха.
   - Это же Настоящее, - машинально проговорила она. - Мне нельзя дарить Настоящее. К тому же у меня всего одна банка.
   - Знаю, - девочка улыбнулась мягко, сочувственно, вернув Ие её недавнюю улыбку. - Но ты ведь не можешь отказать.
   Да, не может. Ещё одно железное правило. Но что за чушь? Никому и в голову не придёт просить у Художника смерть! Каждому полагается только одна баночка, и запасы не пополняются, потому что не истощаются. Серебристую баночку Ии нарисовал Изначальный, тот, кто создал все Настоящие краски. Их не так много осталось. У Ии была ещё зависть, у Даны с соседнего Предела - совесть, а многие не имели ничего, кроме смерти. Девочка-Курьер не могла этого не знать.
   - Зачем она тебе? - беспомощно спросила Ия. - Ты не сможешь ею рисовать. Это ведь умеют только Художники.
   - А я не рисовать буду.
   - Не рисовать?
   - Нет.
   - А что?
   - Я просто её у тебя заберу.
   Ия посмотрела на неё.
   Это уже была не девочка.
   Ия вздохнула, положила кисть на мольберт. Густая капля страха нырнула в изумрудную траву. Ива скрипела, пели птицы, далеко внизу шумела река.
   - Ты не Курьер, - сказала Ия.
   - Нет.
   - Что ты такое?
   - Меня нарисовала одна из вас. Неопытная только. Случайно вышло, краска у неё пролилась. И что я должен был делать?
   - Довольно, - Ия потянулась к ящику с красками, коснулась серебристой баночки. - Уходи. Тебе нельзя здесь быть.
   - Уйду, когда получу свой подарок. Полно, дорогая. Ничего ты мне не сделаешь. Ты у меня в долгу.
   - Попроси что-то другое.
   - Я хочу смерть.
   - Зачем, бога ради?! Зачем она тебе?!
   Существо вздохнуло. Потом село на траву.
   - Понимаешь, она пролила меня на песок, - словно извиняясь, проговорило оно. - Я не смог войти ни в один из её миров. Долго скитался. У тебя мне понравилось. Симпатично и уютно. Вот только...
   - Зачем тебе смерть? - раздельно повторила Ия.
   Существо улыбнулось.
   - Я её пролью. Как меня пролили. Я теперь умею хорошо проливать.
   Когда-то давно Ия нарисовала себе сердце. И очень часто жалела об этом.
   - Но ведь тогда... Тогда в моих мирах люди не смогут умирать.
   - А что в этом плохого? Разве не это мечта всех человечеств - жизнь без смерти?
   - Ты не понимаешь.
   - Нет, ты не понимаешь. Давно назрела необходимость в мире, где нет смерти. Там, Наверху, ничего в этом не смыслят. Что ты видишь, кроме своих скорлупок? Оглянись! Куда, по-твоему, деваются те, кто умирают в своих мирах? Они приходят в твои миры!
   - Что?..
   - Милая, старая Ия! Да уже почитай сорок тысяч лет все Художники воспринимают твои миры как отстойник! И отправляют к тебе своих мертвецов. Если б ты удосужилась время от времени выбираться в люди, давно бы об этом узнала.
   - Почему... я?!
   - А на что ещё годится Художник, который только Временное рисовать ладен?
   Ия стиснула пальцы. Существо снисходительно усмехнулось.
   - Слушай, давай начистоту. Слабость можно сделать силой. Твои миры не так плохи. Я всё устрою. Ты даже сможешь вернуть влияние. Разумеется, надо будет внести кое-какие административные изменения... Мне нужна только смерть. Подумай, это даже правильно. Те, кто живут в твоих мирах, и так уже мертвы. А ты вынуждаешь их умирать дважды.
   - Чего ты хочешь?
   - О господи, - устало вздохнуло существо. - И впрямь ты стареешь. Я хочу обустроить твой мирок...
   - Потому что тебя не впустили ни в какой другой? - сказала Ия.
   Существо посмотрело на неё оранжевым глазом и улыбнулось жёлтым.
   - А хоть бы и так, - беспечно пропело оно. - Что же с того?
   Ия кивнула и встала. Она уже знала, кто перед ней. И - вдруг - почувствовала облегчение.
   Когда-то давно она нарисовала себе разум, и с тех пор ни разу об этом не пожалела.
   - Я знала, что ты придёшь, - спокойно сказала Ия, и рот существа дёрнулся то ли в улыбке, то ли в ужасе.
   Ия повернулась к мольберту и посмотрела на страх. Почти Настоящий. Достала из коробки серебристую баночку с прозрачным лаком. Нанесла на картину тонкий слой: невидимый, звенящий, спокойный, тот, которым заканчиваются все картины. Она не спешила и очень старалась. Существо ждало. Потом проговорило:
   - Красиво.
   Ия закрыла баночку. Посмотрела на картину. Вздохнула.
   И сказала:
   - Я рада, что тебе нравится. Держи.
   Схватила с мольберта кисть, капавшую кровью в изумрудную траву, скользнула по холсту последним мазком. И только тогда поняла, что написала.
   Существо вопило так, что Ие пришлось наспех прочертить тишину на первом попавшемся под руку клочке. Смотреть на это тоже было неприятно, и она отвернулась, бережно укладывая в ящик серебристую баночку. У смерти есть одно ограничение - её нельзя накладывать на Настоящие картины, иначе то, что на них изображено, умирает, вместе с тем, в ком должно воплотиться. Это запретили давным-давно, как только поняли, что таким способом Художники могут убивать. А убивать им нельзя. Убивают Там, Наверху.
   Ия давно никого не убивала. С тех самых пор, как разучилась рисовать Настоящее. Точнее, думала, что разучилась.
   Когда существо получило свой подарок до конца, Ия сложила мольберт и закрыла ящик. Тонкий ветер шелестел в мокрых ветках ивы.
   - Эл, он сказал, что я старая, - пожаловалась она.
   Камень выпрямился, ободряюще приобнял её за плечи.
   - Нашла кого слушать. Ну, готова?
   - Да. Летим.
   Ия вздохнула и вскинула руки над головой. У неё наконец начинались каникулы.


Популярное на LitNet.com М.Зайцева "Трое"(Постапокалипсис) В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2"(Боевая фантастика) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1"(Киберпанк) Я.Малышкина "Кикимора для хама"(Любовное фэнтези) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) С.Панченко "Ветер"(Постапокалипсис) Л.Свадьбина "Секретарь старшего принца 3"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Мета-Игра. Пробуждение"(ЛитРПГ) А.Ардова "Брак по-драконьи. Новый Год в академии магии"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"