Они встретились в бесконечном, до синевы, воздухе, согретом ослепительно палящим солнцем.
ОН и ОНА.
Бабочки. Мотыльки.
ОН - крупный, с большими, как опахала, бархатными крыльями темно-коричневого цвета, окаймленными по кромке узкой черной полосой.
На каждом крыле, расходящиеся концентрические окружности с ярким желтым пятном в центре, с фиолетовыми и зелеными обводами.
ОНА - тоненькая изящная. Крылья прозрачные, бледно-голубого шелка, с синими прожилками и, равномерно разбросанными по ним, васильковыми вкраплениями. Словно, парящая фата невесты.
Уговорились только поиграть.
Это был танец в полете по замысловатой программе.
Они взмывали вверх - в небо, к солнцу и свободно падали вниз в сумасшедшем ритме.
Нежный трепет крыльев, чувственное прикосновение - легкое, как дыханье.
Снизившись к земле, порхали от цветка к цветку, от стебля к стеблю, от ветки к ветке.
В солнечных лучах их тела и крылья ослепительно блистали, сверкали, переливались всеми цветами радуги, насыщая ими окружающую среду.
Очаровывающая, нескончаемая игра чувств, движений, красок.
Своими огромными, теплыми крыльями ОН прикрывал ЕЕ при малейшем дуновении ветра.
Заканчивался день. Они садились каждый на свой цветок и усыпали.
И снились друг другу.
ОНА желала большего. Хотела продолжать игру непрерывно - и ночью, у костра, который жгли люди.
- Но, ночью нельзя лететь в небо. Там темно и холодно. - прошелестел ОН крыльями.
- А я хочу! - капризно взмахнула ОНА в ответ своими. - Мы не будем подниматься высоко.
И они устремились вверх.
ОНА плавно кружилась над НИМ, ласково дотрагивалась крылышками, упрямо направляя вниз, к пламени.
ОН не сопротивлялся, боясь причинить ЕЙ боль.
Сильный, ОН потерял способность противостоять натиску чувств. ЕЕ и своих.
Все ближе и ближе костер. И уже не понять, где жар сердец, а где ад полыхающих дров. Все короче расстояние до оранжевых языков, накаляющих воздух. ЕЙ все мало. ОНА возбуждалась от опасности. ОН предвидел все. Знал, чем это кончится, но не мог восстать против любви. Своей и ЕЕ.
ОН не мог противиться всепоглощающей страсти.
Вот пламя коснулось бархата ЕГО крыльев.
Вот начал сворачиваться и плавиться шелк ЕЕ одежд.
Оба вспыхнули разом, как метеорит, достигший атмосферы Земли.