Овчинникова Лада Олеговна. Большой опыт

БОЛЬШОЙ ОПЫТ

9 июня. Четверг.

Пересекли границу. Ночь, идет дождь, мелькают деревья.

Как только мы отъехали, наш Главный сказал проверить паспорта, деньги и прочее, "по традиции". Здесь все уже собаку съели на таких поездках, одна я - новичок. Я пропустила все организационные собрания и не представляю, что меня ждет. Но не жалею об этом: так даже интереснее. Иногда мне чуть-чуть тревожно, тогда я смотрю на Валю и Макса и думаю - они же нормальные...

Хотя ни в чем нельзя быть уверенной.

10 июня. Пятница.

Мы уже почти приехали. Безумно раннее утро.

С чего все началось? Однажды зимой, под Новый год, Макс, Тоня, Валя, а также их Главный поехали на какую-то международную встречу молодежи в Женеву. Через год встреча была в Брюсселе, потом в Познани, потом в Роттердаме, а потом в Берлине. Каждый раз они приезжали ненормально счастливые... и я вдруг решилась влиться в их компанию.

Но сейчас не зима, а лето, и едем мы в TaizИ - маленькое местечко во Франции. Это - штаб организации, которая каждый год в разных городах устраивает эти встречи... Зимой - в Европейских странах, весной - в Азии, Африке...

Условия жизни будут спартанскими - мне постоянно напоминали об этом. "Если очень любите комфорт, - говорил Главный, - то не стоит... хотя нет, один раз надо попробовать".

Так, судя по шевелениям Главного, мы уже прибыли. Пока - только в Варшаву.

11 июня. Суббота.

Опять автобус. Опять!

За окном - горы. Я впервые вижу горы. Это очень приятное знакомство!

Позади марш-бросок с чемоданами на другой автовокзал. Варшаву я почти не увидела - только какую-то мешанину из высоток и реклам, несколько старинных зданий.

Пока мы на перекладных добирались до вокзала, я боялась - а вдруг не успеем на французский автобус? Что тогда? Остальные без конца шутили. Вообще, интересное у них настроение... Они извиняются за недоступные мне воспоминания и непонятные мне шутки, а глаза у них горят... И я знаю, что в обычной турпоездке такого не будет... Неужели надо создавать себе трудности для большей радости? Или дело все же в цели их путешествия, и в этом Тезе есть нечто такое, особенное?

А я просто выехала за границы своего маленького мира. И моя первая в жизни поездка - в неизвестность. За новым большим опытом.

Я смотрю на горы, на зеленые поля... Хочется побегать там, походить или постоять... Меня укачивает, но горы за окном помогают мне терпеть.

12 июня. Воскресенье.

Ах, эти долгожданные, спасительные - остановки на заправках! Дневные и ночные выползания из автобуса, очереди в туалет, плескание воды себе в лицо, блуждание среди других зомби по магазинчику...

Маленькие кафе-бистро. Бургеры и круассаны. Белые чашки и белые блюдца. Или картонные стаканчики. Пакетики с сахаром. Опухшие лица, стеклянные глаза... и терпеливое ожидание во взглядах моих друзей. Будто все эти неудобства - томительная, но необходимая прелюдия...

Хоть бы это все скорее кончилось!

А вообще-то, я ведь не в России. Я во Франции!

13 июня. Понедельник

Автобус привез нас на огромную стоянку. Там стояли еще десятки других автобусов. И я сразу увидела драму. Девушка в огромной соломенной шляпе повисла на парне в красной бейсболке - парень уезжал, они прощались. Классика жанра.

А сейчас мы валяемся на куче рюкзаков и чемоданов у какого-то сарая. Валя с Главным пошли куда-то разбираться и как сквозь землю провалились.

Я вижу много зеленой травы, деревья, кусты... Приятный вид, но... неопределенный. Вот пока я ехала в автобусе, усталая, вся затекшая, укачанная, было даже лучше, чем сейчас - я ехала во Францию, а приехала куда? Это не Париж, не Марсель, не Прованс, это неизвестно что!

Смотрим, как бегают люди. Здесь все расы, все народы. Будто мы попали в детский атлас мира. И все знают, зачем они здесь. А мы валяемся на своих рюкзаках и ждем Главного с Валей - уже второй час. Может, их зажарили, съели или принесли в жертву?

Тут появился наш спаситель. Высокий парень цвета горького шоколада (75% какао). Черты лица приятные, а глаза - такие вырази... Фу, какое пошлое и бесполезное описание. И вот этот парень подошел, сказал "Хай". Макс с Тоней объяснили ему, почему мы валяемся тут, такие кислые. Он стал махать руками и слепить нас улыбками, после чего убежал. И вернулся с девушкой. Светловолосой, кудрявой, голубоглазой. И русской! У нее красивое имя - Злата. И она многое рассказала нам... А именно: это замечательное место, все очень здорово, волноваться не надо, все будет хорошо, нам здесь очень рады, и надо обязательно записаться на хозяйственные работы, лучше всего - мыть посуду или чистить туалеты. Чистить туалеты - особенно весело. Парень - его зовут Эжид - энергично подтвердил: да, чистить туалеты - это ух ты как здорово!

Бежать. Бежать отсюда!

А может, Главный уже продает нас в рабство? Поэтому его так долго нет - торгуется? А Валя что - неужели с ним заодно? А я ей верила...

Пришли Главный с Валей. Сказали, что все нормально. Просто мы слишком рано приехали, а регистрация и расселение начинаются в четыре часа.

Мальчишки остались у этого несчастного сарая сторожить наши вещи, а мы, девчонки, сейчас пойдем изучать местность...

Местность - это ряды одноэтажных домиков-бараков, пластиковых и деревянных, красивые деревянные ворота с колокольней, зеленые лужайки и пыльные вытоптанные площадки, невысокие, но обширные шатры, деревянные скамейки, деревья, улицы и закоулки... Людей очень-очень много, но фанатичных глаз и блаженных улыбок я не видела.

Какая жалость, что мой английский уверенно стремится к нулю. Конечно, мне не дадут пропасть, но Макс и Тоня с таким удовольствием треплются со всеми вокруг... Каждые три секунды я слышу "Hi, how are you? What is your name? Where are you from?" Увы, я - за железобетонным языковым барьером...

Зря я сюда приехала, точно зря. Но первый блин комом - это же нормально, в другой раз выберу себе классический автобусный тур по Европе... А для начала и это ничего. Будет о чем вспомнить и рассказать. Сидела бы сейчас дома... а так - сижу непонятно где. Большой интересный опыт!

Главный с Валей уходили опять, но быстро вернулись. Они нас зарегистрировали, и мы пошли заселяться. Сейчас я пишу, сидя в маленькой комнатке почти под потолком - здесь двухэтажные кровати, и больше никакой мебели. С нами живут две немки и француженка. Немки - светловолосые сестры-близняшки. Молчаливые. Француженка - очень красивая и эффектная девушка, стильно одетая. Я слышала, мол, француженки все бесцветные, страшные - но это не про нашу соседку. Плотная, фигуристая, короткие блестящие черные волосы, глаза большие и вырази... тьфу, опять шаблон... Красивая девушка! Очень красивая! Имя мне тоже нравится - Йолейн.

Валя счастлива - она обожает говорить по-французски. Судя по лицу Йолейн, французский Вали весьма хорош, весьма...

Ох, надо учить иностранные языки!

Ходили на полдник. Интересно. Огромная громкая веселая очередь, а за ней - девушки и парни, выдающие еду и улыбки. Улыбок сколько хочешь, еды поменьше: яблоко, круассан и зеленая пластиковая миска с водой. Ну, для полдника ничего себе. Мы сели прямо на траву и съели все это. Светило солнце, вокруг нас рекой лилась разноязыкая болтовня... Я смотрела по сторонам и видела, что людям тут очень хорошо. Может, и я перестану жалеть, что ввязалась в эту авантюру?

Во время полдника мы обсуждали животрепещущую тему: по идее, надо записаться на какие-то работы: мытье посуды, чистку туалетов, раздачу еды, готовку... причем Главный и Валя так рвались поработать... Они с пеной у рта убеждали нас, что совместный рабский труд - объединяет, развлекает и вообще приносит райское наслаждение, как целый грузовик "Баунти". Макс, слава Богу, проявлял отточенный армией талант уклоняться от любых общественных работ, Тоня проявляла свойственные ей практичность с осторожностью, а главное - никто не мог заставить себя встать и пойти что-либо выяснять и во что-то ввязываться. Я немного опасалась, что вдруг явится громадный мускулистый иностранец с горящими красным огнем глазами, щелкнет хлыстом и воскликнет трубным голосом: "Быстро работать, бездельники!".

Но к нам пришел Эжид, и его глаза горели не фанатичным огнем, а только несколько повышенным интересом к жизни... Он о чем-то поговорил с Валей и Главным, и мы все встали и быстро пошли за ним... и пришли вот сюда, в прекрасное, чудесное, замечательное место, где я нахожусь сейчас...

Это - бескрайняя зеленая поляна. И это - удивительно красивое чистое озеро. Это - неизвестные мне цветущие деревья. И это - тихо журчащий водопад...

После маленькой фотосессии мы расстелили свои туристические коврики и отправились каждый в свою нирвану. А Эжид куда-то ушел. Только что был - и нет его...

Главный призвал свою команду к молитве. Они с готовностью сели в кружок, достали какие-то бусики и стали негромко что-то повторять... Валя мне рассказывала, это католическая молитва Розария, по четкам. Одна бусинка - одна молитва. Свои четки-розарии ребята покупают в церквях и монастырях, дарят друг другу, их множество разных: деревянных, стеклянных, янтарных, веревочных...я видела такие в машинах, а некоторые носят их на шее - это модно... Макс, который не католик и вообще нерелигиозен, охотно присоединился, и по лицу видно - весь ушел в эту молитву...

Я наблюдаю за ними. Интересно. Меня очень царапает фальшь, религиозный пафос, но здесь этим, слава Богу, и не пахнет...

Они запели.

У Вали очень сильный и очень чистый голос, ласкающий слух, как этот водопад... С Валиным голосом сплетается голос Главного, он слабее, но выразительный и... правдивый. Тоня и Макс тихонько подпевают, увлеченно, но ненавязчиво... Они поют одну фразу на французском языке. Она повторяется и повторяется. Мелодия удивительно красива, она похожа на это место и, повторяясь, почему-то не надоедает...

Я вижу - это не секта. Я вижу, это нечто иное. Непонятное мне, но неопасное.

Потом появился странный молодой человек - с огромной шапкой черных спутанных кудрей, густой черной нечесаной бородой и грязными ботинками. Он одновременно робко и настойчиво твердил что-то по-английски и по-французски, и Валя сказала - нас выгоняют отсюда. Пора ужинать.

Ужин был неплох. Горячие макароны с овощами и ветчиной. Парни и девушки, раздающие еду, были так же радостны и приветливы, а очередь была такая же огромная и позитивно-шумная. Мы много фотографировали... Такие фотографии достойны Нейшнл Джиографик: вот ослепительно белокожий парень под зонтиком от солнца, лицо густо намазано кремом от загара. Вот африканские красотки в модных сарафанах и с перьями на голове, вот девушка с невозможными сережками, похожими на живых змей, свисающих с ушей... бррр.... Многие поют, многие танцуют... А я только смотрю...

Во время ужина к нам подошла Йолейн. Мы увидели ее издали и заключили с Валей пари: я говорила, что она обнимет за пять минут больше десяти человек, а Валя говорила, что меньше. Я победила! Главный был двенадцатым, Валя была тринадцатой, Макс - четырнадцатым, Тоня - пятнадцатой, я - шестнадцатой. Потом к нам подошел Эжид и стал семнадцатым человеком, которого обняла Йолейн за пять минут...

А после ужина было то, что мне сегодня понравилось больше всего... если не считать чудесного озера.

Даже не ожидала, что мне такое может понравиться.

Вся толпа вошла в низкое деревянное здание, разделенное на сектора. В каждый сектор вела своя дверь. У дверей стояли люди и держали большие таблички с надписью "тишина" на всех языках, кроме русского. "Silence", "Silentium", "Stille"... Внутри было темно. У входа каждый брал ярко-оранжевую книжечку с текстами и нотами - песенники.

Где-то впереди горели свечи, умиротворяюще светились оранжевые полотнища. Там стояли низкие скамеечки, на них сидели мужчины, пожилые и молодые, в белых рясах. А вокруг на полу сидели люди. Огромная толпа. Много-много людей.

На стенах - табло, похожие на электронные часы, но вместо времени они показывают номера песен в книжечках.

И вот запел хор. Пелась фраза на латинском языке, мелодия простая и... не сектантская. Голоса в хоре мощные и чистые, мужские и женские, высокие и низкие... и для секты это слишком гармонично, не слащаво... "Veni sanctus spiritus, tui amore ignem accente". Фраза повторяется, повторяется... Потом другая фраза, на английском. Она состоит из очень знакомых слов, даже я смогла понять: Иисус, вспомни обо мне, когда придешь в Свое Царство. Потом опять латынь, потом по-польски, потом вдруг по-русски! "Слава тебе, Боже". Все пели, все вокруг, а я слушала и плавала в этом пении.

Потом на английском и французском прочитали что-то из Библии, потом один из братьев Тезе, пожилой, высокий, седой, что-то говорил, объяснял, Валя мне переводила, но я не слушала, задумалась... Потом опять пели... Нет, не так, потом были пять минут тишины. То есть пять минут кряхтенья, сопенья, шевеленья... Валя шепнула, что во время тишины надо "размышлять над Словом Божьим"... Я ни о чем не думала, но мне понравилась эта тишина.

Потом было еще несколько песен-фраз на разных языках - и люди стали постепенно вставать и выходить. А некоторые оставались. Валя сказала, здесь можно быть всю ночь, молиться или думать, а можно поговорить с кем-то из людей в белом - братьев Тезе... исповедоваться или спросить совета... только бесполезно спрашивать, какой они конфессии, ни за что не ответят - здесь это неважно, а важно что-то другое...

Надо же, как много я уже исписала страниц! И никогда еще у меня не было таких длинных дней. Зато, судя по слипающимся глазам, ночь покажется слишком короткой.

Мне еще надо описать наш поход в Ояк. После вечерней молитвы начинает работать маленькая палатка, где можно купить немного алкоголя - одноразовый стаканчик вина, сидра или пива. Вокруг Ояка стоят высокие столики, здесь, конечно, огромная очередь и огромная толпа... Все кричат, веселятся, фотографируются, обнимаются, знакомятся, болтают... Я взяла сидр - мне очень понравилось. Мы с друзьями погуляли немного вокруг да около, послушали игру на гитарах, посмотрели на танцующих ребят...

14 июня. Вторник.

В 7.00 мы вышли из нашей комнатки. Мама дорогая, какой холод! Солнечное июньское утро, а похоже на морозилку. Мы идем к зданию с туалетами и душевыми... Конечно, внутри - опять очереди.

Душевые требуют описания... Маленькая такая кабинка, в ней закуток со стулом и крючками для одежды, а потом делаешь шаг - и видишь большую кнопку на стене. Дотягиваешься до этой кнопки, нажимаешь, и получаешь мощную чуть теплую струю... Впервые в жизни я была такой свежей и такой ошалевшей одновременно...

Церковь - низкая, деревянная, очень простая... Там опять надо было сидеть на полу... Кто-то громко и звучно запел "Аллилуйя", все (кроме меня) подхватили... началось.

Вошли священники. Мама дорогая, я и не знала, Главный-то наш - священник! С ума сойти.

Священников было много. Облачение у них простое - белые рясы, а поверх еще цветная накидка покороче (Валя меня просветила, что это называется альба и орнат). Не роскошно, но и не обыденно. Священники делали простые и красивые жесты (поднимали и складывали руки, преклоняли головы, иногда становились на одно колено, иногда на оба...), что-то говорили, все им хором что-то отвечали... Читалась Библия, конечно, была проповедь - на английском, французском и немецком... Валя мне переводила, и было даже интересно, но тут же все выветрилось... Не скажу, что это действо меня захватило и вознесло к небесам, но время (около часа) пролетело очень быстро...

Потом вдруг поднялась одна стена, стал прибывать народ - перед началом фирменной молитвы Тезе. К нам присоединился переодевшийся в футболку и шорты Главный. Удивительно, но впечатление было таким же сильным, как в первый раз, и это несмотря на то, что рядом сидел толстый усатый дядька и безбожно фальшивил...

После молитвы мы пошли на завтрак. В этот раз нам выдали булочки, масло и сыр, шоколадные батончики, а еще можно было выбирать между чаем и какао! Какао было замечательное.

С нами завтракала Йолейн. Позавтракав, она неожиданно вскочила, схватила за руку Макса и стала учить его танцевать акробатический рок-н-ролл, причем с таким напором, что уже минут через пять он лихо ее подбрасывал и ловил. А мы восхищенно аплодировали. Настроение у меня не просто поднялось, а взлетело куда-то в синие французские небеса...

А сейчас мы опять сидим на полу. О моя бедная пятая точка! Один из братьев Тезе читает лекцию о Библии, на английском, конечно же. Макс и Валя понимают почти все, Главный и Тоня примерно половину, я не понимаю ничего, но ничуть об этом не жалею. Хотя, судя по лицам моих друзей, лекция не занудная... Зато я могу спокойно описать начало этого дня.

После лекции нас разделили на группы... Я оказалась в группе, где был Главный, итальянцы, норвежка и Эжид.

Общим языком объявили... итальянский. Норвежка знала итальянский и могла переводить Эжиду, наш Главный тоже знал итальянский и обещал переводить мне. "Если хотите, могу на немецкий или литовский". Спасибо...

Итальянцы... С ними не соскучишься... Сначала они полчаса решали, где мы должны сесть. В тени? Или на солнце? На лавочке под деревом? В шатре? На травке? Все остальные подчинились их энергии хаоса... даже и не знаю, каким чудом мы все же легли на травку и стали знакомиться. И это было весьма интересное знакомство... Эжид - это Эжид, открытый настежь парень. Норвежка - милая скромная девочка. Все итальянцы - очень колоритны. Кармен - маленькая, как горошинка, смуглая итальянка в очках, сгусток доброго любопытства. Серена - дородная молодая сеньора в шароварах - в ее глазах вечным огнем горит желание задушить в объятиях все Тезе. Клаудио - хитрющий красавчик, Гаэтано - с небритой бандитской рожей и глазами младенца... И наконец, итальянский священник, дон Альберто, огромный и красивый бородач, бывший оперный певец. Боже! Зачем ты позволил ему уйти из оперы?! Какой голос! Гипноз! Анабиоз!

Пока мы усаживались, а потом еще знакомились, время "работы в группе" закончилось. Пора было уже идти на молитву... И я поймала себя на том, что жду ее с удовольствием... Я уже зомбирована?

После молитвы и обеда опять ходили на наше озеро. Йолейн о чем-то секретничала с Валей, Главный смотрел вдаль, за водопад, а Макс спал. Он все время хочет спать. Тоня тихо рассказывала мне о группе, в которую они попали - там много ребят из разных протестантских общин, а еще есть двое православных, причем один - француз, а другой - индиец. Удивительная солянка...

Как я уже люблю это озеро... Нет никаких слов для этой любви.

Потом Йолейн показала нам Экспозишн. Это большой магазин... здесь открытки, песенники, книги, браслеты, кулоны, диски, плакаты... глаза разбегаются. Я купила несколько открыток. Мы встретили Эжида, он подарил нам всем по кулону в форме креста-голубя, символа Тезе. И сразу убежал - он все время спешит, все время занят...

На вечерней молитве я вдруг заметила иконы. Они и раньше были, просто меня так удивила и поглотила музыка, что я... а теперь увидела икону прямо перед собой. Копия какой-то очень старинной и непривычной... Иисус стоит рядом с неизвестным и обнимает его за плечи. Я шепотом спросила у Вали об этой иконе, Валя спросила по-французки у Йолейн (они теперь неразлучны), и Йолейн ответила - никто не знает, кто изображен рядом с Иисусом, а икона называется "Иисус с другом", и она очень древняя... Я слушала песни Тезе и смотрела на Иисуса с другом. Мысли? Нет, их не было. Чувства? Очень неопределенные. Вечером возле Ояка несколько парней играли на гитарах, и с ними Эжид и еще один африканец стучали на больших барабанах. Это было нечто очень динамично-ритмично-гармонично-непривычное... Мы долго стояли и слушали. Йолейн пустилась в пляс, и Валя, и Макс, потом Тоня, и Главный тоже, а я совсем не умею танцевать, даже так, для себя... но все равно, это было замечательно.

15 июня. Среда.

Надо срочно описать нашу болтовню в группе - не хочу ничего забыть. Все рассказывали о себе. Вообще-то мы обсуждали какие-то вопросы и какой-то текст, что-то, как всегда, связанное с Иисусом, Библией... но все это вылилось в наши биографии.

Эжид, хоть и младше меня, может смело учить меня жизни - он уже объездил полсвета как волонтер-медик. Учится на врача и успевает жить как десять человек сразу... Хватается за любой проект, летит в любую точку мира, готов жить в любых условиях, помнит и любит уже миллион людей... встречался при этом с удивительными сволочами, бандитами, мошенниками... и продолжает считать, что мир - это доброе место. Это выше моего понимания.

Девушка-норвежка - тоже студентка. Она не так активна и энергична, но очень, очень мила.

Итальянцы... итальянцы. В общем, обычные ребята. Ну, кто-то пару раз сбегал из дома, кто-то был летчиком и на пике карьеры вдруг разочаровался в самолетах... ну и дон Альберто, в юности - восходящая звезда оперной сцены... его история достойна длинной, слезливой, запутанной мыльной оперы длиною лет на семь. Ах, этот голос, Боже, когда этот Твой слуга говорит, невозможно сомневаться в Твоем существовании, а когда он поет... хочется тут же отдать церкви десяток московских квартир.

Еще надо описать, как мы сегодня вышли за пределы Тезе.

Я увидела обычное шоссе... стояла и думала - я приехала оттуда, по обычной дороге, в обычном автобусе, а попала куда-то...

Я увидела великое французское ДЖВ - я увидела саму скорость, ракету на земле, силу и мощь, торжество техники и прогресса...

И еще мы увидели обычную узкую французскую улочку. Яркие, сочные красные цветы. Близко-близко стоящие домики. Крохотные кафешки, прилепившиеся к этим домикам. Увидела французов. Услышала десятки раз настоящий французский "бонжур!"

А когда мы вернулись в Тезе, я заметила, что здесь много инвалидов-колясочников... тут для них есть и специальные пандусы, и специальные туалеты, и... Но зачем они приезжают сюда? Чтобы не сидеть дома? Чтобы не быть одним? Или надеются на что-то, на чудо? Или я чего-то не понимаю?

А еще сегодня мы ходили в гости. К монахине, которая здесь работает и которая родом из Чехии... и хорошо говорит по-русски. И помогает паломникам из России. Ее зовут сестра Рената. Она живет не в бараке, конечно, как мы, а в небольшом домике с садом. В этом саду мы пили с ней чай. Она такая классическая католическая монахиня, как в кино, приветливая и красивая, совсем нестарая женщина.... Мы опять рассказывали о себе, кто где учится или работает... она смотрела на нас с большим интересом... своими пронзительными черными глазами. В ней чувствуется двойное дно...на большой глубине. Не знаю, хорошо это или плохо. Вдруг Валя спросила ее - а можно приехать сюда надолго? Работать, помогать? Главный ничего не сказал, но глаза его чуть блеснули, а Тоня и Макс удивленно переглянулись... да, одно дело - приехать в странное, ни на что не похожее место, поразиться, растеряться, потом оглядеться и немного привыкнуть, найти в этом смысл и удовольствие... но приехать сюда надолго? Впрочем, каждому свое...

Уже так поздно. Наши мальчишки, наверное, видят десятый сон. Немки уже давно отключились, Йолейн и Валя о чем-то шепчутся, Тоня лежит и смотрит в потолок, улыбается... Мне нравится на моем месте, нравится смотреть сверху вниз... Нравится, что я так резко каждый раз засыпаю, прямо проваливаюсь, и так трудно каждый раз дописывать последние слова...

16 июня. Четверг.

Сегодня у нас была "региональная встреча" - все русские собрались у домика брата, который занимается паломниками из России. Кажется, его зовут брат Мэтью, хотя все эти Джозефы, Джоны, Роберты, Рудольфы, Франсуа так путаются в моей голове... Этот брат - черноволосый с проседью хитрец средних лет. Из России были не только мы, еще приехала католическая монахиня с выводком детей и подростков. Одна девочка, постарше, симпатичная блондинка, казалась самой бодрой и довольной, остальные, видимо, были не в восторге от всего... Обязательный ритуал знакомства, после него каждый должен был ответить на вопрос "Ну и как вам здесь, у нас?". Посыпались слова о единстве, дружбе, живом источнике, гармонии, свободе, покое, решении внутренних проблем, святой тишине, преодолении барьеров, мире, любви, надежде... Наверное, во всем этом даже был какой-то процент искренности...я тоже внесла свою лепту в общую копилку возвышенного одобрения. Брат Тезе отозвал нашего Главного в сторону, пригласил его в дом... Главный вернулся задумчивый, довольный и со стопкой книг о Тезе для нас...

Потом у нашего озера я разложила все печатное богатство - карту-схему Тезе, правила поведения в Тезе, и новые книжки... смотрела, листала... скучно. Все эти размышления и переживания слишком далеки от меня. Но потом Главный взял одну из книжек и стал читать ее нам вслух. Вот это было интересно - я наконец узнала, откуда взялась эта община... Во время второй мировой войны некто Роже в маленькой французской деревеньке Тезе прятал беженцев от фашистов... Среди этих беженцев были люди разных национальностей, особенно много было евреев... Чтобы не смущать их своей молитвой, брат Роже всегда молился в одиночестве... Вот это мне очень нравится! Потом постепенно зародилась и выросла община Тезе... А потом, через много лет, брата Роже убила на глазах у множества людей какая-то душевнобольная... сейчас здесь главный - брат Алоис. Конечно, очень коряво и скомкано изложила я эту историю, но... как могу, так и сделала.

После вечерней молитвы Валя рассказала мне об "ушедших в тишину"... иногда люди, приезжающие сюда, в Тезе, "уходят в пустыню" или "в тишину". То есть - молчат. Не общаются ни с кем. Здесь даже есть специальные места, где едят те, кто "ушел в тишину". Это очень странно - неделю или даже несколько дней молчать там, где толпы, толпы, толпы народу, и очень общительного, любопытного народу... Зачем это молчание? Что оно дает? По мечтательным глазам Вали я вижу, что ее эта мысль привлекает... Мое отношение к этому - уважительное недоумение. Спросила Главного. Пожал плечами... Хорошо, что он не прочитал мне лекцию о духовности... хотя - надо признать, иногда он говорит интересно, и - слава Богу - никогда не слащаво...

Спать, спать, смертельно хочу спать!

15 июня. Пятница.

Сегодня мы сбежали из Тезе. Сели в машину Йолейн и уехали. Недалеко от Тезе есть замечательный маленький городок Клюни. Йолейн показала нам историческую часть: старинные соборы, руины древних зданий, фонтаны с питьевой водой... Йолейн так небрежно говорила нам - тут XII век, тут X век, а туда даже не смотрите, это уже XVI век, даже неинтересно... А потом мы неожиданно вынырнули в современном городе - и по магазинам, по магазинам. Я, почти не глядя, накупила сувениров, Тоня не была бы Тоней, если бы не нашла себе платье, за которое можно убить, Валя приобрела небесно-голубой палантин, который очень идет к ее нежному лицу и синим глазам. Потом мы зашли в гастрономический бутик, и там все купили в маленьких баночках настоящую фуа-гра, еще купили вино...

Потом мы сели в маленькое летнее кафе и выпили по чашке кофе. Я была абсолютно счастлива легким, чистым, неразбавленным счастьем. Даже наш немудреный смех над отчаянно зевающим Максом был каким-то особенным, насквозь французским. Йолейн светилась оттого, что видела, как мы довольны...

Вернулись в Тезе к вечерней молитве. Сегодня, в пятницу, она особенная. В конце братья вынесли большой деревянный крест. На кресте в какой-то детской наивной манере изображен Спаситель... Можно было поклониться Кресту - приблизиться на коленях, приложиться лбом, замереть, поцеловать, отойти, уступив место другому... к Кресту приближались одновременно со всех сторон...

Главный остался там, мы ушли.

Валя с Йолейн бродили где-то вдвоем, Тоня тоже куда-то пропала, Макса свалил сон... Я в гордом одиночестве пошла к Ояку. Там была веселящаяся толпа, кто-то пел, кто-то играл, кто-то танцевал... там было много-много дружеских теплых компаний, но я была отдельно, и внимания на меня никто не обращал... Я стояла и думала, что и там, среди углубленных в молитву - я отдельно, и не могу так уйти в созерцание себя или Кого-то, как другие... как мои друзья... и здесь, среди веселой отдыхающей молодежи - я тоже отдельно... Тут ко мне подошла одна из наших немок-близняшек и стала что-то мне говорить, показывать знаками, но я не поняла. Она улыбнулась и отошла. А потом ко мне подбежала Кармен - наша итальянка, она тоже пыталась мне что-то объяснить на итальянском английском, я не поняла ничего, тогда она меня крепко-крепко обняла. Мелочь, а приятно...

Я пошла к нашим баракам. Села на клумбу. Вот сижу со своим блокнотом, смотрю на небо и близкие-близкие звезды. Я думаю о том, что уже много дней не пользуюсь Интернетом, и не скучаю по нему, уже много дней равнодушна к мобильному... что это странное и непонятное, даже чужое место - но мне все равно неплохо... что кофе в Клюни был очень вкусный, а собор в Клюни такой красивый...

Мимо меня, не заметив, прошел Главный - возвращался после своей долгой молитвы. Глядя на него, мне почему-то захотелось пойти туда, побыть в этом оранжевом теплом свете, посмотреть на эти странные иконы...

Надо идти спать.

16 июня. Суббота.

Когда мы завтракали, видели, как испанцы строят живую пирамиду. Внушительных размеров, из семнадцати человек! Зато и падение ее было великое... А девочки-немки сложили из стаканчиков йогурта огромные буквы TaizИ.

Во время обеда какой-то хитрый мексиканец с громким криком "Пауло, эй, Пауло!" - ввинтился в очередь и прошел ее насквозь до самой раздачи... Все хохотали, и к счастью, такой нашелся всего один...

Почему-то сегодня у нас не хватило времени пойти к озеру...

Утром, когда мы с Валей шли в душ, на пороге нашей комнаты увидели огромный букет роз... и маленькую открыточку, там было написано "for Hantonina". Да, у Тони уже тайный воздыхатель...

После обеда уехала Йолейн. Она пригласила нас в свой родовой замок. Да... оказалось, что наша француженка - не просто француженка, а самая настоящая графиня, Йолейн де Фонтени... приятно было обняться на прощание с милой дворянкой.

Валя после отъезда Йолейн ходила как в воду опущенная. А может быть, она к тому же переживает и наш скорый отъезд... Не хочу думать об этом.

А на вечерней молитве каждому дали длинную и тонкую свечку. И в один момент мы стали зажигать эти свечи одну от другой, и маленькие, но яркие огоньки побежали по толпе... На секунду мне показалось, что я - верю...как будто вместе с этими огоньками свечей в меня проникла какая-то искра, или те особенные волны, что ходят от человека к человеку на этих молитвах, вдруг подхватили меня и понесли за собой...

Сегодня мы не пошли в Ояк. Валя, Тоня и Главный остались после молитвы, я остаться не захотела, а потерянно бродила по Тезе, и пыталась поверить, что завтра - уезжаем... Встречала таких же как я бродяг, компаниями и по одиночке, махала им рукой и молча улыбалась, кивала... Потом устала, пошла к нашим баракам, взяла свой блокнот, села на клумбу у входа в нашу комнату...

Мне очень, очень странно сейчас...

Идут Тоня и Эжид. Подошли ко мне. Эжид улыбается. Они сели рядом со мной. Мы молчим. Эжид смотрит в мой блокнот. Он положил руку Тоне на плечо...

17 июня. Воскресенье.

Сегодня утром наш Главный служил мессу в маленькой часовне с итальянским священником... золотым голосом католической церкви... Перед мессой я видела, как Главный готовится. Накрывает алтарь покровом, раскладывает на нем что-то... движения были отточенные, как... у хирурга.

Месса была на итальянском и на русском. На мессе были мы, итальянцы, Эжид и тот странный косматый француз, которого мы встретили на озере в первый день... у него были ужасно пыльные и рваные ботинки, и как ему не жарко летом ходить в ботинках?

После мессы итальянцы сказали длинную речь (Главный переводил) о том, какая радость для них - мы. Потом мы долго-долго со всеми обнимались.

Ждем автобуса на стоянке без шуток и смеха.

А вот Эжид. Он пришел попрощаться с нами и особенно с нашей Тоней. Может быть, он и есть ее тайный воздыхатель? Эжид держит Тоню в объятиях и не отпускает...

18 июня. Понедельник.

Дорога назад...

Недавно была остановка на заправке с хорошей кафешкой и большим магазином. Я купила себе здесь плюшевого мишку. Я назову его Тезе. Ему идет это имя.

Целую неделю я не видела грубости, резкости, холодности. Целую неделю я не видела тоски и фальши. Я уверена, что они в Тезе есть. Но, наверное, их не очень много...

Такая простая и хорошая идея - молодым людям со всего мира иногда жить вместе... жить, общаться, веселиться - и жаловаться друг другу на что-то...ну да, и чистить туалеты...

Я была и остаюсь неверующей, только сочувствующей, да... но там - эх, уже там, а не здесь - мне часто вспоминались слова "... где двое или трое во имя Мое - там Я среди них".

Меня еще ждет дорога домой, и только потом - дом...Еще будем смеяться и шутить, и - теперь у меня с моими друзьями есть общие особенные воспоминания...

Потом мы будем скидывать друг другу тонны фотографий...

Валя сказала, что решила вернуться сюда. Надолго.

Не хочу больше ничего писать.

Оставить комментарий © Copyright Овчинникова Лада Олеговна (hairete@list.ru) Размещен: 09/02/2012, изменен: 09/02/2012. 35k. Статистика. Рассказ: Проза		Ваша оценка:
Аннотация: ...и ни одного преувеличения!

Овчинникова Лада Олеговна: другие произведения.

Большой опыт