Корбин Макс: другие произведения.

Бочка неприятностей

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
Оценка: 8.48*7  Ваша оценка:
  • Аннотация:


    Новый наниматель Бочки видный ученый в области псисимбиотических биотехнологий. Порой он нуждается в особых расходниках типа желудочного сока гигантских ледяных червей, так что нас ждут снега и пески, небесная высь и подводные пространства с кучей монстров от вида которых стынет кровь, но их репутация немного меркнет на фоне тех, кто хочет завладеть разработками нашего нанимателя.



  Глава 1
  
  Свинья, если можно так назвать жирную тварь с мощными бивнями и клыками весом под шесть центнеров, задрала голову вверх и противно визжала от дикого холода, что пробирался даже сквозь термоизоляцию брони. Взгляд тупого животного, был направлен на нашу платформу, зависшую в пяти метрах над ледяной долиной. Скотина просилась обратно, в теплый трюм "Бочки", но шансов на это у нее не было. Препарат, что скормила твари Асоль, безжалостно разрушал ее печень, отравлял мышцы и поднимал общую температуру тела на добрых десять градусов. Сначала от свиньи даже пар валил, но сейчас, когда ее обвеял морозный ветер, пар вырывался только из открытой глотки. Скорее бы уже снежные черви ее сожрали, любят они теплое мясо, как пчелы цветочный нектар. При чем на другие источники тепла, эти монстры не реагируют.
  
  - Регистрирую дрожь, - сообщил Эрнан.
  
  Техник, одетый в три слоя термоизолирующей одежды и пуховик по колена, чувствовал себя отлично, а я вот мерз. Легкая костяная экзоброня типа скаут плохо была приспособлена к температурам ниже минус двадцати по цельсию. Ясмин, наш биотехник, накачала синтетические мышцы экзокостюмов специальным раствором, не дающим им замерзнуть, что никоем образом не влияло на пилотов. Хуже всего приходилось пальцам. Они у меня превратились в промерзлые сосиски в костяных перчатках. Каждый раз сжимая кулак я боялся, что они тупо рассыплются ледяными осколками.
  
  - Ну наконец! - добродушно пророкотал бас Вольфа.
  
  Немцу хоть бы хны, у него и броня тяжелого класса и жировая прослойка толще, а вот Мин Ки и стойкость с которой он переносил холод, меня бесила. Черный стальной скаут взмахнул глефой, начав энергичную разминку. Я перехватил свою и тоже сделал несколько мощных взмахов.
  
  Черный замер и посмотрел на меня. За матовым забралом нельзя было прочитать его эмоции, возможно там осуждение, возможно презрение или насмешка. Да, мне далеко до его кошачьей грации. Выпендрежник! Посмотрел бы я на то, как ты справишься этой палкой против привычных мне щита и короткого меча!
  
  - Готовность! - скомандовал Эрнан, одновременно отводя платформу дальше от наживки. Свинья завизжала и неловко побежала по спрессованному временем до состояния льда снегу. Местами острые копыта пробивали-таки корку, что замедляло ее движение и ранило ноги, заставляя истекать горячей кровью.
  
  Мы дружно разошлись к разным краям платформы, балансируя на самом краю и ожидая, когда она остановится.
  
  - Прыгай! - скомандовал техник.
  
  Платформа вздрогнула при торможении. Ноги сами сделали шаг за край и дух на мгновение перехватило ощущением бесконечной свободы, а потом телекинез Вольфа мягко перехватил меня у самой поверхности, так что касание вышло почти деликатным.
  
  За спиной громыхнула сталь выпендрежника. Он отказался от поддержки телекинезом и едва коснувшись земли ушел в перекат, используя древко глефы как ось. Катится бы ему так метров двадцать, но узкоглазый активировал плазму и лезвие глефы засияло синим огнем, уткнулось в лед, пыхнув паром. Скаут крутанулся вокруг него, как долбаный брейкдансер и мгновенно оказался на ногах в эффектной боевой стойке с горящим оружием в искрах оседающего льдом пара.
  
  Думай о червях, думай о червях! Я тоже зажег плазмой лезвие своей глефы и про себя прочитал коротенькую мантру.
  
  Злость убивает душу, зависть разъедает сердце. Злость убивает...
  
  - Еще движение! - сообщили наушники шлема напряженным голосом Эрнана. - Как минимум две линии!
  
  Вольф вытащил из бронированного кармана на спине тяжа обрубок меча. Взмахнул раз, и сталь разложилась как телескопическая дубинка, явив миру монструозный двуручник; еще раз, и клинок очертила оранжевая полоса плазмы.
  
  Помесь снега и льда под ногами ощутимо вздрогнула. Свинья бросилась к нам с удвоенной скоростью то ли с целью спастись, то ли отомстить перед смертью. Добежать ей было не суждено. Голова скотины взорвалась фонтаном кровавых ошметков и уткнулась бивнями в снег, а тело по инерции сделало нелепое сальто и шумно повалилось на лед в метрах семи от нас. Отличный выстрел Асоль! Я украдкой бросил взгляд в небеса, где висел похожий на помесь дирижабля и бочки корабль и мне даже почудилось, что ветер принес тихий звон пушки гауса, что по определению невозможно - слишком далеко.
  
  Дрожь усилилась настолько, что пришлось немного согнуть ноги в коленях для лучшего баланса. Мы не двигались, только крепче сжали свое оружие. Вольф медленно занес двуручник над собой, Мин Ки наоборот опустил лезвие к самой земле, так что плазменная дуга плавила лед, ну а я свою перехватил как топор и отвел лезвие за правое плечо. Дрожь унялась, зато ей на смену пришел треск раздираемого льда, и шипение рвущегося сквозь трещины пара. Лед под свиньей вздыбился, тяжелая туша вздрогнула, окуталась паром и синими электрическими разрядами. Так обычно черви и глушат своих жертв, а вот кушают уже выбравшись наружу, потому как стремительный бросок и удар полностью разряжают естественные конденсаторы, энергия которых, вместе с химической составляющей сальных желез идет на испарение льда.
  
  - Ребята, другие приближаются, - обеспокоенно сообщил Эрнан.
  
  - Ждем, - спокойно скомандовал капитан.
  
  Я бросил взгляд в небеса, но наших летунов не заметил.
  
  Свиная туша снова зашевелилась и отодвинулась, и из-за нее высунулся бледный, слабо фосфорирующий да исходящий паром бугорок. Давай дорогой, нам без твоей смерти нет пути домой. Он был сантиметров семьдесят в диаметре, но замерев всего на мгновение, бугорок стремительно вырос на несколько метров, будто сама земля исторгала из себя глиста-переростка. Не знаю, как там у настоящих червей, а у этого на склизком обрубке было шесть сходящихся к центру здоровенных кривых клыков толщиною с мою лодыжку и ни одного глаза, тем не менее, нас он видел и ничуть не испугался, приняв то ли за добычу, то ли за конкурентов. Пасть твари безмолвно оскалилась, явив нам не многим менее клыкастое чрево хищника, ну а пока голова скалила зубки, изо льда стремительно вываливалось остальное тело, складываясь кольцами вокруг свиной туши. Ей-Богу, метров пятнадцать там было. Тут же я услышал рокот реактивных двигателей и довольно оскалился, но отводить взгляд не стал.
  
  Как только из дыры во льду вывалился толстый обрубок беззубого хвоста, со стремительностью, которую можно было бы ожидать от змеиного броска, червь бросился на Вольфа. Немец сделал полшага вправо и выставил перед тварью пылающее лезвие. Впечатление, будто длинная макаронина налетела на хорошо заточенный нож. Инерция бросала его все дальше, а бледная плоть распускалась плазмой на две неравные половинки. Примерно на третьем метре напор броска ослаб и Вольф вывернув клинок, отсек кусок от этой лапши, а потом крутанув меч обратным движением перерубил то, что оставалось с телом. Любую другую тварь это убило бы на месте, но мы вместо одного червя получили три. Даже те части, что были распущены по длине устроили безумный танец. Я дважды рассек мелькнувшую вблизи плоть, отбил летящие в лицо клыки, пережившие встречу с плазмой, и переключился на оставшиеся относительно целыми метры твари. Ведь утратив клыки, безобидной она не стала.
  
  С неба прилетел первый привет от летунов. Маленькая ракета вошла точно в отверстие норы, куда уже заползала задница обрубка и ухнула столбом ледяной пыли пополам с бледными ошметками, перекрывая червю путь к отступлению.
  
  Теперь уже двусторонний обрубок, сохранивший явно больше десятка метров, извивался как хлыст, обладая при этом силой паровоза. Один из концов твари зацепил свиную тушу, так Мин Ки едва успел пригнуться, когда она пролетела над его головой, а ведь между ними метров пять было. Узкоглазый справлялся довольно неплохо, кружась среди склизких колец с грацией прирожденного акробата, он успевал наносить червю длинные продольные раны, что сильно сковывали его движения и заставляли сочиться бурой жижей вместо крови.
  
  Вольф действовал иначе, длинна его клинка была больше диаметра червя, поэтому он выжидал момент и шинковал его на метрово-полуметровые обрезки, а те уже не могли нанести ощутимого вреда, ну а я рубил как получалось: иногда вдоль, иногда поперек, свою лепту вносил и все еще оставался цел.
  
  - К тросам, быстро! - проорал Эрнан.
  
  В пылу боя я и не заметил, как вновь задрожала земля, к нашему обрубку..., обрубкам приближались конкуренты. Мин Ки выдал какой-то немыслимый кульбит перескакивая последний, сильно извивающийся кусок червя, умудрившись в полете, да еще вверх тормашками полоснуть его глефой и как кузнечик ускакал к спущенному с платформы тросу. Вольф оказался там же в два прыжка мощных синтетических мышц, и подхватив меня телекинезом после прыжка, бросил прямо на трос. Пускай не так красиво, как выпендрежник, но я тоже не сплоховал и уцепился свободной рукой. Платформа немного накренилась под нашим весом, но лебедки продолжали исправно тащить нас вверх.
  
  Один из обрубков внизу подпрыгнул от подземного удара и покрылся разрядами. Этот червь осторожничать не стал и сразу же выпрыгнул следом метров на три своего уродливого тела, подняв на кривые клыки плоть павшего собрата. В нескольких метрах от побоища лед взорвался фонтаном пары и электрических разрядов. Последний, по-настоящему старый, доходящий до полутора метра в диаметре червь не стал разряжать конденсаторы. Он выскочил со льда как гоночный болид, на всей скорости врезавшись в живой столб противника. Только машины при этом обычно ломаются, а здесь столб потерял верхушку, а большой червь как ни в чем не бывало врезался в лед и ушел под него, скрывшись в облаке пара, что тут же начал оседать серебряными искрами льда.
  
  Обрубок с клыками забился в конвульсиях, едва коснувшись поверхности, обезглавленное тело попыталось уползти обратно в нору, но голова старика вновь выскочила наружу, на этот раз сжимая в клыках середину конкурента. Вместе с ним явный фаворит этого боя вывалил и добрый кусок льда. Гигант заскользил по льду полностью вытягивая соперника на поверхность, с чем он справился за жалких метров десять, после чего просто перекусил. Схватил дальше и снова перекусил, работая с той же методичностью, что и Вольф минутой ранее, но не обращая внимания на трепыхания противника.
  
  - Уводи платформу, - спокойно приказал капитан Эрнану. Я вновь посмотрел на небо пытаясь разглядеть его вверху, но из-за кручения троса, голубая синева то и дело сменялась салатовым днищем платформы.
  
  - Там же куча материала! - недовольно воскликнул Мин Ки.
  
  Кэп не обратил на эту реплику внимания, Эрнан послушно повел платформу в сторону, а мы, не дожидаясь пока лебедка втянет тросы, начали карабкаться верх. Первым, конечно же справился выпендрежник, я отстал от него на долю секунды, хотя изначально висел ниже. Вдвоем мы быстро вытянули Вольфа, потерявшего просто-таки уйму энергии на своих штучках с телекинезом. Наш немец на аппетит никогда не жалуется, а сегодня наверняка и бычка уложит.
  
  Как только платформа отошла на два десятка метров, в один из бесконечных переливов червячей плоти, что выскакивал изо льда и вновь нырял под него, ударила ракета. Взрыв заставил гиганта оскалиться в беззвучном крике и перестать шинковать собрата. Из живой арки, образованной плотью червя вырвало просто-таки огромный кусок, почти разорвав его пополам. Перед и зад рванули в разные стороны, пытаясь скорее убраться в норы, от чего остатки плоти, объединяющие половинки натянулись как резина и так же лопнули.
  
  Клыкастая башка взвилась вверх на добрых метров десять, покрылась густой сеткой разрядов и нырнула в лед, скрывшись в облаке пара. Господи, даже тот обрубок, что остался, был длинной никак не меньше метров тридцати. При его прыгучести...
  
  - Нам не стоит подняться выше? - спросил я практически одновременно с приказом капитана.
  
  - Подними платформу на сорок метров.
  
  Ага, вон и он. Наконец я увидел висящие в воздухе две синих фигурки.
  
  Эрнан уже начал подымать платформу, когда эфир разрезал предостерегающий вопль Мари.
  
  - Берегись!
  
  Я крутанулся вокруг оси, одновременно хватая ближайший трос, но опасности так и не увидел, зато три ракеты, летящие в нашу сторону от летунов, заметил и все понял, успел согнуть колени, что немного смягчило удар, по инерции перешедший от платформы, поэтому, когда она содрогнулась и накренилась, меня почти не подбросило, как Вольфа и Мин Ки.
  
  - Шайзе! - проорал немец, но за бортик ухватиться успел, чего не успел узкоглазый. Со всей его грациозностью, за борт он ушел как поломанная игрушка.
  
  - Лебедка! - крикнул я Эрнану, даже не глядя в сторону техника. Он точно был пристегнут тросами, надеюсь только, что его не сильно приложило и сообразит, что я имел в виду.
  
  Бросив глефу и стравливая трос левой, я оттолкнулся от бортика и прыгнул за узкоглазым. Трос кончался, и я сжал его что было сил, ожидая рывка, но Эрнан все понял верно и успел разблокировать катушки лебедки. И все же я не успевал, ускорения, полученного от толчка, не хватало, чтобы догнать Мин Ки, а тот никак не мог стабилизировать полет, зато зараза дважды полоснул червя глефой. Так и меня достанет!
  
  Внезапно ощущение полета сменилось незримой поддержкой. Вольф, дружище, что бы мы без тебя делали! Телекинез толкнул меня к черному скауту. Мин Ки хватило ума отключить плазму на лезвии и выбросить вперед левую руку. Синтетическая кость моей брони стукнула о металл его, а ладони сомкнулись на предплечьях.
  
  - Стопори! - рыкнул я и Эрнан заклинил катушку лебедки.
  
  Чудовищный рывок едва не вырвал из моих рук трос, но синтетические мышцы брони справились, а взрыв ракет отбросил нас волной в сторону, потащив в нескольких метрах над землей. Мин Ки даже пришлось ноги подтягивать, перескакивая относительно целые части гиганта и отталкиваться от падающих кусков, пока его не подхватил синий с серебром воздушный скаут. Наши руки разомкнулись, и капитан утащил черного вверх, а я был тут же перехвачен за лодыжку Мари, но высоко улететь не успел.
  
  - Твою-ж... - только и успел выдавить.
  
  В результате последнего маневра меня подняло вверх тормашками и развернуло к беснующемуся, сильно порванному червю. Один из концов самого длинного обрубка оказался всего в нескольких метрах надо мной. Всего доля секунды, и он обрушился вниз, вышибив из меня весь дух разом. Я перестал чувствовать трос в ладони, давление руки Мари на лодыжку... Черт, да я и руки-ноги чувствовать перестал. Только треск льда услышал...
  
  Мать моя женщина, как же больно! Хм... Живой, ура! Темно только.
  
  Я попытался поднять голову и тут же заработал жуткий прострел в шее и почему-то ребрах. Господи, они же только после Котора зажили. Я рефлекторно попытался положить руку на ребра и понял, что не могу ей пошевелить. Парализовало?! Нет, стоп, руку я чувствую... вроде. Холод собачий, но пальцы в броню перчатки упираются. Ноги? Отвечают родимые, хотя и не шевелятся.
  
  Привалило значит... Интересно, глубоко? Так, а ведь голову я повернул, и давления на шлем не чувствую.
  
  Сосредоточившись на редко используемой синтетической мышце, которой нет аналога в организме, я включил ночное зрение и уперся взглядом в разлом на гладком потолке, из которого торчал завал разнокалиберных льдин. Потолок был низким, всего в метре от меня. Я попал в какую-то естественную пещеру... Черт! Червячьи тоннели! Гигант загнал меня в собственный тоннель.
  
  - Народ? - бросил я в эфир. - Ау! ... Хоть кто-то, отзовитесь?
  
  Тишина... Нет, какие-то посторонние звуки присутствовали, но ничего хоть отдаленно напоминающего человека, или его работу я не услышал. Остается только ждать подмогу. А будет ли она? Возможно я слишком глубоко, или провалялся в отключке дольше, чем полагал, и команда за это время успела собрать образцы и улетела...
  
  Бред! Ребята не оставят своего!
  
  А успел ли я стать своим?
  
  Да, черт подери! Ясмин за меня любому глаза выцарапает, я ее сына спас. Вольф, Хосс, капитан - не оставили меня даже когда я был им чужим, а в мою голову ломился кукловод. Старик Канат конечно мог бы продать, да и этот новый наниматель... Салман ибн Абдула, мать... его из гарема, а охранник Мин Ки из Кореи! Так что вопрос о том, что придет раньше, смерть или подмога, остается открытым.
  
  Меня не оставят! Но могут банально не найти, а это уже повод действовать. Туннель червь оставил длинный, воздуха должно хватить, чего не скажешь о тепле. Организм быстро терял его остатки, будучи плотно окруженный льдом. Я пытался сокращать мышцы, чтобы они не коченели, но перспективы не вдохновляли.
  
  Попыхтев немного я высвободил правую руку, а с ее помощью отрыл левую. Примерно пятнадцать минут ушло на то, чтобы отрыть себя по пояс и только для того, чтобы в конце на грудь обвалилась еще одна глыба льда. А вот хрен тебе, я сто десять от груди уверенно жму, а синтетические мышцы брони - и того больше!
  
  Поднатужившись я выжал и эту глыбу, одновременно каким-то чудом подтянув ноги. Вот такая тяжелоатлетическая йога получается. Из жима руками я изогнулся в жим ногами, упершись ими в глыбу.
  
  Вдох-выдох, вдох-выдох, вдох... жим!
  
  Ногами выжав глыбу насколько это было возможно, я оттолкнулся руками от стен, а ногами от начавшей падение ледяной глыбы и заскользил дальше в тоннель. Повезло, маневр удался, глыба не раздробила ступни, льдина обрушился за ними, треснув на три куска. Черт, как же хорошо, что она не развалилась надомной. В голове мелькнула живописная картинка того, как два куска с разных сторон врезаются мне в ребра... Не факт, что броня выдержала бы. А почему я все еще скольжу? Да здесь уклон!
  
  Будучи зажатым во льду я его не замечал, а сейчас по инерции меня могло отнести фиг знает куда. Ноги-руки помогай. Раскорячившись как морская звезда, я с большим трудом остановился, сумел сесть и кое-как размяться. О-да! Кровь погнала по жилах, хлынула в мышцы и стало немножко теплее. Мозги тоже начали работать шустрее, на автомате анализируя ситуацию. Жаль не получится встать, шлем и так черкает потолок. Блин, да я опять еду! Стоять!
  
  Пришлось изловчиться, вывернуться и упереться в стены тоннеля спиной и ногами. Это остановило скольжение, но близость льда отбирала последние крохи тепла и даже нахимиченные синтетические мышцы брони начали отзываться с некоторым запозданием. Справа от меня оказался уходящий вниз тоннель. В синеватом свечении ночного виденья он обрывался на самом пределе моего зрения. Там наверняка какой-то поворот, туннель не мог заканчиваться тупиком, но куда он виляет, я разобрать не мог, глазомер отказывался работать, даже примерно не определяя расстояние. В любом случае это сомнительный вариант для освобождения. Что если за поворотом будет еще один обрыв? Радио и так не пробивается сквозь этот слой...
  
  А ведь у меня есть еще один способ связи! Я не пользовался им с того момента, как на борту появился новый наниматель, но не думаю, что сейчас подходящее время трястись над секретами. Конечно можно попытаться разобрать завал... Но тут его столько, что даже рация не ловит. Надо рисковать.
  
  Я закрыл глаза и сосредоточился. Есть я... Здесь и сейчас... Есть я... на "Бочке"... Открыл глаза и снова увидел лед тоннеля. Так, еще раз: есть я... здесь и сейчас...
  
  Не получится. Я не чувствовал той уникальной связи, что образовалась между мной и синтетической нервной системой запасной брони после того, как урод-кукловод попытался хакнуть мои мозги на биологическом уровне и превратить в послушную марионетку. В процессе он мог связываться со мной телепатически через огромные расстояния, но мое развитие в управлении броней остановилось ровно в тот момент, когда я принял антидот разорвавший нашу с ним связь.
  
  И что теперь? Ну не сдаваться же мне, в самом то деле! Я слишком молод, чтобы умирать, слишком богат! Блин, да я этих денег и не видел еще, только знаю, что на счет упали. Обидно.
  
  Так, отставить сопли! Рука метнулась к поясу где висела походная аптечка. Я лишь однажды использовал ее и то на тренировке, при чем совершенно другой препарат. Сейчас же мой выбор пал на пси-масс, увеличивающий силу психических способностей. А ведь ни я ни те, кто знает о моей связи с броней, до конца не могут определить их природу. Возможно она черпает силы совершенно не там, где телекинез Вольфа, и препарат только навредит. Поэтому мы и не рисковали экспериментами.
  
  Достав из коробки короткий цилиндр автоинъектора, я сосредоточился на броне, подав сигнал грудным пластинам раскрыться. Холод мгновенно ударил в грудь и пополз за спину, напрочь игнорируя термобелье. Не тратя времени зря, я сжал цилиндр в кулаке и всадил его в грудь... Попытался, потому, что игла едва оцарапала грудь, пластик противно скрипнул в руке и разломался. Что за...
  
  Корпус автоинъектора перемерз и стал хрупким, а раз так, то и содержимое должно превратиться в ледышку. Раздробив автоинъектор до конца, я добрался до похожей на таблетку аспирина микропорции препарата. И что теперь? Глотать? А если ферменты слюны и желудочного сока преобразуют активное вещество в что-то другое?
  
  Рука сама потянулась к ближайшему осколку люда. Не тот, и не этот. А вот этот может быть. Кусок был похож на обломанное трехгранное жало, с несколькими довольно острыми углами. Подняв футболку и оголив живот, я пережил еще один удар холода, который мгновенно заморозил все подкожные нервы, и хорошо, потому, что следующим движением я полоснул себя осколком льда по животу. Не выло, заработал только небольшую ссадину. Слишком слабо, да и осколок затупился от соприкосновения с теплом. Следующий я выбрал тщательнее, ощущая, что начинаю коченеть, поэтому бил не жалея. Лед вонзился в один из верхних кубиков пресса и потек кровью. Удача!
  
  Отбросив ледышку и схватив осколок пластика, слишком легкий, чтобы сорваться на скольжение под собственным весом, я вогнал его в рану под кожу, образовав кармашек. Это стоило мне временной потери контроля, и я едва сам не сорвался на скольжение вниз тоннеля. Стабилизировавшись я кое-как запихнул замерзший пси-масс в кармашек и опустил термофутболку, а также поспешил застегнуть броню.
  
  Теплая кровь поползла по ткани согревая живот, а ледяная таблетка под кожей жгла мышцы, но никакого прилива психических сил я не ощущал. Более того, три последующие попытки связи закончились неудачей и только на четвертый раз я открыл глаза и сквозь зеленый свет увидел сидящую на стуле Ясмин. Наш биомеханик в белом рабочем халате сидела вполоборота ко мне и пристально смотрела на раму с костяной броней, держа на коленях что-то вроде большой таблички.
  
  И что такого интересного она там увидела? Стоп! Мелкая сегментарная броня живота, утолщенная шея, и лупоглазые визоры. Что еще за хрень? Это же моя броня, второй такой на корабле нет, и Ясмин сидит перед ней с табличкой на которой для меня сообщение, а я...
  
  Я попробовал поднять руку и поднести его к лицу, но ничего не увидел. Блин, я в обрубке обгоревшей нервной системы, из той брони, что сбросил на кукловода, когда у него в руках была канистра ракетного топлива. Ясмин безуспешно пыталась оживить ее последних пару месяцев, даже глаз от какой-то твари прилепила, чтобы я знал, когда получится с ней связаться. Получилось блин! Там же кроме глаза ничего больше и нет. Я даже поморгать не могу!
  
  
  
  
  Глава 2
  
  - Ник! - вопль Мари разрезал эфир и больно ударил по ушам.
  
  То, что произошло плохое, поняли все, но никто не увидел, что именно. Даже сама Мари не сориентировалась. Лишь ощущение удара, рывок крутанувший ее вокруг своей оси, и пустота в руке мгновение назад сжимавшей лодыжку Ника. Без хорошей ориентации в пространстве летуны долго не живут, поэтому Мари практически мгновенно стабилизировала полет, вильнула в сторону вверх от битвы, отметила положение платформы, трос на котором должен был болтаться Ник и попыталась определить зону падения, но там творился сущий ад. Ошметки червя копошились как гиперактивные личинки, заливая лед бурой жижей. Один из длинных кусков шустро уползал в недавно вырезанную нору, а передняя клыкастая часть тупо тыкалась в снег, не в силах отыскать проход. Разрядив конденсаторы ударом о платформу, он уже был не в силах проделать новую.
  
  - Не могу стабилизироваться! - озабоченно сообщил Эрнан.
  
  - Я вниз, - сообщил Вольф и отпустил бортик, за который держался. Оранжевый тяж на ходу вытащил и активировал меч, чтобы врезаться всем весом в червя возле клыкастой башки, но избавление от лишнего веса не помогло платформе выровняться, она продолжила крениться.
  
  Синие-серебряный воздушный скаут капитана забросил Мин Ки на платформу, сделал петлю и нырнул под нее, повернувшись лицом к днищу.
  
  - Удар выжег больше половины воздушника, - сказал он. - Хосс, спускай "Бочку" до сорока метров. Эрнан, сумеешь подняться?
  
  - Я на восьмидесяти процентах, и едва удерживаю ее в воздухе.
  
  - Выдай максимум!
  
  - Ник! - повторно крикнула Мари, не обращая внимания на другие проблемы. Девушка выхватила из чехла жезл, мгновенно разложившийся копьем с плазменным лезвием и нырнула вниз к обрубкам.
  
  Вольф врезался в червя с силой пушечного ядра, наверняка ускорив падение телекинезом и в два отделил клыки от остального тела, за что оборванная задница, изогнувшись плетью, попыталась пришибить его, но Мари вовремя сменила курс, вывернулась и врезалась в нее ногами. Живая плеть хлестнула лед в полуметре от Вольфа, и немец тут же обрушил на нее клинок, но его длинны не хватало, чтобы гарантированно перерубить гиганта. Ощутив новый раздражитель, червь отдернул тело, с болтающимся на лоскутах плоти обрубке. Мари заложила новый вираж и воткнув плазменное жало копья в его тело под прямым углом, протащила метров десять, пока оно не выскочило из гибкого тела.
  
  - Мне нужна алебарда! - проорал Мин Ки с платформы, но ему никто не ответил. Вольф был занят уворачиваясь от обрубков, лупящих землю с энергией молотобойца, Мари наносила червю длинные порезы, сковывающие движения, тем же занимался и капитан, используя практически идентичное копье.
  
  - Вольф, -рявкнул он, как только оранжевому тяжу пришлось убраться на безопасное расстояние после очередного удара, - протяни!
  
  Капитан был уже высоко, замахнулся копьем и метнул его в центр поднявшегося для удара обрубка. Вольф вытянул левую руку, сжал кулак и резко дернул его вниз. Копье не преодолело звуковой барьер, но мгновенно набрало невообразимую скорость и прошило внутренности червя до самого изгиба, где и пришпилило его ко льду. Пробитая половина мгновенно скрутилась тугой спиралью, возможно копье зацепило нервный столб, или что там у этих тварей, зато вторая половина взметнулась в воздух и едва не сбила капитана.
  
  - Меч! - приказал Шона.
  
  Вольф метнул огромный клинок в лучших джедайских традициях, а капитан бросился ему навстречу. Оранжевое жало врезалось в бледную плоть метрах в пяти над землей. Шона перехватил рукоять и сделал в воздухе круг, полностью отделивший две части тела. Метры плоти обрушились на землю, а пока они падали, Капитан подставил клинок и распустил их по длине с одной стороны. Активное сопротивление червя перешло на вялое трепыхание.
  
  - Я потеряла Ника! - заявила Мари.
  
  - Зону поиска можешь определить? - спокойно спросил капитан, бросая меч обратно Вольфу.
  
  - Примерно. - Мари поднялась выше и очертила в воздухе неровный овал. Вольф сразу же двинулся к границе указанной площади.
  
  - Вольф, нет, - приказал Шона. - Возвращайся на "Бочку". - Корабль как раз завис над дрожащей как эпилептик платформой.
  
  - Я в норме, - возразил немец.
  
  - Я видел, что ты творил, - спокойно осадил его капитан, после чего переключился на остальных членов команды. - Хосс, после стыковки спустись до двадцати и накорми Вольфа, Эрнан, сейсмические датчики работают?
  
  - Немного занят, сэр, - ответил тот. В эфир прорвался скрежет кости о металл. Платформа никак не могла попасть в дыру на брюхе "Бочки".
  
  - Займешься, возможно надо обновить. Остальным спустится и начать поиски.
  
  - Капитан, позвольте внести свою лепту, - раздался в эфире мягкий голос нового нанимателя.
  
  - Принц, вы останетесь на борту. А вот ваша помощница пускай спускается.
  
  - Я могу работать с лебедками?
  
  - Разумно. Эрнан, проведи инструкцию.
  
  Первым к поискам присоединился черный тяж Асоль, вторым был Мин Ки. Эрнан остался на обучение принца, возле датчиков и лебедок, а старик Канат, хрупкая Ясмин и личная помощница принца Лаурина Гривас натянули пуховики и вооружились металлическими крюками для мяса. Впрочем, крюками вооружились все, их спустили целый ящик. Капитан орудовал самыми большими, вгоняя их в огромные куски, что все еще пытались шевелиться, после чего Мари защелкивали на них карабины тросов. Пока Эрнан оттягивал кусок одной лебедкой, она успевала подцепить второй и третий, а потом освободить от крюков оттащенные. Помощь принца помогла задействовать сразу все десять лебедок, так что работа спорилась. Тем более, что Асоль с Мин Ки оперативно таскали небольшие куски, ну а Канат с Ясмин разбирались с мелочью.
  
  Зону поисков очистили за жалких пятнадцать минут, но первичный осмотр результатов не дал. Ник мог оказаться под любой кочкой льда, а мог и в яму угодить. Ледяное поле напоминало площадь артиллерийского обстрела, залитую бутылочным стеклом. Бурая кровь червей замерзала едва стекала с обрубков, намертво цементируя дыры во льду. Выходы из тоннелей стали неотличимы от обычных выбоин, которые проделали взрывы и удары червя. Явных дыр оказалось только две, одна была слишком узкой для человека, вторая уходила далеко на неизвестную глубину. Капитан приказал спустить в нее камеру, результат вновь оказался отрицательным. Камера остановилась на десятиметровой глубине, после чего тоннель вновь вилял вверх.
  
  - Ясмин, возвращайся на корабль, - приказал капитан.
  
  - Я могу помочь! - пылко возразила она.
  
  - Можешь, - бесцветно подтвердил капитан. - Находясь на корабле.
  
  - А... поняла, - женщина попыталась поддать в голос недовольства и ей это удалось.
  
  - Капитан, вы считаете продолжать поиски разумно? - спросил Салман. - На таком морозе, да еще и подо льдом...
  
  - Мы продолжаем. Асоль, Мин Ки - разбейте все кочки. Дядя, Лаурина продолбите залитые кровью ямы, возможно там еще тоннели. Мари, мы расширим зону поиска.
  
  - Капитан, - вновь вмешался принц. - Я понимаю ваше горе, но образцы портятся. Если желудочный сок сильно перемерзнет, он будет бесполезен. Не думаю, что охоту стоит повторять.
  
  - Куски, которые мы будем цеплять с Мари, можете сразу подымать на борт. Метра три самого большого вам хватит?
  
  - Пять. С остальным что? Это дорогой ресурс.
  
  - Деньги сейчас не в приоритете. Работаем.
  
  - С-сэр, - раздался в эфире усталый шипящий голос.
  
  - Холод тебя доконает.
  
  - Я не прош-шусь вниз, - сказал Хосс.
  
  - Вольф, - понял капитан.
  
  - Он принял пэп.
  
  - Вот придурок! - возмутилась Асоль. - У него же ментальное истощение, а не физическое.
  
  В экстренных ситуациях пэп позволял протянуть дольше, активизируя скрытые ресурсы организма, те самые, что частично питали телекинез немца. Физическую составляющую он мог легко восполнить калорийной пищей, но ментальное истощение было опасней. Как медик Асоль несколько раз сталкивалась с последствиями такого истощения, потому и злилась.
  
  - Уже принял? - уточнил капитан.
  
  Ответил немец лично, голосом полным непоколебимой уверенности.
  
  - Иначе вы бы нашли способ оставить меня на борту.
  
  - Ты не ответил.
  
  - Уже.
  
  - Спускайся. Канат накажет тебя после. И не дай Бог, я увижу что ты используешь телекинез.
  
  Это была не пустая угроза, капитан нежностью не страдал, поступать предпочитал рационально, если это не касалось фанатичной верности команде и иррациональной ненависти к красному цвету. Канат - его дядя, на корабле исполнял обязанности казначея и немножко юриста, так что наказание обещало вылиться немцу в круглую копеечку, но он знал, на что шел. Верность вообще была отличительной чертой всех членов команды. В ущерб себе, за парня рядом.
  
  Оранжевый тяж работал как заведенный, крупные куски он не тягал, цеплял их крюками, а потом отбрасывал, как какой-то дзюдоист противника. Синтетические мышцы брони очень быстро уперлись в потолок своих возможностей. Сегодня им и так досталось, а уж эта работенка заставляла их практически гореть, вопреки отрицательной температуре окружающей среды.
  
  На вновь очищенной территории следов Ника тоже не оказалось. Команда медленно впадала в отчаянье, но отказывалась сдаваться, чего не скажешь о Мин Ки и Рине. Они были работниками Салмана и все больше бросали друг на друга озабоченные взгляды. Первым не выдержал мужчина, хотя за секунду до этого женщина отрицательно покачала головой, стараясь заставить его передумать.
  
  - Это бесполезно, - заявил он. - Я понимаю горе от потери товарища, но отрицание не самый умный ход. Ник мертв!
  
  На несколько мгновений повисла мертвая тишина прерываемая только завыванием ветра, а потом спокойный голос капитана отдал приказ.
  
  - Продолжаем работать.
  
  - Вы не можете мне приказывать, - возразил Мин Ки, - я возвращаюсь на корабль.
  
  - Канат? - спросил Шона.
  
  - Можешь, - ответил старик. - Ситуация полностью подходит под пункт о потенциально опасной для команды.
  
  - Возвращайся к работе.
  
  - Насколько я помню, в любом случае вы не можете препятствовать моей основной задаче - охране нанимателя. Я не так хорош в формулировках как вы, - Мин Ки сделал вычурный пасс в сторону Каната, но там точно было что-то вроде 'не создавать помехи'.
  
  - Твоему нанимателю ничего не угрожает.
  
  - Мышцы моей брони подверглись влиянию согревающего токсина, а теперь банально перемерзают. Возможно, уже сейчас они не подлежат восстановлению. Это помеха, большая помеха! То же самое я могу сказать о вашей броне. То, что тяж Вольфа еще двигается вообще удивительно. А вы, - бросил он небронированным - рискуете здоровьем и жизнью, если здесь появится хоть один червь. Здесь нет платформы для экстренной эвакуации, а тросы могут не спасти. Господи, люди, придите в себя.
  
  - Во многом ты прав, - ответил капитан прежде, чем это сделал кто-то из команды. - Кто еще хочет вернуться на корабль? Никаких репрессий с моей стороны.
  
  Эта фраза будто разморозила застывшее время. Рина робко подняла руку. Старик Канат хекнул и всадил крюк в очередную лужу мерзлой крови, Асоль взмахнула подобранной глефой и снесла ближайшую кочку. Остальные тоже принялись за работу.
  
  - Берись за работу парень, - проворчал Канат. - Не пытайся играть на моем поле.
  
  - Да вы больные! Я не собираюсь...
  
  Скаут Мин Ки дернулся и взлетел в воздух. Руки черного лихорадочно заскребли по горлу, пытаясь избавиться от невидимой удавки, вот только она была нематериальной. Вольф вытянул руку в классическом жесте Вейдера, выплеснув наконец всю свою ненависть.
  
  - Шайзе! Ник пострадал спасая тебя, урод!
  
  - Вольф! - голос капитана был холоднее и тверже льда под ногами тяжа. - Второе нарушение.
  
  Немец зарычал с досады, чуть приподнял Мин Ки и швырнул того вниз. Лед затрещал под сталью брони, а Вольф сделал еще шаг и рухнул без сознания, отдав последние силы этой безумной вспышке злости.
  
  Канат выдал не особо длинную, но витиеватую фразу матом, совместив там всех идиотов мира, грязных животных и длинную родословную безмозглых викингов. Капитан же приказал Рине проверить состояние Мин Ки, а сам слетал за ближайшим тросом и подвесил на него тушку немца.
  
  - Как он? - спросил капитан.
  
  - Жить буду, - вяло и злобно отмахнулся Мин Ки. - Это именно то, о чем я говорил, - он указал на раскачиваемый ветром оранжевый тяж. - А если корабль атакуют?
  
  - Принимайся за работу.
  
  - Это полное пренебрежение вашими обязанностями в отношении нанимателя!
  
  - Наниматель может в любой момент разорвать контракт. Вы слышали меня, принц?
  
  - Мин Ки, пока что меня все устраивает, - все так же мягко ответил Салман.
  
  - Могли бы сказать это раньше! - рявкнул охранник подымаясь. Черный подхватил глефу, что лежала в паре метров, активировал, крутанул и вонзил в корку очередной бурой лужи.
  
  - Без плазмы, - напомнил Шона. Костяная броня была плохой защитой против нее. Да и расплавленные дыры мгновенно замерзали повторно.
  
  - Досада, - пробормотала Рина. - Злость не досада. Досада-досада-горечь. Девушка начала медленно оборачиваться ловя взглядом фигуру каждого члена команды. Каждого она называла эмоцией. Канат - сожаление, Мари - страх, Асоль - надежда, капитан - ... уверенность? Как вообще можно быть уверенным в такой ситуации и в чем? Мин Ки - злость. - Злость не досада... - повторила Лаурина. Странно...
  
  - Эй, - окликнул девушку Кантат.
  
  - Осуждение, - сказала она.
  
  - Что?
  
  - А, ничего, простите.
  
  - Принимайся за работу, дочка.
  
  - Простите, - еще раз извинилась девушка.
  
  Рина сделала два шага в сторону к брошенному крюку и замерла. После чего схватила железяку и сделала те же два шага назад, не оборачиваясь.
  
  - Досада и уверенность? - Она еще раз бросила взгляд на капитана. - Без досады. - Для вида долбанув лед пару раз крюком, она тихонько вытащила из уха гарнитуру и заменила ее другой из кармана пуховика.
  
  - Слушаю, - произнес мягкий голос принца, как только она нажала кнопку вызова.
  
  - Я слышу посторонние эмоции, - прошептала она.
  
  - За эту способность я тебя и нанял.
  
  - Я не вижу чьи они. И слышу их только в одном месте.
  
  - Думаешь парень действительно жив?
  
  - Не знаю. Но о том насколько ярки его эмоции, я вам говорила.
  
  - Хочешь раскрыться?
  
  - Решать вам.
  
  - Если я прикажу оставить все как есть...
  
  - Я приму это решение.
  
  - Что ж... Если не можешь помочь тайно - оставь это.
  
  - Поняла.
  
  Рина последний раз треснула крюком по льду и тот неожиданно легко вонзился в трещину по самый изгиб. Чтобы его вытащить, пришлось потрудиться, попутно вывалив хороший кусок льда, но и под ним не нашлось пустоты или других трещин. Рина вздохнула, и пошла долбить другую кочку.
  
  ***
  
  В каждой тьме мелькает лучик света. В моем случае это было пятно света. Пока я пытался переключиться на другую броню, чтобы дать знать команде о том, что я еще жив, случайно отключил ночное виденье и это пятнышко мелькало перед глазами каждый раз, когда открывал глаза. Я-то думал это просто эффект от напряжения, но оно оставалось на месте даже, когда я поворачивал голову. Небольшое такое пятно на потолке величиной с крупную кружку в нескольких метрах дальше по тоннелю. Ну как на потолке... Тоннель круглый, а оно находилось не строго вверху, а примерно под углом в семьдесят градусов к его центру.
  
  Переместившись ближе, я стал на колени и уперся в него кулаком. Давить пришлось изо всей силы, но момент, когда я их берег, остался позади. Лед протестующе захрустел, и поддался, Кулак с хрустом проломил корку и вошел в пустоту. Теперь я уперся в край дыры второй рукой и поднажал, выломав кусок побольше, потом в ход пошла и голова. Хоть как-то пригодилась, раз умных мыслей не родила. Дыру я расширил ровно настолько, чтобы эту самую голову просунуть.
  
  Еще один тоннель - намного уже. Червь, проделавший его был совсем уж крохой не достигшей и полуметра в диаметре, и он пересекался с другим, проходящим выше, это место было подсвечено ломанными и тусклыми лучами солнечного света. Получается, я не так уж и глубоко!
  
  Нырнув обратно в свой тоннель, я на четвереньках бросился к завалу, поскользнулся и едва не укатился вниз по тоннелю, но сумел удержаться благодаря многочисленной крошке на полу. Снова врубив ночное, я стал лихорадочно разбирать завал, спуская осколки льда вниз по тоннелю. Надо было сразу этим заняться, балда!
  
  Спешка сразу же доказала мою неправоту. Когда несколько глыб завала одновременно сорвались вниз, меня едва не утащило общей волной - успел ухватиться рукой за ранее проделанную дыру в соседний тоннель. Дальше я работал осторожнее, остро ощущая, как коченеют руки и холод подбирается к мозгам, делая движения менее точными. Крошка и крупные льдины обваливались еще несколько раз, но я был к этому готов. Через целую вечность длинных минут я сумел стать во весь рост.
  
  Этот ледник все больше напоминал швейцарский сыр. В месте пролома узкий тоннель проходил прямо над большим. Он все еще был узким для меня, царапал грудь и спину брони пока я вставал. Хороший пример того, как при достаточной силе можно впихнуть невпихуемое. Зато верхний тоннель был не намного меньше моего, и точно по центру потолка правее разлома горело тусклое ледяное солнышко, словно там, на верху, кто-то вывалил кусок льдины, но не рассмотрел под ней ничего. Остальное пространство было запорошено мелким спрессованным снегом, что не пропускал свет. Даже пролом был затянут бурым месивом осколков и червячей плоти. Хуже всего, что он находился на расстоянии вытянутой руки.
  
  - Ей! Меня кто-то слышит? - спросил я в эфир. Расстояние здесь плевое, должны... Молчок. Значит дело не в толще льда, рация не работает. Черт, а ведь именно отсутствие связи натолкнуло меня на мысль, что я нахожусь глубоко. Я открыл забрало, вдохнул обжигающе холодного воздуха и заорал что было мочи. - Я здесь! А-а-а-а-а-а-а-а!
  
  Нет, я так просто выдохнусь, потрачу последние остатки сил и сдохну. Надо двигаться, движение - жизнь.
  
  Закрыв забрало и обхватив деревянными пальцами края разлома, я попытался влезть в больший из тоннелей. Извивался я при этом как тот же гадкий червяк. Нет, у червей это получалось намного плавней, а я двигался как угловатый, тупой, промерзший жук, со скрипом царапающий броню и все время срывающийся вниз.
  
  И снова это заняло целую вечность. Мозги отключились, но тело как заведенное повторяло одни и те же движения, пока не вползло в верхний тоннель, поближе к свету. Черт, я неверно оценил размеры тоннеля, здесь не развернуться, по крайней мере, не в этом состоянии. Я оказался ногами к разлому, даже если он смерзся кровью червя, его наверняка легче раздолбать, чем это пятно света. Я несколько раз пнул разлом носком, но ботинок бессильно скользнул по нему.
  
  Я повернулся к свету и ударил разлом кулаком. Я ведь без понятия как преломляется свет, проходя через лед. Что если за ним пласт толщиной в полметра или больше?
  
  Удар - сухой стук пустоты, удар - стук, удар - стук. Удар - не попал: голова кружиться. Я сосредоточился и ударил вновь, и вновь. Лед под защитой руки начал хрустеть, защита начала трещать. Удар, удар, удар... Я вновь промахнулся, кулак сам скользнул в выдолбленную вмятину, запястье изогнулось и онемело.
  
  Ничего, у меня есть еще левая. Едва я занес второй кулак для удара, свет потемнел, а вмятина взорвалась осколками льда и засвистела ветром.
  
  - Ник, ты в норме?
  
  - Не совсем, капитан, - промычал я заплетающимся голосом
  
  Вот теперь можно и отдохнуть. Желтое лезвие плазменного копья с шипением врезалось в край дыры, и поползло вверх. Чуть выше выскочило яркое жало глефы. На душе стало спокойно, и я отпустил жесткий поводок воли, державший меня в сознании.
  
  
  
  
  Глава 3
  
  Я сидел на корабельной кухне, в старом кресле, выброшенном родителями на помойку лет десять назад. В детстве, когда я болел - кутался в плед, влезал на него с ногами и днями напролет смотрел мультфильмы. Странно, все еще влезаю, хотя уже далеко не сопляк. Моего старого телика на кухне не было, зато была мама. Используя самый большой тесак для мяса, она рубила на разделочной доске толстых как сардельки червей.
  
  - А я тебе говорила, надевай шапку?! - ворчала она. - Но нет, ты же у нас уже 'взрослый'. Что родители говорят для тебя не указ. А родители между прочим шесть десятков на свете прожили. Кое-какой опыт имеют!
  
  И как это у нее так ловко получается? Мама всегда была женщиной хрупкой, так что мясо дома рубил обычно отец, или Мишка - мой старший. А вот воля у нее была стальной, в твердости не уступающей отцу. Вместе они держали троих сыновей в повиновении до самого поступления в универ. Господи, мам, как же я соскучился!
  
  Сбросив плед, я подошел к матери и обнял ее за плечи, прижавшись лбом к макушке.
  
  - Ты чего встал? - она все еще ворчала, но проявление любви было ей приятно. Я всегда слышал это в ее голосе. - Так, марш обратно под плед! Мне червей варить надо.
  
  - Зачем тебе вообще эта гадость сдалась?
  
  - Как зачем? Бульон тебе лечебный сварю.
  
  - Я это есть не буду.
  
  - Опять с матерью пререкаешься!? - мамин голос вдруг изменился. - Вольф, ты опять начинаешь?! Никакого мяса, пей бульон, пока я тебя на внутривенное питание не перевела.
  
  - Ася, милая...
  
  - Витамины внутримышечно, штук десять! - пригрозила Асоль.
  
  - Ладно, давай сюда свой бульон... - проворчал Вольф.
  
  Никакой кухни. Передо мной был потолок лазарета, а совсем рядом наш доктор ругалась с голодным немцем. Всего лишь сон. Никакой мамы...
  
  Мужики не плачут, не плачут... Ай, иди оно все!
  
  Я закрыл глаза и почувствовал, как ручейки слез текут по щеках. Сначала поводом не вспоминать родных была борьба даже не за жизнь, а выживание, потом прикрывался мелкими насущными проблемами, на самом же деле мне было стыдно. Я был не самым лучшим братом и откровенно плохим сыном: редко звонил, редко приезжал домой, зависая на работе и с друзьями. А теперь я их больше не увижу, не разозлюсь на глупые шуточки отца, не послушаю маминых нравоучений, не увижу Мишку с Андреем, племянников... И ничего уже не исправить.
  
  Легкое прикосновение к руке заставило меня открыть глаза.
  
  - Настолько больно?
  
  Я почти не видел лица спросившего сквозь пелену, но огненно-рыжее пятно могло быть только прической нашего медика. Тем более, что голос принадлежал ей.
  
  - Глаза слезятся, - соврал я.
  
  - Странная реакция, - сказала она, оттянув веко и засветив карманным фонариком. Свет ударил в глаз не хуже иглы, и я довольно резво для такого состояния отмахнулся, хотя тут же почувствовал отдачу в ребрах и животе, и запястье, и... всем остальном теле.
  
  - Ох, черт...
  
  - А конкретней?
  
  - Да у меня все тело горит.
  
  - Легкое обморожение, плюс многочисленные ушибы...
  
  - Да ты вообще один сплошной ушиб! - весело перебил Вольф.
  
  Я повернул голову, чтобы посмотреть на остряка, занимавшего соседнюю койку и обомлел. Круглое лицо Вольфа приобрело острые черты, каждый угол черепа так плотно был обтянут кожей, что просто-таки рвался наружу, кроме подбородка, где она свисала небольшими складками. Черные звезды нейрогрибов на висках обрели объем, как и мешки под глазами. Руки, в которых немец держал чашку с бульоном, напоминали кости в резиновых перчатках.
  
  - Мать моя женщина! Выглядишь как пособие по неудачной липосакции. Как тебя угораздило?
  
  - Потому что идиот, - ответила за него Асоль. - Ему отдыхать приказали, а он пэп принял и отправился тебя спасать.
  
  - Даже и не знаю, что сказать, друг... Мне как бы приятно, но глупость ты свалял конкретную.
  
  - Никакой благодарности, вот и спасай после этого людей.
  
  - Так ты и не спас. - вмешалась Асоль. - Все, чего ты добился: практически полное истощение организма, лишение зарплаты на четыре месяца, лишение доли в добыче, о, и на тебе полный ремонт скаута Мин Ки.
  
  - Он тоже пострадал? - спросил я.
  
  - Этот ублюдок сам нарвался, - проворчал Вольф и в два глотка допил бульон. - Добавка хоть будет?
  
  - Через десять минут принесу тебе протеиновый коктейль.
  
  - Так что с Мин Ки?
  
  - Он призывал нас бросить поиски и это разозлило Вольфа, - улыбнулась Асоль.
  
  - Сильно разозлило? - спросил я немца, но тот уже надулся и отвечать не собирался. А жаль, срывается наш добряк очень редко, в гневе он страшен, особенно если подойдет к делу от души.
  
  - В стиле Дарта Модиуса, - Асоль протянула руку со скрюченными пальцами и скорчила злобное лицо.
  
  - Может Вейдера? - переспросил я, узнав жест.
  
  - Ревана, - ответил Вольф.
  
  - Похоже мы говорим об одном и том же, - подытожил я. Мы с Вольфом пришли из разных измерений, а Асоль - местная и смотрела версию из третьего. Нестыковки в фильмах - это еще цветочки. В некоторых мирах вообще людей нет. - Я в доле, если что. Этот выпендрежник меня бесит.
  
  - Ага, как же, - парировала Асоль. - Тебя бесит что он выше, стройнее и дерется лучше. А еще он просто красавчик.
  
  - Обязательно передам твои слова Эрнану, - пообещал я.
  
  - Не вздумай! - переполошилась женщина.
  
  Наш техник приходился ей мужем, довольно ревнивым и вспыльчивым. А еще он был нашим оружейником, и одно мое слово могло здорово испортить жизнь узкоглазому пижону. Идея оказалась настолько привлекательной, что я действительно задумался о таком варианте. Но нет, темная сторона не для меня. Хотя печеньки там чертовски вкусные, мучное плохо отражается на теле. Не хочу ссорить единственную семью на борту. Эрнан и так на взводе после того, как отослал дочку в Фотадрево, но события прошлого года показали, что детям на корабле не место.
  
  - Ник, я серьезно! Не вздумай.
  
  Прежде чем я ответил, в дверь постучали, а потом раздался мерзкий квакающе-крякающий звук, обычно сопровождающий появление нашего нового нанимателя. Принц Салман ибн еще пяток зубодробительных имен его предков был мужчиной в самом расцвете сил. Нет, серьезно, на свои сорок девять он явно не тянул. Ни единой морщины на смуглом челе, в короткой, аккуратно подстриженной бороде и черной как смоль шевелюре ни одного серебряного волоса. Рост выше среднего, осанка ровная, плечи расправлены, лишь небольшое брюшко под синим рабочим халатом немного портило впечатление. Ну и для контраста рядом в качестве домашнего животного семенило зеленокожее недоразумение, отдаленно смахивающее на лысую утку.
  
  Собственно это и была утка, только с полным набором мутаций, что предлагал животным этот мир. Хотя не удивлюсь, если некоторые из них были добавлены в ходе тайных экспериментов Салмана. Когда 'это' оказывалось в поле зрения, оно, несомненно, захватывало всеобщее внимание. Во-первых, утка не имела перьев, во-вторых, издавала исключительно противные звуки, а в-третьих, очень любила кусаться и гадить где не попадя. Причем дерьмо было таким же скользким и зеленым, как сама тварь. В общем, животное так сильно полюбилась команде, что мы быстро выяснили, она не только противная, но еще и не убиваемая. Последний раз, как утка цапнула меня за голень, я дал ей такого пендаля, что птичка как мячик от двух стен срикошетила. Я ее пинал, Асоль разок ошпарила, а Вольф наступил. Оно полчаса ползало как пластилиновая лепешка, но потом восстановилось обратно. Была еще мыслишка уронить на нее что-то острое, так, чтобы гарантированно отделить голову от тела, но стоит взять что-то реально опасное в руки, как она гадит и смывается.
  
  Дверь каюты отворилась, и один из величайших умов планеты вошел внутрь. Следом прошлепало недоразумение.
  
  - Квря-а-а, - обратило оно на себя внимание, дождалось пока мы все посмотрим, потом важно кивнуло и нагадило на пол.
  
  - Цветочек! - возмутился принц.
  
  - Квар, - ответила утка и сделала вид, что ничего не понимает. А я клянусь, что это не так!
  
  - Не волнуйтесь, я уберу! - пообещал принц, после чего достал из кармана модифицированный под птичку пылесос и, нагнувшись быстро затер им дерьмо, после чего еще дезинфектором сверху забрызгал.
  
  - Еще раз так сделаешь - никаких котлет на ужин, - пообещал Салман.
  
  - Квар-вар-ряк-ряк-ряк! - защебетала Цветочек. Все она скотина понимает!
  
  - Простите за это недоразумение. - Принц приложил обе ладони к груди и качнулся вперед в некотором подобии поклона. - Как ваше здоровье? - спросил он, не обращаясь ни к кому конкретно.
  
  Пока мы с Вольфом переглядывались, решая кому отвечать, слово взяла Асоль.
  
  - Ник ограничено работоспособен... будет с утра. Вольф еще неделю под присмотром. Так что на телекинетика можете не рассчитывать.
  
  - Прекрасная Асоль, не делайте меня тираном. - Салман вновь прижал ладони к груди, но на лицо натянул обиду пополам с белозубой улыбкой, показывая, что она не настоящая. - Вы раните мое сердце!
  
  - И зачем же вы здесь? - хмыкнула женщина, сложив руки под пышной грудью.
  
  - Принести извинения, - совершенно серьезно сказал принц. - Мин Ки был не прав, оспаривая решение капитана Болата.
  
  - Ваша речь пришлась бы кстати во время спора, - едко заметил Вольф.
  
  - Я не вмешиваюсь в споры профессионалов. Кон Мин Ки доказал свою верность и компетентность. В критической ситуации я предпочту слушаться, а не влезать со своими идеями. Это было бы так же уместно, как если бы вы говорили мне, как выращивать симбиотов.
  
  - Но он был не прав, - упрямо проворчал Вольф.
  
  - И потому я приношу свои искренние извинения. - Салман опять приложил руки к груди. - Я слышал, что вы заказали стальной скаут... - Принц кровей арабских обратил свой жгучий взор на меня.
  
  Скаутов я изучал долго и вдумчиво: калякал на бумажках проекты, похожие на рисунки больных детей, а в одну субботу, так как по субботам у меня вечер пива, позвал к себе Эрнана и мы совместили приятное с полезным. Он с наслаждением меня отругал за глупость, а мне было тяжело огорчатся после литры хорошего светлого, так что мы обязались это дело повторить через неделю. К следующей неделе о моих планах знала уже вся команда, так что собрание перенесли на кухню, где дружно приговорили два ящика пива, литру виски и три бутылки вина. При чем на мою долю пришлась та же литра светлого. Так разошлись, что собрали чудо в пять раз дороже обычного. Ну я и решил, а почему бы и нет? Тем более, что на серебряном счету внезапно образовалась довольно внушительная сумма.
  
  Неплохие копейки упали за службу, с которой я чуть на тот свет не отправился, но они не шли ни в какое сравнение с траншем за первого 'Железного человека' из моего измерения. Я так и не выяснил кому принадлежала та флешка, что так выгодно пристроил Канат, но мои двадцать пять процентов вылились в скромные семь миллионов. Увы, летающим скаутом здесь никого не удивишь, иные драмы набирают в десятки раз больше. Тем не менее эта сумма позволяла мне оплатить сотню таких экзокостюмов. Так что заказывал я только лучшее.
  
  Вот только какое дело Салману до моего нового костюма?
  
  - Только броню, - сказал я, - сервоприводы уже купили, а мышцы Ясмин вырастит сама.
  
  - Но заказ брони вы делали в Баурдарбунге?
  
  - Да, в 'Ледяной стали'. - Компания входит в пятерку мировых лидеров по качеству брони: все дело в особых присадках и закалке азотом. Мы ее рассматривали как вариант, до того момента как узнали, что займемся охотой на червей в окрестностях полиса. А потом Канат подсуетился и выбил срочный заказ, цена правда возросла почти вдвое.
  
  - Позвольте мне оплатить его, - продолжил принц и переключился на Вольфа. - Так же ремонт скаута Мин Ки за мой счет. Я не смогу компенсировать вам долю в добыче, но могу выплатить компенсацию...
  
  - Шайзе, нет! - разозлился Вольф. - Мне не нужны ваши деньги!
  
  - Хоть намекните. Я не всемогущ, но кое-что могу.
  
  - Мне ничего не нужно. Я нарушил приказ и должен за это ответить.
  
  - Послушайте! - горячая королевская кровь начала брать свое. Наверняка принц ожидал, что мы тут перед ним лужицей благодарности растечемся и задницу будем лизать.
  
  - Остановитесь! - гаркнул я. Хотя грозного рыка не получилось, скорее уж крякнул почти как зеленая тварь у ног ученого. - Дело не в ваших возможностях, а в том, что вы посягаете на власть капитана. На этом корабле только Шона Хо Болат имеет право наказывать и награждать, если другое не оговорено контрактом. Это как раз та тема, в которой вы не являетесь специалистом. Можете у вашего Мин Ки спросить, а лучше у самого капитана. Тем более, что и прощения вы должны были просить у него.
  
  - Но ведь он не пострадал, - удивился Салман.
  
  - Ну, Вольф пострадал как раз потому, что приказа ослушался, - вмешалась Асоль. Немец скривился, но головой кивнул, подтверждая ее слова.
  
  - А меня в конце концов спасли.
  
  - Ты сам пробился! - поправила Асоль с некой ноткой гордости и вызова. Смотрела она при этом не на меня, а на принца, мол говорила: 'Да мы такие!'.
  
  - Кто-то из вас продолбил лед надомной. Я увидел свет.
  
  - Вы очень интересная команда, - сказал Салман. - Иные родственники не готовы сделать друг для друга того, что вы.
  
  - Не обязательно быть родственниками, чтобы быть семьей, - буркнул Вольф и отвел взгляд, чтобы не встречаться с нами глазами.
  
  Я почувствовал, как в груди резануло опять. До слез доводит немчура проклятая. И ведь дело говорит - я уже не просто свой, я член этой семьи. Думаю, мои были бы рады, что я не один.
  
  - Примите мое уважение. - Салман вновь приложил ладони к груди и изобразил не тот кивок-качок, что раньше, а великодушно позволил своей спине согнуться на несколько градусов, чтобы это можно было точно интерпретировать как поклон. Неужели его так тронули слова Вольфа? - Я поговорю с капитаном. Скорейшего выздоровления. Цветочек, за мной.
  
  Принц Салман вновь расправил плечи и царственной походкой покинул каюту.
  
  - Что ж, - сказала Асоль. - У меня тоже есть дела.
  
  - А? - Немец покрутил в воздухе пустой чашкой.
  
  - Сделаю тебе протеиновый коктейль. Только не вздумай его залпом пить. Это на следующих полчаса.
  
  Асоль тоже вышла, и я откинулся на подушку перебирая в уме календарь. Завтра пятница - день тяжелой становой, а я никакой. Опять программа тренировок к чертям летит. И клинками не позвенишь: оба тренера в состоянии весьма похожем на мое. Хосс так вообще умудрился какой-то вирусняк типа гриппа подцепить, ходит теперь за стеночку держится, слова еле выговаривает. Потому на охоте и не был... Надо было и мне заразится, чтоб не ходить... Черт, постоянно забываю, что он не человек, и моя иммунная система легко переваривает вирусы способные уложить антропоморфного ящера. Значит будем стрелять, если отпустят. Со стрельбой у меня все печально. Стыдно признаться, но даже дети, когда они еще были на "Бочке", стреляли лучше.
  
  - Уснул, что ли? - прикрикнул Вольф.
  
  - А?
  
  - Я говорю, подозрительный этот Салман. Как бы он подсадной уткой андроидов не оказался.
  
  - Опять ты за старое. Канат его проверял.
  
  - Тогда почему мы? Ведь есть же профессиональные охотники. Тех же червей в Баурдарбунге на реактивы разводят. Пучок за десятку.
  
  - В Баударбунге только молодняк разводят, - выдал я официальную версию от самого Салмана. - А за ним еще зеленые охотятся.
  
  В этом мире 'зелеными' называли не защитников природы, а чокнутых террористов, ратующих за отказ от технологий, разрушение стен полисов и объединение человека с природой в безумном предсмертном экстазе. Идеология у придурков была насквозь дырявой, так что я всерьез задумывался, не служат ли они игрушкой в руках другой куда более организованной и разумной силы.
  
  - А ты в курсе, - спросил Вольф, - что ответственность за взрыв лаборатории зеленые взяли только на третий день. В первый все СМИ говорили только о несчастном случае и отсутствии пострадавших.
  
  Я удивленно взглянул на Вольфа. Ну ладно, Салман ученый - зеленые ненавидят ученых. Если сильно постараться, можно стянуть эти два факта за уши, но теракт без жертв!? Зеленые так не работают, да и заявление делают сразу по всей сети, которую так люто ненавидят.
  
  - Канат не мог такое проворонить, - сказал я. Старик был калачом тертым, и пускай отношения у нас не сложились, в его профессионализме я не сомневался.
  
  - Не мог, - проворчал Вольф и задумался о том, что это значит. - Значит он в курсе.
  
  - А если он в курсе, то знает и Шона, - добавил я.
  
  - Мари?
  
  - Сомневаюсь.
  
  - Остальные тоже отпадают.
  
  - Здесь есть и хорошая сторона.
  
  - Это какая же? - удивился Вольф. - Думаешь ты бы смог сам выплутаться из передряги с кукловодом, если бы нам не рассказал? Ненавижу секреты. Вечно они боком вылезают.
  
  - Нет, смотри, если Канат с Шоной, знают, что там произошло на самом деле, значит они уверены, что Салман не ведет дел с андроидами.
  
  - Тут ты прав. Но все же он что-то мутит. Не зря нас просили не упоминать, что он разобрал пару метров червей на составные. Мне кажется он не хочет, чтобы кто-то понял над чем он работает.
  
  - Бред, если бы он хотел держать в тайне, что получил червей, то запретил бы нам торговать остатками, - возразил я по инерции, но зерно сомнений уже дало росток.
  
  - Нет, тут тоньше! Если бы он нанял команду для отлова, или купил молодняк в Баударбунге, все бы поняли, что они ему нужны. А так возможно и порезал кусок, чисто из научного интереса.
  
  Я погнал мысли по кругу. Как раз пришел к выводу, что дело темное - вбежала Асоль, сунула Вольфу в руки шейкер с коктейлем, а мне планшет.
  
  - Тебе звонок.
  
  - От кого? - практически все мои знакомые в этом мире находились на корабле.
  
  - Привет Ник.
  
  - Исани? - удивился я. Какого хрена мне звонит главный телепат Фотадрево? Это же не полис, а настоящая тайная крепость без стен. А уж эта девушка, при ее связях со спецслужбами должна понимать, что такое секретность.
  
  - Хорошая знакомая? - невинно поинтересовалась Асоль и тут же была жестко отбрита.
  
  - Я бы хотела поговорить наедине! - голос из динамиков не предполагал возражений, но Асоль воспользовалась тем, что камера на нее не смотрит и состроила кривую рожицу.
  
  - Я могу уйти, но другой пациент останется.
  
  Исани бросила быстрый взгляд в сторону, после чего спросила.
  
  - Имя?
  
  - Вольф, - невольно ответил я.
  
  - Меня это устроит, - ответила девушка после еще одного взгляда. На кого она там смотрит.
  
  - Ну, как пожелаете! - обиделась Асоль. Даже дверь на выходе закрыла резче, чем обычно.
  
  - И зачем это все?
  
  - Он так просил.
  
  Картинка на экране повернулась несколько раз во время того как планшет на той стороне передавали из рук в руки.
  
  - Здравствуйте дядя Ник.
  
  - Альвар? - Я бы понял еще если бы малой звонил матери... Ой не хорошее у меня чувство. Альвар ведь не просто ребенок, а пророк. Я быстро собрался с мыслями и сел ровнее готовясь принять очередной удар судьбы.
  
  - О, малой! - крикнул со своей койки Вольф. - Привет!
  
  - Здравствуйте дядя Вольф! - Малой собрался с силами и продолжил. - У меня было видение. Вам угрожает смертельная опасность. Не рассказывайте никому, тогда ваши шансы вырастут. Дядя Вольф, вы тоже?
  
  - А что сразу Вольф? Как будто я тут главное трепло. Я могила малой. Но видение?
  
  Я сразу понял сомнения немца. Раньше малыш просто чувствовал опасность и немного пути ее устранения.
  
  - Мы занимались с Исани и меня накрыло. Всего пара образов, но ваш четкий.
  
  Охотно верю, когда я с ней занимался - научился управлять броней на расстоянии.
  
  - А есть шанс, что ты опоздал? Я как бы только одной ногой с того света.
  
  - Вас пыталась застрелить брюнетка?
  
  - Твою...
  
  - Шайзе!
  
  - Так, давай подробней. Что ты там конкретно видел?
  
  
  
  
  Глава 4
  
  - Синяки не повод отлынивать от работы. - Заявила Асоль после того, как подняла меня ни свет, ни заря и отправила на кухню.
  
  Мелькнула крамольная мысль, что это такая месть за то, что не дал разговор подслушать, но нет, к таким вещам она относится спокойно. Вот если бы я у нее спор какой выиграл или в настолке победил - могла бы и затаить. А потом еще узнал, что вся команда почти сутки крошила и складировала обрубки червей, так что готовить реально было некому.
  
  Едва только услышав слово кухня, Вольф с завидным энтузиазмом вызвался помочь, за что был бит обидными словами. Я бы, честно, от помощи не отказался, но следить за немцем, чтобы он не нажрался - невыполнимая задача. Поэтому ему выделили пиалу овсянки, две таблетки витаминов, ложку аминокислот и закрыли лазарет на ключ, чтобы наш обжора-рецидивист не удрал к личному складу энергетических и протеиновых батончиков.
  
  Что можно быстро приготовить на десять человек... Правое запястье пострадало не так уж и сильно, но все еще ныло и нагружать его чисткой твердых продуктов не хотелось. Мой выбор пал на гречку. Само растение могло мутировать до неузнаваемости, но крупа у этого злака была идентичной той, что я помнил по своему миру, вкус - тот же. Ну и варить его чуть больше получаса. Я не стал заморачиваться с перебором, распаковал и промыл пачку крупы в большой миске. Мусор полегче - всплыл, камешков надеюсь там нет, и никто не поломает зубы, но на всякий случай зерно с самого дна я не брал, а промыл его отдельно и более тщательно.
  
  Гречка - это хорошо, особенно для спортсменов при наборе массы, но я бы добавил немного белка и витаминов. Короче говоря - яиц, мы как раз затарились змеиными. Не знаю, что это за змейка, но яйца у нее были точь-в-точь - желтые вкладыши 'Киндер сюрприза' в масштабе примерно семь к одному. Здоровые, увесистые и на вкус как картошка с мясом. Я поставил сразу две маленькие сковороды и достал из кухонного ящика большой скальпель, заменявший здесь маленький нож. Скорлупа у змеиных яиц похожа на толстую задубевшую кожу, поэтому такой инструмент подходил для ее вскрытия лучше всего. Проткнув и обрисовав острием почти полный круг на яйце, я быстро вывернул скорлупу, позволив чистому как слеза и тягучему как сопли белку вывалится на сковородку. Желток у яиц был совершенно обычным, пока белок свертывался под влиянием температуры, он кружил по всей сковороде, словно жил отдельно от всей этой массы.
  
  С жаркой я справился за полчаса. Гречке оставалось совсем немного, так что я расслабился и стал заваривать большой чайник травяного сбору. За этим заданием меня и застала Мари.
  
  - Привет. Как самочувствие?
  
  - Здорово. Жить буду, но на пианино играть вряд ли смогу, - ответил я, оглядываясь на уставшую девушку. Я всегда любил спортивных девушек, а тело Мари обычно лучилось силой и грацией. Полувоенный комбинезон всегда туго обтягивал попу, ягодицами которой спокойно можно было колоть орехи. Но не сегодня. Сегодня она предпочла свободные спортивные брюки и мешковатую кофту. Белые волосы падали на бритые виски, закрывая серебристые полосы нейрогрибов, а под глазами залегли почти такие же мешки, как у Вольфа вчера.
  
  - Старая шутка, -пробормотала она, не оценив всей тонкости моего юмора.
  
  - Могла бы и соврать ради приличия.
  
  - Вот сам и ври, - отмахнулась она, зевая во весь рот.
  
  - Без проблем. Шикарно выглядишь.
  
  Мари подвисла с открытым ртом, проглотила фразу и сощурив глаза сказала.
  
  - Это явно будет самоубийством. В некрологе напишут: 'Убился собственной шуткой'.
  
  - То есть ты признаешь, что они у меня острее бритвы.
  
  - Скорее тупые и тяжелые как кувалда.
  
  - Тогда неувязочка выходит. Меня червь не прибил...
  
  - Твои шутки тяжелее! - прервала мои излияния Мари и схватила со стойки ближайшую тарелку с яйцом.
  
  - Сейчас гречка будет готова.
  
  - Мне нельзя, я на диете, - отшутилась Мари.
  
  - Сомневаюсь, что тебе знаком сам смысл этого слова, - парировал я, передавая ей вилку.
  
  - Что Исани хотела?
  
  - Секрет, - вроде как пошутил я.
  
  Мари недовольно подняла взгляд и медленно отправила в рот кусочек белка, пережевав его с таким видом, будто это был я. Черт, не хотелось бы возвращаться к тому что было раньше. За последних полгода я наладил с ней более чем дружеские отношения, но Бочка - маленький мирок где нет секретов, так что я не рисковал предпринимать активные действия на корабле. Тем более, что меня пробирала дрожь каждый раз, когда я думал, что об этом узнает капитан. Пофиг что Мари была приемной дочерью, он реально не чаял в ней души, а я по-прежнему отхватывал на каждом спарринге по первое число. Убьет ведь во избежание.
  
  Так что у меня оставалась одна надежда - увольнение в полис. Но как только мы прибывали в какой-то, Вольф или Эрнан находили место в котором мне точно надо побывать. В девяноста процентах случаев это были бары. Нормальных свиданий у нас не получилось, если не считать за таковые закупку провианта и боеприпасов. Ах да был же вечер в ресторане Фотадрево, с которого и началось наше примирение.
  
  - Секрет?
  
  - Шучу. Расспрашивала о моих успехах в управлении броней не расстоянии.
  
  - Ты врешь. Об этом она могла и с Ясмин поговорить, тем более что приглядывает... - Тут до девушки дошло, что она говорит лишнее и она резко повернулась к двери, над которой как талисман висел старый двуручник Вольфа. Для верности она встала и выглянула в коридор. - Колись давай, мне интересно.
  
  А-а-а... Что соврать? Блин я не умею врать.
  
  - Извини, не могу сказать.
  
  - Это еще почему?
  
  - Так надо, - сказал я и подошел ближе. - Ты же должна понимать, что бывают случаи, когда не можешь говорить.
  
  Глаза Мари с ужасом расширились и заметались по сторонам.
  
  - Я сейчас!
  
  - Ты куда? - спросил я уже ее спину.
  
  Через полминуты девушка влетела обратно и с порога заявила.
  
  - Закрой глаза.
  
  Не знаю, что пришло ей на ум, но под таким решительным настроем я поддался. Мне в уши тут же уткнулись пробки наушников с настолько громким тяжелым роком, что он легко перекрикивал мои мысли, а в руки легла ручка и блокнот. Так я передавал сообщения команде, когда в моей голое сидел кукловод. Он и не догадывался что меня поддерживают до последней минуты.
  
  Я открыл глаза и рассмеялся. Ее забота была приятна, и в порыве чувств я притянул девушку к себе и обнял.
  
  - Нет, - я вытянул наушник и постучал колпачком ручки по виску. - Там только я. Как ты вообще связала кукловода и звонок Исани.
  
  - Ты сам говорил, что она ставила тебе ментальный блок от чужого влияния и учила закрываться. Эта стерва фактически была в твоей голове. Но если это не так...
  
  - Мари, я действительно не могу ничего сказать. Пока не могу, и не знаю, когда смогу. - Альвар недвусмысленно дал понять, что если я расскажу хоть кому кроме Вольфа - шансы выжить стремятся к нулю.
  
  - Ладно. Но знай, что мне это не нравится, - Мари уселась за стол и продолжила ковырять яйцо.
  
  - Спасибо... Блин гречка!
  
  Все наши разборки заняли не так уж и много времени, так что гречка выжила, ради того, чтобы героически сгинуть в желудках команды и гостей.
  
  Вторым посетителем кухни была Рина - личный помощник принца. Не знаю по каким параметрам ее отбирали, но внешние были на высоте. Рина обладала пышными каштановыми кудрями, тонкими бровями и полными губами под ярко красной помадой. Помимо смазливой мордашки она имела так же и симпатичное тело. Третий размер груди, плоский живот, подтянутая попа. Не такая как у Мари, но тоже вполне. Тем более что даже рабочий халат, странным образом подчеркивал все ее достоинства.
  
  - Всем доброго утра.
  
  - Привет, - вразнобой сказали мы.
  
  - Что у нас сегодня? Ага, вижу. Мне пол-яйца можно? Я на диете.
  
  Мы с Мари переглянулись и улыбнулись.
  
  - Что? - обиделась Рина. - Я половину времени провожу в лаборатории, а это не способствует жиросжиганию.
  
  - Утро! - довольно рявкнул появившийся в дверях Мин Ки. Узкоглазый был выше меня почти на десять сантиметров и это почему-то меня нервировало. Как и белозубая улыбка пополам с модельной стрижкой под укладкой гелем. Он мог себе такую позволить, поскольку нейрогрибы в форме острой черной закорючки у него были на затылке. А еще у пижона была идеально проработанная мускулатура, для демонстрации которой он одевал исключительно тесные футболки. Надо сказать, в зале он проводил больше времени, чем я. Хотя в чистой силе мы были примерно равны, в ловкости я ему уступал. Да что там, в рукопашном он тоже был довольно хорош. Все это в купе делало его сильно похожим на Шону. Капитана я уважал и это бесило меня еще сильнее.
  
  - Утро, - пробормотал я с остальными.
  
  - Рад что ты выбрался, мужик, - заявил он, подойдя ближе. - Я был не прав. - Мин Ки протянул мне руку.
  
  - Это типа извинение?
  
  - Ну а чем еще это может быть? - спросил он, не опуская руки.
  
  - Не знаю, слова извини я так и не услышал.
  
  Ребячество, глупая обида, но как же он бесит!
  
  Веки корейца слегка дрогнули, выдавая раздражение, но он не позволил себе полноценно сощурится или даже сбросить с лица улыбку, наоборот, рассмеялся. Лживая гадина.
  
  - Извини, я был не прав. Ты сделал невозможное выжив там. Я тебя недооценил.
  
  После такого кочевряжится дальше было глупо, и я пожал ему руку.
  
  - Просто, - сказал он, не отпуская ее, - я слышал, как ты обсуждал с Вольфом, что не знаешь куда девать свои миллионы. Я бы с такими деньгами точно не остался поваром.
  
  - Аналогично, - среагировал я. - Из-за прически. В моем мире не принято ожидать решительных действий от мужика что каждое утро тратит по полчаса на укладку волос. - Ложь конечно, я и сам одно время маялся подобным, но он то этого не знает. Рука Мин Ки сжалась, и я ответил, стараясь не перенапрягать запястье. Как я уже говорил, по чистой силе мы равны.
  
  - Ой фу! - Рина сморщила носик и помахала рукой перед лицом. - Как же тестостероном завоняло. Мне казалось для этого есть зал. Половину яйца, будьте добры, и полную порцию принцу. Мы позавтракаем в лаборатории.
  
  Руки пришлось разжать, иначе мы выглядели бы двумя баранами на переправе. Фактически Рина меня спасла - запястье уже начало поднывать, поэтому я подарил ей самую искреннюю улыбку и переложил половину яйца на другую тарелку. Ну а пока я занимался обслуживанием, Мин Ки схватил свою тарелку сыпанул пару ложек гречки сверху на яйцо и уселся напротив Мари. Дальше команда поперла валом. Появилась Ясмин, бодрая Асоль заявилась с заспанным мужем, Канат пришел с Шоной, а последним ввалился Хосс, обычно предпочитавший явиться раньше всех и наварить кофе на всю команду. Зелень практически сошла с лица ящера. Коричневое кимоно было распахнуто так что под ним виднелась мокрая майка, а соломенные волосы сбились на правый бок.
  
  - Яйтс-со, - еле прошипел он. - Без... - он вяло кивнул на кашу.
  
  Я подал ему тарелку и солонку, которую Хосс проигнорировал. Странно, ведь его метаболизм требует даже сладости подсаливать.
  
  - Эй Хосс. - я поднял солонку.
  
  Тот сощурился, будто силясь вспомнить, для чего предназначается этот предмет и только потом протянул руку.
  
  - Спси-иб.
  
  - Не за что. Может кофейку, взбодриться? - предложил я.
  
  В глазах ящера впервые за неделю блеснул огонек интереса, но тут же был потушен строгой репликой доктора.
  
  - Нельзя! Никаких стимуляторов до самого выздоровления.
  
  Хосс обиженно зашипел и поплелся к столу. Теперь и я имел возможность присоединится к трапезе. Ели все молча: сказывалась усталость и напряжение последних дней. Разве что Мин Ки пытался шутить, рассказывал какой-то бред о своем обучении боевым искусствам. Вроде бы его наставник был большим затейником и закалял дух учеников самыми разными способами вроде часового ледяного душа и закапывания в землю по шею. Бред, однако. Наш капитан похоже считал аналогично.
  
  - Единственное, чего можно добиться таким обучением - травмировать, либо вообще сломить ученика, - сказал он спокойным как обычно голосом.
  
  - Ну я же не сломался. Более того, легко надрал задницу вашему ученику.
  
  За столом повисла тишина. Я со злостью сжал зубы, потому как речь шла о мне. Я бы мог возразить, и был бы бит повторно. Кроме того, капитан откровенно унизил учителя Мин Ки, чего обычно за ним не наблюдалось. Любой бред он пропускал мимо ушей, не засоряя им голову. Канат хохотнул и продолжил наяривать гречку. Шона тоже не стал прекращать методичное уничтожение яйца.
  
  - Как долго ты обучался?
  
  - Пятнадцать лет! - гордо ответил Мин Ки.
  
  - Я обучал Ника чуть больше полгода. Помнится, он дважды довольно серьезно уронил тебя...
  
  - Мне понравился тот удар в челюсть, - добавил Канат.
  
  Он случился в самом начале спарринга и, если честно, это был единственный мой удар, что прошел. После этого узкоглазый устроил мне техничную трепку и я тупо пытался перевести бой в партер.
  
  - А ты потратил больше пятнадцати минут на то, чтобы уложить его, - добил Шона. - Как по мне это не уровень пятнадцати лет обучения. О, да, Ник не мой ученик. Рукопашный бой у него идет факультативом. Он изучает холодное оружие у Хосса.
  
  На узкоглазого было приятно смотреть: эти сжатые челюсти, яростно сощуренные глазенки и напряженные руки. Так гляди и вилку погнет. Сто-стоп-стоп! Злость убивает душу, зависть разъедает сердце... Но я ведь не злюсь, наоборот наслаждаюсь и даже не завидую.
  
  Нет, получать наслаждение от чужих страданий тоже не хорошо! Хотя и приятно. В конце концов я не ангел, просто пытаюсь быть хорошим человеком. А этот черт явно послан для того, чтобы сбить меня с истинного пути. Но у меня есть целая команда ориентиров и примеров для подражания, каждый из которых по-своему хороший человек. Даже Канат.
  
  - Мы могли бы сразиться и холодным.
  
  - Нет! - безапелляционно заявила Асоль. Чертовски вовремя, потому что я едва не согласился, забыв о больном запястье.
  
  Капитан подтвердил ее слова отрицательно покачав головой.
  
  - Если тебе так уж печет подраться - милости просим. Я буду в зале через полчаса после завтрака. Можем размяться.
  
  Шах и мат - я еще не видел человека способного побить капитана. Но как он тонко к этому подвел... Черт, а ведь это наказание! Шона не забыл, как Мин Ки пошел против его приказов. Это действие вполне укладывалось в мою картину мира, поэтому я сделал то, что вечно советовал мне Хосс: успокоился и стал наблюдать. Если долго держать рот закрытым, а уши и глаза открытыми, можно чему-то научится.
  
  - Ловко, - признал Мин Ки. - Получилось будто я сам напросился на бой. Вот только зачем? Я ведь просил о спарринге едва оказался на борту. Тогда вы мне отказали.
  
  - Тогда и ты не зарывался.
  
  - Хотите, чтобы я попросил прощения?
  
  - Ошибки в нашем деле ведут к смертям, мертвые - не прощают. За проступки надо наказывать. Жду в зале через полчаса после завтрака.
  
  - Значит показательное избиение?
  
  - Спарринг один на один - без свидетелей. - Канат обвел присутствующих строгим взглядом. Мы все были недовольны, а Мин Ки озадачен. Полагаю, не мог решить зачем это надо бойцу явно превосходящему его в мастерстве. - Найдите себе другое занятие на ближайший час.
  
  Вот это его благородство порой так бесит. Он щадит придурка, а тот судя по ухмылке наверняка пришел к выводу, что капитан бережет свой авторитет.
  
  После завтрака, я попросил Эрнана задержаться, расспросить о моем скауте. Но так, как это было сказано при Ясмин, то осталась и она. До того, как остальные члены команды покинули кухню, мне обрисовали нерабочую кучу хлама из синтетической кости и мышц. Наш биотехник уже извлекла ствол нервной системы и переместила ее в резервуар, с питательной жидкостью рядом с предыдущим куском, в который я попадал из-под завала.
  
  Пришлось переключить разговор на Вольфа и то, как ему тяжело. Сердце Ясмин дрогнуло, и она убежала проведывать немца. Влечение между этими двумя было еще одной причиной, почему я тормозил с Мари. Боялся, что у нас так же не сложится. Хотя что именно мешает им, совершенно не понимал.
  
  - Ладно, а теперь то, что действительно меня интересует, - сказал я Эрнану, когда убежала его сестра. - Я хочу видеть этот бой.
  
  - Если попадемся - нам головы снесут.
  
  - Ко мне он не должен быть так строг. Я недавно чуть не погиб.
  
  - Это капитан, он всегда одинаково строг. А я не такой уж фанат членовредительства.
  
  - Сказал человек, что устраивает драку в каждом посещенном баре.
  
  - Не будем об этом, - поднял руки Эрнан. - На трезвую я предпочту пистолет и пару гранат.
  
  - Так ты поможешь?
  
  Эрнан на мгновение прикрыл глаза.
  
  - Есть вариант, но действовать надо быстро.
  
  Вариантом Эрнана оказалась пара крохотных дронов, что он разработал после последнего нападения на корабль. В угловатую коробку величиной с теннисный мяч была втиснута камера с динамиками и микрофоном, а также пушка стремя капсулами краски. Предполагалось, что она может заляпать забрало шлема пехотинца или экзоброни.
  
  - А почему просто не взломать камеры? - их тоже наставили в каждом коридоре и общедоступной комнате. - Мне нужен звук, высокое разрешение и частота кадров. Я в замедленной буду пересматривать
  
  - Потому что во взломе я не так уж хорош. Не волнуйся, картинка будет на уровне. Я же брал их для боевого планирования.
  
  Два дрона я в лихорадочном темпе спрятал за решетками вентиляции. На корабле они совершенно не напоминали тоннели, по которым ползал Брюс Уиллис в 'Крепком Орешке'. Скорее уж они были рассчитаны на кошек. В общем дрон влезал, но решетки держались на шурупах и их приходилось выкручивать, а еще для лучшего обзора выломать по одной косо установленной планке. Я едва успел привинтить их обратно, как вошел Шона. Пришлось бросить шуруповерт за стойку с макетами холодного оружия и делать вид, что я прошусь посмотреть бой.
  
  Конечно же кэп все понял.
  
  - Ник, - сказал он, смотря на брешь в решетке вентиляционного отверстия. - Деньгами я тебя наказать не смогу, но что-то обязательно придумаю. Не хочешь передумать?
  
  - Мне это нужно, капитан.
  
  - Зачем?
  
  Действительно зачем? Мне мало насладится поражением Мин Ки. Я с ним уже смирился и принял, но хотелось бы при случае повторить. Хотелось бы знать, как это сделать. Можно сказать что-то пафосное, можно придумать великую цель, но на самом деле...
  
  - Он лучше меня. Я хочу знать, как его побить, если это понадобится.
  
  - Сейчас он наш союзник.
  
  - Простите, кэп, только сейчас. Вы с Канатом поделились не всем, что знаете. Слишком мутная история у нашего принца.
  
  Шона позволил себе изогнуть бровь, что у него проходило за высшее проявление эмоций, если дело не касалось андроидов, и красного цвета.
  
  - Ты же не пытаешься на меня давить?
  
  - Просто озвучиваю сомнения, которыми поделился Вольф.
  
  - А со звонком ... это никак не связано? - Так, тихо спросил Шона, что я сам едва расслышал.
  
  Мое сердце бахнуло как жестяное ведро и обвалилось под ноги. Какие там у меня теперь шансы на выживание? Покерфейс я потерял, но Шона поспешил меня успокоить.
  
  - Это было с моего разрешения. Деталей я не знаю. Можешь не отвечать, если это необходимо.
  
  - Тогда лучше помолчу.
  
  Шона легко принял ответ, а потом неожиданно сказал.
  
  - Вольф... прав в своих сомнениях. - и продолжыл уже не шепча. - Позаботься о том, чтобы у Эрнана не осталось копий. Твое наказание мы обсудим после того как я узнаю подробности звонка.
  
  - Благодарю, сэр.
  
  - Тебе пора, - сказал он, бросив взгляд мне за спину.
  
  Я повернулся и увидел Мин Ки в одних компрессионных шортах. Парень явно не дурак - убрал лишнюю одежду, чтобы Шона не смог его схватить, как это делал я. Ну и наконец увидел один из тех симбиотов, что выращивает Салман. Широкая темно зеленая полоса наслоенных друг на друга чешуек проходила под ключицами и ныряла меж грудных мышц к самому солнечному сплетению. На самом деле это было подобие жабр, позволяющее наемнику дышать практически в любой среде, а возможно и еще что-то делать.
  
  Мин Ки снисходительно улыбнулся, когда я прошел мимо него. Я хмыкнул и ответил ему тем же. В конце концов, это его сейчас будут избивать. Из зала я вышел спокойно, но как только двери за мной закрылись, понесся в каморку Эрнана со всех ног. Техник уже сидел за мониторами с пачкой хрустящей закуски.
  
  - Ты же не фанат, - сказал я.
  
  - Я слышал последнее, что сказал кэп. Копий не останется. Шептались о чем?
  
  - У тебя не останется, - уточнил я проигнорировав вопрос. - Мне скинешь все. Они о чем-то говорили?
  
  - Несли пафосную хрень о том, что не стоит сдерживаться.
  
  Пижон на экране повел плечами и чешуйки симбиота стали дыбом. Он буквально вдохнул на полную грудь, а потом без разговоров ударил ногой в голову капитану. Скорость была невероятной, даже быстрее чем в бою со мной, но Шона наклонился назад, и ступня противника пролетела в сантиметре от его лица, после чего изменила траекторию намереваясь вернуться пяткой в челюсть, но была лениво перехвачена правой рукой кэпа, и тогда Мин Ки прыгнул, стараясь достать Шону второй пяткой. Ноги были его сильной стороной, но у нашего капитана было слишком мало слабых. Он нагнулся еще ниже, пропустив ее над головой и когда инерция начала поворачивать противника вокруг его оси, схватил ногу в захвате второй рукой, крутанулся на месте как атлет метающий молот и отправил наглеца в полет через зал. Мин Ки благополучно перелетел с одной устланной матами площадки на другую, где и плюхнулся как мешок дерьма.
  
  Легкая дезориентация не помешала ему вновь вскочить на ноги и принять боевую стойку, вот только он не совсем понял, как оказался так далеко от противника. Шона сам медленно подошел к нему.
  
  - Хороший лидер знает возможности своей команды и старается собрать максимум информации о враге, - сказал Шона. - У меня был максимум по червям, а Ник не раз обманывал смерть.
  
  - То, что он выжил - случайность, которую вы пытаетесь выдать за статистику.
  
  Мин Ки вновь атаковал ногами, на этот раз мощным лоу-киком. Шона встретил его банальным и твердым как стена блоком - просто выставил колено на встречу удара.
  
  - Все ошибаются, - сказал Мин Ки, - а враг может удивить. - Чешуйки симбиота вновь стали дыбом и зашевелились в такт быстрому дыханию. Мин взорвался серией быстрых как молния ударов. Единственное, что я увидел - как капитан полетел обратно на первую площадку, но не долетел, кувыркнулся и стал на ноги.
  
  - Поэтому надо быть готовым, - сказал капитан и достал из кармана спортивных брюк автоинъектор.
  
  Мин Ки бросился вперед, но Шона успел вогнать иглу в сонную артерию и получить микродозу препарата. Противник успел нанести добрый десяток ударов, прежде, чем препарат подействовал, а потом картинка боя смазалась настолько, что разобрать хоть что-то стало нереально.
  
  - Все еще думаешь, что частота съемки достаточная? - спросил я Эрнана.
  
  - Уже не уверен.
  
  Клубок из рук-ног разорвался. Одна половина улетела в стену, грохнуло так, что мы через все переборки услышали. На ногах остался только один боец - капитан. Он медленно подошел к поверженному противнику, присел и похлопал того по лицу.
  
  - Вставай. Зал ты должен покинуть самостоятельно.
  
  
  
  
  Глава 5
  
  Этот мир часто бывал жутким, смертельно опасным и противным, но было в нем много и красоты. Местные пейзажи часто походили на картины гениальных художников. Не тех гениев, что рисуют квадратные рожи мышиными хвостами, а настоящих, что вкладывали в картину не 'душу', а весь талант, что имели. Я в живописи полный ноль, но даже мое сердце иногда замирает, когда глаза видят прекрасную картину. Удивительно, я понятия не имею, как обстоит дело с живописью в этом мире, но достойных пейзажей видел много. И самыми завораживающими были полисы. Многие местные не покидали безопасных городов всю жизнь, поэтому они являли собой самый яркий сплав красоты и надежности и всегда поражали. Как поражал и Баурдарбунг, потому что четыре сотни лет тому назад он был действующим вулканом.
  
  К полису мы прибыли поздно ночью, и жерло его ярко горело переливчатым светом домов и неона, будто там все еще бушевала расплавленная магма. Дома я много раз слышал, что самые живучие существа - насекомые, мол после третьей мировой на Земле останутся одни тараканы. Хрен там! Передохнут тараканы, а человек останется. Мы не только приспосабливаемся к окружающей среде, но еще и преобразуем ее под себя. Внутренности вулкана были выскоблены и вычищены от лишнего, дно углублено и расширено.
  
  Пока 'Бочка' опускалась в дыру величиной с несколько олимпийских стадионов, я заметил множественные каскады висящих садов под ультрафиолетовыми лампами на стенах. Значительно ниже, в самих стенах, находились жилые комплексы. Хотя обычные здания здесь тоже присутствовали, но в гораздо меньшей степени и меньших размеров. В отличие от большинства посещенных мной полисов, в центре этого находилась не башня горсовета, а воздушный порт. Первые несколько этажей у него были нормального размера, а три верхних являли собой открытые ангары для кораблей, так что порт был самым высоким зданием полиса, и своего рода башней. Воздух над Баурдарбунгом был слишком холодным. Даже самый стойкий воздушник - лишайник, что держал корабли в воздухе, со временем начинал вымерзать, поэтому корабли прятались в этом подобии многоэтажного паркинга.
  
  Мигающие полосы красных лампочек указали нам сектор посадки, а потом сбежали на второй этаж огромных ангаров и окружили одну из ниш, в нее-то Шона и припарковал нашу старушку. С выходом в город можно было и не ждать, поскольку Баурдарбунг жил по своему особенному ритму, не зависящему от положения солнца. Здесь его видели только в те редкие минуты, когда холодный, как здешние льды, диск показывался в дыре кратера. Салман на это и напирал, но капитан высказался категорически против. Команда все еще не восстановила силы: Хосс по-прежнему болел, я все еще ощущал ушибы и боль в запястье, Мин Ки отходил от спарринга, Вольфу вообще первый раз позволили принять твердую пищу. Не команда, а сборище инвалидов. Да и корабль был не в лучшем состоянии. Лишайник сильно промерз и на восстановление требовалось время. Особенно спусковой платформе, пострадавшей не только от мороза, но и от электроудара червя.
  
  Перед сном я все же на некоторое время покинул 'Бочку'. Ангары порта не имели стен и состояли из одних только железобетонных колонн, между которых гуляли мощные ветра. Не знаю, что рождало ветер внутри вулкана, но думаю внизу, где между квадратных домиков, с цветущими террасами вместо крыш, гоняли странные автомобили, было спокойней. Здесь же ветер нещадно гонял опавшие листья с висящих садов. Занятный полис этот Баурдарбунг. По виду совсем крохотный, но, говорят, здесь дома имеют больше этажей вниз, чем вверх.
  
  Утро в Баурдарбунге было таким же темным, как и ночь, разве что дыра кратера с одной стороны была подсвечена красными солнечными лучами, как гигантский месячный серп. Это не мешало местным работать, а Салману не терпелось покончить со своими делами и вернуться на 'Бочку'. Раньше я бы списал его нервозность на зеленых, но даже последний идиот должен понимать, какие мизерные у него шансы выжить на морозе. Зерно сомнения, что посеял Вольф, пустило крепкие корни, поэтому, когда Шона назначил меня в команду сопровождения, я подошел к делу со всей ответственностью. То есть в чехол на пояснице сунул тубус гладиуса, одел под свободную куртку кевларовый жилет с дополнительными стальными пластинами, а во внутренние карманы бросил по магазину к пистолету. Один из них, кстати, был заряжен бронебойными, второй - экспансивными. И все же это не спасло меня от мандража, когда я узнал, что путь наш лежит в местный банк. Уж очень неприятные воспоминания остались у меня об одном таком месте. Именно в банке меня инфицировали нейрогрибами кукловода. Пытаясь выпутаться из той истории, я едва не умер, но пугало меня не это, а ощущение чужой воли в своей голове.
  
  Жаль, что Вольф не идет. Нам бы пригодился телекинетик в бою. Правда одно то, что руководить охраной взялся Шона - вселяет надежду.
  
  - Ты на войну собрался? - поддел меня Мин Ки на выходе и постучал по грудной пластине, ответившей металлическим звуком. - Черт, мужик, это точно перебор.
  
  - Параноики выживают! - ответил я, пресекая любые разговоры.
  
  - Вас не пустят в банк, - надулся Салман.
  
  - Подождет на улице, - сказал Шона. - Как и Мин Ки.
  
  К филиалу Глитнир Банка нас доставило приземистое такси, внешне похожее на помесь танка и Ролс-Ройса начала прошлого века. А ведь здание находилось в пяти минутах пешего хода. Приземистость вообще была отличительной чертой местного дизайна. Здания, машины и даже люди. Стройная парочка азиатов в нашей компании резко выделялась на их фоне, а вот я легко сошел бы за местного.
  
  - Хм... - смутился Шона.
  
  - Что не так? - едва не подпрыгнул Салман.
  
  - Лаурина нужна вам внутри?
  
  - Иначе я бы ее не взял!
  
  - Жаль, она больше похожа на местную. Вы двое, - сказал он нам, - держитесь порознь. Мин Ки - привлекай внимание, но не нарывайся, Ник...
  
  - Буду наблюдать.
  
  Банки в этом мире практически все принадлежали правительству, редкие международные филиалы открывались только в крупных центрах торговли и развлечений. Это объяснялось сложной геополитической картиной. Каждый город был одновременно и суверенным государством, чеканящим собственную монету строго оговоренного международными нормами веса и состава. Бумажным деньгам здесь не верили. Полисы воевали, подвергались разрушению природой и гостинцами проколов, а местная история знает случаи, когда они просто исчезали, оставляя выжженные пустыни посреди джунглей, но металл оставался металлом. Монета Турфана равной монете Хараре, так что никакого обмена валют не существовало, а все счета были подкреплены определенным количеством драгоценного металла. При этом постоянно таскать с собой мешок серебра или, не дай Бог, меди не приходилось. Любой банк выдавал расчетные карты, а партнерские программы позволяли использовать их в любой точке мира. Я, например, мог спокойно пользоваться картами Минералбанка Вермграда в Баурдарбунге, за один процент отчислений в пользу Глитнир Банка.
  
  Любой банк был важной частью полиса, поэтому ни главное здание, ни филиалы не могли находиться в подворотне. Этот, например, располагался рядом с воздушным портом и обслуживал в основном гостей, поэтому имел собственную небольшую квадратную площадь с цветущими кустами под искусственным освещением. На ней ютилось сразу три тележки фастфуда, два лоточника с сувенирами и суровый полицейский. Стоящие рядом отель, универмаг и казино явно не бедствовали.
  
  Мин Ки остался развлекать лоточников, а я направился на первый этаж универмага. За стеклянной витриной стояло несколько столиков и торговали фастфудом, внушающим чуть больше уверенности, чем тот, которым торговали на улице.
  
  Облюбовав себе наблюдательный пункт, я заказал чашечку кофе и пару пирожных, которые не собирался есть. Не хватало еще, чтобы живот от незнакомой пищи прихватило. Три чашки кофе спустя я все еще не заметил ничего подозрительного. Мин Ки за это время успел с аппетитом сожрать тонну подозрительных свертков у тележек, и успешно флиртовал с какой-то девицей. Все было абсолютно нормально, но после очередного глотка я почувствовал чужой взгляд.
  
  Я медленно повернул голову к барной стойке и увидел подходящую ко мне официантку с пустым подносом. А нет, не пустым.
  
  - Вам просили передать, - сказала она, положив на стол планшет с наушниками и листик записки, с одной фразой на пяти праймлингвах. По крайней мере, тилу и латынь я разобрал: 'Не спеши связываться с придурком на площади'.
  
  - Кто?
  
  Девушка стрельнула глазками в сторону стойки, за которой сидел квадратный мужчина: светловолосый, бородатый, на висках желтые грибы, а свободная куртка подозрительно похожа на мою. Не фасоном или цветом, а тем, что под ней наверняка прячется ствол. Мужик улыбнулся и отсалютовал мне чашечкой, после чего жестом попросил вставить наушники в уши.
  
  Что будет, если я не соглашусь? А что будет, если соглашусь? Меня током не вырубит, или каким другим способом? Черт! Не назови он Мин Ки придурком, я бы и не сомневался, а тут такое впечатление, что он с ним знаком.
  
  Как там говорил Мюнхаузен: "Безвыходных положений не бывает!". Я медленно вытянул из уха гарнитуру и достал из кармана телефон. Мужик безразлично пожал плечами. Ладно, кому звоним? Моя большая нянька сейчас не в лучшей форме. Еще не хватало, чтобы он ринулся меня спасать. Пальцы сами набрали Мари.
  
  - Что-то случилось?
  
  - Да. Мне передали планшет и просили не связываться с Мин Ки. Вставляю в ухо наушник, будь на связи.
  
  Не долго колеблясь, я сунул одну из вакуумных затычек в левое, свободное от телефона ухо.
  
  - Стой! - крикнула Мари, но планшет уже разразился трелью видеозвонка.
  
  - Спокойно, на него звонят. Отвечаю.
  
  Стоило принять звонок, как на экране появилось лицо морщинистого, как вялый огурец, старика. Сходство дополнялось еще и тем, что лицо его имело зеленоватый оттенок, а редкие черные волоски бороды и бровей выглядели на нем неуместно. Уверен, что под платком, удерживаемым на голове черным обручем, он полностью лысый.
  
  Как только мы покончили с оценкой внешности друг друга, прозвучал неразборчивый вопрос.
  
  - Я не знаю мактаб, только тилу, - ответил я.
  
  - Ты знаешь, кто я? - спросил он более раздраженно, зато на языке, который я понимал.
  
  - Нет, - ответил я, хотя на языке крутилось много других вариантов.
  
  - Я Хамдан ибн Саид Аль Аббас.
  
  - Родственник Салмана? - удивился я.
  
  - Невежественный юноша, я эмир Шарриза, завоеватель Амеррада и Сехтема! А ты говоришь родственник Салмана, - передразнил он меня.
  
  - Ну, если Салман тут ни при чем, так зачем вы звоните?
  
  Огурец сморщился еще больше, но вспышку гнева сдержал.
  
  - Мой нерадивый племянник должен вернуться домой.
  
  - Я передам ему ваше пожелание.
  
  - Пожелание?! - рявкнул старик и тут же зашелся в тяжелом грудном кашле. Его лицо стало коричневым, камера на той стороне повернулась и стала показывать вычурный ворсистый ковер, пока эмир не откашлялся. - Я отдал приказ, которого несносный мальчишка ослушался. Но на этот раз я не намерен терпеть его своеволие. Передай последнему герою Андорума, что я готов отдать ему объединенную флотилию трех полисов за вычетом защитных гарнизонов сроком на два месяца, если он вернет моего племянника домой в течении двух недель. И пускай поторопится, потому что я уже объявил награду за его возвращение.
  
  Хамдан сделал резкий жест и экран погас. Я повернулся к стойке, но блондина там уже не было, а Мин Ки теперь общался уже не только с девушкой, но и с полицейским. Я вытащил чужой наушник, вернул свою гарнитуру в ухо, а телефон приложил к другому.
  
  - Дядя Салмана желает вернуть его домой, - сообщил я Мари. - Назначил награду. Пускай Канат разузнает по своим каналам. Подробности потом.
  
  - Все обошлось?
  
  - Нет, - ответил я, осознавая, что в затылке разливается знакомая холодная боль. Такое ощущение, что я вот-вот услышу ехидный голос кукловода.
  
  Не может быть! Нет! Айк мертв, Асоль была в этом уверена! Я мгновенно отсек это ощущение как учила Исани. Ее ментальный блок давно слетел, но, как она и обещала, я теперь и сам был в состоянии закрыться от любого телепата. Холод в затылке исчез как резко вырванный волос. Некоторое время я действительно верил, что жители таинственного полиса Фотадрево выкрали меня для исследований, а потом Канат предложил спрятать там нашего пророка, и все стало на свои места. Старый параноик мало кому доверяет настолько, а Исани сейчас фактически исполняет роли матери для Альвара и Амалии.
  
  - Ник? - Голос Мари вытащил меня из того полутранса, в который я впал.
  
  - Я не... - чуть не произнес имя Альвара в голос, - пророк, но что-то происходит. Мари, мне нужны руки, отключаюсь.
  
  - Будь осторожен.
  
  Я кивнул, будто она могла это видеть, и спрятал телефон. Серебряная десятка легла на стол. Желания играться с банковской картой не было совершенно. Чуть ослабив защиту, я пустил холод обратно в голову, только теперь он был не в затылке, а в левом виске. Я встал и медленно начал поворачивать голову, готовясь выхватить пистолет. К моему удивлению, холодок тоже стал скользить по линии нейрогрибов, перемещаясь к затылку, и медленно переходя на правый... Стоп! Я так же неестественно медленно стал поворачивать голову в обратном направлении и ледяной комок пополз обратно. Когда он остановился точно по центру затылка, я замер, а холод продолжил движение.
  
  Шайзе! Это как живой сканер. Похоже я чувствую чье-то присутствие и это либо пара девушек, что двигаются к эскалаторам, либо кто-то на площади! Я едва ли не выбежал на улицу и яростно завертел головой. Это привлекло внимание Мин Ки, и он стал шарить глазами поверх головы полицейского. Как будто этого было мало из здания банка вышла наша группа. Рина держала в руках пузатый кейс, а Салман воровато оглядывался.
  
  Шона первым направился к большому такси, что притормозило рядом, и я поспешил к ним, а Мин Ки никак не мог отделался от копа, чтобы присоединился к нам.
  
  - Что случилось? - спросила Рина, едва я подошел.
  
  - Ничего, - спокойно ответил я.
  
  - Не ври, ты на взводе.
  
  Черт, мне казалось я натянул качественную маску.
  
  - Тебе показалось, - ответил я, отрезая эмоции.
  
  Ее выдали глаза. Такой же взгляд я видел у Исани, когда впервые закрылся от телепатии, стараясь выстроить блок от кукловода.
  
  - Ты меня читаешь!
  
  - Что?
  
  Телепаты уязвимы к чужим мыслям. Исани говорила, что в обычном режиме они у меня особо громкие, а я уже был на взводе. Представив на своем месте саблезубого тигра, собрал всю злость и напряжение, сбросил щиты и зарычал. Не в голос, а мысленно, с угрозой и всей жаждой крови, на которую был способен.
  
  Лаурина взвизгнула и бросила кейс на землю. В мгновение ока в ее руке оказался маленький пистолетик, который тут же выхватил и спрятал в карман Шона.
  
  - Что происходит? - требовательно спросил он.
  
  - Она телепат, - ответил я.
  
  Взгляд капитана стал холоднее вековых льдов, и даже горячая кровь Салмана не помогла ему устоять - принц невольно отшатнулся. Что уж говорить о Рине.
  
  - Вы привели телепата на мой корабль? - тихим голосом, за которым скрывался грохот сорвавшейся лавины, спросил Шона.
  
  Девушка побелела как молоко и была готова грохнуться в обморок.
  
  - Она не телепат! - яростно зашипел принц, подхватывая кейс. - Эмпат! Девушка всего лишь эмпат, способный почувствовать угрозу. Никому не нужны ваши сраные тайны и ваш проклятый город.
  
  - Еще раз отзовешься так об Андоруме...
  
  - Ик! - сказала Рина. - Ик! - повторила она с ужасом смотря на капитана. Чтобы удержаться на ногах, она схватилась за локоть Салмана. Нет, я знал, что он страшный человек, но чтоб настолько...
  
  - Вы будете садится или нет? - крикнул нам злой таксист на латыни.
  
  - Обсудим все на корабле, - предложил Салман, первым садясь в автомобиль.
  
  - Ик! - сказала Рина и юркнула следом.
  
  - Простите за задержку, - сказал подбежавший Мин Ки. - Местные копы юмора не понимают.
  
  Он тоже полез в салон, ну а я дождался утвердительного кивка капитана. Так же, как холод в затылке насторожил меня, произошедшее позволило сбросить лишнее напряжение и собраться.
  
  К порту ехали молча, разве что Рина все еще икала. Икота не прошла даже когда мы подымались в лифте со случайными пассажирами. Они на нее неодобрительно косились, пока не вышли на первом уровне ангаров, откуда ходили регулярные рейсы. Мы же поднялись на второй, где садились частники.
  
  - Опасность! - сообщила Рина, как раз перед тем, как двери открылись.
  
  - Держись рядом, - сказал мне Шона и сделал шаг вперед.
  
  Первым кого я увидел был высокий антропоморфный котяра серого окраса. Ему бы еще хвост - и вылитый каджит из Скайрима. Но хвост отсутствовал, зато было два больших ножа на поясе, а распахнутая куртка топорщилась угловатыми предметами под мышками. Слева за ним виднелась фигура еще одного 'крутого парня'. Человек был ниже кота на полторы головы и до того тощим, что вся одежда на нем висела мешком. А большой пистолет в кобуре на бедре выглядел толще запястья субъекта.
  
  Капитан сделал два шага вперед, и мы увидели остальных членов этой странной гопкомпании. Четверку вполне себе адекватных и битых жизнью вояк удачи, грамотно стоящих по двое с каждой стороны.
  
  - В порту запрещено использовать любое оружие, - напомнил Шона. Я особо не понял, но мне показалось это он нам. - Один выстрел и тут будет куча охраны.
  
  - Великий Шона Хо Болат боится? - с насмешкой спросил котяра.
  
  - Выходите из лифта, Салман, - скомандовал капитан. - Здравствуй, Мариус.
  
  - Сегодня ты без зеленого и телекинетика.
  
  - Ближе к делу, - ответил Шона. - Мы спешим.
  
  - И дочурки твоей нет. Знаешь, у меня все из головы не шла та штука, что она с нами проделала.
  
  - Мариус...
  
  - Отдай мне его, - котяра указал на Салмана.
  
  - Ты занялся похищениями?
  
  - О чем ты? Я просто возвращаю его домой по заказу родственников.
  
  -У меня контракт.
  
  - Я все понимаю, просто потом ведь будут разговоры, что я даже не предложил. Не отдашь? - Мариус выставил перед собой указательный палец с не совсем человеческим ногтем.
  
  Шона отрицательно качнул головой.
  
  - Жаль. Тогда знакомься, это Роб. - Котяра подтянул к себе щуплого наемника, что сразу привлек мое внимание, и поставил перед собой, чтобы мы имели возможность лучше рассмотреть большой прыщ у него на лбу. - Роб, выключи им свет.
  
  Щуплый ехидно улыбнулся и щелкнул пальцами. Мин Ки витиевато выругался и принял боевую стойку, не доставая пистолета. Зато грудь под обтягивающей курткой заходила ходуном, наверняка накачивает себя симбионтом для атаки. Салман с Риной расставили ноги, будто стояли на шаткой палубе морского судна. Шона даже не пошевелился.
  
  - Ник, - сказал он, - Выключи Роба.
  
  Да пожалуйста, в этом пареньке веса килограмм пятьдесят с пистолетом, как бы не зашибить. Я двинул его прямым в лоб. Роб даже не подумал среагировать, а Мариус тупо не успел. Надо признать, сила и ловкость у котяры были отменные. Он уже начал переставлять своего тушканчика, но я достал его вскользь и этого хватило. Мин Ки ракетой сорвался с места и снес двойку наемников слева.
  
  Мне достались правые. И первый же пробил мне в живот, нарвавшись на жилет, и получил локтем в зубы, после чего я скорректировал его траекторию коленом в сторону второго, но тот уже успел отскочить и зарядил мне в челюсть. Я едва успел повернуть голову, скулу обожгло по касательной. От моего прямого противник уклонился, зато резкий удар ногой в голову от Мин Ки пропустил.
  
  - Долго возишься! - сказал тот и обернулся к Шоне.
  
  Капитан мутузил котяру или наоборот - было не понять. Хотя Мин Ки возможно и успевал рассмотреть, потому что вмешиваться не спешил, а наблюдал с явным интересом.
  
  - Салмана на борт! - приказал Шона,не прекращая драки.
  
  - Пошли! - с сожалением выдохнул Мин Ки и схватил шефа под локоть.
  
  - Стоять! - писклявым голосом приказал очнувшийся Роб. Он сидел на заднице с широко расставленными ногами, а большой пистолет ходуном ходил в его руках. То ли он еще не отошел от удара, то ли железяка была просто для него тяжела.
  
  - Брось! - в один голос приказали Шона с Мариусом.
  
  Мин Ки спрятал Салмана себе за спину, а я по инерции стал перед ним. С какой стати мне вообще надо защищать этого придурка?
  
  Пистолет рявкнул огнем, а в грудь словно молотом ударило. Дыхание перехватило, в глазах потемнело, и я повалился пижону на руки, но сознание не потерял.
  
  - Придурок! - заявил Мариус, пока я разглядывал потолок. Металл зазвенел по полу, а потом кошак обратился к нам. - Уходите.
  
  Я к этому времени уже снова стоял и видел, как Шона указал на камеру под потолком.
  
  - Шутишь? Конечно же отключены. Я скажу, что это внутренние разборки, - заверил его Мариус.
  
  - Он стрелял в моего человека, - сказал Шона, указывая на тело Роба. Тощий пребывал в качественном отрубе, явно не от отдачи, но кто его туда отправил я пропустил.
  
  - И он свое получит, - заверил его кот. - А твой человек получит компенсацию.
  
  - Уходим, - решил Шона.
  
  Мин Ки забросил мою руку себе на плечо и помог сделать первые шаги.
  
  - Говоришь, параноики выживают? - задал он риторический вопрос.
  
  
  
  
  Глава 6
  
  Ангары не были отделены друг от друга стенами, но толстые железобетонные колонны стояли так часто, что перекрывали большую часть обзора, и топот охраны мы услышали раньше, чем увидели. Я сбросил руку с плеча Мин Ки и сделал вид, что мне не больно. Немного портила вид явно огнестрельная дыра в куртке, но без нее медный блеск пули, застрявшей в грудной пластине бронежилета привлекал еще больше внимания.
  
  Пришлось снять верхнюю одежду и поменяться с Мин Ки. Мою он просто закинул на плечо, а я в его еле влез. Вроде размеры у нас одинаковые, но его куртка оказалась чертовски узкой. Не спорю, фигуру этот предмет гардероба подчеркивал классно, но и наличие жилета не скрывал. Мы успели восстановить сбившийся из-за наших рокировок строй к моменту, когда оказались в прямой видимости охраны. Один летун с карабином и три пехотинца с пистолетами наголо немного попугали нас, опросили с деланной строгостью и ускакали к лифтам.
  
  - Мы добрались, - облегченно выдохнул Салман, когда закрылась дверь шлюза. - Я уж заволновался, когда нас остановили. - Лаурина, - он передал девушке кейс. - Начинай распаковку.
  
  - Вы с Риной идете ко мне в кабинет, сейчас же! - не согласился с ним Шона.
  
  - Капитан, вы не понимаете... - попытался было возразить Салман.
  
  - Хотите объяснить?!
  
  - Дайте мне полчаса, - перешел он к просьбам.
  
  - Вы и Рина, ко мне в кабинет! Ник, найди Каната и присоединяйся.
  
  - А что собственно происходит? - поинтересовался Мин Ки.
  
  - Твоя подружка спалилась, - сказал я, уже направляясь к каюте Каната.
  
  Мин Ки перевел взгляд на Рину.
  
  - Эмпатия, - сказал та.
  
  Канат был занят. Сквозь дверь кабинета было слышно, как он разговаривает, поэтому я тихонько постучал.
  
  - Открыто.
  
  Я открыл дверь и бубнеж разговора превратился во внятную речь мактаба. Старик болтал с кем-то по видеосвязи. Он много улыбался и кивал, что в общем на него не сильно похоже. Отсмеявшись, он стянул наушники и вперил в меня недовольный взгляд.
  
  - Подкинул ты мне работенку.
  
  - Что-то прояснилось?
  
  - Прояснилось! У старого шейха совсем крыша поехала.
  
  - У кого?
  
  - У Хамдана.
  
  - Я думал он эмир.
  
  - Не придирайся, это почти одно и то же.
  
  - Мне он сказал, что готов отдать Шоне объединенную флотилию трех полисов за вычетом защитных гарнизонов сроком на два месяца, если кэп вернет племянника домой в течение двух недель.
  
  - Ложь! Амеррад и Сехтем он уже не контролирует. Но предложение сильное. Бери стул и рассказывай все с самого начала.
  
  - Не сейчас, нас ждет капитан.
  
  - По этому поводу, или что новое?
  
  - Рина меня читала. Я думал она телепат, но Салман говорит - эмпат.
  
  - Та-ак! - Канат полез в шкаф и достал оттуда толстую папку-регистратор. - Я сейчас буду, - сообщил он, вытаскивая из нее документ. Я так подозреваю - договор с Салманом.
  
  Шона уже усадил Салмана, бережно обнимающего кейс, и Рину на стулья для гостей, налил себе стакан бурбона и потягивал его с выражением палача, готовящегося к казни. Смотрел он при этом на большое фото погибающего Андорума за спинами гостей. Должно быть, эмоции, которые вызывала у него картина, чертовски пугали Рину, потому что выглядела девушка, как кролик перед удавом.
  
  - Сейчас будет, - сказал я, подтягивая к столу сразу два свободных стула от стены.
  
  Канат явился буквально через пять минут.
  
  - Ну? - с вызовом спросил Салман.
  
  - Пункт о взаимопомощи. У вас были средства для поиска Ника под завалом, но...
  
  - И я ими воспользовался, - неожиданно ответил Салман. - Дыра, через которую пробился ваш герой, появилась не сама по себе. Ее продолбила Лаурина.
  
  - Как хорошо, что мы не можем это проверить.
  
  - А разве на ваших экзокостюмах нет видеорегистраторов?
  
  - Ладно, - уступил Канат, - будем считать, что мы вам верим. - Но вы намеренно ввели нас в заблуждение, говоря, что не знаете, кто за вами охотится!
  
  Лица Салмана я не видел, но руки на кейсе дрогнули.
  
  - Вы знаете, - продолжил Канат, - сколько обещал эмир Хамдан за ваше возвращение? Три миллиона золотом.
  
  Три миллиона! Последний обменный курс золота к серебру, что я видел был шестьдесят пять к одному. Сто девяносто пять миллионов серебром! Теперь я уже не кажусь себе таким богатым, как раньше.
  
  - Правда, это цена за живого и невредимого. Потеря ноги, например, снизит вашу стоимость на сто тысяч, а руки на все пятьсот. Я так понимаю, это от того, что потеря ноги не помешает вам перемещаться в пределах лаборатории, а вот ставить опыты без руки будет проблематично.
  
  Руки Салмана на кейсе начали периодически подрагивать, но Канат решил, что напугал его недостаточно.
  
  - Нам тоже поступило предложение, - повернулся старик к Шоне, ну а тот бросил на дядю заинтересованный взгляд. - Весь свободный флот трех полисов на два месяца.
  
  Шона резко повернул голову к картине Андорума. Руки Салмана вздрогнули сильнее, а Рина обмякла. Похоже, эмоций в капитане сейчас через край. Небось, в его воображении полис вновь пылает, только теперь там гибнут захватившие его андроиды, а не люди.
  
  Долгих десять секунд капитан не отводил взгляда, не шевелился, а потом медленно поднял стакан и макнул губы в спиртное.
  
  - Ади с Мансуром не отдадут свои корабли, - сказал Салман прежде, чем заговорил Шона. - Триумвират больше не подчиняется Хамдан, он умирает, а сыновья готовятся делить наследство.
  
  - Он уже три года умирает, - отмахнулся Канат, а потом бросил пронзительный взгляд из-под кустистых бровей, над узкими щелками глаз. - Вот, что за исследования ты вел в Шарризе - не давал старику загнуться. Но почему тогда сбежал? Что тебя не устраивало? С тебя там наверняка пылинки сдували, а исследования обеспечивали ресурсы трех полисов.
  
  - Сыновья Хамдана уже взрослые: Анди шестьдесят, Мансуру пятьдесят семь, они правят Аммерадом и Сехтемом больше двадцати лет. Их полисы принадлежат к триумвирату только условно. Сейчас это больше похоже на обычный пакт о взаимозащите. Джанаю шестьдесят два, и он устал ждать, когда отец наконец уступит ему трон Шарриза. Взрыв в лаборатории организовал он.
  
  Как там говорил Вольф? Теракт без жертв, а 'зеленые' заявили о причастности только на третий день. Блин, никогда бы не подумал, что у немца такая чуйка. Охренеть! Если бы Рина не выпала в осадок раньше, то отправилась бы туда сейчас от моего изумления. Это ж какие неприятности нас ждут... Половина наемников мира будет висеть у нас на хвосте.
  
  - Вы должны были сказать об этом раньше, - спокойно произнес Шона. Он больше не смотрел на картину. - Тогда мы бы планировали этот поход по-другому.
  
  - Так вы не...
  
  - Этот контракт нам навязали, но мы сами обязались его исполнить. Есть еще информация, что облегчит нам жизнь?
  
  Салман тут же отрицательно покачал головой.
  
  - В детали исследований я вас посвящать не стану.
  
  - Дались нам ваши исследования, - фыркнул Канат. - Что у вас с деньгами? Масштаб наших проблем вырос, а значит и затраты. Я так полагаю, - он посмотрел на племянника, - придется нанимать субподрядчиков для прикрытия и отвлечения.
  
  Шона утвердительно кивнул и сам добавил.
  
  - Больше никакого перехода от точки до точки. Мы сами составим безопасный маршрут, а вы огласите, что за ресурсы вам необходимы. Возможно некоторые из них взаимозаменяемы, возможно некоторые проще купить. Поверьте, Канат знает, как затереть хвосты, чтобы на покупателя не вышли.
  
  - Сделаю, - согласился принц. Руки его уже не так дрожали, он даже оторвал их от лежащего на коленях кейса и приложил к груди.
  
  - Идите, - отпустил его капитан.
  
  - А Рина?
  
  - Ник, будь добр, отнеси девушку в ее каюту, - сказал Шона.
  
  - А потом возвращайся, - добавил Канат.
  
  По возвращению, мне пришлось два раза в деталях пересказать историю звонка эмира. Даже не так, я рассказал абсолютно все, включая вкус кофе, что пил до звонка, ощущение присутствия кукловода и закончил уже попаданием пули в дополнительную пластину жилета.
  
  - Айк О'Лири мертв, - заверил меня Канат. - Асоль сделала три ДНК теста. Три! - Для верности он показал мне это на пальцах.
  
  - Но Айк не был единственным, - резонно заметил Шона. - Нам практически ничего не известно о людях, получивших антидот. Что, если Ник научился чувствовать других кукловодов?
  
  Такая перспектива не прельщала, потому что сулила незамедлительное превращение меня любимого в грозное оружие против агентов андроидов, а у жестянок и так на меня зуб. Понимаю, что для Болатов это прорыв в безнадежной войне, а для меня - одни проблемы.
  
  - Надо проверить, - предложил Канат.
  
  - Рискованно. Мы не станем покидать корабль. Не сейчас. Улетаем, как только восстановят покрытие воздушника.
  
  - А броня? - напомнил я.
  
  - Распорядись, чтобы компания организовала доставку, - сказал Шона Канату. - Отдыхай, Ник, а мы еще поговорим.
  
  Не знаю, что за вопросы они остались обсуждать, я был просто рад, что не придется носится по всему полису, как охотничья псина и вынюхивать кукловодов. К моему распоряжению была кухня, хорошая тарелка рагу, которое готовил не я, и большая чашка настоящего черного чаю. Ладно, не совсем чаю, но вкус был один в один.
  
  После сытного обеда меня конечно же потянуло в сон, которому мешала непонятная тревога. Я запустил на компе недавно скаченный альбом злобного панка с четким ритмом на неизвестном языке. Музыка заглушила мысли, и я вырубился уже на второй песне. Когда же раздался стук в дверь, весь десяток песен уже отыграл, а монитор погас.
  
  - Кто?
  
  - Я.
  
  - Мин Ки? - Удивление заставило потянуться к ящику стола, где лежали пистолет и гладиус. Да не, перебор. Не станет он на меня здесь нападать.
  
  - Может откроешь уже?
  
  Паранойя взяла верх, я бросил тубус сложенного клинка на стол и сел обратно на кровать.
  
  - Открыто.
  
  Дверь спряталась в стену, а Мин Ки потряс в воздухе бутылкой чего-то бледно-красного и двумя узкими стопками. От того, что держал он это богатство одной рукой, стекляшки издали мелодичный звон.
  
  - Ты ведь сегодня пьешь?
  
  - Ну да, сегодня как раз суббота.
  
  - Отлично!
  
  Парень сделал шаг внутрь и поставил бутылку со стопками на стол, возле тубуса клинка. Потом быстро обернулся и поднял с пола большую глубокую миску, с которой дикобразом торчали верхушки деревянных шпажек.
  
  - Видишь, я тоже умею готовить, - сказал он, ставя это добро на стол. В воздухе поплыл аромат жареного мяса и чеснока. Шутка не прошла, поэтому он сознался. - Я с извинениями и немножко - благодарностью.
  
  - Благодарностью? - не понял я.
  
  - Не скажу, что я бы умер, если бы пуля в меня попала, но шанс был. В общем, спасибо... - Мин Ки скрутил крышку и к мясному аромату добавился запах спелых груш. - Так я наливаю?
  
  - Сначала не плохо бы дверь закрыть, - сказал я, захлопнув ее. - Учти, я пивной человек, и другие напитки организм может просто не принять.
  
  - Этот примет, - уверенно заявил Мин Ки, наливая первую стопку. - С мебелью у тебя не густо. Стул или кровать?
  
  - Стул, - выбрал я. Клинок-то на столе лежит.
  
  - Тогда следующую наливаешь ты.
  
  Мин Ки подал мне стопку и тут же легонько стукнул ее своей. Не теряя времени, он опрокинул содержимое внутрь, выбрал из тарелки шпажку и стянул с нее пару кусков. Пустая стопка вернулась на стол, а гость повалился на кровать. Что ж, не будем отставать. Я залпом махнул свою, схватил первую попавшуюся закуску и уселся так, чтобы гладиус был под рукой на всякий случай. Вкус чеснока и хлеба лег поверх не успевших развернуться грушевых спиртов. Горечь алкоголя смешалась с острой приправой и стала практически незаметна.
  
  - Пошло? - спросил Мин Ки.
  
  - Пошло, - кивнул я, стягивая со шпажки очередной кусок хлеба в яйце с чесноком. В следующий раз сделаю такую закуску к пиву.
  
  - Ну так наливай.
  
  - А мы куда-то спешим?
  
  - Хочу скорее добраться до точки понимания. Неловкость исчезнет, и беседа побежит веселей.
  
  - Ну, давай попробуем. - Я набулькал еще по стопке и передал ее гостю. - Будем.
  
  Хлебная шпажка кончилась, и я вытащил колбасную. Разговор не шел. Налили по третей... четвертой... Содержимое бутылки приблизилось к половине. А мы все так же молча жевали закуски.
  
  - Зачем ты здесь? - спросил я.
  
  - Я же говорил...
  
  - Фигню ты говорил. Хотел бы поблагодарить, мог бы просто оставить свою наливку.
  
  - Наливку!? Ты хоть знаешь сколько она стоит?! - встрепенулся узкоглазый. - Хотя да, для тебя это не деньги, - презрительно фыркнул он.
  
  - Какое тебе дело до моих денег?! - как же он меня бесит.
  
  - Тебе повезло вытянуть счастливый билет в жизнь, а ты решил поиграться в солдатики! Знаешь какая у меня самая большая мечта? Заработать достаточно денег, чтобы больше не рисковать шкурой, - разозлился Мин Ки. - Осесть, завести семью, и чтобы моим детям никогда не пришлось рисковать так, как мне!
  
  - Повезло, говоришь? - я тоже умею злиться. - У меня была спокойная, размеренная жизнь, кое-какие перспективы, многочисленная родня. И все это исчезло в одночасье. В мой прокол угодило полтора десятка человек, а выжил только я! Выжил благодаря этим людям, - я ткнул пальцем в дверь. - Поэтому я предпочту не светскую жизнь в одном из сраных полисов вести, а остаться с ними!
  
  - Вот только у них всех есть истории! - с жаром возразил Мин Ки. - А ты... - он развел руками, - просто хороший парень. Для всех. Просто хороший парень! Им нечего о тебе сказать, но они считают тебя хорошим.
  
  Ну да, не станут же они рассказывать наглому придурку, как я рисковал жизнью и спас Альвара. У нас еще не появилось историй, о которых можно рассказать другим.
  
  - Знал я одного такого хорошенького в детстве, - продолжил Мин Ки. - Соседом был. Родителей слушался, в школе пятерки получал, всегда такой чистенький ходил. А потом повесил ручную ящерицу на суку и свалил все на меня.
  
  - О, так ты на меня взъелся из-за своих детских комплексов?
  
  Сверху послышался гулкий стук. Я уже слышал такой, когда нас брали на абордаж, но ведь 'Бочка' сейчас в ангаре! Я поднял голову, стараясь определить, что за фигня творится и понял, что затылок похолодел. Не так сильно, как утром, но холод явно того же рода. В подтверждение моих мыслей раздался хлопок, потом грохот вырезанной части обшивки о четвертую палубу и частый топот спрыгивающего десанта.
  
  Я схватил телефон и быстро запустил на нем сигнальное приложение. Мы установили такое после ремонта 'Бочки', чтобы тревожная кнопка всегда была под рукой. В полисе она сразу включала геолокацию, а на корабле запускала Пэ - программу поддержки при антиабордажных действиях. И делала это тихо, не ставя всех на уши ревом сирен. Телефон Мин Ки издал заурядную трель звонка, но вместо номера на экране замигал красный знак опасности. Он пулей вылетел в коридор и унесся к себе, а я молча полез в шкаф за бронежилетом, когда послышался взрыв первой светошумовой гранаты. Теряют время, верхняя палуба не жилая. Я сунул в уши гарнитуру, взял в правую пистолет, а в левой активировал клинок. Половина похожего на дубинку тубуса разложилась широким и коротким лезвием гладиуса, тут же засиявшего фиолетовой плазмой кромки. Я немного подумал и переложил клинок в ведущую руку. Все равно стрелок из меня паршивый, а с клинком я управляюсь неплохо.
  
  - Пэ, статус?
  
  - Прорыв икс семь. - Если не ошибся, это значило, что через семь секунд я попаду в зону действия врага.
  
  Какой там рекорд на стометровке?
  
  Из каюты я выскочил как заяц, улепетывающий от охотников. Лестничная площадка была практически рядом, добрался в считанные мгновения. Ступеньки для слабаков! С разбегу оттолкнувшись ногой от перил, прыгнул на стену, плечом принял удар, бедные мои синяки, и сполз по стенке на площадку меж этажами.
  
  Косая очередь выщербила ряд дыр в костяной стене надомной. Осколки и пули благополучно миновали мое тело, лишь один обжег бедро по касательной. Стрелок не успел занять удобную позицию на верхней площадке, а я не собирался дарить ему шанс. Тем более, что грохот вырезанного перекрытия послышался уже на третьей палубе. Оттолкнувшись от стены, я повторил предыдущий маневр и влетел на вторую палубу под прицел винтовки Каната. Грянул выстрел, но пуля звякнула о потолок. В последний момент старик опознал во мне своего.
  
  - Напугал, зараза, - крикнул он злобно.
  
  В отличие от меня, Канат даже шлем нахлобучил, застегнуть только не успел. Ремешки так и болтались под подбородком.
  
  - В оружейной был? - спросил я.
  
  - У себя держу, - ответил он, похлопав левой по стволу и побежал в сторону ангаров. - Чего стал?
  
  И то правда. Мне нужно в лабораторию, там последний рабочий экзокостюм. Жаль, что щит и винтовка остались в ангаре.
  
  - Так, я подключился! - радостно сообщила гарнитура голосом Эрнана. - Надерем ублюдкам задницу!
  
  - Эрнан! - одернул его капитан.
  
  Пока я бежал в лабораторию, техник продолжал вещать.
  
  - Регистрирую пятнадцать скаутов. Работают тройками: две проверяют каюты, одна блокировала лестницу. Еще две вырезают ход в трюм из четвертой палубы. Обходной маневр?
  
  - Скорее всего. - Ответил Шона. - Оттуда легко попасть в ангары. Вооружение?
  
  - Первый - щит-дробовик, второй и третий - штурмовая винтовка.
  
  Пока шел доклад, я добрался до своего последнего костюма и полез внутрь. В этом деле я поднаторел настолько, что все действие у меня заняло считанные мгновения. Всего то делов -подтянуться на раме и сунуть ноги в броню, а потом свести лопатки и одеть руки. После того, как пошевелишь безымянными пальцами, и коннекторы нервной системы присоединятся к нейрогрибам на висках, броня садится на автомате. Это все равно, что потянуться.
  
  - Эрнан, есть что-то для меня? - спросил я, сжимая в руке гладиус. Пистолет для бронированной перчатки был слишком мал.
  
  - По идее одна из групп должна проверить лабораторию, но ты там один.
  
  - Что ты делаешь в лаборатории? - спросил капитан.
  
  - Последняя броня.
  
  - Там нет оружия.
  
  - У меня гладиус.
  
  - Ник, - приказал капитан, - не геройствуй, оставайся на месте.
  
  Регулярный грохот светошумовых сменился далеким стрекотом перестрелки. Похоже, капитан устроил засаду тем, кто полезл через грузовой отсек, но меня от переговоров отключили, чтобы не мешал. Впрочем, это перестало меня волновать, как только я почувствовал холод от приближения врага. Хлопки гранат зазвучали совсем рядом. Тут же оживился Эрнан.
  
  - Ник, приготовься, - сказал он, - сейчас будет светошумовая. Как только первый войдет, я отвлеку других.
  
  Я прижался к стене слева от двери, зажмурил глаза и приоткрыл рот, когда она резко открылась. Послышался стук и звон катящейся по полу гранаты, а потом яркая вспышка пробилась сквозь закрытые веки. По ушам ударил тяжелый звон, и я открыл глаза. Пространство непослушно вздрагивало, но, когда в лабораторию ворвался первый противник со щитом, тело сработало как надо, на одних рефлексах. Я начал двигаться сразу, как только короткий ствол дробовика показался за порогом, а когда боец вошел - гладиус уже набрал скорость и врезался острием в тонкую броню шеи. Металл протестующе скрипнул, как консерва под острием открывалки, и так же легко поддался горячей плазме клинка.
  
  В коридоре заиграла канонада двух автоматических винтовок. Я ухватил угол щита левой и выдернул клинок из оплавленной раны. Надо было оттолкнуть бойца ногой, но тогда терялся желанный предмет экипировки, поэтому я позволил телу повалиться в мою сторону. Щит остался у меня, и тут же занял левую руку. Бойцы противника поливали огнем юрких дронов в разных концах коридора, и не заметили, как я оказался между ними.
  
  Правого я ударил так же, как и первого, а левому острие вошло точно под основание черепа. Наверное, потому что строение шлемов у них довольно странное. Никаких швов ни на голове, ни на грудной пластине не было, будто это цельный кусок металла, да и пальцы перчаток слишком тонкие. От них больше не веяло холодом, но мне стало интересно, что же это за враг такой.
  
  - Эрнан, у меня есть время?
  
  - Пока справляются без тебя.
  
  - Хорошо.
  
  Я примерился к забрызганному краской шлему мертвого противника. Дроны не несли активного вооружения, но стреляли пейнтбольными шариками, что гарантированно блокировали визоры. Вот как Эрнан отвлек их внимание. Я прижал плазменное лезвие ко лбу и начал аккуратно, не спеша резать металл. Он шипел, огрызался искрами и поддавался гораздо хуже тонкой шейной брони, но минуты за полторы я полностью срезал большой овал передней части шлема настолько чтобы попытаться открыть лицо, поддев край острием. Пластина держалась как приклеенная, пришлось ухватиться рукой. Синтетическая кость перчаток начала дымиться от соприкосновения с раскаленным срезом метала, но небольшое усилие позволило сорвать пластину, оголив месиво проводов, мышц и голубую массу синтетического мозга. Андроид.
  
  
  
  
  Глава 7
  
  Атаку мы отбили довольно легко и без потерь, если не считать дронов, испорченных перекрытий и мелких повреждений брони. У скаута Мари была раскурочена грудная броня и разорвана левая грудная мышца, а Хосс повредил правый квадрицепс. Вольфа в тяж не пустили, но он все равно умудрился прикончить тройку нападающих их же оружием, после чего пробрался на кухню и сожрал пачку сахара, пока остальные проводили зачистку. Когда Асоль узнала, что он пользовался телекинезом, то реализовала свое давнее обещание - нашпиговала немецкую задницу витаминами так, что бедняга и сесть не мог.
  
  Для разбора полетов, не складывая оружия и не снимая брони, мы все собрались на кухне. Даже Вольф прислонился к косяку, стараясь не зацепить похудевший зад.
  
  Абордажный флаер мы захватить не сумели. Судя по записям внутренних камер, он покинул порт еще до того, как капитан прикончил последнюю тройку. Камеры видеонаблюдения как и ожидалось, ничего подозрительного не засекли, а значит андроид-тактик смылся без проблем. Хотя, как высказался Канат, тактик был явно бракованный. Нет, время атаки было подобрано идеально, но первым делом стоило отрезать нас от брони и оружия. Шона насчитал еще с десяток ляпов, но больше всего его интересовало низкое время реакции. Обычно андроиды двигаются быстрее.
  
  - Ясмин, разбери их, - сказал кэп. - Доложишь, если найдешь что-то странное.
  
  - Я могу помочь, - вмешался Салман.
  
  - А как же ваша распаковка? - состроил страшные глаза Канат. - Не испортятся реактивы?
  
  - Мы закончили еще до нападения, - так же едко ответил принц. - Ученый с мировым именем предлагает вам помощь, а вы отказываетесь?
  
  С самооценкой у Салмана все в порядке, но и наш старик не пальцем делан.
  
  - А может ученый хочет на халяву в синтетических мозгах покопаться? - предположил Канат и, судя по вытянувшейся роже принца, попал в цель. - Думаете, я не знаю, сколько они стоят на рынке?
  
  - Ладно, вы меня поймали, - согласился он агрессивно. - Так что, будет ли мне позволено взглянуть?
  
  - Конечно! В нашей лаборатории, под присмотром Ясмин. Всего лишь за четыреста тысяч серебром.
  
  - Сколько!? Новые восемьсот стоят!
  
  - Новые? - скривился Канат. - Это вы загнули. Свежак на рынке не встречается.
  
  Салман попыхтел, как закипающий чайник, но все же ожидаемо согласился.
  
  - Мин Ки, перетяни пару жестянок в лабораторию, - приказал Шона. - Асоль, я так понимаю, физические упражнения Вольфу не повредят?
  
  - Капитан, я свое уже получил! - Вольф с возмущением легонько похлопал себя по бедрам, стараясь не касаться больных булок.
  
  - Это ты за телекинез получил, а за приказ не вмешиваться...
  
  - Я понял, - немец поднял руки. - Таскать жестянки в лабораторию.
  
  - В мастерскую, - поправил Шона, обернувшись к Эрнану. - Ты знаешь, что делать.
  
  - Твердое - себе, мягкое - Ясмин, - подтвердил техник.
  
  - Он же может повредить органику! - по-бабски всплеснул руками Салман, но Шона его проигнорировал и продолжил.
  
  - Асоль, соберешь оружие. Хосс - отдыхать. Канат, узнай кто из наших ближе всего, и какие достойные доверия команды сейчас в полисе. Возможно, придется прорываться с боем. Властям о нападении ни слова, не будем подымать бучу. Мари и Ник, латаете обшивку, потом на кухню. Вопросы, предложения?
  
  - Только обшивку? - спросил я. Меня интересовали дыры в коридорах.
  
  - Перекрытиями палуб займемся позже. Еще вопросы? Прекрасно, приступаем.
  
  Сам Шона от работы отлынивать не стал и убежал на переговоры. Уже через час на 'Бочку' поднялась команда охраны из десяти человек. Девяти, если быть точным, потому что возглавлял ее кот Мариус. На этот раз он щеголял не брутальной курткой, а изящным черно-серым тяжем. В отличие от брони Вольфа и Асоль, тяж Мариуса походил не на квадратного рыцаря, а на богомола с невероятно длинными руками, крохотной головкой и лишней парой коленей, вывернутой назад. Из оружия тяж нес два больших пистолета-пулемета в зажимах на бедрах и два коротких клинка в чехлах на грудных пластинах рукоятями вниз. Ну, коротких это относительно, потому что длина каждого ножа была больше моего гладиуса. Второй тяж команды выглядел точной копией оранжевой брони Вольфа, но имел темно-синюю раскраску и тащил в руках большой одноствольный пулемет с лентой боеприпаса, уходящей в рюкзак. Три скаута серого, синего и зеленого цветов со стандартными крупнокалиберными карабинами напоминали юркую броню Хосса и передвигались так же бесшумно. Вторая половина наемников была обычной пехотой с разномастным вооружением и униформой. Придурка, что влепил мне пулю в грудь, не наблюдалось.
  
  Мы с Мари как раз находились на крыше и в две болгарки зачищали обгорелые края дыры. После зачистки необходимо было вырезать по паре клиньев, уходящих дальше в обшивку, закрепить поддон под дырой и наклеить бортики сверху, выложить в получившуюся форму арматуру и залить жидкой костью. Понятное дело, что латка была временной, и по-хорошему надо было заменить весь сегмент, но дело это не быстрое, а у нас ушло жалких полчаса.
  
  Через три часа Канат нанял сопровождение в виде звена боевых флаеров. Еще через час доставили запчасти к моей броне, и наша мини-эскадрилья в составе двух кораблей и трех флаеров покинула полис, держа курс на юго-запад. Вслед за нами его покинул еще один скоростной объект, что следовал на почтительном расстоянии, пока не шуганули парой очередей.
  
  Сутки мы продержались в воздухе, после чего у флаеров начало заканчиваться топливо и они, следуя условиям контракта, разлетелись по разным полисам на побережье. 'Бочка' с 'Вирдом', кораблем Мариуса, обогнули ближайший из них южнее, и вышли в море, поддерживая курс строго на запад, вдали от оживленных торговых и туристических трасс.
  
  Как только корабли оказались над водной гладью, Шона заявил, что мы временно покидаем 'Бочку'. Такого поворота событий не ожидал никто. Особенно Салман, устроивший по этому поводу форменную истерику, мол, у него тут лаборатория оборудована и запущено несколько длительных химических процессов. Салмана обломал Канат, заявив, что по контракту они не обязаны следить за его исследованиями, только предоставить материалы, а в вопросах безопасности он должен подчиниться. Принц кровей арабских бушевал аки песчаная буря и плевался как верблюд, пока не получил дротик парализующего в шею. Шона при этом сообщил, что ему плевать, в каком виде на новый корабль попадет тушка нанимателя. И посоветовал подготовить лабораторию к транспортировке.
  
  На этом обманные маневры не кончились. Вольфу пришлось покрасить волосы в черный цвет, а нейрогрибы на висках получили по дозе желтого красителя. Ясмин с Асоль в один голос обещали, что на скорости передачи нервных импульсов броне это не скажется, так что укол красителя получили все кроме Хосса, у которого рваные линии на висках и так были желтыми. Но больше всего меня поразили наши женщины, они не просто перекрасились в черный, но и обкорнали волосы в странном подобии каре. А я уж думал гроза, о которой говорил Альвар, миновала. Теперь гадай, кто из озлобленных женщин меня пристрелит. А если без шуток, то вариант только один - Рина. Народная мудрость говорила, что врага нужно держать ближе, чем друзей, но если брать конкретно нас двоих, то у Рины от этого будет больше пользы. Я не смогу все время держать щиты, и первая же слабость покажет, что я ее боюсь. Альвар советовал никого не посвящать в детали нашего разговора, но хороший совет мне бы не помешал. У меня стоял выбор довериться Вольфу или Мари, которая, показала ранее, что может и умерить свое любопытство. Но Рина сама нашла меня. Это случилось под ужин, когда я чистил лочу для рагу.
  
  Это такая длинная дыня с кожурой черного цвета. Под кожурой плод имел сиреневую окраску, но рук не красил. Лоча имела внутренний одеревенелый стержень, на котором нарастали столь же твердые семена, поэтому пришлось повозится, сняв шкуру, а после срезая куски плода полукольцами. Впервые, когда я чистил ее - сильно порезал левую ладонь. Тогда в мой мозг постучался кукловод, а сейчас, когда я срезал последний кусок, постучали в дверной косяк.
  
  Прижатый к разделочной доске кочан лочи вырвался из руки, и лезвие отлично наточенного ножа скользнуло влево, задев подушечку указательного пальца.
  
  - М-мать! - я резко обернулся, выставив нож перед собой, а порезанный палец сунув в рот.
  
  - Ну уж нет! - заявила Лаурина. - В этом я не виновата. Я наоборот постучала, чтобы тебя не пугать.
  
  - Я не испугался! - заявил я, вынув палец изо рта и натянув ментальный щит. На крохотном порезе сразу же стала набухать красная капля крови.
  
  - А то я не чувствовала, - заявила она, сложив руки на груди. - Вы все меня боитесь. Кто больше, кто меньше, но страх есть у всех. А знаешь, что я еще чувствую?
  
  - Удиви меня.
  
  - Готовность убить.
  
  - Удивила, - сказал я, подмечая густые тени, что пролегли у девушки под глазами. И похоже это не косметика.
  
  - Вы как стадо буйволов, готовое затоптать любую опасность. Но я не опасна! Эмпатия - средство защиты, а не нападения.
  
  - Как и щит, - парировал я. - В умелых руках он может нанести больше урона, чем меч. В определенных условиях им и убить можно.
  
  - Не вешай мне лапшу на уши, - Рина нервно дернула плечами. - Вы просто обожглись на каком-то телепате, теперь меня гнобите.
  
  - Мы чувствуем! - огрызнулся уже я. - А ты не подслушивай.
  
  - Я не могу! - Рина в отчаянье взмахнула руками. - Не могу! Думаешь почему я работаю на Салмана? Он обещал создать симбионт, способный временно блокировать мои способности.
  
  Черт, это, наверное, тяжело. Айк врывался в мой разум всего лишь несколько раз, а ей приходится нести груз чужих эмоций все время. От этого действительно можно поехать крышей и пристрелить предмет раздражения... Мне решительно нельзя с ней общаться. Хотя...
  
  Я перестал слушать причитания Рины, прикрыл глаза на короткое мгновение и собрал волю в кулак. Я умею успокаиваться и вступать в бой с чистой головой. Этому учили и Хосс и капитан. Телепат Исани говорила, что мои поверхностные мысли втрое громче, чем у остальных людей. Эмоции у меня тоже не тихие, судя по первой реакции Лаурины. Это может сыграть на руку нам обоим. Тишина, спокойствие и железобетонная уверенность в том... Нет, стоп уверенности не надо, я ее в атаке использую. Тишина и спокойствие, мир!
  
  Я открыл глаза и снял щиты. Рина пораженно замерла на полуслове. Напряжение медленно стало покидать девушку. Изменения были практически незаметны, но поза ее стала менее напряженной, лицо просветлело, а глаза, секунду назад мерцавшие обидой, приобрели спокойный глубокий оттенок.
  
  - Успокоилась?
  
  - Д-да. Это было неожиданно.
  
  Я вновь нацепил щиты и только после этого позволил настоящим эмоциям выползти наружу.
  
  - А... - Рина недовольно подняла руку.
  
  - Мало? - удивился я.
  
  - Достаточно, - соврала она. - Повторишь вечерком?
  
  - Договорились.
  
  - О чем? - спросила Мари. Рина при этом заметно вздрогнула. - Или это не мое дело?
  
  Я не слышал, как она подошла. Странно, обычно в стиле ниндзя у нас Хосс передвигается, а за Мари этого не замечалось. Такое впечатление, что она специально кралась. Стоп, но ведь Рина должна была услышать ее эмоции.
  
  - Ты ее не слышала? - спросил я эмпата.
  
  - Ты меня немного оглушил. - Рина задумчиво склонила голову и посмотрела на Мари. - Даже так? - улыбнулась она.
  
  Мари картинно изогнула тонкую бровь в ответ.
  
  - Даже не старайся, - рассмеялась Лаурина, но довольно быстро оборвала смешок и сделала шаг от Мари. Боевую стойку она не приняла, но по тому, как девушка напряглась, стало заметно, что она готова к драке. Теперь уже Мари улыбнулась и сделала грациозный шаг вперед, видно совместила эмоциональную атаку с иллюзией. Так кошка подходит к загнанной в угол мышке, но даже мышь в безвыходной ситуации бьет в ответ.
  
  Рина закрыла глаза и коротким замахом пнула Мари в живот классическим маэ-гэри. К стыду нашей кошки, она поймала удар животом и едва не согнулась пополам. Я тут же бросился разнимать девушек, но на моем пути был обеденный стол, а они не теряли времени даром. Следующий удар Рина нанесла кулаком с открытыми глазами. Классический же, но от того не менее эффективный, джеб все таки провалился. Мари наконец поняла, что имеет дело не с безобидной жертвой и в последний момент отклонилась вправо, после чего ответила профессиональным хуком в челюсть. Кулак врезался в голову Рины, передав ей весь импульс, она как мячик стукнулась и отскочила от стены. Мари уже схватила эмпата за волосы и собиралась размозжить ее личико о колено, но добивания удалось избежать.
  
  Я дотянулся ступней до взлетающего бедра чуть раньше того, как удар набрал силу, и не только погасил импульс контрударом, но и сбил прицел. Поскольку Рина уже была в нокауте, а Мари потеряла равновесие, не отпуская волос противника, обе девушки повалились мне в объятья, но сконцентрировался я на одной.
  
  - Пусти! - приказал я Мари, схватив ее за запястья и вклинив между женщинами колено.
  
  - Порву суку! - прорычала наша воительница в ответ. Пришлось надавить средними и указательными пальцами на тыльную сторону ее ладоней, заставляя запястья изогнуться, от чего хватка ослабла и Рина выпала из ее рук, оставив на них по паре крашеных трофейных волосков.
  
  - Что на тебя нашло? - я встряхнул девушку и переставил ее подальше от потерявшего сознание эмпата. Вместо ответа она зарычала и попыталась пнуть Рину ногой, пришлось переставить ее еще дальше. - Хватит! Она свое уже получила... - придержав Мари еще мгновение, я задал мучивший меня вопрос. - За что хоть получила?
  
  - Ты полный тормоз, - сообщила мне фурия, - ты это знаешь?
  
  - Я догадывался. - Ладно, похоже спрашивать бесполезно, еще меня вырубит. - Ты все, успокоилась?
  
  - Да! - ответила она тоном, не оставляющим сомнений в лживости этих слов.
  
  - Прекрасно, постой пока в сторонке. Вон там, - мой палец указал на дальний угол кухни.
  
  Мари сверкнула глазами, и гордо отошла. Я же склонился над Риной и ощупал место удара. Асоль сказала бы точнее, но так как он пришелся ближе к уху, похоже, не было ни перелома, ни даже вывиха. Жевать ей все же будет сложновато. Прикосновение к ушибу вызвало боль и привело девушку в чувство. Она вяло замычала и попыталась отмахнуться.
  
  - Тише, свои, - Я легко блокировал вялый замах Лаурины. Дождался пока ее взгляд приобретет четкость и спросил. - Попробуешь встать?
  
  - Ага.
  
  Простой поддержки было мало, дело начало затягиваться. Я подхватил девушку за талию и слишком резко поставил на ноги. Чтобы устоять на нетвердых ногах, она обхватила меня за шею. Черт, этих обнимашек Мари мне не забудет. Прям чувствую, как взгляд спину жжет. Или это я сам хочу, чтобы она так на меня смотрела? Тьфу блин! Нашел время. Надо выпутываться.
  
  - Стоишь? - попытался я высвободиться.
  
  - Минутку, - попросилась Рина и только через несколько долгих мгновений отлипла от меня. - Видишь, это то, о чем я говорила, - напомнила она подзабытую уже тему нашего с ней диалога об агрессии окружающих.
  
  - Ой, а ты типа ни при чем, - парировал я, - совсем не провоцировала.
  
  - Пожалуй ты прав, - согласилась Рина и обратилась к Мари. - Только зря ты так завелась, подруга. Не было причины.
  
  - Как говорил Ник, ты типа ни при чем? (не совсем понятен смысл перекидывания этими не при чем, возможно нужно поиграть словами еще?)
  
  Блин, о чем они вообще толкуют?
  
  - Ты ни при чем, - ответила эмпат.
  
  Щеки Мари пошли злыми красными пятнами, а кулаки сжались. Я поспешил прикрыть Рину, пока ее тут тонким слоем по стенке не размазали.
  
  - Совсем охренела! - возмутился я. - Опять провоцируешь!
  
  - Просто говорю как есть! - выпалила Рина и юркнула в дверной проем. Довольно грациозно как для человека, только что еле стоявшего на ногах.
  
  Мари, как кошка, среагировала на резкое движение и бросилась следом, но я успел ее перехватить правой за талию и немного приподнял, прижав к себе. Ощущение было, словно держу ураган.
  
  - Не надо.
  
  - Я грохну эту суку!
  
  - Убийство только добавит нам проблем, - остудил я ее. - Успокойся, пожалуйста. Или можешь меня поколотить. Помоги овощи дорезать, закинем тушиться и пойдем в зал - выпустишь пар.
  
  Конечно, я не собирался давать себя избить, так, пропустил бы парочку ударов, да не стал бы валить ее на пол как обычно. Сопротивление немножко ослабло, и я решил закрепить позиции.
  
  - Я на твоей стороне.
  
  - Спасибо, - Мари успокоилась настолько, что я смог без страха ее отпустить.
  
  - Всегда пожалуйста, для чего еще нужны друзья.
  
  Мари глубоко вздохнула.
  
  - Дай мне нож, друг, я хочу тебя поколотить.
  
  - Э-э-э...
  
  - Поколотить, а не зарезать. Нож для овощей.
  
  Я выдал ей нож и большой красный кабачок, который она разделала с удвоенной жестокостью.
  
  - Кстати, а что вы там собирались вечером повторять? - лукаво спросила Мари.
  
  - Отвечу, если ты скажешь за что съездила ей по морде.
  
  - Как хочешь, - ответила она нейтрально.
  
  Вроде не обиделась... Или обиделась? А-а-а! В любом случае, я не хочу, чтобы она думала, будто у меня есть планы на Рину. Дерьмо! Но у меня же и на Мари особых планов нет? Зато, судя по тому, как я себя веду, есть желание. Блин, а ведь реально есть! Я же после Фотадрево в борделе так и не был.
  
  - Ты чего подвис?
  
  - Да так, - я отложил очищенный кочан и высыпал кубики лочи в кастрюлю. Не говорить же девушке, что взялся разбираться в своих чувствах за нарезкой овощей. Не по-мужски. Вместо этого я признался.
  
  - Рина на взводе от того, что все ее опасаются. Меня, когда я этого хочу, она чувствует сильнее других, вот я и заставил себя почувствовать спокойствие.
  
  - Так она типа дозу спокойствия просила?
  
  - Получается так, - согласился я.
  
  - Ясно, - Мари ссыпала в кастрюлю кабачок и весело спросила. - Ну что, диллер недоделанный, пошли в зал?
  
  Она меня побила. Я уже изворачивался как мог, давил массой, прижимал ее к полу, завязывал руки и ноги узлами, но потом она подымалась и конкретно лупила меня ногами или бросала на маты как мешок с дерьмом. В общем, после спарринга, когда Мари весело ускакала в душ, я чувствовал себя как овощ и еле доплелся до кухни, чтобы выключить подгоревшее рагу, за которое меня хаяла вся команда скопом.
  
  Вечером того же дня, посреди океана, мы встретились с 'Толпаром' - кораблем, что должен заменить нам дом на несколько ближайших месяцев.
  
  
  
  
  Глава 8
  
  Зухра, капитан 'Толпара', был младше Шоны лет на десять, и на столько же сантиметров ниже. Но наш кэп вообще дылда, даже Вольф ниже него на пару сантиметров. В остальном мужик походил на Болата как младший брат. У них даже прическа, грибы на висках и манера держаться были одинаковыми. Впрочем, это можно списать на то, что Зухра успел послужить в армии Андорума до того, как его захватили андроиды.
  
  Наши корабли провисели над водной гладью практически до полудня. Все это врем Зухра с Шоной провели в рубках, передавая друг другу коды управления и другие корабельные секреты. Эрнан с Ясмин принимали дела у своих коллег, остальные же работали грузчиками. Переместить пришлось довольно много всего. Каждый из нас захватил личное оружие, кое-какие вещи, потом перенесли добрую половину колб из биолаборатории с запасными синтетическими мышцами под броню и ящики с запчастями. Причем процесс этот был взаимным - команда 'Толпара' таскала свои мышцы к нам, а у них экипаж был больше нашего втрое.
  
  Лабораторию Салмана оставили на сладкое. Все, что не было в ящиках ученый принц обмотал непрозрачной пленкой, где только взял, и приказал считать хрупким да взрывоопасным. Потом бегал как ужаленный, контролируя каждое движение, создавая лишнюю суету и жутко жалея о том, что не может размножиться и следить за каждым носильщиком. А когда Вольф уронил один из небольших, похожих на огнетушитель, газовых баллонов, он целую истерику закатил, хотя звук там был совсем не баллонный. Грохнуло как цельная стальная болванка. Вольф потом говорил, что весили они раза в четыре больше, чем должны.
  
  Когда грузы закончились, настало время прощаться - Хосс оставался на 'Бочке'. Его зеленая рожа привлекала слишком много внимания, да и не восстановился он еще после болезни. Хотя морской воздух явно творил с ящером чудеса: он перестал держаться за стенку при ходьбе и вновь начал являться на кухню раньше всех, чтобы варить кофе. Я надеялся, что мы сможем восстановить тренировки с холодным оружием, но видно - не судьба. Если 'Бочка' явится в следующий полис без единого постоянного члена команды, это вызовет вопросы. А так, враги, скорее всего, решат, что мы просто усилили экипаж. Хоссу придется засветиться, а стая молодых волкодавов с 'Толпара' должна отпугнуть от него неприятеля. Капитан был не прочь дополнить и нашу команду, но Салман уперся рогом. Козел пустынный. 'Вирд' отправлялся дальше с 'Бочкой', а мы на 'Толпаре' уходили в Атлантиду.
  
  Мифический город из моего мира имел здесь вполне реальный аналог. Мы добрались к нему поздним утром. Я успел на скорую руку сварганить завтрак из соленых злаковых хлопьев, рыбных консервов и нарубить салатик из того, что под руку попалось. В качестве питья на 'Толпаре' предпочитали чайный гриб, но я с ним был знаком поверхностно, это скорее квас, чем чай, и при неправильном приготовлении была реальная опасность посадить всю команду на унитаз, так что я ограничился дешевым растворимым кофе и пошел на смотровую палубу.
  
  Солнце было уже высоко и терялось среди рваных перьев облаков, зато лучи эффектно подсвечивали остров в форме кривой подковы. Особенно ярко сиял бастион на одном из концов подковы, в то время как его брат близнец на втором конце прятался в тени большого облака. Бастионы прикрывали вход во внутреннюю бухту, большие врата, часть которых находилась под водой и мост, соединяющий концы подковы. Наверняка разводной, поскольку, как минимум, пара кораблей в бухте была выше него вдвое.
  
  Сейчас врата были закрыты, золотой ободок песчаного пляжа ограничивался несколькими десятками метров и обрастал невысокой, но широкой крепостной стеной, что вполне разумно. Мало ли что в этом мире может выползти из моря, ну а судя по тому, что на пляже нет никаких палаток и построек, оно и выползает.
  
  Сразу за стеной начиналось серое полотно обычной дороги, где в несколько полос сновали разноцветные муравьи автомобилей, а за ней полоса преимущественно зеленых насаждений с вкраплениями всех остальных цветов видимого спектра. За парковой полосой остров разрастался пестрыми крышами домов и заводов. Правый кусок подковы явно был жилым. По крайней мере я не заметил ни одной заводской трубы, а внутренний пляж там пестрел постройками. Я даже сумел рассмотреть гигантские водные горки. В то время как противоположная часть острова была отдана под внутренний порт и промышленные здания. Центр, что разрастался самыми высокими и блестящими постройками, наверняка являл собой сплав администрации и частного бизнеса.
  
  В отличие от холодов Баударбунга, жаркий тропический ветер Атлантиды не разрушал воздушник под брюхом корабля, и все суда предпочитали кружить в облаках, а не платить бешеные деньги за посадку в крошечном порту. Повинуясь приказам диспетчера, Шона пристроился за небольшим, похожим на ежика, корабликом в этой круговерти и настроил автопилот как раз до того, как я допил кофе и вернулся на кухню, ожидая гору грязных тарелок, но застал там одного Вольфа, уплетающего за обе щеки очередную порцию консервы. Наверное, его разбудил мой будильник. На 'Толпаре' нам освободили всего несколько кают, пришлось потеснится.
  
  - А если я стукану Асоль?
  
  - Тогда ты будешь сволочью, - прошмякал немец с полным ртом.
  
  - Завязывай, это последняя порция. И сегодня вечером будем приседать.
  
  - Может лучше позвеним?
  
  В принципе я был не против, тренировки с холодным надо было восстанавливать, но и ломать собственный график не хотелось. Да, у Вольфа с приседом будут небольшие проблемы. Я помню, что это такое, когда штанга давит сверху, а зад горит от уколов. Да ладно, переживет.
  
  - Вечером - присед, завтра утром - тренировка с холодным, - сказал я, убирая в мусорное ведро пустые банки из-под консервов.
  
  - Ладно, - согласился со мной немец. - Пойду досыпать. О, капитан, утро, - Вольф приветственно взмахнул рукой перед тем, как отправить тарелку в мойку.
  
  - Доброе утро, - ответил Шона. - Не спеши убегать, вы мне оба нужны.
  
  - Выход в город? - спросил я, выставляя на стол заготовленную тарелку размокших в кашу хлопьев и салат.
  
  - Да, - подтвердил капитан.
  
  - Прогулка, ура! - Вольф довольно потер ладони.
  
  - Не сильно радуйся. Тебе запрещено кушать до возвращения на борт. Равно как и покупать съестное, чтобы сожрать его потом.
  
  - Но капитан! - немец скуксился как капризный ребенок.
  
  - Все претензии к Асоль, - невозмутимо ответил Шона. - Тем более что покупка провианта и будет вашей задачей.
  
  - Нужно что-то особенное?
  
  - Свежая чертова черепаха.
  
  Я нахмурился. Капитан у нас не ругается, а тут, понимаешь, какая-то черепаха не угодила. Пока я об этом думал, Шона доказал, что умеет читать мысли безо всякой телепатии.
  
  - Чертова - название вида.
  
  - Оу, понял.
  
  - Я так и не смог выбить, какая часть черепахи нужна Салману для исследований, так что постарайтесь выбрать наиболее целый экземпляр.
  
  Огнестрел в полисе был запрещен, но Атлантида была зоной свободного ношения холодного оружия. Несмотря на огромные врата, в бухту периодически проникала всякая мелкая, но опасная дрянь, так что без ножей здесь не плавали. Под этим предлогом Вольф захватил свой перочинный ножик, а я взял гладиус, хотя толку от него под водой вообще никакого. Плазма мгновенно начинает испарять воду вокруг, превращая ее в кипяток, и батареи клинка разряжаются. Ввиду усиливающейся жары, немец напялил цветастую шелковую рубашку с коротким рукавом и шорты, а мне пришлось довольствоваться легкими брюками и футболкой. Я еще не успел обзавестись гардеробом на все случаи жизни, но после рынка собирался исправить это недоразумение.
  
  Жаркий ветер, обдувающий спусковую платформу на высоте, оказался мелочью по сравнению с маревом, что дрожало над раскаленным асфальтом. А ведь еще утро, черт, как здесь люди живут. В полис нас пустили без задержек, хотя охранник в порту и колебался по поводу моего плазменного клинка, но судя по уставшим глазам и широко открытым жабрам на толстой шее, ночка у него не задалась, и он махнул на меня рукой. Кстати о жабрах, они здесь были у каждого третьего: не обязательно человека и не обязательно на шее. У многих они находились на груди, как и симбионт Мин Ки, а у одной стройняшки-шатенки они были на боках под соблазнительным топиком.
  
  На продуктовый рынок нас доставило такси-амфибия. Машина с плавными обводами, острым носом, а главное, герметичным салоном и хорошим кондиционером, от порта направилась в бухту по дороге, которая заканчивалась прямиком в воде, а вернее, под ней. Полис и до этого выглядел странно, но картина, что открылась под водой, просто поражала. Подсвеченные изнутри стеклянные купола и спирали подводных переходов устилали все дно. Разноцветные кораллы и водоросли образовывали целые парки явно искусственного происхождения. Слишком много симметрии и правильных форм для дикой природы. Над всем этим яркие рыбы тучками шарахались от крохотных подлодок такси и одиноких пловцов, не нуждающихся в кислородных баллонах. Таксист намеренно заложил широкую дугу над подводным городом. Пока мы завороженно не могли отвести взгляда, счетчик тикал. Неладное первым заметил Вольф, когда нас накрыла тень от огромного корабля вверху.
  
  - Разве причал не в другой стороне от рынка? - спросил он на латыни.
  
  - Ознакомительный круг для туристов, - ответил смуглый до черноты таксист и блеснул в зеркале заднего вида ослепительной улыбкой.
  
  - Бесплатный? - поинтересовался я, и улыбка таксиста выключилась как свет в закрытом холодильнике.
  
  - Нет.
  
  - Тогда нас на рынок. Кратчайшим путем.
  
  Не знаю, как сильно я исковеркал латынь, но таксист понял. Амфибия изменила курс, вынырнула на поверхность и, задрав нос, помчалась к берегу, подпрыгивая на волнах как катер. Перед серым полотном уходящего под воду пирса, она замедлила ход, пока не коснулась колесами дороги. Качка прекратилась, машина выползла на сушу и помчалась по дороге в сторону огромного голубого ангара.
  
  Таксист получил свои два сребреника, даже не заикнулся о сдаче и укатил, пока я боролся с густым запахом морепродуктов и йодной отрыжкой водорослей. Такое если жрать - точно жабры отрастить можно. В отличие от меня, Вольфу запахи рынка понравились и, судя по тому, как часто дергался кадык - вызывали обильное слюновыделение. Черепашьи ряды находились сразу за моллюсками, ну и, конечно же, немец не мог спокойно пройти мимо этой склизкой гадости.
  
  - Ник, может купишь? - кивнул он на бадью лаптей в темно-зеленом панцире.
  
  - И кто его кроме тебя жрать будет?
  
  - Вот тут ты не прав. Мари тоже печеные устрицы любит.
  
  - Я не умею их готовить.
  
  - Да что там готовить. Кладешь на гриль и ждешь, пока раскроются.
  
  - Ладно, возьми немного на пробу. Штук пять! - строго добавил я.
  
  - Но нас...
  
  - На пробу!
  
  Даже так Вольф постарался выбрать самые большие лапти, и мне пришлось ждать его, глотая вонючий рыбный воздух.
  
  Черепахи на рынке были представлены всего в пяти видах. От крох размером в три ладони и до огромных монстров размером с внедорожник. Последние были всего в трех экземплярах и лежали не на прилавках, а на подвижных платформах. Как оказалось, эти монстры и были нашей целью. Панцири черепах отливали красным, каждый сегмент выпирал как тупой шип: черный на конце и красный у основания. Складывалось впечатление, будто река раскаленной лавы текла меж гор. Я бы назвал эту черепаху не чертовой, а адской.
  
  Все три страшилища уныло свесили головы величиной с мое туловище к земле, уткнувшись клювами в платформы и пачкая их кровью. Бошки кровоточили и имели одинаковые пустые глазницы. Глаза были самым незащищенным местом, поэтому именно в них и стреляли охотники. Торговцы наперебой начали расхваливать свой товар, почему-то напирая на красоту рисунка панциря, его целостность и напрочь игнорируя запашок разложения, исходящий от туш.
  
  - Что-то мне кажется, они у вас уже протухли, - засомневался я.
  
  - Так вам мясо надо? - оживился торгаш без жабр. - Третье место в начале ряда. Лучшее черепашье мясо во всей Атлантиде.
  
  - Да у тебя там такая же тухлятина, как и здесь! - возразил ему бледный как снег мужик с жабрами на шее. - Вон седьмое место, жена моя торгует.
  
  - Жена твоя обманщица, как и ты!
  
  - Нам целая черепаха нужна.
  
  - Свежак надо у охотников заказывать, - сказал третий, самый спокойный и низкий из торговцев, пока первые два с большим удовольствием начали закатывать ссору. - Только зачем он вам?
  
  - Готовить, - пожал я плечами.
  
  - Мясо чертовок слишком жесткое. Их ради панциря и крови бьют.
  
  - А готовить?
  
  - Самые вкусные - жемчужные.
  
  - Покажешь?
  
  - Конечно, пойдем.
  
  Жемчужные оказались небольшими черепахами размером с колесо легковушки. Торговец подробно рассказал, как их вскрывать и, в конце концов, мы купили у него крабов. Шесть штук, но каждый из них был величиной с трехлитровую банку лишь потому, что гибкие синтетические жгуты плотно стягивали каждую конечность. В огромных пакетах к крабам прилагалось по паре кило колотого льда, чтобы морепродукты не ожили и не освободились раньше времени. Так что на корабль мы вернулись нагруженные и мокрые, как рыба в бухте.
  
  Салман ждал нас в трюме и начал тормошить еще до того, как покинули спусковую платформу. Зеленая уткообразная гадость топталась рядом с ним.
  
  - Когда доставят черепаху? - спросил ученый раздраженно, а утка ему подтявкнула.
  
  - Никогда. На рынке одна тухлятина.
  
  - Это же рынок, можно было доплатить и договорится о свежей поставке! - возмутился Салман.
  
  - О, вы у нас такой эксперт по рынкам, почему же не сходили сами?
  
  - Ваш капитан запретил! - огрызнулся Салман. Утка озлоблено зашипела и сделала несколько шагов вперед, намереваясь вцепиться мне в штанину.
  
  - Пошла вон, - я пнул ее раньше и зеленый колобок как пузырь с водой, вереща, укатился прочь.
  
  - Эй! - возмутился принц.
  
  - Я бы пнул сильнее, - признался Вольф.
  
  - Эй! - повторил Салман. - Нельзя издеваться над домашними животными.
  
  - А над домашними монстрами можно, - парировал я и сунул ему в лицо телефон с фоткой черепахи на экране.
  
  - Это она? - спросил Салман немного отстранившись. - Почему голова кровоточит?
  
  - Вы знаете как их ловят?
  
  - Зачем мне это?
  
  - Охотники подбираются поближе и стреляют им в глаза, чтобы пуля вошла в мозг.
  
  - Мозг... - подвис Салман. - Это не может быть единственным способом охоты. Прицельная способность огнестрела под водой довольно низкая.
  
  - У них тут используют пули, похожие на длинные иглы, - возразил я, уже успев ознакомится с местным вооружением. - Все еще хотите купить черепаху?
  
  - Это ваш капитан хотел купить, я сразу предлагал поймать. Цветочек, за мной.
  
  Салман круто развернулся и зашагал к двери.
  
  - Все-таки ему нужен мозг. - Сразу это понял, как только узнал в какую кашу его превращают рикошетящие в черепной коробке пули. У нашей команды особые отношения с законом подлости. Он гадит нам, а мы ему.
  
  - Не признается ведь, - возразил Вольф.
  
  - А и не надо, пошли крабов варить, пока кэп не начал собирать команду для подводной охоты.
  
  На кухню мы добрались вовремя. Мари с Асоль уже начали чистить овощи, но пока еще не зашли слишком далеко.
  
  - Освобождайте стол, у нас сегодня крабы и моллюски.
  
  - Крабы! - в один голос воскликнули девушки.
  
  - А моллюски? - одолело меня подозрение.
  
  - Ненавижу эту склизкую гадость, - сообщила Асоль, а Мари кивнула ей в такт.
  
  Я бросил сердитый взгляд на Вольфа, но тот сделал вид, что не заметил.
  
  - Девушки любят, говоришь? - Недовольное выражение моего лица, когда пакеты стали на стол, было невозможно не заметить.
  
  - А я не так сказал, - ответил он мне широкой наглой улыбкой, прекрасно понимая, что дословно фразу никто воспроизвести не решиться.
  
  Вот же немчура поганая, он умышленно упомянул Мари. И когда только понял?
  
  - Да ладно, - вступилась за него Асоль. - Моллюски полезные. Разрешаю тебе три штуки слопать, а двух оставишь на ужин. И никаких крабов.
  
  - Да! - Вольф победно потряс кулаками в воздухе.
  
  - Ладно, а с этим как быть? Кто умеет готовить крабов?
  
  - Эрнан умеет, - заявила Асоль, чем заслужила недоуменные взгляды. - Что? Он вырос у моря. Хотя да, лучше уж Ясмин, мой благоверный имеет кучу талантов, но кулинария в них не входит.
  
  - У них там с Салманом вроде как серьезный эксперимент намечался, - сказала Мари. - Они с самого утра в лаборатории заперлись
  
  - Он только что нас в трюме терроризировал, - удивился Вольф.
  
  - Странно, - Мари достала телефон, набрала номер. На полминуты мы притихли, пока Мари не сказала, что Ясмин не отвечает.
  
  - Схожу позову, - вызвался Вольф, но из мстительности я его остановил.
  
  - Помоги девушкам, ты наказан за моллюски.
  
  - Не имеешь права! - возмутился он, но я уже вышел в коридор.
  
  Чем ближе я подходил к двери биолаборатории, тем больше меня одолевала смутная тревога. Что-то непонятное творилось в моей душе. Еще не паника... далеко не паника, но явное ожидание неприятностей заставило достать тубус гладиуса. То же ощущение подсказало не стучать, а внаглую открыть дверь.
  
  - Ник? - удивилась Ясмин. Они с Салманом склонились над столом, с плавающим в прозрачной миске синтетическим мозгом андроида. Оба держали в руках какие-то длинные иглы, а еще десяток, с прикрепленными проводами, торчал из голубой синтетической массы.
  
  - Какого хрена! - разозлился Салман, и в тон ему из-под стола раздалось недокряканье его недоутки. - Мы едва не запороли все из-за вас.
  
  - Что-то случилось? - встревожено спросила Ясмин.
  
  Ее вопрос прошел фоном где-то на границе подсознания, потому что я сразу понял причину беспокойства и уловил легкий холодок в какофонии тех ощущений, что роились в моей голове.
  
  - Что бы вы не делали, прекратите немедленно! - приказал я. Понятия не имею, как общаются андроиды, но если механизм похож на то, как делали это мы с кукловодом, не стоит оживлять этот мозг, или что там с ним делают иглы.
  
  - Что?! - Салман закусил удила. - За этот экперимент заплачены огромные деньжищи! Убирайтесь вон! - Принц склонился над мозгом так низко, что едва не коснулся его своей бородой и выверенным движением вогнал иглу меж извилин.
  
  Я едва не активировал клинок, но ничего не изменилось. Возможно и правда зря волновался.
  
  - Позвольте? - Салман отобрал иглу у Ясмин и вогнал ее в другое место.
  
  Вот тут меня и накрыло. Будто дубиной по затылку. Тяжеленной и холодной настолько, что у меня глаза изнутри замерзли от одного соприкосновения. Очнулся я уже на полу с включенным клинком и поднятым ментальным щитом, хотя ледяной вой от куска желе на столе пытался прорваться даже через него.
  
  Эту хрень надо выключить! Я оперся правой на пол, рывком поднялся и занес клинок, чтобы пронзить эту синтетическую хреновину на столе научников. Шаг, но из-под стола ударил толстый зеленый луч и мне пришлось уклоняться. Не хватило скорости, а может и ловкости, он зацепил по касательной левое плечо и в нем мгновенно разгорелся жар кипящего масла. Луч заставилт меня обратить внимание на то, что под столом.
  
  - Утка?!
  
  Эта зеленая тварь, оказывается, не просто противна, а еще и смертельно опасна. Я увидел, как зеленое марево снова сгустилось перед крохотной головкой с мутными глазами, и сделал глупость. Хосс был бы мной недоволен, но мерзкая животина была всего в шаге, а под рукой был только гладиус. Его я и бросил. Вообще бросок клинка, для этого не предназначенного, глупость смертельная, и почить бы мне с миром, но я попал. Лезвие с фиолетовой кромкой прошло сквозь марево, лопнуло на высокой чистой ноте и кривыми осколками разлетелось по комнате. Пара особо длинных, словно оплавленных, кусков срикошетила от стола, пара пролетела мимо меня, но добрая половина вошла в резиновое тело утки. Тварь забилась, как припадочная, пытаясь верещать почти отрезанной головой, но получила от меня крепкого пинка и улетела в угол с каким-то оборудованием.
  
  Я сделал последний решительный шаг, схватил в руку как можно больше торчащих из мозга игл и сжал ладонь в кулак. Повинуясь грубой силе, иглы разрезали голубую массу синтетики, и давление на ментальный щит пропало. Если эта хрень подавала сигнал, то я его точно выключил. Но поддался коктейлю гормонов, бушующему в крови, и не остановился, пока не размешал мозги в однородную массу.
  
  Салман с Ясмин в полном шоке отошли на пару шагов от стола и сделали совершенно безумные глаза. Чего это они... А, ну да, наверное, думают, что я на них хотел напасть. Черт, так эта зеленая дрянь, наверное, тоже так решила и попыталась защитить хозяина. И ведь ей почти удалось, плечо горит. Я взглянул на него, но увидел лишь кровавое пятно на рукаве футболки. Попытался было оттянуть, чтобы посмотреть, что там под ним, но заработал лишь приступ острой боли. Рукав словно спекся с кожей, мне надо в лазарет.
  
  Черт, вот чертовщина! Они же совершенно не понимают, что тут произошло. Даже кэп не в курсе. После атаки все так завертелось, что я банально забыл рассказать о том, что чувствую не кукловодов, а андроидов. Ладно, возможно я специально избегал этого разговора, но сейчас-то некуда деваться. Я достал из кармана телефон и набрал Шону.
  
  - Сэр, у нас проблемы в биолаборатории. Нужно ваше вмешательство.
  
  
  
  
  Глава 9
  
  Не успел я закончить свой разговор, как зазвонил телефон Салмана. Принц дернул рукой, но нарвался на мой неласковый взгляд.
  
  - Не-а! - пригрозил я.
  
  Повисла неловкая пауза, но сильно затянуться она не успела, дверь в лабораторию открылась, как только оборвалась телефонная трель. Шона вошел без стука и суеты, хотя и от рубки, и кабинета ему пришлось бы бежать, чтобы уложиться в это время. Возможно, он, конечно, был недалеко, но определенные моменты наталкивают на мысль, что наш кэп действительно умеет телепортироваться.
  
  - Докладывай, - сказал он, спокойно окинув взглядом ошалелый вид ученых и мое окровавленное плечо.
  
  - Надо переговорить без лишних ушей, но... - я хотел сказать, что и выпускать ученых пока не стоит, но Шона понял все раньше.
  
  - В дальний угол, - приказал он.
  
  - Капитан! - возмутился Салман и был тут же заткнут.
  
  - Исполнять!
  
  - Говори, - прошептал он, склонившись над моим ухом, как только посчитал, что его не услышат.
  
  - Я ощущал андроидов, а не кукловода. Эти двое реанимировали один из трофейных мозгов, так он верещал громче свиньи, что мы скормили червям.
  
  - Верещал что-то конкретное?
  
  - Возможно. У меня было только ощущение холода. Даже сильнее, чем от кукловода.
  
  - Еще что-то?
  
  - Утка Салмана оказалась пси-оружием, - Я отстранился и кивнул на плечо.
  
  - Какого рода? - спросил он во весь голос.
  
  - Понятия не имею. Какие-то зеленые лучи. Клинок мой вдребезги.
  
  - Отправляйся в лазарет, пускай Асоль осмотрит. Рот на замке, дальше я сам.
  
  - Да, я чего заходил-то, - кивнув капинану, произнес в полный голос. - Ясмин, там крабов сварить надо.
  
  Сообщив это вышел в коридор, где практически нос к носу столкнулся с парой охранников Салмана. Рина держала пистолет стволом вниз, а Мин Ки руку на рукояти, торчащей из кобуры, на поясе. Мужчина внимательно осмотрел рану на моем плече, но доставать пистолет не стал.
  
  - Что Салман? - спросил он.
  
  - А напарница сказать не может? - я махнул на Рину рукой, от чего она нервно дернула стволом.
  
  - Напуган! - резко ответила Лаурина. - Что произошло?
  
  - Кажется, я грохнул эту зеленую тварь. - Улыбочка для Мин Ки и много ехидства для Рины.
  
  - Не надо! - взвизгнула она и сжала виски руками, не отпуская пистолета.
  
  Не ожидал такой реакции. Возможно стресс усиливает мои способности и эмоции звучат еще громче. Рина сжалась очень правдоподобно. Даже Мин Ки проняло, он достал ствол и упер дуло мне в лицо. Глаза сузились, а симбионт под футболкой заходил ходуном, ускоряя реакцию.
  
  - Совсем сдурел!? - рявкнул я. - Опусти ствол, пока он у тебя в заднице не оказался. - Хрен бы у меня вышло его туда засунуть, и Мин Ки это знал, но Рина почувствовала только злобу, которой были щедро сдобрены слова.
  
  - А ну успокоились оба, придурки! - зашипела она, распаляясь на волне моих эмоций.
  
  Хм, а ведь и правда, не стоит дразнить столь чувствительную особу. Я послал ей ощущение спокойствия, но вместо этого девка разозлилась еще больше и затрясла у меня перед лицом своим пистолетом.
  
  - Перестань играть моими эмоциями!
  
  - Так убери от меня свою пушку!
  
  Дверь за моей спиной открылась, и холодный голос приказал.
  
  - Опустили оружие!
  
  Ствол Рины мгновенно уставился в пол. Похоже, капитан и без моих способностей пугал ее до чертиков. Эта же готовность повиноваться сломила Мин Ки, хотя свой ствол он сунул в кобуру гораздо медленней, с большим достоинством.
  
  - Разойдитесь, - приказал кэп и, не дожидаясь исполнения приказа, захлопнул дверь.
  
  Я сделал шаг вперед, но Мин Ки попытался преградить мне дорогу. Пришлось скептически изогнуть бровь и посмотреть ему в глаза. Бодание взглядами длилось всего пару секунд, а потом он подвинулся на полшага, не отводя взгляда. Вот же баран упертый. Я бы зацепил его плечом, но оно и так болело. Кровавые ручейки доползли уже до ладони и капали с пальцев. Хм, а это ведь идея! Не став изворачиваться, превозмогая боль, я боданул его плечом и размазал кровь по футболке нахала.
  
  - Щибаль! - выругался Мин Ки.
  
  - И тебя туда же, - пожелал я, доставая телефон и набирая Асоль. Медик встретила меня уже в лазарете.
  
  - Это что? - спросила она, оттягивая рукав вместе с кожей. - Ткани футболки перемешались с кожей, словно тебя искажением зацепило.
  
  - Что за искажение?
  
  - Пси-способность такая. Довольно противная.
  
  - Считай, она и была.
  
  - Кто? - насторожилась Асоль.
  
  - Просто отремонтируй мне руку. Если кэп разрешит - расскажу.
  
  - Надо срезать кожу.
  
  - Действуй. Само оно не пройдет. И расскажи мне про искажение.
  
  Асоль срезала рукав ножницами, обколола рану обезболивающим и взялась за скальпель.
  
  -Искажение - что-то среднее между теле и пирокинезом. Принцип пирокинеза знаешь? - Медленно, но уверенно она сняла первый тонкий слой кожи с вкраплениями синтетических нитей и бросила лоскут в стальной лоток.
  
  - Понятия не имею.
  
  - Пирокинетики воздействуют на молекулы, разгоняя их и заставляя сталкиваться на космических скоростях.
  
  - Что, собственно, и есть горение, - понял я.
  
  - Ну, тепло выделяется только от разрушения молекулярных связей, когда они сталкиваются, - несколько лоскутов кожи вновь легло в лоток, и Асоль вытерла кровь, бодро побежавшую по плечу. - Телекинез же не разрушает молекулярных связей, в то время, как излом перемешивает их, не сталкивая.
  
  - Нет теплового выделения.
  
  - Верно, но структура объекта меняется безвозвратно.
  
  Черт, хорошо, что эта тварь мне в голову своим лучом не попала. У меня вместо мозгов и так каша, но лишний раз мешать ее не стоит.
  
  Тонкие полоски кожи пошли больше с кровью и без вкрапления синтетических волокон.
  
  - Мышцы не задело, - резюмировала Асоль. - Повезло.
  
  - Общее собрание на кухне через пять минут, - сообщила система оповещения голосом капитана.
  
  - Я так понимаю, ты к этому причастен? - спросила женщина.
  
  - Есть немного, - согласился я, подставляя плечо под бинт.
  
  Когда мы с Асоль добрались до кухни, на плите стояло две здоровенные кастрюли, а Ясмин убивала крабов. Те уже отогрелись и предпринимали активные попытки освободиться от стягивающих лапы жгутов. Биомеханик переворачивала их ни спину, надавливала острием большого ножа на голову и била по рукояти скалкой, чтобы нож мгновенно пробил крохотный мозг. Стоящий рядом Салман наблюдал за действием с мрачным недовольством, а Эрнан срезал путы уже с мертвых членистоногих.
  
  Пяти минут для общего сбора оказалось много, команда собралась за полторы. Мин Ки с Риной надели бронежилеты и вооружились пистолетами. Огнестрельное оружие наблюдалось и у Мари.
  
  - Есть вероятность, что все наши ухищрения по поводу запутывания следа пропали даром, - сказал Шона, как только все собрались. - Возможно, андроиды получили наши точные координаты.
  
  - Как?! - заинтересовался Канат.
  
  - Неудачный эксперимент с мозгом, - ответил Шона, на что Салман недовольно фыркнул.
  
  - Бред полный!
  
  - Ты сам видел скачок активности в эпифизе, - парировала Ясмин.
  
  - В синтетическом эпифизе! - горячо возразил он и даже затряс руками в воздухе. - Кроме того, Корнуэлл доказал, что за телепатию отвечают височные доли, а не эпифиз.
  
  - Мы не ставили электродов в виски. Возможно всплеск был и там. Кроме того, ты сам говорил, что синтетика отличается от настоящего мозга.
  
  - Даже если так, как он узнал? - Салман злобно ткнул в меня пальцем. Жаль, я далеко стоял, так бы с удовольствием обломил бы. Тем более, что теперь все взгляды повернулись ко мне.
  
  - Не ваше дело! - отрезал Шона. - Мозг передал сигнал.
  
  - Мозг не антенна! - возразил Салман.
  
  - Почему же, - вклинилась Асоль. - Если предположить, что эпифиз - это передатчик, то височные доли вполне могут оказаться антеннами.
  
  - Сигнал был, - отрезал Шона. - Примите это как данность. Самым разумным было бы убраться из Атлантиды пока еще есть время. - Салман тут же набрал воздуха, чтобы возразить, но капитан предостерегающе поднял руку. - Альтернативы черепахе нет?
  
  - Нет, - буркнул Салман.
  
  - Тогда мы берем то, что есть на рынке и улетаем.
  
  - Не выйдет, - опять пробурчал Салман. - Мне нужна свежая черепаха с целой головой.
  
  - Ты был прав, - хмыкнул Вольф. - Ему действительно нужен мозг.
  
  - Гипофиз! Мне нужен гипофиз и тимус.
  
  - А разве это не мозги? - возразил немец.
  
  - Это железы, одна из которых находится возле сердца.
  
  - Значит надо нанимать команду охотников, - подытожил Канат. - Это единственный способ. И Вольф, как у тебя дело с телекинезом под водой?
  
  - Понятия не имею.
  
  - Асоль? - обратился старик к ней.
  
  - Нужны тесты. Что ты задумал?
  
  - Салману нужна целая голова и сердце.
  
  - Тимус, - поправил Салман, - и гипофиз. Штуки по три хотя бы...
  
  - Так вот, если Вольф сможет тихо перерезать черепахе шею - это упростит дело.
  
  - Там очень плотная кожа, - возразил Салман.
  
  - Тогда надо собирать команду и советоваться с профессионалами.
  
  - Я не хочу оставлять следов! - заявил принц.
  
  - Лучше оставить следы, чем жизнь, - спокойно отметил Шона. - Ник, Вольф, после обеда отправляетесь обратно в полис искать команду ловцов для найма. Канат, сумеешь дать им хоть какие-то наводки?
  
  - Поищу в записях, - кивнул он седой головой.
  
  - Тогда я тоже пойду, - заявил Салман.
  
  - Только если сбреете бороду и оденете что-то попроще, - сказал Шона.
  
  - А борода моя тут при чем?
  
  - Первое что приходит на ум, когда вас вспоминаешь. Это как миндалевидный разрез моих глаз. Вот только я его поменять не могу.
  
  - Я могу, - улыбнулась Асоль, но тут же дала заднюю, увидев строгий взгляд. - Шучу.
  
  - Вот на этой веселой ноте и закончим, - сказал Шона без тени улыбки.
  
  - Обед через полчаса, - сообщила Ясмин, отправляя первого краба в кастрюлю.
  
  Крабы, конечно, получились вкусные, с тремя видами соусов: чесночный, лимонный и какой-то жир, но общий восторг по поводу такого обеда меня миновал. Мясо как мясо, на раков немного похожее. Лично я бы предпочел кусок жареного мяса или рыбы. А еще этот панцирь, если мясо из ноги сразу не вынулось, дробить ее приходилось специальными щипцами, похожими на помесь кусачек и плоскогубцев. Замучаться можно.
  
  Сильно набивать живот не стал, равно как и трескать печеных моллюсков, что Вольф пожарил на сковороде вместо гриля. После обеда мы с ним и Салманом вернулись в полис. Канат проверил записи, сделал несколько анонимных звонков и назначил встречу с капитаном охотничьей шхуны. Воздух был раскален как в духовке, не спасала даже близость воды. Люди исчезли с улиц и пляжа, а все такси болтались на воде возле берега. Пока добрались до припортового кабака под названием 'Старый парус', все трое взмокли как от дождя. От вонючего и липкого. Благо, в самом кабаке во всю работал кондиционер. Несмотря на табличку 'Закрыто', пара просоленных тощих морских волков с жабрами на шее пила чай со льдом, громила в дальнем углу с глазами на выкате покусывал мороженку, а ожидающий нас капитан морского судна чистил звездообразные плоды из вазочки на столе. Мы сразу же узнали его по фотке из портфолио в сети, хотя он и предпочел цветастую шелковую рубаху и шорты гидрокостюму.
  
  - Антиохий Илиодор? - спросил я, взваливая инициативу переговоров на свои плечи.
  
  - Он самый, - ответил моряк на латыни.
  
  - А тилу не владеете? - пришлось сразу уточнить.
  
  - Недавно в нашем измерении? - угадал он. - Присаживайтесь.
  
  - Три года всего, - соврал я, занимая стул. Вольф с Салманом уселись по бокам.
  
  - И как вам?
  
  - Дома было спокойней.
  
  - Почти все так говорят, - подтвердил он. - Чем могу помочь? Слышал у вас довольно необычный заказ.
  
  - Нам нужны чертовы черепахи. Свежие, с целыми мозгами и внутренностями.
  
  - Необычно, - подтвердил Антиохий.
  
  - Можно поинтересоваться зачем?
  
  - Для исследований. Конкретней сказать не могу. Вот он может, - я указал пальцем на Салмана, - Тема увлекательная настолько, что со скуки и повеситься можно.
  
  - Ты просто ничего не понимаешь! - то ли действительно обиделся, то ли подыграл принц.
  
  - Понятно, - сказал капитан, отправляя желтый кусок мякоти в рот и разламывая следующий луч звезды. - Угощайтесь.
  
  - Это что? - спросил я, вытаскивая один из плодов. У Вольфа вопросов не возникло, он сразу же разломил свой плод и начал выковыривать мякоть из лучей.
  
  - Алди. Плоды местных водорослей.
  
  То, что Вольф потянулся уже за вторым плодом, не было показателем, но я решил рискнуть и разломил один из лучей. На ощупь мякоть оказалась как крабовое мясо, а на вкус как клубника с селедкой. Одного куска мне вполне хватило.
  
  - Не нравится? - спросил Антиохий.
  
  - Странное сочетание, - пожал я плечами, - не привык к такому.
  
  - А другу вашему нравиться.
  
  - Ему многое нравиться.
  
  Вольф потянулся за четвертым плодом, полностью игнорируя мои мысли по поводу его гастрономических пристрастий.
  
  - А вы? - спросил охотник Салмана.
  
  - Нет спасибо, предпочитаю не есть незнакомой пищи.
  
  - Значит сноб, простак и обжора, - моряк поочередно указал на нас пальцем.
  
  - Не много ли вы себе позволяете?! - вскинулся Салман.
  
  Вольф мгновенно перестал жевать, а я набычился, собираясь ответить, но заметил в самодовольстве капитана какую-то фальш и придержал коней. Громила в углу перестал кусать мороженку и был готов встать, то же самое касалось и парочки с чаем. Это явная провокация. Холода в затылке я не чувствовал, но оставалась еще награда за принца. Надо его уводить.
  
  - Вы так себя с каждым клиентом ведете? - Продолжил распыляться Салман.
  
  - Всего хорошего, - сказал я, подымаясь. - Уходим, ребята.
  
  - И оставим это просто так? - вскипел Салман.
  
  Вольф нагло запустил руку в вазу и набрал столько звезд, сколько помещалось в его лапище.
  
  - Они не хотят с нами работать. Найдем другую команду.
  
  - Сомневаюсь, что это вам удастся, - сказал капитан. - Мы уже предупредили всех, что какие-то мутные типы ищут команду для не менее мутного контракта.
  
  - И что заставило вас так поступить? - Если раньше я собирался просто уйти, то возникшая ситуация требовала разбора. С другой стороны, главным было защитить Салмана.
  
  - Наличие мозгов, - вот сейчас издевка в голосе моряка была совершенно искренней.
  
  - Скорее уж их отсутствие, - сказал я и повторил, - Уходим.
  
  - Сядь! Сначала мы побеседуем как следует! - троица посетителей угрожающе зашевелилась.
  
  А наглости этому типу не занимать. Повернувшись к Салману, я посоветовал. - Спрячься под стол.
  
  - Что? - не понял тот, но следующим движением я ухватил Антиохия за руку и рванул на себя, переворачивая столик. Резкое движение неприятно обожгло плечо под повязкой. Вольф успел спасти вазочку с плодами водорослей, перехватив ее нежно как ребенка, а Салман получил от морячка ногой в живот и сам свалился под соседний столик. В считанные мгновения Антиохий оказался на полу, моя нога на его груди, а рядом приземлился маленький блестящий пистолетик. Он, наверное, засунул его за пояс шорт под рубашкой, да не успел вытащить. А вот мой новый клинок, уже гудел, щекоча нервы и обжигая жаром плазмы подбородок капитана охотников. Вообще чудо, что в запасах 'Толпара' отыскалось что-то похожее. Это был не изящный складной тубус, а кривой тесак с полуторной заточкой, в ножнах, что крепились на пояс за спиной. Похожего у них - только длина лезвия. Даже плазма красного цвета, что так не любит Шона.
  
  Подставные посетители за соседними столиками вскочили и вытащили на свет божий свое оружие: два ножа, по одному на рыло, и один такой же блестящий пистолетик у парня, что пил чай. Все трое сразу же начали орать, чтобы отпустили капитана, но с места не двинулись.
  
  - Контролируй того, что с пистолетом, - сказал я.
  
  - Понял.
  
  Вольф поднял перевернутый стул, развернул его в сторону пистолета и уселся сам. Стрельнув ласковым взглядом на нервного морячка, он поставил вазу на колени и как ни в чем не бывало продолжил выламывать мякоть из плодов.
  
  - А теперь представь, что мы вообще без понятия, чем вызвана твоя наглость, - сказал я Антиохию, - и попытайся объяснить.
  
  - Сука! - выдавил он. Пришлось слегка шевельнуть клинком, и плазменная дуга лезвия оказалась настолько близко от кожи подбородка, что та мгновенно покраснела и вздулась волдырем. Антиохий запищал. - И-и-и! - Морячки вновь нервно загалдели.
  
  - Вторая попытка.
  
  - Все равно вас поймают, ублюдки. Рано или поздно, мы вас вычислим!
  
  - Кого нас? Что мы такого плохого делаем?
  
  - Вы подкидываете охотникам странные задания, потом убиваете команду и угоняете корабли.
  
  - Ну вы и придурки, - подытожил Вольф. - С такими подозрениями нужно было в полицию обращаться, а не самодеятельностью заниматься.
  
  - А мы и обращались...
  
  - Но вас послали, - понял немец.
  
  Я выключил клинок, сунул его в ножны и убрал ногу с груди Антиохия, после чего поднял перевернутый стол, поставил перед ним стул и уселся сам.
  
  - Вставай капитан, поговорим нормально.
  
  Антиохий неуверенно сел и сразу же подобрал лежащий рядом пистолет.
  
  - Лучше спрячь его, пока я добрый.
  
  Не знаю, что подействовало, возможно мой нехороший взгляд, возможно спокойствие Вольфа, но капитан охотников сунул пистолет в карман и уселся напротив меня. Пока он вставал, я заметил настороженные глаза Салмана под одним из столиков. Вся важность принца и весь высокородный лоск очень быстро куда-то улетучились. Но и страха в его взгляде не было, только осторожный расчет.
  
  - Вылезай уже оттуда.
  
  Вольф подвинул стул к столу и переставил вазу с колен на столешницу.
  
  - Ты бы пистолетик опустил, устанешь держать, - посоветовал он моряку с чаем.
  
  - Что ж, капитан, а теперь давайте подумаем, как бы вы себя обезопасили, если бы приняли наш заказ? Возможно совместный поход в полицию убедит вас? Официальный договор, страховые взносы, рекомендации, о, как насчет наблюдателей от властей?
  
  - Вы серьезно? После того, что здесь было? - Антиохий подозрительно сощурился.
  
  - Вы уже настроили другие команды против нас, и если мы обратимся к ним, то косвенно подтвердим их опасения. И нам придется тратить время на убеждение, а в вашем крохотном мозгу уже начала зарождаться мысль о том, что вы где-то ошиблись. - Я нарочно нанес эту небольшую обиду так же, как и он, в начале нашего разговора, давая понять, что кто виноват в том, что произошло. - Нам нужны эти черепахи.
  
  - Никто в здравом уме не станет ловить чертовок живыми. Эти монстры способны справиться с акулами и разломить охотничью шхуну пополам.
  
  - Но я читал об исследованиях мозга чертовых черепах, что проводились в вашем институте нейробиологии пять лет тому назад! - неожиданно вмешался Салман. - Как-то же их ловили.
  
  - Бред, никто и никогда...
  
  - Ант, - неожиданно отозвался громила, - шесть лет назад, помнишь? Ворота перекосило и много дряни забралось в бухту. Береговая тогда не церемонилась.
  
  На лице Антиоха мелькнуло понимание.
  
  - Не поделитесь? - спросил я.
  
  - Шесть лет назад было большое цунами. Ворота в бухте повредило, а все, что заплыло внутрь уничтожалось любыми средствами. Но я не слышал о чертовках.
  
  - Рыболовные тогда на промысел не ходили, а воздушники на Пики летали, - добавил морячок, что имел пистолет.
  
  - Точно! - Антиохий хлопнул ладонью по столу. - Тогда на скалы много всякого выбросило, возможно и пару черепах. Но об альтернативных способах ловли я и не слышал. То исследование - простая случайность.
  
  - Так, стоп. То, что вы не слышали о них - еще ничего не значит, - вклинился я. - Просто этот способ всех удовлетворяет. Нам нужен только мозг и внутренности. Разве нельзя отстрелить им лапы и подождать, пока черепаха загнется от кровопотери?
  
  Дружный хохот и презрительный взгляд от бывалых моряков воздушной крысе был мне ответом.
  
  - Кровь, парень, привлекает хищников. Там будет добрый десяток акул до того, как черепаха поймет, что ее ранили.
  
  - А то ее нет, когда вы в глаз стреляете.
  
  - Возьми не чертовку, любую черепаху, и вспори ей брюхо - она продолжит двигаться. Некоторые продолжают сохранять сознание до получаса после этого. Вот поэтому мы бьем в мозг, чтобы наверняка, чтобы не терять времени и убраться раньше, чем появятся хищники.
  
  - Но ведь должны быть другие способы: яд, электричество.
  
  - Электричество может повредить мозг, - отмахнулся Салман, - а вот яд можно подобрать.
  
  - И как вы собираетесь его вводить? Никто не позволит вам отравлять воду.
  
  - А если отрезать голову? - вспомнил я предложение Каната.
  
  - Невозможно!
  
  - Перерубить шейные позвонки?
  
  - Чем? Плазма в воде не работает.
  
  - А гаусс?
  
  - Как на подлодках береговой? - заинтересовался Антиохий. - Это может сработать, но у нас таких пушек нет. А стандартный гаусс к воде не приспособить.
  
  - Знаете где достать?
  
  - Лигранов можно спросить.
  
  - Кого? - не понял я.
  
  - У пернатых. Вы что об инопланетянах не слышали?
  
  - Только о кромах.
  
  - С этой заразой атланты дел не ведут, а летающий город бывает у нас пару раз в году.
  
  - Летающий город? - вновь удивился я.
  
  - Ты точно три года у нас? - поинтересовался Антиохий. - Как можно ни разу не услышать о летающем городе за три года.
  
  - Запросто, - парировал Вольф. - Я вон только на пятый о них узнал.
  
  - Так, давайте толком, - я рубанул воздух ладонью. - Что за лиграны, и чем они могут нам помочь.
  
  
   ​
  
  Глава 10
  
  Я сделал звонок капитану, получил добро, и отправился с охотниками к лигранам. Магазин инопланетян находился ближе к центру подковы острова с жилой стороны, что говорило о просто-таки огромном доверии местных властей к пернатым. Само здание вполне вписывалось в местную архитектуру - большой стеклянный куб окон и балконов. Правда обилие балконов с бортиками не выше тридцати сантиметров, немного портило классический вид, но за рамки обычного не выбивалось. Зато внутреннюю планировку мог создать только душевнобольной гений. Увидев уже не одну диковинку этого мира, я все равно был поражен. Здание было полым, а в центре зала росла огромная колонна, расширяющаяся к потолку гроной дутых карманов, своего рода помесью скворечников и ласточкиных гнезд для разумных птиц.
  
  Но птицы не совсем забыли о том, где находятся, да и полезного пространства в здании хватало, поэтому они заполнили его относительно ровными поверхностями для людей. По стеклянных стенах здания ползли бетонные этажи стендов, бутиков и прочих каморок. Хотя не уверен, что лиграны понимали саму концепцию этажа. По какой-то причуде плоскость второго плавно переходила в четвертый, и делила третий на два отдельных... внутренних балкона? Как вообще можно назвать это извращение? Хорошо хоть лестниц наделали и лифты пустили, только ездили они по спирали вокруг центральной колонны по блестящим трубам, которых вообще было великое множество. Я видел, как один попугай соскочил со своего этажа, ухватился лапами за трубу, проскользил несколько этажей, свесился вниз головой, ухватился клювом за перила и влез на нужный. Но это было высоко и до меня не сразу дошло, что птичка была метра полтора ростом, а вот когда я увидел еще одного инопланетянина ближе, меня пробило.
  
  - Господи, это же попугаи! Огромные попугаи в блестящих жилетках!
  
  Охотники дружно захихикали, и только Вольф толкнул меня в плечо, и шепнул на ухо.
  
  - Напоминаю, что у нас говорящий ящер в команде.
  
  - У него хоть руки есть. Как вообще можно построить развитую цивилизацию без рук?
  
  - У них очень развиты лапы, сильный клюв, - сказал Антиохий, - длинная жизнь и практически идеальная память.
  
  - Клюв? Что можно сделать клювом? Вот ты ртом много наработаешь?
  
  - Тебе 'Золотой мандарин' напомнить? - спросил немец. - Некоторые тамошние работники ртом столько зарабатывают, что тебе и не... - Вольф вовремя вспомнил, что я все-таки скромный миллионер и поправился, - некоторым и не снилось.
  
  - Ты меня понял.
  
  - Говорят, некоторые могут кубик Рубика во рту языком собрать.
  
  - Древняя шутка, - сказал я. - Давай, капитан, веди нас дальше.
  
  Самые крупные образцы техники лигранов были расположены на первом этаже. Хоть здесь логика сработала и птицы не стали тащить тяжелые предметы под потолок. В основном, это были блестящие двигатели внутреннего сгорания, электромоторы, лебедки, компрессоры, турбины и другие устройства, назначения которых я не мог понять. Посетителей в магазине было немного. Одиночки бродили меж стендов, наслаждаясь прохладой мощных кондиционеров, а группу беловолосых мужчин сопровождал один из попугаев. Синяя птица с красным хвостом в красном жилете забавно покачивалась, ступая по ровной поверхности.
  
  Отдел тяжелого вооружения находился на третьем этаже, в той ее части, что оказалась слева от входа. Антиохий повел нас к одной из многочисленных лестниц, вывел на второй этаж, провел мимо парфюмерных бутиков к переходу на третий. Здесь уже наблюдалось довольно строгое распределение торговых мест. Стенды и прилавки с лучевым оружием не мешались с огнестрельным, а электромагнитные ускорители вообще засунули на самый край, под низкий потолок перехода со второго на четвертый этаж. Мы уже почти добрались к цели, когда нас поприветствовал продавец. Он появился неожиданно: послышался шелест, поднялся ветер, и что-то огромное с металлическим стуком спикировало на трубчатые перила, отделявшие нас от свободного пространства в центре здания. Но вот 'что-то' сложило крылья и превратилось в полутораметрового попугая лимонного цвета. Даже если не брать в учет размер, то наличие зеленого жилета с множеством карманов и механических часов на левой лапе снова немного закоротило мой мозг. Лигран дал мне возможность прийти в себя, проигнорировал то, как я пялился на его лапы с когтями в мою ладонь, приоткрыл клюв и чистейшим тенором поприветствовал нас на латыни. Клюв при этом почти не шевелился, зато огромные блюдца глаз бегали в разные стороны совершенно независимо друг от друга.
  
  - Здравствуй, Тосот, - вежливо кивнул Антиохий. - Мы можем перейти на Тилу? Наши гости не владеют латынью в достаточной мере.
  
  - Конечно, мистер Антиохий, - согласился пернатый вообще без акцента и спрыгнул на пол, расправив свои длинные и толстые, как мои предплечья, пальцы. - Что привело господ в наш скромный магазин?
  
  - Гаусс, - наконец выдавил я. Пора приходить в себя. - Нам нужен гаусс для подводной охоты.
  
  - У нас есть подобные ускорители, но даже по человеческой классификации это скорее рельсотроны, нежели...
  
  - Мы не специалисты, именно поэтому и обратились к вам! - перебил я птицу. - Надеюсь вы простите мне некоторую необразованность в терминологии.
  
  - О чем речь, - попугай склонил голову набок, стало похоже, что он смеется, - клиент всегда прав.
  
  - У нас не так много денег, чтобы мы могли ошибаться, - тут же сказал я.
  
  - Тогда обрисуйте мне задачу. Разговор конфиденциален, забуду о нем сразу же.
  
  - Господин Антиохий говорил, что у лигранов отличная память.
  
  - И длинная по человеческим меркам жизнь, мы все помним, что некоторые знания пагубно влияют на ее продолжительность.
  
  - Нам нужно что-то, что пробьет панцирь чертовой черепахи, - решил не мелочиться я. Даже морячки были удивлены, а вот лигран подвис.
  
  - Тогда вам нужна стационарная пушка. - Он повернулся к громадине, похожей на трехметровый обрезок магистрали газопровода.
  
  - Ладно, а если такое, чтобы пробило хребет на открытых участках шеи?
  
  - Тяжелое ручное и станковое. Я бы советовал станковое. Рельсотроны ценятся именно за отсутствие отдачи, но под водой она будет, и не малая.
  
  - У нас только два гидроскаута, - покачал головой Антиохий. Для станка нужен как минимум тяж или 'свинья'.
  
  - Свинья? - переспросил я. В мозгу всплыла картинка визжащей на снегу твари.
  
  - Изначально - вид человекоуправляемой торпеды. Сейчас под эту категорию относят все легковые подлодки, - объяснил мне попугай, после чего обратился к Антиохию. - В мае позапрошлого года вы делали заказ на буксировщики. Я случайно видел ведомости. - И вновь птичья голова повернулась ко мне. - Это компактное одноместное открытое подводное средство передвижения.
  
  - Не могу понять, - признался капитан охотников.
  
  - Мы можем совместить их с рельсотроном. Конструкция получится жесткой, выстрел только по прямой.
  
  Попугай засунул клюв в карман жилетки, вытащил шестиугольное подобие смартфона, перехватил его правой лапой и запел. Не в привычном смысле слова, звучало это как мелодия певчей птички, на самом деле оказалось голосовыми командами. Шестиугольник ожил и родил объемную голограмму. Сначала это были разноцветные подобия каких-то иерархических древ данных, но в конце прибор показал полупрозрачный макет толстой кривой трубы с винтом на конце и рычагами управления ближе к носу. Лигран замер, по птичьи склонил голову набок, разглядывая одним глазом столбики непонятных знаков над объектом. Мы же затаили дыхание, ожидая вердикта.
  
  Попугай запел вновь. Переливчатая мелодия разобрала воздушный макет на составляющие, добавила к нему рельсотрон, короче того, что был установлен на тяже Асоль, скрепила вместе и обула в новый корпус. Труба подводного болида стала толще и ровнее.
  
  - У пловца будет только один выстрел.
  
  - Но он сможет убежать, - кивнул лигран.
  
  - Только если серьезно ранит чертовку. Ваш буксир и так не многим превосходил черепах в скорости, а рельсотрон и дополнительные батареи его только замедлят.
  
  - Мы можем модифицировать боеприпас. Что если это будет листовидное копье? По идее должно стабилизировать траекторию выстрела и увеличить область поражения.
  
  - Только если вы полностью спрячете его в корпус, иначе наконечник будет мешать при поворотах.
  
  - Что ж, - лигран поднес прибор к лицу и клюнул одну из кнопок, после чего перехватил его клювом и сунул обратно в карман. - Я могу передать это все Ромирин, и она проведет более точные расчеты аппарата. Вопрос только в том, желаете ли вы этого.
  
  - Если заказчик оплатит покупку новых игрушек... - Антиохий выразительно посмотрел в мою сторону. Салман тут же надулся.
  
  - Во сколько нам обойдется такая цацка? - спросил я.
  
  - От четырехсот тысяч серебром.
  
  - Сколько?! - отвесил челюсть принц. - Да это же чистый грабеж!
  
  - Это честная цена за работу, которую никто больше не сделает, - ответил попугай, дернув крылом.
  
  - Нам это не по карману, - ответил Салман.
  
  - Можете отработать. В воздушном городе как раз есть для вас работа.
  
  - Вам нужны наемники? - поинтересовался я.
  
  - Нам нужен он, - попугай повернулся к Салману, а моя рука невольно дернулась к рукояти клинка за спиной.
  
  - Капитан, - сказал я Антиоху, - у нас есть ваши контакты, мы сообщим о своем решении.
  
  - Долго не тяните, - ответил охотник, и покинул нас с выражением легкого разочарования на лице. Похоже, он надеялся насладится интересной сценой.
  
  - Объяснитесь? - попросил я лиграна.
  
  - Конечно же, Николай, - ответил он на чистейшем русском, заставляя меня вновь дернуться.
  
  - Тилу, пожалуйста.
  
  - Как пожелаете, - сказал пернатый, возвращаясь к праймлингву. - Для многих из вас все лиграны на одно лицо, и вы распознаете нас только по раскраске оперения, но мы никогда не путаем людей. Каждый из вас уникален, даже между однояйцевыми близнецами прорва различий.
  
  Попугай сделал драматическую паузу, но я не собирался облегчать ему задачу.
  
  - Продолжайте.
  
  - Сказать нужно слишком много. Как насчет переместиться в более комфортные условия?
  
  - Сходим в ресторан? - предложил Вольф голосом наполненным сарказмом.
  
  - У нас тут есть замечательная кафешка, - проигнорировал юмор лигран.
  
  - Зачем вам наш коллега?
  
  - Я же вас по имени назвал. Давайте перестанем играть в это непонимание. Ваш наниматель нужен Воздушному городу. Совсем недавно там возникла проблема и наше руководство разослало ориентировки на ученых, способных с ней справиться. Я видел ваше фото и отсутствие бороды меня не обманет.
  
  - Кто еще в списке? - неожиданно спросил Салман.
  
  - Никсон, Ву Чон, Халопаййонен, Чоудари, Затонов...
  
  - Затонов мертв, - сказал Салман, а я, надеюсь, не вздрогнул при его упоминании.
  
  - По нашим данным живее всех живых и прячется где-то в центральной Африке.
  
  - Серьезно?!
  
  - Важная шишка? - спросил я.
  
  - Легенда генетики. Стоп! - Салман поднял указательный палец вверх и изобразил на лице активную работу мысли. - Они все либо генетики, либо нейробиологи... У вас проблемы с мутациями.
  
  - Этот мир не жалеет никого, разве не так? Но я прошу не распространятся на этот счет. Убедительно! Прошу! - попугай так мастерски владел голосом, что последних два слова прошлись по нервам, как вилка по стеклу. Я рефлекторно схватил рукоять клинка, а Вольф угрожающе поднял руку. Лигран понял, что переборщил и тут же добавил в голос патоки. - Давайте останемся друзьями.
  
  - С друзьями так не разговаривают, - ответил я, отпуская рукоять.
  
  - Я согласен! - выпалил Салман. Все таки, несмотря на высокородную придурь, он был настоящим ученым, и предложение покопаться в чужом геноме для него было сродни дозы наркоману. Глаза загорелись, ноздри вздулись, кадык задергался, как у алкаша, в предвкушении заветных ста грамм.
  
  - Мы подумаем! - отрезал я. Мало нам своих проблем, он еще и птичьи решил взвалить.
  
  - Парень, ты не забыл кто здесь наниматель?!
  
  Ну вот, опять удила закусил.
  
  - А ты не забыл кто принимает решения в полисе? - Салман вновь открыл свой благородный рот, но я не дал ему нахамить. - Или ты хочешь отказаться от наших услуг? - Черт, это было бы идеально, сплавим его пернатым и займемся андроидами. Да и ему должно быть выгодно. Думаю, целый летающий полис сумеет защитить не хуже маленькой команды наемников.
  
  - Ладно, возвращаемся на корабль, обсудим. - Салман сцепил руки за спиной и не прощаясь быстро зашагал в сторону выхода.
  
  Черт, я уж было понадеялся...
  
  - Догони его, - попросил я Вольфа, а сам обратился к попугаю. - Номерок для связи не оставите? Мы сообщим о своем решении.
  
  - Конечно, записывайте.
  
  Я достал телефон и записал уникальный четырнадцатизначный телефонный номер. Я до сих пор толком не разобрался как работает местная связь, одно знаю точно, роуминга в этом мире нет, а операторов тьма тьмущая.
  
  - А плазменные клинки вы не делаете? - неожиданно спросил я.
  
  - Делаем. Технология простая, - подтвердил лигран. - Можете ознакомиться с образцами. - Он вытянул длинное крыло в сторону центральной колонны и указал где-то в район пятого этажа.
  
  - В следующий раз, наверное.
  
  Вольф с Салманом и так прилично оторвались. Я догнал их уже на улице. Судя по теням, солнце не успело заметно отклонится от зенита, и жарило еще сильнее, чем до того, как мы вошли в торговый центр. Было такое чувство, что я успею вернуться в полис до того, как это пекло поутихнет. Шальная мысль шепнула, что не стоит спешить с докладом, тогда будет время на передышку. Но совесть тут же недовольно заворчала, и я вновь достал телефон, чтобы в двух словах сообщить капитану о происшествии.
  
  Пока мы возвращались в порт, я вновь успел вспотеть и разбередить рану на плече, зацепив по невнимательности косяк металлоискателя. Духота окончательно превратила меня в подобие вареной морковки с той же плотностью и волей к жизни. А вот Салман просто-таки пыхтел энтузиазмом и даже не потел.
  
  Очередное совещание проводили в узком кругу. Капитан, Канат, Салман и мы с Вольфом. Немца особо не терзали, а вот меня выдоили по полной. Потом долго слушали малопонятную, но пламенную речь принца, сводившуюся к тому, что надо соглашаться. Как ни странно, Канат выступил против.
  
  - Я бы предпочел не иметь дела с птицами, - сказал он.
  
  - Обоснуй, - попросил Шона. - У них вроде хорошая репутация.
  
  - А также огромное технологическое превосходство, слух, память и смекалка, - старик глотнул пойла из своего стакана и объяснил. - У них очень острый ум и они понимают нас лучше, чем мы их. Если все так серьезно, как говорит Салман, вы бы отпустили кого-то с секретом выживания вашей расы?
  
  - Я не говорил, что они вымирают, - возразил принц.
  
  - Если бы все было так серьезно, я бы плевал на осторожность, - сказал Шона.
  
  - Боюсь, они не отпустят Салмана после того, как посвятят в свои тайны. Готов рискнуть? - спросил старик ученого.
  
  - Им не справится без меня.
  
  - Без тебя или еще десятка других кандидатов. В общем, у нас есть железный повод не влезать в чужие интриги. Я могу вспомнить как минимум три пункта контракта.
  
  - По этому же контракту вы обязаны достать мне черепах. Вот и достаньте!
  
  - Послушай, сынок, - разозлился Канат. - Разберись сначала с дядей, а потом суй голову в другую петлю. Тебе не будет пользы, если мы застрянем в этом полисе.
  
  - Лиграны предлагают выход!
  
  - Не будь ребенком...
  
  - Минуточку! - попросил я, привлекая общее внимание. - Похоже вы тут надолго сцепились, а от меня решение не зависит. Можно я пойду? После того ада, что был внизу, холодный душ так и манит.
  
  - Иди, - разрешил Шона. - А после душа загляни к Ясмин. Они с Эрнаном начали сборку твоей брони.
  
  Первая хорошая новость за весь этот безумный день. Не будь я так вымотан, побежал бы сразу в лабораторию.
  
  Сначала я принял душ, в который раз разбередил рану на плече, попросил Асоль повторно обработать ее и сделать новую повязку. Все равно спешить некуда. Сборка брони обычно занимала довольно много времени, вот и сейчас я вполне успевал. Как и в прошлый раз подгонка проходила на стенде в герметическом стеклянном помещении. Только на 'Бочке' пользовались генератором пара, от чего видимость за стеклом была сильно ограничена, а в лаборатории 'Толпара' использовали распылитель, что ненамного способствовало обзору. Брат с сестрой Льйоса-Маркес как раз закончили крепить плечи к собранной спине и начали наращивать бедра на пустой таз. Кость моей старой брони была довольно тусклой, а новая блестела свежей нержавеющей сталью. В свете многочисленных ламп водянистая мука из распылителя питательных веществ оседала на ней алмазной крошкой, собиралась крупными каплями и чертила на стали яркие дорожки к полу. Облаченные в водонепроницаемые костюмы Ясмин фаршировала яркую сталь бледно-розовыми мышцами, забрызгивала непонятными растворами и густыми гелями, а Эрнан цеплял глухие микроблоки электроники, цветных проводов и закрывал их другими блестящими кусками брони.
  
  Из ствола хребта торчал прозрачный желейный жгут нервной системы. Ясмин не стала брать старую, хотя мы и обговаривали такой вариант. Можно было использовала ту, что была в моей костяной броне, так сказать, во избежание. Она так и не нашла явных изменений в моих нейрогрибах, после изменений кукловода и, наверное, решила не создавать лишних проблем при сборке. Запихнуть обрубок старой, разросшейся нервной системы в новую форму не так-то и легко.
  
  Я медленно выпал из реальности и досмотрел сборку до самых стоп. Из этого полумедатативного состояния меня вывел звонок. Он же сообщил Льйоса-Маркесам о моем присутствии. Я помахал им рукой и принял звонок.
  
  - Да?
  
  - Зайди, - сказал голос капитана.
  
  Салмана в кабинете уже не было, как и Каната, а вот немец сидел, закинув ногу на ногу и попивая сок через соломинку из высокого стакана. Насколько я могу судить, он тоже успел душ принять.
  
  - Ты неплохо справился в полисе, - сказал Шона. Похоже именно это они с Вольфом и обсуждали.
  
  Ну конечно же! Лопух! Наверное, меня ввело в заблуждение то, что Вольф в последнее время много накосячил. А еще постоянные ссоры по поводу еды. Но они только выглядят детскими капризами, на самом же деле за ними стоит дикий, почти неконтролируемый метаболизм телекинетика. Я забыл насколько проницательным и смертоносным может быть Вольф. Немец дольше меня в команде, лучше знает этот мир, да он банально старше и опытнее! Шона не доверил бы выход такому неопытному человеку, как я. Он и не доверил, просто выжал из ситуации по максимуму.
  
  - Но замечания все же есть, - добавил капитан. - Ты показал охотникам, что не уполномочен принимать решения и над тобой кто-то есть.
  
  - И как я должен был поступить? - спросила вместо меня обида. Если Шона ее и заметил, то не подал виду.
  
  - Мог взять минуту, чтобы посоветоваться с Вольфом, мог отвлечь внимание на себя и попросить его связаться со мной, а мог поступить так, как сделал с лигранами.
  
  - Они и так знали кто мы.
  
  - Но ты не упомянул никого, - сказал Вольф, - даже треп Салмана очень аккуратно обошел.
  
  - Ник, - сказал кэп, - бывают случаи, когда нужно умолчать, бывают другие - когда надо приврать.
  
  Я сделал удивленное лицо. Вот было бы круто поймать капитана на лжи.
  
  - С последними я зову разбираться Каната, - сказал Шона. - В любом случае учти мое замечание, когда будешь разговаривать с охотниками вновь.
  
  - Мы приняли предложение лигранов?
  
  - Не совсем. Канат сторговался на четырехдневное посещение Летающего города. За это время пернатые должны будут передать Салману все материалы по своей проблеме. Работу он продолжит на борту 'Толпара'.
  
  
  
  
  Глава 11
  
  День был безумный, но я таки добрался до приседаний и сумел загнать в зал Вольфа. Немец потел и пыхтел как паровоз, но исправно приседал под нелестные комментарии относительно его техники. Он выворачивал локти назад, от чего в нижней точке заваливался вперед, и переносил вес штанги на спину. Да, его многострадальной заднице так доставалось намного меньше, а вес был не настолько серьезным, чтобы травмировать спину, но я не прекращал его терроризировать, и уж тем более не позволял повторять этих ошибок себе. Поблажки на восьмидесяти килограммах выливаются в травмоопасные косяки на ста восьмидесяти. Когда штанга давит так, что даже вдох отдается в груди болью, сложно уследить за техникой, и ты просто делаешь так, как привык, как делал сотни раз до этого с гораздо более легким весом. Только в этот раз не факт, что пронесет. Сведенные внутрь колени вдруг подогнуться и все, привет больничная койка. Это действует и в повседневной жизни: если все время пренебрегать мелочами, можно нарваться. Простой пример: пара бургеров с газировкой в день и через год у тебя пузо, сигаретка утром и - одышка после пятиминутной пробежки. Пускай это звучит скучно, но зануды живут дольше и видят больше. А мне нравиться жить. Я столько еще не видел!
  
  Для многих людей, особенно 'подснежников', что с первыми весенними лучами пробиваются в зал с твердым намерением скинуть десяток кило к лету, тренировки равняются боли и страданиям. Те же, кто занимается постоянно, с уверенностью могут заявить обратное. Дело в том, что боль от микротравм мышечных волокон организм заливает эндорфином - гормоном счастья. Отсюда у большинства атлетов такая противная довольная рожа. А еще это помогает сбросить стресс и отвлечься. Последнее мне сейчас нужнее всего, а то голова уже готова взорваться от всех этих ученых, наемников и инопланетян. Плюс, после тренировки всегда хороший, крепкий сон без сновидений. Мне часто снится всякая фигня, когда мозг перенапряжен. Вот и в этот раз ночка вышла шикарная. Закрыл глаза - и открыл отдохнувшим. Мари взяла на себя завтрак, так что мерзкая трель будильника не омрачила мое утро. Хотя и проспал я на жалких полчаса больше, чем обычно, поднялся на удивление бодрым и собранным.
  
  Не знаю, в каких волшебных мастерских работали птички, но сообщение о том, что буксировщики готовы пришло, когда я заканчивал завтрак и лениво выбирал между пакетиками зеленого и черного чая. В телефонном режиме порешав вопросы с охотниками, я свистнул Вольфу и отправился в полис. В общем моего присутствия не требовалось, птицы готовы были доставить технику в любую точку полиса, но вопрос с клинком оставался открытым, да и не мешало прикупить одежку полегче.
  
  С лиграном, заведовавшим клинковым оружием, мы проболтали почти два часа. Разговор вышел до того интересным, что немец ни разу о еде и не вспомнил. Казалось бы, что может знать птица о хорошем клинке, на деле же в их истории этого добра хватало. Мир, в котором войны от начала веков были оторваны от земной плоскости, где рельеф местности не решал ровным счетом ничего, так и не познал строя. В небе не бывает тесно, и любая битва сводилась к серии дуэлей в трехмерном пространстве, так, что боевые искусства с применением массивных когтей и твердого клюва, неплохо приспособленных к смертоубийству, у пернатых возникли гораздо раньше, чем появилось оружие.
  
  У нас, если я не ошибаюсь, до изобретения кун-фу и карате самым верным аргументом в драке был камень. Но поговорка о стареньком ТТ верна в любом мире. И вот пернатые стали изощрятся. Первым оружием лигранов стало копье, а вернее - длинная заостренная палка. Она занимала ведущую роль в вооружении вплоть до изобретения... внимание... метательных стальных перьев, что прятались в крыльях! Ума не приложу на чем они там держались, но факт остается фактом.
  
  Как и любое прикладное ремесло, металлургия у лигранов развивалась чертовски медленно. Несмотря на силу и развитость их лап, птицы проигрывали людям в их количестве. Там, где мы использовали две, попугаям приходилось обходится одной, потому, что на другой они стояли. Но птицы и тут нашли простой до безобразия выход. Они работали парами. Какими бы мелкими шагами не развивалась птичья металлургия, прогресс был. Еще до изобретения метательных перьев появились первые ножи с поперечной рукоятью. Как оружие их не использовали, зато как инструмент они были бесценны. Позже ножи эволюционировали в накладные когти и клювы, что пролили немало птичьей крови, но это уже другая история.
  
  В общем, попугай мне попался толковый. Как фанат своего дела он отлично понимал если не все, то большую часть различий нашей анатомии, а как профессионал быстро накидал набросок короткого плазменного клинка в голографическом интерфейсе карманного компьютера. Чертеж больше не походил на стандартный гладиус. В моем предыдущем клинке меня напрягало две вещи: отсутствие гарды и абсолютно круглая рукоять. Вот я и решил исправить обе еще на стадии проектирования. Представшее предо мной в виде голограммы творение обзавелось короткой крестовидной гардой со слегка наклоненными в сторону клинка дугами, что делало меч похожим на греческий ксифос, он же меч Фродо из 'Властелина колец', но у того листообразный клинок, а я решил оставить прямой с ярко выраженным треугольным острием. Рукоять стала овальной в точности как у моего теперешнего клинка, соответственно тубус сложенного клинка тоже получил овальное сечение. Чтобы не мелочиться, я заказал сразу два таких с зеленым и фиолетовым плазменным лезвием. Ну и два пятилитровых баллона газа для зарядки. Уж очень быстро он расходовался.
  
  За шмотками, кстати, далеко ходить не пришлось. Сносный бутик нашелся и у лигранов. Я обзавелся полудюжиной цветастых шелковых рубашек, тройкой шорт и большими солнцезащитными очками, а Вольф облюбовал шляпу из синтетики, оформленную под солому. Широкие поля выворачивались вверх и торчали беспорядочным частоколом незакрепленных соломин, делая немца неотличимым от беспечного туриста. Вольф вспомнил о еде и потребовал мороженку. В принципе, я бы и сам не отказался, тем более, что кафе было недалеко. В отличие от других заведений комплекса, здесь официантами работали люди. Наверное, это было сделано для того, чтобы внушить посетителям чувство уверенности в местной пище. А ведь поварами могут оказаться и пернатые. Подогреваемые интересом неопределенности, мы заказали по вазочке фирменного мороженого с орехами и семенами. Их принесли вместе с рекламными флаерами местного кинотеатра.
  
  - Смотри, вроде один из твоих, - сазал Вольф, тыча пальцем в зеленую морду Халка.
  
  - У них здесь что и кинотеатр есть? - спросил я, подтягивая к себе цветной лист рекламы. - Ага, кинотеатр 'Дартном'.Красная стена, зеленый сектор. Это где вообще?
  
  - Ты меня спрашиваешь? - промямлил немец, хрустя семечками из мороженого.
  
  - И то правда, - сказал я, закинув ложку сладости в рот. Оказалось, весьма недурно.
  
  - На премьеру ты уже опоздал.
  
  - Я его раза три уже видел.
  
  - Но он ни разу не приносил тебе таких денег, - возразил Вольф.
  
  - Признайся, ты просто хочешь меня на попкорн развести.
  
  - Ну вообще я о семенах пантена думал.
  
  - Доедай мороженое и возвращаемся на 'Толпар'.
  
  На обкатку и пристрелку буксировщиков у охотников ушло двое суток. За это время Маркесы собрали мою новую броню, протестили и покрасили. На этот раз я выбрал сочетание черного и кислотно-зеленого. У наемников не принято красить технику в тусклые тона. На фоне местной природы такая зачастую выделяется еще больше. А вот буйство красок может и затеряться. Одеть скаут мне пришлось лишь однажды, на тесте, и в нем явно не было той легкости, что в костяной броне, зато в тяжести металла была какая-то уверенность и скрытая сила. Как я понял, КПД новых мышц действительно был выше, но разгонять их на полную мощь Ясмин запретила. Так что я мог лишь облизываться как мальчишка на новую игрушку, пока сохла краска.
  
  А пока она высохла, наступили третьи сутки обката буксировщиков. Ни свет ни заря длинная остроносая лодка, похожая больше на гоночную яхту, чем на рабочее судно, покинула Атлантиду и направилась к архипелагу островов на востоке. Такая форма была продиктована не пижонскими замашками капитана, а регулярной необходимостью вовремя удрать от ужасов глубин, что временами подымалась слишком близко к водной поверхности. Гигантские акулы, настоящие кракены, плавающие динозавры и целые колонии термитного планктона, пожирающего судна как мыши сыр. К слову, скорость судно развило такую, что практически сразу оторвалось от 'Толпара', и пока мы добрались до Черепашьих островов, команда яхты уже провела первичную разведку и расставила сонарные буи. Одетые в гидроскауты, пловцы дежурили возле двух похожих на большие шоколадные батончики буксировщиков и дожидались нас. 'Толпар' в этой операции отвечал за быструю эвакуацию. Тогда как яхте в случае опасности пришлось бы вертеться и нарезать круги, нам достаточно сбросить тросы с карабинами и вытянуть ныряльщиков вместе с буксировщиками в воздух. Если конечно они не нарвутся на летающих океанических хищников, а такие здесь имеются.
  
  Как только мы зависли над медленно плывущей яхтой и спустились для поддержки, пловцы получили команду от своего капитана, улеглись на буксировщики, которые плавно соскользнули с борта в воду. Вольф с Асоль в тяжах дежурили у открытого трюма, а мне повезло больше, я мог спокойно наблюдать за красотами с обзорной палубы. Не только за мирным покачиванием охотничий яхты на блестящих волнах, куда больше меня интересовали местные острова. Слишком маленькие для крупного строительства, они выглядели как желтые пятна с пучками разноцветной поросли, в которой как насекомые копошились тучи мелкой птицы и животных. Мощная электронная оптика, что для меня откопал Эрнан в ремонтном отсеке, позволяла разглядеть местную фауну практически до мелочей. Так, например, то, что изначально показалось птицами, оказалось насекомыми - огромными бабочками с безумно красивыми переливчатыми крыльями, изменяющими свой цвет при каждом махе. Диапазон изменений одной особи лежал в границах двух-трех цветов, но рядом с желто-зелеными порхали черно-красные и сине-оранжевые. За всем этим разноцветьем совершенно терялись крупные жвала, которыми пара бабочек грызла помесь ореха и огурца. Не знаю насколько этот инструмент делал насекомых опасными для теплокровных, но на моих глазах одна из желтых, как песок, обезьян мимоходом схватила зазевавшуюся бабочку рукой и тут же откусила ей голову, выплюнув вместе со жвалами. Роскошные крылья в последний раз вспыхнули насыщенными цветами и были оборваны, полетев на землю тусклыми листами, а обезьяна поскакала дальше, откусывая от тушки на ходу.
  
  Местная природа никогда не забывала напоминать, что за всей ее красотой прячутся дикие инстинкты сотен миров, а выживает сильнейший. Не желая забивать голову мыслями о выживании, я решил найти более мирную картинку и попытался навестись на соседний островок, возможно там все уже друг дружкой нажрались. Труба телескопа качнулась и выхватила какое-то пятно меж островов. Что это за хрень я не понял, но она совершенно точно висела над горизонтом слишком низко для воздушного корабля. С третьей попытки я навелся на то самое место. Все-таки это был воздушный корабль, плывущий над водой на расстоянии, что гарантировало ему безопасность от жителей глубин.
  
  Странно, я могу придумать только две причины такого поведения: проблемы с воздушником, что маловероятно, поскольку он движется в направлении от полиса, и скрытое перемещение. На такой высоте корабль не засекут радары, но с небес его легко заметить визуально, а значит, он не убегает, он крадется. Пока я его рассматривал, корпус неизвестного скрылся за соседним островом. Я быстро достал телефон и набрал Шону.
  
  - Капитан, видел воздушный корабль между островов. Идет низко, судя по всему в нашу сторону.
  
  - Направление? - спросил кэп.
  
  - Э-э-э... - меня заклинило. Если в боевой ситуации я еще могу ориентироваться по часам, то постоянно учитывать стороны света относительно корпуса корабля было сверх моих сил.
  
  - По часам относительно носа, - догадался сориентировать меня Шона.
  
  - Семь, - ответил я на автомате.
  
  - Одевай броню и вооружайся. Тревогу не поднимай.
  
  Пока я добежал до ангара, Мари уже сняла свой скаут с рамы, а когда я начал облачаться, в ангар ворвался Мин Ки.
  
  - Что происходит?
  
  - Я видел чужой корабль...
  
  - И все? - не дал он договорить, тем не менее активно засовывая свою тушку в броню.
  
  - Идущий в нашу сторону на малой высоте, - закончил за меня показавшийся последним в ангаре Шона. Капитан нес в руках две шоковые винтовки. Одну он тут же бросил дочери.
  
  - Эх... - вздохнул наемник. - Надеюсь пронесет. Совсем нет сегодня настроения для драки.
  
  - Не пронесет. Камеры засекли еще два корабля. Нас берут в кольцо, спутниковую связь глушат. Причем глушилка совсем рядом, иначе бы ей не хватило мощности.
  
  - Уходим? - предложил Мин Ки.
  
  - Остаемся. Попробуем обезвредить глушилку, - сказал кэп, запрыгивая в своего летуна.
  
  - Вы знаете где она? - спросил я.
  
  - Догадываюсь. Охотники привели нас к самым высоким островам, - намекнул он.
  
  Я мало что знаю о ловле черепах и то, какие острова они предпочитают, но местная растительность действительно перекрывала нам большую часть обзора и позволяла противникам приблизиться незаметно. Ну а если на яхте окажется глушилка, вопросы отпадут сами собой.
  
  - Вот же сволочи! - возмутился Мин Ки.
  
  - Мари, - сказал Шона перед тем как забрало его шлема захлопнулось. Девушка без слов перехватила винтовку и последовала за отцом к люку.
  
  - А нам что делать? - спросил Мин Ки.
  
  - Ждать, - ответил Шона.
  
  Ну да, в прямом столкновении нам не выиграть все равно. Тем не менее, я предпочел бы иметь рядом человека, которому доверяю.
  
  - Можно это делать в трюме с Вольфом и Асоль?
  
  - Можно.
  
  Я не стал ждать пока Болаты откроют люк и, спрыгнут на яхту под нами, сразу же направился в трюм. Мин Ки от нечего делать и отсутствия внятных приказов увязался за мной. Пока дошли, наши летуны уже были на морском судне, спрашивали о глушилке. А в трюме Асоль висела вниз головой на толстой перекладине у открытого грузового люка возле лебедок. Никогда не интересовался, как она это делает, а тут вдруг оказалось, что на ногах ее черного тяжа есть дополнительные пальцы, которые и позволяют ей ухватится за перекладину ногами.
  
  - Не упадет? - спросил я Вольфа, помня о ее проблемах с управлением. Наш медик не могла одновременно двигаться и стрелять, а гаусс, или может рельсотрон, на ее спине был уже разложен и целился в яхту. Похоже она свои приказы от капитана получила.
  
  - Нет, Ясмин ей спецпредохранитель на хватку поставила, - успокоил меня немец, но близкий звук выстрела вернул тревогу на место.
  
  - Дзанг-г-г! - сказал гаусс. Тяжелая вибрирующая нота прошла меня насквозь, вызвав волнение под солнечным сплетением. Похоже Асоль только что привела убедительный аргумент в споре Болатов с охотниками на морских тварей.
  
  - Дай руку, - попросил я немца и, наклонившись, выглянул в открытый люк.
  
  Наша парочка серебристо-синих летунов замерла каменными истуканами на белой палубе. никелированный бортик рядом с ними был раскурочен болванкой гауса, а один из морячков лег отдохнуть рядом в довольно неестественной позе. Еще человека три устроили балаган. Их крики долетали и до нас бессвязной речью с довольно четкими эмоциями.
  
  Так, я же тестил зум, как он включается...
  
  Перебрав все дополнительные мышцы в шлеме, попутно зацепив ночное зрение и пару раз включив рацию я, наконец, нащупал необходимую. Картинка сильно поплыла, но начала увеличиваться, пока люди не стали выглядеть так, будто стояли в десяти метрах от меня, и это далеко не максимум. Все время сбиваясь на ночное, я навел резкость и рассмотрел, как Мари выстрелила в особо борзого матроса. Ее цель выгнуло от сильного электрического разряда и уложило в столь же неестественной позе, как и первого моряка. Коллеги отключенных завопили с новой силой, но при этом выставили вперед руки в успокаивающем жесте. Наконец один сорвался с места и убежал в рубку. В него стрелять не стали, наоборот, буквально через пару секунд воздушный скаут Шоны подпрыгнул и понесся к нам на мощных реактивных струях. Я напряг руку, вернул себе равновесие и отошел от люка. Как раз вовремя, чтобы в него влетел кэп.
  
  - И? - спросил я.
  
  - Глушилку отключили. С предательством охотников разберемся позже.
  
  - Вот сволочи! - повторился Мин Ки. - Что дальше?
  
  - Дальше, Асоль, не дай охотникам удрать, если попытаются. Степень их вовлеченности не ясна, но при необходимости можешь топить. Эрнан, вызови противника на открытой частоте, - сказал Шона и продолжил практически сразу, не сомневаясь, что техник уже перенаправил сигнал. - Внимание, неизвестные корабли, мы знаем о вашем приближении. Назовите себя, иначе мы будем квалифицировать это как нападение.
  
  - Эрнан, - попросил я техника, - дай нам звук.
  
  - Капитан разрешает? - спросили внутренние динамики шлема.
  
  - Сэр?
  
  Шона коротко кивнул, но в голос повторил требование. - Неизвестные корабли, назовите себя!
  
  - Разрешает.
  
  - Я этого не слышал.
  
  - Разрешаю, Эрнан. Канат, набираем высоту.
  
  'Толпара' едва заметно качнуло, но в ногах появилось ощущение быстро поднимающегося лифта, а в ушах - ватных пробок.
  
  - 'Толпар', не трепыхайтесь, у нас три корабля с дополнительной командой. Отдайте нам ученого и разойдемся, - раздался в эфире хорошо поставленный женский голос, явно привыкший отдавать приказы.
  
  - С кем имею честь разговаривать?
  
  - Энди Стилл, 'Красный гриф'. Прекратите уже подниматься. На небе нет туч, а из зоны действия...
  
  Наверняка она имела в виду глушилку, но каким-то образом поняла, что та не работает.
  
  - Попаданка, - затараторил анкету во время паузы Канат. - Прокол возле Юнибара пять лет назад. Мутации неизвестны. Корабль приобрела полтора года назад. Расчетливая, беспринципная. Работала с командой Шакена по заказу Чакодая три года назад.
  
  - Замедли нас и метров через триста стабилизируй, - приказал Шона, после чего обратился к противнику. - Энди... Не вы ли работали с Шакеном три года назад?
  
  - Надо же, слухов ходило много, но я не верила, что вы действительно ведете базы на каждого встречного наемника... капитан Олин То Зухра.
  
  Шона не стал развенчивать ее заблуждения, вместо этого он поторопил дядю-казначея.
  
  - Канат, - сказал кэп бесстрастным голосом.
  
  - Что ты с меня хочешь, у них минимум опознавательных знаков! - огрызнулся старик. - Эти чертовы программы не работают мгновенно. Да и в базах может не быть фото.
  
  - Раз вы так хорошо знаете андорумцев, - продолжил тянуть резину Шона, - то должны понимать, что мы не сдадимся.
  
  - Тогда мы вас потопим, - решительно заявила Стилл.
  
  - Спутниковую опять глушат, - сказал нах техник.
  
  - Это только ваше мнение... - начал кэп, но был прерван Канатом.
  
  - Семьдесят три процента, что это 'Фицкор', капитан Давор Мерлин.
  
  - Или капитан Мерлин считает так же? - договорил свою фразу Шона.
  
  - Третьего не идентифицировали, - продолжил старик. - Это может быть, как 'Эсма' Тановича, так и 'Вучко' Джеко.
  
  - А третий я так полагаю Танович... или это Джеко?
  
  В эфире повисла неловкая тишина. Шона натянул врагам нервишки и сделал пару пробных аккордов.
  
  - Ладно, ты нас узнал, - сказал мужской бас с сильным восточноевропейским акцентом. - Что это меняет?
  
  - А вы не обратили внимания, как неожиданно замолчала госпожа Стилл, когда говорила о глушилке спутниковой связи?
  
  - Глушилка работает, - сказала Энди.
  
  - Говори прямо, Зухра, - потребовал бас.
  
  - Мы успели передать всю телеметрию, что сняли наши датчики и видео с камер. Андорум всегда мстит за своих, - просветил оппонентов Шона.
  
  - Ну, за захват вашего полиса вы не очень спешите отомстить.- Прозвучало ехидно в ответ.
  
  Железная фигура капитана даже не пошевелилась, но от нее повеяло таким холодом, что я с трудом подавил желание отступить.
  
  - Мы не самоубийцы. Иногда выгодней подождать, - выдавил капитан.
  
  - Ну, раз не самоубийцы, сдавайтесь, считаю до трех. Раз...
  
  - Мари, готовься, - сказал Шона. - 'Толпар', синий два у. - Звуки трюма разрезал тревожный сигнал, а незаметные до этого мигалки начали ритмично отбрасывать красные тени. - Оружие к бою, маневр уклонения...
  
  - Минуточку, Стилл, - перебил женщину все тот же бас. - Ты слишком много на себя берешь. Мой техник говорит, что глушилка действительно не работала, когда мы подошли.
  
  - Это ничего не меняет...
  
  - Ты слышала о старом Джеке Муди?
  
  - Старая басня.
  
  - Я видел не одну такую историю, - возразил бас. - Мой род тоже вел кровную вражду из-за которой покинул Сараево. Четыре поколения мы скрывались на юге Африки, а потом вырезали их всех. И я не хочу оставить после себя такое наследство. Танович со мной солидарен, так что мы уходим, а ты можешь попытать счастья.
  
  - Эрнан? - спросил Шона техника.
  
  - Действительно уходят.
  
  - Тебе повезло, Зухра, - сказала Стилл. 'Гриф' продержался в воздухе дольше всего, но не стал нарываться, а предпочел уйти вслед за другими. Как хорошо, что противники не знали о том, что на корабле всего пара человек вместо полноценной команды.
  
  - Кто этот Муди? - спросил я.
  
  - Наемник, - ответил Шона. - Пытался прибрать к рукам группу наших детей, что была на экскурсии в Лондоне во время восстания андроидов. То ли на органы, то ли в рабство, я тогда все еще без сознания валялся.
  
  - Я так понял, его убили?
  
  - Его и четырнадцать детей со взрослыми внуками. Это было сразу же после восстания. Тогда мы еще не отошли от потерь.
  
  - Вольф, - сказала в эфир Мари. - Сбрасывайте тросы, у охотников получилось. У нас не больше пяти минут, пока акулы и прочие хищники не взбесились от крови.
  
  
  
  
  Глава 12
  
  Охота вышла довольно успешной. После первой пойманной черепахи, они попытались удрать, мотивируя это тем, что выполнили договор, но очередной выстрел гауса разворотил никелированный бортик ближе к носу яхты и заставил охотников передумать. Мерзавцы отчетливо поняли, что после подставы с глушилкой их жизнь держится исключительно на нашем расположении. Единственное, чего они добились - разрешение сменить место ловли, пока местная живность не одурела от растворенной в воде крови. Под жестким давлением атлантийцы вытащили для нас вторую черепаху, а на третьей дали маху. То ли у водолазов нервы сдали, то ли просто устали, а может во всем виновата твердая черепашья кость. Гарпун с листообразным наконечником не перерубил шейный позвонок, зато ранил и разозлил черепаху. Несмотря на всю ярость, рана была настолько серьезной, что громадина не смогла повернуть голову и, обезумев от боли, врезалась в коралловый риф, оказавшийся не совсем кораллом, а его далеким, обычно спокойным родственником. Бугристый панцирь прошелся по толстым ветвям полипа как молоток, превратив часть из них в пыль и обнажив гибкие быстрые щупальца. Урон, который черепаха невольно нанесла монстру, запустил цепную реакцию. Монстр зашевелился, под внутренним напором мышц затрещал внешний скелет, наполнив воду кальциевой мутью. В теле коралловой глыбы разверзлась громадная трещина, на фоне которой панцирный монстр выглядел аквариумной черепашкой. Стремительно теряя куски оболочки, щупальца сомкнулись вокруг раненной твари и затолкали ее внутрь разлома. Все это рассказали спасенные нами охотники. Собственно, из людей не пострадал никто, чего не скажешь о яхте. Она оказалась слишком близко, и восставший со дна небоскреб толстых щупалец на мощной ножке, банально опрокинул ее волной, морячков пришлось вылавливать из воды. Благо местные хищники удирали в ужасе, никто из них не обратил внимания на свежее мясо.
  
  Гостей мы определили в отдельные каюты по двое и начали методичный допрос. Хранить секреты охотники не собирались, так что восстановленная картина произошедшего вышла довольно четкой, но непонятной. Антиох не смог пропустить мимо ушей нездоровый интерес лиграна к Салману и начал пробивать его по своим каналам. Связи у капитана морских охотников оказались куда скромнее тех, которыми владел старик Канат, а история ученого принца не предавалась широкой огласке, все могло бы и заглохнуть, если бы не Энди Стилл. Наемница сама вышла на Антиоха и предложила ни много, ни мало, тридцать штук золотом при серебряном курсе примерно один к сорока. Половину обещала авансом! Антиох, скрепя зубами и давясь слюной, попытался отказаться, но наемница донесла предложение до всей команды и те капитана дожали. Охотникам выдали глушилку, проинструктировали в использовании и согласовали место засады. А еще ящик золотых, так что потеря судна не сильно по ним ударила, ну а мы вполне могли требовать компенсацию... Теоретически, поскольку практически это трудноосуществимо.
  
  На борт охотники поднялись с минимумом вещей. Мы, конечно, отобрали у них буксировщики и гидроскауты, что уже немало, но в золотой запас руку не запустили, поскольку денежки уже в банке, а лететь в Атлантиду и таскаться по судам сейчас не самое лучшее время. Ситуация усугублялась еще и тем, что ублюдки могли предъявить иск за воровство в любом полисе, где бы их не высадили. Но не выбрасывать же людей в море, в самом то деле. Поэтому капитаном было принято единственно верное решение - мы летели к лигранам. Если птичкам действительно нужен Салман, они сумеют придержать морячков пару лишних дней под замком.
  
  Дорога к Летающему городу заняла меньше дня. Лиграны намеренно изменили курс полиса и заложили его по широкой дуге вокруг Атлантиды, чтобы и интереса своего не выдать, и рядом быть. Летающий город, он же огромный межзвездный корабль, на котором они собирались смотаться на местный вариант родной планеты, да все по непонятным причинам откладывали, имел вполне гуманоидный внешний дизайн. Как будто к большому диску по периметру прицепили несколько разнокалиберных бочек, удерживающих его в воздухе, а сверху накрыли красивым неровным колпаком серо-голубого цвета. От двигателей в землю устремлялись голубые струи, похожие на огонь природного газа, только длиннее, и звук горения отсутствовал. Принцип работы двигателей оставался непонятным, но это точно была не реактивная тяга. Поскольку зависнуть над постоянно движущейся целью довольно сложно, вокруг города все время кружили различные летательные аппараты, как пчелы у улья. Полис, имел большой порт, использовавшийся преимущественно флаерами. Суда, что удерживались на высоте воздушником, просто бросали в полис якоря. Со стороны это смотрелось большой шляпой к которой привязали множество крохотных воздушных шариков.
  
  'Толпар' бросать якорь не стал, нас провели сразу же в закрытый от посторонних глаз док. Внутри города безумная планировка птиц проявилась во всей красе. Тот же док практически не имел ровной поверхности и напоминал кривую гофрированную трубу. Хорошо хоть дорожки для людей имелись. О том, что на борту имеются случайные пассажиры, мы сообщили лигранам сразу. Птицы обещали разобраться, а мы связали и вывели пленников в трюм. Были они тому причиной, или нет, но встречал нас вооруженный отряд местной охраны, и я впервые увидел птичий экзокостюм. Смешно не было. Стальная птица даже в состоянии покоя выглядела крайне опасно.
  
  Я сам напросился в легковооруженный комитет встречи, в пару к Вольфу, способному разобраться с парой скаутов и без экзокостюма. И вот мы, такие расслабленные, встречали куда лучше бронированных птичек, а за стенкой дежурили наши скауты и тяж Асоль с многоствольным пулеметом Вольфа наперевес. Лиграны вежливо попросили разрешения подняться на борт, хотя мы уже спустили для них трап. Судя по всему, в этой компании старшим был серый в редкую голубую полоску попугай. Он был одет в привычную синюю жилетку и важно вышагивал впереди. За ним лязгали сталью две махины экзокостюмов коричневого цвета с агрессивными ястребиными шлемами. Возможно, это только догадка, но расцветка птичьих костюмов походила на цвет оперения хищных птиц. Диковинная броня, как и гидроскауты охотников, не была абсолютной. Она полностью закрывала туловище, лапы и переднюю часть крыла, где были мышцы и кости, но совершенно не прятала перья веселых расцветок.
  
  - Господа, - поздоровался сочным баритоном попугай, - меня зовут Патрик Суи, от имени совета мастеров, позвольте поприветствовать вас в Летающем городе.
  
  Патрик? Его зовут Патрик?! А, понял, мы не в состоянии выговорить его имя, поэтому он представился по-другому.
  
  - Вы должны нас освободить! - выкрикнул один из пленников. - Они удерживают нас силой!
  
  Стоящий ближе всех Вольф на автомате отвесил наглецу подзатыльник, заставляя поперхнуться следующей фразой.
  
  - Мы здесь как раз для того, чтобы разобраться, - заверил его попугай, - но, насколько я понял, это как раз вы обвиняетесь в попытке разбоя и похищения человека. Прошу вас на время воздержаться от необдуманных действий и фраз. Кригер!
  
  Одна из птиц вышла вперед и наставила на пленников руку с оружием. Руку! Кривую, тонкую, непривычную, но от того не менее функциональную. До меня не сразу дошло что поднялось из-за плеча скаута и нависло слева над его головой. Первая ассоциация все же была с лапой паука, но они не имеют пальцев и не держат пистолеты. Офигел не один я, на пару мгновений в трюме повисла тишина.
  
  На гуманоидные костюмы часто устанавливают дополнительные органы чувств, но все они имеют аналоги реальным. В моем шлеме почти десяток дополнительных мышц, отвечающих за включение связи и режимов зрения, но мне не приходится контролировать их постоянно, только чтобы запустить опцию. А вот у экзоскелета передо мной была непривычная, как минимум с одним лишним локтевым суставом, но полноценная рука. Судя по симметрии, за вторым плечом у него и вторая должна быть. Трудно судить об эффективности, с которой птицы могут ими пользоваться, но это круто. Интересно, а люди когда-то додумаются до чего-то подобного... Хвост, например, крылья... Хотя реактивные ранцы летунов тоже синтетическими мышцами управляются, как и рельсотрон Асоль. Ладно, оставим эту мысль на потом.
  
  Второй птичий скаут тоже начал двигаться, только он показал спину, направившись к выходу. И да, на ней действительно было две руки, только сложенных до состояния небольших симметричных утолщений, чуть ниже которых разместилось по кобуре с пистолетом.
  
  - Двигайте, - низким металлическим голосом произнес первый скаут, указав оружием на спину коллеги. Будто и не было в броне птицы, а говорила бездушная машина. С таким голоском и пистолета не надо. Пленники быстро выстроились гуськом и покорно зашагали следом.
  
  - Благодарю, мистер Суи, - ответил Шона.
  
  - О, просто Патрик. Нам ведь предстоит некоторое время работать вместе, попытаемся подружиться. - Хохотнул лигран. Если бы хоть раз слышал смех других птиц, то мог бы и поверить, что это не искусная имитация.
  
  - Как скажете, Патрик, меня зовут...
  
  - Я знаю, - опередил капитана попугай и одним глазом покосился на не успевших далеко отойти пленников. - Разве вы не пытаетесь сохранить это в тайне?
  
  - Олин Зухра, - договорил Шона.
  
  Попугай от удивления склонил голову набок, уставившись на кэпа одним огромным глазом, но довольно быстро сложил два плюс два. Никто не собирался его обманывать, целью были пленники, поэтому голова лиграна быстро приняла вертикальное положение, но тут же повернулась практически на сто восемдесят градусов. Попугай убедился, что лишние уши далеко и сознался.
  
  - Не учел такой возможности.
  
  - Тем не менее, называйте меня этим именем, пока мы у вас в гостях.
  
  - Договорились, - кивнул Патрик, - но раз уж пленники ушли...
  
  - Эрнан, - сказал Шона, - можно.
  
  Техник все время мониторил происходящее через камеры и спрятанных дронов, получив задание отпустить ученого по сигналу. Еще недавно тот носился между каютой в лабораторией как белка в преддверии зимы. Салману было пофиг на то, что мы чудом вышли целыми из засады, он никак не мог собраться и решить, что ему взять с собой на временную квартиру. Как прилетели в воздушную крепость, так вообще на месте усидеть не мог. В результате собрал два больших чемодана, тянуть которые выпало на мою долю. Рина должна была сопровождать принца до временного места работы и жительства, я же был выбран связным от команды.
  
  Эта ситуация немного напрягала. Оставаться наедине с брюнеткой, которой не особо доверял, не хотелось. Наверняка Шона изменил бы решение, узнав о моих затруднениях, но так могла бы выработаться привычка на холодное дуть. Не успел я еще насолить ей так, чтобы она желала смерти единственному дилеру ее персонального наркотика... настолько, чтобы реализовать это желание.
  
  Салман появился в дверях практически сразу. Принц шел налегке, а тумбочкообразные чемоданы за ним тащила Рина. Я сразу же перехватил ручки, на что она благодарно кивнула. Судя по напряженному лицу и теням под глазами, эмпату находиться рядом с возбужденным ученым было довольно утомительно.
  
  - Помочь? - спросил я. Поскольку ручки чемоданов уже были в моих руках, Рина поняла правильно.
  
  - Не сейчас.
  
  - Как скажешь.
  
  Торговый центр лигранов в Атлантиде показал некоторое пренебрежение к понятию этажей, но их полис пошел дальше. Мало того, что здесь редко встречались по-настоящему параллельные плоскости, так еще и стены отсутствовали. Огромный купол из стали и стекла держался...нет, не на колоннах или стропилах, ровные, прямые линии для слабаков. Суровые попугайчики предпочитали гнутые и ломанные, поэтому все пространство воздушного полиса было заполнено толстыми стальными балками, что сходились и расходились под разными углами. Иногда между балками возникали горизонтальные перекрытия, иногда вертикальные, но все это было довольно условно, поскольку с горизонтальной поверхности могли свисать растения. Не стоять на ней, а именно свисать как с потолка. По вертикальной же прогуливались лиграны, цепляясь за специальные бугры мощными лапами. Человеческий мозг никогда бы не создал чего-то подобного. Разве что очень больной или гениальный. Учитывая, что вся эта махина задумывалась как космический корабль, мы бы окружили себя сотнями закрытых отсеков и переборок с автономными системами жизнеобеспечения и герметизации.
  
  В этом мире я видел много зеленых городов. Тот же Вермград просто тонул в зелени, а Фотадрево вообще состоял из растительности, но ни в одном из полисов зелень так не сочеталась с высокими технологиями. Практически за каждым кустиком прятались какие-то светящиеся панели, датчики и мониторы, а местами мелькали полупрозрачные голограммы. При всем этом, для понимания масштабов, в некоторых дырах, что образовывались между балками и плоскостями, легко прошел бы летающий корабль, а в тех, что поменьше, могли развернуться по несколько лигранов в полном размахе крыла. Собственно, этим они и занимались, шныряя по воздуху туда-сюда на скорости спорткаров. До меня только сейчас дошло, что, считая их ущербными из-за отсутствия рук, я даже и не задумывался об обратном. А ведь мы для них должны выглядеть довольно неуклюжими и ограниченными созданиями, лишенными неба.
  
  Мои мысли отчасти подтверждались тем, что редкие узкие полосы дорожек от плоскости к плоскости выглядели довольно чужеродно и пустынно в этом архитектурном хаосе. Для передвижения нам прислали флаер. Как только покинули трубу дока, взошли на его борт и обнаружили, что там нет пилота, но вошедший с нами Патрик немного успокоил Салмана. Лигран вошел только из приличия, потому как его сородичи обгоняли флаер как стоячий. Зато я смог сполна насладится видом пестрых от цветущей зелени и электроники площадок. Иногда замечал людей и другие флаеры, несколько раз мелькало что-то такое, что я вообще не мог определить ни как животное, ни как растение. Черт, как разберусь с делами, закажу себе экскурсию и облетаю все здесь от и до.
  
  Флаер приземлился на одной из площадок практически в самом центре Летающего города. Здесь расстояние между балками и плоскостями было гораздо меньше, а единственная узкая лестница с нормальными ступенями все еще пахла свежей краской. Не удивлюсь, если вчера ее (здесь) еще не было. С площадки она сворачивала куда-то меж двух вертикальных плоскостей и ныряла в технические недра города. Оказалось, попугаи тоже умеют прятать свои секреты в замкнутом пространстве.
  
  - Ну вот мы и прибыли, - сказал Патрик. - Дальше ход есть только для профессора.
  
  Местные красоты быстро улетучились из моей головы.
  
  - Мы должны осмотреть места проживания и работы, - твердо сказал я. Не только птицы умеют играть голосом.
  
  - Прошу прощения, конечно же, - согласился попугай. Ну хоть не соврал, что забыл.
  
  Коридор оказался довольно узким и неоправданно высоким. Лигран шел нормально, а мне пришлось немного выставить правое плечо вперед, чтобы поместиться. Длинный спуск привел нас в огромное помещение с безумной планировкой не рассчитаной на людей. И если бы не новенькая костяная дорожка, добраться к огромному кубу на трех кривых подпорах было бы невозможно. Это сооружение с одинокой прямоугольной дверью с угловатой ручкой казались здесь еще более неуместными, нежели дорожка.
  
  - Прошу, - Патрик указал на дверь крылом.
  
  Салман двинулся вперед, но я его опередил. Не потому, что считал, будто ему что-то угрожает, просто надо было отыгрывать хорошего телохранителя. Замок щелкнул и дверь легко поддалась. Шаг внутрь будто снял с мозга невидимую нагрузку. За всем восторгом я и не заметил, как непривычные архитектурные формы давят на мозг. Небольшая комната в приятных темных тонах с кроватью, телевизором и настольной лампой возле кресла будто перекочевала сюда с сериальной версии американского мотеля. В комнатушке имелись другие двери. За правой обнаружилась кухня, а за ней совмещенный санузел. Видно-таки дала птичья логика небольшой сбой. Вторая дверь из спальни вела прямо в белые до стерильности лаборатории, занимавшие большую часть куба. Одна напичкана компьютерами, мониторами, прочей техникой. А вторая - практически сразу отгорожена от игрушек сплошным стеклом. Я разглядел кучу биоприбомбасов, похожих на оборудование Ясмин, но доступа к нему у Салмана не было.
  
  - Это как понимать, - возмутился ученый, сунувшийся следом за мной.
  
  - Мы предоставим вам лаборанта, для черновых работ.
  
  С чем бы Салману не предстояло работать, образец он не получит. Да и компьютеры наверняка не имеют стандартных портов для вывода информации. Лично мне плевать.
  
  - Меня все устраивает, - сообщил я.
  
  - Прекрасно! - Тогда позвольте проводить вас обратно.
  
  К платформе мы возвращались быстро и молча. Даже во флаере не проронили ни слова, хотя так и подмывало расспросить Лаурину об эмоциях птицы, если она вообще сумела их прочесть. Мелькающие за стеклами красоты не сильно отвлекали от прорезавшегося интереса. Рина же развалилась на кресле, вымотанная до предела.
  
  - Боже, Салман с меня все соки выжал, - пожаловалась она, а потом бросила грубый намек. - Как бы я хотела почувствовать себя бодрее.
  
  Вот же наркоманка, не могла дождаться пока на корабль вернемся. Блин, да она уже и без моего вмешательства почти поймала кайф. Устроилась на одном из пассажирских кресел и прикрыла глаза в предвкушении.
  
  А, ладно, что мне стоит, снял щит и разбавил эмоциональное поле сильно натянутым чувством свежести и силы. Трудно это, когда сам дергаешься, но ей хватило, улыбка на лице стала шире. А мне в затылок дыхнуло знакомым холодом. Я резко развернулся и нащупал глазами быстро удаляющуюся коробку флаера. Мысленно взвыв от досады, я сложил пару нецензурных этажей о материнских платах вездесущих железяк и наткнулся на донельзя сосредоточенный взгляд Рины. Черт, она же все почувствовала! А в оставшиеся пять минут полета так и не отвела взгляда.
  
  - Ты тоже эмпат! - обвинила она меня, как только мы оказались на борту 'Толпара'.
  
  - Нет!
  
  - Телепат? О чем я думаю?
  
  - Да отстань ты, не эмпат я, и не телепат.
  
  - Но во флаере ты что-то почувствовал! О, я с тебя теперь так просто не слезу, ты мне все расскажешь!
  
  - Уверена? - спросил я, стараясь скопировать холодную ярость Шоны. Это возымело свое действие и Рина отпрянула как от ядовитой змеи.
  
  - Поняла, погорячилась! - сказала она, подняв руки, но того страха, что я видел в присутствии капитана, не показала.
  
  Я ничего не ответил, на глупые игры не было времени. Моей основной задачей стало найти капитана и сообщить ему, что мы снова пересеклись с андроидами.
  
  
  
  
  Глава 13
  
  Шоны не оказалось в рабочем кабинете, не было его в спортзале, не было рубке, и только после того, как пришлось посетить все эти места, я достал телефон и сделал то, с чего надо было начинать.
  
  - Да?
  
  - Капитан, вы где?
  
  - У Каната. Что-то случилось?
  
  - Да, есть разговор.
  
  - Тогда иди сюда.
  
  Судя по бутылке на столе и недовольному лицу старика, я прервал какой-то важный разговор. Канат конечно любитель выпить, но просто так Далмор не открывает. Пару месяцев назад, после абордажа, я свистнул у него такую же бутылку. Как по мне - гадость редкостная, хотя под эту категорию я вообще все виски подвожу.
  
  Шона указал стаканом на пустое кресло и мокнул губы в янтарную жидкость, а старик допил остатки своего и плеснул еще. Мои пристрастия они знали, выпивки не предлагали, зато Канат соизволил оторвать задницу и достать из бара бутылку апельсиновой газировки, которой раньше угощал детей.
  
  - Держи, - сказал он и бросил бутылку мне. Я тут же повернул крышку, медленно стравливая воздух, чтобы пена не залила штаны.
  
  - Рассказывай, - поторопил капитан.
  
  - Андроиды в городе, Рина считает меня эмпатом, - изложил я суть и тут же взялся за полную версию произошедшего. Примерно на половине истории бутылка перестала шипеть, и я снял крышку, сделал глоток. Вкуснотища, жаль, что в этом мире с цитрусовыми сложно. Хотя я со своими деньгами могу позволить. Надо будет заказать ящик-другой.
  
  - Думаешь, они здесь по нашу душу? - мрачно спросил Канат, когда я закончил.
  
  - Маловероятно, - ответил Шона. - Скорее всего, их интересует сам город, как кладезь инопланетных технологий.
  
  - Значит надо сообщить лигранам?
  
  - Сообщить что?
  
  - А если не вдаваться в подробности? - спросил я опять.
  
  - Большой шанс, что они и сами поймут. Посмотрят видео из флаера, найдут слагаемые. Нет, твои способности нужно держать в тайне как можно дольше, а Рина пускай придумывает себе что угодно. Думаю, она и сама скоро выяснит, что ошибается.
  
  - Но просто игнорировать угрозу мы не можем, - сказал Канат.
  
  - Вечером берешь Вольфа и идете шляться. Гуманоидный район здесь не такой большой, выберите пару заведений на разных концах и смените их в течение ночи. Постарайтесь покрыть как можно большую часть.
  
  - Слишком странно, - не согласился Канат. - Нормальные мужики должны завалиться в ближайший бордель и не вылезать оттуда сутки.
  
  Шона задумался, приняв дядины доводы.
  
  - Значит, будем учить тебя летать.
  
  - Для этого нужен воздушный скаут, - возразил я.
  
  - Закажем у лигранов навесной ранец.
  
  - Время, да и полеты над гуманоидным районом будут выглядеть странно. Птицы не дураки, если не спрашивать разрешения они нас мягко посадят, а если спросим - укажут, где учится.
  
  - Ты забываешь, что полет - основной способ передвижения для местных. Они не должны всполошиться.
  
  - Да? - Канат сделал глоток и ехидно спросил. - Много ты видел людей в небе?
  
  - У тебя есть альтернативное предложение?
  
  - А разве я когда критикую не имея альтернативы?
  
  - Постоянно, - спокойно заметил Шона, заставив дядю поперхнуться вискарем.
  
  - Ну, знаешь, пару раз может и было...
  
  - К сути.
  
  - Два мужика пойдут в бар или бордель, а вот влюбленная пара...
  
  Мы с Шоной переглянулись, не понимая, к чему ведет старик.
  
  - Будет гулять всю ночь, - закончил он.
  
  - Хочешь заменить Вольфа на Мари? - задумался капитан, отстучал короткую дробь длинными пальцами на подлокотнике кресла и принял решение. - Идея здравая. Ты только с изображением чувств не переусердствуй, - сказал он уже мне. - Не пудри голову Мари, она в этих вопросах не слишком опытна.
  
  И ведь не шутит. Вот уж поистине слепая отеческая любовь.
  
  Только я открыл рот для ехидной фразы о борделях, в которых наше невинное создание набирается опыта, как заметил перекосившуюся рожу Каната. Словно он вместо виски уксуса глотнул. Старик незаметно качнул головой. Понятно, не решился-таки рассказать племяннику о том, что видел Мари в самом элитном борделе Турфана. И как-то мне страшновато стало быть первым, кто скажет.
  
  - Да я и сам не Казанова, - вырвалось у меня совсем не то, о чем думал.
  
  - Вот и ладно.
  
  Деталей поиска мы не оговаривали и видимо зря, потому, что вечером я получил полнейший разнос. Неожиданности начались с того, что к шести Мари оказалась не готова. Причем ждать пришлось у двери. Ну да ладно, десять минут туда, десять сюда... Я загрузил мозги идеей покупки навесного реактивного ранца к новому скауту, дополнил ее инфой с сети, и время, проведенное под дверью непорочной девы, пролетело мгновенно. А как только она открылась, и опомниться не успел, начались претензии.
  
  - Мы свидание изображать будем, а ты собрался в этом идти?
  
  - Что не так? - я критически окинул взглядом свой прикид. Вроде все чистое, еще стиральным порошком пахнет.
  
  - Ты в этом каждый день ходишь.
  
  - Ну, так и ты не в платье.
  
  Она, конечно, не в комбинезоне была, но особой разницы я не увидел. Обтягивающие джинсы и короткая куртка с длинным рукавом очень походили на ее обычную одежду.
  
  - Я макияж полчаса наносила! - возмутилась девушка.
  
  Точно, есть что-то такое. Вроде как тени под глазами и щеки румяней. Ладно, пора переводить стрелки, я же не самоубийца про макияж разговаривать или упаси боже критиковать. Здесь даже комплимент может смертельной ловушкой обернуться. Ответ нужен максимально нейтральный.
  
  - Не находишь, что разыгрывать ссору рановато?
  
  Мари возмущенно открыла рот и тут же его захлопнула.
  
  - Ты прав, извини.
  
  - Проехали. Так что, мне переодеваться? Только учти, - я откинул полу куртки, показывая кобуру с пистолетом, а после обернулся и задрал ее, чтобы стала видна рукоять плазменного клинка в чехле на пояснице. Ну и напоследок я постучал себя по груди, чтобы отозвалась пластина облегченного бронежилета.
  
  - П-ф, - прыснула со смеху девушка.
  
  - Что? Надо быть готовым, - почти обиделся я. Спрятать все это добро под одеждой нелегко было.
  
  Мари не ответила, зато откинула полу своей курточки и продемонстрировала кобуру с миниатюрным девятимиллиметровым пистолетиком, а потом молниеносным движением вытащила из рукава длинную костяную иглу и коснулась острием моего кадыка. Это наверняка не лечится, но в тот момент с легкой усмешкой и озорным огоньком в глазах, она была столь привлекательна, что я и сам невольно улыбнулся.
  
  - Та еще парочка, - сказала она.
  
  - Да нам на реальное свидание надо! - согласился я, отводя пальцем иглу от горла. - Когда все закончиться.
  
  - Все никогда не закончится, - как показалось, немножко смутилась девушка, пряча иглу обратно в рукав.
  
  - Ну хотя бы эта история с Салманом. Как прошлый раз, когда мы разобрались с кукловодом. У нас ведь было спокойное время передохнуть и зализать раны.
  
  - Если все закончиться так же, ты это время проведешь в лазарете.
  
  - Тьфу-ты, накаркаешь еще!
  
  - Не боись малыш, я тебя прикрою.
  
  Я упер указательный палец ей в лоб и толкнул в сторону трюма.
  
  - Пошли уже, защитница. Если у тебя замечания закончились.
  
  - Нет, конечно, - пожала она плечами. - Я просто великодушно промолчу, дабы не травмировать твою нежную психику.
  
  Вот так, перебрасываясь подколками, мы практически добрались до трюма, когда нас нагнали Мин Ки с Риной.
  
  - Ребята, Канат сказал, что вы в город. Мы с вами.
  
  - Супер! - не обрадовалась Мари.
  
  - О, не переживай, - ехидненько успокоила Рина. - Мы вашим амурам мешать не собираемся. Мне по магазинам прошвырнуться надо.
  
  - Спасите! - замогильно прошептал Мин Ки, за что получил от спутницы подзатыльник.
  
  Объяснение Мари вроде бы устроило, но напряженность осталась, и не прошла, пока мы не покинули флаер. По какой-то причине наш ангар находился на другой стороне полиса. Лететь пришлось долго, особенно учитывая, что центр города флаер обогнул по широкой дуге. В этом точно была какая-то логика безопасности, я не стал ее искать, прикрыл глаза и попытался нащупать неприятный холод в этом высокотехнологичном месиве под нами. Рина всю дорогу украдкой смотрела на меня, может что-то и почувствовала, но Мари наверняка забивала ее паранормальные сенсоры своим показным недовольством.
  
  Со свитой Салмана разошлись на стоянке флаеров. Парочка направилась к магазинам, а мы заказали экскурсию по гуманоидному кварталу у таксиста-человека. Так как весь город находился под прозрачным колпаком со своим микроклиматом: сверху никогда не капало, ветра практически не дули, то и необходимости в закрытых такси не было. Ну, а поскольку сам квартал занимал крошечную часть Воздушного города, то и такси здесь были ему под стать - трехколесные мотоповозки в азиатском стиле. Извозчик, правда, на азиата ни разу не походил, скорее уж на кудрявую помесь цигана с евреем. Мы его по хитрой роже и выбирали. Сразу видно - жук знает все о теневой жизни квартала.
  
  Экскурсия длилась ровно два часа. Кудрявому платили почасово, так что трещал он без умолку, по некоторым улочкам проехал дважды, рассказывая совершенно разные истории, возможно даже сочиняя на ходу. Нам это было только на руку. Мари изображала живой интерес и даже что-то переспрашивала. Я же исправно сканировал пространство и наслаждался разнообразием форм и содержания. Архитектурные решения одной улицы скакали от Запада до Востока, по пути заглядывая в другие звездные системы. Бетонные коробки чередовались деревянно-стеклянными дворцами, а вокруг вилось столько антропоморфных видов, что даже в Фотадрево не водилось. Некоторых можно было отнести к псовым, кошачьим или грызунам, другие же были настолько несуразными мутантами, что угадать их предка не представлялось возможным. Как, например, мужика с бирюзовой кожей в розовую крапинку.
  
  Некоторое удовольствие я получил, но вымотался больше. Экскурсию пора было заканчивать, а тут как на зло мы нарвались на коллег. Рина с Мин Ки вышли из магазина без покупок, но были заняты руганью и нас не заметили.
  
  - Уважаемый, а что это за заведение было с красной вывеской.
  
  - Радотан гошы, - подсказала Мари, видимо успела прочитать. Я же не успел даже понять на каком это языке.
  
  - Магазин сибионтов, - ответил водитель.
  
  - И зачем им? - задал я вопрос Мари. Хотя нет, на самом деле мне пофиг, я жрать хочу. - А, не важно. Отвези нас покушать.
  
  - Уютное небольшое заведение, - сказала девушка, - подальше отсюда, - добавила она, подумав. Наверняка, чтобы не пересекаться с Риной. Впрочем, я с Мин Ки трапезу делить тоже не хотел. Прошлый раз нас андроиды атаковали.
  
  Таксист небыстро доставил нас к указанному месту. Мало того, что выбрал самое отдаленное, так еще и петлял по улочкам, пытаясь продолжать экскурсию, чтобы в конце содрать с нас четыре полновесных золотых. Мари даже ссору едва не начала, но я мягко отправил ее в ресторанчик делать заказ.
  
  - Держи две монеты, оставь свой номер и катись отсюда, - сказал я.
  
  - Обижаешь, человек хороший. Тебе эти монеты ничего не стоят, а мне за них целый день колесить.
  
  - А я свои значит даром получил?
  
  - Я такого не говорил, - тут же открестился Кудрявый. - Ты из тех, кто жизнь на кон ставит. И дама у тебя такая же. Зарабатываете много, а тратить негде, потому мою околесицу и терпели. А как на знакомых нарвались - быстро умотали. Видно, надоели они вам на корабле.
  
  Вот же наблюдательная скотина!
  
  - Раз ты такой наблюдательный, - я достал из кармана серебряную двадцатку и покрутил ее меж пальцев, - не видел в городе бойцов броню не снимающих? Они не сильно общительные.
  
  - А ты еще две таких добавь, я и отвечу, - ухмыльнулся Кудрявый.
  
  - Значит не видел, - сказал я, пряча монету.
  
  - Но могу поспрашивать! - едва не закричал таксист, не отрывая глаз от затянутого в прозрачную кость серебра. - Добавить только надо, - взял он себя в руки.
  
  Я бросил ему монету.
  
  - Узнай. Отыщешь тех, кого надо - дам два золотых. Не тех - получишь такую же, - я указал на монету в его руке. - Сам только не спались. Эти... платить не станут, ты им добровольно все расскажешь.
  
  - Тогда надо бы утроить, - нервно облизнул губы кудрявый. - За риски.
  
  - Офонарел?
  
  - Только если те, что надо.
  
  - Да хрен с тобой, ищи.
  
  - Понял, а теперь давай контактами обменяемся.
  
  Наш договор едва ли занял пару минут, но Мари уже успела выбрать столик и сделать заказ. Правда принесли пока только вино. Ресторанчик и впрямь оказался уютным, отделанным под восток, а желтые светильники успешно имитировали свечи, добавляя ему еще немножко шарма. Я занял свой стул и потянулся к бокалу с водой, проигнорировав винный.
  
  - Что? Сегодня не суббота.
  
  - И какая скотина будет пить на свидании воду, когда его девушка пьет вино? - томно прошептала Мари.
  
  - Та, у которой девушка слишком старается командовать, - столь же влюбленным голосом ответил я.
  
  - Ну ты хоть глоток сделай! Это отличное вино.
  
  - Глоток! - уцепился я за ее слово и тут же пригубил. Вино как вино, не кислое, в меру сладкое, довольно неплохое. - Действительно отличное, - подтвердил я, и тут же напомнил. - Не суббота.
  
  От развернутого ответа меня спас официант с двумя глубокими мисками ароматного. Мясо! Хоть тут повезло. Желудок тут же громогласно подал сигнал к атаке. Я быстро подцепил кусочек вилкой и отправил его в рот...
  
  Сладкое... Сладкое мясо... Господи, за что?!
  
  - Ну, хоть это тебе должно понравиться! - уже не скрывая раздражения произнесла Мари.
  
  - Да я просто в восторге... - Спасите меня грешного.
  
  Не став жевать, я как змея глотнул кусок целиком. Желудок у меня крепкий, назад не полезло, и я примерился ко второму, подцепил, глотнул. Третий следом...
  
  - Нет, все-таки это гадость, - сознался я.
  
  - Тебе не угодишь, - Мари показательно припечатала вилку к столу.
  
  - А чего ты вообще бесишься? Тебя не устраивает что у нас вкусы разные? Так это вроде естественно.
  
  - Ладно, официант, - позвала Мари, а мне сказала, - заказывай. Давай, сделай так, чтобы мне понравилось.
  
  - Какие-то проблемы, господа? Вам не понравилось блюдо?
  
  - Оно оказывается гадость, - сообщила Мари.
  
  - Блюдо ни при чем, - объяснил я. - Мы просто ссоримся, но заменить придется.
  
  - Прошу, - официант протянул мне меню.
  
  Я открыл его и отыскал страницы на тилу. Что любит Мари? Я больше внимания ее заднице уделял и правой ноге. Первое чисто для эстетического удовольствия, а без второго спарринг можно было и не пережить. - Чего желаешь?
  
  - Сам, - безапелляционно ответила она.
  
  - Я советуюсь, - попробовал я смягчить реакцию.
  
  - На твой вкус. Так ведь ты сказал ранее?
  
  Ну да, было такое.
  
  - Ладно... - Половина блюд имела такие названия, что я и представить не мог с чем они. Вот свинина в кисло-сладком соусе - это понятно, а что такое Соба? - Соба из чего? - спросил я официанта.
  
  - Обычная, с огурцами, но можно и без них.
  
  - Давайте без них, - согласился я, закрывая меню.
  
  - Ты ведь понятия не имеешь что это такое? - спросила Мари, когда официант удалился.
  
  - Ни малейшего, - сознался я.
  
  - С удовольствием посмотрю, как ты будешь это есть! - сказала она с бесятами в глазах.
  
  - Черт! Даже так?
  
  - Ага, - веселый кивок был мне ответом. - Помнишь тех червей, что обожает Вольф?
  
  - Официант! - позвал я.
  
  - Это гречневая лапша! - заливаясь смехом сообщила Мари.
  
  - Вот же зараза!
  
  - Слушаю вас, - с натянутой поверх раздражения улыбкой спросил мужчина.
  
  - Апельсиновый сок у вас есть? - пришла мне на выручку Мари.
  
  - Фреш или бутылочный?
  
  - Фреш моему спутнику, - сказала девушка, не переставая смеяться.
  
  - Одну минутку, - кивнул он.
  
  - И зачем ты так? - попробовал я устыдить Мари.
  
  - А вот будешь знать, как обзывать мои вкусы гадостью.
  
  - Был не прав.
  
  - Как и я с вином.
  
  Конфликт сошел на нет, и мы смогли приятно поболтать о пустяках. Соба оказалась блюдом вкусным, там было мясо. После пары вилок пришлось даже притормозить, чтобы не опустошить тарелку гораздо раньше девушки. А вот сок подкачал. Наверняка его делали из местных мутантов, вкус был далек от настоящего, но я не стал лишний раз провоцировать Мари, сообщая ей об этом. И все же закончить трапезу нам не дал звонок мобильника.
  
  - Оперативно, - удивился я, увидев на экране 'Кудрявый'. - Да?
  
  - Четыре точки, шеф, - радостно сообщил таксист. - Поехали смотреть, я перед рестораном.
  
  - Жди.
  
  - Что там? - заинтересовалась Мари.
  
  - Я дал задание таксисту отыскать бойцов, что никогда не снимают брони.
  
  - Он считает что справился?
  
  - Это мы и проверим.
  
  Я расплатился с официантом, украдкой сделал фотографию винной бутылки. В субботу буду к Мари подмазываться.
  
  На улице, если так можно назвать то, что находилось под куполом, наступили сумерки. С границ города наверняка открывались умопомрачительные виды на тонущее в море солнце, но здесь, за сеткой удерживающих купол креплений, от него не осталось и красноватого блеска. То, что заменяло небо, плотно расцвело голубыми голограммами, в свете которых нас и ждал Кудрявый со свежим, только наливающимся, фингалом и широкой улыбкой.
  
  - Что-то мне подсказывает, что нашел ты не тех? - указал я на фонарь.
  
  - Это? - таксист поморщился. - К этим не поедем. Я так понял - не они.
  
  - Сильно засветился?
  
  - Нет-нет. Прокололся только раз.
  
  - Ладно, вези.
  
  Первой точкой был дешевый бордель, а таинственные бойцы в броне оказались всего лишь парой сопляков-выпендрежников. Парни явно еще не вышли из пубертата, зато один совершенно точно владел способностями иллюзиониста. Возможно ему было страшно самому идти к шлюхам, и он притащил друга, а теперь не знал, как с ним расстаться, чтобы иллюзия не слетела, ведь тогда раскроют и его. Вот и сидели парни в баре: один отрывался пивом, а второй злобно посасывал газировку через трубочку, спиртное плохо влияет на пси-способности.
  
  После первой точки я сделал Кудрявому уточнение.
  
  - Есть такие, чтобы лица не показывали?
  
  - А сразу сказать нельзя было? До того, как я информацию начал собирать.
  
  - Понятно, - проворчал я недовольно.
  
  - Следующие две группы я видел, они точно лиц не прятали, последняя...
  
  - Что с ней не так? - подтолкнул я.
  
  - Они поселились в Доме заходящего солнца, - поморщился Кудрявый. - Это не просто отель, а еще много чего. О нем столько слухов ходит, что отличить правду от вымысла практически невозможно.
  
  - Хоть парочку для примера, - попросил я.
  
  - Его крышуют лиграны. Там делают ставки на человеческую жизнь.
  
  - В смысле?
  
  - Два ботинка, ты выбираешь который одеть. Один - пуст, во втором - красный шершень с оборванными крыльями, а кругом толпа богатеев, что делают ставки. Если остаешься жив - получаешь процент от ставок. Год назад один из наших попал в самую задницу, сильно задолжал и вдруг закрыл все долги, уволился, неделю кутил, а потом исчез. Говорят - играл.
  
  - Опасное местечко.
  
  - Только если совать нос куда не надо, а так - идеальный порядок и великолепная охрана. Даже лиграны временами проводят там встречи с людьми.
  
  - Почему ты обратил внимание на эту группу?
  
  - Там больше десятка человек. Заселились утром, но так и не выходили, еду не заказывали.
  
  - Тебе известны номера комнат?
  
  - Да.
  
  - Поехали.
  
  - Дом заходящего солнца находился на самой границе гуманоидного квартала, там, где человеческая архитектура сливалась с безумной планировкой птиц. Так одна из гигантских плоскостей и несколько балок-стропил удерживающих купол проходили прямо сквозь прямоугольное здание. На совершенно квадратной крыше горел красный неоновый полукруг - сущая архаика посреди мелькавших над ним голограмм. Ступеньки перед парадным были вымощены ковровой дорожкой, а у огромных дверей торчал шкафообразный швейцар в красной ливрее. Когда мы с Мари подошли, он поклонился и беззвучно открыл тяжелую даже на вид дверь из стали и стекла.
  
  Красные тона сменились холодным золотым отблеском искусственного освещения от многочисленных полированных поверхностей. Блестело все, от непокрытого дорожками мрамора, до бейджей персонала. Не знаю кому как, у меня сложилось впечатление не респектабельности, а скользкости этого места.
  
  Мы не стали задерживаться в холле, но и беспрепятственно пройти к лифтам нам не дали. Сначала дорогу преградил один из охранников в дутом деловом костюме, а потом нагнала миниатюрная блондинка с большим подносом, на котором красовалась овальная бирочка с номером сто семнадцать.
  
  - Господа, приветствуем вас в Доме заходящего солнца. Прошу, сдайте оружие.
  
  Я присмотрелся к охраннику, увидел его руки в бронеперчатках и понял, что под костюмом экзоброня. Открытая голова должна была ввести посетителей в заблуждение, но из-под толстых дужек темных очков к вискам тянулись нейроконнекторы.
  
  - О, простите, мы у вас впервые, - отшутился я и положил на поднос свой пистолет. Ствол Мари лег рядом, она же взяла бирку. - Все?
  
  - То, что за спиной тоже, - скомандовал охранник.
  
  Либо у него слишком хитрые очки, либо нас просканировали на входе, впрочем, иглу у Мари вроде не заметили. Я выдавил улыбку и положил на поднос тубус сложенного клинка. Менеджер украдкой глянула на охранника, тот выждал пару секунд и пожелал нам хорошего времяпровождения.
  
  - Сначала в казино? - шепотом спросила Мари?
  
  - Да, не будем палиться.
  
  Прошагав весь холл, мы подошли к большим стеклянным дверям, за которыми разноцветными огнями мелькали десятки игровых автоматов, крутились рулетки и сдавались карты. Сработала автоматика, двери разошлись, и веселая картинка расцвела звоном жетонов, стуком фишек и шорохом карт. Где-то играла ненавязчивая музыка, посетители смеялись, перешептывались, злились и ругались, представляя весь спектр человеческих эмоций.
  
  - Автоматы или столы? - спросила Мари.
  
  - Бар, - решительно выбрал я.
  
  Выпить можно было и за игрой, но азартные игры - слишком кривая дорожка, чтобы ставать на нее с моими капиталами. Помнится, читал однажды статью, в которой говорилось, что ни один миллионер, выигравший деньги в лотерею, не оставался таковым через год. Мое обогащение иначе как удачей назвать сложно, а она дама капризная. Хватит с меня и покера у Каната по четвергам.
  
  Бар находился на другом конце казино - такая вот форма психологического давления. Чтобы пропустить стаканчик, нужно было обойти все эти столы, а после еще и смотреть, как другие выигрывают состояния. Те, кто их проигрывают обычно остаются незамеченными. Ну уходит грустный человечек, не повезло, а он завтра возьмет и вышибет себе мозги чтобы голова не болела, где деньжат взять.
  
  Я сам прекрасно все понимал, но, глядя на выплясывающую у рулетки парочку, так и подмывало поставить тысчонку-другую на черное. Не знаю, удалось бы мне справиться с этим желанием или нет, но холодок в затылке развеял азартный дурман.
  
  - Они здесь! - предупредил я Мари.
  
  - Где?
  
  - Где-то у бара.
  
  - Идем дальше или возвращаемся?
  
  - На андроидов действуют иллюзии? - Пускай мозги у них синтетические, но не электронные ведь.
  
  - Зависит от природы глаз. Биосинтетику обмануть можно, с оптикой трюк не пройдет.
  
  - Сделай нам новые лица и держись на расстоянии. Сообщи нашим.
  
  Я оторвался от Мари на несколько метров и, ориентируясь на тонкую иглу холода в затылке, пошел к бару. Чем ближе я подходил, тем сложнее это было. Перед стойкой были раскиданы столики, за которыми народ праздновал победы и заливал горе проигрышей. В пределах видимости не было ни одного бронированного обалдуя, что было бы странно, учитывая охрану на входе. Пускай тело можно скрыть под костюмом, а лицо... под латексной маской, как это сделал кукловод в Керкиру, замаскировав под себя куклу. Так кто из них? Мужчина, женщина? Хорошо хоть детей нет.
  
  Я бы и не заметил, если бы не жест, с которым мужчина поднял чашечку кофе. Точно так же он пил в Баударбунге, но тогда у него была борода, а вместо дорогого костюма - свободная куртка. Доверенное лицо эмира Шарриза. На мгновение наши глаза встретились, но он не узнал меня под маской, что держала Мари, и безразлично отвел взгляд. Теперь я был уверен, что холод исходит от его столика, но не от него самого, а от копны рыжих волос рядом, от женщины в ярко-красном облегающем платье. Наши враги объединились. Мой ступор привлек внимание, и мужчина снова бросил на меня более пристальный взгляд. Я расфокусировал взгляд, смотря за его спину, и твердой походкой направился мимо. Вот теперь точно пора уносить ноги.
  
  
  
  
  
  
  
  
Ушел на АТ. Прода по ссылке
  
  
  
  
  
  
  
   ​
Оценка: 8.48*7  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com А.Робский "Охотник 2: Проклятый"(Боевое фэнтези) И.Громов "Андердог - 2"(Боевое фэнтези) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) Н.Любимка "Алая печать"(Боевое фэнтези) Write_by_Art "И мёртвые пошли. История трёх."(Постапокалипсис) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Д.Дэвлин, "Потерянный источник"(Любовное фэнтези) М.Боталова "Невеста под прикрытием"(Любовное фэнтези) А.Респов "Эскул Небытие Варрагон"(Боевая фантастика) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"