Корбин Макс: другие произведения.

Бочка разрушений

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:


    Проколы, разрывы пространства, порталы в параллельные миры - стихийное явление на этой Земле. Но за последний месяц "Бочка" встретила их столько, что на пару лет путешествий наберется. И с каждым новым вырисовывается зловещая закономерность. Ушел на АТ. Прода по ссылке



  Глава 1
  
  "Бочка" неспешно плыла сквозь ночь над гигантскими деревьями центральной Африки, унося нас от Фотадрево. Уже несколько часов ее полет контролировал только неутомимый автопилот. Час назад погас свет в биолаборатории, и практически сразу выключился в кабинете Каната. Я лежал в полной темноте и прислушивался к техническим шорохам корабля. Время тянулось неудовлетворительно долго. Да вся предыдущая неделя прошла для под знаком неудовлетворенности! Легко решаемая проблема, в Фотадрево был бордель, но я лучше буду верен своим принципам и одной женщине. Одной обворожительной, сумасбродной блондинке.
  
  Темноту ночи разрезал мягкий свет будильника. Без пяти два! Мое тело бурно среагировало на тихий писк и вскочило, со всей дури приложившись лбом о перекладину второго яруса кровати. Мигание будильника стало тусклее в свете вспыхнувших звезд. Но я на автомате потянулся к тумбочке и выключил сигнал. Вместо стандартного плафона под потолком включил два светильника стилизованных под свечи в расписных стеклянных кубах. Их приглушенное сияние должно было создать романтическую атмосферу. И вино! Я достал из шкафа тарелку с фруктами, два бокала на тонких ножках и бутылку Четау Лаландэ. Только вкрутил штопор, как двери открылись, и в каюту вошла моя девушка. В спортивных штанах и футболке для конспирации, которую на корню рушил легкий аромат духов. В тусклом свете светильников ее губы блестели неестественно ярко. Даже ярче серебристых полосок нейрогрибов на висках.
  
  - Порядочные девочки не красят губы ко сну, - указал я на прокол в маскировке, вытаскивая с хлопком пробку из бутылки.
  
  - А ты хотел, чтобы я к тебе совсем некрасивая пришла? - закрывая дверь за собой на защелку, Мари кокетливо закусила нижнюю губу. От этой примитивной уловки во мне поднялось такое же примитивное желание. Всю предыдущую неделю мы старались уединиться, но в Фотадрево этого так просто не сделаешь. Команда все просекла и только кэп, приемный отец Мари, подбитый снарядом по имени Исани, пребывал в полной прострации. Черт! Я как школьник до ужаса боящийся отца своей девушки, но все равно пытающийся залезть ей в трусы. Звучит вульгарно, пускай так, возможно позже я и смогу внятно описать свое состояние, а сейчас у меня слишком много чувств в груди и мало слов в голове.
  
  Мои принципы не исключали небольшого представления, тем более что Мари нравились хорошие манеры, и я продолжил играть джентльмена.
  
  - Миледи, вы всегда прекрасны, - ответил я, наливая в бокалы вино.
  
  - Знаешь, я ведь никогда не верила слащавым речам, - поведала она, отобрав бутылку до того, как я наполнил второй и поставив ее на стол. Ее телефон устроился на тумбочке рядом с моим, а руки легли мне на плечи и сомкнулись в замок за шеей. На мгновение показалось, что сейчас врежет коленом мне в солнечное. Только утром что-то похожее на спарринге проделала. Господи, что за хрень в голову лезет. Это все гормоны, мать их...
  
  - Брось, ты практически с самого знакомства требовала такого обращения, - сказал я, кладя руки на талию.
  
  - Любой женщине нравится чувствовать себя леди!
  
  - Так в чем проблема?
  
  - Это для публики, а мы сейчас одни.
  
  - Понял! - ответил я и рывком прижал ее к себе. Наши губы встретились, языки сплелись, а руки начали срывать друг с друга одежду. Не помню, чтобы мы отрывались друг от друга, но от футболок избавились, из штанов выскочили и только на бюстгальтере вышел затык. Нет, снял я его быстро, руки помнят, но...
  
  - Красный? - спросил я, держа в руке чудную кружевную тряпочку.
  
  На всем корабле не было больше красных вещей. Шона ненавидел красный и вся компания потакала ему в этой мании, а возможно и разделяла. Красный - любимый цвет андроидов, а уж железяки попили у нас кровушки. Я и сам начал с опаской относиться ко всему красному, хотя чего греха таить, трусики на Мари были аппетитные.
  
  - Отец узнает - убьет, - сказал я.
  
  - Вот ты чем думал, когда это говорил? - спросила Мари изогнув бровь.
  
  - А то по мне не видно, чем я сейчас думаю.
  
  Девушка перевела взгляд гораздо ниже моего лица.
  
  - Верно, - сказала она, стянула с меня трусы и толкнула на кровать.
  
  Сквозь рев крови в ушах я едва расслышал писк тревожной сирены. Мари тоже застыла с большими пальцами за резинкой приспущенных трусиков, смотря на мигающие экраны телефонов.
  
  - Внимание, прокол! - сообщила Пэ, она же программа поддержки при антиабордажных действиях.
  
  В смысле прокол? Где мы прокололись?! Кто узнал? Стоп, не этот прокол, пространственный!
  
  До Мари дошло одновременно со мной, и она вернула трусики на талию. Если где-то есть высшая сила, управляющая моей жизнью, то этот мудила по любому не хочет, чтобы у меня все было хорошо. Мои трусы где?
  
  Мари нырнула в штаны, натянула футболку, схватила с тумбочки телефон и выскочила из комнаты, а я не мог найти эти чертовы трусы! Куда она их запулила? А хрен с ними, свежие возьму. Твою мать, ботинок левый где? Я полез под кровать, но нашел трусы. Нафиг! Ботинок.
  
  В ангар я прибежал последним, если не считать кэпа. Но Шона с техником Эрнаном сейчас наверняка сверялись со сканерами и меняли курс корабля, так что в ангаре были только бойцы.
  
  - Долго спишь! - радостно крикнул Вольф. Немец уже поместил свое немаленькое тело в оранжевый тяж и разминал длинные биомеханические руки.
  
  - Право же, Ник, - добавила Мари, - слишком долго реагируешь.
  
  Ну-ну, зараза, я тебе это припомню, - пообещал я взглядом перед тем, как нырнуть в свою броню. Со стороны скаут выглядел как черно-зеленое папье-маше человека с раскуроченной грудью. Раньше одевание занимало какое-то время, но тренировки дали результаты и сейчас я единым движением подтянулся на раме и спрыгнул, разворачиваясь в полете. Ноги и вывернутые назад руки вошли точно в раскрытую броню. Стоило пошевелить безымянными пальцами и шлем мягко уткнулся в затылок, коннекторы прилипли к полосам нейрогрибов на висках, и я мгновенно оброс сотней дополнительных мышц. Голени уселись по размеру, бедра лязгнули замками, а подтягивался я, чтобы снять броню с креплений рамы, уже практически полностью одетым. Практически, потому, что грудные пластины закрывались вручную. Инженеры посчитали нерациональным добавлять к грудным мышцам второй набор только для одного действия, а сервоприводы не справлялись с сопротивлением синтетического мяса.
  
  Я напрягся и сложил броню на груди, после чего опустил лицевую маску. Действо не заняло у меня и двух секунд. Вольф хмыкнул и похлопал железными ладошами своего тяжа. Массивная оранжевая броня была больше меня раза в полтора, если не два, и хлопки заполнили ангар стальным звоном.
  
  - Поз-зерство, недос-стойно воина, - прошипел рядом Хосс. Анторопоморфный ящер щеголял зеленым скаутом, но его броня была создана с уклоном в разведку: настолько тиха и проворна, насколько это возможно, что отлично накладывалось на его личные качества.
  
  Я вот такой грацией не обладал и серьезно подумывал о приобретении тяжа, но пока не спешил. Зря, что ли, навесной ранец покупал? Опыт полетов у меня пока был мал и скорее негативен. Скаут я исцарапал конкретно, но вроде начало получаться. По крайней мере, не разбиться при посадке сумею. Если дело пойдет - стоит брать полноценного летуна, как у кэпа и Мари.
  
  - Ой, кто бы говорил, - поддела зеленого ниндзю Асоль. - С твоей-то тягой к театральным эффектам. - Рыжая занимала на корабле посты медика и снайпера, управляла черным тяжем, хотя это было громко сказано. Одновременно стрелять и двигаться у нее не получалось, но легкий скаут не потянул бы переноску гаусс пушки, что была вмонтирована в спину тяжа. Да и на землю ее редко пускали. Обычно Асоль работала с корабля.
  
  - А я считаю... - начала Мари, но договорить ей не дал появившийся в ангаре Шона - высокий азиат с серебром нейрогрибов на висках и такими же искрами в волосах. Кэп был затянут в боевой комбез, но нес его с достоинством парадного мундира.
  
  - Прокол вышел на пик активности. Желающие сменить мир имеются? - спросил кэп, глядя почему-то именно на меня.
  
  - Это шутка такая? - не понял я.
  
  - Нет. Я не поручусь за ту сторону, но проблемы этой ты оставишь здесь. Никаких андроидов, кукловодов и прочих неприятностей. Нужно просто подставиться под молнию, но сначала удостовериться, что он ведет в человеческий мир. Кроны здесь густые и что твориться на земле, мы не можем разглядеть. - Шона подошел к своей раме и нырнул в броню точно так же, как я до этого. Ему претензий в пижонстве не выставляли.
  
  Неожиданно! Чертовски неожиданно! А может он просто узнал о нас с Мари и теперь пытается от меня избавиться? Да нет. Слышал, что в этом мире целые команды охотятся за проколами и сбрасывают в них богачей, желающих сменить мир на более безопасный за неумеренную плату. Канат захотел моими миллионами полакомиться? Так у меня Вольф наследник. Один бред в голову лезет.
  
  Никогда не рассматривал такой вариант, но попасть в безопасный мир было бы действительно неплохо. Лежали бы с Мари на пляже, Вольф бы снова пекарню открыл, Хосс...
  
  - Только если всем вместе, - ответил я. Потому что шансы попасть домой - мизерные, а терять вторую семью не охота.
  
  - Ха! Вот это по-нашему! - громыхнул Вольф.
  
  Шона молча кивнул и опустил лицевую маску шлема. Никто никуда не собирался.
  
  - Эрнан? - спросил кэп по радиосвязи.
  
  - Прокол - стоячий, радиус - полкилометра, - ответил техник.
  
  Стоячие проколы - редкость. Тот, в который я угодил - двигался подобно дождю из одинокой тучки, оставляя за собой просеку осадков из людей, зданий и техники.
  
  - Мари, - сказал кэп, и взял из стойки винтовку, - поглядим на него ближе.
  
  - Можно с вами? - спросил я.
  
  Шона замер на долю секунды, после чего выдал детализированное решение.
  
  - Держаться за нами, к деревьям не приближаться, на землю не садиться.
  
  - Понял, - ответил я, бросившись к желтому как лимон ранцу на соседней со скаутом раме.
  
  Собственно, на ранец реактивное устройство было похоже только в сложенном виде. В разложенном четыре турбины крепились на подвижных лапах, что образовывали подобие косого креста за спиной. Как только замки сели, а коннекторы соединили нервные системы брони и устройства, я ощутил два десятка дополнительных мышц. Некоторые непроизвольно сократились, и лапа правой верхней турбины разложилось, зацепившись за перекладину рамы. Я уже начал движение и с трудом удержал равновесие, чтобы не сесть на задницу. Был бы эпичный провал.
  
  Пускай лицо кэпа было скрыто матовым забралом, я остро почувствовал его сомнение в предыдущем решении, поэтому быстро собрался с мыслями, унял мандраж и заставил лапу сложиться, а после того, как вышел из рамы, медленно разложил и пошевелил всеми четырьмя турбинами.
  
  - Пошли, - скомандовал Шона.
  
  Кэп первым подошел к десантному люку, нажал кнопку разгерметизации и вытолкнул себя за борт. В ночной темноте зажглись реактивные струи и понесли скаут над кронами гигантских деревьев туда, где вспышки прокола меняли местами части двух миров.
  
  Мари прыгнула следом, а я включил ночное зрение, обнял обеими руками винтовку, чтобы в последний момент не уцепиться за косяки люка и одними ногами вытолкнул себя следом. Дыхание как всегда перехватило, а сердце заколотилось с бешеной скоростью. Говорят, если делать то, что тебя пугает - станешь счастливее. При таком раскладе я должен быть вне себя от счастья!
  
  Ранец раскинул в стороны турбины, и реактивная тяга оборвала ощущение свободного падения. Стало легче. Я сумел оглядеться и пристроился хвостиком за Мари. Во главе нашей тройки летел Шона и искал безопасный вход под густую сетку крон. Не сомневаюсь, что делал он это исключительно для меня, поскольку им с дочерью хватило бы мастерства и сквозь игольное ушко пролететь.
  
  Подходящая брешь образовалась быстро. Там, где кроны подсвечивал пространственный прокол, раздался треск, что сумел прорваться сквозь рев реактивных двигателей. Похожая на гигантскую грибную шляпу крона вывернулась и повалилась на соседнее дерево. Места не то, что мне хватило бы, вся наша "Бочка" прошла бы. Но одинокая молния, прорвавшаяся сквозь пустоту выше уровня крон метров на десять, быстро остудила желание воспользоваться этим входом.
  
  Впрочем, это была не единственная брешь. Молнии прокола неплохо порезвились внизу, и многим деревьям недоставало ветвей. Мы быстро отыскали брешь поменьше на безопасной дистанции.
  
  - Ждите! - приказал кэп, ныряя вниз. Секунд пятнадцать ему хватило, чтобы осмотреться, а нам услышать стрекот автоматных очередей. Сегодня прокол принес отнюдь не мирное население. Паршиво. С перепуганным человеком сложно разговаривать, а с перепуганным вооруженным человеком - и того сложнее. Шона вернулся и завис над брешью. - За мной. На прокол не засматриваться! Внимание на окружение. Не дайте себя подстрелить.
  
  От бреши Шона сразу повел нас дальше от прокола, держась под самым сплетением двух крон. Благо нижние ветви у этих деревьев начинали расти метрах на пятидесяти. Всего пара десятков метров ниже, а бесконечный зеленый ковер листвы сменился видом одиноких толстенных древесных стволов, что в Фотадрево использовали вместо жилых домов. Свободного места меж них была уйма. По крайней мере для полетов. Как и света. Его хватало, чтобы отключить ночное виденье. Внизу обстановка была не такой радужной, хоть и переливалась красно-синим мерцанием. Действо было воистину завораживающим. Не зря кэп приказал не засматриваться. Так и влететь во что-то можно.
  
  Мы добавили к имеющейся дистанции до прокола полторы сотни метров от эпицентра и спрятались на нижних ветвях кроны одного из деревьев. Толщиной они были как двухполосное шоссе, так что неудобств мы не испытывали. Пятисот метров до прокола не было, но на глаз самые длинные протуберанцы огромной шаровой молнии изредка били метров на двести. Красно-синяя сфера весела метрах в четырех над землей чуть в стороне от гигантского пня и косила кинжальную осоку толстой сеткой разрядов. Пень, к слову, появился ее стараниями. Толстые молнии продолжали полосовать его и перегрызенный ствол дерева, меняя в параллельном мире большие куски древесины на связки бананов, элементы фортификационных решений в виде связанных веревками балок, мешков с землей и перепуганных чернокожих с оружием, подозрительно похожим на старые добрые АК.
  
  Среди доброго десятка человек только один не суетился и не выл от боли. Ботинки с высокой шнуровкой и длинные штаны наверняка ему в этом сильно помогли. Кинжальная осока не доставала и до колена, имела мягкую сердцевину, но бритвенной остроты края, а попаданцы носили короткие штанишки и сандалии. От каждого движения их ноги покрывались десятками порезов, а боль не давала опомниться, заставляя двигаться.
  
  - Асоль, - связался с медиком Шона, - вылезай из брони и готовь лазарет. Массовая...
  
  С особо яркой вспышкой прокола в эфир ворвалась скороговоркой чужая скрипучая речь.
  
  - Краптас рома сьомюрге филосунун комутасини...
  
  - Капитан? - переспросила Асоль.
  
  - Кровопотеря. Массовая кровопотеря, - уточнил Шона.
  
  - Скольк...
  
  - ... утасини кагири... - вновь вклинилась чужая речь.
  
  - острадавших?
  
  - Пока десять, - ответил кэп. - Третий канал.
  
  Мы дружно переключились и помехи перестали забивать эфир.
  
  - Десять пострадавших? - переспросила Асоль.
  
  Особо-одаренные применили против осоки огнестрельное оружие, а самый прыткий так растерзал ноги, что осока добралась до ахиллового сухожилия. Кончилось тем, что он потерял опору и повалился на землю, лицом и руками в острую траву. Если не прекратит дергаться - не жилец.
  
  - Уже девять, - ответил Шона. Беснующегося в траве подранка унесло в другой мир длинным протуберанцем молнии. Но на смену ему в траву легло двое других. - Будет меньше, - добавил кэп. И ведь бессмысленно вмешиваться, если не хотим чтобы по нас открыли огонь.
  
  - Принято, - ответила Асоль.
  
  - Босидыб! Босидыб ай сэд, - заорал единственный из вояк, что сохранил спокойствие. - Босидыб, факин шит!
  
  - Факин шит значит, - сказал я.
  
  Спокойный - командир. Четверо боевиков резко сократили количество телодвижений, двое продолжили танцевать, один дергаться в траве, а последний, наверное, отмучался, потому как лежал недвижимо.
  
  - Тебе знаком этот язык? - переспросил Шона.
  
  - Совершенно не понимаю, что он говорит сейчас. - Одного танцора командир сумел вразумить, второй таки лег в траву. Трех бойцов он заставил взобраться на срезанную молнией ветвь, одного поставил на мешок, а второго на связку бананов. Сам же медленно и аккуратно двинулся к упавшим, факая на ходу. - Ругается он явно на другом языке.
  
  - Хосс, - приказал Шона, - отстыкуйте платформу, но держите в воздухе. Эрнан, что говорят сканеры?
  
  - Пики возмущения сглаживаются. Радиус - триста. Вроде закрывается.
  
  Ну не знаю, как по мне, светопреставление заканчиваться не собиралось. Молнии из шарика как хлестали - так и продолжали, хотя до трехсот явно не дотягивали. Попаданцы примерно на трехсот и стоят.
  
  - Пробуй, - приказал кэп, - Начнут стрелять - улетай. Мари... - Шона с дочерью слетели с ветки и спрятались на другой, за стволом, держа меня в поле зрения.
  
  - Парни, - крикнул я, а вернее внешние динамики шлема, по-английски, - помощь нужна?
  
  От моих слов боевики задергались. Двое сразу же начали расстреливать темноту на уровне человеческого роста.
  
  - Ваодэ павор парло! - крикнул командир, а когда выстрелы стихли, перешел на английский - Покажись!
  
  - Твоя банда меня понимает? - спросил я.
  
  - А как же, - ответил боец.
  
  Сейчас проверим. Я сложил турбины и вжался в ветку, стараясь оставаться в тени.
  
  - Вайт пауэр, мазафакеры, - выдал я один из лозунгов Ку-клус-клана моего мира. - Вы все здесь подохнете.
  
  - Так ты из этих, педиков белозадых? - не изменил спокойной манере командир.
  
  Скинхеды в его мире есть, это точно, как и то, что остальные бойцы ничего не поняли из нашего разговора. Спокойный имеет реальный опыт службы. Более того, наверное, служит и сейчас - готовит революцию в одной из банановых или алмазных республик.
  
  - Лгать больше не советую, - сказал я. - Времени осталось не так много.
  
  - До чего?
  
  - До того, как портал в ваше измерение закроется.
  
  - Та святящаяся штуковина?
  
  - Чтобы вернуться - подставьтесь под молнию.
  
  - Издеваешься?
  
  - Вспомни, как ты сюда попал! - прикрикнул я, потому что яркий шарик начал заметно худеть, а добраться до него по осоке - та еще задача.
  
  - Другие варианты? Лично я бы не отказался от гарема сисястых эльфиек.
  
  - Мы ждем, когда портал схлопнется и вытаскиваем вас оттуда, при условии, что сложите оружие. А эльфиек здесь нет... По крайней мере я не встречал. Но разные остроухие водятся.
  
  - Этот вариант мне нравиться больше. Кроме того места, где мы разоружаемся.
  
  - Поверь друг, трава - не самое опасное, что есть в этом мире. На запах крови скоро придут хищники.
  
  Словно в подтверждение моих слов один из бойцов спокойного, тот что на бананах стоял, уронил автомат и повалился на спину. Видать от кровопотери. Другой с мешка бросился ему на помощь, и командиру пришлось орать, чтобы он вернулся.
  
  - Почему не вытащить нас сейчас? - спросил он после того, как вновь подчинил отряд.
  
  - Потому что я не хочу попасть в ваш мир перед самым закрытием портала.
  
  - Хотя бы упавших подберите.
  
  - Капитан, - обратился я по связи, - он хочет, чтобы мы забрали упавших сейчас.
  
  - Эрнан?
  
  - Возмущение втрое меньше пикового и продолжает падать. Скачков мощности не наблюдается.
  
  - Вытащу, - решил кэп.
  
  - Я помогу, - вызвалась Мари.
  
  - Твой - дальний от прокола, - разрешил Шона. - Но только после того, как я благополучно подниму первого. Ник, скажи, чтобы бросили оружие.
  
  Я вновь закричал на английском.
  
  - Бросайте оружие и не паникуйте.
  
  - Я говорил, что мне не нравится расставаться с оружием?
  
  - А я не упоминал, что могу подождать, пока вы не сдохните от кровопотери?
  
  - Аг-р-р! - зарычал спокойный и первым бросил свою винтовку на траву, после чего приказал группе следовать своему примеру.
  
  Вот тут его бойцы повели себя как стая, почувствовавшая за лидером слабость. Оставшиеся на ногах разом выразили свое несогласие, а один из тех, что на ветке, стал тыкать в сторону лидера стволом автомата. Военный не стал уговаривать, просто достал пистолет и выстрелил в наглеца. Яркий голубой шарик под фантастическое "пиу-у-у" поразил боевика точно в грудь и бросил на кинжалы осоки.
  
  - Далажкибь фяцош! - заорал спокойный, медленно переводя стволом от одного подчиненного к другому. Банда повиновалась, а он заговорил со мной. - Если опущу пистолет, они могут начудить.
  
  - Он будет со стволом, - перевел я кэпу.
  
  - Пускай держит, - разрешил Шона и спрыгнул со своей ветки. - Хосс, платформу поближе к бреши.
  
  Шарик прокола уменьшился до размеров футбольного мяча, а стреляющие из него молнии били не дальше трех метров, так что на первый взгляд Шона не рисковал, но эти проколы вещь коварная. Если хоть один протуберанец его достанет, может перенести в другой мир и даже не целиком, в виду того, как упала мощность. Но кэп в этих делах намного опытней меня. Появление летуна вызвало небольшой переполох и военному вновь пришлось грозить пистолетом, немного "пофакивая".
  
  Шона приземлился рядом с одним из бойцов, что слабо шевелился, броня скаута позволяла игнорировать острые листья осоки, аккуратно поднял раненого и взлетел, чтобы скрыться во тьме ночного неба. На смену ему спустилась Мари.
  
  - Вы хоть люди? - спросил ее мужчина, но Мари не поняла.
  
  - Люди, не переживай, - заверил я его. - Ник Благодырь. Тебя как зовут?
  
  - Джон Брэдфорд.
  
  - Звание?
  
  Вояка не ответил, и я продолжил отвлекать его разговором.
  
  - За что хоть воюете: бананы, алмазы?
  
  - Какие нахрен бананы?! Это, реально другое измерение?
  
  - Сложно поверить?
  
  - У нас инопланетное вторжение в разгаре, так что не очень. Майор я, - недовольно ответил чернокожий.
  
  - А кто вторгся, лиграны?
  
  - Кромы.
  
  - Что-то такое слышал.
  
  - Они и до вас добрались?
  
  - Кто только до нас не добирался, кого только у нас нет.
  
  - Эльфиек вот нет.
  
  Шарик прокола раскраснелся как злой смайл и бесшумно исчез в кровавой вспышке, а с ним ушло последнее, что отпугивало местных хищников. Лес погрузился во тьму.
  
  Глава 2
  
  - Капитан, прокол закрылся, - сообщил я, хотя с неба должны были заметить.
  
  - Эрнан, - потребовал подтверждения Шона.
  
  - Остаточные колебания.
  
  - Спускаться можно?
  
  - Если бы это был обычный шторм, я бы не рискнул. В этом конкретном случае - не знаю, что делать.
  
  - Нужен свет, - сказал я. - Пока всякая дрянь не полезла. - И так уже чудилось подозрительное шевеление в осоке, да и негры нервничать начали. Даже Джон. Это отразилось в его голосе.
  
  - Ник, ты там?
  
  - На связи с начальством. Думаем, как поляну осветить.
  
  - Вижу чьи-то глаза.
  
  - Укажи рукой.
  
  Джон вытянул руку с пистолетом, и я проследил направление. Там, где попаданец заметил пару глаз, я увидел целую свору длинных гибких животных, что копошились в осоке, время от времени поднимая над травой то голову, то гибкий пушистый хвост. Острая трава совершенно не вредила их густой шерсти и это настораживало.
  
  - Проблемы, - выдохнул я в эфир,
  
  - Возвращаемся, - ответил кэп. - Что там?
  
  - Какие-то пушистые метровые сурикаты. Очень гибкие и неспокойные. К людям не подходят, просто наблюдают.
  
  - Не провоцируй, - посоветовал Шона.
  
  Сразу же после его слов пустое место прокола озарилось вспышкой. Красная молния вновь поразила истерзанный пень. Не зря техник опасался.
  
  - Возмущение стихло, - отрапортовал Эрнан.
  
  - Хосс, - платформу на поляну, - приказал Шона. Опуститесь ниже крон - включайте прожектора.
  
  Сам капитан спикировал на поляну раньше, приземлившись возле очередного подранка в траве, поднял его на руки и взмыл в воздух. Мгновением позже на поляну села Мари, а потом меж деревьев появилась большая тарелка грузовой платформы. Зажглись фонари и сразу несколько событий произошли одновременно: Мари взлетела, дико завизжал боец, что стоял на мешке, стая сурикатов бросилась в атаку, а Джон открыл огонь из своего убер-пистолета.
  
  После попадания мохнатые молнии мгновенно сворачивались меховыми шариками, но поток животных был настолько густой, что у Джона не оставалось шансов. Они в считанные секунды достигли человека. Густой поток меха разделился надвое и, как вода в ручье, обогнул камень, продолжив движение.
  
  - Шайзе, Ник, успокой этого идиота! - протараторил Вольф в эфир. - Это же мангусты.
  
  - Джон, не стреляй! - крикнул я, спрыгивая с ветки и зажигая турбины.
  
  Мирными зверки не выглядели. Миновав Бредфорда, они мгновенно погребли под собой бойца, упавшего с мешка. Чернокожая братия с галдежом свесилась с толстой ветви, на которой стояла, и попыталась подобрать автоматы в осоке.
  
  Вольф спрыгнул с платформы, став между Джоном и мангустами. Направив телекинез через левую руку, он вырвал у Бредфорда пистолет и зашвырнул его на платформу. Меховой холм тем временем зашевелился, будто готов был взорваться. Секунда, и с него вынырнула большая как чайник змеиная голова. Змеиную тушу как ягоды куст облепили мангусты. Рептилия встряхнулась и некоторые животные разлетелись в стороны, оставляя после себя кровоточащие раны.
  
  Вольф нацелил на тварь обе руки тяжа и вытянул ее столбом полутораметровой высоты, давая мангустам возможность добраться до позвоночника, но змея проявила неожиданную сноровку и длинный хвост с тяжелым костяным рогом батогом обрушился на немца. Стекло шлема выдержало удар, но пошло сеткой трещин и концентрация была утеряна. Рептилия выскользнула из невидимых тисков, взвилась пружиной и мангусты вновь разлетелись в стороны.
  
  - Повтори! - крикнул я Вольфу, вытаскивая плазменный клинок из чехла.
  
  Немец успел зафиксировать тварь в воздухе за долю секунды до того, как я подлетел. Горячая плазма прошла сквозь чешуйчатое тело, как нож сквозь масло. Голова на коротком обрубке полетела на платформу, а телом занялись мангусты.
  
  - Надо мужика достать, - сказал я Вольфу.
  
  - Бесполезно. Нежилец. Давай этими займемся.
  
  Пока мы сражались, эвакуация шла своим чередом. Хосс передвинул платформу ближе к ветви, на которой стояли последние уцелевшие, правда теперь эти придурки снова держали в руках автоматы и ящер пытался объяснить им, что скинет трос, если они бросят оружие.
  
  - Джон! - позвал я.
  
  При помощи двойного перевода и крепкого фака мы загнали уцелевших на платформу. Добавили туда тело их товарища, пару связок бананов и вернулись на "Бочку". Для меня сбор даров прокола закончился. Мое место внизу займет Эрнан. Техник как раз обул бронесапожки и одел бронештанишки. Чуть позже, после того, как сцедит из змеиной головы яд, к нему присоединится и Ясмин. Вместе команда пропылесосит поляну так, что и песчинка с параллельного мира не пропадет. Ну а я переходил под командование Каната - дяди нашего капитана и по совместительству - казначея.
  
  Старый азиат не стал ждать, пока мы расправимся с раненными и явился сразу в трюм. Старший Болат одел коричневый деловой костюм, в котором он еще мне первый контракт парил. Вместе с изрядно обвисшими щеками и блестящими глазками это делало его похожим на английского бульдога, и пофиг что разрез этих самых глаз был в корне азиатский.
  
  Пока мы разбирались с неграми, он не влезал. Дымил себе сигарой и наблюдал, лишь жестом намекнул, чтобы я о нем не забыл. А последняя тройка бойцов была никакой от кровопотери. Присев во время подъема, мужики уже были не в силах подняться на израненные ноги и передвигаться самостоятельно. Один полностью отключился. Этого Хосс забросил на плечо и унес в лазарет, где Асоль сражалась за жизни побывавших в траве. Я метнулся к раме для брони и оставил на ней реактивное устройство. Скаута снимать не стал, на всякий случай.
  
  - Джон, как самочувствие? - спросил я.
  
  - Как после сержанта Хартмана.
  
  Понятия не имею, кто это, но судя по голосу - хреново.
  
  - Такой трюк сможешь?
  
  Я подхватил одного из оставшихся бойцов и закинул себе на плечо. Темнокожий попробовал вяло сопротивляться, но Бредфорд приказал ему успокоиться, а потом устало зарычал и взвалил себе на плечо последнего живого бойца. Труп мы не трогали. Майор, к слову, единственный имел нормальное мускулистое телосложение. Отряд у него был просто кожа да кости.
  
  - За мной.
  
  В лазарете были живые. Это мы услышали по мучительным стонам. Асоль приходилось сражаться не только с ранами, но и самими раненными. Один из них пытался отбиваться от страшной женщины с большой иглой и не давал поставить себе капельницу. Хосс немного придержал его, пока медик не кольнула успокоительного, после чего оставил охрану лазарета на меня.
  
  Кроме буйного капельница стояла только у двоих. Один из них лежал на животе. Спина его была накрыта простыней, которая практически полностью пропиталась кровью. Таких простынь в лазарете было еще три, но там люди были накрыты с головой.
  
  - На свободные кладите, - сказала Асоль, заметив нас.
  
  Я аккуратно свалил свою ношу на ближайшую койку и кивнул Бредфорду на соседнюю. Джон избавился от груза и устало примостил зад на ближайший стул.
  
  - Этого тоже на койку, - сказала Асоль.
  
  - Залезай, - указал я на последнюю из двух свободных.
  
  - Я в норме, - отмахнулся он.
  
  - С нашим медиком лучше не спорить. Она, когда злая, витамины в задницу выписывает.
  
  - Прямо как доктор Тайган. Он тоже иголки любит, а еще болгарку, - проворчал Бредфорд, залезая на койку, и я только сейчас заметил, что его ботинки потеряли большую часть шнуровки, а штаны промокли от крови.
  
  Бредфордом Асоль занялась в последнюю очередь. К этому моменту он начал похрапывать, но медик и ему ввела дозу снотворного. Чужаков приковали к койкам наручниками, после чего мне разрешили снять броню. Но не успел я дойти до ангара, как наткнулся в коридоре на Каната, с удовольствием жующего банан.
  
  - Как на вкус?
  
  - Да ничего особенного, но на соточку насобирали.
  
  - Соточку тысяч серебром? - уточнил я.
  
  - Естественно.
  
  - Не думал, что бананы столько стоят.
  
  - Одно растение сюда занесло вместе с корнем, а на нем готовые к пересадке ростки. Что наши гости?
  
  - Половина в отключке, половина - мертва. Понимает меня только один. Он относительно в норме. Сказать Асоль, чтобы привела его в чувство?
  
  - Пускай спит.
  
  - Фотадрево не станет наглеть как Вермград?
  
  Когда я появился в этом мире, наемники едва не подрались с военными ближайшего полиса за меня. Вернее, за навар от артефактов с другого измерения.
  
  - Мы не идем в Фотадрево.
  
  - Не хотят внимания? - понял я. Как это ни странно, но огромный город почти полвека прятался под кронами гигантских деревьев в центре Африки. - Балбари?
  
  - Туда тоже не пойдем.
  
  - Вот сейчас не понял.
  
  - Дождемся разведчиков и уйдем дальше.
  
  - Маневр не ясен, - пробормотал я.
  
  - Затонов просил. Если Балбарцы сразу не найдут место прорыва - начнут рыскать по окрестностях.
  
  То есть лидер Фотадрево использует нас как маяк.
  
  - А уйти - чтобы не стали спрашивать, что мы делаем в дикой области?
  
  - Примерно, - согласился Канат. - У нашей семьи не лучшие отношение с элитой Балбари. Ладно, отдыхай. Я так понимаю, ночуешь ты сегодня в лазарете?
  
  - Капитан еще не говорил, но думаю - да.
  
  Еще год назад ночь в компании трупов перепугала бы меня до чертиков, сейчас я только поморщился. И зря. Трупы мы убрали в герметичные контейнеры, подстелив им прослойку изо льда и мороженного мяса. Пока занимались этим, помер еще один из бедолаг. Это была последняя смерть. Четырех бойцов из десятка Бредфорд сберег, так что в лазарете осталась только пятерка раненых мужиков. Оставлять Асоль с ними одну никто не собирался, как и звать в лазарет ревнивого Эрнана. Не дай бог увидит, что они под простынями голые - еще надумает чего. А их рванина просто пришла в негодность и пропиталась кровью. Пришлось срезать. Единственным хорошо экипированным бойцом был Джон. Его амуницию сняли аккуратно и сложили отдельно.
  
  Команда пылесосила поляну практически до самого утра, собрав все, вплоть до мягкой травы и непонятных стеклянных осколков. Я в это время дрых в лазарете, словно Асоль и мне снотворного прописала. Медик едва растолкала утром, чтобы я шел завтрак готовить. Несмотря на перипетии, встреченные мной на борту "Бочки", крупную роль, что я отыграл в некоторых приключениях и заработанные миллионы, от обязанностей повара меня никто не спешил освобождать. Да, впрочем, я и не рвался. По крайней мере всегда мог приготовить то, что хочу. Единственное, что напрягало - это необходимость вставать с рассветом. Но и ее не было бы, без попаданцев. Я готовил много с вечера, а утром только разогревал.
  
  Асоль залила ребятам баки физраствором, восстановив кровяное давление, но питательных элементов в этой жидкости было немного, а вчерашний рыбный суп для восстановления не подходил. Тут скорее нужна говядина, чечевица и печень. Чечевица у нас была, за говядину сойдет мясо двухвостых яков, а печень с холодильника я выгреб всю, что была: свиную, бычью, акулью. Из первых двух ингредиентов решил сварить суп, приправив его хорошим пучком зелени, а печень нарезал полосками и пережарил, посолив в самом конце. Если сделать это раньше - она потеряет воду и станет жесткой. В готовке я постепенно совершенствовался, узнавая такие вот мелочи. Ну и пальцы перестал резать. С нарезкой и шинковкой сейчас вообще проблем нет.
  
  Запахи еды привлекли хищников под предводительством Вольфа. Немца на кухню привел ускоренный метаболизм, а остальные точно пришли на запах. Уставшая команда потребовала жрать.
  
  - Закончили внизу? - спросил я.
  
  - Если там что и осталось, - ответила Мари, - то оно не больше микроба.
  
  - Я бы не был так категоричен, - возразил Эрнан, потирая смуглый, горбатый нос. - По границам мы прошлись поверхностно. Если бы не разведка Балбари... Ты что делаешь? - спросил он, глядя на то, как я достаю кастрюлю вчерашнего супа с холодильника.
  
  - Завтракать вам грею.
  
  - У тебя вон горка горячей печенки жиром истекает! - возмутился Вольф.
  
  - А доедать кто будет? Печенка раненым! - соврал я. Готовил то сразу на всю команду.
  
  - То ес-сть, - прошипел Хосс, сощурив свои черные глазищи, - ты ее не ел?
  
  - Должен же я был попробовать, что получилось.
  
  - А давайте его просто побьем? - предложила обычно спокойная Ясмин. Не ожидал такого от нашего биотехника. Обычно сестра Эрнана имела довольно кроткий характер. На их родство указывала только смуглая кожа и вьющиеся волосы, которые Эрнан стриг коротко.
  
  - Я - за! - тут же согласилась Мари. И даже Вольф одобрительно кивнул.
  
  - Да вы оборзели! Хотите, чтобы я вас на салатную диету посадил?
  
  - Ты забываешь, что мы с Ясмин готовить умеем, - возразила Мари. - Гони печень!
  
  Я поставил на стол тарелку, что приготовил для этих проглотов и выдал вилки, но супу все же отсыпал в другую кастрюлю и поставил на разогрев. На пять человек там оказалось не так-то и много, проглотили и не заметили.
  
  - Наелись? Проваливайте, - решил я сыграть обиженного.
  
  - Кто наелся? - возразил Вольф. - Я еще голодный, - и бросил плотоядный взгляд на две других тарелки.
  
  - У кого отобрать хочешь? Оставшихся членов команды, или раненных?
  
  - А разве раненным можно много есть? - нашелся немец. - Меня Асоль на жесткой диете держала.
  
  - И витаминах, - припомнил я ему. Немец тогда десятку уколов в зад за непослушание заработал. - Может пойдешь, спросишь?
  
  - Лучше воздержусь, - решил он. - Брат, ты же не зря супчик греться поставил?
  
  - Уже "брат"?! А кто меня побить собирался?
  
  - Да Вольф, это некрасиво! - поддержала меня Мари, будто и не была согласна с этим предложением.
  
  - Очень некрасиво, - добавила Ясмин.
  
  - Но это было твое предложение! - не удержался немец.
  
  - Я всего лишь слабая женщина. Переработала и сорвалась, - невинно взмахнула длинными ресницами Ясмин. Вожак голодной стаи вдруг превратился в добычу.
  
  - Вольф, обвинять женщину... - неодобрительно цыкнула языком Мари и покачала головой.
  
  - Смирись, брат, - посоветовал Эрнан. - Слабый пол он ведь и горло перегрызть может. И никогда не стой между женщиной и едой, иначе окажешься виноват в том, что не остановил жену, когда она красила ногти на ногах синим лаком.
  
  Речь Эрнана немного выбила мужиков из колеи. Мы дружно попытались выстроить логическую цепочку произошедшего, но так и не смогли дойти от еды до лака для ногтей.
  
  - Суп! - потребовали женщины, почуяв что он нагрелся.
  
  Я выключил газ, вооружился половником, но был прерван телефонным звонком.
  
  Асоль.
  
  - Да?
  
  - Твой дружок проснулся, - сказала медик и в трубке сразу послышалась английская речь.
  
  - Какого хрена я прикован к койке?
  
  - Чтобы не бузил, Джон. Я единственный на корабле, кто тебя понимает, но круглосуточно нянчить не способен. Подожди пару минут, сейчас подойду.
  
  Так, свежему супу еще полчаса кипеть, чтобы мясо гарантированно проварилось, обойдется вчерашним. Я налил порцию в пиалу, бросил на тарелку три больших куска печени, выставил их на поднос и пошел в лазарет. Ничто так не располагает человека как хороший завтрак. Особенно после ночи в наручниках, но вилку я на всякий случай не брал, обошелся ложкой.
  
  - Печень не воровать! - строго приказал я команде. - Суп нальете сами.
  
  Бредфорд не бузил, лежал смирно, тихонько переговариваясь с одним из членов своей команды.
  
  - Оп-па, а чего ты не сказала, что он не сам проснулся? - спросил я медика. Одной порции на двоих будет мало.
  
  - Они вели себя тихо, - пожала плечами Асоль. - Это мне? - кивнула она на поднос.
  
  - Вообще-то нет, ему. Думал, ты сама сходишь.
  
  - Вон тот тяжелый, - Асоль указала на лежащего лицом вниз. - Боюсь оставлять.
  
  - Тогда тебе, - решил я, ставя поднос на стол. А мужики зашевелились на запах.
  
  - Утро, - обратился я к Джону. - Как самочувствие?
  
  - Лучше, чем вчера, - осторожно ответил боец.
  
  - Асоль, ему можно двигаться? - я вновь перешел на тилу.
  
  - Да, - ответила она с полным ртом печенки. Глотнула и добавила. - Ступни и сухожилия не пострадали.
  
  Я достал из кармана ключи и расстегнул левый наручник, незаметно отслеживая реакцию солдата.
  
  - Вставай, одевайся, - я кивнул на стопку одежды на стуле рядом с койкой. Вчера еще озаботились. - На кухню пойдем, - сказал я, отпирая замок второго наручника.
  
  - А мои люди?
  
  - Асоль, - спросил я, - остальным ходить можно?
  
  - Только под себя, - блеснула она искрометным медицинским юмором.
  
  Я подошел к раненому бойцу и тот настороженно сжался, что-то сказал Бредфорду, а майор ответил.
  
  - А он за нами поспеет? - я откинул простыню, выставляя напоказ Джону забинтованные по колена ноги. Белые бинты с красными пятнами крови сильно контрастировали с эбонитово-черной кожей. Сам Джон отделался повязками на лодыжках. - Скажи, чтобы не дергался и товарищей успокоил, если проснуться, мы за едой.
  
  - А наручники...
  
  - Вернемся - сниму, - перебил я ожидаемый вопрос. - Пока потерпит.
  
  - Куда его тянешь? - поинтересовалась Асоль. - К Канату?
  
  - Нет, к нему позже. Кстати, предупреди старика. Не хочу при нем звонить, чтобы не дергался. Я и так его на кухню веду. Хосс как раз там.
  
  - Думаешь будут проблемы?
  
  - Посмотрим. Он в этой компании самый адекватный. Если плохо среагирует, от остальных зеленого придется прятать.
  
  Я в свою первую встречу пялился на Хосса, как баран на новые ворота. Но мой мир не воевал с инопланетянами, а ящер со своим острым подбородком и массивными надбровными дугами легко вписывался в образ зеленого человечка. Разве что копна соломенных волос портила образ. Проверка на ксенофобию была моей самодеятельность. Если пойдет по плохому варианту, Канат будет ругаться, что сначала надо было подписать договор.
  
  На кухню я вернулся вовремя. Вольф находился в опасной близости от тарелки с печенкой.
  
  - Стоять! - немец замер, как пойманный врасплох воришка. Я перешел на английский. - Джон, ты печенку любишь?
  
  - Последнее мясо, что я ел принадлежало мартышке. Вообще не помню, когда нормально ел в последний раз.
  
  - Что он говорит? - спросил Вольф.
  
  - Что только последний подлец будет воровать еду у раненных.
  
  - Да не собирался я!
  
  - Тогда садись, суп ешь. Это Джон, - сказал я, не оборачиваясь, после чего стал указывать пальцем на членов команды, а они в свою очередь - кивать. - Вольф, Ясмин, Мари, Хосс, Эрнан.
  
  - У вас проблем с питанием не было? - переспросил я. Вдруг им много сейчас нельзя. - Джон?
  
  А Джона заклинило на Хоссе, он так и не смог перевести взгляд на Эрнана. Черт!
  
  - Джон, ау!
  
  - А?
  
  - Вы там не голодали?
  
  - С мясом проблемы были, бананов - хоть объешься.
  
  - Понятно. Бери вон там большой поднос. С командой познакомишься позже, а то у меня язык отвалится переводить.
  
  На произошедшем я внимание решил не акцентировать, просто нагрузил два подноса печенью и рыбным супом. Чечевичный на обед будет. Джон не выдержал еще в коридоре.
  
  - А Хосс этот он кто?
  
  - Тренер по клинковому оружию, разведчик. А что?
  
  - Он зеленый!
  
  - Так ты оказывается расист! Нацистская татуировка имеется?
  
  - Конечно! - подтвердил он. - На левой ягодице. А знак Ку-клус-клана на правой. Нет я серьезно, он кто, откуда?
  
  - Как и мы - с другого измерения. Там обезьяны с деревьев так и не слезли, а вот ящеры эволюционировали.
  
  Бредфорд выдал что-то замысловатое с двумя факами. Моих познаний в английском не хватило, чтобы перевести.
  
  - Это что, - хмыкнул я. - Антропоморфные кошки, собаки и свиньи - не самое удивительное. У нас тут и водоплавающие есть, и птицы разумные.
  
  - А кромы?
  
  - Надо в сети посмотреть. Слышал краем уха.
  
  В лазарете нас поджидал Канат, одетый во вчерашний коричневый костюм. Похоже, старик решил употребить чернокожего на завтрак. Он дождался пока мы сгрузим подносы на стол и протянул Бредфорду руку.
  
  - Канат.
  
  - Привет, - ответил Джон.
  
  - Это имя, - объяснил я.
  
  - А, Джон, Джон Бредфорд.
  
  - Как он к Хоссу отнесся? - поинтересовался старик так, чтобы выглядело будто он желает Джону чего хорошего. Видно Асоль рассказала. - О контракте его просветил?
  
  - Что за мужик? У меня от него мурашки, - так же улыбчиво ответил Бредфорд.
  
  - От Хосса в шоке, но без агрессии. Про контракт еще не говорили, - ответил я на тилу.
  
  - Тогда держи, - сунул мне толстую пачку распечатанной бумаги Болат. - Освоите - позовешь.
  
  Канат ушел, а я вздохнул и перешел на английский.
  
  - Казначей наш. Хочет, чтобы вы контракт подписали.
  
  - Какой еще контракт?
  
  - На сбор добычи из прокола. Ваши десять процентов. На личные вещи не претендуем. Даже оружие, что вы бросили там. Но если надумаешь продать пистолет - дам хорошую цену. Вот, смотри, Канат опись с фотоотчетом составил.
  
  Расстарался старик, в моем случае обошелся текстом. Времени тогда у нас было гораздо меньше. Вермградцы наседали.
  
  Я раскрыл договор на фотоотчете и передал Бредфорду.
  
  - Бананы, корешки, кофе... Алмазы?! Откуда. - спросил он.
  
  Я и сам полез в отчет. Алмазы - это круто.
  
  Ага, раскатал губу.
  
  - Извини брат, но тут сказано, что это кристаллы кварца.
  
  - А если я, чисто теоретически, не подпишу?
  
  - Так мы, чисто теоретически, могли ничего и не собрать.
  
  - О дыпым жожес? - напомнил о себе подчиненный Бредфорда.
  
  - Жрать хочет, - сказал Джон. - Да я бы и сам не отказался. А ты пока читай и переводи. Подписывать незнакомую бумагу - бред. Тем более, если я из этого ничего не имею.
  
  - А я что не сказал? Десять процентов прибыли ваши.
  
  - Десять?! Да это же понты.
  
  - Это ровно на десять процентов больше стандартного контракта. А по нему ты еще и личное продать должен. И я еще раз напомню, что мы могли просто подождать. Помнишь ту змейку? Она там не одна была.
  
  - Сделанного, как говориться, не воротишь! - расплылся в белоснежной улыбке Бредфорд. - Я жив, а контракт не подписан. Переводи.
  
  Вот говнюк хитроделанный. Откуда только такие неблагодарные берутся.
  
  Глава 3
  
  
  Контракт Бредфорд подписал, и бойцов своих заставил, правда до этого пришлось вместе с ним полностью сверить весь груз по описи и наличие личных вещей. За хлам бойцов он не сильно переживал, а вот своей штурмовой винтовкой от Хекклер и Кох и микроволновым пистолетом дорожил. Пистолет был трофеем из первых дней оккупации, и продавать его он отказался наотрез. Кромы недооценили людей, объявили себя новыми хозяевами планеты и сразу начали сбрасывать десант в ключевых точках мира. Несмотря на отсталую броню и вооружение, разменивая солдат один к пяти, люди заставили кромов умыться кровью и убраться обратно на орбиту. Но победу праздновали не долго. Ровно через сутки кромы провели орбитальную бомбардировку. Семнадцать городов с населением от десяти миллионов и сотни военных баз по всему миру исчезли с лица земли меньше чем за час. Общее число жертв так и осталось тайной, по самым скромным подсчетам оно перевалило за четыреста миллионов. Организованное сопротивление развалилось на сотни, тысячи разрозненных группировок. Одни из них изолировались от мира, другие помогали друг другу, но были и такие, что открыто враждовали за ресурсы. Бредфорд принадлежал к сети, объединившей по большей части бывшие подразделения НАТО. Они активно разрабатывали и применяли новые тактики в борьбе с захватчиком, собирали и анализировали инопланетные технологии, а также организовывали новые ячейки и готовили новобранцев. Последнее и было задачей Бредфорда, до того, как он угодил в прокол. За задачу он и держался, как утопающий за соломинку, продолжая муштровать троих бойцов на больничных койках. Четвертый никак в себя не приходил. Даже и не знаю, кто кому был нужнее, командир бойцам, или они ему. Лица у мужиков интеллектом обременены не были, жрать давали - и то хорошо, а Джон переживал, хоть и старался не показывать. Возможно, в том мире остался дорогой для него человек, возможно мучила жажда мести, в душу лезть я не собирался.
  
  - Что с нами будет? - спросил он меня в последний день полета. Бредфорд был похож на Винни-Пуха от аллергических проб, лицо еще не успело принять естественную форму, так что разговоры оставались единственным развлечением. Я поведал об этом мире, он рассказал о своем и вот, наконец, осмелился задуматься о будущем.
  
  - Доставим вас в Маттополь. У Каната там связи. Добычу пристроим выгодней.
  
  - А потом?
  
  - Вас устроят. Попаданцев на произвол не бросают. Ты военный специалист. Наверняка много интересного можешь рассказать: тактика, оружие, быт. Городским все интересно, и за это тоже платят. Кроме того, люди готовые к риску здесь всегда в цене. Если полезные мутации проявятся - цена возрастет. Не пропадешь, одним словом.
  
  - Я-то не пропаду, а мои обезьяны? Посмотри на них, они же только с пальмы слезли.
  
  - Ну, как-то же они с инопланетянами воевали.
  
  - Вот именно, что как-то. Как-то не очень, если честно. Мне бы старый отряд. С ними и в пекло не страшно было. А эти... Вон тот беззубый, - Джон указал на одного из подчененных, что увлеченно резались в шашки, свесив бинтованные ноги с койки. - Додумался дать автомат шимпанзе, чтобы сделать прикольную фотку на трофейный телефон. Та случайно задела предохранитель и начала стрелять.
  
  - Слушай, а ведь у нас в сети похожее видео ходило! - рассмеялся я. - Жаль, что лица участников не запомнил. Вдруг его двойник был.
  
  - Тебе смешно? А прикинь, как нам было. Думали лагерь рассекретили.
  
  - Ой, да ладно, они по этому поводу не парятся, и ты не грузись. Поверь, такие кадры найдут свое место быстрее тебя.
  
  - А эта хрень, - Бредфорд решил сменить тему и почесал висок, - через которую вы броней управляете.
  
  - Нейрогрибы? Как пухнуть перестанешь, Асоль скажет на какие аллергии нет.
  
  - А бывает аллергия на все?
  
  - Ясмин, Эрнан, Канат. Думаешь почему у них нет? На борту каждый боец на счету. Деньги для нас... Кстати о деньгах: простая костяшка от сорока тысяч серебром. Хороший стальной скаут - порядка двухсот, летун или тяж - триста-четыреста. По здешним меркам - реально много. Да и техобслуживание свое тянет. Мышцы по мере износа менять нужно. Сам ты экзоброню не скоро потянешь. Другое дело, если служить пойдешь. В любом случае мой тебе совет: никого с иголками в первую неделю после посадки к голове не подпускай. Есть в этом мире люди, способные подчинить человека пока грибы не прижились.
  
  - В смысле подчинить?
  
  - В смысле сделать его желания твоими.
  
  - Да ну нафиг.
  
  - Я сталкивался... с подчиненными. У них нет собственной воли и желаний.
  
  - Какое приветливое место, этот ваш мир.
  
  - Наш, Джон, наш. Если ты, конечно, не решишь посвятить свою жизнь охоте за новыми проколами и не прыгнешь в первый попавшийся, за которым вообще людей может не оказаться.
  
  - Не думаю...
  
  - Прекрасно, тогда я пошел за блинчиками.
  
  Часть бананов стремительно теряла товарный вид и приходила в негодность. По этому поводу Вольф приготовил банановые блинчики. В своем мире он был пекарем и мастерство не растерял, с мукой немец творил магию. Впрочем, любые другие блюда он магическим образом превращал в жуткую несъедобную дрянь, так что команда пристально следила за тем, чтобы он занимался только выпечкой. Даже сегодня Ясмин приглядывала за тем, чтобы Вольф использовал сковородку строго по назначению. По случаю последнего дня гостей на борту немец расстарался. Блины смели в один присест, грешным делом позарились на хорошие бананы, но Канат не дремал. Он уже связался с партнерами и те устроили целый аукцион на пока еще не доставленный товар.
  
  Вид полиса с воздуха вызвал у меня смутное ощущение тревоги. Маттополь был похож на Керкиру - полис, в котором я застрелил куклу и угодил в тюрьму. Хотя, это только на первый взгляд, по факту похожими их делало только множество красных крыш. Красный... отсюда и тревога.
  
  Несмотря на то, что я понял причину своего страха, к выходу подготовился основательно. Пистолет клинок, бронежилет - это, само собой. Пучок гибких хомутов-стяжек. Нам так часто приходилось вязать неприятеля чем попало, что я решил - пускай будут. К обычному комплекту добавились бронештаны. Давно хотел такие, и вот нашел умельца в Фотадрево, что армировал джинсы пластинами из кевлара и синтетической кости. Правда, была со штанами проблема - одевать их было долго, чтобы сели нормально и движений не стесняли. Вольф собрался раньше и ввалился ко мне в комнату, когда я активно вертел левым коленом.
  
  - Ты чего возишься? Прям как баба.
  
  - А ты чего не в духе? - спросил я. - Вроде предпосылок не было.
  
  - Ничего я... - взгляд Вольфа стал опасно сосредоточенным. Настолько, что я даже пистолет достал. Немец сделал два шага к столу, запустил руку за монитор, привинченный к стене навесным креплением, и достал оттуда красный лифчик.
  
  Мой друг с опаской перевел взгляд на меня, на элемент женского белья, на меня, на лифчик... раз пять, дважды открыл рот, пытаясь выдавить вопрос, но так и не сумел. И слава Богу! Я в это время чувствовал, как подступает жар к лицу, потому, что не ответил бы и на: "два плюс два". Моя рожа быстро вошла в одну цветовую гамму с тряпкой.
  
  - Э-э-э... На. - сказал Вольф, протянув лифчик. - Я, это, в коридоре подожду.
  
  - Да я готов, - ответил я, забрасывая бюстгальтер в шкаф. Пока выходил из каюты, кровь от лица вроде бы отлила, вернулась способность мыслить рационально, и я попытался перевести мысли немца в другое русло. - Так чего недовольный такой? - спросил я, когда мы шагали в трюм к спусковой платформе.
  
  - Терпеть не могу этот полис.
  
  - Чего так?
  
  Вместо ответа Вольф щелкнул пальцами по значку телекинетика на жилетке. Простая белая пластина с изображенным на ней кубом. Во многих городах от псиоников требовали носить такие.
  
  - Это здесь тебя просили показать пару фокусов?
  
  - Здесь... У них тут нездоровый культ силы, при этом закон на стороне местных. Опустить приезжего псионика - плевое дело. Надо просто просить показать фокус, пока он не вспылит.
  
  - Думаешь к нам полезут при таком количестве инвалидов? Это какими отморозками надо быть?
  
  Из попаданцев на своих двоих передвигался только Джон. Тройку его подчиненных пересадили в инвалидные коляски, а парня, что не хотел приходить в себя - переложили с лазаретной койки на каталку.
  
  - Канат договорился с местными. Кроме медиков нам выделили двух полицейских.
  
  Пока старик подписывал бумаги и умасливал чиновника из местных, мы знакомились с сопровождением.
  
  Полицейских звали Леос и Деон. Серьезные мужики в полноценных пехотных скаутах красно-синей расцветки, с электродубинками на поясе и винтовками за спиной. С такими шутить не охота. На их фоне медики в зеленых куртках с белыми крестами почти терялись, а парни на вид были крепкие, что логично, поскольку это им предстояло возиться с каталкой. Один, Дориан, был невзрачным брюнетом, второй - эдакий небритый подкаченный мачо с двухдневной щетиной и дорогим одеколоном. Одеколон мне сразу не понравился, а медик чуть позже, когда представлялся. Звали его Шимон, но выбесило не имя. Пожимая руку Вольфа в приветствии, он спросил.
  
  - Фокус не покажешь?
  
  Дориан закатал глаза и треснул себя открытой ладонью по лбу. Немец мгновенно набычился. Взрывался наш добряк как пороховая бочка, так что только гневная фраза от второго медика на латыни спасла Шимона от потери зубов.
  
  - Шутка! - улыбнулся он. - Чего ты завелся?
  
  - Я могу, - сказал я, привлекая внимание. Идея родилась мгновенно. На пакость много времени и не надо. - Что? Реально могу, если золотой есть.
  
  - Дай угадаю. - Сложил мачо руки на груди. - Ты заставишь его исчезнуть.
  
  - Ну да. Найдешь - отдам два. - Два мало. По глазам вижу, что мало. - Четыре дам.
  
  - И в чем суть? - заинтересовался мужик.
  
  - Я беру золотой, царапаю на нем фразу, и фотографирую ее, чтобы все были уверены, что это тот самый золотой, потом прячу. С места не схожу, даже от людей отойду. Если найдешь его в течении десяти минут - возвращаю четыре.
  
  - А не найду я его потому, что надпись исчезнет, - попытался угадать Шимон, стараясь отказаться и не потерять при этом лицо.
  
  - Меняем план. Пускай ее мужики сделают. И сфотографируют сами.
  
  - Ты пси-иллюзионист?
  
  - Видишь на мне значок? Если после фокуса возникнут хоть какие сомнения, что я не иллюзионист - готов пройти полноценное исследование.
  
  - Что, Шимон, стремно? - поддел его коллега. Между этими двоими трения, похоже, не впервой.
  
  - Хрен с вами, я согласен. Вот золотой. - Парень порылся в карманах и достал обтянутую прозрачной костью монету. - Ну, кто подпишет?
  
  Подписал Дориан, нацарапав на кости что-то скальпелем из аптечки. Сфотографировали на его телефон.
  
  Эту монету я взял двумя пальцами и отошел к стене, где не было ящиков, зато был десантный люк.
  
  - Готов? - спросил я шутника.
  
  - Готов.
  
  - Тогда я прячу.
  
  - Прячь.
  
  - Таймер засеките. Раз, два... - Я откинул защитный колпак над большой кнопкой открытия десантного люка и ударил по ней кулаком. - Три. - В образовавшуюся щель с шумом ворвался ветер, я переждал первый порыв и швырнул монету за борт. - Все, можешь искать.
  
  - Идиот! - заорал Шимон сквозь завывание ветра. - Ты ее просто выбросил!
  
  Понимаю его, если ты не миллионер, как я, то золотой - сумма не маленькая.
  
  - Я буквально выполнил все условия. У тебя есть еще девять минут, чтобы отыскать ее.
  
  - Это грабеж!
  
  - Какой грабеж, Шимон, ты добровольно отдал ему монету! - возразил один из копов.
  
  - Неужели тебе не понравился фокус?! - с притворным удивлением спросил я.
  
  - Нет! - рявкнул медик.
  
  - Я могу другой показать. Более сложный. Хочешь заставлю исчезнуть тебя? - Люк все еще был открыт и ветер со свистом врывался в трюм. - Ну!?
  
  - Угрожаешь! - он уличительно тыкнул в меня пальцем. Парень хоть и дерьмо, но не из пугливых. - А что на это скажут наши доблестные стражи?
  
  - Провокация и подстрекательство... - ответил один из копов.
  
  - Ухудшение международных отношений и создание ложного имиджа Маттополя, - добавил второй.
  
  - А еще ты просто козел, Шимон, - сказал первый.
  
  - Из-за таких заносчивых придурков у нас всегда полно работы. Так что заткнись, и не отсвечивай.
  
  Сказано было веско, возражений не вызывало, поэтому я протянул руку к кнопке и закрыл люк. Как раз успел до того, как Канат с чиновником вернулись. Несмотря на разницу в возрасте, наш был минимум лет на двадцать старше, оба были довольны, как коты, обожравшиеся сметаны.
  
  - Мы в управу, а вы тут заканчивайте, - сказал незнакомец полицейским. На медиков он не посмотрел. - Бумаги я с собой заберу.
  
  - У Асоль все готово, - добавил Канат.
  
  "Готово" значило, что негры рассажены по коляскам - только выкатывай. Ну мы и покатили. Медики взялись за каталку, а мы с Вольфом и Бредфордом за коляски. Переместили их с лазарета в трюм, дождались пока на автопилоте вернется пассажирская платформа, которой спустился Канат со своим новым другом, и сами начали спуск. Со сменой ракурса менялся и город. Чем ниже, тем больше красный разбавлялся: зеленый, желтый, серый. Центральная башня полиса, исполненная в подражание классическому стилю, наверняка была белой, но с солнечной стороны казалась почти что золотой, как и деловые небоскребы. В этом городе почему-то не жаловали чудные стеклянные коробки. Все здания имели покрытые резьбой и лепниной стены. Даже порт, вопреки здравому смыслу и экономии, имел большие окна вместо стеклянных стен.
  
  Хорошо хоть с транспортом логика местных не буксовала. Нас ждала обычная скорая и микроавтобус от администрации. Команду Бредфорда сразу отвезли в больницу, и только его самого пригласили в администрацию на адский допрос, как называл его я. Джон оказался куда более самостоятельным мальчиком, чем был я. Вольф тогда нянчил меня практически круглосуточно, а Бредфорд избавился от опеки, едва узнал, что у местных имеется переводчик с английского. На допросе мы не присутствовали, но, как и обещали, дождались его в гостевой. Вместо сладкой выпечки к чаю, гостей здесь угощали слойками с мясом, сыром и зеленью. Вольф с таким аппетитом приговорил десяток, что и я не удержался от пары. Тем более, что ждать пришлось почти шесть часов. Мы эти часы провели в мягких креслах, а Джону пришлось хуже. Из допросной он вышел измотанным.
  
  - Ну? - спросил я.
  
  - Вот, - ответил он и вытянул пластиковую карточку паспорта.
  
  - ТМ В21-22 Г130-135 - прочитал я. - Далековато от наших миров, - сказал я Вольфу. И немец согласно кивнул.
  
  - По горизонтали далеко ушел.
  
  В этом мире существовала так называемая таблица миров. Хотя, если уж говорить строго, то таблица была далеко не одна. "ТМ" - технические человеческие миры, "ПКМ" - псионические кошачьи миры. Местные пытались хоть как-то систематизировать картину положения измерений и создали большую базу данных, куда вносили сведенья от каждого попаданца. Довольно спорная, энергоемкая работа. Только в прошлом году оказалось, что между ПМ В5 Г3 и ПМ В5 Г4 есть еще одно измерение.
  
  - О чем вы? - поинтересовался Джон, поскольку говорили мы на тилу.
  
  - Да происхождение твое смотрим. Я тебе рассказывал об этом. Можешь, кстати, земляков по нему поискать. В сети есть пара сайтов, что этим занимается. Можешь найти человека из родного города, но при этом другого измерения.
  
  - Возможно, когда все надоест. Сейчас у меня есть чем заняться: выучить латынь, разведать местность и обычаи. - Джон задумчиво нахмурился, наверняка перебирая другие цели, которые не хотел озвучивать. Заметив, что слегка отвлекся, Бредфорд попытался сменить тему. - Мне подъемные выдали, давайте хоть за спасение проставлюсь. Есть здесь бар с приличной выпивкой?
  
  - Бар, несомненно, есть, - ответил я, - тебя что без присмотра отпустили?
  
  - Выдали это, - мужик достал из кармана телефон и покачал им в воздухе. - С номером переводчика. И это. - Он достал платежную карту серебряного цвета.
  
  - Оперативно. - Я в Вермграде карту так и не получил. Хотя, там другие проблемы были.
  
  - Правда сказали, что она временная, и там всего тысяча.
  
  - Джон, там тысяча серебром. Это месячная зарплата для местных.
  
  - О... - Бредфорд по-новому посмотрел на небрежно зажатую в пальцах карту. - Так что насчет бара?
  
  - У нас еще дела в полисе, - соврал я. Это лучше, чем объяснять почему пью только пиво, или вино с Мари, и только по субботам. Эта привычка появилась у меня еще в том мире, когда я регулярно занимался пауэрлифтингом. Суббота была днем после и днем до тренировки. В принципе придерживаться этой привычки на корабле, где спортзал находился в сотне метров от моей каюты, особого смыла не было, но она уже давно стала частью моего характера и приносила хоть какое-то подобие размеренности в полную бурных приключений жизнь.
  
  - Хреново... - расстроился Бредфорд.
  
  - Впрочем, на чашку кофе время у нас еще есть, - утешил я его и перешел на тилу. - Вольф, знаешь тут хорошую кофейню? - Глупо было предполагать, что он не знал, но после того как он расплылся в широкой улыбке, я поспешно добавил. - Такую, чтобы там не подавали каких-то особенных местных деликатесов.
  
  - Да что вы все докопались. Как будто я вас кушать заставляю.
  
  - Да мне пофиг! Джон угостить хочет. Будет неловко, если его стошнит на угощение.
  
  - Ладно-ладно! Знаю я одно тихое место.
  
  - Чего это он? - поинтересовался вспышкой гнева Бредфорд.
  
  - Не любит работу откладывать, - соврал я. - Но простава - это святое.
  
  Кофейню немец выбрал большую, но довольно уютную. Запахи кофе и чая смешивались со свежей выпечкой, заставляя желудок пародировать тигриный рев. Вмазав по чашечке крепкого черного чая с эклером, или десятком-другим, как Вольф, мы попрощались с Джоном. Он был недоволен таким расставанием, затянул нас в ближайший спиртной магазин, сумел найти и купил там бутылку дорогого бренди, потратив на нее больше трех сотен.
  
  - Выпьете за удачу, как подвернется случай.
  
  - Непременно, - пообещал я, размышляя над тем, есть ли такая в коллекции Каната.
  
  Мы помогли Бредфорду вызвать такси, чтобы он не звонил переводчику, и Джон уехал в любезно предоставленное администрацией общежитие. Для него начиналась новая веха жизни, а нам пора было возвращаться к старой.
  
  - Неплохой мужик, - резюмировал в коим то веке сытый Вольф. - Пора, наверное, доложить капитану.
  
  - И Канату, подтвердил я, - чем сразу и занялся, уложившись в два коротких звонка. Шона был как всегда немногословен, предоставив нас себе до утра, а вот Канат наоборот, занял это время, пообещав, что будет вкусно, но придется малость поболтать. В подробности он не вдавался, только передал адрес, по которому нужно было приехать. У меня были идеи получше, как провести этот вечер, но Мари вроде бы сопровождала деда, так что я согласился, а Вольф никогда не отказывался от вкусного.
  
  Место, к которому доставило нас такси, было в живописном районе с густой полосой тоненьких деревьев в кадках и высоких кустарников между дорогой и тротуаром. Как и все другие дома здесь, наша цель была втиснута меж двух соседних так плотно, что в щель не пролез бы и лист бумаги. Несмотря на такое плотное соседство, цветовая гамма домов немного разнилась, не выходя за рамки серо-белого и отличалась стилем лепнины. Также дома имели разную высоту: от трех, до пяти этажей. Наша цель как раз была одной из самых высоких, а вот в ширину здешние дома были одинаковы. Метров пятнадцать на глаз.
  
  Мы подошли к крыльцу и нажали на кнопку звонка. Открыли нам практически мгновенно.
  
  - Господа, - поздоровался на латыни молодой человек в черном классическом костюме с галстуком бабочкой под белым накрахмаленным воротником.
  
  - Привет, мы по приглашению Каната, - нашелся я, надеясь, что не сделал много ошибок в этом коротком предложении.
  
  - Господа Благодырь и Рейн, я полагаю?
  
  Он первый человек в этом мире что правильно произнес мою фамилию при встрече!
  
  - Они самые, - подтвердил Вольф, пока я офигевал.
  
  - Прошу вас.
  
  Нас пропустили внутрь дома. Из-за небольшой ширины дома, гостиная была здесь крохотной и расходилась дверными проходами вправо и влево, с одного из которых доносились ароматы жареного мяса. Прямо перед нами была лестница на второй этаж, а под ней на кресле за планшетом сидел еще один мужчина в черном костюме. Цепкие глаза выдавали в нем бойца.
  
  - Позвольте взять бутылку, - предложил тот, что встречал. До меня только сейчас дошло, что это дворецкий. - Или вы желаете открыть ее сразу?
  
  - Посмотрим, - отказался я жестом, чтобы долго не трепаться по латыни.
  
  - Как пожелаете, прошу, - дворецкий указал на лестницу.
  
  - Только сначала передайте оружие, - поднялся с кресла второй костюм, и я определил его как охранника.
  
  Мы с Вольфом послушно сдали пистолеты. Обыскивать он нас не стал, и клинок в чехле на пояснице остался незамеченным.
  
  Дворецкий проводил нас на второй этаж в небольшой зал, практически полностью занятый овальным столом. Кроме Каната с Мари за ним сидел еще один черноволосый мужчина средних лет и девушка в том юном возрасте, когда определенно есть на что посмотреть, но вопрос совершеннолетия заставляет держать руки при себе. Девушка сразу заинтересовала меня холодным взглядом синих глаз. Было в нем что-то знакомое. Блин, что же...
  
  Так смотрел на меня Айк глазами своих кукол. Но у этой леди вместо нейрогрибов на висках росли черные как смоль волосы.
  
  Что-то меня глючит сегодня.
  
  - Ребята, знакомьтесь, - Старик указал на мужчину. - Мой давний партнер Пламен Крыстева.
  
  Мужчина кивнул и встал из-за стола. При этом он случайно уронил на пол вилку. Сидящая рядом девушка сразу нагнулась, чтобы подобрать ее. При этом она обернулась так, что стал виден затылок с удаленными волосами и синей многолучевой звездой нейрогрибов, практически такой же, как у Асоль. Но помимо цвета знак отличался еще и свежим раздражением кожи от недавней посадки.
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"